Надежда Ляхова – Люлько
Невероятные магические приключения

Вечеринка удалась, в глазах мелькали Юлька, Генка, огни и бокалы. Через несколько минут в глазах замелькали люстры. Три, хотя я точно помнила, что у Генки, моего соседа, а по совместительству и друга детства, с вечера люстра была всего одна. М – да, кажется, приплыли.

…Да, вчера Генка, этот химик – самоучка, превзошёл самого себя, и я отключилась после двух бокалов. Чего он там, интересно, намешал? И как там Юлька? Как хочется спать. Почему мне так часто снится, что я летаю? Нет, не крыльями машу, как ворона, а парю в воздухе, плыву, так сказать.

Нет, всё-таки придётся вставать, природа зовёт. Хочу пить! Так, если, не открывая глаз, доскакать до кухни, напиться на ощупь и вернуться, смогу ли я снова уснуть? Ответ – смотря чего напиться, ведь кухня Генкина, а этот пентюх вечно такого намешает, не то, что сам потом не разберёт, и Менделеев не догадался бы. А если из крана? Точно, это выход.

Так, где кончается этот диван? Ничего не пойму, то ли у дивана такие высокие ножки, то ли у меня такие короткие. Нет, больше не поспать, открываю глаза на раз, два, три. АААААААААААААААААААААА!!!

А где диван?!!

Так, попробуем осмотреться. Я вверху, диван внизу, значит я под потолком. Что я там делаю? Летаю. Люди летают? Нет. Значит, я сошла с ума. Стоп, но если у меня, по Генкиным заверениям, ума сроду не водилось, то как я могла с него сойти? А, может, я умерла? А где тогда тело? Так, здорово, меня нигде нет. Куда меня дели? Верните тело, гуманоиды!!! Да, кстати, а где эти гуманоиды? Может в другой комнате? Собравшись с духом я оттолкнулась от стены и полетела в дверь. Манёвренность у меня была ещё слабая, поэтому когда на горизонте показались Генкины ноги я, чтобы успеть затормозить, ухватилась за них. Ноги заорали.

– Хватит визжать, дайте спокойно проснуться. – попросила Юлька.

– А вы еще не проснулись? – разозлилась я. – Ну и как вам спалось? Хорошо? Ну надо же! Извините, что разбудила. Осторожнее, люстру не сбейте. Какую люстру? Такую, Геночка, в которую ты своей неумной головой упёрся! Ой, ну не надо так истошно орать. Ты лучше скажи – если мы уже того, то где наши тела, а если мы не того, то как нам спуститься вниз, это, во-вторых, а во- первых – чего это ты нам, паразит криворукий, вчера такого намешал, а? Нормальные люди самогон варят, а этот вечно что-то нахимичит, лабух!

– Мы бестелесные? – прошептал Генка трясущимися губами и, ухватившись за люстру, обвил её двумя ногами и руками.

– Телесные, Геночка, телесные, и если ты нас сейчас вниз не опустишь, я тебе это докажу!

– Как? – просипел Генка.

– Я твоё тело покусаю!

– Дашка, отравишься! – остановила меня хихикающая подруга Юлька.

– Юль, ты хоть понимаешь, что эта чума очковая натворила? Мы висим под потолком, как три бескрылых каракатицы, и как мы будем вниз спускаться, я лично не представляю.

– Знаешь, ты сама туфелька-инфузория! – обиделся Генка.

– Миклухо-Маклай!! Если ты сейчас меня не спустишь на пол, я тебя не то что покусаю, я тебе выдерну твои кривые ножки и вставлю их на место твоих кривых ручек! Может тогда ты уже не доберешься до своих волшебных колбочек и не сотворишь очередное гениальное открытьеце! Я вот прямо чувствую, что именно сейчас пришла пора исправлять ошибки природы!

– Даш, ну что ты на него так накинулась, может это просто, как у него всегда бывает – побочный эффект.

– Юль, побочный эффект, это когда он красил мои волосы в русый цвет, а получился – фиолетово – зелёный, а это не побочный эффект, это – катастрофа!

– Ну ладно тебе, полетаем немного. – попыталась она успокоить разбушевавшуюся меня.

– Насколько немного, не знаешь? На Генку можешь не смотреть, он на такой реально сногсшибательный эффект, судя по всему, не рассчитывал. Юль, проблема не в том, что мы взлетели, а в том, что я еще не научилась на лету ни завтракать, ни умываться.

– То есть, ты хочешь сказать, что мы теперь не сможем даже на улицу выйти? – погрустнела Юлька.

– Ну ты, конечно можешь выйти. Но только через окно.

– Я его сейчас убью вот этим бюстом неизвестного героя! – пообещала Юлька и, недобро прищурив глаз, попыталась дотянуться до пианино с Моцартом.

– Я – первая! – ринулась я на обгон.

– Даш, оставь его мне! – заголосила Юлька, пытаясь схватить меня за руку, что в общем-то и не понадобилось, так как моя рука всё равно до бюста не дотягивалась, а вся я так низко ещё не летала.

– Девочки, подождите, давайте успокоимся и всё обсудим. – попросил смущающийся виновник нашего полёта.

– Ну? Не вспомнил еще, почему это мы вдруг взлетели? – после минутной паузы не выдержала я.

Генка, тиская в руке свои очки, но и не отпуская люстры, заискивающе улыбнулся:

– Вообще-то, вспомнил, только не знаю, как вам сказать.

– Ах ты ж.. – вырвалось у меня и засосало под ложечкой.

– В общем, если рассматривать теоретически – он продолжал мять свои очки, – это не я виноват – заметил Генка и посмотрел нам в глаза. Он там увидел такое, что поспешил добавить – это одна бабуся.

– Какая ещё бабуся? – начала я заводиться и разминать кулаки.

– Не знаю. Она работает в лавке под таким красным фонарём с драконом.

– Под чем? – не поняла правильно ли я расслышала.

– Я говорю – расхрабрился Генка, увидев, что его пока не убивают, – лавка, та, что с фонарём. Там всякая эзотерическая мелочь продается. Я хотел купить что-нибудь для фейерверка. Только подошел к прилавку и тут вдруг рука из-за портьеры меня сзади – хвать! – мы с Юлькой вздрогнули- за плечо и голос такой – Что, праздновать будете?

– Какой голос? – мелко вздрагивая спросила Юлька – Загробный?

– Да нет, обычный. Я ответил, что у нас намечается вечеринка. И она мне протянула мешочек.

– Рука?! – застучала Юлька зубами.

– Бабка!

– Мешочек с костями?

– Да нет! С темно синими каплями! Говорит – добавишь их в смесь для фейерверка, будет полный улет. Ну я же не думал, что в прямом смысле. И я вообще не понимаю, что случилось, мы же решили без фейерверка обойтись, и я эти капли вообще не трогал.

– Зато я трогала, буркнула Юлька. Я их в коктейли добавляла, для красоты. А что, предупреждать надо! Они у тебя на кухне на столе стояли, а я откуда знала.. Но, зато мы теперь летаем!!! Вы только прочувствуйте, как это здорово!! – попыталась оправдаться Юлька, увидев выражение наших с Генкой лиц. Нам с Генкой ничего не оставалось кроме как попытаться найти плюсы в нашем положении и, для начала, я решила попытаться расслабиться. Закрыв глаза я стала глубоко дышать и считать до 1000. Видимо, я передышала кислородом, так как вдруг почувствовала, что мое тело наполнилось удивительной легкостью и я могу им управлять! Я летаю! Это же то, о чём я мечтала всю жизнь! Я так часто летала во снах, а теперь это сбылось наяву! Это же такое чудо! – крутились у меня счастливые мысли, и я поняла что дыхательная гимнастика – это не моё, так как я кружилась в воздухе волчком, отлетала от стены к стене, носилась по кругу сидя и махая ногами! Я прыгала с потолка на пол и взмывала обратно, я кувыркалась, танцевала и визжала. Наконец я выдохлась и рухнула на диван.

– Как ты это сделала? – удивлённо уставилась на меня Юлька.

– Не знаю, ты не поверишь, но летать мне нравится больше, чем ходить!

– Даш, мне тоже, но сейчас я бы хотела немного посидеть внизу. Помоги мне спуститься.

– Как?

– Не знаю, схвати меня за ногу и потяни вниз.

Я поспешила помочь подруге, подпрыгнула к ее ноге и, не успев затормозить, врезалась в потолок.

– М-м-м. – выдохнула я и свалилась вниз.

– Ну как ты? – чуть слышно спросила Юлька.

– Всё! Меня осенило! (друзья загадочно переглянулись) –сначала нам нужно научиться ходить!

– Тебе хорошо говорить, ты уже внизу, – пробурчала Юлька – а нам бы для начала спуститься. Но как мы это будем делать, а, Геночка? – поинтересовалась Юлька, пытаясь оторвать от потолка люстру и явно не с добрыми побуждениями.

– Юль, спокойно. Давай попробуем по стеночке. – предложил Генка и попробовал себя в роли человека-паука.

Вздыхая, переругиваясь, сбив 2 картины, отодрав кусок обоев и потратив на это минут двадцать, друзья, наконец, спустились вниз.

– Ну, вот теперь можно учиться ходить. – радостно заметил Генка, боязливо отводя руку от стенки. – Начали!

Два часа мы учились ходить, сидеть и вести себя, как нормальные люди, хотя таковыми не являлись ни до, ни после. Наконец, усталость и остатки вчерашнего вечера взяли своё и Юлька с Генкой, уютно устроившись на диванчике, задремали. Присоединиться к ним мне помешало урчание в желудке, и мне пришлось отправиться на кухню в надежде на еду. Наивная!! У Генки на кухне чего только не было – на столе, подоконнике и шкафах стояли колбы, кристаллы, дымящиеся реторты, порошки, заспиртованные пауки и сушеные пиявки. По змеевикам струилась разноцветная жидкость, искрились намагниченные шарики, на спиртовках что-то щелкало, булькало и пускало пузыри. В большой банке, важно надувшись, сидела жаба Агата и сонно следила за происходящим. Я летала по кухне целых полчаса, просматривая все шкафы, обнюхивая и пробуя пальцем все, что попадалось на глаза, и, наконец, отыскала нечто съедобное – кастрюльку с фиолетовым киселём, наверное, черничным. Через несколько секунд я почувствовала приятную тяжесть в животе и поняла, что жизнь только начинается.

Довольная и сытая, напевая веселую песенку, я полетела к друзьям. Сделав круг почета по комнате, я плюхнулась в кресло и закричала:

– Подъем!

Юлька проснулась и сладко потянулась, а Генка лишь перевернулся на другой бок.

– Ну сколько можно спать? – пробурчала я, так как во мне бурлила энергия и я не знала, в какое русло ее направить, в общем, говоря простым языком, мне было скучно.

Юлька сонно посмотрела на меня, потёрла глаза, посмотрела еще раз и закричала:

– А – а – а!!

От этого пронзительного крика проснулся Генка и недоуменно уставился на Юльку. Та кричать перестала и начала икать, показывая на меня дрожащим пальцем. Проследив за его направлением, Генка перевел взгляд на меня и его глаза стали круглее его очков.

– Ч – что с – с т – т – твоим лицом? – собравшись с силами выдохнул он.

Киселем обляпалась. – мелькнуло у меня и я бросилась к зеркалу. Зеркало показало, что с лицом у меня всё в порядке, но плохо с головой – у меня начисто пропали волосы, то есть, из зеркала на меня смотрел мой лысый череп. Ничего не понимая, я подняла руку и потрогала голову. Волосы были на месте, по крайней мере, ощущались под рукой. Пытаясь успокоиться, я зажмурилась и досчитала до десяти – это бракованное зеркало, пришла мне в голову спасительная мысль, и я слегка приоткрыла левый глаз. Ура! Волосы были на месте. Но куда-то делась правая рука, причем, испарилась прямо у меня на глазах.

– Мамочка! Помогите! Органы воруют! – я вылетела из ванной и вцепилась в Генку. Тот вздрогнул. Юлька упала в обморок и взмыла к потолку. Проводив ее глазами, мы с Генкой в ужасе посмотрели друг на друга.

– Что ты делала пока мы спали? – нервно спросил меня Генка.

– Ничего! Я только поела твоего киселя!

– Какого?

– Черничного.

– Какого киселя, у меня его сроду не водилось!

Я схватила Генку за руку и потащила на кухню.

– Вот этого! – показала я на кастрюльку. – Вот она видела! – ткнула я пальцем в Агату. Та распахнула рот и привалилась к стенке.

– Это не кисель. – охнул Генка. – Это мое новое средство.

– От чего? – просипела я, чувствуя, что в этот раз могу умереть навсегда.

– Я еще не придумал.

– Из чего ты его варил? – переспросила я, разглядывая постепенно исчезающую вторую руку. Когда у меня начала бледнеть правая нога, я завыла.

– Как всегда, только добавил туда бабкиного зелья, я же не думал..

– Растворяюсь! – напомнила я Генке и тот встрепенулся:

– Надо что-то делать! Я полечу к бабке за противоядием!

– И заодно – поколотите ее от моего имени. – тихо добавила я, разглядывая в зеркале то, что от меня осталось – а от меня осталась только печаль стоматолога – белые, ровные зубы.

– Я с тобой! – вцепилась в Генку пришедшая в себя Юлька. Я боюсь оставаться с этой бешеной!

Я обиделась на ‘бешеную’ и стала подкрадываться к Юльке, щелкая зубами. Та дико завизжала.

– Хватит! – оборвал нас Генка. – Полетели!

– Я с вами! – решила я не отставать от друзей, так как боялась оставаться одна. К этому времени, если верить зеркалу, у меня стали проявляться отдельные части тела, правда, другие в это время исчезали. То есть в моем организме непрерывно происходили какие-то процессы, но никто не понимал – какие именно.

– Да? И какая часть тебя полетит с нами? – поинтересовался Генка, следя за моими изменениями, и дал наказ – сиди дома!

– Да – да. – то ли поддакнула, то ли попросила Юлька.

– Мама! – прошептал Генка, выглядывая в окно. – Высоко. Мы ведь точно умеем летать?

– Ой я! – прошептала Юлька и зажмурилась.

– Вперед! – собравшись с духом и схватив Юльку за руку, Генка выпрыгнул в окно.

