Катерина Лазарева
Неизбежность

Пролог

Торнтон, Западный Йоркшир, Англия, 1854 год.

– Дэйзи, ты же знаешь, нам туда нельзя, – без особого протеста сказал Джон.

Просто, чтобы хотя бы изобразить видимость здравомыслия. На самом деле, ему тоже было интересно узнать, почему родители запрещали гулять в лесу. Они вообще многое не позволяли: дети совсем не могли пересекать границ владений. Причём причину такой осторожности никто не объяснял. Но больше всего родителей злило, даже пугало одно упоминание таинственного леса, раскинувшегося за воротами города. Именно поэтому дети хотели погулять там.

– Пошли, – Дэйзи уверенно потянула брата за рукав, и Джон охотно пошёл за ней.

Если для него это было просто любопытством, то восьмилетняя Дэйзи воспринимала всё иначе. Для неё всё казалось настоящим приключением. Чем страшнее становилось, тем сильнее хотелось это испытать. Она не любила, когда всё шло не так, как хотелось. Всё, чего Дэйзи когда-то боялась, становилось её ближайшей целью. Так, например, в шестилетнем возрасте, испугавшись стоящей неподалёку лошади, она заставила брата научить её ездить верхом.

Двенадцатилетнему Джону многие могли бы дать и больше – и внешне, и по характеру. Не по годам развитый, он, при своём уме, силе, ловкости и смелости, часто уступал идеям Дэйзи. Её азарт и непокорность взаимно дополняли его неуверенность и серьёзность, и поэтому им было хорошо вместе.

Чем больше они заходили вглубь леса, тем сильнее Джон сомневался, что могла быть какая-то опасность. Конечно, родители неспроста запрещали тут гулять, но не стоило придавать значения их страху. Они вообще всегда слишком волновались, даже по мелочам.

Скорее всего, здесь просто водились хищные звери, с которыми лучше не встречаться в одиночку. Но Джон и Дэйзи не собирались заходить в самую чащу. Они только чуть-чуть побродят. Ничего страшного не случится.

Высокие ветвистые деревья с густой листвой создавали такую тень, что почти ничего нельзя было разглядеть. К тому же, на дворе и так стояла ночь: они вышли из дома тайно, когда все, включая прислугу, спали. Сторожевой тоже дремал – удача явно была на их стороне.

– Дэйзи, где ты? – крикнул Джон, двигаясь наощупь.

Судя по всему, он зацепился за какой-то колючий куст, и поцарапал себе руку. Неприятное ощущение. Джон остановился, вслушиваясь в тишину леса. Было слышно, как хрустели ветки под ногами сестры, как пролетела неизвестная птица, как где-то вдали завыл волк.

Так, всё, пора убираться отсюда. Идея прогуляться в запретном лесу перестала казаться хоть немного привлекательной.

– Я зажигаю факелы! – наконец, беспечно откликнулась Дэйзи. – Нам нужно осмотреться. Здесь такой воздух!

Осмотреться? Серьёзно? Здесь зябко и боязно, и, судя по некоторым звукам, небезопасно. Хотя воздух действительно казался на редкость чистым и свежим. Но это совсем не повод задержаться.

– Я иду к тебе, – шагая на её голос, предупредил Джон.

– Тогда догоняй, – не реагируя на его серьёзность, улыбнулась Дэйзи.

Передав ему горящий факел, она упорхнула куда-то вдаль.

Ему ничего не оставалось, как кинуться вслед. Не бросать же её здесь! Проклиная всё на свете, Джон бежал, с трудом догоняя из-за настороженности, с которой относился к каждой кочке. И, хотя теперь путь был освещён, он всё равно умудрился зацепиться за что-то.

Джон с раздражением остановился, чтобы стряхнуть с себя очередную цепкую ветку, но тут же замер, потеряв способность дышать. То, что цеплялось за него, было человеческой рукой – холодной, как смерть, но всё же человеческой. Медленно, очень неуверенно и робко Джон повернул голову в сторону ледяного незнакомца…

Дэйзи резко затормозила, услышав крик брата. Он ещё никогда так не кричал. Случилось что-то по-настоящему ужасное. И, как бы ни был искажён голос брата сейчас, она знала: это он. Чувствовала это.

Не раздумывая ни секунды, Дэйзи бросилась в его сторону.

– Если ты разыгрываешь меня, я тебя убью, – нервно говорила она, подходя к месту. И хоть ей не верилось в собственные слова, но главное: не молчать, чтобы не дать панике и страху взять верх. – Потому что только…

Дэйзи не договорила, оцепенев на месте.

И завизжала от ужаса. Ей тут же вспомнились сказки о людоедах. Но чтобы это было реальностью? С её братом?

Дикая, чудовищная картина – в шею Джона вгрызался бледный человек, выглядящий как какой-нибудь из представителей высшего общества. Тёмные волосы, обычная одежда… На её крик он оторвался, и, посмотрев на неё скорее растерянно, исчез в ночи так же быстро, как и появился. Могло даже показаться, что всё это ей привиделось.

С трудом оправившись от оцепенения и ещё не до конца сознавая реальность, Дэйзи бросилась к Джону. Склонившись над ним, она всячески пыталась привести его в чувство.

Его окровавленная шея, закатившиеся в предсмертном полуобмороке глаза и хриплое громкое дыхание вселяли отчаяние. Но Дэйзи не позволяла этому завладеть ею. Он ещё был жив, – а потому она должна любой ценой спасти его.

– Ты только держись, ладно? – всхлипывая, но всё ещё борясь со слезами, обратилась Дэйзи. Чувствовалась острая необходимость говорить с Джоном, даже если тот не отвечал. Что угодно, лишь бы ощущать, что он ещё был жив, что оставалась надежда.

Она лихорадочно пробовала всевозможные методы, чтобы оказать ему необходимую помощь. Делала бинты из одежды, даже прижигала факелом какие-то раны, но не звала на помощь. Теперь Дэйзи знала, что в лесу водились людоеды, а потому не хотелось привлечь их внимание.

Увы, Джон не приходил в себя. А на неё поочерёдно наваливались то паника, то решимость. Скоро, уже не сдерживая рыданий, Дэйзи попыталась поднять брата, чтобы хотя бы отвести его домой.

************

Она не знала, как дошла до начала леса, где её встретили ищущие их люди. Не понимала, как осталась жива после этого кошмара. Не сознавала, что произошло.

Чётко Дэйзи понимала только одно: Джон умер. По её вине. Его не удалось спасти. А всё из-за того, что ей, безрассудной и глупой, захотелось ослушаться родительского запрета. Понятно, что, если бы не её прихоть, Джон туда ни за что не пошёл бы.

Но, каким бы дурацким ни был её поступок, во всём произошедшем виновата не столько она, сколько тот неизвестный убийца, растерзавший шею брата на её глазах.

И теперь уже ничего не исправишь… Дэйзи вдруг поняла, что больше никогда не будет прежней. Теперь ей не нужны ни игры, ни шалости, ни развлечения – ничего. Кроме одного – видеть того монстра мёртвым. Любой ценой. Она отомстит. Чего бы это ни стоило.

Дэйзи видела его лицо. Теперь она просто обязана. Ради Джона…

Она поспешно вытерла слёзы, стоя над лежащим пока в импровизированном гробу телом брата. Больше никаких слабостей.

Родители ничего не узнают. Этот монстр – не человек. Джон уже умер из-за беспечности Дэйзи, больше не должно быть жертв.

Да, ей потребуется время. Но ничего. Когда надо, Дэйзи могла ждать. Она вдруг поняла это удивительно ясно.

Глава 1. Возвращение

Торнтон, Западный Йоркшир, Англия, 1864 год.

Хранить тайны от родителей оказалось не только непросто, но и неудобно.

Дэйзи почти не оставалась одна. А ещё весь её досуг был связан с бессмысленным вращением в обществе. И наряды, конечно, тоже. Причём толку от этого… У Дэйзи была приятная внешность: чёрные волосы, синие глаза, стройная фигура. Но весь её образ выражал холодность и отрешённость. А потому у неё никогда не было много поклонников. Возможно, поэтому её родители легко и с радостью дали согласие двадцатишестилетнему графу Томсону, когда он просил её руки. При этом мнения Дэйзи никто не спрашивал.

А вращаться в обществе всё равно заставляли.

Вот и сейчас её нарядили в довольно пышное платье и корсет. Хорошо хоть волосы были убраны и заколоты сверху в лёгкой причёске, не давящей голову. Но всё равно совсем не подходящий наряд для её планов. Ведь именно сегодня Дэйзи нашла время вернуться в тот самый лес.

Глубоко вдохнув, она попыталась взять себя в руки, успокоиться и обдумать всё. Итак, Дэйзи шла к этому десять лет. Она собрала много сведений о вампирах. Знала, как их убивать, чем они жили и где и когда чаще всего останавливались. Запретив себе действовать импульсивно, Дэйзи ждала своих восемнадцати: теперь и родители чаще оставляли ей одну.

Сейчас она уже знала, чем был убийца её брата. Ожившая легенда из страшилок. Бессмертный и кровожадный монстр.

Конечно, это пугало, но Дэйзи не отступит. Она тренировала реакцию и силу удара, закаляла себя, заставляя смотреть любым страхам в лицо. А ещё смогла соорудить и прятать от всех осиновый кол. Самое то, чтобы убить вампира.

– Вы уже выбрали костюм, мисс? – прервала её размышления незаметно вошедшая в комнату горничная, и Дэйзи вздрогнула.

Вопрос напомнил об ещё одном запланированном событии: вечернем бал-маскараде. Конечно, ни о каком костюме Дэйзи даже не думала. Хотя сегодня почти впервые в жизни родители поручили это ей.

И горничная явно ждала ответ.

– А разве за меня это не сделал лорд Томсон?

Дэйзи не упускала случая дать понять, что, хоть вопрос с помолвкой уже решён без неё, она не смирится.

Но к ней никто не прислушивался. Ситуация в их небольшом городке и так была незавидна: многих забрала война, некоторые пропадали без вести, и об их исчезновении распространялись такие слухи, что все дрожали от страха. И в таких условиях брак не по любви – меньшее, на что обратят внимание. Тем более, когда он давал возможность породниться с титулованной особой.

Даже горничная, с которой у Дэйзи были прекрасные отношения, посмотрела с упрёком и сказала:

– Вы же знаете, ваши родители восторгаются этим джентльменом, и, честно говоря, я тоже считаю, что он достойнейший…

– Я надену костюм ведьмы, – не удержалась Дэйзи.

Ужасно надоело выслушивать, насколько великолепен её жених и как им повезло, что он обратил на неё внимание.

В Ричарде Томсоне раздражало многое. Его правильность, бездушная вежливость и аристократичный лоск. Но больше всего – что он, толком не зная её и увидев всего пару раз, сразу сделал предложение. Такое отношение ничуть не льстило, наоборот – очевидно, что его привлекла только внешность. Ричард просто приобрёл себе вещь, наличие души у которой его не интересовало.

– Но, мисс Райнер, это же… – пыталась возмутиться такому выбору горничная, но Дэйзи предупреждающе покачала головой.

Женщина поникла и промолчала, зная характер хозяйки и понимая, что переубедить её нереально.

– Увидимся, Дженнифер, – попрощалась Дэйзи, направляясь к выходу.

– Вы куда-то собрались?

– Я немного прогуляюсь в здешних местах, – как можно безмятежнее сказала Дэйзи. – Не волнуйся, я буду осторожна.

– Не забудьте, сегодня в шесть бал-маскарад. И, скажу по секрету: кажется, лорд Томсон собирается именно в этот вечер объявить всему свету о вашей помолвке! – с заговорщицкой улыбкой проговорила вслед горничная.

Но Дэйзи даже не попыталась изобразить воодушевление.

– О, теперь я точно буду ждать этого вечера, – хмуро ответила она и, не оглядываясь, поспешно вышла.

Даже думать о Томсоне не хотелось, не то что слышать.

************

А вот и знакомый лес. Даже днём он выглядел мрачным и тёмным. Наверное, из-за густых и громадных деревьев. Многочисленные кустарники с кривыми ветками только угнетали пейзаж, и всё это действовало устрашающе.

Стараясь не обращать внимания на эту жуть, Дэйзи сосредоточилась на другом: разведать обстановку, узнать каждую кочку, даже лужицу – всё. Ведь при свете вампиры не появлялись – солнце их убивало. Потому она и пришла днём: чтобы, когда вернётся ночью, ничего не мешало.

Дэйзи внимательно осматривала каждую мелочь, прислушивалась к каждому звуку. Лес был подозрительно тихим, будто мёртвым. А потому она чуть не подскочила, когда услышала совсем рядом, сзади, мужской голос:

– Кажется, вы заблудились.

Странно, почему Дэйзи не слышала шагов говорящего? Как он оказался тут? Кто мог красться так незаметно, кроме, разве что… О нет, только не это. Такого просто не могло быть.

Но, повернувшись, Дэйзи убедилась в худшей догадке: перед ней стоял вампир. И не просто один из них, а тот, кто убил её брата. Она прекрасно помнила его лицо, хоть и видела тогда лишь секунды. Их хватило, и теперь Дэйзи безошибочно узнала бы этого вампира из тысячи других.

Но как он мог оказаться здесь днём? Разве это вообще реально?

– Слишком светло… – растерявшись, Дэйзи выдала мысли вслух. И тут же добавила, поняв, что чуть не проговорилась: – Я не могла заблудиться в такую рань, мистер…

Она сделала паузу, давая понять, что ждала его представления.

Что ж, узнать имя убийцы будет не лишним. Как ни противна мысль, что придётся разыгрывать любезную дурочку перед ним, другого выхода не было. Иначе Дэйзи могла заплатить ещё одной человеческой жизнью – собственной.

– Просто Уильям, – с лёгкой улыбкой сказал вампир. – А вы?..

Она не отреагировала на исходящее от него обаяние. Уже знала, что эти существа довольно красивы и очаровательны. А некоторые ещё и умели гипнотизировать.

Возможно, этот из таких. Так что не стоило смотреть ему в глаза. Но и избегать взгляда опасно, раз уж он решил говорить с ней, как человек.

– Дэйзи, – преодолевая внезапно охвативший страх, сказала она. – Дэйзи Райнер.

– Что ж, мисс Райнер… – вкрадчиво проговорил он. – Вы сильно рискуете, находясь здесь.

Она замерла, а сердце застучало громче и чаще. Страх вернулся.

Не было ли это скрытой угрозой? Если так, что делать? Сейчас Дэйзи бессильна. Выбивало открытие, что он, как выяснилось, спокойно мог появляться в лесу и днём. А что если и все остальные легенды о вампирах были мифом? И этот её предательский страх – такие, как он, чувствовали его сразу. Это могло её выдать и даже привести к смерти.

Да уж, когда Дэйзи вернулась сюда после десяти лет, даже не думала, как трудно придётся. Она оказалась просто не готова ко всему предстоящему. Что говорить о мести, когда Дэйзи так испугалась, всего лишь оказавшись лицом к лицу с ним!

А пауза затянулась.

– Пожалуй, я люблю риск, – тогда робко пролепетала Дэйзи, и сама улавливая, что её тон до смешного не сочетался со словами.

– Это заметно.

Вампир вдруг подошёл ближе, не сводя с неё опасного, будто гипнотизирующего взгляда. Настороженно следя за его действиями, Дэйзи отступала назад при издевательски неторопливых шагах к ней. И так до тех пор, пока не почувствовала спиной ствол крепкого дерева.

Она в ловушке? Это её последние минуты, и ещё совсем чуть-чуть, и смерть? Куда бежать? Какой же кошмар – умереть от клыков именно того монстра, что погубил её брата! Но что Дэйзи могла сейчас делать?..

Сотни мыслей разом заполнили голову, и она беспомощно задрожала, не в силах найти себе утешения. Дэйзи только и осталось сжать осиновый кол, мысленно призывая себя быть готовой, когда вампир нападёт.

К счастью, пышное платье сейчас было кстати: оно скрывало самодельное оружие. Эффект неожиданности – её единственное преимущество. Остальное явно против неё. В том числе и то, что какого-то чёрта вампиры спокойно могли разгуливать и днём.

– Зачем вам осиновый кол? – вдруг спросил Уильям.

Подняв на него удивлённый взгляд, Дэйзи даже перестала бояться. Её настолько охватило недоумение, откуда он узнал, что оно заглушило остальные чувства. Но вампир лишь терпеливо ждал ответа.

Тогда Дэйзи усиленно покачала головой, надеясь, что он блефовал и не знал, был ли кол.

Так же равнодушно, не удивившись её выпаду, Уильям вдруг провёл пальцами ледяной руки по открытому правому предплечью Дэйзи. Она невольно охнула от холода, пронзившего от этого прикосновения. Дрожь охватила её, а по всему телу пробежали мурашки. Тяжело дыша, Дэйзи словно оцепенела и лишь ждала, когда это закончится.

А его пальцы тем временем дразняще медленно спускались вниз, по её руке, и, наконец, достигнув ладони, резко перехватили осиновый кол. Так быстро, внезапно и крепко, что Дэйзи не успела очнуться.

– Так зачем он вам? – всё тем же невозмутимым тоном спросил вампир, поднося к её лицу отобранное оружие.

Понимая, что отпираться бесполезно, Дэйзи обречённо ответила:

– Для самообороны, – и, осознав, что эти слова можно понять по-разному, как можно безмятежнее пояснила: – Говорят, здешние леса небезопасны. Я не взяла с собой оружия, поэтому подобрала этот кол где-то здесь, на поляне.

Дэйзи говорила как можно наивнее, надеясь, что он примет её за обычную глупую трусиху-леди, которая и понятия не имела о существовании вампиров и тем более не знала, чем их убивать.

Уильям впился в неё долгим и внимательным взглядом. Дэйзи пришлось приложить немало усилий, чтобы выдержать его и не выдать себя.

Непонятно как, ей это удалось.

Не сводя будто считывающего насквозь взгляда с лица Дэйзи, Уильям вдруг протянул ей кол.

– Думаю, вам он действительно понадобится.

Она перевела дыхание: в этих словах чувствовался намёк.

– З-зачем?

– Для самообороны, конечно, – пояснил Уильям обычным дружелюбным тоном, но его глаза по-прежнему смотрели на неё жёстко, холодно и сосредоточенно. – Здешние леса небезопасны, – повторил он её же слова с лёгкой улыбкой.

А Дэйзи словно потеряла дар речи. Она будто окаменела, и только коленки предательски тряслись, еле держа на ногах.

– Солнца нет, – вдруг сказал вампир. – Эти деревья отбрасывают сильную тень.

Чем ещё могли быть эти слова, как не насмешливым объяснением, почему он мог быть здесь днём? То, как Уильям сказал это, явно что-то значило. Что-то, что вряд ли сулило спокойствие.

Он уже повернулся, чтобы уйти. Только на какие-то секунды обернулся в её сторону и замер, словно обдумывая что-то.

Так и не придя в себя, Дэйзи ничего не ответила на его недвусмысленные реплики. Да и вряд ли бы успела оправиться и достойно выбраться из этой ситуации, потому что следующие его слова уже не были намёком: наоборот, прямым предупреждением, пугающей угрозой, которая леденила кровь:

– Не возвращайтесь сюда, если не хотите, чтобы наша следующая встреча прошла иначе.

