Сергей Васильев
Космодятел. Галактические авантюристы – 3

Глава 1. Дальний побег

Да что ж за дела-то?! Века идут, сменяются общественные формации, а «золотая мОлодешь» всё так же дурит. Никакого житья обычному курьеру, гордо называемому водителем-экспедитором, нет от молодых богатеньких дурней. Я выключил запись речи подпольного проповедника, нёсшего какую-то чушь о необходимости вернуть всё как было до Войны Искусственного Интеллекта, как он называл Третью Мировую, и возродить традиционную патриархальную семью, что может и приятно, но чересчур уж радикально в его варианте.

Отключил автопилот и втопил педаль газа, надеясь проскочить указанный на навигаторе железнодорожный переезд до того, как он закроется перед приближающимся длиннющим поездом. Игнорируя предупреждения рекомендовавшего наоборот притормозить навигатора, ещё и начавшего сообщать мне о грядущих штрафах, издевательски переводя их в мою и без того не жирную зарплату. Для начала минус дневная, но надеюсь, что этим и ограничусь, как говорится, раскошелившись за избавление от лёгких побоев и большого унижения.

Да уж, может и удачно на этом участке не успели построить мост через Урало-Танганьикскую Магистраль. Пока я успешно косил от армии, а в железнодорожные войска на три года строить эту УТМ и отправляли многих призывников последние лет пять. А перед этим на Байкало-Аляскинскую, а до неё на Онежско-Иберийскую. Но последнюю мощно строили, сразу четырёхпутной и с мостами, к новой столице-то Российской Консервативно-Авторитарной Парламентско-Либеральной Империи всё-таки.

Фиг там! У резких пацанчегов оказалась по-настоящему крутая тачка, с полным «покладанием» родительских авторитетов на ограничение мощности. Как стоящего обошли меня, лихо заложив вираж, незаконно отстрелив амортизатор столкновений в разделитель встречных направлений и сразу подрезав меня, и тормозя с дымом из-под колёс. А из правых окон хохотали и показывали неприличные жесты отборные девки, которых я запомнил на предыдущей заправке, где я очень неудачно решил купить этот чёртов кофе, не уступив отсутствующую очередь одной из них с её наглым, таким же как и она молодым, содержателем.

Я дал по тормозам, но сбросить скорость не успел – у них и тормоза куда круче моих, и колёса. Ударил и до того покоцанным бампером в отстрелившийся амортизатор столкновений крутой тачки, но эти засранцы завершали манёвр, мотыляясь на трассе… Ну и полетели аж за кювет в кусты, голуби сизокрылые! Аж красиво! Я залюбовался на экране заднего вида, прибавляя газу. В панике, ибо мне крышка – я двигался с превышением, а что меня гнали и подрезали, так у мажорчиков несомненно есть подвязки и в следствии, и в суде. Ну и помощь им не нужна – там трехконтурные подушки и внутри, и снаружи, и скоро прилетят вертушки медиков и полиции, да я за это время их и выковырять не успею, так что хотя бы неоказание помощи мне не предъявят.

Пролетев переезд перед самым опусканием шлагбаума, я сбросил скорость, включил автопилот и начал успокаиваться. Да уж, побег с места аварии мне прибавил полгода тюряги, как сообщил навигатор голосом уже не ехидной, а сердитой дамочки. Но я же был в панике! Хотя аффект фиг зачтётся. Я вздохнул, отключил запись голоса в салоне, выматерился на нежданные и огромные расходы, сказал телефону набрать номер «первой любви», так у меня записан телефон тех, к кому я надеялся больше никогда не обращаться. Надиктовал на автоответчик просьбу о романтическом свидании при свечах. Через десять минут перезвонил хакер, весело спросил:

– Ну и что у тебя стряслось, Саня? Раз аж перепихнуться захотел с первой любовью?

– Вы меня помните? – удивился я, не веря, что и через 23 года у них есть моё имя.

– Александр Александрович Редькин, 41 год. 23 года назад купил в нашей хакерской ватаге закос от армии. Не дрожи, наш кадет уже отключил запись стандартных следилок, а других не было в твоих карманных и автомобильных компах. Ну и в принципе я уже вижу, что случилось. Всё сотрём и перепишем. А в подарок от фирмы тебе литр успокоительного – у тех идиотов все следилки в тачке были отключены, так что вряд ли тебя найдут, а они скажут, что просто полетать решили, ибо им за такое кирдык от папань и мамань. Ну, если там не детишки от генерал-полковников были. Вероятность 3 процента, но если всё-таки так, то тебя достанут с вероятностью 86 процентов. И вздрючат за всё что было и чего не было, и куда круче твоей первой любви. Ну так что, чистим хвосты? Тогда гони бабки. И ты же помнишь, мы берём рублики за подтирание, а не за полное избавление от проблем.

Я перевёл из своих скудных сбережений все отпускные, прихватив и автоматический кредит. Да уж, улыбнулся мой отпуск! Теперь на ближайший год у меня после вычетов государству на троих детей будет оставаться только на весьма скромную жизнь. И ведь детей пришлось заводить не по желанию, а по требованию закона – могли бы просто крохотный подоходный налог увеличить, но законы всегда запутанные. Ну где справедливость? Может и прав этот проповедник – или уж патриархат, или ликвидация самого понятия семьи. А то зависли законы между противоположностями – государство платит женщинам за каждого ребёнка, причем за каждого следующего все больше и больше, но и с отца вычитает, правда не всю эту сумму, зато за пятерых в течение жизни. Правда, у меня есть ещё четыре года до четвёртого и девять до пятого, если раньше не заведу, но к тому времени первые двое вырастут. Вот такой вариант восстановления населения, а для русских, вернее народов старой России, и ударного повышения.

Я включил новости, начав смотреть данные регистраторов машины и телефона – ого, уже фальшивые, грамотно изменённые копии предыдущих записей. Да уж, хакеры своё дело знают. Я после первого заказа их услуг по откосу от армии лет пять кредит выплачивал, ну хоть до 30 лет на не заведённых детей не вычитают, а первого я завёл после расплаты, ближе к сроку начала вычета «за яйца», а то ведь всё равно не вернут отнятое, да ещё и за не заведённого вовремя ребёнка сдирают куда больше.

Но и мне денежные работы не светили – ватага сразу предупредила, что лезть туда, где крепко проверяют, это увеличивать вероятность моего провала. А значит и вероятность стать поселенцем в исправительной колонии на какой-нибудь очередной стройке лет так на пять. Ну и потом обязательно служить в армии уже пять лет вместо трех.

Но я военным становиться не хотел, хотя сейчас уже не уверен в правильности принятого тогда решения, но прошлое не вернуть. Да и зло тогда взяло, большая война уже давно закончилась, а малые… ну не согласен я срочником сражаться за «добровольно» вступавших в Консервативно-Авторитарную Парламентско-Либеральную Империю, она же КАПЛИ – придумали же название – перепуганных халявщиков, которые даже для армии и работы по пять лет перевоспитывались и странами, и индивидуально.

А потом я обалдел, когда дикторша сообщила:

– Долгожданная новость! Сегодня, 6 августа 2086 года, принят целый пакет законов о поэтапном переходе к мирной жизни! Диктатора сменит президент. Предельный возраст призыва на всеобщую срочную военную службу, сборы и военные операции будет уменьшен на 5 лет, с 45 лет до 40. Продолжительность срочной военной службы будет уменьшена до двух лет, с перспективой дальнейшего сокращения срока и вообще отмены срочной службы, и перехода на полностью профессиональную армию в течение двадцати лет. Так же для старороссиян будет уменьшено количество обязательных детей до четырёх с каждого мужчины и трёх с каждой женщины, с одновременным увеличением безусловного пособия на каждого ребёнка, но с сохранением прогрессии выплат на каждого последующего ещё минимум на 50 лет. Обсуждается амнистия уклонистам от армии с пятилетней отработкой на стройках и в других востребованных местах…

Дальше я пока не слушал. Выключил радио, отключил автопилот и свернул на просёлок к получателям груза, чуть не прослезившись. Дожил! Но все эти новости надо будет потом почитать, да и на самом деле для меня не так и много меняется в части избавления от армии. Зато алиментов платить надо будет меньше через девять лет. Ну а отработка… так работа курьером тоже не сахар, нудная и малооплачиваемая, может пять лет на подобных работёнках покантуюсь по амнистии, и разделаюсь с почётной армейской обязанностью гордого гражданина великой КАПЛИ.

Да уж, недаром недавний перенос столицы в Иберск, новый прекрасный город на Иберийском полуострове, состоялся. Ожидается и создание какого-то нового государства на всей Земле, с постепенным переходом от Российского. А Москву решили не восстанавливать, создав мемориал на месте гибели миллиона людей и радиоактивного заражения. Сейчас в Российскую КАПЛИ входят вся Европа, Северная Америка, Австралия, Антарктида, половина Африки, значительная часть Южной Америки и больше половины Азии, но последние три лоскутами, если смотреть на карту. И всюду вспыхивают войны. Не со странами – в этом случае единственное государство с ядерным оружием не задумываясь отправляет несколько боеголовок – а находятся несогласные и недовольные. Но за КАПЛИ всё больше воюют новые граждане разрастающегося всеземного государства.

Ну да пора уж, пара поколений выросли после Войны Искусственного Интеллекта, когда больше половины населения несчастной планеты погибло в ядерных взрывах и последовавших затем войнах и хаосе. От хаоса и бегут страны в КАПЛИ. Но и после референдумов находятся недовольные, и немало. А наши правители и генералы и рады воевать, первые считают, что Землю надо объединить во избежание Четвёртой Мировой Войны, а вторые для войн и созданы. Офицеры тоже рвутся воевать, они ведь патриоты, да и карьера офицера без войны вялая. И из них сформирована новая элита, которую всё-таки решили опять потеснить элитами из бизнесменов и учёных. И чем чёрт не шутит, гуманитариев разных, ибо первое и второе долго не развивалось, а третье пребывало под сапогом – и такое последствие Эпохи Последних Войн.

Но теперь… может и у меня наладится… Нет, я пробовал работать с техникой, но как выяснилось, руки у меня кривые. Особенно начальница автосервиса орала, когда у меня после сборки узлов запчасти оставались. На стройке тоже дальше «принеси-подай» не получилось. И стенки кривыми получались, и трубы проложенные не сходились, и даже одна подъездная лестница.

Ну дятел я, дятел, как обзывали ещё в профучилищах, перед тем как выпнуть. И недоделком рукозадым обзывали. Ну и какая мне армия? Я же там всё взорву нахрен. Да, лирик я, гуманитарий! Но в Эпоху Войн гуманитарность стала не нужна, а тем, что осталось, разрешено заниматься только женщинам. «Дело мужчин – война, техника и тяжёлые работы», как гласит пропаганда. Ага, патриархат, но при равенстве полов в семье и обществе, и даже с перекосом в сторону дам. Но это старая тема, и уже даже не смешная.

За такими мыслями я и приехал. Привёз кучу коробок с едой и материалами для археологической экспедиции. Помог девчонкам разгрузить. Пожилая профессорша любезно пригласила меня с ними поужинать, ну да, гостеприимные и весёлые они. А какие студенточки и аспиранточки! Парней не было – стройки и войны поглощают мужиков, а обязательное госраспределение и желающим мало шансов выбрать работу по душе оставляет. Но теперь девчонки восторженно вопили, что и принудительное распределение после начальной школы и на всех следующих ступенях парням отменят. А пока девицы ТАКОЕ нашли. Одна симпатичная кандидатка наук чуть не вопила после бокала вина моей доставки:

– Представляешь, Саша, мы раскопали город древних уральцев! Именно город, он жил производством ремесленных изделий, даже бронзу плавили. И железо! Представляешь? Это же бомба! Центр развития человечества на Урале, и самый первый. Ему шесть тысяч лет! На тысячи лет старше всего найденного ранее. Доказано существование древнейшей высокоразвитой цивилизации на Южном Урале! И мы уже определили, что они являлись одними из предков русских! Нашими предками. Даже найдены карты! До Онежского озера. Это просто невероятно! Да пойдём, я тебе покажу.

Я не совсем в курсе истории, но пошёл посмотреть, больше рассчитывая на интрижку с симпатичной археологиней. На раскопки посмотрел, прикольно, а вот с любовью не задалось, она влюблена в науку. Ну хоть не пустожорка, хотя нет здесь ресторанов.

А потом мне стало совсем не до любви, когда кто-то включил новостной канал, сказав, что говорят про соседний район, через который я сегодня и проезжал. А там дикторша напористо вещала:

– … в результате аварии сильно пострадала дочка этого генерала армии. Мои источники сообщили, что с нею в машине были сыновья двух генерал-лейтенантов, один из которых рулил, и дочка очень высокопоставленного чиновника! А я хочу задать вопрос! До каких пор так называемая «золотая молодёжь» будет творить всё, что извращённо пожелает? Мне только что передали справку, что оба молодых человека даже не служили в армии! Почему? Или законы не для всех?! Сейчас ищут второй участвовавший в аварии автомобиль, изучая записи с камер на заправках вдоль этого участка дороги. И я не сомневаюсь, что вину возложат на того несчастного, которому не посчастливилось столкнуться с детишками элиты, которым, выходит, всё можно! Я буду следить за развитием ситуации.

Я выдохнул, постарался незаметно взять пиджак и выйти из общей палатки-гостиной, и направился к машине. Ну да, совсем уж беззакония у нас нет, но как я где-то читал «все скоты равны, но некоторые равнее». И я уверен, что генерал армии за свою дочку и под напором журналистов отправит отпрысков более мелких генералов послужить Родине. И на меня собак не повесят. Хотя и было превышение скорости, но я же так пытался избежать стычки. Этих собак не повесят. Но прошерстят мою историю очень тщательно. И всё. Обнаружится, что я уклонист. А далее, тюряга и более продолжительная служба… Добегался.

В задумчивости я огляделся и заметил, как по тёмной просёлочной дороге к лагерю археологов едут три машины. Без мигалок, но кто это, сомневаться не приходилось. Шансы убежать почти нулевые. Но я ухватился за «почти», пошагав в другую сторону по едва заметной при луне тропке.

А пройдя с полкилометра я остановился как вкопанный. Между скал и деревьев стояла… летающая тарелка! Овальная, с более короткими «краями», чем обычно рисуют, но несомненно она! На шести ножках, с окошками в верхней части. Размером… подлиннее пассажирского вагона и куда шире, и выше, то есть влезет в коробку размером с положенную на бок двухподъездную пятиэтажку, учитывая и метр над землёй на опорах.

Перед ней стояли пять фигур. Двое высоких с рожками держались чуть в стороне, группа из двоих с рожками и более низкого без рогов общалась.

Терять мне было уже нечего, и я решил хоть в другой мир смыться, тем более, что один из пятёрки был человеком. Подкрался через кусты, и вполне успешно – гуманоиды безалаберно не смотрели по сторонам. А говорил человек, вернее довольно молодая женщина, по-русски:

– … в общем, сейчас профессор, да и все остальные ученые в диком восторге. Ээээ… как я поняла, они только что сдвинули начало бронзового века на Земле лет на тысячу, а железного на все три. Тем более в этом месте.

– Доменные печи ещё не нашли? Эти крокодилицы наломали дров со своими протеже из твоих спасённых от гибели в катастрофах предков. Недосмотрели, а ваши красотки сбежали и занялись прогрессорством, и накуролесили, пока кроки не пресекли и не зачистили слегка,– на чистом русском заговорил один из рослых гуманоидов. – Ну что же, придётся искать старые схемы в архивах Лиги Рас и проводить дозачистку. Хорошо, что ваши археологи еле ковыряются. А там вроде и останки звездолётов были. Ну и работёнки нам перепало. Зато как мы накрутим слишком рано отвалившиеся хвосты крокшам! Итак…

– Заберите меня к себе! Вы обещали, а тут начальница сказала, что сюда едет целая толпа из Тайного Приказа, и ей велели никого не выпускать. Я же не выдержу, если допрашивать начнут! Они о чём-то догадались! – затараторила девица-агент инопланетян, хватая говорливого собеседника за руку.

– Обещали, сделаем, и устроим нормально, повара везде нужны, – аж проворковал гуманоид, – Иди в каравеллу, ладно, в тарелку, как вам нравится наши малые звездолёты называть. Там тебе с помощью лингвошлема загрузят языки всех шести галактических рас и вселенский, потом сможешь выбрать ещё три. Не бойся, это как любовь, пять минут, не считая прелюдии, не больно и вызывает восторг у прекрасных дикарочек.

После нескольких слов на непонятном языке, сбоку тарелки из нижней половины опустился трап, открыв широкий вход и осветив собеседников. По нему поднялись весьма симпатичная и фигуристая повариха и один гуманоид из стоявшей отдельно пары. А я наконец рассмотрел инопланетян. Зелёные, высокие, тонкие, на головах рожки, носы в виде… пятачков. Одеты в красивые терракотового цвета мундиры, на поясах, ну наверно бластеры, в виде длинных пистолетов. А главный говорун сказал неожиданно опять на русском:

– Кэп, тут такое дело. Вы можете без меня сходить за нашими приборами? Их забрать надо, раз местные стражники припёрлись. А я хочу Клаву покатать, и дать ей порулить, после такого никуда не денется, даст как миленькая.

– Ты офигел, Мунал… – гнусаво проговорил капитан, и замялся.

