Виктория Соломина
Мой любимый маньяк

1.1 Лика

Лес! Там я смогу спрятаться. Ноги цепляются за упавшие коряги, ветки хлещут по лицу, на губах чувствуется кровь, но надо бежать быстрее. Легкие горят, сил больше нет, надо остановиться отдышаться. Прислонившись к дереву и тяжело дыша, я смотрела по сторонам. Все черное, едва-едва различимы стволы деревьев. Шелест, шорох, скрип старых веток. Никогда бы не подумала, что в лесу столько звуков и…свет прыгает по веткам, это фонари, меня догоняют.

С трудом оторвавшись от дерева, я с новой силой пускаюсь бежать. Надо обмануть преследователей, они думают я побегу вглубь леса, а мне надо бежать вдоль поселка. Бегу, споткнулась за спутанную траву и упала. Все…больше нету сил. Слезы ручьем льются из глаз. Я не хочу умирать, я же ничего не сделала…Всхлипнув в очередной раз, я замерла, прислушиваясь…Кажется отстали, но оставаться здесь нельзя. Они будут искать. Надо идти дальше, только куда? Я и днем-то в лесу не ориентируюсь, только про муравейник помню, что он на юге. А как ориентироваться поздним вечером? Что если я выйду прямо на убийц? Но куда-то идти надо, поэтому кое-как поднимаюсь и начинаю медленно идти.

Ничего не видно и очень страшно. Да тут как в жуткой сказке, скрип веток и кроны, смыкающиеся над головой. Периодически паутина попадает в глаза, и я брезгливо убираю ее с лица. Только пауков за пазухой мне не хватало. Сил нет даже ползти, но я иду. Долго иду, надеюсь, хоть не по кругу. Уже давно не слышу сзади преследователей, не вижу фонарей. Надо сделать привал, если я не отдохну, толку от меня не будет. Надо бы разжечь костер, только не знаю, можно ли привлекать таким светом к себе внимание. Вероятно, нет. Зверей здесь диких не должно быть, значит более или менее безопасно. Мне еще повезло, что сейчас лето…Вообще конечно «повезло» слово абсолютно не подходящее ко всей этой ситуации…А как все хорошо начиналось…

– Доброе утро всем, меня зовут Ангелика, можно просто Лика – вспомнила я свой первый день в компании.

– Привет, Иван, французский – ответил мужчина лет сорока и снова уткнулся в экран компьютера.

– Людмила Степановна, немецкий – с легкой дежурной улыбкой, которая быстро пропала, сказала женщина со строгим пучком на голове и очках в тонкой оправе.

– Итальянский – сказал молодой парень и подошел поприветствовать за руку – Роман, можно просто Рома – представился он и спросил:

– Какой язык нам добавили? Подожди,…дай угадаю, наверно испанский?

– Верно – Ответила я – Откуда ты знаешь?

– Общаюсь с коллегами – подмигнул Рома и, показав на свободный стол, сказал:

– Вот, сегодня поставили. Твое рабочее место, располагайся.

– Спасибо – А он милый, подумалось мне.

Воспоминания о том радостном дне нахлынули, как будто это было вчера. Я была так счастлива. Это была работа мечты и наконец-то она сбылась. Крупная косметическая компания «Face&hands», хоть и молодая, но быстро завоевала мировой рынок. Кремами этой фирмы пользуются знаменитости и политики. Я купила их крем для лица, надо же знать, что производит фирма, в которой собираешься работать.

Я люблю изучать языки. В совершенстве владею только испанским, но могу поддержать разговор на французском и итальянском. Этого, к сожалению, было недостаточно для переговоров в крупной компании, поэтому когда «птичка на хвосте» принесла новость, что они собираются открывать филиал в Испании, поняла, что это мой шанс. Так как вакансию нового переводчика только собирались открывать, я предвосхитила их и хорошо прошла собеседование. Поэтому не удивилась, когда через пару дней позвонили и предложили начинать работу.

И вот я сижу перед компьютером. У меня пока не много работы, перевести небольшой текст. Плевое дело, за полчаса справлюсь, а чем в остальное время заняться? В этот момент ко мне подошел Рома:

– Может, сходим на обед вместе? – шепотом спросил Рома.

– Я с удовольствием.

Он сразу мне понравился: высокий, симпатичный, русые кудряшки небольшой копной, в беспорядке лежат на голове, проницательные голубые глаза за модными очками. Налаживать контакты с коллегами будет делом не лишним. А может, что из этого и получится, вон как на меня смотрит. Так что мы пошли в ближайшую кафешку.

– Здесь наверно вся компания обедает? – спросила я у Ромы, когда забрав заказ, мы нашли, наконец, свободный столик.

– Вообще нет, здесь много неплохих кафе и ресторанчиков вокруг, так что все разбредаются в разные стороны. Но это мое любимое место.

– Давно ты работаешь в фирме? – поинтересовалась я у парня.

– Полгода, около того.

– Тебе здесь нравится?

– Да в крупной фирме всегда есть чем заняться и проекты интересные, в командировки часто отправляют. Это позволяет совершенствовать язык. У меня, знаешь ли, родители тоже лингвисты…Рома охотно рассказывал о себе, но не припомню ничего интересного в его рассказе. Обычный парень-переводчик, у него даже вредных привычек не было…

Так прошла первая рабочая неделя на новой работе. Коллеги, кроме Ромы, оказались очень необщительными. Хотя, может у них много работы. Зато Рома был внимателен и мил, видно, что я ему понравилась. Мне он тоже нравится, он неплохой парень. С ним интересно, у него всегда наготове какие-то истории.

Один раз он заговорщицким шепотом спросил:

– Хочешь пойти в лабораторию? Посмотреть, как делают известнейший крем?

– Что? Конечно, хочу, но…но это же запрещено!

– Если где-то есть знакомые, то можно о многом договориться – многозначительно сказал Рома. Во время обеденного перерыва, он, вооружившись электронным пропуском, повел меня на этаж лаборатории:

– Ты и пропуск раздобыл? – удивилась я.

Рома в ответ лишь подмигнул и мы, как два вора, озираясь по сторонам дошли до нужного кабинета. Там он позвал одну из сотрудниц. Она выглядела недовольной.

– Эм, Ром, ты уверен, что нам тут рады? – задала я все еще беспокоивший меня вопрос. Все таки я тут только неделю, а уже нарушаю внутренние правила. Как бы не уволили за такое. По мере приближения грозной девушки, мое беспокойство возрастало.

А вот потом было что-то странное. Я ведь тогда не обратила внимание, а сейчас, в свете последних событий, их разговор выглядел подозрительно. Девушка с грозным видом отозвала его в сторонку и зашипела на него, но слышно было не все.

– Зачем…ее? – прошипела девушка.

– Да ладно…она…и все. Как…тебе…достать?

– Еще…, но я…

– …может…полезна…

– Нет…лишних…мы…

Когда они вернулись, Рома представил девушку как просто Кристина, начальник лаборатории. Он был в плохом расположении духа, но старался не показывать виду, хотя дальнейший показ и провел без энтузиазма. Но я не обратила на это внимания. Меня поразила лаборатория: тут и там сидели люди с микроскопами и пробирками, что-то смешивали, ставили в центрифугу. Все это выглядело очень интересно, но я ничего не понимала. Не люблю химию со школы, не представляю, как можно что-то понять в этих формулах. Наконец, Рома сказал, что нам пора возвращаться. Мы незамеченными прошли на свой этаж и я выдохнула от облегчения.

– Спасибо, Ром. Это было интересно. Ты видимо часто туда ходишь?

– Нет, я сам там второй раз.

– А с этой девушкой, с которой ты разговаривал давно знаком?

– Нет, мы как-то разговорились в обеденный перерыв, она предложила экскурсию.

– Но, сейчас она была, видимо, недовольна, что ты меня привел.

– Нет, не обращай внимания, она разозлилась на меня. Я кое-что обещал сделать, но еще не успел, вот она и ругалась.

Мы стали часто обедать вместе. Рома вел себя немного странно: он вроде симпатизировал мне, делал комплименты, даже пару раз провожал домой, но при этом временами был какой-то отвлеченный и дерганый. Не шел на сближение, держал дистанцию. Меня это нервировало, он мне нравился, и я была не против развития отношений.

Однажды, я решила, что надо брать ситуацию в свои руки и раз «гора не идет к Магомеду…». Улучив подходящий момент, когда мы после обеда возвращались на работу, я поцеловала его, но не почувствовав ответной реакции, отстранилась и посмотрела в удивленное лицо парня.

– Эм – смутилась я, первый раз попав в такую неловкую ситуацию. Я вообще честно говоря первый раз сама целую парня.

– Слушай, ты мне очень нравишься, я просто…извини…не ожидал…то есть, черт, что я несу… – он провел рукой по волосам.

– Да нет, все в порядке…я просто захотела тебя поцеловать и поцеловала…это ни к чему не обязывает – я рассмеялась, чтобы разрядить атмосферу.

– Я заработался и у меня сейчас некоторые проблемы на…с родней, я немного…

– Пойдем уже, а то опоздаем – решила я прервать его, чтобы ему не пришлось и дальше оправдываться. М-да, ситуация была неприятная, но не смертельная, поэтому я решила ее забыть. Сейчас же поведение Ромы казалось немного подозрительным, но не потому что я такая раскрасавица, что просто не могу не понравится мужчине, а просто отметила его некоторую дерганность.

– Ай – поток воспоминаний прервался о большую поваленную сосну. Я не сразу ее заметила и чуть не упала. Глаза хоть уже и привыкли к темноте, небольшие очертания проглядывали сквозь черноту, но я смотрела скорее вперед, чем под ноги. Обошла его. Дерево было старое и упало, вывернув из земли всю корневую систему. Это сделало под ним небольшое укрытие. Что ж, прекрасное место для сна. Я сняла небольшую сумочку. Хорошо она была перекинута через плечо, благодаря этому я не потеряла ее. Надо найти хворост, в этот раз думаю можно развести огонь и лечь спать. Еще некоторое время я бродила вокруг, собирала сухие веточки. Хвала богам, что моя сумочка сборище всяких обычно ненужных вещей. Сейчас, как нельзя кстати, оказалась зажигалка. Она там валяется уже не один год на всякий случай и вот впервые этот случай настал. Если бы не она – не видать мне костра. Разведя костер и поднеся к нему руки, почувствовала некоторое облегчение. Жаль всю еду из сумочки съела пару дней назад, кто же знал, что придется скитаться по лесу? Решив все же пошарить в сумочке, я нашла карамельку на дне. Обертка частично развернулась, к голому участку налипли волоски и какие-то крошки. Видимо, она там не первый сезон лежит. В другой ситуации я бы не задумываясь выкинула ее, но сейчас почистила немного и с наслаждением засунула сладость в рот. Желудок жалобно заурчал. Натаскав еще немного всяких еловых веток, я сделала некое подобие кровати и легла. Вместе с усталостью пришло и полное осознание произошедшего. Ужас и страх накрыли с новой силой и слезы потекли из глаз. Ну как я могла попасть в такую передрягу?

Проснувшись, я увидела, что рассвет только коснулся верхушек деревьев. Посмотрела на потухший костер и, смахивая с себя всяких жучков и муравьев, аккуратно встала…Тело все ныло от сна на жесткой земле. Надо еще осмотреть себя на наличие клещей…бр-р. Ночью закусали комары, а может и муравьи. Все чесалось и, я с раздражением сняла одежду, вытащила оттуда всех букашек. Наконец осмотрела себя и опять оделась.

Как же хочется есть и пить…Если с водой особых проблем не было: я прошлась по поляне и попила росу с листиков, пусть немного, но для начала хватит, то с едой был серьезный напряг. Последний раз я ела почти сутки назад, а здесь не находила даже поганки. Проскакала белка, и я в задумчивости уставилась на нее…интересно белки вкусные? Тьфу ты, ерунда всякая лезет в голову. Я осмотрелась: днем в лесу так непривычно тихо, нет той какофонии городских шумов и совсем не страшно, не то, что ночью. Солнце пробивается сквозь листву, поют птички. Как же здесь хорошо. И почему я раньше никогда не гуляла в лесу?

Но надо идти и быстрее. Пока я спала, меня наверно разыскивали, а может они все-таки отстали от меня? Вряд ли…Я была свидетелем убийства, они не оставят меня…Быстро зашагала вперед, рассматривая лес. И тут я услышала какой-то шум, решила пойти в ту сторону и довольно скоро увидела, что вышла на оживленную автомобильную трассу. Ура! Теперь я могу идти вдоль нее, уж в какой-нибудь город приведет. Какой-никакой ориентир. Тем временем я шла и шла, сил было все меньше. Воды находилось мало, еды не было вообще. От голода болела голова, и я решила остановиться на привал, поесть хоть листьев с деревьев. Села на поваленное дерево. Ноги дрожали, сил оставалось все меньше, а плана все не было. Ладно, найду нормальный ночлег, поем, потом буду думать.