– Летают. – задумчиво посмотрела я на удаляющихся вниз друзей. – Или падают.

Но Генка с Юлькой не падали, а, набрав высоту, быстро скрылись из вида. Я тяжело вздохнула и отошла от окна.

Помня данное Генке обещание, пять минут я честно сидела на диване. На шестой минуте я пришла к выводу – надо что-то делать! Энергия во мне бурлила как водопад, и ничего не делать, даже если не всей, а частично, было невыносимо.

– Эх, прокачусь! – издала я победный клич и выскочила в окно.

От скорости полёта у меня встали дыбом волосы, от крика радости чуть не разорвало рот. Мне понравилось! Найдя себе новое занятие, я стала взлетать до двадцатого этажа и с гиканьем кидаться вниз. Вот это счастье! Ни американские горки, ни аттракцион “Камикадзе” не сравнятся с тем, что я испытала. От восторга у меня дико колотилось сердце, захватывало дыханье и бегали мурашки. Правда, внизу уже начала собираться толпа и вскоре мне пришлось сменить место дислокации.

Пролетая мимо чьих то окон я услышала дикий крик. – Приветствуют, наверное, засветилась я от гордости и стала заглядывать во все окна подряд. Реакция была бурная! Столько криков своим появлением я еще ни разу не вызывала. Правда, радость от полёта немного убавил малыш, который увидев меня кричать почему то не стал, а захохотал и плеснул в меня тарелку манной каши. Кое как разлепив глаза, я подлетела к другому окну и вытерла лицо занавеской. Хозяйка занавески, увидев это закричала так, что я чуть не свалилась вниз. Извинившись за испачканную занавеску, я взмыла вверх и, разогнавшись, понеслась вперёд. На такой скорости картинки в окнах мелькали как в калейдоскопе. И вдруг.. я врезалась в водосточную трубу. Летать почему-то мне как-то расхотелось, и я зависла в воздухе потирая ушибленную скулу. Боль не проходила и я решила приложить что-нибудь холодное. Прижав щеку к стеклу я тихо вздыхала и проклинала свою торопливость. Настроение упало и оставалось одно – лететь домой. Я кинула прощальный взгляд в окно и чуть не свалилась вниз, успев зацепиться за карниз – в окне я увидела такое!!!

В центре комнаты на столе лежал раскрытый кейс, в котором что-то приятно зеленело. Столько денег я в жизни не видела, да ещё в долларах. Руки сами тянулись потрогать это чудо. Но, окно было закрыто. Я решила проверить другое окно и мне повезло, окно было приоткрыто! Но занавешено. А меж тем в комнате за занавесками происходило какое-то шевеление и я не смогла победить свое неизлечимое любопытство. Какие мученья я испытала – пролезть в такую щелку я не могла, а приоткрыть окно сильней – боялась. Какие только силы я не прилагала и какие позы не принимала, видно ничего не было. От этого мое любопытство только разгоралось и я обследовала каждый сантиметр окна. Результат нулевой. Оставалось одно – прислушаться. Вздохнув, я присела на подоконник и, слегка облокотившись на окно с замиранием сердца стала слушать чужой разговор. Я только стала вникать, что кого-то уже перевезли на остров, и дальше по плану идет флешка, как неожиданно окно подо мной приоткрылось и я, потеряв равновесие, ввалилась вовнутрь.

– Здравствуйте! – поздоровалась я, поднимаясь, и увидела перед собой на столе большой пистолет. – наверное – автомат – поняла я и больше пока ничего не увидела.

Когда я пришла в себя, к боли в скуле прибавилась боль на затылке и шишка. Приоткрыв глаза, я поняла причину происходящего – я полулежала на кресле, а напротив меня сидел какой-то громила в маске с утюгом в руке и недобро сверкал глазами из прорезей для глаз.

– Может, я уже пойду. – заискивающе предложила я ему. – а то засиделась я у вас тут.

– Поговори. – пригрозил он мне.

– О чем? – поинтересовалась я.

– О том – грозно наклонился он ко мне – как ты сюда попала. Ты из спецслужб?

– Вообще-то нет. Я соседка ваша, мимо просто пролетала, дай думаю, в гости зайду.

– Угу. – согласился он и воткнул утюг в розетку. – Сейчас посмотрим что ты скажешь.

– Помогите! – прошептала я, не на шутку испугавшись, и стала вертеть головой по сторонам в поиске помощи. Однако, помощи не наблюдалось и в голове не было ни одной спасительной мысли. – Отпустите меня, а я никому ничего не скажу – предложила я, но в тот же момент ощутила на своей щеке приближающееся тепло. Скосив глаз, я увидела раскаленный утюг.

Будут гладить! – догадалась я, чувствуя, как закружилась голова и тело стало ватным. Я, не желая видеть свою смерть, зажмурила глаза и вдруг почувствовала тепло утюга на ноге.

– Утюг держите! – разозлённо рявкнула я незнакомцу в маске, который оторопело рассматривал меня. Я проследила за его взглядом и поняла причину его удивления –от меня осталась только голова и плечи, а через остальные части тела четко просвечивало кресло.

– У – м – г – у. – ответил он и попытался схватить меня за голову.

Надо улетать! – сообразила я и кинулась к окну. – Кажется, я что-то забыла. – вовремя вспомнила я и схватила кейс. – Это компенсация за моральный ущерб. – предупредила я бандита и выскочила в окно. Столько счастья, как сейчас, держа в руках такие деньги, я, до этого не испытывала ни разу! Прижав кейс покрепче к себе, я взяла направление к дому и уже через полминуты была там. Руки и ноги у меня мелко дрожали, зубы стучали им в такт, волосы торчали во все стороны, и даже, кажется, шевелились. Отдышавшись, я распахнула кейс и с благоговением взяла в руки новые хрустящие доллары, еще не до конца веря в это чудо.

А вдруг кто-нибудь зайдет? – вдруг пришла мне в голову жуткая мысль и, на всякий случай, я запрятала кейс подальше в шкаф и облегченно вздохнула, лишь прислонившись к дверце.

Нужно привести себя в порядок! – подумала я, вспомнив, что друзья могут прилететь в любую минуту.

Представив, как могу сейчас выглядеть, я кинулась в ванную. Умывшись, и расчесав волосы, я почувствовала себя гораздо лучше. Но надо было в этом убедиться. Сделав три глубоких вдоха, я собралась с силами и повернулась к зеркалу. Не скажу, чтобы увиденное меня сильно порадовало, но я отразилась целиком.

– Проявилась!

Радости моей не было предела и я пританцовывая влетела в комнату. Проверив еще раз кейс, я едва успела принять скучающую позу, как прилетели друзья.

– Ну что? – потянувшись спросила я.

– Ты проявилась? – Генкиному удивлению не было предела.

– Да. А вы принесли мне от бабки что-нибудь?

– Принесли. – хмыкнул Генка. – Держи.

Я повертела в руках какую-то монету на шнурке и удивленно посмотрела на него:

– Это что?

– Амулет. Отгоняет мумий.

– А..

– А это всё. Нет там этой бабки. – устало вздохнул Генка.

– Так вы что, ничего не узнали? – огорчилась я.

– Почему же, узнали. Но только от её продавца. Во-первых, бабку зовут Сколомея, во-вторых – она улетела в Калифорнию на шабаш.

– Ну надо же! – удивилась я, – она что еще и ведьма к тому же?

(Ещё вчера я бы посмеялась и над ведьмой и над шабашем, но после того как я испытала на себе и полёт и «невидимость», я уже могла поверить во что угодно). – Юль, а у неё в лавке было страшно? – сгорая от любопытства спросила я, зная, что Генку никогда внешний антураж не интересовал, а вот Юлька разбиралась в нем досконально. – У неё там есть всякие колдовские штучки? Черепа там или мыши летучие? Ну, на худой конец, сова там у нее есть? Юль, ты слышишь?

Повернувшись к Юльке, я поняла, что она меня не слышит – Юлька сидела в кресле и, закрыв лицо руками, тихонько всхлипывала.

– Юль, ты что? – забеспокоилась я.

– И я на шабаш хочу! Я, может, сто лет мечтала на него полететь!

– Ну, хочешь, давай полетим. – неуверенно предложила я. Юлька была моей лучшей подругой, можно сказать – моим сиамским близнецом, так как на все приключения нас тянуло вместе, и мы даже жили вместе – у меня, потому что жить отдельно было скучно, особенно, если учесть, что наши квартиры были на одной лестничной площадке, причём как и квартира Генки – нашего вечного спутника во всех приключениях, который пытался придать хоть какой-то порядок хаосу в нашей жизни, чем иногда очень раздражал, но так как мы все дружили с четырёх лет, то на такие мелочи давно не обращали внимания.

– Как? – Юлька подняла на меня обиженные глаза. – шабаш в Калифорнии, а у нас нет денег.

– Есть! – радостно воскликнула я и полезла в шкаф.

С торжественным видом я открыла кейс и повернулась к друзьям.

– Вот! – распахнула я кейс у неё под носом – Смотри, здесь целая куча долларов!

– Ура! – закричала Юлька и подпрыгнула от радости.

– Ты где их взяла? – сурово спросил Генка.

– Забрала у бандитов – честно ответила я.

– Что ты мне врешь! У каких еще бандитов! А то я тебя не знаю! Ты где их свистнула? Немедленно верни! Люди, может, всю жизнь эти деньги собирали. – забурчал Генка, призывая себе в помощь мою совесть, но та принципиально молчала, трогая пальцем болючую шишку.

– Это бандиты! Не верну! – обиженно пробурчала я.

– Конечно! У тебя все бандиты, у кого денег хоть на рубль больше чем у тебя! Верни их на место! – не на шутку разозлился Генка. Не хватало ещё, чтобы я дружил с воровкой.

– Ну, Генааааа – затянула я.

– Ничего не знаю! – отрезал тот – возвращай.

Я вздохнула, Юлька разрыдалась. Да, мы обе знали, что в таких вопросах спорить с другом бесполезно. Закрыв кейс, я направилась к окну, провожаемая суровым взглядом Генки и рыданиями Юльки. Чувствуя себя так, как будто кидаюсь в пропасть, я сделала шаг в окно. Сделав несколько кругов над домом, я забросила кейс в знакомое окно и вернулась к друзьям.

– Отнесла? – спросил заметно повеселевший Генка.

– Да. – вздохнула я.

В этот момент стекло за моей спиной разлетелось на тысячи осколков.

– Ты куда его отнесла? – прошипел озаренный Генка.

– Домой. – призналась я.

– Ложись! – закричал Генка и падая, дернул меня за ногу.

Мы лежали втроем под окном, прижавшись друг к другу и с замиранием сердца следили за полетом пуль над нашими головами, а на полу отражалась тень от вертолёта, зависшего над нашим домом.

– Дашка! Я же сказал тебе вернуть им кейс. – сокрушенно покачал головой Генка.

– А я, может, вообще не помню где это окно. – огрызнулась я.

– Какое окно! – разозлилась Юлька. – Ее же там могли убить.

– Не беспокойся. – тихо заметил Генка. – Убить её могут и здесь.

– А что теперь делать? – спросила Юлька.

– Линять отсюда. – ответила я.

– Полетели на шабаш. – заволновалась Юлька и стала потирать руки в предвкушении приключений.

– Полетели. – буркнул Генка.

– На шабаш! На шабаш! – Юлька радостно попискивала, а мы с Генкой пытались из-за занавески рассмотреть – что происходит за окном.

– На шабаш, не на шабаш, а сматываться надо. – пробурчал Генка, глядя как из вертолета по веревке спускается десант.

– В окно не успели. – заметила я.

– Лестница! – предложила Юлька.

– Нет. – мотнул головой Генка. – слышите?

Мы прислушались – по лестнице доносился быстрый топот.

– К нам. – мрачно изрек Генка, когда в дверь ударило что-то тяжелое.

– ААААА! – зашипела я в ужасе.

– Ты где? – отскочил от меня Генка.

– Здесь. – удивилась я.

– Ты опять пропала! – обрадовался он. – бегом на кухню!

Мы втроем, пригибаясь, друг за другом промчались на кухню.

– Пей! – приказал Генка, протягивая Юльке кастрюльку с киселем, как джентльмен выпивший свою половину первым.

Мы сидели забившись под стол и с ужасом слушали, как по квартире разносится топот. Шаги приближались к кухне и мы замерли, стараясь не дышать. Дверь заскрипела и я тихо охнула. Генка отыскал мою руку и сжал покрепче. Две ноги прошли по кухне и остановились у стола. От страха у меня заухало сердце и задрожали руки. Внезапно под столом показалась голова одного из бандитов. Я встретилась с его глазами и стала открывать рот для крика.

– Никого. – заметил он, выпрямляясь.

– В смысле – никого? – удивилась я и повернулась к Генке – там было пусто, и я увидела только шкаф. – Растворился. – облегченно вздохнула я.

В квартире всё падало, звенело и рушилось, бандиты, похоже, всерьез решили заняться поиском кейса.

– Даш, пока нас не видно, давай проберемся к тебе. – предложил напуганный Генка.

– Давай. – согласилась я. – А где Юлька?

– Здесь. – прошептала подруга. – Давайте друг за другом.

Бесшумно взлетев, мы стараясь не дотронуться до бандитов, полетели к окну. Оказавшись на улице, мы со скоростью света бросились к моему балкону. Влетев ко мне, мы рухнули на диван и затихли.

– Что дальше? – прошептала Юлька.

– Не знаю, может пронесёт и бандиты не придут сюда. – испуганно ответила я, но тут же услышала шаги возле двери своей квартиры.

– Не пронесло. – заметил Генка. – Надо брать твой кейс с деньгами и пока мы не проявились, улетать отсюда.

– А куда мы всё-таки полетим? – шёпотом спросила я,чувствуя себя виновницей этого кошмара.

– В Калифорнию, может заодно отыщем ведьму.

– А как мы полетим? – от ужаса предстоящего полёта мой голос звучал еще тише.

– Очень просто. – ответил Генка.

– Ну, вот, допустим, деньги у нас есть, а загранпаспорта, а визы?

– Так полетим. – неуверенно пробурчал Генка.

– Ген, я так не полечу, я, во-первых, вряд ли смогу перелететь океан, а во-вторых, нас могут сбить как НЛО, когда мы вдруг проявимся.