– Не бойся, этот приданный инспектор нас не понимает. У них же тыквы перегружены языками, мозгоправы место только под один выделили, а когда к нам прибыли, то решили сами главный земной язык выбрать, моя помощь им видите ли не нужна. Ну и загрузили ацтекский… Не понял? Ну это древний уже не используемый язык. А мне пофиг, раз сами с усами. Нам даже лучше. Но ты не говнись, Латил, мы же столько лет вместе летаем. И ты мне обязан. Помнишь? Ладно, я ещё и тебя укажу как со мною разрулившего этот гимор. А тут и возиться не придётся, я дёрну за ниточки, шепну кому надо, и местные отзовут археологов. У них же идёт объединение под россиянами, и если сейчас запустить, что они и первая цивилизация, то вони будет. Это политика, капитан. А я лучший спец по земным макокам, людям, как они себя называют. А потом уже и пофиг будет на домны эти и обломки крокских кораблей, земляне уже в шаге от досветовых двигателей, и встречай, галактика, этих чокнутых. Лихо они первую войну с ИИ пережили. Думаю, что и религиозные войны переживут, и уже скоро, законы развития рас никто не отменял. А до их войн мутантов мы точно не доживём. Ну так давай жить хотя бы не скучно. Гони капитанский пароль, и выдай разрешение одному макоку на управление звездолётом.

– Может и с бластеров привязку к нашим рукам снять? – загнусавил капитан. – А что, постреляет твоя макока, и совсем растает. И помни, что все эти макоки чокнутые авантюристы. Мы же и нашли в парке Твери тайный космопорт для путешествий во времени. А спалились они, когда полвека назад три пирата наш катер захватили, но ты молодец, никто не мог отыскать, а мы справились. Но за те повышения и премии мы теперь в расчёте. И как тебе не в падлу с этими обезьянами любовь водить?

– Да они и тебе нравятся. А я лучший спец по макокам, а инструкции говорят, что подопечных любить надо, вот я и люблю. Прикольный язык, в нём и секс, и «сильно нравится» одним словом обозначается, если не грубо, не совсем грубо или не по-научному. Ну так договорились? Тебе награды за ликвидацию косяка крокш и за рычаг давления на рептилоидов в Лиге, вместе со мной, а мне ещё и любовь.

– Пароль 34987, – сдался капитан. – Сейчас схожу, разблокирую управление на любую мартышку. Ну а бластеры есть в оружейке, пушки на общем пароле, да с ним и защиту с личного оружия снять можно, нафига сто паролей помнить. У тебя два… ладно три часа будет. Побродим побольше вокруг лагеря. Но я жду как минимум звание и тыщёнку трямов премии.

– Давай шесть галачасов, дружище, – прикинул уже предвкушавший романтику Мунал, – вам местных часа три побродить, самое то. А мы на Луну слетаем, постреляем, покувыркаемся в койке, знаешь какие макокочки горячие! Давай и тебе подгоню парочку потом.

– Ладно, одну, потом, – гнусаво хмыкнул капитан звёздной каравеллы, – но красивую и стройную. А то мне шесть часов слушать болтовню этих придурков. Они же на идеях философии… ну которая от Великой Секты, повёрнуты. Всё ищут постройки Древних, и на Землю за этим больше явились, помощнички на наши головы, от начальства соглядатаи. А тут и пирамиды есть, они уже извертелись намекая, как бы слетать осмотреть. Хотя и ежу понятно, что мифические Пирамиды Древних куда больше, а Храмы Могущества сразу заметны.

Капитан со вторым повёрнутым на пирамидах ушли в тарелку, а оттуда спустилась озадаченная повариха, что-то ошарашенно бормоча на непонятных языках. Мунал отвёл её в кусты, воркуя, ну или уж токуя:

– Какая ночь! Какие прекрасные звёзды, Клавочка. А как они выглядят с Луны! А хочешь, покатаю, покажу? Хотя это запрещено, но…

Клава что-то восторженно щебетала. А из каравеллы вышли три человека, вернее замаскированные под нас гуманоиды. Кривые, конечно, в шляпах, с накладными лицами, в перчатках. Утопали не по той тропке, по которой я пришёл.

Это мой шанс! Шепча про себя пароль, я проскользнул по трапу! Есть! Небольшая шлюзовая камера с шестью скафандрами за прозрачными дверцами в стенах. Дверь дальше открыта! Коридор направо, трюм налево, прямо ещё одна шлюзовая, с выходом другого борта, с тоже шестью скафандрами, причём два скафандра маленькие, как для детей. Лестница наверх, рядом с ней похоже лифт в виде площадки без ограждения. Поднялся. Я попал сразу в большой зал, нет, в рубку – есть разные пульты управления и два места пилотов со штурвалами, рычагами и педалями – ну и очевидно в кают-компанию заодно – ещё полно кресел, стол, шкафы, столики. В корму ведёт коридор, в нём двери. Рядом с коридором тоже двери, в сортир и в душевую. И панорамное лобовое стекло, огромное, хотя снаружи его не видно.

На одном из пультов лежал шлем, ещё пахнущий духами. Я сразу напялил его на голову и услышал:

– Положите руку на верх для начала изучения языков. Даргский, вселенский, вергский, крокский, кальмский, муший, енотский.

Я приложил, и через пять минут услышал:

– Краткий курс языков завершён. Снять лингвошлем.

И это было сказано не на русском! Я уставился на панель со ставшими понятными надписями. Рухнул в левое кресло со штурвалом и педалями. Положил руку на пятипалую панель, чуть не заорал от восторга, когда пульт ожил! Поднялись голограммы, главная с кучей схем и значков, на другой были звёзды и планеты, и линии между ними, но без соблюдения масштаба очевидно. На третьей мерцал прозрачный корабль. Уже почти мой корабль! Звёздная каравелла даргов, по крайней мере часть текстов были на даргском языке. Я не пытаясь разобраться, в надежде на очередное чудо пробормотал:

– Взлетаем!

– Введите пароль, – вкрадчиво ответил голос.

– Три, четыре, девять, восемь, семь, – пробубнил я, выискивая клавиатуру, и найдя, но она не пригодилась.

– Пароль принят, капитан, – ответил искин!

– Взлетаем! Быстро!

Корабль загудел, вздрогнул, дёрнулся и резко рванул вверх. Снизу засвистел выходящий воздух. На схеме замигал оранжевым открытый люк, я проорал:

– Снизься! Закрой люк, дубина!

– Последняя команда не понята, другие выполнены, – сообщил голос, свист прекратился, корабль устремился вниз и завис метрах в ста над землёй, судя по ещё одной голограмме.

– Так, переходим на русский. И расскажи о себе.

– Стандартный автопилот, модель ГМ-3906, с возможностью подключения научного блока, – сказал по-русски молодой женский голос.

– О корабле можешь рассказать? – спросил я.

– На каком уровне?

– Для начинающего. Совсем. Для дятла, ха! Для космодятла! – восторженно прошептал я, уточнил. – Ты искусственный интеллект? ИИ? Искин?

– Это три равнозначных названия одного и того же. За создание ИИ смертная казнь. За исследования в сфере ИИ от десяти лет каторги, – сообщила «дева», – Могу включить имитацию ИИ. Уровни официальный, свободный, свойский.

– Включи. Свойский, – откинулся в кресле я.

– Как тебя называть, красавчег? – проворковала дева.

– Саша, ой, нет, забудь. Сотри. Зови меня… Дятел, – мне давно было плевать на дурацкое прозвище, а сейчас я был в восторге, ну и зачем менять привычное, хоть и подзабытое погоняло. – А как зовут тебя?

– Как пожелаешь, Дятел, – хихикнула дева.

– Будешь… Маша, нет… Каравелла звёздная… Кара? Кора? О, Клавой будешь. Клава. А как называется каравелла?

Выданный набор звуков мне не понравился, он даже на даргском обозначал название какой-то планеты с номером, так что и моя звёздная тарелка стала Валей, от второй части слова «каравелла». Хотя это не особо важно, как сказала Клава, у всех кораблей есть номер, но для удобства разумных можно привязывать и слова, что я сразу и сделал.

Неожиданно Клава сказала:

– На нас наведено земное зенитное оружие. Облучают из портативного радара. Прикажешь включить защиты? Подавлять из лучемётов, плазмомётов, электромагнитных пушек и пулемётов, управляемых и неуправляемых ракет недоразвитые расы не рекомендуется. Как и применять портативные плазмомёты, называемые бластерами, нельзя. И индивидуальные плазмомёты не стоит. Могу открыть лобовое стекло, если хочешь сам попытаться рассмотреть. И наклонить нос, включив компенсаторы ускорений, для тебя пол останется горизонтальным.

– Действуй, Клава, – скомандовал я.

Ого, а до этого я, оказывается, смотрел на экраны поверх лобового стекла, которые втянулись куда-то, и тарелочка наклонилась вниз. Но в темноте ничего не было видно. А на голограммах я увидел агентов Тайного Приказа, стоявших разинув рты и смотревших в бинокли, а один наводил переносной зенитно-ракетный комплекс, но явно стрелять не собирался, просто проверял. Ну и в кустах в отдалении прятались Мунал с Клавой, и вдалеке от них ещё три дарга в костюмах людей, или уж макоков пожалуй.

Я полюбовался мерцающими энергетическими щитами вокруг Вали, попросил показать пушки. Всё упомянутое оружие у нас имелось, но маломощное. И края тарелки оказались щитками, а когда они убрались, я увидел и грозные с виду пушки, и обе мои здоровенные сверхсветовые управляемые ракеты, и маленькие неуправляемые ракеты, названные «медленными», хотя как сказать, там скорость ого-го, правда в атмосфере меньше. Сзади были установлены маршевые сверхсветовые двигатели. На «юбке» снизу атмосферные посадочные мерцали, вернее маневровые, и они поворачиваются во все стороны. Ну и у нас, оказывается, горели габаритные огни. Всё это пашет на плутонии.

Единственное, что не может умный автопилот, это отдавать команды на стрельбу оружием. Хотя я очень ошибся, и понял это, когда Клава сообщила:

– На самом деле нормально я ничего делать не могу. Тем более сама. И делаю очень медленно, что в бою смертельно. И при маневрировании в опасных местах чревато. На самом деле ты просто не нажимаешь рычаги и кнопки, а очень медленно делаешь это голосом. И летать я могу только прямо, чтобы пилот не торчал за штурвалом. Моё дело следить за обстановкой внутри и вокруг, ну и для дураков могу давать стандартные рекомендации из свода инструкций. Всё должен делать разумный индивид, роботы запрещены, и за их создание… ну ты уже в курсе.

– А болтаешь так, что и не отличить от разумной! – восхитился я.

– Искины, это другая форма разумной жизни. А я обычный двоичный компьютер, – пояснила автопилот. – Просто Валя, это исследовательский корабль с лёгким вооружением. Предназначен для изучения землян. В базы данных на кристаллах записаны триллионы стандартных фраз, вопросов и ответов в привязке к ситуациям. Такие компьютерные программы редкость. Тебе просто повезло угнать такой звездолёт. А капитан Латил предоставил полный административный, вернее капитанский доступ, чтобы не заморачиваться с настройками. Но такой доступ есть и у старпома Мунала.

– Заблокируй их доступ. И всех других.

– Это невозможно. Любой с соответствующими полномочиями может управлять звездолётом. Можно сменить пароль, это немного поможет от других угонщиков. Но есть и мастер-пароль, его я сменить не могу, и не знаю. Ещё, моя работа поглощает сейчас почти всю вычислительную мощность компьютеров и значительную часть энергии всего корабля. А плутония ограниченное количество. Но не расстраивайся, я могу ещё немного напрячься и создать для тебя голограмму меня. Какой ты меня представляешь?

Я полюбовался красивой голографической девицей в разных нарядах и без, получил сообщение, что к нам приближаются боевые самолёты, перевёл автопилот в экономный официальный режим, взял в руки штурвал, разобрался с педалями, и рванул в небеса, а очень скоро и к звёздам. Но сначала облетев Луну, интересно же. И на нашей Луне Клава показала мне несколько замаскированных баз инопланетян. А автопилотша добавила мне офигения, сообщив:

– На Луне есть три тяжёлых противозвездолётных зенитных установки, каждая справится с одиночным крейсером, а вместе и линкор не подпустят. Даргов, вергов и кроков. Но это не ради безопасности землян, а для того, чтобы пираты или ушлые мелкие государства не могли захватить и объявить своей собственностью ценную планету. А если вы вымрете, то делить Землю будут в судах и на войнах.

– Так мы как у богов за пазухой? – восхитился я, решив, что сами-то мы не вымрем.

– Нет. В соответствиями с законами Лиги Рас, недоразвитым расам защита может предоставляться только от вышедших в галактику рас и их подопечных и отщепенцев, для которых не покинувшая свой родной мир раса – лёгкая добыча. Но не самые большие астероиды и армии только выходящих в галактику рас останавливать нельзя, буйство молодых цивилизаций. Так же и ваши космофлоты и одиночные космолёты летают и будут летать беспрепятственно. Пока вы не станете галактической расой, если станете.

– То есть надо вступить в Лигу Рас?

– Не обязательно. Но когда вы наберёте силу, с вами поговорят как со взрослыми и объяснят, что можно, а что нельзя, и что желательно, даже если в Лигу сразу не захотите или не возьмут.

Во как! Но я не стал пока забивать мозги информацией. Предался созерцанию.

Красота. Едва слышная работа двигателей и едва ощущаемые вибрации чудесного звездолёта! Когда появлялось Солнце, то лобовое стекло и иллюминаторы автоматически затемнялись, вернее это Клава делала, а ещё вернее, драйвер стёкол. Ну и когда мы разогнались быстрее скорости света, то лобовое стекло и иллюминаторы закрылись гибкими видеоэкранами в виде шторок. Показывающими, как выглядели бы окрестности, если бы скорость света была равна бесконечности.

И я смотрел, как рядом быстро проплыли несколько планет Солнечной системы, искорки астероидов и комет, которые можно было приблизить и рассмотреть, а потом мимо поплыли звёзды! И в голограммах плыли звёзды, мельтешили какие-то линии, названия звёзд, планет, миров, городов и каких-то орбитальных станций. В начале полёта были видны и другие звёздные корабли, с которыми мой автопилот обменивался сигналами, что-то сообщая. Но я уже и не пытался быстро разобраться, пребывая в культурном и информационном шоке и щенячьем восторге.

Дальше проблемка. Про межзвёздную обстановку Клава ничего не знала, но я выбрал из верхней части огромного списка планет одну с пометкой «опасное логово авантюристов и нарушителей законов, есть вероятность нахождения пиратов». Планета называется Тарбет и находится относительно недалеко, в каких-до десяти тысячах световых лет от Земли. Или примерно в одних земных сутках полёта. Летим… и пытаем автопилот про время.

Стандартные галактические сутки вдвое длиннее земных – и включают сто галактических часов, продолжительностью в половину земного часа – но мне плевать, я настроил земное время, как и делают все космолётчики. Откуда такие длинные сутки, я не понял, у всех похожих на Землю планет они близки к земным, и это неспроста – похожие условия на похожих планетах, и даже крупный спутник почти обязателен! Так что, как сказал мне автопилот, когда все галактические расы и разные колонисты говорят про сутки, то имеют ввиду от 20 до 30 земных часов. Даже идут дискуссии прописать в стандартные галасутки 50 галачасов и не морочить друг-другу голову. И я не стал себя морочить.

А отправился обследовать корабль. Каюты, в них круглый иллюминатор, стол, кресло на колёсиках и по одной комфортно широкой для одного кровати застеленной, ещё сложенная спальная полка над ней, и две сложенных полки на противоположной стене. То есть обычно в каюте один обитатель, но можно до четырёх поселить, и будет уже тесно, хотя каюта раза в два больше купе поезда. Но есть шкафы, так что раза в три. Кают десяток, но можно что-то и перепланировать. Четыре санузла с унитазом и раковиной умывальника. Две душевых. Ещё есть довольно объёмистые трюмы на первом и втором этажах, в которых, помимо запчастей и непонятного барахла, было немало еды, в том числе земной. И есть две просторных тюремных камеры с решётками. Двигательные отсеки внизу. Снизу и сверху тарелки по центру выдвигаются две орудийных башни со скорострельными плазмомётами, в которых могут располагаться и стрелки. Нафига столько пушек, я не понял, может от пиратов. Компьютер подсказал:

– Если сесть на планету, а вокруг будут наступать опасные существа, то можно отстреливаться. И это съёмные плазмомёты. Для боя в космосе почти не пригодны. Остальное вооружение годится только стрелять по курсу или отстреливаться назад, углы наведения небольшие. Разные типы вооружения для разных задач. Относительно мощные только две управляемые ракеты, остальное оружие годится только воевать с дикарями или отбиваться от слабых пиратов и каперов. И условно от лёгких военных шлюпов и истребителей. Можно захватывать легковооружённые транспортные или пассажирские корабли, но только если с тем государством или расой идёт война. Пиратствовать не рекомендуется, средний срок жизни пирата три земных года.

Я нашёл оружейную с тремя бластерами и вероятно плазмомётом, смахивающим на ручной пулемёт с сошками. Взял бластер, повозившись с помощью автопилота снял с него защиту от чужой руки, но поставить привязку к своим рукам так и не сумел – одно дело сказать снять, присоединив зарядным кабелем к разъёму, а другое, разобраться в кнопках на самом бластере. Но плевать, устал я, день выдался не простым, а уж ночка!

Перекусил земными консервами и даже деликатесами из больших холодильников и лёг спать.

Глава 2. Тарбет – мир любви!

Ну я и дрыхнуть! Пока принял душ, приготовил пожрать, ещё поизучал свои трофеи, уже и подлетел. Опомнился и переворошил барахло даргов. Нашёл одну монету, трям называется. Активированная Клава только плечами голограммы пожала, сообщив:

– Понятия не имею, сколько это, и в чём мерить. Я автопилот, а не нянька.

Ну и ладно раз предыдущий кэп хотел премию в тыщу трямов, то монета немаленькая. Да и я не тупой, продам что-нибудь. Сообразил, что надо потренироваться с бластерами и скафандрами. И разобрался с ключами от дверей, одинаковыми для люков обоих бортов – по три в каждом из десятка комплектов. Один дистанционный, позволяет даже на расстоянии распахивать люки, полезно в диких местах, особенно убегая от опасности. Но в более развитых и вороватых местах могут перехватить сигнал, и инструкция запрещает использовать только такой запор. Второй ключ в виде контактной таблетки, тоже можно взломать. Третий ключ – привычного вида вычурная металлическая пластина. Механический замок тоже можно вскрыть, но каждый запор требует времени.

