Седьмое небо
Наташа Шторм

© Наташа Шторм, 2022

ISBN 978-5-0056-7442-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

─ Не плачь, дорогая. Он того не стоит. ─ Деми склонилась и нежно поцеловала меня в затылок. Её тёплая ладонь обвела мой лоб и заправила за ухо выпавший из причёски локон. ─ Эта юбка уже промокла насквозь. Боюсь, тебе придётся купить мне новую.

Я подняла голову и увидела, мисс Шелл улыбается.

─ Все нормальные люди плачутся в жилетку, а ты предпочитаешь нижнюю часть моего гардероба.

Милая Деми! Она всегда могла утешить и развеселить меня. Но не сегодня. Я вновь уткнулась носом в её колени, выпуская фонтан солёной влаги.

─ О-он предал меня! Фактически бросил за двадцать дней до свадьбы-ы!

Слова тонули в стонах и хрипах. Я рыдала, но не чувствовала облегчения. В тот момент мне казалось, истерика никогда не закончится, разве что в тот миг, когда я умру от стыда и горя.

Деми потихоньку выбралась из-под стонущего тела, спрыгнула с дивана и размяла затёкшие ноги.

─ Два часа. Ровно два часа ты ревёшь. Посмотри, во что превратилась твоя кожа. А глаза? Они же красные, как у вампира. Хватит. Умойся и приведи себя в порядок.

─ Но я не могу-у!

─ Можешь. Иначе мне придётся вызвать психиатра.

Я вскочила, как ужаленная.

─ Я не сумасшедшая. Мне не нужен доктор.

Деми развела руками.

─ А что ты предлагаешь? Пустить всё на самотёк, чтобы завтра утренние газеты оповестили Лондон о том, что дочь лорда Саливана сбросилась с Тауэрского моста в Темзу?

Меня словно ледяной водой окатили. Я вдруг почувствовала запах тины и страх смерти. Слёзы высохли, я пришла в себя.

─ Самоубийство? Как такое могло прийти тебе в голову?

Моя подруга вновь опустилась рядом. Её тонкие пальцы обхватили мои.

─ Селин, дорогая! Мы знакомы с детства. Ты для меня ближе сестры. И я не могу смотреть, как ты страдаешь. Ни один мужчина не стоит этих слёз. Давай успокоимся и пройдёмся по магазинам. Накупим кучу бесполезных тряпок, поужинаем в «Сноуби», а потом прокатимся на теплоходе.

Я отрицательно покачала головой.

─ Нет. Ты не понимаешь. Помнишь, отец был настроен против свадьбы, и мне понадобилось три, целых три месяца, чтобы заручиться его согласием. Я же истратила всё красноречие, все доводы. О, Боже! Зачем? А ведь папа оказался прав!

─ Да… ─ Деми поджала колени и мечтательно улыбнулась. ─ Газетчики называли вас английскими Ромео и Джульеттой. Селин Саливан и Роланд Потт! Дети лидеров противоборствующих партий решили соединиться узами Гименея.

─ Приглашения разосланы. Мама носится с этой свадьбой, точно я наследная принцесса. Две тысячи гостей соберутся в Лондоне через три недели. ─ Я вновь закрыла глаза руками, чувствуя, что вот-вот поток слёз хлынет наружу. ─ Какой стыд! Что теперь делать?

Деми потянулась к стопке фотографий и разложила их перед собой в известной лишь ей последовательности.

─ Что делать? Сделай вид, что ничего не произошло. Для людей нашего круга репутация превыше всего.

─ Но я не могу, мисс Шелл. ─ Мой взгляд прошёлся по снимкам. ─ Он изменил мне с этой вульгарной девицей и даже не потрудился хоть как-то объясниться.

Подруга хихикнула.

─ И что ты ожидала услышать в качестве оправданий? «Малышка! Ты не хочешь сосать мой член, поэтому я завёл чудную блондинку с силиконовыми губами?»

Я покраснела.

─ Может, это фотошоп?

─ Сама-то веришь?

Нет, в фотошоп я не верила. Фотокарточки были сделаны так профессионально, на таком чувствительном оборудовании, что я без труда разглядела даже бисерины поты на напряжённом лице Роланда.

Подруга прошлась по комнате и остановилась у окна. День клонился к вечеру. Мягкое сентябрьское солнце золотило лужайку во дворе и расцвечивало любимые розы моей мамы в нереальные медно-кирпичные тона так, что цветы казались искусственными, вылепленными из фарфора и раскрашенные умелой рукой мастера. Я встала рядом с Деми и вздохнула. Пройдёт совсем немного времени, и нежные лепестки облетят, листья пожухнут, а восхитительный аромат останется лишь в памяти.

─ Что мне делать, Деми?

Подруга обняла меня за плечи.

─ Плюнуть на Роланда и найти того, кто заменит его у алтаря.

Я улыбнулась. Мисс Оригинальность всегда фонтанировала идеями, но эта казалась совершенно безумной.

─ Шутишь?

─ Вовсе нет. Я всё уже продумала.

Глава 2

─ Ты шутишь, мисс Саливан? ─ Деми отодвинулась от компьютера и непонимающе уставилась на меня. ─ Это и все твои знакомые? Больше никого нет? Совсем никого?

Я смутилась.

─ Мальчики из приличных семей, как говорит мой папа. А с другими я и не общалась.

Подруга нахмурилась.

─ Теперь понятно, почему ты влюбилась в мистера Потта. Да. У Роланда хоть фигура сносная, не то, что у этих дрыщей.

Я пожала плечами.

─ При чём тут фигура? В мужчине главное интеллект.

─ Ага, как же. Особенно в постели.

Я пропустила мимо ушей очередную скабрезность и задумалась. Когда девушка, которую я знала всю свою жизнь, успела набраться пошлости? Мы не виделись шесть месяцев, которые я провела в Штатах на стажировке в крупной юридической фирме. Но этого хватило, чтобы моя чопорная высокомерная подружка изменилась до неузнаваемости. Казалось, она сняла корону и пошла в народ. Сначала сей факт забавлял меня, но потом… потом я пришла в ужас. Ни такта, ни манер. Вот уже говорю, как моя мамочка, а ведь всегда боялась стать похожей на неё. Я долго боролась с собой, пока не поняла, что люблю Деми любой, и хорошей, и плохой, грустной, весёлой, задумчивой, ветреной и рассеянной, вызывающей и вредной, ведь в душе она всегда оставалась нежной и преданной, моей лучшей подругой.