Снова и снова в голове прокручиваются кадры последних дней:

– Привет – поприветствовал меня ранним утром Рома. Выглядел он довольным – Прекрасно выглядишь.

– И тебе привет. Спасибо.

– Может, сходим в кафе после работы?

– Давай.

– Отлично – Рома как-то уж слишком обрадовался.

Вечером мы сидели в прекрасном, довольно дорогом кафе. Он был обходителен и галантен. Рассказывал уморительные истории, всячески веселил и заигрывал со мной, а я наслаждалась его обществом. После он отвез меня домой и напросился на чашечку кофе. Я понимала, куда он клонит, но была не готова спать с ним. Он, то не отвечает на мой поцелуй, то активно ухаживает. Не нравится мне все это. Надо отказать, уверенно решила я, но видимо слишком долго раздумывала, потому что парень меня опередил:

– Обещаю не приставать, если сама не захочешь…Просто посидим, поболтаем, или посмотрим фильм. Не скучать же вечером в пятницу.

– Ну хорошо – согласилась я, мне тоже не хотелось провести остаток вечера в одиночестве.

Он, как и обещал, вел себя примерно, мы посмотрели фильм и он, легко поцеловав меня на прощание в губы, ушел домой.

Прошла еще одна рабочая неделя. Рома вел себя более внимательно, приглашал каждый день на обед. В субботу он пригласил меня к себе домой на ужин. В пятницу вечером, я решила сделать генеральную уборку. Давно не выметала пыль из-за шкафов и на высоких полках. Вооружившись веником, пылесосом и влажной тряпкой я заглядывала во все потаенные уголки. После небольшого отдыха, продолжила в коридоре. Там стоял довольно большой и тяжелый комод. Я не любила за ним убираться. Тягать эту махину было сложно, но надо. За ним всегда скапливалось много пыли и всяких безделушек от моих заколок, до рекламных флаеров. С трудом отодвинув его, я взялась за пылесос, но увидела флешку. Странно, я не помню у себя такой. Бросила ее в сумочку и решила глянуть на работе. В субботу утром я только позавтракала, обедать не стала, было жарко и есть не хотелось. К тому же Рома сказал, что приготовит что-нибудь к моему приходу…

В лесу становилось темно, сверчки трещали так громко, что какофония звуков оглушала. Найдя место для ночлега, я устало повалилась на свою кровать из веток. Как же хочется кушать. Живот сильно урчал, голод и жажда перебивали даже усталость, комары жужжали над ухом, шорохи в траве. Все это никак не давало заснуть. Поворочавшись еще немного, усталость, взяла-таки свое.

Следующий день выдался особенно тяжелым. Сказывался голод, обезвоживание. Хоть я и пила из всего подряд, не брезговала даже небольшими лужицами. Если превращусь в козленочка, мне же легче. Но за день, едва ли набиралось больше пол литра. Еле передвигая ноги, спотыкаясь, и чуть не теряя сознание я шла и шла. Вечерело. Вдруг лес начал редеть, я вышла на небольшое поле, а за ним…высотки. От радости на глаза навернулись слезы. Я шла по лесу больше двух дней, а не ела уже дня три. Осталось немного, доползти только до магазина и купить еды. А переночевать можно на детской площадке или вернуться обратно в лес. Главное дойти. Увидев, что спасение уже близко, силы покидали меня, казалось, с удвоенной силой.

Так, нельзя чтобы меня потом опознали если что. Как хорошо, что у меня, как у истинной женщины, даже в маленькой сумочке валяется карандаш для глаз, тушь и помада. Достав зеркальце, я взглянула в маленький кругляшочек и ужаснулась. Та тушь, что была красиво нанесена перед свиданием, теперь с ресниц переместилась на щеки и черными полосами украшала их. Местами полосы устремлялись к самым ушам. Белки глаз были красные, губы потрескались. Тут и там виднелись царапины и укусы. Да-а-а, макияж тут нужен усиленный, а возможности сейчас нет. Ладно, нарисую что-нибудь…О, у меня и красная помада с последней вечеринке завалялась, отлично. Нарисовав губы выше контура и подведя глаза на манер панды, я взглянула в зеркало. Блин, теперь я похожа на пьяную путану, потому что руки тряслись и глаза оказались криво накрашены. Ну и ладно, зато мою истинную внешность распознать за этим великолепием почти невозможно.

Наконец, кое-как я добрела до домов и чуть пошатываясь зашла в арку дома. Там, привалившись к стене, стояли трое парней. Надо у них спросить, так быстрее будет, чем искать.

– Простите, вы не подскажете где ближайший продуктовый? – обратилась я к ним, когда доковыляла. Это мне еще повезло, что я не каблуки в тот день надела, а балетки.

– И даже покажем – сказал один из них – Пойдем – ответил он довольно нагло и развязно, но я не обратила на это особого внимания.

– Вот спасибо – ответила я.

– Потом поблагодаришь – заржал другой и я напряглась.

Что-то мне не нравятся эти ребята. Мой мозг, недополучавший питание сейчас плохо соображал, иначе никогда бы я к ним не обратилась, и тем более не пошла с ними. Краем глаза отмечала их движения и вся эта ситуация начала нравится мне все меньше. По позвоночнику прошел полосой страх, приподнимая волоски на руках. Мы подходили на выход из арки и я решила убежать от них, благо они шли впереди и с боков и никого сзади. Чуть притормозив, я резко развернулась и побежала из последних сил.

– Держи ее – послышался сзади голос одного из них.

Я пыталась бежать быстрее, но ослабшее тело плохо слушалось.

– Помогите! – что есть мочи крикнула я, но тут же почувствовала, как меня схватили, закрыв рот рукой. Я с силой, на которую была сейчас способна, укусила его за руку и почувствовала металлический вкус во рту. Парень взревел и инстинктивно отдернул руку, а я опять заорала, что есть мочи:

– Помогите! Спасите!

В это время подбежал другой и с криком:

– Заткнись, сука – ударил меня по лицу.

Вспышка боли и все провалилось в темноту. Пришла в себя в темноте и не сразу различила силуэты, только голоса:

– Нам сегодня повезло.

– Да только краля потрепанная.

Привыкнув к темноте, я увидела первее, чем почувствовала, как один из парней расстегивает мои шорты. А два других стоя где-то не в поле моего зрения, похабно подстегивали его.

– Дай мне, что ты там возишься – оттолкнул его другой и начал яростно сражаться с замком.

Они начали спорить, кто будет первым, а у меня полились слезы. На моих глазах убили человека, я скиталась по лесу и голодала, неужели сейчас я просто буду изнасилована в какой-то подворотне. Ярость, злость, страх распирали меня изнутри. Ну нет, так просто они меня не получат. Было бы спасением оставаться в беспамятстве, но раз уж я пришла в себя, надо попытаться хоть что-то сделать. Я не обольщалась, что смогу справиться с тремя, пусть и тощими парнями, и мне было дико страшно, но злости было больше. Делая вид, что все еще в отключке, я попыталась понять, где стоят другие. Один сбоку, другой ближе к голове. Схватят сразу…Что же делать? Думай, думай…думай быстрее. Он уже расстегнул шорты и, не снимая их, засунул руку мне в трусики.

– Эй, да она гладкая там. Вот это удача сегодня.

Другие тоже подошли ближе.

– Я буду первым!

– С чего это?

Они начали оживленно спорить и, оставив меня без внимания, чуть не дрались друг с другом. Вот он! Мой шанс. Я вскочила на ноги и с криком:

– Помогите – что есть мочи бросилась обратно. Ноги не слушались, голова кружилась после удара. Еще раз успев крикнуть о помощи, меня сбили с ног, а потом подняли. Я как-то умудрилась врезать одному коленом по яйцам, но двое других повалили меня. Один держал мои руки высоко вверху и зажимал рот. Другой, не обращая внимания на товарища, которому от меня досталось, с удвоенной скоростью начал снимать с меня шорты. Я извивалась, как змея и пыталась укусить руку мерзавца.

– Выруби ее – послышался голос сверху.

– Когда сопротивляется веселее, а то, чем тогда лучше резиновой? – заржал другой – Просто держи ее руки. Что ты с одной бабой не можешь справиться.

Я укусила-таки руку и, как казалось, закричала:

– Помогите – Но услышала, что мой стон, скорее похож на писк котенка.

Последовал еще один удар по лицу. Не такой сильный, чтобы обрести, наконец, спасительную отключку, но достаточный, чтобы в голове все разрывалось от боли. Следующий удар пришелся в живот, выбивая из меня весь воздух. Больно, как же больно.

– Эта сука кусается, найди кляп.

Рот мой уже не закрывали, но я не кричала, не могла даже это. Спустя время, я вдруг поняла, что мои руки свободны. Вокруг что-то происходило, какая-то потасовка. Они что опять дерутся? Это мой шанс бежать. Превозмогая сильную боль в голове и животе, я села и увидела дерущихся, но один явно был сильнее и мутузил остальных. Я поднялась на ноги и, пошатываясь, пошла прочь. Ноги подкашивались и наконец, попав в небольшую ямку, я не удержалась на ногах и упала на траву. Я больше не могу, была последняя мысль. Потом над моим лицом склонилось мужское, и я, ожидая очередного удара, закрыла руками голову.

– Не надо – чуть слышно простонала я и погрузилась в спасительную темноту.

2.1 Алекс.

Сегодня припозднился с пробежкой из-за Катерины. Еще и настроение испортила своими истериками. Хуже банного листа, ей богу, не отвяжешься. Ошибкой было пускать ее к себе жить. Больше не повторю. Черт, наушники дома забыл. Возвращаться не хочется. Ладно, сегодня побегаю под мрачный аккомпанемент собственных мыслей. Пробежав сквозь арку, послышалось, что кто-то звал на помощь. Остановился, прислушался…нет, все тихо, показалось наверно. Только собрался бежать дальше, как снова услышал слабое «помогите», метрах в тридцати. Начал быстро пробираться в ту сторону. Раздвинув кусты, на одну секунду оторопел от шока. На земле лежала женщина, ее руки держал один мужик, второй между ее ног возился со своей ширинкой. Третий чуть в стороне, согнувшись пополам, держался за яйца. Этой заминки хватило, чтобы понять, что здесь происходит. В следующий момент я одним ударом вырубил того, что был ближе ко мне. Двое других моментально среагировали, бросили женщину и начали подходить. Как хорошо, что вам не хватило мозгов бежать. Будет об кого почесать кулаки, груши мне сегодня было мало. Дерьмовый день, и такой же вечер. Разделался я с ними быстро. Слишком быстро. Сломанные носы и челюсти, переломы ребер. Напоследок каждому хорошенечко добавил по яйцам. Завтра их бубенцы будут лиловыми и, повезет, если причиндалы, еще будут работать по назначению. А, впрочем, даже лучше, если не будут. Их жалобный вой музыкой отдавался в моей голове. Так и надо тварям. Обернувшись, не увидел женщины на прежнем месте. Покрутил головой и заметил худенькую сгорбленную фигурку, потом она упала. Побежал к ней, женщина вся сжалась и жалобно едва слышно прошептала «Не надо», но сразу отключилась. Что же за твари такие? Нет, я тоже не святой, но бить и насиловать женщин, это совсем край. Хочешь называться мужиком, а не яйценосцем, дерись с достойными соперниками.

Не долго думая, поднял ее на руки, совсем лёгенькая. В душе снова поднялась злость на мразей. Принес домой, положил ее прямо на пол в коридоре и брезгливо поморщился. Выглядела женщина как профессионалка, причем не сильно высокооплачиваемая. Ужасный, плохо наложенный, макияж сейчас был растерт по лицу, а на скуле наливался синяк. Красные, тоже полустертые губы, ярко выделялись на бледном лице. Спутанные волосы одним комком лежали рядом. Вся грязная и поцарапанная. Ну, в любом случае, какой бы падшей она не была, эта женщина не заслужила такого. Придется ее помыть сначала. Не класть же ее такую на чистую кровать. Побегал, блин.