Глава 2. Вампиры и люди

Уильям слышал торопливые шаги Дэйзи, когда исчез у неё из виду. Совсем скоро она побежала – быстро, резко и даже нервно. А дышала тяжело, часто и прерывисто, и явно не только из-за спешки. Вампир хорошо чуял страх.

Что ж, неудивительно, ведь она знала, кто он. Её попытки скрыть это были нелепыми – Уильям раскусил сразу. Вот только… это всё-таки странно. Дэйзи явно пришла в лес с колом, чтобы убить вампира. Это уже необычно, ведь за всё его существование встречалось мало смельчаков, способных на такое. Не говоря уж, что все они были сильными опытными воинами, и, конечно, мужчинами. А она – юная девушка, которая дрожала от страха при его появлении. Как у неё хватило смелости, граничащей с глупостью, на этот поступок?

Возможно, в этом ничего и не было. Как многие любопытные дурачки до неё, Дэйзи могла искать приключений, поэтому пришла в лес. И заранее запаслась колом, просто зная о вампирах.

Но что-то подсказывало: дело в другом. Её взгляд в первые несколько секунд, когда она только увидела Уильяма, не сдерживал ненависти. Причём не презрения к его сущности, а именно к нему. Никаких сомнений: её визит сюда – не случайность и что-то гораздо более серьёзное, чем любопытство. Наверное, поэтому Уильям так легко отпустил Дэйзи, несмотря на ужасный голод. Любопытство победило.

И что-то подсказывало: это была не последняя встреча с таинственной мисс Райнер. Так что пусть убегает. Тем интереснее будет игра, которую уже начала Дэйзи. Она не отступится, он это чувствовал, но и сам не собирался идти на уступки. Всё будет по его правилам, и никто из вампиров не пострадает. Даже в самом невинном смысле, вроде разглашения тайн. Если Дэйзи станет помехой, Уильям избавится от неё. Ему не привыкать убивать.

*****************

Совсем скоро Уильям уловил новый человеческий запах. Кто-то медленно бродил по лесу, в нерешительности останавливаясь. Видимо, он был здесь впервые, и, судя по учащённому сердцебиению и страху, не по собственной воле.

Что ж, это удачно. Уильяму как раз давно пора было подкрепиться.

Он быстро нагнал жертву, и, резким движением схватив, повернул к себе. Глаза несчастного выдавали испуг ещё сильнее, чем частое сердцебиение. Дрожь уже начала охватывать всё его тело.

Уильям встречался с такой реакцией чуть ли не каждый день. Многие даже умоляли его со слезами на глазах. Это стало таким привычным, что если и вызывало когда-то давно что-то вроде сожаления и сочувствия, то теперь ничего. Иногда даже раздражало.

Когда существуешь вечно, ценность человеческой жизни теряет значение. Уильяму было уже триста двадцать четыре года.

– По-пожалуйста, – чуть не плача, прерывистым от подступающих рыданий голосом просил парень.

От страха он даже зажмурился, будто и впрямь надеялся, что, если не будет смотреть на вампира, тот исчезнет. Всё тело жертвы сжалось от испуга. Жалкое зрелище. Захотелось покончить с этим как можно скорее. Уильям тут же вонзил клыки в вену на шее парня.

Конечно, тот продолжал трепыхаться, жалобно всхлипывать и даже скулить, но это не имело никакого смысла. Насыщенный вкус солоноватой тёплой крови затмевал все остальные ощущения Уильяма. Сейчас он казался даже более приятным, чем обычно, уж точно не просто способом утолить жажду. Слишком уж проголодался вампир. Слишком уж непросто было отпустить Дэйзи.

Вот уже скоро Уильям почувствовал, как кровь всё медленнее текла по жилам парня, а сердце билось едва слышно. Он умирал.

– Ну, он хотя бы выиграл пари, – ухмыльнулась незаметно подошедшая Вайлет.

Он обернулся, отпуская мёртвое тело. Вайлет хищно облизнула губы, бросив взгляд на струйку крови из шеи жертвы. А потом подняла взгляд на Уильяма и поприветствовала его кивком головы.

Они были знакомы уже около двухсот лет, с момента её обращения. Тогда Вайлет была совсем другой, отчаянно цеплялась за человечность. Как никто другой, сопротивлялась новой сущности. Но исход этой борьбы был неизбежен. Вайлет стала одной из них. Окончательно приспособилась к новой жизни, а Уильям помог сделать это. Когда-то они даже были любовниками, но теперь и это в прошлом.

– О чём ты? – без особого интереса спросил он.

К чему ему узнавать что-то о жертве? Это ничего не изменит и не вызовет чувство вины.

А Вайлет нарядилась. На ней были мужские брюки, свободная рубашка, пояс, навешанный множеством всяких побрякушек. Чёрная повязка на глаз, свободно распущенные волосы и искусственный румянец создавали ей образ человека, и не просто девушки, а пиратки.

Маскарадный костюм не удивил его. Уильям привык, что Вайлет до сих пор любила проводить время среди людей. Видимо, где-то там намечался бал-маскарад.

Она подошла ближе, снова посмотрев на труп:

– Мужчины иногда совсем как дети, – Вайлет вздохнула, и, переведя взгляд на Уильяма, пояснила: – Я слышала, как он и его приятель заключили пари о прогулке в этом лесу.

Уильям не отреагировал. Комментировать было нечего. Надо быть идиотом, чтобы заключить такое пари. Раз он не позаботился о своей жизни, так бессмысленно рискуя, то Уильяма это уж тем более не волновало.

– Что нового в свете? – перевёл тему он.

Вайлет всегда знала происходящие у людей события в городе.

Кое-что действительно интересовало вампиров: стоило оставаться начеку. Ведь за их столетия попадались люди, которые бросали им вызов, иногда довольно успешно.

К счастью, большинство по-прежнему не знало о вампирах. А те, кто знал, не думал, что они могли вращаться в людском обществе. Всё потому, что ещё ни один из иногда навещавших человеческие дома вампиров не выдал себя. Самая главная улика – их ледяная кожа – исключала сомнения у человека.

Но люди не знали главного. Если бы вампиры всегда оставались холодными, это значило бы, что их тело постоянно мертво. Оно не могло бы нормально гонять кровь по телу и позволять им жить полной жизнью, используя каждый миг и наслаждаясь всем, чем только пожелают.

А дело было именно в человеческой крови, насыщенной, питательной, живительной. Вместе с ней вампиры получали гораздо большее, чем просто удовлетворение жажды. С ней они получали жизнь. Словно впитывали её в себя, отнимая у людей.

Итак, вампиры и вправду обладали ледяной кожей, но только, когда не были сыты.

– Ну… – задумчиво протянула Вайлет. – Я по-прежнему нравлюсь тем баронам, и они смешно за мной вьются. В обществе по-прежнему думают, что я местная. А сегодня все только и говорят о предстоящем бал-маскараде у Томсона.

– Томсона?

– Да-да, – Вайлет сразу поняла причину его интереса. – Ты ведь помнишь Ричарда Томсона?

– Прошло всего десять лет. Конечно, помню.

– Дело не только в том, сколько времени прошло, – мягко заметила она. – Он ведь оказался первым, кто в своём тогда ещё совсем юном возрасте чуть не убил тебя. Такое не забывается.

– Я просто недооценил его силы и получил заслуженный урок, – равнодушно ответил Уильям. – Такого не повторится.

Случившееся тогда было не только заслугой Томсона, но и неосторожностью вампира. Уильям настолько не верил в человеческие силы против него, что постоянно чувствовал себя в безопасности. Даже когда спал. Что стало ошибкой.

– Ты не хочешь мести? – удивилась Вайлет.

– Это ни к чему.

Мстить тому, кто отважился воспользоваться единственной возможностью, даже как-то недостойно. Уильям уважал сильных и смелых, неважно, людей или вампиров. К тому же, оно того не стоило – он гораздо сильнее Ричарда, и при желании свернул бы ему шею хоть сейчас. Но это скучно и бесполезно.

Да и смысл? Только напугать мелкий городок, где граф Томсон – один из самых сильных и влиятельных лордов. К тому же, по недавним правилам главы клана, Чарльза, его вампиры убивали только в лесу или в окрестностях, не трогая жильцов в Торнтоне.

– Но ведь всех, даже самых сильных и подготовленных соперников ты побеждал, не прилагая усилий, – озадаченно напомнила Вайлет. – А тут шестнадцатилетний паренёк чуть не заколол тебя насмерть, и ты после этого полуживой и с невыносимой жаждой бродил по лесу, и даже…

– Чуть не убил ребёнка, – перебил он. – Я помню.

Тогда Уильям впервые отступил от своего принципа. Прежде он никогда не позволял себе лишать жизни детей. Возможно, это было связано с тем, что ему самому пришлось пережить в детстве, возможно, в нём до сих пор была какая-то человечность, – неважно, но Уильям не мог убить ребёнка.

Но чуть не сделал это десять лет назад. Тогда ночью его спящего разбудила острая боль чуть ниже сердца – нынешний граф Томсон умудрился проткнуть его колом бесшумно, сильно, глубоко и резко. Увидев, что Уильям всё же выжил, шестнадцатилетний Ричард быстро убежал на крики друзей, зовущих его. А у вампира не было ни времени, ни возможности от внезапного шока и потери сил догонять наглеца.

Уильям просто поплёлся по лесу в надежде, что кто-то сам попадётся ему навстречу. Так и оказалось. Жертвой стал парень лет тринадцати. Возможно, Уильям осушил бы мальчика до конца, если бы не девочка, прибежавшая на его крик и заметившая вампира.

У него был выбор – убить их, или оставить обоих. Ужас, страх и одновременно тревога за парня в глазах девочки словно пробудили его, напомнили, что он чуть не сделал. Уильям поспешил скрыться, не желая стать причиной смерти двух беззащитных детей. Он рассчитывал, что парень выжил. Тот потерял не так много крови.

– Чуть? – вдруг прервал его воспоминания озадаченный голос Вайлет.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я думала, ты знаешь, – словно извиняясь, растерянно ответила она. – Джон Райнер, тот мальчик, с помощью крови которого ты хотел восстановиться, умер в тот же день. Пусть и не сразу на месте, но раны, которые ты ему нанёс, были опасны. Потерянное время сыграло против него. Он не смог выжить. Я слышала об этом в городе…

Уильям промолчал, погрузившись в воспоминания. Парень с факелом в руке, бегущий вслед за девочкой. Её испуганный взгляд, его крик… Всё это слишком, это напоминало о времени, когда вампир был человеком, и зарождало в нём ненужные чувства.

Внезапно в сознание вошла другая мысль: «Джон Райнер». Вайлет назвала имя его жертвы, а главное, фамилию, и тем раскрыла все карты таинственной незнакомки, посетившей сегодня лес. Город маленький, фамилия нераспространённая, совпадений быть не могло.

Теперь всё стало ясно. И её взгляд, полный ненависти, и визит сюда, и кол в руке. Она узнала его – это очевидно. Возможно, спланировала всё давно, даже в день смерти брата. Но это совсем не беспокоило Уильяма. Скорее, наоборот. Ситуация с Дэйзи стала ещё более интригующей и интересной, чем казалась.

Что ж, видимо, повзрослевшая малышка хотела мести. Это будет любопытно…

Вайлет так пристально смотрела, что было ясно: пока Уильям хоть как-то не прокомментирует новость об участи Джона, она не оставит этот разговор.

– Неважно, не первое и не последнее убийство, – только и сказал вампир, не выдавая мыслей.

– Ну да… – рассеяно согласилась она, и тут же перевела тему: – Я собираюсь пойти на бал-маскарад, как ты уже, наверное, догадался. Повезло, что он в шесть вечера: небо точно потемнеет.

– Зачем? – машинально спросил Уильям, всё ещё обдумывая ситуацию с Дэйзи.

– Томсону уже двадцать шесть, и он довольно видный мужчина, – пожала плечами Вайлет. – А мы с ним так и не пообщались ближе. Думаю, пора познакомиться с тем, кто чуть не убил моего лучшего друга.

– Тогда и я пойду с тобой, – неожиданно для неё и себя, ответил Уильям. – Не волнуйся, не из-за него.

Глава 3. Два танца

Уильям смотрел на толпу людей, разодетых в разные костюмы, от ярких и вычурных до смешных и нелепых. Со всех сторон доносились голоса, смех, звон бокалов… А главное, этот запах крови. Конечно, Уильям не был голоден и хорошо владел собой, но здесь только это и вызывало интерес.

Толпа быстро надоедала вампиру. Притворяться своим в человеческом обществе было утомительно. Да и вообще, весь этот бальный фарс напоминал дешёвое представление в каком-нибудь унылом театре.

Зачем Уильям вообще пришёл? Не похоже, что Дэйзи собиралась появиться. А даже если придёт, вряд ли это что-то изменит.

Это был бессмысленный порыв. Уильям перевёл взгляд на Вайлет. Она наслаждалась обществом людей. Ведь даже не притворялась, её радостный смех то и дело звучал по залу, и он был искренним. Ей тут хорошо, но он не видел повода остаться. Уйдёт один.

Распрощавшись с чересчур кокетливыми девушками, видимо, принявшими его за богатого наследника; Уильям уже собрался уходить, когда вдруг заметил её. Дэйзи уверенно шла вперёд. Со стороны она выглядела гордо и надменно, но в душе почему-то очень волновалась. Уильям слышал, как часто и громко стучало её сердце.

Но самым необычным был её вид. Конечно, маскарадные костюмы выражали полную свободу воли, но её наряд был демонстративным вызовом. Распущенные волосы, неприлично открытые ноги, красный и чёрный цвета. Образ яркой и симпатичной ведьмочки, причём это не смотрелось пошло и вульгарно, а очень гармонично. Хотя общество, конечно, решит иначе.

Уильям усмехнулся. Похоже, вечер обещал стать более-менее интересным. Дэйзи снова удивила, и это разогревало любопытство.

Почувствовав на себе чей-то взгляд, она посмотрела в его сторону. Уильям намеренно не отвёл глаза. Некоторое время Дэйзи пристально и задумчиво разглядывала его. На всякий случай, он поприветствовал её кивком головы. Вряд ли бы Дэйзи смотрела бы так спокойно, узнай в нём того самого вампира. Она бесстрастно кивнула в ответ, а затем отвела взгляд. Не узнала.

Поняв это наверняка, Уильям передумал уходить. Стало интересно понаблюдать за её действиями. Для этого даже не придётся идти за ней – каждое её слово он услышит и отсюда. Надо лишь сфокусировать на ней внимание и игнорировать шум остальных. Уильям хорошо владел каждым своим навыком, так что это не составило труда.

Негромко вздохнув в явной попытке успокоиться, Дэйзи уверенно подошла не к кому-нибудь, а к Ричарду Томсону, с которым Уильяму уже приходилось видеться. Граф тоже заметил её приближение и сжал губы. Судя по его взгляду, наряд Дэйзи словно наносил какое-то незаслуженное и неприятное оскорбление Ричарду.

– Добрый вечер, милорд, – с улыбкой поприветствовала она.

Дэйзи специально так оделась и опоздала, чтобы привлечь внимание всех. Ведь родители были на другом приёме, а сюда приедут на пару часов позже. А потому она наконец могла решить свою судьбу. Сегодня Томсон собирался объявить о помолвке? Нет. Такому не быть.

Дэйзи знала, что для Ричарда важнее всего репутация. Он слишком гордый и требовательный к себе и другим, чтобы позволить выставить себя в невыгодном свете. А объявить своей невестой девушку, которая нарушала правила приличия, было бы для него мощнейшим ударом. О своей репутации Дэйзи не переживала. Это никогда не волновало её.

– Добрый вечер, мисс Райнер, – наконец, откликнулся граф. – Оригинальный выбор костюма. Подозреваю, что своей красотой вы хотели прежде всего впечатлить именно меня, ведь так?

Дэйзи с трудом сдержала смешок. Похоже, ей действительно удалось его задеть. Всё шло по плану, и, если она справится с этим до конца, свадьбы можно избежать.

– А мне это удалось? – с невинным видом спросила Дэйзи.

– Не совсем, – угрожающе понизив голос, ответил Томсон.

– Вы чем-то недовольны, милорд? – будто бы искренне удивилась и расстроилась она.

Дэйзи видела, что Ричард с трудом сдерживал свой гнев. Этот взгляд уничтожал. Но такая реакция ничуть не пугала, скорее наоборот.

Некоторое время Томсон смотрел словно сквозь, будто пытаясь успокоиться и боясь, что, если посмотрит на неё, даст волю эмоциям. Дэйзи терпеливо ждала ответа.

– Оставим эти намёки, мисс Райнер, – быстро оглянувшись по сторонам, вдруг сказал Ричард, жёстко взяв её под руку. – Мы оба знаем, чего вы добиваетесь, – уже тише добавил он. – Но, вынужден вас разочаровать, мы всё равно поженимся. Наш брак – лишь вопрос времени.

– Почему именно я? – спросила она, понимая, что бессмысленно притворяться. Возможно, оставался ещё мизерный шанс, что они могли договориться.

– Вы из знатного рода и уважаемой семьи, к тому же, вы мне нравитесь, – нетерпеливо, но с убеждённой твёрдостью объяснил Ричард. – А ваш характер можно изменить.

Дэйзи раздражённо вздохнула. Вот уже второй раз за день всё шло не так, как она хотела. И что теперь делать? Томсон добьётся своего. Сегодняшним поступком она лишь оттянула их брак, но не устранила его.

– Не пожалейте о своём выборе, милорд, – только и сказала Дэйзи.

Она резко развернулась и уже собиралась идти к выходу, когда снова увидела того незнакомца, с которым обменялась взглядами прежде чем подойти к Ричарду.

Непонятно почему, но в нём было что-то такое… Завораживающее и необычное, что выделяло его из толпы. Он не был похож на других. И в то же время Дэйзи будто знала его. Конечно, она часто вращалась в свете, но запоминала далеко не всех, с кем её знакомили. И к их числу он не относился, хоть и сложно узнать кого-то в маске. Нет, всё же он – не один из них… Скорее всего, с ним она когда-то где-то столкнулась, и выделила где-то в подсознании. Объяснив себе так, Дэйзи уже сделала шаг в сторону, как вдруг замерла.

В голову пришла очередная безумная и рискованная идея. И как обычно, Дэйзи бросилась действовать, а не раздумывать.

– Потанцуем? – подойдя к незнакомцу, выпалила она, не оставляя себе времени на сомнения.

Уильям даже слегка удивился. Во-первых, Дэйзи нарушила уже второе правило за вечер: пригласила его сама, да ещё и так. Во-вторых, вампир был уверен, что на этом она не остановится. Уже зная по услышанному разговору, чего добивалась Дэйзи, он предугадывал её действия. И этот её новый план был чересчур рискован и опасен. Похоже, она никогда не сдавалась. И ещё, судя по всему, её совсем не волновала собственная репутация, что уж очень необычно для девушки её происхождения и возраста.

Кивнув, Уильям взял её за руку.

Пока они шли в центр зала, Дэйзи не покидало неприятное ощущение, что все смотрели только на них. От этого чуть не накрыло паникой, но незнакомец чуть сжал её пальцы, словно успокаивая. Хотя, наверное, просто совпадение. Дэйзи попыталась взять себя в руки. Раз уж она начала игру, надо довести всё до конца. Результат того стоил.