Я прижалась лбом к окну. Прохлада стекла остудила мой закипающий мозг. Хладнокровие вернулось.

─ Ты пережила разрыв с Диком совсем недавно. Как справилась?

Деми пожала плечами.

─ Выжила. ─ Она помолчала. ─ Знаешь, по-своему, я ему благодарна. Этот американец многому научил меня в плане секса, расслабил, так сказать, заставил смотреть на некоторые вещи иначе. Вот только прожить с ним всю жизнь, родить от него детей я бы не смогла. Мы слишком разные. Факт. И мою маму инсульт бы разбил, узнай она, с кем я связалась.

Я уставилась на давнюю знакомую, словно видела её впервые.

─ Многому научил в плане секса? Что ты имеешь в виду?

В свои двадцать три, являясь обладателем степени магистра юриспруденции и диплома психолога, я, в сущности, оставалась невинным подростком. Нет, с девственностью я распрощалась год назад в объятьях проклятого Роланда, но вот получать удовольствие от близости так и не научилась. Я позволяла раздевать себя, укладывать на кровать и терпеливо ждала, когда то самое действо закончится, ждала, как и полагалось истинной леди благородного происхождения, закрыв глаза, и, стиснув зубы. Спросите, зачем я закрывала глаза? Просто не могла смотреть на искажённое гримасой удовольствия лицо парня, которого, как мне казалось, я любила всем сердцем. Мне было неприятно наблюдать, как он сопит, морщит лоб и сводит на переносице густые брови. А ощущение пота, капавшего на мою кожу, вызывало брезгливость. Но, не смотря ни на что, Рол мне нравился. Он устраивал меня во всём, кроме того самого секса, а значит, стоило немного потерпеть, благо, это всегда заканчивалось довольно быстро.

Как неловко затрагивать столь щекотливую тему с подругой! Мы никогда не обсуждали интимную жизнь. Но тогда с кем? С кем я смогу поговорить?

Деми пересела в кресло и лукаво улыбнулась.

─ Держу пари, ты провела все ночи с Роландом, лёжа на спине со сжатыми кулаками, считая секунды, и, моля высшие силы, чтобы всё это побыстрее закончилось.

Я проглотила комок в горле.

─ Но откуда ты…

─ Откуда я знаю? Да сама такой была когда-то, свято веря, что это норма. Ещё подростком я подслушала разговор мамы с тётушкой. И, знаешь, они считали, что женщинам нашего круга непристойно ублажать мужчин так, как тем заблагорассудится. На то существуют проститутки. Тогда я не придала значения их беседе. Но потом, спустя годы, решила, что мой мужчина никогда не пойдёт покупать любовь. Понимаешь, я другая, не такая, как моя мать. Я просто не смогу делить своего мужа с кем-то ещё.

─ Я тоже не смогу. Но… я ведь делала всё, что просил Роланд.

─ Что, например?

Мой язык окостенел. Слова давались с трудом, но мне казалось очень важным поделиться информацией и получить взамен дельный совет именно сегодня, именно сейчас, так как завтра я уже не решусь затронуть этот вопрос. Щёки залил густой румянец. Зажмурившись, я выдохнула.

─ Ну… я позволяла раздеть себя, а потом… он целовал меня… везде.

─ И там? ─ Деми кинула красноречивый взгляд на мои бёдра, а я покраснела ещё сильнее.

─ Нет. Там я не позволяла. Это как-то негигиенично!

─ Негигиенично? ─ Прыснула Деми. ─ Но мужчинам это нравится, как и то, что ты берёшь в ротик их достоинство и нежно посасываешь!

Представив подобную сцену, я едва смогла подавить рвотный рефлекс. Нет, пусть я навсегда останусь без мужа, но сосать жуткий, покрытый толстыми венами член не стану.

─ Я бы посоветовала тебе Дика, так, как учителя, не более, но ведь ты не согласишься?

Я распахнула створки окна. Щёки пылали, и даже холодные дождевые капли, влетавшие в комнату, не могли их остудить.

─ Не соглашусь. Мне не нравится Дик. Даже не представляю, что смогу раздеться перед ним.

Деми встала рядом со мной и, протянув руку, поймала несколько прозрачных капель.

─ Дик или не Дик, какая разница? Нужен мужчина, способный пробудить твою чувственность. Вот я больше не краснею, услышав слово «член» или «влагалище», я могу трахаться, когда захочу, и где захочу: в автомобиле, в лифте, в конференц-зале, лёжа на столе, стоя на четвереньках, меня даже под потолок подвешивали. ─ Выпалив последнее, подруга прикусила губу.

Я открыла рот от изумления. Это звучало странно, особенно из уст воспитанной интеллигентной девушки.

─ Ты смущена? ─ Она хихикнула. ─ Не будь ханжой. Я научилась получать от секса, помимо удовольствия, мощный энергетический заряд. И это здорово помогает в жизни. Ты видела мои последние работы?

Будучи хозяйкой картинной галереи, Деми ни так давно стала брать уроки живописи. Должна заметить, она далеко продвинулась в мастерстве и даже умудрилась продать пару полотен.

─ Приходи в галерею. Думаю, ты впечатлишься.

─ Даже не сомневаюсь. ─ На смену жара пришёл озноб. Захлопнув фрамугу, я умостилась в кресле, поджав под себя ноги. ─ И всё же, всё же я не улавливаю связи между сексом и работой. Вряд ли занятия любовью подстегнут мою адвокатскую деятельность.

Мисс Шелл вновь рассмеялась.

─ Ещё как! Посмотри на старшее поколение. Сборище сухих чопорных гордячек с потухшими глазами и поджатыми губами. Им никто не нужен, и они никому не нужны. Они не интересны даже собственным мужьям. Они никогда не покажут мужчине своего тела, никогда не уснут в его объятьях и не проснутся от нежного поцелуя. Эти дамы живут собственной унылой жизнью, воспринимая близость, как супружеские обязанности. Вслушайся только, «обязанности»! Ты хочешь превратиться в одну из них, или получать удовольствие от всего, чем бы ни занялась?

