Вероника Ева
Ночь, когда пролились звезды. Том второй

Глава 25. Меж пальцев

Она могла бы придумать тысячу объяснений тому, почему в каждой картине отчетливо проглядывалось сходство с ее собственным лицом. Миллиард причин поверить в то, что все это лишь нелепое совпадение. Сотни фраз, чтобы разбавить неловкую тишину между ними.

Но это было бы глупой ложью самой себе.

Сердце замерло, будто Летта шагнула с большой высоты в пропасть. И сейчас этой пропастью были два серых глаза, что смотрели на нее в немом ожидании. Но она не понимала, чего он от нее ждет.

Она бы многое отдала, чтобы не стоять сейчас здесь, под этим напряженным, внимательным взглядом прищуренных холодных глаз. Она была растеряна.

Лиам почти неуловимо изменился в лице, когда она наконец смогла поднять на него взгляд. Глаза чуть расширились, дернулись желваки, поджались губы. Она никогда прежде не видела его таким. Таким… незащищенным. Он словно ждал, когда она вынесет ему смертный приговор и отведет на эшафот. И лично приведет приговор к исполнению.

А она вообще не могла произнести ни слова, словно забыла, как это делается. Внутри творилось что-то необъяснимое, буря эмоций пожирала ее изнутри, скреблась когтями, прося, умоляя выпустить ее наружу. А когда терпеть все это стало просто невыносимо, Лиам скривился то ли от отчаяния, то ли от гнева, и сделал к ней резкий шаг.

– Так и будешь молчать? – бросил он, плохо скрывая ярость. – Ты что, издеваешься надо мной?

Летта ничего не ответила и даже не обиделась на резкие слова. Потому что его глаза выражали совсем другую эмоцию, не имеющую ничего общего с гневом.

Она почувствовала его.

Впервые за все время их знакомства, она увидела настоящего Лиама. Без налета сарказма, брони из отстраненности и очков безразличия. Она увидела, что ему не все равно на то, что она скажет. Она поняла, что все – абсолютно все – что было между ними до этого момента она понимала неправильно. Все его слова, поступки и действия – все это имело абсолютно иной смысл.

– Летта, – гнев в его голосе вылился в отчаянную мольбу. Кажется, он впервые произнес ее имя. Будто сдаваясь. Словно он проиграл. – Летта, – сдавленно повторил он еще тише. И она едва не задохнулась от резких чувств, вызванных этим шепотом.

То, что происходило, сводило ее с ума. Она не понимала, что с ней творится и почему. Это очень пугало, но в тоже время, ей хотелось еще.

А после его брови нахмурились, а на лице застыла отчаянная решимость. Сделав к ней еще один шаг, он заставил ее отступить к стене и расставил руки по обе стороны от ее головы, облокотившись о стену. А после резко подался вперед. Но остановился в каком-то мгновении от ее лица, прикрыв глаза и коснувшись его дыханием.

И это мгновение между его порывом и резким отрицанием стало для нее переломным. Сердце затрепетало в груди, как сумасшедшее, разливая по всему телу кипяток, который осел где-то в районе живота и заставил ее приоткрыть губы и закрыть глаза. Она сделала это абсолютно непроизвольно. Кислород покинул легкие вместе с последними остатками разума.

Все в ее сознании смешалось в один беспорядочный поток: глупое смущение из-за каждой брошенной им фразы, его гневные взгляды, в глубине которых всегда было гораздо больше, чем он говорил, слова, идущие наперекор действиям, и ее собственные ощущения теперь, когда его лицо было так близко. Жар, смущение, растерянность, невозможность нормально дышать, оцепенение и томительное ожидание того, чего она ужасно боялась и в тоже время хотела попробовать. Как дотронуться рукой до огня, который казался таким теплым, но и опасным в то же время.

Ей не было страшно от близости его лица и потемневшего взгляда, застывшего на ее губах. Она вдруг осознала, что совсем не боится его, а напротив. Это было так естественно, так правильно.

И ей нравился этот трепет, растекающийся по телу. Она чувствовала его, чувствовала каждую его эмоцию на коже, на волосах, на губах.

И то, какой болью в нем отозвался его собственный порыв слабости она почувствовала тоже. И это словно отрезвило ее. Как пощечина.

Тогда, когда дымка, накрывшая ее с головой, резко развеялась, ей сразу стало страшно от самой себя. Как она могла думать, что это правильно, когда это ужасно, дико, бесконечно неправильно! Так не должно, не должно, не должно быть!

– Лицо, – тихо, едва слышно, выдохнула она. Ее голос предательски дрожал. – Оно везде разное.

– Да, – Лиам поднял взгляд с ее губ, заглянув прямо в глаза. Его радужки будто заволокло пеленой, а кончики их носов при этом соприкоснулись, снова путая ее разум и вызывая мурашки. Щеки пылали огнем. Но на этот раз она не позволила себе провалиться в эти ощущения вновь. Лишь занесла ногу над пропастью и пошатнулась.

– Это все потому, что ты рисовал по памяти?

Она понимала, что еще мгновение – и она окончательно перестанет контролировать себя и ситуацию. Но к счастью, Лиам, услышав ее вопрос, прикрыл глаза и резко оттолкнулся от стены, освобождая ее из плена. Проведя рукой по лицу, он отвернулся от нее и отошел к противоположной стене, нервно сунув руки в карманы.

Тогда-то все и закончилось. Чувства отхлынули так же внезапно, как и появились. Только сердце все еще учащенно колотилось в груди, и горело лицо.

Она не понимала, что с ней только что произошло и как к этому относиться. Ей стало страшно, захотелось побыть одной, но бежать ей было некуда. Да и Лиама оставить одного сейчас она бы никогда не решилась. Она просто чувствовала, что должна быть рядом.

Все прошло, оставив после себя одно сплошное недоумение. И она понятия не имела, как ей к этому относиться. И что было бы, не остановись он в самый последний момент.

– Тебе было бы легче, если бы ты рисовал, смотря на мое лицо? – спросила она первое, что пришло в голову. Что угодно – не важно. Лишь бы отвлечься. Лишь бы перестала кружиться голова.

– Слушай, куколка, – его голос хрипел, но когда он снова обернулся, то казался вполне обычным. Немного растерянным и потрепанным, да, но уже вполне владеющим ситуацией. – Это было моей тайной, понятно? Да, иногда я ухожу сюда и рисую. Это… ну знаешь, успокаивает. И мне бы очень не хотелось, чтобы об этом кто-то узнал.

– Я никому не расскажу, – пообещала Летта и попыталась улыбнуться. Но Лиам продолжал смотреть на нее и хмуриться.

– У тебя черты лица нестандартные. Вот и все, – поджав губы, он привалился спиной к стене и скрестил руки на груди. Его поза казалась расслабленной, но все тело при этом было напряжено. Даже ткань футболки на руках опасно натянулась.

– Нестандартные? – вскинула брови Летта, покосившись на ближайший к ней портрет. Где-то под слоем краски проглядывались глаза, нос и губы, но после сверху их накрыло широкими и нервными мазками.

– Да, – повторил он. – Я нарисовал много разных лиц, а твое у меня почему-то не получалось. Поэтому портретов так много. Так что не обольщайся. Ничего в тебе особенного нет, кроме непропорционального лица и ужасно несимметричных губ.

Лиам хмыкнул, переводя взгляд на одну из картин, и ухмылка тут же пропала. А она даже немного обиделась, но в памяти все равно всплыл один момент, которому раньше она не придавала значения. Лиам, привалившийся спиной к дереву и водящий по земле тонкой веточкой, украдкой поглядывающий на нее.

– И да, – все еще не смотря на нее, Лиам замолчал ненадолго, прочищая горло. – Мне было бы проще, если бы ты мне позировала.

– Даже не знаю, справится ли с этим мое непропорциональное лицо, – обиженно буркнула она. Тогда Лиам покосился на нее и долго рассматривал, пока и вовсе не… улыбнулся?

– Ладно, может я и преувеличил, – беспечно пожал плечами он и иронично изогнул бровь. – Не такое уж оно и ужасное. Бывает и хуже. У Нео та еще рожа. Ну, ты и сама видела, что я рассказываю.

– Таких комплиментов я от тебя еще не слышала, – беззлобно закатила глаза Летта, радуясь тому, что напряжение между ними хоть и не исчезло, но по крайней мере ослабило свою хватку.

– Ты очень красивая, – вдруг твердо произнес Лиам без тени улыбки, смело смотря ей прямо в глаза.

А Летта почувствовала, как снова вспыхивает, как спичка. И тут же смущенно отвела взгляд, судорожно ища в комнате что-то, что помогло бы ей сменить тему.

Потому что чувствовала, что еще одно слово, и над пропастью окажется и вторая нога.

– А это что?

Она указала на стопку совсем маленьких холстов, что были прислонены к стене и повернуты к ней лицевой стороной.

Помедлив, Лиам нехотя подошел к ним и присел на корточки, разворачивая работы и демонстрируя их.

– Я серьезно, куколка, если ты хоть кому-то расскажешь… – на всякий случай повторил он, устрашающе округляя глаза.

– Поняла-поняла, – отмахнулась Летта, присаживаясь на корточки рядом с ним и наклоняя голову, чтобы лучше рассмотреть картину. – Убьешь меня.

– О, нет. Смерть для тебя тогда покажется блаженством.

Летта уже не обращала на его слова никакого внимания, они уже не вызывали в ней того страх, что раньше. Она внимательно рассматривала картины, на которых – о чудо – не было ее лица.

Выходит, что Лиам и правда рисовал что-то еще. Может и зря она так разволновалась?

На первом, самом маленьком холсте было очень много черной краски. Прямо по центру – рваный диск полной луны. Ночное небо, что видела над головой каждую ночь, она узнала сразу. И так на каждой картине. Темное небо. Яркая луна. Где-то полная, где-то лишь полумесяц.

Но было в этих картинах нечто странное, что объединяло их, и отличало от реальности. Помимо непроглядной черноты и яркой луны на каждой из них, Лиам изображал что-то еще. Например, на первой картине вокруг луны, прямо на черной краске, были равномерно разбросаны короткие палочки неона. Голубые, розовые, фиолетовые – все они помогали луне освещать темное небо. А на второй картине вокруг луны пустились в пляс маленькие Нексы с белоснежными крыльями. На третьей луну обрамляли три зажженные лампочки, от которых по всему небу тянулись черные провода. А на четвертой и вовсе все заполонили полуголые девицы, которых смущенная Летта спешно отставила в сторону.

– Так странно, – вынесла она свой вердикт, поворачиваясь к Лиаму. Было видно, что ему важна ее оценка. Ему было не все равно, он действительно горел этим делом. И Летта ему даже немножечко позавидовала. Ей бы тоже хотелось найти такое дело, от которого и руки будут чесаться, и глаза сиять. – Это же не правда. Нет на небе ничего, кроме луны. Я думала, что ты рисуешь только то, что видишь.

Лиам тихо хмыкнул и ненадолго задумался над ответом. А после, наклонив голову на бок и переведя взгляд на картины, ответил:

– А какой смысл рисовать то, на что и так можешь посмотреть ночью? Это же скучно, – отодвинув еще пару холстов, он остановил взгляд на ночном небе, по которому рассекали огромные снежинки. – У тебя никогда не было ощущения, что ночью на небе чего-то не хватает? Днем вот там чего только не бывает. И птицы, и Нексы, и облака – каждый раз разные.

– Даже не знаю, – протянула Летта и уселась поудобнее, облокотившись спиной о стену и обнимая колени. – А мне нравится луна. Когда смотрю на нее, думается так легко. Ну и что, что она там одна, зато сколько людей на нее каждую ночь смотрят… Когда я думаю об этом, мне кажется, что я не одна, а со мной рядом все те, кто смотрят на нее в этот же момент. Как будто она нас всех объединяет. Глупо, наверное.

Ей нравилось то, как резко изменилась атмосфере между ними. Теперь и древние бревенчатые стены уже не казались ей такими тесными, а напротив. Уютными. И Лиам вдруг спрятал от нее свои привычные колючки и снова стал вполне… терпимым. Он уже открывался перед ней раньше – тогда, у Ночных – поэтому она знала, что как только они покинут эту комнату с рассветом, все закончится. И ей хотелось растянуть этот момент на подольше. Лиам нравился ей именно таким.

Отставив картины, он сел рядом с ней и повторил ее позу, закинув руки на согнутые колени и откинул голову на стену.

Теперь она поняла, чем от него все время так неуловимо пахло, вперемешку с его обычным запахом. Это были масляные краски.

– А меня бесит то, что каждую ночь приходится видеть одно и то же. Скучная светящаяся штука, всегда одна, никакого разнообразия. Светит она плохо, толку от нее никакого. Руки так и чешутся пририсовать к ней что-то еще. А то, что кто-то еще смотрит на нее одновременно с тобой… Как бы там ни было, в итоге ты все равно смотришь на нее одна.

Она не нашлась, что ответь, и какое-то время они сидели молча, слушая лишь тихий скрип дерева и отдаленное шуршание откуда-то сверху.

– Как думаешь, Нео там в порядке? – как бы она не старалась отвлечься рассматриванием мрачных картин, где единственным ярким пятном были карие глаза, мысли то и дело возвращались туда. К древним развалинам, где они оставили его совсем одного.

– Однозначно лучше, чем я, – Лиам поморщился и встал на ноги, подходя к нише с матрасом и сдергивая со всей этой небрежной напольной конструкции плед.

– Что это значит? – не поняла Летта, наблюдая за ним. А тот устало плюхнулся на подушки, ложась лицом к стене и подложил руку под голову, даже не удосужившись предварительно разуться.

– Кровать здесь одна, а спать на полу я не собираюсь, – вместо ответа, сказал он, больше не оборачиваясь. А у нее от этого его тона появилось ощущение, будто на нее вылили ведро ледяной воды. Снова. Сначала обогрели и укрыли одеялом. А после снова выставили на улицу и облили водой.

– Может посмотрим, вдруг Светочи уже ушли? – особо ни на что не надеясь, предложила она.

– Не ушли, – отрезал он.

И замолчал. Летта так и осталась сидеть у стены, прикрыв глаза и сходя с ума от того, что они вынуждены торчать здесь тогда, когда Нео там, один. Но в то же время она понимала, что он прав. Что бы не разозлило этих Светочей, так просто они от них не отцепятся.

Вскоре дыхание Лиама выровнялось, а сам он перевернулся на спину. Его лицо разгладилось во сне, стерев с него все следы раздражения. Волосы спадали на глаза, от чего он хмурился во сне.

Летта поймала себя на мысли, что смотрит на него, а руки так и чешутся смахнуть его надоедливую челку. Чтобы ничто не мешало ему спать, ведь всю прошлую ночь он охранял ее сон.

После недолгой внутренней борьбы, она так и поступила. Тихонько подобравшись к нему, она села на краешек матраса, стараясь не разбудить его, и невесомо смахнула волосы в сторону, лишь слегка коснувшись пальцами его щеки.

Она была такой колючей. При этом губы показались ей безумно мягкими, но проверить она не решилась. Сложнее всего было не дотронуться до шрама у верхней губы. Почему-то ей этого очень хотелось.

Посидев еще немного, она прилегла на самый край матраса, так, чтобы их тела не соприкасались. Но сон все никак не шел. Она думала. Думала о словах Лиама. О его картинах и странных предметах рядом с луной.

У этого парня в голове было столько интересных мыслей, которыми он никогда не делился. И, что самое важное – почему? Почему он так ненавидел луну? Почему изображал ее лицо рваными злыми мазками? Почему вел себя так, а не иначе?

Перевернувшись на спину, она запустила озябшие пальцы в карманы куртки, чтобы согреться.

А когда нащупала там что-то инородное, по телу пробежали мурашки.

Сон покинул ее окончательно. Резко приняв сидячее положение, она достала из кармана маленький камень, напоминающий Монолит, но фиолетового цвета. Тот самый, что дал ей тот парень – Ву. Камень, который давал доступ к чужим воспоминаниям.

Она не должна, не должна была этого делать! Это ведь неправильно. Особенно учитывая то, как сильно Лиам был против того, чтобы она просто заходила в ту лавочку.

Но соблазн был так велик. Вот он Лиам, абсолютно беззащитный и с кучей секретов в своей голове. А вот она, с ключом к ним в руке, но разрываемая изнутри сомнениями.

А имеет ли она на это право?

А стоят ли его воспоминания того, чтобы тратить на них столь ценный дар?

Прикрыв глаза, она сильнее сжала в руках камень и глубоко задышала, считая про себя до десяти, как учил ее Нео.

Конечно. Конечно, она не имела на это абсолютно никакого права.

Она понимала это. Но желание было сильнее ее.

Поэтому она мягко наклонилась к беззащитному Лиаму и быстро – чтобы не передумать – коснулась кончиком камня его лба, покрытого испариной.

Ничего не произошло.

И она досадливо выдохнула, ругая себя на чем свет стоит за слабость. Хорошо, что ничего не вышло. Да. Это было бы ужасно-ужасно неправильно!

А после мир вдруг ухнул вниз, а затем резко подкинул ее вверх.

Пол ушел из-под ног, и она полетела.

Все произошло так быстро, что она и вскрикнуть не успела. Пространство вокруг было вязким, тягучим, и она сама была его частью. Она не ощущала ни рук, ни ног, зато все тело охватило знакомое покалывание. Такое же, как при раскалывании Монолита. Ее наполнила магия. Чужая магия.

А после картинка перед глазами восстановилась так же внезапно, как и пропала.

Она увидела лес. Невысокий склон прямо под ней, и она свесила с него ноги, подставляя лицо прохладному ветру. Пахло недавно прошедшим дождем, а на деревьях листья были окрашены в желтый, красный и оранжевый. Такая же гамма рассыпалась прямо внизу склона, у нее под ногами. Только вот…

Это были не ее ноги. Не ее рука выводила веткой по мягкой земле очертания горизонта.

– Опять опаздываешь, – прозвучал мужской голос. И она поняла, что сама же и произнесла эту фразу. Ее губы шевелились, но не она управляла ими. Не ее взгляд сместился с рисунка себе же за плечо.

А его. Лиама.

Он еще не видел ее, но уже слышал шуршание опавшей листвы под ее ногами, и обернулся, чтобы увидеть, как неуклюже и робко она будет приближаться к нему. Так же, как и всегда. За этим было крайне забавно наблюдать. А еще забавнее будет после, когда она обиженно надуется и будет обвинять его в том, что он смеется над ней. А он будет делать это специально. Ему нравилось, когда она смущалась.

– Я не специально. Прости, Лиам, – крикнула она, привычно растягивая слова и подходя ближе, касаясь ладонью каждого дерева, мимо которого проходила. – Никак не могла накопить магию. Уилли меня отвлекал.

Она жаловалась, но ему было уже все равно. Главное, что она пришла. Он скучал, хоть никогда и не признается ей в этом. Наверняка, она до сих пор думает, что он приходит к ней только из-за того, что она приносит ему краски, которые делает сама. Но это вовсе не так.

– Я уже говорил тебе – один кулон решает сразу все твои проблемы, – закатил глаза он, смахивая рукой с земли рисунок.

«К тому же, он идеально подойдет к твоим синим глазам» – подумал он, но вслух не сказал.

– Зачем он мне, когда вокруг столько деревьев? – легко пожала плечами она и остановилась у одного из них, облокачиваясь о ствол и обнимая его руками. Как и всегда, ее глаза блестели на солнце, а с губ не слетала улыбка.

Он и правда ни разу не видел ее без нее. Каждый раз, с того самого дня, как они встретились в лесу, и она первым же делом заявила, что влюблена в него, он не видел ее другой.

Наверное… Наверное, и он со временем стал влюбляться в нее в ответ.

По крайней мере, она этого заслуживала.

– Сара, – закатив глаза, он поднялся на ноги и подошел к ней ближе. Он знал, что она не может оторвать руки от дерева, ведь только так она поддерживала в теле баланс магии. – Тебе придется надеть его, когда ты переберешься ко мне в лагерь. Если, конечно, ты не передумала.

Он скрестил руки на груди, боясь показать ей, как сильно он боялся услышать от нее, что она действительно передумала.

А она, как и всегда, легко взмахнула ресницами и подалась вперед, падая в его объятия. Вот так всегда. Он говорил ей серьезные вещи, а она даже не слушала! Вечно легкомысленная и летящая особа. По началу это ужасно раздражало его, как и ее необъяснимая влюбленность в него, над которой не уставал подшучивать Нео.

Но она была такой… до безумия искренней и доброй. Она была вся нараспашку перед ним, абсолютно вся. И именно этим взяла его.

Полностью.

Всего.

– Конечно я не передумала, – залепетала она, а он прижал ее спиной к дереву и обнял, пряча лицо у нее в волосах. Так странно, она всю жизнь прожила в лесу, а пахло от нее соленым морем. – Просто там… у нас…

– Ох, я понял, – Лиам отстранился и заглянул ей в виноватые синие глаза. – Ты им не сказала! Не сказала, что решила уйти со мной!

– Просто не было подходящего момента, – подавлено выдохнула она и подняла на него виноватый взгляд.

– Или ты скажешь им до завтра, или я сделаю это сам.

– Ладно-ладно! Только не злись, пожалуйста, – она коснулась прохладными пальцами его щеки и тут же виновато одернула их. Все еще не привыкла, что он позволяет ей это делать.

– А тот кулон, что я для тебя сделал? Ты его не потеряла?

– Нет-нет! Конечно, нет! – испугалась она и чуть отстранилась, доставая из кармана слишком легкого для поздней осени платья, маленький голубой камешек на веревке.

– Сегодня, – хмуро повторил Лиам, а она быстро закивала головой и вторила ему:

– Сегодня.

Лицо с огромными наивными и слегка испуганными глазами расплылось у нее перед глазами. А после она увидела лес уже ночью.

На этот раз лил дождь. Теплый, даже приятный на ощупь. Капли с шумом разбивались о листья, шорохом заглушая все посторонние звуки, но этот звук он слышал отчетливо. Ему вторило его бешено колотящееся сердце.

– Это что… Сара? – повернув голову, он увидел Нео. Его волосы были насквозь мокрыми, он тяжело дышал, но изо всех сил бежал рядом. А когда крик повторился, они оба ускорились.

А после все, что он запомнил о том дне, осталось в воспоминаниях, поддернутое пеленой красной дымки.

Вот они вбегают на ту поляну, где остановились шаманы, в племени которых и состояла Сара. Они познакомились с ними полгода назад – обычно на такой срок шаманы оседали на новом месте, после чего шли искать новое, полное магии. И эти скоро собирались уходить. Но Сара должна была остаться. Ради него.

Вот он видит знакомые лица и пять палаток, с которых стекает вода. При виде него два молодых шамана отскакивают в сторону, будто совсем не ожидали его увидеть. И эта встреча крайне не входила в их планы. Странно, ведь до этого они отлично ладили.

Вот лицо Нео. Он увидел что-то первым, и пораженно замер. А после его лицо перекосило от гнева.

Вот и он сам перевел взгляд туда же, куда и Нео. Там он нашел, что искал. Вот она. Его Сара.

В его любимом летнем платье на одной косой бретельке. Как и всегда босая, с распущенными вьющимися волосами. Мокрыми от дождя.

Но вот странно – она не улыбалась.

Тогда-то он и понял, что больше никогда не увидит ее улыбки.

Голубая ткань струилась по ее ногам, заканчиваясь чуть ниже колена. А дальше, по белоснежной ноге стекала кровь.

Голова безвольно повисла набок, глаза были открыты – абсолютно стеклянные, непроницаемые глаза.

Вокруг ее талии была повязана веревка, накинутая на ветку дерева, на которой ее и подвесили.

Ногам не хватало всего каких-то пары сантиметров, чтобы коснуться земли и впитать необходимой магии, чтобы дышать. Чтобы просто сделать глоток кислорода. А кулон… Его кулон валялся на земле прямо под ней. На него беспрерывно лилась кровь, вперемешку с дождем.

Там же лежал и Уилли – ее лучший друг. Он был весь в крови и избит – видимо, пытался ее защитить. Он все еще дышал. До него очередь еще не дошла.

Он убил их всех. Каждого. Всех до единого. Так же жестоко, как они убили ее лишь за то, что она решила связать свою жизнь с чужаком. Решила предать их веру и надеть на шею кристалл.

Нео пытался остановить его тогда, но не смог.

И уже после, когда он снимал ее маленькое хрупкое тело с дерева, чтобы похоронить, у него перед глазами, как наяву, проплывали воспоминания прошлого. Именно из-за них он так долго не подпускал ее к себе. Именно из-за них он поклялся себе больше никогда и ни с кем не сближаться. Но снова дал слабину. И снова его переворачивало наизнанку от боли и собственного бессилия.

Так же, как и тогда, когда его родители – шаманы – ушли на охоту и больше не вернулись.

Как и тогда, когда он сбежал из родного поселения, чтобы найти их. Тогда его нашла одинокая странствующая шаманка и ее ученик чуть младше его самого. Не повезло им встретить именно его. Потому что только он виноват в том, что полез куда не следует и привлек внимание пары демонов, которые и разорвали в клочья его новую семью.

Летта стояла там. Теперь уже прямо у него за спиной, наблюдая за тем, как он молча закапывает тело девушки по имени Сара. А в руке она все еще сжимала тот фиолетовый камень, который и привел ее сюда.

«Оказавшись в нужном воспоминании, вы можете нарушить его или изменить. А при желании – стереть совсем» – вспыли в голове прощальные слова Ву.