Резко развернувшись к партнёру, Дэйзи вдруг особенно ощутила его близость. Вся атмосфера вокруг них стала волнительно пугающей. Непонятно почему было странно тревожно.

Руки незнакомца уверенно держали её, и, если бы не это, наверное, она с трудом устояла бы на ногах. Дэйзи почему-то боялась посмотреть в глаза партнёру, но точно знала, что он смотрел на неё. Его пристальный, внимательный, изучающий взгляд будто прожигал. И то, что при этом незнакомец не говорил ни слова, смущало ещё больше.

Дэйзи двигалась скорее машинально, не отдавая отчёт действиям. При этом, как ни странно, знала, что ещё никогда не танцевала лучше. Её легко влекла за собой музыка, а вели мягкие и в тоже время властные прикосновения таинственного партнёра. С каждым поворотом Дэйзи чувствовала странную пьянящую и головокружительную эйфорию, словно не танцевала, а летела куда-то.

Но постепенно этот полёт не столько восхищал, сколько пугал. Будто конечным пунктом была тёмная пропасть. Она удивлённо взглянула на незнакомца, снова подумав, что весь его облик выражал что-то опасное и притягательное одновременно. Наверное, Дэйзи просто нервничала, а иначе как объяснить всю эту непонятную гамму чувств, возникшую только из-за танца?

– Вы отлично танцуете, – сказала она больше для того, чтобы втянуть его в разговор. Потому что только сказанные вслух слова могли развеять эту необъяснимую атмосферу между ними.

Так и вышло. Теперь, когда Дэйзи заговорила, они словно приземлились обратно. Всё происходящее перестало казаться чем-то нереальным.

– А вы прекрасно выглядите, мисс Райнер, – хорошо чувствуя её волнение, чуть наклонившись, прошептал Уильям.

Говорить вслух не стоило: если маска его как-то спасала, по голосу Дэйзи могла узнать его. Хотя вряд ли ей, как и остальным здесь, вообще пришла бы в голову мысль, что вампиры могли находиться среди людей.

Услышав свою фамилию, Дэйзи почти успокоилась. Значит, он её знал, и её непонятный страх оказался необоснованным. Вряд ли незнакомец и вправду был опасен.

– Мы знакомы? – решилась уточнить она.

– Нас представляли друг другу, – солгал он.

– Я не помню вас… – растерянно призналась Дэйзи.

– Это немного задевает, – всём тем же шёпотом ответил он, не сводя с неё глаз.

– Просто я бываю рассеянной, – пояснила Дэйзи, почему-то решив смягчить ситуацию.

Уильям усмехнулся. Да уж, это точно, особенно если учесть, что Дэйзи даже не представляла, с кем танцевала сейчас. Да и вообще она весь вечер явно витала где-то далеко в мыслях. Соблазн раскрыться перед ней и в полной мере насладиться реакцией, был велик, но Уильям не мог. Эта тайна принадлежала всему клану.

Вампир заметил, что Дэйзи быстрым взглядом оглянулась на Томсона, проверяя его реакцию на происходящее. Увиденное ей явно понравилось. На миг её лицо украсила почти счастливая улыбка, которая, к сожалению, исчезла так же быстро, как и появилась.

– Танцуем два раза подряд, – вдруг вполголоса сообщила Дэйзи.

Предложение не особо удивило Уильяма. Он изначально предугадал этот шаг, и даже то, что она всё-таки решилась идти до конца, не стало сюрпризом. Но по людским законам Дэйзи совершала серьёзную ошибку, последствия которой могли быть разрушительными. Известное правило: два танца подряд могли быть только у помолвленных между собой людей. Это своеобразное объявление о любовной связи. А в их случае это будет признание в связи, нарушающей всякие приличия, выдуманные обществом. И, если мужчинам это в большинстве случаев сходило с рук, то девушек ждал неминуемый скандал.

Дэйзи явно знала, на что шла, и её это устраивало.

– Вы серьёзно? – сделав вид, что поражён, переспросил Уильям.

– Мне надо подпортить свою репутацию, – пояснила Дэйзи, тоже перейдя на шёпот. И почти умоляюще добавила: – Не спрашивайте, зачем.

– Что ж, буду рад помочь.

– Это очень любезно с вашей стороны, – с улыбкой сказала Дэйзи. Ситуация была слишком неординарной и странной, но ей это даже начинало нравиться. – Благодарю вас.

– Не стоит, я всегда рад участвовать в осквернении репутации хорошеньких девушек, – ухмыляясь, ответил он.

Дэйзи сделала вид, что не поняла намёка. Странно, но больше не было страшно, и даже лишние сомнения о правильности поступка перестали беспокоить. Танцуя, она теперь не чувствовала пугающего ощущения полёта. Более того, вдруг поймала себя на мысли, что действительно наслаждалась этим вечером.

А Уильям понял, что сейчас ничем не отличался от остальных людей, будто всегда жил среди них. И это казалось таким естественным, словно он стал на какое-то время человеком. И, пожалуй, это было не так уж и плохо, хотя на его стороне точно лучше. Уильям знал: вряд ли когда-нибудь захочет повторить волшебство этого вечера. Завтра всё будет иначе.

Глава 4. Маски сняты

События бала казались теперь сном. Не верилось, что она тогда решилась на такое. Но что было, того уже не вернуть, и Дэйзи не жалела. Ведь о её браке с Томсоном больше никто и не думал. Всё обернулось так, как она хотела. Правда, эффект превзошёл ожидания.

Когда родители пришли на бал, Дэйзи там уже не было. Она ушла домой, не выдержав внимания к себе. Со всех сторон только и слышалось её имя, а многочисленные осуждающие взгляды давили сильнее, чем Дэйзи могла представить. Учитывая, что Торнтон – небольшой городок, и других интересных сплетен для любителей поболтать не намечалось, она не сомневалась, что говорить о ней будут ещё очень долго. Причём, из-за того, что незнакомец, с которым танцевала Дэйзи, ушёл сразу после этого, о его личности никто так и не узнал. И связь ей приписывали чуть ли не с каждым мужчиной в городе. Большинство из них даже отдалённо не были на него похожи, но народ это не останавливало. В их глазах Дэйзи стала обретать всё больше распущенности, и некоторые заявляли, что она успела побывать и в их постели. Конечно, это было ложью. Но почти все люди, в том числе и бывшие когда-то друзьями семейства Райнер, охотно верили.

Какая картина предстала перед глазами её родителей в тот вечер, Дэйзи могла только догадываться. Она ещё никогда не видела их в такой ярости. Последствием их гнева стало, что уже второй день Дэйзи сидела запертая в комнате, лишённая не то что возможности нормально куда-то выйти, но и какого-либо общения. Хотя ей ещё повезло: многих на её месте уже с позором выгнали бы из дома. Она понимала это.

К тому же, в заточении были плюсы: у Дэйзи появилось время на размышления и обдумывание следующего шага. Она снова и снова прокручивала в голове уже вторую встречу с ненавистным вампиром в лесу, пытаясь выявить хоть какую-то пользу из этого.

Итак, Дэйзи узнала, что большая часть легенд о кровососах всё-таки правда. А значит, появилась хоть какая-то уверенность. Ещё, он назвал своё имя, и что-то подсказывало: оно было правдивым. Хотя бы потому, что такой самодовольный подонок посчитал бы собственным унижением пытаться скрыться за ложью от человека. К тому же, Уильям не знал о её намерениях, так что лгать у него не было и причин.

Вместе с именем он дал ей новый козырь. Ходили слухи о колдуне-отшельнике, живущем чуть дальше леса. Говорили, что он изучал вампиров и вёл записи чуть ли не о каждом из них. Зачем он это делал, оставалось тайной, ведь мало кто решался навестить его. Нелюдимый колдун жил один, а путь к нему проходил через лес. Это и отпугивало людей: любой, кто решался проехать по этой дороге, обратно не возвращался. Но больше всего интриговало другое: колдун до сих пор жил, хотя обитал совсем рядом с вампирами, которые вряд ли в восторге от его наблюдений и записей.

Борьба разума и страха с безрассудством и упрямством длилась недолго. Дэйзи гораздо больше любила действовать, чем раздумывать. Мысль узнать о своём враге как можно больше, чтобы потом использовать информацию против него, была слишком заманчива. К тому же, возник мизерный шанс приобрести могущественного союзника. А потому она запланировала ночной побег из дома через окно, когда никто её не заметит.

Сбежать ночью… Эта мысль вернула Дэйзи болезненные воспоминания, как десять лет назад они с братом сделали именно это, и всё из-за её идиотского любопытства. Яркие и мучительные картинки снова возникли перед глазами. Роковая и страшная ошибка, которая привела к трагедии.

Дэйзи с трудом отбросила ужасные воспоминания и сконцентрировалась на предстоящем. На этот раз у неё была намного более уважительные причины, и рисковала она только собственной жизнью. Да и потом, Дэйзи точно не пойдёт сразу в лес. Ночью она лишь сбежит и уведёт коня. А когда начнёт светлеть, отправится в путь, переждав время в каком-нибудь укромном месте.

На этот раз Дэйзи подготовилась лучше, помня, что защищённые роскошной тенью деревьев вампиры в лесу могли гулять в любое время суток. Она надела серебряные украшения, которые, хоть и мало сочетались с костюмом для верховой езды, могли служить отличным оружием против нечисти. Также Дэйзи взяла с собой два кола, один из них надёжно спрятала под одеждой. И всё равно было страшно столкнуться с кем-то из вампиров, а потому пришлось выехать именно на заре. Рассвет – время, в которое они, если верить легендам, обычно спали.

**************

Свист ветра в ушах и огромная скорость сбивали дыхание, но пути назад у Дэйзи не было. Лес оказался гораздо больше, чем она представляла. А значит, времени было мало. Идея вернуться назад мелькала в мыслях довольно часто, но Дэйзи ещё резвее посылала лошадь вперёд, отрезая себе пути к отступлению.

Приходилось ехать слишком быстро, и из-за этого становилось сложнее держаться в седле. Бешеная скачка заставляла задыхаться.

А потому, когда, резко остановившись, лошадь вдруг затанцевала на месте; всадница так сильно пошатнулась, что ей понадобились все силы, которые только были, чтобы удержаться на месте. Выпрямившись, Дэйзи пыталась успокоить животное, которое отчего-то нервничало. Но всегда послушная лошадь проявляла странное и пугающее упрямство. Стало нереально заставить её идти дальше. Вместо этого она оставалась на месте, и, навострив уши, то и дело шарахалась от каждого, даже малейшего шороха.

От этого вдруг стало тревожно. Ведь животное всегда чувствовало, когда рядом опасность. Растерянно оглянувшись по сторонам, Дэйзи пыталась успокоиться, хотя страх неумолимо накрывал. Кто-то нарочно пугал её: в этом не было сомнений.

Она ещё несколько раз предприняла отчаянные попытки послать лошадь вперёд. В подступающей панике вполголоса то умоляла, то ругала упрямое животное, но всё было бесполезно. Опустив руки, Дэйзи всхлипнула от отчаяния. Видимо, придётся продолжить путь пешком: не оставаться же здесь, ожидая свою участь.

Мысли вдруг прервало новое, пробирающее холодным ужасом ощущение чьего-то присутствия. Она точно знала, что кто-то следил за ней сейчас.

– Кто здесь? – дрогнувшим и охрипшим от волнения голосом спросила Дэйзи, когда чья-то тень быстро мелькнула, и раздался треск ломающихся кустов.

Её вопрос в зловещей тишине леса звучал так отчётливо, что пугал ещё больше.

В ответ продолжалось безжизненное молчание, обычное для этого мрачного места. Дэйзи начала осторожно спешиваться. Но, успев лишь высвободить одну ногу из стремени, внезапно почувствовала на себе чьи-то руки, с силой вырывающие из седла. Лошадь, испуганно заржав, тут же понеслась куда-то вперёд. А Дэйзи от страха и шока даже не сразу смогла понять, что попалась, что её вот так быстро и легко поймали. Всё казалось жутким сном.

– Не все вампиры спят на рассвете, – услышала она знакомый голос совсем близко.

И только тогда осознала всю реальность ситуации. Сейчас Дэйзи против воли прижималась спиной к груди ненавистного кровососа, а он, похоже, не собирался отпускать её. Она с трудом могла дышать, так сильно стискивали холодные руки убийцы брата. Он наклонил голову так, что его губы были в каких-то сантиметрах от её шеи, и всё это заставляло серьёзно нервничать.

– Отпустите… – еле слышно проговорила Дэйзи. Ей оставалось только каким-то чудом уговорить безжалостного вампира. – Пожалуйста.

– С чего это? – ухмыльнулся он, и, будто нарочно пугая, коснулся губами пульсирующей венки на шее. Дэйзи вздрогнула, почувствовав, как клыки слегка царапнули её кожу. – Кажется, я предупреждал, что наша следующая встреча пройдёт иначе.

Уильям давно почувствовал её визит, и намеренно не сразу дал о себе знать. Ему нравилось по-своему испытывать эту мстительницу, проверяя, как далеко она зайдёт, на что способна. Только смотреть за ней издали – одно, но стоять вот так рядом и чувствовать, как её кровь текла по жилам, ощущать приятный запах – другое.

Сознание приглушали инстинкты. Голод давал о себе знать, но убивать Дэйзи не входило в его планы. А потому Уильяму приходилось проявлять немалую выдержку. Он это умел, но не любил.

Дэйзи с трудом заставила себя сконцентрироваться и придумать, как выкрутиться из ситуации. Страх и паника не оставляли ни на секунду, а размышлять в таких условиях было непросто.

– Я не пришла бы сюда, если бы не… – наконец, слабо начала она. Слегка прокашляв, уже более уверенно добавила первое, что пришло в голову: – Мой браслет.

И тут же поморщилась. Ужасный выбор слова. Глупо рассчитывать, что вампир поверит, будто Дэйзи вернулась в такое опасное место всего лишь из-за украшения. Но увы, теперь придётся цепляться за эту ложь.

– Браслет?

– Да, я потеряла браслет где-то тут, – уже почти расправившись со страхом, более-менее спокойно объяснила она. В голову вдруг пришло осознание, что, если бы вампир хотел убить, уже сделал бы это, а не поддерживал странный разговор. – В прошлый раз, и теперь хочу его найти и всё! – для убедительности воскликнула Дэйзи, но тут же запнулась, понимая, что переиграла, излишне нервничая. – Отпустите, – уже тише закончила она.

Его хватка чуть ослабла, но Дэйзи не рискнула вырваться. Не хватало этим только разозлить убийцу.

– Видимо, этот браслет тебе очень дорог, раз ты так рискуешь из-за него, – ухмыляясь, сказал Уильям.

Конечно, он не поверил ей, это было понятно. Но Дэйзи со странным упрямством до конца отыгрывала роль, пусть даже в этой ситуации она выглядела скорее комично.

– Да, он очень… – Дэйзи лихорадочно придумывала причину щепетильности к несуществующему браслету, но, увы, разум в такой ситуации выдавал совсем не то. – Он очень красивый, – ляпнула она, отчаянно желая провалиться сквозь землю. Похоже, только это сейчас её спасло бы.

Уильяму надоело продолжать этот спектакль. Дэйзи была слишком близко, и это угрожало её жизни. К тому же, он ясно чувствовал, что под одеждой у неё спрятано как минимум два кола, а на шее и пальцах виднелись серебряные украшения. Вряд ли Дэйзи смогла бы воспользоваться этим, но, мысль, что он так и не узнал, какой была настоящая цель её визита, вызывала недовольство. Пора раскрыть карты. Маскарад закончился.

– Настолько красивый, что ради него стоит умереть точно такой же смертью, какой погиб твой брат? – намеренно холодно спросил вампир, неожиданно выпуская её из рук.

Дэйзи пошатнулась, с трудом устояв на ногах. Не столько из-за того, что он так внезапно отпустил её, сколько из-за его слов. Она несмело зашагала назад, при этом не отрывая взгляда от вампира, боясь повернуться к нему спиной. Его слова были мощным ударом. Он не мог узнать её. Это всё меняло.

– Что… – в горле пересохло, и Дэйзи с трудом узнавала свой голос. – Что вы сказали?

Несмотря ни на что, оставалась крохотная надежда, что, возможно, ей послышалось. Или Дэйзи не так поняла. Хотя она скорее внушала себе это, в глубине души зная правду и готовясь к худшему.

– Хватит притворяться, – подтвердил её опасения вампир. – Ты ведь узнала меня, я не изменился за десять лет. В отличие от тебя, – при этих словах он окинул её фигуру оценивающим взглядом.

Дэйзи передёрнуло от такой бесцеремонной наглости. Хотя, конечно, не стоило ждать чего-то другого от такого, как он.

Вместе с раздражением, которое вдруг встало на передний план, в ней родилась твёрдая уверенность. Дэйзи настолько ненавидела его сейчас, что это придало сил. Теперь, когда он так открыто и без сожалений говорил о самой ужасной ночи в её жизни, она просто не могла дальше изображать из себя любезную дурочку.

– Да, я вас узнала, – враждебно сообщила Дэйзи, подняв на него взгляд. – И да, я хочу вас убить. И убью. Но не сейчас.

Где-то в подсознании мелькнула мысль, что слишком рискованно говорить такое вампиру. Но ненависть настолько переполняла, что было необходимо хоть немного выплеснуть эти эмоции.

На какой-то момент показалось, что во взгляде Уильяма мелькнуло удивление, но оно тут же сменилось задумчивой пустотой. Он будто сосредоточился на чём-то другом, не на ней.

– Беги отсюда, – вдруг сказал вампир.

Дэйзи непонимающе нахмурилась. Меньше всего она ожидала именно такой реакции.

– Сейчас же, – жёстко приказал он, и тон вернул её в реальность.

Дэйзи вдруг почувствовала, что надо сделать, как он сказал.

Уильям прикинул, что, скорее всего, Генри, проснувшийся только что, достаточно далеко и ещё не почувствовал человека. Ведь вампир был новеньким, и ещё не совсем управлял инстинктами. Так что, если она вернётся обратно, останется жива.

Но подобный расклад, видимо, не устраивал Дэйзи, потому что эта сумасшедшая вдруг побежала не обратно домой, а в самую чащу, навстречу пробудившемуся вампиру.

Глава 5. Нельзя сдаваться

Дэйзи бежала быстро, не оглядываясь. Она специально кинулась вперёд, не оставляя надежды добраться до цели – лачуги колдуна. Дэйзи слишком многое преодолела: потеряла лошадь, испугалась до мурашек, убила здесь время и прошла уже половину леса – не чтобы поворачивать назад. Вампир сказал бежать, и, судя по его тону, ей грозила опасность. Тогда какая разница, куда бежать?

Главное, поскорее выбраться из леса. Возможно, Уильям просто хотел напугать её. Эти монстры наверняка могли развлекаться, заставляя своих жертв убегать, а потом догоняя и лишая надежды на спасение.

Рвано дыша, Дэйзи не поддавалась слабости остановиться. Хорошо хоть на ней был удобный костюм. Вряд ли она смогла бы преодолеть хоть половину этого расстояния в одном из пышных платьев с корсажами и корсетами, которыми переполнен её гардероб. Дэйзи быстро оглянулась назад, проверяя, как далеко Уильям. Увиденное заставило похолодеть от ужаса: вампира нигде не было.