Перед моим взглядом проплыли лица подруг матери. Надо же, как тонко подметила Деми их особенности. Тощие, недовольные всем и вся, заносчивые особы. Я попыталась вспомнить, когда хоть одна из них улыбалась. Никогда. На моей памяти такого не случилось ни разу. Да и мама… Я любила её, но она ничем не отличалась от своих знакомых. Родив меня и брата, она сочла, что долг перед семьёй выполнен и переселилась в другое крыло. Спальни родителей находились не рядом, а в разных частях дома. И раньше это казалось мне нормальным явлением. В особняке, который присмотрел Рол, я тоже выбрала себе отдельную комнату с видом на Темзу. Созерцание воды успокаивало, наполняло душу гармонией. Думаю, мой новоиспечённый муж даже не удивился бы, узнав о моих планах. Так было принято в наших кругах. И традиция спать на разных половинах считалась нерушимой. А сейчас… почему сейчас я вдруг задумалась, счастлива ли моя мать? Стану ли я счастливой?

Я не хотела потерять интерес ко всему, кроме светских сплетен и розария, не хотела запереть себя в стенах старинного особняка. Я не хотела стать такой холодной, как мама, и, со временем, занять её место в благородном женском клубе.

─ Послушай меня, Селин, ты можешь изменить свою жизнь, сделать её светлой и радостной, простой и понятной. Словом, тебе нужен нормальный мужчина.

Я задумалась. Моя жизнь казалась простой и понятной до вчерашнего утра, пока некто неизвестный не подбросил к будке охраны конверт с неопровержимыми доказательствами виновности мистера Потта.

Отличное образование, успешное начало карьеры, парень моей мечты, предложивший руку и сердце. Что ещё требовалось для счастья? И, если бы не эти чёртовы снимки, я бы повторила жизнь всех женщин нашей семьи. Впрочем, другой жизни я не знала.

А что теперь? Я уже представляла, как шушукаются за моей спиной члены женского клуба, а их дочки посмеиваются и злорадствуют, как отец хватается за сердце и говорит: «Я же предупреждал!», как мать, прямая, как струна, допивает свой чай и поджимает губы: «Ничего, дорогая, мы найдём тебе нормального мужа!»

«Мы найдём» я слышала чуть ли не с детства, и всё моё естество противилось этому. Я хотела найти сама своего собственного принца, такого… Не описать словами. Его образ претерпевал возрастные изменения и оформлялся по мере моего взросления. Мне стукнуло восемнадцать, когда принц из моих грёз обрёл окончательные формы и наполнился содержанием. Высокий брутальный брюнет в костюме от «Calvin Klein» обычно улыбался сквозь розовую дымку, сверкая нереально белыми зубами, и протягивал алую розу. От этой улыбки мне становилось тепло и радостно. Не знаю почему, но мужчина мечты всегда появлялся в солнцезащитных очках. А, когда снимал их, я погружалась в голубой омут его бездонных глаз. Я надеялась, не пройдёт и года, как незнакомец преступит тонкую грань между сном и явью, и из моих фантазий явится в реальный мир. Вот только время шло, а принц не спешил осчастливить меня своим прибытием.

Зато мама всё чаще устраивала чаепития, куда её добропорядочные подруги сгоняли прыщавых отпрысков. Очень скоро список подруг, а вместе с ним и претендентов на мою руку и сердце иссяк. Я понимала, что мои ровесники, те самые приличные мальчики из хороших семей, совершенно не привлекают меня, и изъявила желание учиться.

Мама, как всегда поджала губы, а отец обрадовался. Мой младший брат Эд, которому только исполнилось семь, был очень болен. Никто не возлагал на мальчика особых надежд, а зря. Несмотря на то, что с рождения Эдвард не произнёс ни слова, развивался он нормально, любил футбол, писал, складывал в уме трёхзначные числа и читал совсем недетские книги. Но главной страстью Эдварда являлась музыка. Усаживаясь за рояль, он тут же преображался. Но только я видела в нём виртуозного музыканта. Родителям увлечение сына казалось блажью. Впрочем, они давно смирились. А вот хороший юрист (в моём лице) семье явно не помешал бы.

С Роландом я встретилась в канун своего двадцатидвухлетия и сразу же влюбилась. Нет, он не был принцем из моих грёз, скорее его полной противоположностью, но, как говорится, любовь зла. Худощавый, белокурый, с лукавыми зелёными глазами, он сыпал остротами и совершенно не стеснялся демонстрировать окружающим свой интеллект. Интеллект! Вот то, что меня и подкупило.

Наш первый поцелуй вызвал во мне самые противоречивые чувства. Язык Рола протиснулся в мой рот так глубоко, что я потеряла возможность дышать и резко отстранилась. Паника! Я думала, Роланд посмеётся надо мной или уйдёт молча, но он только крепче сжал меня в объятьях.

─ Ты ни с кем не целовалась по-настоящему, детка? Да ты же сокровище!

Не прошло и месяца, как «сокровище» оказалось в постели, бледное, испуганное, трясущееся, точно лист осины на ветру.

То, что случилось после, явилось для меня настоящим кошмаром. Потные руки больно сжимали мою грудь, влажные губы скользили по телу, оставляя на коже дорожки слюны. Я мечтала лишь об одном, вырваться из этой комнаты, из этого дома, залезть под душ и отскрести от себя следы присутствия мужчины. Но я не сбежала. Мало того, сделала вид, что всё случившееся мне очень понравилось. Не знаю, понравилось ли действо Ролу, но с того момента он принялся затаскивать меня под одеяло регулярно, каждую неделю, по пятницам, освободив один час в своём плотном графике.

И вот теперь, спустя несколько месяцев, я, наконец, узнала, что мой жених искал другие развлечения с другими женщинами. Это казалось отвратительным. Впрочем, мисс Шелл была права. Если не хочешь, чтоб твой принц развлекался на стороне, дай ему то, что он желает.

Я с тоской взглянула на подругу.

─ Деми! Что мне делать?

Глава 3

И что теперь делать? Стоимость проекта значительно превысила бюджет, заложенный изначально. Я мучительно соображал, на чём можно сэкономить, когда с первого этажа послышался голос матери:

─ Антонио! Мальчик мой! Ты скоро окончательно загубишь свои глаза! Выключай компьютер и марш, обедать!