Летта снова перевела взгляд на маленький фиолетовый камушек в руках. Такой хрупкий на вид.

В ее силах было прекратить все это. Лишь немного надавить, и все эти воспоминания рассыпятся в прах вместе с камнем.

Одно легкое движение пальцев, и больше не будет боли.

Она чувствовала ее вместе с ним. Эти тиски больно сжимали и ее грудь тоже. Это было невыносимо. До боли, до крика, невыносимо.

Но она могла просто прекратить это. Стереть, уничтожить, заставить забыть. Решение оказалось прямо перед ней.

Зажатое между большим и указательным пальцем.

Глава 26. Касание

Это пробуждение было таким же рваным и беспокойным, как и сон, что терзал ее и никак не хотел выпускать из своих скользких пальцев. С тяжелым рваным вдохом она вынырнула в реальность и замерла, все еще пытаясь скинуть с себя тот липкий кошмар.

Осознание того, где она и как оказалась в этом душном и пыльном помещении, на пропахших сигаретным дымом простынях, приходило к ней с большой неохотой. Единственное, что помогло проложить путь к реальности окончательно – тихий размеренный скрип и чужое дыхание.

Открыв глаза и повернувшись набок, она увидела Лиама. Он сидел на полу, привалившись спиной к груде холстов и бесстрастно водил карандашом по белой бумаге большого блокнота. И даже то, что их взгляды встретились, его нисколько не смутило. Он продолжал сосредоточенно рисовать.

– Который час? – хрипло спросила Летта, прочищая горло. Безумно хотелось пить. Но, зная Лиама, если у него здесь и завалялось что-то, то спичку к этому лучше не подносить.

При виде его непривычно спокойных выразительных глаз, обрамленных густыми черными ресницами, она с содроганием вспомнила образы из своего видения. Что это было – чужие воспоминания или ужасный, дурной сон?

Конечно, она знала, что это было. Как и то, что так и не решилась сомкнуть пальцы.

– Понятия не имею, – беспечно пожал плечами Лиам и продолжил рисовать, периодически заглядывая в ее лицо. И это так сильно ее разозлило!

– Почему ты не разбудил меня? – Лиам сделал вид, что не услышал вопроса, и это разозлило ее сильнее. – Можешь оставаться здесь и дальше, а я иду за Нео! – вскочив на ноги, она чувствовала, что ее колотит от гнева его отношение ко всему происходящему. Но как только их взгляды встретились вновь – ее прямой и гневный и его спокойный и бесстрастный – она вспомнила ужасающие видения прошедшей ночи, и весь гнев сразу испарился. Она помнила его чувства, что тогда ощущались совсем как свои собственные. Чувство абсолютной беспомощности и затопившей сердце несправедливости. Чувство потери и тупого гнева. Чувство всепоглощающего одиночества.

Ее пробрала дрожь, а вместе с ней пришло и осознание – она даже понятия не имеет, о чем он думает сейчас и что чувствует. Какие барьеры ставит внутри собственной души и что за ними скрывает.

Чтобы понять его, ей пришлось бы пережить то, чего она ни за что бы не пережила.

– Чего уставилась, куколка? – нахмурив брови, тихо и настороженно произнес он.

Он не помнил. Он не знал. Но почувствовал неладное.

– Ничего, – уже без капли гнева, тихо ответила она, застыв у лестницы. – Идем?

Она винила себя. Она была так не права, позволив себе вторгнуться в чужое сознание. Но тогда ее состояние было сравнимо с безумием. С агонией, с голосом в голове, который велел ей докопаться до сути. И она дала себе обещание впредь научиться посылать этот голос в задницу.

– Нет, – вдруг покачал головой Лиам и наклонил ее, сделав в блокноте еще пару рваных штрихов.

– Еще не рассвело? – догадалась Летта. Конечно, не смотря на паталогическую испорченность характера Лиама, понятия о дружбе и чести у него явно имелись, как бы старательно он их не скрывал.

Ей так хотелось подойти к нему, сесть рядом и просто молча обнять.

Но она не была уверена, что он ее не оттолкнет.

– Верно, – сухо ответил Лиам и откинул в сторону блокнот, переворачивая страницу, чтобы Летта не могла увидеть рисунок.

Как? Как он пережил столько потерь и не шагнул в толпу Светочей, просто чтобы больше не чувствовать? Просто, чтобы больше не было больно. Наверное, она поступила бы так. Потому что грудь все еще разрывало от пережитых эмоций другого человека. Она подумала, что у человеческого сердца есть какой-то лимит боли, который оно способно пережить. И Лиам его уже исчерпал.

– Мне здесь нравится, – прислонившись спиной к стене и прикрыв глаза, она осела на пол. Ей просто нужно было что-то ему сказать.

– Намекаешь, что теперь я должен приглашать тебя в гости, куколка? – она не видела его лица, но слышала, как он хмыкнул. – Как я уже говорил, в моей лодке только одно место.

– Я помню, – теперь уже понимающе улыбнулась она.

Сейчас она чувствовала, будто по ее телу провели линию – от макушки и до ног – разделившую ее на две равные части. Одну грело приятным теплом от предстоящей встречи с Нео, и в то же время неприятно крутило от волнения за него. Вторая же будто пылала. И в центре бушующего пламени мелькали лишь фрагменты собственных и чужих чувств, перемешанных межу собой. А где-то на горизонте она видела серые грустные глаза и слышала, как хриплый голос отчаянно повторяет ее имя.

Рассвет наступил через час. Как только Лиам откинул люк, она увидела, как последний силуэт Светочи растворяется в оранжевых лучах солнца.

Назад она практически бежала, не помня себя от волнения. По началу Лиам ворчал на нее за это, но после и сам ускорил шаг. Что могло случится с Нео за одну ночь? Да что угодно.

Сколько бы предостережений не донеслось до нее сзади, она все равно влетела в заброшенный храм первой. Ее встретила непроглядная темнота. Но больше всего пугала тишина.

– Нео! – крикнула она, пока Лиам сзади разжигал трубку неона.

– Эй, демоны, мы здесь! Все сюда! – передразнил ее Лиам. Летта насупилась, но теперь уже шла рядом с ним, в круге света, внимательно смотря под ноги.

Он не отозвался на ее голос.

Почему он не отозвался?

– Надеюсь, выдержит, – бормотал себе под нос Лиам, привязывая конец веревки, которую он нашел в своем укрытии, к ближайшей разрушенной колонне. Закончив, он подергал за бичевку, чтобы убедиться, что она держится.

Закинув ее в яму, он посветил вниз, но неон не доставал до дна. И Летту сводила с ума эта неизвестность.

– Как думаешь, может он уже нашел выход?

– Тогда он бы ждал нас здесь, – ответил Лиам, и ей сложно было сказать, что он чувствовал сейчас – беспокойство или же безразличие.

Она волновалась. Волновалась, когда Лиам скинул с плеч рюкзак, волновалась, когда он прикрепил неон к поясу и спрыгнул с уступа, хватаясь за веревку, волновалась и когда он поднял на нее взгляд.

– Подожди-ка меня на улице, куколка, без меня здесь будет темно и стра-ашно.

– Нет, – упрямо отрезала она и шагнула к краю пропасти. – Я иду с тобой.

– Нет, не идешь. А попробуешь, я разозлюсь и скину тебя за ногу вниз.

Летта замерла на мгновение, а после в ее голове что-то ярко и победоносно засветилось.

– Я бы и рада послушаться, – сжав губы в тонкую линию, ответила она. – Но мы же проголосовали, помнишь? Вы с Нео оба проголосовали за то, что одну меня здесь оставлять нельзя.

– Это кто же научил тебя быть такой сучкой? – вдруг весело хмыкнул Лиам, спускаясь чуть ниже и освобождая место для нее.

– Думаю, это был ты.

Слезать вниз по скользкой веревке оказалось сложнее, чем казалось со стороны. Поэтому, к своему стыду, она пару раз «уселась» пятой точкой на голову Лиама, чем вызвала его недовольное, но тихое ворчание. Здесь любой, даже самый тихий звук, эхом отскакивал от стен и устремлялся в путешествие по руинам, ускоряясь и нехотя затихая. А воспаленное воображение уже вовсю рисовало в сгустившейся вокруг темноте чужое присутствие.

Если бы не Лиам, она бы точно струсила.

Внизу оказалось невероятно влажно и липко. Воняло, и правда, как на помойке, и Летта с трудом сдерживала рвотные позывы.

Нео здесь не было.

– Да где он, черт возьми? – сквозь зубы прошипел Лиам, осматриваясь. А в вытянутой руке он сжимал трубку неона – их единственный источник света.

– Не мог же он просто испариться. Давай осмотримся! – нервно выдохнула Летта, чувствуя, как паника за друга застряла комом в горле. Даже просто представлять, что могло случиться с ним было нестерпимо больно.

Лиам начал двигаться вперед, пытаясь нашарить рукой ближайшую стену, Летта сразу за ним. Нога вдруг застряла в чем-то вязком с чвакающим звуком, и она замешкалась, как вдруг где-то сбоку послышался посторонний приглушенный звук.

– Это Нео! – воспряла духом она и на радостях высвободила ногу из плена. Но Лиам рванул к ней и перехватил за запястье, предостерегающе округлив глаза.

– Или это не Нео.

– И что, так и будем стоять и гадать, Нео там или нет? – разозлилась она и выдернула руку.

С трудом разбирая дорогу, не помня себя от волнения и бешено колотящегося в груди сердца, она двигалась на звук. Полукруг неона сначала замер, а после двинулся за ней – значит Лиам все-таки ее не бросил.

Оказалось, что яма имела округлую форму, а ее стены были выложены из камня, полностью покрытого плесенью. Когда звук повторился, Летта чуть сменила направление своего движения, перемещаясь вдоль стен, и только тогда наткнулась на проход. Наверняка, на него же наткнулся и Нео ночью.

Здесь было очень узко, но потолок уходил высоко вверх, в темноту. Они шли по коридору от силы минут пять, но казалось, будто прошла целая вечность. Будто они попали во временную петлю и теперь будут безнадежно бродить по темноте до конца своих дней. Это сводило с ума, поэтому она не выдержала и снова окликнула Нео.

– Хочешь, чтобы я заткнул тебе рот? – зло шикнул на нее сзади Лиам, положив руку ей на плечо. Но тут же выпустил ее, потому что где-то совсем рядом послышалось знакомое:

– Летта?

Этого было достаточно, чтобы потерять оставшиеся крупицы рассудка и сломя голову броситься на звук его голоса. До этого момента она так и не представляла до конца, как сильно волновалась за него.

Как сильно боялась его потерять.

Она увидела его лицо, освещенное неоном лишь в самый последний момент – когда буквально рухнула лицом ему в грудь и изо всех сил обхватила руками. Только так она могла убедить себя в том, что вот он здесь, и с ним все хорошо. Она чувствовала его дыхание на своих волосах, чувствовала ритмичный стук сердца, который вдруг замер, чтобы после ускорить свой рваный ритм. Она чувствовала, как вздымается его горячая грудь под ее щекой в чуть влажной от сырости футболке.

– А вы не очень-то и спешили, да? – тихо хмыкнул Нео, явно пытаясь немного разрядить обстановку. А после его руки, зависшие в нерешительности в воздухе, неуверенно опустились на спину тихо всхлипывающей девушке. – Ну чего ты?

Было ощущение, что она снова делает что-то непозволительное, но сдержать этот искренний порыв было выше ее сил.

– Охренел? – напомнил о себе Лиам, приваливаясь к стене плечом и скрещивая руки на груди. – Из-за тебя нам пришлось сражаться с целой армией Светочей! И вот она, твоя благодарность?

– Сражаться? – чуть сжав ткань на футболке Летты и незаметно проведя по ней большим пальцем, Нео хмыкнул. Летта не видела его лица, но знала, что он иронично изогнул бровь.

– Убегать, – пояснила она и подняла на него влажные глаза, немного успокоившись. Теперь она окончательно убедилась в том, что это именно он, а не плод ее воспаленного воображения.

– О, уже правдоподобнее, – устало улыбнулся он, опустив на нее взгляд, и мягко отстранился. От этого жеста Летта отчего-то смутилась и сделала шаг назад. – И, наверное, не с армией, а с тремя-четырьмя?

Вопрос адресовывался Лиаму, но тот лишь фыркнул, а ответила Летта.

– Нет. Их точно было не меньше двадцати, но я не считала.

– Ага, ты делала ноги, – хмыкнул Лиам и поймал на себе недоверчивый взгляд Нео. – Да знаю я, сам впервые видел, чтобы их было так много. Не веришь мне, послушай свою подружку, она слишком глупа, чтобы правдоподобно лгать.

– Эй! – возмутилась девушка, но продолжать не стала, уловив крайнее удивление Нео. Его же беспокойство снова перекинулось и на нее. – Ребята, давайте уже выбираться отсюда? Жутко здесь как-то.

– Жутко ей, – вдруг его лицо из настороженного превратилось в загадочное, с легкой хитрецой. – Это мне пришлось всю ночь провести в компании мертвеца.

Нео ждал реакции на свои слова, как хвастливый мальчишка так, будто только что сообщил, что голыми руками победил дракона и выиграл приз. И он ее дождался. Лиам пытался скрыть заинтересованность, но в его мальчишеских глазах засиял интерес. А Летта и вовсе отреагировала бурно, охнув и удивленно вскинув брови.

– Жуть какая, – поежившись, выдохнула она. – Тогда тем более, давайте уйдем.

– Не так быстро, – самодовольно хмыкнул Нео и победоносно ухмыльнулся одним уголком рта. – Вы просто обязаны на него взглянуть!

– Чего? Вот еще! Не буду я смотреть на мертвеца! – Летта испугалась не на шутку, а вот Лиам тут же оттолкнулся от стены и выжидающе уставился на Нео.

– Мы с тобой потом обсудим, как не стоит кадрить девчонок. А теперь показывай давай своего жмурика, и по домам. А то и так слишком много развлечений для одной вылазки. Убийства, трупы, погони. У меня что, день рождения?

– Чувак, это тебе сразу на три дня рождения вперед! – возбужденно воскликнул Нео и, развернувшись, повел их в боковой узкий коридор – еще уже предыдущего. Здесь плечи то и дело задевали склизкие стены, но не пойти с ними она не могла – слишком страшно. К тому же, она не позволила бы Нео снова оставить ее. Ни Нео, ни Лиаму тоже.

Шли они недолго. Пару поворотов по закоулкам и вот они уже в широкой округлой комнате с полом, укрытым мхом и потолком, смыкающимся контрфорсами над головами в продолговатый купол. Здесь пахло чуть лучше, чем везде, но не это было сейчас важным.

Важно было то, что в центре комнаты светилось слабым голубоватым свечением нечто, по форме напоминающее ящик. Но благодаря Нео она уже знала. Не ящик. Гроб.

Он стоял на постаменте из трех ступеней, который лишь подчеркивал его важность. И лишь с опаской подойдя ближе, Летта смогла убедиться, что гроб действительно был полностью высечен из массива Монолита. А внутри лежал человек.

– Обалдеть, да? – не скрывая своего восторга, воскликнул Нео.

– Не поспоришь, – присвистнул Лиам и первым подошел ближе. – Это тут ты всю ночь тусовался?

– Ну да, тут по крайней мере светло, – пожал плечами Нео и сверкнул в Летту игривым взглядом, но сама она восторга парней не разделяла сразу по нескольким причинам.

Во-первых, странным был сам факт того, что кто-то оставил в таком месте гроб с телом мужчины. Это что, какая-то погребальная? Хотели ли ему отдать таким образом почести или, наоборот, спрятали от чужих глаз?

Во-вторых, поражало количество Монолита из которого был сделал гроб. К чему такое расточительство и почему именно Монолит?

И в-третьих, что было самым важным, пробирающим мурашками до костей.

Тело.

Дышало.

– Он что, спит? – настороженно подходя ближе, спросила Летта.

– Черт его знает, я пытался разбудить, – взобравшись на ступеньки, Нео по-хозяйски постучал костяшками пальцев по крышке гроба, а после и вовсе взобрался на нее верхом. – И открыть пытался. Без толку. Сдох, наверное.

– Совсем тупой? Он же дышит, – закатил глаза Лиам и наклонился, чтобы рассмотреть лицо мужчины. Сквозь прозрачное голубое стекло Монолита оно казалось нездоровым, бледным, что выделялось еще отчетливее на фоне отросших черных, как смоль, волос. – Что будем делать? Монолита-то тут – целое состояние.

– Я пытался отколоть кусочек, но без магии тут никак, – признался Нео. – Так что притащим его в лагерь прямо так.

– Да мы скорее сдохнем, чем дотащим его!

– Зато прикинь, как все охренеют! – улыбка Нео стала еще шире. А когда и Лиам тихо хмыкнул, стало ясно, что чему быть, того не миновать.

– А если он проснется? – удивляясь, как быстро они находили общий язык, когда нужно было совершить какое-то безумство, воскликнула Летта.

– Круто, – пожал плечами Лиам. – Поможет нам его тащить.

Как они тащили эту громадину сквозь узкие коридоры, с трудом вписываясь в повороты, а потом привязывали ее с двух сторон веревками, чтобы вытащить их ямы – Летта предпочла бы никогда больше не вспоминать. Наверное, она сбросила с десяток лишних килограммов, хоть основную нагрузку и приняли на себя парни.

А для того, чтобы дотащить гроб до лагеря сквозь лес, ушло целых три дня. К концу второго у них закончилась еда – пришлось искать по лесу растительность. А от жажды их спас ручей, ради которого им пришлось сделать небольшой крюк, но парни упрямо тащили свою находку домой.

– А теперь еще раз, – в очередной раз начала разговор Летта. – Вас вообще ничего не смущает? Вот совсем?

– Дай угадаю: тебя смущает, – обливаясь потом на очередном привале, отозвался Лиам.

– Конечно! – воскликнула Летта, пытаясь найти хотя бы в глазах Нео частичку понимания. – Мы даже не знаем, кто этот человек! А что, если его не зря запрятали в тот подвал?

– Да плевать я хотел на этого жмурика, – в такт ей воскликнул Лиам, схлестнувшись с ней взглядами. – Ты вообще видела, в чем он лежит? Тут Монолита столько, что мы сможем целый год не видеть этот вонючий лес. Откроем его, переложим парня во что попроще, и пусть себе дальше отдыхает. А для надежности еще и глотку ему перережем. А то мало ли.

– И ты так думаешь? – не в силах унять свое волнение, она вновь обратилась к Нео, который задумчиво разглядывал лицо брюнета за толщей Монолита.

– Не совсем, – признался Нео, переводя взгляд на нее. – Монолит – это конечно хорошо. Но что, если этому парню нужна помощь? Он ведь еще дышит.

– Ох, ну разумеется, – раздраженно закатил глаза Лиам.

Слова Нео задели ее. И как она сразу об этом не подумала? Неужели, ее сердце начинает черстветь? Нет, она этого не хотела. И ни за что не допустит. Просто на нее навалилось так много за последние дни, что она напрочь растеряла способность думать и рассуждать. Но уже после нескольких часов молчаливого пути, она окончательно решила для себя, что они поступили правильно. Ведь когда-то и Нео мог увидеть опасность в ней, прыгнувшей из окна. Он мог бы просто пройти мимо, и тогда ее история закончилась бы намного раньше.

Когда закончился лес, а на горизонте среди бесцветных песков показался лагерь Песчаных – их дом – Летте казалось, что не сделает больше ни шага. Но ей было грех жаловаться, тяжелее всего приходилось парням из-за неподъемной ноши, за которую их могли с легкостью прикончить чужие Искатели, едва встреться они им по дороге.

Приближались к воротам они уже глубокой ночью. Лиам был так измотан, что даже не огрызнулся на Карла, который встретил их своими дурацкими шуточками, не спеша открывать ворота. Ситуацию спасла Лекса. Она вышла на шум, а за ней семенила взволнованная Кристина. Конечно, ведь они уже давно должны были вернуться.

– Карл, ворота, – сухо рубанула словами Лекса, а ночной сторож от неожиданности соскочил со стула, уронив связку ключей. А пока он искал их, припав к земле, Лекса подошла ближе и с настороженностью осматривала пришедших. Кристина же даже не пыталась скрыть своего удивления вперемешку с волнением.

– Твоя вторая подружка, кажется, волновалась, – хмыкнул Лиам, который к этому моменту уже опустил свою половину гроба и устало привалился к нему боком.

– Заткнись! – вдруг рявкнул на него Нео, на что брюнет театрально поднял вверх руки, будто сдаваясь.

Когда Карл наконец открыл ворота, Лекса отступила в сторону, уступая им дорогу.

– Несите в зал для собраний. Там и расскажете все.

– А «отдохнуть» нам что, не полагается? – закатил глаза Лиам, но Лекса ничего не ответила, лишь хмуро стрельнув в него взглядом.

– Все целы? – поравнявшись с Леттой, которая плелась в хвосте, Кристина смахнула с ее плеча волосы, запачканные чужой кровью, и нахмурилась.

– Мы целы, – заверила она подругу, с удовольствием вдыхая запах места, уже успевшего стать ей домом. После долгой разлуки он ощущается особенно остро. – Это…

– Главное, что не ваша, – понимающе перебила девушка и приобняла ее за плечи. От нее пахло пабом с его незабываемым ароматом свежей выпечки и печеной курятины. Боже, Летта бы отдала собственную руку, чтобы съесть целую тарелку куриного супа.

В круглом зале для собраний было темно, но никто не стал включать свет – гроб из Монолита здесь сиял гораздо ярче, чем в непроглядной темноте подвала. Нео с Лиамом испустили синхронный выдох облегчения и опустили свою ношу в центре комнаты. В тот же момент к ним присоединилась и Лекса с Карлом.

– А ворота кто будет охранять? – изогнул бровь Лиам, глянув на Карла, который едва не свернул шею, выглядывая из-за плеча Лексы на сияющий гроб.

– Плевать на ворота, я же умру от любопытства! – воскликнул парень, все же не решаясь подойти ближе. – Вы где это вообще откопали?

– На самом деле, это о-очень длинная история, – устало зевнул Нео, пытаясь размять затекшие руки.

– Вот значит как, – подойдя ближе, Лекса присела на корточки перед гробом и внимательно осмотрела его владельца. – Знаете, кто это такой?

– Понятия не имеем, – заверил ее Лиам. – Зато знаем, из чего сделана эта коробка.

– Хорошо, – выпрямившись, Лекса обернулась и поочередно вгляделась в лица троих уставших Искателей. – Расскажете все завтра. А пока я найду кого-то, кто проследит за этой штукой.

– Разумно, – развернувшись, Лиам первым зашагал к выходу из зала и вышел на улицу. А Нео не спешил уходить, приблизившись к Лексе. Кристина не сводила с него взгляд, а Летта поймала себя на мысли, что и сама не спешит уходить без него.

– Лекса, мы не знаем, что это за штука и на что она способна, – с непривычной серьезностью заговорил он. – Поэтому тем, кто здесь останется, лучше выдать побольше Монолита.

– Так и сделаю, – коротко кивнула Лекса и обернулась к Карлу. – Разбуди Ванессу и Кирка. Приведи их сюда.

– Понял.

Вслед за Карлом зал покинули и Нео с Леттой. Кристина осталась с Лексой, побоявшись оставлять ее одну вместе с загадочным гостем.

– Отдыхайте. Завтра я занесу вам перекусить, – улыбнулась она им напоследок. Ее обещание не могло не радовать. Есть хотелось ужасно, но на удивление совсем не хотелось спать. Зато от горячей ванной она бы точно не отказалась. Интересно, ей удастся хоть когда-нибудь избавится от запаха гари и крови в волосах, которые из пшеничных уже давно превратились в розовые.

По центральной улице они с Нео шли молча. Летте хватало и того, что он жив, цел и снова рядом. Скоро все наладится, и жизнь снова потечет по привычному руслу, она знала это точно. Она могла бы снова и снова прокручивать в голове воспоминания Лиама или кровавые события ночи в лагере шаманов, но сейчас ее глаза слепил родной свет неона, а лицо ласкал теплый летний воздух.

Она дома.

Все будет хорошо.

Вдруг она поняла, что больше не слышит размеренные шаги Нео рядом со своими. Остановившись, она обернулась и увидела, как парень остановился, прислонившись спиной к чужому дому и закинул голову назад, задумчиво уставившись на тонкий полумесяц луны. Его лицо было расслабленно, но взгляд хмурился, чувствовалось, что у него внутри что-то происходит. И Летта чувствовала это так, будто между ними протянулась невидимая нить. Вена, связавшая их этой ночью, обрушившейся на них облегчением после всего пережитого. Это было так странно и будоражило у нее внутри что-то, чего она так до конца и не поняла.

– Ты в порядке? – шепотом, чтобы не разбудить спящих Песчаных, спросила Летта, приблизившись к нему. А Нео продолжал завороженно рассматривать луну, неосознанно кусая губу. Летта встала спиной к стене дома рядом с ним. Она была холодная. А его рука, которой она едва касалась пальцами, была невыносимо горячей.

– В какой-то момент, я был уверен, что больше не вернусь сюда, – на выдохе сорвалось с его искусанных губ.

– Глупости, – протянув руку в сторону, Летта дотронулась до тыльной стороны его ладони пальцами уже осознанно. – Мы бы ни за что не оставили тебя там.

– Да, – опустив глаза в пол, Нео прикрыл глаза и повторил. – Да. Я просто устал.

