Лана Ременцова
Оскар

Жизнь дерьмо, а станет ли лучше, одному Богу известно.

Пролог

Примечание автора: В романе всем героям более восемнадцати лет.

Дождь.

Он идёт по пустынной улице. Один, потому что крупные капли разрывали мрачное небо. Люди спрятались одни по домам, другие по дешёвым наливайкам, женщины вбежали в магазины. Мужчина в серой пайте с наброшенным на голову капюшоном делает широкие шаги по зеркальным лужам и безразлично заглядывает в витрины магазинов, где виднеются женские силуэты, тупо выбирающие очередные трусы. «Зачем? Ведь когда ты хочешь трахнуть очередную суку, неважно в каких она трусах: дешёвых хлопковых, или ажурных за сто баксов. Член встаёт одинаково, если он вообще хочет встать. Все эти бабы хотят только денег». Его взгляд пустой, как коробка, ползёт в местную наливайку, останавливается на смеющихся собутыльниках, пьющих водку и чокающихся с друг с другом с беззубой улыбкой. «Дураки, водка не даст денег, новые зубы от пьянки сами по себе не появятся. Нынче они стоят как захудалая иномарка». Дождь усиливается. Мужчина промокает до нитки, но крепкие ноги несут дальше. Куда? Почему он не прячется как все под любым навесом магазина, за который отдано кучу бабок. А зачем? Какая разница от чего ты сдохнешь? От воспаления лёгких или от голода. Государственный переворот. И он бывший всегда на коне, упал в грязь, нет хуже, сел в дерьмо, по самые не хочу. И какая теперь разница, какие у неё трусы? Нет ничего. Работу потерял. Друзей тоже, себя расплющил. Нет даже имени. Почему?

«Да потому что не хочу вспоминать, как когда–то меня звали Александр Эдуардович: Вам кофе с пенкой или без?»

Да и не всё равно, какую дрянь глотать, чтобы разбудить уставшие мозги, затянутые хронической усталостью, от постоянной агонии заработать, выиграть, подняться. И тут бах, и ты никто, и звать тебя никак, некому не нужен. Всё прахом, годы каторжного труда, силы, власти. А теперь… жопа. И не просто она, а жирная и обосранная.

И ты как та срань можешь только подставить лицо под бешеные струи дождя, чтобы он ледяной рукой смыл с тебя все тяготы и крушение надежд. А имя? Не хочу. Если не сдохну, то пусть придёт новое.

Глава 1. Новое существование

Дождь загнал мужчину в один из захудалых районов города. Промокший до нитки, голодный, как чёрт. Дома нет, машины тоже, всё ушло с молотка, осталась дача на Азрикинском острове, так до неё ещё как–то добраться нужно, не на своих же двоих. Сапоги – скороходы или ковёр самолёт только в сказках бывает. Оскар был реалистом, и мечтать совершенно не умел. Жрать хотелось так, что живот прилип к позвоночнику, а в кармане не копейки. Трое суток не крошки во рту, бесполезные мытарства по якобы знакомым и сраным друзьям. Никто не помог, каждый нашёл сто тысяч причин, чтобы отмазаться. Он остановился в углу облезлого дома, где хоть не так сильно лило на голову, задумался, а потом размахнулся и как ударил в стену кулаком, разбив костяшки, щебёнка осыпалась и потекла подальше от него по корявым дорогам Воделина – мокрого города. Здесь частенько шли дожди, а солнце являлось редким гостем.

– Чего ты кипятишься? Иди, разделю с тобой трапезу, – за мусорным баком послышался скрипучий голос.

Мужчина напрягся и, сделав несколько широких шагов, заглянул туда.

Там сидел на куче грязного тряпья старик в таких же лохмотьях и вонял сыростью, в руках держал чёрствый хлеб и захудалую копченую колбасу.

– Садись, угощу, но чем богаты, тем и рады. Зовут то тебя как?

– Оскар, – буркнул и подсел, есть хотелось безумно, взял половину хлеба и часть колбасы и съел за несколько минут.

– Спасибо.

– Хоть чуток заморил червячка? – глаза деда смотрели по–доброму, беззубый рот улыбался, волосы висели грязными седыми сосулями.

– Угу, – кивнул, продолжая сидеть.

– Куда путь держишь?

– Да, в общем–то, некуда. Нет у меня теперь, куда идти.

– Ясно, все мы тут такие. Можешь пожить здесь со мной, хоть какое–то укрытие и еду часто богатеи хорошую подбрасывают, не бедствуем, даже выпить бывает, перепадает. Вчера вот виски полбутылки выкинули.

– Я не пью.

– А чё так? Вона ты, какой рослый да крепкий, спортсмен, небось?

– Да, было дело, бокс, тренажерный зал на износ, да и другие виды восточных единоборств изучал.

– Молодец, видел я, как ты стену разбил и не только я…

Оскар посмотрел на него удивлённо, в глазах редкого цвета утреннего неба всколыхнул крохотный интерес.

– В смысле, ты о чём?

Старик прижал морщинистый узловатый палец с грязным ногтём к сухим потрескавшимся губам.

– Тише. Тебя заметил из окна вон того дома, – указал трясущийся рукой, – бритоголовый бандюган, Гориллой кличут.

– И что? Я никого не боюсь. Постоять за себя могу.

– Да в том и дело что можешь и он это тоже заметил, кулаки то тебя вона какие и руки натренированы. Заметили тебя.

– Да не ходи вокруг да около, в чём дело? Говори, – Оскар положил руку на бедро и вытянул уставшие ноги.

– Боюсь я, они парней таких крепких как ты уводят куда–то, а потом в чёрных кульках выносят.

– Да ладно, что на органы думаешь?

– Нет, – и старик вжал плечи, становясь похожим на перепуганную курицу, – Один как–то раненый совсем приполз сюда на тряпки мои и перед смертью рассказал, что бои там у них, страшные, без правил. Выживших дальше забирают ещё куда-то, где пострашнее, а мёртвых в лес увозят и в общей могиле укладывают.

– Ясно. А денег хоть выжившим платят?

– Этого не знаю.

– Спасибо, старик, за полезную инфу. Как мне в дом тот постучатся, знаешь?

– Да что ты удумал? Убьют же, побереги жизнь.

– Не нужна она мне такая. Попробую, может, хоть жрать на что будет, и тебе принесу.

Старик насупился, как воробей, и зарылся в тряпки, а Оскар встал, отряхнулся и вышел к стене, которую разбил, покрутился, наблюдая за окнами и начал проводить дыхательную тренировку с элементами боя, специально в надежде, что его снова заметят. Ноги хлопали по лужам, вода расплёскивалась в стороны, он кружился, выставляя руки в блоки, присаживаясь и пружинясь.

– Оскар, прохрипел старик, поднимая голову из–под рваной тряпки.

– Чего, дед?

– Я завтра виноградных улиток буду собирать да жарить на металле тут, придёшь?

– Приду.

– Если выживешь, заметил тебя опять Горилла, зыркал из окна, скоро псов своих пришлёт по душу твою.

– Отлично, прячься, дед.

Спустя минут пять к нему и правда вышли трое крупных атлетов с бритыми головами и осанкой орангутангов.

