Эмма Райц
Адвокатская тайна. Теряя контроль

Закон и беспорядок

© Райц Э., 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

Глава 1

Накануне майских праздников Москва замерла в кататоническом ступоре.

Спустя пять дней после событий в Шереметьево Волохов стоял в мертвой пробке, пытаясь добраться до закрытого загородного клуба, где ночью должна была пройти традиционная пятничная горячая вечеринка. На втором часу улиточного движения он не выдержал: с бешеным раздражением стащил с себя пиджак, стянул галстук, отстегнул платиновые запонки и закатал рукава темно‑синей рубашки.

– Кто вообще додумался устроить все в пятницу перед праздниками…

Достав из бардачка пачку сигарет, он опустил стекло и с наслаждением затянулся. Водители из соседних рядов недовольно поглядывали на небритого брюнета, вальяжно развалившегося за рулем черного «Лексуса».

На панели управления высветился входящий звонок от Леры.

– Привет, пиковая королева.

В динамике раздался хрипловатый нежный смешок:

– Здравствуй, рыцарь Готэма.

– Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо. Меня выписывают в понедельник.

– Отлично. Рад, что все обошлось.

– Да… Мне нужна твоя помощь. Как обычно…

Даниил лениво улыбнулся и проехал в заторе еще пару десятков метров.

– Говори.

– Я бы хотела забрать свои вещи из квартиры Стаса. Это возможно?

– Хм… Думаю, да. До понедельника ждет?

– Конечно. И еще… – Лера напряженно вздохнула.

– Что такое?

– Денис перед отъездом сказал, что я теперь навсегда в одной связке с «Фениксом». Это шутка какая‑то?

Волохов потер лоб:

– Нет… Это было условие человека, организовавшего ваше безнаказанное освобождение. Со всех фигурантов снимают обвинения, если они останутся под присмотром.

– Бред. Полиция вообще вручила меня Багрянцеву в награду за сотрудничество. Уже за одно это я могла бы…

– Не могла бы.

– Подожди, но…

– Лер, не могла бы. Скажи спасибо, что не привлекли Европол за твое поддельное гражданство ЕС.

– Значит, предсказание о моей карьере в «Фениксе» сбывается?

– Ты не рада?

Она иронично рассмеялась:

– Кем я там буду?

– Не переживай раньше времени. Морок вернется через неделю, и вы вместе решите. Отдыхай. Привыкай к спокойной жизни.

Лера снова рассмеялась:

– Ты, кажется, забыл, кто мой новый парень.

Даниил откашлялся и улыбнулся:

– Такое сложно забыть.

– Хорошо… Тогда созвонимся после моей выписки. Не хочу тебя отвлекать.

– С учетом того, что я застрял на МКАДе, ты мало от чего меня отвлекаешь.

– О… Что заставило тебя полезть туда в пятницу вечером?

Теперь настала очередь Даниила рассмеяться:

– Жажда разврата.

– М-м-м… Это твоя эротическая фантазия – застрять в пробке?

– К счастью, нет. Но если так и дальше продолжится, это будет единственный секс, который мне сегодня перепадет.

– Ох, Волохов…

– Извини. Я уже близок к приступу клаустрофобии. Что на уме, то и на языке.

– Пфф… Мы с тобой, кажется, уже достаточно близки, чтобы не извиняться за откровенные шуточки.

– Согласен.

– Ладно… Мне пора на ужин. Горячих тебе выходных.

– Спасибо, милая. Поправляйся. – Волохов закурил еще одну сигарету.

Мысли плавно возвращались к основной причине его нахождения в пробке: ее гладкой коже, горячей плоти, хриплым стонам и вышибающему мозг аромату. Незаметно для себя Даниил погрузился в воспоминания годичной давности.

* * *

Прошлой весной

Это был его третий визит в загородный секс‑клуб. Два первых раза Волохов не оценил. Выбранные партнерши были слишком артистичны и слишком явно жаждали угодить. Никакой интриги. Никакой острой игры. Это определенно были приглашенные профессиональные эскортницы, для которых секс – работа, а не наслаждение. Даниил решил, что если и сегодня повторится такой сценарий, то он поищет клуб поинтереснее.

Надев черную бархатную полумаску, он припарковался и неспешно зашел в трехэтажный особняк в классическом стиле. В холле Даниил расплатился за участие и выбрал из браслетов с разными значениями зеленый – «гетеросексуал, выбираю партнершу сам».

В особняке уже было около сотни гостей. Все в масках разной степени защиты. Многие дамы прикрывали лица символическими, полупрозрачными или кружевными, чтобы потенциальные партнеры могли оценить их внешность. Волохов не горел желанием быть узнанным, поэтому его бархатная маска закрывала всю верхнюю часть лица, оставляя открытыми только глаза, рот и трехдневную небритость на подбородке. Он медленно двигался по первому этажу, откровенно рассматривая присутствующих девушек. Почти каждая призывно улыбалась и флиртовала с ним взглядом.

Волохов со скучающим видом прошел мимо всех в дальнюю часть особняка, к бару, где было не слишком многолюдно. Настроение скатилось в минус: на этот раз вообще выбрать оказалось не из кого. Даниил присел за стойку и заказал двойной эспрессо. Внезапно его внимание привлек необычный запах. Волохов посмотрел на сидевшую через стул от него блондинку в шелковой маске. Перед ней стоял бокал с белым вином. Втянув носом аромат, адвокат прищурился, пытаясь понять, чем пахло от блондинки. Что‑то сладковатое, с нотами шафрана, морского ветра и растаявшей на солнце карамели.

Даниил посмотрел на ее браслет. Белый – «секс только в закрытой комнате». Он тоже предпочитал уединение без лишних наблюдателей. Бармен поставил перед ним чашку с кофе, и Волохов закурил.

Блондинка медленно открыла глаза и бросила на него мимолетный взгляд. Волохов не спешил. Сигаретный дым на удивление практически не перебил аромат духов. Скорее подчеркнул его. Через несколько секунд к девушке подошел крупный мужчина, на вид лет сорока пяти. Он оценивал блондинку максимально голодным до утех взглядом и, несмотря на ее белый браслет, предложил секс в стеклянном кубе. Незнакомка отрицательно покачала головой, но внезапный кавалер не унимался, считая, что «нет» – это отложенное «да».

Блондинка вздохнула и повернулась в сторону Волохова. Тот усмехнулся, допил кофе и встал, протянув ей руку. Несмотря на наличие надоедливого поклонника, девушка все же оценивающе оглядела Даниила с ног до головы и снисходительно пожала плечами, словно сомневалась в успехе его предложения. Но в итоге накрыла ладонью его пальцы и еле заметно наклонила голову в сторону уединенных комнат. Отвергнутый партнер раздраженно хлопнул ладонью по столешнице барной стойки и потребовал себе «чего‑то покрепче».

Волохов сжал ладонь незнакомки, завел ее в одну из незанятых комнат и тихо закрыл дверь. Ее запах окутал его, словно горячая, сверкающая песчаная буря, заставляя дышать глубже и двигаться плавнее. Незнакомка еле заметно улыбалась. Ее выразительные янтарные глаза излучали одновременно вызов и равнодушие, будто она заранее испытывала легкое разочарование от согласия отдаться брюнету в черной маске. Волохов принял вызов с самодовольной усмешкой. В своем мастерстве он был уверен на тысячу процентов.

Скинув пиджак и закатав рукава рубашки, он шагнул к наблюдавшей за ним блондинке и медленно, но твердо развернул ее к себе спиной. Она с улыбкой подчинилась и плотно прижалась к его груди. Даниил, опустив голову к ее шее, вдохнул запах бархатистой кожи и парфюма от ключицы до подбородка, но не прикоснулся, а лишь заставил незнакомку покрыться мурашками от его теплого дыхания. Она возбужденно выдохнула и закрыла глаза, прижавшись к нему бедрами. Волохов усмехнулся и плавно расстегнул молнию на ее платье. Черный шелк изящно скользнул на пол. На девушке остались лишь туфли на тонких шпильках.

Удивленно приподняв бровь, Волохов покачал головой и еле ощутимо провел пальцами по позвоночнику молчаливой спутницы, спустившись к ее гладким, слегка подрагивающим ягодицам, и жестко проник в ее влажную плоть сразу двумя пальцами. Блондинка сдавленно вскрикнула и выгнулась, подчинившись его движениям. Даниил мягко сжал второй рукой ее шею и прошептал на ухо:

– Нравится?

Она прикусила нижнюю губу и возбужденно‑иронично посмотрела в его серые глаза с самодовольной усмешкой, которая внезапно покинула ее, когда он усилил свои движения и добрался до самых потайных точек.

* * *

Волохов очнулся от горячего воспоминания из‑за раздраженных гудков, раздавшихся сзади, и нажал на газ, с извинением моргнув аварийкой.

После той пламенной встречи он стал постоянным гостем клуба. Блондинка из раза в раз продолжала оставаться немногословной, но сменила белый браслет на черный – «занята». Дважды в месяц они встречались в закрытой комнате, где иногда жестко, иногда томно, а иногда и нежно доводили друг друга до испепеляющих оргазмов.

Даниил привык к тому, что она практически все время молчала, но сам продолжал говорить. Отвечала она ему обычно коротко или вообще лишь взглядом, улыбкой и прикосновениями.

Еще через полчаса затор наконец‑то растворился, и Волохов с наслаждением помчался по шоссе. Встречное движение в сторону Москвы было плотным, но активным. В плавно опускающихся сумерках трасса осветилась множеством бликов фар. Каждый торопился к финишу. Тут и там раздавались гудки.

Волохов издалека заметил быстро приближающуюся по встречной полосе яркую точку гоночного мотоцикла. Сам он не особо жаловал этот вид транспорта и всегда с непониманием косился на байки парней из «Феникса», в десяти случаях из десяти предпочитая комфорт и безопасность дорогого автомобиля.

Следя за несущимся мотоциклом, он с ужасом заметил, как из правой полосы неспешно начала перестраиваться фура. Мотоцикл выехал на встречку. Чтобы избежать фатального лобового столкновения, Даниил резко вильнул в сторону обочины, задел острый край асфальта и сразу же почувствовал, как руль его «Лексуса» потянуло вправо. Он сбавил скорость, включил аварийку и с непередаваемым раздражением остановился на обочине, проклиная невнимательного дальнобойщика, торопливого мотоциклиста и вообще всех вокруг. Правое переднее колесо было спущено. Покрышка разодрана об асфальт.

– Шикарно… – Он посмотрел на часы, зло растер ладонями лицо и пнул ногой по испорченному колесу. – Ладно. Плевать. Запаска есть, сейчас разберемся.

Он открыл багажник, достал запасное колесо, домкрат и ключ. Сумерки становились все гуще, и Волохов надеялся успеть до темноты. Внезапно он снова услышал звук мотоцикла, который через пару секунд ослепил его яркой фарой, остановившись в нескольких метрах от «Лексуса». Волохов недовольно прищурился. Мотоциклист заглушил двигатель, выставил подножку и слез с байка. Даниил закатил глаза и попытался отмахнуться от невысокого гонщика, но замер с поднятой рукой, услышав женский голос:

– Спасибо…

Волохов резко повернулся. Перед ним, сняв шлем, стояла девушка, на вид не старше двадцати трех лет, с огромными темными глазами и рыжевато‑каштановыми волосами до середины спины.

– Спасибо, что так быстро отреагировали. Я была уверена, что это конец… – Она растерянно смотрела на Даниила, будто все еще находилась в шоке.

– Пожалуйста. – Он закрепил ключ и с силой ударил по нему ногой.

Девушка вздрогнула.

– Я готова возместить вам ремонт и затраты… Если машина пострадала.

– Ничего не нужно, спасибо.

– Но я же вижу…

Волохов закрепил домкрат и приподнял кузов машины, чтобы снять убитое колесо.

– Я сказал, ничего не нужно. Будь аккуратнее на дороге и не носись по загруженным вечерним трассам.

– Давайте я хотя бы включу фару. Уже совсем темно.

– Хорошо.

Пятнадцать минут спустя Волохов закинул испорченное колесо в багажник вместе с домкратом и ключом.

– Мне правда жаль, что я… – Она вытерла глаза рукавом куртки, и Даниил наконец заметил, что девушка на грани истерики.

– Успокойся. Все нормально. – Он вздохнул и нехотя подошел к ней. – Все живы, это главное.

– Да… К счастью…

– Как тебя зовут?

Она подняла на него заплаканные блестящие глаза:

– Соня. Софья. Как угодно.

Даниил усмехнулся и взял ее за руку. Та оказалась ледяной.

– Ты в порядке, Софья?

– Вроде…

Он достал из машины бутылку воды и протянул ей:

– Попей, расслабься и езжай домой. Аккуратно.

– Хорошо… – Софья послушно открыла бутылку и сделала несколько больших глотков. Но ее так трясло, что она поперхнулась и неловко откашлялась, прикрыв рот рукой. – А вас как зовут?

Волохов поморщился. Но так как ее имя он спросил сам, внутренний кодекс приличий заставил его ответить:

– Даниил.

– Простите, Даниил. Мне действительно жаль, что я нарушила ваши планы и стала причиной пробитого колеса. Но все же. Большое спасибо, что отреагировали…

– Все нормально. Мне нужно ехать.

– Да… Конечно.

– Ты сама‑то в состоянии добраться до дома?

– Да… Буду ехать в потоке.

– Умница.

Волохов сел за руль и резво сорвал с места «Лексус» в надежде все‑таки застать свою блондинку в клубе.

* * *

Лера уже дремала, когда почувствовала вибрацию телефона под подушкой.

– Привет…

– Солнце, как ты? – голос Димы был хрипловатым и напряженным.

– Хорошо. В понедельник заберешь меня отсюда?

– Тебя выписывают?

– Да.

– Заберу.

Лера сонно улыбнулась:

– А завтра заедешь?

Сокол откашлялся, медля с ответом.

– Все хорошо?

– Да… Все отлично. Просто мы тут все дружно охреневаем от объема работы, которая висела на Дэне… И вчетвером еле вывозим все то, что он делал в одиночку.

Лера тихо рассмеялась:

– М-м-м… Стоило легендарному Мороку уехать в отпуск, как вы, ребятки, ощутили весь груз его занудной ответственности?

– Придется извиниться перед ним за свои выходки. Еще раз.

– Значит, завтра тебя не ждать?

– Я заеду. Но буквально на полчаса.

Лера натянула на себя одеяло и выдохнула в трубку:

– Этого более чем достаточно…

– Солнце…

– М-м-м… Ой, слушай!

– Что?

Она встрепенулась и села:

– Я подумала… Из‑за меня свадьба Дэна и Алисы сорвалась. И…

– Бред. Это не из‑за тебя!

– Нет, дослушай.

Дима раздраженно засопел.

– Это произошло в том числе и из‑за меня. Я бы хотела компенсировать…

– В смысле?

– Устроить им новый банкет. Без СОБРа, следователя и задержаний… Или… Что, если вывезти всех куда‑нибудь за город? Снять большой дом…

– М-м-м… Нажарить тонну мяса, залить это все пивом… Кайф. Давай.

Лера хихикнула и сокрушенно покачала головой:

– Вам лишь бы мяса побольше.

– Если серьезно, идея отличная. Но я все же против того, чтобы повесить случившееся исключительно на тебя. Поводы для задержания мы создали сами. Рано или поздно это бы точно всплыло… Поэтому даже не думай устраивать веселье за свой счет. Я поговорю с парнями. Уверен, все захотят поучаствовать.

– Хорошо… Как скажешь.

Они замолчали. Лера снова улеглась и зевнула.

– Люблю тебя.

– И я тебя, малыш. – Она сонно улыбнулась.

– Сладких снов.

– До завтра…

* * *

Волохов с буксом проехал по гравию парковки клуба, спешно затянул на затылке ремешок маски и, не надевая пиджак, быстрым шагом двинулся к особняку. Буквально швырнув пачку пятитысячных купюр на стол в холле, он схватил браслет и заклеил его на ходу, ища глазами свою блондинку. Она со скучающим видом сидела за барной стойкой, медленно покручивая пальцами ножку бокала с остатками вина. Время от времени к ней приближался очередной искатель горячих приключений, но почти сразу же отходил, видя черный браслет.

– Прости, я опоздал. – Волохов на выдохе прикоснулся губами к ее шее, и блондинка вздрогнула от неожиданности. – Идем?

Она неопределенно повела плечом, освобождаясь от его руки, и закрыла глаза.

– Я попал в небольшую передрягу. Пришлось менять колесо.

Ее ресницы затрепетали. Даниил нежно провел большим пальцем по ее подбородку и повернул лицом к себе. Блондинка открыла глаза. Несмотря на приглушенный свет, он заметил, что они были влажными и красноватыми.

– Ты думала, я не приеду?

Она отрицательно покачала головой и еле слышно прошептала:

– Нет…

Даниил от неожиданности замер:

– М-м-м… Все хорошо?

– Пойдем… – Она встала, взяла его за руку и повела в комнату.

Закрыв дверь, блондинка вплотную подошла к Волохову и обняла его за напряженную шею. Подняв печальные глаза, она медленно, терпко поцеловала его, путаясь пальцами в густых темных волосах на его затылке и незаметно подбираясь к ремешку маски.

– Даже не думай… – Он перехватил ее ладони и опасно усмехнулся.

Блондинка вздохнула и повернулась к нему спиной, убрав волосы в сторону. Волохов расстегнул молнию, и платье, как всегда, соскользнуло к ее ногам. Она снова беззастенчиво повернулась к нему лицом и мягко толкнула в глубокое черное бархатное кресло. Сев сверху, она неторопливо расстегнула каждую пуговицу на его рубашке и чувственно покрыла поцелуями рельефный торс. Волохов ощущал, как мышцы под ее влажными губами слегка подрагивали, но ничего не мог с собой поделать. Да и не хотел. Сегодня его спутница была на редкость томной. И после дурацкой ситуации с юной мотоциклисткой это было то, что могло избавить от излишнего напряжения. Из возбужденной задумчивости его вывел лязг брючного ремня. Блондинка успела соскользнуть с его колен на пол и уже освобождала Волохова от лишней одежды. Тот слегка приподнялся, чтобы помочь ей, и через несколько секунд с глубоким вздохом откинулся на спинку кресла, с наслаждением ощущая ее плотно сжатые губы на своем члене.

Потянувшись к брюкам, он достал из кармана пачку сигарет и закурил. Девушка, за год привыкшая к его не всегда стандартному поведению во время секса, иронично повела бровью и продолжила ласкать его губами и языком. Через минуту Волохов потушил окурок и встал с кресла, подав руку своей старательной любовнице.

– Ложись на живот.

Она покорно опустилась на черные шелковые простыни широкой кровати. В приглушенном свете Даниил без труда заметил, что она уже была сильно возбуждена. Одним движением надев презерватив, он раздвинул ее ноги, приподнял бедра и резко вонзился в нее. Блондинка сладостно вскрикнула и прижалась к Волохову ягодицами, максимально глубоко насаживаясь на него. Он впился пальцами в ее талию и начал двигаться грубыми рывками. Девушка подрагивала и дышала с порывистыми стонами, но Даниил знал, что ей нравится. Она приподнялась и оперлась на локти, постанывая все громче, а Волохов собрал одной рукой ее волосы и резко потянул на себя. Она охнула и попыталась приподняться, но он надавил свободной ладонью на ее поясницу, не давая ей принять вертикальное положение.

– Мне больно…

– Я знаю… – Волохов нагнулся к ее уху, продолжая свои глубокие грубые движения, и прошептал: – Никогда… не смей… прикасаться… к моей… маске…

Из янтарных глаз потекли слезы, а из горла вырвался сдавленный болезненный стон:

– Прости…

Через несколько секунд Даниил достиг пика и громко выдохнул. Блондинка с облегчением расслабилась. Он снова закурил и лег рядом, внезапно нежно поглаживая ее по волосам и спине.

– Ты не успела?

Она молча покачала головой и неуверенно прижалась к нему. Даниил с наслаждением выпустил струю дыма под потолок и закрыл глаза. Через мгновение он почувствовал еле заметные прикосновения блондинки. Она легко вела пальцами по его груди и животу, словно продолжала просить прощения за свою необдуманную выходку.

– Повторим? – Он повернул голову к ней и не моргая посмотрел в глаза.

Девушка со страхом замерла, с трудом выдерживая его пристальный жесткий взгляд.

– Я буду нежнее. Если пообещаешь хорошо себя вести.

