Владимир Фрейбергер
Истории Приторного человека

Рыцарь Печали

Эта история банальна, можно сказать что это очередная сказка, сказка которую ты не прочтёшь своим детям, сказка которую ты забудешь через пару часов.

Дело обстояло в царстве N. Высокие каменные стены, окруженные рвом с прозрачной водой, без стражи и каких-либо орудий. Внутри царства жизнь кипела только ночью, днём встречалось мало людей. В основном это были садовники, которые ухаживали за цветами. У каждой улицы свой сад, ни один не похож на другой. Из-за этого всегда стоял нежный запах. Дома были из красного кирпича с изумрудами, они переливались при освещении фонарей. Статуи героев из чистого золота, давным-давно покинувших этот мир, стояли у хором царя.

Люди жили в достатке, но были хмуры. Может показаться что здесь есть все что нужно для хорошей жизни, но страх пропитал это место – у каждого царства свой враг. С первыми лучами солнца появлялись монстры, хотевшие проникнуть внутрь этих стен. Защитник был один, никогда не показывал лицо, не проронил ни слова за все пребывание в этом месте. Каждое утро он выходил за стены и бился до самого вечера. Люди его прозвали Рыцарь Печали. Приходя обратно, он проводил время с юной девушкой, смотрел как она рисует яркие картины на холсте. У неё большие серые глаза, наполненные пустотой, чёрные длинные волосы, худощавая телосложением с кожей цвета мрамора. Рыцарь хотел лишь одного – увидеть на её прекрасном лице счастье.

Так прошла ещё одна ночь и наступило утро. Рыцарь вышел за пределы царства и ждал врага. Появился он быстро, было их намного больше чем обычно. Бой длился долго, яростно. Рыцарь бился так будто это его последний день. Враг отступил, усталость поглотила рыцаря, он возвращался обратно, смотрел на людей и каждый кланялся ему, не от благодарности спасения, а просто по привычке. Придя к девушке, он увидел, как та играет- играет с монстром которых убивал. На её лице была улыбка, в глазах исчезла пустота, она была счастлива. Не только картины были яркими, а вся комната наполнилась светом, которого тут никогда не было. Рыцарь не понимал, как это может быть? Как враг принёс то, что ему не удавалось. В эту ночь он так и не зашёл к ней.

Лучи солнца упали на землю, монстры приближались к стенам, на их пути никого не было. Они зашли в царство, люди были в ужасе – неужели их защитник пал? Монстры не нападали, просто бродили по улицам пока девушка не вышла из своего дома. Она подошла к ним, протянула руку. Монстры начали излучать свет, он проник в души людей, каждый почувствовал тепло и счастье внутри себя. После этого жизнь в этом мире изменилась, улыбки и радость не исчезали никогда.

Рыцарь Печали больше не появлялся, его нигде не видели, даже в других землях. Он исчез без следа, память о нём вскоре тоже.

Рыжеволосая

Тёмный кабинет, зелёные стены на которых висят психоделические картины, а психоделики в моей жизни и так хватает если честно. Диван из кожи весьма удобный, я расположился на нем и обследовал глазами все что вокруг. Шкаф с кучей книг, большой стол, все по стандарту, так и было в моём представлении до того, как появился здесь. Никогда не понимал людей, которые ходят к психологам, мне всегда казалось, что это обычная работа, за которую платят как обычному рабочему, правда зарплата больше. В общем люди и проблемы для этих врачей просто заработок на жизнь. Глубоко внутри им плевать что у тебя случилось, им выгодно если ты будешь ходить на приёмы долго. Потому что один приём стоит приличных денег. Слишком много о финансах, но к сожалению, сейчас в моей жизни это самое главное. Матушка обеспокоилась за моё душевное состояние, поэтому отправила сюда. Передо мной сидел мужчина средних лет, одетый в костюм, с седой бородой, в очках, это тоже я так и представлял. Сейчас расскажу ему почему судьба привела в это место.

Мой отец занимался бизнесом всю жизнь. Здоровье ухудшалось с каждым годом, в итоге он ушёл из жизни оставив нас с матушкой. Все должно было перейти мне по наследству, но партнёры отца не хотели допускать юнца управлять предприятием. Поэтому они решили, что будут отчислять нам проценты и возьмут все в свои руки. Через два года выплаты стали меньше из-за кризиса, на работу меня не брали, мало опыта, а точнее его вообще не было. Мы решили продать фамильный особняк и переехать в город поменьше.

Была куплена двухкомнатная квартира в неплохом состоянии. Я снова начал искать работу, неудачи преследовали меня пока один из работодателей от которого я услышал очередное – «Извините, вы нам не подходите!». На местном кладбище возможно меня возьмут, потому что там всегда работники не задерживаются надолго, вакансия часто свободна.

Выбора у меня не было, сбережения заканчивались. Я незамедлительно отправился туда. Три часа тряски в карете, и мы были на месте. Кучер согласился подождать хоть ему не нравилось это место. Обычное кладбище – мрачно, холодно и жутко. Рядом стоял дом к которому я направился. Покосившийся забор, доски скрипящие от ветра, где-то были заколочены окна. «Это место гниёт и разваливается как моя жизнь» – первая мысль которая пришла в голову, когда подошёл к двери и постучал. Мне открыл дверь старик – сморщенное лицо, капилляры на глазах красные, одежда оставляла желать лучшего. Он сразу понял зачем я приехал, рассказал в чем заключается работа -уборка кладбища, помощь в погребальных церемониях, ремонт дома и так далее. Жить буду тоже тут, есть два выходных в неделю. Я не раздумывал и согласился. Матушка была рада за меня, но место и тот факт, что меня не будет дома пять дней расстраивал её. Приехав, старик поселил меня в комнату на втором этаже. Разговаривать он мог только по делу, в основном молчал. Эта комната отличалась от других частей дома, тут чувствовалась женская рука – от цвета стен, до расстановки мебели.

Следующим днём я уже помогал на церемонии. Ещё с похорон отца понял – печалит не то что, кто- то умер. A то, как скорбят по этому человеку. Душу разрывало, смотря на все это – слёзы, чёрный цвет, боль. Привыкнуть к этому тяжело. Церемонии тут через день, не часто разрыв был большим. В остальное время я готовил, подметал территорию, ходил по кладбищу следил за могилами. Старик рассказывал о больных, которые раскапывают тела. Воруют их, проводят эксперименты. Ещё в первые дни я увидел девушку, посещавшую видимо своих умерших родителей. Заходила она каждый день и каждый день приносила цветы, а старые уносила. Рыжеволосая в чёрном длинном платье до земли.

В очередной выходной я шёл за деньгами, которые прислали от предприятия отца. Вновь увидел её, мы долго смотрели друг на друга. К моему удивлению она подошла первой. На лице веснушки, пухлые губы и лёгкий румянец на щеках. Из-за всех сил старался скрыть панику, не каждый раз ко мне подходила такая дама. Мы разговорились, думаю волнение с моей стороны она почувствовала сразу. Этот день я никогда не забуду. Прогулка по городу, по парку, речи, которые никому ещё никогда не говорил – появилась лёгкость, дурачество, а на её лице светилась улыбка. Даже когда стемнело она грела и радовала меня. Мы подошли к обрыву у реки, внизу пляж, бурные звуки воды. Тусклые фонари освещали нас, осенние листья падали с деревьев вперемешку с дождем ударявший нежно по нашему зонтику. Как будто сама природа говорила – «Вот тот самый момент, целуй!». Это все оборвалось когда земля у обрыва обвалилась, я вместе с ней рухнул кубарем. Удар головой об камень, мутно в глазах, рыжеволосая рядом что-то кричит.