Я понимал, спорить с Мелиссой бессмысленно. Игнорируя мой почтенный возраст, она всё ещё считала меня мальчишкой, способным нанести себе вред по незнанию или неосторожности. И, стоило мне переступить порог родительского дома, как Мел тут же включала «мамочку». Пришлось подчиниться и в этот раз. Захлопнув ноутбук, я улыбнулся и спустился в столовую.

Мелисса суетилась у плиты, ловко управляясь с кастрюлями и поварёшками. Наконец, она подошла к столу и поставила передо мной тарелку с супом. Усевшись напротив, мать подпёрла подбородок кулачком и тяжело вздохнула.

─ Кушай, сынок. Совсем тебя эта работа заездила. Вон, какой худющий. Одни глаза и остались.

Я послушно проглотил пару ложек, понимая, что супом дело не закончится.

─ Мам, я хорошо питаюсь. И работаю в удовольствие. Ты не волнуйся.

─ Не волнуйся? ─ Моя старушка кинула на стол полотенце и взорвалась. ─ Когда мы с отцом переехали в Афины, я надеялась, что, окунувшись в новую жизнь, он выделит хотя бы пару дней в неделю для отдыха. И что? Он, как и прежде, возвращается к полуночи и закрывается у себя в кабинете с грудой бумаг. Даже не знаю, когда этот трудоголик спит.

Я улыбнулся.

─ Папа не трудоголик. Он просто любит свою работу.

─ Любит? ─ Мать взвизгнула. ─ Вот только эта любовь безответна. Что он получил взамен? Два инфаркта и аневризму. ─ Она приблизила своё лицо к моему. ─ Я не хочу, чтобы и ты лишился здоровья.

Я сжал руку матери и поднёс к губам.

─ Мне только тридцать два. И от инфаркта я бегаю каждое утро. Быстро. Он не догонит.

Мелисса выдернула кисть.

─ Тебе бы всё шутки шутить. А я серьёзно. Ты уже три дня в Греции, а ни разу на пляж не сходил. Мог бы в клубе повеселиться, познакомиться с девушкой…

Я чуть не завыл. Каждая наша беседа неизменно сводилась к моей личной жизни.

─ Мам! У меня полный порядок: хорошая работа, я питаюсь по часам и занимаюсь спортом. И у меня в Мадриде есть девушка.

Я наблюдал, как Мелисса смягчилась.

─ Девушка? Очень интересно. Так почему ты не привёз её с собой?

Вот же насмешила! Девушки менялись в моей постели, как картинки в калейдоскопе. Но вот желания познакомить кого-то из них с родителями, у меня не возникало.

─ Кто она? ─ Не унималась мать. ─ Хорошенькая? У вас с ней серьёзно?

Я пожал плечами.

─ Даже не знаю. Возможно, я ещё не готов взвалить на себя обязанности мужа и отца. Да и в Мадриде я долго не задержусь. Вот закончим строительство, вернусь в Афины. Тогда и подумаю о семье.

Мелисса покачала головой.

─ Зачем ты меня обманываешь, сынок? Твой отец мотался всю жизнь по объектам, контролировал всё лично. А в это время я вела хозяйство и воспитывала тебя. Теперь и ты живёшь в гостиницах и питаешься непонятно, чем. В прошлом году Хельсинки, в этом Мадрид. Что будет в следующем?

─ Возможно, Лондон. Но это неточно.

─ Лондон? ─ Мать всплеснула руками. ─ И я узнаю об этом только сейчас?

Я рассмеялся.

─ Ещё ничего не ясно. Мы с папой собираемся принять участие в тендере. А вот кто его выиграет? Вопрос. Говорят, приедут японцы с сильным проектом, и немцы подтянутся.

Мелисса ничего уже не слышала. Она метнулась к тумбе и вернулась с телефоном.

Глава 4

Мелкий дождь стучал по стёклам, на город опустился туман. Мы сидели в любимом «Сноуби» и наслаждались шоколадным коктейлем.

─ И где же он?

Уилли опаздывал на четверть часа.

Деми кивнула в окно.

─ Погода нелётная. На улицах пробки. Думаю, на первый раз, мы простим ему непунктуальность. ─ Она откинулась на спинку стула. ─ Скажи, Селин, зачем ты притащила меня сюда? Это же твоё свидание!

Я зажмурилась.

─ Мне страшно. Я не виделась с Уилли два года. А тут сама напросилась. Давай просто посидим, поболтаем втроём, вспомним детство. А там, как пойдёт.

Деми тяжело вздохнула.

─ Уилл единственный из твоего списка, кто хоть как-то смахивает на мужика. Остальные так, прыщавые подростки. Помнится, когда-то он был в тебя влюблён. Знаешь, старые чувства иногда просыпаются с новой силой. Если ты прекратишь строить из себя недотрогу, кто знает, возможно, репутация твоей семьи не пострадает. Думаю, кто-кто, а твой папенька только обрадуется. Но ты должна форсировать процесс.

─ Форсировать? Как? ─ Ужас вползал в моё сердце, сковывая руки и ноги ледяным панцирем.

─ Ты знаешь.

Я закрыла лицо ладонями, почувствовав, как запылали щёки.

─ Не знаю. Не знаю, получится ли у меня затащить его в постель, а, если и получится, что дальше?

Мисс Шелл шумно втянула в трубочку остатки коктейля и вытерла рот тыльной стороной ладони. Позорище! Я посмотрела по сторонам. Слава Богу, поблизости никого не оказалось. Симпатичный бармен болтал с официанткой, не обращая на нас никого внимания. Он был так поглощён своей подругой, что я невольно позавидовала рыжеволосой девушке. Она выросла в бедном квартале, не получила образования, а, возможно, сбежала из дома. И теперь всё, что ей сулила жизнь, находилось тут, в «Сноуби», и работа, и любовь. Но её эта жизнь устраивала. Она была свободна от предрассудков общества, от обязательств перед семьёй, от тяжкого бремени соответствовать своей фамилии.

─ Куда ты уставилась? ─ Деми проследила направление моего взгляда. ─ А…─ Она откинулась на спинку стула. ─ Астмус и Меринда. Они милые. Правда?

Я проглотила комок в горле, почувствовав, что зависть приобрела вполне осязаемый горький вкус, который не заглушал даже шоколад.

─ Ты их знаешь?

Деми кивнула.

─ Они тут последние дни работают, а потом, слышала, переезжают в Арканзас. Вроде, Меринде ферма в наследство досталась.