– Даш, мы полетим так – без виз и билетов, но на самолете. – объяснил Генка.

– Как так? – на всякий случай уточнила я.

– Как сейчас, невидимыми.

– А если мы вдруг проявимся? Я боюсь, что..

– Даш, тебе и надо бояться, тогда нас никто не заметит, и мы проберемся вовнутрь самолёта, а потом нам можно будет проявиться. Всё, не будем терять время, полетели!

– Подождите! Я минутку! – прошептала Юлька и кинулась собирать вещи в чемодан.

– Какой чемодан? Как ты с ним лететь будешь? Хоть бы так добраться! – попытался выхватить у неё чемодан уже паниковавший Генка.

– А как мой гардероб? В чем я ходить на шабаше буду? – раздражённо тянула к себе чемодан Юлька.

– У тебя есть кейс с деньгами. – начиная злиться, прошипела я.

Юлька, вспомнив, что мы теперь богаты, схватила кейс, и я не смогла вырвать у неё самое ценное, что было в ее жизни, потому что при всех попытках это сделать она начинала пинаться и норовила укусить меня за руку.

– Быстрее, пока мы не проявились! – остановил назревающую ссору Генка и распахнул окно.

– ООХ! – вырвалось у меня, когда я вылетела и увидела, что творится на улице.

А там творилось что-то необъяснимое – весь двор был оцеплен людьми в масках, милицией, скорыми, над крышей дома кружил вертолёт, из динамиков кому-то приказывали выходить с поднятыми руками, из окна черного лимузина торчал бинокль и дуло ружья. Надвигавшуюся темноту прорезали милицейские мигалки, ракетницы, трассирующие пули, вспышки фотоаппаратов и несколько прожекторов. Милиционеры стреляли в бандитов, но не зная, кто здесь бандиты, стреляли в воздух. Журналисты заняли все подходящие балконы, лестницы и деревья. Зеваки пытались прорвать милицейское оцепление. Ревели сирены и лаяли собаки. В общем, было такое ощущение, что сюда сбежался весь город. Я, находясь в центре событий, почувствовала себя героем супер-шоу и даже пожалела, что успела стать невидимой.

– Смотрите! – пронесся вдруг крик по толпе и я обернулась – в перекрещивающихся лучах прожекторов метался из стороны в сторону черный кейс.

Юлька, ослепленная ярким светом, не видела, куда лететь и от страха выделывала такие петли, что я боялась, как бы она не упала, по крайней мере кейс закладывал такие виражи. Внезапно кейс пропал и прожектора стали прощупывать каждый сантиметр неба над домом. Улучив момент, когда они ушли в сторону, я выскочила из опасной зоны и, присев на краешек крыши, свободно вздохнула. Не успела я до конца прийти в себя от страха, как в голову мне пришла жуткая мысль. Прикинув размеры случившегося, теперь заметалась и я, – в этой суматохе я потеряла друзей.

– Помогите! – тихо прошептала я, но из-за дикого шума, не услышала сама себя.

– Помогите! – повторила я уже с оттенком угрозы, но никто рядом со мной не появился.

– Мама! – разревелась я и в тот же миг услышала высоко в небе раскаты Генкиного крика:

– Все ко мне! Сколько я буду вас тут ждать?!

Встрепенувшись, я кинулась на крик.

– Генка! – зарыдала я, уткнувшись в грудь кричащего.

– Фу – х! – раздалось рядом пофыркивание Юльки. – Ну вас с вашим кейсом! Меня чуть не поймали! Хорошо хоть я его догадалась его к себе прижать.

– Ген, а как долго мы будем тут висеть? – поинтересовалась я, чувствуя что начала успокаиваться, а значит, могла и проявиться.

– Я пытаюсь сориентироваться, в какой стороне у нас аэропорт. – ответил Генка и, видимо, решившись, приказал: – За мной.

Мы молча летели над городом, любуясь его огнями с птичьей высоты. Каждый думал о своём, нам всем было немного жаль покидать наш город, и немного страшно лететь на шабаш – всё-таки мы впервые решились на такую авантюру. Прервал наше молчание тихий вздох Генки:

– А все-таки средство действует. – глубокомысленно заметил он, разглядывая на половину проявившуюся Юльку.

Да, средство действовало, но по особому, не подчиняясь нашему желанию. Мало того, что мы уже летали, так ещё плюс к этому мы стали то исчезать, то появляться. И это не поддавалось управлению, а целиком зависело от эмоциональных всплесков. Стоило нам сильно разволноваться, как мы тут же становились невидимыми.

– Ой, мамочка. – прошептала я, увидев на горизонте аэропорт.

– Идем на посадку. – предупредил Генка, и плавно опустился на землю.

– Так, еще пока можно не волноваться. – успокоил он нас, разглядывая расписание. – самолет на Калифорнию будет только через два часа. Пойдёмте, посидим.

Немного побродив по залу ожидания, мы, от нечего делать решили посмотреть телевизор. Там шла передача об НЛО, и мы, слушая ведущего, недоверчиво похмыкивали. Внезапно на экране появился неопознанный летающий объект, в котором мы с Юлькой опознали Генку. Генка заерзал на стуле и стал испуганно озираться, боясь, что его узнают. Юлька радостно корчила ему рожи, но вдруг перестала и прилипла к экрану – там теперь показывали странное тело, которое при ближайшем рассмотрении оказалось частью самой Юльки. Генка повернулся к ней и выразительно хмыкнул. Я замерла, ожидая, что теперь дойдет очередь и до меня, но начался репортаж с места недавних событий – собравшаяся вокруг телевизора толпа удивленно разглядывала огромный чёрный вертолёт, Генкины расстрелянные окна и мечущийся в небе кейс.

Странные кадры сменяли друг друга, и нам стало как-то нехорошо. Возвращаться домой в ближайшем будущем резко расхотелось. Генка, вздыхая, думал о своей брошенной Агате и разрушенной квартире, Юлька об оставленном гардеробе, а я просто вздыхала глубоко задумавшись о своей жизни.

Неожиданно объявили посадку на наш самолет и я вздрогнула. Повернувшись к друзьям, я увидела, что осталась одна. Взлетев вверх, я стала оглядываться по сторонам, пытаясь найти друзей и вдруг увидела, что на кресле остался забытым наш кейс. Испугавшись, что его заберут, я опустилась вниз, и подскочив, попыталась схватить его за ручку. Кейс дернулся и пропал.

– Юль, ты что ли? – догадалась я.

– Да, только куда делся Генка?

– Я здесь! Хватит уже теряться, я вас замучился искать. Предупреждать надо, когда исчезаете.

– Я сама не поняла, как это произошло. Просто испугалась, когда пригласили на посадку. – оправдывалась Юлька.

– Держитесь за руки. – приказал Генка и я вцепилась в него мертвой хваткой, поэтому не успела отскочить в сторону и мужчина, опаздывавший на посадку, врезался в меня два раза, пытаясь проскочить вперед.

– Обойди. – подсказала ему я, и он попятился, выронив чемодан.

Мы взлетели вверх и, покинув таможенный зал, направились к своему самолету.

– Так, давайте пролетать по одному. – предложил Генка. – В самолете проход узкий, втроём не пройдем. Встречаемся в туалете.

Я разжала Генкину руку и, подождав, пока они с Юлькой пролетят в самолет, направилась к трапу. Я очень спешила, оставшись одна, а в салоне как назло суетился какой-то вредный мужчина. Он размахивал руками, кричал на стюардессу, доказывал, что на одном месте поместиться не может и ему нужно два. Мне надоело ждать, пока вокруг него рассосется толпа, и подлетев к нему, легонько пнула по тому месту, которым он не помещался на сиденье. Он тут же сел на своё место и злобно стал разглядывать снующих рядом пассажиров, а я, оставив свой след на его брюках, поскорее кинулась к туалету.

Дёрнув ручку двери, я поняла, что там занято – кто-то крепко держал её и не хотел открывать. Из страха быть пойманной и, помня, что дверь туалета до взлета не закрывается, я со всей силы рванула ручку на себя и дверь распахнулась. В туалете было пусто.

– Кто здесь? – прошептала я.

– Никого. – зло ответил Генка. – Ты мне чуть руку не выдернула.

– А нечего было так держать.

– Мы подумали – а вдруг это не ты. – подала голос Юлька.

– Пора бы уже проявиться. Взлетаем. – заметил Генка.

– А кейс, где кейс? – разволновалась вдруг я, представив, что мы его забыли в аэропорту.

– У меня. – успокоила меня Юлька.

Самолет тряхнуло и я упала на Генку.

– Взлетели. Все страшное позади. – успокоил нас Генка и мы потихоньку стали проявляться.

Не успела я окончательно успокоиться, как в нашу кабинку стал кто-то ломиться.

– Откройте немедленно! – раздался визгливый крик и внезапно с такой силой дёрнули ручку, что она вырвалась из Генкиной руки пропуская к нам какую-то девицу. Окинув взором нашу троицу, девица выскочила обратно и заголосила так, что у меня заложило уши.

– Блин. – пробормотал Генка, увидев как от её крика он снова растворился целиком

На крик девицы прибежали стюардесса и два охранника, отталкивая друг друга они заглянули в кабинку и увидев идеальную пустоту, повертели пальцем у виска и попытались успокоить буйную девушку.

– Пойдём в салон. – устало произнес Генка – мы не сможем здесь торчать весь полёт.

Свободных мест в салоне было мало, но нам повезло и мы заняли три крайних места.. Рядом с нами через проход сидела дама в светлом начесанном парике, которая немного поскандалив со стюардессой, недобро поджав губы, косилась в иллюминатор.

Лететь нам было очень долго, и мы, не придумав никакого совместного занятия, задумчиво молчали по отдельности. Я, изнывая от скуки, и повертевшись немного на кресле, погрузилась в крепкий сон. Мне снилась тёплая Калифорния, финики и шабаш. Снилось, как я летала на метле по городу и распугивала одиноких прохожих дикими криками и радостными визгами. В середине сна крики вдруг стали как-то явственнее и я почувствовала толчок в бок. Открыв глаза я увидела, что верещит наша соседка, а остальные пассажиры, повскакивав со своих мест, изумленно разглядывают меня. Недоуменно оглядев себя я поняла, что стала проявляться и уже взлетела вверх. Толчки в бок не прекратились, и к ним добавился зверский шёпот Генки:

– Растворяйся скорее! Нас сейчас высадят!

Представив, как нас высаживают из летящего самолета, я дико испугалась и тут же исчезла. Подбежавшая стюардесса стала успокаивать пассажиров, объясняя им что-то про воздушные ямы, турбулентность и массовые галлюцинации. Наконец, она пообещала принести им коньяк за счёт кампании и все понемногу стали успокаиваться. Я решила больше не расслабляться и сидела, скрестив ноги и обхватив себя руками. От напряжения у меня пересохло во рту, но тут на мое счастье в проходе показалась стюардесса с тележкой, на которой стояли какие-то напитки. Когда она поравнялась со мной, я, по-тихому и стараясь оставлять меньше следов, взяла двумя пальцами через носовой платок стакан и радостно выдохнув сделала несколько глотков. Услышав тихий визг, я удивленно подняла глаза на стюардессу. Та приложив руку к сердцу, учащенно дышала. Поймав ее взгляд, я скосила глаз на стакан и поняла её неожиданную реакцию – жидкость из стакана мелкими порциями дотекала до его края и исчезала в непонятном направлении. Вдруг кто-то вырвал у меня стакан и он плавно опустился на тележку.

– Невесомость. – пояснил стюардессе Генкин голос.

Стюардесса взяв стакан, сделала несколько больших глотков и глубоко вздохнула. Видимо, коньяк подействовал, и она покатила тележку дальше. Я, увидев как она увозит мой недопитый стакан, схватила его с подноса и стала жадно пить, пока чья-то сильная рука не стала у меня его вырывать. Я поняла, что это Генка, и в другое время сразу же бы сдалась, но я же успела выпить полстакана коньяку. Кровь во мне разогрелась и забурлила, организм напитался живительной энергией и она неожиданно потребовала выхода. Поэтому я вцепилась в стакан мертвой хваткой и стала отпихивать ногами Генку от себя.

– Поставь стакан на пол. – прошептал разозлившийся Генка. – Убью!

– Ха – ха – ха – ха – ха! – рассмеялась я и, чтобы стакан не достался Генке, метнула его вверх. Генка, испугавшись, что стакан упадет кому-нибудь на голову, подпрыгнул и поймав его, осторожно поставил на тележку стюардессы. Та немного подумала и бросив тележку, направилась куда-то вперед по проходу мелко вздрагивая и пошатываясь. Это было так смешно, что я снова весело расхохоталась. Люди стали испуганно озираться и поспешно допивать свой коньяк. Что-то надо сделать! – мелькнула у меня мысль и я тут же её осуществила – дотянувшись до соседки, сдернула с неё парик и взлетев вверх, надела на себя. В салоне стало как-то необычно тихо. Я догадалась, что парик мне не идёт и натянула его назад на хозяйку. Не успела я себе придумать нового занятия, как кто-то схватил меня за ноги и потащил на моё место. Я попыталась брыкаться, но попала того не в того, кто тащил, а в какого-то незнакомого мужчину. Мужчина кричать не стал, он просто вскочил и кинулся вглубь салона. За ним, оценив возможные последствия происходящего, кинулись остальные. Самолет дёрнулся. По проходам заметались стюардессы, врач и охрана, пытаясь усадить пассажиров на свои места. Получив валерьянку, коньяк и нашатырный спирт, пассажиры наконец расселись по своим местам и стали тревожно озираться по сторонам. Я сидела зажатая между Юлькой и Генкой и свободной рукой щипала то одного, то другую в бок, иногда весело прихихикивая, закрытым Генкиной рукой ртом.

– Я долго так не просижу. – прошептал Генка Юльке. – Ей нужно срочно что-нибудь поесть.

– Точно. – согласилась я, почувствовав, что вообще-то не ела почти весь день, если не считать Генкиного киселя.

– Поклянись, что будешь сидеть тихо. – приказала Юлька и я поклялась. Юлька вздохнула и отпустила меня.

– Ген, отпусти, я же поклялась. Буду сидеть тихо.