– Да…

Волохов сдержал слово. За следующий час в его умелых руках блондинка несколько раз удовлетворенно вскрикивала, дрожа всем телом и покрываясь влажной испариной. В конце концов они оба обессиленно улеглись, тяжело дыша и похотливо улыбаясь. Волохов достал очередную сигарету, и девушка деликатно протянула руку к его рту, одним взглядом спрашивая разрешения. Он ухмыльнулся, щелкнул зажигалкой и вложил тлевшую сигарету в ее слегка приоткрытые губы, горевшие от его жестких чувственных поцелуев.

– Теперь ты довольна?

– Более чем. – Блондинка сыто кивнула. Ее взгляд снова стал иронично‑соблазнительным, а улыбка – эротично‑самодовольной.

Посмотрев на часы, Волохов закатил глаза и провел рукой по подбородку.

– Мне пора. – Он нехотя встал с кровати, оделся, расправил на себе помятую рубашку и наклонился, чтобы поцеловать сладкое бедро блондинки.

Она еле заметно вздрогнула и усмехнулась.

– До встречи. – Даниил вышел из клуба в майскую прохладную ночь, сел в машину и с нетерпением стащил маску.

«Лексус» вальяжно выехал с парковки в сторону шоссе. Волохов устало растирал шею и глаза, вспоминая все вопросы, которые ему нужно было успеть решить за предстоящие выходные. Внезапно мимо него по двойной сплошной пронесся гоночный мотоцикл. Адвокат чертыхнулся и инстинктивно вильнул вправо, едва успев посмотреть в боковое зеркало. Но соседняя полоса была в тот момент, к счастью, свободна.

– Ненавижу мотоциклистов…

Глава 2

Лера с закрытыми глазами стояла у входа в «Склиф», наслаждаясь ярким теплым солнцем. Москва расцвела майской зеленью, наполнилась жизнерадостными птичьими трелями и сверкала вымытыми витринами. Внезапно солнце померкло. Лера успела вдохнуть знакомый приятный запах и в следующее мгновение почувствовала на губах горячий язык Димы.

– Я опоздал, прости…

– М-м-м… Не останавливайся…

Он запустил пальцы в ее тяжелые блестящие волосы и медленно поцеловал, улыбаясь и постепенно отклоняясь назад, заставляя ее тянуться к нему, пока она не прижалась к его груди, встав на цыпочки.

– Шалун.

– Люблю тебя. Поехали. Хватит с нас больниц.

Лера открыла глаза. Ее взгляд был затуманен, а ресницы подрагивали.

– Хорошо себя чувствуешь?

– Очень.

– Пойдем, детка. Мне еще нужно будет вернуться в офис.

Они двинулись к большой парковке, где среди белых, черных и серебристых автомобилей ярко выделялась темно‑красная «Ауди» Димы.

– Надолго?

– Не знаю. На мне сейчас оружейный склад. С появлением лицензии нужно перерегистрировать все стволы и боеприпасы. За выходные я перебрал, кажется, две трети. С остальным нужно закончить сегодня.

Лера улыбнулась с легким разочарованием:

– А может, я посижу в офисе?

Сокол закинул ее сумку на заднее сиденье и с хохотом покачал головой:

– О нет! Иначе мы там точно подвиснем надолго.

– Ладно. Подожду дома. Приму ванну, намажусь кремом…

Замерев у водительской двери, Дима сглотнул, немного помедлил, но потом встрепенулся и сел в машину.

– Детка, я бы рад… Но не раньше вечера.

– Как скажешь, малыш.

Они плавно выехали с парковки, и Дима прижал ладонь Леры к своему бедру:

– Не верится, что все позади.

– Мне тоже…

* * *

Волохов со скучающим видом допивал порцию виски в ожидании клиента. Несмотря на понедельник, Novikov был почти полностью заполнен.

– Даниил, привет! Прости, задержался. – К его столику приближался подтянутый мужчина слегка за пятьдесят в стильном светлом костюме.

Волохов приподнялся с кресла и пожал протянутую руку:

– Добрый вечер, Ярослав. О чем ты хотел поговорить?

В этот момент к ним подошел официант.

– Мне как всегда, спасибо.

Молодой человек поморщился в легком смятении.

– Новенький? Бармен в курсе.

В ту же секунду у столика возник администратор, который с извиняющейся улыбкой поздоровался с гостями и увел официанта к барной стойке. Ярослав жестко провел ладонью по густым седым волосам, расстегнул пиджак и выдохнул:

– Тут такое дело… Думаю, ты уже слышал…

Даниил усмехнулся и кивнул:

– Внезапная внебрачная дочь?

– Да. И мой старик просто взбеленился. Вчера вызвонил нотариуса. Переписал завещание. Ты даже не представляешь, что он учудил…

– Удиви меня.

Перед Ярославом возникли бокал с коньяком и блюдце с маслинами.

– Два завода записал на девчонку. Причем самые высокомаржинальные. Те, на которых недавно запустили современные линии и обновили оборудование. Но это полбеды!

Волохов знаком показал официанту повторить виски.

– Он еще и условие поставил: заводы она получит, если выйдет замуж до его отхода в мир иной. Иначе его поверенный должен будет продать оба завода за символическую сумму. И, как ты понимаешь, не мне.

– А в чем смысл?

Ярослав снова провел ладонью по седой шевелюре:

– В отместку мне за грехи юности. А я ведь и слыхом не слыхивал! Если бы ее мамаша мне сразу тогда сказала, я бы без проблем записал девчонку на себя. Но нет же! Она исчезла из Москвы, а теперь через двадцать шесть лет объявилась с моей взрослой дочерью и ворохом претензий!

– Тише…

На них стали оборачиваться другие посетители.

– Да, извини. Я просто не успел оправиться от внезапного отцовства, а тут еще и нововведения в завещании…

– Ясно. А я чем могу помочь? Нужно оспорить эти условия? Или что?

Ярослав неожиданно сделал большой глоток коньяка и тихо проговорил:

– Женись на моей дочери.

Волохов прокашлялся и с удивлением уставился на своего давнего клиента:

– Прости?

– Слушай, хорош, а? Мы с тобой почти десять лет работаем. Ты прекрасно понял, что я сказал. В общем, дочурка под стать деду. Упрямая, своевольная, сказала, что не собирается замуж и плевать хотела на заводы…

– А ее мать?

Бизнесмен сокрушенно покачал головой:

– Там полный швах. Они рассорились между собой, каждая из них поскандалила со мной. Жена подальше от всего этого бреда улетела во Францию и говорит со мной междометиями, словно Эллочка‑Людоедка.

– Сожалею.

– Короче, дочери я пообещал оплатить обучение в Лондоне, приобрести ей недвижимость и в целом помогать по жизни. Девка‑то она неплохая. Соображает, разбирается в искусстве, вся такая возвышенная и мечтательная. Не без дури в голове, но сейчас все они такие… А ее матери списал одну из своих квартир на Ленинском и назначил содержание. Но они мне, честно, весь мозг выжрали… – Ярослав снова отхлебнул коньяка и зло проткнул шпажкой блестящую маслину. – Так что? Готов к фиктивному браку? Старику прогнозируют год, максимум два. Отдам тебе по десять процентов акций с обоих заводов. И готов платить за каждый месяц брака. Сколько? Миллион? Два?

– Я правильно понимаю, что тебе нужен просто штамп в моем паспорте и присутствие на свадебном торжестве? Изображать семейную идиллию не придется?

– Только перед моим отцом.

– Как, если твоя дочь уедет учиться?

– Нет. Уедет она после того, как вступит в права наследования и подпишет мне доверенность на управление заводами. У тебя ведь большой дом? Она не помешает своим присутствием? Или?.. Или у тебя есть подружка?

Волохов поморщился:

– Нет. Моя личная жизнь проходит за пределами дома.

– Даниил, выручай. Мне особо некому довериться. Все эти молодые оболтусы однозначно накосячат, кому‑то под градусом проговорятся, где‑то засветятся… А у тебя репутация, свое дело, адвокатские принципы, голова на плечах. Три миллиона в месяц. Она живет у тебя. И время от времени вы приезжаете к нам на семейные сборища. После смерти старика и оглашения завещания вы разводитесь, ты получаешь акции, а она исчезает из твоей жизни. – Ярослав с надеждой смотрел на Волохова.

Тот задумчиво потягивал виски и обозревал Тверскую сквозь гигантские окна ресторана. Предложение было по‑настоящему заманчивым. Даниил перебирал в голове все возможные варианты развития событий, сложности и последствия.

– Допустим, ежемесячные три миллиона мы сможем проводить через мое адвокатское бюро в качестве платежей за юридические услуги. Но твое обещание отдать мне часть акций… вилами по воде.

– Ты не доверяешь мне?

– Вопрос не в доверии. Есть вероятность, что даже при выполнении всех условий твой старик все же не отдаст заводы?

Ярослав жевал маслину и постукивал пальцем по столу:

– Возьми пока половину моей питерской фабрики. В качестве залога. А потом махнемся. Если не выгорит, оставишь себе.

– Сколько у меня есть времени подумать?

– Давай до четверга. Если согласишься, месяца полтора помелькаешь у нас дома, чтобы свадьба не выглядела настолько откровенно подставной. И в середине лета отпразднуем. Все за мой счет.

Волохов с легким раздражением подумал, что его клиент ведет себя так, будто уже получил его согласие.

– Я позвоню.

– Договорились. Спасибо!

– Я еще не согласился, за что спасибо?

– За то, что хотя бы не отказал сразу.

Адвокат допил виски, попрощался с Ярославом, расплатился у барной стойки и вышел из ресторана.

* * *

– Детка… Спишь?..

После пенной ванны и ароматного масла для тела Леру стало клонить в сон задолго до полуночи и возвращения Димы.

– М-м-м… – Она неспешно потянулась и вдруг почувствовала его теплые пальцы у себя между ног. – Сокол…

– Да?

– Ты закончил со своими стволами?

– Ага… – Он целовал Леру в шею, обжигая ее кожу горячим дыханием, и продолжал ласкать пальцами.

Она окончательно проснулась и возбужденно выгнулась, прижавшись голыми ягодицами к его джинсам.

– Ты все еще одет…

– Я только вернулся…

– Раздевайся, Сокол. Я не намерена больше ждать…

– Ауч… Моя требовательная королева.

Дима быстро избавился от одежды и одной рукой крепко прижал к себе Леру за талию, а пальцами второй мягко сжал ее грудь.

– Да…

– А как же вступление?

– Ты опоздал на вступление… Переходи к основному действу… А… – Лера не успела закончить фразу и еле заметно поморщилась.

– Все хорошо? Или тебе больно?

– Ну…

Дима остановился.

– Ты же крупный мальчик… А я… миниатюрная девочка… – Она снова требовательно потерлась об него ягодицами. – Лучше так… Чем наоборот…

Сокол хохотнул, спрятав лицо в ее волосах, и на этот раз мягко и медленно погрузился в нее.

– Такая ты…

– Какая?.. – Лера закусила нижнюю губу от болезненного наслаждения. – А… Помню… Сладкая сучка…

– Моя… сладкая… сучка…

* * *

– Просыпайся, соня.

Дима зажмурился и вытянул руку в направлении голоса Леры.

– Не хочу… Где ты?

Лера усмехнулась и дала ему себя поймать.

– У меня сегодня выходной.

– Врешь. – Она залезла сверху и легла на Диму, уперевшись подбородком в сложенные на его груди руки.

– Нет, правда. Меня не ждут в офисе до полудня. – Он нежно поглаживал ее бедра и улыбался с закрытыми глазами.

– И чем же мы займемся в это время?

– Не знаю, как тебе, а мне четырех часов сна мало.

Лера скривилась и возмущенно воскликнула:

– Ты будешь спать?!

– М-м-м… Ага…

– А как же я?

Сокол стащил ее с себя, сгреб в охапку и накрыл их обоих одеялом:

– Ты, моя ненасытная королева, будешь спать рядом. И только попробуй разбудить меня раньше одиннадцати.

– И что ты сделаешь?

– Одарю тебя… сладким… зудящим синячком…

– Что?! – Лера вскрикнула, но Дима с сонным смехом прижал ее к себе еще сильнее.

– На твоей бархатной ягодице. Как тогда… – Он снова провалился в сон, уткнувшись носом в плечо хохочущей Леры.

* * *

– Одиннадцать!

Дима резко дернулся и чуть не свалился с кровати, запутавшись в простыне:

– Женщина… – Но в следующий момент он почувствовал слюновыделительный аромат горячего завтрака и открыл глаза. – Почему ты такая громкая? – Он сонно приплелся на кухню и сжал непривычно активную Леру в объятиях.

– Меня выпустили из больницы, я насладилась горячей ванной, до дрожи в ногах удовлетворена своим мужчиной и наконец‑то вкусно позавтракаю. Это ли не повод?

– М-м-м… До дрожи в ногах?

Лера хмыкнула и покачала головой:

– Конечно, ты услышал только эту часть…

– Нет, еще я услышал «своим мужчиной».

Она повернулась к Диме лицом и перестала улыбаться. Он приподнял бровь и с подозрением посмотрел в ее глаза.

– Что?

– Что?

– Нет, я имел в виду, что мне нравится. Ты – моя женщина, я – твой мужчина. – Он медленно склонил голову и мягко прикусил нижнюю губу Леры. Она расслабилась и обняла его.

* * *

– Алло, Ярослав. Добрый день.

– Привет! Ну что, решил?

– Я готов тебе помочь. Но с одним условием.

– Каким?

– Мы четко и однозначно определяем с тобой этот брак в качестве фиктивного. Твоя дочь продолжит вести свою личную жизнь, а я – свою.

Ярослав откашлялся:

– Я только за. Единственное пожелание – не слишком явно мелькай в городе со своей личной жизнью, как ты это умеешь. Хотя… В последнее время вроде не был замечен.

– Сколько ей лет?

– Почти двадцать шесть, а что?

– Не хотелось бы выглядеть откровенным папиком в глазах клиентов.

– Не думаю, что им есть до этого дело.

– Поверь, многим есть. Не суди всех по себе.

– Остряк ты, Даниил. Хорошо. Когда можем встретиться, чтобы я представил вас друг другу? Нужно, чтобы вы как можно быстрее начали появляться вместе.

Волохов пролистал ежедневник:

– Да хоть сегодня. Заодно обсудим передачу завода. И ты подпишешь дополнительное соглашение на ежемесячные доплаты к основному договору.

– Ценю твою клиентоориентированность. – Ярослав тихо рассмеялся и завершил звонок.

* * *

Тем же вечером, сидя во вновь заполненном под завязку Novikov, Волохов просматривал рабочую почту. После очередного письма он открыл чат с Лерой.

Можем завтра днем съездить в квартиру Стаса. Я наконец‑то дозвонился до его юриста.

Отлично. Встретимся прямо там?

Во сколько мне подъехать?

К полудню? А потом можем пообедать где‑нибудь.

Готовься закатать рукава!

Эм… Что?

У меня большая гардеробная.

Придется потаскать пакеты.

Не проще ли заказать грузчиков?

Если успею найти!

В этот момент к его столику подошел Ярослав с дочерью:

– Долго ждешь?

Волохов убрал телефон и встал, чтобы поздороваться:

– Нет, я только… – И тут он увидел свою новую знакомую. – Здравствуй, Софья.

Та, однако, не выглядела удивленной, будто знала, кого должна была увидеть этим вечером. А вот Ярослав подозрительно нахмурился:

– Вы что, знакомы?!

– С недавних пор.

– Да… Даниил спас меня от столкновения. Доблестно пожертвовал колесом своего автомобиля.

– Господи, опять ты носилась на этом своем двухколесном гробу?!

– Если честно, виноват был водитель фуры. Он стал перестраиваться наперерез Софье. – Волохов начинал жалеть о своем согласии на сделку, но этика не позволяла ему отступить от достигнутых договоренностей. – Я думаю, мы уже можем присесть.

– О… Да, конечно. – Ранкович устало плюхнулся в кресло. – Итак, я вкратце объяснил дочери суть нашей сделки.

– И ты согласилась? – Даниил смотрел на Софью, не горя желанием говорить о ней в третьем лице, будто она вещь или ее вовсе тут нет. Ярослава такая смена манеры разговора слегка покоробила, но он решил не подавать виду. Софья вскинула бровь:

– Как будто у меня был выбор!

– Выбор есть всегда.

– Волохов… – вздохнул Ярослав.

– Вопрос соответствия награды испытанию.

Софья отвела взгляд от ледяных серых глаз адвоката:

– Награда меня устраивает…

– Чудесно. Значит, завтра у нас с тобой первое свидание. – Он прищурился, заметив, как дернулась нижняя челюсть Софьи. – Выбери любое тусовочное место на свой вкус.

– Я не…

– Прекрасно! Люблю проактивный подход! За это нужно выпить. – Ярослав подозвал официанта, чтобы заказать алкоголь.

– Что ты не? – проигнорировав выпад Ранковича, переспросил Даниил.

Девушка замялась:

– Не сильна в столичных тусовках…

Волохов скривился и провел ладонью по шее:

– Ладно. Я сам.

– Зачем это нужно? – Она явно ощущала себя не в своей тарелке от мысли, что придется явиться на какую‑то светскую вечеринку с практически незнакомым мужчиной, который время от времени становился объектом бурного обсуждения столичных тусовщиков, да еще и был старше нее на четырнадцать лет.

– Все должны быть уверены, что я пал жертвой твоих огромных карих глаз. – Несмотря на сквозившую в голосе иронию, Даниил смотрел на нее вполне серьезно.

Через секунду Ярослав, кашлянув, напомнил им о своем присутствии:

– Ладно, голубки. Давайте выпьем за позитивный исход нашего безумного мероприятия, в котором каждый получит то, что заслужил…

– …обманув больного старика.

Ярослав закатил глаза от раздражения и влил в себя стакан виски одним глотком:

– Этот больной старик всю жизнь бесстрашно играл судьбами многих людей. И пытается продолжать даже на смертном одре. Я вложил в эти заводы не только кучу своих денег, но и душу. Сутками пропадал там в процессе реновации. А теперь, видите ли, оказался не совсем достоин. Тебе‑то плевать, а для меня они словно дети.

– И ты спасаешь одних детей ценой судьбы другого ребенка. Яблочко от яблони, папа.

Волохов, наблюдавший эту сцену, усмехнулся и решил, что, возможно, свадебная авантюра окажется несколько веселее, чем он предполагал…

Глава 3

– Детка, я дома! Оу… – Дима зашел в гостиную и чуть не рухнул, споткнувшись об один из десятка огромных пакетов.

– Привет!

– Что это?

Лера ловко пробралась между завалами и поцеловала Диму:

– Мои вещи. Или я поторопилась?..

– Э… нет, ты что! Просто их так много…

– Ну… Да, пока я работала, часто ходила по магазинам.

– И ты все это носишь? – Сокол усмехнулся, подумав о своем скромном наборе вещей, помещавшемся в пару чемоданов.

Лера вздохнула и мягко обняла его:

– Носила. А теперь… Не знаю. Возможно, многое мне уже и не понадобится. Но времени разгребать особо не было.

– А как ты… одна, что ли, все это? Почему мне не сказала ничего?

– Вчера мне написал Волохов. Он договорился с юристом Стаса о моем визите в квартиру. Сегодня мне дали полтора часа на сборы. Потом мы пообедали, и всю вторую половину дня я потратила на сортировку…

Дима нахмурился и недовольно напрягся:

– Ты могла попросить меня помочь.

– Но ты же днем занят в «Фениксе». Я не стала тебя напрягать.

– И как? Вкусный обед был?

Лера удивленно заморгала:

– Что?

– Обед с Волоховым.

– Нормальный… – Она перестала улыбаться и опустила руки. – Это сейчас к чему?

Дима достал из кармана пачку сигарет, перешагнул через пакеты с вещами и молча вышел на лоджию. Лера закатила глаза и пошла за ним.

– Ты ревнуешь? Что за странная реакция?

Он щелкнул зажигалкой и затянулся.

– Дим.

Не поворачиваясь к Лере, Сокол произнес:

– Мне не нравится Волохов. И я совсем не в восторге от ваших с ним обедов.

Лера тряхнула головой:

– А что с ним не так? Во‑первых, он мой адвокат…

– Во‑первых, он к тебе неровно дышит!

– Бред. – Она приблизилась к Диме вплотную и пристально посмотрела на его профиль. – Я задала ему вопрос на этот счет. Он четко ответил, что не претендует на твою территорию.

При звуке последних слов Дима выдохнул сигаретный дым и наконец‑то повернулся к Лере. Где‑то в глубине ее синих глаз тлел тот самый огонек, который он заметил еще в первую их встречу на квартире «Феникса». Не дождавшись ответа, Лера саркастично спросила:

– Еще аргументы будут?