– Стой, – тут же услышала она его голос впереди. Машинально замерла, посмотрела в сторону вампира. И поняла, что он обращался не к ней.

Теперь кровососов было двое. И оба стояли всего лишь на расстоянии вытянутой руки от неё. И не было сомнений, что незнакомец тоже принадлежал к числу этих монстров. Бледная кожа, аристократичная внешность и пронзительные глаза, которые впились странным пугающим взглядом прямо в Дэйзи.

– Я первым её заметил, Генри, – сказал Уильям, обращаясь ко второму вампиру.

Хм, видимо, убийца решил защитить её от смерти. Странно. Но сейчас она не могла размышлять о причинах и уж тем более, пренебрегать его помощью. Слишком хотелось жить.

Да и даже при желании Дэйзи не смогла бы ничего предпринять. Она стояла в глубине таинственного и тёмного леса, окружённая не менее опасными и мрачными кровососами, и её сердце билось с такой скоростью, что, казалось, могло разорвать лёгкие в любой момент. Дэйзи заставляла себя не думать, в какую ситуацию попала, потому что понимала наверняка: осознание происходящего сведёт её с ума.

Как ни настраивала себя на месть, как ни готовилась к неизбежным препятствиям, она всё равно всегда оставалась смертной восемнадцатилетней девушкой, которая боялась. Сильно, дико, обречённо. С этим ничего нельзя было поделать.

– Но она бежала прямо ко мне, и, видимо, от тебя, – решил поспорить Генри, снова ненадолго переводя взгляд на Дэйзи. – Так что этот лакомый кусочек – моя добыча, – добавил он с довольными и предвкушающими что-то плохое для неё нотками в голосе.

– Пока не стоит её убивать, – всё так же ровно отрезал Уильям. – Она ещё нужна.

Тихо стоя в стороне и слушая их, Дэйзи насторожилась на этих словах. Что имел в виду враг? Ужасно раздражал такой расклад, но она понимала: попытка спастись бегством или атаковать монстров припасённым колом и серебром потерпит провал. Вампиров двое, а Дэйзи одна. Они быстрее, сильнее, хитрее, безжалостнее. Убить кровососа можно только застав его врасплох. Сейчас это нереально.

– Почему? – недоверчиво сжал губы Генри.

Похоже, мнение Уильяма всё-таки что-то значило для него, иначе этого разговора бы не было. Но и сдаваться сразу Генри явно не хотел.

Дэйзи не оставалось другого, кроме как тихо стоять в стороне и ждать итог диалога. Если её всё-таки решат убить, она будет драться до последнего.

Дэйзи сосредоточенно смотрела на первый попавшийся кустарник. Не хотелось даже видеть кровососов. Достаточно слышать, чтобы страх сковал всё тело, но она не позволяла этому чувству взять верх.

Уильям перевёл взгляд на Дэйзи, размышляя над ответом. Вид чуть ли не дрожащей от испуга девушки заставил его нахмуриться. Страх – то, с чем вампир постоянно сталкивался, и это надоело. Конечно, он знал, что люди не могли не бояться его, но сейчас хотел бы видеть другую Дэйзи. Ту, что так яростно обещала убить его несколько минут назад. Как бы это ни было глупо, но с такой ней действительно интересно.

Вспомнив, как тогда добился её открытой ненависти, он сразу подобрал ответ для Генри.

– У неё кое-какие счёты со мной, – иронично сообщил Уильям, как бы невзначай наблюдая за её реакцией. – Десять лет назад я убил её брата в этом лесу, и теперь она жаждет мести. – Вампир заметил, как Дэйзи едва ощутимо вздрогнула и бросила быстрый затуманенный взгляд на него. – Я решил, это будет забавно, – добавил Уильям, уже глядя прямо на неё.

И улыбнулся, увидев, что эффект достигнут. Осознание всех его слов заставило её побороть страх. Больше не пряча взгляда, Дэйзи смотрела на него, и её глаза горели ненавистью, злобой и обидой.

– Да что она может? – с сомнением спросил Генри, оглядывая хрупкую с виду девушку.

– Ну, она уже удивила меня, придя сюда в третий раз, – говоря больше для Дэйзи, ответил ему Уильям. – Так что пусть поживёт, пока не наскучит.

Не надо было даже смотреть на неё, чтобы точно знать: сейчас она была на пределе. Эмоции просто раздирали Дэйзи, и он хорошо чувствовал её состояние. Его унижающие слова более чем достигли цели. На какой-то момент даже показалось, что он перегнул, но эта мысль тут же исчезла. Уильям просто проверял её. В конце концов, Дэйзи сама решила свою судьбу, когда вздумала бросить ему вызов.

Другая, нежеланная и даже болезненная мысль возникла в подсознании: а ведь смерть Джона – то, о чём Уильям по-настоящему жалел, чего не хотел. Он убил одного ребёнка, и тем лишил нормального детства второго. Это было именно то, чего вампир всегда избегал.

Он быстро отбросил ненужные терзания вдруг проснувшейся совести. Случившегося не вернуть. А сейчас Дэйзи уже не была ребёнком. Люди смертны, они склонны уничтожать сами себя, и жалеть об их бессмысленных жизнях ни к чему.

– Вот как… – перебил его мысли Генри, растерянно глядя то на него, то на неё. – Интересно.

Уильяма уже мало волновали его слова. Главное, Генри всё равно уступит. Во-первых, он был ещё не так уж голоден, во-вторых, заинтригован. Да и помнил себя человеком, а потому мог уступить банальному любопытству. Ну и, в-третьих, Генри не дурак и знал, что Уильям старше, сильнее, и спорить с ним ни к чему.

– Мне надо идти, – вдруг сообщила Дэйзи, с трудом скрывая раздражение в голосе.

– Куда это? – спросил Генри.

Она поморщилась: не хватало расспросов этих бесчувственных монстров. Ненависть к ним так раздирала, что не хотелось оставаться здесь ни секунды.

– Вперёд, – коротко ответила Дэйзи, пытаясь обойти Генри.

– К колдуну? – вдруг прямо спросил Уильям.

Лучше бы он молчал. До этого момента она ещё пыталась успокоиться и отвлечься от его присутствия, но его голос испортил все попытки, разбив их вдребезги.

Смерив его уничтожающим взглядом, Дэйзи сказала как можно более властно и уверенно:

– Да, и поскольку вы не хотите видеть меня мёртвой, надеюсь, вы обеспечите мне безопасный путь.

Она проговорила это требовательно и презрительно, словно с трудом была вынуждена предоставить такую честь недостойному слуге. Одним тоном унижая, процедила это, как приказ, хотя слова могли быть нормальными, произнеси их иначе.

Это явно озадачило обоих вампиров, не привыкших, чтобы с ними так разговаривали. Генри непонимающе перевёл взгляд на друга, не веря, что она действительно обращалась к нему.

– Не забывайся, Дэйзи, – назвал её по имени Уильям. – Твоя смелость граничит с безрассудством, и мне это может надоесть в любой момент.

Она промолчала, понимая, что не стоило испытывать его терпение. Жизнь дороже минутного удовлетворения. Скрепя сердце, Дэйзи лишь кивнула в ответ, но сделала всё, чтобы это молчаливое согласие не выглядело, как поражение.

Видимо, это их устроило. Они расступились, освобождая путь. Дэйзи тут же стремительными шагами ушла.

– Ну и дела, – последним, что она услышала, был голос Генри. – Кажется, девчонка совсем не хочет жить.

Она не знала, что ответил враг, но это не имело значения. Всё, что теперь беспокоило: понимание, что с этого дня началось настоящее соперничество между ней и Уильямом. Причём открытое. И поражение будет стоить ей жизни.

Теперь Дэйзи точно знала: ей не свернуть с этого пути. Нельзя сдаваться. Она должна убить его.

Глава 6. Обманутые ожидания

Была уже середина дня, когда Дэйзи вышла на опустевшую поляну, в центре которой стоял небольшой домик с одним окном без занавесок.

Вообще, она представляла гораздо более мрачное место, где мог бы жить колдун. Но перед ней предстал вполне светлый пейзаж, а вокруг жилища даже росли бледно-лиловые цветы. Причём сорняков не было, а трава оказалась кое-где вспахана. Кто бы здесь ни жил, он, при всём затворничестве, всё же ухаживал за местностью, и даже выращивал здесь что-то вроде огорода и сада с небольшими деревцами. Возле одного из них Дэйзи заметила свою лошадь, которая спокойно жевала сено из стойла, будто специально приготовленного для неё.

Что ж, по крайней мере, не придётся объяснять родителям, куда пропало одно из лучших животных в конюшне.

Хотя всё происходящее было подозрительным и странным.

Дэйзи решительно пошла к домику. Раз она уже здесь, больше нечего бояться. Вряд ли тот, кто жил так просто и по-домашнему уютно, был опаснее, чем два вампира, от которых с трудом удалось отделаться.

Как ни странно, дверь поддалась легко. Она вообще не была заперта. Войдя внутрь, Дэйзи увидела вполне обычное, пусть и скромное, убранство; среди которого выделялись только книжные полки с целой кипой листов. Никаких зловещих амулетов, чёрных котов или странной символики нигде не было. Сам хозяин дома оказался обычным мужчиной примерно сорока лет, и сейчас был полностью поглощён разведением огня в камине.

– Простите, – решилась заговорить Дэйзи. – Вы… колдун?

Он по-прежнему стоял к ней спиной и даже не пошевелился.

Она подумала бы, что хозяин дома не услышал и не заметил её присутствия, если бы не быстрый взгляд, брошенный в её сторону.

Не дождавшись ответа, Дэйзи прошла вперёд. Остановилась возле небольшого стола, заваленного всякими книгами и записями. Она села на стул рядом, не собираясь уходить, пока колдун хоть как-то не отреагирует. После того, как Дэйзи рисковала жизнью ради встречи с ним, правила приличия отступали на задний план.

Мужчина ещё некоторое время возился с огнём, пока она осматривала дом. Не найдя ничего интересного в этой простенькой маленькой и даже тесной каморке, Дэйзи перевела взгляд на колдуна. В отблесках пламени его лицо отражалось особенно ярко, чуть освещаясь несильным оранжевым светом. По сжатым губам, нахмуренным бровям и небольшой складке между ними, было понятно, что он либо чем-то недоволен сейчас, либо вообще не обладал дружелюбным нравом.

Это немного сбивало с толку. Дэйзи задумалась, как лучше начать разговор. Идя сюда, она строила большие планы, включая и объединение с ним. Очень не хотелось разочаровываться. Должна быть хоть какая-то надежда, что победа будет за ней. Могущественный союзник на её стороне был почти необходим. Конечно, Дэйзи была готова на всё, чтобы убить вампира, но в глубине души понимала, что желания недостаточно: силы не равны.

В раздумьях она смотрела невидящим взглядом перед собой, пока не почувствовала на себе чужой. Колдун разглядывал её исподлобья, с изучающим, но в то же время равнодушным выражением лица.

– Это ваша лошадь у меня во дворе? – вдруг нарушил молчание он.

– Да, – непривычно громким от волнения и длительного молчания голосом, ответила Дэйзи. Откашлявшись, более спокойно добавила: – Я прошла через лес, я искала вас.

Колдун не отреагировал вслух, но подошёл ближе и сел на другой стул, напротив неё. Что ж, он хотя бы настроился выслушать.

– У меня… – она осеклась, когда, глядя в его лицо, не заметила никаких признаков смягчения. Но всё же продолжила, – у меня к вам одна просьба.

– Это касается вампиров? – спросил он с неприкрытой насмешливой ноткой.

Списав это на неверие в её силы и серьёзность намерений, Дэйзи призвала себя к терпению. Возможно, это просто намеренная провокация.

– В общем-то, да, – твёрдо ответила, осмелившись посмотреть ему в глаза. – Я знаю, вы занимаетесь их изучением, и подумала, что у нас общая цель.

– Правда? – улыбнувшись как-то злобно, уточнил он. – И какая же, мисс Райнер?

Официальное обращение разом притупило обиду на снисходительность, с которой он словно смеялся над ней. Стоило только колдуну назвать её по фамилии, Дэйзи поняла, насколько всё серьёзно и важно. Она не представлялась ему ни сейчас, ни, уж тем более, раньше. Слышать о ней он не мог – живя в этой мелкой лачуге, отрезал себе всякую связь с внешним миром. Да даже если бы и имел какие-то контакты, вряд ли бы был наслышан о ней. Дэйзи была не такой уж видной в Торнтоне, и по-настоящему яркой фигурой для общества стала только недавно, после скандала на балу и разорванной помолвки с графом.

В общем, всё указывало, что колдун знал, кто она, только благодаря своим способностям.

До этого момента Дэйзи почти не встречала такие необъяснимые явления. Конечно, она верила в мистику и большинство легенд, но лишь потому, что столкнулась с вампиром в детстве.

Но, если кровососы и их возможности вызывали только ужас и презрение, то другая сверхъестественная сущность в обычном на вид человеке вселяла восхищение и надежду.

– Я хочу убить одного из них, – наконец, прямо сказала Дэйзи, не видя причин тянуть с ответом или уходить от него.

Колдун не удивился. Он будто заранее знал, что она скажет.

Но его взгляд стал ещё более надменным, недоверчивым и даже, похоже, враждебным. Некоторое время колдун молчал. Затем вдруг поднялся, сделал пару шагов, словно размышляя, стоит ли говорить ей что-то. Дэйзи молчала, потому что не хотела лишний раз испытывать терпение явно не симпатизирующего ей человека, от которого зависело многое.

– Я занимаюсь этими записями, потому что хочу, чтобы каждый из них вошёл в историю, – вдруг выдал колдун, чуть наклонившись и опираясь на стол так, чтобы их лица оказались напротив друг друга. Удивляло новое, странное выражение его глаз: он смотрел перед собой, словно не замечая её, слишком увлечённый мыслями, причём с таким блеском во взгляде, который мог быть только у помешанного. А его следующие слова ужаснули ещё больше, подтвердив худшие опасения: – Я восхищаюсь ими. Это новая раса, это нечто чудесное. Истинное совершенство. Я хочу знать как можно больше, чтобы хоть чуть-чуть прикоснуться к их миру.

Окончательно добивала мечтательная улыбка на его лице, мелькнувшая после последней фразы. Он действительно говорил искренне.

– Совершенство? – не выдержала Дэйзи. Она отказывалась верить, что все надежды испарялись на глазах, что реальность снова оказалась безжалостной. – Они убивают людей! Для них нет ничего святого, и вы… – не было похоже, что он хоть чуть-чуть внимал её словам, а потому Дэйзи уже не смогла сдержать возмущений обиды. – Да вы просто…

– Если вы хотите чему-то учить меня, мисс Райнер, придётся вас разочаровать: в этом случае вы проделали такой путь зря, – обжигающе ледяным тоном перебил он.

Она молчала, тяжело дыша от чувств и эмоций. Дэйзи рисковала жизнью и более-менее хорошими отношениями с семьёй, сбежав из дома, преодолев опасный путь и столкнувшись лицом к лицу с тем, кто являлся в худших кошмарах. Она рассчитывала, что всё это хоть как-то окупится. Надеялась и верила, что колдун поможет и станет союзником. Но вместо этого он опустил своими взглядами и словами так низко, что собраться с силами и подняться будет очень сложно.

Дэйзи вдруг вспомнила, как легко вампиры отпустили её, даже узнав, куда она шла. Видимо, они догадывались, какой приём её ждал. Скорее всего, это был очередной способ показать ей, что она ничто против них. Возможно, им сейчас очень весело из-за того, что её ожидания разбились в крах. Вернее, ему – в первую очередь, ему, тому, чьей смерти она хотела больше всего на свете.

Возможно, Дэйзи и смогла бы хоть что-то ответить, снова пытаться переубедить колдуна, если бы не слова о поклонении перед вампирами. Одна мысль, что кровососы могли кого-то восхищать, да ещё и того, кто был, по слухам, в разы могущественнее их, убивала несправедливостью. Больно слышать хвалебные речи в адрес подонка, который убивал без малейших сожалений. Тем более, её брата.

Некоторое время повисла пауза. Похоже, она нужна была обоим, чтобы успокоиться. Слишком уж они были уверенными в своей правоте, не принимали и осуждали позицию собеседника.

Глядя на него, Дэйзи пыталась понять, как он мог дойти до такого. По слухам – и она в них верила – это был один из самых могущественных колдунов в мире. Но сейчас перед ней стоял простой отшельник и писака, отказавшийся от всего, и ради чего?..

Взгляд Дэйзи случайно наткнулся на две крошечные ранки на его шее – следы клыков. И что-то подсказывало: это не было нападением вампиров, наоборот, он добровольно давал им свою кровь. Мысль об этом заставила холодеть от ужаса.

– Один из них убил моего брата, когда мне было восемь, у меня на глазах, – чувствуя острую потребность нарушить ставшее тяжёлым молчание, спокойно сказала Дэйзи. – Джону тогда было двенадцать. Разве совершенство могло так поступить?

Не ожидая от него ответа, она покачала головой, беззвучно прося не спорить с ней. Это было бы бессмысленно. Видимо, им никогда не понять друг друга.

– Да, я осуждаю вашу позицию, и не могу это скрывать. Но сейчас мне нужна ваша помощь, – уже более мягко добавила Дэйзи, видя, что он не перебивал её. – Я собираюсь мстить, с вашей помощью или без, но без неё мне будет гораздо сложнее. Вы сразу узнали меня, не спросив обо мне ни слова. Вы очень могущественны.

– Я ничем не могу вам помочь, – равнодушно откликнулся колдун.

Скорее не хотел, чем не мог. Но Дэйзи не сказала этого. Она призвала на помощь все свои терпение и вежливость, чтобы добиться хоть какого-нибудь результата от этой странной встречи.

– Но вы могли бы хотя бы дать мне ознакомиться со своими записями, – Дэйзи окинула взглядом многочисленные кипы листов. – Мне нужен вампир по имени Уильям, он убивает в этом лесу, и, видимо, живёт тоже где-то здесь. Это всё, что я знаю о нём, кроме внешности.

Реакция колдуна на эту безобидную просьбу оказалась неожиданной.

– Почему вы так упрямы? – серьёзно спросил он. – Разве вы не понимаете, что всё это бессмысленно?

Дэйзи промолчала. У неё не было ни сил, ни желания доказывать этому человеку, насколько всё важно.

– Ваша месть не свершится, – вдруг сказал он.

Его тон пугал. Колдун будто точно знал, о чём говорил.

Кровь хлынула к её лицу. Дэйзи никогда не верила, что всё заранее предопределено, и не придавала значения предсказаниям будущего. Как можно говорить о том, что настолько изменчиво? Но сейчас слова, тон и выражение взгляда колдуна разом выбили почву из-под ног.

– Я умру? – тихо спросила она, ведь это была единственная возможность, при которой месть не состоится.

– Рано или поздно, все умирают, – усмехнувшись страху в её глазах, ответил колдун. Но всё же уточнил: – Нет, вы умрёте не из-за этой истории. Вы откажетесь от мести.