Оставив ее на прежнем месте, пошел набирать ванну. Налил в нее побольше пены, в кой-то веке, порадовавшись, что бывшая была повернута на косметике. Если бы не ее проживание здесь, мыть бы бедолагу пришлось своим шампунем или кусковым мылом. А женщины это не любят. Катерина не раз морщила свой подправленный хирургом носик, когда приходилось намыливаться по-старинке. Так у меня сначала появилось жидкое мыло, потом гель для душа, а затем постепенно, ко мне перекочевали ее средства гигиены и пол шкафа вещей. И я это позволил, потому что вначале она была такой покладистой, как мне надо: мозг не выносила, ничего не требовала, давала, когда хочу. Ну и я ее не обижал подарками. А потом потихоньку началось то из-за чего я не завожу постоянных баб: ты где был, почему меня с собой не взял, я скучаю, когда ты придешь…Вернувшись к найденке в коридор и из воспоминаний, поднял ее снова на руки, перенес в ванную и начал раздевать. Раньше не приходилось раздевать бесчувственных женщин, оказывается это та еще задачка. Расслабленные мышцы тяжелее, кожа скользкая и так и норовит выскользнуть из рук. А одета она не как путана, мимоходом заметил я. Простые шорты и некогда простая белая футболка, без принта, балетки на ногах. Так «бабочки» не одеваются. Раздев ее, невольно залюбовался телом. Длинные стройные ноги, маленькие ступни, небольшие упругие груди, узкая талия, переходящая в плавные округлости бедер. Очень женственная фигура «гитарного» типа, возбуждает фантазии, когда ты руками фиксируешь за ложбинки талии и помогаешь насаживать ее на себя. Нежно-розовые маленькие ореолы груди и красивые маленькие камешки сосков были такими, как я люблю. В целом, мне все равно какая у женщины грудь, главное, что она есть, но все же большие темные ореолы я не любил. Внимательно разглядев, понял, что передо мной молодая девушка. И с чего я решил, что она взрослая женщина? Наверно ее макияж был отсылкой куда-то в девяностые. Вид прекрасного женского тела портили синяки, особенно крупный на животе, царапины, засохшая грязь, мелкие и крупные красные точки, как от укусов комаров. Но чтобы так покусали, надо спать в лесу. Хм, вообще лес тут как раз недалеко. Снова посмотрел на ее лицо, но из-за тонны косметики, понять что-либо было невозможно. Подняв ее, погрузил в ванную. Пришлось поддерживать за плечи, чтобы она не скользила под воду, а другой рукой кое-как тер ее мочалкой. Наконец, когда тело было чистым и чуть порозовевшим от жесткого трения, принялся отмывать лицо. Здесь дело шло труднее. Черные разводы никак не хотели смываться и я понял, что тушь у девчонки была водостойкой. Снова нахлынули воспоминания, когда Катерина остервенело пыталась отмыть куском мыла свою водостойкую тушь и стерла лицо чуть не до черепа, а ресницы так и остались накрашены. И зачем им эта дрянь, если ее нельзя смыть обычной водой? Точно! Что-то краем уха слышал от Катерины про какую-то особенную воду для смывания этой штуки. Спустил из ванной чуть воды, чтобы девчонка не захлебнулась, пока я буду ковыряться в квещах своей бывшей. Удостоверившись, что она не съезжает, пулей вылетел в коридор. Залез в чемодан, нашел косметичку Кати: кучи, нет горы тюбиков: пилинги, маски, кремы для ног, рук, тела, ногтей, лица, век, японские иероглифы вместо названия…Господи, зачем одной бабе столько всего? Если бы не видел ее по утрам своими глазами, подумал бы, что она из кикиморы с помощью этого всего превращает себя в человека. Хотя настоящей кикиморой она и оказалась…Так вот оно мице…что? Мицелярная вода. Это единственная здесь вода, так что вероятно это оно. О, а вот это даже лучше, подумал я, увидев салфетки для смывания макияжа. Подхватил и их на всякий случай, быстро вернулся обратно. Начал опять набирать воду, а то кожа ее стала холодной, а соски сморщились, показавшись сквозь пену. Достал одну салфетку и аккуратно мазнул по щеке. Как по волшебству, кожа под ней стала совсем чистой. Ого, мыло все только размазывало по коже, а этот кусочек влажной ткани сразу все очистил. Чем она пропитана, кислотой что ли? Но задумываться над этим дальше не стал, начал аккуратно сантиметр за сантиметром очищать ее кожу. Чувствовал себя археологом, который из грязи, пыли и земли участок за участочком достает из недр драгоценность. Истратил не одну салфетку, чтобы добраться до совершенства и залюбовался результатом: нежная светлая кожа, сейчас была бледной, на носу и щеках очаровательные веснушки, пушистые коричневатые ресницы, маленький носик и красивой формы губы. Не полные, как я люблю, но и накачивать она их не стала, под стать последней моде. Что ж, похвально. Хотя, какая мне разница, что там делает или не делает эта начинающая профессионалка. А с чего я взял, что она начинающая? В этом мире проститутками порой и в 13 становятся, а ей на вид, лет двадцать пять. То есть у этой милой куколки запросто может быть десять лет трахального стажа. Но странно, что она свою красоту замазывает ужасным макияжем. Ай, да ладно, устал уже, надо быстрее ее домыть. Дело за малым – помыть волосы и отправить ее на кровать.

К моменту, когда я ее благоухающую, одетую в свою футболку и трусы, положил на кровать, время перевалило за полночь, а я устал, как черт. Одевать ее вялое тело тоже было сложно, но оставить ее голой, значит, спровоцировать истерику утром. Лег рядом с ней, но потом понял, что проснувшись, она может испугаться меня. С чертыханьем встал и поплелся спать на диван.

1.2. Лика.

Больно. Первым пришло это ощущение, затем я медленно открыла глаза. Следующим пришло удивление. Я лежу на удобной кровати, под пышным одеялом, от которого исходит приятный мужской аромат. В комнате было прохладно, значит есть кондиционер, ведь лето в этом году выдалось на редкость жарким. Повернув голову налево, я увидела яркий свет, который был скрыт плотными шторами. Только в небольшую щелку просачивался лучик солнечного света, скользя по белому полу, он поднимался по серым стенам и завершал свой золотистый круг на светлом потолке. Справа был встроенный шкаф и дверь рядом с ним, ближе к углу комнаты. Рядом еще дверь, но на другой стене. В целом комната производила впечатление очень уютной, современной, мужской и со вкусом обставленной. Скорее всего, потрудился дизайнер.

Неужели те вчерашние уроды, богатенькие детки? Но почему они притащили меня сюда? Я отодвинула одеяло и посмотрела на себя. На мне была мужская футболка и шорты. Стоп, это не шорты, это мужские боксеры…Вопросов становилось все больше. Если они меня все-таки изнасиловали, то почему не бросили там? Зачем было тащить меня к себе домой? Разве что для продолжения? В памяти всплывали вчерашние события. Они дрались и один явно побеждал. Может, он решил один попользоваться мной? Эта версия была наиболее вероятной. Надо найти, чем можно обороняться. Я села в кровати и все поплыло перед глазами. У-у-у, я беспомощна, как котенок. И в обычном состоянии, я бы не справилась, а сейчас все еще хуже. Переждав, пока комната перестанет вращаться, я снова оглянулась по сторонам, но уже с целью найти, чем обороняться. На тумбочке стоял светильник. Это, пожалуй, был единственный предмет не сильно тяжелый и не прибитый к стене, который можно использовать. Если треснуть им по голове, это немного остановит мужчину. А может в тумбочке есть что-то посущественнее? Открыв верхний ящик, я увидела набор для секса: презервативы, наручники, шелковые веревки…

Испугавшись увиденного, я быстро закрыла ящик. Голова немилосердно болела и кружилась. Меня подташнивало от голода и ужаса, и я устало откинулась на подушки. Я не смогу ничего с ним сделать. У меня просто не хватит сил. Почувствовала, как горькие слезы бессилия текут по щекам. Вдруг, услышав, как дверь открылась, я резко открыла глаза и села. Все плыло, но я смогла разглядеть, что это мужчина. Схватив светильник, занесла его над своей головой и сказала:

– Не подходи.

Мужчина поднял руки вверх.

– Не бойся меня – сказал он, но не послушался и подошел ближе.

– Не подходи – повторила я и, аккуратно встав с кровати, начала приближаться к двери, обходя мужчину по дуге – Не трогай меня, иначе я разобью его об твою голову – и пока он не успел что-то ответить, проскользнула за дверь и выбежала в огромную гостиную.

Панорамные окна в пол были здесь вместо двух стен – напротив и слева. Справа был большой диван посередине. Больше я ничего не разглядела, пытаясь отыскать выход. Обежав диван, я увидела прямо кухню с островом посередине, а вот справа по коридору была дверь из квартиры. Ринувшись туда, мне пришлось поставить лампу, и я пыталась понять, как открыть эту чертову дверь. Покрутив лихорадочно различные замки, я дергала за ручку, но та не поддавалась. Вдруг услышала сзади звяканье металла. Сглотнув, я обернулась и увидела мужчину, он тряс ключами. Я обессилено привалилась к двери. Эта нетрудная задача выбила из меня все силы. Закрыв руками лицо, я не смогла сдержать слез и, плача, сползла на пол.

– Тихо, тихо – послышалось где-то над ухом голос и мужчина подхватил меня на руки – Не бойся меня.

– Зачем? Почему я? – в отчаянии говорила я, пока он нес меня на руках обратно в спальню – Пожалуйста, не надо – я просила, но понимала, что это еще никого не останавливало. Меня же успокаивало только то, что он один. Одного как-нибудь переживу, надо просто отрешиться от происходящего. Потерпеть немного.

– Нет, ты не поняла, я не один из вчерашних уродов.

Я перестала плакать и в удивлении посмотрела на мужчину, а он в это время положил меня обратно на кровать и укрыл одеялом до подбородка. Я не очень-то поверила ему, может это какая-то изощренная игра. Поэтому начала выбираться. Мужчина же положил свои руки поверх одеяла рядом с плечами, пригвождая тем самым меня к кровати, лишая возможности шевелиться и сказал:

– Послушай внимательно – я смотрела на него, ожидая своего приговора – Ты в безопасности. Вчера я пошел бегать, но услышал твой крик о помощи. Они, кажется, не успели тебя изнасиловать – я отрицательно помотала головой, подтверждая его слова – Но ты была без сознания, я принес тебя к себе домой. Единственная вольность, которую я себе позволил – это помыл тебя – только сейчас я поняла, что пахну вкусно, а не потом и землей – Извини, пришлось раздеть тебя до гола – я сглотнула в смущении – Но тебе не надо меня бояться, я не насильник и не привык пользоваться беспомощным положением женщины. Теперь я расслабилась. Только сейчас поняла, что тело было каменным от напряжения. Он сильнее меня и я не справлюсь с ним, поэтому если захочет, сделает со мной все, что ему взбредет в голову.

– Спасибо – искренне сказала ему и устало закрыла глаза. Он перестал меня держать.

– Не за что. Как твоя голова? Наверно болит сильно, тебе надо поесть и выпить обезболивающее.

– Я не ела три дня. Буду благодарна, если дашь мне что-нибудь, не волнуйся, я сразу уйду и не побеспокою тебя больше.

– Не спеши. Я тебя не выгоняю, тебе сильно досталось. Восстанови силы, потом поговорим. Сейчас я принесу тебе поесть – с этими словами мужчина встал с кровати и пошел к выходу.

– Нет, я сама могу дойти – ответила я и резко встав с кровати чуть не упала. Голова опять закружилась.

– Не геройствуй, – сказал мужчина, ухватив меня за талию и, уложил обратно – Ты очень слабая, тебе надо лежать. Я благодарно улыбнулась ему.

– Можно узнать, как зовут моего спасителя?

– Алексей, но лучше просто Алекс.

– А я Лика.

– Красивое имя. Сценический псевдоним?

– Не поняла… – я слегка нахмурила брови.

– Ничего, не обращай внимание.

Алекс ушел, а я смотрела ему вслед. У него был мощный торс и руки, пружинящая походка, как у хищника перед прыжком. Видимо он был сильным и ловким, раз справился с теми тремя, а у самого ни синячка, только костяшки на руках сбиты. Красивое мужественное лицо с добрыми глазами, правильными чертами лица и аккуратной короткой бородкой. Наверно у него пассий больше, чем у меня веснушек летом. Наконец, мужчина вернулся с подносом. От него исходил чудесный аромат. Живот заурчал, а рот сразу наполнился слюной.

– После длительной голодовки много есть нельзя – предупредил мужчина.

Алекс помог мне принять сидячее положение, поправив подушку за моей спиной, и поставил поднос на ноги. Я с жадностью набросилась на еду и выпила целый стакан воды, попросив добавки. Он услужливо принес еще. Когда я доела, мужчина протянул мне две таблетки.

– Что это? – все еще с долей подозрительности спросила я.

– Обезболивающее, будет лучше. Перестанет болеть голова.

– Откуда ты знаешь, что она у меня болит?

– И не только она, скула тоже…Поверь, я был в разных передрягах и знаю, как тебе сейчас плохо. Поэтому тебе надо выпить обезболивающее и еще поспать.

Я взяла с его ладони таблетки. Почему-то дотронувшись до его руки, сердце забилось сильнее. Этого мне еще не хватало. Он меня спас и теперь я начинаю к нему испытывать симпатию. Мне и без этого проблем хватает. А с другой стороны, почему бы не переспать с ним? Моя смерть вопрос решенный, скоро те убийцы найдут меня, тут не о чем заблуждаться. Что я могу противопоставить профессионалам? Ничего. Может хоть получить наслаждение перед смертью? Секс с таким мужчиной, пожалуй, стал бы неплохим завершением моей короткой жизни. Господи, о чем ты думаешь? Какой секс? Тебя Лика, похоже, по голове сильно били. Эти сумбурные мысли, жалость и злость на себя вызвали поток слез.