Сокол в таком же тоне ответил:

– Из‑за его косяка я вызвонил тебя сюда раньше времени. Он был в морге и не понял, что его развели. Стас оказался жив и с легкостью заполучил тебя.

Лера выпрямилась, но через мгновение парировала:

– Но и благодаря ему же ты успел перехватить рейс.

– Ага. И убил шесть человек. А если бы не успел, ты умерла бы прямо в полете. – Дима навис над ней, ни на шаг не отступая от своего мнения.

Лера вздохнула и попыталась сгладить их разногласия:

– Все закончилось хорошо. Или ты теперь всю жизнь будешь ему это припоминать?

– А что, не должен?! Лера, он такой же наемник! Он больше года работал на «Фобос» в качестве внешнего агента.

– Что? Он мне не говорил…

Дима раздраженно усмехнулся и покачал головой:

– Он как раз тот, кто убивал тут. В городе. Он не мотался по горячим точкам, как мы! Это многое говорит о его моральных принципах, не думаешь? Он был таким же, как те, кто так хладнокровно обрушил клеть на твоего… бывшего… – сразу же пожалев о сказанном, Дима зажмурился в ожидании громкого продолжения диалога.

Но Лера тихо спросила:

– Когда?

– Что когда?

– Когда он работал на «Фобос»?

– Давно. Лет десять назад. – Даже не приглядываясь, Сокол заметил, как резко расслабились плечи Леры.

– Но сейчас он юрист. С идеальной репутацией.

– Да. И с позывным Двуликий!

– Потому что он фанат гребаного Харви Дента! – Лера ушла обратно в комнату. – Хватит. Я не собираюсь продолжать этот дурацкий разговор! Мне тридцать лет! Я вполне неплохо разбираюсь в людях и могу сама решать, с кем стоит общаться, а кого – обходить стороной!

Дима швырнул окурок вниз, растер шею ладонью и пошел следом за Лерой, но не успел сделать и двух шагов, как она врезалась в него и напористо поцеловала. От неожиданности он не удержался на ногах, и они в обнимку рухнули на кучу ее вещей.

– Ты с ума сошла?

– Да… По тебе. – Лера стащила с него футболку, уселась сверху и начала порывисто покрывать тело Димы влажными поцелуями.

– Детка…

– М-м-м…

– Я не… Да… – Дима на мгновение напрягся, а потом медленно выдохнул и закрыл глаза от удовольствия. – Ты… читерша…

Плечи Леры затряслись от смеха, но она продолжила ласкать Диму языком, губами и руками.

– Да… Черт… – Чувствуя приближение финала, Дима схватил Леру за руку и потащил ее выше к себе.

– Эй… Я не закончила…

Он сдвинул вбок ее кружевные трусики и насадил на себя. Лера откинула голову назад и быстро задышала, возбужденно двигая бедрами.

– Сокол…

Дима закусил нижнюю губу от восторга.

– Летим вместе?..

– Да…

Через минуту по ее телу пробежала острая судорога, и Лера вскрикнула.

– Я сейчас… – Дима сжал ладонями ее влажные ягодицы и через пару десятков быстрых резких движений высвободился за секунду до оргазма. – Черт…

Лера продолжала сидеть на нем с закрытыми глазами и завороженно покачиваться в такт сердцебиению.

– Слушай, я…

– Тшш… – Она на ощупь приложила палец к его губам и покачала головой: – Подожди.

Но через несколько секунд ее телефон где‑то под грудой вещей тихо запел голосом Дэвида Гаана, утверждавшего, что слова только и могут, что ранить. Дима хмыкнул:

– Символично.

Лера поморщилась и медленно слезла с него.

* * *

– Дим.

– А?

– Я надеюсь, мы закрыли тему Волохова?

Они лежали в постели, крепко обнявшись. Дима уныло скривился:

– Ты знаешь мое мнение. По мне, он немногим лучше твоего покойного бывшего мужа. Если тебе правда не с кем пообедать, пока я занят, подружись с Аней. Или Олей. Или Алисой. Или у тебя есть подруги?

Лера напряженно вздохнула:

– Нет. Как‑то у меня никогда не складывалось с девчонками.

– У тебя реально нет подруг?! Да ладно! Такое бывает? – Дима удивленно хохотнул, а Лера высвободилась из его рук и села.

– Представь себе.

– Но как же… С кем же ты тогда обсуждаешь… эм… всякие женские штуки?

Лера пожала плечами:

– Не испытываю необходимости в этом. Вообще не люблю все эти… женские штуки.

– Окей. А о чем вы говорили с Волоховым за обедом? – Сокол снова хмурился, но глаза Леры озорно сверкнули, и она сдавленно произнесла, сдерживая смех:

– Обещай не ржать.

– Ты меня пугаешь.

– О его свадьбе! – И сама расхохоталась, падая на подушку.

Дима смотрел на нее как на умалишенную:

– Чего? Какой еще свадьбе?

– Волохов женится! Волохов!!!

– На ком?

Леру накрыла вторая волна хохота:

– На дочери своего клиента. Все это выглядит очень подозрительно. Я уверена, что причина брака не во внезапно вспыхнувшей волшебной любви между сорокалетним лихим адвокатом и двадцатипятилетней нежной девой. Свадьба с двойным дном!

– И после этого ты продолжаешь утверждать, что он вполне подходящий для дружеского общения человек…

Лера придвинулась к Соколу и нежно поцеловала его в висок:

– Я два года спала с женатым мужчиной, окончательно развалив его семью. А ты убиваешь за деньги. Никто из нас не ангел. Нам всем гореть в аду.

– А ты, я смотрю, интересная собеседница.

Он с силой прижал Леру к себе, не давая ей сделать вдох, и прекратил ее пространные рассуждения жестким поцелуем.

* * *

– Неужели это все наконец‑то закончилось… – Алиса устало катила свой чемодан к выходу из аэропорта, держа за руку хмурого Дениса.

– Да. Кажется, нам придется переиграть не только свадебный банкет, но и медовый месяц.

Пройдя сквозь стеклянные двери, они оба с удивлением уставились на широко улыбавшегося Джокера.

– Привет молодоженам! – Он внезапно достал из‑за спины большую хлопушку и, крутанув ее дно, осыпал друзей разноцветными блестками.

Стряхивая с себя кусочки радости, Морок недоуменно приподнял бровь:

– Что ты тут делаешь?

Джокер заметил, что настроение у обоих было на троечку, но все же жизнерадостно произнес:

– Решил сделать сюрприз и встретить вас.

– С чего вдруг?

– Нет, вы почему такие кислые, а?! Поехали!

Он взял из рук остолбеневшей Алисы ручку чемодана и притворно согнулся:

– Ох, черт! Ты там римские камни, что ли, везешь? Ладно, хватит тухлить! У меня заканчивается оплаченный период парковки! Бегом‑бегом!

Денис и Алиса переглянулись, оба пожали плечами и пошли за ним.

– И все же, что случилось?

Матовый черный «Мерседес-AMG GT» проворно маневрировал в плотном движении, распугивая таксистов на своем пути.

– Жутко соскучился! Не было сил ждать понедельника.

Алиса хихикнула.

– Ладно. Мы просто решили собраться всей толпой. Майские праздники все же!

– Блин…

Джокер с подозрением покосился на Дениса через зеркало заднего вида:

– Так, а вы чего такие кислые? Слишком мало отпуска?

– Слишком много моей мамы… – Алиса зажмурилась, тут же пожалев, что не сдержалась.

– А что не так с мамой?

– Ничего. Все в порядке. Просто она была чуть более… эмоциональна, чем мы ожидали.

Денис заметил, что они пропустили поворот:

– Ты нашел новый маршрут?

Джокер хитро подмигнул ему и промолчал.

– Как вы тут без нас? «Феникс» жив? – Алиса тоже с подозрением оглянулась.

– Ха‑ха! Живее всех живых! Упахались мы без Дэна знатно, но все вырулили. А Сокол вообще учудил.

Денис закатил глаза в ожидании очередного фокуса от Димы:

– Удиви меня.

– Всю оружейку перерегистрировал за три дня. Вот что значит найти правильную, хорошо влияющую на тебя подружку!

– Что? Сокол и документы? Тут снега не было в наше отсутствие?

– А кстати, как Лера? Ее выписали? – спохватилась Алиса.

Джокер сдержал смех:

– О да… Дэн, ты придумал, кем она будет в «Фениксе»? Если что, могу подкинуть пару идей.

Алиса удивленно кашлянула:

– Лера будет работать в «Фениксе»?

– Да, – нехотя ответил Денис. – Условие Федотова.

– Ясно…

Морок включил телефон и открыл навигатор:

– По‑моему, ты везешь нас в Калугу, а не в Москву.

– Расслабься, биг босс.

* * *

– И… экшен! – Арчи включил задорную песню старой хеви‑метал-группы и выкрутил громкость колонок на полную в тот момент, когда Аня вышла из огромного деревянного дома к накрытому на веранде столу.

– Боже! – Чуть не уронив вилки с ножами себе под ноги, она недовольно покосилась на улыбающегося Арчи.

– Классно же!

– Очень, – хмыкнула Лера, выйдя следом за Аней с двумя большими салатниками.

В этот момент за забором раздался сигнал.

– Все! Арчи, быстро меняй эту чертову песню! Я же скидывала тебе плейлист!

Арчи нехотя переключился на список согласованных песен и вместе со всеми пошел встречать виновников торжества.

– Ничего себе майский шашлычок… – Чета Морозовых растерянно оглядывалась на двухэтажный деревянный дом в скандинавском стиле, празднично украшенную лужайку, дымящийся гриль и огромный накрытый стол на уютной веранде.

Лера слегка смущенно сделала шаг из ликующей толпы и произнесла:

– Это свадебный банкет, дубль два. Мы подумали, что снова заказывать ресторан будет не так весело, как собраться на свежем воздухе без посторонних глаз… Что? Что‑то не так?

Алиса часто заморгала и уткнулась лицом в плечо Дениса. Лера замерла в недоумении. Все остальные тоже замолчали. Арчи пультом убавил громкость музыки:

– Все в порядке?

Морок приобнял жену и улыбнулся:

– Да, просто мы немного в шоке…

– И немного не в настроении. – Сзади Джокер закурил сигарету и глубоко затянулся.

Алиса вытерла глаза:

– Нет, все отлично! Просто из‑за сборов и перелета мы немного утомились. Все шикарно! Дайте нам полчаса на то, чтобы перевести дух…

Ее телефон зазвонил. Она вздохнула и ответила:

– Да, мам. Приземлились. Мам… Нет, мам. Не будем. Потому что. Прекрати. Я не хочу об этом говорить. И не могу. Все, меня ждут.

Вова прищурился:

– У вас точно все в порядке?

– Да. Просто мама… отреагировала в своей манере.

– Она не обрадовалась свадьбе? – Аня подошла к Алисе и взяла ее за руку.

– Она не очень вовремя зашла в нашу комнату и увидела Дениса без футболки.

Лера приподняла бровь:

– И что? Она резко против татуировок?

– Я бы сказал, она резко против зятя с опасной профессией и россыпью шрамов… – Денис взял у Джокера пачку сигарет и тоже закурил.

– А она не знала?..

Он отрицательно покачал головой:

– Когда мы познакомились, я сказал, что занимаюсь инвестициями и биржевой торговлей. Что, в общем‑то, не было ложью. Но и не основным источником моего дохода.

– Но почему ты не сказал как есть?

Дима аккуратно сжал ладонь Леры. Та повернулась и увидела, как он, прищурив один глаз, качал головой: «Не надо».

– Все сложно, – ответил Морок.

– Но ведь это выбор Алисы. Печально, когда ожидания тещи не оправдываются. Но жить‑то с тобой не ей, а Алисе. Я просто не совсем понимаю…

– Лер. – Сокол еще крепче сжал ее руку.

Алиса смотрела в сторону. Денис неловко усмехнулся:

– У нас была непростая предыстория.

– Настолько непростая, что…

– Блин, Лер! – Дима уже не знал, как заставить свою подругу прекратить.

Но за нее внезапно вступился Арчи:

– Нет, а что? Меланхоличка права!

Лера раздраженно закрыла лицо руками:

– О, спасибо…

– Предыстория никуда не денется. Ее не отстегнешь и не сотрешь. Но почему это должно влиять на ваше настоящее и будущее? Особенно словами матери?

– Блин, Арчи! Когда с кем‑то из твоих детей произойдет подобное, я посмотрю, как ты заговоришь! Ты и через пять, и через двадцать пять лет будешь испытывать ужас! – Аня недовольно толкнула его в плечо.

– Ужас? От чего? От огромного мужика, который ради моей дочери жизнь готов отдать? Сомневаюсь.

– Арчи прав… – вздохнула Алиса. – Просто мне всегда сложно спорить с матерью. Умом я все понимаю…

– Ладно, давайте закроем тему и постараемся повеселиться. Насколько это возможно, – Вова попеременно поглядывал на всех участников непростого разговора.

– Все в порядке! Тут так чудесно, и погода шикарная… Незачем грустить. – Алиса попыталась изобразить убедительную улыбку.

– Мы вернемся к вам через полчаса. Не съешьте все без нас. – Денис забрал чемоданы из багажника. – Расскажете, где найти свой угол в этом тереме?

Аня опомнилась и кивнула:

– Пойдем, я вас провожу.

Когда они зашли внутрь, Дима повернулся к Лере:

– Что на тебя нашло? Я же дал тебе знак остановиться.

– Я не думала, что…

– Да, ты не думала.

Лера поджала губу:

– Что такое могло произойти?

Сокол вздохнул и отвел ее подальше от поляны, к парковке:

– Помнишь, несколько лет назад была шумиха из‑за вскрывшейся работорговли одним из замминистров?

Брови Леры взлетели вверх:

– Еще как помню. Это была единственная тема для разговоров почти месяц…

– Алиса была там. И мы тоже там были.

– Что? Ты же… Вы же ездили по горячим точкам, нет?

– Да. Но тот раз был исключением. Алиса оказалась среди немногих выживших. И именно там она впервые увидела Дэна.

– Подожди, а вы там что делали? Пытались спасти девушек?

Дима опустил глаза и покачал головой:

– Нет. Нас послали все там… разнести.

Лера непонимающе уставилась на него:

– Прости, что?

– Я не люблю вспоминать это задание. Просто знай, что ни одну из девушек мы не тронули. Их убили их же охранники. Морок осматривал ангар. Он видел, что остались выжившие. И нарушил приказ.

– Ясно…

– Через три года они с Алисой вновь встретились. Но ранен был уже он. Алиса его узнала по гетерохромии и спасла. После этого они начали встречаться. Потом мы разгромили «Фобос». Он прикрыл собой Алису и чуть не умер. Но она снова его спасла. В общем, они крепко связаны судьбой, хотя их взгляды на профессию Дэна сильно отличаются. И реакция матери Алисы не добавляет позитива. Поэтому все сложно. И не нужно лезть в это…

Лера хмуро сглотнула:

– Я идиотка…

– Нет. Но в следующий раз, если я попрошу тебя остановиться, пожалуйста, послушай меня.

– Я все испортила… Еще Арчи влез… Боже…

– Не переживай. Они отходчивые ребята. Ты ведь не со зла. – Дима обнял ее за шею и повел обратно к веранде.

– Я схожу извинюсь.

– Как хочешь.

Лера поднялась на второй этаж и тихо постучала в комнату молодоженов. Ей открыла Алиса. Лера неловко улыбнулась:

– Я… Мне жаль, что я так себя повела. Это было грубо.

Алиса вышла в коридор и прикрыла дверь:

– Ну… Один – один…

– Что?

– На дне рождения Димы… Я тоже отличилась.

– А… это… Нет, это ни в какое сравнение. Мне жутко неудобно. Прости, пожалуйста. Я честно не знала…

Алиса улыбнулась и обняла Леру:

– Забудь. Все в порядке. Я действительно считаю, что и ты, и Арчи правы. И да. Аня сказала, что все это – твоя идея.

– Ну… Я же еще и свадьбу вам запорола.

– Неправда. Причин было много… Спасибо тебе. Возможно, Денису это не сильно важно. Но мне… очень. В тот вечер я даже не знала, хочу ли вообще продолжать все это… И внутри что‑то подтачивало меня все эти дни.

– Понимаю…

– Но теперь я вижу, что все не зря. И «Феникс» – это моя настоящая семья. Такая неидеальная, яркая, со своими эмоциями, косяками и все же наполненная любовью и заботой.

Они обе прослезились и рассмеялись, глядя друг на друга.

– Да уж… Семейка…

В этот момент из комнаты вышел Денис с влажными после душа волосами, облепившими его высокий лоб:

– Э… Вы чего?

Лера вытерла глаза и хихикнула:

– Плачем, а что?

– Забавные вы…

– Я зашла извиниться.

– Прекрати. Все в порядке.

– Я сказала то же самое, – пожала плечами Алиса.

Денис с сомнением оглядел заплаканных девушек:

– Но почему‑то вы обе разрыдались.

– Это уже другое…

– Ладно, я пойду. Отдыхайте, не торопитесь. У нас впереди еще вся суббота и утро воскресенья.

Морок удивленно уставился на Леру, но Алиса благодарно улыбнулась:

– И это прекрасно… То, что нам нужно было после римских приключений.

* * *

Теплый майский вечер был наполнен тихим треском костра, запахом шашлыка, веселыми тостами, терпким вином, янтарным виски, взрывами хохота и шутливыми разговорами.

Накрывшись пледом, Лера сидела в обнимку с Димой и с закрытыми глазами прислушивалась к дружеской болтовне. Она внезапно осознала, что за последние десять лет ни разу не выбиралась вот так в майские праздники большой, шумной и дружной толпой.

– Можно я скажу еще один тост? – Алиса встала с кресла.

– Дорогая, тебе сегодня можно все! – хохотнул Арчи.

– Я бы хотела поблагодарить вас всех за этот праздник. И в особенности сказать спасибо Лере.

Та почувствовала предательское жжение в глазах и опустила голову. Алиса после паузы продолжила:

– Для меня это поистине ценно. А в тех обстоятельствах, которые нас всех накрыли, да еще и вылились для Леры в госпитализацию… Думать о чувствах и эмоциях других людей в такие моменты может только по‑настоящему сильная и понимающая… – Она шмыгнула носом и неловко рассмеялась: – Так что, Сокол, только попробуй накосячить!

Дима побежденно поднял руки вверх.

– Лера, я рада, что ты появилась у нас. Наша семья пополнилась. И давайте уже за это выпьем, пока я окончательно не разревелась!

Над столом раздались смех, поддерживающие тост возгласы и звон бокалов. Денис махнул рукой, привлекая внимание компании, и сказал:

– Я присоединяюсь к Алисе. Хотя идея такого пополнения мне не сразу понравилась… Но я вижу, как ты влияешь на нашего Соколика.

Дима закатил глаза и опрокинул голову назад:

– Да прекратите уже…

– Ладно. Добро пожаловать в семью. И в «Феникс».

Снова раздалось нестройное «ура!», а в адрес Димы полетело несколько изощренных шуточек.

– Кстати, о «Фениксе». Я надеюсь, вы не заставите меня носиться с оружием по Москве… – Лера выразительно посмотрела на своего нового босса.

– Мы решим этот вопрос с максимальным взаимным комфортом.

– Ага, – кивнул Арчи. – Просто Дэн скинет на тебя все бумажки!

Лера изобразила страдание на лице.

– Нет, у меня есть идея получше. Но вернемся мы к ней не раньше понедельника. А сейчас давайте отдыхать.

– Вот это другой разговор! – Арчи взял пульт и прибавил громкость музыки. – Хватит тухлить за столом! Пора отработать съеденное и размять булки!

Джокер закатил глаза:

– Боже… Что вы ему добавили в алкоголь?

Оля хихикнула:

– Пару таблеток кофеина.

– Серьезно?

Загадочно улыбнувшись, Оля все же испортила интригу веселым смешком:

– Нет. Мне кажется, Арчи весь день жаждал не только мяса, но и танцев…

– Подъем, слабаки и толстухи!

– Ауч… – Аня обожгла его опасным взглядом.

– Блин, это же фраза Шелест! А, ты слишком сопливая, не помнишь лихой формат MTV.

– Сейчас ты нарвешься на обиженную подругу, братишка. – Вова усмехнулся и откинулся на спинку кресла.

Арчи упер руки в бока:

– Это всего лишь озорная цитата, мои дорогие мышцатые коллеги и не менее дорогие стройные подружки.

