Елена Левашова
(Не)настоящая жена

Пролог.

Вера.

– С вас тысяча триста рублей, – прочистив горло, произношу я. Боюсь посмотреть на мажора – вдруг узнает? Хотя нет… Я здесь работаю почти три месяца, и ничего… Тогда почему он впился в меня взглядом, как комар в жертву? – Как будете оплачивать? Наличными или картой?

– Картой, – небрежно бросает он, продолжая высверливать во мне дыру взглядом.

Мажор хорошо питается, это я тоже успела запомнить. В его корзине икра, дорогое сливочное масло, слабосоленая семга, глазированные сырки. Стоит тут… Источает аромат парфюма с морскими нотками. Ненавижу… И как только меня угораздило устроиться в магазин возле его дома? Три года ведь не виделись, и тут на тебе!

– Оплата прошла успешно. Хорошего дня, – бросаю напоследок, почти всучивая ему пакет с продуктами.

– Эй, как там тебя? – неожиданно протягивает он. – Вера? Прости, просто у тебя бейдж висит вверх ногами. – На его лицо наползает самодовольная ухмылка.

– Что? – отвечаю испуганно, вцепившись в бейдж. И правда, вверх ногами… – У вас что-то еще? Возьмите ваш чек, вы забыли.

– Мне поговорить с тобой надо. Есть минутка?

– У меня очередь. Вы же сами видите. – Взмахиваю ладонью, демонстрируя шеренгу стоящих за мажором людей. Глупо… Потому что он и сам их видит.

– Ладно, подожду тебя возле входа. Не бойся, это ненадолго.

Не бойся… Не бойся! Да я почти в панике от его предложения! Посматриваю на свои руки с траурной каемкой под ногтями и, против воли заливаюсь краской стыда. Ну да, Ада Васильевна попросила перебрать картошку, а я решила сделать это по-быстрому – без перчаток. Вот как я сейчас пойду к нему? Такая. Отпускаю последнего покупателя и пулей бегу в подсобку. Пробираюсь по темному коридору в кабинет директора.

– Ада Васильевна, можно мне выйти на пять минут? Пожалуйста! – не вижу себя со стороны, но почти уверена, что глаза у меня размером с пятирублевую монету.

– Так уж и на пять? К этому загорелому красавцу идешь? – улыбнувшись, отвечает она. Захлопывает крышку ноутбука, устало снимает очки и растирает переносицу.

– Ему поговорить со мной нужно. Наверное, перепутал с кем-то. Я быстренько!

– Ну беги, Верочка.

Мажор терпеливо прохаживается на входе. Мерит просторный холл широкими шагами, теребит длинную белобрысую челку. Ждет меня – Верку Понедельник…

Сердце стучит в груди, как у испуганного зайчика, ноги не слушаются. У меня даже походка меняется, когда я неуверенно бреду к нему.

– Вот и я. Что вы хотели? – складываю руки на груди, стараясь не пялиться на мажора.

– Меня Артем зовут. Ты Вера, уже знаю. – Мажор пытается выдавить улыбку, но получается плохо.

«И я знаю, как тебя зовут. К сожалению…»

– Очень приятно. Вы можете сразу к делу перейти? Все-таки я на работе.

– Давай выйдем, Вера. Здесь слишком многолюдно.

Нехотя принимаю его предложение, ступая следом. Артем распахивает дверь и по-джентльменски пропускает меня вперед.

– Вер, спрошу сразу – ты не замужем?

– А… Эм…

– Да или нет?

– Нет.

«Желающих немного жениться на девушке с ребёнком. Такова реальность».

– Вер, мне очень нужна жена. Ты не подумай – фиктивная. Я… я заплачу. Как тебе такое предложение? – сбивчиво произносит мажор.

– А… а почему я? – хватаю воздух ртом, не веря ушам.

– Ну ты такая… забавная, – мажор подкатывает глаза. – В общем, мне надо родителей проучить. Я, в некотором роде, провинился перед ними. Отец нашел мне невесту на свой вкус, но… Ты же понимаешь, что я не из тех, кого можно принудить?

Артем встряхивает красиво уложенной челкой и дарит мне обольстительную улыбку. Красавец… Парень из параллельной Вселенной. И мне нет места в его мире… Хоть мы и пересекались однажды.

– Понимаю… Ты думаешь, что принудить можно меня? – спрашиваю, пытаясь заткнуть настойчивый внутренний голос. Он кричит мне: «Это твой шанс, Вера! Подумай о Настюше! Молчи и соглашайся, иначе все испортишь своей строптивостью!»

– Вер, послушай… Я заплачу, – тушуется Артем. – Признаю, родители перекрыли мне кислород, забрали машину, но… У меня есть некоторые накопления. В долгу не останусь. Ну так как?

В глазах Артема вспыхивает что-то похожее на надежду. Он пришел ко мне – той, с кем встречался всего один раз и кого не помнит… Судьба или совпадение?