– Эй, ты.

Оскар остановился, буравя их совсем недобрым взглядом.

– Ты мне не тыкай.

– Да ладно, чувак, босс хочет перетереть с тобой.

– А чего сам не вышел?

– Да ты совсем охренел что ли? Чтобы босс к разной мелкой швали сам выходил.

Оскар не стерпел и с разгона влепил пяткой тому в челюсть, да так и вывихнул её с одного удара. Парень застонал, но кинулся отомстить, остальные тоже уже и забыли, зачем пришли и, выставив кулаки, решили набить морду обидчику друга.

– Братаны, оторвите ему яйца, он и без них боссу понадобится, очередное мясо.

Оскар не отступил, а сделав идеальную вертушку в воздухе, сразу вырубил одного в нокаут, опустился на землю и подбил под ноги второго, тот упал в лужу, как свинья, которую готовили на бойню, распластавшись на широкой спине, раскинув лапищи в стороны.

– Тварь, я тебе не только яйца, голову теперь отрежу, – закряхтел, пытаясь встать.

– Хватит! – грубый низкий голос прорезал это место, будто ножом.

Все оглянулись на подходящего высокого, широкоплечего мужчину, очень похожего на гориллу.

– Босс, он сильно дерзкий, не пойдёт такой тебе.

– Это моё дело кто мне пойдёт, а кто нет, – рявкнул на троих побитых парней, и подошёл ближе. – Хорош, очень хорош. Пойдёшь ко мне работать? Я, таким как ты хорошо плачу, не будешь жрать на помойке, комнату выделю, тёлок хороших заимеешь, во все щели пихать им будешь.

– Кем ты меня зовёшь работать? Мясом в твои бои без правил?

– Что старик наболтал? Давно бы ему язык укоротить, да жалко, возраст уважаю, еду и выпивку ему подкидываю.

– Хороший старик, так что?

– Не нужен ты мне в таких боях. Итак, вижу, что не мясо ты, а тигр. Возьму тебя в охрану и задания кой, какие давать буду. Хорошо исполнишь, так приоденешься ещё нормально, а через год – другой и свою квартирку прикупишь.

Оскар кивнул и пошёл за Гориллой в обшарпанный дом, оглядывая его с интересом. Дверей нигде не было, зайдя за угол, они спустились в подвал, затем в узкий мрачный коридор и вышли в большое помещение с множеством мягких диванов и кресел с круглой ареной посередине.

– Здесь у нас проходят бои без правил, подпольный моя бизнес, а есть настоящий серьёзный, сейчас ты отдохнёшь, помоешься и выходи сюда к восьми. Сегодня будет очередной бой с нашим чемпионом – Ящером.

– Хорошая кликуха, какой хвост он отбрасывает? – ухмыльнулся Оскар.

– Да, весёлая, он просто приземистый и морда вытянутая, как у ящерицы, а хвосты нехило откручивает у мяса. Будешь следить за порядком, как и остальные мои ребята, с которыми ты уже познакомился: Бульдог, Хряк и Кабан.

– Ок, я ещё хотел бы вещи постирать, найдётся что–нибудь другое для меня?

– Хряк сейчас проведёт тебя в комнату, где будешь жить, а одна из наших тёлок принесёт новые вещи и еду. Кстати, можешь поиметь её, это не возбраняется, – затем обратился к бритоголовому парню. – После того, как поселишь его сходи к нашему врачу, пусть тебе челюсть поправит.

Новичок кивнул и пошёл за поглядывающим на него с ненавистью парнем.

Они вошли в небольшую уютную комнатку и, Хряк оставив его, вышел. Оскар прошёл в ванную, увидел стиралку, снял мокрые вещи, закинул в стирку и залез в душевую кабину. «Ну что ж начинается новая жизнь, с богатства на помойку, с неё на кровавое дно, а дальше… не знаю, посмотрим».

Вымывшись, закрутился в белое махровое полотенце, вышел обратно в комнату, взгляд сразу упал на круглый, деревянный, маленький стол у окна, ноздри расширились от приятного аромата кофе и жареного мяса. Высокая стройная девушка, принесшая всё, сидела в одном из двух кресел, закинувши ногу на ногу.

– Привет, хочешь меня до еды или после?

– Спасибо, иди пока, я хочу побыть сам.

– Хорошо, могу прийти ночью.

– Приходи.

Она выплыла из комнаты, аппетитно вильнув сочными бёдрами в туго обтянутых голубых джинсах. Оскар отметил упругие подкачанные ягодицы, и член сразу шевельнулся. «Как давно у меня не было бабы, ночью засандалю ей по самые не хочу». Поел, надел новые вещи, лежащие на табуретке у двери: серую борцовку, чёрные джинсы и кроссовки, оказалось всё подходящего размера, только обувь чуть тесновата, но ничего ходить можно и пошёл в зал, где проходили бои. Здесь уже находилось полно народа: солидные мужчины и разодетые в пух и прах их спутницы, похожие на павлинов, галдёж стоял сильный, дым от дорогих сигар наполнил пространство, мешая нормально дышать. Оскар не курил да и питался раньше правильно, теперь ему приходилось подстраиваться под новую жизнь. Если это можно назвать жизнью, так выживание в новых условиях. Привыкший в бывшем бизнесе с особой тщательностью за всем следить, ему не составило труда быстро оценить обстановку и насторожиться при виде некоторых гостей, находящихся чуть в стороне от арены.

В одном углу разминался Ящер – играя бугристыми мышцами под плотной слоновьей кожей, а в другом – стоял, сжавшись в комочек совершенно неподходящий для него по весовой категории и габаритам соперник. «Это же будет не честный бой, а банальное зверское убийство трясущегося хлюпика», – пронеслось в мозгу, и к нему подошёл Хряк с уже вставленной челюстью.

– Чего косишься на всех как Цербер?

– Это же не бой, а банальное убийство, – тихим голосом пробурчал.

– Тебя это не касается, твоё дело следить за порядком, босс распорядился пока не давать тебе оружие, не заслужил ещё.

– А что я буду голыми руками народ пугать, если кто взбеленится?

– Да хоть задницу подставляй, нас это не касается.

Оскар отошёл, так как не хотел больше слушать этот бред и встал немного поодаль, сложив руки замком.

По арене прошла полураздетая стройная девушка в блестяще – розовом бикини, виляя соблазнительными ягодицами, показывая табличку, указывающую на начало боя. Все в зале притихли, и Ящер начал наступать, как танк. Соперник пытался петушиться, но его сил не могло хватить даже, чтобы слегка ударить чемпиона смертельных боёв без правил. Тот поиграл с ним, как кошка с мышкой, чтобы распалить народ, поддался пару раз в шутку и в следующем раунде сначала сломал ему нос, дальше и позвоночник, зажав двумя ручищами и, отбросив вбок как ненужный хлам. Люди загалдели, крича от счастья при виде такой жестокости. Оскара передернуло. «Это же не бой, а кровавое побоище, и все эти кровожадные твари платят бабки, чтобы посмотреть убийства».