Генка обдумал ситуацию и покрепче прижал меня к себе. Внезапно в начале салона раздались испуганные крики. Заинтригованные Генка и я, вытянули вверх головы и увидели как по салону летит тарелка с гуляшом.

– Это моё. – предупредила я Генку и забрала у Юльки подлетевшую тарелку. Пока по салону доносился топот я, получив огромное наслаждение впилась зубами в мясо. Уставший Генка пригнул меня пониже и толкнув Юльку, зло зашипел:

– Если уж ты отправилась ей за обедом, могла хотя бы прижать тарелку к себе!

– Не могла. – обиделась Юлька. – Я к себе уже кейс прижимаю.

Генка со свистом втянул в себя воздух и забрав у меня пустую тарелку, убрал её под сиденье.

– Шапашибо! – поблагодарила я, дожевывая последний кусок мяса.

– Лучше б вы спали. – прошипел он в ответ.

– Мудрое решение. – согласилась я и дождавшись, когда Генка пристегнёт меня ремнем безопасности к креслу, сладко задремала. Мне опять снился шабаш, на котором я играла с ведьмами в прятки и в кегли, хрустальными черепами.

– Подъём! – растолкал нас Генка через семь часов. – Стюардесса уже проверяет, как пристегнуты ремни. Скоро посадка.

– Скоро таможня. – ахнула я и посмотрела в иллюминатор на приближающуюся незнакомую землю.

– Сели! – обрадовалась Юлька, когда самолёт побежал по взлётной дорожке.

– Выходим первыми! – предупредил нас Генка и мы помчались к выходу.

Вот мы и в Калифорнии.

Я всегда мечтала здесь оказаться и, наконец, моя мечта сбылась.

Не зная, куда нам направляться дальше, мы решили пока остановиться в ближайшей гостинице и, переждав свое проявление, отправились ловить такси.

До гостиницы мы добрались без приключений, только в такси на резком повороте у Юльки испарились волосы, на что таксист отреагировал по своему, очень странно и быстро – врезался в дерево в трёх метрах от гостиницы, сильно удивив швейцара. Наверное, до нас здесь парковались по другому.

GRAND-HOTEL*****

Генка расплатился с таксистом за проезд и добавил еще 100$ за моральный ущерб. Таксист несказанно обрадовался и предложил помочь нам донести наши вещи. Генка вежливо отказался. Вспомнив, что вещей у нас нет, таксист предложил донести наш кейс и протянул к нему руку. Юлька, увидев, что у нее собираются забрать кейс, жутко испугалась и укусила таксиста за руку. Он взвыл и подпрыгнул. Генка вздохнул и извинился снова – дал ему еще 100$ и подтолкнул нас ко входу в гостиницу. Швейцар шагнул мне на встречу, но я вежливо оттолкнула его в сторону и задрав подбородок, толкнула дверь. И, видимо, сильно толкнула, так как за спиной услышала чей-то противный визг. Между тем, я уехала вперед вместе с дверью. Ничего не понимая, я обернулась и увидела как Юлька трясет ногой и показывает мне кулак. Удивившись я вернулась назад и снова зацепила Юльку. Не знаю, как долго бы мы заходили, если б не Генка, который взяв нас за шеи и впихнул в дверь. Дверь, как выяснилось, была крутящаяся и заходить в нее надо было спокойно, а не резко впрыгивать как двум бешеным курапаткам, – объяснил нам друг.

Первое препятствие было пройдено, оставалось только зарегистрироваться в гостинице и получить ключ. Оставив нас с Юлькой сидеть под фикусом, Генка уверенной походкой направился к стойке портье. Генка что-то долго врал портье насчет виз, паспортов, и прочего, а мы с Юлькой в легком волнении пощипывали фикус. Наконец, закончив объяснения, Генка весело махнул нам рукой и мы бросив не дощипанный фикус, кинулись за ним в лифт.

– Фу-х, наконец-то мы заграницей! – заметила Юлька и весело хихикнула.

– Диссидентка. – фыркнула я.

– По чьей милости? – напомнила Юлька.

Лифт подъехал к 13 этажу и остановился. Генка взял нас под руки и повел вперед. Возле номера 1313 он остановился и с улыбкой помахал ключами.

– Только не говори, что мы здесь будем жить. – предупредила его суеверная Юлька.

– Да ладно, Юль, мы же недолго. – успокоила я ее и – как в воду глядела.

Поднявшись в номер, мы замерли от восторга – всюду была идеальная чистота, белые пушистые ковры на полу, зеркала, цветы в высоких вазах, свечи в красивых канделябрах, роскошные кровати, огромная ванная, бар. Потратив на обозрение целый час, мы с Юлькой остановились на баре, Генка разглядывал город с огромного балкона и прозевал момент нашего знакомства с его содержимым. Не зная с чего начать, мы перепробовали по глотку всё, что было, и у нас заметно улучшилось настроение. От распиравшей нас радости мы стали прыгать на кровати. Кто ж знал, что матрас на ней водяной, и через три прыжка забьёт фонтан.

Сбежавшийся персонал, переводя взгляд с лопнувшего матраса на нас, долго не мог понять, что, и главное – как, мы с ним сделали. Посовещавшись с полчаса, и взяв с нас тысячу долларов, нас перевели в другой номер, предупредив, что матрас там гелевый. Прыгать расхотелось, стало скучно, и мы решили спуститься в ресторан.

– Надо же и на людей посмотреть и себя показать. – сказала Юлька, на что Генка нервно рассмеялся.

Спустившись на первый этаж мы направились к дубовым дверям, возле которых стоял метрдотель. Он так радостно улыбнулся нам, что мы с Юлькой стали вспоминать, где мы могли с ним уже познакомиться, и, так и не вспомнив, сделали такую же улыбку и кинулись к нему обниматься с криком – сколько лет, сколько зим! Метрдотель не стал уточнять – сколько, а подождав, пока мы его расцелуем и отпустим, проводил нас к свободному столику и еще раз улыбнувшись, удалился. Подошедшая официантка положила меню на стол и улыбнулась еще радостнее и Генка, вскочив из-за стола, схватил ее за руку и поцеловал. Официантка округлила глаза и как-то бочком стала отходить от нашего стола.

– Я не пойму, откуда мы их всех знаем? – удивленно спросила Юлька, посмотрев по сторонам и поймав с десяток улыбок посетителей.

– Не знаю. – задумчиво ответил Генка, чувствуя подвох и кося глазами в сторону от нас.

Вместо знакомой Генкиной официантки к нам подошел незнакомый официант и принял наш заказ. Не успели мы с Юлькой еще доспорить – кому из нас он улыбался, как он уже вернулся и встал за моей спиной.

– Юль, чего он там делает? – шёпотом я спросила у подруги.

– Стоит. – удивленно ответила та.

– Зачем? – подозрительно покосилась я на него.

– Может, проверяет, чтобы мы приборы со стола не унесли?

– А кто собирался уносить? – удивленно округлила я глаза и незаметно вытащила из кармана вилку с названием отеля.

– Ну что, может за прилёт? – предложил Генка и потянулся к бутылке.

Официант перехватил бутылку перед его рукой и быстро наполнил нам бокалы. Ну как наполнил, на донышке налил.

Сделав по глотку, мы с Юлькой попытались завести беседу, но стоявший за моей спиной официант не давал нам чувствовать себя расковано, к тому же нервировал Генка, который жестами пытался нам с Юлькой показать что нам с ней уже хватит.

– Давайте за.. – задумалась я.

– Успех нашего безнадежного предприятия! – провозгласила Юлька и, схватив бутылку, разлила нам как обычно, по полной рюмке.

Официант удивленно кашлянул и во все глаза уставился на нас.

– Спасибо! – вежливо поблагодарила я его, и, забрав у него с руки белую салфетку, постелила ее себе на колени и вцепилась зубами в курицу.

Официант продолжал стоять за моей спиной и я не выдержав напряжения повернулась к нему и, не вынимая курицы изо рта, показала ему рукой, чтобы он шел уже отсюда. Официант меня не понял и слегка наклонив голову ко мне загадочно улыбнулся.

– Даш, брось ты его, пусть стоит! – заметила Юлька, в которой выпитое уже начало свою работу, – давай лучше выпьем ещё, и глазом показала на Генку.

Я покосилась на Генку, тот прибывал мыслями где-то вдалеке от нас, поэтому мы, пользуясь его отсутствием, наполнили рюмки.

– Ему уже хватит. – прошептала Юлька, и я, глядя на Генкину какую-то умалишенную улыбку, с ней согласилась.

Мы выпили и тут же начали подниматься со столом вверх. Официант начал заметно дёргаться.

– Отпусти стол, каракатица! – толкнула меня в бок Юлька.

– А я его и не держу. – удивилась я.

Мы глянули на Генку, тот, пытаясь усидеть, судорожно вцепился в стол.

– Отцепись, гадюка, ты поднимаешь стол. – прошипели мы ему в два голоса.

– Если я отцеплюсь, то улечу под потолок. – нервно прошептал он.

– Чтоб ты пропал! – от души пожелала ему я.

– Этого я и боюсь.

– Интересно, о чём ты думаешь? – поинтересовалась Юлька.

– О той блондинке за соседним столиком. Она мне улыбнулась! – с теплотой произнёс Генка и стол поднялся ещё выше.

– Взлетает – предупредила Юлька, залезая на стол.

– Немедленно переключайся на кого-нибудь другого, романтик недоделанный, – недобро посоветовала я – например, на меня.

– На тебя не могу. – помотал Генка головой.

– Почему? – обиделась я.

– Ну, я не могу представить, что я с тобою вальс танцую. – признался Генка.

– А ты представь, что я даю тебе в глаз! – злорадно заметила я.

Блаженная улыбка слетела с Генкиного лица в мгновение ока. Стол опустился, официант упал. Решив, что мы уже хорошо посидели, мы расплатились и вышли на улицу. Юлька по прежнему прижимала к себе кейс и не хотела с ним расставаться ни на минуту.

Со всей серьезностью обдумав наше нынешнее положение, мы отправились в магазин – купить вещи взамен тех, что мы не смогли взять из дома.

Мы зашли в первый попавшийся магазин, где Юлька, примеряя роскошное открытое вечернее платье, стала крутиться у зеркала и радостно всхлипывать. Рядом с ней начал всхлипывать продавец – у Юльки вдруг стала исчезать спина.

– Ну вот, – стала жаловаться на несправедливую судьбу обиженная Юлька, – когда, наконец, можно чему-то порадоваться, радоваться нельзя.

– А ты ходи в своём старье. – посоветовала я.

– Тогда я буду рыдать!

– Девчонки, хватит копаться, я ещё в бассейн сходить хотел. – позвал нас Генка.

– А может – слетать? – пошутила я.

– Я тебе, Даш, слетаю, мало на нас люди оглядываются?!

– Ой, ну и пошутить нельзя. – пробурчала я и показала ему язык.

– Ну что, пойдем назад? – прижимая к груди новое платье и подпрыгивая от радости спросила Юлька.

– Как – назад? – удивилась я. – Я себе еще ничего не купила!

– Да? – задумалась Юлька и стала вспоминать, сколько всего и она еще не купила.

В общем, помотавшись по магазинам и замотав, по его выражению, Генку, мы наконец довольные и уставшие решили вернуться в гостиницу, так как от покупок руки уже отваливались.

Мы, шурша пакетами и свертками, зашли в гостиницу, где все, едва завидев нас, начали перешёптываться, шелестя газетами. Я посмотрела на ближайшую обложку и чуть не упала – центр страницы занимала фотография Генки где он с выпученными глазами и торчащими волосами висел на фоне нашего еще не разбитого окна. Посмотрев на другую газету, я увидела свою голову, с развевающимися в разные стороны губами. Это я так с 20-го этажа летала, догадалась я, вспомнив свои ощущения. Мы с друзьями скупили все газеты и кинулись в свой номер. Там мы в легкой панике разбежались по своим местам. Я – в столовую, Юлька – в ванную, примерять обновы, а Генка – с газетой на диван. Через пять минут раздался вежливый стук, Генкино «Да-да, войдите», а затем жуткий визг и хлопок упавшего тела. Я кинулась на грохот. В комнате на диване лежала Генкина голова, а на полу – знакомый официант в заказанном нами обеде.

– Что это с ним, – поинтересовался Генка, – я вроде бы негромко ругался.

– Да? А ты представь себе лежащую на диване голову, которая к тому же негромко матерится.

– А я виноват, что меня так плохо сфотографировали, а ты же знаешь, как я отношусь к своим снимкам, меня это вывело из себя. – пробурчала обиженная голова.

– Да? А ты меня видел? – уточнила я.

– Ну.. – протянул Генка. – Зато тебя узнать трудно, а меня уже в гостинице узнали.

– Ну вот, ты всегда мечтал о славе, вот награда и нашла героя – усмехнулась я.

– Даш! – недовольно прошипел Генка.

– Ну ладно, смех смехом, а официанта спасать надо. – вздохнула я и мы с Генкой кое-как подняли его и перетащили на диван. Потом положили ему на лоб холодное полотенце и стали ждать. Лучше ему не стало. Тогда мы достали из бара коньяк и влили ему в рот столовую ложку этого целебного напитка. Официант закашлялся, но задышал уже живее, щеки порозовели и он попытался что-то нам сказать. Но звука ему пока не хватало и я влила в него ещё пол стакана. Он дёрнулся, завизжал и убежал из номера.

– Вот что с людьми напиток животворящий делает. – усмехнулась я – и поднесла бутылку ко рту.

– Поставь на место, вы с Юлькой сегодня уже оживились – не дал до конца мне прочувствовать чудо воскрешения Генка, и забрал бутылку.

– А сейчас будет показ мод! – радостно прокричала выскочившая из ванной Юлька, и закрутилась юлой в новой юбке.

Не успели мы с Генкой рассмотреть и треть её вещей, как у нас зазвонил городской телефон.

– Да, я вас слушаю! – удивлённо поднесла я трубку к уху.

– Внимательнее слушай! – заорало оттуда. – Сейчас ты берёшь кейс с флешкой и миллионом долларов, спускаешься с ним к камерам хранения и кладёшь кейс в ячейку 20А. Если через три минут кейса не будет на месте, мы вас – тут в трубке раздался визг работающей электропилы.