Постепенно вся зевающая компания, смеясь, вышла из‑за стола, и через десять минут на поляне перед верандой возникла вторая волна всеобщего веселья…

Глава 4

«Лексус» Волохова остановился у трехэтажного особняка в стиле английской неоклассики почти в десять вечера. Он достал из кармана телефон и отправил короткое сообщение своей новоиспеченной невесте:

Выходи.

Через минуту от нее пришел ответ:

Ты не зайдешь?

Нет.

Хорошо.

Даниил размял шею и плечи, поправил воротник черной рубашки и рукава темно‑серого пиджака. Спустя пару минут он заметил Софью, выходившую за ворота, и слегка поморщился. На ней были узкие джинсы, белая рубашка и бежевый вельветовый жакет.

– Привет. – Она села на пассажирское сиденье и всмотрелась в его лицо.

– Привет. Тебе придется переодеться.

– Что? Почему? – Она оглядела его внешний вид и понимающе кивнула.

– Извини, я должен был тебя предупредить.

– Что же мне нужно надеть? Черное платье?

– Цвет не так важен, как фасон. – Волохов в задумчивости провел пальцами по щетине на подбородке. – Давай заедем в одно место. Подберем тебе нужный наряд.

– Звучит несколько… унизительно.

– Почему?

– Потому что я не кукла. – Она обиженно поджала губы и скрестила руки под грудью.

Даниил вздохнул и отъехал от дома.

– Ты купишь все сама. Я лишь помогу с выбором.

– Ладно… Но… не слишком ли поздно для шопинга?

– Нет. Самое удачное время. А пока мы едем, слушай меня внимательно и запоминай правила поведения.

Софья хохотнула:

– В тусовке есть правила поведения?

– Они есть везде. Там, куда мы едем, будет сотня приглашенных гостей. Это закрытая вечеринка, но фотографы и модные обозреватели там тоже будут.

– Поэтому мне нужно переодеться? Боишься, что они сочтут меня немодной?

Волохов изогнул одну бровь:

– Мне все равно, кем они сочтут тебя. Но мне не все равно, как предстанет перед публикой моя будущая жена.

Софья нахмурилась еще сильнее:

– Рискну предположить, что это один и тот же человек.

– Временно.

Она не выдержала и обиженно вскинулась:

– Какого черта?! Я не просила тебя жениться на мне! Вся эта затея вообще тошнотворна! Я и так чувствую себя бездушной разменной монетой! Можно хотя бы говорить со мной нормальным тоном?

Волохов притормозил у светофора и повернулся к ней:

– В таком случае для начала сделай лицо попроще! Ты не королева Елизавета, а я не твой паж!

Софья быстро заморгала, глядя на него с явным непониманием:

– Я не…

– Ты села в машину с таким видом, будто тебя подташнивает от необходимости приблизиться ко мне.

– Прости…

– Если не будешь следить за лицом, нас раскусят в два счета. Возможно, ты не до конца понимаешь, куда мы едем. Это не сборище звонких тиктокеров, горе‑блогеров и кумиров молодежи.

– А нам вообще обязательно туда идти? – Теперь Софья выглядела растерянной и слегка напуганной.

– Да. Я уже подтвердил наш визит. – Волохов сверился с навигатором и повернул направо. – Как мне тебя называть?

– Э… в смысле?

Даниил вздохнул и снова посмотрел на нее:

– Как к тебе обращаются в семье? Какая форма имени для тебя максимально комфортна?

Софья опустила голову и тихо проговорила:

– Отец зовет Софьей. Мама – Сфи. Друзья – Соней.

Волохов кивнул:

– Хорошо. Софи. Давай договоримся. На берегу.

– Давай…

– Эта сделка несет выгоду всем нам. Поэтому мы все одинаково заинтересованы в благоприятном исходе. Значит, для взаимного комфорта ты держишь в узде свою мимику и выполняешь мои рекомендации, а я смягчу манеру общения, даже если мы не на людях. Договорились?

– Договорились.

– Отлично.

– Почему Софи?

Волохов хмыкнул, сдерживая смех:

– Каждый раз, называя тебя Софьей, я надеюсь увидеть кокошник на твоей голове.

Софи прыснула со смеху:

– Ладно, мистер Сарказм. Как мне называть тебя? Даня?

Они оба согнулись в приступе хохота.

– Даже не думай.

– Извини, но твое имя, кажется, еще более неудобное, чем мое.

– Тогда используй мою фамилию. – Волохов припарковался недалеко от входа в любимый бутик.

* * *

– Мне не нравится…

Приветливая девушка, встретившая их в светлом шоуруме, не моргнув глазом, забрала, кажется, десятое платье и протянула Софи еще один вариант. Волохов невозмутимо отхлебнул кофе и снова уткнулся в телефон, отвечая на рабочую почту.

– Не знаю… Что скажешь?

Он поднял глаза и критически повел бровью:

– У меня ощущение, что тут все платья на каких‑то коротышек. С твоими длинными ногами нужно либо явное мини, которое сегодня абсолютно неуместно, либо откровенное макси, что тоже не совсем подойдет…

Софи задумчиво произнесла:

– Расскажешь, где учат делать настолько уничижительные комплименты?

– Я самородок. – Он встал и прошелся вдоль вешалок в поисках подходящего наряда. Внезапно его взгляд привлек сложный холодный оттенок кирпичного цвета: – Хм… – Он снял с вешалки шелковый комбинезон с широкими штанинами, воротником‑стойкой и без рукавов. Ткань приятно холодила пальцы. – Черный жакет найдется?

Менеджер кивнула и прихватила сразу несколько вариантов.

– Ставлю десятку, ты уйдешь отсюда в этом.

Софи с плохо скрываемым восторгом разглядывала на себе комбинезон в огромном зеркале:

– Даже спорить не буду. О… сколько?! – Цена на этикетке сияла шестизначным значением.

– Это же шелк, милая.

– Отец ужаснется, когда увидит выписку по карте.

– А тебе разве не все равно?

– Ну… – Она надела черный жакет с небольшими темно‑бронзовыми пуговицами и черные босоножки на кожаных шпильках приемлемой высоты. – Думаю, ему самому понравится.

Волохов удовлетворенно кивнул, допил кофе и встал с диванчика:

– Поехали.

Софи отстегнула бирки с обновок, убрала свои вещи в большой бумажный пакет и расплатилась.

* * *

– Вернемся к правилам поведения. – «Лексус» несся по МКАДу, обгоняя вечерний поток машин. – Во‑первых, ты не смотришь на меня, если я не обращаюсь в этот момент к тебе. Вообще. Без исключений. Во‑вторых, не держишь меня за руку. Единственное исключение – на входе в клуб. В‑третьих, твое выражение лица. Никаких блестящих улыбок во весь рот. Можно еле заметно усмехнуться. Но основную часть вечера – демонстрировать прохладную отчужденную симпатию, незаметно приправленную каплей раздражения.

– Но для чего все это?

– По‑моему, это очевидно.

Софи пожала плечами:

– Возможно, тебе – да. Но не мне…

– Твое милое лицо – твой главный враг. Красивая улыбчивая девушка в большинстве случаев автоматически списывается в разряд влюбленных глупышек.

– М-м-м… Еще один уничижительный комплимент в копилку.

– Это я еще только разминаюсь. Да. Как у тебя обстоят дела с алкоголем?

– Э… Не знаю… Я редко пью.

– Плохо.

– Плохо, что не пью?

– Плохо, что не знаешь. Тогда твой максимум – две порции. Уж надеюсь, со ста миллилитров тебя не унесет.

– Хотелось бы верить.

Впереди уже показались огни клуба.

– И последнее. Легенда.

– Легенда?

– Да. Если вдруг кто‑то спросит о нашем знакомстве.

– А… И что отвечать?

Волохов пристально посмотрел на Софи. Та неуверенно отвела взгляд.

– Какую историю ты придумал?

– Никакую. Умелые лжецы всегда говорят правду.[1]

– Сложно…

– Расскажешь, как все было на самом деле. Мотоцикл, фура, пробитое колесо. Чем меньше врешь, тем меньше деталей придется запоминать. И тем меньше эмоций придется подделать.

* * *

– Ну все. Назад дороги нет. – Волохов положил холодную ладонь Софи на сгиб локтя. – Контролируй лицо…

Она тяжело вздохнула и попыталась изобразить одновременно безразличие, симпатию и легкое раздражение, насколько это вообще было возможно. Они вошли в клуб и мгновенно погрузились в самую хищную атмосферу, которую могли создать сто пресыщенных, подозрительных и неприлично состоятельных хозяев жизни.

– Добро пожаловать в мой мир, дорогая Софи.

– Выглядит достаточно жутко.

– А я и не обещал радугу с единорогами. – Волохов отпустил ее руку и, не обращая внимания на вспышки фотоаппаратов, направился к барной стойке.

Слегка нагнувшись к бармену, он что‑то тихо проговорил. Юноша кивнул и занялся заказом. Даниил хотел сказать Софи что‑то еще, но к нему подошел один из крупнейших столичных банкиров под руку со своей пассией. Софи хватило пары коротких взглядов, чтобы примерно понять: банкиру было явно за сорок, а его спутнице в лучшем случае лет двадцать.

Пока Волохов представлял ее своим знакомым, Софи все же украдкой следила за ним, пытаясь считать его отношение к тому или иному человеку. Она с удивлением осознала, что внешне Даниил практически не скрывал свои взгляды на репутацию большинства из присутствующих, которые, в свою очередь, убедительно игнорировали подобное откровенное пренебрежение правилами приличия.

В небольшой паузе между приветствиями Волохов забрал с барной стойки стакан с водой и бокал белого вина, кивнул Софи, и они заняли полукруглый черный бархатный диван, стоявший в небольшом отдалении от центра клуба.

– Это тебе на час. – Он придвинул вино Софи, а сам сделал небольшой глоток воды.

– Ты во всем так щедр? – Она усмехнулась, глядя в сторону барной стойки, где стихийно началась фотосъемка весело щебетавших девушек, чьи лица она смутно помнила из рекламы косметики, нижнего белья и наручных часов.

– Да‑да. Вот так выглядят улыбающиеся красотки. Плоско. Пусто. Эфемерно.

Софи пожала плечами и отпила немного вина:

– Не знаю. Не вижу тут ничего такого. Это же вечеринка.

Волохов нахмурился:

– Лучше приглядись к другим парам. Тем, что не щебечут соловьями и не сверкают поддельным блеском. – Он аккуратно указал в противоположном направлении зала.

Софи скривилась, но тут же вспомнила, что должна контролировать лицо:

– Но это же скука смертная…

– Лучше и не скажешь!

Девушка вздрогнула. Перед ними материализовался еще один достаточно известный в столице бизнесмен.

– Волохов!

– Алумян.

– М-м-м… Ты в кои‑то веки с подругой?

Волохов еле заметно поморщился и нехотя произнес:

– Софи, это Тигран Алумян.

Тигран без приглашения опустился рядом с ней на диван:

– Софи? София?

Она максимально безразлично пожала плечами:

– Как вам угодно. Вариантов моего имени безмерно много.

Тигран ухмыльнулся:

– София, как вы смотрите на то, чтобы я угостил вас еще одной порцией… – он панибратски поднял со стола ее бокал и принюхался, – …порцией вина, а вы помогли бы мне найти точки соприкосновения с Даниилом, чтобы он наконец‑то взял меня под свое пуленепробиваемое крыло?

– Думаю… – Софи мягко забрала свой бокал из его ладони, – …что ничем не могу вам помочь. Если Даниил не хочет, то никто его не заставит.

– Даже удвоенный гонорар? – Тигран прищурился и сделал вид, что смотрит на Софи, но зрачки его темно‑карих хищных глаз фокусировались на Волохове.

– Возможно, дело не в деньгах?

– Конечно… – Он умолк на несколько секунд, задумчиво поглаживая бороду. – София, а вы случайно не та самая таинственная дочь Ярослава Ранковича? У которого ваш очаровательный спутник на днях выкупил половину питерского завода?

Софи моргнула и мгновенно собралась:

– Не знаю, что во мне такого таинственного.

– Тигран, я уже объяснял тебе, почему не смогу взяться за твое дело. – Волохову откровенно надоело молча выслушивать этот странный диалог.

– Да ладно… Думаешь, я не в курсе, что при необходимости ты можешь сутками не спать, разруливая вопросы, подобные моему?

– До недавних пор так и было.

– Что изменилось теперь?

– Я совершил ошибку. Которая чуть не стоила моему клиенту… слишком дорого. Поэтому теперь я по ночам сплю. Или отдыхаю.

– Отдыхаешь ли? – Тигран лукаво перевел взгляд с Волохова на Софи.

Даниил раздраженно закатил глаза.

Софи медленно сделала еще один небольшой глоток из бокала.

– Алумян, любой из перечисленных мной юристов справится с твоим вопросом не напрягаясь.

– Вполне вероятно… Что ж… – Пригладив свою густую стильную шевелюру с редко поблескивающей сединой, Тигран вдруг посмотрел куда‑то за спину Даниила.

В это же мгновение Волохова словно ударила молния. Он замер на пару секунд, незаметно втягивая носом воздух. Раскаленная песчаная буря вывела его из равновесия, но он с усилием моргнул, продираясь в реальный мир сквозь резко нахлынувшее возбуждение.

– Милый, я хочу домой… – По плечам Тиграна заскользили хрупкие женские руки.

– Но мы же только приехали.

– Здесь скука смертная…

– А, да. Познакомься. София Ранкович.

Блондинка протянула руку Софи и мягко произнесла:

– Марго.

– Добрый вечер, Марго.

– А тот унылый грубиян, который не удосужился поздороваться, тот самый Волохов, о котором я тебе говорил.

Даниил скрутил все остатки самоконтроля в тугой канат и, не поворачивая головы, перевел взгляд на спутницу Тиграна:

– Добрый вечер, Марго.

Это была она. Волохов легко бы поставил на кон ту самую чертову половину питерского завода. Поздоровавшись, он понимал, что рискует быть узнанным по голосу. Лицо блондинки осталось без движения. Ни один мускул не дернулся. Улыбка не исчезла, а зрачки не расширились. Оставалось надеяться, что достаточно громкая ритмичная музыка слегка исказила тембр его голоса. Либо Марго оказалась слишком гениальной актрисой.

– Ладно. Нет так нет, Волохов. Но если передумаешь, звони. – Тигран встал с дивана и приобнял томную Марго. – Хорошего вечера, София.

Софи кивнула:

– Благодарю. Приятно было познакомиться.

Остаток вечера Волохов провел в задумчивости и часто просил Софи повторить вопрос, когда она к нему обращалась. Если до этой встречи он еще размышлял насчет Тиграна, то теперь ему стало абсолютно ясно, что работать с ним ни в коем случае нельзя. Еще более удивительным был тот факт, что Марго удавалось посещать секс‑клуб при таком муже.

– Эй…

Волохов встрепенулся, заметив перед лицом ладонь Софи.

– Что?

– Я уже трижды спросила, где тут уборная…

Он заметил, что ее голос звучал несколько странно, растянуто.

– Ты что, пьяна?!

– Кто? Я?

– Сколько ты выпила? Где… где твой… Что это? – Вместо ожидаемого бокала белого вина у Софи в руке был стакан с искрящейся коричневой жидкостью.

– Последние полчаса ты настолько нагло… грезил, что мне ничего не оставалось…

– Это виски с колой?

– Да… Лучше, чем эта твоя… кислятина, – Софи хихикнула и медленно вдохнула. – Так где же тут уборная?

Волохов зажмурился и указал на вход в тускло освещенный коридор:

– Вон там.

– О, спасибо…

– Тебя проводить?

– Я всего лишь захмелела. – Софи неторопливо двинулась в сторону туалета, стараясь идти ровно и уверенно.

– Ты всего лишь все испортила…

Закрывшись в кабинке, Софи в панике сжала лицо ладонями. Опьянение накрывало ее волна за волной. С другой стороны, голос разума подсказывал ей, что, не будь Волохов таким жутко задумчивым, ей не пришлось бы развлекать себя самостоятельно…

– Да какого черта?! Нет… Мы же договаривались…

Ее немного лихорадило, а воспаленный алкоголем мозг метался от одной мысли к другой. В надежде обуздать хмель она сунула два пальца в рот, но гортань словно сковали кандалы. Безрезультатно прокашлявшись, Софи умылась ледяной водой, промокнула лицо салфеткой и вышла из туалета.

– Думаю, нам лучше уйти, – но стоило Даниилу произнести эту фразу, как к ним один за одним снова хлынули желающие поздороваться и пообщаться.

Понимая всю неловкость ситуации, Софи, как могла, держала лицо и молилась, чтобы ее усилия оказались действенными. Но виноград, солод и кола уже делали свое темное дело в ее желудке. Голова с каждой минутой кружилась все сильнее. В нарушение озвученных Даниилом правил она незаметно коснулась его ладони, ища опору. К ее удивлению, Волохов, не прерывая беседу и не глядя на нее, изящно подхватил ледяные пальцы Софи и, как в начале вечера, положил их на сгиб локтя.

Спустя полчаса они наконец‑то вышли из клуба на свежий ночной воздух, показавшийся Софи самым ароматным за всю жизнь.

– Боже… – Из глаз брызнули слезы, но девушка быстро смахнула их с лица.

– Сомневаюсь, что он поможет тебе сегодня ночью. Да и завтра утром будет бесполезен.

– Я не думала, что от одного стакана будет такой эффект…

Волохов ускорил шаг в надежде больше не встретить никого на пути к автомобилю.

– Моя дражайшая Софи. В твоем возрасте уже пора бы знать, что самый надежный и легкий для восприятия организмом алкогольный напиток – это белое сухое вино. Как ты говоришь, кислятина. Хотя вообще‑то я взял для тебя полусухое. А виски с колой – напиток для тех, кто хочет быстро и сильно опьянеть. Потому что углекислота ускоряет всасывание алкоголя. А ты в итоге сотворила в своем желудке коктейль, от которого утром твоя голова будет раскалываться, словно под прессом. Никогда больше не смешивай солодовый и виноградный алкоголь. Это чревато жутким похмельем и потерей остатков репутации.

Голова Софи кружилась все сильнее, но она смогла выдавить из себя саркастичное:

– Спасибо за лекцию, профессор…

Волохов резко дернул ее за руку:

– Я просил тебя следовать моим указаниям! А ты тупо напилась, как малолетка!

По отсутствию реакции он понял, что Софи совсем накрыло, распахнул дверь и все же помог сесть в машину.

– Прости…

* * *

На выезде из города Волохов свернул к «КингАвто» и взял два американо.

– Выпей. Может быть, станет немного легче.

Софи проморгалась и закусила нижнюю губу. Ее уже начало клонить в хмельной сон, а в глазах и во рту явственно ощущалась сухость. Она отпила из бумажного стакана и поморщилась:

– Без сахара?

– Да. Хочешь, чтобы подействовало, – пей без сахара. – Он остановился на полупустой парковке, опустил стекла и закурил.

– Я не хотела.

Волохов исподлобья посмотрел на нее:

– Чего не хотела?

– Опозорить тебя.

– Успокойся. Большинству плевать.

Софи с легкой обидой уставилась на него:

– Тогда для чего весь этот театр?

– Мне не плевать. – Он отхлебнул кофе и затянулся сигаретой.

– Ты странный…

– Может быть.

– А этот… Алоян…

– Алумян.

– Да… Кто он? Ты вроде бы на равных говорил с ним. А потом словно…

– Словно что?

– Словно отключился. Как будто он ввел тебя в транс своим присутствием.

Даниил поморщился:

– Он такой же проходимец, как и большая часть московских бизнесменов. – Но все же он выбил тебя из реальности.

Про себя Волохов подумал: «Из реальности меня выбила его жена. Такая же пустая похотливая самка, как и все молодые сучки, отдавшие свое тело за роскошную жизнь», – но вслух произнес:

– Нет. Это не из‑за него. Просто тяжелый день.

– Понятно…

Софи через силу допила горький кофе и молча прислушалась к своим внутренним ощущениям. Но как ни старалась, так и не заметила улучшений.

Волохов кинул бычок в свой стакан, забрал второй у Софи и вышел из «Лексуса», чтобы выкинуть мусор в урну. Несмотря на кофе, сигарету и свежий ночной воздух, он все еще чувствовал этот проклятый аромат Марго.

– Черт бы тебя подрал…

– Прости?

Даниил опомнился и немного замешкался.

– Э… это не тебе. Мысли вслух.

Софи повела плечом и почувствовала характерную для опьянения боль в шее у основания позвоночника.

– У меня примерно такие же.

– С чего бы?

Они выехали с парковки обратно на шоссе.

