Хельгус Аврориус
Темный век. Сумерки магии

Пролог.

– Кровь моя – во славу Твою, боль моя – в назидание мне. Грешен я, ибо еретики оскверняют творения Твои. И не буду знать я покоя, пока железо и огонь не сокрушат душу последнего нечестивца… – молитву сопровождали звучные хлопки кошки-девятихвостки, которой человек хлестал себе по спине. Кровь алыми каплями брызгала на стены и капала на холодный каменный пол.

Самобичевание было прервано оглушительным криком женщины, эхом разнёсшимся по коридорам крепости. Подобное в этих стенах было обыденным явлением. Тем не менее Генрих Крамер решил осведомиться о том, кто на этот раз подозревался в преступлении против Господа и церкви его. Главнокомандующий рыцарями Святой инквизиции, более известный, как Каратель, прошёл в пыточную. Там он увидел привычную картину: старый инквизитор и пыточных дел мастер допрашивали молодую рыжеволосую женщину. А для этого они применяли дыбу ‒ непосредственную участницу почти любого допроса еретика.

– В чём она обвиняется? – спросил Крамер.

Инквизитор нехотя оторвался от своего занятия, но разглядев в потёмках подземелья кто перед ним стоит, поспешил ответить:

– Жена одного уважаемого купца сообщила, что к её мужу эта грешница является во снах и совращает его, словно суккуб. Сам Великий инквизитор попросил провести допрос.

Генрих посмотрел на обезумевшую от боли женщину. Она явно не была ведьмой, но даже в столь святом месте политика играла свою роль, поэтому этой несчастной попросту не повезло приглянуться не тому сластолюбцу. К Карателю подошёл молодой человек в таком же как у него чёрном доспехе. Это был Якоб – правая рука Генриха и его самое доверенное лицо.

– Господин, заседание Патриаршего суда вот-вот продолжится. Нам следует поспешить.

– Освободи несчастную. Если и был на ней грех, то она его искупила, – велел Крамер инквизитору. – А любому, кто осведомится о её приговоре, передайте, что его вынес я.

– Слушаюсь, господин, – поклонился инквизитор и повелел пыточных дел мастеру отпустить девушку.

Когда Генрих и Якоб явились к Святому престолу, Патриарх уже выносил вердикт.

– Сим объявляю: утверждения о том, что Земля имеет форму шара и вращается вокруг Солнца ‒ являются Божественной истиной согласующейся со Священным писанием и еретическими не признаются, – седовласый старик трижды ударил позолоченным посохом по каменному полу. Затем он с трудом поднялся с роскошного деревянного кресла и заковылял к выходу.

Вместе с ним со своих мест поднялись сидевшие рядом Верховный инквизитор и король Илатии, а уже следом за ними встали и все остальные участники судебного процесса.

Дождавшись, когда тройка судей покинула зал, присутствующие на заседании учёные начали поздравлять Джерардо Брунио с признанием и выдающейся победой науки. Они весело переговаривались, выходя из зала Патриаршего суда, пока не пересеклись с Крамером, вокруг которого словно витала аура смерти и безысходности. Учёные замолкли и поспешили к выходу.

Генрих молча проводил их взглядом до дверей, после чего ударил облачённым в железо кулаком о каменную стену.

– Во что мы превратились, – едва сдерживая гнев сказал он. – Позволяем каким-то безумцам коверкать слова пророка Господнего и его апостолов.

– Не беспокойтесь, господин, кара Божья их ещё настигнет. В конце концов гореть им в вечном пламени преисподней, – ответил ему Якоб.

– Дело не в них. Мы сами позволили ереси проникнуть в церковь. Верховный инквизитор слаб, он погряз в политических играх и перестал выполнять свою главную обязанность. Он тянет Трибунал на дно ереси, потакая Патриарху. А тот, в свою очередь, позволяет королю вертеть церковью, как он пожелает.

– Возможно, при новом Патриархе всё будет несколько иначе?

– Нет, все они только и делают, что борются за власть. Следить за подобными вещами должна Инквизиция, – Генрих и Якоб двинулись к выходу, ничуть не скрывая своего разговора.

– Верховный инквизитор не так уж и стар. Вряд ли он уйдёт до тех пор, пока старость или болезнь не отправят его на Небеса.

– Однажды, его место займёт достойный человек, который выжжет ересь дотла не только в Илатии, но и во всём мире. Нам же следует довериться Господу и служить его воле.

В этот момент к ним подошёл клерк и передал свиток Генриху. Прочитав содержимое, инквизитор зарычал от ярости, отчего клерк отпрыгнул от него, прикрываясь руками.

– Этот трус даже не удосужился лично поручить мне убраться из столицы! – если бы глаза Карателя могли пылать от гнева, то сейчас могли бы осветить огромный зал молитв Собора Господнего.

– Ваше превосходительство, гнев – один из грехов, – осмелился напомнить Якоб старшему по званию. Однако, это помогло остудить пыл инквизитора. – Нас ждёт путешествие?

– Да, мой друг, мы отправляемся в Алессию на охоту за ведьмой.

Глава 1. Последний урок.

– Воздадим хвалу Господу нашему за то, что дал нам землю, воздух, воду и огонь и за то, что ниспослал нам пророка своего во спасение наше. Аминь!

Толпа прихожан, собравшаяся в небольшой церкви, сделанной из дерева, но богато украшенной, повторила вслед за священником и начала расходиться.

Лоренцо забежал домой за яблоками и, положив их в старую холщовую сумку, помчался к знахарке Эрине. Полевые работы почти завершились и у мальчика стало больше времени обучаться различным премудростям. Ему приходилось делать это в тайне, потому что у женщины в деревне была скверная репутация. Некоторые даже поговаривали, что она ведьма. Поэтому родители запрещали Лоренцо общаться с Эриной. Но он знал, что она хорошая и не навредит ему. К тому же ему было очень интересно всё, о чём женщина ему рассказывала.

Пару лет назад Лоренцо случайно упал с дерева и сильно повредил ногу. Рана начала загнивать, и местный церковный лекарь сказал, что мальчика уже не спасти, если не отрубить ногу. Но это означало, что Лоренцо окажется негоден к полевым работам и станет бесполезным ртом, который надо кормить. Эрина к тому времени ещё только обустраивалась в деревне, однако едва узнав о случившемся немедля вызвалась помочь мальчику. Платы она не просила, родители Лоренцо нехотя, но всё же согласились на её помощь.

Почти два месяца мальчик провёл в доме, где жила знахарка. Там всегда приятно пахло разными цветами и травами, а ещё были книги. Они притягивали его, и он замирал, едва касаясь потрёпанных переплётов. Лоренцо выучил почти все буквы и узнал некоторые полезные свойства трав.

Эрина хвалила мальчика за усердие и отмечала его успехи в учёбе. Когда Лоренцо выздоровел, женщина предложила ему продолжить учиться у неё в свободное время, которое у мальчика в его возрасте было катастрофически мало. Но несмотря на это, Лоренцо в скором времени принял решение, что книги и знания ему интереснее лазанья по деревьям и игры в рыцарей.

Так началось его обучение знахарству и, хотя ему было всего двенадцать лет, он уже знал все травы Алессийской префектуре, где он жил, а также мог бегло читать.

Сегодня Эрина обещала рассказать мальчику о больших городах королевства и даже нарисовать ему карту, поэтому ему не терпелось скорее приступить к учёбе.

– Ты сегодня пораньше, – сказала Эрина, отворив мальчику дверь. Женщина огляделась по сторонам и, убедившись, что никто не видит, запустила Лоренцо внутрь. Даже с учётом того, что дом находился на отшибе, безопасностью пренебрегать не стоило.

– Я очень старался закончить работу быстрее. А это – тебе, – Лоренцо протянул руки с красно-золотистыми яблоками.

– Спасибо, – ответила женщина. – Ты пока садись за стол, а я сейчас закончу снадобье для Оливии.