Очнулся в больнице, жуткие боли. Спросил где девушка, все пошло очень странно. Мне сказали, что со мной никого не было, прохожий в тот момент видел, как я с кем-то разговариваю, но рядом никого, а потом упал и так оказался в больнице. Я описал её врачам, они сказали, что такая девушка была, но она умерла шесть лет назад. Это дочь старика, присматривающий за местным кладбищем. После этой информации говорить об этом я перестал – чтобы не упекли в место похуже. Через неделю меня выписали.

Вернувшись на кладбище к концу дня, я всё-таки спросил у старика о его семье. Он отвел меня на две могилы, именно сюда рыжеволосая приходила. Старик рассказал, что они жили тут втроём, все было хорошо, даже место их не пугало. Жена серьёзно заболела вскоре скончалась, он стал много пить из-за чего постоянно поднимал руку на дочь, а утром приходил извинялся, она прощала каждый раз. Как-то все повторилось, он поднялся к ней в комнату и увидел тело, она вскрыла вены. В тот вечер я впервые увидел, как старик достал бутылку на кухне.

На следующий день она пришла, когда я убирался, хотела поговорить, но я не обращал на неё внимание и не слушал. Так повторялось две недели. После тяжёлого дня старик сидел снова с бутылкой. Поднявшись в комнату, я долго не мог уснуть, поэтому принял морфин, который приобрёл в городе у какого-то врача в отставке. Ночью проснулся от всхлипов, лунный свет на полу начал заполняться чем-то красным, встав с кровати увидел – рыжеволосая в луже крови, ее взгляд направлен на меня, в нём был ужас и предательство.

Утром я покинул это место. Приехав домой все рассказал матушке, она отправила к врачу, а он сидит и говорит, что все это плод моего воображения – «Нужно больше времени проводить в обществе, нельзя работать в таких местах такому человеку, все это из-за одиночества и усталости». Когда он это говорил я задумался – «А может мёртвым, как и живым кто-то нужен»?

Паук

Сегодня день рожденье моей соседки по съемной квартире и по совместительству лучшей подруги. Мы с Катей познакомились в институте на первом курсе. Две девочки из маленьких городков совсем незнающих жизнь за пределами родных мест. Это нас и сплотило, на втором курсе мы сняли квартиру и стали жить вместе.

Наш одногруппник Леша, так сказать коренной житель этих мест, предложил отпраздновать на даче. На что мы конечно же согласились. Созвав народ, закупив еды и выпивки мы все дружно поехали загород.

Домик был шикарным, в два этажа. На первом камин, уютная кухня с баром. На стенах старые уже поблекшие картины. На втором этаже нас ждал сделанный своими руками бильярдный стол. Тут мы и поиграем в Пив-Понг.

На участке стоит баня, уличный туалет – к сожалению, только такой. Клумбы для цветов, огород, все это в красках начинающийся осени. И главное – место для кострища и мангала. Скамейка стояла в виде полумесяца, а рядом потрепанные кресла.

Мы вынесли раскладывающийся стол, ребята зажгли костер и камин, растопили баню. Мы привезли с собой колонки. Установили их как в доме, так и на улице. С гирляндами поступили так же. Пока девочки нарубали салаты мужчины занялись шашлыком.

К вечеру уже все было готово и гулянка пошла в разнос. Всего нас было двенадцать человек. Сначала мы объелись, позже играли на втором этаже в Пив-Понг. Катю изрядно начало подкашивать, но она так просто не сдавалась. Начались танцы, крики и громкий смех. Колонки разрывались от звука. Сходив в баню мы уселись у костра, один из наших взял гитару. Мы пели песни, допивали оставшийся алкоголь.

– Нужно еще. – сказала Катя.

– Думаю уже хватит. – сказала я.

– Подруга не будь занудой, сегодня праздник и я еще на ногах.

– А ты ползать хочешь?

– я хочу так чтобы вообще шевелиться не могла.

– На въезде на дачи есть продуктовый, он и ночью работает. – влез Леша.

– Тогда чего мы ждемс? Идемс за добавкой. – сказала Катя и чуть не упала с кресла.

– Так, если на то пошло, я иду с вами. Буду тебя контролировать. – сказала я.

– Ути-ти, мой контролер. – Катя встала и крепко меня обняла.

Мы вышли с дачи, фонарики на телефонах освещали путь. Машин не было. Дойдя до магазина, продавец не удивился нашему состоянию. Видимо на таких как мы он тут только и держится. Накупив шесть бутылок водки, две бутылки вина, мы отправились назад. Дорога мне стала казаться другой.

– Леша, ты нас другим путем ведешь? – спросила я.

– Нет, тем же вроде.

– Вроде?

– Ну я тут не часто бываю, поэтому иногда могу запутаться.

– Отлично. Ну надо остановиться, послушать. Может услышим крики наших алконавтов.

Мы так и сделали, но кроме шелеста деревьев от ветра мы ничего больше не услышали.

– Может обратно до магазина, спросим у продавца. – сказала я.

– Не, ща все будет. – сказал Леша.

Он пошел к дому где горел свет. Открыл калитку, прошли по двору и стук в дверь.

– Они нас сейчас пошлют. – сказала Катя.

– Да тихо вам, ща все будет. – ответил Леша.

Открылась дверь, нас встретил усатый мужчина, на вид ему лет сорок пять. Он нам улыбнулся.

– Здравствуйте, извините за столь поздний визит. Мы немного потерялись, вы не могли бы нам подсказать дорогу?

– Да, конечно. Вы входите ребята в дом. – сказал мужчина.

Леша посмотрел на нас, пожал плечами и зашел в дом, мы последовали за ним.

Дверь закрылась.

– Так ребята, вы нас отвлекли от ужина немного. – сказал мужчина.

– Извините, мы не хотели.

– Ничего, ничего. – из комнаты вышла женщина. – Разве мы так гостей встречаем любимый?

– Нет дорогая. Ребята, прошу за наш скромный стол

– Да нет, нам бы дорогу узнать, и мы пойдем,

– Успеете вы еще, давайте за стол пока горячее. Идемте же.

Мы переглянулись с ребятами.

– Блин, теперь как-то отказывать не удобно. – сказала Катя.

– Ну ладно, десять минут. Поедим быстро, узнаем дорогу и уходим. Хорошо?

– Да, так и сделаем. – согласился со мной Леша.

Мы вошли в их гостиную судя по обстановке, стоял длинный стол. Мужчина и женщина были в доме не одни, за столом сидел наш сверстник. Видимо их сын. Мы уселись за стол, тарелки уже стояли. Они будто кого-то ждали, но те так и не приехали.

– Так вы скажете, как нам пройти? – спросил Леша.

– Да-да, давайте сначала отведаем стряпню моей красотки. – ответил мужчина.

– Ой, скажешь еще. – засмущалась женщина.

– Ну любимая так и есть, что скрывать.

Мы с Катей захихикали, она сказала мне на ухо:

– Если у меня будет муж, то только такой.

– Ха-ха, ну посмотрим. Твой вкус уж точно не на таких.