Я усмехнулась. Ферма? Значит, и эта улыбчивая девушка несвободна. Впрочем, она хоть парня себе нормального нашла.

─ Эй, мисс Саливан! На чём мы с тобой остановились?

Глава 5

─ Так на чём мы остановились, сын? Тендер. Верно?

─ Мама? Что ты задумала?

Я знал наверняка, что задумала моя старушка, но всё ещё боялся в это поверить, пока не услышал:

─ Тиси, милая, привет! Как давно мы не болтали!

Стиснув зубы, я помчался наверх и от души пнул дубовый шкаф, словно тот являлся боксёрской грушей. Боль только разозлила. Нет! Это немыслимо! Мелисса решила заручиться поддержкой лорда Саливана через его чопорную жену. Я не нуждался в протекциях. Мой проект казался лучшим! Гнев клокотал внутри. Стоп! Необходимо успокоиться. Отец просил быть помягче с мамой, которая периодически жаловалась на сердце. Сжав виски, закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов. Полегчало.

Когда впервые я увидел миссис Саливан? Лет в десять? Да. Точно. Именно тогда отец, устав работать на дядю, открыл собственную компанию и получил свой первый миллионный проект.

Встреча с Анастасией, тётушкой Тиси, меня не порадовала. За тридцать минут, проведённых в кафе аэропорта Шарля Деголя, я услышал столько замечаний в свой адрес, сколько не получал от родителей за всю жизнь. В то время мы ютились в Париже в крошечной съёмной квартире, куда благопристойная светская львица не пожелала заехать. Зато мать помчалась, сломя голову, через весь город, чтобы выпить чашечку кофе и помочь скоротать подруге время, пока самолёт её мужа проходил дозаправку.

Если честно, я не мог понять, зачем мама потащила меня с собой. Анастасия бросила на меня быстрый взгляд и, игнорируя моё имя, тут же произнесла:

─ Мальчик! В футболке? Разве ты не знаком с правилами хорошего тона? На встречу с дамой нужно надевать сорочку.

Я сжал кулаки, но промолчал.

─ Когда у меня будет сын, я начну обучать его хорошим манерам с пелёнок.

Не знаю почему, но я искренне пожалел сына, которого у миссис Саливан ещё не было.

Дальше на меня полилось, как из рога изобилия:

─ Мальчик, не ссутулься! Мальчик, не ешь мороженое слишком быстро! Мальчик, не шмыгай носом!

А я и не шмыгал, и мороженое ел в обычном темпе. Словом, когда встреча подошла к концу, я мысленно перекрестился.

Всю дорогу домой я пытался выведать, что связывало мою вменяемую родительницу с высокомерной дамой из высшего света. Помню, Мелисса тогда рассмеялась.

─ Мы с Тиси учились вместе, дружили. И, поверь, в юности миссис Саливан была совершенно другой. ─ Мама закрыла глаза, пытаясь вернуться в то далёкое время. ─ Такой… смелой, настойчивой и чудо, какой хорошенькой.

─ Хорошенькой?

Как по мне, тётушка Анастасия напоминала швабру, стоявшую в нашей кладовой. Тощая, серая, с высоко поднятым острым подбородком, которым, при желании, могла проткнуть, кого угодно.

─ Да, да, сынок. Это уже после колледжа наши дорожки разошлись. Она вышла замуж за лорда, а я за твоего отца. Мне повезло. Я нашла женское счастье, а вот Тиси нет. Понимаешь, её новый статус предполагал хорошо выглядеть, красиво одеваться.

─ И?

Мать пожала плечами.

─ Она весила немного больше нормы. Совсем чуть-чуть, а хотела стать идеальной. Словом, неконтролируемые диеты привели сначала к анорексии, потом к бесплодию.

Прошло пять лет

─ Бедняжка долго лечилась, усердно молилась, и произвела-таки на свет очаровательную девочку. ─ Мать прихорашивалась перед зеркалом. ─ Скоро ты познакомишься с малышкой Ли.

Меня и сейчас передёргивало, стоило вспомнить тот день.

Где мы тогда жили? Кажется, в Мельбурне. Отец занимался строительством очередного небоскрёба, мама вела хозяйство. Когда на пороге нашего дома появилась английская леди, мама опешила. Наш простой уклад вызвал гримасу недовольства на узком пепельном лице. Впрочем, возможно, мне это только показалось?

Женщины обнялись, и тут я заметил маленькую девочку, старательно прятавшуюся за юбку матери. Ничего не могу сказать, Ли, похожая на куклу, казалась очаровательной, но только до той поры, когда перестала стесняться и открыла свой чудный ротик.

─ Ма! Мы не можем тут жить. Тут так бедно, как у моей няни в Йокшире. И игрушек совсем нет.

Тиси присела на корточки и улыбнулась дочери.

─ Не волнуйся, милая, мы задержимся здесь всего на пару дней, пока отец не пришлёт наш личный самолёт. А игрушки… ─ Она взглянула на меня. ─ Пойди, поиграй с этим мальчиком в саду.

С мальчиком? Я хотел возмутиться. Мне исполнилось пятнадцать. Я был выше и сильнее сверстников и не нанимался нянькой к избалованной девчонке, тем более, не походил ни на одну из игрушек, к которым она привыкла. А ещё… ещё у меня было имя, которое миссис Швабра упорно игнорировала.

Мама пропустила мимо ушей тираду о нашей бедности и кивнула мне.

─ И то верно, Тони, покажи маленькой мисс Саливан сад.

Мой внутренний зверь рычал, пытаясь вырваться наружу, вот только я не мог огорчить маму.

Два дня кошмара я прировнял к двум годам строго тюремного режима. Анастасии не нравилось всё: еда, слишком вредная и калорийная, солнце, слишком яркое, вода, слишком мокрая, а на удивительные мамины орхидеи у тётки вдруг разыгралась мигрень.

Я вновь слышал шипение в свой адрес:

─ Хорошо воспитанный мальчик…

Так вот, по мнению Зануды, я картавил, шепелявил и заикался, говорил слишком громко и быстро, думал медленно, ходил, как медведь, топал, хлопал и производил слишком много шума. На самом деле я был хорошо воспитан, по крайней мере, никто ещё не жаловался. Вот только почему-то в присутствии этой дамы мне безумно хотелось чавкать и ковыряться в носу. Впрочем, я не мог позволить себе такой маленькой, но сладкой мести. Почему? Это расстроило бы маму. Я терпел, но в душе затаил обиду. Впрочем, она быстро отошла на второй план, стоило миссис Зловредности бросить взгляд в сторону дочери.