– Дурацкая затея… Фиктивные свидания, фиктивная свадьба, фиктивный штамп, фиктивное счастье…

– Никто не мешает тебе быть счастливой в своей жизни. Уж точно фиктивный брак на это никак не повлияет.

– Может быть, в твоем случае…

Волохова начинал раздражать этот пьяный разговор:

– А в твоем?

– Вдруг я хотела замуж по любви?

– Пфф… Твой отец сказал, что ты вообще не хотела замуж.

– Что мешало ему соврать?

– И где же твой принц? Почему Ярослав забраковал его?

– Отец о нем не знает…

Окончательно теряя контроль над собой, Даниил вырулил на обочину и резко остановился:

– Что это значит?! Если ты хотела выйти замуж и даже был кандидат, почему соврала и в итоге попала в эту сделку?

Софи мысленно протыкала себя раскаленными прутьями за свой болтливый пьяный язык. Чтобы как‑то отболтаться, пришлось импровизировать:

– Мало ли что я хотела! Для счастливой свадьбы нужны двое желающих.

– Ах, вон оно что… А ты не рассказала принцу об основных финансовых преимуществах вашего возможного союза?

– Его это не интересует. Да и я сама… Не сильно.

– Боже… Ты несешь откровенный бред!

– Да пошел ты! – Софи выскочила из машины и зашагала вперед, цепляя нежными кожаными каблуками острый гравий обочины.

Волохов закрыл лицо руками и зарычал:

– Чертова малолетка. – Он двинулся за ней, легко сокращая расстояние широкими шагами. – Софи, стой! Куда ты собралась?!

– Подальше от тебя!

– Ты ведешь себя, словно школьница, которая сама не знает, что ей нужно!

Софи повернулась к нему и продолжила идти спиной вперед. Показав два больших пальца, она хохотнула:

– Да… А ты ведешь себя, как сморщенный сухарь! Который отродясь не знал, что у других людей вообще‑то бывают чув… – Ее каблук попал в ямку, и Софи с запозданием поняла, что летит спиной на землю.

– Идиотка! – Волохов поймал ее за руку и по инерции прижал к себе, чтобы устоять на ногах.

Софи оказалась пушинкой с осиной талией, скрывавшейся под складками комбинезона. Она тупо уставилась в поблескивавшую в ночи пуговицу на его черной рубашке и перестала дышать, ощущая тепло тела Даниила.

– Фиктивная свадьба – лучшее лекарство от безответной любви.

При звуке его глубокого голоса Софи дернулась и уставилась на Волохова снизу вверх. Тот слегка наклонил к ней лицо и посмотрел в хмельные глаза. А потом его взгляд скользнул ниже, к ее полуприкрытым пухлым губам. Одна его бровь резко приподнялась, а зрачки расширились.

Софи на мгновение подумала, что сейчас он ее поцелует. Но сделать вдох ей помешала внезапно накатившая волна тошноты. Она вырвалась из его рук и, сделав пару шагов в сторону, согнулась пополам, чтобы ее желудку было легче избавиться от только что выпитого кофе.

– Чудесно. – Вернувшись к машине, Волохов достал из подлокотника влажные салфетки и взял с заднего сиденья бутылку воды. – Держи.

– С… спасибо. – Софи протерла лицо салфеткой и прополоскала рот.

– Тебе лучше бы выпить все пол‑литра и снова опустошить желудок. Для верности.

– Казалось бы… Можно ли чувствовать себя еще более неловко на первом свидании?

– М-м-м… Чувство юмора вернулось? Идешь на поправку.

– Пожалуйста. Сядь в машину и… и не смотри.

Волохов покачал головой, усмехнулся и оставил Софи наедине с бутылкой воды. Несмотря на кофе, он почувствовал, как его начало клонить в сон. На часах было около трех. Ночная темнота уже превратилась в густую предрассветную синеву. Через десять минут Софи села на свое место.

– Кажется, я в порядке.

Волохов не ответил.

– Эй… – Она повернула к нему голову и поняла, что он уснул. – Ясно…

Софи откинулась на подголовник и на мгновение прикрыла глаза, все еще чувствуя ужасную неловкость за испорченный вечер и свою шальную физиологию.

* * *

– Черт.

– М-м-м…

– Мы уснули.

– Что? – Софи открыла глаза и резко закрыла их от слепящего солнца, отражавшегося в боковом зеркале. – О… – Ее мозг буквально прострелило молнией от боли. – Лучше бы я умерла… А сколько времени?

– Шесть утра. – Волохов с трудом размял затекшую шею и онемевшие от неудобной позы плечи.

– У тебя есть еще вода?

– Да. – Он вышел из машины, открыл багажник и достал две маленькие бутылки. Вылил из одной примерно половину и затолкал внутрь две таблетки «Алка-Зельцера»: – Приятного похмелья.

– Волшебник…

Ухмыльнувшись, Даниил завел двигатель и вывернул с обочины на дорогу:

– Если меня хотя бы иногда слушаться, я и не такое могу…

Глава 5

– Лер…

– М-м-м?

Второй вечер веселья выдался намного тише предыдущего. Джокер укатил еще днем после таинственного звонка. И все дружно предположили, что дело было в девушке. Денис и Алиса извинились и пораньше ушли спать, сославшись на усталость после путешествия. Вова, Оля, Аня и Арчи сидели в большой гостиной и болтали обо всякой ерунде, доедая праздничный торт.

Дима и Лера остались вдвоем на веранде перед тихо потрескивающим огнем в большой каменной чаше.

– Спишь?

– Нет. – Последние полчаса Лера молча обнимала Сокола, уткнувшись носом в его шею. – Просто…

– Что просто?

– Просто наслаждаюсь.

Дима улыбнулся и потушил сигарету:

– Жизнь в кайф?

– Насчет жизни еще не знаю, но обнимать тебя и вдыхать твой запах – точно в кайф…

– М-м-м… Звучит многообещающе. – Он крепче прижал Леру к себе и расслабленно развалился на диване, вытянув ноги вперед, ближе к огню.

Но через минуту она высвободилась из‑под его руки и улеглась на спину, положив голову ему на колени:

– Почему ты со мной?

– Что? – Сокол открыл глаза и посмотрел на нее.

– У нас как‑то не было шанса поговорить… Все время вокруг что‑то происходило. И мне иногда страшно от мысли, что все это… Знаешь, недолговечные отношения, начатые на адреналине и сексе. – Лера отвела взгляд, и пламя отразилось в ее влажных глазах.

– Эй… С чего вдруг такие бредовые мысли? – Дима повернул ее лицом к себе и наклонился ближе: – Неважно, как все началось. Между нами магия. А магия – вечна.

Лера вгляделась в его тревожные светлые глаза и повторила вопрос:

– Почему ты со мной?

– Потому что я тебя загадал.

– Как это?

Дима прищурил один глаз и смущенно усмехнулся:

– Помнишь, тогда в стрип‑клубе…

– Мэри и виски?

– Да…

Лера непонимающе покачала головой. Ее блестящие темные волосы тяжелой волной скользнули вниз, вдоль ног Димы. Он заботливо собрал их и уложил обратно ей под шею, не решаясь продолжить рассказ.

– Ну?

– Я… Уходя оттуда, я уже был знатно захмелевший. И увидел в аквариуме большую золотую рыбку.

Лера прыснула, но постаралась сохранить молчание.

– И я загадал ей желание. Зрелую, интересную, ироничную женщину. Точнее… Перечень был чуть более обширным. Но, в общем, через несколько дней мы с тобой встретились. И уже через час я все понял.

Лера закрыла глаза и вздохнула:

– Ты влюблен в список достоинств?

– Нет, я влюблен в тебя. Я не уверен, отвечу ли на твой вопрос. Но тебе нужно кое‑что знать. – Он подался вперед, уперевшись локтями в колени и поймав Леру в плен между торсом и руками. – Я ушел из дома после смерти сестры. Одним солнечным днем просто собрал сумку и, пока родителей не было, умчался в «Фобос». От одной только мысли позвонить, навестить, встретиться с ними лицом к лицу меня перекручивало. После каждого ранения я брал в руки телефон, смотрел на номер матери и… не мог заставить себя. И на похороны к отцу не приехал. Хотел. Но в итоге меня от страха прошибла жуткая рвота.

Лера почувствовала, как с его подбородка на ее скулу капнула слеза. Она села и обняла его сбоку.

– Даже после того, как меня чуть не раскроило пополам, я не позвонил. Даже после того, как мы оказались в том чертовом ангаре с убитыми девчонками. Я мог позвонить матери. Но вместо этого, как последний идиот, напился и раздраконил себе вены на руках. – Он закрыл лицо ладонями.

Лера потянула Сокола к себе и крепко обняла за спину, прислушиваясь к его сердцебиению.

– Даже когда мы разнесли к чертям «Фобос» и освободились от кабальных контрактов, я мог поехать домой. Но вновь не сделал этого. Все эти годы я тупо слал деньги. Как будто меня это оправдывало. Или извиняло.

– Малыш…

– Нет, я мозгами все отлично понимаю. Поступил как мудак. Но мой позвоночник каждый раз буквально полыхал от этих мыслей. А потом ты улетела в Испанию. И уже это меня по‑настоящему накрыло. Я просто взял и приехал к матери. И понял, что по собственной дурости потерял восемь лет.

Лера шмыгнула носом, вытерла глаза и уткнулась лбом в его спину:

– Мне так жаль…

– Нет. Я рад.

– Рад, что потерял столько лет?

– Рад, что не потерял оставшиеся. И так во всем. Меня, конечно, бесит, что все вокруг говорят, как положительно ты на меня влияешь. Как будто я хренов подросток. Но блин. К сожалению, они правы.

– Дим…

Он повернулся к Лере, иронично улыбаясь. Но она заметила его слипшиеся влажные ресницы и нежно поцеловала в глаза.

– Давай колись. Почему же ты со мной?

Она со вздохом усмехнулась.

– Только не говори, что тебе со мной просто хорошо.

– Ты воскресил меня.

Дима вскинул одну бровь.

– И без осуждения позволил быть собой. Не прятаться в броню пиковой королевы, а давать волю чувствам и эмоциям, несмотря на то что тебя самого они ранили.

– М-м-м… Ты про отъезд в Испанию? И про твой ночной побег?

Лера опустила голову и кивнула:

– Я давно забыла о подобной роскоши. Полгода назад я бы назвала эти поступки жуткими глупостями.

– Прекрати. Это, конечно, было… слегка жестоко, но правильно. Нельзя держать все в себе. Иначе в один прекрасный, а точнее, в самый неподходящий момент ты слетишь с катушек. Хотя, если честно, я не горю желанием повторять этот опыт и прошу тебя придумать какой‑то менее отчаянный способ грустить. – Он тихо рассмеялся, с надеждой глядя на Леру.

– Хорошо, я… постараюсь делать это иначе. Однажды в моей жизни было полгода слез. Я то и дело плакала от боли, обиды, ужаса, безысходности. Конечно, и поводы были что надо… В этот раз я то и дело сбегала. От мужа, потом от тебя…

Дима покачал головой и взял в ладони ее лицо, смахивая слезы большими пальцами:

– Ты сбегала не от меня. Ты делала это, чтобы не сойти с ума.

– Наверное. Ты прав.

– Не плачь. – Он нагнулся и прижался к Лере лбом. – Все хорошо.

– Пфф… Вы чего тут?!

Они оба дернулись от неожиданности и одновременно отвернулись от внезапно появившегося Арчи.

– Кто кого обидел?

– Никто никого не обижал. Чего тебе? – Сокол свел брови, изображая спокойное недовольство.

Арчи достал сигарету и прикурил прямо от огня:

– Ничего. Вышел отдышаться. Еще немного, и меня накроет сахарная кома.

Лера шмыгнула носом и придвинулась ближе к Диме:

– Садись, обжора.

Арчи плюхнулся рядом и пристально посмотрел на друзей:

– У вас точно все в порядке?

– Да. У нас все шикарно, – улыбнулась Лера.

Дима незаметно ему подмигнул.

– Ладно. В этот раз было достаточно вмешательств в личные дела.

– Да уж…

– Что? Между прочим, я за тебя впрягся!

Лера хмыкнула и похлопала Арчи по плечу:

– Спасибо. Ты настоящий друг.

Сокол встал с диванчика и размял спину:

– Существует какая‑нибудь вероятность того, что вы оставили нам немного торта?

Арчи хохотнул:

– Не прям чтобы конкретно вам! Мы просто уже под завязку. Налетайте.

* * *

– Как настроение?

Лера в черном атласном платье сидела напротив Дениса и иронично ухмылялась.

– Очень… странное. Начать работать на собственных телохранителей… Сказал бы мне кто‑то об этом пару месяцев назад, я бы рассмеялась.

– Жизнь – самый гениальный и безжалостный сценарист.

– Джордж Мартин.

– Что?

– Самый безжалостный в этом плане – Джордж Мартин. – Лера опустила глаза и рассмеялась.

– Согласен. Ладно, начнем. Я подумал, что есть смысл использовать твой богатый опыт в продажах. А заодно освободить меня от необходимости говорить круглосуточно семь дней в неделю. Потому что я ненавижу говорить.

– Я заметила.

Денис с удивлением приподнял брови:

– Не понял…

– Что? По‑моему, рулить и стрелять у тебя получается лучше.

– Какой‑то неоднозначный комплимент.

Лера пожала плечами:

– Ну… зато честный.

– Надеюсь, в следующие две недели нас никуда не вызвонят. Будешь участвовать вместе со мной во всех переговорах, изучать, записывать… Потом заменишь меня во всех клиентских вопросах. Когда работы станет совсем невпроворот, наймем тебе ассистента.

– Класс. А должность моя как будет звучать?

– А как бы ты хотела?

Лера рассмеялась:

– Королева продаж! Но пока у меня нет подчиненных…

– Так об этом никто не знает. – Морок хитро подмигнул ей.

– К чему лишний пафос… Менеджер по работе с клиентами. Этого достаточно.

– Хм… Я удивлен.

– Повысить меня ты всегда успеешь.

Он кивнул и продолжил:

– Размер оклада и процент с продаж тебя устраивают?

– Мне сложно судить, не имея опыта в этой сфере. Но цифры приятные.

– Хорошо. На этот счет не переживай. Если я пойму, что ты делаешь больше, чем получаешь, мы пересмотрим сумму. У меня нет цели сэкономить на персонале. И пока твой кабинет обустраивают, можешь занять свободный стол в отделе Ани. Ноутбук, телефон, пароли она выдаст тебе в течение дня.

– Отдельный кабинет… Отлично!

– И последнее. Позывной.

– Мне нужен позывной?

– Да.

– Зачем? Я же не…

– У всех сотрудников «Феникса» должен быть позывной по правилам взаимодействия в агентстве в непредвиденных небезопасных ситуациях. – Он распечатал трудовой договор и протянул стопку листов Лере.

– А отдел кадров – это тоже ты?

– Не совсем. Персонал мы подбираем вдвоем с Вовой. А всю бумажную волокиту и бухучет бессовестно повесили на Волохова. Точнее, на его бюро.

– Вы им хоть платите?

– Еще как… По верху рынка. Но зато все четко и в срок.

Лера поставила свою подпись и вернула Денису договор:

– Пики.

– Пики?

– Мой позывной.

– Чудесно. Добро пожаловать в «Феникс», Пики.

На его смартфоне сработал звуковой сигнал, и Денис оглянулся на экраны камер наблюдения. У въезда на подземную парковку стояла старая модель «БМВ». Черный кузов тем не менее ослепительно блестел на солнце.

– Какой раритет.

– М-м-м… Я мечтал о такой в детстве. – Денис нажал на кнопку пульта, и ворота парковки поднялись.

– Кто это?

– Это Макс.

* * *

Месяц назад

Забрав кипу документов из отдела кадров, Макс хмуро вышел из административного корпуса, закурил и кинул папку на заднее сиденье машины.

Двенадцать лет коту под хвост. Идеальный послужной список в ОМОНе. Карьерный взлет. К тридцати годам – командир взвода, капитан. И позорное увольнение за навязанную драку. Даже не выговор и не снятие с должности. Вышвырнули, словно хлам.

Макс пнул ботинком по колесу «БМВ», бросил окурок и сел за руль.

– Алло.

– Дэн, привет. Я слышал, ты расширяешь состав.

– Пытаюсь…

– Могу подкинуть кандидата.

Денис услышал в голосе Волохова смешливые нотки.

– Попробуй.

– Бывший капитан полиции из ОМОНа. Профессионал. Тридцать четыре года. Как тебе?

– По какой причине бывший?

– На одном из задержаний выбил прикладом четыре зуба заместителю префекта по Центральному округу Москвы.

– Красавчик.

– Не то слово!

– А за что выбил‑то?

– За неподчинение полиции. Ну ты знаешь, как это бывает…

– Тогда почему его уволили?

– Угадай.

– У заместителя префекта влиятельные друзья?

– Грубо говоря, да.

– Ясно. Готов пообщаться. Есть контакты?

* * *

– В отряде телохранителей снова пополнение? – Лера задумчиво следила по камерам за рослым широкоплечим новобранцем.

– Не совсем. Я решил, что хочу иногда спать восемь часов в сутки вместо трех. Поэтому Макс возьмет на себя координацию над тридцатью сотрудниками.

– О… А ты?

– А я, если помнишь, снова военный наемник. И сфокусируюсь на этом.

– Что ж… Умение делегировать – признак зрелого руководителя.

– Ой, отстань. Я просто уже задолбался. Глаз и терпения на всех не хватает.

В дверь постучали.

– Макс, заходи.

– Привет! – Симпатичный шатен пожал руку Денису и с любопытством повернулся к Лере: – Я Макс.

– Я уже в курсе. – Она протянула ему ладонь. – Лера.

– Привет, Лера. – Он задорно улыбнулся ей, приподняв одну бровь и сверкнув смешливыми карими глазами.

– Садись, – кашлянул Морок.

Макс рухнул на стул рядом с Лерой и поочередно смотрел на своих новых коллег.

– Лера заменит меня в работе с заказчиками. Вам с ней предстоит плотное взаимодействие.

– Понял.

– Документы принес?

– А… Да. Вот. – Макс протянул Денису файл с несколькими листами.

– Да я тебе точно говорю, колымага как в «Бумере»! Дэн… О… – В кабинет без стука ввалились Арчи, Джокер и Дима.

– Иногда можно и постучать для приличия.

– Что за старье у нас на парковке? – хохотнул Джокер.

– Блестит, аж глазам больно! – Сокол хлопнул ладонями по лицу.

Лера с трясущимися губами посмотрела на выражение лица Макса и опустила взгляд. Денис тяжело вздохнул и покачал головой:

– Знакомьтесь. Максим Давыдов. Позывной…

– Охотник.

– С этого дня он заменяет меня на координации отдела безопасности.

– Опачки… А что, так можно было? – Арчи недовольно повел бровью и прищурился.

– Как?

– Прийти биг боссом со стороны?

– Макс четыре года командовал взводом ОМОНа. Никто из нас подобным шикарным навыком не обладает.

Парни с сомнением хмурились. Денис повернулся к Максу и с усмешкой произнес:

– Как видишь, с этикетом у нас тоже проблемы. Знакомься. Ершистый в шапке – Арчи, позывной Кельт. Разрисованный блондин – Дима, позывной Сокол. Эксперт в раритетных тачках – Даниил, позывной Джокер. Они военные наемники и, как правило, не будут входить в число твоих подчиненных. Но время от времени мы все же планируем разминаться в мирных полях. Для разнообразия.

– Ясно… – Макс слегка растерялся, но все же выдавил из себя дружелюбную улыбку.

Джокер с любопытством кивнул:

– А чего из ОМОНа‑то ушел?

Макс встал с кресла и протянул ему руку:

– Уволили. За драку.

– О, еще один буян в команде. Арчи, у тебя конкурент.

– Пфф… Я вне конкуренции.

– Вообще‑то я не фанат кулачных разборок. – Макс по очереди со всеми поздоровался. – Мой конек – приклад.

В кабинете раздался взрыв мужского хохота.

– Ладно. – Морок сдвинул все документы на край стола и махнул рукой, намекая присутствующим, что собрание завершено. – Парни, покажите Максу, что тут где. У нас с Лерой звонок через десять минут.

– Я успею налить себе кофе?

– Ты успеешь налить кофе и себе, и мне.

Лера иронично прищурилась, а Денис лучезарно ей улыбнулся:

– Пожалуйста. Если вашему величеству не сложно.

– Так и быть.

Толпа вышла из кабинета и направилась в сторону кухни.

– Ну что, сестрица Аленушка? Теперь ты будешь торговать злобными мужиками? – Арчи попытался взлохматить макушку Леры, но та ловко увернулась и достала из шкафа две кружки и новый пакет кофейных зерен.