Пока Эрина что-то варила в соседней комнате, о чём свидетельствовал звук бульканья, Лоренцо дочитал легенду о короле Арчеде и его доблестных рыцарях. Книга была написана аккуратным почерком, хотя большинство книг уже создавались с помощью печатных машин.

– Я вижу ты закончил эту прекрасную историю, – Эрина подсела к Лоренцо и положила на стол бумагу и чернила.

– Да, это очень интересная книга.

– Если ты внимательно читал, то знаешь, что события этой истории происходят в местности, называемой Ританией. Теперь это префектура Бритос, центральным городом которой является Камелос, – Эрина пододвинула поближе лампаду и начертила на листе бумаги линию и точку почти у его центра, подписав её названием города. Всего в королевстве восемь префектур, в каждой из которых есть своя столица: Камелос – в Бритосе, Флорис – в Алессии, Лютеция – в Триволии, Мадрес – в Эспалоне, Кёльнес – в Готии, Веден – в Ориене, Аквинкум – в Моравосе и Санктум – префектура-столица.

– Помимо столиц префектур есть и другие крупные города, достойные внимания: Алуза, Виньон, Лавилья, Каталонис, Милос, Ориад, Бёрнбург и Праж. Там живёт много людей и можно найти что и кого угодно.

– А что люди там делают? – спросил мальчик.

– Многое. Например, там живут ремесленники и художники, музыканты и писатели, церковные учёные и опытные знахари. Они изучают этот мир и возможности человека.

Голос Эрины начал дрожать.

– Лоренцо… Тебе обязательно нужно уехать отсюда в город. Ты очень способный мальчик и тебя может ждать большое будущее. Я не смогу обучить тебя всему, на что ты можешь быть способен.

– Но почему? Ты и так многому меня научила!

– Наша деревня маленькая, слухи расходятся быстро. Хорошо, что никто не знает, что ты ко мне ходишь. Но когда-нибудь правда откроется и нам обоим не поздоровится. Нельзя привлекать внимание. Особенно меня пугает твой друг с седыми волосами.

– Томас? Он ведь с тобой приехал из Степной! Хоть он и не очень разговорчив, но зато отличный друг!

– Даже друзья могут предать, – вздохнула Эрина и машинально потёрла левое запястье, на котором был уродливый шрам от ожога.

– Но я не хочу уезжать! У меня здесь друзья, мама, папа, братья и сёстры.

– Это для их же безопасности. Люди не всегда принимают нас такими, какие мы есть, а невежество всегда страшится знания и стремится его уничтожить. Нам просто не дадут здесь спокойно жить.

– Я не смогу, Эрина. Здесь мой дом, – Лоренцо едва сдерживал слёзы.

– А я не могу заставить тебя. Это должен быть твой выбор. Возьми эту книгу, спрячь её ото всех и не открывай, пока не придёт час особой нужды, – женщина передала мальчику свёрток, перевязанный искусно плетёными верёвками алого цвета. – Ты добрый мальчик и если однажды тебе нужно будет уйти, то в этой книге ты найдёшь место, где сможешь найти пристанище.

– А как же ты? – Лоренцо принял свёрток, но не мог понять запутанных речей наставницы.

– С этого момента я прекращаю обучать тебя. Всё, что могла рассказать тебе без опаски я уже рассказала. Больше не приходи ко мне.

– Но почему? – по щекам мальчика начали стекать капли слёз.

– Так будет лучше для всех, – хриплым голосом ответила женщина. – Иди домой и спрячь книгу, она не должна попасть в чужие руки. Это последнее, о чём я прошу тебя.

Недоумевающий Лоренцо вышел из дома знахарки и поплёлся домой, стараясь осознать произошедшее. Эрина же, закрыв дверь осела на пол и тихонько заплакала. Лишь через некоторое время она нашла в себе силы встать и вытереть слёзы.

«Надо собраться с силами», – глубоко вздохнув, сказала женщина сама себе. – «Эликсир для Оливии сам себя не доварит».

Глава 2. Подготовка к празднику.

Следующие несколько дней Лоренцо безуспешно пытался встретиться с Эриной. Однако она всячески его игнорировала, словно и не было этих двух лет обучения. Вскоре, он оставил попытки поговорить с наставницей и вернулся к обычной деревенской жизни.

Жатва завершилась, и крестьяне готовились к традиционному празднику урожая. Этот год выдался небогатым на всходы, а подати барону Эрричете, владевшему их землями, платить надо было в полном объёме. Поэтому торжество планировалось скромное.

Каждый житель Солнечной участвовал в подготовке, и никто не оставался в стороне, даже Эрина. Но всё равно она не общалась с Лоренцо и помогала всем, кроме него.

Мальчик тоже больше не стремился к общению с бывшей наставницей, проводя время в компании сверстников. В праздник разрешалось не ложиться допоздна и пугать взрослых, надев маску, так что местная детвора готовилась вовсю повеселиться.

Лоренцо, сделав домашние дела, которых даже несмотря на позднюю осень было немало, отпросился у родителей погулять и решил собрать всех своих друзей.

Сначала он зашёл за Оливией – дочерью деревенского старосты. Она успела выздороветь после тяжёлой болезни и с радостью вернулась к играм и общению с друзьями. Затем настал черёд братьев Энцо и Марио – простых крестьянских мальчишек, в семье которых было десять детей. Далее они зашли к Илитии – дочери плотника, а потом ребята вместе отправились к Томасу, жившему при церкви.

– Привет, Томас! – поприветствовал друга Лоренцо, зайдя в его комнату. Чтобы не шуметь он зашёл в церковь один. – Мы собираемся проверить приготовления ко Дню урожая. Пойдёшь с нами?

– Да. Я как раз закончил читать жизнеописание святого Пигидия. Поэтому на сегодня я могу быть свободен, – мальчик поставил толстую книгу на полку к другим увесистым томам в красно-серых потрёпанных временем обложках.

– Каждый раз поражаюсь как много у тебя книг и как быстро ты их читаешь! – Лоренцо с интересом рассматривал книги и не отводя от них взгляда поспешил напомнить. – И не забудь свои вещи.

– Из всех жителей деревни только тебе и святому отцу это интересно. Остальных этого оценить не в состоянии, – Томас в один карман куртки положил яблоко, а в другой – увесистый ключ, а затем забросил на спину мешок. – Идём.

Они вышли к остальным ребятам и вместе с ними отправились к своему тайному месту – старой мельнице, которая давным-давно сгорела и теперь служила детям убежищем от мира взрослых.

– Итак, кто кем будет наряжаться на праздник? – спросила Оливия, когда все уселись и положили импровизированный стол из обгоревших досок нехитрое угощение: яблоки, хлеб и немного сыра.

– Я буду лисичкой, – ответила Илития, доставая из своего мешка деревянную маску, искусно вырезанную из дерева её отцом.

– Какая красивая, – восхитилась Оливия, а все остальные с ней согласились.

– Я буду медведем, – сказал Марио, показывая свою маску, сделанную из шерсти его мамой.

– Скорее медвежонком, – подшутил над братом Энцо, и все рассмеялись. Марио был толстоват и немного неуклюж, отчего это сравнение было весьма подходящим.

– Сам-то ты будешь в старой маске Джузеппе, – пробубнил Марио.

– Они всё равно её не видели, – самодовольно ответил брат, демонстрируя маску лешего, купленную отцом давным-давно для своего первого сына, который уже оставил родную деревню, отправившись служить в армию.

– Ничего себе, – удивились ребята. – Так здо́рово сделана!

– Надевать маски богопротивных созданий нехорошо, – вдруг развеял дух веселья Томас. – Это может накликать беду.

– Да брось, Томас, – Лоренцо положил руку на плечо друга. – Это всего лишь детская игра. Ничего не случится.

– Ладно, что у тебя, Лоренцо? – спросили дети, когда неловкая пауза стала совсем уже нестерпимой.