– Вот увидишь.

Мы поели, Леша хотел снова задать вопрос, но мужчина его опередил.

– Сынок, а ты не хочешь показать свою коллекцию фигурок?

– Да, пап. – мальчик встал и пошел.

– Нам бы дорогу узнать, нас ждут. – сказал Леша.

– Не переживайте вы так, успеете еще. – ответила ему женщина.

– Сделайте нам услугу. – мужчина перешел на шепот. – У сына друзей совсем нет, просто сходите посмотрите. Соврите что вам понравилось, и идите куда вам надо.

– Ну хорошо. – ответил Леша.

Мы встали из-за стола и пошли на второй этаж в комнату этого парня. Он сидел на полу и играл в фигурки.

– Так девчонки, какая та дичь происходит. Нам надо валить отсюда, сами дорогу найдем.

– Он вас не отпустит. – сказал парень.

– Кто? Твой отец? – спросила Катя.

– Нет, не он. Вы скоро узнаете.

– Так, давайте не будет слушать этого слабоумного, а просто уйдем. – сказал Леша.

– Я не слабоумный.

– Я вижу дружище.

– Он хочет, чтобы я был таким.

– Каким? – спросила я.

– Ребенком. – ответил он. – Он хочет семью.

– Так все, эта полная фигня. Ты парень явно переиграл в свои фигурки и «Cимс». Мы валим. – сказал Леша.

Тут к нам зашел мужчина.

– Ну как у вас тут дела? Все хорошо?

– Мужик, ответь, как пройти до Лесной двадцать восемь.

– Какой грубый тон молодой человек.

– Все, этот абсурд меня доконал. Отвали от нас, мы уходим.

Леша оттолкнул мужчину от двери и пошел вниз, мы за ним. Подойдя к двери, он не мог ее открыть.

– Что за чертовщина происходит? – спросила Катя. – Мне становится страшно.

– Ща девчонки, ща все будет… – под ногами Леши открылся люк, он упал вниз. Мы с Катей закричали.

Вышла из гостиной женщина, мы обернулись на лестницу. По ней медленно спускался мужчина и сел на ступеньки.

– Он ему сразу не понравился. Взгляните на это чудо. – он указал на люк.

Дрожа мы посмотрели вниз, там лежал Леша.

– Ты в порядке? – крикнула я.

– Да, все нормально девчонки. Немного ушибся. – Леша открыл глаза и что-то увидел перед собой. – Твоюж, что это за тварь? – закричал он.

– Что там? Мы тебя сейчас вытащим. – крикнула Катя.

Мы не успели шага сделать чтобы ему помочь, к нему подползло огромное лохматое существо. Схватило за ногу и утащила, только крик ужаса мы слышали от Леши. Дверца закрылась, мы оцепенели на месте. Женщина подошла к нам, взяла за руки и повела на второй этаж

– Все хорошо девочки. – поговаривала она всю дорогу.

Привела в комнату, там стояли две кровати. По ним развешаны девчачьи плакаты разных поп групп. Дверь закрылась. Я подергала ручку.

– Нас закрыли на ключ.

– И что нам делать теперь? Что это было, что вообще происходит? – Катя лила слезы.

– Я не знаю.

Наши телефоны выключились, хотя мой точно был на шестьдесят процентов заряжен.

Мы просидели в тишине обнявшись. Дрожь по коже, нас колотило. Начал проворачиваться ключ, дверь открылась. К нам вошла женщина, у нее был поднос. На подносе стояли два прозрачных стакана с молоком и две булки. Она подошла к нам.

– Вот девочки, перед сном надо выпить молочка.

– Мы ничего не будем! – крикнула Катя.

Женщина поставила поднос на тумбу, подошла ко мне и схватила.

– Не трогай ее! – Катя встала с кровати.

– Да заткнись ты уже дура! – сказала женщина. – Возьми стакан и пей молоко.

– Я не буду этого делать.

– Тогда так. – женщина поднесла к моему горлу нож. – Пей или я перережу ей глотку.

Катя смотрела на меня, глаза ее были красными и слезились.

– Не надо. – сказала я.

– Заткнись. А ты, пей!

Катя взяла стакан с молоком и начала пить. На дне я увидела что-то черное, с размера монетки. Их было там много. Катя взглянула на дно, там были пауки.

– Нет Катя! – сказала я.

– Пей, или я ее убью!

Катя залпом выпила остатки вместе с пауками. Женщина отпустила меня и вышла. Я подбежала к подруге, она упала ее начало тошнить. Вышло содержимое, но пауков там я не увидела.

– Я их выблевала? – спросила Катя.

– Да, все в порядке. – соврала я.

Мы легли на кровать и прижались друг к другу. Катя задремала, мне совсем не спалось. Нас должны ведь уже начать искать, или нет?

Открылась дверь, пришел парень.

– Вы должны спуститься вниз.

– Помоги нам, ты ведь тут тоже не по своей воле.

– Я не могу, я не контролирую себя.

– Как это ты не контролируешь себя?

– Ты узнаешь, ты будешь как она.

Он кивнул в сторону Кати, я повернулась. Она смотрела на меня таким же пустым взглядом как этот парень.

– Что с тобой?

Она схватила меня за руку, он сделал тоже самое. Они потащили вниз в гостиную. За столом нас уже ждали.

Меня бросили на стол, парень попытался открыть мне рот своими руками. Я его укусила, но он не чувствовал боли. Подошел мужчина.

– Так дорогая, теперь давай без глупостей.

Он положил мне на грудь паука с размером в ладонь. Я задергалась, было бесполезно. Они держали меня мертвой хваткой. Паук залез мне в рот, сознание помутнело, я отключилась.

Очнулась, мы были все за столом и ели. Я не управляла своим телом, кто-то делал это за меня.

– Ты ему нравишься, он выбрал тебя. – сказал мужчина.

– Да, папа. – ответил кто-то за меня.

– Нужно покормить его солнышко. – сказал женщина.

– Да, мама.

Мое тело встало и подошло к Кате, взяв ее за руку повела в подвал. Мы спустились вниз, я толкнула ее в темноту. Катя или кто ей управлял посмотрел на меня. На ее щеках слезы, это была уже точно она. Она все видит и понимает к чему все идет. Огромный паук подходил к ней сзади. Мое тело направилось обратно в гостиную, села за стол и продолжила есть.

сАД

Студенческие годы – пары, долги, постоянные недосыпы. И конечно же гулянья, куда без них. Столько историй, воспоминаний. А чтобы ходить на все мероприятия, нужны деньги. А чтобы они появились, нужна работа. Что я и сделал, нашел работу. Сторож детского сада. Я был на втором курсе, и учебе это не сильно мешало. Да и спать ночью я не очень любил. Так сказать – сова, что поделать. Зачем спать ночью, если это можно сделать на парах.

Первую ночь было все нормально. Нет не страшно, а даже интересно. Вы оставались одни дома, сидели и смотрели ужасы. А представьте – вы одни, в большом здании, смотрите ужасы. Они становятся куда пугающе и интересней.