– Ха‑ха. – Она потянула пакет за уголок, но сил разорвать его ей не хватило.

– Я помогу.

– Давай я.

Макс и Дима одновременно дернулись в ее сторону.

– М-м-м… Толпа рыцарей.

Сокол взял у нее из рук пакет и одним движением разорвал его. Пара десятков зерен разлетелась по полу под еле сдерживаемый смех.

– Соколик – богатырь! – Арчи рухнул за стол и по привычке натянул шапку на сонные глаза.

Лера засыпала кофе в машину, нажала на кнопку, и через несколько секунд комната наполнилась терпким бодрящим ароматом.

– И сколько лет ты прослужил в ОМОНе? – Джокер все еще пытался понять, каким ветром в «Феникс» занесло нового босса.

Макс оторвал взгляд от Леры и переспросил:

– Что?

– М-м-м… А позывной у тебя – из любви по белкам стрелять или девчонок клеить? – прыснул Арчи.

– Когда одно мешало другому?

– Например, сейчас. – Дима сжал челюсти и привстал, всматриваясь в новичка.

– В смысле?

– В прямом.

– Соколик тонко намекает, что горячая шатенка, на которую ты пялишься, – его заповедная территория, – процедил Джокер.

Лера закатила глаза.

Макс, поняв, что рискует в первый же день нажить себе неприятности, примирительно поднял ладони вверх:

– Кто ж знал? Без проблем! А есть еще красотки в офисе?

В ответ на его вопрос на кухню зашла Аня:

– Всем привет!

Арчи мягко схватил ее за запястье и притянул к себе, одарив звонким демонстративным поцелуем.

– Есть, но все уже заняты.

– Ауч, – пытаясь свести все в шутку, Макс притворно схватился за сердце. – Ладно, как‑нибудь переживу. У меня нет привычки хватать чужое.

– Вот и отлично. – Сокол через силу кивнул и указал на освободившуюся после Леры кофемашину: – Ты тоже наркоман?

Макс взял кружку и нажал на кнопку:

– Со стажем.

* * *

На следующий день Макс, опаздывая на утреннюю тренировку, впопыхах несся по лестнице с парковки в спортзал.

– Черт… Начинаю с косяка! – Он быстро переоделся, закинул вещи в шкафчик и пошел на звук громких возгласов, хохота и свиста. – Что за…

Толпа парней обступила Арчи и Леру.

– Привет. – Денис протянул ему руку.

– А что здесь происходит?

– Спор.

Макс с изумлением наблюдал, как Лера под счет качала в воздухе пресс, обхватив ногами боксерскую грушу. Напротив нее Арчи с утяжелением подтягивался на перекладине.

– Но ведь это разные…

Морок закрыл лицо рукой:

– Не ищи тут логику.

– Давай, Арчи! Еще десять раз!

– А почему Сокол болеет не за свою подругу?

– Потому что он уже проиграл ей десять минут назад… – хмыкнул Вова. – Привет.

Макс все еще непонимающе смотрел на это зрелище, отметив про себя горячую фигуру Леры, прикрытую лавандовым спортивным топом и короткими черными шортиками.

– Пики и Сокол поспорили по дороге в офис о женском и мужском болевых порогах. И выносливости. Каждый выбрал упражнение, в котором он считает себя бесподобным.

– М-м-м… А на что спорили?

– На сто тысяч, – вздохнул Денис.

– Нормальные у вас ставки!

– Пики, давай! Кто‑то должен обуть этих засранцев! – Джокер стоял рядом с боксерской грушей и подбадривал Леру, но по ее виду было понятно, что она не сильно нуждалась в мотивации.

– Я больше… не могу…

– Блин, Арчи! Соберись! – Сокол недовольно ткнул его в бок.

Макс смотрел на происходящее со смесью удивления и юмора:

– А как в замес попал Арчи?

– Как и всегда… – Вова пожал плечами: – Азарт, жажда мести за друга и нежелание признать женщину победителем в споре.

– Погодите, а Лера, получается, уже во второй заход пресс качает?

– Огонь, да?

– Все, Сокол, я в мясо… Сорян. – Арчи безвольно повис на перекладине и мягко спрыгнул на мат.

– Четыре, три, два, один! Е-е-е!!!

Лера схватилась за цепь, на которой висела груша, разжала ноги и соскочила на пол.

Довольный итогом Джокер громогласно объявил:

– Ladies and gentlemen! The absolute winner is… Valerie![2]

Вова повернулся к двоим проигравшим:

– Вы завтра не сможете поднять руки, – а потом посмотрел на ухмылявшуюся Леру: – А ты вообще не встанешь.

– Пфф… это будет завтра. А пока… Жду от вас эсэмэски, мальчики.

– А я могу… отдать натурой?

Лера оценивающе скользнула взглядом по напряженному влажному телу Димы, соблазнительно закусив нижнюю губу:

– М-м-м… Нет.

Спортзал накрыло хохотом и свистом. Сокол запрокинул голову и побежденно улыбнулся. Лера обняла его, хлопнув по ягодице. Он вздохнул и поцеловал ее в макушку:

– Моя девочка.

– Все, – пробасил Морок. – Веселье слишком затянулось. Уже давно пора начать тренировку. Быстро разминаемся и выходим на спарринг.

– Сделайте одолжение, не заходите в душевую следующие двадцать минут. – Довольная Лера скрылась за дверью раздевалки.

* * *

Вова свистнул:

– Макс, давай. Против Арчи.

– Ну что, малыш, посчитаем твои белоснежные зубки? – усмехнулся Кельт.

– Ты украл мою реплику.

Они вышли на мат и, пританцовывая, стали приближаться друг к другу.

Джокер авторитетно и демонстративно громко заявил:

– Арчи ляжет после безумных подтягиваний.

– Я все слышу!

Но через несколько минут Арчи действительно лежал на спине и чертыхался. Макс подал ему руку:

– Надо было мне тоже поподтягиваться для ровного счета.

Арчи взял его за локоть и поднялся, охнув.

– Макс, а ты где учился борьбе? – Вова кинул им обоим по бутылке воды.

– Сначала на улице. Потом в академии. А что?

– Видимо, академия прошла мимо.

– Да. Слишком грязная манера борьбы. Знаю…

– Забей. Академические навыки или уличные… Главное – результат.

– Согласен.

– Морок, Джокер, вы следующие.

* * *

– Ну что? – Вова прищурился. – Давайте фееричный финал! Макс, Диман.

Хмурый Арчи свистнул:

– Соколик, зубы береги!

– Ха‑ха! Смотри и учись.

Макс сразу пошел в наступление, а Дима долго оборонялся, следя за его движениями.

– Чему учиться? Ты помнишь, что в борьбе надо иногда и бить?

Через несколько мгновений во время очередной атаки Макса Сокол обманным движением оказался у него за спиной, выставил одну ногу и с силой опрокинул противника лопатками на мат, выкрутив его левую руку в болевом приеме. Тот со стоном хлопнул ладонью по его спине.

– Черт… Красиво, – одобрительно пробасил Морок.

Арчи пробурчал:

– Пфф… Насмотрелся ММА[3].

– Живой? – Дима поднял Макса на ноги.

– Научишь так же?

Вова махнул в сторону раздевалки:

– Все, закончили. В душ и на инструктаж.

Шутов первым открыл дверь и громко воскликнул:

– Ого! Лера, вот это формы!

В этот момент лицо Димы замерло, только одна бровь дергалась от бешенства.

– Ты…

– Да шучу я! – хохотнул Джокер. – Тут никого нет.

– Когда‑нибудь дошутишься.

– Ой, ладно! Все, кому было интересно, успели еще в спортзале оценить ее аппетитную трешечку.

Они вошли в душевую. Дима закатил глаза и повернулся к Максу:

– Так что там с прикладом?

– Ничего сложного. Главное, замахнуться от души!

Джокер раздраженно скривился, зыркнув на новичка. Арчи фыркнул, встав под холодную воду:

– Просто у Шутова острый весенний недотрах, не обращайте внимания.

– М-м-м… – оскалился тот. – Молниеносный диагноз от доктора Шермана!

* * *

Под вечер у Леры уже двоилось в глазах от объема информации. Она даже вспомнила свой первый месяц в «СтандартТехноСтрое».

– Количество охранников можно увеличить, тогда схема движения будет… Лера?

– Я тут.

– Ты слушаешь?

– И записываю…

Денис хмыкнул и выключил проектор.

– Ладно. Завтра продолжим.

– Какая‑то странная схема. – Макс крутил перед собой лист с разметкой.

– Да, мы работаем по обновленным президентским стандартам.

– Всем привет!

Они втроем вздрогнули от неожиданности.

– О, а ты как…

– Арчи выезжал, и я воспользовался лазейкой. Даниил. – Волохов протянул руку Максу.

– Максим. Это вам я обязан новой работой?

– Можно на ты. Не то чтобы обязан. Благодарности достаточно.

– Спасибо.

– Обращайся.

Волохов наклонился и легко коснулся губами щеки Леры. Та устало вздохнула:

– Привет…

– А ты какими судьбами? – Денис откинулся на спинку кресла и растер покрасневшие глаза.

– Я от Федотова.

– Нас уже вызывают?

– Э… Нет. В ближайший месяц вроде бы ничего не планировалось.

– Отлично. Тогда что?

– Он хочет быть в курсе всего, что происходит в «Фениксе».

– Зачем?

– Понятное дело. Для подстраховки.

Макс шепотом спросил у Леры:

– Кто такой Федотов?

Она пожала плечами:

– Заказчик военных операций. Я сама толком не знаю.

– Что конкретно он хочет контролировать? – скривился Морок.

– Речь не о контроле. Он просто хочет знать численный состав, посмотреть личные дела и понимать, чем вы промышляете. Отчитываться за вас буду я. – Волохов, судя по выражению лица, сам был не в восторге от дополнительных обязанностей.

– В каком виде нужен отчет?

– Примерно в таком. Я составил форму, Федотов одобрил. – Он протянул Денису папку, и тот медленно пролистал таблицы.

– Конечно, речь не о контроле… Ну‑ну.

– Выбора все равно нет. Но, поверь, это не повлияет на вашу деятельность.

– Хорошо. Основная часть данных есть прямо у тебя в бюро. В отделе кадров и в бухгалтерии. По остальным пунктам я потом отвечу.

– Вы еще долго? – В кабинет заглянул Дима, облокотившись на дверной косяк. При виде Волохова его брови сошлись на переносице.

– Привет, Сокол.

– И тебе не хворать.

– Ладно, у меня все. А, да. В четверг Федотов приглашает вашу банду на тренировочную операцию. Что‑то вроде учений, максимально приближенных к действительности. Освобождение захваченного террористами здания.

Денис прищурился:

– Приглашает или ставит перед фактом?

– А ты смышленый. Всем хорошего вечера! – Волохов прошел практически вплотную мимо Димы, который не сдвинулся ни на сантиметр, чтобы его пропустить.

Лера посмотрела на него, снисходительно улыбнувшись, а потом повернулась к Денису:

– Мы под колпаком?

– Как ты догадалась?

– Хорош трепаться, я подыхаю от голода. – Сокол нетерпеливо барабанил пальцами по стене.

Денис захлопнул ноутбук:

– Я тоже. Поехали по домам.

Глава 6

– Детка, с добрым утром!

– Привет, малыш…

– Ты уже встала?

– Я уже подъезжаю к «Фениксу». – Лера свернула на светофоре направо.

– Э… Но ведь еще и семи нет…

Она рассмеялась в трубку:

– Сегодня у меня первый самостоятельный рабочий день, если помнишь. Поэтому я по старой привычке еду в офис пораньше. Собраться с мыслями.

В ответ она услышала какой‑то грохот:

– Малыш?

– Да. Мы уже подъезжаем к тренировочной базе. Тут так себе дороги. Подожди, Дэн что‑то хочет сказать.

На очередном перекрестке Лера заметила сзади машину Макса. Он моргнул ей фарами в знак приветствия, и она ответила аварийкой.

– Лера, привет.

– Привет, босс!

– Сегодняшний клиент, с которым у тебя будет встреча, по словам Волохова, большой любитель вынести мозг по поводу и без. Скорее без.

– Да… Было бы странно начать самостоятельную работу с простого заказа.

– Не позволяй ему лезть в дебри и разглагольствовать по всякой фигне. Будь жестче. Представь, что ты Волохов. – На последней фразе Денис сам рассмеялся.

– Отлично. Ты не думал заделаться бизнес‑коучем?

– Нет. Из меня так себе учитель.

– Ладно, я поняла. А вы когда вернетесь?

– Около шести вечера.

– Я вас дождусь.

– Нас? Или Соколика?

Лера рассмеялась в ответ:

– А ты смышленый!

– Ну вот, ты уже почти Волохов. Еще мгновение, и Дима вырвет мне руку. До вечера!

– Лер.

– А?

– Люблю тебя.

Она улыбнулась и притормозила перед шлагбаумом у подземной парковки.

– И я тебя, милый. Удачно вам там повеселиться.

– У тебя все получится.

– Надеюсь…

– Ты же моя девочка. Уделала нас в спортзале. Уделаешь и заказчиков.

– М-м-м… Мне приятно, что ты в меня веришь.

– Все, мы на месте. Целую.

– Пока… – Лера вышла из темно‑красной «Ауди» как раз в тот момент, когда раритетный черный «БМВ» припарковался рядом. – Ты такой же невротический психопат‑трудоголик?

Макс вылез из‑за руля и вытащил спортивную сумку с заднего сиденья:

– Я не знаю, как с этим бороться.

Они оба рассмеялись и пошли в сторону лестницы.

* * *

К часу дня Лера не на шутку была раздосадована. Практически каждый звонивший после нескольких фраз в общении с ней просил переключить его на Дениса Морозова. И когда Лера отвечала, что функцию взаимодействия с клиентами «Феникса» он передал ей, на другом конце провода раздавались вздохи и повтор просьбы поговорить напрямую с Денисом.

– Кажется, Дэн погорячился с моим назначением… – Она зашла на кухню, где Аня и Макс, сидя на подоконнике, жевали обеденную пиццу.

– Что? Почему?

Лера с сомнением посмотрела на аппетитно пахнущие треугольные куски в большой коробке и устремилась к кофемашине.

– Потому что в подобном агентстве женщину можно воспринимать разве что в качестве секретарши…

Макс поперхнулся и несколько раз постучал себя ладонью по груди:

– Но ты же вроде неплохо разобралась…

– Ты это знаешь, я это знаю. Дэн это знает. Но не заказчики, которым требуется вооруженная охрана…

– О, эта вечная гендерная несправедливость… Добро пожаловать в клуб. – Аня понимающе кивнула.

Лера взяла кружку и снова посмотрела на пиццу.

– Тебе тоже прилетает?

– Пфф… Чуть ли не ежедневно.

– Да возьми ты уже кусок. – Макс не выдержал и двинул коробку к Лере.

– Не могу.

– Почему?

– Потому что меня все это бесит…

– А что, по‑твоему, не так в разговоре с заказчиками? Может быть, ты что‑то не то отвечаешь?

Лера молча открыла на телефоне записи разговоров и включила первый попавшийся. Потом еще один. И еще. Пока Аня и Макс вслушивались в диалоги, она все же взяла кусок пиццы.

– Ну? Есть идеи, что я говорю не так?

Макс усмехнулся:

– Да все.

– Что?.. Почему?

– Отвыкай так говорить. Я серьезно. Мы не в автосалоне и не в отеле. Ты сама сказала: мы в агентстве безопасности. И сюда обращаются за очень специфическими услугами.

Лера растерянно моргала, не понимая, к чему клонил Макс.

– Твои интонация и манера говорить. Слишком мягко и обходительно. Лера, ты торгуешь лекарством от преждевременной смерти, а не плюшевыми мишками. Твой голос должен звучать так, будто ты Люцифер, как бы невзначай предлагающий простому смертному продать тебе душу.

– Уау… – Аня во все глаза смотрела на него.

– Ты вроде омоновец, а не бог продаж…

– Ну… Пока ты пыталась вычленить суть из слов Дэна, я слушал, как именно он говорит. И хотя он тоже далеко не гениальный торговец, ему помогает понимание психологии человека, нуждающегося в парочке телохранителей.

Аня усмехнулась:

– Вот только… Пики не Морок. И с такой интонацией она вообще рискует услышать короткие гудки.

Лера закатила глаза и уткнулась лбом в стол:

– Вы меня вконец запутали.

– Нет, Макс прав. Но нужно учитывать, что ты женщина. И тебе такое снисхождение в голосе не простят. Я бы добавила каплю соблазнительности. Эротично‑жесткий голос. Чтобы мужчина на другом конце провода согласился на все, не понимая, чего он хочет больше: нанять крепких вооруженных парней или увидеть вживую владелицу такого голоса.

– Эротично‑жесткий голос?.. – Лера поочередно смотрела то на Макса, то на Аню. – Вы оба вообще в себе? Или это я отупела за последние полгода…

Макс покачал головой и присел к ней за стол:

– Просто представь. Ты дома, вся такая… экхм… в настроении и кружевном белье ждешь Сокола с минуты на минуту. А он звонит и говорит, что приедет только через час.

Одна из бровей Леры подозрительно задергалась.

– И вроде бы что есть час? На такое и обижаться неудобно. Но ты‑то хочешь сейчас. Ты настроена, сфокусирована, ты на волне.

– И причем тут мой голос?

Макс откашлялся, немного смущенно усмехнулся и продолжил:

– И вот через час он заваливается домой. С острым желанием… э… угодить своей королеве. А ты уже немного раздражена, но головой понимаешь, что глупо включать обиду и лишать вас обоих… м-м-м… веселья. С какой интонацией ты будешь к нему обращаться в этот момент?

Лера, сдерживая смех, закрыла глаза рукой:

– Я все поняла.

* * *

– Но каковы гарантии того, что не возникнет дополнительных проблем с прессой и…

Лера усердно делала вид, что бесчисленные вопросы дотошного клиента не трогали ее, и продолжала сохранять рекомендованную Максом интонацию, но уже явственно ощущала, как из ушей начинал валить пар.

– Николай, послушайте. Вы же не просите гарантий у хирурга, к которому привезли человека с пятью пулями в… что? – Она мельком глянула на экраны камер наблюдения, а потом удивленно уставилась на въезжавший на парковку «Гелендваген».

– Кто это?

Лера на выдохе усмехнулась:

– Учредители…

– Э… А вы разве не ответвление министерства обороны?

– Мы – целиком и полностью независимая частная компания. – Лера иронично повела бровью.

Николай снова уставился на мониторы системы видеонаблюдения, занимавшие целую стену кабинета Дениса.

– А… А почему они… Это точно учредители?

Лера проследила за его взглядом. На парковке из внедорожника вылезали запыленные чумазые мужчины в камуфляжных штанах, черных футболках и легких бронежилетах.

– Без сомнений.

– Но они же…

– Николай, как вы думаете, насколько высок был бы уровень наших услуг, если бы учредителями выступала кучка хипстеров, не державших в своих руках ничего опаснее перочинного ножа?

– Э… – Николай ослабил галстук. – А я могу?.. – Он показал рукой в сторону двери.

– Посмотреть на них вблизи? – Лера еле сдерживала саркастичный смех. – Пойдемте.

Они вышли из кабинета в просторный холл как раз в тот момент, когда туда же поднялась толпа наемников. Впереди шли Морок и Джокер.

– Что‑то вы рано…

Джокер криво усмехнулся:

– Это мы еще специально не торопились. Из уважения к приглашающей стороне.

За ними шли Вова и Арчи.

– Привет, сестричка. Успела за утро заработать для нас пару миллионов? – Арчи гулко рассмеялся, а Лера скривила ему в ответ раздраженную гримасу.

Замыкал зрелищное шествие неспешно шагавший Дима:

– М-м-м… Детка. – Он внезапно приподнял ладонью в пыльной перчатке лицо Леры за подбородок и, не дав ей возможности что‑либо понять, голодно поцеловал ее прямо на глазах у опешившего клиента.

– Что ты?..

– Кажется, нас сильно недооценили. Мы расправились с задачей меньше чем за два часа. – Тут он перевел взгляд на Николая: – Добрый день! – И пошел за остальными парнями в раздевалку.

Лера провела по губам тыльной стороной ладони, ощущая языком не то порох, не то машинное масло.

– Ну что ж… Прошу прощения за…

– Мне нужен один из них.

Лера осеклась, заметив горящие глаза заказчика, все еще смотревшего в сторону скрывшихся в раздевалке парней.