В этот момент мужчины, которые показались Оскару сразу подозрительными, стали подходить к арене. Он заметил, в руке одного что–то блеснуло, и пошёл широким шагом наперерез. Хряк тоже это узрел и подходил уже с другой стороны. Оскар оказался рядом первым и с разгона хлопнул мужчину с ножом по шее сзади. Удар сразу вырубил его, а второго – ловко скрутил Хряк.

Люди в зале ничего не заметили, радуясь очередному зрелищу и галдя наперебой стали расходиться. Через полчаса зал опустел. Подошёл Горилла в белоснежной дорогущей рубашке с золотой цепью на толстой шее, типа собачьей.

– Молодцы, видел вашу работу, слажено, может, ещё между вами стерпится, слюбится, – криво усмехнулся, обнажая зубы, в одном из которых блестел крошечный бриллиант. – Сейчас мои мальчики вывезут тело, а ты иди, отдыхай, скоро тёлка к тебе придёт.

Парни с ненавистью посмотрели друг на друга и разошлись по разным сторонам.

Оскар пошёл к себе, зашёл и увидел ту же девку, которая днём приносила еду и одежду: рыжеволосая с накачанными крупными губами, явно для особых дел.

– Губы, как у жабы, это чтобы лизалось лучше? – презрительно скривился.

– Вылежу, как захотите.

Он перевёл взгляд на столик.

На столе снова стояло новое блюдо – густой лагман, люля–кебаб и свежий лаваш.

– Убирайся пока я поем, придёшь через полчаса.

Она выскочила, боясь раздражать новичка, и судя по всему, неслабого малого.

Он съел всё начисто и довольный развалился на кровати, включив разноцветным пультом огромную плазму на полстены.

Вскоре проститутка снова вплыла, подлезла к нему и начала умело раздевать.

– Как ты любишь?

– Бурно, но для начала возьми в рот.

Она кивнула и принялась за дело. Через десять минут Оскар уже яростно трахал её в позе сзади, крепко держа за бёдра. «Ненавижу шлюх», – пронеслось в голове, и вскоре бурно кончил, тупо разглядывая полные ягодицы без целлюлита.

– Свободна.

Прошёл год.

Оскар быстро поднялся в иерархии наёмников у Гориллы, стал правой рукой и главным его киллером, лихо, исполняя любые приказы. Хряка грохнули после очередного боя, когда он вступил в спор с одним богатеем, а так как Оскар этакий одиночка себе на уме, теперь ему никто не мешал, остальные парни его побаивались и старались обходить стороной. Денег заработал немерено, купил шикарный особняк за городом и совсем уже забыл, как когда–то ел жареных улиток с бомжом у ошарпанного дома и болтал о жизни. Частенько и сам приносил ему угощения пока того не забрали в дом престарелых. Старался не вникать в дела босса и некого не щадить. Сердце очерствело, им теперь только правили деньги и ненависть. Как и предрекал когда–то Горилла он ходил в лучший публичный дом и имел шикарных девок во все щели.

Воделин.

Повсюду огненные всполохи, облизывали старые стены заброшенного завода, потёртые рекламные щиты, сворачивались бубликом. Огонь нещадно искорёживал стоящие неподалёку бочки. Слышались глухие взрывы, разрывающихся труб. Оконные рамы пустые. У здания валялись осколки стёкол. Рядом стояли две машины. За рулём одной чёрной гоночной Ауди сидел молодой мужчина с каменным выражением лица и уверенной рукой держал пистолет с глушителем. Вторая – с простреленными, вылетевшими стёклами и двумя трупами, голова одного лежала на руле, включив звуковой сигнал, который противно гудел.

«Твари».

Он спрятал пистолет с глушителем за пазуху кожаной куртки, накинув капюшон пайты, завёл мотор. Ауди сорвалась с места, оставляя причудливые следы от шин на грязной земле. Деревья мелькали сплошным серо–зелёным пятном, улицы проносились одна за другой, машина летела, как выпущенная стрела, на скорости двести пятьдесят.

«Надо заехать к боссу, получить бабки за этих выродков», – припарковался у одной из зеркальных высоток, вышел, хлопнув дверцей, совершенно не щадя дорогой автомобиль и направился к вертушке внутрь. Широким шагом прошёл к лифту, нажал тридцатый этаж. Приехав на место, прошёл коридор по алому ковру, небрежно ковыряя носком кроссовка, овальные заломы и, сплёвывая на пол, будто находился на улице.

«Ещё бы в офисе обложился красной дорожкой».

Подошёл к серой гладкой двери, достал мобильник, набрал номер.

– Алло? – послышался басистый голос.

– Я на месте.

За дверью произошёл щелчок. Его как обычно встретили два крупных бритоголовых детины в коротких кожаных куртках и, кивнув, пропустили.

Он небрежной походкой дошёл до стеклянного стола, за которым восседал крупный лысый мужчина в солидном тёмно–сером костюме, и даже не смотря в его сторону, упал в стоящее рядом кресло, положив ногу на ногу.

– Ты сделал? – спросил тот, не поднимая глаз от документов, где что–то писал чернильной дорогой ручкой.

– Да.

– Обоих?

– Бабки давай, – сухой ответ, заставил мужчину поднять взгляд на миг поверх очков в золотой оправе.

– В ящике возле тебя, возьми.

Он встал, дёрнул ящик в тумбочке рядом с креслом, вытащил пачку новеньких, хрустящих, долларовых банкнот и, встав, собрался уходить.

– Тебе уже скоро тридцать, ты очень умный, расчётливый и во всём сильный человек. Может, начнёшь уже работать в моей фирме? Я бы мог с тобой стать даже партнёрами.

– Хватит! Ты же знаешь, что я полностью отошёл от бизнеса и возвращаться в это ярмо совсем нет желания.

– Жаль, я отношусь к тебе как брату. Бывший крупный бизнесмен, а теперь мой киллер, не мелковато для тебя?

– Ты всего лишь для меня босс и твоё задание я выполнил, за что ты мне неплохо заплатил. Этого достаточно. А со своей жизнью разберусь как–нибудь сам, – огрызнулся и, пройдя мимо охранников, хлопнул дверью.

Мужчина вертел стильную ручку двумя пальцами с аккуратно подстриженными ногтями и размышлял: «Год назад я подобрал его у мусорного бака голодного и злого, как волка, и уже тогда разглядел в нём личность. Всё же очень жаль, что он не принимает меня как друга и не хочет вести дела вместе», – подсознательно дотронулся до массивного золотого кулона на груди в виде гориллы и, вздохнув, продолжил заполнять бумаги по новому тендеру.

Оскар, выходя из здания, небрежно толкнув несколько раз плечом охранников, ударил ногой в вертушку на проходной, снова сплюнул на идеально–начищенный кафельный пол, вышел к машине и прыгнул за руль. В салоне приятно пахло ванилью от новой вонючки, болтающейся перед носом под зеркалом. Достал вейп – сделал пару затяжек с ароматом северных ягод и раскрутил музыку так, что прохожие на улице вздрогнули. Резко нажал на газ и сорвался с места как угорелый.

«Надо бы снять какую–нибудь симпатичную тёлку», – пронеслось в мозгу, и пришла ещё одна умная мысль: «Заеду в «Бабочку», там хоть не уродливые и профессионалки, есть что выбрать».