Эта короткая фраза, брошенная им так небрежно, заставила все у нее внутри сжаться, а после взорваться тупой болью. Оторвавшись от стены, она удивленно уставилась на его спокойное лицо с прикрытыми глазами, залитое голубым и розовым. И вроде бы все нормально – он не кричал, не злился, не корчился от боли. Но только близкие для Нео люди знали, что такое отстраненное спокойствие для него – это отнюдь не нормально.

Для Нео свойственна улыбка от уха до уха, игривые ямочки на щеках, искры в зеленых глазах и даже слепая ярость, возникающая в критических ситуациях, была типична для него.

А сейчас, смотря на него, слушая его спокойное дыхание, Летта острее обычного поняла, что он совсем не в порядке.

И ей до боли в груди хотелось с этим что-то сделать.

– Что с тобой там случилось? – встав перед ним, она протянула руку, но так и не решилась дотронуться до его щеки. – Расскажи мне.

– Да ничего такого, – беспечно пожал плечами Нео и открыл глаза. Но она знала, что он лжет ей сейчас. И он понял, что она раскусила его, едва их взгляды встретились. Отчего сделал глубокий вдох и выдох, запуская пятерню в волосы. – Просто знаешь, там было так темно, и время тянулось ужасно долго… Я был уверен, что вас не было по крайней мере неделю. Я не понимал, день на улице или ночь. Я не думал, что это окажется так сложно для меня. Гораздо сложнее, чем стрелять в демонов или уносить ноги от Светочей, понимаешь?

Она не совсем понимала, но все же коротко кивнула, просто, чтобы он продолжал. Она знала. Знала, что, если озвучить вслух свои переживания, ты отпускаешь их на свободу. Сложнее всего начать говорить.

– Я тогда только об одном мог думать, – он облизал губы, будто сомневаясь, говорить ему дальше или нет. – Глупо, наверное, но я думал об Эн.

Летта вдруг ощутила легкое разочарование, но промолчала. А Нео отчего-то усмехнулся, снова взглянув на нее.

– Я представлял, что кто-то другой будет приходить туда, болтать с ним о всяком, хоть он и не понимает ничего. Думал, что кто-то будет зажигать фонарики и лежать там на подушках вместо меня, – помолчав немного, он протянула руку и подхватил прядь волос с ее лица, убирая ее за ухо. Так невесомо, что по ее щекам побежали мурашки. А после он убрал руку, случайно – или нет – проведя кончиками пальцев по ее скуле. – Кто-то приведет туда тебя. Вместо меня.

Летта задохнулась. Из центра живота поднялось что-то невероятно теплое. Медленно, выталкивая из ее тела кислород. А после застряло в горле, сжимая его и лишая ее возможности разговаривать.

Это чувство было даже сильнее страха, который сковал ее, как только она сбросилась с окна Ночлега.

Это как гореть не сгорая.

– А еще я не мог перестать думать о море, – продолжил Нео, сунув обе руки в карманы. Его губ коснулась едва заметная улыбка.

– Почему именно о море? – наконец, смогла выговорить она.

– А почему бы и нет? – игриво вздернул брови он. Это снова был тот Нео, которого она знала. – Все бы отдал сейчас, чтобы просто окунуться в соленую воду.

– Могу уступить тебе свою очередь в ванную, – она считала, что поступила благородно, но неблагодарный Нео только громко фыркнул и закатил глаза.

– Сразу видно, что ты ни разу не купалась в море.

Летта видела, что его настроение пришло в равновесие, и это не могло не радовать. Но сейчас, смотря на его полуулыбку и наигранно снисходительный взгляд, она вдруг ясно осознала, что ей катастрофически мало. Но чего именно, она не знала. Это чувство толкнуло ее сделать неосознанный шаг вперед – к нему – и выпалить:

– Тогда и я хочу искупаться в море.

Нео вдруг посмотрел на нее очень серьезно и задумчиво облизал губы. А после одобрительно хмыкнул.

– Прямо сейчас?

– Прямо сейчас, – уверенно кивнула Летта и заговорчески улыбнулась ему в ответ.

– Вот прямо так сразу? Никаких расслабляющих ванн и теплой постели с подушками? – уточнил Нео, прищурившись. – Снова в путь, но на этот раз к морю?

– Да, именно так.

– Я тебя за язык не тянул, – удовлетворенно улыбнувшись, Нео схватил ее за руку и бодро зашагал в сторону выхода из лагеря.

Да, Летта ужасно устала. Да, у нее болели ноги. Да, она не мылась черт знает сколько дней, а в волосах у нее, наверняка, поселился целый выводок лесных насекомых. Но сейчас, быстро шагая с ним вдвоем подальше от остальных. В место, куда был доступ только им двоим, она чувствовала себя по-настоящему счастливой. Она чувствовала, что только это правильно, так должно быть. Она хотела совершить это маленькое безумие вместе с ним, это вмиг всколыхнуло у нее в душе все те чувства, что давно осели где-то в глубине.

Карл еще не успел вернуться на свой пост, поэтому им удалось выскользнуть наружу незамеченными. У Нео все еще осталась трубка неона, которую скинул ему Лиам, и именно ей он освещал их путь. И почему-то была уверенность, что по пути им никто не встретится. Что сейчас все просто обязано было пройти, как по маслу.

Так и случилось. Вскоре они добрались до скелета древнего чудища, и в лицо ударил ласковый солоноватый морской воздух.

Нео повел ее вдоль высокого обрыва в сторону – туда, где земля плавно уходила ниже. И вскоре они добрались до места, где можно было спуститься вниз, к воде. Нео спрыгнул на песок первым, тут же обернувшись и подхватив прыгающую следом Летту под руки, делая ее посадку максимально мягкой.

– А там глубоко? – Летта наблюдала за тем, как Нео скидывает с себя обувь и приближается к воде так, чтобы волны слизали с его ног всю усталость.

– Даже если и так, что с того? – отозвался Нео, скидывая с себя футболку и штаны, оставаясь в одном нижнем белье.

Когда он обернулся, к ней, Летта испытала легкое смущение, но оно было совсем не таким, как тогда, когда он пристыдил ее за переодевание при нем в первый день. Тогда они были едва знакомы, но сейчас все было иначе. Она испытала лишь легкое волнение, скидывая одежду вслед за ним, но это не казалось ей неправильным. Она доверяла ему, чувствуя, как он доверяет ей.

– Я ведь плавать не умею.

Оставив на влажном песке штаны и футболку, она подошла к Нео, который терпеливо ждал ее у воды, ощущая босыми ногами твердый прохладный песок.

Луна светила прямо у него за спиной, поэтому его лицо оставалось в тени, но она знала, что он не сводил с нее взгляд все то время, что она шла.

– Я же рядом, – в его голосе слышалась уверенность, и страх перед бесконечной водной стихией отступил на нет. Она чувствовала – точно знала – что он не позволит ей утонуть.

Вода оказалась холодной, и в первые мгновения она боролась с желанием вернуться на берег. Но Нео шел вперед, а после и вовсе сделал рывок вперед и скрылся под водой, вскоре снова выныривая и встряхивая влажными волосами.

– Просто нырни, тебе понравится, – крикнул он ей и расхохотался. Он выглядел счастливым. Таким она не видела его уже давно.

И она нырнула. Всего лишь по плечи, без головы, боязливо нащупывая ногами песчаное дно с водорослями, которые щекотали ее лодыжки. Сначала она задохнулась от резкого переохлаждения, а потом почувствовала головокружительную эйфорию. Это было неописуемо.

Ее разгоряченное тело посреди необъятного ледяного моря, залитого лунным светом. Волны толкали ее обратно к берегу, сверкая и переливаясь в тусклом призрачном свете.

И в этот момент она почувствовала себя невероятно одинокой, маленькой, но такой свободной. Ей захотелось расхохотаться и раствориться в этом мгновении.

– Ты был прав, это не похоже на ванную, – крикнула она Нео, который сделал пару гребков вдоль берега, а после приблизился к ней, вставая на ноги. – Это потрясающе.

Волна прибила их почти вплотную друг к другу, Летта видела, как потемнели его волосы от воды, как их разбросало по лицу, покрытому солеными каплями. Его густые ресницы превратились в четыре мокрые слипшиеся пряди.

Она больше не чувствовала холод.

– Я научу тебя плавать, – улыбнулся ей Нео и вдруг резко подхватил на руки так, будто она совсем ничего не весила. Вода забрала на себя весь ее вес. А она лишь вскрикнула от неожиданности и обхватила его шею руками.

Одна его ладонь касалась ее спины, вторая подхватила под ноги. А сама она прижималась боком к его теплому торсу, ощущая какой он твердый без одежды. Щеки защипало от смущения, но она не собиралась отталкивать его.

– Что мне делать? – только и спросила она, даже не пытаясь бороться с ураганом у себя в животе и с сумасшедшем стуком в груди.

– Просто ложись на спину, выпрямись изо всех сил и позволь воде держать тебя, – пояснил Нео и прижал ее к себе чуть крепче, проведя рукой по спине. Летта неосознанно переместила руку к его волосам, запустив в них пальцы. Она не знала зачем сделала это, все получилось само собой.

– У меня не получится.

– Я буду придерживать тебя за спину, хорошо?

– Хорошо.

Нео переместил и вторую руку ей на поясницу, а она послушно отпустила его шею и постаралась лечь. Удивительно, но с поддержкой Нео, ей и правда это удалось. Он держал ее на вытянутых руках, как пушинку, а она раскинула руки в стороны и уставилась на темное небо, позволяя своему телу качаться на волнах.

Она была такой легкой, как маленькая птичка, которую ветер несет сквозь облака, на встречу солнцу.

А потом Нео убрал руки, и ее пятая точка неизбежно пошла ко дну, потеряв опору. Испугавшись, она не успела среагировать сразу, и ушла под воду с головой, хлебнув немного соленой воды.

Ей казалось, что она вот-вот утонет, но тогда крепкие руки схватили ее и дернули вверх.

– Эй, ты зачем тонешь? – услышала она сквозь кашель, на всякий случай оплетая Нео и руками и ногами. Чтобы он больше не смог отпустить ее.

– А зачем ты меня отпустил?! – возмутилась она, хватаясь за него, как за последнюю надежду. А то, как близко его лицо оказалось от ее собственного она осознала только тогда, когда он ответил ей, касаясь кончиком носа и губами ее щеки.

– Так учат плавать детей. Я же не знал, что ты так безнадежна, – щеку защекотало чужим дыханием, и первым порывом было отстраниться.

Но она позволила ему притянуть себя еще ближе и провести кончиком носа линию от уха до подбородка.

Это казалось безумием. Какое-то наваждение, сводящее ее с ума, и она не понимала в какой именно момент все началось, но ее притягивало к нему, как магнитом. Ее пугало – ужасно пугало – то, что творилось у нее в животе и в груди. Настоящий ураган. Но ей хотелось еще. И еще. И еще.

Она хотела, чтобы ей становилось хуже. Словно компенсировала этой близостью все то время, что они провели раздельно.

Наверное, она сходила с ума.

– Больше не надо. Не отпускай, – попросила она, слегка отстраняясь так, чтобы их лица оказались друг напротив друга.

Теперь она стояла спиной к луне и видела только далекий свет неона не берегу. И освещенное лицо Нео. Снова серьезное, но на этот раз как-то иначе. Он смотрел прямо в ее глаза, она смотрела в ответ. Было ощущение, что он позволил ей заглянуть гораздо глубже зеленых радужек и расширенных темных зрачков. Это было не похоже ни на что. Будто исчезло все: ледяная вода, отвесный берег, ласкающие волны, темное небо и узкая луна. Остались только его зеленые и ее карие. И стук в груди – один на двоих.

Все смешалось вокруг. И сейчас ей сложно было сказать, что глубже – море, небо или его взгляд.

– Как скажешь, – наконец, ответил он, а она не сразу поняла, о чем идет речь, будто только что проснулась. – Ты невероятная, Летта. Ты же знаешь это?

Его признание прозвучало для нее так громко, что она не сразу нашлась, что ответить. А после честно призналась:

– Нет. Но мне приятно знать, что ты думаешь обо мне так.

Нео коснулся кончиком своего носа ее и положил ладонь ей на щеку, прикрыв глаза и улыбнувшись.

– Не знаю, то ли это ночь на меня так влияет, потому что днем я бы ни за что на свете не сказал тебе этого, но… – он снова открыл глаза и продолжил с легким прищуром. – Ты и правда удивительная. Мне нравится узнавать тебя одновременно с тем, как ты сама узнаешь себя. Мне кажется, что нет ничего более искреннего. Мне очень не хватало именно этого до того, как я встретил тебя.

– Нео… – прошептала она. Она так хотела… Безумно хотела чего-то большего. И все ее естество толкало ее вперед, но она боялась сделать что-то не так. – Я даже не знаю, что сказать.

– Тогда не говори, – Нео отстранился еще немного и широко улыбнулся. – Я просто хотел сказать… Я рад, что встретил тебя. И прости за то, что и правда спал с ножом под подушкой, когда притащил тебя в дом.

– Что? – лицо Летты удивленно вытянулось, и цепи, сковавшие все ее внутренности немного разжались. – Ах вот значит как!

Наигранно надувшись, она откинулась назад и ударила по воде, посылая в его сторону брызги воды. Нео сделал то же в ответ, а после и вовсе вошел в раж, и вот они уже бегают друг от друга по берегу, пиная ногами соленые волны и громко смеясь.

Вода смыла с них усталость и чужую кровь. Ночь скрыла в своей темноте неловкость и смущение. А луна осветила то, что уже давно скрывалось в тени.

Но стоит признать, что в итоге Лиам оказался прав. Все-таки порой луна светит недостаточно ярко.

Глава 27. Шкатулка

Проснуться в чистой постели, в тепле и уюте особенно приятно, когда для тебя это огромная редкость. Поэтому Летта еще долго лежала, обняв руками и ногами подушку и тихонечко раскачивала кровать, свисающую с потолка, как качели. Она поспала совсем немного, но это с лихвой компенсировалось свежей белоснежной простыней и вязанным серым пледом.

Вчерашняя ночь была просто потрясающей и оставила после себя приятное послевкусие. Но оставаться там до утра они не решились, все-таки утром их обязательно стали бы искать. Еще оставались незаконченные дела, но сегодня Летта хотелось оттянуть их до последнего, просто бесцельно поваляться в постели еще чуть-чуть. Чтобы еще разок прокрутить в голове прошедшую ночь.

С другой стороны, ей не терпелось поскорее спуститься вниз. И увидеться с Нео. Она не знала, чего ожидала от этой встречи сегодня, но внутри теплилось какое-то необъяснимое предвкушение чего-то.

Она точно знала, что между ними вчера что-то изменилось. Ей и хотелось выяснить, что именно и к чему это приведет, и это же пугало ее. Так сложно, оказывается, просто быть человеком. На первый взгляд все просто и понято. На деле же ты постоянно натыкаешься на очередную темную комнату и двигаешься по ней чисто интуитивно, не понимая, куда выведет тебя очередная дверь, и думаешь – не стоило ли свернуть назад? У кого просить совета, есть ли в мире хоть один человек, который действительно во всем этом разбирается?

Как отличить ложь от правды? Как догадаться, о чем молчат те, кто тебе дорог? Как научиться понимать свои собственные порывы и чувства, когда вы с ними говорите на разных языках?

В дверь постучали. Это была Кристина с обещанным завтраком. Пока Летта ела, она расчесывала ее спутанные волосы и заботливо проводила по вьющимся локонам пальцами. Сегодня она ее ни о чем не спрашивала, не докучала расспросами, как поступила бы Хло. Кристина вообще всегда понимала все без слов – когда лучше помолчать, а когда нужно заполнить гнетущую тишину словами.

– Я самый худший Неспящий на свете, – наконец, заявила она подруге и отставила пустую тарелку на пол. – Спасибо.

– С чего ты так решила? – без лишний суеты поинтересовалась девушка, по ощущениям собирая ее длинные волосы в колосок.

– У меня не выходит, – говоря, Летта будто признавалась в этом сама себе. – Как только мне начинает казаться, что я что-то понимаю, оказывается, что это совсем не так. Я не знаю, чего сама хочу. Не всегда понимаю, какая я на самом деле. Не понимаю, куда вообще иду, понимаешь? Люди, которые минуту назад казались мне самыми добрыми на свете пытались убить меня. Если бы я сразу поняла, кто они на самом деле, никто бы не пострадал. От меня у всех одни неприятности.

– На то ложь и нужна, чтобы обманывать. Ты слишком строга к себе, Летта, вот и все. Знаешь, что я думаю? – Летта с интересом откинула голову назад и теперь смотрела на Кристину снизу-вверх. Какие же невероятно яркие и голубые у нее глаза. – Ты идеалистка. Хочешь, чтобы все и сразу. Хочешь знать все ответы заранее, и требуешь от себя невозможного. Не думай, что если мы все родились неспящими, то у нас перед тобой есть какое-то преимущество. Я тоже часто ошибаюсь. Тоже ищу ответы, которых порой просто нет. И я тоже иногда абсолютно не понимаю, что со мной происходит, и как с этим бороться.

– Никогда бы не подумала, – призналась Летта. Но от признания Кристины ей стало легче. – Ты всегда такая спокойная и уверенная. Кажется, будто ты понимаешь все-все.

– Это тоже своего рода ложь, – мягко улыбнулась Кристина. – Видишь, не такая уж я и идеальная.

– Но я все равно не понимаю, как мне перестать пытаться все контролировать.

– Просто расслабься. Пойми, что тебе не обязательно пытаться перевалить все на свои плечи, когда ты не одна. В том и смысл, что люди объединяются вместе, чтобы поддерживать и помогать друг другу. У тебя есть я. Я всегда готова выслушать тебя. Есть Хло, Лекса. И Нео с Лиамом. Разве ты не видишь, как сильно они оба переживают за тебя?

– Да, наверное, – выдохнула Летта, отпуская вместе со словами собственные переживания. Эгоистично, но понимать, что она такая не одна, было неописуемо приятно.

Кристина права. Она не одна принимала решение остаться в лагере шаманов. Не она сделала Лиама таким. Не она заставила собственное сердце и разум разрываться на части от непонятных ей чувств. Нужно просто принять тот факт, что любой – абсолютно любой – человек скрывает что-то внутри себя. И она вовсе не исключение. Теперь она одна из них.

Жаль, что на словах все это куда проще, чем на деле.

Как избавится от чувства, будто ты должна сделать что-то важное? Безумно, невероятно важное. Но что именно, никак не понять. Ее не покидало чувство неопределенной незавершенности, а самое ужасное было то, что она даже не догадывалась о его причинах. Оно просто было и все. Ныло внутри и не давало покоя.

Как и всегда, когда она понимала, что начинает запутываться, следом возникало желание снова увидеть Нео. Это вовсе не значило, что она зависела от него или ждала от него чего-то – нет. Просто он обладал удивительной способностью. При всей своей внешней динамичности и неугомонности, на окружающих людей он, как ни странно, производил совсем противоположный эффект. Или так было только с Леттой, но, когда она находилась рядом с ним, ей становилось спокойно. Просто она ощущала себя в безопасности.

Так и сейчас, спускаясь по лестнице и уже слыша, как он прочищает горло и гремит посудой, внутри у нее сразу все потеплело.

Следом за ней шла Кристина, но как только она увидела его – в одних штанах, с торсом, снова перемотанным бинтами, босого, разыскивающего что-то на верхних кухонных полках – на мгновение они остались в комнате наедине.

Их глаза встретились, и Летта замерла в ожидании. Его волосы были влажными после душа и потемнели. Совсем, как вчера от соленой воды. А глаза сияли даже ярче, когда на зеленые радужки падал солнечный свет из окна.

Она ждала, и мгновение между ними растянулось в бесконечную череду секунд.

Она ждала, органы внутри скручивались в узел от предвкушения, щеки горели.

Но чего именно она ждала, не знала и сама.

– Утро, – поприветствовал он девушек с прозрачным стаканом в руке и широко улыбнулся. Он приветствовал ее так каждое утро, лениво махнув рукой. Но почему-то сейчас она испытала глубокое разочарование.

– Доброе утро, – засунув собственные чувства куда подальше, она улыбнулась ему в ответ и отвела взгляд, в срочном порядке открывая шкаф и доставая оттуда графин с водой. В горле все пересохло.

– Ты не заболела? – обеспокоенно спросил у нее он, чуть наклоняясь. Но Летта отвернулась к столу и сосредоточилась на том, чтобы просто не промахнуться водой мимо стакана. – Все нормально? Эй, Летта.

Проигнорировав его, она поймала взгляд Кристины. Подруга внимательно следила за ней, чуть сведя брови. И это смутило ее еще сильнее.

– Все хорошо. Просто не выспалась, – как можно обыденнее выговорила она и осушила сразу целый стакан.

– Сама виновата, я тебя вчера никуда не тащил, – понимающе хмыкнул Нео и беспечно запрыгнул верхом на стол, выхватывая у нее из рук графин и наполняя собственный стакан. Стол при этом опасно накренился, жалобно скрипнув.

– О чем это вы? – с легким прищуром и полуулыбкой поинтересовалась Кристина.

– Вчера Летта потащила меня купаться на море посреди ночи. Я отнекивался, как мог, – наигранно возмутился руками Нео и послал девушке игривый взгляд. На этот раз она его поймала. И что только на нее нашло? Чего она так разволновалась? Все ведь хорошо. Все, как и всегда. Ведь так?

– Я потащила тебя? – округлив глаза, возмутилась она в ответ. – Да ты же пытался меня утопить! Избавиться от меня решил!

– Ого, и откуда в вас столько сил, только ведь из леса пришли, – хихикнула Кристина. – Может и мне начать с вами тренироваться? А то после дня в пабе еле добираюсь до постели.

– Не знаю, может Монолитом от того жмурика надышались, – весело пожал плечами Нео. – А на тренировки приходи, только не жалуйся потом.

– Ой, как страшно, – Нео скорчил рожу, за что Кристина швырнула в него диванной подушкой. Поймав ее на лету прямо в грудь, он картинно сморщился и «застреленный» повалился на пол со стола. Настроение у него сегодня было игривое, и Летта невольно заулыбалась, давая себе еще одну мысленную пощечину. И что на нее, в самом-то деле, нашло?

Вскоре к ним спустился и заспанный Лиам. В руке у него была зажигалка, которой он нервно чиркал, повалившись на диван, но сигарету так и не достал. Летта пожелала ему доброго утра, но он лишь коротко кивнул ей, даже не обернувшись. А вот у него настроение было хуже некуда.

– Жмурика открыли? – сходу спросил он, а Нео отрицательно покачал головой, пытаясь нашарить под гамаком мятую футболку.

– Не-а, Лекса ждет нас. Наверняка, скоро сама придет сюда и будет орать.

Заставлять ее ждать они не стали. Никто не хотел слушать, как орет Лекса. Как только Нео оделся, все они отправились туда, где ночью оставили свою находку – в зал собраний.

На улицах было людно, и снова видеть знакомые лица было невероятно приятно. День был солнечный и безветренный, в воздухе витали ароматы ирисов, которые начали распускаться в цветочных горшках. И все плохие мысли тут же покинули голову Летты. И чего она так переживала? Ведь все же в итоге закончилось хорошо. А Нео… Нео все тот же Нео. Вот он, идет с ней рядом и потирает красный нос, сетуя на подступающую аллергию на цветы.

По дороге им встретилась Лили – самая младшая ученица Хло – и с разбегу запрыгнула на ногу Нео, обхватив ее и руками, и ногами сразу. Так он и шел с маленьким препятствием, чуть прихрамывая и подшучивая над ней до самого круглого здания. Уже здесь ему пришлось отлепить от себя ребенка. Потому что дальше детям вход был пока что воспрещен.

– Наконец-то, – постукивая пальцем по столу, за которым сидела, прокомментировала Лекса.

Здесь же были и Алан с Оливией, вооруженные Монолитом. И – к удивлению Летты – Хло, которая сидела на корточках перед гробом и задумчиво искала что-то в одной из книг, что были разбросаны вокруг нее. Так вот почему она не пришла к ней утром вместе с Кристиной. Тут было кое-что поинтереснее.

– Нашла что-то? – Летта направилась прямиком к ней, присаживаясь рядом на пол и заглядывая ей через плечо.

– Ой, Летта! – Хло настолько погрязла в собственных мыслях, что и не заметила вошедших. На кончике ее носа сидели покосившиеся в сторону очки, а сама она смерила подругу воодушевленным взглядом поверх них. – Расскажи мне все! Где вы его нашли? Мне нужны подробности: что находилось вокруг, как выглядело, ощущалось, чем там пахло, все-все!

– Пахло там – словами не передать, – хохотнул сзади Нео, который по своему обычаю уселся верхом на стол и свесил ноги.

– Да, мы тоже оценили этот запах ночью, – подала голос Лекса и ее губы дрогнули в полуулыбке. – А без приключений у вас не бывает, да? Вот просто сходить в лес и принести немного Монолита? Ребята, ну серьезно. Где вы так долго пропадали?

– Все началось с того, что Нео проиграл в карты, – прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, начал Лиам. – Я бы запер его в подвале на пару дней в воспитательных целях.

– Если там не будет твоей уродливой рожи – я за.

Говорила в основном Летта. Она рассказала Лексе и о том, как им пришлось выдвигаться на поиски новых залежей и о нехватке еды. Но как только она добралась до части с шаманами, ее подхватил Лиам, не забывая опускать едкие комментарии в духе «яжеговорилим». А как только они добрались до части с руинами, рассказ продолжил Нео. И на этом моменте Хло вся превратилась в слух, периодически делая пометки в своем блокноте.