Я пришел, принял дежурство. Все ушли, обошел и проверил все ли двери закрыты внутри. Вышел из сада, проверил закрыты ли они снаружи. Закрыл калитку центрального прохода, закрыл ворота. Обошел сад, осмотрел окна. Закрыл калитку второго прохода. Закурил сигарету, на улице снежок, деревья в хлопьях. В окнах первого этажа горит свет, место где я сижу. Забавно выглядят цветы на подоконниках, будто чьи-то отрубленные головы – если смотреть из далека конечно. Я докурил, и пошел в сад. Под ногами хруст снега, косточки, ломающиеся под моим весом.

Зашел в сад, закрыл центральную дверь. Снял куртку, шапку. Достал удлинитель, поднес ближе к креслу где я сидел. На стол поставил термос с чаем, из рюкзака взял бутерброды. Включил на телефоне летсплей, хоррор бродилки. Так и прошла первая ночь. Каждые два часа осмотр территории. Покурил, зашел, чай, бутик, летсплей. Мой ритуал в эти ночи на работе.

Через неделю все стало меняться. Я сидел уставившись в телефон, услышал шорох. Пошел проверить, включил в коридорах свет. Признаков посторонних не было. Просто ветер или еще что, подумал я. Уселся и продолжил просмотр. Настало время обхода, вышел на улицу прошел вокруг здания. У второй калитки закурил и смотрел на соседнее здание. Повернувшись взглянул в окна сада, на втором этаже мне показался силуэт. Скорее мое дурное воображение, как с цветами на подоконнике. Докурил, вернулся в сад.

Через два дня опять на работе, смотрю фильм. Где-то что-то упало, я встал и пошел к лестнице, лежал детский мячик. Но до этого его там не было, или просто не заметил? Вернулся назад, задремал, и снова звуки. Я поднялся наверх, открыл группу и зашел. Меня встретил маленький мальчик, я очень испугался.

– Ты что тут делаешь? – спросил я.

– Играю. – с неловкостью ответил он.

Не могли же его тут просто-напросто забыть, подумал я.

– Поиграй со мной, а то он не любит со мной играть.

– Кто с тобой не любит играть? – спросил я.

– Он – мальчику указал на что-то за мной.

Я повернулся, но никого не было. Посмотрел на мальчика, его тоже не было. Я выбежал из группы, закрыл дверь. Тут я начал считать, что зря я не люблю спать ночью, потому что явно без сна у меня уже воображение разыгралось.

Сдав смену, в техникум я не пошел. Решил лучше мне поспать хорошенько.

На следующую смену, меня попросили позвать ремонтника в одну группу.

– В группе кран сломался, вас зовут.

– Хорошо. – ответил старик.

Его мастерская находилась в подвале, он его уютно обустроил под себя. Маленький телевизор, радио, чайник. Мягкое кресло где он сидел.

– А ты сторож ведь новый? – спросил он меня.

– Да.

– И как тебе работка? Не страшно ночью одному сидеть?

– Да нет, нормально.

– У нас тут постоянно сторожа меняются.

– Да, мне сказали постоянно пьющие попадаются.

– Ха-ха, это тебе кто такое сказал? Тут не в этом дело.

– А в чем тогда?

– Да так, не слышал ли ты ничего или не видел ли странного ночью?

– Нет, все спокойно. – соврал ему я.

– А другие сторожа до тебя жаловались. Говорили, что слышат что то, и видят детей.

– Детей?

– Да, устроился на работу, а историю этого места не знаешь?

– Нет, а что за история?

– Лет пятнадцать назад. В саду был тихий час, в одну из групп на втором этаже, зашел мужчина. Воспитатель задремала сама и не услышала. Мужик пришел с канистрой. Бедные детки, весь этаж полыхал, а этот урод остался и сгорел вместе с ними.

– Мне про это не рассказывали.

– Не захотели молодого спугнуть, наверное. А то всем все мерещится, думают алкаши, а может не в этом то дело. Что скажешь?

– У меня все нормально, ночью гробовая тишина.

– Ну как скажешь малец, если что заходи. Может поменяется что.

– Буду иметь ввиду.

Я ушел, принял дежурство. Дождался пока все уйдут. Все закрыл, стал слушать признаки мертвых.

В тишине глаза начали слипаться, никого кроме меня в саду не было. Время обхода территории, ночь выдалась холодной поэтому на улице я взбодрился. Вернувшись не увидел свой рюкзак, убрать его я не мог никуда. Он всегда лежал возле кресла. На втором этаже заскрипела дверь. Я поднялся, группа открыта. Зайдя обнаружил свой рюкзак на ковре, по середине спальной комнаты. Я поднял его и в нем зазвенели монеты на проезд.

– Тссссс! – произнес детский голос.

На одной из кроватей лежал тот мальчик, он укрылся одеялом.

– Тсссс! Если он услышит, он придет и будет злой. – тихо сказал мальчик.

– Кто он? Тот кто устроил поджег? – спросил я.

– Дааа, злой дядя в коричневой куртке. – сказал женский голос.

Я испугался, услышав еще и его. На другой кровати лежала девочка. Она тоже закрылась одеялом. На каждой койке начались шевеления, появились другие дети.

– Вам лучше уйти отсюда. – произнес уже более взрослый женский голос.

У входа стояла женщина в очках, это был их воспитатель.

– Вы слышали что я сказала? Идите, он сейчас будет тут.

Дети закрылись одеялами, начали плакать.

– Идите же! – крикнула она.

– Нет! Я должен увидеть его.

– Глупый молодой человек.

Она растворилась в воздухе, через нее прошел мужчина лет сорока. Он остановился, стал сверлить меня взглядом.

– Ты их пугаешь, убирайся отсюда! – крикнул я.

В руках у него появилась канистра, он начал разливать его на пол. Я побежал на него, хотел остановить, но пролетел сквозь него как через голограмму. Упал на пол, он повернулся ко мне и зажег спичку. Падение огненной соломинки, пол вспыхивает. Громкие детские крики. Поднявшись я зашел в спальную, мужчины не было. Только дети, огонь для меня был такой же голограммой, но не для них. Я ничем не смог помочь им. Я просто смотрел, будто он этого хотел. Он хотел, чтобы боль проела меня. Осталась темная комната и скелеты. Всю ночь я провел там, на утро отключился, а когда открыл глаза всего этого уже не было.

Посмотрев сайты о призраках и демонах ничего толкового не нашел, святая вода да серебряные пули. Я решил прийти к старику, рассказать что творится на самом деле в этих стенах ночью.

– Ну даешь парень! Ха-ха. – захохотал он.

– Что смешного я сейчас сказал?

– Да ничего. Я просто припугнуть решил, а ты мне вон что говоришь. Воображение у тебя хорошее, пьяный небось тоже был или что другое употребил?

– Я ничем таким не занимаюсь. – злостно ответил я ему.

– Ладно тебе, не горячись. Я бы придумал другое на твоем месте.

– О чем вы говорите?

– Ну в твоем рассказе они будто там закрыты. Я бы их подговорил забрать канистру и поджечь его. Может тогда они освободились, и я был бы героем

– Подговорить их, но там дети, они его боятся.

– А воспиталка?

– Не думаю, что она согласится.

– А ты попробуй.

– Так вы мне верите.

– Нет конечно, просто поддерживаю разговор.

– Я вас услышал.

Я ушел от него, он играл неверующего, но своим разговором показывал, что это все не выдумки моего воображения. Может он тоже их видел, но побоялся прямо мне об этом сказать? Не понятный старик.