– Эй, ты чего? – спросил меня Алекс убирая поднос – Болит что-то? – Я отрицательно помотала головой, а он обнял меня – Не плачь, все хорошо. Все уже хорошо – Я доверчиво прислонилась к нему. Он так приятно пахнет: легкий аромат кондиционера для белья от его футболки и его неповторимый индивидуальный, такой вкусный аромат окончательно добили меня, и я зарыдала с новой силой.

– Ш-ш-ш – успокаивал меня мужчина – Тише девочка.

Скоро мне не придется ни быть в объятиях мужчины, ни любить. Я не стану мамой, женой, чьей-то любимой, я уйду в небытие. Даже оплакивать меня будет всего лишь маленькая кучка людей. Я вздрагивала всем телом, а Алекс гладил меня по спине, и что-то тихо говорил. В его объятиях было так спокойно, тепло и…сонно? Хочется спать…сильно, неестественно.

– Что ты дал мне? – спросила я заплетающимся языком, с вновь вернувшимся беспокойством.

– Не бойся. Это легкое снотворное, для твоего же блага, тебе надо восстановиться.

– Нет, мне надо…и-д-т-и… – больше я ничего не смогла сказать, веки отяжелели, сопротивляться сну было больше невозможно.

Проснулась я лежа на спине, как и в первый раз, аккуратно прикрытая одеялом до самого подбородка. В комнате было все так же темно, слышался только небольшой гул кондиционера. Я потянулась и почувствовала, что мне лучше. Осмотревшись, я заметила на тумбочке поднос с едой. А на кровати лежали какие-то вещи. Я была зла на Алекса, за то, что он опоил меня снотворным без спроса, но после сна я чувствовала себя и правда бодрее. Отбросив злость, я потянулась к еде. Как же хорошо, когда можно покушать. И почему мы начинаем что-то ценить, только лишившись этого? У меня была спокойная нормальная жизнь. Скучная, съязвил внутренний голос. Ну и что! Возразила я, зато без вот этих вот потрясений. А сейчас что лучше? Меня хотят убить, чудом не изнасиловали, побили знатно. Первый раз в жизни меня били. А я между прочим недавно устроилась на работу мечты. Это было моим достижением, хоть я и считала, что все не так уж и радостно: то парня подходящего нет, то путешествовать не успевала. Зато сейчас лишившись всего в жизни, а скоро вероятно и самой жизни, начала ценить простые удовольствия…Покушав, наконец, я потянулась к вещам. Там было нижнее белье в запечатанной коробке, несколько разных футболок, джинсы и шорты, все с этикетками. Ого, он для меня все купил? Или от бывшей осталось? Примерила белье, надела шорты и футболку. Все было как раз. Пройдя в ванную, я с наслаждением почистила зубы, оставленной специально для меня щеткой. М-м-м чистить зубы щеткой, а не палочкой – блаженство.

Выйдя в таком виде в гостиную, я увидела Алекса на диване. Он сразу встал при моем появлении.

– Вижу все подошло.

– Да, у тебя глаз – алмаз. Спасибо, но не стоило.

– Ты еще дуешься за снотворное? – с легкой улыбкой проговорил он.

– И да, и нет – ответила я, а мужчина вопросительно поднял брови.

– Мне не нравится, что ты не спросил меня, – решила пояснить, – но ты мне очень помог, поэтому я не злюсь, я раздосадована.

– Прости, обещаю больше так не делать.

– Конечно, ведь я ухожу.

– Куда ты собралась, на ночь глядя? Избитая и слабая.

– Мне уже гораздо лучше и надо идти.

– Я не для того тебя выхаживал, чтобы ты опять попала к каким-нибудь уродам – ответил мне мужчина серьезно, даже сурово.

– Спасибо конечно, но если ты теперь будешь от меня требовать благодарности, то не стоило вообще этого делать.

– Ну хорошо, Рыжик, раз ты не слушаешь меня, прислушайся к голосу разума. Подумай, куда ты направишься вечером, не зная района, без телефона, с картой, флешкой, фантиком от конфетки и нехитрым набором косметики. А нет, еще зажигалка…

Я побледнела и даже не успела возмутиться этому его «Рыжик».

– Ты рылся в моей сумочке?

– Не рылся, а исследовал. Ты была без сознания, я хотел понять, может, тебя ищет кто, с ума сходит. Но, честно сказать, набор необычный, даже телефона нет. Потеряла?

– Это все не твое дело. Мне пора. Отдай мою сумку.

– Нет.

– Что значит, нет? – недоуменно спросила я, а Алекс удивленно смотрел на меня, как будто не ожидал, что я буду настаивать уйти – Ты не понимаешь…

– Так объясни.

– Я не обязана ничего тебе объяснять. У меня нет на это времени. Я спешу.

– Пока не объяснишь – ничего не отдам.

Я разозлилась:

– Да что тебе от меня надо? Тебе что скучно? Своих проблем не хватает? – я увидела, что он просто смотрит на меня, никак не реагирует на мою злость, но явно ждет продолжения: – Хорошо. Я поругалась с парнем, он меня ударил, и я ушла, но он псих, будет меня искать. Мне надо срочно идти как можно дальше, чтобы он меня не нашел… – проговорила я скороговоркой – Все? Отдавай сумку.

Алекс ушел на кухню.

– Иди сюда – крикнул он.

Я раздраженно пошла за ним. Мужчина стоял у плиты и что-то делал.

– Садись.

– Да какого черта? – взорвалась я.

– Садись, говорю. Под чай лучше разговаривать.

– Какой на хрен чай? Ты меня слышал вообще?

– Слышал, но это неправда – Я хотела возразить, но он меня опередил: – Не пытайся доказать обратное – он обернулся и с хитрой улыбкой посмотрел на мой открытый рот с застрявшими контраргументами.

А может хрен с ней с сумкой? Блин нет, там моя карточка с деньгами, а без денег я не проживу. Ладно, спать можно на улице, но надо еще и кушать как-то. Я устало села на стул.

– Вот и умница. Чай я заварил. Настоящий. Друг из Японии привез. Такого здесь не купишь.

– У вас богатых свои причуды – проворчала я. Он загнал меня в угол и мне это не нравится.

– Да я беден как церковная мышь – возразил мужчина.

– Оно и видно…Продай квартиру и поселись в районе, денег еще останется, чтобы лет пять прожить ни в чем себе не отказывая.

– Это не моя квартира. Знакомый разрешил пожить, пока он в отъезде.

– А-а-а, поэтому чемодан у входа. А вообще с трудом верится, что человек, у которого такие богатые знакомые не может пристроиться на хорошее место. Если только ты не лентяй.

– Все сложно – ответил Алекс.

– По-другому и не бывает.

– Ну так что на счет правды?

– Никак не могу понять, зачем тебе это?

– Мне скучно.

– А я что на шута похожа?

– Нет, но я очень любопытен, а твоя история ну явно интересная.

– С чего ты взял?

– Чувствую.

Я недовольно фыркнула.

– Ты пользуешься моим зависимым положением, чтобы развеять свою скуку и удовлетворить любопытство? Ну ты и сволочь! – с чувством произнесла я.

– Да, сволочь и не скрываю этого. Но эта сволочь может тебе помочь.

– Сволочи не помогают, они действуют в своих интересах.

– Ну, а я тебе о чем говорю? Скучно мне, расскажи, что тебе терять?

– Ладно – согласилась я, устав даже от такого простого спора. И как я собралась куда-то идти? С неохотой пришлось признать, что Алекс прав, я еще очень слаба. Уставившись в свои сложенные на столе руки, я обреченно начала рассказ:

– Я устроилась в одну известную фирму, может ты про нее слышал «Face&Hands» – мужчина отрицательно помахал головой и налил мне чай – Опять со снотворным? – спросила я с подозрением.

– Нет, я же обещал, что больше не буду так делать. А обещания я держу.

Я сделала глоток.

– М-м-м, вкусный. Но я люблю с сахаром – Алекс встал и достал с полки сахарницу.

– Весь чай испортишь – пробубнил он, а я лишь слегка улыбнулась и продолжила рассказ:

– Там я познакомилась с Романом. Приятный молодой человек, он начал за мной ухаживать. Однажды вечером я поехала к нему на ужин, а проходя мимо окна, краем глаза заметила сквозь щель в шторе что-то странное и вернулась посмотреть. Рома был привязан к стулу, на лице его расплывались кровоподтеки, во рту кровь, а напротив него двое мужчин с пистолетами. Что они у него спрашивали, было не слышно, но в итоге один из мужчин навел на него пистолет и выстрелил. Я вскрикнула от неожиданности. Видимо меня услышали, потому что они сначала повернулись в сторону окна, а потом побежали к выходу. Я же уже бежала в сторону леса. Два или три дня я шла по лесу, ну а потом вышла к этому дому. Дальше ты и сам все знаешь.

Закончив рассказ, я отхлебнула сладкий чай. Алекс молча сидел с сосредоточенным видом, наконец, он спросил:

– А накрашена так почему была?

– Конспирировалась. Понимаю, что меня теперь ищут, я же свидетель убийства – Алекс молча кивнул каким-то своим мыслям.

– А из-за чего могли убить парня?

– Понятия не имею.

– На работе вы скрывали свой роман?

– Да не было никакого романа, просто иногда обедали вместе в кафе недалеко от работы и один раз вечером встретились.

– Значит, все это видели коллеги. Как думаешь, сколько бандитам надо времени, чтобы установить вашу связь, и понять, кто был свидетелем? – я задумчиво замолчала – Тебе повезло, что ты сбежала. Что планируешь делать дальше?

– Скрываться.

– И ты думаешь, что справишься одна? У тебя есть опыт в подобных делах?

– У меня нет выбора…

– Выбор есть всегда. Я могу помочь тебе.

– Нет – категорично ответила я.

– Почему?

– Я не хочу, чтобы из-за меня погибли люди. Поэтому, и не только, мне надо как можно быстрее уходить, а ты меня задерживаешь.

– Я предлагаю тебе свою помощь добровольно. Я знаю, на что иду.

– Но почему? Зачем тебе это? – недоумевала я.

– У меня своя охранная фирма. Но дел мало, мне скучно, возьму твое. К тому же я один раз уже спас твою рыжую головушку, не хотелось бы осознавать, что это напрасно.

– У меня нет денег за твою работу – ответила я, проигнорировав намек на благодарность.

– Это бесплатно. Если мы выиграем, это дело само станет прекрасной оплатой.

– Я не знаю. Мне надо подумать.

– Да о чем тут думать? На… – снял с магнитной стены нож и положил предо мной – Нападай на меня. Докажи, что можешь постоять за себя.

– Я не хочу тебя ранить.

Алекс засмеялся и сквозь смех произнес:

– Поверь, ты не сможешь даже поцарапать меня.

Вот тут я снова разозлилась. Этот самоуверенный тип берет меня на слабо? Хорошо. Я схватила нож и начала наступать на мужчину. Одно время я занималась самообороной, но нас не учили нападать с ножом.

– Ты уже неправильно его держишь – спокойно сказал Алекс. Так тебе придется замахиваться сверху и твой удар легко отбить – продолжал меня поучать мужчина и подошел ко мне ближе. Забрал у меня нож и показал правильный захват. – Бери. Я взяла, как он показал, а он сделал шаг назад – Давай снова – ладонями обеих рук он поманил меня к себе, призывая начинать.

Я снова начала подходить к нему и отвела руку назад, как для удара в живот, но сделала обманный маневр и провела рукой вверх ближе к горлу. Алекс молниеносным движением схватил мою руку и резко развернув, прижал к себе спиной, держа за запястье.

– Вот и все – сказал мужчина и подвинул нож к моему горлу.

Я замерла. Горячее тело прижималось ко мне со спины, а металл ножа тонкой полоской холодил горло. Он был прав, конечно. Одной мне не долго жить…И я приняла решение. Начала разворачиваться, но невольно шеей провела по лезвию. На нежной коже проступила полоска крови и одна капелька свисала с края пореза. Развернувшись в его руках, я подняла голову. Алекс увидел мой порез.

– Ты чего крутишься, ненормальная! – зло сказал мужчина – Поранилась же.

Он озирался по сторонам в поисках салфетки, но не найдя ничего подходящего, просто обхватил руками мою голову, повернул вбок и чуть назад и медленно провел по алой полосе языком. Я задержала дыхание, а он нежно поцеловал порез по всей длине и в конце опять провел языком. Только тогда я смогла прерывисто выдохнуть. Я не ожидала такого откровенного жеста, но он помог мне в осуществлении своего плана. Я заглянула ему в глаза и сказала своим самым соблазнительным голосом:

– Поцелуй меня.