– Я буду котом, – мальчик показал всем маску. Она была угловатой, кривой и приделана к старому основанию прошлогодней маски волка.

– Как-то не очень, – неуверенно сказал Энцо. – Сомневаюсь, что она вообще доживёт до конца праздника.

– Зато он сделал её сам, – парировала Оливия. – Никто ему не помогал, и никто ничего не покупал.

– А сама ты кем будешь? – спросила Илития.

– Я тоже буду кошечкой, – довольно улыбнулась Оливия, демонстрируя всем новенькую красивую маску, купленную отцом.

Илития фыркнула. Несмотря на то, что правил игры конечно же никогда не существовало, повторять маску другого человека было дурным тоном. Но в случае Оливии и Лоренцо – это, наоборот, означало, что они пара.

– Томас, остался только ты, – обратился к другу Лоренцо.

Мальчик чувствовал себя неуютно после слов про лешего, но деваться было некуда.

– Я буду инквизитором, – мрачно сказал он и достал старый шлем, очищенный им от ржавчины и покрашенный в чёрный.

– Самая жуткая маска, – содрогнулся Марио. Об инквизиторах ходило много жутких слухов, а кто-то даже пугал ими детей.

– Тем веселее будет, – поддержала Томаса Оливия. – Тогда расходимся и встретимся в масках у церкви, а оттуда все вместе пойдём на праздник.

На этом, дети разошлись доделывать домашние дела, которых у них было немало.

Незадолго до начала праздника, когда Лоренцо отводил коров в стойло к нему вдруг подошла Эрина.

– Лоренцо, не ходи на праздник, – еле слышно прошептала женщина.

– Сначала ты прогоняешь меня, потом не разговариваешь, а теперь говоришь не ходить на праздник, – Лоренцо ничуть не скрывал гнев. – Я не могу и не хочу понимать. Уходи.

– Пойми, у меня дурное предчувствие. На празднике может произойти что-то очень плохое, – голос женщины дрожал. Её лицо скрывал полумрак сгущающихся сумерек, но Лоренцо мог поклясться, что видел слёзы на лице бывшей наставницы.

– Я пойду вместе со всеми, – решительно сказал мальчик.

– Значит так тому и быть, – ответила Эрина и исчезла, словно растворившись во тьме осеннего вечера.

Глава 3. Священное пламя.

Староста произносил поздравительную речь, когда толпа замолкла за пару мгновений, словно кто-то заглушил все звуки. Люди смотрели только в одну точку. Староста, осознав, что дело неладно замолк и обернулся. По дороге ехало пятеро всадников. И это были явно не сборщики податей.

Закованные в чёрные латы рыцари на вороных конях медленно двигались к праздничному столу. Доехав до него, рыцари спешились, но подошли не к старосте, а к священнику.

‒ Отец Клавдий, соберите всех жителей у церкви, ‒ обратился один из инквизиторов, на чьём шлеме был выгравирован серебряный крест. Он знал, как зовут священника, а значит прибыл в деревню неслучайно.

‒ Да, господин, ‒ ответил священник и посмотрел на старосту. Тот кивнул в ответ и что-то прошептал жене.

Довольно скоро все четыре дюжины местных жителей стояли возле столба, водружённого инквизиторами, которые тащили к нему из церкви поленья и хворост. Дети по требованию старосты сняли маски и стояли возле родителей.

‒ Все ли жители деревни сейчас находятся перед нами? – спросил инквизитор отца Клавдия.

‒ Да, господин, ‒ заикаясь ответил он.

‒ Мы – Ревнители веры Святой инквизиции, ‒ обратился инквизитор к толпе. – А сам я – Генрих Крамер. Трибуналом мне доверено вершить суд над еретиками и осквернёнными. Наше долгое расследование пожара в деревне Степная, случившегося несколько лет назад, привело нас к вам. Если вы добровольно выдадите ведьму, что убила множество людей и сожгла их дома, то мы предадим её суду и покинем ваши края. Но ежели вы откажитесь подчиниться воле Господней, то его кара падёт на ваши головы.

Жители деревни молчали. Они доверяли старосте, и ждали его слова. Староста долгое время служил в королевской армии и даже немного повоевал. К солдатам всегда приставляли инквизитора, поэтому он о них кое-что знал. Однако с самими Ревнителями веры не сталкивался, хотя наслышался о них всякого.

‒ Мы все верные дети Господа, среди нас нет ни ведьм, ни колдунов, – обратился он к инквизиторам. Хоть староста и подозревал Эрину в чём-то подобном, но её доброта и бескорыстная помощь, не позволили ему выдать женщину. Тем более она излечила его дочку.

‒ Ведьма! – вскричал Генрих, обвёл взглядом дрожащую от страха толпу и поднял вверх маленькую красную коробку. Из неё лился мерцающий белый свет. ‒ У нас есть Слеза ангела. Ты знаешь, что это, поэтому яви себя добровольно.

‒ Я – та ведьма, которую вы ищете, ‒ Эрина вышла вперёд. Она слышала о Слезе ангела. Этот артефакт был редкостью и использовался Инквизицией только для обнаружения настоящих ведьм и колдунов. Неподготовленных людей он ослеплял навечно, а имеющим способность колдовать подсвечивал кровь так, что они светились изнутри.

‒ Водрузите её на костёр, ‒ скомандовал инквизитор, вынув из ножен меч, и остальные рыцари схватили женщину и привязали её к столбу. – А мы тем временем разберёмся с её сообщниками.

Генрих подошёл к старосте и посмотрел ему прямо в глаза. Мужчина не отвёл взгляда и стоял, всматриваясь в лицо, скрытое забралом.

‒ За укрывательство ведьмы вы приговариваетесь к смерти, ‒ меч вонзился в тело старосты, проткнув насквозь.

Его жена вскрикнула, но тут же уставилась на окровавленный клинок, торчащий из её собственной груди. Инквизитор занёс было меч над Оливией, но вдруг раздался голос:

‒ Господь не карает детей за грехи отцов, если только дети сами не идут по стопам отцов и не дополняют их меру, ‒ это был Томас. Он ненавидел ведьм, но Оливия таковой и не была. Ему нравились её доброта и энергичность, и он не мог позволить ей умереть.

‒ Послание Мавила: глава двадцать три, стих тридцать второй. А ты смелый мальчишка со знанием Святого писания. – Генрих подошёл к мальчику и присел так, что лица их оказались на одной высоте. ‒ Это похвально. Хоть ересь и подлежит искоренять до корня, но видимо сам Господь вложил слова эти в твои уста.

‒ Отец Клавдий тоже не виноват в случившемся, ‒ Томас понимал, что может пересечь черту, за которой чаша терпения инквизиторов может переполниться. Вместе с тем, не замолвить слово за человека, заботившегося о нём несколько лет, он тоже не мог. – Ведьма ходила на все службы и молилась, как и все остальные.

‒ Ты очень смелый. Пожалуй, даже излишне. Кто ты?

‒ Я – Томас, ‒ представился мальчик. – Мы с ведьмой единственные кто выжил в Степной. Всё это время обо мне заботился отец Клавдий.

‒ Он хорошо обучил тебя, – Генрих поднялся и подошёл к священнику. ‒ За то, что не углядел в своей пастве паршивую овцу, но принимая во внимание просьбу мальчика, я приговариваю тебя к служению монахом в монастырь Святого Лучиано.

Отец Клавдий от этих слов потерял сознание. Этим монастырём в семинарии пугали нерадивых учеников, а в монахи отправляли тех, кого едва не предали анафеме.

‒ Что же до девочки, ‒ продолжил инквизитор. – То её мы сопроводим в монастырь Чистой Девы, дабы там ей оказали помощь в очищении души. А теперь давайте уже очистим эту землю от нечестивой ведьмы.

Затем Генрих посмотрел на мальчика, чьё имя, седые волосы и даже судьба напомнили ему о великом Томасе Торквемаде – основателю Святой инквизиции.