Некоторое время Дэйзи сидела в оцепенении, осмысливая его слова, как вдруг рассмеялась. Нервным и отчаянным смехом. Его ответ наконец отрезвил её: колдун просто был фанатиком. Жалким, помешанным, ничего не понимающим. Кому как не ей знать, что она не отступит до самой смерти? Пусть даже своей, но в лучшем случае, вампира.

Дэйзи не сомневалась в себе и своих решениях, а потому слова колдуна воспринимала уже в другом свете. Просто его сумасшедший и грозный вид выбил её из колеи, вот она и поверила ему поначалу. Он знал её имя? Ерунда. Возможно, услышал от своих любимых вампиров. Это не повод каждое слово безумца воспринимать всерьёз. Возможно, он наслаждался, пугая её нелепыми и жестокими фразами. Но она не будет верить в его бред.

– Ну знаете, это уже слишком, – отсмеявшись, сказала Дэйзи, не скрывая презрения. – Я не отступлю. Мне виднее.

– Хорошо, – на удивление равнодушно, ничуть не оскорбившись, ответил колдун. Он прошёл вдоль книжных полок, остановившись у одной. Чуть покопавшись в ворохе записей, вынул среднюю папку, и, подойдя к Дэйзи, указал ей: – Возьмите. Это всё, что я могу вам предложить. Но это ничего не изменит.

Его ровный тон, любезно отданные ей записи и смягчившийся взгляд после их скорее враждебного диалога немного удивляли. Но Дэйзи всё же протянула руку, чтобы забрать папку. Что бы там ни было, это лучше, чем ничего.

Но её протянутая рука одиноко повисла в воздухе. Покачав головой, колдун сказал:

– Сначала дайте мне свой кулон, – кивком указав на серебряное украшение с острым шипом на конце, он пояснил: – Как залог. Мне нужны все мои записи, и вы вернёте эти, после того, как они перестанут нужны вам.

– А с чего вы взяли, что я не обману? – решилась уточнить Дэйзи. Видимо, для него важны все его бумаги, но он действительно собирался отдать эту папку ей, непонятно, почему. Вряд ли настолько доверял. – У меня полно этих безделушек, – небрежно добавила она, чтобы проверить его реакцию.

– Нет, вы вернётесь за ним, – с твёрдой убеждённостью ответил колдун. – Вернётесь, потому что однажды он спасёт вам жизнь. И вы знаете, что это правда, пусть и не приняли ещё.

Дэйзи поморщилась: опять эти заверения о предрешённости судьбы. Похоже, он настолько сошёл с ума, что верил в них. Она же не собиралась даже обдумывать.

– Я вернусь только потому, что не привыкла красть чужое, – снимая с шеи кулон и отдавая колдуну, сообщила Дэйзи. – Записи ваши, и я их верну. Но я не верю в ваши предсказания, – не удержавшись от усмешки, добавила она, забирая папку. – Я вообще не верю в судьбу. До свидания.

С этими словами Дэйзи быстро и решительно двинулась к выходу, не желая больше оставаться здесь ни минуты.

– До свидания, – отрешённо бросил ей вслед колдун. – И поторопитесь, пока день.

Глава 7. Мрак

Дэйзи спустилась вниз, закрыла за собой дверь, но тут же остановилась. Не хотелось идти дальше, пока не созреет хоть какой-то план спасения.

Сегодня ей повезло не застать вампиров на обратном пути от колдуна. Но другая неприятность ждала уже здесь, в доме. Родители обнаружили побег и успели поднять на ноги чуть ли не весь город, её долго разыскивали. Конечно, когда она вернулась, все были уже на грани. Теперь домашний арест ожесточился. На окна ещё к её возвращению с помощью соседской прислуги поставили стальные неподдающиеся решётки, а дверь в комнату заперли на ключ. Дэйзи больше не могла никуда выйти, и об этом стало известно почти всему городу.

У неё не оставалось выбора. Родители поставили ей непоколебимый ультиматум и дали понять, что без его выполнения не на что рассчитывать. Ей нужно помириться с графом Томсоном, причём так, чтобы он хотя бы сделал её своей любовницей. Они решили, что так конфликт и позор, с каким сейчас встречали семейство Райнер, будет хоть немного улажен. Дэйзи тут же согласилась, не подумав. Но в тот момент сложно было сделать что-то другое, слишком уж в гневе были родители. Они выехали чуть раньше, чтобы подготовить графа к её приезду и попросить выслушать её. А она всё ещё оставалась тут, готовилась к предстоящему и просто не знала, что делать.

Дэйзи загнала себя в почти безвыходную ситуацию. Если она не помирится с графом, родители оставят её под домашним арестом, и можно забыть о мести вампиру. Значит, надо выполнить волю семьи, но как?

Ричард явно разозлён на неё и вряд ли захочет слушать. Убедить его притворяться невозможно даже без этого. Дэйзи знала характер графа. Она была уверена, что он скорее прогонит её с позором, а потом расскажет всем о её унизительных просьбах; чем пойдёт навстречу при любых обстоятельствах. Конечно, Дэйзи убеждала себя, что ей не было дела до общественного мнения, но слышать доносившиеся до неё сплетни, ловить на себе осуждающие и презрительные взгляды всё равно было неприятно. Оставался и другой вариант: на самом деле попытаться помириться, предложив себя на роль его любовницы. Но связь с ним – совсем не то, что она когда-либо хотела. Мысль об этом вызывала скорее отвращение, да и сейчас это было бы лишним. Но даже если предположить, что Дэйзи могла пойти на такое ради свободы, это не решит проблему, а только создаст новую. Графу станет известно, что слухи о её распущенности сильно преувеличены, и тогда он, принципиальный и честный, станет настаивать на женитьбе ещё настойчивее, чем прежде. А выходить за него замуж Дэйзи по-прежнему не хотела.

Конечно, ночь не самое лучшее время для визита к Ричарду, но сегодня у него был какой-то важный приём. Закончится он только под утро, а потому у неё ещё оставалось время, чтобы подготовиться.

Она так ничего и не придумала. Всё ещё стояла на месте. Зайти обратно в дом означало сдаться. Ведь там её ждала Дженнифер, играющая в их семье роль и горничной, и экономки, и даже камердинерши, потому что они больше не держали никого из прислуги. С тех пор как Джон умер, дом значительно опустел, – так было легче каждому из семьи Райнер. С оставшейся в качестве единственной помощницы женщиной у них были прекрасные отношения. Дженнифер знала обо всём происходящем. Конечно, она не отпустит Дэйзи обратно, если та вернётся.

Дороги назад не было. Но и идти вперёд не хотелось.

Дэйзи уныло смотрела на бледный полумесяц, выделявшийся из черноты неба. Она поёжилась, ощутив озноб холода, охвативший всё тело. Ей никогда не нравилась ночь. Мрачное время суток порождало темноту, в которой, как выяснилось, обитало зло. Ночь вселяла ощущение безнадёжности и тревоги, вместе с разъедающей изнутри беспомощностью. Вот и сейчас, глядя наверх, Дэйзи думала только об одном: это небо с чуть видневшимися посеревшими тучами, далёкими пустыми звёздами, вселяло в неё такой же страх и пессимистичные мысли, как и всё её будущее; зависящее сейчас только от одного человека. Совсем не хотелось погружаться в это, но она оставалась наедине с пугающей тишиной ночи и собственными мыслями, и деться от них было некуда.

Фонари вдруг погасли. Дэйзи испуганно оглянулась, ища намёк на свет хоть где-нибудь. Но его не стало нигде, даже в окнах ближайших домов. Конечно, в этом не было ничего сверхъестественного: в маленьком городе время от времени происходили такие сбои, и они уже давно никого не удивляли. Вот и сейчас это, скорее всего, лишь временная помеха, но от этого не было легче. Неизвестно, когда всё придёт в норму, а идти назад Дэйзи не могла. Она осталась одна во мраке, и паника приближалась всё ощутимее.

*************

Уильям без труда нашёл источник света в городе и устроил перебои в нём, как минимум, на час. Всё это чтобы незамеченным пробраться в дом к Дэйзи и выкрасть у неё записи, которые дал колдун.

Увидев её, возвращающуюся от отшельника скорее победительницей, чем проигравшей, Уильям немного удивился нетипичному поведению старого знакомого. Вампиры знали, как восхищался ими колдун. А потому легко отпустили Дэйзи, уверенные, что она ничего не добьётся. Но колдун всё-таки отдал ей одни из своих записей, в содержании которых Уильям не сомневался.

Но не стал являться ей. Решил позволить Дэйзи думать, что он не видел её с этой папкой. Окончательно усыпил её бдительность, чтобы тихо выкрасть у неё записи ночью, когда стемнеет.

Уильям не любил врать себе, а потому не стал отрицать очевидного: ему не хотелось, чтобы Дэйзи читала их. Просто потому, что всё написанное там – пройденный и забытый этап, который знали лишь двое: Чарльз, глава клана, и колдун, которому чистокровный рассказал обо всех своих «детях», взамен на чудодейственную и вкуснейшую кровь. Создатель не спросил вампиров, хотели ли они, чтобы о них писал какой-то отшельник, но их это не беспокоило. Глава клана во многом был сговорчив и разрешал почти всё, особо не контролируя и не ограничивая. А потому обсуждать его немногие приказы никому не приходило в голову. Не говоря уж, что связь с создателем не позволяла поступить вопреки его воле.

Найти дом Дэйзи не составило труда. Тем более что ночью вампирское чутьё действовало особенно остро. Уже скоро, когда на город его стараниями опустилась полная тьма, Уильям оказался возле её дома. Первое, что бросилось в глаза: стальные решётки на окнах. Конечно, он запросто мог сломать их, но тогда его присутствие перестанет быть незаметным. К тому же, они могли быть отделаны серебром. А оно действовало на вампиров, причиняя обжигающую боль и лишая сил.

Размышляя, как иначе попасть в её комнату, Уильям вдруг почувствовал, что Дэйзи стояла совсем рядом, у лестницы дома. А ещё явно была взвинчена и даже напугана. Она то сжимала, то разжимала пальцы обеих рук в кулаки, обеспокоенно оглядывалась по сторонам, при этом оставалась на месте и едва дышала, словно опасаясь хоть как-то выдать своё присутствие… Но перед кем? Вряд ли Дэйзи заметила его в такой кромешной тьме.

С этой мыслью ему пришла другая – а ведь можно воспользоваться этим и узнать, в чём дело. В таком мраке Дэйзи максимум разглядит его силуэт, чего совсем недостаточно, чтобы узнать вампира.

Шагнув к ней навстречу, Уильям спросил чуть приглушённо, чтобы она не узнала голос:

– Почему вы стоите здесь одна?

Дэйзи вздрогнула от неожиданности, и, слегка сощурившись, будто это могло как-то помочь, посмотрела в его сторону. Уильям не сдержал улыбки, глядя на такое по-детски растерянное выражение лица.

А Дэйзи не знала, радоваться или огорчаться, что её мрачное уединение с ночью прервали. Наверное, это всё-таки к лучшему. Одной не так страшно. А потому она решила ответить.

– А как вы тут оказались? – Дэйзи не особо важно было это знать. Просто не хотелось, чтобы незнакомец уходил. – И кто вы?

Уильям подошёл ближе, не спеша с ответом.

И тут Дэйзи засомневалась, что позволить вовлечь себя в разговор с мимо проходящим незнакомцем было хорошей идеей. Ведь он мог знать, что здесь жила она, и, наслышавшись различных грязных сплетней и приняв их за правду, начать приставать к ней. Её репутация и так была испорчена, и этим можно было воспользоваться. Как и тем, что сейчас, кроме них, здесь никого не было. Да и никто не стал бы ей помогать даже в обратном случае.

Дэйзи глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и не позволить своим мыслям сгущать краски. Но на всякий случай всё же отступила на пару шагов.

Это не осталось незамеченным. Уильям с лёгкостью угадал всё, о чём она думала. И мысль, что Дэйзи боялась его даже сейчас, совсем не радовала.

– Возвращался к себе, живу тут поблизости, и вот увидел вас, – мирно ответил вампир, пытаясь успокоить её. – Не узнаёте меня? Мы танцевали на балу.

Дэйзи вздохнула с облегчением: наконец ей повезло. Перед ней был тот единственный, кто, кроме неё, знал правду о происхождении слухов. Конечно, она была недостаточно знакома с ним и не могла судить, насколько безопасно быть рядом, но сейчас хотелось верить в лучшее.

– Да, теперь узнала, – легко улыбнулась Дэйзи.

Хотя пусть он и говорил на балу, что их представляли друг другу, она никак не могла вспомнить, где видела его впервые.

– Я здесь… – пытаясь ответить на его первый вопрос, Дэйзи осеклась.

Вдруг захотелось выложить ему всю правду. Может, хотя бы так будет проще справиться со всем, не держать в себе. Но, как ни велик был соблазн, Дэйзи понимала, что слишком наивно доверять тому, кого даже не знала. Это могло привести к ещё худшим последствиям, чем те, что вогнали её в тупик сейчас.

– Вы ведь знаете, какие слухи обо мне ходят? – вместо ответа, лишь уточнила она.

Уильям не знал наверняка, но было слишком просто догадаться.

– Вы сами этого добивались, – только и сказал он, без осуждения или сочувствия.

– Да, – горько усмехнувшись, согласилась Дэйзи.

Стало как-то легче, что она наконец говорила с тем, кто примерно знал ситуацию и не винил во всех грехах. Конечно, не стоило посвящать его во все подробности, но и снова врать не хотелось. Дэйзи и так слишком многим лгала.

– Но теперь… Я жалею об этом, – призналась она чуть дрогнувшим голосом. Своеобразная невидимость собеседника придавала ей уверенности говорить почти всё, о чём уже не могла молчать. – Я сама себя загнала в ловушку. Но я найду выход, – последнее прозвучало твёрдым обещанием себе.

– Не сомневаюсь, – согласился Уильям.

За все их встречи он успел заметить, что упрямства в ней было не занимать.

Вампир не стал задавать ей вопросов. Особенно, почему застал её такой растерянной и испуганной. Он не хотел затрагивать эту тему и портить настрой Дэйзи. Возможно, она сама ему расскажет. Похоже, Уильям больше не вызывал в ней опасений. Скорее, наоборот, она видела в нём своеобразную опору и поддержку, и его достаточно забавляла эта мысль, чтобы не испортить такое её настроение.

– Ненавижу ночь, – неожиданно для себя сказала Дэйзи, глядя на единственное, что было здесь светлым – полумесяц на небе.

Её сердце забилось чаще и быстрее, когда она впервые озвучила эту правду. Это была тема, которую Дэйзи старалась избегать.

Уильям промолчал, ведь она задумчиво смотрела наверх, и по всему её виду, как и по тону, было ясно, что это только начало и ей явно хотелось добавить что-то ещё.

– Ночь пугает меня, – после небольшой паузы продолжила Дэйзи. Её звучал непривычно глухо и отстранённо, так, что она будто слышала себя со стороны. – Лишь бесконечная тьма и неизвестность. К тому же…

Дэйзи тяжело вздохнула, переводя взгляд в сторону дома, прежде чем продолжить и озвучить главную причину своих кошмаров, по которой жила с ежедневным риском и тяжёлой виной на сердце, привыкнув к этому и не представляя другого.

– Однажды ночью случилось ужасное. Я стала свидетельницей смерти брата, – Дэйзи не вдавалась в детали, но даже эти слова дались ей с трудом. – Это сложно забыть.

Она сжала пальцы в кулак и безжалостно впилась ногтями в кожу, будто физическая боль могла отвлечь и даже помочь.

Уильям и так догадывался о причинах её нелюбви к ночи, ещё до того, как Дэйзи начала говорить. Но всё равно дал ей высказаться, слушая каждое слово. Возможно, это было что-то вроде подсознательного испытания себя, потому что о смерти Джона он всё-таки жалел, хоть и почти не думал о случившемся. Но сейчас Уильям изображал из себя человека. А люди позволяли эмоциям руководить над собой. Поэтому, вжившись в роль, он ответил:

– Мне очень жаль, что вам пришлось это пережить.

Его голос звучал чересчур искренне для дежурной фразы, но это не имело значения. Дэйзи вряд ли обратила внимания на его слова, слишком уж не хотела обсуждать сказанное. Ей просто было нужно выговориться, а остальное не имело значения.

Некоторое время она молчала, а затем, вдруг повернувшись к нему с беспечной улыбкой, пожала плечами.

– А вы возвращались от лорда Томсона?

– Вроде того, – на всякий случай не стал отрицать Уильям. Тем более что её не особо интересовал ответ, и вампир это понимал.

Что-то в его голосе показалось ей знакомым, и Дэйзи ужаснулась мысли, вдруг пришедшей в голову. Она была слишком нереальной и пугающей, но почему-то навязчиво напрашивалась, зацепившись за нарастающий страх и не отпуская. И, как бы разум ни подсказывал, что это абсурд, подсознание жестоко продолжало настаивать, что всё возможно … Ведь сейчас ночь.

Дэйзи импульсивно и машинально ухватилась за руку незнакомца, чтобы проверить справедливость догадок. Температура его тела, судя по ощущениям от касания, была вполне человеческой. Дэйзи тут же вспомнила, что, когда они танцевали на балу, в его руках не ощущала никакого холода. А тот вампир уже дважды прикасался к ней, и тогда её словно парализовало льдом.

Дэйзи горько усмехнулась. Похоже, она уже настолько помешалась на мести убийце брата, что видела его везде, даже в обычных людях. Если так дальше пойдёт, она скорее сойдёт с ума, чем добьётся хоть чего-то.

Вместе с этими мыслями пришло осознание, что Дэйзи вдруг ни с того ни с сего вцепилась в руку малознакомого мужчины и продолжала за неё держаться. Не хотелось и думать, как это выглядело со стороны. Даже удивительно, что он не отреагировал. Она поспешила отстраниться, но незнакомец вдруг не позволил, сжав пальцы на её ладони.

Уловив смущение Дэйзи, Уильям решил им воспользоваться. Стало любопытно, как она отреагирует на его поцелуй. Особенно, если учесть, что по людским законам девушке было неприлично вообще позволять прикасаться к себе незнакомому мужчине.

Конечно, был риск, что, если вампир сократит их расстояние друг от друга до минимума, она сможет разглядеть его лицо, но желание поставить Дэйзи в неловкое положение преобладало над осторожностью. Слишком уж занятно было испытывать её.

Уильям резко притянул озадаченно и осторожно смотревшую Дэйзи к себе. От неожиданности, пытаясь сохранить равновесие и устоять на ногах, она вцепилась в его плечо. Не давая ей ни секунды, чтобы опомниться или разглядеть черты его лица, он тут же поцеловал её.

Свободной рукой зарывшись в её мягкие волосы и притягивая затылок ближе к себе, Уильям не оставил ей возможности отстраниться. При этом не спешил, ведь хотел ограничиться лишь одним поцелуем и точно знал, что за ним ничего не будет. Это просто очередной способ поддразнить её. Ни к чему увлекаться. Хотя от тепла её тела по его собственному пробежало согревающее удовольствие и захотелось окунуться в неё сильнее. А её губы оказались на редкость нежными, и к ним было действительно приятно касаться. Но со всем этим было не так уж трудно совладать.

Вот только застигнутая врасплох и не пришедшая в себя Дэйзи не шевелилась и не подавала никаких признаков хотя бы недовольства. Это не устраивало Уильяма. Он вдруг захотел добиться её ответа. Почувствовать отклик, узнать, как она растворялась в моменте.