Алекс долго смотрел мне в глаза и, наконец, произнес:

– Ты не хочешь этого – но, лицо мое не отпустил – Это стресс в тебе говорит, ты потом пожале… – я, не дала ему договорить, накрыла его губы своими. Он не шевелился, а я провела языком по его нижней губе, затем верхней и впилась губами в его. Вдруг, он перехватил инициативу и начал страстно целовал меня. Наши языки переплелись. Алекс пробовал меня на вкус, а я его. Руками, он сжимал мои ягодицы, прижимая к себе. А я царапала его спину сквозь майку. Чуть отстранившись, я выдохнула ему в губы:

– Возьми меня… – в глазах было видно, что он колеблется – Пожалуйста – больше мужчину не пришлось уговаривать.

Сметя все со стола, Алекс усадил меня на него верхом и продолжил целовать, попутно раздевая. Снял шорты и стянул с меня майку, оставив в лифчике. Он не прекращал шарить руками по моему телу. Я не оставалась в долгу и расстегнула его джинсы, стянув их вниз. Сейчас они болтались где-то в районе колен. Сквозь трусики я почувствовала жар его руки на лобке и подалась бедрами ближе, всхлипами прося о продолжении. Отодвинув их в сторону, он запустил два пальца внутрь меня и пробормотал:

– Да ты уже течешь, Рыжик – с удивлением проговорил он. Как меня не бесило это «Рыжик», стоило признать, что я правда распалилась не на шутку. Не знаю, что со мной происходит, ведь он меня еще и не трогал толком. Никогда не возбуждалась так быстро. Мой бывший порой полчаса проводил предварительные ласки, чтобы я стала хотя бы влажной. Но чаще всего мы использовали смазку, потому что, в конце концов, ему надоело столько времени меня заводить. Алекс почему-то тянул, и я обхватила его ствол сквозь ткань боксеров. Скорее почувствовав, чем услышав, его шумный выдох на своей шее, у меня капитально снесло башню, и я застонала. Замечая периферийным зрением, как из ящика он достал презерватив и я ухмыльнулась. Вот же жеребец, по всему дому презервативы рассованы. В другой ситуации, при других условиях, пожалуй, меня бы это отрезвило. Но сейчас, я жадно разглядывала процесс упаковывания его орудия в латекс. Он был большим и только на секунду появился страх, что он меня разорвет, потому что в следующий момент Алекс отодвинул трусики в сторону и неспеша, плавно растягивая вошел в меня на всю длину. И нет, не разорвал, заполнил до предела, заставляя выгнуть спину в полнейшем удовольствии.

– Какая ты узкая – выдохнул довольно Алекс.

– Да… – снова поражая себя, выдохнула я – Да, еще…двигайся, я хочу больше – слышала свои просящие всхлипы словно издалека. Будто бы в меня вселился бес в том лесу и теперь завладел отделом похоти в моем организме. Никогда, никогда раньше я не говорила во время секса, не просила продолжения, не стонала так похотливо, как сейчас. Обхватила его за задницу руками, впивая небольшие коготки в его шикарный зад. Но Алекса можно было и не просить, он и не думал останавливаться. Словно отбойный молоток, он вколачивался в меня. Я видела, как моя грудь подпрыгивает в такт его быстрым движениям и это довело меня почти до края обрыва. Но столкнул в пропасть меня он. Нащупав рукой бугорок удовольствия, Алекс нажал на него и, я тут же громко застонала в освобождении. Оргазм накрыл меня, как лавиной, хотелось кричать и, я не останавливала себя в этом порыве. Следом за мной я услышала рычание мужчины, который быстро-быстро двигался во мне. И я снова, в который раз за последние десять минут, себя удивила – в порыве чувств, я сильно прикусила плечо Алекса.

– Ах…дикая рыжая кошка – пробормотал мужчина где-то в районе моего уха. А я, поцеловав место укуса, обняла его плечи и уткнулась носом в шею. От его кожи пахло абрикосами и мускусом. Так сладко, так вкусно, что я поцеловала его, и вновь чуть прикусила зубами кожу, захотев почувствовать ее на вкус. Голова кружилась, и я не понимала от слабости или от только что пережитого.

Сознание начало возвращаться ко мне, пока я висела у него на плече. Я смогла размышлять о своем поведении: меня словно подменили. Ведь я ненавижу грубый секс. Нет, я ненавидела его до сегодняшнего момента, а теперь я его обожаю. Раньше, когда я смотрела на подобные сцены в кино, они не вызывали ни моего восхищения, ни возбуждения. Так что же произошло? Он трахал меня, как заправскую шлюху на столе, даже не сняв с меня трусики, а мне это понравилось. Что это? Скорая кончина во мне говорит? Вероятно она, ведь и секс с незнакомцем для меня табу. Тем временем Алекс подхватил меня на руки и понес в спальню. Уложив на кровать, он, кажется, собрался уходить. Нет, дорогой, у меня другие на тебя планы. Я протянула к нему руки и попросила остаться. Глядя, как он с легкой ухмылкой ложится рядом, низ живота снова наполнился томлением. Кажется, не придется даже притворяться.

– А ты можешь… – я сделала паузу. Стеснение все же прорвалось, когда я пришла в себя после первого сокрушающего оргазма.

– Я много чего могу… – самоуверенно ответил Алекс.

– Привязать меня – я все же немного покраснела. Я никогда не занималась сексом с наручниками, не хотелось. Я не понимала людей, которым это нравится. Классический секс, миссионерская поза, вот же самое большое удовольствие. Успокойся Лика, все хорошо, просто перед смертью тебе захотелось попробовать все.

– М-м-м, Рыжик нашла мои игрушки.

– Не называй меня, Рыжиком, – возмутилась я, но мужчина уже потянулся к тумбочке и достал две красных шелковых ленты. Когда он начал привязывать мои руки, я вдруг снова ощутила зарождающееся желание. Боже мой, это точно не я. Я же десять минут назад билась в самом лучшем в своей жизни оргазме. Да мне этого на месяц должно хватить, но нет же, я опять мечтаю, когда он войдет в меня. Руки он привязал высоко над головой. Сначала я не поняла, зачем их так близко привязывать, а потом, как поняла-а-а…Алекс неспеша начал покрывать мое тело поцелуями и, на этот раз, нашел-таки мою эрогенную зону номер два. Он покрывал поцелуями мою грудь, вылизывал ее, посасывал и прикусывал соски и все это так медленно и с таким чувством, что я поняла, ему самому это доставляет кайф. Есть такая категория мужчин, которых это заводит или им просто это нравится делать, не только для того, чтобы завести партнершу. А я только от этого готова была кончить. Мой бывший никогда не уделял внимание моей груди, ох как зря. Теперь, я и сама чувствовала, что между ног мокро. Да, черт возьми, не возможно влажно, а мокро, так что след остается даже на бедрах. Стыдно уже не было, стыд я потеряла, когда сама себя предложила. Вдруг услышала довольное хмыканье мужчины и подняла голову посмотреть, что ему так понравилось.

– Рыжик ты такая мокренькая – голос его был полон самодовольства и надо признать, не без причины – Мне это нравится. Слышал, что рыжие огонь в постели, но попробовать не доводилось.

Эта фраза меня немного отрезвила. Что же я делаю? Отдаюсь в руки ловеласа. Но он снова забрал у меня способность мыслить разумно. Разведя мои ноги в стороны, и согнув колени, он вдруг на мгновение остановился, а потом все же вошел в меня и начал медленно двигаться. Когда он надел презерватив, я даже не заметила, настолько потерялась. А вот Алекс, похоже, хорошо контролировал себя. Это уязвило, но лишь на мгновение. Пусть. Пусть сводит меня с ума, пусть делает и говорит, что хочет, только не останавливается…

– Быстрее, Алекс – пробормотала я, мне хотелось разрядки, а он так мучительно медленно это делал.

– Не спеши, Рыжик, вся ночь впереди – но, все же задвигался быстрее, видимо и сам хотел того же, сдерживался ради меня. Какой внимательный. Когда я уже была близка к освобождению, он вдруг вышел из меня, заставив всхлипнуть от пустоты, перевернул на живот и, чуть подняв таз, резко, одним толчком вошел в меня до конца, растягивая на всю свою длину. Мне этого хватило, чтобы в глазах взорвались звезды и под мои протяжные стоны мы оба улетели в нирвану.

Я чувствовала, что он недостаточно устал, поэтому спустя некоторое время возобновила наш сеанс. И снова взорвалась ярким оргазмом. Как он это делает? Стоит дотронуться до него и мысли уплывают, тело горит огнем, его же касания, как разряды тока, я хочу еще и еще. Между ног немного саднило с непривычки, но он лениво провел рукой по моему соску, а тот уже напрягся и затвердел, прося большей ласки. Только представив, как он вбирает его в рот и прикусывает, я поняла, что снова его хочу. А его жаркий шепот доводил меня до исступления. Это наваждение какое-то, так не бывает, твердила я себе. Надо бежать отсюда. Этот мужчина стал хозяином моего тела. Но не убежала, напротив, запрыгнула на него дикой амазонкой и, оседлав, получила еще одну порцию феерического оргазма. Так вот ты какой, хороший секс…Четыре оргазма за ночь! Может мне это снится?

Я обняла Алекса и ждала, когда он заснет, но похоже и он ждал того же. Заворочалась в его объятиях и, подняв на него взгляд, спросила:

– Не спится?

– Я не сплю с кем-то в одной постели – я недовольно поморщилась, это не входило в мои планы. Не принимай на свой счет, Рыжик – увидев мои сведенные брови, сказал Алекс.

– Хм, вот еще, я тоже этого не люблю – соврала я. Любила еще как, но не признаюсь ему в этом. Я начала вставать с кровати.

– Ты куда собралась?

– Спать – ответила я в недоумении. Неужели он хочет еще?

– Ты спишь здесь – И Алекс, поцеловав меня в нос, ушел спать на диван. Какое благородство, почему-то язвительно подумалось мне. А может это была обида, ведь мне, как в романтических историях хотелось, чтобы после такого, он обнял меня, прижал к себе и признался, что давно меня искал. Ты в своем уме, Лика? Приди в себя. Твой мозг перестал функционировать и в твоей ситуации это вообще не айс.

Большого труда мне стоило не вырубиться. Глаза дико слипались и, когда я задремала, буквально минут пятнадцать, проснувшись, подпрыгнула на кровати. Решила больше не ложиться, а то, чего доброго, задрыхну до самого обеда после такого-то марафона. Подождав для верности еще час, я решила, что уже можно идти. Ключи от входной двери я еще раньше почувствовала у мужчины в кармане джинс, которые он сбросил после первого раза на кухне. А вот сумочку придется поискать. Но не думаю, что он спрятал ее очень тщательно. На цыпочках пройдя мимо мужчины, я аккуратно залезла в карман и вытащила ключ. Так, первая часть прошла легко. Теперь сумка. Поискав в шкафу в коридоре, я сразу ее нашла. Ну конечно, он не рассчитывал на мой побег.

Начало светать, когда я вышла из подъезда. Ну, вот и все, прощай Алекс. Спасибо за все. Я прихватила один ножичек у мужчины, на всякий случай, какое-никакое оружие не помешает. Надо снять деньги в банкомате, но подальше от дома Алекса. Идти по просыпающемуся городу было приятно, но сложно. Ноги подкашивались после всего произошедшего со мной и, я едва их переставляла. Тело ныло и проклинало меня за доставленные испытания. Вот это он жеребец…хотя и я хороша, невольно улыбнулась. Последний раз была чисто моя инициатива, и можно сколько угодно обманывать себя, что это было исключительно для пользы задуманного, но положа руку на сердце, я испытывала невероятное удовольствие в его руках. Он как гениальный музыкант, а не школьник на уроках по игре на гитаре, извлекал из меня звуки страсти.

Придя через несколько часов на автобусную станцию, я, как и ожидала, увидела там банкомат. Обрадованная, сняла всю наличку, рассовала по разным местам и купила билет на ближайший междугородний автобус. Рейс был через час и, я решила, что пора подкрепиться. Зайдя в местную кафешку, заказала себе сендвич и сок. Села за стойку и рассеянно жевала. Что же мне делать дальше? Ах, какое у Алекса тело…Как максимально долго оставаться живой и хорошо спрятаться? А его руки…где они только не были…Так ладно, для начала надо запутать следы, а еще сменить внешность. Рыжик, меня никто так не называл…Я люблю из уст мужчины слышать свое имя, но Рыжик, почему-то звучит сексуальнее, интимнее, будто у нас есть общий секрет…Лика-а-а, останови этот романтический понос, надо думать, как свою рыжую шевелюру спасти, а не весь этот озабоченный бред. Ты его не увидишь больше и это хорошо. Так…внешность значит яркая. Надо купить парик. Вдруг над ухом прозвучал голос:

– А ты молодец – я испуганно повернулась. Передо мной стоял Алекс – Хорошая попытка…Но, – он понизил голос, будто собирается рассказать секрет, – тебя не учили, что исчезать после секса, не попрощавшись – это плохой тон? Еще и воровать…ая-яй – мужчина недовольно качал головой.

– Как ты… – Алекс не дал мне договорить:

– Как я тебя нашел? Ты, как в сказке про мальчика с пальчик, оставляешь за собой хлебные крошки. Твоим преследователям даже трудиться особо не придется, чтобы тебя найти… – я притихла – Признай, что без меня ты не справишься.