‒ Мальчик, ‒ обратился инквизитор к Томасу. – Тебе больше не с кем и не за чем здесь оставаться. Это место было приютом богопротивной ведьмы, оставившей тебя сиротой. Но ты… ты сможешь бороться с этим злом, если присоединишься к нам. Ты согласен?

‒ Да, – ответил Томас.

‒ Тогда забирай вещи и выходи, – велел Генрих.

‒ У меня нет вещей, ‒ сказал мальчик. – Всё, что у меня было – принадлежит церкви.

‒ Быть по сему, ‒ Генрих повернулся к остальным инквизиторам. – Казните ведьму и выдвигаемся обратно в столицу.

Инквизиторы незамедлительно приступили к исполнению приказа и зажгли костёр под Эриной, которая плакала. Она всё это время старалась не смотреть на Лоренцо и была рада, что он не пострадал. Но при этом женщина глубоко сожалела, что принесла этим добрым людям столько проблем.

‒ Да очистится душа твоя этим огнём, и найдут покой души, что ты осквернила, ‒ тихо сказал один из инквизиторов, после чего прошептал короткую молитву и отправился вслед за отрядом.

Крики Эрины ещё несколько мгновений жутким эхом разносились по округе, а затем деревню плотным саваном окутала тишина, лишь дерево в костре мерно потрескивало, порождая языки пламени, пожирающего всё, к чему могло прикоснуться.

Глава 4. Звезда Дьявола.

Минуло почти четыре года с момента событий, кардинально изменивших жизнь в обычной деревне. Лоренцо часто снились кошмары, и он просыпался с диким криком, хотя на казни Эрины не проронил ни звука. В тот момент по его щекам не прокатилось ни одной слезы, из-за чего парень корил себя в чёрствости.

Без Томаса и Оливии он не мог справиться с давящей тяжестью вины и безысходности. Марио и Энцо забрали в королевское войско, потому что в их семье было много других мужчин, способных содержать хозяйство. Его отца назначили новым старостой, и тот с головой окунулся в дела деревни, а не справившись с грузом ответственности стал искать утешение на дне стакана. Мать Лоренцо целиком была занята заботой о дочке, которая родилась спустя полгода после того злосчастного праздника жатвы.

В итоге парень был предоставлен сам себе. Единственным спасительным кругом оставалась работа. Её стало гораздо больше с момента назначения отца, но это его нисколько не смущало. Лоренцо посвятил повседневной рутине всего себя и к шестнадцати годам полностью отстранился от всех остальных. Или почти всех.

‒ Может сегодня снова пойдём на сеновал? Как тогда? – Илития догнала Лоренцо, ведущего трёх коров домой, и игриво подтолкнула его. Она выросла вполне привлекательной девушкой, на которую засматривались и ровесники, и мужчины постарше. Но она выбрала именно Лоренцо.

‒ Нет, я сегодня слишком устал, ‒ ответил парень. – Весь день в поле работал, а сейчас ещё коров и свиней напоить надо.

‒ Эх, ну в другой раз, ‒ вздохнула девушка. – Я тогда домой пошла, а то от этой штуки в небе мне не по себе.

Однажды Лоренцо сильно повздорил с отцом и будучи опустошённым в отчаянии поддался на соблазнения девушки. После этого она часто предлагала ему близость, но каждый раз в его голове всплывало лицо Оливии в тот кошмарный вечер. Лицо девочки, у которой родителей только что убили на её глазах, а саму отправляли в жуткий монастырь без надежды на освобождение не выражало ни страха, ни горя, ни отчаяния, застыв в полной беспристрастности. И это было самым пугающим.

Но сегодня Лоренцо больше всего не давала покоя хвостатая звезда, пересекающая небо. Илития, да и все остальные тоже беспокоились. Ведь согласно поверьям, это летит звезда Дьявола и она предвещает смерть и разрушения. Лоренцо же, помимо всего прочего, одолевало странное чувство внутреннего напряжения, словно что-то должно вот-вот вырваться наружу. В подобные дни он всегда брал с собой свёрток с книгой, которую дала Эрина, пряча его за пазухой, он придавал ему уверенности.

Напоив скот водой и заперев хлев, Лоренцо нехотя побрёл в дом. Он понимал, что не увидит там ничего приятного, кроме матери и сестрёнки. И когда парень зашёл внутрь все его ожидания подтвердились. Трёхлетняя девочка плакала на руках матери, а отец в это время сидел за столом слегка покачиваясь.

‒ Заткни её уже! – закричал отец. – Или я сам это сделаю.

Лоренцо знал, что мать снова не станет перечить, лишь закроет телом дочь и будет терпеть удары крепких мужских кулаков. Парню и самому нередко доставалось, и он ходил потом в синяках и ссадинах. Но следуя наставлениям нового священника отца Николаса, Лоренцо смиренно склонял голову перед родителем своим, потому что так велит Господь.

‒ А, пришёл наконец? – заплывшие от выпитого алкоголя глаза отца уставились на парня. – Я велел коровник очистить, а ты что? Опять со своей девкой шлялся?

‒ В поле работы много было. Я завтра сделаю, ‒ тихо ответил Лоренцо. Он был рад отвлечь отца от матери и сестры.

‒ Если бы я всё откладывал на завтра, ты бы уже с голоду сдох. Надо было тебя с ведьмой сжечь. Это мне наказание Господне за то, что мой сын прихвостень ведьмы, ‒ оглушительный крик заставлял парня сжиматься. Однако хуже всего было то, что это пугало сестру, на что отец реагировал ещё жёстче. – Я же сказал: заткни её! Теперь придётся самому.

‒ Не тронь её, ‒ сдавленно ответила мать.

‒ Ты ещё смеешь мне перечить?!

В мать полетела тяжёлая деревянная кружка, попав в рёбра. Женщина невольно вскрикнула от боли, от чего девочка, прятавшаяся под ней, закричала. Отец с трудом поднялся со стола и, сильно пошатываясь, подошёл к ним. Он попытался отбросить жену от ребёнка, но та схватила девочку мёртвой хваткой, что только разозлило мужчину. И тогда он нанёс удар. Затем ещё один и ещё. Тело женщины обмякло, но её мужа это не волновало. Удары стали задевать и девочку, отчего та заливалась слезами.

Лоренцо всё это время молча наблюдал за жестокой сценой расправы. Его кулаки сжались, а лицо побагровело. Что-то внутри него давило и давило, пытаясь вырваться в этот мир. И этим чем-то был гнев.

‒ Хватит! – рявкнул он, вскинув руки в сторону клубка из трёх тел. И в ту сторону вдруг хлынуло пламя, моментально охватившее отца и соломенный тюфяк под ним. Огонь быстро распространился по сухому дереву, в некоторых местах пропитанному алкоголем. Лоренцо попытался было броситься на помощь матери и сестре, но вокруг них бушевало такое пламя, что невозможно было подобраться. Отец после непродолжительных криков рухнул на пол, но его тело продолжало полыхать. Огонь разносился по избе и парню не оставалось ничего, кроме как бежать наружу.

Оказавшись во дворе, Лоренцо стал лихорадочно думать о том, что произошло.

«Что я натворил? Я сделал огонь. Я убил их. Во мне скверна Дьявола и теперь Инквизиция заберёт меня, а моя душа отправится прямо в ад».

‒ Лоренцо? – его раздумья прервал сосед Сервий, нередко составлявший компанию отцу в опустошении бутылок. – Что произошло?

‒ Я не хотел… ‒ Лоренцо растерялся, его мысли путались. – Я не знаю, как так вышло…

‒ Ты что, крысёныш, – сквозь зубы сказал Сервий и угрожающе надвинулся на парня. – Спалил родную хату вместе с семьёй? Надо было тебя ещё тогда вместе с ведьмой сжечь!