Я вздрогнула от ужаса, подлетела к люстре и исчезла.

– Что случилось?! – в один голос прокричали Генка с Юлькой, встревоженно наблюдавшие за мной.

– За нами сейчас придут, уходим! – кинулась я к двери.

– Улетаем! – крикнул Генка, пытаясь остановить панику и меня. – В окно!

– Хватайте вещи! – верещала Юлька.

– Какие вещи, Юлька, хоть бы самим уйти! – возмутился Генка.

– Если без вещей, то я здесь останусь! – истерично завопила Юлька.

– Дашка, помоги этой сволочи собрать её манатки! – взмолился Генка.

… Только за нами захлопнулось окно, как вылетела дверь.

– Успели! – обрадовался Генка.

– А куда теперь? – поинтересовалась я.

– В другую гостиницу? – с сомнением предложила Юлька.

– Такси! Такси! – замахала я рукой.

– Какое такси, нас же не видно. Угоним машину. – воодушевилась подруга.

– А кто за рулём? – испуганно спросил Генка.

– Я! – прокричала радостная Юлька.

– Тогда я не поеду. – отказалась я. – Я не хочу, чтобы меня ещё сфотографировала их камера в угнанной машине, и так слава уже растёт не по часам, а по минутам!

– Успокойся, тебя никто не увидит. – пообещал Генка.

– Если я действительно успокоюсь, я снова проявлюсь. – сомневалась я.

– Разогналась, ты забыла, что за рулём Юлька?! – усмехнулся Генка.

Я вспомнила и вздрогнула.

Окинув взглядом на лету стоянку, мы выбрали машину с открытым верхом и заскочили в неё. Через пару секунд мы уже неслись по дороге.

– И всё-таки я боюсь, что нас обвинят в угоне. – с опаской заметила я, разглядывая оочень дорогую машину.

– Да ты что, Дашка, на нас никто и не подумает. – успокоила меня Юлька.

– Ага, теперь, после всего этого, чтобы в городе не случилось, подумают на нас. – успокоил меня друг.

– Ну и как мы теперь будем дальше жить? – поинтересовалась Юлька, выжимая такую скорость, что у меня снова волосы встали дыбом, то ли от ветра, то ли от ужаса.

– А, может, нам поселиться где-нибудь в глухом местечке, где нас никто не увидит? – предложил Генка.

– Может, ты нам ещё предложишь в монастырь уйти?! – искренне возмутилась Юлька. – С такими деньгами мы себе такое устроим!

– Ага, а когда нас найдут, устроят и не такое! – заволновался Генка.

– Ребята, ну что вы ругаетесь, это же не спец службы, может быть это всего лишь мафия. – успокоила я друзей.

– Чего, какая мафия?! – подскочила Юлька.

– А я вам говорил, что воровать нехорошо? – начал нотацию Генка.

– Да что для мафии эти деньги, тьфу. – вступилась за меня подруга.

– А может отдать? – кусал Генка пальцы.

– Кого? – удивилась Юлька.

– Деньги.

– Да я лучше тебя отдам, Генка! Миллион!!!

– Ну, уже, допустим, только девятьсот пятьдесят тысяч. – поправила я Юльку.

– Миллион долларов!! – схватился за голову Генка. – Вот о чём ты думала воруя кейс?

– О том что в нём такая куча денег. – призналась я. – Вы мне ещё спасибо скажете, если б я не взяла эти деньги, разве бы у нас были такие приключения?

– Даша, если мы выйдем из этих приключений живыми, то я ..

– Памятник мне поставишь? – усмехнулась я.

– Нет, квартиру поменяю и адрес засекречу – недовольно пробурчал Генка.

– Ой, можно подумать! – возмутилась я. – А ничего что мы к тебе позавчера зашли за солью только!

– За солью они зашли, ага. – забурчал себе под нос Генка. – А то я вас не знаю, за солью они зашли в одиннадцать вечера. За столько лет я ваши мысли уже на расстоянии читаю. За солью.. Столько лет. Всю молодость мне испортили. Всю юность. Всё детство испоганили. Горшок в детском саду и тот отжали. Видишь ли он с цветочками. Какая вам разница – в какой горшок? Так нет, с цветочками им нужен. Все игрушки мне переломали, всех девчонок пораспугали, курицу полуметровую леденцовую пообкусывали. Да ладно б курицу в детстве, нет – на прошлой неделе. Хотел себе дизайн на кухне поменять, купил эксклюзивную штучку, ручная работа, и кто дёрнул сказать что это леденец такой, и дня не простоял. И это надо – столько лет. Столько лет. Да когда ж это закончится?

Незаметно для себя мы успокоились и стали размышлять о будущем или точнее, о том, что с нами будет дальше?! В тот миг, когда Юлька становилась актрисой, а Генка досиживал в тюрьме пожизненный срок за угон машины, нас подрезал грузовик.

– Выходите! – раздался грозный приказ.

Мы повернули головы. На нас уставились дула трёх пистолетов. Тут же, как по команде мы от страха исчезли.

– Мамочка!

– Помогите!

– Без паники! – тихо раздавалось в пустом салоне.

Бандиты удивлённо заметались вокруг машины. Сообразив, что её не видно, Юлька, решив без боя не сдаваться, врезала одному бандиту в нос. Он отлетел, и Юлька нажала на газ. Каким-то чудом мы обогнули грузовик и кинулись вперёд.

– Как они нас нашли? Как они нас нашли? – твердила я как заведённая, пытаясь понять логику бандитов.

– Наверное, увидели отъезжающую от гостиницы машину и кинулись следом. – подала редкую здравую мысль Юлька.

– Эх, надо бы угнать три машины и поехать разными дорогами! – задумалась я над дальнейшим планом.

– Очень хорошая мысль. Особенно если учесть, что из нас троих водить умеет только Юлька. – охладил мой пыл мечтаний Генка. Погнали уже на одной.

И мы погнали. Попытавшийся было догнать нас грузовик, отстал уже минут через пять, благодаря Юлькиному мастерству вождения, в результате чего позади нас произошла небольшая авария – столкнулись пять машин.

Деваться нам пока было некуда, и мы ехали вперёд, где нас никто не ждал, потому что не могли повернуть назад, где нас как раз таки очень ждали, и уже не только бандиты. Немного остыв от погони, мы стали думать, что нам теперь следует делать.

– В первую очередь нам следует хорошо поесть. – предложила я.

– Даш, я от тебя другого даже не ожидал услышать. Но у меня есть вот какое предложение. Раз мы всё равно не знаем, где именно в Калифорнии искать нашу Сколомею, будь она здорова, давайте, начнём с ближайшего района, куда приедем.

– Конечно, а там прямо афиши висят – «Летний слёт ведьм!» – усмехнулась я.

– Ну, можно спросить у кого-нибудь, наверняка этот слёт у них где-нибудь в заброшенном, проклятом месте. – настаивал Генка на своём.

Так как других предложений не поступило, мы решили попробовать. Спросить про проклятое место решили у первой же попавшейся нам женщины.

Мы тихо ехали вперёд по незнакомой улице, пока не наткнулись на какую-то женщину, смахивающую на ведьму.

– Вы не знаете, где в вашем городе есть проклятое место? – спросил Генка, улыбаясь во весь рот и одновременно и боясь и надеясь, что нам попалась ведьма.

– Самое проклятое место – это дом моего соседа! – радостно отозвалась та.

Да, нужно искать другие пути.

– А может пойти в библиотеку? – предложила вдруг Юлька.

– Комиксы полистать? – усмехнулась я, зная как она читает книги.

– Посмотреть в старых газетах о странных случаях. – неожиданно она выдала интересную мысль.

– Это может появиться только в свежих, после нашего приезда. – пробурчал Генка.

Так как никаких идей больше не поступало, мы ничего не решили и ехали куда глаза глядят. Через пять минут наши глаза глядели на разбитые фары шикарной машины, которая выскочила на нас из-за поворота, или, если честно сказать – на которую выскочили мы. Мы вышли из машины и оглядели причиненный ущерб. Увидев разбитые вдребезги фары и валяющийся на дороге бампер, я зажмурилась и стала ждать – кого первым из нас начнут бить. Юлька стала подсчитывать – во сколько нам обойдется ремонт и стала пятиться к нашей машине. Я поняла ее маневр – нужно уезжать отсюда как можно скорее. Испугавшись, что Генка захочет возместить нанесенный такой машине ущерб, Юлька загадочно улыбнулась и стала тащить его назад в машину. Генка не понял, что она от него хочет и удивленно топтался на месте. Не успели мы принять никаких мер к побегу, как из ударенной машины вышел ее хозяин и стал рассматривать нанесённый ущерб. Обойдя несколько раз машину, почему-то нашу, он стал предъявлять нам какие-то претензии, причём, жестами.

– Юля, я не пойму, чего он хочет? – занервничала я.

– Вы меня вжух! – перевела Юлька его жесты.

– Я и без него знаю что мы его сильно вжух, что он дальше хочет??

– Сейчас он успокоится и я его расспрошу – подал неуверенный голос Генка и двинулся в сторону пострадавшего иностранца.

Минут пять они о чём-то говорили, причём всё это время иностранец так отчаянно жестикулировал, что мы с Юлькой мысленно заплатили ему уже половину кейса, но тут он вдруг успокоился и мило улыбнувшись сделал нам приглашающий жест. Мы окончательно струхнули. Но Генка тоже махнул нам, показывая что нужно сесть в машину иностранца, и мы покорились судьбе, так как сбежать без друга не могли, а у него, похоже, были проблемы.

– С какого перепуга мы сели в его машину?? – злилась я и шипела по-русски Генке в ухо. – И куда мы направляемся?

– Короче, это Брендон, он оказался очень дружелюбным человеком и я не смог ему отказать, поэтому мы едем к нему на виллу.

– Я извиняюсь, а в качестве кого мы туда едем? – ещё сильнее занервничала я.

– В качестве гостей. Не шипи, пока нас ищут поживём немного у него. Он нам очень рад.

– А с чего это он нам так рад? Может, мы сильнее его ударили чем думаем? Ну, сотрясение там какое или типо того? Может ему в больницу надо? – с сомнением разглядывала я затылок водителя, так как мы с друзьями втроём сидели сзади и больше мне ничего от водителя не было видно.

– Никуда ему не надо. Он, похоже, в тебя с первого взгляда влюбился – прошептал мне Генка.

– В Дашку? – усмехнулась Юлька. Тогда его точно нужно врачу показать, психиатру.

– Закрыли рот – приказал нам Генка, и показал кулак, остановив начинающиеся боевые действия.

Не прошло и трех минут, как мы оказались на обалденной вилле хозяина машины. Вилла была огорожена высоким железным забором, красивыми кованными воротами и оборудована автоматикой. – Хорошо что мы умеем летать – пробормотала мне на ухо Юлька. – если что – сбежим.

Хозяин машины и виллы поинтересовался, в какой из автошкол нас так учили водить машину и узнав, что Юлька самоучка, заметно расслабился и сделал гостеприимный жест – Проходите, пожалуйста. Приглашаю вас погостить в моём скромном жилище.

Ну, если по его меркам это скромное жилище, то у меня нет слов. Лично мы рассматривали здесь всё раскрыв рот. Какая это была вилла! Огромное трехэтажное здание с парком, зимним садом, цветами и сигнализацией. Стеклянная крыша, красивые бронзовые люстры, бассейн, много зеркал, золота и мрамора. В общем, было заметно, что хозяин не придерживается какого-либо стиля, а тащит домой все, что понравится. Больше всего лично мне понравились огромные телевизор, холодильник и диваны в гостиной. Брендон оказался радушным хозяином и, предложил не стесняться и выбирать себе любые комнаты. Это оказалось делом нелегким, мы никак не могли определиться, поэтому пришлось обследовать весь дом. Поводив нас по дому, накормив и напоив чаем, Брендон извинился и уехал по делам, а мы стали смотреть телевизор.

– Ребята, я, кажется, влюбилась! – призналась я друзьям, кусая яблоко и мотая ногами под потолком.

– А вдруг он какой-нибудь маньяк? – стала запугивать меня Юлька.

– Людоед! – поддакнул ей Генка.

– Ой, ой, ой. – отмахнулась я от них и представляя себя в свадебном платье станцевала вальс возле люстры и медленно опустилась на диван.

– Она еще и танцует. – вздохнул Генка.

– А мы между прочим еще замок ведьм не нашли. – пробурчала Юлька.

– Зато нашли замок Синей бороды! – усмехнулся Генка.

– Ничего вы не понимаете в любви. – отрешенно ответила я и взмыв вверх стала раскачиваться на люстре и напевать марш Мендельсона.

Юлька с Генкой промолчали и уставились в экран телевизора. Я, поболтавшись немного под потолком, решила сделать облет виллы и вылетела в окно. Вид открывшийся мне сверху оказался замечательным и я решила, что это все, в нагрузку с Брендоном, мне подходит. Я вернулась обратно и уселась рядом с Генкой.

– Ну что, где вы свадьбу праздновали? – пряча улыбку в кулак, тихо спросил Генка.

– Наверное, в Париже. – поделилась я мечтой.

– А почему именно там?

– Ну это же столица любви. – удивилась я его непонятливости.

Генка кивнул и снова уставился в телевизор. Мне было скучно, и я стала щипать Юльку. Та, не отрывая взгляда от какого-то шоу, пихнула меня локтем. Я отклонилась назад и локоть попал Генке в ребра.

– Да когда же это кончится! – взвился тот. – Чтоб вы уже обе скорее замуж повыходили! Ни дня ни часу от вас покоя нет!

– Я согласна! – закричала Юлька. – Только мне пока не за кого.

– Кого-нибудь поймаем! – веско заметил Генка и Юльку слегка перекосило. – А сейчас сидите тихо!

Мы сидели у телевизора уже целый час, не зная чем заняться, ведь все-таки это был чужой дом и нам хотелось его оставить в первозданном виде, поэтому Генка пресекал всякие провокации с нашей стороны. Когда скука достигла своего предела и Юлька сделала попытку встать с дивана, подъехала машина. Мы выглянули в окно и увидели Брендона.

– Ну наконец-то! – радостно выдохнул Генка, взваливая всю ответственность за поведение гостей на хозяина.