Осторожно, чтобы не спугнуть несдержанностью, вампир приоткрыл губы. Дэйзи чуть дёрнулась, уловив это движение, но не предприняла попытки оттолкнуть его. Определённо хороший знак. Успокаивающе погладив её по волосам, Уильям провёл языком по нижней губе Дэйзи, останавливаясь у входа в рот, безмолвно призывая ответить.

Она не знала, что послужило толчком: сама обстановка, прежние чувства страха и одиночества, его нежность, или её любопытство. Скорее всего, всё вместе. Но Дэйзи откликнулась на призыв, позволяя незнакомому человеку дальнейшие действия.

Уильям сразу воспользовался этим. Проник языком в рот Дэйзи, мягко и легко сплетаясь с её. Она отвечала на его движения, сначала неуверенно и робко, мало понимая суть действий. Но скоро процесс действительно увлёк её. Дэйзи неосознанно поддалась вперёд, перехватывая инициативу, глубже проникая языком в его рот.

Такая её реакция увлекала и даже радовала его. Но Уильям понимал, что, если забудется, может выдать себя, а это совсем не входило в планы. До этого он целовал человеческих девушек, только когда оба знали, что будет дальше. А сейчас приходилось сдерживаться. И это очень непросто, когда приятнейший запах Дэйзи, вкус её податливых губ и касания языка словно обволакивали. Её тепло, искренняя страсть и мягкая нежность действовали на него гораздо более ошеломляюще, чем Уильям ожидал.

А потому он резко отстранился, отойдя на пару шагов назад.

Его не особо волновало, как могла воспринять прерванный поцелуй Дэйзи. Скорее интриговало, ведь это, скорее всего, обидно для неё. И тем интереснее, как она себя поведёт.

Придя в себя, Дэйзи вспыхнула от стыда и гнева. Она должна была сразу же оттолкнуть этого человека, но вместо этого вела себя совершенно недопустимо. И вот всё закончилось так унизительно.

Попятившись назад, к дому, Дэйзи наконец подняла глаза на незнакомца. Хотя она всё равно не видела его, слишком уж занимали мысли. А потому просто отошла ещё дальше, тяжело дыша. Злилась, но больше на себя, и хотела найти хоть какой-то способ достойно выйти из ситуации. Разум подсказывал, что уже поздно всё сгладить, ведь Дэйзи была виновата не меньше наглого незнакомца. Но её это совсем не устраивало.

– Вы… – гневно начала она, желая отсчитать его так, чтобы в итоге оба были уверены, что произошедшее – компрометирующий и недостойный поступок с его стороны, а она – жертва обстоятельств.

Дэйзи осеклась, собираясь с мыслями, ведь совсем не знала, как вести себя в подобной ситуации. Тем более что в глубине души не видела здесь драмы и не считала поцелуй поводом для скандала, ведь её окружали гораздо более серьёзные проблемы.

Но Дэйзи знала, что нормальная леди думала бы иначе. И сейчас ей хотелось повести себя так, как было бы правильно. Она и так уже достаточно втоптана в грязь всевозможными слухами, в которых невиновата. И обида на это сейчас особенно остро давала о себе знать.

– Надеюсь, вы не собираетесь читать мне нотации? – воспользовавшись паузой, насмешливо спросил Уильям.

Её эмоции были слишком очевидны и банальны. А потому, желая сделать ситуацию поинтереснее, Уильям ни тоном, ни словами не оставил ей выбора. Дэйзи не могла оправдать себя, обвиняя его.

Она посмотрела на него с такой обидой, что он не сдержал усмешки. Ситуация забавляла. Он точно не жалел, что затеял это представление.

Дэйзи поняла, что незнакомец просто издевался над ней. Она стиснула зубы, призывая всё своё терпение, чтобы не поддаться на провокацию.

– Нет, – после небольшой паузы спокойно ответила Дэйзи. – Но я, в свою очередь, надеюсь, что у вас хватит совести, чтобы уйти.

Не дожидаясь его реакции, она повернулась и пошла к дому.

Сегодня всё равно не получится навестить графа. Во-первых, Дэйзи так и не придумала, как вести себя с ним, во-вторых, её настроение совсем не обещало удачное решение проблемы. А перед родителями появилась отговорка: неизвестно, когда закончится отсутствие света.

Двигаться во мраке было трудно. Не покидало ощущение, что каждый шаг делался куда-то в пустоту. Но желание уйти отсюда придавало уверенности. Ступив на небольшую лестницу, ведущую к главной двери дома, Дэйзи осторожно начала подниматься наверх. Она чувствовала на себе взгляд так и не ушедшего незнакомца, и это не давало остановиться. В какой-то момент Дэйзи чуть не споткнулась, с трудом удержав равновесие и устояв на ногах.

– Осторожнее, ещё три ступеньки, – услышала она.

Дэйзи с удивлением обернулась.

– У меня отличное зрение, – ответил Уильям на её безмолвный вопрос.

Дэйзи снова отвернулась, какое-то время просто глядя вниз. Конечно, очертания лестницы сейчас, вблизи, были различимыми, но что-то в его уверенности беспокоило, даже тревожило. Дэйзи снова пожалела, что, когда их представляли друг другу, не запомнила его. Он явно отличался от всех, с кем она когда-либо виделась. Слишком уж необычный.

Не собираясь раздумывать над всем этим и уж тем более, задерживаться здесь, Дэйзи быстро преодолела оставшиеся три ступеньки, перешагнув через одну. Остановившись у двери, она взялась за ручку и зачем-то снова обернулась в сторону незнакомца. Он по-прежнему стоял на том же месте и смотрел на неё. Дэйзи скорее чувствовала это интуитивно, чем знала наверняка.

– Прощайте, – чуть дрогнувшим голосом сказала она, давая понять, что ему лучше уйти. Не дождавшись ответа, зашла в дом.

Уильям знал, что сегодня вряд ли представится возможность всё-таки выкрасть записи колдуна. Но вдруг ничуть не огорчился этому. Ещё днём он не хотел, чтобы она их читала, но сейчас стало казаться, что это даже к лучшему. Что предпримет Дэйзи, когда узнает о его прошлом, не испугается ли всего? Как далеко она готова зайти? Решив оставить всё, как было, вампир ушёл.

Закрыв за собой дверь, Дэйзи прислонилась к ней спиной, стоя на месте. В голове снова и снова прокручивалась встреча с таинственным незнакомцем, поцелуй, довольно откровенный разговор… Теперь Дэйзи жалела, что доверилась ему. Она ничего не знала о нём, даже имени или лица, но вот уже второй раз рассказала то, что не говорила никому. Снова позволила ему слишком многое. И она точно хотела бы выяснить о нём как можно больше, – теперь речь шла не столько о любопытстве, сколько о безопасности. Но как сделать это сейчас, когда Дэйзи отрезана от общества? И, пока не помирится с графом, так и будет. Она не сможет выйти отсюда даже недалеко.

Это осознание снова привело её к мыслям о назревшей проблеме с Томсоном. Именно он, а не Уильям, сейчас должен быть её целью. Мрак не рассеялся, и, казалось, только сгустился. Ни намёка даже на самый крохотный и слабый, едва заметный, свет не было.

Глава 8. Реальность и вымысел

Сегодня Дэйзи собиралась провести взаперти. Вчера ночью она получила неожиданную отсрочку от разговора с графом, но неизвестно, насколько. В любом случае, не стоило напоминать об этом родителям. По крайней мере, до тех пор, пока у Дэйзи не появится чёткий план, как с кем действовать.

Что ж, день в одиночестве как раз способствовал изучению записей колдуна. Украдкой посмотрев по сторонам, Дэйзи вытащила предусмотрительно спрятанную папку, и, расположившись в кресле, осторожно открыла её.

Перед глазами предстал на удивление хорошо выполненный портрет Уильяма. Вампир на картинке был настолько реалистичным, что Дэйзи с трудом сдержала порыв разорвать её. Пришлось напомнить себе, что отчитываться перед недоброжелательным колдуном не очень-то хотелось. Потому она быстро перевернула страницу.

Дальше довольно крупным и разборчивым почерком были написаны некоторые незначительные данные об Уильяме. Например, к какому клану он принадлежал и какими были взаимоотношения вампиров в нём. Эта информация казалась лишней и не особо интересной, но Дэйзи с упорством внимательно вчитывалась, запоминая каждую деталь. Любое упоминание могло сыграть решающую роль. Даже то, что их лидера звали Чарльз, и он был создателем Уильяма, тоже могло пригодиться, хоть она пока и не представляла, как.

Интересно, в записи о каждом отдельном вампире колдун вносил такие подробные сведения о клане, или специально вложил ей в папку эту информацию?

Всё новые и новые имена кровососов отпечатывались в памяти. По мере прочтения Дэйзи машинально обдумывала, как можно ухватиться за любую информацию. Описываемый клан включал в себя шесть вампиров, не считая создателя. Среди них были две девушки: Рейчел и Вайлет. И, если первая Дэйзи не заинтересовала, то про вторую стоило прочитать подробнее. Вайлет была дружна с Уильямом. Как и все в их клане, она была обращена Чарльзом. Но здесь упоминалось, что помочь принять новую сущность ей смог только Уильям. Дэйзи поморщилась, представив, что это значило. Он научил Вайлет убивать.

Конечно, это не удивляло, ведь речь о жестоком монстре, способном отнять жизнь без малейших колебаний. Но читать это с красочной фантазией, подкармливаемой витиеватыми выражениями колдуна, всё же было неприятно. Но надо. Надо знать наверняка, с кем Дэйзи имела дело. А потому она заставила себя продолжить чтение.

Пробежавшись пальцами по вороху страниц, Дэйзи прикинула, что информация о клане занимала значительную часть папки, почти половину. Да уж, написано слишком много… А Дэйзи ещё не добралась до четверти. Эта мысль заставила всё же не так внимательно читать каждую деталь, выискивать лишь самое важное. Всё-таки, не хотелось провести несколько дней за изучением ненавистного вампира. Терпение и без того на исходе, а Дэйзи только начала.

Итак, Уильям был в неплохих отношениях почти со всем кланом, но его друзьями колдун называл двоих: некого Дэвида и уже знакомую ей Вайлет. Оба были младше врага, а значит, слабее.

Вдруг возникла мысль, что можно попытаться сыграть на его привязанностях, каким-то образом угрожая опасностью кому-то из этих двоих. Но, подумав, Дэйзи поняла, что это было бы глупо и трудно. Она никогда их не видела. Искать их, обдумать, как победить – лишняя морока. Связываться с новыми вампирами и тем стать их помехой только создаст лишние проблемы, а не решит старую.

Но следующие строчки, на которые Дэйзи натолкнулась беглым взглядом, слегка настораживали. В них говорилось, что рождённый в Торнтоне Чарльз обращал себе подобных только здесь по какой-то странной ностальгии. Но главное, он давал новичкам немного времени, чтобы приспособиться к другой жизни в родных краях. А затем они кланом скитались по разным городам и странам, редко оставаясь на одном месте и возвращаясь сюда только чтобы обратить кого-то ещё. Последним обращённым был Генри, и в такой ипостаси он уже пятнадцать лет. По человеческим меркам, это немаленький срок, но для вампиров могло быть иначе. Дэйзи не представляла, сколько им нужно, чтобы научиться быть полноценными представителями своего вида. А это значило, что в любой, скорее всего, самый неожиданный для неё момент, Чарльзу может показаться, что Генри хватило, и вампиры уедут. А куда и насколько, непонятно.

Дэйзи вдруг остро осознала, как мало знала о реальности. Даже несмотря на то, что изучала легенды о вампирах чуть ли не всю сознательную жизнь, собиралась с силами целых десять лет. А реальность оказалась беспощадна, и время поджимало. Возможно, вампиры, уехав отсюда, вернутся уже тогда, когда Дэйзи состарится или умрёт. Их время текло иначе. Перспектива искать Уильяма по всему миру её тем более не устраивала, не говоря уж, что была почти невыполнимой.

Да и вообще, Дэйзи должна действовать скорее ещё и потому, что чем дольше несла в себе это бремя, тем сложнее с каждым разом. Оно давило и душило, почти разрушало изнутри. Казалось, что в её жизни всё переменится в лучшую сторону лишь тогда, когда месть будет свершена. А до этого не будет покоя, будет лишь хуже. Возможно, всё это сведёт её с ума. Ведь вампир уже мерещился ей везде, даже в людях. Как, например, вчера в том незнакомце.

Эта мысль невольно вызвала воспоминания о вчерашней ночи. Откровения, поцелуй, его усмешка… Дэйзи быстро помотала головой, пытаясь стряхнуть с себя непонятное наваждение. Думать о каком-то человеке сейчас вообще ни к чему. Дэйзи отложила даже проблему с Ричардом, которую надо решить как можно скорее. Сейчас все её мысли должны быть заняты только записями, чтобы найти в них хоть какой-то шанс.

Колдун довольно пространно писал о вампирской жизни Уильяма. Видимо, знал её лишь в общих чертах. Но Дэйзи и не ждала другого. Не мог колдун следить за каждым вампиром, о котором писал?..

Она и так узнала немало. Немного разочаровывало, что Уильям оказался старше, чем Дэйзи думала. С трёхсотлетним убийцей будет очень сложно справиться. К счастью, он хотя бы не был чистокровным, а значит, владеть гипнозом сможет только после тысячи прожитых лет. Ещё это значило, что превращаться в летучую мышь, ворона или сову Уильям не сможет вообще, в отличие от тех, кто был рождён вампирами. Не мог он и обращать людей в себе подобных. Но в остальном, Уильям имел схожие с чистокровными способности, например, сверхъестественные скорость и силу.

Вдруг возникла другая, страшная мысль: как вообще появились первые вампиры, такие, как Чарльз? Ведь монстры вроде них не могли иметь детей. Это и заставляло их время от времени обращать людей в себе подобных. Откуда появились сами чистокровные – ответ на этот вопрос не укладывался в голове, а разные догадки были слишком пугающими. Дэйзи отбросила всё более мрачные мысли из головы. Ни к чему вообще об этом думать. Это не поможет делу.

Услышав звук шагов по коридору, смежному с её комнатой, Дэйзи на всякий случай спрятала папку за юбками платья, оглянувшись. Тревога оказалась ложной, шаги скоро стихли. Она снова вернулась к чтению, поймав себя на мысли, что её образ жизни с каждым днём становился всё более ненормальным. Бесконечные тайны от семьи, сплетни по всему городу, её страхи и беспокойные мысли – всё это словно затягивало в страшный водоворот, выбраться из которого было почти невозможно. Вздохнув, Дэйзи заставила отбросить себя эти мысли. Ну и пусть её действия в чём-то абсурдны. Сомнения – путь не к успеху, а к поражению, а для неё оно было непозволительно.

Среди бесполезных, как теперь казалось, записей о привязанностях Уильяма, включая и любовные отношения, Дэйзи вдруг натолкнулась на любопытную новость. Некий Энтони, вампир из клана Чарльза, взаимно недолюбливал её врага. У них были напряжённые отношения. То, что она прочитала дальше, обрадовало ещё больше: этот Энтони оказался старше Уильяма. А значит, сильнее.

В голове тут же появилась мысль о возможном союзничестве с Энтони. Да, скорее всего, он убивал людей не меньше, а даже больше, чем Уильям. Но у Дэйзи слишком мало выбора. Да и оказалось, ей в общем-то не было до этого дела. Энтони ни в чём не провинился перед ней, не убивал её брата. Да, она недолюбливала всех кровососов за их жестокость, но неприязнь к любому из них – одно, а ненависть к Уильяму – совсем другое. Ради дела Дэйзи смогла бы отступить от принципов и принять помощь даже такого нового и неожиданного союзника, если бы это было хоть немного реально. Всё же, как ни соблазнительно выглядела идея объединиться с кем-то сильным, умом Дэйзи понимала, что это почти невозможно. Скорее всего, встань перед Энтони выбор – она или Уильям, тот выберет второго, несмотря на какие-либо разногласия. В конце концов, они вампиры одного клана, а она просто человек. Пища для них.

Но всё-таки Дэйзи решила не отказываться от такого плана, отложив его как самый крайний, если никаких других надежд не будет.

Вампирская жизнь Уильяма толком не давала зацепок. Быстро пробежавшись взглядом по строчкам и не найдя больше ничего, что могло бы воодушевить, Дэйзи дошла до нового заголовка, объявляющего, что дальше будет о человеческой жизни врага. Это вселяло небольшую надежду. Всё-таки, в нём должны были быть хоть какие-то положительные чувства, пусть и задолго до обращения. Вдруг, что-то ещё, хоть какие-то отголоски, остались и сейчас. Хоть что-то, на чём можно сыграть.

Но, судя по прочитанному, Дэйзи зря надеялась. Похоже, у него и при человеческой жизни не было даже подобия совести. Как и все обращённые вампиры клана Чарльза, Уильям жил в этих, родных для неё краях. Но место, которое раньше было маленьким пригородом к Торнтону, теперь разрушилось и покоилось в руинах. Однажды Дэйзи была там, и помнила, какую мрачную картину оно представляло сейчас, в её время. Совсем не как три сотни лет назад, когда там жил он. Дэйзи никогда раньше не слышала о причинах этого развала, но теперь узнала: вампиры.

Это был другой клан. Не уточнялось, какой, но, видимо, в то время вампиры не так осторожничали, как сейчас. Они вместе напали на пригород однажды ночью, когда Уильям был человеком, причём ребёнком шести лет. Всё тёмное время суток они напивались кровью, издевались над своими жертвами, убивали и насиловали. Закончилась эта резня тем, что на рассвете вместо домов были руины, вместо жителей – гора трупов, включая и взрослых, и детей. Уильям в это время гулял с друзьями. Они, наверное, играли во что-то вроде догонялок. По крайней мере, вышло так, что он оторвался от других детей, и, когда вернулся к ним, застал страшную картину: вампиров, пожирающих его друзей. И, вместо того, чтобы хоть как-то попытаться спасти их, Уильям спрятался, наблюдая происходящее. Судя по всему, в этой засаде он просидел, пока всё не закончилось.

Хотя этот поступок Дэйзи ещё могла понять. Ждать геройских действий от детей было бы глупо. Тем более, в ситуации, когда вампиров много, а он один. Почти безвыходное положение. Хотя Дэйзи всё равно была уверена, что на его месте хоть как-то попыталась бы спасти друзей. Пусть даже ценой своей жизни. Хотя бы умерла со спокойной совестью.

Но гораздо больше ужасало другое: как после всего случившегося Уильям вообще мог стать вампиром?! У нормальных людей на его месте должна была зародиться сильная ненависть к кровососам, и даже речи о том, чтобы стать одним из них (пусть и в другом клане), не могло быть. На такое способно только чудовище, лишённое каких-либо чувств. Ведь, даже если допустить, что Уильям мог быть обращён насильно, не похоже, что сейчас он этим не наслаждался. Если бы у него было хоть какое-то подобие совести, он сразу после обращения вышел бы к солнцу, чтобы сгореть заживо, а не продолжал жить, убивая людей. Включая и ребёнка – её брата, и Дэйзи была уверена, что не его одного из детей.