– Что за рисунки были там на стенах? Сможете изобразить? – первым делом спросила она, переведя взгляд с Летта на Нео.

Тогда Летта неосознанно повернулась к Лиаму, подумав о том, что тот с легкостью мог бы нарисовать точно такой же, но запоздало поняла, что сделала это очень зря. Потому что он тут же понял, о чем она подумала, и едва не уничтожил ее одним лишь гневным взглядом.

– Я попробую нарисовать их, – пообещала Летта, лишь бы никто не заметил их с Лиамом переглядок. А иначе он точно убьет ее. Зарежет во сне. – Потом.

– Вот значит как, – продолжая барабанить пальцами по столу, медленно проговорила Лекса, конкретно ни к кому не обращаясь. – Значит мы не знаем, кто этот человек и как он там вообще оказался.

– Да какая к черту разница? – не выдержал Лиам. – Нам нужен Монолит, так?

– Хло? – не обращая внимания на Лиама, Лекса обратилась к единственному человеку, кто мог знать хоть что-то.

– Я не нашла упоминания о подобном в книгах, – отложив блокнот, Хло поднялась на ноги, беря со стола кусок Монолита и аккуратно кладя его на крышку гроба. – Мы не знаем, кто этот человек. Не знаем, что будет, выпусти мы его наружу.

– Но? – задала вертящийся на языке вопрос Летта. И Хло повернулась к ней, задумчиво закусив губу.

– Но как открыть гроб я, кажется, знаю.

– Тогда чего мы ждем? – Лиам оторвался от стены и прошел в центр комнаты, но путь ему преградила поднявшаяся Лекса.

– Остынь, Лиам.

– Мы пробовали отколоть кусочек при помощи магии – не вышло, – подал голос, стоящий до этого в стороне Алан. – Даже зачарованные пули не взяли.

Выслушав его, Хло согласно закивала.

– Обычный Монолит очень хрупкий, даже рукой можно расколоть, – подтвердила она, проведя ладонью по светящемуся голубым массиву. – Но этот запечатан магией. Она даже чувствуется, когда проводишь рукой. Кристалл на шее сразу начинает вибрировать.

– Так как его открыть? – нетерпеливо перебил ее Лиам.

– Уж ты-то должен знать, – переведя на него взгляд, хмыкнула Хло. – На торговой площади Ночных все усыпано такими безделушками. Маги делают из Монолита прочные шкатулки и небольшие ящички. Такие, что их ничем не разбить. Очень удобно для хранения ценных вещей.

– Я, знаешь ли, к Ночным не за шкатулками хожу, – многозначительно хмыкнул Лиам. Летта невольно поморщилась.

Окинув Лиама презрительным взглядом, Хло вздернула нос и, поджав губы, перевела взгляд на Алана.

– Вы вдыхали магию в себя. А надо было поступить наоборот.

– Это как это? – не понял Нео.

– А вот так, – Хло указала рукой на камень Монолита, который она положила на крышку гроба. – Монолитом надо накачать не себя, а эту огромную шкатулку. Так активируется вложенная в нее магия, открывающая замок. Так же работают и те маленькие шкатулки.

– Спасибо за дли-инную лекцию, – Лиам обошел Лексу, которая потеряла к нему всякий интерес и прислонился спиной к столу так, чтобы гроб оказался прямо перед ним. – Но, все-таки, чего мы ждем?

– А что ты предлагаешь, просто взять и открыть его? – нахмурилась Лекса.

Теперь все они столпились вокруг гроба с едва дышащим внутри него человеком. Летта слушала их рассуждения так, словно ее это вовсе не касалось. Все ее внимание захватил воротник черного камзола, методично вздымающегося на груди мужчины. Медленно вверх. И так же медленно вниз. Вверх. И вниз.

– Да, это я и предлагаю.

– А я поддерживаю, – подал голос Нео, теперь уже с серьезным видом уставившись на Лексу. – Надо открывать.

– Я не могу пойти на такой риск, – отрезала аловолосая, поджав губы. – Вы притащили в лагерь черти что. Непонятно чего от него ждать. А вдруг он опасен? Кто знает, для чего его заперли в том подвале?

– Опасен, значит убьем, – беспечно пожал плечами Лиам, а Летту в очередной раз передернуло от его хладнокровия.

– А остальные что думают? – подала голос Хло, переступая с ноги на ногу. Было видно, что она на стороне Нео и Лиама. Но интерес у нее был свой. Научный.

– Я не уверена, – честно призналась Летта, виновато взглянув на Нео. Но тот лишь ободряюще улыбнулся ей, мол – это твое решение.

– Я согласна с Лексой, – высказалась Кристина. – Все это мне не нравится. Оно того не стоит. Не зря кто-то запер его там.

– Твои грязные тарелки и подносы того не стоят, а за это, – Лиам гневно указал в сторону прозрачного гроба, – погибают люди.

– Я высказала свое мнение! – обиженно вздернула подбородок Крис, ничуть не стушевавшись под тяжелым взглядом серых глаз, которые сейчас застилали тени от длинных ресниц.

Алан и Оливия тоже высказались против, и Летта их прекрасно понимала. Там, за дверьми зала совещаний, гуляла их маленькая дочь, малышка Лили. Но с каждым новым словом Лиам раздражался все больше и больше.

– Это серьезное решение, – наконец, вновь заговорила Лекса. – Мы обязаны вынести этот вопрос на общее голосование. Не нам одним решать судьбу этого человека.

– Серьезно, Лекса? – издевательски процедил сквозь зубы Лиам. – Что, боишься брать на себя ответственность? Хорошенький же у нас командир.

– Заткнись уже, Лиам, – Нео сделал предостерегающий шаг в его сторону, но Лекса едва заметно качнула головой, останавливая его.

– Довольно! – было видно, что она разозлилась не на шутку, и ей стоило огромных усилий просто не выставить Лиама за дверь. – Все мы услышали твое мнение, но решать не тебе. Я все сказала. Собрание вечером. Расходимся.

Когда в голосе Лексы начинала звенеть сталь, ни у кого в здравом уме и рассудке не возникало желания спорить с ней. Даже Летта, которая в ее гневе замешена не была, почувствовала мурашки по всему телу. Она же первой направилась на выход. Рядом с ней Кристина, которая – Летта заметила это сразу – плотно сжимала кулаки. А Хло даже не стала собирать свои книжки, разбросанные по полу. Она шла сразу за ними.

Сейчас они обязательно усядутся за один столик в пабе и обсудят произошедшее. Летте уже не терпелось расспросить Хло об этом подробнее. Наверняка она знала больше, чем рассказала, или у нее просто были свои догадки на этот счет. А Кристине она обязательно поможет расслабиться и забыть о Лиаме. Она вот уже давно перестала реагировать на него так остро. И так понятно, что он задница.

И как только их дружная толпа почти добралась до двери, сзади послышался звук, с которым разбивается стекло.

Нет, звук был немного другим.

Она точно уже слышала его.

С таким звуком разбивается Монолит.

Внутри у нее все похолодело и ухнуло вниз. Время будто замедлило свой ход, она резко обернулась через плечо вместе с остальными, но ей казалось, будто она борется с толщей ледяной воды. Совсем как вчера, когда Нео убрал руки с ее спины.

Лиам одиноко стоял у изголовья гроба. На лице застыла слепая решимость, а когда он встретился взглядом с Лексой, на его губах заиграла усмешка.

– Упс, – только и выговорил он, поднимая кулак с крышки гроба, которую уже окутало голубоватой пыльцой.

Крышку вдруг сорвало в сторону с такой скоростью, что послышался свист. Лиам едва успел отскочить в сторону, а крышка тем временем врезалась в стену, чудом не оставив в ней дыру.

И тут случилось то, от чего сердце в груди пропустило удар. Летта забыла, как дышать.

Потому что мужчина с бледным лицом и темными отросшими волосами вдруг открыл глаза.

Его тело резко подкинуло в воздух, а после медленно перевернуло. И вот он уже опустился на землю на ноги и деловито поправил на плечах камзол, проверяя все ли пуговицы на месте. Откинув со лба отросшую челку, он спокойно, без единой эмоции, осмотрелся. Его радужка была абсолютно и непроницаемо черна.

Все без исключения застыли, наблюдая за незваным гостем, который оказался живее всех живых. Лишь Нео, стоящий чуть впереди, не глядя нашарил рукой застывшую Летту и заставил зайти себе за спину.

– Вы не подскажете мне, где я нахожусь? – вдруг подал голос мужчина. Он был бархатистым и однозначно очень приятным, он звучал тихо и вкрадчиво, но все услышали его так, будто он шептал им прямо на ухо.

– А ты не подскажешь нам, кто ты вообще такой? – первым нашелся Лиам, уже успевший схватить со стола камень Монолита и держа его наготове. Его колени были чуть согнуты, а спина вытянулась в струну. Он был готов атаковать в любую секунду.

– Кто я? – это была первая эмоция, отразившаяся на лице незнакомца – удивление.

И все замерло в тот момент, когда он раскинул руки в стороны и обернулся к застывшей у дверей толпе. Когда с его губ сорвалась тихая, но оглушающе громкая фраза. Фраза, отчего-то не вызывающая ни малейшего повода усомниться в ее правдивости.

– Кто я? – повторил он, вскидывая тонкий подбородок. – Я Бог.

Глава 28. Начало нового мира

– Я Бог, – с абсолютно серьезным лицом ответил мужчина. Его лицо было подобно древней статуе – никаких лишних движений. Все размеренно, спокойно и по делу.

Это было сложно объяснить, но он чем-то незримо отличался от всех людей, которых видела до этого Летта. От него ей словно вдруг стало холодно.

– Да что ты, – хмыкнул Лиам. Кажется, на него мужчина такого же эффекта не производил. – А я царица морская. Но опустим формальности. Лучше скажи сразу – ты буйный или как?

– Лиам… – предостерегающе бросила Лекса, но и сама она выглядела не менее растерянной, чем остальные.

Он продолжал сжимать в руке Монолит, но его поза стала гораздо расслабленее. И когда Летта увидела, что он разогнул колени, ей вдруг впервые стало за него страшно. А когда он протянул к незнакомцу руку, чтобы похлопать его по плечу, она и вовсе перестала дышать.

Пальцы так и не добрались до цели. Бог сделал едва уловимое движение головой, глянув на вытянутую руку, и Лиама в ту же секунду с силой отшвырнуло к стене и припечатало к ней.

– Ах ты сукин сын! – взревел он, пытаясь оторвать от стены руки. Мышцы напряглись до предела, натянув тонкую ткань футболки. Но их тут же с немыслимой силой припечатывало обратно. А все, что делал для этого Бог – стоял и задумчиво смотрел.

Летта осознала, что уже со всех ног несется к Лиаму только тогда, когда Монолит с грохотом повалился на пол и вдребезги разбился, осыпав парня голубыми искрами.

Но Лекса была быстрее и опередила ее. Она никогда не видела, чтобы человек двигался настолько быстро. Красный вихрь волос задел ее плечи, и вот она уже стоит напротив незнакомца и приставляет к его горлу острие меча, взявшегося из неоткуда. И почти в то же мгновение за ее спиной предостерегающе замер Нео, появление которого тоже оказалось для Летты неожиданностью. И как раз вовремя. Потому что, когда магия перестала прижимать Лиама к стене, он тут же ринулся на обидчика, уже покрывая руки опасной изморозью. Вокруг него похолодел и закристаллизовался воздух.

Как только он приблизился опасно близко, явно не собираясь отступать, Нео поднял руку и приставил уже свой клинок к груди друга.

– На чьей ты стороне, ублюдок? – черты лица Лиама исказились от гнева, а магия беспорядочно жалила холодом и чужих, и своих. Летта не видела его таким уже очень давно. И не понимала, что нашло на него – слишком ли многое накопилось за прошедшие дни или причина была в другом?

– На стороне здравого смысла. Угомонись. Если он и правда опасен, я лично его прикончу.

Что-то щелкнуло у нее за спиной. Это Алан и Оливия направили на Бога свои револьверы. Воздух вокруг трещал от напряжения. У Летты кружилась голова от всего этого, ее тошнило. Казалось, достаточно было лишь чиркнуть спичкой, и все вспыхнет.

Все были на пределе – она видела это по лицам друзей.

Все, кроме одного.

Бог с нескрываемым интересом рассматривал направленный в него меч, чуть склонив голову на бок. И о чем бы он не думал сейчас, на страх и опаску это было похоже меньше всего.

И тут он, будто почувствовав, что она смотрит, обернулся и заглянул ей прямо в глаза. Эти глаза не были похожи на человеческие. Два бездонных колодца непроглядной черноты.

И тогда, взглянув в его лицо, она только убедилась в том, что ему достаточно только моргнуть, и все оружие, направленное на него, вмиг разлетится в разные стороны, совсем как Лиам минуту назад.

– Я прошу прощения, – обернувшись к Лексе, спокойно заговорил Бог. – После долгого сна сложно сдерживать магию. Я должен был лучше контролировать себя.

Лекса долго колебалась, прежде чем опустить оружие. А Нео с Лиамом по-прежнему продолжали сверлить друг друга гневными взглядами.

– И ты пойми меня правильно, – четко выговаривала слова Лекса. – Нам не нужны неприятности.

– Я был рожден, чтобы избавлять людей от неприятностей, а не наоборот, – медленно развел руки в стороны Бог. Алан и Оливия все еще держали его на мушке, но он не обращал на них никакого внимания. Теперь его заинтересовал Лиам и иней, которым покрылись его волосы. – Занимательно.

– Чего уставился? – огрызнулся Лиам, скривившись.

– Магия стихии – редкая вещь, – он будто и не замечал состояние Лиама. – Но удивило меня другое. Я не ощутил магической силы ни в одном из вас, когда проснулся. Я был уверен, что все вы не обладаете магией от рождения. А сейчас этот юноша полон магической силы.

– Долго же ты спал, чувак, – выдохнул Нео, приподняв уголок рта. И опустил клинок.

– И все-таки, кто ты такой? – Лекса кинула быстрый взгляд на Алана с Оливией и те нехотя опустили оружие.

– Я уже сказал. Я Бог. Если говорить точнее – Бог Ночи и Тьмы. Мое имя Даниэль.

– Бог Ночи… И Тьмы? – Летту пробрала дрожь, и она запоздало осознала, что этот дрожащий голос принадлежал ей. И снова ее с головой окунули в два черных омута, лишая возможности дышать.

– Верно, милая леди. Вас что-то смутило?

– Недавно мы наткнулись на фанатиков, поклоняющихся богу ночи, – будто ощутив, как тяжело ей говорить, за нее продолжил Нео, верно уловив ход ее мыслей. – И они пытались убить нас во славу своему богу.

– О, – удивленно вскинул брови Даниэль. – К сожалению, всегда находятся люди, которые понимают волю Божью не верно. Интерпретируют ее так, как угодно им самим. Уверяю вас, что не имею никакого отношения к тем людям. Как вы видели, я спал. И, судя по вашей одежде и оружию, спал очень долго.

– Что за бог такой, который не мог сам выбраться из коробки? – скрестив руки на груди, вновь вскинулся Лиам.

– Так, все, – прикрыв глаза, Лекса сделала глубокий вдох и резкий выдох. Ее щеки покрылись красными пятнами, ее терпение явно было на исходе. – Нео. Летта. Уведите его отсюда. А с тобой, – она бросила острый, режущий взгляд на Лиама, – я позже еще поговорю.

Уходить сейчас было невыносимо обидно. Но Хло коротко кивнула ей, когда они выходили, а значит, позже ей доложат каждую деталь предстоящего разговора.

Нео держался как можно ближе к взбешенному Лиаму. А Летта не могла решить для себя – хочет ли она прибить его на месте, или же, наплевав на все протесты, крепко обнять, чтобы забрать себе частичку его боли, чем бы она не была вызвана.

Уже оказавшись на улице, Нео схватил Лиама за плечо и резко развернул к себе.

– Какая муха тебя укусила?

– Это тебя какая муха укусила? – Лиам больше не выглядел взбешенным, теперь он просто был раздражен, как и всегда. – Этот парень опасен.

– Так на хрена ты его сам же и выпустил?

– Мне нужно было достать гребанный Монолит, который я тащил на своем горбу три дня! Который я вытягивал из вонючей ямы, по пути за которым я дважды чуть не отдал концы! – сначала Лиам нехотя выговаривал слова, а после его словно прорвало. И остановить этот поток ругани не представлялось возможным. – А эта сучка Лекса слишком зарывается! Не ей решать судьбу этого долбанного гроба, потому что мы нашли его. Мы притащили его сюда! Да кто она такая, мать ее?

– Окей, тебя выбесила Лекса, я понял, – Нео изо всех сил старался держать себя в руках. – Но на черта ты нарывался на этого парня? А что, если он и правда бог?

Тут весь гнев Лиама вмиг слетел с лица. На смену ему пришло искреннее изумление и негодование.

– Ты, блин, серьезно? – наконец, выдохнул Лиам, совсем не весело усмехнувшись. – Он просто псих, надышавшийся Монолитом. Не существует никаких богов. Есть только мы. Мы и этот уродский мир. Только не говори, что поверил ему!

– Конечно, не поверил, – раздраженно буркнул Нео. – Но он ничего и не сказал толком. Поэтому такую возможность я бы… не исключал, наверное, – отведя взгляд, он наткнулся им на Летту, которая неосознанно поджала губы. – Кто его знает. А ты что думаешь?

– Я… – Летта запнулась под внимательным взглядом зеленых глаз. И, как наяву, этот притягательный цвет вдруг начал темнеть, и вот перед ней уже вовсе не Нео, а кто-то… что-то большее, чем просто человек. – Я ему верю.

– Чего? – Лиам выглядел ошарашенным по-настоящему.

– Да. Мне кажется, что он и правда Бог.

– Да ты спятила, куколка.

– Если он и правда Бог, – мысли складывались в единую картинку на ходу. Ей и самой даже подумать было страшно о том, что она сейчас говорила. Но эмоции переполняли настолько сильно. – Он ведь спал, так? Может поэтому в мире все стало настолько плохо? А что, если теперь все изменится? Было бы здорово, верно?

– Да, было бы здорово, – согласно кивнул Нео и мягко улыбнулся. – Но я бы все равно пока не спешил радоваться.

Летта и сама понимала, что Нео прав, но остановить слепую надежду, разгорающуюся в груди, было уже невозможно. Она шла по широкой улице, залитой светом, но не видела ничего, кроме мира, который рисовало ее подсознание. Мира, где в лесу не нужно бояться каждого шороха. Мира, где темнота ночи не таит в каждом своем уголке смертельную опасность. Мира, где можно смело выйти на свет, не боясь, что вместо уютного костра тебя встретят сидящие в засаде Светочи. Мира, где люди не убивают друг друга за кусок камня.

– Мне не нужны няньки, – через какое-то время заявил Лиам. – Хватит уже за мной ходить.

Он свернул в сторону паба. И что-то подсказывало, что он пошел туда не для того, чтобы подкрепиться.

– Нам же лучше, – Нео обернулся к Летте и поднял уголок рта, заговорчески прищурившись. – Вернемся?

– Спрашиваешь еще!

Когда они вернулись в зал собраний, народу там стало больше. И в целом атмосфера стала в разы спокойнее.

Теперь Даниэль сидел за столом, внимательно слушая то, что говорила ему Хло, при этом возбужденно жестикулируя и показывая ему что-то в книге. Лекса стояла в пол оборота к ним, облокотившись на краешек стола и задумчиво хмурилась, скрестив руки на груди. Краем глаза она постоянно поглядывала на Бога, будто ожидая от него удара в спину. Кристина же, вместе с остальными с интересом наблюдала за всем этим, устроившись на деревянных скамейках чуть поодаль от остальных.

Нео с Леттой перекинулись беглым взглядом, после чего парень первым пошел вперед. И снова было ощущение, что он сделал это намеренно, будто прикрывая ее собой от возможной опасности.

– Узнали что-то? – спросил он у Лексы, останавливаясь напротив. Хло кинула на него недовольный взгляд, запнувшись на полуслове, а Бог даже не обратил на подошедших внимания.

– Узнали кое-что, – напряженным полушепотом заговорила девушка. – Кем бы он ни был, но обычным человеком его явно не назовешь.

– Это еще почему?

– Ему не нужен Монолит, чтобы колдовать, – покосившись на незваного гостя, Лекса нахмурилась еще сильнее. – Прошло достаточно времени, чтобы пыль выветрилась из него. Но он все еще может двигать предметы взглядом. А еще…

– Что? – нетерпеливо выпалила Летта, боясь даже смотреть в сторону Даниэля. Это так волнительно! Она ведь еще ни разу не видела настоящего Бога!

– У него на шее нет кристалла.

– Что? – Летта удивленно моргнула. – Может где-то еще…

– Совсем нигде нет, милая леди, – вдруг послышалось из-за стола. И ее будто пронзило изнутри, когда она ощутила на себе взгляд Бога. Пронзительная безграничная сила. – До того, как я уснул, людям не нужны были кристаллы.

– А когда вы уснули? – смотря себе под ноги, смущенно спросила она.

– Это мы и пытаемся выяснить, – отозвалась Хло тем самым голосом, которым она учила ее читать. Тоном строгого преподавателя. – Боюсь, что прошло уже по меньшей мере сто лет… Сложно сказать, с тех времен мало что сохранилось.

С трудом, но Летта смогла поднять на него взгляд. Верила ли она ему до конца? Странно, но да. Он выглядел совсем, как человек, был не очень высокого роста, щуплый. Но рядом с ним она ощущала себя маленькой букашкой, никчемной и бесполезной.

Магию нельзя было увидеть глазами. Но когда ее настолько ужасающе много, как оказалось, ее можно было почувствовать. Это было похоже на силу гравитации, увеличенную в четыре раза. Только работала она наоборот – не притягивала, а отталкивала. Так и с Даниэлем – Летта чувствовала его мощь настолько сильно физически, что удивлялась, как у нее до сих пор кровь носом не пошла, а земля не начала трястись под безумным напряжением.

– Точная цифра не так важна, я уже и так все понял, – признался Даниэль и поднялся на ноги. – Значит, нам все-таки удалось победить драконов. Отрадно.

Летта округлила глаза и перевела взгляд на Хло, которая смотрела на Даниэля с не меньшим благоговением, чем она сама.

– Да, – кивнула она Летте так, будто это она сама только что завалила всех драконов на планете. – Помнишь, я рассказывала тебе об обряде Трех? Кажется, теперь все встало на свои места.

– Верно, – коротко кивнул Бог и начал медленно вышагивать по центру зала, поочередно заглядывая в лица присутствующих. Взгляд не отвели только Нео и Лекса. – В те времена человечеству досаждали драконы. В один момент их стало слишком много, и питались они отнюдь не фруктами. Практически сразу понятно, насколько большую угрозу они представляют для человечества. Я пытался научить самых способных магов защищать себя самостоятельно, но все было тщетно. Людская магия не способна пробить чешую дракона.

Летта обернулась на Нео. Он поджал губы и нахмурился. Конечно. Ведь он так восхищался драконами, мечтал встретить хотя бы одного живого, устроил настоящее жилище среди костей одного из них. Кому будет приятно слушать, как твою мечту сравнивают с землей парой небрежно брошенных фраз?

Протянув руку, она коснулась пальцами тыльной стороны его руки, желая напомнить ему, что она рядом и понимает, о чем он грустит. А он, внешне оставаясь таким же заинтересованным, мягко взял ее за руку и, переплетя их пальцы, дернул чуть ближе к себе.

– Тогда мы – Боги – не могли оставаться в стороне, – продолжал Даниэль, а все слушали его, кажется, даже не дыша. – Ведь мы были созданы именно для этого. Оберегать людей.

– Мы? – нарушил монолог Нео. Было так странно слышать еще чей-то голос, кроме размеренного и бархатного баритона Даниэля. Летта даже невольно поморщилась, но тут же мысленно отругала себя.

– Нас трое. Три Бога, – резко остановившись на месте и обернувшись к Нео, ответил Даниэль. На нем он остановил особенно долгий и внимательный взгляд. – Чтобы избавиться от драконов мы провели обряд Трех. Его суть очень проста. Мы собрали всю нашу общую магию воедино, в один точный удар.

Краем глаза Летта заметила, что Хло досадливо поджала губы. Конечно, всезнайке Хло было мало такого обобщенного описания. Ее интересовали подробности! Каждая мельчайшая деталь. И, зная ее, Летта была уверена, что она еще доберется до Даниэля, чтобы выпытать из него все. Что может быть сильнее жажды знаний? Разве что необъяснимый страх перед самым настоящим Божеством.

– У вас получилось. Драконов больше нет, – коротко кивнула Лекса, все еще хмурясь. Верит ли она ему так же безропотно, как Летта? Или же, как Нео, жаждет доказательств?

– Да, но видимо что-то во время обряда пошло не так, – досадливо развел руками Бог. – Потому что все, что случилось после – я уже не помню. А очнулся я уже здесь. Видимо, нам пришлось отдать куда больше сил, чем мы рассчитывали. А на их восстановление ушло много лет.

– Но ведь вы всех спасли! – Кристина не скрывала своего восхищения, ее голубые глаза блестели от выступивших слез.

Даниэль обернулся к ней и сдержанно улыбнулся.

– Но, как я понял из рассказа этой милой девушки, – теперь он улыбнулся уже Хло, которая заметно покраснела под его бездонным взглядом, – людям пришлось нелегко, когда их покинули Боги.