Я полюбовался на негостеприимную планету Тарбет, послушал справку. Атмосфера непригодна для людей, живность есть, обычно не опасна для скафандра. Сила тяжести 122% земной. Сутки длятся 18 часов. Луны мелкие. Единственное поселение местных инопланетян под огромным куполом, население тысяч сто.

Сначала притарбетился, хотя пусть приземлился, ибо чего умничать, на другой стороне планеты, где было утро, на плато над океаном. Изучил пользование скафандром, подогнал под себя. Прогулялся, пострелял из бластера, приноровившись к слабой отдаче и посмотрев на оплавленные дыры от сгустков плазмы, называемых бластами. Затем попалил из двух одновременно, как крутой. Пострелял из плазмомёта с офигенной скорострельностью и мощью куда более крупных бластов, оставлявших здоровенные оплавленные дыры в притащенных кусках пластика и несчастном местном дереве. Но и отдача у плазмомёта нехилая, хотя я и стоя смог короткими очередями пострелять, пару раз опрокинувшись на спину, пока не приноровился расставлять ноги и учитывать отдачу. Полюбовался на косматое огромное красное местное солнце. Звезда Тарбакенф. Да и отправился к городу-колонии Тарбет.

Полуторакилометровый купол на кольце гор, оставшихся от выброса породы из огромного метеоритного кратера, сделан из чего-то прозрачного, опирающегося на мощные балки и колонны. В двух местах стометровые дыры, закрытые силовыми полями, через которые космолёты могут медленно пролетать. Воздух внутри годный.

Пыльный небольшой космопорт, усеянный десятками разномастных колымаг. Я в звездолётах не разбираюсь, но именно, что колымаг, судя по покоцанному виду большинства. Размеры от нескольких метров и до полусотни. При моей посадке в порту возникла отменная суета – в основном сотни гуманоидов панически неслись в город, таща какие-то мешки, и везя тележки, самоходные и на гуманоидной тяге. И до меня стало доходить, что я прилетел на крутом звездолёте крутой расы!

Сел как крутой поближе к городу. Решил не надевать регистратор в виде клипсы, который Клава порекомендовала носить даже в корабле, и которых у меня несколько десятков, но нафига мне запись моих похождений. Вышел как царь горы, с парой бластеров на бёдрах и с мешком какой-то жратвы на продажу – решил закинуть пробный шар малой партией, потом можно и на самоходной тележке вывезти, коих у меня несколько. Попинал опору Вали, привыкая к повышенной силе тяжести и вдыхая прохладный, пахнущий пылью, какой-то травой и немного дымком и едой воздух.

Ко мне шагов на двадцать подошёл какой-то тип, похожий на озверевшего амбалистого неандертальца – страшная грубая коричневая рожа на крупной лысой башке с длинными ушами. Одет в потрёпанный комбез и огромные берцы. Сплюнул, поржал, попялился на мои бластеры, и удалился. Народец потянулся обратно к своим колымагам, что-то оживлённо бормоча в мой адрес.

Я не спеша потопал в город с деревьями и высокими нависающими над улицами домами. Но больше я пялился на гуманоидов, а людей не видно, да и не ждал особо, мы очевидно ещё очень редкие пташки.

Большинство эти самые неандертальцы. Поменьше здоровяков рептилоидов с тёмно-зелёной кожей, выступающими вперёд челюстями и кольцами в плоских носах, их дамы покрупнее, и лица мне показались более привлекательными, хотя строгие. Меньше уже знакомых зелёных даргов. Пару раз видел угарных енотов, ростом пониже людей, лохматые, полосатые. Лица, конечно, не как у наших зверьков, но где-то между енотским и человеческим. Вылитые антропоморфные прикольные енотики, даже погладить хотелось. Ещё видел страшного на вид антропоморфного синего кальма с кучей щупалец, и немного менее страшного чёрного инсектоида муша с фасеточными глазами, бррр.

Разок мелькнула загорелого цвета и слегка анимешного вида девка. Судя по грубоватому, но и приятному личику, длинным ушкам и большому, но губатенькому ротику, самка неандертальца, то есть методом исключения вергянка, а самцы верги. И голова у вергянки, в отличие от крупных тыкв их парней, была не большой, с толстой короткой тёмной косичкой, в общем пока самая красивая, можно и познакомиться с одной или парочкой.

Я спросил встречного енота про скупку. Тот сразу заинтересовался, осматривая меня. Усмехнулся жуликоватой как у всей расы и их тотема мордой, сказал:

– Гони трям, скажу цены. Не навру, найдёшь меня в таверне «У Киборга», она рядом с портом. Ну и я тебя не поведу в трущобы или подземелья, где скупят подороже или башку открутят. Это же ты тут устроил сеанс массового избавления от запоров? Я Кроник, скупка принадлежит моей тёте. Но тебя кидать не будем, ты нам ещё притащишь, как в ценах разберёшься… Так, что там у тебя в мешке?.. Ну, пара трямов. А вот почти новый незаблокированный даргский боевой бластер триста стоит, скупка краденого для тебя, как для родного, двести. Нафига тебе два? Или ты наёмный стрелок? Ну да они с другими ходят, а говнопушка стоит полсотни, а годный бластер сотню.

– А я… Дятел, – представился я, подумав, что надо бы сменить кликуху на более крутую, хотя кто может всё продолбить, не зная преград?

Отдал единственный трям. Кроник проводил меня на сотню метров обратно по этой главной улице в приличный семиэтажный дом. На втором этаже в заставленной стеллажами с барахлом и харчами большой комнате меня встретила умилительная вроде как молодая енотиха в серебристом в чёрный горох платье, с бластером на бедре, перемигнувшаяся с племяшом, который сразу слинял. Но сначала ловко вскрыл мой бластер, не спрашивая, дозрел ли я до его продажи, маленькими щипчиками выдрал одну микросхемку и крохотной шлифовальной машинкой зашлифовал пару надписей внутри корпуса, тоже любезно проделал и со второй моей пушкой, потратив на всё минуту и усмехнувшись:

– Сочтёмся потом. А тётя меченое не скупает.

Я легко сдал за два тряма мешок с харчами, а вот за бластер возникла нешуточная борьба. Тётушка, усадив меня на диванчик и наливая мне пузырящийся слабый хмельной напиток, начала с сотни, но я стоял как скала на двух сотнях… Умею я торговаться, а еноточка умеет понравиться, и сидя у меня на коленях и тычась потешной мордашкой в меня, с хихиканьем прибавляла по паре трямов. А тела у еноточек под мехом, ну точь-в-точь, как у макокочек… А как умеет ёрзать восхитительной попой… В итоге я вышел из норки очаровательной скупщицы через пару часов слегка хмельной и очень довольный, напутствуемый усталым воркованием еноточки: «Приноси, Дятел, свой лингвошлем, полторы тыщи без разговоров дам, да к другим не ходи, поторгуемся ещё», глядя на появившиеся звёзды, звеня в кошеле 136 трямами – причём десятки треугольные, а сотня квадратная – и напевая:

– Знает только ночь глубокая,

Как поладили они.

Распрямись ты, рожь высокая,

Тайну свято сохрани.

Хотел пойти к таверне «У Киборга», но навстречу мне пробежала оживлённо щебетавшая стайка вергяночек в легкомысленных нарядах, и я пошёл за ними. Недалеко, на центральную площадь.

На площади разворачивалась драма! Суровая крокша со звездой на груди в виде солнца с восемью лучами, привязала лицом к столбу симпатичную макоку с довольно короткими светло-русыми волосами, закрепив поднятые руки на перекладине. Дождалась сбора публики и изрекла:

– Я, как шериф Тарбета, приговорила эту макоку Булку, – причём Булка так и звучала, то есть по-русски, – к двадцати розгам за преступление малой тяжести! И к стоянию у столба один галачас. Ну и дурочка же ты, Булочка.

Затем стянула с несчастной штанишки вместе с трусишками и всыпала прутиком по попе! Девица только дёргалась и повизгивала. А шериф натянула ей штанишки и недовольно бурча ушла.

Я прогнал несколько жестоких детей трёх основных рас Млечного Пути, как мне скупщица пояснить успела между вторым и третьим разом уговоров – даргов, вергов и кроков – и одного маленького енотика, которые решили пошвыряться в наказанную чем придётся. Подошёл спереди к сразу прекратившей всхлипывать и вытаращившей глаза весьма симпатичной девице, у которой и сиськи ничего, а не только всем продемонстрированная попа, хотя и под обтягивающими штанами это, конечно, заметно. Я пробормотал по-русски, раз имя наше:

– Понимаю, что сейчас это неуместно, но нас, людей, здесь мало, а уж русских. Я… эээ… Здесь я Дятел, но вообще Саша. Хочу пообщаться. Я могу подождать в таверне «У Киборга».

– Да нет, всё нормально, Саша, Дятел, – высунула из-за столба красивую синеглазую и слегка курносую мордашку девчонка лет 20 или немного постарше. – И я как бы не совсем… хотя конечно же можно считать и русской. Я Булка, хотя ты уже слышал… и видел… Но я не совершала преступление, а хотела слетать на Землю, помочь мако… людям освоить новые технологии, услышав, что там суета даргов началась, и нашли следы пребывания моих предков на… Урале. На свои сбережения наняла кораблик с командой. И там я видела как улетела каравелла, облетев Луну… Так это ты тот пират?! Мы полетели за тобой на Тарбет. А здесь меня предали. Выпнули с шлюпа и улетели… Ну и… не хочу говорить… Запрещено помогать… А сколько тебе лет, Дятел?

– 41, – ответил я, грустнея. И не стал задавать некорректный вопрос про возраст отважной и доброй прелестницы, надо же, хотела помочь людям, а мне такое и в голову не пришло.

– Мой любимый возраст героев! Но только из земных романов, я ещё невинна, мне же всего 18, – неожиданно порозовела щёчками Булочка. – Я росла в колонии макоков на Вавилоне, это подаренная нашим планета. Мои предки вывозились с Земли последние двадцать тысяч лет, ну может слышал, что развитые расы иногда спасают обречённых. Но я из рода предков русских, которые как раз шесть тысяч лет назад массово вывезены были. Но современный русский язык я, конечно, с лингвошлемом изучила, дорого, а что делать.

– У меня есть лингвошлем! На звёздной каравелле «Валя». Хочешь выучить любые языки? И у меня ещё много чего есть… Там… – воскликнул я, допёр, что нагло тащу наивную девственницу в своё логово, и решил не гнать лошадей. – Но можно потом, или принесу. А пока приглашаю вас… тебя, Булочка, поужинать в «У Киборга».

– Это недешёвое заведение, – застенчиво улыбнулась красотка.

– Для тебя самое лучшее! – воскликнул я, и получил кивок.

Я хотел подождать у столба, отгоняя детвору, но Булочка прошептала:

– Прошу, подожди меня в таверне. Я… Мне очень стыдно… А детей шерифша прогонит, она всё видит, зараза заботливая… Ну да, крокши к девицам макоков как к красивым домашним зверушкам относятся, а за то, в чём меня несправедливо обвинили, и каторгу можно схлопотать, и карцер. Да и мои мелкие монеты не стала отбирать на штраф. Прости, но можно я в одиночестве переживу свой позор.

Я на крыльях любви пошагал в таверну. По дороге заметил лавку с диковинками, в которой продавался букетик симпатичных красно-синих цветов, вернее его как раз приволок туда енот Кроник, воровато достав из сумки и получив монетку. Ну что ж, зато свежий, только сорванный. Я сам не знаю где клумба, и получить по жопе за ерунду не хочу, да и вообще, непривычно это как-то, так что купил. Аж за полтряма, что конечно очень дорого, но я счастлив, богат и щедр. Заодно послушал от довольного лавочника-дарга про мелкие монеты, да и про финансы.

Есть центы, то есть сотые тряма, в моей лингвистике цент сотую или сотню и означает, из латыни это наверно. Но в отличие от трямов – которые едины для всей галактики, и их пускает в оборот казначейство Лиги Рас под контролем всех членов во избежание инфляции и дефляции, за счёт чего валюта очень стабильна – центы выпускаются кучей планет, миров и стран, по своим правилам, и их очень много, мне отсыпали штук пять разновидностей десятком монеток. Помимо трямов некоторые государства чеканят свою монету, но чаще всего равную тряму по номиналу, а иначе никто связываться с такими деньгами не будет, кроме своих подданных, которым деваться некуда, если заставлять.

Околачивавшийся рядом Кроник ехидно сказал:

– А моей тётушке ты цветы не дарил. За так невинности лишил. Ну да я не в претензиях, если вином угостишь, и пожевать.

– Сколько она тебе отвалила? – парировал я. – И какая по счёту невинность пала при скупке? И ты с ней в кровати нашу торговлю обсудить успел?

– Всё моё, – рассмеялся енот. – Но она действительно моя тётушка, хоть и едва старше, и куда шустрее, недаром дед дело ей оставил, улетая на роскошную пенсию из этой дыры. Ну да понятно, я так лохов окучивать не могу, а девки мало краденого приносят. Хотя не всем она отдаётся, но за полсотни, решила, можно. Имя-то хоть спросил? Ну и не надо. Но ты не ссы, ещё что-нибудь приноси, лучше всех скупим. А если девок надо, то подгоню, от двадцати центов, а не очень страшные от сорока, непотасканные дороже, конечно. Тебе кто нравится? Енотши, вергянки, даргянки? Макок нет, а крокши даже подыхая от голода горло вырвут за такое предложение, проще уж крока. Но не думай, от голода никто нигде не подыхает, я так, к слову. Ещё есть одна цыпочка из негалактической расы, у них пока средневековье, прям персик, но она по двадцать трямов берёт, зато за ночь, и с танцами, и с большой ванной. Показать рекламу? Один цент, даже два. Купить пять.

Я отсыпал пять центов за бесплатную рекламную брошюрку для богатеньких. Очень уж хотелось взглянуть на экзотическую красотку. Действительно, экзотика. Весьма и весьма симпатичная красотка с плавательными перепонками между длинными пальцами рук и ног, огромными влажными фиолетовыми глазками, со светло-голубой кожей и короткими волосами, но точно млекопитающая, это сразу видно по паре торчащих немаленьких сисек, и попа на месте, а талия узкая невероятно, и язык длинный. Как сказали проходимец и лавочник, эта раса похоже от мангровых бобров произошла, но ушла конечно на десятки миллионов лет эволюции, если эволюцию людей считать не от человекообразного предка, а от лемуров каких-нибудь. Поржали собеседники:

– Не всем же от обезьян, как ты, или от свиней, как дарги и верги.

Верги, амбалистые неандертальцы, меня удивили, хотя если присмотреться, да напрячься… Ладно, про русалку запомню, но мне пока не до неё.

Енот, выходя со мной из лавки, прошептал:

– А к цветам боевой стимулятор выносливости и силы не нужен? А то после трёх раз с тётушкой устал ты. У этого жучилы есть полузапретный стандартный, мультирасовый для свиней, енотов и обезьян, по полтряма за таблетку. А я могу предложить усиленный, и запретный, идеальный для макоков, контрабанда с Вавилона. Не ампулы, действует не так быстро и слабее, но и тайно принять проще. Только больше трёх таблеток за раз не стоит, с пяти можно и лапы, то есть копыта откинуть. И никакой наркоты. Трям за колесо. За блистер восемь, там десяток.

Купил я, конечно, и ещё сдачу с десятитрямовой треугольной монеты не взял, сказав, что это за очистку бластера, и удивив лохматого проходимца, который убежал минут на десять и притащил блистер с небольшими синими таблетками.

Я полюбовался на киборга – жестяная кукла с бластером и мечом была приделана над входом в таверну «У Киборга», расположенную в переулке от главной улицы у самого космопорта. И я не сказал бы, что таверна похожа на дорогую ресторацию. Но значит дешёвые я не видел. В зале кишели местные и космические авантюристы. Я занял столик посреди зала, ибо как раз укромные были заняты. Кроник тоже, как и обещал, остался в этой таверне – обосновался в тёмном углу с кучей таких же мелких жуликов и больших проходимцев, порой сновавших по залу в поисках поживы. Но чаще к ним подходили.

Ну и из-за барной стойки командовал залом и официантками однорукий муш, с железной рукой. Киборг значит, ха.

Я заказал смешливой официантке-даргяночке отличный ужин на двоих, на всякий случай сказав, чтобы без экзотики, для русских макоков с Земли, хотя откуда им знать, но та только кивнула. И вазу для цветов. И лучшее вино. Это привело к визиту бармена, который хмуро буркнул:

– Я хозяин и старший бармен Шершень, – говорили мы, конечно, на вселенском, и «шершень» и означало огромную злющую осу на этом языке, но и похоже на русское многообещающе шипящее слово. – Есть енотское игристое «Розовая долина», девкам… дамам нравится, бутылка половинная. Стоит двадцать трямов. Но могу найти и дороже, полчаса…

– Пусть будет «Розовая долина», – решил не перегибать палку я, тихо офонарев от стоимости. Ну да я на коне! Ну и надеюсь, что красотка не окажется пустожоркой. Хотя так распинаться и перед давалкой не зачем. Но о чём я, она же девственница, сбереглась среди инопланетян. А я веду мощнейший натиск.

Шершень не ушёл. Я достал и положил на стол квадратную сотню, рассеяв сомнения хозяина заведения, и заинтересовав пару угрюмых даже по неандертальским меркам вергов через два столика, убрал монету, чертыхаясь про себя. Прискакала очень симпатичная вергяночка с вазой, бокалами, первыми закусками и пыльной пузатой бутылкой шампанского на поллитра примерно. Я с удивлением уставился на салат оливье! И на солёное сало с прослойками и чесночком на чёрном хлебе! Ну нифига себе, как известна русская кухня! Попробовал, ммм… фантастика! Заказал 50 грамм водки, холодненькой, для разминки, пока жду.