Я обдумывала его слова. Он тысячу раз прав, но я боюсь, что помогая мне, его убьют и эта смерть, что бы он ни говорил, будет на моей совести. К тому же этот жаркий секс…

– Кто ты? – наконец задала ему интересующий вопрос – Почему я должна быть уверена, что ты сможешь мне помочь?

– А вот это правильный вопрос – мужчина присел на стул рядом – Я работал в полиции, в специальных службах, помогая ловить преступников. У меня большой опыт…Я знаю, как выследить и как хорошо спрятаться.

– Это весомая информация в твою пользу – задумчиво ответила я.

– Почему я слышу здесь «но»?

– Потому что всегда есть «но». И я тебе его уже говорила, я не хочу, чтобы из-за меня кого-то убили. Это мои проблемы и я должна их решать сама.

– Просто ты в меня влюбилась – ответил Алекс с хитрой улыбкой.

– Вот еще – фыркнула я, но он вдруг подхватил меня со стула и перебросив через плечо пошел к выходу их кафе.

– Ты что творишь? Отпусти меня немедленно! – но Алекс не реагировал на мои крики, только смачно стукнул по попе, от возмущения я начала еще больше кричать и выдираться.

Я молотила его кулаками по спине, прохожие оглядывались на нас с интересом.

– Помогите! – крикнула я обреченно – Он меня похищает, кто-нибудь помогите мне – но редкие прохожие только улыбались. Почему ни у кого не возникло мысли, что я говорю правду?

– Тебе внимание нельзя привлекать, а ты орешь.

– А ты поставь меня на землю, нечего обращаться со мной, как с мешком картошки.

– Если обещаешь сама идти со мной.

– Ни за что!

– Тогда не возмущайся.

– Да что ты о себе возомнил? Грубый, невежественный плебей, самоуверенный ублюдок, чурбан не отесанный – каждое ругательство я сопровождала тычком в спину. Вдруг он снял меня с плеча, но только чтобы затолкать на заднее сидение большого черного внедорожника.

Закрыв за мной дверь, он пошел к водительскому сидению, а я дергала дверь в попытках открыть. Конечно, она была заблокирована, а стекла затемнены. Я уже мысленно попрощалась с Алексом и не хотела снова с ним встречаться. Это глупо, но мне было неловко перед ним за свое поведение. Одно дело прощальный секс, другое дело находиться с ним после этого сутки напролет, притворяться, что ничего не случилось. Но я справлюсь. Если уж он так серьезно настроен взяться за это дело, пусть. Я смогу притвориться, что он мне безразличен, что-то мне подсказывает, если проявлю симпатию, он тут же от меня избавится. Буду рассматривать его, как мужа сестры. Объект красивый, но только для полюбоваться, да слюнями изойти, а больше ни-ни. И кто знает, может быть, даже выйду живой из этой передряги…Успокоившись, приняв решение, я задумчиво смотрела в окно на проплывающий мимо город. Алекс поглядывал на меня в зеркало заднего вида.

– Что-то ты подозрительно притихла – сказал мужчина.

– Думаю чем тебя отравить.

Алекс рассмеялся.

– Приехали. Тебя занести или сама пойдешь?

– Иллюзия выбора… – я все еще делала вид, что сопротивляюсь – Машину ты тоже у друга взял?

– Неа, накопил в хорошие времена.

– У-м-м. – не поверила ему я. Не похож он на глупого человека, покупающего дорогие машины по цене жилья на окраине, при том, что у самого ни гроша за душой. Что-то он темнит…

Глеб Коржев.

Я оглядывал свой роскошный кабинет в главном офисе высотки «Face&hands». Настроение было убивать, но все, что я сейчас мог себе позволить – это постукивать ручкой по прозрачной поверхности стола. Как могло случиться, что убийство записали камеры наблюдения? Как и почему эти записи попали обычному клерку? Где я допустил промах? Все же было под контролем. Передо мной стоял в ожидании начальник безопасности.

– Вы выяснили, кто был у дома? – я с трудом сдерживал гнев.

– Скорее всего, это девчонка из отдела перевода. Ангелика Селиванова. Устроилась меньше месяца назад. Часто обедала с Романом Косыгиным. Ходили на ужин перед тем, как мы устранили его.

– Дома у нее были?

– Да, там чисто. Ноутбук изъяли, там чисто.

– Найдите девчонку и приведите ко мне – я задумался – А может нам подключить на свою сторону общественность? – вопрос был риторическим, но эти идиоты не поняли.

– Что вы имеете ввиду, сэр? – спросил Сергей, один из наемников.

– Где вы потеряли ее след? – спросил вместо ответа.

– После леса мы не можем ее найти.

– Идиоты! Не могут выследить одну неподготовленную девчонку. За что я вам только плачу?

У Сергея зазвонил телефон. Он посмотрел на экран и произнес:

– Это Виталий.

– Ответь – приказал я.

– Да, отлично, да… – Сергей договорил и выключил телефон – Значит так, ее карточка засветилась в соседнем городе.

– Действуйте – А сам задумался. Ну лишь бы нашли, а уж разговорить я ее смогу. Немного пыток и девка заложит даже родную мать. Я плотоядно заулыбался, настроение улучшилось. Пытки я люблю, жаль так редко выпадала возможность их применять. Заказывал шлюх с пометкой «особые развлечения», но кайфа хватало ненадолго. Поэтому периодически в нашем городе пропадают люди. Безвозвратно пропадают. Вот и эта пропадет. Как там ее? Ангелика. Почти ангел. Что ж, вот пусть ангел и возвращается на небеса. Мои губы тронула улыбка.

Сорок пять лет я строил свое будущее. Да, прямо с рождения. Сначала родители наставляли на путь истинный, потом и я сам стремился быть лучшим, добиться положения. Я никогда не сопротивлялся их наставлениям, не бунтовал. Шел к этому долго, годами и ни одной осечки, ни одной промашки. Сейчас же, сначала какой-то сопляк-переводчик неведомым образом заполучил записи того, что должно было пропасть, а потом эта девчонка оказалась не в том месте. Еще и неизвестно, что она знает…Ну, ничего. Все узнаю и будет, как прежде – идеально.

2.2. Алекс

А она молодец! Настоящий боец. Я разглядывал ее с занесенной лампой над головой. Испуганная, еле стоит на ногах, но готова сопротивляться до последнего. И вчера одному ублюдку умудрилась между ног врезать. Дралась за себя до последнего, за это уважаю. Выглядела она конечно комично в моей футболке и боксерах, мне стоило большого труда не рассмеяться. Но сдержался, все-таки девушка старается, как может. А вообще эта малышка слишком пугливая для проститутки. Надо разобраться с ней, очень уж все загадочно.

Принес ей поесть, а сам исподтишка разглядывал девицу: рыжевато-каштановые прямые волосы. Рыжик. Я сразу вспомнил, как мыл их вчера. Они такие шелковистые, мягкие, пришлось изрядно постараться, чтобы из распутать. Ни одной женщине раньше не мыл голову. Оказывается, это может быть очень эротичным. Скривился от собственного определения, потому что сейчас девушка скорее была жалкой, чем сексуальной. Чуть курносый носик, весь в милых веснушках и небольшие губки бантиком. Но прекраснее всего ее глаза: кошачий разрез и яркий зеленый цвет не позволяли взгляду оторваться от них. Ее скулу украшал синяк, распространившийся на глаз и щеку. Она чуть морщилась, когда ела, скула доставляет ей боль. У меня вдруг появилось желание провести пальцами и стереть все синяки с ее милого лица. Я и раньше видел избитых женщин и в более ужасном виде, но почему-то эта маленькая хрупкая девушка в моей большой кровати вызвала во мне совершенно ненужное чувство нежности. Хотелось обнять и защитить ее от всего мира. А еще подмять под себя и трахать до изнеможения, глядя, как зеленые озера глаз темнеют от страсти. Так стоп, стоп Зимнев! Что с тобой, мужик? Где твоя выдержка, не изменяющая тебе вот уже тридцать пять лет?

Сбежала! Вот ведь, коза рыжая, сбежала. Мне было интересно, как она во все это влипла? А может вообще все выдумала? Предложил ей помощь, сам не зная почему. Наверно, зацепила своей загадочностью и изумрудными глазами. Было в ней что-то такое…хочу разобраться в этом и избавиться. Или просто, еще раз -цать, трахнуть ее, чтобы наваждение развеялось. Недельки должно хватить. Обычно хватало и одной ночи, но ей дал больше времени, другие так не цепляли. А какая она упрямая! Бесит. Вдолбила себе в голову, что уйдет и хоть ты тресни. Другая бы на ее месте умоляла помочь ей, а она…Да и я хорош! Нет бы радоваться, сижу, как дурак уговариваю. Хотя, почему как? Дурак и есть. Отпустить ее с богом да вернуться к прежней размеренной жизни.

Не поверил своим ушам, когда она сама попросила поцеловать ее и заняться с ней сексом. Даже растерялся на мгновение и сказал то, что никому никогда не говорил, просил ее не торопиться. Не торопиться? Ты серьезно, Алекс? Просто она как лесная фея, хрупкая, нежная, недосягаемая. И тут это ее «Возьми меня, пожалуйста». Робость и страсть, кровь закипела мигом, а вот очарование растаяло. Неужели все-таки профессионалка, а историю придумала для отвода глаз? Никогда не спал с проститутками. Противно, да и зачем, если бабы и так вешаются. Но для этой феи готов был сделать исключение, она разогрела мой интерес. С виду скромница стесняшка, а поди ж ты, вот не зря говорят про тихие омуты с чертями. Может она из тех, кто любит ролевые игры? А в постели оказалась отзывчивой и горячей. Пожалуй, это был первый раз, когда оттрахали меня. А какая у нее кожа, а запах м-м-м, божественный: нагретой на солнце медовой травы. Ее глаза манят и не отпускают, заставляют меня хотеть ее снова и снова. «А ты можешь привязать меня?» все, сердце застучало с новой силой, в голове бегущей строкой плыла мысль «хочу ее» больше, глубже, чаще…Мой Рыжик. Ух, и бесится она от этого словечка. Так заводит ее дразнить. Теперь всегда буду звать ее Рыжиком. Какое всегда, Алекс? Нет такого слова, нет ничего вечного, тем более для тебя. Проклятье, чуть не забыл про презерватив, совсем крышу унесло от этой бестии. Ни разу за всю жизнь не забывал про него, а сейчас, чуть не облажался. Что она со мной делает? Почему хочется ее постоянно? Чуть дотронулся до нее, а она уже извивается, стонет и просит больше. И такая узенькая, что тоже для профессионалки крайне странно. Нахрен, не могу больше сдерживаться, марафон продолжается…Сил уже нет, хочу сгрести ее в охапку, уткнуться носом в шелк волос и спать, а утром продолжить. Но, она снова на меня верхом наскочила и давай объезжать. Как-то, я слышал в анекдотах про таких, но думал, это выдумки. Лежу отдыхаю, думал спит, а она на меня своими глазищами большими смотрит. Честное слово, впервые в жизни испугался, что она добавки попросит, под этими размышления признался, что не люблю спать в одной постели. Вот дурак, опять спать на жестком диване. Надо было просто отодвинуть ее на другой край. Хотя, кого я обманываю, если бы остался, то заснуть было бы еще сложнее. Кажется, смотри я и дальше в эти колдовские глаза, меня хватило бы и на повтор.

Не обнаружив ее утром, сначала обрадовался до чертиков. Ну и отлично. Прекрасный секс, прекрасная девчонка. А может она меня обобрала, пока я слюни пускал? Проверил свои карманы и на всякий случай сейф. Нет, все на месте. А вот ножичек утащила. Тот самый, которым просил ее нападать. Стою улыбаюсь, как блаженный. Пожалуй, еще долго ее не забуду, да и секса мне теперь на неделю хватит. Но уже спустя десять минут радость сменилась переживаниями. Куда ушла, как она будет? Прибьют ведь к чертям. Стукнул по стене кулаком. Ушла и ушла, займись делами, она теперь не твоя забота. Сделал все, что смог. Ну не силой же ее тащить обратно? А почему бы и…да. Стоит признать, она не так уж и глупа. Смогла скрыться от двух убийц, обвела меня вокруг пальца. При этом сама на волосок от смерти, но думает о совершенно незнакомом человеке. Усыпила мою бдительность, вымотав сексом и ушла. Интересно, это она притворялась или и правда такая темпераментная? Вот надо вернуть и выяснить. В конце концов, это дело обещает быть с приятными бонусами…

1.3. Лика

Зайдя в квартиру, Алекс спросил:

– Ты деньги снимала?

– Да на автовокзале.

– И купила билет?

– Да.

– Хорошо. Невольно ты пустила преследователей по ложному следу.

– Я еще не согласилась на твою помощь – ворчливо проговорила я.