– Но это же не проблема для Бога, так? – в голосе Нео послышался едва различимый сарказм. Летта чуть сильнее сжала пальцы, хоть и понимала, почему он делает это. Он проверяет его. Прощупывает.

А Бог, кажется, не уловил его недоверия. Потому что мягкая улыбка досталась и Нео, которому от нее явно стало как-то не по себе. Зато пропустило удар сердце Летты, которая стояла рядом.

– Как твое имя? – внезапно спросил он.

– Нео.

– У тебя очень объемный источник магических сил. Я ощущаю его даже когда он пуст.

– А толку-то, – беспечно фыркнул Нео и постучал ладонью по поясу с прикрепленному к нему револьверу. – Этот малыш понадежнее будет.

Даниэль перевел задумчивый взгляд на кобуру и надолго замолчал. А после вновь поднял взгляд и уставился ему прямо в глаза.

– Да, – просто выдохнул он.

– Да – что? – не понял Нео. Летта невольно плотнее прижалась к его плечу.

– Девушка с книгой рассказала мне о врагах, что досаждают вам. Да. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы избавить мир от новой нечести.

– Но? – вскинул бровь Нео, а Летта, решив, что это уже перебор, незаметно пхнула его локтем под ребро.

Это не укрылось и от взгляда Даниэля, и тот впервые за все время разговора хмыкнул. В темных колодцах его глаз, кажется, даже промелькнули отголоски веселья.

– Но для начала я должен сам взглянуть на них. Я ведь даже не знаю, о ком идет речь, и насколько силен враг. Я проснулся в месте, где раньше стоял большой и безумной красоты город. Фламма. Прямо на этом месте находился священный храм Люмии – дом Богини Света. Я все еще чувствую святую землю у нас под ногами. Людям не нужны были побрякушки, чтобы колдовать или просто дышать. И не было ни одного человека, кто не знал бы, кто такой Темный Бог. Не было тех, кто сомневался в правдивости моих слов. Поэтому, юноша… Нео. Сделайте мне маленькую поблажку и дайте немного времени.

Нео удивленно моргнул, а после нахмурился и как-то даже виновато кивнул.

А когда Даниэль отвернулся и отошел от них в сторону Лексы, он наклонился к Летте и шепнул ей на ухо так, что от горячего дыхание защекотало кожу:

– Тут что, храм был? Вот блин, а я там за углом матерился после собраний. Та, другая Богиня разозлится, да?

Летта тихонечко рассмеялась. А тем временем Даниэль встал напротив Лексы и деловито поправил воротник камзола.

– Здесь есть кто-то, кто смог бы отвести меня туда, где можно встретить этих ваших демонов грехов и Светочей?

– Так сразу? – удивленно вскинула брови Лекса и задумчиво провела большим пальцем по рукоятке меча, лежащего на столе.

– Почему бы и нет. Чего ждать?

– А разве тебе… ммм, – запнулась Лекса и слегка покраснела. – Богам не нужно есть или спать?

– А, это, – понимающе кивнул Бог и сдержанно улыбнулся. – Иногда. Для разнообразия. Но я, как вы могли заметить, – Даниэль повел рукой в сторону открытого гроба, – уже выспался.

Лекса смущенно отвела взгляд. Кажется, даже она ощущала на себе давление невиданной силы. Но, все же, этого было недостаточно, чтобы сломить ее. Поэтому она тут же приняла бесстрастный вид и обернулась в сторону Алана.

– Возьми Карла и Алана. Возьмите у Кирка Монолит и побольше неона. Мы выдвигаемся прямо сейчас.

Вот и все. Пара коротких фраз, и все снова превратилось в движение. Часть наблюдателей, поняв все без слов, поднялась со скамеек и нехотя поплелась на выход, с любопытством оглядываясь через плечо. Часть дождались особого приглашения на выход от Лексы, в том числе и Хло, которая нарочито долго собирала книжки. А Нео, выпустив руку Летты, бросился к Лексе с претензиями.

– А я? – казалось, что даже волосы у него встали дыбом от крайнего негодования.

– Что, ты? – устало вздохнула Лекса. Прежде чем повернуться к Нео, она прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Кажется, денек у нее сегодня был так себе.

– Я пойду с вами.

– Нет, ты не пойдешь с нами.

– Почему? Я готов!

– Нео, – черты лица Лексы чуть смягчились, а его имя она произнесла ласково, даже как-то по-матерински. – С тебя и так уже хватит. Отдохни. Я сама пойду с ними, ясно?

– Ты пойдешь? – округлил глаза парень, вмиг растеряв всю спесь от удивления. – Но ты никогда не выходишь наружу. Кто будет следить тут за всем?

– Вот ты и последи, – мягко улыбнулась она и поспешила удалиться, чтобы предотвратить его следующий вопрос. А проходя мимо Летты она тихонько добавила. – А ты последи за ним.

– Поняла, – с трудом сдерживая улыбку, кивнула Летта. – Нео, я есть хочу.

– Даже не пытайся утащить меня отсюда хитростью. Я же не идиот! – прищурившись, Нео снова попытался пробиться к Лексе, но тут сзади подошла Кристина и положила руку ему на плечо.

– Знаешь, Виолетта нашла в погребе немного свинины. И я знаю, как выпросить у нее пару стейков.

Нео резко остановился и скривился, как от зубной боли. Он кинул в сторону Лексы последний взгляд, полный внутренней борьбы с самим собой. Он колебался, но все решила последняя фраза Лексы.

– В следующий раз – ты с нами. Обещаю.

– Конечно, себе все самое интересное забрала, – буркнул он себе под нос, недовольно покосившись на Кристину. – Так мы идем уже или как?

Бог проснулся всего пару часов назад, а в пабе все уже во всю обсуждали его. Усевшись на подушки у камина с чашкой чая, Летта с удивлением для себя узнала от подсевшего к ней Майкла, что Даниэль был настолько высок, что Лексе пришлось спрятать его в лесу. А еще у него за спиной торчали черные крылья, как у Нексы, а земля под его шагами растрескивалась. Переубеждать его в обратном не хотелось, у мужчины был слишком восторженный вид.

Но в итоге это сделала Хло, подсевшая к ним с тарелкой супа. Она разнесла в пух и прах все, что удалось выяснить Майклу, и тот ушла от них, кажется, даже немного обидившись.

– Да ладно тебе, он бы потом сам все увидел, – пожурила ее Летта, но Хло лишь неоднозначно пожала плечами, размахивая в воздухе ложкой.

– Так все это странно, да?

– Еще бы, – согласилась Летта. – А ты что думаешь? Неужели мы и правда нашли самого настоящего Бога?

– Я уверена, что он и правда Бог, – отставив тарелку, Хло изменилась в лице и теперь выглядела серьезной, как никогда. – То, что он рассказал мне об обряде Трех, расставило все по полочкам, понимаешь? То, что раньше было мне непонятно, теперь выглядит логичным и понятным. Я всю жизнь пыталась узнать об этом больше, а он просто явился сюда и уже знал ответы. А еще, ты ведь… Ты видела?

– Его глаза? – понимающе кивнула Летта.

– Да. Я такого еще никогда не видела.

– Я тоже.

Летта немного помолчала, уставившись на обуглившиеся дрова в камине, которые поджигали еще вечером, и кучу золы. А в голове у нее крутился только один вопрос:

– Как думаешь, он и правда все исправит?

Хло не спешила отвечать, стуча ложкой по полупустой тарелке. А вокруг них, как фоновый шум стоял гул множества возбужденных голосов. Наверное, этот же вопрос прозвучал с еще нескольких столиков.

– Я думаю, что если не он, – медленно проговаривая слова, Хло поставила на пол пустую тарелку, – то уже никто ничего не сможет сделать.

Домой Летта направилась уже ближе к вечеру. Давненько она не разговаривала так много. Даже щеки болели от частого смеха, а горло першило от слишком большого количества сказанных слов.

Нео отправился к Ночлегу примерно час назад. Он не говорил ей, куда именно идет, но она знала и так. Он и так уже слишком долго не заглядывал в окна серого здания, в надежде увидеть лица своих родителей.

Поэтому теперь, проводив все еще возбужденную и полную надежд Хло до дома, она шла по полупустым улочкам к дому одна.

Иногда очень не хватает одиночества. Когда чужих голосов вокруг становится слишком много, умиротворяющая тишина ощущается особенно остро. Так проще расслышать собственные мысли. Так легче понять, что действительно важно.

У нее было ощущение, что мир уже начал меняться к лучшему. Она шла по узкой улочке и представляла, как она становится шире. Как вырастают вверх дома, как красивый собор снова возвышается над густо заселенным городом. А с его крыши обязательно должно быть видно море.

Теперь все обязательно изменится. Они больше не одни. Теперь за этим миром снова есть кому присмотреть.

Она верила в это всем сердцем.

Уже подходя к дому, она с удивлением заметила темное пятно на их покатой деревянной крыше. А приблизившись узнала Лиама, который лежал на ней, закинув руки за голову. Над ним виднелся серый дым – он снова курил. Было видно лишь подошвы его ботинок.

И как он додумался до того, чтобы просто вылезти из окна спальни и завалиться на крышу? Это же гениально! Наверняка, оттуда открывался потрясающий вид на закатное небо. Конечно, здесь не так высоко, как на высотке у Ночных, но все же.

Зайдя в дом, она схватила с дивна колючий шерстяной плед и бодро взобралась по лестнице, а дальше и в свою комнату. Открыла окно и высунулась из него, боязливо хватаясь за раму.

Она чувствовала, что, несмотря на его выходку сегодня, ей его не хватало. Она очень привязалась к ним с Нео, как к никому другому. Еще бы, ведь они проводили так много времени вместе. А тут, в лагере, разбредались кто куда. Наверное, у нее вошло в привычку натыкаться на его колючие иголки, пытаясь угадать, насколько сильно они попытаются ужалить на этот раз.

Или на какое-то время спрячутся под кожу.

– Эй, – тихо позвала она, понимая, что сама ни за что не решиться встать на подоконник с ногами. Вот дела, а не она ли сама не так давно вышла из окна своей старой комнаты? – Лии-ам.

Спустя пару мгновений из-за края крыши показалась его недовольное лицо. Точнее – половина лица. Длинная челка повисла вниз, окружив его лицо темным лохматым ореолом.

– Опять ты, – недовольно пробурчал он. – Чего тебе?

– Я тоже хочу подняться, – призналась она. – Я принесла плед.

– Это мое секретное место вообще-то.

– Уже не секретное, – пораскинув мозгами, оповестила она. А он закатил глаза, и вскоре из-за края крыши показалась еще и его рука.

Схватившись за нее, Летта почувствовала, как ее резко дернули вверх. Когда ее ноги оторвались от подоконника и зависли в воздухе, эта идея уже не казалась ей такой потрясающей. Но как только Лиам все-таки затащил к себе, и она увидела горизонт серой пустыни, окрашенный в алый, розовый, оранжевый и фиолетовый, все мысли покинули ее.

Осталась только она, крыша, плед и слепящее оранжевое солнце. Кажется, она наконец поняла, какое время суток было ее любимым.

– Это уже второе секретное место, в которое ты вторгаешься, куколка, – проворчал Лиам, сидевший рядом с ней. Достав откуда-то из-за спины почти пустую бутылку, он осушил ее до дна. Он был пьян.

– А что, есть и третье? – она наблюдала за его ровным профилем, подсвеченным оранжевым. Его пьяные глаза блестели на солнце, он жмурился, но не отводил взгляд от горизонта, молчаливо провожая оранжевый диск.

– Есть. Но туда я точно больше никого не впущу, – хмыкнул он, подняв уголок рта. – Особенно тебя.

Он замолчал. И они еще долго сидели молча. До тех пор, пока солнце не закатилось за край земли окончательно. А после на небе привычно показалась луна.

Он не говорил ни слова. Но почему-то сейчас Летте казалось, что это молчание было гораздо громче крика. Теперь, когда она знала о нем слишком много, ей удавалось уловить мелодию его настроения.

И сейчас, когда он достал из кармана куртки, откинутой на крышу, очередную бутылку, и отпил, Летта только убедилась в этом. Одиночество. Слепая боль.

Все точно так же, как и в видении. Она знала, как эти чувства звучали у него внутри. На самом деле, почти так же, как и у нее самой. Только гораздо громче. И в другой тональности.

– Если ты искал способ забыть о боли, то это точно не он, – первой нарушила тишину она, кивнув на бутылку.

– С чего ты взяла, что мне больно? Наоборот, куколка, мне очень даже хорошо, – сделав еще один глоток, он криво заулыбался одним уголком губ.

– Говорю, что вижу.

– А ты уверена, что мне интересно это знать? – отставив бутылку, он обернулся и остановил взгляд сначала на ее глазах, а после опустил его на губы, отчего она невольно их облизала.

– Не уверена, но какая мне разница? – пожав плечами, она смущенно отвернулась. Он смотрел на нее слишком долго. Слишком прямо. Слишком жадно.

А когда он снова приложился к бутылке, она отняла ее у него, и сама сделала большой глоток.

– Ого, мне казалось, что ты хорошая девчонка, – хмыкнул Лиам, забирая бутылку назад. Когда их пальцы при этом соприкоснулись, снова возникло чувство неловкости, но это была очень странная неловкость. Потому что ее хотелось испытать еще.

– Так тебе меньше достанется. Просто спасаю тебя.

Лиам замолчал, и она чувствовала, что он по-прежнему не сводит с нее взгляд, но сама больше не поворачивалась. Она боялась. Но чего именно не знала.

– Может и мне правила расскажешь?

Тембр его голоса изменился. Он стал ниже, добавилась хрипотца. Летту бросило в дрожь от этого голоса, и она повернула голову. Теперь Лиам сидел ближе, почти вплотную к ней.

Хотелось отодвинуться, но она этого не сделала.

– Правила чего? – прошептала она. Говорить громче больше не получалось.

– Игры, которую ты тут затеяла, куколка, – до ее лица долетело горячее дыхание с ароматом текилы и никотина.

– Ничего я не затеяла.

– Да? А вот меня не покидает ощущение, что тебе есть, что сказать. Ну-ка, не стесняйся. Я не кусаюсь. По крайней мере, до полуночи.

Летта вздрогнула, вдруг ярко представив, как его зубы с чуть выступающими вперед клыками впиваются в кожу на ее плече.

Наваждение быстро было выставлено прочь.

Но на коже так и осталось фантомное ощущение чужого прикосновения. Прикосновения колючих небритых щек. И неожиданно мягких губ.

Кажется, она окончательно чокнулась.

И чтобы прекратить все это, она заговорила. Еще секунду назад она не собиралась этого делать. А теперь у нее вдруг нашлось, что сказать. Эти слова уже давно сложились в голове, просто она сама этого еще не знала.

– Ты ведешь себя так, будто ненавидишь весь мир, – начала она, и с каждым новым словом, это удавалось все легче. – Но ты притворяешься. Ты первым лезешь в драку, чтобы никто не ударил первым тебя, но… – сделав короткие вдох и выдох, она заставила себя посмотреть ему прямо в глаза. – Но я не хочу драться с тобой.

Только скулы дернулись на его лице, взгляд же оставался все таким же холодным и неприступным.

– Придется, – вдруг тихо сказал он на выдохе и отвернулся.

Летта еще долго смотрела на его отстраненный профиль, понимая, что он только что сделал не то, чтобы с десяток шагов от нее подальше, а скорее мысленно перебрался на соседний континент.

Что ж, она попыталась. Предложила ему свою дружбу. Свой союз. При том, что у них и выбора-то особого не было, им слишком многое приходилось делать вместе.

Но больше всего ей хотелось, чтобы он понял, что вовсе не одинок. Что бы не случилось с ним в прошлом, теперь у него есть она и Нео. Но он упрямо отказывался признавать очевидный факт, и отстранялся все дальше, и дальше, и дальше.

Боялся ли он потерять снова? Или была другая причина?

– Ты кое-что обещала, – то, что он заговорил с ней первым, было крайне неожиданно.

Летта снова повернулась к нему, и ее удивило то, что она заметила на его лице. Всего на мгновение, и возможно ей просто показалось в темноте ночи.

Это было поражение. Взгляд человека, который с позором проиграл.

– О чем ты? – настороженно спросила она.

– Я хочу нарисовать тебя.

– Сейчас? – растерялась Летта.

– Сейчас.

Не сказать, что она горела желанием позировать прямо на крыше, тем более что вообще-то уже собиралась идти спать. Но ведь и правда. Она обещала.

Лиам ловко повис руками на крае крыши и, раскачавшись, скрылся в темноте своей комнаты. А вскоре вернулся с большим блокнотом и простым карандашом, рвано и ассиметрично заточенный, казалось, обычным ножом.

– Что, прямо здесь? – на всякий случай, еще раз уточнила Летта, поежившись и плотнее закутавшись в плед.

– А что тебя смущает, куколка? Обещание – есть обещание.

– Ладно. Что мне делать?

Лиам смерил ее долгим задумчивым взглядом и снова приложился к бутылке. Летте было не по себе под его пристальным взглядом. Будто он без спросу заглядывал в самые глубокие уголки ее души. Трогал все руками и переставлял там все по-своему.

– Ляг, – наконец, приказал он. Летта послушно опустилась спиной на крышу, натянув плед до самого подбородка. – Говорю же, не укушу. Расслабься.

Она могла сделать все, что угодно, но только не расслабиться. Поняв это, Лиам цыкнул языком и подполз к ней поближе. А после он чуть приподнялся и навис над ней сверху, уперевшись обеими руками по обе стороны от ее головы.

– Расслабься, – полушепотом повторил он, и на этот раз его баритон звучал глубоко и успокаивающе. Она расслабила руки и отпустила плед, который тут же слетел с одного плеча и, подхваченный порывом ветра, расстелился одиноким крылом слева от нее. – Доверься мне, и я обещаю показать тебе рисунок, когда закончу.

Она прикрыла глаза. И тогда по ее волосам скользнули чужие пальцы. Летта приоткрыла губы и выдохнула от неожиданности. А Лиам продолжал вытаскивать локоны из ее косы и раскидывать их вокруг ее головы веером.

Она больше не боялась его. Ей было приятно.

А после его пальцы скользнули ниже. Она перестала дышать, когда он провел линию от виска к шее. А после ниже, ни на миг не прерывая касания. Добравшись до пледа, он зацепил указательным пальцем и его, и край воротника ее футболки. А после опустил их ниже, оголяя ее плечо. По нему тут же прошлись мурашки.

– Вот, – тихо сказала он. – Так очень красиво. И еще кое-что.

Все еще не открывая глаз, она вздрогнула, когда его горячие пальцы коснулись нижней губы и чуть оттянули ее вниз, приоткрывая ей рот.

И если бы он тут же не отнял пальцы, она точно вскочила бы и сиганула с крыши вниз. Потому что внутри при этом все начало с сумасшедшей скоростью сжиматься и разжиматься, скручиваться и ныть.

А дальше она слышала лишь скрип карандаша по бумаге и редкий всплеск жидкости в бутылке.

Она полностью расслабилась, ощущая, как прохладный ветер колышет ресницы, теребит волосы, разбросанные по крыше, щекочет кожу на оголенном плече.

Она не видела, но чувствовала на себе постоянный взгляд Лиама.

Она чувствовала, будто он ощупывает ее лицо цепким взглядом. Так, будто его пальцы до сих пор гладили ее волосы. Ее лицо. Ее шею.

Глава 29. Выстрел

Команда Лексы и Даниэля вернулись следующим утром. Их уже ждали. Многие так и просидели в пабе всю ночь, боясь пропустить момент, когда им удастся хотя бы одним глазком взглянуть на Бога. А тем, кто все-таки решил поспать, пришлось подняться тоже. Потому что Лекса объявила срочное всеобщее собрание.

Летта не удивилась, для нее это было очевидно. Поэтому и она была готова уже с самого утра, терпеливо восседая на подоконнике и выглядывая шевеление на узких улочках лагеря. Ее колени были закутаны в плед, а поверх него лежал сероватый плотный лист бумаги.

В очередной раз опустив на него взгляд, она провела пальцем по рваным небрежным мазкам угольного карандаша. Буря эмоций и хаос на одном листе. И все это удивительным образом сложилось в спокойное и умиротворенное прекрасное лицо. Ее лицо в центре вихря.

Она смотрела на рисунок уже несколько часов, но с каждым разом все меньше верила в то, что лицо спящей девушки, обрамленное ореолом из волнистых волос, принадлежало ей. Ведь оно было слишком…

Прекрасно.

Девушка на рисунке была настолько красива, что было трудно оторвать от нее взгляд. Изящные тонкие скулы, плавно перетекающие в чуть заостренный подбородок. Густые пушистые ресницы, пухлые, чуть приоткрытые в полу вдохе губы. Неужели, она и правда выглядит настолько… идеально?

С силой опустив лист бумаги на колени, она резко отвернулась к окну. И разрыдалась.

***

Когда на улице послышались голоса, она с облегчением – или с нехотью – спрятала рисунок под подушку, рядом с рацией, что дал ей Нео. Лиам взял с нее обещание, что она никому его не покажет.

Быстро собравшись, она спустилась вниз. Нео тоже был давно собран и ждал. А увидев ее появление, он слабо улыбнулся и отложил на стол револьвер, которому устроил контрольную чистку, хотя тот и без того был идеально чист. При этом на его футболке виднелось небольшое пятно давно высохшей крови, которое его нисколько не смущало.

Сердце сжалось, когда она улыбнулась ему в ответ, от странного чувства. Чувства застывшего мгновения. Будто пузырь воздуха внутри. Не хватало только чего-то острого, чтобы разорвать тонкую оболочку и вдоволь надышать кислородом.

Но все позабылось, едва они оказались в зале для собраний среди возбужденных жителей лагеря.

Сюда пришли все. Гул из взволнованного шепота нагнетал обстановку. Протолкнуться сквозь толпу было практически невозможно, но Нео шел впереди и расчищал ей путь. Некоторые начинали возмущаться, но, едва завидев, что идет Искатель, тут же затихали.

Им удалось добраться до первых рядов, но сидячих мест, конечно, уже не нашлось. Нео выглядел напряженным и настороженным. Но это чувство не смогло перекинуться на Летту, потому что она уже увидела его. Бога. И на его губах застыла спокойная полуулыбка, заставляющая верить, что вот оно. Теперь все точно будет хорошо.

– Тишина, – чуть повысив голос, Лекса подняла ладони вверх. И все тут же притихли. На ее лице виднелись следы усталости. – Наверняка, вы все уже слышали, кто этот человек.

Лекса обернулась на Даниэля, а Летта ожидала, что в ее взгляде снова промелькнет недоверие. Но этого не случилось. Она смотрела на него с нескрываем восхищением и благовением. А после, выдержав паузу, произнесла уверенное:

– Перед вами Бог Тьмы и Ночи. Его имя Даниэль. И он пришел к нам в самый трудный час, чтобы помочь.

Шепоток вернулся, но на этот раз не такой громкий. Все будто боялись быть услышанными самим Богом, боялись навлечь на себя его гнев. Но Даниэль, напротив, лишь потеплел во взгляде.

– Вы многое пережили, – тихо начал он, но его голос каким-то магическим эхом отскакивал от деревянных стен так, будто они находились в мраморном тронном зале. Его мягкий баритон отдавался вибрацией по всему телу. – Боги покинули вас на какое-то время, и вы имеете полное право злиться.

По залу витало любопытство, трепет и благоверный страх. Но точно не злость.

– Но вера не оставила вас в трудный час, – продолжал Бог, раскинув руки в стороны. – Вы не сдавались, и я могу гордится вами. Эти годы были вашим испытанием. И вы прошли его с достоинством. Теперь, вам положена награда. Награда за вашу непоколебимую веру, – Летта видела, как Нео удивленно вскинул брови, но на лицах остальных она видела безудержную надежду, а в глазах слезы. – Ваша мольба была услышана. Я вернулся. И я помогу вам сразить врага. Ваша вера придаст мне сил.

Летта верила.

Даниэль говорил еще долго, лаская словами и успокаивая. Заверяя, что отныне все изменится. И к моменту, когда он закончил говорить, казалось, ни у кого в зале не осталось сомнений в том, что перед ними Бог. Спаситель.

Летту действительно успокаивали речи Даниэля, но в какой-то момент ей захотелось больше конкретики. Как именно он избавит их от демонов грехов и Светочей? Как скоро? Под силу ли ему это?

Со всех сторон на Бога посыпались вопросы:

– Вы можете превращать предметы в Монолит?

– А летать… летать вы умеете?

– Я слышал, что вы можете превращаться в дракона!

– Пожалуйста, скажите, что стало с моей женой!

– Вы правда нам поможете?

Резко вскинув руку, Лекса попросила всех расходиться. Летта почувствовала легкое недоумение. Но тут староста добавила:

– Все Искатели, останьтесь. Есть одно дело.

Едва сделав шаг назад, Летта остановилась. Поток попытался утащить ее к выходу, но Нео придержал ее за плечо, не сводя взгляд с Лексы. Хотелось бы ей знать, о чем он думал сейчас. Быть может, это помогло бы ей разобраться с кашей в собственной голове.

Когда зал опустел и остались лишь немногочисленные Искатели, Летта присела на освободившуюся скамейку. Ей не терпелось услышать, что же еще хочет сказать Лекса.

– Ночью мы были у Оскверненных земель в лесу и видели демонов, – начала Лекса, повернув задумчивый взгляд на пустую стену с дырами меж гнилых досок. Сквозь них пробивался тусклый свет. – Даниэль узнал их. Оказалось, что демоны грехов существовали и во времена драконов.