Лоренцо в испуге прикрылся руками, но из них вновь вырвалась струя пламени, окатившая соседа, подошедшего совсем близко. Наблюдая, как горящее тело опустилось на землю и услышав крики людей, которые уже бежали тушить пожар, парень понял, что у него остался один путь – бежать без оглядки подальше отсюда.

Он устремился к реке, надеясь сесть в рыбацкую лодку. Ему пришлось пробираться через дворы, чтобы не попасться на глаза людям, вышедшим на улицу, чтобы помочь в тушении огня.

Несмотря на усталость, Лоренцо довольно быстро добрался до места, откуда отправлялись рыбаки, и, приложив немало усилий, спустил лодку на воду. Забравшись внутрь, парень начал неистово грести, выжимая из себя остатки сил. Однако довольно скоро сознание стало оставлять его, и он провалился в тяжёлый сон без сновидений.

В это время на месте пожара отец Николас вместе со старостой осматривал труп Сервия.

‒ Что скажете? – спросил староста священника.

‒ Инквизиторов нужно звать, ‒ отец Николас прищурился, глядя на свежие ожоги на теле Сервия и выжженную землю вокруг. – Колдуном оказался наш Лоренцо.

Он посмотрел на небо и перекрестился. То же самое в страхе сделал и староста. Наверху переливающийся серебром полумесяц был пересечён огненным хвостом звезды Дьявола.

Глава 5. Отвергнутые

Лоренцо проснулся в то время, когда Солнце уже перешло зенит. Всё произошедшее могло показаться ему страшным сном, если бы течение реки не несло его лодку в неизвестность. Живот недовольно проурчал, а во рту разразилась настоящая засуха. Лоренцо осмотрел лодку, но не нашёл там абсолютно ничего, чем можно было добыть еду, кроме небольшого ножа, который он решил забрать.

Немного поразмыслив, Лоренцо понял, что нужно пристать к берегу и искать пропитание в лесу. К счастью, Эрина рассказывала о съедобных и ядовитых грибах, ягодах и растениях, а середина августа была идеальным временем для жизни в лесу.

Парень не знал, как долго и сколь быстро он плыл, поэтому ему было трудно предположить, где он сейчас. Лоренцо помнил, что река течёт в сторону города Милос, поэтому тот мог оказаться не так далеко. Вот только соваться туда, где наверняка расположились инквизиторы, представлялось ему безрассудным.

Пустив лодку плыть дальше, парень пошёл вглубь леса в поисках еды. Он шёл долго, пока не набрёл на поляну, по краям которой росли кусты малины, а сама она была усеяна земляникой. Собрав большую горсть ягод, Лоренцо сел на большое дерево, давным-давно упавшее прямо на середину поляны. Парень стал есть и думать, что ему делать дальше. Страх начинал отходить на второй план, а всё остальное затмевала жажда выжить.

Обосноваться в городе в одиночку было практически невозможно, потому что Лоренцо совершенно не знал городского уклада и от него было мало пользы в ремесленных делах. Но селиться в деревне было ещё опаснее. Одинокий шестнадцатилетний парень сразу навлёк на себя подозрения, ведь его приняли бы либо за дезертира, либо за беглеца. И тут Лоренцо нащупал у себя под рубашкой свёрток с книгой.

«Если однажды тебе нужно будет уйти, то в этой книге ты найдёшь место, где сможешь найти пристанище», ‒ вспомнил парень слова Эрины.

Лоренцо развязал узел из верёвок, и раскрыл свёрток. Перед ним лежала книга в чёрном переплёте без надписей. Ни названия, ни автора. Он открыл первую страницу, но она была чиста, словно ей никогда и не пользовались. Он перелистал все страницы, но не нашёл ни единого символа.

«Неужели Эрина обманула меня?» ‒ подумал Лоренцо. Тогда он взял свёрток и начал его рассматривать. Во внутренней части аккуратным почерком была выведена надпись.

‒ Най-ди Джо-зе-фа в Ми-ло-се, ‒ медленно прочитал по слогам парень. Он четыре года не держал в руках книг и чтение давалось ему с трудом. Свёрток вспыхнул прямо в руках и серым пеплом разлетелся по земле, ошарашив Лоренцо.

Хруст ветки, прозвучавшим совсем рядом, вывел его из оцепенения. Он медленно повернул голову и тут же от страха свалился с дерева: рядом стоял человек в чёрных обносках, на лице которого отсутствовали нос и одна губа. В руках он держал увесистую дубину. Тут же к Лоренцо с разных сторон осторожно подошли ещё четверо, выглядевших примерно также, как и первый. Парень оказался окружён. Он опасливо переводил взгляд с одного противника на другого. Но пока Лоренцо смотрел в одну сторону на него напали с другой. Парень успел лишь прикрыться руками и из них, как и вчера, вырвался поток холода, и заморозил нападавшего. Тот рухнул вниз и разбился о землю кровавыми осколками.

Лоренцо, тяжело дыша, огляделся вокруг. Все остальные нападавшие встали перед ним на колени, приклонив голову.

‒ Мы должны сопроводить тебя к магистру, ‒ прошепелявил один из них, нарушив молчание.

‒ Я никуда с вами не пойду, ‒ ответил Лоренцо.

‒ Думаешь у тебя есть выбор? – прошипел другой.

‒ Магистр тебе поможет, он знает твои страхи, ‒ протянул руку тот, которого парень увидел первым. – Меня зовут Грегор.

Лоренцо подумал, что доверять им не стоит, но если они предпримут ещё одну попытку напасть, то его способность может и не подействовать. Тем более ему действительно нужна помощь.

‒ Лоренцо, ‒ кивнул в ответ парень, но руку жать не стал. Грегор пожал плечами и затем все направились дальше вглубь леса.

Лоренцо вели в самую чащу. Солнце уже садилось и в лесу наступала ночь. Ухали совы, выли волки, шуршали другие звери, но к путникам никто не приближался. Лоренцо украдкой разглядывал своих спутников. У каждого из них были увечья от болезней и травм, но они этого даже не пытались скрыть, а словно наоборот выставляли их напоказ.

‒ Ты нас не бойся, мы уже не заразные, ‒ Грегор поймал взгляд Лоренцо и улыбнулся наполовину беззубой улыбкой.

‒ Кто вы? – набравшись храбрости спросил парень.

‒ Мы – отвергнутые. Те, кого люди перестали замечать или того хуже – выбрали целью насмешек и издевательств. Нам не было место в том мире, но магистр помог нам, наполнил жизнь смыслом.

‒ И что за смысл?

Шум не дал Грегору ответить. Заросли малины, мимо которых они проходили, задрожали и оттуда на отряд выскочил огромный медведь. Он встал на дыбы и грозно зарычал. Грегор, Лоренцо и все остальные дружно попятились. Никому не хотелось умирать от лап разъярённого хищника посреди леса. Зверь же предвкушал добычу, которая сама пришла к нему на ужин.

Вот только охотник сам стал жертвой. Словно по команде Грегор и его соратники начали что-то бормотать, достали кто склянки, а кто мешочки и кинули их содержимое в сторону медведя. Зверь не обратил на это никакого внимания и ринулся вперёд, но едва он сделал пару прыжков, как его глаза лопнули кровавым фонтаном.

‒ Славный будет ужин, ‒ прошепелявил один из отряда Грегора.

Вместе они поволокли тушу дальше. Медведь был очень тяжёлым и даже привыкший к тяжёлым работам Лоренцо еле тащил его надеясь, что скоро они дойдут до цели. Их путь закончился резко и неожиданно. Словно из тьмы появилась большая изба без окон. Дверь отворилась, и они зашли внутрь, где было очень просторно. На полу были нарисованы незнакомые Лоренцо символы, по углам которых стояли свечи. У стены расположился огромный стол, заставленный разнообразными склянками и горшками.

‒ Так, так… И кого вы ко мне привели на этот раз? – раздался басистый голос и отвлёк Лоренцо от изучения избы. Из другой комнаты вышел однорукий мужчина в красном камзоле, пламя свечей тревожным отсветом отражалось от гладкой кожи его черепа.