На следующее дежурство все стандартно. Двери внутри – закрыты. Двери снаружи – закрыты, калитки и ворота – закрыты, обход – все в порядке, Сигарета – выкурена. Центральная дверь – закрыта.

Я поднялся сразу в группу и стал ждать, смотрел летсплей. Комната начала меняться, за окном дневной свет. Появились детки, они бегали играли. Мальчик, которого я видел всегда первого подошел ко мне.

– Поиграй со мной. – сказал он.

– Ну давай поиграем.

Он обрадовался и пнул мне мячик, мы начали пасовать друг другу. Я забылся совсем из-за этого. Воспитательница сидела за столом, смотрела на все это. Увидев ее, я вспомнил зачем вообще пришел. Когда я направился к ней у нее забегали глаза, она будто искала куда можно спрятаться от меня.

– Как вы? – спросил я.

– Немного мертва, а вы?

– Извините, глупый вопрос.

– Ничего, я понимаю.

– У меня есть план, план как все это закончить.

– Юноша, спасибо вам конечно, но мы прокляты с этими детьми. Сомневаюсь, что план поможет нам.

– Послушайте, вы должны сделать то что он делает каждый раз с вами.

– Юноша, вы больны? Чем это поможет? И кто это сделает? Дети? Я? Вы с ума сошли юноша.

– Вот именно, вам нужно это сделать.

– Мне? Нет, нет. Я не смогу, я боюсь его, как и они.

– Если вы этого не сделаете, то это так и будет продолжаться, вы понимаете?

– Все юноша, меня утомляет этот разговор.

– Утомляет? И кто тут с ума сходит…

Она просто испарилась. Я вернулся обратно, дети уже были в кроватях. Зашел в спальную, они прятались.

– Он идет… – сказал мальчик.

Мужчина появился у входа, снова сверлил меня взглядом. В руках появилась канистра. Он ее открыл. Воспитательница ударила его в спину, канистра упала. Он повернулся схватил ее за горло, девушка не растерялась – карандашом ударила ему в живот. Он схватился за карандаш, чтобы его вытащить. Она толкнула его, споткнувшись об канистру он упал. Воспитательница достала из его кармана спичку. Его тело было в луже бензина, она черканула спичку об коробок и бросила. Пламя охватило тело поджигателя, он закорчился от боли. Вспыхнув еще ярче, испарился.

Комнату обхватил яркий свет, дети стали исчезать. Воспитательница улыбнулась

– Спасибо тебе, юноша.

Свет исчез, и они все тоже.

После выходных я вернулся на работу, меня попросили позвать работника из подвала. Я спустился к нему, там был молодой парень.

– Чего тебе? – спросил он.

– А где старик?

– Какой старик?

– Который все в саду чинит.

– Не знаю никакого старика. Может до меня работал?

– До вас…

– Да, я тут год уже.

– Я понял. Там вас зовут, шкаф сломался.

– Скоро буду, передай им.

После стольких лет я буду вспоминать о студенческих днях. Пары, долги, гулянки, работа, призраки. Столько лет мне не дает покоя вопрос – кто этот старик? Я узнал, он никогда там не работал. Так кто же он? Ангел-хранитель, который хотел избавить детей от мучений? Или может быть демон, желающий забрать поджигателя в ад? Кто бы он ни был, он все знал. Он искал кто ему поможет в деле, в которое он не мог влезть.

Картина

В мой кабинет наконец то привезли картину. На выставке увидев ее я влюбилась. Она затронула, затянула меня всю. Уходить от нее не было желания. И что вы думаете? Я взяла деньги, копившие на свой теплый отпуск и потратила их на нее. Решила – к черту море! Хочу сутками смотреть на эту изысканность. Но так как сутками на работе, повесить ее решила в своем кабинете. Она на всю стену, напротив меня. И когда пациенты будут немного надоедать, я просто смогу смотреть на нее.

Психологом я работаю третий год, все приходят со своими проблемами, хотят их обсудить. Столько разговоров, но ни разу не говорили о театре, картинах, поэтах, в общем об искусстве. Все зациклены на проблемах, а прекрасного замечать не сильно хотят, тем более разговаривать на эту тему.

– К вам пришли. – сказала мне мой секретарь.

– Хорошо, пусть войдет.

В кабинет зашел молодой человек. Потрепанная одежда, измазанная в чем-то красном обувь. На левой стороне лица царапины. Они мне показались свежими. А под глазами мешки от недосыпа.

Здравствуйте. – сказала ему я.

Он уселся на кресло и просто кивнул.

– У вас сонный вид, вы плохо сегодня спали?

– Доктор, я не сплю третий день.

– И чем это вызвано?

– Вызвано это тем что месяц назад мне приснился кошмар. Обычный кошмар, очередная фантазия больной головы.

– И что вам снилось?

– Не перебивайте пожалуйста, я сейчас все расскажу.

– Извините, продолжайте.

– Я видел, чувствовал, и желал то что делал этот человек. Человек в моем сне, я был им. Парк, он бежал за девушкой. В руках нож – нож которым разделывают мясо. Она кричала, но никто не слышал. Никого больше не было там. Только она и он. Догнав ее, он схватил ее за волосы и ударил раз семь-восемь этим ножом. Меня разбудила моя девушка. Я был весь в поту, она испуганно смотрела на меня. Мне в этот момент было куда страшнее чем ей. На утро я так же встал, выпил кофе. Собрался на работу, поцеловал свою любимую и пошел. Просто сон, очередной кошмар. Они снятся всем, ничего особенного. За этот день я и не думал о нем и не вспоминал. Следующая ночь, сон. Я в теле этого человека. Он бежит по какой-то улице, старые машина вокруг, одежда тоже не новая, не знаю с какого года. Он спрятался за угол здания, и слушал. Слушал стук каблуков, стук становился громче и ближе. Появляется девушка, он выпадом руки вонзает в ее шею нож. Я проснулся, меня снова разбудила девушка. Она сказала я ее ударил… В шею. И так начало продолжаться каждую ночь, новая девушка, новое убийство. Я стал сходить с ума, моя любимая начала сильно переживать. А я стал смотреть на нее иначе. Как охотник, который ждет момента выстрелить. А у нас еще ружье в сейфе, представляете какое желание… Ух, неописуемо. И вот я его увидел, в очередном сне он засветил свои документы. Пробил в интернете и представляете… Эта сволочь жила в восьмидесятых, убил около тридцати девушек. После этого… Знаете ведь, чем меньше знаешь, тем крепче спишь. Так вот эта сволочь начала со мной говорить. Он поселился в голове, и постоянно говорит, говорит… Убей ее, или ее, ты хочешь этого. Ты это я, я это ты. Долбануться можно, правда? Сказал своей девушке, она не поверила. Записала к вам доктор. Мне не хотелось видеть то что он делает с ними, мне хватает его в голове. Поэтому я не спал. Но вот штука, сегодня я зашел в подъезд дома. А там бабулька, она постоянно жаловалась. Мы там громко музыку слушаем, ходим и так далее. А она вообще живет через два этажа. Она взбесила, он сказала – «Давай!». Я сделал это… Но не ножом, а руками. Нам с ним это понравилось. Зашел домой, довольный. Поцеловал любимую, она удивилась моей улыбке. Сел за стол, она услышала крики в подъезде, вышла на площадку. Бабку нашли на лестнице. Зашла обратно, хотела мне об этом сказать видимо… Упс, не успела. Нож уже был в ней, она смотрела так… Удивленно…Успела лицо мне исцарапать, стерва. Надо было ружьем, я ему говорил, а он не в какую. Знаете, доктор, после того как я высказался мне стало легче. Вы простите, но вы понимаете… Вас я оставить в живых не могу, да и секретаршу вашу тоже…

Не знаю, что он там нес, я просто засмотрелась на картину.