─ Ли! Выпрями спину! Ли! Ешь двумя приборами! Ли! Не смей бегать, прыгать…

«Дышать!» ─ мысленно добавил я.

В очередной раз, гуляя по саду, я решил поинтересоваться, как живётся маленькой девочке в такой семье. Ли меня удивила. Она не общалась со сверстниками, не ходила в детский сад, не посещала дошкольные учреждения и была убеждена, что жизнь её нормальная, просто замечательная. Беспокойство вызывал лишь молочный зуб, который шатался и причинял дискомфорт. Нянюшка, решившая удалить его ниткой, была безжалостно уволена, и теперь вся семья с нетерпением ожидала лучшего дантиста Лондона, который, к великому сожалению, проводил отпуск в тёплых краях.

Я отдал должное тому, что для пяти лет малышка оказалась весьма развитой и разговорчивой. То, что я принял за заносчивость, оказалось детской непосредственностью. Несмотря на строгое воспитание, в ней бурлили любопытство и интерес ко всему новому. Ли долго рассматривала дождевого червя, выползшего продышаться после затяжных ливней, умудрилась поймать бабочку-махаона и оттаскать за уши старого пса Бакса. Её радость была такой неподдельной и открытой, что и я неожиданно развеселился.

─ Ли! Не трогай собаку. В ней могут водиться блохи!

Я наблюдал, как улыбка угасла на милом детском личике, а глаза потухли, стоило на крыльце появиться миссис Стервелле.

─ В нашей собаке блохи не водятся. ─ Съязвил я. ─ Как, впрочем, и на ней.

─ Это неважно, мальчик. ─ Анастасия грозно взглянула на дочь. ─ Немедленно помой руки и переоденься!

Я чуть не завыл с досады. Эта леди калечила собственного ребёнка, лишала его таких необходимых детских радостей.

Вечером, дождавшись отца я предложил ему… удочерить Ли.

Папа долго смеялся, до слёз. И, несмотря на все мои доводы, как это можно сделать (начиная от похищения и заканчивая судебной тяжбой, где наше семейство обвинило бы семейство Саливанов в жестоком обращении с ребёнком), порекомендовал держаться от маминой подруги подальше.

─ Потерпи немного, сын. Завтра вечером они улетят. И, даст бог, мы их больше не увидим.

─ А Ли? Что будет с ней?

Отец вздохнул.

─ Боюсь, она превратится в эгоистичную маленькую стерву, в точную копию своей маман. Она выйдет замуж за очередного лорда и будет несчастна, но даже не поймёт этого потому, что не узнает другой жизни.

Я ворочался всю ночь, жалея несчастную малышку. А утром миссис Саливан принялась паковать чемоданы, сетуя на отсутствие в нашем доме прислуги. Ли я не видел до самого отъезда. Она была наказана за те счастливые мгновения, которые пережила впервые в жизни.

Когда водитель отца вынес багаж, тётушка Тиси повернулась в мою сторону.

─ Надеюсь, мальчик, ты принял к сведению все мои замечания. Вот список книг, которые тебе стоило бы прочитать. ─ Она протянула лист, исписанный мелким почерком. ─ Если мы встретимся, лет через десять, ты сможешь поразить меня хотя бы умом и эрудицией.

Я открыл рот, чтобы высказать всё, что накопилось, но промолчал. Всё-таки меня хорошо воспитали. И спорить со взрослой дамой, даже если та самая дама являлась скверной и злой, противоречило правилам хорошего тона.

Лет через десять…

Тиси, как в воду глядела!

Прошло десять лет

Я не собирался показываться в Эмиратах, но мой первый самостоятельный проект требовал серьёзных доработок. Так хотелось закончить его самому, без помощи отца, но сроки поджимали, а некоторые детали вызывали сомнения.

Я вошёл в очередной родительский дом, и тут же замер на месте. Рядом с сияющей мамой восседала её лучшая подруга. Отдать должное миссис Саливан, она, наконец-то приобрела женственные округлости и уже не так напоминала швабру из нашей кладовой. Вот только серый цвет лица остался неизменным. Да и выражение на том самом лице осталось прежним. Протянув руку, она выдавила подобие улыбки.

─ Добрый день, юноша. Оу! Вам бы не мешало помыться с дороги.

Юноша! Надо же, да меня повысили. Впрочем, называть двадцатипятилетнего мужика юношей казалось забавным. Я пропустил мимо ушей очередное замечание. Я и сам знал, что в такую погоду стоило смыть пот и дорожную пыль. И сейчас это являлось лучшей причиной прервать беседу.

Ехидно улыбнувшись, я взглянул на мать.

─ Ты не сказала, что у нас гости. Знай я это заранее, принял бы душ в аэропорту. Там и заночевал бы.

Мелисса обняла меня и миролюбиво похлопала по плечу.

─ Тиси и Ли уезжают вечером. Жаль, что у тебя мало времени пообщаться с малышкой, но, смею тебя заверить, она прелестна.

Изобразив на лице сожаление, я поспешил на второй этаж. Очередное съёмное жильё. Стандартное, без изюминки, без лица и без души. Сколько раз я спрашивал родителей, не надоело ли им колесить по свету. Но те лишь руками разводили. Семья не бедствовала. И отец мог при желании купить недвижимость в любой стране, но мама только вздыхала. «Нет! Вот когда осядем, тогда и дом купим.» Я понимал её. Мелисса не желала сидеть в четырёх стенах и ждать мужа, как Пенелопа. Она находилась рядом с ним всю жизнь и не собиралась менять правила. «Твой отец иголка, а я нитка,» ─ частенько повторяла она, ─ «рано или поздно, папе надоест мотаться. И вот тогда…» Мел могла часами рассказывать, какая жизнь нас ждёт тогда. Вот только я не собирался вечно осуществлять её мечты и оправдывать ожидания. Я хотел строить собственное будущее. Я имел на это право.