Грегор подошёл к мужчине и что-то ему прошептал.

‒ Добро пожаловать в ковен Деймоса, маг, ‒ мужчина сделал небольшой поклон и хищно улыбнулся.

Глава 6. Ковен Деймоса.

Лоренцо усадили за стол, и подали ему большой кусок чёрствого хлеба и тарелку мясной похлёбки, в которую положили какие-то травы и коренья. Он набросился на еду, словно не ел несколько недель. И эта пища казалась ему самым вкусным, что он когда-либо пробовал. В это время магистр внимательно за ним наблюдал.

‒ Когда у тебя проявились способности? ‒ спросил он, едва Лоренцо довольно отодвинул тарелку.

‒ Вчера вечером, ‒ вытирая рот рукавом неохотно ответил парень. Ему очень тяжело давались эти воспоминания.

‒ И что же ты сделал?

‒ Сжёг свой дом и заморозил соседа, ‒ Лоренцо не хотелось пускаться в причины произошедшего, а магистр не стал спрашивать.

‒ Значит гнев и страх стали проводниками твоих заклинаний. Это довольно частое явление для таких, как ты, ‒ мужчина задумчиво потёр подбородок. – А спровоцировало это явление комета.

Лоренцо уставился на собеседника и почесал затылок.

‒ Ты не понял ни слова, ‒ сделал вывод магистр и налил из глиняного кувшина в стакан красную жидкость и поставил его перед парнем. – У тебя, верно, не было наставника?

Лоренцо отпил из стакана. Он пробовал вино лишь один раз на свадьбе и подумал, что это оно и есть. В напитке одновременно чувствовались и горечь, и сладость. Парень, недолго думая, допил всё без остатка.

‒ Была Эрина… Она рассказывала мне про травы, про мир и научила читать, – Лоренцо нахмурился и посмотрел на свечу. В её пламени словно горела его наставница. Он закрыл глаза. – Её сожгли инквизиторы четыре года назад.

Пламя свечей стало колебаться. Огонь в печи разгорелся так, что едва не выбил заслонку. Магистр добавил в стакан ещё напитка.

‒ Мне жаль твою наставницу, хотя я никогда не слышал о ней, ‒ магистр смягчил голос. – Она передала тебе что-нибудь?

Лоренцо, вновь выпил и передал книгу. Магистр внимательно её осмотрел, а затем полистал.

‒ Как интересно. Книга, что тебе дали называется «Путь», ‒ заявил он. ‒ Её пишут магистры, чтобы в случае его гибели ковен возродился с новым лидером. Похоже, что тот, кто вручил тебе эту книгу очень доверял тебе и считал достаточно способным.

Лоренцо не ответил. Он уже захмелел и стал засыпать прямо за столом. Парень смутно ощутил, как его заботливо уложили на тюфяк, а затем мгновенно провалился в сон.

Утром Лоренцо проснулся от многоголосья, наполнившего комнату, а затем плавно перешедшего в стройный хор. Открыв глаза, он увидел, как все, кто его вчера сопровождал, сидели на полу и читали книги, а напротив них стоя читал сам магистр. Парень был в восторге от увиденного. Он смотрел на читающих, словно заворожённый. Правда многих слов Лоренцо не понимал, но это придавало действу ещё больше великолепия.

Когда чтение завершилось люди поднялись, сложили книги в одну стопку и разбрелись по своим делам. Один из них дал Лоренцо тарелку с кашей и кусок хлеба, а затем тоже ушёл. С удовольствием доев завтрак, парень осмотрелся. Он подошёл к тем книгам, которые утром читали люди, и взял одну из них, но не успел открыть её, как сзади раздался уже знакомый бас.

‒ Это «Природа явлений», написанная в стародавние времена чародеем Аристолусом. Она рассказывает об основах мироустройства. Все, кто занимается колдовством, должны прочитать её, ‒ магистр подошёл к Лоренцо вплотную. – Тебе это интересно?

‒ Очень, ‒ восторженно ответил парень.

‒ Тогда ты согласен присоединиться к нам?

‒ Да, ‒ не задумываясь ответил Лоренцо.

‒ Прекрасно, ‒ усмехнулся магистр. – Как тебя зовут?

‒ Лоренцо.

‒ А меня – Деймос. Совсем скоро ты пройдёшь посвящение и присоединишься к ковену. А пока мы с тобой поработаем над твоими способностями.

Магистр взял одну из книг, и они вдвоём вышли наружу. День был в самом разгаре. Где-то неподалёку неистово стучал дятел, а кукушка отсчитывала срок этому миру.

‒ Ты знаешь, как люди научились колдовать? – спросил Деймос.

‒ Каин отдал душу Дьяволу, а тот взамен влил в его кровь скверну из собственной крови, обрекая его потомков на муки в аду, ‒ ответил Лоренцо.

‒ Так повествует Святое писание, ‒ ухмыльнулся магистр. – Но есть старая легенда, которую хранят такие, как мы. По этой легенде древний титан Прометей поделился своим огнём созидания со всеми, кто осмелится явиться к нему. Поэтому в нас горит негаснущее пламя. В ком-то сильнее, их называют чародеями, а в ком-то слабее – это колдуны и ведьмы. А есть маги – это те, чьё пламя рвётся наружу, разрывая все оковы.

‒ Вы назвали меня магом вчера. Это значит…

‒ Что ты можешь сдвинуть горы, если сможешь обуздать свою силу, ‒ мечтательно сказал магистр, а затем вздохнул. – Лоренцо, нас осталось очень мало. Инквизиция хорошо постаралась, чтобы истребить нашу породу. Наступили сумерки магии. Совсем скоро она полностью исчезнет. Разве что мы не спасём свой род, вернув себе власть. Готов ли ты на это? Сможешь ли рискнуть своей жизнью, ради нас?

‒ Я сделаю всё, что потребуется. – ответил Лоренцо.

‒ Тогда приступим к твоему обучению не дожидаясь посвящения, ‒ Магистр жестом пригласил парня сесть прямо на траву и открыл книгу.

Два дня прошли для Лоренцо словно один миг. Он не узнал столько нового за всю свою жизнь, если не считать уроков Эрины. Грегор рассказал ему много полезного о ловле рыбы, Ума научила готовить мясо медведя, а Лирий показал, как ставить силки на зайца. Сам Деймос поведал некоторые знания о том, что такое магия и как нужно ею пользоваться.

Он даже показал свою силу.

‒ Жизнь – непостижимая загадка мироздания, ‒ промолвил Деймос, взяв в руки клетку с пойманным только что зайцем. – Столько великих умов пытались её разгадать, даже обмануть… всё напрасно. Всё, чего мы достигли – лишь жалкая попытка её обмануть.

Магистр поставил клетку с кроликом перед клеткой с певчей птицей, умершей сегодня утром. Смерть пернатого друга сильно расстроила Уму. Разум женщины был нездоров и говорить она не могла, но готовила изумительно, что очень ценили все члены ковена. Поэтому и заботились о ней все до единого. Даже магистр.

Деймос взял книгу, на которой кровью были начерчены руны и стал читать. Не прекращая читать заклинание, он достал из клетки кролика и перерезал ему горло, обрызгав птицу. Едва наступила тишина, птица задвигалась и вспорхнула на жёрдочку. Комнату наполнили птичьи трели, а Ума радостно захлопала в ладоши.

‒ Природа превыше всего ставит равновесие. Когда что-то создаёшь – должен что-то отдать взамен, ‒ сурово сказал магистр.

Но даже несмотря на такое представление, Лоренцо не оставляло чувство, что Деймос рассказывает ему не всё. О чём он его прямо спросил утром третьего дня пребывания в пристанище ковена.

‒ Не буду скрывать, что это не так. Пока ты не принят в ковен тебе закрыт доступ к тайному знанию. Но как только ты пройдёшь посвящение, я обучу тебя всему, что знаю. Я помогу обрести могущество, о котором ты и думать не мог.