Через полчаса бесцельной гонки по городу, напугав парочку людей, сбив несколько мусорных баков, подъехал к розовому двухэтажному зданию. Зашёл внутрь и сразу развалился в холле в добротное кожаное кресло светло–серого цвета.

– Здравствуйте Оскар Эдуардович, вы сегодня опять желаете у нас расслабиться? – улыбнулась во все тридцать два грудастая дамочка лет сорока на вид с перекаченными филлерами губами, розовыми волосами и нереально длинными острыми ногтями того же ядрёного ультра розового цвета.

– Тёлка нужна красивая и покорная, у меня нет сегодня настроения на расслабление, скорее жаркий трахадром. Пошевелитесь, устал я.

– Сию минуту, проходите наверх в алый люкс, к вам сейчас зайдут три самые красивые наши девушки, готовые абсолютно на всё.

Оскар кивнул и вальяжной походкой направился на второй этаж, где бывал уже не раз, прошёл в тупик, открыл отполированную дверь из чёрного дерева, вошёл, сбросил брендовые кроссовки и улёгся в огромную постель, покрытую гладким до противного, алым покрывалом. Рядом лежала устрашающая африканская маска, плётка с чёрной рукояткой и несколько искусственных фаллосов.

В дверь аккуратно постучались, вернее даже, поскреблись.

– Войдите.

Вошли три высокие девушки. Он окинул их безразличным взглядом: жгучая стройная брюнетка с грудью первого размера, полноватая блондинка со смачно третьим и ярко–рыжая с самым любимым – вторым, в меру упитанная, без пухлого живота, талия плавно переходящая в округлые широкие бёдра. Губы у всех также накачанные филлерами, зубы ослепительно белые. Девушки находились в алом кружевном откровенном белье, чёрных чулках и очень высоких туфлях.

– Рыжая остаётся, остальные на выход.

Две вышли, рыжеволосая осталась, сразу подошла, расстегнула ширинку, достала член и наклонилась, ловко принявшись за дело. Вскоре Оскар кончил.

– А теперь опять подними его и встань задом.

– Трусики снимать? – единственное, что спросила девчуля, наивно хлопая накладными густыми, как у коровы, ресницами.

– Нет.

– Хорошо.

Она снова быстро подняла член шикарного мужчины. Помогла раздеться и встала на четвереньки, прямо на постели.

Оскар отодвинул алые стринги и трахнул её глубокими толчками, оставляя на бёдрах синяки от грубого захвата.

– Свободна.

Девушка поклонилась и выскочила. Он вышел к стойке, кинул сто баксов за час удовольствия с профессионалкой, так как хорошо знал расценки, и собрался на выход.

– Вам понравилась наша Злата? – как его остановил слащавый голос.

– Сойдёт.

– Приходите ещё, мы всегда рады нашим посетителям, особенно постоянным. Скоро у нас появится юная девственница. Состоится аукцион её первой ночи. Не хотите поучаствовать?

Он напрягся, ненавидел, когда насилуют девственниц, но к прожжённым шалавам относился как машинам своего дела.

– Девушка сама пришла к вам на работу?

– Конечно, мы никого не похищаем и не заставляем.

– Когда аукцион?

– Завтра. Вас записать?

– Записывайте, буду. Во сколько?

– В двадцать часов. Девушка юная, очень красивая, ещё вся натуральная: грудь, губы, поэтому дорогая. Начальная ставка пятьсот долларов.

– Сколько ей?

– Совершеннолетняя, конечно, мы не нарушаем законов. Восемнадцать исполнилось на той неделе. Зовут Лиана. Сирота, поэтому и пришла к нам, так как бедной девочке не за что жить, родители погибли в автокатастрофе, но она не неумеха, мы ровно неделю обучали её и показывали видео наших лучших работниц.

Оскар кивнул и вышел, сел в машину, закурил вейп и снова раскрутил громко музыку – тяжёлый рок. Ему нравились ударные произведения с мужскими басистыми голосами. Плотское наслаждение настроения не подняло, в душе зияла рана. Он и сам не понимал, что хотел, ничего не давало морального удовлетворения, выпустил густой дым, безразлично наблюдая за ним, а перед глазами встали похороны матери, красивой моложавой блондинки с яркими зелёными глазами. Женщина погибла от рук конкурентов отца, вернее от киллера нанятого ими, чтобы отомстить ему за выигранный тендер постройки очередного завода. Её застрелили в сердце прямо в доме, когда она читала сыну энциклопедию о динозаврах. Оскар помнил, как она в последний раз закрыла глаза и упала на спинку дивана, он долго кричал, пытаясь привести мать в чувство, но тщетно, снайпер попал точно в цель. Ему тогда только исполнилось десять, потом… шикарные похороны, сотни чужих лиц, наигранных соболезнований, как же он ненавидел тогда всех, особенно отца, который подержал траур всего полгода и нашёл молодую проститутку, где стал проводить всё свободное время. Оскар с детства возненавидел таких женщин всей душой. Жизнь мальчика с тех пор сильно изменилась, отец забрал его со школы, перевёл на свободную форму обучения, не разрешал никуда без охраны выходить, нанял учителей и тренеров для изучения боевых искусств, включая стрельбу. Уже в шестнадцать стал метким снайпером, также мог убить человека одним ударом пальца в шейную артерию. Из него сделали боевую машину, но отец хотел таким образом защитить сына, однако мальчик очерствел и выбрал другой путь, занимался боксом, ходил в тренажёрный зал, по ходу все же поступил в институт на финансовое отделение. Заработал первый миллион в валютных операциях на бирже, и пошло поехало.

Однажды наёмный киллер отца провалил задание, Оскару тогда исполнилось восемнадцать, он узнал детали, подслушивая их разговор, и выполнил работу вместо него на отлично. Впоследствии тот киллер взбесился и решил проучить богатенького мажора, но ему не удалось, Оскар убил его. Спустя ещё год, отца всё–таки подстрелили, и его фирма осталась тяжёлым камнем на шее сына, за что ему пришлось взяться с неохотой. Дальше переворот в государстве и всё рухнуло, включая и его насыщенную богатую жизнь.

С тех пор много воды утекло, но он легко начал убивать людей, став подручным Гориллы. Тем более что тот был правильным крупным мафиози с честью, если так можно выразиться в этом случае и давал задания убивать бандитов похлеще него самого. Однако, несмотря на уже снова денежную жизнь, главной целью Оскара всегда оставалась – найти убийц матери. Он изучал это дело, нашёл того киллера – жестоко расправился с ним, отрезав голову, но на заказчика так и не смог выйти.

Звонок мобильника вывел его из раздумий.

– Чего тебе? – сухо буркнул, услышав голос Гориллы.

– Поступил новый заказ.

– Опять твой тайный заказчик?

– Да.

– Ладно, говори.

– В Оргаданде надо убрать Марка, правую руку господина Эраста Яковлевича, он управляет там фирмой плотных стёкол с обогревом.

– Мелко берёшь, зачем тебе такая сошка?

– Стекло пакетная фирма прикрытие, там торговля похищенными девочками – девственницами. Ты же против такого, если уберёшь Марка, легче будет спасти девчонок. Поступили сведения о новой партии, их должны отправить в пустыню к кочевым бандам, жаль девочек, с них же одна шкура да кости через год будет, да и выживут немногие.