– Извините, вы не могли бы повторить?

– Что!? Вы меня не слушали??

Крик моей секретарши. Дверь открылась, к нам зашла девушка. Куртка расстегнута, прикрывала красное пятно на футболке. А в руках у нее ружье.

– Как твои дела любимый? – сказала она и спустила курок.

Выстрел, я дернулась. Голова этого паренька лопнула как шарик. А все содержимое полетело на мою картину – «Черт! а я ее только купила».

Клоун

…Опять бухущий, извини. Не знаю, что мне теперь делать?

– Эй парень! Ты что тут в четыре утра делаешь?

– Разговариваю.

– Не рано ли?

– Скорее уже поздно. А вы кто?

– Я сторож этого кладбища, а ты кем будешь?

– Я… Я клоун.

(За двадцать минут до этого)

– Здарова бать, долго искал могилу. На твоих похоронах был в говно и толком не запомнил куда тут идти. Смотрю соседей у тебя много. Надеюсь тебе тут не скучно. Хм, отчасти смешно. Ты ведь знаешь я неверующий, и уж точно в загробный Мир верить не моя тема. Сегодня почему-то все поменялось. Не знаю есть ли там после жизни что-то. Не знаю слышишь и видишь ли меня. Сейчас надеюсь все-таки что да. Отец, я все грамотно просрал как и всегда. Чертовы слёзы, такое представление от меня ты точно ещё не видел. Скорее я сам виноват, даже нет – я сам виноват. Нужно было с тобой разговаривать на волнующие меня темы, а не закрываться и молчать. Может это потому что мама от нас ушла, не знаю. Для тебя театр был мне казалось куда важней чем вся эта бытовуха, важней чем мы. Только сейчас понял, это был твой способ уйти от проблем. А я к сожалению, нашёл другой – бухло, девки, запрещенка. И ничего так и не поменялось. А ты помнишь? Помнишь, как мы ругались после первого моего привода в полицию. Я был подростком, ничего не хотел делать, ни работы, ни учёбы. А ты просто поставил меня перед фактом что я буду учиться в твоём театре, да и ещё на клоуна. Ха-ха-ха, сейчас это смешно на самом деле. А тогда это было ужасно. Я так боялся, что кто-нибудь узнает из моих друзей чем я стал заниматься. Специально прогуливал, надеялся психанешь и отчислишь меня. Но нет же, терпел. Ругался конечно, ведь нельзя прогулять то место учёбы где твой батя его основатель. Я вообще не понимал что делаю в этом театре. Клоун! Полный капец. Видимо ты хотел научить меня самостоятельности, чтобы не на кого не надеялся. У тебя получилось, я даже перестал надеяться на тебя. Ты ведь даже не сказал, что болен и скоро покинешь меня. И предупреждать то что театр перейдёт мне тоже ведь конечно не надо. Да там половина уволилась, когда узнали. Все на мои плечи и в какой-то момент перестал пить. Пытался наладить жизнь в этом театре, работал сутками без отдыха. Но все равно демоны забрали меня обратно топить свои загоны, а не этой театральщиной. После очередного выступления на сцене… А ты бы мной гордился, ведь в искусстве клоуна я стал очень хорош. Так вот… После очередного выступления подошла симпатичная девушка. Она была без ребёнка, и вряд ли ей нравились клоуны как я тогда подумал. Да, я был с бодуна ещё, но не важно. Милая девушка, репортер газеты. Хотела бы узнать о нашем театре и рассказать о нем людям. Как я только повелся на эту фигню? А она ведь и правда много спрашивала о театре, фотографировала, записывала. Через два дня после её прихода нам говорят театр закрывается и его будут сносить. Эта девушка оказалась не репортером, а работником тех бизнесменов, которые последние годы хотели забрать у тебя землю и построить торговый центр. Бать, я дал им эту возможность. Поднес на блюдце. Эта репортерша попросилась в туалет, но пошла не туда а в твой кабинет. Конечно же он был открыт, я вечно забывал закрыть эту долбаную дверь. Она нашла там документы, компромат. Долги, плохо с пожаркой и так далее. То, что ты пытался устранить все последние годы. А я забыл… Так вот с помощью этого они отжали землю. Театр закрыли, а послезавтра его хотели снести. А я его просто сжёг. Да! Слышишь?! Сжёг!!! Купил канистры, сходил на заправку, набрал бензина и пошёл в театр. Расплескал по сцене и бросил спичку. Я все сжег. Он, наверное, сейчас до сих пор горит. А я ведь ещё нашёл ту девушку, спросил за что она так? И представляешь, она хотела повышения так как муж бросил с ребёнком и ей не хватает денег. Ох, а сколько слёз было. Чуть сердце за её беду не начало болеть. Все мы люди – а люди все эгоисты. Хотят сделать себе лучше, а не другим. Опять бухущий, извини. Не знаю, что мне теперь делать?

– Эй парень! Ты что тут в четыре утра делаешь?

– Разговариваю.

– Не рано ли?

– Скорее уже поздно. А вы кто?

– Я сторож этого кладбища, а ты кем будешь?

– Я… Я клоун.

Сегодня я узнал….

Обычное утро школьника. Услышал будильник на телефоне, выключил и снова прикрыл глаза. Через две минуты заходит мама и говорит вставать, а то опоздаешь. Открываешь глаза, открываешь новостную ленту в соц. сетях. Через десять минут мама опять заходит без стука и повторяет фразу.

Встал с кровати, умылся, иду завтракать. Оделся, собрал рюкзак и обязательно что-нибудь забыл. Ещё десять минут слушаю музыку. Вру – больше. Конечно же опаздываю на первый урок. И тут что-то пошло не так....

Я качаюсь на качелях детской площадки, слушаю музыку и смотрю в одну точку. Сегодня я узнал, что мою одноклассницу сбила машина и она погибла.

Все бы ничего, ведь в жизни это не ново. Мы все знаем итог, не знаем, когда он придёт. Есть, но – большое, НО. Все бы ничего, НО я был влюблен в эту одноклассницу.

Точно не помню как это случилось. Я просто сидел за компом на летних каникулах и начал скучать. Нет, это скука была не от безделья. А от того что давно её не видел, я скучал по ней.

Первый месяц я всячески убеждал себя этого не может быть. Как я могу скучать, да и ещё и по ней? На второй месяц я сдался и принял это. Начал ждать когда закончатся каникулы. Да-да я очень хотел в школу. Почему просто не написать и не позвать гулять? Ну знаете, я просто домосед чмошник не с блестящей рожей и тем более умом. Да-да, мама говорила какой я красивый и умный, тут тоже есть большое, НО. Мама говорит, НО это не работает, как и у всех.

Эта девочка была красива, умна. Меня бесило, когда не мог ей помочь на каком-нибудь предмете если у неё что-то не получается. Когда она была расстроена, расстраивался и я. Нет, просто так я не сидел. Дарил шоколадки, конфеты. Проявлял заботу как мог, но есть, НО. И оно заключается в том, что внутренний домосед чмошник говорил не лезь на Эверест.