Через несколько мгновений дверь со скрипом отворилась и в избу зашли три мужчины и одна женщина, чья внешность соответствовала обычному представлению о ведьмах – сгорбленная, припадающая на одно колено, с редкими прядями длинных чёрных волос, выбивающихся из-под капюшона, плотной тенью скрывающего лицо. В руках она держала свёрток. Внезапно раздался громкий детский плач. Деймос хищно улыбнулся.

‒ Твоё посвящение состоится уже совсем скоро, мой ученик.

Глава 7. Выбор.

‒ Мы принесли дитя, рождённое в слепую Луну, ‒ прохрипела женщина и откинула капюшон. Лоренцо восхитился красотой её лица. Оно запросто могло затмить обезображенное тело.

‒ Эния, любимая, ты, как всегда, прекрасно всё сделала. И очень вовремя! У нас удивительный гость, решивший стать частью нашей семьи, ‒ ответил Деймос.

‒ Не тот ли это колдун, о котором судачит вся округа? – усмехнулась ведьма.

‒ Он маг, дорогая, ‒ улыбнулся магистр. – И готов к нам присоединиться.

Женщина подошла к Лоренцо и посмотрела ему прямо в глаза. Её взгляд пронзил парня, словно ледяная игла, однако он не мог оторвать взора от чарующей прелести изумрудных глаз.

‒ А ты не боишься? – спросила Эния.

‒ А у меня есть выбор? – задал встречный вопрос Лоренцо.

‒ Выбор есть всегда, ‒ покачала головой ведьма. – В конце концов можно выбрать смерть.

‒ Свою или чужую?

Женщина расхохоталась, а потом зашлась в надрывном кашле, чем ещё больше напугала ребёнка, который продолжал плакать.

‒ А ты не так уж и глуп для деревенского юнца, ‒ откашлявшись произнесла Эния. ‒ Возможно, из тебя будет толк. Ладно, нам надо поспать. Мы два дня без сна по лесу бродили.

‒ Эй, Грегор, вместе с Умой позаботься о ребёнке, ‒ распорядился Деймос, после чего ведьма со спутниками улеглись на тюфяки, а остальные разошлись заниматься своими делами.

Ума приготовила тюрю, пока Грегор пытался убаюкать ребёнка. Лоренцо помогал матери ухаживать за сестрой, поэтому решил помочь им с младенцем.

Парень осторожно забрал дитя из рук Грегора и стал укачивать, напевая колыбельную, которую очень любила сестрёнка.

Светят звёзды и Луна.

Наступила тишина.

Ты глаза скорей закрой.

Спят зайчишки и лиса.

И детишкам спать пора.

Ночью нужен им покой.

Завтра новый день придёт.

Солнышко опять взойдёт.

Будем мы играть с тобой.

А сейчас всем надо спать.

Всех овечек сосчитать.

И ты будешь спать со мной.

Младенец уснул и Лоренцо аккуратно положил ребёнка в приготовленную корзину, а затем укрыл его покрывалом. На серую ткань упало несколько капель, и парень с удивлением смахнул слёзы со своих щёк. Убедившись, что ребёнок спит Ума ушла готовить ужин, а Лоренцо и Грегор уселись на скамью.

‒ Мне нужно будет что-то сделать с малышкой? – без раскачки спросил парень.

‒ Ты видел, что сделал магистр с зайцем. Вот именно это тебе и предстоит совершить.

Лоренцо не смог найти слов. Он словно рыба открывал рот, но не произносил ни звука, уставившись в одну точку. Грегор положил руку ему на плечо.

‒ Знаешь, я был изгоем. В городе меня могли побить, облить помоями, дети кидали в меня камни. Никому не было до меня дела, хотя я никому не делал зла. Стражники только пытались забить меня до полусмерти. Если бы я умер – люди бы просто перешагивали через моё тело, до тех пор, пока его не съели крысы.

‒ И поэтому ты готов убивать невинных детей? – еле выдавил из себя парень.

‒ Нет. Ведь сначала я встретил магистра и нашёл Уму. Поверь, с ней было даже хуже, ведь она – женщина. Но и она смогла преодолеть свои страхи и стать частью ковена, научившись колдовать. Мне не нравится убивать детей, но когда я ставлю себя на место других, то сомнений уже не остаётся. Мир отвернулся от всех нас. И от тебя он отвернётся тоже. Поэтому будь готов к плате за то, чтобы жить.

Лоренцо вспомнил гневные проповеди отца Николаса о гнусности ведьм и колдунов, на которых он говорил отвратительные и лживые слова об Эрине, а остальные этому верили или старались верить, хотя она помогла многим семьям. О нём сейчас говорят то же самое, думал он.

‒ Возможно ты прав. Мне просто трудно принять это, ‒ сказал парень.

‒ Я знаю, ‒ Грегор похлопал Лоренцо по плечу. – Я знаю.

Несмотря на ответ Грегору остаток дня у Лоренцо тряслись руки. Он даже не мог читать книгу. Парень надеялся, что этого никто не заметит, потому что все были заняты приготовлением к посвящению. Однако вскоре рядом с ним на скамью присела Ума, устало вздохнув и опёршись руками на колени.

‒ Э-э-э, м-м-м, ‒ промычала женщина и слегка покивала головой. Потом она улыбнулась и подошла к вещам, сложенным в углу комнаты.

Недолго порывшись в лежавшем там хламе, Ума что-то достала и вновь вернулась к Лоренцо. Она протянула ему руку, в которой сжимала что-то чёрное. Присмотревшись, парень понял, что это – соломенная кукла.

‒ Спасибо, ‒ ответил Лоренцо, заставив себя улыбнуться. Ума, улыбнувшись в ответ, издала довольное «а-а-а», и вышла из избы.

Парень посмотрел на куклу: она была в застарелом жире и покрыта пятнами, цвет которых нельзя было определить из-за впитавшейся сажи.

«Неужели и Ума делала такие ужасные вещи?» ‒ подумал Лоренцо.

Неизвестно сколько времени он просидел с куклой в руках, но, когда оцепенение отступило, было похоже, что к ритуалу всё готово. Парень надел кожаную куртку, одолженную ему Лирием и убрал куклу в карман. «Путь», который Лоренцо всегда держал при себе, он убрал за пояс.

В большой комнате из нескольких столов был сооружён алтарь наподобие того, что стоял в деревенской церкви, только вместо креста было направленное вверх копьё с подожжённым наконечником. По обеим сторонам стояли высокие подсвечники на каждом из которых ярко горели свечи. Лоренцо вдруг пришло в голову, что одно неосторожное движение и вся изба вспыхнет словно сухая солома.

Довольно скоро у алтаря собрались все члены ковена Деймоса. Их было двенадцать. У алтаря стояли сам Деймос и Эния.

‒ Лоренцо! ‒ обратился к парню магистр. ‒ Сегодня – твой день! Подойди к нам.

Лоренцо поднялся к алтарю и встал между Деймосом и Энией. После этого к ним подошли Ума и Грегор. Они водрузили медную лохань на алтарь и отошли. Внутри лежал ребёнок, завёрнутый в тряпицу. Деймос и Эния развернули ткань. Девочка на удивление не спала, но и не плакала. Она внимательно осматривала взрослых. Встретившись взглядом с Лоренцо, девочка улыбнулась. Глядя в её голубые глаза, парень лишь крепче сжал губы. Тем временем Эния подняла со стола кинжал с волнистым клинком.

‒ Во славу владыки Ареса возьми то, что принадлежит тебе по праву крови! ‒ торжественно произнёс Деймос.

Лоренцо принял кинжал от Энии и дрожащей рукой медленно поднёс его клинок к горлу младенца.

‒ Я сделал выбор… ‒ прошептал Лоренцо, глубоко вздохнул и покрепче сжал рукоять.