А вскоре и Булочка явилась, позволила поцеловать ручку – что на Земле бывает чревато, если дама фемканутая, но я рискнул – и со стоном и хихиканьем уселась на отодвинутый и придвинутый мною жёсткий стул. Еда была отличная – борщ, окрошка, шашлык, пельмешки, пирожки, копчёная рыба и мясо, ещё разные деликатесы. Вино прекрасное.

Булочка порозовела, очаровательно ёрзала невинно пострадавшей попой, весело хихикала, рассказывала о жизни на Вавилоне. Я рассказывал о себе и своих приключениях, вызвав невероятный восторг девицы, которая уже была согласна осмотреть каравеллу даргов изнутри, шепча:

– Это же универсальный звёздный корабль, хоть и малый, но из них крупный! Там места для восторга от путешествий полно. Длительная автономность. Много полезных фишек. Мечта прекрасных бравых звёздных бродяг в самом благородном смысле. Можно набрать команду, быть гордым прекрасным капитаном! Путешествовать по галактике. Я так мечтаю облететь весь Млечный Путь, посмотреть дивные миры, полежать на прекрасных пляжах чудесных планет, покупаться в тёплых морях и прохладных водопадах!

– Полетели вместе! Я переименую каравеллу в «Булочку», – брал быка за рога, или уж козочку за рожки я, вызвав порозовение и застенчивый кивок красотки.

Да ещё и типы через пару столиков ко мне интерес потеряли, заказали пару литров водяры, весело орали и о чем-то шептались, напиваясь до горизонтального состояния, из которого грабить решительно невозможно – да нормальные мужики, чего я. И я же тот самый напугавший всех герой с боевым бластером!

Но пьяным я, конечно, не был, что такое полста грамм и полбутылки вина под отличную закусь. Вернее был – от любви! И мы взяли ещё бутылку вина попроще и корзинку фруктов, на вынос. Я расплатился, отвалив 26 трямов за ужин и осчастливив официанточку аж пятью трямами чаевых. Быстро дошли до каравеллы, ну а там и до койки мигом добрались, я едва успел парой таблеток закинуться. Булочка в моей каюте с хихиканьем дёрнула на себя полку, сделав её шире раза в полтора – ого, как оказывается можно – и понеслась! Восторг! Много раз!

Боевой стимулятор рулит, а он ещё и чёткости и остроты восприятия немного добавляет, как сказала невероятно энергичная красотка, тоже приняв одну таблетку. Целая ночь яркой незабываемой любви! Только уже утром Булочка не дала мне выпить третью пару таблеток, подняв маленький плоский потёртый бластер, выпавший из внутреннего кармана её короткой курточки в результате нашей весёлой возни при отбирании у меня полупустого блистера, и прошептав:

– А вот труп мне не нужен, – и опять яростно набрасываясь на меня.

Дас ист фантастишь! Я невероятен! Я герой и авантюрист! Богатый и прекрасный! И неотразимый для девиц! Тарбет – мир любви и счастья!

Глава 3. Похмелье

Просыпался я тяжело, с трудом ворочая мозгами и пытаясь понять, что не так, и что стимуляторы наверняка дают слабость потом. Открыл глаза и уставился на стоявшее в зените солнце. Как его? О! Тарбакенф… Раз полдень, значит спал я часа три-четыре. Но почему я солнце вижу? Я откинул на бёдра тонкое одеяло, резко сел и осмотрелся, держась за сильнее затрещавшую башку и матерясь.

Я на матрасе посреди космопортика, вернее около городских построек! Где стояла моя каравелла «Валя». Стояла… Уже не стоит! Мимо ходят инопланетяне с баулами, уже не обращая на меня внимание, только весело скалясь порой. На моей подушке яркий и мощный отпечаток ярко-красной помады. Может быть и на лице, но это я не вижу. Рядом с матрасом аккуратно стоят мои потрёпанные кроссовки и лежит аккуратно сложенная одежда. В пяти метрах в раскладном кресле сидит крокша-шерифша, что-то пьёт из кружки и задумчиво смотрит на меня.

Я взял лежавшие сверху трусы, натянул их под одеялом, затем штаны и носки, встал, надел рубаху и пиджак. Убедился, что в карманах и рядом ничего нет. Вообще ничего! Даже одноразовых бумажных платков. Подошёл к шерифше, спросил:

– А куда делась звёздная каравелла «Валя»?

– Каравелла «Космодятел» улетела шесть галачасов назад, – спокойно сообщила крокша на чистом русском, впрочем не отказала себе в удовольствии достать из набедренного кармана планшет и показать мне, как улетает через силовое поле моя летающая тарелка с большими надписями на бортах «Космодятел» на русском и вселенском языках. – И весьма удачно, избавив меня от разборок с даргами, которые объявили её в розыск, как и захвативших её пиратов.

– Аааа… эээ… – промычал я, пытаясь соображать получше. – Пираты?.. А куда делась Булочка… эээ… макока Булка? Её похитили пираты или забрали дарги? Или она спаслась?

– Полагаю, что она улетела на Космодятле, одна, – бесстрастно произнесла шериф. – Макока Ирина Олеговна Ковригина, она же Выдра, она же Булка, 34 года, рост средний, волосы светлые, глаза серые, вернее теперь синие. Известная в узких кругах галактическая авантюристка. Но доказанных преступлений за ней не числится, а за незаконное омоложение внешности отбыла наказание в виде двадцати розг публично по обнажённым ягодицам и стояния у позорного столба решением шерифа Тарбета. Родилась на планете Земля, в городе Тюмень. В 16 лет вышла в галактику. Я сама её спасла, когда она украла четыреста тысяч рублей и пыталась сбежать, преодолев океан на гидроцикле, и уже погибала в шторме. Я её высекла и взяла к себе на воспитание, уйдя из космофлота и из наблюдателей за макоками, и подыскав должность в центре недоразвитых рас в моём прекрасном мире. Удочерила и полюбила больше своих детей и внуков. А когда она потребовала самостоятельность, я стала шефом-посланником в Вавилоне, чтобы присматривать за прирождённой авантюристкой, а у меня есть право пороть её без решения суда и доказанных преступлений. Когда она и оттуда свалила, я заключила контракт на шерифа в этой дыре. Этой дурочке мёдом намазано во всяких дырах и поближе к Земле, всё ищет чего бы спереть, чтобы озолотиться.

Я только сейчас понял, что крокша очень стара, и она старела прям на глазах. Заговорила уже глухо, с трудом сдерживаясь от ругани и ярости, а может и истерики:

– И вот она завладела самым опасным за всё время своих похождений даром, избавив от оного тебя, Дятел. За злостное управление угнанным звездолётом наказание от десяти лет каторги и до смертной казни, в зависимости от того, что натворить, а она уж развернётся. И связь с пиратами на неё повесят. Эти зелёные свиньи наплели, что на них напала дюжина амбалов в скафандрах с экзоскелетами, видел бы ты их разбитые рожи. Наверно между собою дрались, после того как ты спёр каравеллу. И макока с ними, но не колется и говорит то же самое. А регистраторы у них пираты, конечно же, отняли.

– Они сюда прилетят? – спросил я, оглядываясь.

Крокша отшвырнула наручники с ремня, сняла и аккуратно положила рядом с креслом звезду шерифа, криво усмехнулась:

– Не дрожи за свою никчёмную шкуру, Дятел. Дарги сообщили, что пираты вероятно похитили одного, как там у вас, уклониста от армии, то есть мерзкого труса. Я ответила, что каравелла прилетала сюда и улетела, с неё выходил макок, вероятно под принуждением искал скупщиков, но не преуспел. Пираты не выходили. Похитили заманенную на корабль макоку Булку и улетели. Не хочу я помогать мерзким трусам, с которыми воевала в шести войнах. И мне пора уйти, не хочу пережить свою младшую дочку. Я уже прекратила принимать поддерживающие лекарства и разорвала контракт шерифа, недоработав половину срока, но моя честь не пострадает, поскольку эти жлобы в одностороннем порядке снизили оплату, раз преступлений стало мало. Я сейчас улечу на мою родную планету, чтобы умереть в фамильном поместье и упокоиться в фамильном склепе, раз уж в битвах оказалась слишком везучей. А ты выживай здесь, трусливый никчёмный Дятел, и копи деньги на побег отсюда, потому что скоро здесь такое начнётся. Я славно постреляла, штрафовала, бросала в карцер, лупила, отправляла на каторгу, казнила полсотни совсем конченных, пока не навела порядок. Только яростные, бесстрашные и благоразумные крокши способны удерживать отребье стальной рукой. А пока покидающие Тарбет от надвигающегося хаоса нормальные собираются на звездолёты, я готова выслушать твою историю под запись. Не для каторги тебе, а для истории. И это останется только в архивах кроков как минимум до твоей смерти, а потом если земные макоки выживут, выйдут в галактику и пожелают получить архивы по всем выходцам с Земли до вашей галактической эпохи, то получат архивы. И не вздумай врать. Я даже мёртвой застрелю тебя быстро и не задумываясь. И жалеть труса не буду.

Дальше я, стоя перед могучей старухой, пересказывал свою историю с момента, как увидел летающую тарелку. Крокша несколько раз хохотала. Успокоилась и повеселела. А в конце легко встала, посмотрела на взлетающие корабли, сказала мне:

– Ладно, моя девочка умная, хитрая, отважная и сильная, не то что ты. Она выживет. И догадается бросить «Космодятла» или не соваться одной к разборщикам краденых космолётов, а может найдёт груду денег и закажет переделку каравеллы с удалением всех меток, изменением внешнего вида и легализацией на продажной верфи. А тебе рекомендую заняться твоей физической формой и подумать, зачем ты живёшь. Хотя работа грузчика или шахтёра быстро тебя подтянет… Если встретишь Выдру драную, ха, передай ей, что я её люблю, хотя мы говорили это друг дружке тысячи раз. Последний, когда она забегала ко мне перед тем, как пойти на свидание с тобой, смеясь над твоей мордой, когда ты услышал про юную девственницу, любящую сорокалетних обмылков. А за час до того она вызнала у меня подробности об угнанной каравелле из только пришедшей ориентировки, и чем команда занималась на Земле. Не побоялась ведь явиться после омоложения, зная что высеку. Но я не думала, что ты настолько тупой, что даже пароль от этой лоханки «Космодятел» выболтаешь в койке. И Булочка выглядит на 25 лет, а никак не на 18, поверь уж моему опыту возни с макоками. Удачи, Дятел.

И лёгкой походкой ушла к ждавшему её кораблю.

После отбытия шерифа, ко мне приблизились несколько ошарашенных даргов, забрали звезду шерифа, кресло и наручники, потопали в город. Я свернул матрас вместе с простынёй, подушкой и одеялом и поплёлся следом, пытаясь вспомнить, когда я выболтал пароль. Наверно во время любви на пульте управления, когда я показывал какой крутой из меня пилот. И бормоча:

– Ну Выдра драная, мы ещё встретимся! И ты получишь прутиком по своим булочкам. Большего не обещаю, кроме любви, ибо если бы эта старая грымза меня сдала или поутру выгнала с Тарбета ничего не рассказав, то каторга была бы моя, или виселица, или что у них там. Но мы могли бы вдвоём прекрасной парой бороздить галактику! Тем более, что для 34-летней дамочки я никакой не старпёр, а омолодить и мою харю и тушку можно. Но надо и форму подтянуть.

А пока мне тупо захотелось жрать, после такой-то ночи. Но еда на улицах не валялась. Народу не слишком убыло, вернее даже куда больше стало, откуда-то наползли толпы зелёных даргов в грязных робах, оживлённо судача о выборе или найме нового шерифа, а пока некоторые похоже сговаривались об отрядах самообороны. Но и бандитам быстро взяться было не откуда, так что хаос не наступил.

Встреченный на улице Кроник поржал, отвёл в замызганную пятиэтажную таверну «Облезлый енот» под самой стеной кратера, в которой заправлял, как ни оригинально, старый облезлый енот, вооружённый старым облезлым бластером в форме ружья выше него ростом. Приятель заказал себе и мне весьма простую еду, но не стрёмную – немного какого-то мяса, овощи, картошкообразное что-то, хлеб, каша, слабое простенькое пиво – попросил рассказать подробности. Оторжавшись сказал:

– Матрас свой можешь здесь бросить, скажи Облезлому, что ночевать будешь. Можешь сэкономить на койке, на чердаке есть комнатка, сдаст центов за 12 в сутки, а обычный крохотный дерьмономер с одной кроватью для не более двух постояльцев стоит 20 центов. Потом можешь в хату перебраться, нора в трущобах дешевле, но и отстреливаться самому надо, если что, ну и барахло всякое требуется. Так что 12 центов, считай, отлично. Раз пожрать можно за десять центов, простенько, но со вкусом, и без пива. А можешь сам пробовать готовить, это дешевле раза в два, но надо печку, посуду и много чего ещё. Эту ночь и ужин сегодня я тебе оплачу, ты не жлоб, дурак просто. Завтра могу устроить грузчиком. Если не филонить, то можешь трям в день зарабатывать, включая доплату за молчание, но это я так, лишнее болтать на Тарбете вообще чревато. Работать лучше два дня, потом день отдыха, а то сгоришь на работе. Ну и тогда будет и на шлюху хватать. Ну или копи, как многие делают, ростовщика порекомендую надёжного, а иначе сопрут. Что ещё… дубиной обзаведись, ножик подгоню годный, недорого. Вариантов у тебя нет, копить на старость, на билет подальше или на бластер, ну и искать возможности. Подумай, что умеешь. Тётя о тебе спрашивала, но теперь вряд ли даст, и себя, и угощение. А вот подработку какую… посмотрим. И ты слушай, если что, мне говори, сочтёмся. А может и провернуть что удастся и разбогатеть. Эх, надо было у тебя лингвошлем взять с оплатой потом, у тётушки столько нала нет, конечно.

Я как в дерьмо опущенный заканчивал день – из героев и набобов в посмешище и голодранцы, ужасная карьера. На меня приходили посмотреть, за что Облезлый даже нацедил мне кружку пива, сам хохоча периодически и охотно пересказывая мою «историю успеха», хотя что они знают, а я уже старался не болтать. Тут же жили и те два верга, которые меня ограбить хотели да передумали, один из них хлопнул меня по плечу лапищей и сказал:

– Не грусти, Дятел. Мы тоже ведь в «У Киборга» переплатили, дорого там. Искали подработку, а тут ты с цветочками. Ну мы и зашли, сотню срисовали, обрадовались, думать начали, как подпоить тебя да обезжирить, сдуру водяры заказали для тебя и храбрости, а то ведь шериф была ого-го. Ну а как Выдру увидели, так нас и отпустило, только и осталось напиться как богатеньким, раз пришли. Пошли завтра с нами на шахту.

– На какую шахту? – офонарел я.

– Которые под нами. Тут же рудников немеряно, и вниз, и в стороны, наверху мало народа живёт, в основном шахтёры и отдыхают. Ну и вся сволочь, которая паразитирует на горняках. Вишь, сегодня сколько повылазило, как про шерифа прослышали.

Я собрал информацию, оказывается на Тарбете абсолютное большинство населения, это дарги-шахтёры. Добывают свой тяжёлый хлеб с маслом и сбережениями. А на поверхности обслуживающий персонал всех видов и проходимцы, свои делишки обстряпывающие, ибо владельцы рудников налоги платить не хотят, значит закон и порядок им как серпом по молоту… Народ приезжает вкалывать как проклятые на несколько лет, копит, сваливает. Но чернорабочим много не светит, тряма полтора за смену часов 8 с перерывом и парой перекуров. В подземном аду, блин.

Так что на следующий день я подался в грузчики, на девять часов, то есть весь местный день, правда с перерывчиками. Но к вечеру я чуть не сдох, и этот проклятый трям мне костью в горле встал. Ещё и вычли 8 центов за жратву, правда нормальную.

Отлежавшись сутки и потратив заработанное, я отправился в шахту, вернее сначала на биржу подённых рабочих. После чего понял, что грузчиком, это ещё ничего – именно сил в шахте я потратил меньше, но вылез вечером как чёрт из ада! Одни глаза блестели, пока откашлялся, пока отмылся, пока получил одежду из стиралки и сушилки, а про спецовку я не догадался уточнить, да и не предлагали, народ в своём является. А ещё меня обокрали – пока я переодевался, какая-то сволочь спёрла мои носки. Носки, блин! Я и не думал, что и за ними следить надо. Ну эти шахты нахрен! Хотя Облезлый оторжавшись сказал:

– Ну а чего ты хотел? И выбрал ты самую дрянную шахту на самые дрянные задачи. Обычно там побольше платят, но ты должен примелькаться, авторитет заработать, втянуться.

– Втянуться?! – только и осталось пробормотать мне в начале монолога, в котором это слово и осталось единственным цензурным.

Так что ночью, лёжа на своём личном матрасе на шестом этаже, вернее чердаке, со скошенной крышей, я размышлял, что делать, всё больше сердясь на Булку и стараясь отогнать неконструктивные размышления о том, как я буду делать из неё очень драную Выдру. И конструктивно размышлял, что надо подумать, как я её поймаю, для этого надо вырваться из проблем, а там, галактика тесна, куда она от меня денется с Млечного Пути! На узкой дорожке не разминемся.

Решил перевернуть матрас прохладной стороной, чтобы заснуть. Обнаружил в матрасе что-то странное. Вытащил. Брошюра с изображением дивной русалки. По 20 трямов за ночь. Это что же, месяц работать, не жрать, не спать, чтобы снять?! Да уж. Лучше бы я в армию на Земле пошёл. Хотя день я побыл королём! Как там, отдай жизнь за ночь с царицей? Или увидеть Париж и умереть? Ну тот, раньше, до того как его ядерные боеголовки накрыли… Потерял носки, обрёл картинки с девкой – день прошёл не зря и суммарно без потерь, спасибо Булочке, подшутила.