Теперь я сижу на качелях и вообще не понимаю что делать. На соседних качелях сидит девочка и машет мне. Убираю наушники.

– Эй, привет. – говорит она.

– Привет. – ответил я.

Она решила подойти.

– Что такой грустный?

– Просто.

– Понятно, не из общительных. Я вот двойку получила, мама будет очень недовольна.

– У меня погибла одноклассница.

– Оу, ну у тебя серьёзный повод грустить. Сочувствую.

– Я был в неё влюблен.

– А она в тебя?

– Нет. Она не знала, я не говорил.

– Теперь и не узнает. А могла бы, еслиб ты не тупил.

– Верно…

– Ладно, пошли есть мороженое. Перед тем как я получу люлеи от мамы нужно себя порадовать и разгрузиться от мрачнека.

Она схватила меня за руку и потащила в магазин.

Сегодня я узнал, что мою одноклассницу сбила машина и она погибла. Я был в неё влюблен. Есть большое, НО. Мне начинает нравится другая.

Автобус

Каждый вечер я уходил с работы, шёл на всю ту же остановку. Закуривал сигарету одной и той же марки и ждал.

Ждал все тот же автобус, который повезёт до той же остановки что и всегда.

Я выйду и пойду домой. Схожу в душ, поем. Полистаю соц. сети, может почитаю книгу или что-нибудь посмотрю. А на последок, выкурю ещё одну сигарету на кухне и лягу в кровать. Укроюсь не совсем тёплым одеялом.

Остановку освещал один тусклый фонарь. Рядом стояли ещё два человека – ждущих. Они о чем-то говорили, убивали время. Разговор я не слышал. В наушниках играла музыка, добавляющая атмосферу.

Подъехал автобус, внутри горел свет. Дверь открылась, я сел на тоже место что и всегда. Ко мне подошёл кондуктор. Дал ему деньги, он в ответ мой билет. Я уставился в окно и автобус тронулся.

Вечерний город переливался в цветах фонарей. В панельках горел свет людей, пытающихся забыть сегодняшний день и приготовиться к новому. Не заметил как мои глаза закрылись под спокойную мелодию.

Автобус загрохотал, громкий скрежет. Я проснулся. Мы все ещё ехали, но внутри никого не было кроме меня. Прошёл держась за поручень к водителю, там пусто. Руль крутится по часовой стрелке с быстрой скоростью.

Резкая остановка. Я упал на центральный проход. Встав, посмотрел в окно и увидел детей. Трое пареньков шли после школы к футбольному полю. Они смеялись, дурачились. В одном из них я узнал себя. Автобус завёлся дал полный газ. Опять упал ударился головой. По лицу полилась кровь, рассек бровь.

Только хотел встать как снова тормоз, меня отбросило кувырком назад. Поднявшись, в окне шёл парень лет пятнадцати-шестнадцати. Он шёл дворами – в ушах наушники, а в руках бутылка пива и сигарета. На лице грусть. Автобус поехал, я успел схватить поручень. Снаружи лишь тень.

Остановка – чуть не сломал руку. В окне квартира где веселятся студенты. На переднем плане двое сидят за столом и общаются. Один из них плачет, выпивает две стопки подряд. Мне становится все страшнее, колёса снова закрутились. Я успел сесть, крепко вцепился за переднее сиденье.

Очередная остановка. В окне кафе быстрого питания. В ней я и моя на тот момент девушка. Улыбаемся друг другу, я робко дотрагиваюсь до её руки. На её щеках проявляется румянец. Поехали дальше.

Пятая остановка, опять мы только в однушке. Деремся подушками, я завалил её на кровать, она начинает кусаться. Смех, радость. Автобус едет дальше.

Я уже привык к тряске и такому резкому тормозу. На этой остановке она собирает меня на работу. За столом наш сын ест кашу. Прощальный поцелуй перед выходом. Помню этот день. В этот день она ушла с сыном и оставила меня одного. Едем дальше.

Мне становится плохо, колесница останавливается. Тут я немного старше и сын подрос, почти с моего роста. Мы ругаемся. Картинка исчезает, автобус заметно стал медленней ехать.

Снова стоп. Гроб, к нему подходит моя жена и сын. Оба льют слёзы. Автобус набирает скорость. Стёкла разбиваются, осколки режут лицо. Я закрылся руками.

Убрал руки, в том же автобусе с теми же людьми. Кондуктор удивленно смотрит на меня. Двери открылись, тут мне и выходить. На улице стошнило. Я достал сигарету и закурил.

Хм, думал остановок будет больше.

Клуб «Клетка»

Глава 1

Возвращение.

«У каждого из нас есть только одно истинное призвание – найти путь к самому себе» Герман Гессе.

Автобус ехал по дороге, которая оставляла желать лучшего. Скрежет кузова, сиденья ходуном вот-вот слетят. Одним словом – гробовозка, тут даже трупу бы не понравилось.

В точке А я собрал свои вещи в рюкзак, засунул в карман последние деньги и отправился в родные края. Говорят, что если хочешь соскучиться по дому или человеку, нужно быть далеко. У меня не было этого, не скучал по родному городу, ни по людям, которые когда-то присутствовали в моей жизни. Так зачем возвращаться? Вынужденная мера, не хотелось стать тем парнем из фильма «В диких условиях».

Пассажиров было мало, в основном пожилые. Как назло, на полпути разрядился телефон и оставшийся путь пришлось слушать музыку водилы. Хотелось вырвать себе барабанные перепонки. Чтобы как-то заглушить эту мерзость натянул шапку, капюшон свитера и куртки, но от этого лучше не стало. По соседству сидел дедушка, он повернулся ко мне.

– Сынок, скоро остановка, у тебя не будет сигареты?

Я поискал в карманах пачку, в ней три сигареты. Думал сказать что закончились, но какое-никакое уважение к старшим у меня присутствовало. Протянул ему сигарету, его трясущиеся руки чуть не выронили её.

– А что за сигареты? Ай, можешь не отвечать. Их сейчас каких только нет, в моей молодости выбора намного меньше знаешь ли, а ещё …

– Дед, мне не интересно – прервал его я.

Он отвернулся, добавить к этой музыке рассказы деда, я точно пробил бы головой окно и выпрыгнул.

Автобус остановился, я с удовольствием вышел из этой коробки. На улице прохладно, закурив направился в сторону гостиницы. Пять этажей, девять этажей, опять пять этажей. Ступени из домов, то вверх, то вниз. На минуту хотелось прогуляться, но все больше клонило в сон.

– Здравствуйте, мне нужен номер на одну ночь.

– Хорошо, сейчас что-нибудь подыщем.

Молодая девушка стояла и глазела в монитор. Улыбка от одного уха до другого, это раздражало.

– Ваш номер двадцать восьмой, вот ключ.

– Спасибо.

– В двенадцать дня вы должны съехать. Завтраки в номер у нас не предусмотрены.

Я поднялся в номер, последние деньги отдал за старую кровать, не рабочий телевизор и коврик посередине всей этой композиции. Поставил на зарядку телефон, час решался позвонить отцу.

– Да, слушаю.

– Привет, это Марк.

– Марк, где ты пропал, почему не звонил?

– Я в городе, завтра к тебе приду.

– Конечно приходи, мы будем ждать.