– Скучно! – призналась я Брендону, когда он появился на пороге. – Хочется культурно отдохнуть.

Он посмотрел на меня улыбаясь и предложил нам побыстрее переодеваться. Мы с Юлькой, обгоняя друг друга, кинулись в наши комнаты. Я, представляя, как мы погуляем этой ночью в ночном клубе, надела классный топик со светящимся в темноте пауком и бриджи расцветки «мелитари». Юлька нацепила короткое платье, настолько короткое, что его создателем, видимо, не предполагалось, что она будет в нем сидеть. Когда мы спустились вниз, Генка, одетый в черные джинсы и серую рубашку как-то странно указал нам глазами на диван. В нем, слегка открыв рот, сидел Брендон во фраке. Когда он увидел меня с пауком и Юльку с кейсом, он оторопел и призвав Генку на помощь, попросил хотя бы оставить кейс дома.

– Сейчас! Угу! Я тут только кейс оставлю, его же сразу украдут. – запротестовала Юлька.

– Юль, Брендон предлагает спрятать его в сейф. – пытался вразумить её Генка.

– Ген, или с ним или я никуда не поеду!

– Ладно. – пожал плечами Генка.

– Машина подана. – сделал Брендон приглашающий взмах рукой и поправил бабочку.

– Ну у них в клуб и одеваются. – хмыкнула Юлька.

– Ага. – поддакнула ей я, но какие-то сомненья у меня все же появились.

Брендон влюбленными глазами смотрел на меня, распахивая дверцу и помогая нам сесть. Глядя как Юлька садится в машину, Брендон что-то пробормотал и Генка повернулся к нам, закатывая глаза.

– Юль, ну ты хоть бы правда с собой кейс не брала! Может, в машине оставим, мы все ж таки в оперу едем. – умоляюще попросил Генка.

– Куда? – не поверим своим ушам, переспросила я.

– Брендон сказал, что мы едем в оперу. Вы же хотели культурно отдохнуть.

– Геш, но ты же знаешь, что культурно отдыхаем мы клубе или на худой конец в ресторане.

– А я виноват что у вас с ним разные мнения о культуре? – прошипел Генка.

– Зачем нам опера? Я не хочу в оперу. – тихо пробормотала Юлька. – Как я там буду сидеть?

– Положишь на колени кейс. Не зря же ты его таскаешь.

Машина остановилась и Брендон распахнул нам дверцу. Предприняв последнюю попытку уговорить Юльку расстаться с кейсом и получив отказ, Брендон как-то растерялся и перестал нам улыбаться.

– Не оставлю. – по слогам ответила Юлька на Генкин укоряющий взгляд.

Брендон понял, что разлучить Юльку с кейсом может только смерть и, тяжело вздохнув взял меня под локоть. Генка последовал его примеру, подхватив Юльку, и мы направились к белому зданию с колоннами. Едва мы зашли вовнутрь, как Юлька загорелась желанием осмотреть здание оперы, чтобы потом рассказывать потомкам, что и она посетила сей храм искусства. Но, Брендон, увидев как у нее загорелись глаза при виде ступенек с красными коврами, бронзовыми статуями и фонтаном, пресек ее желание в зародыше и повел нас по служебной лестнице в директорскую ложу. Юлька вздохнула и решила, что хотя бы расскажет как выглядело само представление, но едва погас свет и зазвучали первые ноты, как она уже откинула голову назад и тихо засопела. Я, приложив руки к глазам вместо бинокля, разглядывала соседние ложи, Генка рассматривал лепной потолок, и лишь один Брендон завороженно слушал музыку, покачивая в такт головой. Осмотрев свой этаж я решила оглядеть партер и, сев на бордюрчик – перегородку, наклонилась вниз. Брендон с Генкой были так увлечены, что успели увидеть только мои мелькнувшие ноги. Я думаю, что раньше в этой опере такого представления не давали, потому что все глаза сразу уставились на меня, забыв про трагедию Делалы.

Я не хотела падать на чью-то голову в шляпе, поэтому немного задержалась в воздухе, чтобы сориентироваться и, слегка подкорректировав курс, медленно опустилась на колени к интересному блондину. Сверху раздался крик, я подняла голову и увидела свесившихся с балкона Генку и Брендона. Брендон широко распахивал рот и пытался что-то сказать, а Генка махал кулаком. Я, чувствуя неловкость по отношению к Брендону, извинилась перед блондином и стала подниматься наверх, правда, уже по лестнице.

– Ты что, сошла с ума? – зашипел на меня Генка, едва я вошла в ложу.

– Нет, просто упала. Сильно перевесилась.

– А ты не могла упасть несколько натуральнее? А не метаться по залу как приведение? Хорошо хоть что все подумали, что это новая режиссерская находка.

– А что подумал Брендон? – робко спросила я, боясь поднять на него глаза.

– Не знаю, спроси сама. – огрызнулся Генка.

Я постаралась придать своему лицу как можно более жизнерадостную улыбку и повернулась к Брендону.

– Привет!

Брендон, как ни странно, мне не ответил, так как по видимому пребывал в прострации, по крайней мере вид у него был соответствующий. Мы, не зная что делать, вдвоем с Генкой сидели молча и во все глаза смотрели на мою любовь.

– Даш, а у него не может быть инфаркта? – тихо прошептал Генка.

– Не знаю, но он еще вроде дышит.

– Нам надо что-то делать.

– Может, ему искусственное дыхание сделать? – предложила я.

– Ты хотела сказать – массаж сердца? – подсказал Генка.

– Точно. Я просто не сильна в медицинских терминах. Ладно, надо начинать. – собралась я с силами и, размахнувшись, влепила Брендону пощечину. Брендон дернулся и пришел в себя.

– Тебе уже лучше. – чуть слышно, вкладывая в каждую букву вселенскую любовь проговорила я.

– Да. – ответил Брендон и часто заморгал.

– Может быть, уже домой поедем? – предложил заботливый Генка. – Культурно мы уже вроде бы отдохнули.

– Давайте. – согласилась я и посмотрела на Брендона. Тот кивнул и взял меня под локоть дрожащею рукою.

Генка, чтобы не вызывать скандала пробуждением Юльки, осторожно перекинул ее через плечо и понес за нами. Юлька подавала признаки жизни только редким сопением и бормотанием, но даже во сне она так крепко держала кейс, что Генка даже не стал пытаться взять его у нее, хотя он и бил его под коленку. Закинув Юльку в машину, Генка плюхнулся сам, вежливо уступив мне место рядом с Брендоном. Всю дорогу домой мы промолчали, так как мы с Генкой опасались уже произведенного нами впечатления, но Брендон держался гостеприимно. Он проводил меня к моей комнате и поцеловав руку, попрощался кивком головы.

Посчитав, что вечер окончен и, боясь попадаться Генке на глаза, я решила лечь спать..

Встретились мы за завтраком, и только с Юлькой, так как Генка поехал в город за какими-то реактивами, а Брендон готовился к пикнику.

– Ну, рассказывай. – потребовала Юлька, едва увидев меня.

– А что такого? – попыталась искренне возмутиться я, делая себе двойной бутерброд.

– Ну как вчера в опере было?

– Тебе Генка разве ничего не рассказал? – осторожно поинтересовалась я.

– Нет, я его видела мельком, он умчался с утра пораньше, ему Брендон про какой-то химический магазинчик здешний рассказал, и его как ветром сдуло. Так что вчера было в опере?

– Ты уснула.

– Это я знаю. А что давали?

– Я лично – пощечину Брендону дала. – призналась я.

– Ты? Брендону? А что он сделал? – запылали Юлькины глаза.

– По-моему, получил инфаркт. Кстати, ты его утром не видела?

– Видела. Он принес мне бутерброды и пиццу. Пожелал приятного аппетита.

– И все? – огорчилась я.

– Нет, еще сказал, что ты оставила неизгладимый след в его душе. Кстати, он вчера спрашивал меня, как доставить тебе неземное удовольствие.

– А что ты? – дрогнуло у меня сердце.

– Посоветовала, чтобы он отвел тебя в лес на пикник и сделал шашлыку, килограмм на десять.

– А он?

– Не знаю, больше я его не видела.

– Ты знаешь, я боюсь, что я его тоже больше не увижу. – огорчилась я и стала думать как можно замолить свою вину. – Я пойду, поищу его. – собралась я с силами. Юлька ничего не ответила только вздохнула мне в след и поправила на коленях любимый кейс.

Я немного побродила по дому, потом решилась и пошла на кухню. На кухне я столкнулась с Брендоном, который что-то насвистывал и распихивал мясо по контейнерам.

– Доброе утро! – обрадовалась я его прекрасному настроению.

– Самое доброе! – улыбнувшись ответил он. – Как ты смотришь на то, чтобы пойти отдохнуть в лес? С шашлыком, естественно – добавил он, заметив как я нахмурилась при слове – отдохнуть.

– Замечательно!! – обрадовалась я, не знаю чему больше, или шашлыку или тому что Брендон на меня не дуется.

– Это здорово! – улыбнулся тот. – Тогда я приглашаю вас с Юлией на пикник! Жду в холле через пять минут, вас устроит?

– Меня – да, Юльку – нет. Она за пять минут не успеет одеться. Ей нужно не меньше получаса.

Брендон немного погрустнел, но ответил, что согласен ждать меня всю жизнь.

Я в диком восторге и в предвкушении праздника кинулась к Юльке и объяснив ей обстановку, помчалась в свою комнату одеваться к пикнику. Встретились мы в холле через сорок минут, и мои худшие опасения не подтвердились – кейса рядом с Юлькой не наблюдалось.

– Наконец-то ты поумнела, перестала таскать с собой повсюду кейс.

– Ничего подобного. – заметила Юлька. – Я просто положила кейс в рюкзак.

– Ну зачем ты таскаешь его везде с собой. Не проще ли где-нибудь спрятать? И зачем ты новый Генкин рюкзак взяла? Поцарапаешь – он тебя убьет.

– Дашь, отстань. Я чувствую себя гораздо увереннее, когда кейс со мной. И вообще, отвяжись от меня, лучше посмотри на природу и на рюкзак твоего Брендона.

Я перевела взгляд на свою любовь – Брендон – шел впереди, сгибаясь под тяжестью огромного рюкзака.

– Что у него там, как ты думаешь? – спросила озадаченная Юлька.

– Продукты.

– Он уже в курсе, как ты ешь? – с сарказмом протянула Юлька.

– Ну, понимаешь, просто он проснулся ночью и увидел меня в столовой с тарелкой пельменей.

– Опозорила, и тут опозорила! – возмутилась Юлька.

– Ничего, зато рядом с ним я голодной не останусь, правда, дорогой? – сказала я и прижалась к его плечу. Брендон радостно кивнул и вытащил мне бутерброд – куриный окорочок с булочкой.

Мы бродили по лесу минут пятнадцать и, наконец, вышли на зеленую поляну. Какая там была природа – цветы, лес, белки.

– Какая прелесть! – закричала я – вот если б мне сейчас стать невидимой и поймать эту белку!

– Вечно тебя на криминал тянет, а вдруг это заповедник. – одёрнула меня Юлька.

– Да и белки кусаются. – поддержал её Брендон.

– Ну и не очень и хотелось. – обиженно сказала я, хотя хотелось очень.

Брендон, предоставив нам свободу действий, стал разжигать костёр, чтобы подогреть мой завтрак. Мы же с Юлькой стали собирать цветы и плести из них венки, пытаясь показать Брендону, что мы обычные тихие и милые девушки, но вскоре нам это надоело и мы стали поливать друг друга, а заодно и Брендона, водой, черпая её из рядом протекающей речки Юлькиной шляпой. Наконец завтрак подогрелся и мы с подругой накинулись на него, отбросив правила этикета и через три минуты уже с блаженным видом отдыхали в палатке, которую предусмотрительно разложил Брендон и наслаждались тем, что смотрели, как он готовит нам шашлык на ужин. Но вскоре нам и это надоело, и мы стали думать – чем заняться. Скажу честно, никогда ещё мы не тратили на это много времени, обычно на это уходило пять – семь минут.

В общем, в лесу мы провели весь день, то гоняясь за белками, то убегая от кабана, а в промежутке успели свалиться в речку и попытаться утонуть, случайно поджечь ель, напугать других отдыхающих (это когда мы, нацепив на себя траву и перья с дикими криками бегали по лесу), а вечером, не чуя ног, вернулись на виллу.

Мы сидели в гостиной и пили чай, когда раздался звонок. Мы кинулись к двери, на пороге стоял или вернее, висел Генка и держал на руках девушку.

– Ну вот, пусти козла в огород. – непроизвольно вырвалось у меня.

– Это не то, о чём вы подумали, я на неё просто наехал, можно даже сказать, что она сама бросилась мне под колёса мотоцикла. – начал оправдываться Генка.

– Никогда бы не подумала, что при виде тебя девушки сходят с ума. – поддела Генку Юлька. – И где ты взял мотоцикл, чудовище? У Брендона?

– Хватит болтать, – одернул нас Генка, – давайте положим её на кровать. – Нам нужно вызвать врача. Или самим попробовать привести её в себя, здесь есть нашатырь или коньяк?

Тут девушка вздрогнула и пришла в себя.

– Где я? – пролепетала она.

– В сумасшедшем доме. – обрадовала её я.

– Вы хорошо себя чувствуете? – поспешил вмешаться Генка.

– Голова кружится, а в целом – нормально. – успокоила его девушка.

– Может быть вам вызвать врача? – поинтересовался подошедший Брендон.

– Нет, спасибо. – отказалась девушка.

– Тогда оставайтесь у нас. – Предложил ей Брендон. – Побудете у нас пару дней, пока вам окончательно не станет лучше. У меня есть гостевая комната. Я думаю что Гена вас сможет туда проводить. – подмигнул Брендон Генке, и попрощавшись с нами, пошёл спать.

Генка подхватил девушку на руки и понёс по лестнице. Хорошо, что в тот момент они влюблённо смотрели друг другу в глаза, потому что Генка от счастья стал медленно исчезать и шёл уже под потолком.

– Ну вот, наш химик кажется влюбился. – заметила я.

Юлька, задумчиво глядя в окно произнесла:

– Да, осталась только я одна, куда бы мне броситься?

– Если хочешь, можно в окно. – по-дружески посоветовала я.