– Упыри поганые, девок спасу, так надо и Эраста убрать?

– Нет, его не трогать, труп нужен только Марка и его часть в переносной морозильной камере. Требования заказчика.

– Ладно, отрежу что–нибудь. У него есть отличительные черты?

– Наколка в виде чёрного тарантула на левой груди.

– Вот эту часть и отправим заказчику. Когда выезжать?

– Как сможешь, но желательно побыстрее, живой товар планируют перевести в пустыни на той неделе.

– Вылечу в понедельник.

– Оскар…

– Что ещё?

– А чем ты занят на этой неделе? Может, вместе слетаем на мой остров, отдохнём?

– Я занят.

– Давай, летим, сегодня же только среда. Чем же ты всю неделю занят?

– Смогу только в пятницу на выходные прилететь и то, скорее всего не один.

– Хорошо, с кем хочешь, прилетай, жду тебя.

Оскар положил трубку и помчался метаться по улицам, а ближе к полуночи забурился в ночной клуб и просидел до рассвета. Вышел изрядно подпивший, к нему тут же подошли двое мужчин бандитской наружности.

– Слушай, мажор, деньги не все просадил?

Он смерил их высокомерным взглядом.

– Он ещё и немой, – оскалился один из них и протянул руку, чтобы схватить, но ему не удалось, Оскар перехватил за пальцы и одним резким движением сломал. Мужчина заорал, второй – достал финку и бросился на него.

– Не хотелось здесь буянить, но вынудили мерзкие выродки, – процедил и ударом ноги выбил нож из его руки, дальше в прыжке, сделав любимую идеальную вертушку, вырубил в нокаут. Небрежно пнув их ногой, сел в свою тачку и как ни в чём не бывало, унёсся домой, где отоспался до вечера, принял душ, поел болтушку из пяти яиц с беконом и направился во вчерашний публичный дом. Подъехал, взглянул на золотые часы на левом запястье: без пяти восемь вечера, вошёл внутрь.

– Добрый вечер, Оскар Эдуардович, все уже собрались, но мы ещё не начинали, ждали вас.

Он кивнул, и администратор провела его в слабо освещённое небольшое помещение, где уже находилось шестеро солидных мужчин, усадила в широкое, кожаное кресло и мягко улыбнулась.

– Приятного аукциона.

Все мужчины сидели полукругом почти рядом с маленьким подиумом. Вышла пышнотелая зрелая дама.

– Господа, сегодня у нас юная девственная восемнадцатилетняя кошечка, сама на всё согласная и обученная, представляем вашему вниманию – драгоценную Лиану! И желаем тому, кто победит провести незабываемое время в её сладких объятиях.

Мужчины оживились. Из–за занавеси вышла высокая блондинка в полупрозрачном коротеньком платье. Все установились на неё хищными взглядами. Девушка не смутилась, начав ходить по подиуму и останавливаться на миг в разных изгибающихся позах.

Торги начались: пятьсот, шестьсот, тысяча и достаточно быстро раскручивались. Оскар ещё не включался, но отметил что девчонка реально хороша, грудастая, фигуристая, маленькое лицо: аккуратный нос, пухлые губы, обещающие многое, выразительные влажные глаза.

– Три тысячи раз, господа, что же вы? Посмотрите, какая у неё упругая попка.

– Не видим, платье прикрывает! – послышался низкий голос мужчины справа от Оскара.

Женщина строго взглянула на девушку, та сразу повернулась спиной, встала на четвереньки и задрала платье до талии. Все мужчины подались вперёд, с вожделением разглядывая упругие ягодицы и белоснежные кружевные стринги, мало что прикрывающие.

– Кто из вас хочет засадить ей прямо после аукциона? Три тысячи два!

– Три сто, триста… пятьсот! – понеслось, а когда дошло до четырёх, девчонка уже по приказу дамы, сняла всё платье, оставаясь в нижнем белье, где верх прикрывал только нижнюю часть груди и едва соски.

– Четыре тысячи раз, два, женщина снова скосилась на девушку, та поймала её взгляд и сняла лифчик, демонстрируя жадным похотливым взглядам шикарную грудь полного второго размера. Обстановка накалялась.

– А она, правда, девственница?

– Все бумаги осмотра нашего врача мы вам предоставим, плюс, вы можете, перед тем как отдадите за неё деньги, проверить сами пальцем.

– Хорошо, а девка останется у купившего навсегда или её надо возвращать через какое–то время?

– Конечно навсегда, но если она вам надоест, не выбрасывайте на улицу, как ненужную вещь, а верните нам, не надо, чтобы такая красавица отдавалась за кусок хлеба, мы найдём ей лучшее применение.

Торги продолжились. Дама снова взглядом отдала ей приказ. Девушка стеснительно начала ласкать соски, одновременно облизывая губы, у всех мужчин уже стоял член, выпирая под тканью брюк.

– Семь – впервые на аукционе произнёс Оскар, буравя её взглядом редкого цвета глаз: сочно–голубого.

Его ставка, как оказалась, стала решающей, больше её никто не стал перебивать. Торги завершились, он расплатился наличными, девушка обратно надела платье, остальные мужчины отправились в другой зал публичного дома для снятия напряжения с профессионалками. Дородная дама, едущая торги, предложила Оскару пройти с товаром в номер Люкс.

– Не надо, я забираю её к себе, но после того как вы выйдете, мне нужны пару минут побыть с ней наедине.

– Понимаю, – ехидно усмехнулась дама и выплыла, плотно закрыв за собой дверь. – Желаем вам незабываемых впечатлений.

Девушка стояла рядом, опустив взгляд, как скромница, которая до этого как будто не вытворяла всего того, что все лицезрели.

– Ты, правда, сама пришла в шлюхи?

– Да.

– Почему бы не пойти работать, например, в официантки? Ты понимаешь, что с тобой будут делать?

– Понимаю и мне всё равно, не хочу жить в нищете, после смерти родителей у меня забрали дом, я провела два месяца на улице, ела с собачьих тарелок! Что ты знаешь, давай уже начинай! – её глаза сверкнули.

Он заметил, что они глубокого серого цвета, схватил за щёки, сдавил и уставился в них, полыхая своими насыщенно–голубыми. Их взгляды скрестились как ножи.

– Не смей повышать на меня голос, слышишь, никогда, или ты продолжишь, есть с собачьей тарелки у меня дома, деля еду с моим догом, следящим за домом.

– Прости.

– Пошли, эти выходные проведёшь со мной на острове моего босса, а дальше, если очень постараешься, куплю тебе цветочный бутик и начнёшь работать сама на себя.

Девушка распахнула от удивления глаза.

– А если я узнаю, что ты пошла в шлюхи, убью, и поверь, это не просто угроза, пуля пройдёт вот сюда и вылетит отсюда, – он ткнул указательным пальцем правой руки ей в центр лба, а другой рукой провёл по затылку. У девушки задрожала нижняя губа, и мгновенно выступили слёзы.

– Не вернусь, обещаю, спасибо вам.