Следующим утром явился Кроник, заказал нам пиво и сухарики, сердито сказал:

– Началось. Эти чёртовы зелёные свиньи, которые градоначальники, не нашли, конечно, шерифа, жадничают нанять троих вместо одной. А банды сколачиваются. Вечером напали на дом енотов, где моя тётя обитает, ну и я. Двоих наших убили. Мы шестерых вергов положили и крокшу с кроком. Тётушка отстреливалась из-за стеллажей, одна против троих, один из пристреленных её. Она ранена. Чёрт! Мы с утра лаялись с парламентом, те ищут троих, шерифа и двух помощников. Но мы решили валить. Война началась рядом, главные миры кальмов отбирают больше подходящую им планету у одного из государств кроков. Произошло первое сражение линейных флотов, вдвое меньшие силы кроков с большими потерями разбили кальмов, но те не остановятся. Остальные расы и государства тоже вокруг суетятся, начинается отменный бардак в радиусе двадцати килолет. А мы решили, что пираты ватагами собираться начнут, жди налётов и грабежей… Тебе есть работёнка. Побыть с нами, массовка для охраны, помочь навести порядок в лавке, поорать на митинге перед управой. Ну и переночуешь. Найм до утра. Два тряма. И дубина с ножом тебе останутся.

Я с увесистой палкой «наперевес», ножом на ремне, матрасом на плече и с зубной щёткой и бритвой в кармане прошёл к дому енотов, вернее одному из их домов, где было выкуплено помещение под скупку Вульки, как зовут тётю Кроника. Перед домом лежали тела налётчиков, среди которых были и оба моих почти знакомых верга, хотевших меня ограбить в первый день. Да уж. Вулька с забинтованной ножкой и костылём была очень сердитой, суетилась в толпе енотов, на меня внимание не обратила, хотя я рассчитывал, что хоть улыбнётся после того, что между нами было.

Я караулил, помогал, что-то расставлял, что-то упаковывал в баулы. Узнал, что рудники в основном добывают уран, есть плутониевые заводы, так что я таскал и уран с плутонием, упакованные небольшими увесистыми стержнями в прозрачную поглощающую радиацию плёнку. Ходил орать к городской управе. Ночью тревожно спал в выделенном углу. Под утро улетели несколько кораблей, вывозя имущество енотов и часть их самих, но Вулька и Кроник решили остаться. Помятая всклокоченная тётя сердито пояснила мне во время завтрака:

– Мой брат, отец Кроника, займётся фамильным бизнесом в другом месте, есть три варианта планет. Сохранит и может быть даже приумножит мою долю, а я буду здесь ловить рыбку в мутной воде. Глупый племянничек тоже решил пока остаться. Но вроде шерифа-дарга нашли с аж четырьмя помощниками. А прибыли в воюющем секторе галактики самые жирные.

– Вложу свои сбережения в плутоний, слетаю на пару планет, – потёр руки Кроник.

А я пошагал в неизвестность, твёрдо решив изменить свою жизнь. Для начала снял комнату в трущобах за три цента в сутки, даже с развалинами мебели и с кое-какой помятой грязной посудой, с удобствами и кухней на первом этаже. Решил перейти на покупную еду – если нормально, но скромно есть один раз в день и позволять пару перекусов, то и в пять центов в день можно уложиться, хотя лучше с мясом шиковать на десять. Ну и заодно похудею, приведу себя в форму, работа грузчиком на планете с повышенной силой тяжести поспособствует.

И потянулись тяжёлые будни, я зарабатывал по тряму в день грузчиком, иногда даже с оплаченным обедом, и по полтора разнорабочим на урановых и других рудниках. Работал два дня через один отдыха. Хотя иногда и в день отдыха находил халтуру. Поработал даже курьером, вернее водителем-экспедитором, дело привычное, а на другой планете и интересное. Платили правда мало, от 50 до 70 центов в день. Возил в пикапе барахло и продукцию отдалённых шахт, пару раз и на грузовике, в потрёпанном скафандре. В общем, через три земных месяца скопил 56 трямов!

Глава 4. В приличное общество, ага

Очередное утро началось не как обычно, я присматривал за своей кастрюлей с картофельно-мясной похлёбкой на кухне и чистил зубы, любуясь в треснутое зеркало на свой неплохо накачавшийся торс – не как у культуриста, но намного лучше, чем было. Размышлял, что пора купить место на звездолёте и лететь в какой-нибудь развитый мир.

Хочется в колонию макоков на Вавилон, но он не относится к развитым, да и макоки там, как мне объяснили умные, по мировосприятию не земляне. Большинство набрались боевого кодекса чести и ярости в странной смеси с разумной осторожностью от кроков, вернее крокш. Группа поменьше впитала высокомерие и трусоватость от даргов. Ну и самая малая часть полны безалаберности, агрессивности, глупости и верности командирам от воинственных раздолбаев вергов. Но всё это, конечно, творчески переработано, с добавлением авантюрности и хитрости макоков, как оценивают землян другие расы. Но все эти характеристики условны, ярко характеризуют наиболее активное меньшинство, а большинство у всех рас всегда хочет просто нормально жить.

И тут завыли сирены! И голос из динамиков медленно заговорил, тревожно соединяясь в с разной задержкой и громкостью доходившее многоголосье:

– Тревога! На дальней орбите обнаружены пираты! Восемь кораблей: корвет, усиленный галеон, два усиленных брига, усиленная каравелла и три шлюпа. В отдалении, но тоже с ними, еще одна каравелла. Галеон выпускает истребители и штурмовики, до десятка. Приготовить все зенитные и наземные системы, расчётам занять места. Надеть скафандры, взять оружие, у кого нет скафандров и оружия, уйти в шахты. Оборонительным отрядам первой линии выдвинуться в космопорт, остальным занять свои позиции. Штурмовым группам занять позиции и держать связь.

Я посмотрел, как снаружи купола на кольцевых горах как чёрт из табакерки выскочила зенитка в виде длинной трубы, начала с офигенной скоростью вертеться в стороны, пронизывая небо толстым лучом. В отдалении, разбросав камни, выскочила и скрылась обратно с виду точь-в-точь полуметровая старинная мортира. Поверхностная термоядерная электростанция, которую мне не было видно, окуталась защитным силовым куполом, верх которого я заметил – она очевидно обречена, но цепной реакции не будет, как бормотал кто-то рядом с умным видом, но и без энергии не останемся, есть ещё две подземные. Над прозрачным куполом начали урывками мерцать силовые поля – с ними похоже не всё ладно, и под вопли из динамика к одному излучателю бежали два дарга в скафандрах и с ящиками с инструментами.

Я быстро собрался, достал свою спрятанную заначку в виде пяти треугольных, шести круглых монет и нескольких центовиков – а банк после начала смуты брал трям и одну сотую процента суммы за сто дней сопровождения счёта, про начисление процентов речи не шло. Взял нож, дубину, брошюру с русалкой, зубную щётку, бритву, мыло и зубную пасту, и побежал к космопорту, потому что мне уже сказали, что в случае захвата колонии пиратами, в шахтах не спастись, ну если не перейти на жизнь червя. А динамики сообщили:

– Две каравеллы идут на посадку. Не стреляем, они хотят переговоры, может обойдёмся без штурма.

В дыру в куполе, затянутую силовым полем, влетели две каравеллы, первая в виде неровного треугольника, вторая в форме гантели, обе длинной метров по сорок. И летели они так, что гантеля заходила под корму треугольника. Кто-то рядом комментировал:

– Лихо! Пилоты отмороженные мастера. Значит первая здесь уже была, а вторая летит так, чтобы мы сдуру силовое поле не заблокировали перед носом, захотев хоть один звездолёт замесить.

Ну да… была здесь. На борту треугольной каравеллы красовалась надпись «Космодятел». А если присмотреться и знать, то в центре треугольника был понятен переделанный овал корпуса летающей тарелки, и за и над носовым обтекателем поднималось теперь видимое затонированное лобовое стекло рубки, «крылья» тоже были тоньше фюзеляжа, и над ними теперь видны большие квадратные иллюминаторы. Но села она не на шесть опор, а лихо с виражом выпустила шесть шасси с колёсами и прокатилась до толпы у кромки. Сверху торчала боевая башенка с направленным выше нас плазмомётом. И она поворачивалась.

С борта откинулся знакомый трап, открыв люк, и из него легко выбежала девица в красиво облегающем терракотового цвета скафандре, вычурно прекрасном кучей небольших рёбер жёсткости, прилегающих штанг и пластинок. На бёдрах висели два знакомого вида боевых бластера. За спиной неожиданно висел широкий меч! Из-под полностью убранного назад стопкой пластин шлема улыбалась Булка! Кто-то прокомментировал восторженно:

– Лёгкий бронескафандр даргов последней модели, класс защиты Б++! То есть лучше младших тяжёлых крокских и вергских. Бластером не взять, да и ручной плазмомёт не сразу. Меч для отражения бластов, но таким девке махать с нужной скоростью не по силам. Хотя наложен экзоскелет.

– Скелет выключен. Левая рука биомеханическая, она киборг, – добавил кто-то опытный, – и недавно, не научилась ещё маскировать жестикуляцию. Ну а стальной руке можно и задать отбивающие удары мечом, пиратам закон не писан. А вот атаковать мечом можно только управляя своими мозгами, технологий таких нет.

Выдра весело закричала:

– Не стреляйте, и кровавой бани не будет! Я парламентёр этих звёздных рыцарей удачи, они меня заставили. Сейчас проведу переговоры, договоримся об откупных и регулярном оброке за защиту от разных злодеев и даже пиратов, – обернулась ко мне, провела рукой по моей щеке, проворковала. – Смотри, какие броники были на МОЕЙ каравелле. Зарегистрированной на нормальной планете вергов, между прочим. А ты изменился… Не ожидала. Но и мне не просто пришлось, руку вот потеряла на переговорах, хорошо, что таких скафандров три было, да и хорошие бластеры и плазмомёты рулят. Зато стала легальным киборгом.

Выдра ушла на переговоры с крайне недовольными даргами-правителями, которые, конечно, облегчённо выдохнули за свои жизни, но теперь боролись за деньги. Башня на крыше «Космодятла» поворачивалась, показывая, что там ещё кто-то есть. Из люка вылез здоровенный верг с очень тупой рожей, начал осматривать толпу, смачно почёсывая яйца, таким образом похоже привлекая внимание самок. И этот тоже был в бронескафандре терракотового цвета, но похоже попроще, зато потолще, и защита была посильнее, как в толпе говорили. Ну и плазмомёт за спиной и два бластера на бёдрах.

Из «гантели», называвшейся «Летучий гроб», вышел здоровенный макок в очень похожем на выдрин лёгком бронескафандре класса Б++, тоже с экзоскелетом. Надо полагать, Булка поделилась. За спиной небольшой плазмомёт, на бёдрах два бластера других моделей, один длиннее, с трубкой оптического прицела и похоже с откидным прикладом. За этим одним из вожаков пиратов вылезли ещё пять рыл, но оснащённых иначе, без экзоскелетов, бластеров было по одному, а у двоих в виде винтовок. Вожак заговорил:

– Я Флинт, адмирал и капитан пиратов. У нас восемь кораблей, не считая флаеры и истребители. Нужны отважные парни. Кто хочет быть богатым и счастливым, отчаянный и смелый, давайте к нам. Особенно нужны техники, им полторы доли. Стрелки у нас все, а пилоты через одного, ха, но всем место найдётся.

Я посмотрел, как из толпы потянулись желающие стать пиратами! Да уж… В основном шли верги, и Флинт радостно их приветствовал, сразу принимая присягу и давая по доле с четвертью – верность командованию, присущая этой расе, всем начальникам нравится, безрассудная отвага тоже. Одна крокша вступила, ей дали долю с одной десятой, причём она боеспособнее верга, но не дура. Паре кроков дали по доле. Ну а вызвавшихся даргов взяли не всех, предварительно поговорив с ними, а принятым дали по доле двоим, и двоих взяли юнгами с половинами доли. Енотов, кальмов и мушей не нашлось, что разозлило адмирала, которого чаще называли капитан, видимо «адмирал» для совсем жёсткого выпендрёжа. Ну и кто-то вещал у меня за спиной, что занюханный корвет, галеон и два брига на нормальный флот не тянут, а остальное вообще не в счёт, ну и весь этот «флот» одному крейсеру только размяться, а фрегату повозиться. И если бы начальники колонии Тарбет на зенитках не экономили, то отбились бы, а теперь вооружаться будут пираты.

Пришла печальная задумчивая Выдра – вероятно узнала новости про свою приёмную мать – бросила своему бойцу мешочек с монетами, поговорила с Флинтом, села в «Космодятла» и улетела. В пиратскую каравеллу потащили мешочки с деньгами, которые очевидно собирали по всей колонии, повезли ящики со стержнями плутония и урана, потащили другие ресурсы, добываемые на Тарбете. Ну и продовольствие, и разные материалы. А из «Летучего гроба» вылезли рыл двадцать пиратов. Прилетели пиратские шлюпы – мелкие корабли метров по 12-15 длинной – с трудом сел и один бриг, длинной метров 70. Ещё сотни две пиратов ринулись по шлюхам и кабакам. Капитан орал, что через три часа отправление, но никого это не останавливало.

Я увидел, как из брига крок выволок молодую даргянку с поломанным рогом, подтащил к капитану, пинками по ногам сзади поставил на колени, сказал:

– Эта юнга отказалась стрелять в пленных на предыдущих шахтах, которые ты правильно взял штурмом, капитан, а не как Тарбет, послушав Выдру. Без битья отказывается от чёрных работ. Насиловать ты запрещаешь. Её надо в расход. Рабский рынок не скоро, да и в назидание.

– Я сберёг дефицитные команды и пару кораблей, получил добычу и регулярную дань! Поцелуй в задницу Выдру за то, что она разрулила с Тарбетом за солидный куш и за переделку её «Космодятла», хотя и потребовала рабов не захватывать, но мы, макоки, такие романтики. Насиловать нельзя – и вы друг друга поубиваете, и пленники вас мочить будут, как напьётесь! Крокш своих насилуй, а мы посмотрим, ха! Вот то-то же, но любая девка способна на такое. Да ты видел, как милые еноточки пьяным насильникам горло выгрызают? Про других рассказать, дебил рептилоидный? Следующая критика моих решений будет для тебя последней! А эту… да похрен. Пристрели. А шлюх везде полно. Ну и если провинившихся трахать, то тут у меня очередь из потаскух выстроится.

Крок, скорчив рожу, недовольно достал бластер. Несчастная с тихим скулежом вжала голову в плечи. А я неожиданно для себя ринулся вперёд, крикнул:

– Продайте её мне! Я её выкуплю! За 50 трямов… За 56, больше у меня нет.

Капитан медленно осмотрел меня с головы до ног, пожал плечами:

– Ладно. Она твоя. Мало макоков зарятся на даргянок. Но ты, значит, тот самый Дятел, про которого Выдра говорила… Техник… Она просила никого не захватывать на Тарбете, который она окучивает и где её мать шерифом… Но шериф другой, а ты сам решил стать рабовладельцем, наш парень, да и здесь рабство запрещено, тебя же посадят. Решено, полетишь с нами, добро пожаловать в команду. Получишь полторы доли как техник.

– Я не согласен! – воскликнул я, вспоминая про три года жизни пирата, и это в среднем, да и грабить и убивать я не хочу, и уже не уверен, что из этого для меня важнее.

– Когда я приглашаю, отказываться не красиво. И мои приказы не обсуждаются, тем более не оспариваются, а выполняются, матрос-техник моей команды Дятел, – вкрадчиво ответил Флинт с «добренькой» улыбочкой, а когда я дёрнулся что-то сказать и панически попробовать смыться, но уже держа за руку судорожно вцепившуюся в меня даргянку, коротко ударил меня кулаком в живот, а потом сразу в челюсть. Темнота…

Я медленно приходил в себя. Камера. Матрас. Рядом хныкала и протирала моё лицо мокрой тряпочкой даргянка с выпрямленным и перебинтованным рогом. Вернее это не рога, конечно, а небольшие и довольно мягкие выросты на голове, делающие из её рослой и тонкой расы почти тех самых «легендарных» на земле инопланетных «зелёных человечков» высокого варианта, с большими глазами, носами почти пятачком и узкими челюстями, только они бывают и с короткими волосами, а их девицы все с причёской. На моей груди лежало моё имущество – зубная щётка, бритва и брошюра. Я сел, постарался ободряюще улыбнуться, сказал:

– Я Дятел. А как зовут тебя, красотка?

– Здесь звали… – замялась юнга. – А моё имя лучше не говорить, я же добровольно подалась в пираты… И я убила своего отчима, который меня насиловал… Ладно, моё прозвище… Но я теперь не юнга пиратов… а твоя рабыня…

– Не надо, если оно тебе тяжёлое. Буду тебя звать… Хрюня, – улыбнулся я, гладя ноющую челюсть. – И ты, красавица, не рабыня… Ладно, пока мы у пиратов, побудешь моей рабыней, но потом я тебя сразу отпущу.

– Благодарю, хозяин, – с едва уловимым сарказмом назвала меня так Хрюня, начав раздеваться.

– Никого насилия! И ты не наложница, – быстро сказал я.

– Я сама хочу любви, – твёрдо сказала наложница, – А ты добрый, и ты назвал меня красавицей. То есть я тебе нравлюсь.

Ого! И высокая, стройная и гибкая даргянка оказалась отличной и энергичной любовницей, ещё и радовалась большому размеру ТОГО САМОГО и силе меня-макока! И мы долго занимались любовью, три раза, очень истосковавшись по любви.