Что ж, скоро после случившегося Уильям перебрался в Торнтон. Дэйзи передёрнуло от мысли, что враг когда-то жил совсем рядом, возможно, даже в её доме. Никто из его родных не уцелел, а потому он устроился работать в какую-то состоятельную семью. Скорее всего, его взяли из жалости, ведь вряд ли был какой-то толк от шестилетнего мальчика. Непонятно, чем он там занимался, но его помощь по дому явно не дотягивала до доброты той семьи. А повзрослев, Уильям начал вести беспечный образ жизни, тратя заработанные деньги на пустые развлечения. Читая о его похождениях, Дэйзи удивлялась терпению семьи, принявшей его. Непонятно, почему они вообще не выгнали наглеца.

Причём они позволяли ему жить в доме до его семнадцати лет. А возможно, это длилось бы и дольше, но Уильяма забрали в войска Англии из-за обострившихся отношений с Шотландией. К тому же, назревал и конфликт с Испанией. Судя по написанному, в одном из малозначащих сражений Уильям как раз и был обращён Чарльзом. Получалось, что в двадцатишестилетнем возрасте.

Ещё раз перелистав папку, перечитав некоторые записи, Дэйзи задумалась. Вдруг созрел другой, странный и слишком рискованный план. Места, которые теперь покоились в руинах, были не так далеко от Торнтона. Добраться до них было бы даже быстрее, чем, например, проехать весь лес до лачуги колдуна. Да, судя по всему, Уильяму не было дела до того, что случилось с ним в детстве, но Дэйзи всё равно не могла поверить в это до конца. Она сомневалась, что он когда-то возвращался туда, где всё произошло. А ещё вдруг вспомнила его слова: «Не все вампиры спят на рассвете». Вообще-то, это странно, ведь по легендам о них, как выяснилось, правдоподобным, утро – самое подходящее время для их сна. Но не для Уильяма. А вдруг это было как-то связано с тем, что случилось с ним в детстве?

Дэйзи быстро встала, открыла сундук с вещами. Сейчас или никогда – она решилась, и, пока не передумала, нужно хотя бы попытаться действовать. Нужно любым способом заманить его туда. Застать его врасплох, навеяв ужасные воспоминания, сыграть на его чувствах, которые, возможно, ещё остались, и, наконец, покончить со всем этим. Она больше не могла ждать. И дело было не только в том, что Чарльз со своими вампирами мог в любой момент покинуть лес.

Дэйзи оделась в не стесняющий движения брючный костюм. Сверху надела довольно свободную куртку, ту, что неплохо скрывала спрятанный под рубашкой возле груди кол. Второй она засунула за пояс. Ещё один, мелкий, третий, спрятала в рукаве, закрепив в предусмотрительно зашитый изнутри узел. На этом Дэйзи не успокоилась, вытащив все украшения, содержащие в себе серебро. Она надела их на себя, не заботясь, как это выглядело со стороны. Волосы оставила распущенными, чтобы скрыть часть из украшений. К тому же, густые чёрные локоны Дэйзи умело помогали куртке скрывать и один из спрятанных кольев.

Оставалось самое сложное: выйти из дома. Вариант с окнами на этот раз отпадал, ведь те были заставлены железными решётками. Недолго думая, Дэйзи постучалась в дверь своей комнаты, запертой на замок, зовя Дженнифер, чтобы та отперла.

Прошло некоторое время, и в коридоре, наконец, раздались шаги.

– Вы что-то хотели, мисс? – осторожно открыв дверь, спросила горничная.

– Родители дома? – спросила Дэйзи, молясь, чтобы это было не так.

– Нет, они уехали на приём к леди Джонсон.

– Отлично, – вырвалось у Дэйзи, и она поспешила добавить: – Я имею в виду, что не хотела бы сейчас объясняться с ними, потому что наконец решилась извиниться перед лордом Томсоном и не хочу, чтобы меня что-то задерживало, – сбивчиво выдумывала на ходу она, как можно более уверенно глядя на Дженнифер.

– Вы собираетесь к графу в таком виде? – недоверчиво уточнила горничная, окинув хозяйку взглядом.

– Пожалуйста, не задерживай меня, – вместо ответа быстро проговорила Дэйзи, надеясь, что Дженнифер не заставит переодеваться. – Ты же знаешь, для меня всегда тяжело признавать свои ошибки. Я чувствую, как моя решимость ослабевает, но я должна извиниться как можно скорее, иначе просто не смогу сделать это в следующий раз.

Дэйзи попыталась обойти горничную.

– Просто я сомневаюсь, что вы действительно идёте к лорду Томсону, – вдруг раздались вслед спокойные слова.

Они заставили Дэйзи замереть, а её сердце подскочить в груди. Но нельзя выдать волнение.

– А куда ещё, по-вашему, я могу идти? – тоном, будто всерьёз оскорбилась, спросила она.

– Например, к тому мужчине, с которым непристойно танцевали на балу, – прямо, с несвойственной прежде жёсткостью, ответила Дженнифер.

Но её взгляд смягчился, и по всему было видно, что ей тяжело отчитывать любимицу.

А та удивлённо смотрела на горничную. Как ни странно, у Дэйзи даже в мыслях не было, что Дженнифер могла такое подумать. Дэйзи опасалась только разоблачения её планов насчёт вампира, а потому услышать совсем другое, то, о чём даже не думала, оказалось полной неожиданностью.

– Конечно, я не верю в большинство слухов о вас, но вы не можете отрицать то, что они не беспочвенны, – когда молчание затянулось, тихо добавила Дженнифер.

Некоторое время не находя слов для правдоподобного вранья, Дэйзи вдруг решила сказать правду. Ну хотя бы часть её. Это могло бы сработать.

– Все эти слухи неправда. Да, я действительно танцевала с ним на балу два танца подряд, но я не состою с ним ни в какой связи. Я его даже не знаю. Мне лишь хотелось избавиться от помолвки с лордом Томсоном, а потому я решила сделать это единственным способом, пришедшим в голову, – судя по тому, как посмотрела и покачала головой Дженнифер, она поверила. – В общем, я уговорила этого человека потанцевать со мной два раза подряд, чтобы граф отказался от меня. Теперь я жалею об этом.

– Какой кошмар…

– А было бы лучше, если бы слухи оказались правдивы? – немного удивившись сокрушению горничной, уточнила Дэйзи.

– Нет, я не об этом. Я о том ужасном человеке, танцевавшем с вами. Настоящий мужчина благородного происхождения, если он джентльмен, никогда не согласился бы на такое! – воскликнула Дженнифер. – Он должен был образумить вас, юную и запутавшуюся девушку, вместо того, чтобы бесцеремонно и беспочвенно втаптывать вашу репутацию в грязь. Не может быть, чтобы он не знал, к чему это приведёт.

Эти слова вдруг заставили Дэйзи задуматься. А ведь действительно, она никогда об этом не размышляла, но его согласие было удивительно лёгким и даже странным. Мало кто поступил бы так на его месте. Раньше Дэйзи не рассматривала ситуацию с его стороны, и теперь, раздумывая, понимала, что он повёл себя слишком уж беспринципно и вольно. Например, Ричард в такой ситуации ни за что не подыграл бы Дэйзи. И был бы прав. Не зря всё-таки интуиция ещё на балу шептала ей, что незнакомец опасен. И этот его ночной визит и поцелуй тоже были непозволительной дерзостью. Да уж, связавшись с незнакомцем, она создала себе ещё больше проблем. Но разобраться с ними надо позже.

– Не знаю насчёт происхождения, – наконец заговорила Дэйзи. – Но он точно не джентльмен. Теперь я это понимаю. Я всё исправлю.

С этим обещанием она пошла дальше, к выходу, не встречая больше сопротивления.

– Учтите, мисс Райнер, я скажу вашим родителям, что вы пошли к лорду Томсону, – только и бросила вслед Дженнифер. – И, если вдруг окажется, что вы перед ним не извинились, знайте, вы подведёте не только себя, но и меня.

Глава 9. Ловушка

Подъехав к лесу во второй половине дня, Дэйзи столкнулась с главной проблемой, о которой и не думала раньше. Одно дело – пройти Дженнифер, беспрепятственно выехать из города мимо перешёптывающихся и неодобрительно смотрящих людей. Конечно, это было непросто, но теперь казалось пустяком. Совсем другая задача – из целого клана вампиров призвать одного, не привлекая внимания других. Да так, чтобы он двинулся за ней.

Вообще, план с возвращением Уильяма в прошлое был слишком спонтанным. И вместо того, чтобы всё обдумать, Дэйзи тут же приступила к действиям. Мысленно отругав себя за это, она всё-таки не повернула назад.

Итак, Дэйзи стояла у начала леса. Ещё не въехала. Но ведь и отсюда вампиры могли почуять её присутствие. Не нападали, а значит, ждали, когда она зайдёт вглубь. Неудивительно, ведь это время суток было непредсказуемо. Солнце ещё могло блеснуть прощальными лучами, прежде чем уйти в закат. Да и вампиры привыкли убивать в лесу, подальше от города, по правилам главы клана. Так что пока Дэйзи не пересекла границу, была в безопасности.

Вместе с пониманием, что лучше так и оставаться на месте, если не вернуться домой; она вдруг вспомнила, что у вампиров были не только сверхъестественные сила, скорость и чутьё, но и острейший слух. В голову пришла немного безумная идея обратиться к врагу. Тот наверняка услышит, если где-то в лесу. А так, скорее всего, и было, ведь ещё день. Наверняка вампир уже почуял её присутствие.

– Уильям, – уверенно, не выдавая волнения, назвала Дэйзи ненавистное имя. – За мной, если не трус!

Странно, но страх будто придавал наглости.

Конечно, Дэйзи не рассчитывала, что Уильяма можно взять на слабо. Тем более, так глупо. Она делала ставку только на грубость. Вряд ли кто-то из людей позволял себе так говорить с вампирами. А значит, он это так не оставит.

Но даже спустя несколько минут после её выпада по-прежнему была лишь мёртвая тишина. Зловещая, мрачная и давящая. На этот раз Уильям даже не пугал её тяжёлыми взглядами из ниоткуда, мимолётными движениями и жуткими звуками, как тогда, когда Дэйзи ехала к колдуну. Вампир просто игнорировал её, явно давая понять, что она и её слова для него ничего не значили. Он, конечно, был не против развлечься за счёт её боли и обиды, но, видимо, не собирался даже делать вид, что мог играть по её правилам.

Наверное, надо смириться и повернуть назад, но Дэйзи слишком отчаялась. Она помнила записи колдуна и знала, что рассчитывать больше не на что. А оставаться тут, на границе с лесом, дразня своим полуприсутствием вампиров, было опасно. Потому Дэйзи решила всё-таки поехать в пригород, надеясь, что Уильям увяжется за ней.

– Следуй за мной, – с отвращением обратилась она к нему снова.

Голос не скрывал раздражение: ситуация и собственная беспомощность начали злить Дэйзи. Не дожидаясь какого-либо отклика, она просто развернулась и поехала туда, где для Уильяма всё начиналось.

Уже в бешеной скачке, рвано дыша и слыша скоростной стук собственного сердца, Дэйзи поняла; что за ней, услышав её призывы, мог увязаться любой другой вампир. Потому даже хорошо, что не чувствовалось намёков на преследование. Было бы обидно так глупо умереть.

Мысленно приказав себе успокоиться, Дэйзи попыталась обуздать страх. В конце концов, Уильям тоже слышал её. И, даже если не захотел идти за ней, вряд ли решил потерять свою так называемую игрушку. Он просто должен был удержать остальных, чтобы не бросились за ней.

******

Дэйзи вошла в полуразрушенное здание, когда-то бывшее домом Уильяма. Сейчас оно представляло печальное заброшенное зрелище. Как и весь мрачный пригород, состоящий из обваленных построек. Теперь его скорее можно было назвать кладбищем. Кругом царили разруха и смерть. Ею было пропитано всё, даже воздух.

Жуть пробрала Дэйзи. И почему она всё ещё оставалась здесь?..

Ведь за ней никто не шёл. Но хотя бы можно изучить место. Хотя осматривать здесь особо нечего. Отсюда лучше бежать.

Но она никак не уходила. Объяснив себе это тем, что раз уж пришла, не уйдёт ни с чем и хотя бы ознакомится с территорией на всякий случай; Дэйзи подошла к окну с жалким куском потрескавшегося и пыльного стекла. Непонятно, что она рассчитывала увидеть из него, но ей так и не удалось разглядеть двор. В следующую секунду страх настолько сковал, что перед глазами всё затуманилось. Сердце пропустило удар, а кожа ощутимо покрылась мурашками. В небольшом куске стекла отобразился тёмный силуэт. Того, кто был в этом здании сейчас рядом с ней. Учитывая, что погони не было, этот кто-то запросто мог быть здесь ещё до её прихода.

Повернуться было страшно. Тело словно парализовало. Дэйзи даже боялась дышать. Она ещё раз осмелилась быстро и украдкой взглянуть на стекло, но силуэта в нём больше не было.

– Это лишь игра воображения, – Дэйзи обратилась к себе вслух, чтобы нарушить мёртвую тишину. – Там никого нет.

Возможно, это и подействовало бы. Но Дэйзи так и не успела прийти в себя. В ответ на её слова довольно близко раздался оглушительный грохот. Звук намеренно громко захлопнувшейся двери. Которую, судя по всему, закрыли на засов. Но с другой стороны. Кто-то запер Дэйзи в этом здании.

Больше не было сомнений, что увиденный силуэт оказался реальностью. Она тут не одна, и кто бы ни был её компанией, настроен он недружелюбно.

Дэйзи не стала раздумывать. Быстро, как только могла, подбежала к двери, с силой подёргала еле державшуюся ручку. Правда, всё, чего добилась – выдернула её. Но неудача не должна тормозить, считанные секунды могли сыграть решающую роль. С раздражением отшвырнув сломанный предмет, Дэйзи уперлась плечом в дверь, со всей силы вдавливаясь в неё.

И тут её отвлёк новый, не менее пугающий звук. Разбившееся стекло. Мурашки прошли по коже, когда Дэйзи сообразила, для чего это было сделано: чтобы войти в дом через окно. Не дожидаясь нападения со спины, она повернулась в сторону грохота.

И чуть ли не облегчённо вздохнула. Перед ней был Уильям. И сейчас Дэйзи была даже рада видеть его. Это был лучший исход сегодняшнего вечера после всего пережитого.

Конечно, только потому, что неизвестность пугала гораздо больше. А Уильям был привычным кошмаром. И, как бы это ни было дико, с ним Дэйзи чувствовала себя в безопасности. Знала, что он не собирался её убивать. К тому же, Дэйзи ведь и хотела, чтобы Уильям был тут.

А значит, возможно, у неё ещё остались шансы довести план до конца.

– Ну и что дальше? – нарушил тишину вампир.

Ещё не придя в себя от пережитых эмоций, Дэйзи продолжала неотрывно смотреть на него. Она и не расслышала вопроса.

Тогда Уильям сделал шаг навстречу к ней. Как он и ожидал, это вывело Дэйзи из оцепенения. Её взгляд стал ясным. Она даже собиралась что-то сказать, но Уильям опередил её.

– Я здесь, как ты и хотела. С нетерпением жду твоих действий. Видимо, ожидалось, что я, вернувшись сюда, расчувствуюсь настолько, что стану беспомощной тряпкой. И ты, воспользовавшись этим, убьёшь меня одним из своих кольев, я прав?

Дэйзи оторопела. Всё, что он сказал, было, конечно, издевательски преувеличено, но ведь в целом правдиво. Примерно на это она и рассчитывала. И уж точно не на то, что Уильям так холодно и цинично озвучит её задумку.

Что ж… Если Дэйзи хотела как-то исправить ситуацию, надо думать прямо сейчас. Причём максимально рационально, насколько это возможно. Нужен новый план. Если у Уильяма не появилось эмоций от возвращения… Их стоило хотя бы попытаться пробудить. Вряд ли с ним всё настолько потеряно и безнадёжно.

– У меня нет с собой кольев, – на всякий случай, сказала она, чтобы потянуть время.

Да и вряд ли вампиры могли видеть сквозь предметы. Всё её оружие было хорошо и надёжно спрятано. И хотя бы оно должно сыграть неожиданный эффект.

Судя по скептическому взгляду Уильяма, не стоило и пытаться врать.

– Ну, может, один, но для самообороны, – как можно более уверенно согласилась Дэйзи. Она окончательно набралась смелости, потому что сказанная ею фраза моментально зародила новую реалистичную ложь. – Сегодня я не собираюсь тебя убивать. Я лишь хотела, чтобы ты понял, каково это: вернуться на место, где твоих близких и родных людей убивают у тебя на глазах, и ты ничего не можешь с этим поделать…

На последних словах её голос всё же дрогнул. Слишком уж яркие воспоминания…

А на Уильяма сказанное, похоже, не произвело впечатления. По крайней мере, на его лице не отобразилось ни тени эмоций.

– Хорошая попытка, – ровно сообщил вампир. – Но, кажется, эта речь гораздо сильнее задела тебя.

Что ж, он был прав и в этом. Но Дэйзи лишь усмехнулась, как можно увереннее глядя на него.

– Из нас двоих разрушительные воспоминания сейчас у тебя, – назло её усилиям, констатировал Уильям. – Мне всё равно. Я не живу глупыми эмоциями.

Злость от его непробиваемости чуть не охватила Дэйзи, но та тщательно боролась с любым проявлением слабости. Пока он легко читал её действия. Но это поправимо.

По крайней мере, Уильям вроде поверил в её версию. Хотя Дэйзи не собиралась отступать от изначального плана.

– В любом случае, я привыкла жить этой болью, – она не стала отрицать его слова. Не так уж просто обмануть трёхсотлетнего врага. – А ты глушишь её в себе. Это всегда выплёскивается в один момент.

– У людей – возможно. Но ты, видимо, забыла, с кем имеешь дело. Неужели ты всерьёз думаешь, что это хоть как-то повлияет? Наивно рассчитывать, что я страдалец, прячущий чувства в глубине души. Может, ты ещё скажешь, что я лучше, чем есть, и просто сам этого не понимаю?

Уильям говорил насмешливо, испытывая её. Это продолжало быть интересно. Справится ли она с тем или иным – интриговало. Поэтому, например, он сделал вид, что не пошёл за ней, предпочтя напугать эффектным появлением из ниоткуда.

– Нет, этого я точно никогда не скажу. Ты отвратителен. Ты сущий монстр, – странно, Дэйзи не боялась говорить ему это. Возможно, даже хотела разозлить. Или хотя бы задеть. Вызвать хоть какие-то эмоции, которые можно во что-то вылить. – Всегда им был, даже человеком. Если, конечно, тебя можно было хоть когда-то так назвать.

Вампира ничуть не задели её слова. Он и так знал, что она о нём думала. Срываться из-за того, что Дэйзи осмелилась сказать это ему в лицо, Уильям не только не видел смысла, но считал даже недостойным для бессмертного и могущественного.

– Это уже ближе к истине, – лишь похвалил он. – Ты делаешь успехи.

На какое-то мгновение Дэйзи растерялась, но быстро взяла себя в руки. Стоило помнить, что она имела дело с непредсказуемым убийцей-вампиром. Нельзя сбиваться с пути, когда не всё шло по плану.