– Кажется, ты сразу начала со мной разговаривать на «ты» или я что–то не понял? Кстати, меня зовут Оскар.

– Спасибо, тебе, я буду очень стараться, сделаю, всё, что захочешь.

– Отлично, идём, я устал, надо выспаться, завтра на рассвете вылетаем. Бери свои вещи.

– У меня ничего нет, и я… очень хочу есть.

– Тебя что здесь не покормили до торгов?

Она отрицательно мотнула головой.

– Звери. Ладно, иди, забери у них свою долю из оплаты, всё–таки не краденая, а пришла по собственному желанию к ним за помощью.

Девушка кивнула и поскакала к сутенёрше, та уже с довольной миной попивала коньяк со льдом.

– Отдайте, пожалуйста, мою часть денег, мне нужно купить вещи, у меня же ничего нет.

Дама, нехотя, достала тысячу баксов и швырнула ей, как подачку.

– Это твои, на платья и резинки хватит, а дальше, когда твое юное тело надоест Оскару Эдуардовичу, приходи.

Девушка расстроилась, когда увидела, что ей причитается так мало, сгребла деньги, но тут же ей по рукам хлопнул Оскар ладонью. Она с опаской лизнула по нему взглядом.

– Правильно, Оскар Эдуардович, ей ни к чему и эта сумма, вы сами всё купите, – слащавым тоном скосилась на него сутенёрша.

– Достань ещё пару тысяч, а если точно, то пять, тебе и двух хватит за сбор всех на аукцион.

У той поползли широкие брови вверх, густо–окрашенные хной.

– С какой стати? Мы её отмыли, накормили, врачу показали, профилактику от разных заболеваний дали, продали хорошему богатому мужчине, вам, – взвизгнула она, сотрясая большой обвисшей грудью, как выменем коровы, знающей сотни мужских рук.

– Я сказал, отдай ей пять тысяч.

– Вы не имеете права так себя вести в моём заведении, – она нажала на кнопку под столом. В комнату сразу зашли два крупных шкафа – охранника с оружием наготове, увидев Оскара и зная, насколько он уважаем в городе, причём в тайне наслышаны о его снайперских способностях и боевых навыках, отступили.

– Вы что? – визжала сутенёрша. – Выдворите его и девку на улицу!

Они сделали вид, что ничего не понимают и отступили к стене, опуская голову.

Оскар схватил даму за шею и подтянул вверх, она, как рыба без воды, стала задыхаться. Лиана стояла чуть поодаль с недоумением, поглядывая то на неё, то на устрашающего вида охранников, то на нового хозяина.

– Деньги… – процедил он, тон не обещал ничего хорошего.

Сутенёрше пришлось трясущимися руками открыть ящичек под столом, за которым сидела, напрягая шею, чтобы мужчина не задушил, и достала ненароком все деньги, выкладывая на стол. Оскар отпустил её, безразлично посмотрел на купюры, там оказалось гораздо больше, и оглянулся на трясущуюся девушку.

– Возьми ещё четыре тысячи.

Она, держа тысячу в руке, взяла ещё ровно четыре и встала за его широкой спиной, подсознательно прячась.

– Вернётся к нам, расплатится за всё, – прошипела дама, краснея от злости и обиды.

– Она никогда сюда не вернётся, а тронете, убью, ваша охрана подтвердит серьёзность моих слов.

Та кинула взгляд на охранников, и они кивнули, снова опустив головы, сложив руки замком на животе.

Оскар вышел, Лиана засеменила за ним. Открыл машину, она запрыгнула и расслабилась, с восторгом всё разглядывая.

– Вау! Такая крутая тачка. Ты очень богат?

– Да, – сорвался с места, пролетел пару улиц, остановился у одного из модных ночных клубов, повернул голову к ней. – Ты хочешь сегодня ночью отдаться мне?

– Конечно, ты выкупил меня из борделя. Я готова на всё, что захочешь.

– Как ты можешь быть такой смелой? Ты же девственница.

– Я многое читала и специально смотрела порно неделю до аукциона, меня заставляли смотреть видео работ девочек. Я ко всему готова, на все твои фантазии.

– Какая же ты глупая, мужчины могут быть очень жестокими. Повторяю тебе ещё раз, я сниму тебе квартиру и куплю цветочный бутик, появляться у тебя буду редко, но если узнаю, что ты изменишь мне или пойдёшь по кривой дорожке, убью.

– Зачем мне другие мужчины, когда у меня будешь ты и постоянная твоя помощь.

– Смотри, я не шучу, да и беру тебя на временное содержание. А когда раскрутишь цветочное дело, будешь уже сама себя обеспечивать.

– Я нравлюсь тебе?

– Для удовлетворения моих потребностей да, на большее не рассчитывай.

– Почему? – внезапно вырвалось у неё.

– Мне не нужна жена, и потом ты на эту роль совсем не подходишь, ненавижу шлюх.

– Но я же не стала ей, благодаря тебе!

– Вот именно, благодаря мне, и запомни это.

– Ясно, – буркнула и отвернулась, но быстро сообразив, что так вести себя нельзя, повернулась и с лаской в глазах потрогала его мужское достоинство, – я готова удовлетворять все твои потребности.

Он криво ухмыльнулся.

– Я очень сексуален, поэтому и не заводил простую девушку, а ходил в ваш бордель. Мне нужна профессионалка. Сейчас мы пойдём в клуб, накормлю и напою, потанцуешь, расслабишься, чтобы первой твоей ночью со мной тебе не было тяжело. Алкоголь поможет.

– Хорошо.

Они направились внутрь. В клубе заказывал ей суп из мелких осьминогов, салат из авокадо с тигровыми креветками и кокосовую водку в ананасовом соке фреше. Девушка изрядно подвыпила и вдоволь натанцевалась, как говорится, оторвалась по–полной. Он взял её через плечо и вынес к машине, она заливисто смеялась, и до того, как усадил в пассажирское сиденье, на ходу снял ажурные трусы, с пренебрежением выбрасывая в стоящую рядом урну. Девушка продолжила хихикать.

– Ты выбросил мои единственные трусики.

– Я куплю тебе новые, а всё напоминание этого борделя выброшу.

Усадил и одним рывком разорвал коротенько вульгарное платье, также выбрасывая обрывки в окно.

– Я поеду голая?

– Тебя никто не увидит, два часа ночи, – и развёл ей ноги, одновременно отклоняя кресло.

– Ты хочешь прямо в машине?

– Да, здесь я хочу лишить тебя девственности, а дома продолжим.

Она сползла сильнее, в ожидании его члена, но он достал из бардачка влажные антибактериальные салфетки, одной протёр руки, другой – вытер её промежность. После ввёл сразу два пальца, двигая подобно половому акту. Лиана застонала, закрывая глаза.

– Смотри мне в глаза, – его голос прозвучал властно.

Она уставилась в ярко–голубые глаза, закусывая нижнюю губу от возбуждения.

– Какие у тебя красивые глаза, – выдохнула.

Мужчина убрал руку и достал стоящий член.

– Садись на меня.

Девушка переместилась и села, неумело, пытаясь его ввести в себя, очень старалась, но ничего не получалось, её действия вызвали в нём кривую ухмылку.