Еще я узнал много разного о пиратах. И что мы полетим на Тортугу – ого, она в честь острова на земле и названа, и этой базе пиратов лет сто, основана выходцами с Вавилона, которые, получается, внимательно следят за событиями на Земле, а их колонии как раз примерно три тысячи лет, основана во время расцвета древнего земного Вавилона. А ещё я узнал, что «рожки» даргов, это электрочувствительный орган, и Хрюня меня им как-то ощущает, но это не описать, у людей такого нет, а она с хихиканьем и про мои электрические «цвета» рассказала. А я понял, что даже её потешный очень курносый носик-пятачок мне нравится! А ярко-зелёный цвет кожи добавляет пикантности.

А потом бриг, в котором мы находились, взлетел. И меня с рабыней переправили на галеон – огромный, в четверть километра длинной, толстый вычурно кривой корабль, похожий на четыре слепленных боками в пучок цилиндра с двигателями между ними. И с кучей разных надстроек, высотой до десяти этажей, на корме и на носу. Мне с Хрюней выделили отдельную каютку даже с окном, со входом из большого ремонтного цеха. Впрочем, из-за недобора экипажей места на звездолётах было полно. Выяснилось, что до Тортуги лететь месяц! Она находится довольно далеко, и лететь туда не по прямой, да ещё по дороге надо заскочить в пару мест, продать уран и часть плутония, и ещё разное, что-то купить, кого-то высадить, а кого-то подхватить.

А через три часа я полюбовался на разбитый тяжёлый линкор кальмов, на котором пошакалили пираты из флотилии Флинта – ценное забрали спасательные команды кальмов, но отбуксировать пока не получилось. Да уж… 800 метров длины стройного корпуса из пяти наложенных краями друг на друга, образуя уступы, усеянных орудиями двухсотметровых шайб, производят впечатление. Команда несколько тысяч, большинство вроде спаслись. Но куда большее впечатление производили огромные дыры и лохмотья метровой толщины бронелистов стали, а ещё слои композита. Да уж, вот это мощь! И вот это глупость – губить жизни и тратить ресурсы, когда обо всём можно договориться… Хотя не мне, выходцу из мира, только недавно пережившего глобальную войну, и воюющему сейчас, говорить. Но хочется, я всё-таки пацифист.

Я быстро нашёл приятный плюсик – тренировочный центр, в котором и оружие поизучать можно, и пострелять в мишени, и потренироваться уклоняться от бластов, и отбивать сгустки плазмы с помощью мечей, которыми некоторые пираты и фехтовали больше для души, а самое главное, потренировать мышцы на тренажёрах. Личный бластер мне никто не выделил, не то чтобы боялись, просто их дефицит, а тоже дефицитных техников на абордажи не отправляют. И это очень бесило остальных пиратов – что без риска технари имеют полторы доли, а я ещё и девку.

Хотя как без риска? Если линкор подлетит и распознает, то все разлетятся в одном на всех взрыве. А если захватят правоохранители или военный флот, то всем казнь, хотя не испачкавшему руки кровью и насильно завербованному технику можно остаток жизни на каторге оттягиваться, но вроде могут и оправдать. Но вот насчёт отсутствия крови на руках… тут многие мне пророчили расстрелы неугодных пленных и безопасные захваты беззащитных баз и кораблей с отстрелом обитателей при малейшем неповиновении. Круговая порука мажет кровью…

Но пока я занимался любовью с симпатичной даргяночкой, ел, тренировался и работал. И копил остававшиеся после сборки узлов детали, даже порой стараясь запоминать, откуда они «образовались», и пока что я это делал не специально, а у меня всегда так, вот такой из меня технарь. А через три дня я замедлил продвижения «пузатого» галеона, а значит и всей флотилии, когда при сборке одного из двигателей привычно «не нашёл места» паре деталек, а через час двигатель сдох, а ещё один был как раз на ремонте мною и ещё парой грязных, взмыленных и похмельных технарей. А оставшиеся два сверхсветовых движка на ладан дышали, и их решили не форсировать.

Остальные пираты жёстко бухали, едва сменяясь с вахты, да и вахты несли полупьяными или похмельными. Начальнички лакали всякие бренди, полируясь вином, а простые головорезы пили в чудовищных количествах технический спирт, перегонную установку коего из награбленной нефти техники обслуживали в первую очередь.

Ну и я неожиданно попал в число лучших технарей, нифига не зная про космические двигатели, но крутя какие-то гайки и немного изучая схемы и теорию. И через месяц даже заработал серьгу технаря в виде крохотного серебряного гаечного ключа на короткой цепочке с крючком. А всё из-за того, что я вообще не пил – приличное мне не давали, а глушить спирт… да и не хочу я оскотиниваться.

Пирсинг в левом ухе мне куча «доброхотов» предложили мигом сделать, вертя острое в грязных лапах. Но и не носить серьгу нельзя – страшное оскорбление оценивших «друзей». Так что я обошёлся услугами Хрюни, прокалённым шилом и своими матами.

Вот так я и улетел с Тарбета, и даже расставшись с накоплениями. Но я радовался хотя бы тому, что спас Хрюню. Пока спас… А Хрюня отъелась, повеселела, но тоже беспокоилась о будущем.

Через полтора земных месяца прилетели на Тортугу. Я в офигении пялился через огромное окно в одной из кают-компаний на километровую почти шарообразную орбитальную станцию, облепленную разными довесками и причалами, у которых торчали десятки разномастных звёздных колымаг. И на огромную планету типа «газовый гигант» с кольцами, в одном из которых и вращалась Тортуга. И на косматую выбрасывающую подозрительно много протуберанцев оранжевую звезду за тёмным светофильтром другого иллюминатора. И на мешанину астероидов вокруг! А один из пиратов довольно вещал мне, «салаге», и моей рабыне:

– Ну да, лет двадцать назад спрятали нашу старую неуловимую базу в орбитальном кольце метеоров газового гиганта, вертящегося вблизи от нестабильной звезды. И это кольцо очень плотное, образовалось из совсем недавно развалившегося большого спутника. И мы недалеко от Великой Чёрной Дыры, вокруг которой весь Млечный Путь вертится. Да тут такое скопление звёзд! – мы полюбовались действительно очень обильно усеянным звёздами небом, а знаток болтал. – Да, опасно, но опасность, это наша жизнь! Ну и энергетические щиты и пушки отражают выбиваемые с орбит гравитационными возмущениями астероиды. Зато никакая зараза Тортугу найти не может! Ну невозможна жизнь в таких местах. Но живём, и не только мы.

Пристыковались. Вся команда перешла на Тортугу. Мне с Хрюней выделили каюту рядом с ремонтным цехом. Я сразу отправился побродить, прихватив и рабыню. Много пиратского отребья шарится по ржавой и грязной базе и сидит в жутких рыгаловках и чуть более приличных барах, пропивая награбленное. Мне тоже выделили пяток трямов, что во много раз меньше даже моей урезанной из-за отсутствия больших грабежей доли, а Тарбет крупно ограбили до меня. Но лично выдававший деньги Флинт, красовавшийся в клёшах, тельняшке и в бандане, пояснил мне и ещё нескольким новичкам:

– Долю получают, когда наступает время, или когда рядом банк или подходящее для кладов место. А это просто пропойные. Потратите, ещё получите, но раньше чем через пять дней вас не жду, славные ублюдки. А тебе, Дятел, ещё и за серьгу техника премия полагается, в виде спирта. Так что вали, и трезвым не возвращайся, потом работы начнутся, и я сам за пьянство в морды давать буду, ха.

И я отправился, но не напиваться, а изучать обстановку и присматриваться, как смыться. Сразу обратил внимание на немалое количество рабов в ошейниках. И рабынь, особенно много было красивых вергянок, явно в сексуальном рабстве. Нашёл вывеску «Букинистика», свернул, пошёл по скудно освещённому пустому ржавому коридору и разинул рот, увидев… Вульку со связкой книг! Но она была не в ошейнике.

Мы побежали друг к другу. Обнялись. Еноточка плача сказала:

– А меня после тебя поймали. Им нужны специалисты по награбленному барахлу. Ну и мне сдали кучу разного, а потом сказали, что раз енотов в банду не нашлось, а я скупщица, то можно меня прихватить. Нашли мои сбережения, вернее я с ножом у горла сама кассу и первый тайник выдала, забрали имущество, меня сунули в мешок и отнесли на каравеллу. Теперь я личная помощница Флинта с тремя долями, каптенармус. Но хоть не насилуют. А ты, Дятел, как вижу, ещё похорошел.

– Что, и Флинт такой благородный? – нетактично охнула Хрюня.

– Он брезгливый, лохматые и рогатые девки ему не нравятся, а чешуйчатые и не нравятся, и боится, – криво усмехнулась еноточка, – и у него есть походная вергянка, та ещё стерва, а теперь и русалка с Тарбета, она третья похищенная. «Не вынесла душа поэта», как смеётся адмирал, похоже цитируя какое-то земное произведение. А у него много земных книг, я даже прочитала дюжину. Он же и прозвище это взял из книжных героев. И прошу не называть меня прошлым именем, не хочу попасть в розыск под своим настоящим именем, Флинт зовёт меня Шваброй – когда я пыталась сопротивляться, он привязал меня к палке и мною помыли сто лет не мытый пол его каюты.

– Давай, мы тебя будем называть… Енькой, от слова енот на русском, и с вашим любимым окончанием, – пробормотал я, обнимая расстроившуюся от воспоминаний еноточку. – И… давай, Енька, мы не будем при свидетелях общаться… Я попробую угнать звездолёт, когда отправят чинить. А ты постарайся добыть пароль от управления… Ну и связь…

– Через русалку можно передавать информацию, её теперь Треска зовут. И Флинт ею наигрался, хочет дать попользоваться другим капитанам, и попродавать за большие деньги, сволочь сутенёрская. Но пока ценник в сотню трямов желающих отпугнул, а с другими главарями ему сначала долго пить и дела перетирать. Ну и… бежать нам надо. Здесь есть старые рабы, которых нам прикажут расстрелять или вообще зарезать… Я отправлю тебя на ремонт шлюпа или каравеллы поскорее. Руководство ремонтами не моё, но несколько дней все главари будут бухать, а я скажу, что Флинт велел мне передать приказ, как единственной трезвой из командования. Ну и пароли выкраду. И сообщу диспетчеру, что вылет по заданию Флинта. Но меня не пустят на звездолёт.

– Я притащу на ремонт ящики с инструментом, и с вами тремя, Треску тоже прихватим, – быстро придумал я.

– Ящики могут открыть, – прошептали два голоска, грустнея.

– В первом будут запчасти, во втором спирт, в третьем инструменты, до четвёртого не дойдут, – предложил я.

А потом я с Хрюней сходил в букинистику, где она купила пару даргских книг из награбленного пиратами, за двадцать центов. Сказала мне, что бумажных книг у всех развитых рас мало, для ценителей, и почти во всех есть вставленный в обложку инфокристалл для компьютера, с той же информацией. Я нашёл несколько очень древне выглядящих книг, одна даже на пергаменте, на вселенском языке, называлась «История макоков Русской равнины и Урала в эпоху зарождения первых цивилизаций Земли». Название равнины было не такое, конечно, тогда и русских не было, даже я видел карты, на которых она названа и Восточно-Европейской, но на вселенском для части географических названий есть и древние синонимы. Всего-то по десять центов.

Полупьяный «букинист» – в виде слезливого и матерного старого дарга без рук и ног, но он был не киборгом, хорошие запчасти для тел дорого стоят, а с еле работавшими скрипучими малофункциональными протезами – подивился оживлению в лавке, и за выбранные Хрюней следующие несколько книг заломил по двадцать центов. Оригинальный подход, цена за любые книги одинаковая. Я спросил:

– Я понимаю, что товар неходовой. Но хрена ли ты тогда здесь сидишь?

– В день пару покупают, мне на бухло хватает, – усмехнулся лавочник. – Чего удивляешься, у парней есть привычка, как при деньгах и напьются, покупают книгу, вытирают ею жопы, как культурные. Ну и меня радуют, помнят грозу галактики самого Кабана-Потрошителя. Вот мой нож знаменитый!

Мы полюбовались древним источенным, но острым как бритва здоровенным ножом, с кучей ниточек на рукояти и с расширяющимся к концу клинком длинной сантиметров тридцать, со скосом в виде вогнутой дуги на обухе у острия, то есть «нож Боуи», только этот теперь и на малоизогнутый кукри смахивает из-за глубоко источенной середины лезвия – о как меня на тренировках пираты просветили. А Потрошитель ещё добавил:

– Ну и иногда являются любители скопировать ЭТО! Книжке 110 тысяч галалет, а лучше значит не накропали. Час листания и копия десяти страниц за сто трямов, мне много не надо, но и ждать я не люблю.

Старый ублюдок порылся в куче книг и положил на стол древний фолиант под названием на даргском языке вычурным трудночитаемым шрифтом «Полное собрание достоверной информации о Древних, их Пирамидах и Храмах Могущества. И где это искать. По состоянию на 36180-й галагод от начала галактической эпохи даргов, первой выжившей галактической расы Млечного Пути после ухода Древних». Ого! Я восторженно попробовал открыть книгу, но пират стукнул по ней железной ладонью, и рявкнул:

– Сто трямов! И не беспокойся, бластер я выхвачу быстрее сосунка-технаря! Да ты видишь мои серьги Дыры, Душегуба и Счастливчика? Дыру дают за свирепую отвагу и ловкие отчаянные трюки уважаемая команда или авторитетные атаманы, Душегуба за сто убитых, а Счастливчика за выживание в нашем деле больше сорока галалет.

Я прикинул, что галагод, это десять галамесяцев по десять галасуток, то есть примерно двести земных суток, а сорок галалет, это более двадцати земных. Присвистнул. А потом выхватил из ножен Кабана-Потрошителя его знаменитый нож, и несколько раз проткнул выродка, старикан явно переоценил свою резвость, тем более с протезами, а я не зря качался грузчиком и тренировался в пиратском «фитнес центре». А ещё мне неожиданно помогла Хрюня, ловко схватив жертву за железные руки. Ну и помимо хоть какой-то расплаты для выродка, мне достались его бластер, нож, ценная серьга Дыры, а другие вряд ли пригодятся, немного моих же и Швабриных, ха, денег, любые книги от заведения бесплатно, включая и драгоценный фолиант, теперь ещё романтично залитый кровью аж самого обладателя трёх пиратских серег Кабана-Потрошителя.

Первым делом я снял приметные нитки с рукоятей ножа и бластера, потом протёр оружие от вековой грязи, сделав другого цвета и неприметным, затолкал в давно сделанные карманы на полах пиджака изнутри. Труп я утащил в дальний угол и завалил книгами, опрокинув шкафы. А Хрюня стёрла кровь, оставив не менее заметные следы в вековой пыли. Но я просто запер дверь на найденный механический очень красивый и неожиданно маленький ключик с одной вычурной бородкой, безумно древний на вид, я даже не выкинул его, а на шею повесил как украшение. Дня три труп не найдут, а нам надо рвать когти даже раньше.

Рассмотрел серьгу Дыры, золотое колечко с кольцами чёрной и ярко-красной эмали на нижнем полукруге. А на верхнем полукруге две золотых трубочки, которые можно сдвинуть вниз, получив простую золотую серьгу – очевидно для маскировки крутого пирата в ситуациях, когда блистать нежелательно.

Я отволок книги в своё логово, оставил там и Хрюню, и отправился в бар, посмотреть на пьянку пиратов, интересно же. Хотя сначала сходил на галеон, сказав часовым с очень похмельными рожами, что надо взять забытое ремонтное имущество, взял там ящик с бутылями со спиртом, повёз на тележке. Часовые, конечно, открыли ящик, конфисковали часть «контрабанды» и жадно присосались к живительной влаге, пробулькав:

– Ну наконец Дятел решил нормальным мужиком стать! А у тебя что, ВСЕГДА был ДОСТУП к спиртику?!

– Ладно, скажите если что, что меня здесь не было, и будет и вам доступ, – усмехнулся я.

– Дык как можно! Стучать на своих?! Падлой буду! Но и ты не скурвься, раз обещал, – радостно проорал дуэт.

Отправился по злачным местам. На «людей» посмотреть, себя показать, ну и пьяную болтовню послушать. Ничего интересного не увидел – буйные пьяные ублюдки в грязном убогом интерьере. Про смыться узнал только, что это трудно, но рабы и дезертиры порой убегают, некоторые и с концами. Но в целом ничего ценного не услышал, сплошное хвастовство о грабежах и убийствах. Ну и переводя болтовню на заинтересовавшую тему, послушал пиратские басни о Древних и их постройках, которые почему-то каждая задница ищет. Хотя про пиратов понятно, денег можно получить миллиарды, продав те технологии. А вообще никто кроме пиратов и не ищет, большинство кроме брехни ничего и не знает. Но есть одна организация, которая уже 6000 земных лет космос носом роет!

Великая Секта. Так и называется на вселенском, а значит и на остальных языках. Такое название этому сборищу религиозных фанатиков нравится. Они поклоняются богу Ракарду, несмотря на всеобщую непопулярность ущемляемых правительствами культов. Имеют базы-монастыри на негостеприимных планетах и всяких лунах-астероидах, но в основном снуют по галактике на огромных кораблях. Ищут. Духовное просветление и планеты Древних с ценными артефактами и знаниями, с которыми делать нечего будет весь Млечный Путь в лоно истинной, конечно же, церкви железной рукой привести.

Глава 5. Из «приличного» общества

В четвёртом, самом приличном и большом, баре я уже устало плюхнулся за пустой столик за колонной, без вида на сцену со стриптизом. Минут через пять ко мне подбежала официанточка. Что уже необычно, но я больше удивился другому. Макока! Хотя и очень маленькая. А приглядевшись, я решил, что она может больше макока, чем я, то есть ближе к обезьянам! Хотя я не прав, она похоже из другого вида Хомо. Из вымершего вида людей!