– Ну… – Она задумалась на долю секунды, прежде чем ответила: – Их услуги стоят вдвое дороже стандартного тарифа. Да и вообще, они давно перестали оказывать подобные…

– Я заплачу в три раза больше.

Лера прищурилась:

– В таком случае я уточню график их занятости и постараюсь привлечь к вашему заказу. Ждите моего звонка завтра с утра.

Николай наконец‑то повернулся к ней и произнес:

– Вы можете решить этот вопрос быстрее? Завтра с утра я бы уже хотел видеть кого‑то из них у себя дома.

Лера вздохнула:

– До какого времени вам можно звонить?

– Хоть в два часа ночи.

– О… Думаю, я успею задолго до полуночи.

Николай кивнул, в очередной раз незаметно, как ему казалось, бросив взгляд на декольте черного платья Леры:

– Люблю сотрудничать с профессионалами.

– Приятно было познакомиться лично. – Она протянула ему ладонь для рукопожатия, но Николай поднес ее пальцы к губам.

– Жду вашего звонка. Всего доброго!

– И вам…

Лера вернулась в кабинет и села за стол, но мозговыносящая беседа и внезапный наглый поцелуй Сокола мешали ей сфокусироваться на других рабочих вопросах. В итоге она с загадочной улыбкой вышла в коридор и направилась в сторону раздевалки.

– Что это, черт возьми, было?!

Гул мужских возгласов и смешков резко оборвался. Парни спешно прикрылись, выходя из душа.

– Мы тут как бы… – пробурчал Арчи.

Но Лера смотрела исключительно на замершего посреди раздевалки Диму, едва успевшего подхватить полотенце, съехавшее на ягодицы. Он усмехнулся и приблизился к ней:

– О… Прости, я заставил тебя чувствовать себя неловко?..

Ироничность его тона мгновенно переключила Леру в режим тонкой импровизации. Она приподняла одну бровь и закусила губу:

– Нет. Ты заставил меня представить, как… – Лера положила ладонь на его влажную после душа кожу, под которой мгновенно дернулись и напряглись грудные мышцы.

Остальные присутствующие при виде разворачивающейся сцены замерли.

– …как ты прямо в этом пыльном виде… задираешь мое платье…

Дима открыл рот, но не мог произнести ни слова.

– Поворачиваешь меня к себе спиной… – Лера соблазнительно опустила глаза и мягко просунула пару пальцев под край его полотенца. – Нагибаешь грудью на стол Дениса и…

– И?..

– И… – Она снова томно посмотрела в его серо‑зеленые глаза с расширившимися зрачками.

Не договорив и в итоге просто хитро подмигнув, Лера плавно развернулась и пошла в сторону выхода, заполняя гробовую тишину звонким стуком шпилек по кафельному полу. Еще несколько секунд в раздевалке сохранялось молчание. Но потом Арчи заметил подозрительно приподнявшееся полотенце на Соколе и успел только ткнуть локтем Дениса в бок, прежде чем разразился диким хохотом, который за секунду передался всем остальным.

Лера снова заглянула в раздевалку.

– Один – один, малыш.

– Ауч… – Дима запрокинул голову и уперся спиной в дверцу шкафчика.

– Она снова тебя обставила. Сокол, ты уверен, что она тебе по зубам? – Денис вытирал выступившие на глаза слезы смеха.

Дима покосился на хохочущую толпу и попытался успокоить разыгравшееся воображение.

– Плевать на зубы. Главное, что остальные части тела идеально совмещаются.

– Ха‑ха! Мы заметили! – Арчи швырнул в него полотенце.

Дима ухмыльнулся исподлобья:

– Смейтесь. Но ни одна из ваших милашек на подобную шалость не осмелится.

Вова покачал головой и открыл свой шкаф:

– В этом ли счастье?

– Мастер, ты не шаришь! Соколику без таких выходок становится скучно уже через десять минут.

Дима вздохнул и улыбнулся:

– Отвалите, а? Для меня в ней все идеально.

Арчи положил ему голову на плечо и быстро заморгал.

– Мррр… Нашлась управа на нашего трахаря.

Дима прижался щекой к его макушке и вторил нежным голосом:

– Заодно и тебя распотрошила на сотку.

* * *

– В смысле? Тройная цена? Что ты нагородила?

Лера сидела напротив Дениса, устало уперевшись переносицей в сгиб запястья.

– Я ничего не городила. Он потребовал одного из вас. Чтобы сбить с него спесь, я сказала, что вы стоите в два раза дороже стандартного ценника и не берете такие заказы. А он прервал меня на полуслове и предложил тройную выплату. Итого: семь миллионов за две недели.

Макс присвистнул:

– Неплохое начало.

– Если бы со всеми так было… – Она протянула Денису листок со списком фамилий: – Все просили, чтобы им перезвонил ты лично.

– Почему? – Денис нахмурился.

– Потому что я не мужчина.

– Ясно… Думаешь, затея провалилась?

– Думаю, мне придется постараться чуть сильнее, чем я предполагала.

– Да ладно вам! Семь миллионов в первый же день. Лиха беда начало!

Лера усмехнулась и благодарно кивнула Максу:

– Спасибо за сочувствие.

В кабинет вошли Вова, Арчи, Дима и Джокер.

– Что случилось‑то? Мы уже домой собирались.

– Присядьте.

Трое рухнули на диван. Дима подпер спиной стену.

– Заказ на нас в мирные поля.

Лера раздала всем распечатку дела:

– Единственная и горячо любимая дочь Николая Панкратова, одного из крупнейших промышленных бизнесменов, страдает от чрезмерного внимания со стороны нескольких молодых людей. Предъявить им нечего, повода для задержания полицией нет. На какие‑то жесткие меры он идти не готов, чтобы не запятнать свою репутацию. Через две недели Олеся заканчивает бакалавриат в МГИМО и уезжает за границу. До этого момента ее нужно охранять круглосуточно и не препятствовать ее перемещениям по Москве. Хоть я и настаивала на обратном.

– И что? Почему нужны именно мы? Любой из наших агентов легко справится. – Вова нехотя листал данные.

Лера вздохнула и закрыла глаза:

– Он увидел днем вас. И готов платить по полмиллиона в сутки.

– Так с этого и надо было начинать! – Джокер довольно щелкнул пальцами. – А фото дочери прилагается?

– Еще один… – Морок раздраженно зыркнул на него. – Не думал, что скажу это, но идеальная кандидатура на первое дежурство – Сокол.

– Не-а.

– Что – не-а?

– У меня на завтра планы.

Денис с сомнением посмотрел на Диму и перевел взгляд на Леру.

– Что? Я тоже удивлена.

– День рождения мамы.

– Мама – это святое. Давайте я возьму первое дежурство.

Денис кивнул:

– Хорошо. Завтра стартует Арчи. Тогда Сокол берет субботу. Вов, воскресенье тебе.

– Без проблем.

Джокер насупился:

– Да сдалась мне ваша малолетка. Что за дискриминация по семейному статусу?

– Ладно, не куксись. Поставим тебя на следующей неделе.

* * *

– Почему ты не сказал мне про день рождения твоей мамы? – На следующее утро Лера с Димой вместе ехали в офис.

– Она не любит праздновать. И скорее всего, будет грустить. Поэтому я тебя и не зову присоединиться.

– О… Понимаю. – Она протянула Диме ладонь, и он мягко сжал ее, положив к себе на колено. – Но все равно передавай ей от меня привет и поздравления.

– Ты не обижаешься?

– Конечно, нет.

* * *

Денис решил временно побыть сторонним наблюдателем в переговорах Леры с клиентами, но уже к середине дня недоумение крепко зафиксировалось на его лице.

Слабо веря в успех, Лера продолжила общаться с потенциальными заказчиками тем самым тоном, который ей посоветовали Аня и Макс. И хотя некоторые все равно просили соединить их с Денисом, процентное соотношение положительных и отрицательных исходов значительно изменилось.

В два часа дня к ним для очередного звонка присоединился Макс.

– Кажется, я буду молчать все выходные… Не помню, когда в последний раз говорила без остановки целый день. – Лера отпила воды из стакана и набрала номер телефона клиента.

Пока они обсуждали варианты передвижений и численность агентов, в кабинет заглянул Дима. Он не сразу понял, что именно его насторожило. Но когда Лера вновь заговорила, ее низкий эротично‑безразличный тон заставил его повернуть голову на бок и обвести взглядом остальных присутствовавших.

Макс, глядя на него, оттянул ворот рубашки, помахал рукой и беззвучно произнес: «Горячо!», показав Диме большой палец. Денис в том же недоумении пожал плечами и тоже показал два больших пальца вверх. Лера наконец‑то обратила внимание на Сокола и подмигнула ему, не понимая, что именно его смутило.

Когда звонок закончился, она выдохнула и заговорила более привычным голосом.

– Почему это работает?

Денис и Макс рассмеялись.

– Кто‑нибудь расскажет, почему ты имитируешь секс по телефону?

– Парадокс, Соколик. По‑другому ее воспринимают только в качестве секретаря. А это совершенно не то, к чему мы стремимся.

– Бред.

– Я тоже так думала.

– Хотите сказать, все наши заказчики – похотливые говнюки?

– А ты только сейчас это понял? – Морок сделал большой глоток воды, чтобы скрыть ухмылку.

– Не переживай. Мы никому не дадим Леру в обиду, – кивнул Макс.

– Угу… Сказал тот, кто попытался заклеить ее в первый же час работы тут.

– И ты будешь припоминать мне это всю оставшуюся жизнь.

Дима хмыкнул:

– Поверь, тут каждому что‑то да припоминают.

Денис встал из‑за стола и размял плечи.

– Ладно, я на перекур.

– Я с тобой.

– Сокол?

Дима покачал головой.

– Я только оттуда. – Оставшись наедине с Лерой, он расплылся в опасной улыбке: – Ну что? Я тут. Ты тоже. Стол Дэна в нашем распоряжении…

Лера закатила глаза и рассмеялась.

– Ты слишком чист сегодня.

– Иди сюда.

Она с сомнением встала с кресла.

– Сейчас разгар рабочего дня… Потерпи до вечера.

– Что? После всего услышанного? – Дима тоже встал и взял ее за руку.

– Куда ты…

– Угадай с одного раза, почему эти двое сорвались на перекур.

– Э… Все настолько плохо? – Лера хихикнула.

– Просто ужасно…

– Дим…

Сокол завел ее в комнату отдыха и закрыл дверь на засов.

– Ты шутишь?

– Нееет… – Дима прижал ее к стене и жадно впился ртом в мягкие теплые губы.

– М-м-м… Подожди…

– Сама напросилась…

Лера хотела сказать что‑то еще, но он спустился к ее шее, нежно покусывая тонкую кожу.

– Это… Это… – Она закрыла глаза и отдалась волне возбуждения.

– Жаль, ты не в платье, но… – Дима развернул ее спиной к себе и стащил узкие джинсы с ее бедер.

– Ты сошел с ума…

Но в противовес собственным словам Лера выгнулась и прижалась к нему ягодицами.

– Да, детка… – Сокол провел пальцами по ее влажному кружевному белью и с шумом выдохнул: – Да… – Расстегнув ширинку, он прижал Леру к себе и, слегка дрожа от возбуждения, вошел в нее сзади.

– Дима… – Лера закусила губу, чтобы сдержать стон наслаждения.

Он двигался плавно, все глубже погружаясь в нее. Лера откинула голову ему на плечо, оголив шею, и отрывисто дышала.

– Быстрее…

Сокол усмехнулся и провел языком по шее, ускорив движения. Лера продолжала кусать губы, сдерживая стоны и быстро приближаясь к оргазму. Под конец Дима так крепко прижал ее к себе, что она при всем своем желании не смогла бы вскрикнуть и безмолвно задрожала в остром экстазе.

– Да…

За секунду до финиша он высвободился и залил ее покрасневшие ягодицы:

– Черт… Кайф… Детка, ты… Сводишь с ума…

Лера еле стояла на ногах.

– Подожди… – Дима оделся и достал из шкафа пачку бумажных полотенец. Стерев с нее следы шалостей, он обнял Леру и поцеловал ее в шею: – Я все время хочу тебя.

– Думаешь, я не хочу?

Он повернул ее к себе лицом и подождал, пока она приведет себя в порядок.

– Обещай быть осторожной. Среди наших заказчиков слишком много лихих экземпляров.

– Конечно… Я стараюсь держать грань.

– Мне не составит проблемы пристрелить любого из них, но лучше не доводить до такой стадии.

Брови Леры подлетели вверх:

– Пристрелить?..

Дима рассмеялся и покачал головой:

– Это прозвучало хуже, чем я думал.

– Это прозвучало восхитительно возбуждающе…

– Сейчас ты напросишься на второй акт.

Но Лера уже открыла дверь и уперлась взглядом в проходившего мимо Арчи. Тот с подозрением прищурился. А когда заметил выходившего следом за ней Сокола, прикрыл глаза рукой и саркастично усмехнулся.

– Вы вообще в курсе, что есть такая штука, как терпение?

* * *

Волохов плавно двигался в плотном потоке на МКАДе в направлении клуба. Неделю назад, узнав свою блондинку в жене Тиграна Алумяна, он несколько дней время от времени хмурился, но потом похоть взяла свое.

«Да и какая, ко всем чертям, разница, кто она и под кого легла, чтобы устроить свою жизнь?»

Даниил был почти уверен, что Марго не узнала его в тот вечер. Но шанс все же был. Поэтому он решил воспользоваться ее же тактикой и помолчать несколько встреч, чтобы попытаться понять наверняка, угрожает ли ему хоть малейшая опасность быть раскрытым.

Волохов так глубоко задумался, что внезапно зазвонивший телефон заставил его дернуться.

– М-м-м… Интересно.

Ему звонила Софи.

– Привет.

– Здравствуй, – ее голос был немного уставшим и хрипловатым.

В сочетании звучало соблазнительно, и Волохов улыбнулся помимо собственной воли.

– Удобно говорить?

– Конечно.

Софи помедлила.

– Что‑то случилось?

– Еще нет.

– А должно?

– Да. На следующей неделе отец собирает семейный ужин. Ну… Условно семейный. Его жена все еще в Европе, а дети в учебных поездках.

– Кто же в итоге будет присутствовать?

– Он, я и дед…

– То есть это мои смотрины? – Волохов усмехнулся и проехал еще сотню метров до нужного ему съезда.

– Ужасно, как ни назови.

– Я должен буду приехать с кольцом?

Софи замолчала.

– Алло.

– Я тут.

– Или на твоем пальце уже должно сверкать доказательство моей любви?

Софи тихо рассмеялась:

– Ты вроде бы юрист.

– По крайней мере, час назад точно был им.

– И так смело предлагаешь мне подлог?

Волохов усмехнулся:

– Что‑то я не помню фамилию Ранкович среди московских судей.

– Тогда тебе несказанно повезло. Но я, честно, не знаю, что тебе ответить. Возможно, лучше уточнить у отца.

– Как скажешь. Что‑то еще?

– Э… Да. Мы можем встретиться завтра или в воскресенье?

– Для чего?

– Я бы назвала это вторым свиданием. Или моей попыткой реабилитировать себя в твоих глазах. Заодно обсудили бы еще некоторые вопросы о… смотринах.

Волохов поморщился.

– А список большой?

– Список?

– Вопросов.

– А… нет. Или ты не хочешь?

Волохов закурил, с неудовольствием заметив, что она прямолинейно прижала его к стенке простым вопросом.

– Да, можем поужинать где‑нибудь. В воскресенье я свободен.

В голосе Софи еле заметно мелькнуло облегчение:

– О, отлично…

– Куда пойдем?

– Не знаю. Куда‑нибудь, где не так… пафосно, как на той вечеринке.

– М-м-м… Я понял. Хорошо. Во сколько за тобой заехать?

– В семь или восемь. Как тебе удобнее.

– Договорились.

– Спасибо.

Волохов решил в шутку отомстить ей за провокационный вопрос и ответил:

– Раз уж приглашаешь меня ты, ужин за твой счет?

Но вопреки его ожиданиям Софи не растерялась:

– Ты думаешь, я не в состоянии побаловать своего суженого?

– Думаю, ты в состоянии сделать даже больше.

– Хм…

– Но за ужин заплачу я.

– Кто я такая, чтобы перечить великому и ужасному Волохову?

– Что?

Софи усмехнулась:

– Ничего. Просто прочла о тебе пару свежих статей в Сети.

– Боги… Зачем?

– Пытаюсь понять, на что я подписалась.

Волохов швырнул окурок из окна.

– Тогда сразу дели все прочитанное на три. А лучше – на пять.

– А лучше – спрошу у тебя при встрече.

– Это в идеале.

Софи рассмеялась:

– Готовься к допросу с пристрастием!

– Пфф… Нашла кого напугать.

– Ладно. Не буду тебя отвлекать. До воскресенья.

– Приятного вечера.

– И тебе…

Что‑то в ее голосе неуловимо изменилось. Но Даниил не успел понять, что именно, потому что Софи завершила звонок.

* * *

В этот раз в клубе было немноголюдно. Впрочем, как и всегда с конца весны и до середины сентября. Самые активные искали эротические развлечения на теплых морских побережьях, а в клубе оставались исключительно ценители такого образа жизни.

Марго, не изменяя себе, сидела у барной стойки с бокалом белого вина в черном шелковом платье и кружевной маске, плавно покачивая ногой в лакированной туфельке с бескомпромиссно острой шпилькой.

Ее эротичная аура в сочетании с крышесносным ароматом мгновенно сделали свое дело, выветрив из сознания Волохова все посторонние мысли и сомнения. Он молча подсел рядом в черной бархатной маске и соблазнительно ухмыльнулся.

Марго подняла на него чарующий взгляд и еле заметно улыбнулась в ответ.

– Пойдем?

Он кивнул и подал ей ладонь. Оказавшись наедине, Марго завела руки за голову и развязала ленты своей маски.

– Как же я устала от нее.

Волохов ничего не ответил. Он попытался максимально безразлично пожать плечами и снял с себя пиджак. Судя по поведению Марго, она либо точно узнала адвоката, либо предполагала с высокой долей вероятности, что это был он. Она приблизилась к Волохову вплотную и вгляделась в его глаза. Он вопросительно приподнял бровь.

– Почему ты не снимешь эту чертову маску? Мы же встречаемся тут уже больше года…

Даниил понял, что она не была уверена на сто процентов. Чтобы пресечь дальнейшие увещевания, он повернул Марго спиной к себе и расстегнул длинную молнию ее платья. Шелк упал к ее ногам, и, переступив через него, Марго покорно улеглась на черные простыни. Волохов разделся и лег рядом.

– Сегодня я говорю вместо тебя?

Он лениво усмехнулся и накрыл ладонью ее промежность. Блондинка почувствовала тепло его пальцев и закрыла глаза, раздвинув длинные стройные ноги. Даниил снова подумал про себя: «Лживая самка». Но от этой мысли он внезапно ощутил резкий прилив возбуждения и сам не заметил, как оказался над таявшей от его ласк любовницей. Прервав прелюдию, Волохов резко вошел в нее. Марго тихо вскрикнула и открыла глаза:

– Ты мог бы быть нежнее ко мне?..

Он чуть сбавил свой напор и продолжил двигаться немного мягче, вдавливая своим весом миниатюрную блондинку в простыни. Она застонала от чувственного наслаждения и, выгнувшись, обхватила Даниила ногами. Тот, как истинный ценитель женской красоты, плавно провел ладонью по бархатистой коже и сжал пальцами твердый от возбуждения темно‑розовый сосок.

– Да… – Марго открыла глаза и притянула его к себе, обняв за шею и утопая пальцами в волосах на затылке.

Сквозь пламенную пелену Волохов заметил в ее янтарных глазах нечто новое. Просьбу? Мольбу? Сомнение? Он продолжал пристально смотреть на нее и одновременно наращивал темп, впиваясь ладонями в податливое изящное тело. Марго запрокинула голову и задрожала, достигнув пика. Волохов ускорился еще больше, терзая ее тугую плоть, и с шумом выдохнул, обдав тонкую шею горячим воздухом из легких.

Отчаявшись услышать от него хоть слово, Марго протянула руку:

– Угостишь меня своей никотиновой дрянью?

Волохов лениво перегнулся через край кровати и достал из брюк пачку сигарет.

– Спасибо. – Она затянулась и неспешно выпустила тонкую струю дыма в потолок. – Поговори со мной… Как раньше.

Даниил, тоже закуривший сигарету, закатил глаза и покачал головой.

– Мне не хватает твоего голоса, милый…

Чувствуя себя не то параноиком, не то грубияном, Волохов поднялся с кровати, спешно оделся и, уходя, послал блондинке воздушный поцелуй. Взгляд ее был печален.