Глава 8. Кровь и огонь.

Кровь брызнула на лицо Лоренцо, едва не попав в глаза. Он вонзил кинжал наобум и так получилось, что попал точно в шею Деймоса. Мужчина схватился за рану, но оступился и повалился назад, опрокинув подсвечник, от которого пламя быстро перекинулось на деревянный пол. Не обращая на внимания на магистра, Лоренцо толкнул ошеломлённую Энию. Стараясь не упасть, женщина попыталась ухватиться за второй подсвечник, но упала вместе с ним, опрокинув его на себя. Её балахон мигом загорелся, и ведьма взвыла от боли.

Вопль Энии вывел ковен из оцепенения и в избе началась суматоха. Кто-то что-то кричал, но слов было не разобрать. Одни пытались потушить пламя, другие старались спасти книги и припасы, но огонь быстро пожирал деревянное строение, и чем дольше люди оставались внутри, тем больше они рисковали своими жизнями.

Лоренцо схватил корзину с ребёнком и побежал к выходу. Парня никто не останавливал, и он свободно выбрался из горящей избы. Снаружи было заметно, что огонь охватил уже большую её часть. Несколько членов ковена выбрались наружу, но Лоренцо и ребёнка они не замечали, опустошённо глядя на разрушающийся дом. Недолго думая, парень побежал прочь. Он молился о том, чтобы плач девочки не привлёк к нему внимания, и никто не ринулся за ним в погоню.

Спустя некоторое время, Лоренцо уже не мог продолжить бег и ему пришлось остановиться. Тяжело дыша, он с трудом разомкнул онемевшие от напряжения пальцы и положил корзину с младенцем на землю. Ребёнок плакал. Лоренцо понимал, что плач может привлечь хищников, поэтому решил больше попробовать успокоить малышку. Он нашёл старый дуб с широченным стволом и сел, прислонившись к нему спиной. Девочку парень вытащил из корзины, укутал в куртку и стал укачивать. Сам парень спать не собирался, но сон быстро и незаметно поглотил его, словно утренний туман.

Лоренцо проснулся от того, что с его носа свесилась капля росы. Парень поморщил нос, и она капнула вниз прямиком на ребёнка, лежащего на его руках. Немедля ни мгновения Лоренцо раскрыл куртку, чтобы проверить девочку. Несмотря на то, что сам он сильно продрог, малышка не замёрзла и тихонько посапывала. Парень бережно переложил ребёнка в корзину и с трудом поднялся. С тихим стоном он потянулся, разминая занемевшее тело.

«Чем её кормить? Я могу только набрать немного воды», ‒ думал Лоренцо. – «И что потом? Как я выживу в лесу, да ещё и с младенцем на руках?»

На эти вопросы у него не нашлось ответов. Но он понимал, что оставаться на месте было смерти подобно. Первым делом Лоренцо с помощью ножа, взятого ещё в лодке, сделал кулёк из бересты и набрал туда немного воды, собрав росу с больших листьев. После этого, он сперва сделал несколько глотков сам, а затем разбудил девочку.

Чтобы она не плакала, парень дал ей куклу Умы, оставшуюся у него в кармане. Кукла малышке очень понравилась, она схватила её и улыбнулась. С трудом, но Лоренцо всё же удалось напоить ребёнка. Всё это время она продолжала быть такой тихой и спокойной, словно понимала, что шуметь нельзя. Однако Лоренцо знал, что это ненадолго. Нужно было что-то предпринять. Подняв корзину, парень решительно пошёл на север – там, где, как ему казалось, должен был пролегать тракт.

В тишине они прошли лишь небольшой путь. Совсем скоро девочка заплакала и Лоренцо уже ничем не мог её успокоить. Даже прибережённый запас воды не смог унять плач. Однако им не оставалось ничего другого, кроме как продолжать идти вперёд. Парень надеялся, что тракт окажется довольно близко, и они не успеют попасться лесным хищникам или возможным преследователям.

Его надежды развеялись в тот миг, когда путь перегородил большой чёрный волк. Хищник вытянул голову и стал принюхиваться. Его хвост резкими взмахами вилял из стороны в сторону. Зверь смотрел в глаза Лоренцо, словно вызывая на поединок. Будто ощущая неладное, ребёнок заплакал сильнее и стал вертеться. Волк перевёл взгляд на комочек, вырывавшийся из корзины.

Бежать было невозможно, а нож в такой схватке был почти бесполезен. У Лоренцо оставался только один выход – использовать магию. Он медленно присел к земле и, не отводя взгляда от противника, положил корзину, готовясь защищаться. В этот самый момент волк атаковал. Ему понадобилось лишь пару прыжков, чтобы настигнуть добычу, и Лоренцо этого конечно же было недостаточно.

Чтобы уберечь ребёнка, парень выставил руку. В неё-то зверь и вцепился. Лоренцо закричал от боли. И в это мгновение сгорая от гнева он направил на волка пламя. Хищник разжал челюсти и, издав протяжный вой, унёсся куда-то в лес, словно огненный шар.

Лоренцо повалился на землю. Он не чувствовал правую руку, вместо неё там был пожар. А девочка продолжала плакать. Несмотря ни на что им нужно было идти вперёд и Лоренцо заставил себя подняться. Он посмотрел на раненую руку. Рукав куртки был порван, а рубаха пропиталась кровью, что тонкой струйкой начала стекать вниз и капать прямо на траву. Взяв корзину левой рукой Лоренцо пошёл дальше. Но совсем скоро он стал пошатываться, а глаза предательски старались закрыться.

Было это божественным провидением, везением или чем-то ещё, однако лес внезапно закончился и Лоренцо вышел на тракт. И в это время силы окончательно оставили его. Он повалился на колени, а затем впал в забытьё.

Глава 9. Милость графини.

Лоренцо очнулся, получив хороший удар по затылку. Со стоном открыв глаза он увидел тёмно-синее небо, на котором уже начали появляться звёзды. Тут же парень вновь приложился головой обо что-то твёрдое.

‒ Проклятые дороги, телега вот-вот развалится, ‒ проворчал кто-то совсем рядом. – Графиня могла бы намекнуть своему муженьку, что неплохо было бы заняться трактом. Но нет, мы лучше будем подбирать всяких оборванцев в крови, да ещё и с приплодом.

Лоренцо услышал плач, который почему-то был в отдалении от него. Парень попытался встать, но едва приподнявшись на локтях, ощутил чудовищную боль в руке и упал, опять ударившись затылком.

‒ Ай, ‒ вскрикнул Лоренцо.

‒ Что, очнулся наконец? – буркнул неизвестный. – Потерпи немного. Сейчас до деревушки доберёмся и там заночуем. Пусть меня хоть трижды потом выпорют, но я не остановлюсь в этой глуши.

У Лоренцо не было сил ответить. Он лёг и закрыл глаза.

«Кто эти люди? Что им надо? Как объяснить им что он и младенец делали незнамо где?» ‒ пока Лоренцо размышлял над ответами на эти вопросы повозка остановилась. Некоторое время всё было тихо. Потом парень услышал приближающиеся голоса.

‒ …Хорошо, что к нам добрались, а то в соседней деревне давеча малютку нечисть уволокла.

‒ Бедное дитя, ‒ ответил знакомый голос. – Но у нас тоже есть несчастное чадо. А ещё раненый.

‒ На вас напали? – ужаснулся незнакомый голос.

‒ Нет, по пути нам встретились. Сеньора пожелала их подобрать.

‒ Добрая душа у графини.

После этого был слышен шум. Лоренцо услышал женский голос, жёстко отдававший повеления.

‒ Ребёнку найти кормилицу, а юноше – лекаря. Остальное вы, итак, знаете.

‒ Да, сеньора, ‒ последовал немедленный ответ. – Рады привечать вас в нашей деревне. Мы мигом всё сделаем.

‒ Тогда не стойте столбом! Винченцо, юноша не пришёл в себя?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.