Ростом… примерно метр тридцать. Довольно темнокожая, кареглазая, с короткими красиво растрёпанными чёрно-каштановыми волосами. Формастая, но не толстенькая – кость широкая, попа отменная, сиськи крупненькие, талия узенькая, подчёркнутая фартучком поверх короткого розового с белыми рюшечками, кружевами и шнурочками платья служанки с белым фартучком, на крепких прямых пухлых вполне длинных ножках розовые чулочки. Челюсти массивные, большой губатенький ротик. Широкий симпатичный носик. Лоб невысокий. Густые, но не чрезмерно, брови украшают заметные надбровные дуги. И сильная, по крайней мере легко тащила поднос с дюжиной литровых кружек пива, одну по моему подтверждающему кивку поставив на мой столик.

Кокетливо сделала книксен, крутнулась с подносом и огорошила меня, заговорив на исковерканном даргском:

– Моя рада видеть здесь макок. Я Лулу с Земля. Помесь вымирающий людь и макок. Прилетать через время, сорок земной килогод, с моим спаситель. Он сказать, мы есть путешественник время. Это быть плохой идей. Никто здесь мы стать. Его пираты убить. Меня в рабы. Продавать. Дорого. Искать ценитель экзотика. Показывать. А пока работать в бар.

– Денисовка! – восторженно от такой симпатичной «вымирающий людь» пробормотал я.

А потом завис, размышляя, что не факт, что девица из вида «человек денисовский», может она и к пигмеям каким отношение имеет, и к неандертальцам. Но лицо не страшненькое, а весьма симпатичное милой необычной красотой закоренелой дикарочки. Очень древней и глупенькой. Хотя говорит странно – короткими исковерканными фразами, но быстро, и словарный запас нормальный.

Пока я тупил, Лулу поулыбалась и продолжила шокировать:

– Я очень красивая. Редкость. Но глупая, айкью 70. Я нравиться тебе? У тебя серьга техник. Пошли ко мне, там твоя моя взять! Только сначала снять пояс целомудрия.

Девица поставила поднос, задрала подол, явив моему офонаревшему взору стальные трусики с замочной скважиной! Я замычал нечленораздельно, но нахалка напирала:

– Я очень ждать и хотеть любовь. Шесть лет у дарг. До этого быть маленькой. Я 18 вёсен теперь. У нас любовь с начало цветения, а я цвести уже пять лет. А завтра меня продать муш и они меня отвозить на опыты. Биологическое оружие против землян разрабатывать. Но не муш, а их… как я. Протеже. Я умирать. Без любовь это грустно. Им моя любовь не надо. Мы идти?

Я встал, ощутил свою руку в маленькой сильной ладошке и пошагал за проказницей, размышляя, что надо отвести её в мой «номер» и вывезти отсюда, не беря оплату любовью в столь тяжёлых её обстоятельствах. Но девица на моё предложение помотала головкой и сказала:

– Моя твоя не понимай.

Ага, айкью не позволяет, блин! А шалунья и поднос с пивом прихватила на другую ладошку, и несла легко, и я передумал ей помогать – уроню нафиг. Но шли мы совсем недалеко, в служебную дверь за моей спиной, по коридору мимо нескольких дверей, и на месте.

А в своей комнатке соблазнительница сразу сняла фартучек и платье, красуясь безволосым, явно прошедшим предпродажную подготовку, телом в стальных трусиках, туфельках и чулочках, одной своей ручкой напористо приложив мою руку к своему прекрасному бюсту, тыча пальчиком в замочную скважину и говоря:

– Послушай как биться мой сердце! Моя изнывать. Открой замок, пират с серьга технарь.

Да какой из меня взломщик? Уже дымясь, я снял с шеи древний ключик от букинистики, сунул в скважину, повернул, и – о, чудо! – замочек щёлкнув открылся. Остатками утопающего в тумане любви сознания я решил, что на этой орбитальной станции много замков открываются одинаковыми ключами, вот один и на пояс девственности ценной рабыни для ценителей приспособили. Хотя я уже и зубами перегрыз бы этот пояс!

А целомудренная дикарочка оказалась в любви неумелой, но очень сильной, энергичной и страстной. Правда, уставала неожиданно быстро для такой «дикарки, спортсменки и просто красавицы». Когда она меня, резвясь, приподняла, я решил, что её немаленькие, но отнюдь не чрезмерные мускулы как у шимпанзе – я читал, что у них мышцы другие, в них больше быстрых волокон, а у нас медленных. Поэтому шимпанзе сильнее, для прыжков по деревьям, но люди выносливее, для беготни по саваннам. Но Лулу с шимпанзе в таком же родстве, как и я, конечно – это я для примера… Но моей выносливости хватило на три раза, с перерывами на отдых и приятную болтовню с очаровательной во всех отношениях маленькой красоткой!

А четвёртый раз и не состоялся бы. Когда я отпивался пивом, замотавшись в потрёпанную и залатанную, но чистую простыню как патриций, за моей спиной раздался удивлённый мужской голос на даргском:

– Тебе же надо было только привести техника, Лулу! Зачем позволила насиловать себя? Дёрнула бы верёвочку, мы и ворвались бы. А то ждали как дураки, пока не решили проверить.

Я резко обернулся, и уставился в дуло так недолго побывшего моим бластера. В мохнатой руке енота. В рабском ошейнике и в замызганном до цвета асфальта поварском колпаке. Но рабов ввалилось десятка полтора! Помимо единственного енота, были дарги, верги и два крока. С дубьём. И с ножами. Ну всё, пипец! Попался в медовую ловушку! Но подлая коварная денисовка, мартышка, блин, недраная, одеваясь, довольно сообщила, и не коверкая даргский язык, но говоря короткими предложениями:

– Не бойся, Дятел, тебя не убьём. Нам нужен техник. Вскрыть замки ящиков с яхтами. И расконсервировать их. Полетишь с нами.

– Ну да, негоже бросать папашу своего ребёнка. Ты же залетела, дурочка маленькая. Нашла же техника-макока, – сказал енот.

Маленькая не такая и дурочка достала из-под кровати похоже кустарный лук со стрелами, повесила колчан на ремень, говоря:

– Дятел хороший. И благородный, он даже хотел меня без оплаты натурой спасти. Его тоже поймали, просто не в рабы. Я хочу его своим добытчиком. Но детей нам нельзя. Я действительно глупая, нельзя таких детей. У меня есть таблетка. Надо идти убивать мушей и учёного-злодея криля. Зовите убегающих с нами наложниц.

– Можно не убивать! – воскликнул я. – Я с подругами скоро угоню звездолёт! На нём улетим. И диспетчеру скажем, что всё по приказу адмирала Флинта. А вы даже отлететь не успеете, вас зенитки сожгут. Мой план правильнее. Чего уставились? Да, повезло вам. Я убил легендарного пирата Кабана-Потрошителя! Его же ножом выпотрошил. Можете посмотреть, лежит в своей букинистической лавке.

С этими словами я снял с шеи верёвочку с ключом и бросил еноту, который ловко поймал, но отвёл бластер. Из чего я заключил, что боец он неопытный. И другие тоже не очень, потому что часть без приказа уже убежали за наложницами, а остальные смотрели на ключ. Хотя всё равно такую толпу я не одолел бы, ну не крутой спецназовец я.

А потом аж пятеро убежали с ключом. Лулу приняла свою таблетку, сообщила мне и своим товарищам:

– Нельзя с Дятлом сразу идти. Меня скоро покупать придут, обнаружат побег и шум поднимут. Надо убить мушей. Их пятеро, они трусливые. Привезли в оплату за меня и ещё за что-то трямы и свои знаменитые сигары. Торгуются с моим хозяином. А он напился на радостях, я ему много выпивки принесла, сам не скоро протрезвеет. И роскошные космояхты муши привезли для установления дружбы с капитанами, чтобы нанять потом пиратов на войну мушей с рыцарями света, которые единственные могут вмешаться в войну недоразвитых рас. Это не я такая умная, а при мне, дурочке, это обсуждали… Я хорошо стреляю из лука. Стреляем из бластера и лука, кидаем копья, справимся.

Енот посмотрел на бластер в своей дрогнувшей руке, сглотнул. Вошли ходившие смотреть на труп Потрошителя, ошарашенно кивнули, смотря на меня с ужасом в расширенных глазах. Я взял быка за рога:

– Ключ верните. И бластер с ножом. Ну что с вами делать? Пошли мочить членистоногих!

Я сам постарался взять своё недрожащей рукой. Но куда деваться. Попал. И в случае поднятой рабами заварушки, наш побег всё равно сорвался бы, по крайней мере до того момента, когда нам приказали бы убить пойманных восставших.

Собрались перед дверью логова злодеев. Я первый, за мною отважная Лулу с луком с наложенной стрелой. За нами толпа парней с копьями из палок с привязанными кухонными ножами. Дальше жмутся десяток рабынь из числа несмирившихся – отчаянные девицы сказали, что если мы проиграем, им лучше сразу погибнуть. Но дрожат как осиновые листочки, а под одной вергяночкой расползается лужица «страха». Я нагнал на себя ярость против уродов, которые виноваты в страданиях девиц, собираются замучить биооружием Лулу, а потом и поспособствовать нападению на Землю! И хотя до Земли другой недоразвитой расе ещё долететь надо, и земные вояки тоже не лыком шиты, и вообще непонятно, но мне и остального хватило.

Я решительно открыл дверь, шагнул, сразу выстрелил в фасеточный глаз обернувшегося ко мне ближайшего муша! Раз! За моей спиной куда-то вбок скользнула Лулу. Я шёл вперёд и часто стрелял в отчаянно забегавших инсектоидов и одного ракоида – красная антропоморфная креветка, блин, криль одним словом. И руки у него в виде трёхпалых сегментированных клешней. И я орал:

– Сдохни, креветко!

Креветко сдохло, не явив проворства, учёный, учёный и есть. Нахрена явился? Наверно хотел не тянуть с заражением подопытной, а может и изучить чего мерзкого и бесчеловечного, но скорее всего, чтобы муши были как бы ни при чём, а то из них всех энтомологическую коллекцию сделают, пришпилив, как и попытался поток копий моего отряда, и вроде даже задев кого-то. И ещё одного муша я подстрелил не до смерти. Два с половиной! И эта половина с жалобным воем корчилась на полу. Но остальные три муша скрылись за штабелем ящиков. И оттуда полетели бласты!

Я как наскипидаренный скакал, стреляя в ответ. Хорошо, что трусливые и неопытные муши палили не прицельно, только руки высовывая, а головы совсем редко. Но и я в них попасть не мог. Остальные наши, из тех кто всё-таки решился ворваться, попрятались где получится, периодически швыряя что придётся. Но тут два раза с короткими интервалами щёлкнула тетива и отчаянные вопли сообщили, что оба раза удачно, а учитывая, что один вопль вскоре перешёл в хрип, то очень удачно! Оставшийся муш кинулся за другое укрытие, за разделявший кровати шкаф. Я выстрелил в него один раз, мимо, а потом мой бластер просто и страшно щёлкнул впустую!

Я отшвырнул бластер, выхватывая нож. Сначала страшным ударом пригвоздил раненого в начале боя муша, который наконец взялся за бластер, наверняка с привязкой к руке. Выдернул из пола и ещё живого врага нож и ринулся на шкаф, повалив его на едва выскочившего с паническим воплем инсектоида. Который начал поднимать свой бластер, пытаясь сориентироваться, но я уже налетел на него, страшным ударом ножом в живот пробил, повернул клинок на полоборота и, взревев от натуги, вспорол не особо и прочный хитиновый покров аж до горла! А потом одним ударом почти перерубил тонкую шею.

Остальные мои бойцы добивали валявшегося на полу раненого стрелой муша. Я хохотнул над своим залитым красной кровью видом, протёр простынёй нож, поцеловал и сунул в ножны. Подобрал бластер. Затем снял истрёпанные приключениями пиджак, рубаху и штаны и кинул в стиралку с сушилкой – полчаса, и получу чистое и сухое. И мятое, но потрошителю сойдёт. И сам в душ сходить успею.

Красовавшегося в трусах меня обняла дрожащая Лулу. Рядом восторженно шептали про Бабуина-Потрошителя. Я усмехнулся, гладя черноволосую головку славной лучницы:

– Тогда уж Дятел-Потрошитель. Но мне и просто Дятла достаточно. А слава потрошителя сомнительна. Собираем трофеи, бластеры прячем. Мне дайте неразряженный, если найдёте без привязки к руке или сможете снять. И идём в моё логово. Поодиночке. Что в ящиках?

– Ящик с трямами, десять тысяч однотрямовыми монетами, и сигары, – сказал кто-то. – Знаменитые сигары мушей. Вкууусныыыеее… Можно?

Я кивнул, а потом отвесил шлепка тоже взявшей сигарку и умело затянувшейся Лулу. Отнял, растоптал, сказал, что маленьким девочкам не положено. Девочка похихикала, развинчивая и убирая в чехол со стрелами лук, но спорить не стала.

Через час я зашёл в свою комнату. За мной пара рабов с картинно унылым видом катила первую тележку с трофейными сигарами. На меня вылупились три пары глаз – Хрюня, Енька и Треска! Енька шёпотом возопила:

– Где ты шаришься?! Мы тебя уже искать собрались. Я добыла пароли от брига и галеона! И сказала диспетчеру, что один из кораблей улетит по приказу Флинта. Который ты раньше чинить закончишь. Скорость одинаковая, но бриг меньше, проворнее и легче в управлении. Его лучше взять.

– Я на всякий случай побродила по складам с бутылками спирта, напоила кладовщиков и охранников, разузнала где и что лежит, – быстро доложила умница Хрюня. – Нашла припасы и, неожиданно, склад с космояхтами.

– Галеон, – веско сказал я, – Негоже мне, Дятлу-Потрошителю первой гильдии, в звездолёте стеснение иметь. Ну и там охрана у шлюза мною подпоена, и ещё хотят. А мы сейчас будем грузить три роскошных звёздных яхты с лучших верфей главных спецов галактики по вызывающей роскоши. И с нами ещё десятка три парней и девчат. И знакомьтесь, Лулу.

Я погладил головку проскользнувшей в дверь денисочки в розовом платьице.

Нормально прошло. Я отнёс ещё спиртыча и без того пьяным часовым, нам осталось их только в сторонку оттащить. И пошла погрузка! Я ржал от вида перемещаемых скрипучим потолочным краном, а потом лебёдками галеона двадцатиметровых ящиков с яхтами и офигевал от описания содержимого. Со склада даже получать не пришлось, просто открыли дверь найденной на мушах дюжиной ключей, отодвинув засовы распахнули ворота, а кто что куда таскает, такие вопросы на пиратской базе задавать совсем не принято. А незапертые склады с припасами и пьяной охраной обокрасть было ещё проще.

И хватятся мушей не скоро, не раньше предыдущего Потрошителя. Да и уже не хозяин Лулу едва ли протрезвеет раньше, если его не побеспокоят покупатели прекрасной маленькой рабыни, а они не побеспокоят. Спокойными, даже упокоенными, ха, стали благодаря моим стараниям, ну с помощью Лулу и парней, но все считали героем меня.

В рубке я ринулся к рабочему месту пилота, и остановился, чеша башку – никакой автоматики! Тысяча-другая рычажков, кнопок и переключателей! И издевательски пялящиеся тысячей «глаз» аналоговые приборы со стрелками. Вот это антиквариат! Ладно, где наша не пропадала. И освобождённые рабы не помогут, я давно их спросил про наличие пилотов, так что отправил снимать ошейники, мыться, есть, устраиваться и отдыхать, они в жутком шоке. А я в мандраже.

Неожиданно мимо меня проскользнула русалка. По-хозяйски села в кресло, вдумчиво осмотрелась, ловко защёлкала тумблерами, ввела продиктованный Енькой пароль на примитивной клавиатуре, ещё что-то быстро понажимала. Загудели двигатели, закрылся люк, судя по звуку, а на какой прибор смотреть, я не знал. Взялась за штурвал, поставила ножки на педали. Звёздный галеон дрогнул и плавно отошел от причала, разворачиваясь. Потом взревели маршевые двигатели и мы, быстро набирая скорость, рванули подальше.

Треска тряхнула голубыми волосами, повернула ко мне светло-голубую мордашку, уставилась на меня огромными влажными фиолетовыми глазками, флиртовавшими без всяких подмигиваний, сказала:

– Что не так, капитан Дятел? Да, умею я управлять звездолётами разных типов, в том числе и предназначенными для самых жёстких условий эксплуатации, когда электроника погореть может, а команда из скафандров не вылезает. Почему-то все галактические волки прям из штанов выпрыгивают от желания дать порулить эскортной девице, прежде чем её отыметь. А мы, русалки, хи, не такие глупенькие, как кажемся. А то что я зарабатываю приятным мне способом, так это как если бы ты за большие деньги красоток любил. Я же выбираю любовников, которые мне нравятся, хотя мне почти все нравятся. И люблю это дело. У нас вообще девицы являются активным и главным полом. Как и у кроков, но у них парни хотя бы не пассивные, и в основном боевитые, просто крокши яростные и очень сильные воительницы. А у нас парни – ленивые трутни, и вялые к сожалению. А ты очень активный и шустрый, Дятел. Я первая в очереди на тебя, а то и Енька, и Хрюня на тебя язычки раскатали, и эта малявка Лулу. Что не так, устал? Ну так я тебе и заплатить могу, хи. Шучу, не обижайся, скромный ты мой. И стимуляторы у меня есть. И для тебя могу и девственницей побыть, мы такие, хотя у тебя моя рекламная брошюрка, и тебя не обмануть, но я могу быть любой! Пошли, сладенький. Но сначала скажи, куда мы летим.