Выйдя на улицу, Даниил прокашлялся и вернулся к своему «Лексусу»: «Кажется, придется менять клуб… Или хотя бы партнершу».

Уже проехав несколько километров по трассе, он понял, что так и не снял маску. Чертыхнувшись, Волохов одним движением расслабил ленты и ощутил свободу: «Идиот… Прекращай играть с огнем».

Глава 7

Без десяти минут девять Дима подъехал к особняку клиента, вышел из «Гелендвагена» и закурил. Арчи выскочил из‑за высокой ограды, словно ошпаренный, и молча схватил пачку сигарет из руки ошарашенного Сокола.

– И тебе доброе утро.

– Да пошло оно. – Тот глубоко затянулся и медленно выпустил густую струю дыма, закатив глаза.

Дима усмехнулся:

– Что случилось?

Арчи ткнул сигаретой в сторону особняка:

– Дочь клиента – профессиональная мозгое… мозготрахальщица.

– В смысле?

– В прямом. Я вчера уже к полудню хотел придушить ее и закопать в ближайшем лесу.

– Уоу‑уоу!

Арчи закурил вторую сигарету, и Дима предусмотрительно забрал у него свою пачку.

– Она сначала вынесла мне мозг из‑за какого‑то придурка, который не отвечает ей взаимностью. А потом потащила по магазинам и заставила оценивать каждое из двух десятков платьев. А мне, знаешь ли, плевать. Пусть хоть в бумажном пакете ходит!

Дима хохотнул:

– Тихо, тихо.

– И вечером она встречалась со своими пустоголовыми подружками. Знаешь, чем они занимались?!

– Боюсь представить.

Арчи запрокинул голову и уперся кулаками в кузов машины:

– Слали всякую дрянь с фейковых аккаунтов в соцсети подружке того парня. Когда я не выдержал и сказал, что они творят тупорылую дичь, эта фифа устроила мне истерику, обозвав бесчувственным козлом.

– Пфф… Зачем ты вообще полез? – Мысленно Дима уже готовился к худшей субботе года.

– Да пошла она. Малолетняя тупая стерва. Тебе повезло. Сегодня она наконец‑то планирует заняться подготовкой к экзамену. Ты у меня в долгу.

– Я так и понял… Возможно, именно поэтому оплата в тройном размере? Папаша явно в курсе характера своей маленькой принцессы.

– Да. Успокаивает только то, что за эти сутки я получу двести пятьдесят кусков.

– Десятка в час. Арчи, элитные эскортницы получают больше.

Кельт открыл дверцу машины и рухнул за руль:

– Да, Соколик. Пора смириться, что мы с тобой – второсортные дешевые шлюхи.

Дима рассмеялся, качая головой:

– Езжай проспись, Арчи.

Тот с буксом сорвался с места и унесся вдаль. Дима закинул в рот жвачку и шагнул на территорию особняка. Хозяин дома уже выходил на крыльцо.

– О, доброе утро, э…

– Дмитрий.

Николай протянул ему ладонь для рукопожатия.

– Я вынужден уехать на весь день. Дмитрий, проходите внутрь. Леся завтракает. Вас тоже накормят. Если что, я на связи.

Сокол кивнул и зашел в дом. В просторной столовой, уткнувшись в телефон, сидела худенькая крашеная брюнетка.

– Эм… Привет?

Не поднимая глаз от экрана, она махнула рукой в сторону накрытого завтрака. К Диме подошла невысокая женщина за пятьдесят в черной униформе.

– Здравствуйте. Мне только кофе, если можно.

Он мельком глянул на стопку учебников и распечаток, лежавших на столе, и присел. Олеся, все так же уставившись в телефон, медленно ела свой завтрак и не замечала никого вокруг.

Дима отхлебнул кофе и пригляделся к ней. Она была, судя по всему, на год старше Саши. И все равно выглядела словно подросток. Вспомнив о своих предыдущих отношениях, Дима нахмурился и еле заметно покачал головой. Сейчас, спустя всего три месяца, эта авантюра казалась ему абсолютно провальной. Он мысленно спросил себя: «Сокол, где были твои мозги? В штанах, не иначе…»

Потом он придвинул ближе один из учебников Олеси и медленно пролистал его. В отличие от Дениса с его красным дипломом МГУ, Джокера, окончившего в юности МГИМО, и Вовы, отучившегося в военной академии в Питере, Дима, как и Арчи, не мог похвастаться статусным высшим образованием. Его родители жили скромно, поэтому, недобрав баллы на бесплатное место в вузе, после школы он поступил в автомобильный колледж и тогда вообще ни секунды не загонялся этим вопросом. Но спустя годы эго то и дело кололо его дурацкими мыслями об упущенных возможностях.

Дима достал телефон и написал Лере:

А где ты получала высшее образование?

ТулГУ, менеджмент. А что?

Просто любопытно…

А ты? Где обучают заклинателей пиковых королев?

В автоколледже…

М-м-м… Вот почему ты заводишь меня с пол‑оборота?

Дима усмехнулся и выдохнул.

Да, детка…

Олеся встала из‑за стола, собрала все учебники и, кинув в сторону Сокола унылый взгляд, пошла к широкой лестнице из черного мрамора. Он убрал телефон, допил кофе и двинулся следом за ней.

* * *

– Кош… – Арчи присел на край кровати рядом со спящей Аней и поцеловал ее в шею.

– М-м-м…

– Ты такая у меня кайфовая. – Он просунул руку под одеяло и нежно провел пальцами по ее гладкой ноге от щиколотки к бедру.

Аня открыла глаза и сонно улыбнулась:

– Чего это ты вдруг?

– Я что, не могу сделать комплимент своей кошечке?

– Можешь. Просто так внезапно… Что‑то случилось?

Арчи стащил с себя одежду и лег рядом с Аней, прижав ее к себе:

– Случилась тошнотворная малолетняя идиотка, которая вытрахала мне за день мозг.

Аня рассмеялась и повернулась к нему лицом:

– И поэтому… в сравнении с ней я кайфовая?

Арчи медленно моргал, проваливаясь в сон:

– Нет. Ты несравненная.

Через несколько мгновений Аня заметила, как черты его лица смягчились, а дыхание выровнялось. Она снова легла к Арчи спиной, притянула к себе его тяжелую руку и на тыльной стороне ладони нежно поцеловала продолговатый тонкий след от одного из его бесчисленных ранений. Арчи что‑то неразборчиво пробормотал, прижал Аню к себе и уткнулся носом в ее плечо.

* * *

– Маргарита Алумян… – Волохов с самого утра сидел в пустом офисе, разгребая накопившиеся бумаги и закармливая шредер неактуальными документами.

Он вбил в поисковик имя блондинки и одну за одной изучал открывшиеся ссылки на статьи и соцсети.

– Тридцать два года. Родом из Ростова‑на‑Дону. Более восьми лет замужем за крупным московским бизнесменом Тиграном Алумяном. Хм… Тебе стало скучно, Марго?

Бесчисленное количество фотографий со светских мероприятий, закрытых вечеринок, корпоративных праздников в компании мужа. Но везде одета, причем достаточно строго, трезва, с еле заметной улыбкой. Снежная королева.

– О, даже так? – Он открыл интервью с ней на сайте одного из женских глянцевых журналов.

Родители Марго были достаточно состоятельными для Ростова людьми. В Москву она уехала учиться после школы, устроилась на работу фитнес‑инструктором в крупном спорткомплексе, там же встретила будущего мужа. После свадьбы Марго открыла свой собственный спортклуб и до сих пор трижды в неделю проводила в нем занятия по авторской методике.

– Прямо свой собственный… – Волохов нашел сайт клуба и проверил наименование юридического лица.

В качестве единственного учредителя ООО была указана лишь Марго.

– Щедрый подарок от Тиграна? Или родители помогли?

Он вернулся к результатам поиска и какое‑то время перещелкивал фотографии Марго. Удивительно, но она казалась идеальной женой без малейшей тени на репутации. Ни одной грязной сплетни, ни одного скандала.

Волохов открыл ее блог. Двадцать тысяч подписчиков, никаких откровенных фотографий, зато много кадров с Тиграном, с сотрудниками клуба, в моменты тренировок… Марго не писала о политике, не комментировала сплетни и скандалы. Короткие подписи к фотографиям, приветливые ответы подписчикам.

– Кто же ты такая?

Ответ пришел ему в голову уже через пару секунд:

– Ты – это я. Только в женском исполнении.

Что‑то все же смущало Волохова в этой паре. Он пролистал ее профиль вниз на несколько лет.

– Хм… А где ваши дети? Не хотите? Не можете? Прячете? – Он потер глаза и ушел к кофемашине. – К черту.

* * *

Наконец‑то разобрав всю свою одежду, Лера с удивлением осознала, что две трети придется спускать обратно в машину. Управившись за два раза, она вернулась в квартиру за спортивной сумкой и несколько секунд с подозрением смотрела в холодильник. На нижней полке лежали контейнеры с едой. Лера достала из кармана телефон и написала Соколу:

Дим?

Он ответил практически мгновенно:

А?

Я не спросила, как прошел твой вечер с мамой.

Душевно.

А еда в холодильнике?

Гостинец. Альтернативный метод добычи домашних котлет.

Лера зажмурилась.

Прости, я правда посредственно готовлю.

Не парься, я вообще не знаю, как духовка включается. А маме только в радость меня подкормить.

Ты познакомишь нас?

Ты серьезно?

А что?

Нет, я только за! В следующие выходные?

Идеально.

Она спустилась на парковку и отвезла вещи в ближайший пункт сбора одного из столичных благотворительных фондов, а потом направилась в сторону «Феникса».

Лера надеялась, что в офисе будет пусто. На подземной парковке стояли служебные «Гелендвагены», байки Дениса, Димы и… «БМВ» Макса.

– Хм… – Она прошла по коридору ко входу в спортзал.

Оттуда раздавались глухие удары и громкое дыхание. Лера приоткрыла дверь и увидела, как Макс хладнокровно избивал боксерскую грушу. Она уже развернулась, чтобы уйти, но Макс заметил ее и крикнул:

– Пики, привет!

Пришлось вернуться.

– Привет. Давно ты в офисе?

Макс оставил в покое грушу и взял с лавки полотенце.

– Я тут с самого утра. Проверял рабочие графики. И немного поизучал обновленные президентские стандарты.

– О… Ясно.

– А ты? Тоже приехала поработать?

– Нет, я хотела потренироваться.

Макс улыбнулся и обвел рукой пространство:

– Тогда зал в твоем распоряжении. Я уже ухожу.

– Нет, продолжай. Я не хотела тебя прерывать. – Лера ощущала легкую неловкость.

– Не переживай, я все равно заканчивал.

Оставшись в одиночестве, Лера быстро размялась, достала наушники, включила диджейский сет и встала на беговую дорожку. Наслаждаясь видом цветущей зелени из окна, она плавно перешла с ходьбы на бег и чуть не споткнулась, когда рядом снова появился Макс:

– Извини. Я просто хотел напомнить, чтобы ты поставила офис на охрану перед уходом.

– А, хорошо. Спасибо.

– Код помнишь?

Лера с сомнением посмотрела на него.

– Я так и думал. Сорок два, ноль шесть, девяносто.

– Точно. Я все сделаю.

Он подмигнул ей и вышел.

– Сорок два, ноль шесть, девяносто. – Лера снова набрала скорость и продолжила тренировку.

Но уже через сорок минут ее одиночество опять было нарушено.

– Опачки!

Лера вздрогнула и чуть не потеряла равновесие, растягивая мышцы для шпагата.

– Привет.

– А тут прям аншлаг сегодня. Я видел колымагу Макса. – Джокер повесил полотенце на один из тренажеров и начал разминать мышцы.

– Это неуважительно.

– В смысле?

Лера сделала глоток воды из своей бутылки и подошла к нему:

– В прямом. Не у каждого есть лишние пять‑семь миллионов на новую тачку. Да и не каждому она нужна. Его «БМВ», судя по внешнему виду, в отличном состоянии, ухожен и обслуживается. Но вы все не упускаете случая, чтобы подколоть его.

Джокер завис в недоумении:

– Да я без злого умысла, чего ты накинулась?

– Не заходи в душевую следующие…

– Ага, двадцать минут.

Лера сделала несколько шагов и развернулась:

– Послушай, Макс здесь всего неделю. И он кажется толковым парнем. По крайней мере, дает Денису шанс иногда отключаться от работы. Возможно, ему плевать на ваши подколы. Но всегда есть вероятность того, что они заставляют его испытывать дискомфорт.

Джокер попытался огрызнуться:

– О да! Но это не помешало ему отпустить шуточку по поводу приклада и моих зубов, когда Сокол… когда… – Он вспомнил, что все началось с шутки про формы Леры, и осекся.

– Когда Сокол что?

– Ничего.

Лера пристально посмотрела на него и повторила вопрос:

– Когда Сокол что?

– Когда Сокол взбесился из‑за моей неудачной шутки.

– Так, может быть, дело в тебе? – Она не стала дожидаться ответа и ушла в душевую.

* * *

Глава

– Как насчет свидания?

– Какого свидания?

– Я сейчас приеду, отосплюсь и вечером поведу тебя на свидание.

Лера спросонок не сразу поняла, о чем речь.

– У нас с тобой не было ни одного свидания, – усмехнулся в трубку Сокол.

– Мне кажется, мы вообще начали отношения с середины…

– Выбирай ресторан.

– Хитрец. Я знаю, что ты хочешь в «Уголек».

– Детка, выбирай на свой вкус.

– Я не буду избегать половину московских мест из‑за прошлого. Тем более что мы там с тобой…

– Я не принуждаю тебя, правда!

– Заказывай стол, малыш. Мы идем на свидание!

– Все, лечу к тебе.

* * *

– Выходи.

– Ты снова не зайдешь?

– Смотрины же вроде только в среду?

– Дурацкое слово…

Волохов задумчиво потирал переносицу. Перед глазами всплывала Марго с ее пятничным: «Мне не хватает твоего голоса, милый».

– Привет.

Даниил дернулся и покосился на Софи. В этот раз на ней было простое черное платье по фигуре, сливочный жакет и те самые босоножки, которые они вместе купили перед вечеринкой.

– Здравствуй. Хорошо выглядишь.

Софи растерянно улыбнулась:

– С-спасибо. Ты тоже.

Он был в темных джинсах и черной рубашке с закатанными рукавами. На правой руке виднелась крупная татуировка в виде черепа антилопы.

– О…

– Что? – Волохов отъехал от дома и стал плавно набирать скорость.

– Интересный рисунок. Что он означает?

– Оберег.

– От чего?

– От проблем.

– И как? Помогает?

Он мельком глянул на Софи и усмехнулся:

– Периодически.

– Можно посмотреть поближе?

Они остановились на светофоре.

– Посмотри. – Даниил протянул ей руку.

Софи немного сдвинула рукав рубашки и с плохо скрываемым восторгом рассматривала минималистичные очертания вытянутого черепа:

– Очень красиво…

– Но не очень удобно.

– То есть?

Загорелся зеленый сигнал, и Волохов надавил на газ.

– Приходится круглый год ходить в рубашках с длинным рукавом.

– Почему? Судьям не нравятся татуированные адвокаты?

– В яблочко.

Софи улыбнулась и замолчала, глядя в окно.

– А у тебя? Есть чернила на теле?

– Да. – Она снова притихла.

Волохов покачал головой. Девчонка явно пыталась разбудить в нем интерес к себе. Он мог оставить этот момент без внимания и обломать ей крылышки, но решил немного подыграть, чтобы отвлечься от мыслей о Марго:

– И что же это?

– М-м-м… Просто фраза.

– Какая?

– Ты будешь смеяться.

– Странная фраза.

Софи хохотнула и тряхнула головой:

– Нет, я имею в виду, ты будешь смеяться над этой фразой.

Волохов закатил глаза и промурлыкал:

– Какая тонкая интрига…

Софи расстегнула наручные часы с широким ремешком и протянула ему левую руку.

– «Ничего не бойся»?

Он несколько секунд пристально смотрел на ее изящное запястье, под тонкой кожей которого плавной линией синела вена, перекрытая короткой фразой.

– Да. – Она вернула часы на место и положила руку на свое колено.

– И какой смысл ты вложила в эту фразу?

– Успокоение.

– Ты часто боишься?

Она с улыбкой повторила ответ Даниила:

– Периодически. А куда мы едем?

– Я думал, ты уже не спросишь.

* * *

Волохов припарковался через дорогу от ресторана. Судя по количеству машин, «Уголек» был полон.

– Ты просила что‑то менее пафосное. Я подумал, что это идеальный вариант: просто, вкусно, стильно.

Софи вылезла из «Лексуса», поправила платье и огляделась:

– Смотрится уютно.

Большие окна ресторана были приоткрыты, оттуда доносился аппетитный запах мяса и тихий гул разговоров.

Официант с улыбкой проводил их к заказанному столу. В последний момент, уже присаживаясь, Волохов заметил по диагонали через проход знакомую хищную птицу, внимательно контролирующую все происходящее за спиной ее хозяина. В обнимку с Соколом сидела Лера. Он что‑то тихо шептал ей и мягко сжимал губами мочку уха.

– Что порекомендуешь заказать?

Даниил перевел взгляд с них на Софи и прищурился:

– Прости?

Она неуверенно листала меню:

– Я не прям чтобы жутко голодна, поэтому боюсь ошибиться с заказом.

– Возьми теплый салат с кроликом. Тебе понравится.

– О, отлично.

– Алкоголь?

Софи зарумянилась:

– Даже не знаю…

– Белое полусухое. Без колы, – хмыкнул Волохов.

– Ты, конечно, думаешь, что я в тот вечер была совсем… того… Но твою лекцию про смешение солода и винограда каким‑то чудом запомнила.

– М-м-м… Похвально.

– Ого.

Даниил непонимающе перевел взгляд с меню на Софи:

– Что?

Она склонилась к нему и прошептала:

– Там парень… С жуткой татуировкой.

– Ага.

Софи продолжала смотреть на шею Димы широко распахнутыми глазами. В этот момент к ним подошел официант, чтобы принять заказ и вручить Волохову в подарок бутылку вина как постоянному гостю.

Услышав имя из уст официанта и знакомый баритон, что‑то негромко ответивший ему, Лера оглянулась и удивленно усмехнулась:

– Смотри, кто здесь.

Дима, тоже услышавший происходящее за спиной, закатил глаза и обернулся к столу Волохова. Ощутив на себе взгляды двух пар глаз, тот повернул голову и молча махнул им рукой.

Софи не могла не заметить безмолвную сцену и попеременно смотрела то на Даниила, то на яркую парочку: миниатюрную шатенку с длинными волосами и небритого блондина с просвечивающим сквозь белую рубашку огромным соколом на спине.

– Ты их знаешь?

Волохов отдал меню официанту и поправил часы на запястье:

– Я с ними работаю.

– Это твои клиенты?

– Нет. Это… мои подрядчики.

– Подрядчики? У адвокатского бюро? – Софи с сомнением покосилась на них и тут же отвела взгляд, заметив, как владелец хищной птицы соблазнительно провел языком по уху закусившей нижнюю губу красотки.

Волохов саркастично изогнул бровь, следя за реакцией своей будущей жены, и достал из бумажника свежеотпечатанную черную визитку Леры. На обратной стороне сверкал алый силуэт феникса.

– Валерия Волкова? Это она?

– Ну не он же…

– Она очень красивая.

– Визитка?

Софи закрыла лицо рукой:

– Нет же. Эта девушка.

– Тебе нравится? Могу познакомить.

Софи, еле сдерживая смех, сдавленно прошептала:

– Боюсь, я не в силах конкурировать с таким… таким… как ее парень, – не выдержав, она хохотнула, прячась в ладонях.

– А вдруг? – Волохов тоже улыбнулся и представил комичность ситуации.

– Она работает с клиентами, а он?

– Он их тщательно… оберегает. – Тема Леры и Сокола начинала ему надоедать.

– Хм… С таким телохранителем, видимо, вообще ничего не страшно. Но мне кажется…

Волохов с легким раздражением уставился на Софи в надежде, что она поймет все сама и переведет разговор в другое русло. Но она снова смотрела на реалистичную татуировку и продолжала говорить. Даниил не вытерпел и, склонившись к ее уху, прошептал:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Цитата Селины Кайл (Женщина-кошка) из сериала «Готэм», вселенная DC Comics.

Вернуться

2

Дамы и господа! Абсолютный победитель – Валерия! (англ.)

Вернуться

3

ММА (Mixed martial arts) – смешанные боевые искусства.

Вернуться