– Только никогда не выходили наружу без спроса, – кивнул Даниэль и улыбнулся уголком рта каким-то своим мыслям.

– Значит, ты знаешь, как засунуть их туда, откуда они вылезли? – без лишних предисловий – прямо и в лоб, как обычно – спросил Нео.

– Видимо Монолит, когда падал на землю, расколол ее, – переведя взгляд на Бога, продолжила Лекса, замолкая после каждого предложения, тщательно подбирая слова. – И понаделал дыр между мирами. Нашим миром и миром демонов.

– Все что нужно сделать – залатать все дыры, – произнес Бог так, будто рассказывал о том, как нужно зашивать дырки в носках.

– Но. – Летта вздрогнула и повернулась на голос. Это был Лиам, который стоял справа от входа, облокотившись о стену и скрестив руки на груди. Он смотрел на Бога без тени страха и нагло ухмылялся одним уголком губ.

Она ждала, что Лекса осадит его, а то и вовсе попросит выйти вон. Но та вдруг поджала губы.

– Верно. Есть одно «но», – весело улыбнулся Бог и подошел к гробу из Монолита, который так и остался лежать посреди зала. Положив ладонь на его поверхность, он провел по ней пальцами и задумчиво произнес. – Хотел бы я знать, кто изготовил этот сосуд. Интересно…

– Это гроб. Тебя в нем похоронили, – безэмоционально отозвался Лиам. На этот раз Лекса стрельнула в него предупреждающим взглядом.

– Называй, как хочешь, – пожал плечами Бог, никак не отреагировав на явный выпад. – Но он спас меня.

– Разве Бог может умереть? – беззлобно, с явным интересом, спросила Оливия. Летта испугалась, что Бога мог обидеть этот вопрос, но Даниэль лишь спокойно улыбнулся.

– Нет, конечно, – он продолжал водить рукой по крышке гроба. – Но оболочка умереть может. Видишь ли, милая леди, если нанести Богу смертельное ранение, он не умрет, но переродится. Начнет все с начала, с младенчества, родившись в семье простых смертных. Все его знания и опыт обнулятся. Ему придется учится всему заново. И не известно, смог бы я закрыть лазейки Демонов, не помня, кто они такие и откуда ползут?

Ненадолго повисла тишина. Нетерпеливее всех оказался Нео. Побарабанив пальцами по скамейке, на которой сидел, он заговорил первым:

– Так в чем проблема-то? Может, тебе Монолита побольше вдохнуть и вперед?

– Мне не нужен Монолит, чтобы колдовать, – Даниэль будто очнулся ото сна, его взгляд вновь обрел твердость. А после он трижды постучал по крышке гроба. – Монолит обладает удивительным свойством впитывать и сохранять в себе чужую магию. – Летта невольно кивнула. Она уже знала об этом, именно так Ночные и делали свои уникальные побрякушки. – Я пролежал в нем сотню лет. Этот Монолит теперь, как негаснущий пожар, распространяющий мою магию по округе. Вы не чувствуете? – он перевел взгляд на собравшихся и понимающе покачал головой. – Конечно, не чувствуете. Ведь в вас сейчас нет магии.

– Я чувствовал, – признался Лиам. Конечно, ведь он успел вдохнуть Монолит вчера прямо здесь. – Ничего чернее и отвратительнее не видел.

– Лиам! – не выдержала Лекса.

– Он прав, – остановил ее Даниэль. – Для человека моя магия – тьма в чистом виде – опасна, если направлена против него. Но я никогда не направляю ее против тех, кто этого не заслужил. Так что вам нечего опасаться, – снова замолчав, он продолжил, посерьезнев еще больше. – Тьма и Свет. Одно не может существовать без другого. И в то же время, они могут с легкостью поглотить друг друга. Уничтожить.

– А поболтать он любитель, – весело шепнул Нео Летте, и та бесшумно захихикала.

– Тем не менее, мы с Богиней Света часто были вынуждены встречаться, чтобы решить особо важный вопрос. Но я бы никогда не смог даже близко подойти к ней, если бы только она этого не захотела. Точно так же и наоборот.

– Мы не совсем понимаем, – решился подать голос Алан, переглянувшись с Оливией.

– Простите, —Бог чуть склонил голову. – Кажется я увлекся. Перейду ближе к делу… Чтобы позволить Богине Света приблизиться ко мне, я должен был полностью запереть в себе свою темную магию. Так же и она. А этот сосуд, – он в очередной раз провел пальцами по крышке, – бесконечный источник темной магии, которую выключить нельзя. Богиня Света не смогла бы и на пушечный выстрел приблизиться к нему. Такова наша природа.

– Богиня Света? Почему мы о ней говорим? – нахмурился Нео.

– Потому что я почувствовал ее, как только мы приблизились к Оскверненным землям – как вы их называете, – Летта услышала, как от этих слов Нео удивленно выдохнул сквозь плотно сжатые зубы. – Полагаю, что Демоны нашли ее в таком же сосуде и спустили к себе. Зачем? Боюсь даже представить. Но судя по тому, что поток магии Света не ослаб ни на секунду, что мы провели там, она или уже пустой сосуд – находятся там. И мы обязаны вытащить ее оттуда.

– Ну так вытащи, ты же Бог, – пожал плечами Лиам.

– Ты не слушал меня, маг стихии, – покачал головой Даниэль. – Я не могу спуститься в мир демонов пока он заполнен ее светом. Я просто сгорю в нем. Это единственная моя слабость.

Лиам откровенно фыркнул, но никто уже не обращал на него внимания.

– Значит, вы хотите… – боясь даже озвучить свою мысль, начала Летта.

– Верно, милая леди, – мягко улыбнулся ей Бог, отчего она тут же сжалась. – Я не могу просто закрыть все проходы и оставить ее там. Вы должны спасти ее так же, как спасли меня. Как только вы это сделаете, я запру Демонов в их мире навсегда.

– Это безумие! – воскликнул всегда сдержанный Кирк. – Все люди, которые когда-то пытались пройти в расщелину вслед за демонами, больше не возвращались. Мы и понятия не имеем, что там!

– Поэтому я не стану сама выбирать, кто туда отправится, – сделав шаг вперед, стальным голосом ответила Лекса. – Я попросила вас всех остаться, чтобы найти добровольцев. Добровольцев, – повторила Лекса, сделав акцент на последнем слове. – Я пойду. Если больше никто не захочет, я пойму.

Нео тут же вскочил на ноги, чуть не свалив скамейку, на которой сидел.

– С ума сошла идти туда одна, Лекса? – практически прокричал он. В его глазах плескалась решимость и непоколебимость. – Я по-любому иду с тобой!

Лицо Лексы вдруг смягчилось, и она улыбнулась. Ее карие глаза чуть увлажнились.

– Я и не сомневалась в тебе, Нео.

У Летты закружилась голова. Это же… безумие. Перед глазами всплыл образ огромного Демона, надвигающегося на нее в лесу. Его утробное рычание. Запах крови и гнили. Острые когти и клыки.

Оливия тут же отказалась, ссылаясь на то, что у них с Аланом маленькая дочка. Никто их не осуждал. Остальные же напряженно молчали.

– Я с вами, – произнес твердый женский голос. И лишь когда все взгляды обратились на нее, Летта поняла, что голос принадлежал ей.

Она не испугалась, и эти слова не вырвались из нее против ее воли. Прикрыв глаза, она еще раз кивнула, уверяясь в своем решении.

Потому что, если Нео и Лекса оттуда не вернутся…

Она точно сойдет с ума. И будет всю оставшуюся жизнь медленно умирать изнутри.

– Я сегодня добрый, куколка, – хмыкнув, Лиам нарочито расслабленно и медленно прошел ближе к центру залы. Но как только она встретилась с его серым взглядом, ее буквально впечатало в землю непониманием и раздражением. – Поэтому, я сам очень попрошу всех присутствующих сделать вид, что из твоего милого рта очередная глупость вылетела чисто случайно.

– Все-таки не случайно, – упрямо покачала головой она, и отвернулась от него. – Я правда хочу пойти.

– Ты совсем сдурела? – сбросив с лица всю напускную расслабленность, Лиам опасно округлил глаза.

– Я не против, – к удивлению девушки, за нее вдруг заступилась Лекса. – Летта, если ты и правда готова пойти на это, и отдаешь себе отчет в том, как это может быть опасно, то ты можешь пойти с нами.

– Да она же… – прошипел Лиам, резко оборачиваясь к Лексе, но та его тут же перебила.

– Она уже большая девочка. И может за себя постоять, я лично обучала ее. Да, я не скажу, что она владеет оружием идеально, не скажу, что она в лучшей физической форме. Но мы понятия не имеем, что ждет нас там. Может, грубая сила там вообще ничего не значит. А Летта умеет не только махать кулаками, – не поворачивая головы, Лекса перевела на нее стальной взгляд и вдруг улыбнулась. – Я давно наблюдаю за нашей Спящей. Судя по тому, что я слышала и наблюдала лично, Летта умеет шевелить мозгами даже в самых стрессовых ситуациях. Это бывает очень полезным.

– Думаешь, демоны будут с вами ребусы разгадывать? – фыркнул Лиам, но Летта уже не слушала его. Она не могла сдержать благодарную улыбку, смотря на Лексу. Но тут почувствовала еще чей-то взгляд и обернулась. Это был Нео, и он хмурился. Тени от ресниц упали на его яркие зеленые глаза.

– А ты что думаешь, Нео? – настороженно спросила она у друга. Его мнение было важно для нее.

Парень ответил не сразу. Задумчиво пожевав губу, он вдруг резко выдохнул и хмыкнул каким-то своим мыслям.

– Ты не перестаешь меня удивлять, Летта, – его голос был пропитан теплом, и парень даже не пытался скрыть его. Совсем как тогда. В ночном море. Летта почувствовала, что вдруг начала краснеть. – Тебе решать, я не могу запрещать. Но пообещай, что не отойдешь от меня далеко.

– Значит, ты не против? – на всякий случай, уточнила она и мягко улыбнулась.

– Значит, не против, – хитро улыбнувшись, Нео медленно кивнул.

– Ой, меня сейчас стошнит, – закатил глаза Лиам. А после, не скрывая раздражения, бросил Лексе, не глядя на нее. – Записываюсь в команду смертников. Пойду собирать вещи.

А после резко развернулся на месте и широкими шагами направился на выход.

– Ты уверен? – с явным удивлением, бросила ему вдогонку Лекса. Но парень, даже не обернувшись, отмахнулся от нее рукой и вышел за дверь.

– Ого, – выдохнув удивление, пролепетала Летта. – Чего это он?

– Решил не бросать свою команду? – пожал плечами Нео, но все еще смотрел на дверь, которая захлопнулась за Лиамом только что, с прищуром.

– Думаю, больше добровольцы не нужны, – подвел итог Бог будничным тоном. – Не стоит вламываться к демонам целой армией. В идеале, вас не должны заметить.

– А вы бывали там? – обернувшись, спросила Летта. Но, как только Даниэль опустил на нее изучающий взгляд, прокляла себя за любопытство. – Ну, я имею в виду там… Внизу. Может, вы бы подсказали нам, что искать.

– Не бывал, – очень медленно проговорил Бог, слегка поджав губы. – Но как найти Богиню Света, подскажу.

Резко обернувшись, он лишь посмотрел на крышку гроба, а от нее тут же откололся кусок размером с человеческую ладонь. Подняв осколок с земли, он протянул его Лексе. Внутри полупрозрачного голубого камня вдруг заклубилось что-то темное, заворачиваясь в спираль.

– Это моя темная магия, которую впитал Монолит, – пояснил Даниэль. – Чем ближе к вам будет находиться Светлая магия Богини, тем тусклее станет темнота.

– Понятно, – подняв осколок перед своим лицом, Лекса задумчиво покрутила его между пальцев.

***

Собираться ей помогали Хло и Кристина. Девушки не умолкали ни на минуту, засыпая ее шутками и последними новостями, которые она пропустила. Но теперь Летту было трудно обмануть неискренними эмоциями. Она видела, что на самом деле они безумно переживали из-за этого всего, а в частности и за нее. Это было видно по рассеянным жестам, по непрекращающимся улыбкам, по складкам меж бровей.

А после, ближе к вечеру, Хло попросила Летту сходить с ней в одно место. А она до последнего момента не знала, куда именно подруга ведет ее, так ни разу и не выпустив ее руку из своей. Но идти было недалеко.

Вскоре девушки оказались на единственном зеленом клочке земли в лагере. В самой дальней его части, меж двух домов, среди зеленой коротко остриженной травы, из земли торчало с десяток каменных плит и надписями. У Летты по спине пробежались мурашки, когда она поняла, что это за место.

А Хло уже заученным движением, переступая через два надгробия сразу, оказалась перед совсем еще свежим – не успевшим почернеть от дождей. Присев перед ним на корточки, она ласково провела по нему рукой и сказала:

– Здравствуй, Филип.

Летта, не говоря ни слова, приблизилась к ней и села рядом, прикоснувшись своим плечом к ее.

Хло ничего не говорила и даже не плакала. Она просто сидела и слушала, как ветер с тихим шорохом колышет зеленую траву.

Сначала Летта не могла понять происходящего. Ведь это уже никакой не Филип. Это просто камень с его именем. Да и вряд ли он услышал тихое приветствие Хло. Но уже позже, прикрыв глаза, она поймала себя на мысли, что вспоминает его – лучшего друга Хло. То, как он смешно выпячивал грудь вперед, заявляя, что проводит ее до дома после паба, хоть и идти там было всего ничего. То, с каким энтузиазмом он доедал и свою порцию, и порцию Рика, после, чуть не подравшись с другом за последний кусок курятины. Что-что, а вкусно поесть он любил.

Летта плохо знала его, и он не был дорог ей. Но он был дорог Хло. И теперь она понимала, почему подруга привела ее сюда.

Открыв глаза, Летта приобняла подругу за плечи и, подавшись порыву, поцеловала ее в макушку.

А Хло тихо хмыкнула и оплела ее живот руками в ответ.

Так они и сидели, пока совсем не стемнело.

А утром Летту разбудил настойчивый стук в дверь.

***

Она собиралась в спешке. Рассеянно закидывала вещи в рюкзак, чтобы после вытряхнуть все содержимое на кровать и снова начать перебирать список необходимого в голове. Пожалуй, она впервые волновалась настолько сильно перед вылазкой. Не было ли ее решение принять в ней участие поспешным и опрометчивым?

Нервно откинув подушку, она замерла и наконец перестала метаться по комнате. Ее взгляд застыл на черной, перемотанной скотчем рации, которую дал ей Нео. И этот пластмассовый прямоугольник стал для нее ответом.

Она не могла не пойти с ним. С ними.

Недолго думая, она схватила рацию и кинула ее на самое дно рюкзака. А свой портрет, который так и остался на прежнем месте, она вновь накрыла подушкой.

Волосы, собранные в высокий хвост, черные непромокаемые штаны и плотная куртка, кнут на поясе и четыре камня Монолита там же. Лекса, Нео, Лиам и Летта покинули лагерь Песчаных еще до рассвета.

Летта помнила дорогу до места, где трава высохла, а земля покрылась трещинами и почернела.

Они разбили лагерь на возвышении, откуда было видно простирающуюся на несколько километров пустошь посреди леса. План был предельно прост: дождаться темноты, чтобы большинство демонов повылазило наружу. А после пробраться к расщелине, из которой они выходят и найти там дверь.

Конечно, никакой двери там не было и в помине. Летта уже несколько минут стояла на обрыве, не отводя взгляд от продолговатого шрама в земле, который слабо сиял алым цветом изнутри. А вокруг его – словно сосульки – обрамляли голубоватые кристаллы Монолита. Так близко, и так далеко. Даже Лесные, живущие неподалеку, не смели позариться на эти богатые запасы. Ведь приблизиться к ним – настоящее самоубийство. А они пришли сюда сегодня именно за этим.

– Нужно отдохнуть, – она и не заметила, как сзади к ней приблизился Нео и легонько коснулся сзади ее плеча. Летта вздрогнула и обернулась, попытавшись изобразить на лице подобие улыбки. Судя по тому, как нахмурился Нео, получилось у нее ужасно. Поэтому он тут же опустил руку и коснулся пальцами тыльной стороны ее руки. – Я буду рядом, ага?

– Ага, – кивнула Летта и поспешила в сторону их небольшого лагеря, где Лекса уже раскладывала спальные мешки. Поскольку вылазка планировалась ночью, спать они собирались днем.

Но спать никому не хотелось. Быстро перекусив сухими пайками, ребята расселись по кругу. Летта наблюдала за тем, как сгущаются сумерки. Скоро наступит ее любимое время суток. Взгляд невольно метнулся в сторону Лиама, который сегодня был непривычно молчалив.

– Поверить не могу, что скоро мы больше никогда не увидим этих злобных тварей, – нарушила тишину Лекса, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Пока своими глазами не увижу, не поверю, – тут же отозвался Нео, так, будто только и ждал, когда она это скажет.

– Так и будет, – Летта уверенно кивнула. Она и правда в это верила. Единственное, что беспокоило ее – сможет ли она лично увидеть мир, который они помогали сотворить. Мир, где больше не будет страха.

Лиам решил промолчать. Лишь его желваки заходили ходуном. Тогда Летта подумала, что лучше бы он снова вредничал и острил, чем так.

Они помолчали еще немного, после чего Лекса обвела всех задумчивым взглядом и слабо улыбнулась.

– Ребята, – позвала она, привлекая внимание. – А если все и правда получится… Если везде станет безопасно. Чем бы вы хотели заняться?

Летта честно задумалась. Чем бы она хотела заниматься помимо Искательства? Сложно сказать, ведь она еще недостаточно хорошо знала этот мир. Но первым заговорил Нео:

– Я бы остался в лагере, – пожал плечами он. – Это мой дом.

– А ты, Лиам? – повернувшись к нему, спросила Лекса. Парень поморщился, как от зубной боли, а после натянуто ухмыльнулся и как-то лениво произнес:

– Поселился бы в доме подальше ото всех вместе с кучкой моделей из Ночных и огромным баром.

Летта поморщилась, четко уловив ничем не прикрытый сарказм.

– Нужен ты больно этим моделям, – хохотнул Нео, уворачиваясь от ветки, которой тут же запустил в него Лиам.

– Летта? – теперь Лекса повернулась в ее сторону, заставив девушку задумчиво отвести взгляд.

– Я… – начала она, уже зная ответ, но стеснялась озвучивать свои мысли при всех. Боялась, что над ней начнут смеяться. – Думаю, что хотела бы какое-то время попутешествовать. Обойти все самые интересные места, узнать что-то новое для себя.

– А когда обойдешь все? – улыбнувшись и склонив голову на бок, спросил Нео.

– А потом… Наверное, найти уютный домик где-нибудь у моря и поселиться там. Конечно, не так далеко от лагеря, чтобы я могла заходить в гости, – подумав спешно добавила она и улыбнулась.

– А ты, Лекса? – кажется, Нео вошел во вкус, заулыбавшись своей фирменной широкой улыбкой. Летта смотрела на него и удивлялась, как ему удается справится со страхом. Или он просто так умело его скрывал?

Щеки Лексы слегка заалели, и она откинула голову на ствол дерева, мечтательно протянув:

– Я бы хотела танцевать.

Лиам тут же подавился воздухом и удивленно закашлялся.

– Чего? Танцевать? – вздернув бровь, недоверчиво переспросил он. А Лекса опустила на него прищуренный взгляд. Но ничуть не смутилась.

– Да. Танцевать, – она мечтательно заулыбалась, а Летта не могла оторвать взгляд от ее спокойной улыбки. Она видела ее так редко. – Но не такие танцы, как у Ночных, понимаешь?

– А какие еще есть? – Нео выглядел не менее обескураженным.

– Я читала в одной книге… – Лекса запнулась и сменила позу, подтянув к себе колени и обняв их руками. – Взяла книгу у Хло. Там люди танцевали так… плавно. И очень красиво.

– Как ты это поняла? Ты же не видела это, а просто прочитала, – фыркнул Лиам.

– Я представляла, – ничуть не обидевшись, встряхнула головой Лекса. – И это так… Потрясающе. Я бы танцевала в лесу. На берегу моря. Ночью под луной. Танцевала бы в разных лагерях. А люди смотрели бы на меня и не понимали, как можно так плавно двигаться. Как будто ноги не касаются земли… И я больше никогда не взяла бы в руки оружие.

Летта перевела взгляд на ее пояс, завешанный оружием, на ее бесформенную черную одежду… И как наяву представила ее в легком струящемся белом платье. Она была бы так прекрасна в нем.

– Глупость какая-то, – покачал головой Лиам, но в его голосе не слышалось злости. Он искренне так считал. – Что мешает тебе танцевать прямо сейчас?

Лекса поджала губы, а после вдруг шире распахнула глаза, когда Нео, бросив строгий взгляд на Лиама, поднялся на ноги и протянул ей руку.

– Покажешь мне, как выглядит этот танец?

Летта не смогла сдержать улыбки, наблюдая за тем, как Лекса с излишней серьезностью склонила голову и мягко подала ему свою тонкую – всю в шрамах – ладонь. Поднявшись на ноги, она неуклюже положила одну руку Нео себе на талию, а вторую взяла в свою и вытянула в сторону, водрузив свободную руку ему на плечо, едва касаясь пальцами.

– А теперь мы должны кружиться, – наставническим тоном велела она.

– Как? – не понял Нео, но Лекса уже шагнула назад, увлекая его за собой.

Сначала это выглядело смешно и неуклюже. А после они оба как-то подстроились под покачивающиеся шаги друг друга, превращая неловкие перешагивания в плавное перемещение по поляне.

Летта невольно залюбовалась, удивленно распахнув глаза. То, что она видела, было таким странным и непонятным, но… неожиданно прекрасным. Их окружила далекая птичья трель и тихая песнь сверчков – это и была вся музыка. А заалевшее закатное небо – было их софитами.

В какой-то момент ей начало казаться, что ноги грациозной Лексы и правда не касаются земли – так быстро она ими перебирала. Алые волосы веером разлетались во все стороны. А после она – счастливо улыбавшись и раскрасневшись – плавно отделилась от Нео и подскочила к Лиаму, который тут же заметно напрягся.

– Нет уж. Ни за что, – предупреждающе бросил он, но Лекса, не смотря на внешнюю хрупкость, была на редкость сильной девушкой. Дернув его за руки, она заставила парня подняться и обхватила его руками.

– Ну же, Лиам, не будь врединой, – как маленькая девочка, она надулась и потянула его на себя. – Потанцуй с нами.

Сохраняя на лице крайне недовольное выражение лица, он все же позволил Лексе утянуть себя в круговую по поляне, неуклюже переставляя ноги и постоянно спотыкаясь и чертыхаясь.

– Чувствую себя идиотом, – вздохнул он, закатив глаза.

Засмотревшись на них, Летта и не заметила, как к ней приблизился Нео.

– Потанцуешь со мной?

Он склонил голову на бок и игриво улыбался. Летта не смогла сдержать короткого смешка, подавая ему свою руку.

– Я же не умею, – она оказалась в его теплых и крепких объятиях, плотно прижатая к широкой груди.

– Я тоже.

И он закружил ее, уверенно шагая вперед. Ей даже не пришлось ничего делать, она просто позволяла ему нести себя по поляне, кружить, чуть отдалять от себя, чтобы вскоре вновь прижать к груди и мимолетно коснуться губами ее щеки.

Все закружилось вокруг, четким оставалось только его широко улыбающееся лицо и ярко-зеленые искрящиеся глаза, будто говорящие «все будет хорошо». И она откинулась назад, на его руку, удерживающую ее под лопатками, чтобы звонко расхохотаться. Ей хотелось смеяться и кружиться бесконечно долго. Кружиться и смеяться.

А после все резко остановилось. Нео прижал ее к себе, когда они оба с чем-то столкнулись.

– Смотри куда танцуешь, придурок, – возмутился Лиам, который столкнулся со спиной Нео. А партнер Летты уже набирал в грудь побольше воздуха, чтобы ответить, но Лекса среагировала быстрее, пресекая конфликт.

– Меняемся! – ее командный тон заставила Нео отскочить от Летты, и он тут же угодил в руки к Лексе, которая сама сбросила с себя опешившего Лиама в сторону не менее растерянной Летты.

Она ожидала, что сейчас он по своему обычаю закатит глаза и, скрестив руки на груди, закончит этот цирк. И он действительно сделал это. Закатил глаза. Но после вдруг шагнул в ее сторону и опустил обе руки на ее талию.

– А иначе она взбесится, – тихо шепнул он ей и улыбнулся уголком рта.

Летта улыбнулась в ответ, краем глаза наблюдая за тем, как Нео и Лекса начинали раскручиваться все быстрее и быстрее. Положив обе ладони на плечи Лиаму, она сделала шаг назад, начиная уже знакомое движение, но парень вдруг резко притянул ее на себя, не давая этого сделать.

Не говоря ни слова, он чуть сильнее сжал ее талию, после чего ослабил хватку и медленно заскользил руками по спине, постепенно притягивая ее все ближе к себе. Она вскинула голову, столкнувшись с его дымчатым взглядом, и почувствовала на лице запах сигарет и мяты. Лиам качнулся в сторону, лениво передвигая ногами, и неторопливо кружась с девушкой на месте.