– Попандопала! – возмутилась Юлька. – Я хочу любви. Ладно, пошли спать. – предложила Юлька. – Слезами горю не поможешь.

Грустно вздыхая, мы разошлись по своим комнатам.

Утро меня встретило ярким солнцем, потому что наступил уже обед. Быстро заскочив в душ, я двинулась на поиски друзей. В гостиной никого не было, оставалась столовая.

Там было на удивление тихо. В центре столовой одинокая Юлька ковыряла ложкой торт.

– А где Генка? – удивилась я.

– С этой, сбитой сумасшедшей.

– Ах да. Ты знаешь, мне кажется, он, наконец, нашёл себе пару.

– С чего ты взяла?

– Ну, ты же сама сказала, что она сумасшедшая.

– Тогда точно.

– Девочки, о чём шушукаетесь? – прервал нас подошедший Брендон.

– Да всё о мужиках. – ответила Юлька.

– О каких?! – ревностно вздёрнул он бровь.

– О сумасшедших. – объяснила я.

– Да, Дашенька, я согласен с тобой, рядом с такими прекрасными женщинами все мужчины сходят с ума.

– Ну, Дашка, твой-то точно уже сошёл. Нашёл прекрасную женщину. – радостно заметила Юлька.

– Так это же он про нас обеих.

– Да? Ну тогда ладно.

– Дашенька, – снова вмешался в наш разговор Брендон – я должен уехать по делам на сутки, ты ничего?

– В каком смысле?

– Ну, я могу тебя одну оставить?

– Не бойтесь, оставляйте, – влезла Юлька, – она же не одна, а с нами.

– Вот этого я как раз и боюсь. Ну ладно, я побежал. Целую!

– Девчонки, с добрым утром! – прокричал Генка, сбивая с ног уходящего Брендона.

– О, явление блудного сына.

– Возвращение. – поправила я Юльку.

– Какое возвращение, я и не уходил от вас – пробурчал Генка.

– Это она про картину, дубина. А как твоя недосбитая? – поинтересовалась я.

– Между прочим, её зовут Дженифер.

– И что это меняет?

– Она не очень хорошо себя чувствует, голова болит.

– Так нам ждать её к завтраку?

– Нет, я отнесу ей завтрак в комнату.

– Неси-неси, герой ты наш. – усмехнулись мы с Юлькой, с умилением глядя на нашего влюблённого чудака.

Генка взял поднос с эклерами и кофе и понёс наверх.

– Да уж. Скукота. – заметила Юлька. Уже столько времени тут сидим, а ни на шаг не приблизились к шабашу. Не летаем, не веселимся, сидим как две вороны в клетке. Скучнооооо!

– Поехали по магазинам? – предложила я, чувствуя первые звоночки депрессии, приближающиеся к Юльке семимильными шагами.

– Поехали! – подскочила Юлька, но тут же погрустнела и села назад. – А на чём мы поедем? Машины у нас нет, если только на такси. Но на такси страшно, где-то же ходят эти бандиты, кстати, наши деньги ищут. – всхлипнула Юлька и указала головой на кейс.

– Если б только деньги, ещё же эта дурацкая флешка. – пробурчала я. – Но можно же поехать на мотоцикле, Генка же ездил! – заметно оживилась я.

– Что ты сейчас сказала? – прошипела Юлька.

Юлькин тон не очень мне понравился, и я исправилась:

– Ну не хочешь на мотоцикле, давай вызовем такси.

– Я спрашиваю – что там про то, что бандиты ищут не только деньги? Ты вообще представляешь, если они нас вычислили в гостинице, то что им помешает найти нас здесь, на вилле? – Юлька заметно нервничала и кусала ложку.

Испугавшись, что она погрызёт моё будущее фамильное серебро, я решила её отвлечь:

– Да про флешку ещё какую-то спрашивали.

– Ты чё, ещё и флешку спёрла? А зачем? А с чем? Там компромат?– закрутились мысли у Юльки с такой скоростью, что казалось что я слышу их движение.

– Да не сперала я её. Не до этого было. Кейс схватила и бегом.

– Жалко. – пробормотала Юлька. – Вот если бы ты ещё и флешку свистнула, мы бы её сейчас отдали и, может быть, никто про деньги бы и не вспомнил.

– Да нет её у меня, что вы с ней ко мне пристали. – разозлилась я.

– А ты хорошо смотрела? – не поверила Юлька.

– Да вроде – слегка уже засомневалась я.

– А может в кейсе двойное дно? – не отставала Юлька.

– Не знаю – честно призналась я.

– А ты смотрела? – с напором уточнила Юлька.

– Нет – пожала я плечами.

– Надо проверить. – зажглась Юлька и сняв с колен кейс, поставила его на стол.

Мы стали внимательно осматривать его со всех сторон. Ничего. Обычный кейс, если не считать лежащих в нём девятьсот пятидесяти тысяч долларов. Убедившись что нигде снаружи флешки нет, мы заглянули вовнутрь.

– Ну? Что там? Есть? – нетерпеливо спрашивала Юлька, глядя как я ощупываю деньги.

– Нет.

– А может она там внизу? – Юлька движением фокусника вывалила деньги на стол.

Мы ахнули, на горке зелёных бумажек чернела флешка.

– Ну? – произнесла Юлька голосом, не предвещавшим ничего хорошо.

– Что? – невинно спросила я.

– Ты что, под деньги не заглядывала?

– А что, надо было? – попыталась отбрыкнуться я.

– М-да, и как тебя угораздило в такое вляпаться. Вечно везёт не тем, кому надо. А как ты думаешь, что на ней?

– Сочинение «Как сосед провёл отпуск». – буркнула я.

– Думаешь всё-таки – компромат? – задумалась Юлька.

– Я ничего не думаю. – обиженно ответила я.

– Это заметно.

– У тебя вообще вид городской сумасшедшей. Носишь с собой кейс как клатч. – сострила я, но это не произвело на Юльку должного эффекта. – Ну реально – не отступала я – хватит тебе таскать всюду с собой кейс. Вот что ты в него вцепилась? Это, между прочим, вызывает подозрения.

– Я тебе говорила уже – деньги я не оставлю – стала любовно укладывать зеленые пачки в кейс Юлька.

– Юль, я не про деньги, а про сам кейс. Давай деньги переложим в Генкин рюкзак, носи лучше его, а то Брендон как-то странно смотрит на твой кейс.

– Ты уверена? – задумалась Юлька, как она выглядит со стороны непосвящённого человека, и согласилась с моими доводами.

Мы переложили деньги в рюкзак, а кейс выбросили в мусорный ящик. Флешку я спрятала в карман, в надежде что если что, мы сможем обменять её на что ценное.

– Ну что, теперь по магазинам, такси вызывать? – предложила я задумчивой Юльке.

– Может лучше компьютер у Брендона поищем, посмотрим что на флешке? – отозвалась она.

– Я как-то не очень люблю смотреть на такие компроматы. – скривилась я.

– Ну может там компромат не из бани а, например, из офиса.

– Тьфу, ещё лучше. – отказалась я.

– Документы, говорю, какие-нибудь там.

– А если документы, мы с тобой в этом много понимаем? – засомневалась я – Давай лучше чем-нибудь интересным займёмся.

– Например? – уточнила Юлька.

Я задумалась. Юлька тоже. Ну вот ничего интересного в голову не приходило и от долгого молчания меня стало клонить в сон. Кажется, я нашла чем заняться в ближайшие пол часа, но тут резко зазвонил городской телефон. Мы с Юлькой вздрогнули и переглянулись.

– Может не брать? – предложила я.

– А вдруг это Брендон что-то хочет нам сообщить? Наши-то телефоны остались дома. – напомнила мне Юлька.

Я не понимала – чего такого важного мне может сообщить Брендон, но вдруг что-то случилось, а я не буду знать, запаниковала я, и как бы не хотела, а заставила себя взять трубку.

– Алло, а Брендона нет дома. – вежливо проговорила я.

– Верните флешку, клоуны! – громыхнуло на том конце провода.

– Это мы-то клоуны? Да ты сам такой! – обиделась я.

– Слушай, ты мне нравишься и если ты сегодня не принесёшь мне флешку, то я тебя заспиртую и буду любоваться каждый день! – засипела трубка.

– А куда вам её принести? – дрожащим голосом спросила я, понимая что быть живой мне больше нравится, к тому же я запах спирта на дух не переносила после того как детстве мы с друзьями продегустировали пол бутылки рябины на спирту, найденной в баре у Генки дома. Помимо ужасного вкуса дегустация запомнилась тем, что в её разгар вернулись Генкины родители и нам пришлось попробовать в тот день ещё и вкус ремня.

– На старую площадь в час дня – проинформировала трубка.

– А как я вас там найду? – решила я уточнить координаты.

– Там мы сами тебя найдём. – пообещал противный голос таким тоном, что я и не стала сомневаться – эти точно найдут.

Юлька подслушивала разговор, прижав ухо к моей голове, и делала мне какие-то непонятные знаки – то ли – отдай им эту флешку, то ли – вот им а не флешка.

– А я сегодня не смогу – попыталась я потянуть время до момента расставания с флешкой или с жизнью – как пойдёт. – Я её так спрятала, что не смогу забрать сегодня.

– В общем так, – пошла на уступки трубка – завтра в час последний срок, и не вздумай позвонить в полицию, иначе я твоих друзей в бетоне спрячу, ясно?! Всё! – и трубка отключилась.

– Юлька! – завопила я.

– Я всё слышала! – зашипела та. – Что будем делать? Может надо позвать Генку?

– А может лучше полицию? – засомневалась я.

– Ага, щас, тебе хорошо, тебя заспиртуют, а мне в бетоне лежать? – отказалась Юлька. – Пошли к Генке.

Мы кинулись к Генкиной комнате и стали барабанить ногами в дверь.

– Что у вас опять случилось? – сказал устало Генка, распахивая дверь.

– Не у вас, Геночка, а у нас. Дашке опять звонили. – пояснила Юлька.

– Мафия?! – испугался Генка.

– Нет, Санта Клаус! – рявкнула Юлька. – Завтра у Дашки встреча.

– Нас убьют! – завыла я, и Генка передёрнулся.

– Надо было об этом думать, когда кейс воровала! – припомнил он мне мой грех.

– Я не причём, это как-то само. Всё, прошли мои лучшие годы. А-а-а!!!

– Может лучше сбежать и спрятаться от них в другом месте? – предложила Юлька.

– Ага, так и будем бегать от них по всему миру? Лучше уж флешку отдать и жить в своё удовольствие. Они вроде бы не спрашивали про деньги, может обойдётся? Отдадим и смоемся? – с надеждой предложила я.

– Ну ты и наивная – протянула Юлька. – Никуда мы уже не смоемся. Надо было хоть деньги дотратить!! – она всхлипнула и завыла.

– Успокойтесь, без паники, я что-нибудь придумаю. – пробормотал Генка, напуганный нашими воплями.

– Ты?! – сильно удивились мы с Юлькой.

– Ну, я всё-таки химик, попробую создать нам какую-нибудь защиту.

– Ты решил нас взорвать? – спросила сквозь слёзы я.

– Почему – вас? – удивился Генка.

– А у тебя хоть раз что-нибудь нормальное получалось? – напомнила я.

– Ну я же всё-таки начинающий химик, ставлю опыты. – попытался оправдаться краснеющий друг.

– Химик – алхимик, мы после твоих опытов виллу найти сможем? – с сомнением поинтересовалась Юлька.

– В чём дело, ребята? Могу я вам чем-нибудь помочь? – спросила нас вышедшая из комнаты Дженифер.

От неожиданности я вздрогнула, мы совсем забыли о ней.

– Нет, Дженифер, ты нам ничем не поможешь. –помотал головой Генка и, достав чемодан со своими недавно купленными склянками, стал спускаться вниз по лестнице.

За ним потянулись и мы с Юлькой. Наш химик остановился у двери на кухню: – Спокойно, всё будет хорошо. Ждите меня.

– Всё, пошёл химичить, куда бы спрятаться? – спросила Юлька.

– Может в бомбоубежище? – грустно пошутила я. – Только где его найти?

– Ладно, переждём здесь, в конце концов, нам, что сегодня умирать, что завтра. – успокоила меня Юлька.

Следующие два часа мы бегали из зала к двери кухни и прислушивались, ничего не происходило. Мы уже допивали третью бутылочку успокоительного джина, когда вдруг раздался грохот и запахло паленым другом. Мы подлетели вверх на два метра и застыли, ещё не веря в потерю всей жизни – Генку. Мы с Юлькой уже начали вспоминать, каким хорошим другом он был, как вдруг Генка выполз из дыма. Живой, но дикий. Волосы его торчали дыбом, глаза округлились до небывалого размера, зрачки сошлись на переносице. А сам он был в каком-то синем порошке. Мы вздрогнули.

– Девчонки! – прохрипел Генка – мы спасены! Я нашёл новое средство!

– Если это средство маскировки, то ты точно гений. В таком виде нас родная мама не узнает, а нельзя ли мне использовать что-нибудь попроще? – поинтересовалась я.

– Дашка, ты не понимаешь, это средство отпугнёт от нас любую мафию.

– Тоже верно, я сама чуть от страха не умерла. Кстати, ты не можешь отодрать Юльку от люстры и привести ее в себя?

– А что с ней?

– Шок, наверное, она тебя первой заметила.

Первые полчаса мы отдирали Юльку от люстры и отодрали только вместе с ней, а следующие – поливали её ледяной водой, пытаясь привести в чувство. Когда она пришла в себя, и мы все успокоились, Генка заставил нас сесть на диван и стал делиться с нами секретом своего средства. Юлька внимательно слушала, кутаясь в одеяло и пока ещё боясь поднять глаза на Генку.

– Смотрите! – с видом великого первооткрывателя, показывая на чёрные стеклянные шарики, сказал Генка – Вот это средство может спасти нашу жизнь!

– Это эликсир бессмертия? – с надеждою спросила я.

– Нет, это дымовая завеса. Как только нам начнут угрожать, мы кинем шарики и исчезнем в дыму. – пояснил Генка, жутко довольный собой.

– Как только нам начнут угрожать, я и без них исчезну. – заметила я.

– А если не успеешь? – спросил обиженно Генка.

Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться с Генкой, всё-таки какая-то, да защита. К тому же, другой у нас нет. Полчаса я вертела в руках шарик, похожий на ёлочную игрушку, но так и не смогла разглядеть – что же там внутри. Юльке осмотреть шарик мы не дали, боясь её пока ещё не совсем адекватной реакции на происходящее.

Весь оставшийся день мы слонялись без дела по дому. Брендон ещё не вернулся, Дженифер уехала навестить своих родственников, и мы остались одни. Было скучно как никогда, и меня всё подмывало бросить хоть один шарик для проверки действия в камин. Но Генка мне не дал, сказав, что шариков и так мало, к тому же часть дыма может остаться в комнате, а не выйти в дымоход. Я задумалась, представив реакцию соседей, когда из нашей трубы потянется лилово-фиолетовый дымок. Незаметно подошла ночь, и мы разбрелись по комнатам, где проворочались практически без сна до утра, вздыхая и надеясь на чудо.

Утро было таким же безрадостным, даже Генкина до сих пор торчащая дыбом шевелюра не могла нас развеселить. Одно было хорошо – Юлька, кажется, полностью пришла в себя. Кое-как мы дождались положенного времени и стали собираться. Генка взял с собой весь наш боевой запас, а я надела мотоциклетный шлем.

– А это ещё зачем? – удивился Генка.

– Это моя защита. – пояснила я.

– И что там защищать, там же пустота. – недовольно буркнул Генка, но я на него совсем не обиделась, так как принимала во внимание наше жуткое настроение, соперничающее с дикой паникой.

Не успели мы ещё мысленно настроиться на благополучный исход (я думаю, нам для этого не хватило всего двух-трёх бутылок виски), как подошло время ехать на встречу с бандитами. Окинув прощальным взором виллу, мы сели в машину Брендона и поехали. До места мы добрались за полчаса до назначенного срока, решив осмотреться на случай побега – наш план заключался в том чтобы отдать флешку и смыться. И тогда возможно что от нас отстанут. Генка хотел ещё отдать и деньги, но забрать их у Юльки не представлялось возможным по причине того, что эта зараза их где-то закопала, а место обозначила только одной ей известными знаками, и нам она эту тайну открыть не пожелала. А пытать свою подругу Генка не смог, так как её для этого нужно было ещё поймать, а она этого не сильно жаждала. Я в процесс гонений Юльки по вилле не вмешивалась, так как была в унынии и нейтралитете к обоим решениям. Как я уже упоминала, у нас в запасе было пол часа, поэтому мы скрестили пальцы на удачу и распахнули дверцу.

Но, не успели мы даже выйти из машины, как к нам подскочили три знакомых головореза. Взглянув на них я поняла, что жить нам осталось недолго, вспомнив, что растреклятую флешку забыла дома. В ужасе я кинулась под ноги Юльке и наступила на педаль газа. Машина рванула вперёд. Юлька вцепилась в руль и с криком – Убивают! помчалась по дороге. Генка, сидевший сзади, перегнувшись через сиденье, пытался вытащить меня из под Юльки, что оказалось делом не из лёгких, так как от страха я исчезла, напугав к тому же Юльку, которая, в свою очередь, тоже стала невидимая. Поэтому Генка действовал на ощупь и понял, что вместо меня перетащил на заднее сиденье Юльку, только тогда, когда машина завиляла и чуть не врезалась в придорожный столб. Генка в ужасе разжал руки, и Юлька, потерявшая на время способность говорить, кинулась на своё место. Немного придя в себя, мы стали осматриваться – за нами следом неслись две машины.

– Догонят! – крикнула Юлька, и я от страха снова нажала на педаль.

Это оказался тормоз. В этот миг заднее стекло нашей машины разлетелось на мелкие осколки. Стреляют, успела подумать я и, схватив весь наш боевой запас, размахнувшись, швырнула назад. Раздался взрыв.

– Бомба! – заорал Генка, выпучив глаза.

Нажать на педаль я больше не успела, так как в меня вцепился Генка, да и Юлька лежала поперёк неё. Мы сидели окутанные дымом и оглушённые. Наконец, секунд через пять, показавшимися мне часом, мы решились посмотреть назад. За нами вместо обещанной Генкой дымовой завесы догорали искорёженные машины.

– Ты, банканский долгопят! – немного придя в себя, закричала Юлька, – Ты же говорил, что это дымовая завеса!

– Сама ты мармозетка! – рявкнул Генка. – Так получилось даже лучше!– да, Даш?

– Действительно лучше. – потихоньку приходила я в себя. – А если бы она взорвалась у меня в руках? Тут я вспомнила что хотела одну кинуть в камин и мне снова стало плохо.

– Чего сидим? – спросил Генка. – Может окажем первую помощь пострадавшим?

– Мне окажите – просипела я пытаясь сосчитать сколько пальцев у Юльки на руке, но как бы близко я их не подносила к глазам, у меня это не получалось. Толи у Юльки так сильно тряслись руки, то ли у меня глаза.

– Надо хотя бы вызвать скорую – предложил совестливый Генка.

– Для того чтобы вызвать скорую нам нужен телефон, а он есть только на вилле. Поехали скорее – попросила я.

Юлька мотнула головой в знак согласия, но не успела сесть за руль, как невдалеке послышался вой полицейских сирен. Мы резко обернулись. Позади нас какие-то люди в темно-серой форме собирали и скручивали знакомых нам бандитов. Внезапно от этой кучки отделилась какая-то фигура и направилась к нам.

– Жми на газ, это за нами! – прокричала мне Юлька.

– Так ты же за рулём! – удивилась я.

– Не успеем. Дашка! – в панике закричала Юлька – А у тебя больше не осталось ни одного шарика?!

– Откуда. – огорчённо дёрнула я плечами.

– Тогда жми на газ! – прокричала она мне, видимо считая, что у меня это лучше получается.

– Стойте! Стойте! – закричал вдруг Генка. – Девчонки, это же Дженифер!

Мы оглянулись, действительно, это была она. Мы выскочили из машины и помчались к ней навстречу, спеша пожаловаться на судьбу и предупредить её, что здесь находиться опасно. Но, подбежав к ней поближе, мы резко становились – на Дженифер была незнакомая нам форма, и на поясе висела кобура.

– Что это значит, ты кто? – закричала Юлька, испугавшись, что Дженифер пришла нас арестовывать.

– Я думаю, пришло время рассказать вам правду, я из FBI. – просто ответила Дженифер. – Мы давно следили за этими ребятами, – продолжила она – это русская мафия!

– Да что вы, а мы как будто бы не знали! – язвительно заметила Юлька.

– Значит, ты тогда не случайно бросилась мне под колёса? – спросил обиженный Генка и попытался использовать всю силу воли, чтобы не расплакаться. Нам стало очень обидно за своего друга и если бы не пистолет, бывший у Дженифер, даже не знаю, чтобы мы с ней сделали, в нас клокотала к ней такая ненависть, что Дженифер даже отошла от нас на пару шагов.

– Извини, мы следили за ними, и вышли на вас. Я должна была вас защитить. – попыталась она объяснить свою миссию.

– Ой, ты нас так защитила, спасибочки! – сказала я, отвесив ей земной поклон.

– Я не виновата, вы русские, странные люди, вы всегда опаздываете, а здесь приехали раньше. Мы едва успели. Кстати, флешка ещё у вас?

– Нет. – сказала я, наступая Генке на ногу. – Мы её отдали, правда, Юля?

– Конечно! – зло отозвалась та.

– Странно, флешки при них не обнаружено. – задумалась Дженифер.

– Наверное сгорела, ссс. – вырвалось у меня и я рада, что не вырвалось всё остальное, что мне хотелось сказать этой дамочке.

– Пригрели на груди гадюку – прошептала Юлька.

Я, соглашаясь, кивнула.

– Значит, ты меня не любишь? – наконец подал голос Генка. – Значит, ты всё это время притворялась. – с отчаянием в голосе продолжил он.

–Что ты, русский медведь,– как вас у нас в Америке называют, – ещё как люблю! – обняла его Дженифер и поцеловала в щёку. – И я обязательно к тебе вернусь!

– Когда?! – несказанно обрадовался и тут же воспрял Генка, а мы с Юлькой удивлённо переглянулись и испытали прямо-таки неземное облегчение, что смогли себя сдержать и не поведать Дженифер, как у нас таких называют по-русски, и не наставить ей пару синяков.

– Вечером. – пообещала Дженифер и Генка расплылся в счастливой улыбке.

– Юлька, если Генка – русский медведь, значит я – матрёшка? – дошло вдруг до меня.

–Успокойся, тебя Брендон так называл?

– Нет ещё – помотала я головой.

– Назовёт, дашь в ухо.

Тепло попрощавшись с Дженифер, мы вернулись в машину и Генка нажал на сигнал. Дженифер обернулась и послала ему воздушный поцелуй, отчего Генка так подпрыгнул, что чуть не перевернул машину.

Назад мы ехали с таким облегчением в сердце, что казалось – жизнь началась заново. Юлька пела, Генка счастливо улыбался, а я стоя, высунув голову из люка, декламировала «Буревестника».

Наконец показалась вилла Брендона. Вот мы и дома!

Едва зайдя вовнутрь, Генка от распиравшей его радости стал танцевать рок-н-ролл, чем сильно удивил вернувшегося Брендона, так как танцевал на столе. Но, так как Брендон быстро вспомнил, кто мы, паники поднимать не стал.

Весь день мы носились по вилле как сумасшедшие, от радости разбив две бесценные вазы (их лепил сам Брендон, поэтому никакой ценности они не представляли), и хрустальную люстру. Чувства скакали в нас, наконец-то у нас было всё хорошо или почти всё, так как одна проблема все же оставалась – где найти эту ведьму Сколомею. Вечером на чай заехала Дженифер и от радости Генка стал прыгать до потолка, причём, в прямом смысле, поэтому сбил ещё одну люстру и ударился головой. Отразился ли этот удар на его здоровье понять было невозможно, потому как он и раньше был как ударенный. Наконец, часа в три ночи, используя права хозяина дома, Брендон предложил нам перестать пугать соседей и лечь спать, так как ему со мной ещё здесь жить.

– А нам что – нет? – сильно удивилась Юлька.

Брендон часто заморгал.

Мы разошлись по комнатам и легли спать, но, видимо от переполнявших меня эмоций, я так и не смогла уснуть. Поворочавшись какое-то время в постели, я решила немного подышать свежим воздухом. Выскользнув из кровати я пробралась на балкон, но как оказалось, на балконе я была не одна.

В полном одиночестве, прижавшись лбом к колонне, там стояла Юлька. Она смотрела на звёздное небо и вздыхала. Увидев меня, она сказала: – Вам-то хорошо, вы не одни, даже наш недоделанный химик нашёл своё счастье. А мне видно, так и суждено остаться одной. Я обняла её и стала успокаивать, говоря, что она не одна, а с нами. Юлька тяжко вздыхала, а я говорила и говорила, чтобы отогнать её грустные мысли и плаксивые всхлипы. И только Юлька стала успокаиваться, как что-то мелькнуло в небе. Мы застыли – на фоне полной луны в небе парила какая-то фигура.

– Вот он, слёт ведьм. – пришла я в себя от стука Юлькиных зубов.

– Да, но здесь только одна – немеющими от страха губами прошептала Юлька.

– Значит остальные где-то рядом – поспешила обрадовать я её.

– Ой, мама! – всхлипнула Юлька и дернулась в сторону двери.

– Тихо ты! Что она нам сделает? – попыталась я успокоить Юльку, но не успокоила даже себя.

– Она же нас не съест? Это же всё сказки про Ивашку, которого пытались зажарить на огне в печи?

– Конечно. – твердо ответила я, так как в этот момент думала, что нужно отсюда смываться как можно скорее, но без шума и паники – Валим!

– Слушай, Даш, но ведь эта Сколомея не сожрала Генку и не принесла его в жертву своим богам – с надеждой зашептала Юлька.

– Здесь есть два объяснения – во-первых, Генка слишком худой и костлявый, чтобы его жарить, а во-вторых, боги могут и обидеться за такую жертву.

– Значит так, Даша, мы сюда приехали именно к ведьмам, значит надо действовать – попыталась Юлька собрать всю свою смелость в кулак.

– М-да? Между прочим, лично я к ведьмам не ехала, это ты хотела на шабаш, так что лети. – стала я давать задний ход, понимая к чему клонит эта куропатка рыльская.

– Даш, я одна не полечу. Ну, не то чтоб я боялась, просто какое-то неприятное чувство есть, а так хоть свидетель будет. – заныла Юлька.

– Правильно, давай пошлем на шабаш Генку, ему же как раз Сколомея нужна. – предложила я.

– Я согласна, но пока мы его разбудим, эта ведьма уже куда-нибудь завеется. Между прочим, посмотри, эта ведьма не такая уж и страшная. – подбодрила меня Юлька.

– Ага, особенно теперь, когда она полетела от нас в другую сторону. – согласилась я.

– Ой, она сейчас улетит, и мы не сможем потом отыскать Сколомею и я не попаду на шабаш! – взвыла от отчаяния Юлька.

– Полетели тогда скорее за ней, не будем подлетать слишком близко, может она нас и не заметит! – закричала я, поднимаясь в воздух.

– Подожди, ты так и полетишь в пижаме? – остановила меня Юлька.

– Н-да, надо переодеться. – догадалась я и кинулась за вещами.

– Быстрее. – прошипела мне Юлька. – Как бы не упустить её.

Я со скоростью света натянула брюки и водолазку и мы кинулись вслед за фигурой.

Мы старались остаться незамеченными, что согласитесь, было делом нелегким, особенно если учесть, что в светлом небе, на фоне огромной полной луны летали только три фигуры, но видимо ведьме было не до нас. Она кружила по лесу и таскала нас по пятому разу над одним местом, к тому же порой закладывала такие виражи, что сомнений не оставалось – ведьма была пьяна, причем не просто пьяна, а вусмерть. Наконец, после нескольких рискованных виражей она привела нас в замок посреди леса. Он выглядел так, как будто строили его веков двадцать назад, коричнево-серые полуразрушенные стены, овитые темно-зеленым плющом и вековой паутиной, обсыпавшиеся башенки, тёмные окна и запах сырости и пыли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.