– Глупая девственница, идущая в шлюхи, садись обратно. Дома в другой позе сделаем это в первый раз, а дальше держись.

– Хорошо, может, отсосать у тебя? Меня этому учили на той неделе на искусственных фаллосах.

– Давай…

Она наклонилась и засосала член, порхая языком по головке. Оскар откинул голову на сиденье, минут через десять кончил.

– Неплохо научилась.

Протёрся салфетками, дал ей и снова сорвался с места как торпеда.

Приехав домой, загнал Ауди в гараж, помог выйти пьяной девушке и повёл в душ.

– Вымойся здесь, а я пока в другую кабинку.

– У тебя две душевые кабины? – промямлила.

– И два туалета тоже.

Она наспех вымылась, вспоминая все, что смотрела в «Бабочке», а когда вышла, завёрнутая в банное махровое полотенце, сразу увидела его в белом длинном халате, стоящего в коридоре и держащего стакан с минералкой с лимоном и льдом. Его влажные светлые волосы, игриво спускались мягкими волнами на широкие плечи, а губы искривляла коварная улыбка, обнажая ровные белоснежные зубы.

Девушка сразу сбросила полотенце и подошла ближе.

Он допил и, схватив её за упругую грудь, сдавил.

– Ты очень красива.

– Спасибо, – прошептала, стараясь не морщится, от причиняемой его пальцами боли.

– Но твоя молодость и красота не даст мне полного удовлетворения. Ты точно готова?

– Да.

Мужчина взял её за руку и повёл по белым ступеням винтовой лестницы, вниз. Она успела кинуть взгляд на огромный зал: светлые стены, свет, приглушённый от парочки изящных бра, под ногами мягкий ковёр с густой ворсой.

– Ложись на спину, для начала так.

Лиана разлеглась, разведя ноги.

– Поласкай себя.

Она начала себя трогать.

– Умница, сильнее, ярче, всунь в себя палец, хочу видеть, как ты хочешь меня.

Лиана ловко имитировала страсть и ему это понравилось. Он сел между стройных ног и резко вошёл, не дав ей засомневаться. Но она не собиралась смущаться, а сама хотела этого и, даже не вскрикнув от первого соития, сразу начала подмахивать бёдрами, кусая нижнюю губу от боли. Оскар отчётливо видел её состояние и восхитился таким поведением. Чуть погодя перевернул задом и снова вошёл. Ему хотелось жёсткого секса, но пока решил сдерживаться и не пугать девчонку в первый раз, а перед апогеем вышел и, схватив за длинные волосы, прислонил ртом к члену.

– Кончать буду тебе в рот, – дальше начал впихивать член почти до горла. Она, еле сдерживаясь, всё стойко выдержала и сглотнула.

– Отдохни пару минут, виски на столе.

Девушка встала, плеснула в стакан янтарную жидкость и, залпом выпив, внимательно посмотрела на него.

– Почему ты не пьёшь?

– Отец много пил и мне это с детства опротивело.

– Но ведь алкоголь расслабляет.

– Хватит об этом, тебя это не касается.

Он взял пульт и снова сел на пол, нажал кнопку, из пола вышла вверх металлическая лестница по типу шведской стенки.

– Иди сюда.

Она подошла в небольшом недоумении.

– Мы будем спортом заниматься?

– Ага, сексуальным, – усмехнулся.

– Залазь, повернись лицом ко мне, держись за трубу двумя руками, а ноги расставь.

Она молча повиновалась. Мужчина, недолго думая, взялся за член правой рукой, сделал пару соответствующих движений, он снова встал, как заведённый, и резко вошёл в неё. Девушка крепко держалась, а он яростно трахал её. Спина ударялась в металлические перекладины, но она старалась не обращать на это внимания. Внутри уже саднило. «Он мой хозяин, такой красивый, сильный, сексуальный, но с отклонениями, хотя, как мне рассказывали девчонки, они почти все такие богатые мужчины, выкупающие девственниц, лишь бы не пытал, а это всё выдержать можно». Оскар, дал ей понять, что надо развернуться спиной и продолжил половой в такой позе, больно сжимая грудь. Через минут пять остановился и помог сойти с двух трубок от пола.

– Теперь стой так, а правую ногу закинь вот сюда.

Она выполнила приказ. На раскрывшихся бёдрах виднелись кровавые разводы от потери девственности. Он снова вошёл и, подняв её руки, прибив к металлическим перекладинам, завершил акт, рыча как зверь.

Она ожидала каких–то одобряющих слов от него, какая она умница, всё так стойко выдержала, но он молча ушёл в душ. Девушка удручённо, склонив голову, тоже поплелась в другой.

Когда он вернулся в комнату, она сидела на ковре в молчаливом ожидании, но он всего лишь швырнул ей пластиковую карту.

– Купи завтра себе нормальную одежду, никакой вульгарщины, выбери всё по каталогу, лежит на столе и поставь в заказе быструю доставку. Скажешь, чтобы до обеда всё уже привезли и чемодан для своих шмоток не забудь, предупреди, что расплатишься на месте моей картой. Мы летим на экзотический остров.

– Остров?

– Не задавай лишних вопросов, твоё дело расставлять ноги и раскрывать рот там, где это требуется от тебя. Твоя спальня наверху за белой дверью.

Легли они спать в четыре утра. Девушка встала, когда его уже не было, быстро привела себя в порядок и наспех на заказывала кучу всего, особо не разбирая новинки сезона, включая разную обувь, поставила доставку в его дом. Вдруг увидела, что вещи могут доставлять в течение дня, времени ждать не было, и в спешке пришлось позвонить по номеру, предоставленному в журнале.

– Алло?

– Магазин «Фламинго» вас слушает.

– Я у вас сделала большой заказ, там мой номер тринадцать, пожалуйста, доставьте до двенадцати, у нас скоро самолёт и мы не сможем вас ждать в течение дня. Я могу дополнительно оплатить доставку за скорость.

– Хорошо, будет чуть дороже обычной доставки. Вы адрес вбили в заказ?

– Да, – она ещё раз сверила его с блокнотным листом, оставленным Оскаром с написанным адресом.

Он приехал в районе двенадцати, открыл входную дверь и сразу как вошёл, бросил связку ключей на тумбочку, снял кроссовки, прошёл в зал, где и нашёл Лиану. Оглядел с головы до ног: светло–бежевая блузка слегка просвечивалась, показывая кружевной бюстгальтер, выгодно приподнимая и так полную грудь, коротенькая, чёрная, пышная юбка с выглядывающими нижним рядом кружевами, создавала вид этакой пай–девочки. В волосах яркая озорная заколка бабочка, на ногах туфли – лодочки без каблуков.

– Тебе нравится? – с волнением вскинула голову.

– Неплохо, и хорошо, что юбка, проще заняться с тобой сексом, когда я этого захочу.

– Я тоже об этом подумала и ещё не надевала трусиков, может, ты сейчас хочешь? – она подняла юбку, бесстыдно показывая чисто–выбритый лобок, лукаво глядя ему в глаза. Его не надо было уговаривать, он подошёл, развернул её задом, заставив упереться руками в диван, достал уже вставший член и сразу вошёл. Разрядился быстро и, воспользовавшись, как всегда влажными салфетками, открыл кулёк, который принёс с собой. Достал коробку с вьетнамской лапшой и овощами, ещё горячей, ресторан находился неподалёку, бутылку воды и бархатный футляр.