Это не было похоже на танец, который показала им Лекса, но все это – неторопливые движения, его руки у нее на спине, его твердый торс, затуманенный непрерывный взгляд, ее пальцы, запутавшиеся в его волосах – творило с ней что-то странное. Она дрожала. И эта дрожь шла изнутри, растекалась по всему телу. Ей было жарко. Она не дышала.

Каждая часть тела, которой он касался горела огнем. Вздрагивала. Пульсировала. Искрилась.

– Меняемся! – вновь вскрикнула Лекса и теперь уже сама аловолосая оттеснила от нее Лиама и подхватила девушку, увлекая в безумный танец.

– Да вот еще! – возмутился Лиам.

– Даже не думай трогать меня, извращенец, – вторил ему Нео, и Лекса вместе с Леттой остановились, чтобы увидеть то, как оба парня стоят друг на против друга, скрестив руки на груди и недовольно поджав губы.

– Да я скорее себе руки отгрызу!

– Ага, а чего пялишься тогда, извращенец?

– Слежу, чтобы ты руки не распускал.

Летта тихо засмеялась, когда Лекса негромко прикрикнула на них, прекращая назревающий конфликт. Так странно. Несколько минут назад она сходила с ума от страха, а теперь ей вдруг стало так легко на душе. Только жар внутри груди, заставляющий щеки гореть, никак не остывал.

А после все разлеглись по спальникам, чтобы хотя бы попытаться вздремнуть. Все, кроме Нео. Он заранее знал, что ему предстоит охранять их сон, поэтому выспался еще в лагере.

Летта честно укуталась в брезент и прикрыла глаза, прислушиваясь к шелесту листьев и тихому дыханию Лексы, которая отключилась моментально. Она пыталась уснуть, но из головы никак не выходили мысли о том, что может ожидать их там. Внизу. О том, что она сможет сделать, окажись в опасности Нео. Лиам. Лекса.

Спустя пол часа она призналась себе, что уснуть просто не сможет. Поэтому, тихонько выбравшись из спальника, она поднялась на ноги, ища взглядом Нео, чтобы составить ему компанию. Но его нигде не было.

Летта испуганно ринулась к краю склона, сразу представляя себе худшее, но тут же увидела его. Нео сидел чуть поодаль от лагеря. Так, чтобы находиться в отдалении, но при этом видеть то, что происходило внизу – на оскверненной земле – и с его спящими друзьями. Подойдя ближе, она заметила, что он задумчиво крутит что-то в руке.

– Не смогла уснуть, – призналась она, а он даже не вздрогнул. Значит, видел, как она вышла к обрыву. – Можно посидеть с тобой?

– Конечно, – кивнул он, похлопав рукой по своему спальнику, на котором сидел, свесив ноги вниз.

Летта послушно уселась рядом, взглянув сначала на небо, а после вниз. Солнце уже успело закатиться за горизонт, но еще слабо освещало лес. Внизу, недалеко от подсвеченной изнутри алым расщелины, виднелись темные силуэты демонов, разбредающиеся в разные стороны.

– Что это у тебя? – тихо спросила она, указывая на револьвер, который крутил в руках Нео. Она знала, как выглядит его оружие, и это было не оно.

– Да вот, нашел тут чей-то рюкзак с вещами, – Нео кивнул головой в сторону небольшой походной сумки цвета хаки, в траве неподалеку от них. – Наверное, владелец наткнулся на демона и бросил его, унося ноги.

– Нашел там что-то интересное? – Летта указала ему на револьвер. – Он рабочий?

– Ну… – Нео поднял оружие перед своим лицом и задумчиво покрутил перед глазами. – Если решишь прикончить из него кого-то, ничего хорошего из этого не выйдет, – Нео поймал на себе недоуменный взгляд и пояснил. – В рюкзаке одни побрякушки. Карты, магически краски, волшебная зажигалка. Кто-то круто закупился у Ночных.

– А это тогда что? – она спрашивала про револьвер.

– Тоже игрушка.

Нео просто пожал плечами, а вот Летта очень заинтересовалась, вспоминая ту веселую игру в карты.

– Тогда, может поиграем?

Нео перевел на нее взгляд и какое-то время то ли удивленно, то ли задумчиво молчал. А после хмыкнул и протянул ей револьвер. Он оказался на удивление легким.

– Это своеобразная игрушка, Летта. Не думаю, что ты захочешь в это играть.

– Почему?

Она повернула револьвер боком и увидела на нем надпись. Приблизив ее к лицу, она не без труда прочитала затертые буквы: «Правда или забвение».

– Ты знаешь, как это работает?

– Я не играл, но знаю, – кивнул Нео. – Суть проста. В барабане только один патрон, накаченный магией. Каждый играющий по очереди раскручивает барабан и рассказывает второму какой-то секрет или что-то личное. Может, что-то, за что ему неловко. А потом стреляет в висок тому, кому это сказал.

– Убивает его? – испугалась Летта, а Нео тихонько и хрипло засмеялся.

– Нет же. Патрон-то с магией, —он по-доброму толкнул девушку в плечо. – Этот патрон заставит забыть последние несколько минут.

– Аа, – понимающе протянула девушка. – Значит, забыть секрет, который ему только что рассказали?

– Ага, – весело улыбнулся Нео, забирая у нее револьвер. – То есть, ты не можешь наперед узнать, какой твой секрет запомнят, а какой забудут.

– А раз патрон только один…

– Да-да, – подтвердил Нео и с легким прищуром выжидающе уставился на девушку. – Так что, все еще хочешь в это поиграть? Время у нас есть.

Летта задумалась. А были ли у нее вообще секреты, которые она могла бы рассказать? Наверное, ничего интересного, но… ей ужасно хотелось услышать секреты Нео! Поэтому, хитро заулыбавшись, она быстро закивала, заставляя его снова рассмеяться.

– Кто бы сомневался, – закатив глаза, он вскинул руку, выбрасывая барабан и проверяя на месте ли пуля. – Хорошо, тогда я начну, но Летта…

– Что?

– Играем по правилам. После секрета – выстрел.

– Конечно.

– Хорошо, – Нео прикрыл глаза, задумываясь. А после тихо хмыкнул и признался. – Это я съел пирог, который ты принесла из паба.

– Что?! – возмутилась Летта, округлив глаза. – Нео, я же думала, что это Лиам и выкинула его сигареты после этого!

– Какие мы мстительные, – рассмеялся Нео и прислонил дуло револьвера к ее виску, вмиг посерьезнев. Летта понимала, что это всего лишь игрушка, но по телу все равно пробежались мурашки. Прикрыв глаза, она заметно вздрогнула, когда Нео нажал на курок. Послышался щелчок.

– Я все еще помню про пирог и еще отомщу тебе! – захихикала она.

– Ох, теперь придется постоянно оглядываться, – наигранно испугался Нео, передавая ей револьвер. – Теперь ты.

– Так… – Летта заулыбалась, задумавшись. – Иногда я говорю тебе, что иду на пробежку, а сама прячусь у Хло.

– Вот значит как, – вскинул брови Нео. – Что ж, молись, чтобы я об этом забыл, а иначе нарезать тебе круги вокруг лагеря, когда вернемся.

Сдерживая в себе смех, Летта наклонилась к Нео и выстрелила ему в висок.

– Ну что? – спросила она с надеждой в голосе.

– И утром. И вечером, – кровожадно заулыбался Нео, скрестив руки на груди.

– Эта штука точно работает? – вздохнула Летта, и они оба, встретившись взглядами, приглушенно захихикали.

– Теперь ты, – Летта переложила игрушку в руки Нео и их пальцы соприкоснулись. По руке и спине прошлись мурашки. Летта поежилась, как от холода.

– Замерзла? – Нео тут же спохватился и скинул с себя куртку, накидывая ее ей на плечи. Летта попыталась возразить, но он просто отмахнулся от нее и вытащил ее волосы из-за ворота, от чего она снова вздрогнула.

От куртки пахло Нео, и она все еще хранила в себе его тепло. Она прикрыла глаза, почувствовав себя в безопасности.

– Значит, теперь я… – она открыла глаза и обернулась к нему. Он подтянул одну ногу к себе и задумчиво уставился вдаль. И при этом нервно кусал нижнюю губу.

– Теперь ты, – подтвердила Летта, мягко улыбнувшись. – Что ты скрываешь от меня, Нео?

Ей казалось, что ее вопрос прозвучал в шутливой форме, но Нео отчего-то вздрогнул и напрягся всем телом. Ей захотелось протянуть руку и коснуться его плеча, чтобы он расслабился.

– Что скрываю? – растягивая слова произнес он и горько усмехнулся. – Знаешь, вообще-то есть кое-что.

Летта не ответила, ожидая продолжения. Что-то изменилось в этот момент. Нео больше не смеялся и даже не улыбался. И она, улавливая его настроение, стала серьезной. Молчание между ними начало твердеть и Летта будто увязла в нем, с каждой секундой волнуясь все сильнее. Почему он молчит? Почему не смотрит на нее?

Сердце ушло в пятки и не спешило возвращаться обратно. Нео, наконец обернувшийся на нее в этот момент, напряженно улыбнулся. Отложив револьвер, он протянул к ней руку и, нашарив на коленях ее ладонь, притянул к себе и приложил к собственной груди.

– Чувствуешь? – шепотом спросил он. Летта чувствовала только его сердцебиение. Громкое и отчаянное. И с каждым новым ударом, оно ударяло ее по пальцам все быстрее и быстрее. Ритм стал рваным и отчаянным.

Летта подняла взгляд, осознавая, что все это время Нео напряженно наблюдал за ней.

– Оно делает так каждый раз, когда ты рядом со мной, Летта, – не отводя взгляда, ровно произнес Нео, наклоняясь к ней чуть ближе. Летта задохнулась и замерла всем телом.

– Почему?

Взгляд Нео потеплел, и он вдруг сжал ее ладонь, которая все еще лежала на его груди. Шумно выдохнув, как перед прыжком в воду, он вдруг быстро выпалил:

– Потому что я с ума схожу от тебя, Летта, – когда слова вырвались из него, он неуверенно замер и выжидающе осмотрел ее лицо. Но она лишь шире распахнула ресницы. А шар напряжения у нее внутри начала резко раздуваться, заполняя собой все ее внутренности. Она вдохнула, но выдохнуть уже не могла. – Потому что я влюблен в тебя уже очень и очень давно.

Шар внутри лопнул. Летта не понимала, что творилось с ней в этот момент. Это было и облегчение, и страх одновременно. И холод, и жар. Она хотела и смеяться, и плакать. В глазах защипало.

– Почему… – прошептала она, невольно подаваясь ему навстречу. – Почему ты не говорил раньше?

Нео нервно дернул уголком губ.

– Проще в одиночку сразиться с сотней голодных демонов.

– Нео… – начала Летта, но парень перебил ее, упрямо покачав головой.

– Нет, Летта, – подняв с земли револьвер, он протянул его к ее виску. – Забыла о правилах?

С громким щелчком Нео спустил курок.

– Нео, я… – пролепетала Летта, путаясь в мыслях.

И выстрелил.

Глава 30. Красный рубин

Оно говорило с ней. Она слышала его шепот. Чувствовала, как оно проникает к ней в голову, залезает под кожу, копается длинными пальцами в грудной клетке, перебирая, переворачивая внутренности. Хотелось убежать, но она не могла.

Услышав сзади шорох, Летта резко обернулась. Рука непроизвольно легла на рукоять кнута.

– Всего лишь птица, – успокоил ее Нео, обеспокоенно обернувшись на нее.

Честное слово, не будь рядом с ней ребят, она бы уже давно развернулась на все сто восемьдесят и рванула в лагерь.

Но вот Лекса уже остановилась в двух шагах от расщелины, размером в три дома, и заглянула внутрь. Ее красные волосы свесились вниз, и алое сияние будто тут же поглотило их. Лиам остановился по левую сторону от нее и скрестил руки на груди. Он выглядел расслабленным, но его выдавала морщинка меж бровей и потемневшие серые глаза.

– Просто напоминаю: это самая отстойная идея из всех отстойных идей человечества. О нас напишут в книгах, а потомки будут рассказывать своим детям и смеяться, – закатил глаза он, оборачиваясь к Нео. – Такой след хотите после себя оставить?

– Очень самонадеянно думать, что потомки вообще будут о тебе разговаривать, – хмыкнул Нео, проверяя ремешки, удерживающие Монолит на поясе. И лишь убедившись, что все в порядке, он коснулся пальцами локтя Летты и поднял на нее вопросительный взгляд. Летта поняла, что он просто хочет убедиться, что она не передумала. Поэтому коротко кивнула и приблизилась к Лексе, принимая устойчивое положение, будто вниз ее мог столкнуть даже случайный порыв ветра.

Кроваво-алый свет был настолько ярким, что разглядеть, что же скрывается в его глубине, было нереально. Летта постаралась провести аналогию этого света с тем, что видела раньше. Алый свет заката. Яркий свет неона. Слепящие софиты в баре у Ночных. Но он не был похож ни на что из этого. Этот свет был словно… живой.

– И что мы просто… прыгнем туда? – бесцветным голосом прервала тишину Летта.

– Хочешь поискать дверь и постучаться, куколка? – хмыкнул Лиам, доставая из пачки сигарету, тут же прикуривая и затягиваясь.

Летта не ответила, нашарив под ногой камешек и смахнув его в пропасть. Бессмысленно, его тут же поглотил слепящий свет. Даже звука удара о дно не последовало.

– Ладно, – Лекса встряхнула головой и быстрым движением собрала волосы в тугой пучок. – Будем стоять здесь – и дождемся демонов, – обернувшись на ребят, она поочередно задержала взгляд на каждом из них. – Увидимся на той стороне.

И она шагнула спиной вперед.

Летта не удержалась и вскрикнула. По телу пробежался холод, конечности онемели.

Вдох.

Выдох.

– Ладно, не назад же переться, – пожал плечами Лиам и расслабленно шагнул вперед. Летта и глазом моргнуть не успела, как его взъерошенные волосы скрылись в расщелине.

И что ей делать? Как можно просто взять и решиться шагнуть в неизвестность? Хватит ли ей на это сил? Не переоценила ли она свои возможности?

– Уверена, что хочешь туда? – Нео приблизился сзади и положил руку ей на плечо.

– Ну не назад же, – нервно хихикнула девушка, парадируя Лиама и чувствуя себя ужасно глупо.

Но подумать над этим Летта уже не успела. Потому что Нео, коротко кивнув, переместил ладонь с ее плеча на талию и уверенно притянул ее к себе, обнимая.

– Ты очень храбрая девочка, Летта, – шепнул он ей на ухо.

Она почувствовала, как все внутри теплеет и уткнулась носом ему в шею. А он коснулся губами ее волос.

И прыгнул.

В тот же миг она перестала чувствовать его руки на своей талии. Перестала чувствовать его запах. Перестала чувствовать свои пальцы. Затем руки. Перестала чувствовать себя.

Взор застилала багряная пелена, а живот скрутило от чувства, что она бесконечно падает спиной вниз, а точка темного неба, затянутая красным, становится все меньше и меньше.

Она вытянула руки перед собой, пытаясь зацепиться за ускользающую реальность, но тут ее пальцы, а затем и все руки начали удлиняться, неестественно растягиваясь. Ей казалось, что еще чуть-чуть и они оторвутся от плеч, она останется без рук. Все расплывалось перед глазами, закручивалось по спирали, заходило волнами. Мир сошел с ума. Он поломался.

Чувства обострились, и начали сменять друг друга с сумасшедшей скоростью так, будто она сошла с ума и перестала понимать, что не должна чувствовать ничего, кроме страха сейчас.

Она чувствовала бушующий в груди гнев.

Ему на смену пришла чудовищная апатия.

А после страшный голод.

Гордыня.

Алчность.

Зависть.

Похоть.

Она всхлипнула, ощутив безумный тягучий жар внизу живота. Глаза закрылись сами собой, и она выгнула спину, судорожно выдыхая.

А после время замерло на мгновение, чтобы после ускориться и с сумасшедшей скоростью толкнуть ее обезумевшее тело вниз. Толчок, и вот она уже лежит на чем-то влажном и холодном. Было чувство, будто ее только что прокрутили через мясорубку.

Она протяжно застонала.

– Что, понравился аттракцион, куколка? – услышав насмешливый голос Лиама, она почувствовала, как кто-то дернул ее вверх и поставил на ноги.

– Не разделяю твоего веселья, Лиам, – хмурый голос Лексы.

Когда Летта снова нашла равновесие и открыла глаза, первым делом бросилась осматривать свои руки. На месте, и даже размер вернулся в норму. И только после этого она осмотрелась вокруг.

Под ногами – грубый необработанный камень, влажный и скользкий. Прямо перед ними – длинная бездонная пропасть с выбивающимся из нее алым светом. А по обе стороны от нее два узких прохода. С одной стороны каждого из них – пропасть, с другой же красивая стена из крупного камня, в некоторых местах выложенного узорами, обрамляющего в круговую массивные двери из красного дерева, натертые до блеска. Контраст между пещерным полом и стеной, как в древнем замке, вызывал недоумение и растерянность. Но было здесь еще кое-что, что бросалось в глаза. Прямо в конце длинной рваной пропасти – напротив ребят, остановившихся на развилке меж двух проходов – возвышалась огромная мраморная статуя. Это была девушка в длинных одеяниях, накрывающих волосы. Она возвела взгляд к уходящему в бесконечность потолку и сложила ладони перед собой, будто навечно застыла в молитве. А за ее головой светился красный неоновый круг, обрамляющий готическую розу – центр древней стены с вытянутыми резными окнами.

– А у демонов ничего такое чувство юмора, – несмотря на сказанное, Лиам нахмурился, не сводя взгляд со статуи. – Не думал, что у них вообще есть мозги.

В это время позади Летты плюхнулся запоздавший Нео, которому она тут же помогла встать.

– Дерьмо, – только и смог прокряхтеть он. – Нет, серьезно. Дерьмо.

– Допустим, к демонам мы пробрались, – задумчиво протянула Летта. Странно, но как только она оказалась здесь, откуда пути назад уже не было, страх не пропал совсем, но отступил на второй план, уступив место сосредоточенности. – Но как нам теперь выйти наружу?

– Предлагаю решать проблемы по мере их поступления, – покачала головой Лекса, уже обнажившая меч на всякий случай. – Есть идеи, куда нам идти?

Ребята дружно осмотрелись. Летта насчитала по крайней мере десять дверей и с левой, и с правой стороны. И все они были, как две капли воды, похожи друг на друга.

– А вот и двери, – напряженно усмехнулся Нео. – Стучаться будем?

– Только в какую из? – Лекса осмотрелась.

– Может, выберем на считалочку? – пожал плечами Нео. Летта поморщилась, напряженно думая. Все эти неуместные шутки и суета сбивали ее с мысли, которая так и крутилась где-то на кончике языка.

– Предлагаю вторую дверь слева, – сказал Лиам и тут же шагнул к ней.

– Почему? – Лекса остановила его, положив руку на плечо.

– Да просто так! Не стоять же здесь до утра. Достало.

– Лекса, – в голове будто случился маленький взрыв и Летта уверенно шагнула к аловолосой. – Где тот кристалл, что дал тебе Даниэль?

Сперва Лекса нахмурилась, оборачиваясь, а после ее лицо разгладилось, а брови поползли вверх от понимания.

– Точно, я и забыла про него.

Титания скользнула рукой в боковой карман своего рюкзака и извлекла оттуда неровный кусок – угол от крышки гроба. Летта наклонилась чуть ближе, всматриваясь в него.

– Темноты стало меньше, – вынесла вердикт она и протянула руку ладонью вверх. – Можно?

Лекса доверительно передала ей камень и отступила назад, наблюдая за ней с неподдельным интересом.

Летта медленно пошла к левой стороне обрыва, не сводя взгляд с камня. Она дошла до самого его конца, к мраморной статуе, но никаких изменений не подметила. Тогда она вернулась назад.

– Летта? – позвал ее Нео, но она не ответила, уверенно направляясь к правой стороне.

– Вот, – Летта обернулась к ним, остановившись у четвертой двери справа. – Здесь камень стал светлее.

– О, – одобрительно воскликнула Лекса. – А чем светлее тьма в камне, тем ближе к нам Светлая Богиня. Молодец, Летта.

Летта внимательно наблюдала за тем, как в центре голубого камня клубится чернота, края которой подернулись светло-золотой чужой энергией. Выходит, Даниэль сказал им правду. Не сказать, что она сомневалась в правдивости его слов, но тоненький голосок сомнения все же звучал где-то на задворках сознания. Как любил говорить Нео – доверяй, но проверяй, так?

– Надо сразу договориться – работаем тихо, как ниндзя, или просто громим все, что попадется на пути? – деловито предложил Нео, первым подходя к Летте и внимательно осматривая дверь снизу-вверх.

– Сначала тихо, – Лекса мягко оттеснила их от двери, забирая камень и нагнулась, чтобы заглянуть в замочную скважину. – А там как пойдет.

– Я понимаю, что этот отсталый, – тяжело вздохнул Лиам и прикрыл глаза, сжав переносицу. – Но ты-то куда, Лекса? Начнем драку – и живыми отсюда уже не уйдем. Особенно, если этот ковбой начнет во всех палить.

– Эй!

– Очень сомневаюсь, что у нас получится не наткнуться ни на одного демона, – покачала головой девушка.

– Ой, да брось. Где твой вечный оптимизм? Все демоны ушли в наши леса подкрепиться человечинкой.

– Хорошо, если так.

– Звучит как-то неоднозначно, – хмыкнул Нео.

С этими словами Лекса резко выпрямилась и нажала на дверную ручку. Летта думала, что она так просто не откроется, но раздался легкий скрип, и дверь отъехала назад. Послышалась музыка, и ребята переглянулись. Это была смесь завываний органа и электрической гитары. Музыка лилась рвано, постоянно меняя ритм и срываясь на высоких нотах. От этих звуков по всему телу пробегались мурашки.

Лекса шагнула туда первой, сразу за ней Лиам, после Летта, и замыкающим был Нео. Летта положила руку на рукоять хлыста, готовая сорвать его с пояса в любой момент, но это не понадобилось.

Это была просторная округлая зала, с высоким потолком, замыкающимся в купол. Сверху свисала гигантская золотая люстра, обвешенная паутиной, но все еще вызывающая восторг. Со стен свисали алые бархатные гобелены, горели серебряные канделябры. В центре помещения буквой «П» стоял массивный дубовый стол, ломящийся от еды. А за ним, плотно прижимаясь друг к другу сидели люди и молча ели.

– Вот черт, – выругался Лиам, и только тогда Летта проследила за его взглядом и присмотрелась.

Люди за столами не были живыми. Кожа на их лицах частично сгнила, у кого-то был проломлен череп. У мужчины, на которого взглянула Летта, один глаз висел на кровоточащей тонкой нити. Некоторые ели, но еда тут же вываливалась из дыр в щеках и с неприятным чваканьем валилась им на колени.

Летта прикрыла рот рукой, стараясь сдержать рвотные позывы, когда мимо нее пронеслось что-то стремительное. Повернув голову, она была вынуждена удивляться снова. Люди, но бледные, бесцветные и прозрачные, больше похожие на грязный сигаретный дым, разбились по парам и кружились по зале в бешенном танце. Он был немного похож на тот, который показала им Лекса, но движения этих людей были точными, плавными, грациозными. Они передвигали ногами не хаотично, как ее друзья, а в определенном порядке и ритме. А призрачные девушки грациозно выгибались назад, отводя от партнеров головы в стороны, и было ощущение, что они просто лежат, позволяя призрачным мужчинам нести свое тело, которое совсем ничего не весит.

Нео первым вышел из ступора и приблизился к столу, держа ладонь на рукояти ножа. Подойдя к женщине без носа и с куском скальпа, свисающим вниз, он помахал у нее перед лицом свободной рукой. Реакция была нулевая.

– Эм, привет? – недоуменно произнес он, обращаясь к мужчине без нижней челюсти, который просто пихал кусочки винограда сразу в глотку. Реакция была такой же. – Им пофиг.

– Что это вообще, на хрен, такое? – прорычал Лиам. Было видно, что вся эта ситуация здорово его напрягает. И Летта его прекрасно понимала. Вся эта обстановка – шикарная дорогая мебель, мертвецы, призраки и безумная, бьющая по мозгам музыка – здорово действовала на нервы.

– Может, это грешники? – предположила Летта, подходя ближе к Нео, сражаясь с желанием отойти в угол и вывернуться наизнанку. – Это ведь мир демонов грехов. – Она указала на людей, чьи лица были искажены болью, но они продолжали есть. – Чревоугодие. А это… – Летта перевела взгляд на призраков. – А что это, я понятия не имею.

– Раз так, то я больше в жизни к еде не прикоснусь, – удивленно выдохнул Нео, пробегаясь заинтересованным взглядом по столу, утонувшему в еде. – Вот прямо с завтрашнего дня и начну.

Хмыкнув, он протянул руку и схватил с вазона спелое красное яблоко. У Летты от его вида чуть не потекли слюни, ведь фрукты были большой редкостью в их лагере. Но, как только он поднес яблоко к своим губам, девушка спохватилась и резко схватила его за запястье, останавливая.

– Нео, я думаю, что не стоит.

Парень перевел на нее взгляд, и она заметила, как его яркие глаза подернулись темной дымкой. Он выглядел рассеянным. Да и она не могла смотреть на него долго. Взгляд то и дело возвращался к горе свиных ребрышек под пикантным красным соусом. В животе ужасно заурчало.

– Я согласна с Леттой, – лишь голос Лексы вывел ее из легкого транса, в котором она увязала все глубже и глубже. – Надо уходить отсюда.