– Ладно, до завтра.

Я положил трубку, в одежде завалился на кровать и моментально уснул.

Глава 2

Отец.

Дыхание сбивается, они догоняют и мне не скрыться. Толчок в спину, падение на землю. Руки и ноги связали, пытаюсь сопротивляться, это уже бесполезно. Бросают в яму.

Проснулся очередной раз весь в поту, разбудили стуки в дверь. Я встал и открыл, стояла девушка.

– Сейчас два часа, а вы должны были съехать в двенадцать.

– Извините, сейчас соберусь и уйду.

Вышел на улицу, закурил последнюю сигарету. Старался идти дворами, на главной было много людей. У всех серьёзные лица, кто-то глазел, или мне так казалось. Находиться в этом муравейнике не хотелось.

Квартира отца находилась в элитном районе, за пятнадцать лет он хорошо поднялся на автопроме. В подъезде стоял турникет, десять минут консьерж задавал вопросы и после пропустил. Поднялся на лифте, двенадцатый этаж. Дверь открыл папа.

– Здарова блудный сын.

– Привет.

– Проходи в гостиную, я сейчас подойду.

Снял свою старую куртку и летние кросы. Одежда выделялась в этой элитарной квартире. Четыре комнаты, кухня и большая гостиная. Думаю, ванна вся из золота.

В гостиной ребёнок, мой сводный брат. Он смотрел мультфильмы про машинки. Я тихонько сел на кресло чтобы не нарушать его идиллию. Зашёл отец.

– Кирилл, ты поздоровался со старшим?

Паренёк повернул голову и с робостью сказал.

– Привет.

Я просто кивнул ему в ответ. Папа сел на соседнее кресло.

– Ну рассказывай, где ты был все эти полтора года?

– Путешествовал. – ответил я.

– Много где был?

– Нет.

– Грандиозное путешествие смотрю. А матери сообщил что приехал? Шесть месяцев ничего от тебя, она там с ума сходит.

– Ещё не говорил. И ты ей тоже не говори, сам к ней зайду.

– Ну ладно.

Кирилл подошёл к отцу.

– Папа, я буду гонщиком. Самым быстрым.

Он пробежал от одной части гостиной до другой.

– Молодец, а вот твой брат хотел стать курьером в твоём возрасте. И стал им, твоя мечта тоже сбудется.

Кирилл посмотрел на меня. На лице радость, он хотел услышать, что скажу я.

– Да, моя сбылась и твоя тоже, уверен.

Парень стал ещё веселее. Конечно же это ложь что я хотел быть курьером. Отец умел грамотно нападать, Кириллу это ещё предстоит узнать.

С кухни донёсся голос.

– Идите есть, все готово.

Это была Катя, вторая жена отца. С моей матерью они разошлись, когда мне было шестнадцать. В один момент счастливая семья развалилась, почему так произошло я у них не спрашивал.

Мы сели за стол. После первой ложки понял, что весь ужин будет состоять из отвратительной еды.

– Так зачем ты пожаловал в мою скромную обитель сынок.

– Я приехал ненадолго, мне жить негде. Мог бы дать ключи от загородного дома?

– Так вот значит что, не много хочешь?

– Нет.

– Наглость это у нас семейное. Я дам ключи, только дом сдаётся. Твоя мама не хотела брать деньги что ей присылал. Мы решили сдавать дом, и вся прибыль будет идти ей.

– Значит он занят?

– Не совсем. Пустующая комната имеется, но придётся тебе жить не одному. Там твоя мама искусствовед собрала отличный зоопарк.

– Ладно, как-нибудь справлюсь.

– Доедай и я тебя отвезу.

– Хорошо. У тебя сигарет нет?

– Я не курю. Курение вредит здоровью, и ты бросай.

– За столько лет ни разу не попадал из-за сигарет в больницу, а из-за людей попадал. Делай выводы.

– Вывод прост. Твой рак в зародыше, и у тебя постоянно чешутся кулаки.

– Да, именно это я имел ввиду.

– Ну так, твой папка не хухры-мухры.

Доев поблагодарил Катю за "вкусный ужин". Мы с отцом оделись, спустились на парковку и поехали к дому. После долго молчания я начал разговор.

– Она ужасно готовит.

– Знаю. Когда любишь, такие мелочи терпимы.

– Тебе под пятьдесят, есть развод, другая жена от которой ребёнок. Как ты ещё можешь верить в чувства?

– Если я скажу, что когда у тебя есть сожительница то такие мелочи терпимы, это разве не бред.

– Больше похоже на правду.

– Тогда двадцать два года назад я встретил свою первую сожительницу из которой вылез ребёнок. Мне пришлось тратить деньги и время чтобы он стал умным и взрослым, но он стал разочарованием.

– Спасибо. Огромное.

– Ты сам начал. Для всего придуманы слова, для этого они и существуют, чтобы ставить таблички.

– То есть все строится на взаимной лжи.

– Твой молодой мозг хочет разобраться, углубиться в происходящее. Поверь, с возрастом ты забьёшь на это и будешь радоваться малому.

– Хорошее напутствие.

– Я любил твою маму, очень. Просто, иногда люди расходятся и это нормально.

– Ладно. Давай лучше посидим в тишине.

– Как скажешь.

Мы приехали к дому. Во всех окнах горел свет, отец дал ключ.

– Короче запоминай. Первый этаж, справа дальняя комната двух братьев рокеров, рядом с ними девушка из их же компашки. Второй этаж, справа, дальняя комната. Там писака, по соседству художница. Слева, дальняя комната будет твоя, по соседству фотограф.

– Да вы издеваетесь.

– Все вопросы к матери.

– Точно, из дома зоопарк сделали.

– Я говорил. Плата десятого числа каждого месяца.

– Меня это тоже касается?

– А ты как думал. Завтра позвоню и тебя возьмут обратно на работу, через пару дней придёшь.

– Опять курьером.

– Если тебя не устраивает, зачем приехал?

–Все понял.

– Вот тебе деньги на первое время. С зарплаты отдашь. Ответь, и надо было бросать институт?

Ответа он не получил, я вышел из машины. Ключ не понадобился, дверь была открыта. Везде горел свет, ощущения что тут кто-то живёт не было, стояла тишина. Поднялся в свою комнату, сбросил рюкзак и лёг спать.

Глава 3

Художница.

Люди пытаются выбраться из ямы, их поливают бензином. Я в самой середине всего этого. Тела, огонь, крики, стоны.

Открыв глаза увидел мольберт, за ним скрывалась девушка. Окно открыто и лучи солнца попадали на неё.

– Только не шевелись, мне осталось немного.

– А тебе не говорили, что неприлично заходить в комнату без разрешения.

– Уже два часа дня, а ты спишь.

– Для меня это ещё утро.

– Если хочешь узнать, что у человека в голове, нужно зайти в его комнату, а у тебя тут очень пыльно.

– Я только вчера приехал. Устал и гостей утром не ждал.

– Уже день.

– Чёрт, ты меня за пару минут успела задолбать.

Она встала, взяла рисунок села возле меня.

– Вот, смотри. Я хотела сначала нарисовать как в «Титанике», но все же побрезговала.

– Польщен за такое благородство.

– Как тебе?

– Красиво.

– Мне тоже нравится рисунок, вживую ты хуже.

– Утро начинается с комплиментов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.