Итак, моя комната находилась, как всегда, в конце коридора. Приняв душ, я подошёл к окну, выходившему во внутренний двор, и остолбенел. Возле бассейна, в шезлонге, возлежало худенькое существо в купальнике. Оно было настолько худым и немощным, что меня тут же окатила волна сострадания. Тонкие ручки, выпирающие вверх ключицы и подвздошные кости, торчащие острые коленки. Но самое ужасное находилось под милым сомбреро. Лицо девушки неведомый злодей умудрился вымазать мерзкой зелёной субстанцией неизвестного происхождения. И это чудо природы Мелисса считала прелестным? Я вздохнул. Наверное, мать так выразилась, чтобы приободрить подругу.

Мне отчего-то захотелось закурить. Я сжал кулаки. Нет, вредная привычка не вернётся! Никогда! Я сильный, я могучий! Я победитель!

Мои светлые мысли прервал ветер, точнее, не сам ветер, а то, что он натворил. Взявшись, не понять откуда, он скинул широкополую шляпу с головы девушки, и я в очередной раз открыл рот. Искрящийся водопад золотых волос окутал худенькое тельце лёгким покрывалом. Такой роскошной шевелюры я не видел.

Ли испугалась, подпрыгнула, схватила шляпу и вернула её на прежнее место, умело заталкивая внутрь своё единственное сокровище.

Я решил выйти и поздороваться, так, ради приличия. Спустившись вниз, шаркнул ножкой.

─ Надеюсь, миледи не сочтёт меня плохо воспитанным из-за того, что в столь жаркий день я не предстал перед ней в смокинге?

Анастасия скривилась, а мать рассмеялась от души.

─ Вот, возьми сок и отнеси нашей гостье.

─ Я как раз туда и собирался. ─ Обернувшись в сторону миссис Поджатые Губы, я кашлянул. ─ Тётушка Тиси, скажите, а во что испачкалась Ли? Её лицо покрыто какой-то жуткой тиной.

Анастасия развела руками.

─ Юноша! Да будет Вам известно, за эту маску я отдала сто фунтов. И её приготовил лучший косметолог Британии в институте красоты.

─ О! Тогда это многое объясняет. ─ Не унимался я. ─ Вот только зачем пятнадцатилетней девочке понадобилась маска? Думаю, любая косметика в столь юном возрасте наносит лишь вред.

─ А Вам, юноша, думать не обязательно. Наш семейный косметолог подумал за Вас. Ли аристократка в семнадцатом поколении. А нам, аристократам, не пристало появляться в обществе с плебейским загаром. ─ Она презрительно окинула моё смуглое от природы лицо. ─ Кожа должна быть белоснежной, как у меня. Ясно?

Ясно! Яснее не бывает. Но меня понесло.

─ Тогда, возможно, Вы дадите и мне попользоваться этим чудным зельем? Я оплачу.

Анастасия фыркнула.

─ Боюсь, юноша, Вам это не поможет. Впрочем, пользуйтесь не жалко. ─ Она указала на тумбочку, где в пластмассовой банке булькала болотная жижа.

Зачерпнув чудодейственное средство, я понюхал и брезгливо скривился. Пахло оно ничем не лучше, чем выглядело. Тем не менее, щедро обмазав своё лицо, я широко улыбнулся.

─ Поглядим, тётушка Тиси, так ли хорош Ваш косметолог.

Подхватив поднос, я вышел через боковую дверь и направился к бассейну.

─ Привет, Ли.

Девушка вздрогнула, подпрыгнула и натянула на себя парео до подбородка.

─ Тони? Ты? Прости, я, кажется, задремала.

Усевшись напротив, я протянул стакан с апельсиновым соком.

─ Узнала? В нашу последнюю встречу ты была совсем маленькой.

Ли рассмеялась.

─ А ты худым и длинным.

─ Жилистым и рослым. ─ Поправил я.

─ Пусть так. ─ Она уставилась на меня огромными голубыми глазами, точно пыталась рассмотреть под слоем зелёной гадости. ─ У тебя тоже прыщи?

Я опешил.

─ Прыщи? Нет. С чего ты взяла?

Ли пожала плечами.

─ Тогда зачем ты нанёс эту гадость?

─ Но… ─ Я опешил. ─ Твоя мать сказала, что это крем от загара.

─ Да? Она так сказала? ─ Мне показалось, что Ли покраснела, во всяком случае, её шея покрылась пунцовыми пятнами. ─ Знаешь, у меня на лице абсолютный кошмар. Чего только я не перепробовала…

Бедная! Ко всем своим недостаткам иметь проблемную кожу, и это в пятнадцать лет!

Опрокинув в себя стакан сока, я широко улыбнулся.

─ Ничего. Так иногда бывает. Я этим тоже страдал в переходном возрасте. А потом всё само прошло.

Ли вздохнула.

─ Но я девочка. И у нас не принято появляться в обществе в таком виде!

Я скривился. Кажется, воспитание Тиси дало корни.

─ А ты наплюй на общество. Забудь о нём. Вот подумай сама, кто станет обсуждать тебя? Сплетницы, лентяйки, у которых от избытка свободного времени языки чешутся? А сами-то они идеальны?

Девушка поправила шляпу и, наконец, я увидел её улыбку.

─ С тобой легко. Ты всё говоришь верно, но я живу в другом мире и по его правилам.

Я хотел крикнуть, что мир для всех один, а правила, придуманные её матерью, не являются догмами, но сдержался.

─ Давай умоемся и сгоняем на пляж.

─ Нет. ─ Ли покачала головой. ─ Мы скоро уезжаем.

Как ответ на её слова, прозвучал голос миссис Всегдавсёпортящей.

─ Селин! Пора собирать вещи. Через четверть часа прибудет автомобиль.

Ли встала на ноги и развела руками.

─ Видишь, мне пора. Жаль, не успели поболтать. Когда-то нам было весело.

Я тоже поднялся. Не знаю почему, но я сожалел о скором отъезде мисс Саливан. Хотелось сказать так много, но времени почти не осталось.

─ Только не провожай. Обещай, что не выйдешь из своей комнаты, пока мы не покинем Ваш дом. Не хочу, чтобы ты видел кошмар на моём лице.

─ Но это невежливо. ─ Попытавшись оттереть с щёк липкую заразу, понял, что так быстро сделать мне это не удастся. ─ Да и что подумает твоя мать?

─ Переживёт. ─ Ли сделала несколько шагов по направлению к дому.