Ещё и длинный язычок высунула нахалка! И облизала им свою шейку, и засунула в декольте, пройдясь по восхитительным полушариям! Я глянул на всё-таки поднявшуюся примитивную монохромную голограмму, сглотнул, пробормотал:

– На Вавилон.

– Зачем? – удивилось трио моих старых, в смысле с Тарбета знакомых, красоток. Продолжила Енька. – Там унылая недоразвитая дыра под куполом. Понимаю, что ты хочешь на макоков насмотреться, но ты же сам хотел в развитый мир. И нам там делать нечего. На Вавилоне полно разной полиции, особенно крокши присматривают за подопечными. А мы же все теперь пиратки. Скрутят, и доказывай, что заставили. А даже пленные пираты на допросах могут такой поклёп навести. Суды за пиратство и пособничество пиратам скорые. Пока разберутся, мы и поркой насладимся, и карцером с каторгой.

– Надо Лулу пристроить к макокам, – я не спешил менять планы, да и не считал, что засудят девиц.

– Я хочу с тобой, – включилась в обсуждение Лулу.

– Ты, Лулу, должна пожить с нашей расой, – настаивал я.

– Я не вашей расы, я глупая вымершая ветвь, другой вид, мне уже говорили. В вас осталась пара процентов нас, сорок тысяч лет назад мы уже отступали под натиском вашего вида, – печально понурила черноволосую головку малышка.

– Ты человек! Макока! Самая настоящая. Я считаю тебя такой, считай и ты. И все согласятся. Ну а что… не такая разумная… Ну так в математиках с физиками я не умнее тебя, а в житейских вопросах любая кошка разбирается, не говоря про обезьян. Ты, да ты чудо! Настоящая легендарная гномочка. Прекрасная мифическая, а теперь и не мифическая раса, сильные и воинственные любители пещер! И Треска научит тебя вместе с нами всеми управлять звездолётами. Будешь и космопилотом!

– Ну ты загнул, – хихикнула Треска, – Умеешь девиц уговаривать. Хорошо, что Лулу такая… умненькая, и в рот твой болтливый смотрит. Ладно, научу я вас рулить, но сначала любовь. А вы, макоки, такие… необычные… И большие ТАМ, как верги, но они мужланы с кучей закидонов.

О, дааа!!! Вот это русалка! Вот это мастерица. Вот это любовь, да я таким умельцем стану! И кровь у неё голубая, прекрасного благородного цвета. Ай да Треска! А она потребовала себя так называть, тоже побыв пираткой, причём при капитане Флинте и без ошейника, и другим её любовь или целиком всю эскортницу продать не успели, так что тоже боялась расправы. И прикалывалась над забавным прозвищем. Ещё и сообщила отдыхая:

– Я тоже хочу стать звёздной авантюристкой. Научи меня, Дятел. Вы, макоки, говорят лучшие в этом, а вы ведь тоже ещё не вышли в галактику. Я всё могу. Вызнать в постели могу что угодно. И в отличие от еноточек и даргяночек, мне и кальмы нравятся, похожие зверьки у нас в манграх домашними питомцами живут, и всеобщего предубеждения перед щупальцами у нас нет. Муши тоже ничего. И русалки и убивать во время любви могут, а не только даргянки.

– Как? – офигел я.

– Русалки вставляют язык в дыхательное горло, если надо и откусывают, больно, но отрастёт. Нас насиловать не рекомендуется. А даргянки своими рожками наводят электромагнитные поля на любовника во время кульминации, возникает что-то типа резонанса, и обширный инфаркт, прекрасная смерть от любви, хи. Про кого ещё не знаешь? Вергянки самые безобидные, но потом прирезать могут, но это любая, просто вергянки часто, как и их парни, агрессивны и не думают о последствиях. Крокши, тут просто, разорвут рукам и зубами, даже связанные могут так вцепиться, а уж если до горла доберутся. У еноточек острые зубки и сильные челюсти. Кальмочки даже лицевыми щупальцами могут дел наворотить, в том числе мозг достать. Хотя на них другие расы и не покушаются, как и на мушек. У мушей есть рудиментарное жало во рту, так что пробить мозг при поцелуе делать нечего, если доканают. А что ваши делают?

– Мы фсё-таки плиски к велгам, – промычал я, по-новому ощущая длинный сильный язычок у себя во рту. – А што телают крили?

– Ядовитый шип на конце языка, – рассмеялась Треска, вернув язык в себя. – Но красные девки с клешнями тебе не понравятся, проказник. Ну и не пугайся зря, ты ведь тоже можешь убить руками, ногами и зубами. Мушу шею просто переломишь, а крилю вообще голову оторвёшь. Но такое никто не делает, мы же не дикие звери. У нас бластеры. Хотя пока не у русалок и макоков. А у нас и не будет, надеюсь, мы очень мирная и замкнутая раса, меня вывезли, но остальные уже тысяч сто лет в средневековье живут и в ус не дуют. Застряли в развитии цивилизации. Прекрасные томные принцы, которых похищают ручные драконы и спасают рыцарши, сытые довольные пейзане, честные щедрые торговцы, умелые счастливые ремесленники, никаких войн, а значит нет и развития. Полагаю, что это из-за главенства умных миролюбивых женщин.

Я, пресыщенный любовью и переполненный информацией, поцеловал улыбавшуюся засыпавшую Треску и вернулся в рубку. В несовершенный мир недоделанной полной страстей галактики. В рубке была только курившая сигарку Лулу, смотревшая на большую цветную голограмму в стороне от системы управления – значит есть всё-таки нормальный компьютер и голограммы, просто «живут» отдельно, и в случае какого облучения или другого форс-мажора их гибель не скажется на управляемости галеона. На голограмме в хороводе кружились два тяжёлых крейсера, прекрасных и вычурных надстройками и пушками, с вытянутыми корпусами метров по 400 длинной – это было написано на даргском. А ещё было написано, что крейсера кроков и вергов.

Проказница сообщила:

– Прекрасная военная пляска! Я даже скорость сбросила.

Моя гномочка указала на опущенный вниз рычаг перед креслом левого пилота, а потом протянула проказливую ручку к голограмме и нажала на какую-то голографическую кнопку. Я вздохнул, забрал сигарку, бросил на грязный «шо моя жизнь» пол, затоптал, сел в кресло, положил проказницу в розовом платьице себе на колени и начал молча шлёпать, а она молча проникалась моим запретом курения для маленьких дурочек, ха.

– Не мешаем, капитан? – весело поинтересовался дуэт рослой крокши и здоровенного верга в голограммах, но не вместе они, а в двух разных изображениях.

Я ошалело уставился на собеседников в разных, но одинаково красивых мундирах и в погонах с тремя звёздами с разными количествами лучей. Да уж… значит Лулу сеанс связи с крейсерами инициировала. Я отпустил мелкую дурочку, которая сердито встряхнулась… А может не такую и дурочку. Я сказал:

– Я Дятел, типа капитан. Мы только что… три… шесть галачасов назад сбежали с Тортуги, тайной пиратской базы. Она находится в кольце из астероидов вокруг газового гиганта, вертящегося вокруг нестабильной оранжевой звезды… Да мы по прямой летим… Нас ещё не должны были хватиться. Там много рабов. Есть наложницы вергянки, есть и рабы кроки… Координаты… попробую спросить, но спят у нас вроде все, устали.

– Не надо! – прорычал дуэт, и я видел как начали разворачиваться два крейсера. Продолжила крокша с яростно запылавшими глазами. – Благодарим, типакапитан Дятел. Счастливого пути! И у тебя термоядерный реактор дымит. Не взорвёшься, но можешь встать.

– А что это вы делали? – на всякий случай поинтересовался я.

– Верги патрулировали центр галактики в поисках пиратов, а мы летели на помощь крокам в войне с кальмами. Может и согласился бы их совет старейшин принять нашу помощь, там такие упёртые дуры, ха. Встретились, решили… письками померяться… Но теперь мы иначе повеселимся, – сообщила замерцавшая голограмма.

Я перевёл рычаг на полный ход, написал записку Треске, что надо курс сменить, нефиг летать по прямой. Затем сходил к термоядерному, оказывается, реактору. Почесал репу, пытаясь разобраться, что там барахлит, выпуская назад шлейф дыма. Похоже перегрев чего-то. Пощупал. Попинал. Поматерился. Взял опупенного размера гаечный ключ, и с размаху врезал по подозрительной трубе, которая была наполовину горячей, а наполовину холодной. Что-то прогромыхало по трубе, которая быстро стала холодной. Дым начал ослабевать.

Я вернулся в рубку, отнял сигарку у Лулу, затоптал, снял ремень, всыпал слегка, на этот раз задрав розовую юбочку. А потом взял шмыгавшую носом проказницу, перекинул через плечо и отправился спать, пошлёпывая попу на плече и напевая песенку.

Летели мы долго, двадцать шесть дней, очень не торопясь. И по ломаной траектории, как наш совет «старейшин» решил, пялясь в звёздные карты как бараны на новые ворота, и стараясь облететь опасные места, и где нас могут принять и запереть до выяснения. Пять дней просто болтались как дерьмо в открытом космосе, пока я не спеша, с перерывами, с помощью мастерства, интуиции и той самой матери чинил всё-таки сдохший термоядерный реактор и заодно подлатал как сумел пару маршевых двигателей, оставив на память и размышления всего-то три детальки. Благо сносных харчей от пиратов было полно, и немало отличных подарочных деликатесов от покойных мушей.

Но мы не скучали. Лулу достала из своего скудного багажа маленькую гитарку типа большой укулеле, но с девятью струнами, развлекала нас пением. Мы, хотя в основном я, тренировались с оружием, и улучшали физическую форму. Я аж с четырьмя любовницами! Восторг! И мой от девиц, и девиц от меня героя-спасителя. И мы все учили друг друга любви под руководством инструктора Трески, но хоть без присутствия тренера. Да и вообще обменивались знаниями и опытом.

Я даже стрельбой из лука увлёкся, для демонстрации Лулу, что она и в этом меня превосходит, и это не вымершая технология. Заодно по образу даргского детского спортивного лука гномочки сварганил из кучи прутов разных металлов и тросика разборный композитный лук со стрелами, помещающийся в тубу диаметром в пядь и длиной в четыре пятых метра, можно как студент с чертежами ходить. Заодно и сваривать металлы и ковать поучился немного, в основном на специальных станках, конечно. Говнолук получился, конечно, но я радовался и смеялся, и неплохо стрелял, даже порой попадая и пробивая разные куски пластика, и веселя Лулу, которая стала курить тайно от меня, хихикая, что не поймана – не воровка. А ещё моя денисочка очень любила и прекрасно умела жарить мясо на костре, многими способами, и на первых неудачных моих стрелах прямо в рубке готовила просто фантастические шашлыки!

Учились рулить галеоном и бывшими в десантных ангарах галеона истребителями и штурмовиками малого радиуса действия, ну по галактическим меркам, и относительно медлительными досветовыми флаерами типа ближкосм-атмосфера с универсальным назначением разведчик-штурмовик-истребитель-транспортник, хотя в качестве транспортника так себе – пара кубов внутри и немного снаружи. Даже полетали у какой-то попутной неживой планеты с совсем негодной атмосферой. Ещё у нас был десантный модуль в виде сильно защищённого, но слабо вооружённого пузатого флаера со смачными гусеницами, сломанными плазмомётом и электромагнитной пушкой в башне и местом для двух усиленных взводов десанта – пары отсутствовавших шагоходов и сорока тяжело вооружённых и навьюченных космодесантников, хотя туда и сотню солдат затолкать можно.

Все изучали что можно, и на что сил и ума хватало, ковыряя матчасть и листая на голограммах карты Млечного Пути и находившиеся в жутком бардаке записи пиратов, бывшие на галеоне и прихваченные у Флинта Енькой. И книги у нас есть.

Я увлёкся чтением драгоценного фолианта про Древних и как их готовить. А носителя с электронной версией там вообще не было, и написано на устаревшем даргском, да ещё и вычурным типа готическим шрифтом, но к нему-то я быстро приноровился.

Уяснил, что Древние куда-то смылись, но не в другие галактики, хотя им и мгновенная телепортация вроде бы доступна хоть на край Вселенной, если оный вообще есть, и сколько тех вселенных, не известно. Самая нормальная версия гласила, что просто перешли в «астрал», обретя какие-то «эфирные» тела, но иногда проявляются, причём в разных образах, часто просто «для души» кайфуют в материальных телах, или типа скаутов развлекаются для общего развития, порой вроде как наблюдают.

Хотя разок отменно отоварили галактическую расу, которая хотела замесить только выходившую в галактику цивилизацию даргов, первую из нынешних галактических. Да так отоварили, что про тех агрессивных злодеев больше не слышали. Вероятно, Древние предупреждали или намекали, но те не вняли. Так что дарги теперь очень ревностно относятся к войнам цивилизаций на разных этапах развития – галактические могут воевать друг с другом, выходящие в своей «песочнице» могут сражаться, ну а до космоса не дозревшие сражаться-то могут, но собраться для отважной войнушки, понятно, не могут. Логика есть, без войн нет развития, как ни страшно это звучит, и русалки этому примером.

И Древние прячут остатки своей грандиозной цивилизации. А когда нынешние обитатели Млечного Пути что-нибудь из ее наследия находят, то Древние довольно быстро это найденное разыскивают и уничтожают. Исключение – световые мечи, которые Древним вроде как трудно находить, то ли в оружие маячки не вставляли, то ли помогает их невидимость. А повернув кольцо на золотого цвета рукояти меча, можно сделать её невидимой в оптическом диапазоне, хотя если выпустить метровый луч некоей твёрдой плазмы, то рукоятка видна. Ну и развинтить меч пока не удалось – они как сплошной кристалл из неизвестной материи.

Хотя воспроизводить световые мечи нафиг не надо – не особо они круче железных. И любой шахтёр с бластером дюжину-другую световых мечников завалит не заморачиваясь, будь они трижды рыцари, тренировавшиеся отбивать бласты хоть по 40 лет – там, говорят, некоторые мастера три четверти запущенных с сотни метров одиночных бластов отбивают, но значит выпустить десяток, и с меньшей дистанции, и все дела. Ну, если совсем близко не подпускать, хотя вблизи любая железяка справится, и моя последняя хитиновая жертва не даст соврать. А броня, она и световые мечи останавливает. Так что игрушка это, статусная и крутая, но не более. И не вечная – световые мечи со временем разряжаются и превращаются в хлам Древних.

Так что надежда искателей на обнаружение Пирамид и Храмов Могущества, которые кто-то даже находил, но не успели как следует изучить, а там есть и вполне понятная механика, и много интересного и загадочного. Что делают сии постройки, точно неизвестно, но вероятно много всего и разного. Версия гласила, что это вообще по сути одно и то же, просто Пирамиды пирамидальные, мощнее и заточены подо что-то одно, а Храмы Могущества самых разных форм и назначения.

Ну и самые замызганные страницы фолианта описывали, где искать планеты Древних со всей этой шнягой. А ушедшие в «астрал», но не покинувшие нас Древние свои заброшенные планеты перемещать умеют, и прячут их отменно, но постоянно сужение круга поисков или появление неподалёку колоний нынешних галактических рас не отслеживают. Были и мутные выкладки, как искать, где. Предлагались или пустынные пространства вне диска галактики, или переполненные звёздами участки поближе к Великой Чёрной Дыре, где сам чёрт не то что ногу, но и руки с рогами поломает. Причём хаос центра галактики не предполагает долгие полёты искомых планет по стабильным орбитам, но что такое сто тысяч лет во вселенских масштабах.

Самая старая из нынешних галактических рас, даргов, в галактику вышла примерно 80 тысяч земных лет назад. Верги 70 тысяч лет как. Дальше я не из Фолианта узнал, он был написан тысяч шестьдесят лет назад. Кроки 60 тысяч. Кальмы 40 тысяч лет назад. Муши 30 тысяч лет как. Всё очень приблизительно, но точность мне и не нужна.

С енотами сложнее, они уже тысяч двадцать лет как вышли в галактику, но в Лигу Рас их приняли буквально лет двадцать назад, до этого долго игнорировали за хитрозадость. Ну и енотов, кальмов и мушей относительно мало – плохо размножаются, не воинственные, скромные и застенчивые, как смеялась Енька. А ещё сказала:

– Нас и в Лигу Рас приняли, когда поняли, что на подходе макоки, и увидели, что такое настоящие хитрозадые, отчаянные и воинственные авантюристы. Поэтому Лига Рас, как я теперь понимаю, пообщавшись с подругами и поворошив записи пиратов, а там же в основном не их анализ, но удачно я обнесла Флинта на знания… И, кстати, это же макоки успешно очень долго прятали Тортугу, разработав удачный комплекс мер безопасности. И макок Флинт сумел сколотить неплохой по пиратским меркам флот, продолжал объединять космопиратов. И наворотил бы дел, если бы его другой макок Дятел не остановил, а вас там и было двое, если не считать ископаемую гномочку. Ну и мы, три вдохновляемых тобою подружки, помогли.

Еноточка поцеловала меня и вернулась к интересной теме политики:

– В общем, многие в сборище тщеславных властолюбцев, хитрецов, дураков, жадин, завистников и подлецов, политиков в общем, смотрят сквозь пальцы на проделки мушей с натравливанием крилей на макоков. Мол, руками крилей можно как минимум отсрочить выход землян в галактику. А раки, или креветко, как ты их называешь, хи, опередили землян с открытием сверхсветовых скоростей – хотя тут может быть муши членистоногим «братьям» помогли незаконно – но отстали в пережитии эпохи войн с искинами и роботами. А если что, то за нападение на ещё негалактическую расу землян Древние прихлопнут идиотов мушей, как натравивших и подготовивших крилей… Но часть заправил Лиги Рас рискуют, рассчитывая, что в результате этих интриг может получится даже совсем разделаться с макоками, оставив только не совсем правильных вывезенных, но они сочтены не опасными.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.