– Это тебе.

Девушка кивнула и открыла подарок, там оказался изящный золотой гарнитур цепочка с кулоном в виде лепестка, такие же серьги и браслет.

– Спасибо, – глаза загорелись, руки задрожали от волнения.

– Не радуйся как щенок. Просто ты не однодневка. Моя временная пассия не может выглядеть как нищебродка, надевай, ешь и выезжаем.

– В аэропорт?

– Нет, мы летим на частном вертолёте от фирмы моего босса, надо быть через час на крыше.

– Я мигом, – быстро надела золото и начисто всё съела.

Пока они летели, Лиана с восхищением разглядывала небо и причудливые облака, летала она впервые, тем более на вертолёте. Вскоре они прилетели. Он галантно подал ей руку при выходе, кивнул пилоту и, держа за талию, повёл в чёрный Кадиллак, стоящий чуть поодаль. Лиана отметила, что он может быть негрубым, когда хочет.

– Вау, какая машина! – Неподдельно восхитившись, хлопнула в ладоши и подпрыгнула.

– Одна из тачек босса, ты бы ещё хвостом завиляла, если б он у тебя был.

– Просто я, как Золушка в сказке.

– Ты не Золушка, а шлюха, а я не принц.

Они подошли к машине. Водитель, смуглый местный житель в белоснежной рубашке и костюме тройке, взял багаж и уложил в багажник. Оскар смерил его презрительным взглядом.

– Нас не беспокоить.

– Конечно, сэр.

Они сели на заднее сиденье. Лиана сразу обратила внимание, что стёкла за тонированы, водителя отделяла чёрная плотная шторка и закралась мысль, что они будут здесь заниматься сексом.

Но Оскар как обычно с безразличным выражением достал вейп, затянулся и постучал в стенку к водителю.

– Да, сер.

– Открой окна, жарко, – сухо бросил.

Тот выполнил приказ и в машину дунул лёгкий морской бриз. Лиана сразу выглянула в окно и неподдельно восхитилась красотой экзотического острова.

– Какие растения! Ты разрешишь мне поплавать, когда приедем?

– Конечно, его вилла находится прямо на берегу в окружении таких цветов, которых ты ещё никогда не видела. Босс заказывал клубни с Японии, Китая, Таиланда и других мест славящихся красотой природы.

– Супер, да я вообще ещё ничего не видела кроме заброшенной стройки, где ютилась и этого публичного дома. И… я уже хочу есть.

– Уж не глисты ли у тебя?

Девушка смутилась.

– Я не шучу, как приедем, выпьешь таблетку от паразитов.

Он снова постучал водителю.

– Слушаю, сер.

– Тормозни у любого кафе, потом у аптеки.

– Хорошо, сейчас, – припарковался у миниатюрного ресторанчика и открыл двери перед господином. Оскар вышел и кивнул Лиане.

– Тебе особое надо приглашение?

– Но я думала он и с моей стороны откроет.

– Перед шлюхами двери не открывают.

– Но я же здесь не шлюха.

– Да? – его золотистая бровь поползла вверх. – А кто же ты для меня? Или ты забыла, где я тебя купил и для чего.

Девушка потупила взгляд.

– Запомни, Лиана, для меня ты личная моя шлюха и будешь делать всё, что я захочу. Сегодня ночью, учишься, делать мне качественный минет, получше, чем прошлые разы, а завтра займёмся твоим другим входом. Ты мне нужна для того, чтобы я ходил с тобой в сексе по краю пропасти.

Девушка от мысли о другом входе, содрогнулась. Оскар заметил это, и нахмурился.

– Что такое? Ты чего то боишься?

– Нет.

– Или ты думала, что мне не понадобится от тебя все прелести, на которые способны профессионалки?

– Я ничего не думала. Будете делать со мной всё что пожелаете.

– Мы снова перешли на «вы»?

– Не знаю, простите.

– Хорошо, вот и вбей себе это в свою красивую пустую голову, – он грубо вывернул её нижнюю губу большим пальцем, это движение стало для неё возбуждающим, хотя слова жестокие. Она проглотила обиду и пошла за ним, как собачка на поводке в кафе.

Они присели за столик. Официант принёс меню. Лиана открыла и вошла в ступор от цен, таких нулей да в принципе и блюд точно никогда не видела.

– Выбирай всё что хочешь и перестань пялиться на цены, это тебя не касается.

Она подняла распахнутые глаза.

– Всё что хочу?

– Да.

Девушка заказала тигровые креветки в сливочном соусе, фруктовый салат из каких–то не мысленных ингредиентов, ни одного из которых не знала и слабоалкогольный коктейль, подающийся прямо в кокосе. Оскар – стейк из мраморной говядины с трюфельным соусом, салат из овощей с местными травами и мохито.

Поев, поехали в аптеку, он купил таблетку от паразитов и бутылку воды, заставив выпить.

– Займись делом, – рявкнул и вытащил член.

Лиана молча наклонилась и засосала, старясь со всех сил, но когда он оргазмировал, снова не дождалась от него одобряющих слов.

– Тебе понравилось?

– Так себе, – он отвернулся.

У ворот их встретила охрана и без слов пропустила. Водитель занёс багаж и поставил в стеклянном холле с белоснежными мраморными полами. Горилла вышел навстречу, источая приятный древесный аромат дорогого парфюма.

– Привет, рад, что ты всё–таки приехал. Сегодня у нас будет шикарный ужин, я нанял лучшего местного шеф–повара, и придут три высококлассные проститутки, – его взгляд полоснул по Лиане. – Однако… ты вижу со своей?

– Да, купил на аукционе в «Бабочке».

– Аукционе? – удивился босс. – Девственница!

– Была.

– Поделишься?

– Нет, не люблю делиться своими вещами.

– Как знаешь, а услугами приглашённых девок воспользуешься?

– Посмотрим, хотя моей стоит посмотреть на качественную работу, может, чему–то научится, а то яйца от неё уже болят.

Девушка покраснела, хотя понимала, что он прав, она мало ещё что умела делать профессионально, даже скакать лихой наездницей без его помощи ей не удавалось.

Горилла налил Оскару виски.

– Будешь?

– Ты же знаешь, я не пью.

– Знаю, но подумал…

– Не стоит думать лишнее. Где нам расположиться? Хочу трахнуть свою девку, устал с дороги.

– Выбирай любую комнату наверху, а трахать ты можешь её везде, где захочешь, хоть прямо здесь, – усмехнулся босс и разлегся на диване.

Оскар не обладал стеснительностью, взяв девушку за волосы, намотал на кулак и загнул к другому дивану. Она удивилась, но вида не подала. Он поднял юбку, рванул тонкие стринги, бросив на пол, вытащил уже стоящий член и резко вошёл, трахая быстро и безжалостно, совершая глубокие толчки, ударяющие в матку, слышались шлепки тел и тонкое поскуливание Лианы. Горилла наблюдал за ним из–под опущенных век, эта откровенная картина возбудила его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.