– Хорошо, я согласна. Детали обсудим в другое время, – отвечаю важно.

– Слава богу! Только ты не придумывай себе лишнего, ладно? Ты меня не привлекаешь, как женщина. У нас деловое соглашение, не больше. – Артем выставляет руки в примирительном жесте.

– Да нужен ты мне больно! Еще сам будешь просить меня о поцелуе, – фыркаю в ответ.

– Аха-ха! Ты смешная, каланча.

– Что?!

– Ну… ты высокая.

– Я всего-то метр семьдесят пять. Эй, что ты делаешь? – пялюсь на экран телефона Артема.

– Диктуй свой номер, вечером встречу тебя с работы и обсудим подробности нашей сделки, – важно произносит он.

Выполняю его просьбу, замечая, что он так и записывает меня в контактах – Каланча…

Глава 1.

Артем.

Мне нужна жена! Именно такая, как эта Вера за стойкой кассы – высокая, сутулая, немного неуклюжая. Не побоюсь этого слова – смешная. А фамилия – обхохочешься! Понедельник. Вы когда-нибудь такую слышали? Вера Понедельник. Родители будут довольны. Представляю их вытянутые от удивления лица. А что – хотели моей женитьбы – получите! Шиш им с маслом, а не свадьба с Николаевой! Понимаю, я облажался по-крупному, но свадьба… Отец еще и руководство фирмы на меня решил повесить. В памяти как по волшебству всплывает недавний разговор…

– Артем, мы с мамой уезжаем за границу. Поживем там немного, осмотримся, возможно, останемся насовсем. Ты возглавишь филиал в городе.

– Пап, ну какой из меня руководитель? – вздыхаю обреченно.

– Неважный, знаю. Ты и с должностью моего помощника справляешься так себе. Пора взрослеть, сын. И… считаю, что тебе нужно жениться. Хватит менять девушек как перчатки и прожигать жизнь. Ты один у нас… Совсем о матери не думаешь, – добавляет отец дрогнувшим голосом. – Дочь Николаева вполне подходящая кандидатура.

– Что?! Оксана? Да ни за что.

– Артем, если ты думаешь, что скоро все станет по-прежнему, то ошибаешься. Разбитую машину я отдал в ремонт, но ключи ты не получишь, пока я не увижу каких-то изменений.

– Черт… А как я…

– Походишь пешком, сынок. Погода хорошая, лето, солнце, море, соленый воздух… – в голосе отца звучат издевательские нотки.

– Ладно, пап. Я попробую. Но дочь Николаева! – складываю ладони в молитвенном жесте и закатываю глаза.

– Родителям со стороны виднее, кто тебе подходит лучше, – ультимативно добавляет отец. – Через неделю в «Рэдиссон Плаза» корпоратив в честь открытия холдинга, жду тебя с невестой, сын. Не подведи.

Не подведи… Если с работой все относительно понятно, то с женой… Я честно пытался смириться с отцовским выбором, но моя свободолюбивая натура упорно лезла наружу. Как и обида, разъедающая нутро, словно серная кислота. За что они так со мной? Как с вещью? Да, я виноват – напился в баре, подрался, разбил машину, ославился на весь город, но так закручивать гайки слишком жестоко!

– А почему бы тебе не выбрать невесту самому? – неожиданно предложил мне друг детства и сотрудник отцовской фирмы Макар Уланов.

Тогда-то мне и пришла в голову идея сладкой мести… Вы же хотели невесту – получите!

А сейчас она идет мне навстречу – перепуганная, длинная, как каланча, сгорбленная. Из-под форменного жилета выглядывает черное платье с большими желтыми подсолнухами. Идеально. Попрошу, чтобы девчонка пошла в нем на корпоратив.

– Почему я? – осторожно спрашивает она.

«Ты смешная», – хочется ответить, но я ограничиваюсь коротким «забавная».

– Встречу тебя с работы и обсудим подробности нашей сделки.

Девчонка убегает, оставляя после себя запах детского шампуня. Провожаю ее взглядом, еще больше убеждаясь в своей правоте. Она то что надо! Прячу телефон в карман и бреду к остановке. Солнце раскаляет асфальт и крыши машин, отражается яркими искорками от стекол супермаркета. Значит, Вера? Вера Понедельник. Моя будущая жена. Наверное, отец читает мои мысли на расстоянии, потому что не успеваю я плюхнуться на лавочку, он звонит.

– Тема, ты не подведешь меня?

– Да, пап. Я хотел попросить тебя об одолжении…

– Слушаю, сын.

– Я хочу поскорее жениться на своей избраннице, ты бы мог посодействовать?

– На Оксане?

– Да, – бессовестно вру я. – Только ты пока не звони ее родителям. Мы не афишируем наши отношения.

– Я так рад, Тема! Конечно, помогу. Знаешь Лилию Андреевну? Она была нашей соседкой, когда ты был маленький.

– Ну… да.