– Да, – Нео моргнул несколько раз и теперь смотрел на Летту со смесью удивления и ужаса. – Эй, – он с силой отшвырнул от себя яблоко и приобнял подругу за плечи, уводя ее подальше от стола. – Не поддавайся, ага?

– Ты первый начал, – улыбнулась она, уже понимая, что здесь происходит. Эффект тот же, как и при приближении к тебе демона Чревоугодия. Дикий неконтролируемый голод. – И не смотри на меня, как на закуску, Нео.

Удивленно вытянувшись в лице, Нео тряхнул головой и хрипло засмеялся.

– Ты скорее десерт, куколка, – выпутываясь из рук Нео от греха подальше, она услышала рядом Лиама и обернулась к нему.

– Очень надеюсь, что ты шутишь.

Ничего не ответив, Лиам коварно, и оттого ужасно обворожительно, заулыбался. У Летты перехватило дыхание. А краем глаза она заметила, как сильно нахмурился Нео, и с каким вызовом хмыкнул Лиам, переведя на него горящий взгляд.

– Там дверь, – перебила их всех Лекса и быстрым напряженным шагом направилась в дальнюю часть залы. Туда, где стоял и играл сам по себе орган. Его клавиши прожимались без чьей-либо помощи.

Летта обошла его стороной, опасливо оглядываясь. А Лекса тем временем первая распахнула совсем неприметную, но единственную здесь дверь, помимо той, в которую они вошли. И вошла в темноту следующей комнаты. Летта прошмыгнула следом еще до того, как дверь успела закрыться.

И очутилась в тесной вытянутой комнате, слабо совещенной тусклой неоновой нитью, тянущейся по потолку алым светом.

Лексы нигде не было.

– Лекса? – испуганно пискнула девушка и обернулась.

Позади нее оказалась сплошная каменная стена.

Дверь исчезла.

Стало тяжело дышать, и первым делом Летта осела на землю, обхватывая себя руками и стараясь подавить паническую атаку. Такой сильной паники она не испытывала уже очень давно.

Метод «вдох-выдох» помогал плохо, но поскольку на нее никто пока не набросился и не попытался убить, ей удалось немного успокоиться, но не вернуть ясность ума.

– Лекса! Лиам! Нео! – что есть сил прокричала она, а ее голос эхом понесся вглубь коридора.

Все тщетно. Она осталась одна.

Это было похоже на самый страшный сон в ее жизни. Сон без возможности проснуться.

К горлу подступала тошнота, но она понимала, что ей нужно встать и идти. Как бы страшно не было. Потому что иначе это место прожует ее, заглотит и переварит. Она ощущала его, как живой, разумный организм, иначе описать это чувство было нельзя.

Наивно было полагать, что им удастся проникнуть сюда незамеченными. Это место почувствовало их еще до того, как они сделали шаг в пропасть. Оно с нетерпением ждало их, чтобы теперь затеять свою смертельную игру.

– Хорошо, – опираясь рукой о стену и поднимаясь, прошипела Летта. – Давай поиграем.

Положив ладонь на рукоять кнута, она медленно двинулась вперед, чуть согнув колени, готовая в любой момент сорваться с места.

Здесь было темно, а воздуха катастрофически не хватало. Все ее тело покрылось липкой испариной, и она быстро смахнула капли пота с лица, понимая, что и без того узкий коридор сужается.

Тишина давила, и она считала про себя минуты. Пять минут. Двадцать. Шестьдесят. А коридор оставался бесконечным и с одной, и с другой стороны. Ей с трудом удавалось побороть панику, и она молила, чтобы произошло хоть что-то.

И ее молитвы были тут же услышаны.

Сначала она почувствовала запах гнили. К горлу подступила тошнота, и она заозиралась вокруг. Красный свет загорелся чуть ярче, и она увидела, как меж камней на стенах засочилось что-то вязкое и черное. Сначала медленно, а потом будто кто-то повернул кран на всю мощность. Летта кинулась бежать, но ноги были уже по колено в зловонной вязкой жиже, мешая ей, замедляя.

– Нет-нет-нет.

Жидкость подобралась к бедрам, когда из стены, прямо перед ней, ломая камни, появилась чья-то серая рука. Летта закричала что есть сил и повернулась назад, уворачиваясь от мертвых пальцев, но весь коридор сзади заполонили сотни, тысячи таких же рук. Поэтому она снова обернулась, в надежде, что сможет проскользнуть сквозь первую руку, но разрушилась стена прямо над ее головой и цепкие пальцы схватили ее за горло.

Надсадно захрипев, она нашарила трясущейся рукой короткий нож на поясе и полоснула костлявую руку по пальцам. Та тут же выпустила ее, и Летта смогла сделать вдох.

Чувствуя, как все ее тело сотрясается от сумасшедших ударов сердца, она рванула вперед так, будто вязкая жижа не засасывала ее ноги в себя. Она размахивала ножом перед собой, прокладывая себе путь сквозь извивающиеся мертвые руки, уже ощущая спиной, что за ней их становится все больше и больше, и назад пути уже нет.

Но в какой-то момент рук стало слишком много. Настолько много, что даже ее ладонь застряла в чужой плоти. Нож выскользнул из рук, но Летта и не думала сдаваться. Страх пульсировал в голове так громко, что это придавало ей сил. Она кричала, брыкалась и кусалась. Она извивалась всем телом, когда чужие руки оплетали ее, сжимали грудную клетку, зажимали ей нос и рот, лишая возможности дышать. Из последних сил она выкрикивала имена тех, чьи лица с бешенной скоростью всплывали в воспоминаниях:

– Нео! Лиам! Лекса!

Последнее имя она уже промычала. В глазах темнело, лес из рук утягивал ее все глубже и глубже.

Она перестала вырываться.

Закрыла глаза…

И ее отпустили.

Летта судорожно хватала воздух ртом, стоя коленями на холодном влажном полу, упираясь в него и руками. Липкие, измазанные черным волосы свисали безжизненными сосульками по обе стороны от лица. Едва зажившее ребро дало знать о себе пульсирующей болью.

Сил подняться на ноги не было, но она то ли почувствовала, то ли услышала что-то. И, упав всем телом на землю, откатилась в сторону.

А в то место, где она только что находилась, вонзились длинные острые когти, разбивая пол. Каменная крошка полетела во все стороны, царапая ей щеку.

Вскочив на ноги, она выхватила из-за пояса кнут и отскочила назад, судорожно осматриваясь.

Здесь было тесно и темно. Помещение напоминало пещеру, весь архитектурный шик остался далеко позади.

Демон, выше девушки на четыре головы, прыгнул наверх и зацепился когтями за потолок, повисая на нем. А после широко раскрыл пасть, оголяя три ряда острых черных зубов и издал оглушительный крик, пробирающий до самых когтей.

Хотелось бежать, но Летта понимала, что демон быстрее. А еще она понимала, что эта тварь буквально питается ее страхом. И если она сейчас же не отключит в себе все лишние эмоции, то погибнет. И тогда Хло придется приходить к еще одному глупому камню, который кто-то положил в траву и написал там ее имя.

– Пошел к черту! – что есть сил крикнула она, размахиваясь хлыстом.

Ей очень повезло, что это был демон Алчности. Она чувствовала этот грех внутри себя, но здесь – в сырой пещере – ей было нечего желать сильнее, чем выжить.

Кнут полоснул по потолку – демон успел отскочить. Он не спешил нападать, ему нравилась эта игра. Нравилось проводить по зубам плоским языком и будто бы ухмыляться.

– Где, – Летта ринулась вперед, прямо на демона. – Мои, – демон сперва опешил от такой наглости, а после просто отпустил потолок и нацелился на нее уже в полете. – Друзья?!

Летта упала на спину, пользуясь тем, что ее тело измазано склизкой жидкостью. Она заскользила по полу, как если бы измазалась маслом, разрывая ткань на куртке и до крови оцарапывая локти. Но это было лучше, чем если бы демон приземлился прямо на нее клыкастым ртом, как планировал.

Каким-то чудом извернувшись, она взмахнула хлыстом наугад и угодила прямо по спине чудовищу. В том месте засочилась черная кровь, и он взревел.

– Что, не нравится?

Летта попыталась быстро вскочить на ноги, судорожно соображая, как ей с ним справиться, но чуть поскользнулась на липком следе, который сама же и оставила. И этой секунды хватило, чтобы демон на развороте взмахнул тяжелой рукой и наотмашь ударил девушку в бок. Как раз по больному ребру.

Вскрикнув, Летта отлетела в сторону и с силой ударилась о стену, сползая по ней, как бесполезная тряпичная кукла. В голове пульсировало, она почти ничего не видела. Зато слышала, как, утробно рыча, тварь подбиралась к ней, пригнувшись к полу.

Она так некстати вспомнила, как на ее первой же тренировке Лиам жестоко припечатал ее к полу, выворачивая руки. Странно, но от этой картинки в голове она вдруг улыбнулась. Тогда он в полной мере продемонстрировал ей, что значит быть беспомощной и молча принимать свое поражение. Наверное, именно этот эпизод и послужил толчком к тому, что она пообещала самой себе, больше никогда не оказываться в таких ситуациях.

Сжав зубы и заставив себя не замечать, как сильно ей было больно, она чуть приоткрыла глаза, но не двигалась с места.

Она видела, как демон опасливо крадется к ней, принюхивается. Видимо запомнил урок, оставивший ему глубокую рану на спине, и теперь осторожничает.

Все естество велело ей бежать, но она неимоверным усилием заставляла себя застыть на месте и ждать. Ждать, когда тварь приблизится к ней вплотную.

«Тебе, как и мне, не стоит полагаться на грубую силу. Чтобы победить врага, который сильнее тебя, ты должна быть быстрее его. Внимательнее и ловчее. А самое главное – умнее и терпеливее.»

Она раз за разом прокручивала в голове слова Лексы, которые уже давно врезались в память.

Умнее. И терпеливее.

Да, это ее единственный шанс.

Она не дернулась даже тогда, когда демон приблизил свою зловонную морду вплотную к ее лицу и принюхался. А после, убедившись, что пища готова к употреблению, он вскинул голову и широко раскрыл пасть, кидаясь на нее.

Тогда Летта посильнее сжала в руке камень, который уже давно приготовила и со всего размаху воткнула его прямо в пасть твари.

Получилось даже сильнее, чем она планировала. Ее рука проткнула пасть насквозь и пробила его череп, уйдя в горячую плоть по самый локоть. По руке стекала густая кровь, но Летта запретила себе об этом думать и оттолкнула его от себя ногой, доставая руку и тут же оплетая его шею кнутом и забираясь ему на спину, со всей силы потянув.

Все еще живой демон задергался в конвульсиях, пытаясь скинуть ее с себя, но Летта ухватилась за него и руками и ногами, а если надо было бы, вцепилась бы в него и зубами.

– Па… дай, – прохрипела она, еще сильнее натягивая кнут, – у… же.

Демон взбрыкнулся, делая волну всем телом и Летту отшвырнуло назад. Она упала прямо на спину, лишившись всего кислорода и, возможно, части органов. Протяжно застонав, она понимала, что больше точно не встанет. Все, что ей оставалось – ждать.

Прошла минута. Две. Но острые когти так и не проткнули ее грудь.

Закашлявшись, она с трудом приподнялась на локтях и облегченно выдохнула.

Демон лежал у ее ног без движения.

– Получилось, – сама не веря в произошедшее, прошептала она. – У меня получилось!

Чувство эйфории и бесконечного облегчения заполнило все ее естество. Не смотря на пульсирующую боль во всем теле, захотелось звонко рассмеяться.

Но радость была не долгой. Стена перед ней разлетелась мелкой крошкой, укрывая мертвого демона, и из нее снова показались серые руки.

– Нет, – обреченно прошептала она, понимая, что больше просто не вынесет. Это была игра, в которой для нее просто не могло быть счастливого конца. Потому что ее создатель желал ей только смерти, без каких-либо шансов.

Задыхаясь от пыли, Летта отползла к дальней стене и наблюдала за тем, как руки начали удлиняться и тянуться скрюченными пальцами к ней.

Она обняла ноги и расплакалась. Слезы просто беззвучно стекали по ее щекам крупными гроздьями. А когда она прижалась к стене еще плотнее, что-то больно воткнулось ей в спину.

– Рация, – поняла она, вспоминая, как бросила ее на самое дно рюкзака.

Ни на что особо не надеясь, она скинула с плеч рюкзак и достала черный пластик, сжав его сразу двумя руками. Вряд ли Нео взял с собой вторую рацию. Вряд ли здесь, в другом мире, эта штука вообще заработает. Вряд ли он сможет помочь ей чем-то, даже ответив на зов.

Но она все равно зажала пальцем боковую кнопку и тихонько прошептала.

– Нео… – слезы капали на пальцы. А после она добавила уже громче. – Нео, пожалуйста, скажи, что ты меня слышишь.

Рация приглушенно зашипела. Серые пальцы коснулись носков ее ботинок, и она прижала ноги плотнее к груди.

– Нео, мне страшно. Я совсем… – она всхлипнула. – Я совсем не храбрая, Нео.

Снова шипение. Пальцы схватили ее за лодыжки и потянули. В тех местах, что они касались, стало невероятно холодно.

– Но я все равно рада, что ты поймал меня тогда.

Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш.

– Нео, пообещай, что выберешься отсюда, хорошо?

Она отпустила боковую кнопку, позволяя мертвым пальцам сомкнуться на своем горле.

И тут.

– Летта?.. Летта!

Ее больше ничего не держало. Открыв глаза, она в полнейшем шоке осознала, что серые руки, как и пещера – исчезли.

Она сидела у стены в небольшой комнате на мягком красном ковре. А прямо напротив нее, в той же позе у стены, сидел Нео. И сжимал в руках свою рацию.

Она не поверила глазам, поэтому вновь поднесла к губам свою рацию и зажала кнопку.

– Это правда ты?

Свой же голос она услышала среди помех из черного прямоугольника в его руках. Слабо улыбнувшись, он поднес рацию к лицу, не сводя с нее усталого взгляда.

– Да.

Всхлипнув, она оттолкнулась от стены и на четвереньках подползла к нему. Он раскинул руки в стороны, принимая ее в свои объятия. От него пахло кровью, но стереть запах можжевельника было невозможно.

– Что это было? Нео, я… – она снова разрыдалась, уткнувшись ему в плечо. А он сжал ее еще сильнее и провел рукой по волосам.

– Тише, все закончилось, – Нео гладил ее по волосам и спине до тех пор, пока она не перестала трястись от рыдания. – Это ведь ты…

– Что? – Летта чуть отстранилась и непонимающе заглянула в его лицо. Его щеку пересекал длинный кровавый след.

– Ты нас вытащила, – кажется, Нео пришел в себя только что. Слабо улыбнувшись, он чуть отстранил ее от себя и, положив ладони ей на щеки, критично осмотрел обеспокоенным ярким взглядом. – У тебя было так же? Какой-то…

– Кошмар, – кивнула девушка, все еще хватаясь за его плечи.

– Видение, иллюзия… или что-то вроде того.

– Эта иллюзия больно кусалась, – от ее слов Нео хмыкнул и тут же поморщился, коснувшись глубокого пореза на щеке. Подавшись какому-то порыву, Летта наклонилась к нему и бережно прикоснулась губами к месту над раной. Нео вздрогнул и шумно выдохнул. Его пальцы сжались на ее талии.

Когда Летта отстранилась, он долго смотрел на нее, но о чем он думал, понять было невозможно. Ей стало неловко, будто она сделала что-то непозволительное и, возможно, так оно и было. К счастью, Нео нарушил неловкую тишину первым:

– Все исчезло, как только я услышал твой голос у себя в рюкзаке.

– Сможешь идти? – Летта первой поднялась с его колен, пытаясь не морщиться, когда в боку кольнуло острой болью. Голова гудела, ее тошнило. Что ж, похоже у Кристины опять будет много забот.

– Разумеется, – закатил глаза Нео, но, когда он поднимался, было видно, что и для него это приключение не прошло гладко.

Но он резко выпрямился в натянутую струну, как только справа – за одной из дверей коридора – послышался звериный рев. А после лязг металла по камням. Как будто там пошел дождь из посуды.

– Лекса, – коротко бросил ей Нео и первым помчался по коридору на звук. Летта сразу за ним, кусая губы от боли.

Нео не стал церемониться и снес дверь с ноги, на ходу доставая револьвер и выбрасывая его перед собой. Но стрелять здесь было уже не в кого. В комнате, похожей на кухню с большим столом в самом центре и печью у стены, все было залито черной кровью. Один демон – а точнее его тело без головы – валялся под столом, еще двое были прибиты мечами к стене. Вся стена была утыкана десятками мечей, как решето.

У Летты глаза поползли на лоб. Сама она едва справилась с одним, а Лекса буквально изрешетила сразу троих. Может, ей помогал Лиам? Не успев подумать об этом, Летта покачала головой. Нет. Тогда здесь обязательно было бы холодно.

– Сюда, – Нео кивнул головой на единственную дверь, замок которой уже был выбит. Летта стояла к ней ближе, поэтому толкнула ее и первой вышла в помещение, предварительно вынув из стены меч взамен потерянному кинжалу.

Потолок здесь терялся где-то далеко наверху. Он напоминал темное звездное небо, но на нем сияла не одна большая луна, а тысячи маленьких. Все это выглядело настолько нереальным, что в какой-то момент Летта испугалась, что снова очутилась в иллюзии. Чтобы убедится, что это не так, она обернулась и с облегчением увидела Нео.

Остальное помещение было похоже на пещеру, стены которой украшали неоновые кресты. В некоторых местах из земли торчали сталактиты. Летта пробежалась по ним взглядом лишь мельком, потому что она уже увидела то, что они искали. Лексу и Лиама.

Лексу было не узнать. Она двигалась с нечеловеческой скоростью, а за ее спиной, словно огромные металлические крылья, зафиксировалась пара больших мечей. Они могли бы показаться нежными и прекрасными на первый взгляд, если бы девушка не воспользовалась ими, чтобы разрубить сразу двух демонов, подкравшихся сзади, пополам. В каждой руке она сжимала по мечу, и они были продолжением ее собственных рук. Еще никогда Летта не видела, чтобы кто-то убивал настолько красиво.

Краем глаза она видела, что Нео уже побежал ей на подмогу, разбивая в руках камень Монолита.

Лиам тоже дрался, намного ближе к двери, чем Лекса, которая творила что-то невероятное, отталкиваясь от стен и перекручиваясь, пролетая в жалких миллиметрах от клацающих на нее зубов, чтобы, кувыркнувшись, оставить меч в затылке очередной твари.

Руки Лиама покрылись изморозью, он заморозил лицо одного из демонов, лишь коснувшись его и тут же разбил в мелкие осколки, пнув ногой. Спереди на него наступало сразу четверо, и было видно, что ему становится нелегко. Даже Летте, наблюдающей со стороны, было сложно уследить сразу за всеми, но Лиам творил что-то невероятное, подбрасывая меч в воздух для отвлечения внимания и тут же пользуясь магией. Его движения были точны и спокойны.

Он увлекся этим настолько сильно, что просто не заметил пятого демона, выскочившего из пустоты сверху прямо у него за спиной. Летта вскрикнула, предупреждая его, и он чуть дернул голову назад, но в этот момент его атаковали с двух сторон острыми когтями, которые он словил на лету, выставив руки в стороны и замораживая само пространство перед ними.

А демон сзади воспользовался этим и кинулся вперед.

Летта бросилась на перерез. У нее не было плана, только кровь, бешено пульсирующая в висках и острые когти, направленные парню в спину, перед глазами. Лиам что-то коротко крикнул, но она уже не слышала, меняя положение тела. И вот она скользит подошвой по скользкому камню боком, выворачивая лодыжки под неестественным углом, сжав от боли зубы. Уже оказавшись за спиной Лиама, она неуклюже затормозила, и начала заваливаться на бок. И только тогда ей запоздало пришло осознание, что она абсолютно не знает, что делать.

Все произошло моментально. Не успела она коснуться земли, падая, как демон, оказавшийся быстрее, кинулся на нее, оголяя зубы, с которых уже сочилась черная слюна. Он прижался к ней вплотную, заваливая на спину и придавливая сверху. Он весил настолько много, что она буквально услышала хруст собственных костей. Но, к своему удивлению, она даже не закричала. Или это из-за того, что из легких выбило весь воздух.

Он зарычал, и она почувствовала эту вибрацию по всему телу, уже приготовившись к тому, что вот сейчас ее череп расколется напополам в его пасти. Острые зубы уже разодрали ей лоб и затылок, и она почувствовала, как яд попадает в кровь, как он кипятком распространяется по всему телу.

Это был Демон Лени. И его яд полностью парализовал ее тело, лишая возможности двигаться.

Прошло несколько мучительных мгновений, но она так и не вырубилась. Все еще дышала, а ее череп так никто и не вскрыл. Она была жива, а демон отчего-то обмяк всем телом прямо на ней.

Еще несколько мучительных минут, в которые она могла только слышать звуки битвы, но взгляд уткнулся в обожженную почерневшую кожу бездыханного монстра.

А после кто-то столкнул с нее тушу, и она судорожно вдохнула. Прямо над ней показалось лицо Лиама. Все в черной крови, а серые глаза будто бы обезумели от страха.

– Живая? – сдавленно произнес он, падая перед ней на колени и бережно касаясь порезов на ее лице. – Вот черт.

Летта опустила глаза, пытаясь сообразить, что же все-таки произошло, и обомлела.

Ее руки. Они лежали на животе, насквозь в крови, но все еще сжимали в застывших пальцах меч, который она вытащила из стены на кухне. Демон просто проткнул себя сам, завалившись на нее.

Лиам проследил за ее взглядом и совсем невесело усмехнулся.

– Да, это ты его завалила. Чудеса, – он дотронулся до ее затвердевшего плеча и тут же все понял. – Сейчас.

Летта не видела, что он делал, но вскоре он коснулся двумя пальцами ее губ и резко раздвинул. Но с зубами оказалось сложнее. Она все еще была абсолютно и бесповоротно парализована.

– Ну же, помоги мне, Летта, – напряженно попросил он, и она сделала над собой неимоверное усилие, чтобы хоть немного разжать зубы.

Глотку тут же обожгло огнем от жидкости, что влил в нее Лиам. А после он пролил пару капель ей на лоб, и она зашипела от боли.

Он хотел сказать ей что-то еще, но из-за сталактитов выпрыгнул очередной демон, утробно зарычав.

Оцепенение прошло так же внезапно, как и наступило. Вскочив на ноги, Летта увидела, что теперь Лиам, Нео и Лекса дерутся вместе, обступив ее вокруг и не позволяя демонам приблизиться.

Нео хлестал кулаками по воздуху, а от его пальцев веером отделялись огненные всполохи. Он осыпал ими демонов, не останавливаясь ни на секунду. Его волосы горели, камень под его ногами раскалился до бела, и Летта ощущала, как жарко ее ногам. Он наступал на демонов, дышал на них огнем, вместе с охрипшим рыком.

Лекса ловко орудовала мечами, не жалея метала ими в демонов. А после в ее руках снова появлялось новое оружие. Ее реакция была молниеносной. Казалось, что она читает их мысли, целясь наугад, но всегда попадая в цель.

Лиам бил по земле кулаками, и перед ним вырастали сотни ледяных игл, пронзающих тварей насквозь.

Летта бегло осмотрелась, оценивая ситуацию. Вся земля вокруг них была усыпана черными склизкими телами, сосчитать их было уже невозможно. И ребята израсходовали весь свой Монолит, сражаясь из последних сил.

Тогда Летта сорвала с пояса свои собственные камни и поочередно разбила их близь каждого из ребят. Когда она разбила последний камень над головой Нео, чуть не попавшись ему под горячую руку, он вспыхнул так, будто она подлила масла в огонь.

– Спасибо, Летта, – обернувшись через плечо, он улыбнулся с таким воодушевлением, будто все это доставляло ему неимоверное удовольствие.

Безумие в его глазах придало уверенности и ей. Достав свой кнут, она ринулась в бой, особо не вмешиваясь, а лишь помогая ребятам, которые творили своей магией что-то невообразимое. Воздух искрился ледяными каплями, чтобы после вспыхнуть и окатить все горячей волной. Мечи вихрем проносились по пещере, будто сами по себе.

И как только перед ними упал последний демон, они, не сговариваясь, рванули вперед. Как можно дальше отсюда, пока сюда не прибыла подмога.

Лекса держала перед собой камень Даниэля, первой проносясь по запутанным коридорам с канделябрами и гобеленами на стенах. И вот, наконец, они ворвались в просторную залу с высокими «окнами», за которыми темнел космос.

На высоком постаменте стоял трон, увитый дикими розами с острыми на вид шипами. А прямо перед ним на грубом куске мрамора стоял прозрачный гроб.

– Это оно, – Лекса обернулась, демонстрируя друзьям камень, в центре которого клубилась светло-золотая ослепляющая энергия.

– И так чувствуем, – кивнул Нео, в котором еще оставалась магическая энергия. Даже не оглядываясь по сторонам, он быстро зашагал вперед, подходя вплотную к гробу. – Здесь девушка…

А вот Летта осмотрелась, не спеша приближать к нему. Ее внимание привлек выцветший спальный мешок в дальнем углу. Там же, на полу, лежал меч. А слева от нее, на красивом резном стуле, валялись консервные банки. Было ощущение, что король забыл дорогу в царскую спальню и решил перебраться прямо сюда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.