Алекс подошел ко мне вплотную и наклонился близко к лицу. Я затаила дыхание. Мужчина начал наклоняться еще ближе и я, едва сдерживаясь, чтобы не поцеловать его, проговорила ему в самые губы:

– Хорошо – я видела, как Алекс самодовольно улыбается и уже собирается поцеловать меня. Собрав все свои остатки самообладания и, напомнив себе больше не поддаваться этому развратному удовольствию, отстранилась от него. С некоторым злорадством посмотрела на недоумевающего мужчину и произнесла:

– Но с одним условием – никакого секса. Я не смешиваю работу и развлечения.

Алекс не ответил, быстро преодолел оставшиеся сантиметры до моих губ, и поцеловал. Я уперлась руками ему в грудь, намереваясь оттолкнуть, но сделать это было все равно, что сдвинуть стену. Тем временем он нежно ласкал мои губы, языком раздвигая их, проводил им по сжатым зубам и прикусывал нижнюю губу. Мужчина делал это так восхитительно, так по-новому, как не делал это вчера, что противиться этому было невозможно. Все, на что я была способна в тот момент – это не застонать от удовольствия. Я ответила на поцелуй и приоткрыла рот, Алекс сразу проник в него языком, исследуя, лаская, посасывая мои губы. Наши языки сплетались, а дыхание становилось тяжелым. Этот поцелуй был чувственным и глубоким. Вдруг он прервал поцелуй, а я чувствовала себя рыбой, выброшенной на берег. Но нельзя было подать виду. Вернув себе самообладание, я открыла глаза и увидела в них самодовольство. В ответ гневно посмотрела на него.

– Что? Ты говорила только про секс! Никаких поцелуев там не было – хитро сказал Алекс.

– А тебе все разжевывать надо? Хорошо. Никаких сексуальных отношений, поцелуев, обнимашек, намеков…Ничего не забыла?

Мужчина молчал и только хитро улыбался.

– Но если это проблема, лучше мне сейчас уйти.

Алекс поднял руки вверх.

– Не уходи. Мне сейчас звонила бывшая, вечером приедет, заберет свой чемодан. Сможешь немного подыграть?

– А-а-а, так это не твой чемодан. А зачем подыгрывать?

– Ну, она все еще пытается вернуться ко мне. Но если она просто увидит тебя, то не поверит, что у нас что-то есть.

Я вопросительно подняла брови.

– Понимаешь…ты не совсем в моем вкусе…

Я, как могла держала лицо, но унижение распространялось по венам, как яд. Улыбалась, надеясь, что улыбка не выйдет похожей на гримасу. Отомстил, да? За то, что отказалась спать с тобой. Ты же женский царь и бог, Казанова, мистер совершенство, тебе нельзя отказывать.

– То есть, если мы будем обниматься, то она вдруг сразу поверит? – скептически проговорила я. Этот самодовольный тип начинал раздражать меня. У него самомнение раздуто до невероятных размеров, надо бы его чуть-чуть подправить.

– Ну-у да, шансов больше.

– У меня тоже повысятся шансы умереть… – и откуда я только находила силы шутить? -Помимо двух киллеров за мной еще будет гоняться твоя брошенная бешеная подружка. Даже не знаю кто страшнее – делая вид, что задумалась, сказала я.

– Вот такой настрой мне нравится – Алекс поцеловал меня в лоб, как священник нерадивое дитя на исповеди – Я тренируюсь – совершенно невозмутимо добавил Алекс, глядя в мое лицо, а я недоверчиво прищурилась.

– Пойду в душ. Мог бы ты дать мне полотенце и халат, если есть?

– Точно! Ты молодец. Если выйдешь в полотенце, будет совсем эффектно.

Я закатила глаза и, развернувшись, поплелась в свою, точнее его спальню. Мужчина зашел за мной и, пройдя в ванную, достал из шкафа малюсенькое полотенце.

– Это что я в этом носовом платке должна выйти?

– Да, ладно, оно даже слишком большое.

– Алекс! – возмущенно сказала я.

– Ну что? Тебе сложно немного подыграть? К тому же, я видел тебя голой.

– То был последний раз.

Алекс как-то подозрительно заулыбался, но, заметив мое лицо, «включил» серьезность и нашел халат. Отдав все это мне, он молча ушел. Приняв душ, я обернулась полотенцем и решила подразнить его. Не в твоем вкусе, значит? Это мы еще посмотрим…Услышала звонок в дверь и вся обратилась в слух.

– Алекс, дорогой, привет – услышала голос его бывшей пассии.

– Привет – сухо ответил Алекс – Вот твой чемодан, я его собрал. Не благодари.

– Ну милый, ну что ты, ну поругались, с кем не бывает… – Так мой выход. Сбросив полотенце, я, в чем мать родила, направилась в коридор. Непривычно обнажаться перед кем-то, я ведь даже на нудисткие пляжи не ходила. Но оно того стоило! – Давай мы просто… – девушка не договорила, глаза прелестной блондинки с милым кукольным лицом озарило такое удивление, что ее тонкие изящные брови оказались высоко на лбу, а пухлые губки вытянулись буквой «О». Но реакция Алекса была просто блеск, ради этого зрелища, я бы сделала это еще не раз. Быстрое удивление от моего появления, сменилось пожаром в его глазах. Сглотнув, мужчина не мог оторвать от меня взгляда, а ткань брюк тут же предательски натянулась. Ну что, мистер самоуверенность, все еще будешь утверждать, что я не в твоем вкусе? Ну-ну…Конечно, глядя на эту куколку, я явно видела, что проигрываю ей по всем фронтам: и губы-то у нее пухлые; и цвет волос, так любимый всеми мужчинами; голубые глаза; пухлый бюст, полная троечка или даже четверочка…Я уже не говорю про идеально гладкое ровное лицо без единого изъяна. Мое веснушчатое лицо и плечи, не шли ни в какое сравнение с этой фарфоровой кожей. И все же встал у него на меня, а не на свой типаж. То-то же, мистер и миссис идеальная пара. Я подошла чуть ближе и капризным голоском, подражая ей, произнесла:

– Алекс, дорогой, что эта белобрысая тут делает?

– Что-о-о? – взвизгнула блондинка, отойдя от первого шока – Это ты, что здесь делаешь? Думаешь, один раз переспала с моим мужчиной и он твой?

– Один раз? – презрительно бросила я – Ты точно знаешь своего мужчину? Про один раз это точно не к нему – Увидела, как мимолетная усмешка тронула лицо мужчины и тут же пропала. Хотелось поставить девицу на место, но развлекать Алекса дракой с этой куколкой, я не собиралась. Однако девушка не пыталась вцепиться мне в волосы. На мое счастье, она сдалась без боя.

– Вот так вот, да? – обратилась она к Алексу, и он равнодушно пожал плечами.

А я сделала себе заметку никогда так не унижаться ни перед ним, ни перед кем-либо еще. Сейчас он не был похож на мужчину, которого я узнала. Он был холоден, а его безразличие царапало даже меня. В ее больших глазах появились слезы, но, кажется и у нее вдруг появилось чувство собственного достоинства. Блондинка взяла свой чемодан и без слов вышла.

Алекс захлопнул дверь и повернулся ко мне, скрестив на груди руки. Его взгляд был с хитрым прищуром. Но ждать, когда он скажет что-то обидное или шутливое, я не стала. Тоже равнодушно пожала плечом, как будто такое поведение являлось для меня нормой и, развернувшись, ушла в ванную. Я быстро оделась и вышла в зал. Заметила Алекса задумчиво сидящим за столом, с кружкой в руке. Когда я подошла, он спросил его любимым насмешливым голосом, никак не вязавшимся с внешним видом:

– Последний раз? – Я не поняла, о чем он говорит, но потом вспомнила, как говорила, что голой он меня больше не увидит.

– Теперь точно последний – усмехнулась я – Нальешь мне чай?

Алекс сделал мне чай, все с тем же задумчивым видом, совершенно на него не похожим.

– Переживаешь? – спросила я.

Он непонимающе уставился на меня.

– О чем?

– Ну о расставании с бывшей. Вообще жестко ты с ней.

– Да, – он поморщился, – сама виновата.

– Чем? Что влюбилась в тебя, а тебе нужен был только постоянный доступ к телу?

– А ты моралистка?

– Нет, ты прав, это ваше дело. Тогда почему такой кислый вид?

– Да так, задумался кое о чем. Ты лучше скажи, как ты оказалась в такой заднице?

– Если бы я знала. Жила себе обычной жизнью. А потом просто оказалась не в то время, не в том месте.

– Расскажи еще подробнее. Мне надо знать все, даже то, что тебе кажется несущественным.

И я рассказывала, Алекс задавал много наводящих вопросов, потом заставил повторять историю в обратном порядке и опять куча уточняющих вопросов. Через час пыток разговорами я жутко устала.

– Ты не веришь мне! – Наконец дошло до меня.

– А ты умная, Рыжик. Но это не недоверие. Это допрос – я удивленно-недовольно приподняла брови – Когда ты пересказываешь все по нескольку раз, в разном порядке, то неосознанно с каждым разом вспоминаешь все больше деталей, которые могут быть важны.

2.3. Алекс

Как же нравилась ее податливость, как она загорается в моих руках, растворяется в поцелуях. А еще дико нравилось злить ее, видеть, как загораются изумрудами глаза. Она ведь и правда не в моем вкусе. Я люблю блондинок, может и банально, но факт. Хотя иногда и брюнетки были, так для разнообразия. А вот рыжих я раньше не имел. Нет, крашеные были, но это же другое. Эта рыжая просто жидкий мед и огонь. Лед ее изумрудных глаз и россыпь веснушек по всему телу. Из-за синяков не видно было, где есть еще, но то, что есть, знал точно. Хочу найти их все, а она мне бросает «Никакого секса». Да ты издеваешься, мать твою. Только и вернул ее ради этого, а спасти придется, так, в качестве бонуса, чтобы согревала мою постель подольше. Никому не позволю забрать у меня новую игрушку. А как она эффектно появилась перед Катей, не ожидал, честно, она снова меня удивила. Хотя и моя реакция на нее поразила, но уже неприятно. Я умею держать себя в руках, умею изображать равнодушие перед женщиной, ведь если дать им такую власть над собой, показать, как сильно ты ее хочешь, как она нужна тебе, то будет вертеть тобой только так. Никогда раньше мой друг не жил отдельно от меня. Я натренировал его, вставал он только по моему разрешению. Но что случилось сейчас, я не знаю. Как эта рыжая его приручила и переманила на свою сторону?

Позвонил друг.

– Привет, дружище! Ты там скучаешь? Есть для тебя дельце, хочешь? – как обычно, не ходя вокруг да около, начал Дима. Ну это мне Дима, а для остальных – следователь Пичурин Дмитрий Евгеньевич.

– Что за дело? – спросил я, почему-то решив умолчать про то, что уже заинтересовался делом одной рыжей.

– Разыскивается одна преступница, скину тебе фотку. За нахождение хорошее вознаграждение. Я знаю, деньги тебя мало волнуют, поэтому можешь просто помочь мне выйти на ее след, и тебе хорошо, и мне премия. Там деваха укокошила бывшего любовника, теперь скрылась где-то. Особо опасная, но задерживать надо живой в обязательном порядке. Не думаю, что у тебя возникнет с этим много сложностей. В конце-то концов, выследить бабу не так долго, но это может быть интересно, ты же сам знаешь, какие они порой непредсказуемые.

– А что сам не взялся? – у меня возникло какое-то непонятное тревожное чувство.

– Да ты же знаешь, сколько у меня свободного времени.

– Знаю. И зарплату твою знаю, поэтому до сих пор не понимаю, почему ты упрямишься переходить ко мне.

– Ой, Алекс не начинай снова здорова, мы обсуждали это уже тысячу раз.

– Ладно-ладно. Скинь фотку и досье, передам своим ребятам.

– Могу сразу Тиму кинуть – отозвался друг.

– Не, хочу сам посмотреть на опасную преступницу.

– Ладно, сейчас кину, любуйся. Хотя, там особо не на что смотреть.

Попрощавшись с Димой, я оглянулся на дверь спальни. Лика еще не проснулась. Тут просигналил телефон, уже скинул досье. Я открыл фото и замер. С него на меня смотрела широко улыбающаяся, Лика. В моей голове совершенно некстати откуда-то возникли слова попсовой песенки: «Та была улыбка похожа на рай. Аромат волос напоминал счастье…»* (*«Улыбка» группа Пицца). Я выругался. Своей интуиции доверял хорошо. Да и не одной интуицией жив, прекрасно видно по жестам, движением глазами, когда человек врет. Был уверен, что она вчера не обманула меня, когда рассказывала свою историю. Но надо признать, смотрел только в ее прекрасные раскосые глаза, меня повело, поэтому не был уверен, что она не смогла обвести меня вокруг пальца. Как посмотрит, то одним взглядом бередит и задевает струны моей души. То, чего я думал, похоронил глубоко-глубоко и никогда больше не будет, какой-то червячок, который залез в сердце и копошится там. Притворилась наивной, сделала вид, что не хочет быть у меня и даже сбежала, но так неумело, как будто хотела, чтобы нашел ее. Руки сжались в кулаки. Никому не позволю, чтобы из меня делали дурака. Успокоился немного и, решил почитать все же, что про нее пишут. Спустя две минуты я разъяренный направился в свою комнату, которую теперь занимала эта беглянка. Сейчас я бы очень хотел, чтобы она оказалась преступницей и тогда со спокойной совестью ее можно сдать властям. Проучить за обман и забыть. Забыть ее, как можно раньше. Чем дальше она от меня, тем лучше. Да какого черта! Что я с какой-то бабой не справлюсь? «На меня напала – это твоя игра. И раздолбала мою душу на части.» сам собой закончился припев в моей голове. Дико злой зашел в комнату и, посмотрев, как сладко она спит, почему-то рассвирепел еще больше.