─ И будет жаловаться тебе всю дорогу на невоспитанного юношу.

Малышка обернулась.

─ А это я переживу. Знаешь, я привыкла к её монологам. Не обязательно вслушиваться или отвечать. Главное периодически кивать головой.

Эта девочка нравилась мне всё больше.

─ Можно дам совет?

Ли улыбнулась.

─ Изволь.

─ Не изводи себя диетами. Мужчинам нравятся формы.

Глава 6

«Не изводи себя диетами. Мужчинам нравятся формы.» Откуда-то, из глубины подсознания всплыли слова малознакомого человека, которые давным-давно, при нашей короткой встрече, показались мне такими важными. Я вдруг задумалась. Почему? Почему я так жалела, что наше общение ограничилось несколькими минутами? Почему моё воображение ещё долго рисовало его образ в невинных девичьих мечтах, и, в конце концов, его внешность внесла разительные изменения во внешность придуманного мною принца? Что потрясло меня? Фигура? Низкий вкрадчивый голос? Или те вещи, которые он говорил? Правильные, простые, понятные. Я вдруг осознала, что думаю так же, так же, как он. Вот только законы моего мира не позволяли иметь собственное мнение. В высшем свете жизнь текла по отработанным алгоритмам, и любое инакомыслие каралось, в лучшем случае, презрением, а бунт… О! Об этом даже подумать страшно.

Я не видела лица Антонио. Но глаза, огромные чёрные, как ночь, буквально прожгли меня, оставив на сердце некую отметину. Скажу честно, в определённый момент я разозлилась. Вот почему я постоянно думаю об этом мужчине? Возможно, я никогда не встречусь с ним больше. А если и встречусь? Что это изменит? Я поддамся его очарованию, решу изменить свою жизнь, а в результате лишусь всего. Именно поэтому я оставила своему воображаемому принцу голубые глаза, а всё остальное… Увы и ах! Во всём остальном он напоминал сына подруги моей мамы.

─ Два эклера. ─ Я подмигнула Деми. ─ Если в ближайшие двадцать минут Уильям не появится, пойдём в кино. Всё-таки мы приличные девушки, и нужно ценить своё время.

Глава 7

─ Нужно ценить своё время, сын. ─ Мелисса включила режим наставления. ─ Ты слетаешь в Лондон и передашь документы Дрю. Он ознакомится, внесёт поправки, а потом поддержит твой проект.

─ Поправки?

Мелисса рассмеялась.

─ Наверное, ты забыл, что лорд Дрю Саливан по образованию архитектор?

Как можно забыть то, чего не знал? Признаться, я никогда не интересовался благородным семейством подруги матери. Поэтому данная новость меня поразила.

─ Да, милый, муж Тиси учился на одной параллели с твоим отцом. Не скажу, что они дружили, но знали друг друга и неплохо общались.

Я присвистнул.

─ Вот это да! Хотя то, что юный лорд не водил дружбы с разносчиком пиццы, меня мало удивляет.

Мать вздохнула.

─ Тут дело не в пицце. Многие студенты, даже отпрыски благополучных семей, не стеснялись работать в кафе или на заправках. Тут дело в другом. ─ Она помолчала. ─ Понимаешь, я познакомилась с Дрю на улице. И он пытался ухаживать за мной. А потом… потом так сложилось, что на одной вечеринке я увидела Шона и пропала. Как итог. Я вышла замуж за твоего отца, а лорд достался моей лучшей подружке.

Я рассмеялся.

─ Хочешь сказать, что ты могла стать светской львицей, напыщенной и эгоистичной?

Мелисса мягко улыбнулась.

─ Нет. Не могла. Знаешь, когда я увидела Шона… Это… как удар молнии в самое сердце. Я очень счастлива в браки. И за столько лет ни разу не пожалела, что выбрала его. Да, нам было нелегко. Но мы всегда находились рядом, поддерживали друг друга, помогали. И сегодня корпорация «ГордонСтеил» твёрдо стоит на ногах. Отец много трудился, чтобы завоевать доверие клиентов и международный авторитет. Мы не беднее, мы богаче семейства Саливан, но наше богатство заключается в любви и в заботе, в теплоте и в участии. Понимаешь?

Я кивнул.

─ Так что, собирайся, сын. Уладишь дела, посмотришь город, в котором родился и… ─ она хитро подмигнула, ─ поприсутствуешь на свадьбе мисс Ли.

Мои брови поползли вверх.

─ Малышка Ли выходит замуж?

─ Да. За сына известного политика. Весь интернет пестрит их фотокарточками.

Вот это да! Моё сердце почему-то сжалось. Я вспомнил маленькое тщедушное создание с огромными голубыми глазами, недетскими, серьёзными, и глубоко вздохнул. Сын политика. Конечно. А кто же ещё? Я даже не сомневался, что эта свадьба являлась очередной удачной сделкой семейства Саливан. О какой любви шла речь!

─ Думаю, девочке повезло. Не многим в её кругах удаётся найти мужа по душе. ─ Мелисса встала с кресла и поправила волосы. ─ Ладно, милый, не буду мешать. Дела превыше всего. Вылетай так быстро, как сможешь. Дрю готов встретиться с тобой, ─ она поднесла блокнот к глазам, ─ двадцать второго в полдень.

Я открыл рот.

─ Но ведь это послезавтра. Я не успею отшлифовать проект. На мне ещё Мадридский комплекс висит.

─ Ты справишься, сын. Я в тебя верю.

Мелисса развернулась и вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь.

Справлюсь? Да мне потребуется больше месяца, чтобы довести проект до ума. Даже команда отца в полном составе не доработает его за пару дней. Это же смешно!

Впрочем, мать не оставила мне выбора. Включив комп, я погрузился в работу. Вот только работа не клеилась. Пальцы сами вбили в поисковик знакомое имя. И тут, когда на экране замелькали фотокарточки, я отпрянул от монитора.

Что это со мной? Дыхание участилось, а сердце забилось так часто, что я машинально схватился за грудь. Я усмехнулся. Вот оно, как бывает, когда стрела Амура, проламывая рёбра, вонзается в главную мышцу организма, перебивая клапаны и артерии, доставляя нестерпимую мучительную боль. Эта боль длилась секунду, всего лишь миг, а потом перешла в щемящее чувство тоски.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.