– Да, я была наивна, думая, что у тебя есть эмоции, – признала Дэйзи. – Возможно, меня ввели в сомнение некоторые твои действия. Ты оставил меня в живых, спас от Генри. Желание избежать скуки, любопытство… Чем не эмоции? К тому же, ты не стал меня убивать тогда, в детстве…

Эти слова были сказаны машинально, сами собой. А ведь Дэйзи раньше даже не задумывалась об этом. И теперь это застало её врасплох. Поэтому она растерянно добавила, не зная, как объяснить этот его поступок:

– Хотя мог, – ей понадобилась пауза после сделанного только что открытия. Как ни странно, Уильям ею не воспользовался, ожидая дальнейших слов. Наконец придя в себя, Дэйзи продолжила, – И ты не спишь на рассвете, что странно для вампира. Хотя не странно, учитывая, что тебе пришлось пережить в это время суток. Это также объяснялось бы тем, что где-то в глубине души ты жалеешь о случившемся. И ты всё равно пошёл за мной сегодня, к тому же, один. Хоть и напугал меня, даже несмотря на то, что я и так беззащитна перед тобой. Но не привёл с собой компанию…

Дэйзи осмелилась посмотреть Уильяму в глаза, проверяя реакцию. По его взгляду трудно было что-то сказать, но она считала свой монолог эффектным. Вряд ли вампир сможет противопоставить что-то её аргументам. Возможно, ей даже удалось достучаться до него.

– Но нет, ты совсем не беспокоишься не из-за чего. Конечно, ты прав. То, что случилось и то, чему ты не стал мешать, для тебя ничего не значит, – насмешливо подытожила Дэйзи.

– Я не просто пугаю тебя, а испытываю. Ты должна быть сильнее и смелее, раз уж решилась бросить вызов мне. Так что считай это чем-то вроде услуги, чтобы ты изменилась и стала чуть менее скучной и предсказуемой. А значит, и прожила бы дольше, – равнодушно ответил Уильям.

Расценивая его довольно обидные слова как попытку уязвить её, чтобы перевести разговор на другую тему, Дэйзи не стала даже думать о них. Она по-прежнему считала, что на правильном пути. Успех казался всё более возможным.

– Неудивительно, что из всего, что я сказала, ты прокомментировал именно это.

Дэйзи открыто бросала ему вызов. Ему не отвертеться, придётся как-то объяснить свои действия. А им нет объяснения, кроме самого очевидного – Уильям жалел о произошедшем здесь.

– Так необходимо пояснять тебе очевидное? – снисходительно спросил вампир, уже одним тоном разрушая надежды Дэйзи. – Да, у меня есть эмоции. Я ведь и не говорил, что их нет. Лишь, что не живу ими. У меня другие приоритеты. В большинстве из них просто нет смысла. Просто люди слишком слабы, чтобы жить иначе.

Его слова выбивали ей почву из-под ног. Робкая и едва зародившаяся надежда снова была безжалостно отнята. Дэйзи мрачно подумала, что пора начать привыкать к этому.

– Разве так было всегда? – она снова попыталась напомнить ему о человеческом прошлом.

Дэйзи не понимала, как можно оставаться равнодушным на месте, где происходили сущие кошмары, которых так просто не забыть. Каким бы отвратительным Уильям ни был. У любого человека – а он им когда-то был – всегда есть предел.

– Почему ты принял себя вампиром, после того, что они сделали здесь?

Это ей и на самом деле хотелось знать. Дэйзи невольно спросила тише, почти даже мягко.

– Думаешь, у меня когда-то была общепринятая честь? – вопросом на вопрос ответил Уильям, похоже, честно. Это и пугало больше всего. – Я лишь выживал. Это такое свойство, которое тебе напрочь неизвестно, – с усмешкой добавил он, подходя ближе.

Назло возникшему рефлексу отступить назад, Дэйзи не сдвинулась с места, хотя и настороженно смотрела на него. Почему-то она решила показать, что не боялась его.

Но сейчас их разделяло ничтожное количество шагов. Это всё же сбило её с толку, а потому Дэйзи не смогла подобрать ответ.

– В общем, мы оба понимаем, что ты не добьёшься своего, – заключил Уильям, хотя его слегка удивила непоколебимая решимость Дэйзи. Она продолжала стоять на месте, не предпринимая попыток шарахнуться от него. При этом не отводила взгляда. – Не знаю, что ты там вычитала про меня из записок старого фанатика, но это не помогло.

Вместо того чтобы раздумывать над каким-то выходом из ситуации, Дэйзи почему-то обратила внимание, что трёхсотлетний вампир назвал всего-то сорокалетнего колдуна старым. Это было странно. Видимо, человеческие мерки измерения возраста для кровососов были приемлемы, но только на людей. А колдун всё же человек.

А вообще думать об этом сейчас настолько же странно, как если бы лежащий на гильотине человек размышлял, какая хорошая погода. Хотя, возможно, в подобных ситуациях отвлечённые мысли только на пользу. С ними Дэйзи воспринимала всё менее эмоционально.

– Раз уж ты здесь и заманила себя в эту ловушку, попробуем извлечь из этого какой-то смысл, – эти слова наконец отрезвили её. Дэйзи проиграла. И сейчас всё по его правилам. Действительно, ловушка, которая предназначалась для него, захлопнула в себе именно её. – Для начала…

Уильям специально не закончил и выдержал паузу, увидев нечто вроде страха и осознания в её глазах. Дэйзи с трудом пыталась держаться, но томительное ожидание не помогало.

Уильям окинул её странным долгим взглядом. Она не могла понять, что это значило, потому что выражение его глаз вообще сложно читать. Особенно, сейчас. Но на всякий случай Дэйзи всё же отступила на шаг назад. Не время демонстративно храбриться. Не похоже, что у вампира были хоть какие-то принципы.

Тщательно её осмотрев, Уильям уже точно знал: догадки, что кол был не один, оказались правдой. А всё было хорошо спрятано, надо отдать ей должное.

– Учти на будущее, я терпеть не могу ложь, – наконец сказал вампир. Длительная пауза уже настолько успела вымотать неизвестностью, что Дэйзи даже была рада услышать его голос. – А потому сейчас мы превратим твои слова, что у тебя лишь один кол, в правду.

И, прежде чем она поняла, что это значило, Уильям подошёл максимально близко.

Бесцеремонно и неожиданно, он резко притянул её к себе, схватив за талию. В то же время, не давая опомниться, вампир провёл рукой вниз по её волосам до кончиков, невесомо касаясь их. Это было даже похоже на ласку, хотя скорее, издевательскую, чтобы помучить ожиданием.

Дэйзи настолько пропала в разнообразных эмоциях, включая начинавшуюся панику, что стояла, замерев на месте. А Уильям осторожно откинул её волосы за спину. Машинально и Дэйзи прогнулась назад, будто пытаясь скрыться от него, но ведь он продолжал удерживать её. Так что она мало чего добилась этим инстинктивным действием. В голову пришло, что её шея сейчас была почти открыта, а её движение лишь больше обнажило эту желанную для кровососов часть тела, как бы подставляя ему. Чуть дрожа и едва дыша, Дэйзи уже ожидала нападения, помня, что у неё ещё были три кола. Эта спасительная мысль вдруг напомнила и о его словах. И, прежде чем она, наконец, окончательно поняла, что он собирался сделать, почувствовала, как его рука на этот раз быстро и резко пробралась через открытый ворот… ей под рубашку. Туда, где был спрятан один из кольев.

По телу Дэйзи пробежали мурашки. Она понимала, что нужно что-то сделать, но словно оцепенела. А Уильям намеренно дольше пошарил под её одеждой, хотя прекрасно знал, где был кол. Но прежде чем заполучить его, вампир плавно пробежался пальцами по полушариям её груди, как бы повторяя их очертания. При этом задел сосок и зажал его между средним и безымянным пальцами.

Дэйзи не верила, что это реальность, происходящая именно с ней. В голове вертелись сотни мыслей, а она не могла поймать ни одну. Уильям же продолжал то нежно, то жёстко гладить её грудь, а затем резко сжал пальцы так, что она оказалась в его ладони. При этом он не сводил глаз с лица Дэйзи, хотя она старательно избегала столкновения их взглядов. Смотрела куда угодно, но только не на врага.

Так её ещё никто не касался, и она чувствовала себя униженной. Пошло, грязно, бесцеремонно. Будто Дэйзи была не леди, а какая-то потаскуха. При этом она так себя и вела. Иначе как объяснить, почему даже не попыталась сопротивляться? Более того, в какой-то момент чуть ли не захотела податься навстречу его движениям. Будто даже наслаждаясь ими. Это было слишком порочно.

Тот спектр эмоций и ощущений, что пережила Дэйзи за эти мгновения, был слишком постыден, чтобы думать об этом. Но не стоило позволять физиологии омрачать разум. Да и то там больше играл страх, чем что-либо ещё.

Дэйзи собрала всю волю, чтобы, наконец, хоть что-то сделать. Но будто почувствовав это, Уильям сам прекратил свои действия, как ни в чём не бывало вытащив кол из-под её рубашки. Дэйзи вспыхнула. Уже второй раз с ней так обошлись, и, кстати…

Эта мысль натолкнула на новое осознание. Она не чувствовала холода от его прикосновений. Наоборот, приятное тепло. То самое, несвойственное кровососам по слухам. Но ведь перед ней стоял вампир!

Это мигом заставило её выйти из оцепенения. Теперь Дэйзи с готовностью ждала, зная, что Уильям отнимет ещё один кол. Она не станет сопротивляться. На этот раз Дэйзи сосредоточится на процессе, чтобы убедиться, что ей не показалось…

Хотя воспоминания были свежи, грудь томительно приятно ныла, напоминая об ощущениях. Но Дэйзи ещё допускала мысль, что температура его тела сегодня – иллюзия, её восприятие могло быть ложным. По крайней мере, она тогда мало соображала, потерявшись в самых разных эмоциях. А значит, могла ошибиться. Хотелось в это верить.

Конечно, Уильям продолжал удерживать её одной рукой, но сквозь одежду Дэйзи не могла сказать точно, ледяные ли у него прикосновения. Хотя в глубине души она понимала, что это самообман. Вампир так близко, а холода не чувствовалось.

Недолго думая, Уильям решил оставить ей крепкий и большой кол, что висел за поясом. А потому его целью стал мелкий, что прикреплён к зашитому изнутри карману куртки. Оставлять ей именно его было бы несправедливо. Не то чтобы это вампира заботило, но всё же она и так слишком беззащитна.

– Сними куртку, – отпустив её, приказал Уильям. Рукав был тесен, и, не разорвав его, он не смог бы отобрать оружие.

– Отвернись, – поняв ход его мыслей, бросила Дэйзи. Уильям только усмехнулся и, отойдя чуть в сторону, продолжал смотреть.

Дэйзи с трудом сдержала ярость. Понадобилось всё терпение, которое у неё только было.

Сквитаться с ним ей ещё предстоит. Всему своё время. Да и остаться в рубашке будет не так уж непристойно. Особенно после того, что было некоторое время назад.

Не глядя на вампира, Дэйзи быстро стянула с себя куртку. Развернув нужный рукав, вытащила маленький кол и поспешно оделась снова. Затем шагнула навстречу Уильяму с оружием.

Вампир протянул руку, чтобы забрать. И тогда, осмелев и глядя ему прямо в глаза, Дэйзи задержала свою в его, передавая кол… Чтобы снова ощутить вполне человеческое тёплое прикосновение. Совсем не лёд. И, хотя в глубине души Дэйзи уже была готова к такому повороту событий, он шокировал. Снова выбил почву из-под ног.

Страшная догадка оказалась реальностью, или всё же?..

– Ты… – начала Дэйзи. Перед глазами пронеслись танцы с человеком, который внушал тревогу и опасность, встреча с незнакомцем у её дома, поцелуй… Всё это было слишком. – Это ты, – Дэйзи хотела преподнести как вопрос, но вышло, как утверждение.

Наглая ухмылка и довольный взгляд Уильяма подтвердили её худшие опасения.

Глава 10. Спасение

Некоторое время Дэйзи ещё приходила в себя. Слишком уж пугающей и жестокой была обрушившаяся на неё новость.

Но всё это пока только мысли. Надо озвучить правду, чтобы окончательно расставить все точки. Это распределит ей вес, который пока тяжёлым грузом обрушился лишь на Дэйзи.

– Так значит… – наконец решилась она.

Предложение не формулировалось в связанное, слова перемешались в мыслях. Дэйзи даже не знала, с чего начать. Она посмотрела на вампира, который невозмутимо и с лёгким любопытством наблюдал за ней. Встретившись с ним взглядами, Дэйзи снова поняла, что всё это правда.

– Но если… – она хотела бы знать, зачем он всё это проделывал. Хотя, наверное, это очередная часть его непонятной, с каждым разом всё более пугающей игры. Гораздо важнее получить ответ на другой вопрос. А вдруг это не единственное упущение? – Почему тогда ни в одном источнике, нигде не упомянуто, что… И как?

Вопрос получился спонтанным, сбивчивым и бессвязным, но в точности не было нужды. Уильям и так знал, что Дэйзи ждала объяснений.

– Мы это скрываем, – спокойно пояснил он. – Тело меняет температуру в зависимости от голода. Если мы сыты, нас мало чем отличить от людей. Потому это и тайна: чтобы беспрепятственно вливаться в ваши ряды по необходимости.

Дэйзи промолчала, переваривая информацию и вникая. Всё казалось логичным, но… Что-то в его словах смущало.

Осознание поразило внезапно. Уильям сказал, что они это скрывали. Видимо, делали это и до сих пор, и вряд ли собирались прекращать. Тогда зачем он открыл эту тайну ей?..

Конечно, появилась догадка. Но слишком страшная, не хотелось верить. Хотя как раз она была самым разумным объяснением: если Дэйзи не проживёт до завтрашнего дня, можно и пооткровенничать с ней.

– Но если вы скрываете, – с плохо спрятанным страхом заговорила она. – То…

Дэйзи решила не заканчивать страшное предположение. Лучше дождаться, что скажет он.

– Ты, конечно, можешь разнести подобные слухи, но кто тебе поверит?

Слова Уильяма сначала вызвали облегчение у Дэйзи. Что ж, смерть ей не грозила. Опасность миновала.

Но сказанное вампиром напомнило, что теперь у неё проблемы со всех сторон, включая и социальную жизнь. В подтверждение этой мысли, будто издеваясь, он продолжил:

– У тебя нет доказательств. Тебя скорее сочтут сумасшедшей, учитывая, насколько плачевной репутацией ты уже обладаешь.

Она снова призывала себя к терпению. Да, проблем полно, но не стоило зацикливаться на этом. Должно быть какое-то решение… Но следующие слова Уильяма напрочь выбили эту хрупкую, еле созданную почву оптимизма из-под ног. Стыдное, жгущее напоминание, которое, вроде бы, почти вылетело из её головы:

– Не без моего участия, конечно. Но ты сама об этом просила, так что…

Эти слова вереницей прокрутили в её голове события, связанные с так называемым незнакомцем. Довольно красочные воспоминания… Особенно, как Дэйзи сама прильнула к нему целоваться. Её первый полноценный поцелуй со всеми подробностями и нахлынувшими тогда ощущениями ярко воссоздался в памяти. Словно повторился снова. Захотелось провалиться сквозь землю.

– Ненавижу, – яростно выдавила Дэйзи.

И в этом слове выплеснулись все скопившиеся за сегодняшний день эмоции.

– Даже приятно, что ты настолько неравнодушна ко мне, – как и обычно, спокойно отреагировал Уильям.

Его невозмутимость раздирала ей душу ещё больше. Невыносимо понимать, что его действительно невозможно задеть. И все её удары, предназначенные ему, обрушивались на неё саму.

Дэйзи отвела взгляд от убийцы брата, чтобы хоть как-то совладать с душераздирающей яростью. Но какая разница, смотреть на него или нет. Лицо Уильяма всё равно стояло у неё перед глазами. Всегда. Даже странно, как Дэйзи не узнала его на том чёртовом балу? Настолько не допускала мысли, что вампиры могли быть среди людей? Или слишком сосредоточилась на желании разорвать помолвку?

Ну вот, Дэйзи опять вспомнила события, участником которых был враг. Страшно подумать, а ведь она чувствовала в том незнакомце некую поддержку, родственную душу. Боялась себе в этом сознаться, но в глубине души знала.

Затянувшаяся пауза и пристальный взгляд Уильяма, проникающий ей под кожу, только усиливали напряжение. Видимо, вампир продолжал издеваться над ней, даже намёком не давая понять, что ей предстояло. Где хоть какие-то действия?

– Ладно, похоже, это сражение я проиграла, – не выдержала Дэйзи. Она старалась говорить хоть немного невозмутимо, давая понять, что не сломлена. – Что дальше? К чему тянуть?

Уильям продолжал молчать, насмешливо глядя на неё. Терпение Дэйзи было на пределе.

– Или тебе доставляет удовольствие наблюдать за моими мучениями, когда ты знаешь, что я не смогу ничего изменить? Это низко, но похоже на тебя.

– Удовольствие мне доставляет другое, – серьёзно сказал Уильям, при этом, наверняка намеренно оглядев Дэйзи довольно откровенным взглядом. Она с трудом подавила гнев, снова отведя взгляд. И опять мысленно начала себя успокаивать, но его следующие слова справились с этим лучше, потому что на смену злости пришло удивление: – А тебя я отпускаю. Уходи.

Дэйзи чуть не поспешила воспользоваться внезапным предложением, но, стоило только развернуться к двери, как в голову пришло понимание. Ну конечно, всё не могло быть так просто. Ведь время уже близилось к ночи. Вокруг опустилась темнота. Идеальное время для вампиров. Если Дэйзи выйдет сейчас, риск столкнуться с кем-то из них слишком велик. А у неё только один кол, да и слишком подавленное и усталое настроение для подобных встреч.

– Но… – она посмотрела на Уильяма, глупо надеясь, что он просто забыл об этом. В ответ лишь его вопросительный взгляд. Тогда Дэйзи как можно более уверенно продолжила, не прося, а утверждая: – Я уйду утром.

На всякий случай она кивком указала на окно, при взгляде на которое при всей его убогости всё же было видно, что уже смеркалось.

Но Уильям даже не обернулся на него.

– Нет. У тебя два варианта. Первый: ты остаёшься здесь до утра. – Дэйзи чуть сразу не сказала, что выбирала именно это, но его следующие слова быстро её остановили: – Но не просто так. Поверь, я быстро найду способ развлечь себя, раз уж мы застрянем здесь вдвоём.

Небольшая пауза усилила эффект сказанного. Дэйзи не знала, что имел в виду Уильям, но не стоило ждать ничего хорошего от такого, как он. Да и ещё этот взгляд… От него мурашки по коже.

– Думаю, вне зависимости от процесса, результат тебя не обрадует. Второй вариант: ты уходишь. И именно сейчас.

Всё это не предвещало ничего хорошего и звучало убедительно, но Дэйзи осмелилась уточнить:

– А ты остаёшься здесь?

– Я не собираюсь оберегать твой путь, если ты об этом, – усмехнулся Уильям. – Ты будешь сама по себе. Ты же решила, что сможешь победить вампиров при помощи глупых щепок? – с этими словами он демонстративно лёгким движением пальцев превратил каждый из двух кольев в прах. – Ну так вперёд.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.