– Подъем – громко и резко сказал я, сдернув с нее одеяло. Девушка была голой. Лика сначала испуганно дернулась, в глазах на долю секунды промелькнул страх и дезориентация. Но, почти сразу, она гневно посмотрела на меня своими безумно сексуальными зелеными глазами. В штанах почувствовал шевеление. Черт, даже сейчас ее хочу. Подозреваю, ненавижу за непрошенные чувства и обман, но дико хочу – Какого хрена ты голая?

– А какого хрена ты творишь? Мне не в чем больше спать – Она еще и нарывается. Подлетел к ней, прижал ее к матрасу со всей силы.

– А ты? Думаешь из меня дурака можно делать, только потому, что трахалась со мной?

– Что-о-о? Я не понимаю, о чем ты? Пусти, мне больно.

– На тебя пришел запрос из полиции. Тебя разыскивают. Потрудись объяснить почему – на повышенных тонах говорил я, игнорируя ее просьбу.

– Откуда я знаю, я все тебе рассказала.

– Кроме того, за что своего любовника убила.

– Да пошел ты! Дай уйти, нечего на меня орать, у тебя нет никакого права!

– Прав говоришь, нет? Сейчас я тебе покажу твои права – поднял и зафиксировал ее руки над головой, а ногой раздвинул ноги.

– Пусти меня! Что б тебя…черти в аду трахали!

– Или ты сейчас рассказываешь мне правду, или… – договорить не дала рыжая бестия.

– Или что? Бить меня будешь? Насиловать? Давай! – проговорила девушка со слезами и страхом в глазах, не смотря на боевой настрой.

– Или я сдам тебя органам, они разберутся, что делать с тобой – Лика побледнела до белого полотна и, мне стало жаль ее. Но надо было отыграть свою пьесу до конца. Вызвать ее на эмоции: страх, унижение, потерянное состояние. Все это отпускало спусковой крючок и, человек раскрывался.

– Да что на тебя нашло? Я не хотела твоей помощи, ты забыл? Мне не нужно ничего, потому что ты мне не нужен! И я сказала правду. Отпусти и я уйду, ни минуты не останусь с маньяком психованным – девушка буквально выплевывала мне в лицо обвинения. И я видел, что она не играет. Она говорила правду. В принципе я это и вчера понял, но это досье сбивает с толку. Я опустил голову и думал, как быть дальше.

Но мои невеселые думы прервал звонок в дверь. Я отпустил ее и сказал:

– Будь здесь.

Развернувшись, заметил, как она потирает руки, в местах, где держал ее, и меня кольнула совесть. Слишком сильно зажимал ее, теперь останутся еще синяки, как будто мало ей прежних. После того, что она пережила, эта девочка не заслужила такого обращения. Но я должен был быть уверен, что защищаю невинного. В конце концов, я укрываю преступницу, коей сейчас она является для всех правоохранительных органов. Терзания прервал голос Дима:

– Ну привет, дружище. Рассказывай, как дела. Досье уже читал? – Только его не хватало. Ну почему он появляется так не вовремя? Чуйка у него отменная. Никогда не позвонит, просто вваливается в квартиру, как на облаву. Нет, мы с ним были хорошими друзьями детства, выручали друг друга из задницы, но иногда меня выводили из себя его манеры.

И тут вышла Лика. Полностью одетая и с сумочкой в руках, она начала медленно пробираться к двери. Я выругался. Не хотел пока Диме говорить про нее, надо было время его подготовить. Он хоть честный и дотошный малый и справедливость ставит выше всего, но порядок любит еще больше. И выполнять все по протоколу. Если есть подозрения – надо допросить. Если есть наводка на преступника – закрыть его в камере и проводить расследование. Только так и никак иначе. Понадеялся, что он не узнает ее. Все-таки, сейчас девушка мало напоминала то милое улыбающееся лицо на фото. Запуганная и бледная, даже веснушки померкли от страха, на пол лица синяк, уже начавший окрашиваться в зеленоватые тона. Но, куда там, Дима сделал стойку.

– Ты как так быстро? – задал он вопрос, но тут Лика побежала к двери. Когда я понял, что быть беде, уже было поздно. С проворностью, которую от него не ожидаешь, он, как гончий пес, бросился за ней в погоню. Выругавшись в очередной раз, выбежал за ними. Бегал я, кстати сказать, лучше Димки, но он, почуяв добычу, сбегал по лестнице с какой-то звериной быстротой и ловкостью. Перепрыгивая через ступеньки и спрыгивая в пролеты, он летел на всех порах. Удивительно, что Лика все еще впереди. Кричу ему остановиться, но он, конечно, этого не делает, а может просто не слышит в пылу погони. К сожалению, догнал его слишком поздно.

1.4. Лика

После допроса я спала, как убитая. Вырубилась, даже не заметила как. А вот пробуждение было неожиданным и неприятным. И какой бес вселился в Алекса? Вот ведь псих ненормальный. А я тоже хороша, видела же, как он с бывшей поступил и как мне могло показаться, что он хороший человек? Быстро собрала вещи. Только пусть попробует меня остановить. Может как раз при гостях постесняется? Аккуратно вышла из спальни. В коридоре стоял мужчина-блондин с цепким взглядом серых глаз. Сначала он равнодушно скользнул по мне глазами, я начала подходить ближе, что бы протиснуться мимо них в открытую дверь. И тут на его лице появилось как будто узнавание, а затем глубокое удивление.

– Ты как так быстро? – пораженно задал он странный вопрос Алексу. О чем это он? Да неважно, надо удирать.

Пока он отвернулся, проскочила мимо них в дверь. Выскочив, я услышала сзади голос визитера:

– Стой, сука, полиция, стрелять буду – но, я пустилась бежать еще быстрее.

Лифта ждать не было времени, я побежала по ступеням, слыша сзади топот ног и какие-то крики, которых я уже не разбирала. Мужчины что-то кричали друг другу. Перепрыгивая через две-три ступени, я все равно слышала, как они приближаются. Господи, за что мне это? Я же ничего не сделала. Вдруг за руку дернули назад, и я даже не поняла каким образом, на одних инстинктах, страхе и злости я выдернула ее из захвата. Однако, по инерции, меня бросило вперед и, потеряв равновесие, я начала падать. Как в замедленной съемке, я наблюдала свое падение и столкновение ребер с бетоном. Приземлившись на лестничный пролет, я больно стукнулась головой и, до того, как все провалилось в темноту, я видела двоих злых мужчин, приближающихся ко мне.

Очнулась лежа на диване и первое, что увидела, лицо Алекса. Тошнит от его лица, или не от него? Почему все болит. Снова. Внезапно силы на сопротивление кончились. Стало без разницы, что будет дальше, будь, что будет. Как я ни рыпалась, все равно осталась в этом дерьме, а может даже забралась в него еще большее. Просто топь какая-то. И мужчина, который собирался помочь, за которого я переживала, с которым предавалась самой лучшей в своей жизни страсти, в итоге не поверил мне и сдал полиции. Не хотелось уже ни выть, ни кричать, ни плакать. Все перегорело. Просто пустота и отрешенность. А Алекс что-то говорит про сожаления. Что мне теперь твои сожаления?

Меня тошнит, а он зачем-то помогает, носит меня, волосы мои держит, пока я с унитазом общаюсь. Почему со мной возится? Я же преступница и разговаривал он со мной, как будто я лично ему дорогу перешла.

– Навалять бы Димычу – услышала я тихий голос Алекса. Просто его мысли вслух. Дима, это наверно тот полицейский. Странно, почему он меня не сдал ему, еще и навалять хочет? Неужели пожалел? Нет, одернула я себя. Глупая и добренькая, всегда была и, похоже, горбатого могила исправит. Вечно во всех хорошее ищешь. Просто с сотрясением, а что оно у меня есть, я уже не сомневалась, тащить меня в «обезьянник» или куда там сажают подозреваемых, попросту не получится. Проще оставить здесь, пока не поправлюсь. Вот Алекс и материт Диму, что теперь ему нянчиться со мной. А и пусть. Не буду облегчать ему задачу, хрен ему.

Стукнул кулаком по стене, я аж подпрыгнула от неожиданности. А вот это сейчас в моем состоянии совсем не кстати. Снова затошнило. Оттолкнула его, хоть и чувствовала, что без него не смогу стоять. Но лучше упасть, чем терпеть его презрение.

2.4. Алекс.

Если я не стою, ничего не стою – так тому и быть.

Нечего терять мне, на кого пенять мне, нечего забыть.

Может я не прав, не прав, не прав – не туда зашёл.

Я люблю тебя, жизнь; Я люблю тебя, и это хорошо.

Это хорошо! Это хорошо!

(«Это хорошо» Пицца)

– Ты идиот? – кричу я на друга, а сам проверяю пульс у Рыжей – Ты что сделал?

– Да блин, она скользкая, как змея. Не понимаю, как вырвалась из моего захвата. Мне ведь тоже надо живой взять опасную преступницу.

– Опасную преступницу – передразнил я его – Да ты посмотри на нее. В ней опасности, как в шпице – Задвинул глубоко внутрь себя мысли о том, что и сам несколько минут назад обращался с ней не лучше. Аккуратно ощупал девушку и поднял на руки. Принеся домой уложил на диван в позу, положенную при сотрясении – Молись, чтобы она себе ничего не сломала. А то я тебе что-нибудь сломаю.

– А не хочешь ли ты мне объяснить? – подозрительно спокойно спросил Дима. Но я-то знал этот псевдо-благодушный тон.

Отвернувшись от Лики, которая была без сознания и, которой сейчас я ничем не мог помочь, провел друга на кухню.

– Садись – буркнул я. Злой был и на него, и на Лику, но больше всего на себя – Она не опасная преступница, ее подставили. И видимо кто-то серьезный, раз пропихнули ее по вашим каналам. Сейчас ее будет искать каждая собака в форме.

– Я не могу поверить, что ты это говоришь – ответил Дима – Ты досье читал?

– Читал, но вижу, что она не виновата.

– Видит он – зло бросил друг – Фигу ты видишь и хорошую актрису. Если бы читал внимательно, то увидел бы, что там написано, опасна она тем, что легко втирается в доверие, соблазном или мастерской игрой убеждает поверить ей. Уж от тебя-то я не ожидал, что попадешься. Ты же лгунов, как щелкунчик щелкаешь.

– Поэтому и говорю, ее подставили.

– Так, знаешь что, не пори горячку. Придет в себя, заберу ее в участок, допрошу со всей строгостью и дальше будет видно.

– Не заберешь – жестко ответил я.

– Погоди-ка, только не говори мне, что ты попался на ее удочку? – я отвел глаза – Ты что влюбился в нее?

– Что ты бред говоришь? Лучше меня знаешь, что это невозможно, тем более за три дня.

– Так ты с ней уже три дня знаком? И как? Убеждения в постели она уже проводила?

– Слушай, повторяю тебе, она не при чем. Хочешь, допроси ее сам, если не веришь. Но здесь, в участок ее я не отдам. Иначе уже через час, она будет мертва.

– Естественно допрошу и со всем пристрастием, в том числе, как она тебя охомутала так, что ты дальше своего носа не видишь.

Я стукнул по столу.

– Да это ты дальше носа не видишь! Совсем там в своем участке мозги подрастерял и под начальство лег. Она была свидетелем убийства и теперь ее ищут. И, судя по тому, что запрос вам передали, это не простые бандитские разборки.

Когда я договорил, то услышал стон со стороны дивана.

– Не подходи пока к ней – бросил другу и быстро пошел к Лике. Открыв глаза, она не сразу сфокусировала свой взгляд, но потом испуганно и затравленно посмотрела на меня. Я чертыхнулся про себя и присел на корточки рядом с ее лицом. Что происходит? Я никогда не запугивал женщин, еще ни одна не смотрела на меня таким взглядом: смесь страха, презрения, недоверия и упрямства. Ее потрясающие глаза были наполнены непролитыми слезами. Душу будто вывернули наизнанку и хорошенько встряхнули. Я взял ее за руку, но она испуганно дернулась.

– Лика, где болит?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.