– Она работает в загсе. Я все устрою, сынок. Распишитесь поскорее, а мы с мамой и родителями Оксаны вам свадебное путешествие организуем.

Вот это я попал… Сглатываю и сдавливаю переносицу пальцами, стремясь прогнать наваждение. Только бы отец выполнил обещание и не проболтался Николаеву!

– Спасибо, пап. Жду звонка.

Завершаю вызов и прыгаю в подъехавший автобус. Ехать всего три остановки – потерплю жару, толчею и запахи чужих тел. Рабочий день никто не отменял, напротив – отец поручил передать мне копии договоров для изучения. Сейчас начнется – работа с девяти утра, ответственность, бесконечные цифры в голове, встречи, звонки, скучные рубашки и костюмы. Хотя мне и не привыкать к труду – я полтора года жил в Америке и работал по найму. Миную просторный холл, с жадностью вдыхая прохладу кондиционера, и поднимаюсь на третий этаж. Мой кабинет здесь. Макара – рядом. Вот и все, Артемчик, кончилась твоя вольная жизнь… Бросаю рюкзак на черный кожаный диван и без стука вхожу в кабинет Уланова.

– Привет, рассказывай, все получилось? – с нетерпением спрашивает он.

– Да, – облегченно вздыхаю и потираю ладони. – Сумму вознаграждения мы не обсуждали, но она согласилась.

– Страшная?

– Ну… так. Вроде симпатичная, но мужчинам такие не нравятся.

– Фотку покажи, – не унимается Макар. – Пойми, у родителей должен быть шок! Только тогда они перестанут лезть в твою жизнь и относиться, как к маленькому мальчику. Где это видано, такой контроль! И такое недоверие! – Макар входит в роль и изображает трагическую мину.

– Полюбуйся, моя будущая жена – Вера Понедельник.

Оживляю экран айфона и лезу в воцап, там фотка Веры на заставке. Она улыбается и прижимает к груди маленькую девочку с хвостиками…

Глава 2.

Вера.

Щеки пылают, сердце стучит, как колокол, когда я на ватных ногах бегу обратно в магазин. Свидание с мажором, представляете? Ну, да… не совсем свидание, а обсуждение «деталей сделки», но все же…

– Верка, ты что красная такая? Уработала тебя Ада? – усмехается наша уборщица Алена – полная круглолицая женщина с коротким ежиком на голове. В подтверждение своих слов она приподнимает швабру и потряхивает ею.

– Да я так… – стыдливо отвожу взгляд, стремясь избежать разговоров. Конечно, все коллеги нас видели, но обсуждать с ними мажора я не стану.

Вбегаю в туалет для сотрудников и умываюсь холодной водой. Привожу дыхание в норму и возвращаюсь в зал.

– Вера, подойди ко мне, – из кабинета слышится строгий голос директора.

– Да, Ада Васильевна, я перебрала ящики с картошкой и морковью, теперь…

– Подожди, закрой-ка двери, – смягчившись, произносит Ада. – Садись.

– Слушаю, – пищу, как раненая мышь.

– Встречаешься с ним сегодня? С тем мальчиком?

Да уж… Нашла мальчика! По моим подсчетам Артему двадцать три.

– Ну… да. Но вы не подумайте, что я… У нас деловой разговор.

– Иди на маникюр, – приказывает Ада Васильевна. – С такими руками нельзя никуда ходить. Даже на деловую встречу.

– Что? Вы… правда, меня отпускаете? Адочка Васильевна, я все-все отработаю. Спасибо, спасибо вам!

Аде Васильевне известно, что я воспитываю Настеньку одна. Все она про меня знает: снимаю комнатку в частном секторе у Розы Петровны, подрабатываю водителем такси, няней, домработницей… И что из близких у меня только мама, живущая в крохотном приморском поселке. У Ады Васильевны нет детей, вот она и относится к нам – молодым сотрудникам, как к родным детям.

О чем просить мажора? Что прописать в договоре? Пока маникюрша старательно вычищает грязь из-под моих ногтей, я думаю об отце моей доченьки… Интересно, он ее узнает? Найдет в малышке что-то свое, родное? Почему я не приходила к Артему раньше, спросите вы? Не искала встреч? Не требовала алиментов? Потому что поступила нечестно, ухватив случай однажды быть с ним. Использовала его, поддавшись минутному помутнению рассудка… Перед глазами мелькают яркими вспышками кадры нашей с Артемом встречи: я в костюме сексуальной лисички и он… в брюках и черной сорочке. Красивый, широкоплечий блондин с голубыми глазами – именно в такого я тогда влюбилась. И… пришла в его вип-кабинку, выкрав из гримерной костюм лисички… Он не пожелал продолжать знакомство, не просил номера телефона, он просто взял то, что я ему предложила, а наутро забыл…

– Гель-лак желаете? – голос маникюрши вырывает из задумчивости.

– Нет, спасибо.

Время тянется, как резиновое. Принимаю душ и натягиваю любимое черное платье с яркими оранжево-желтыми подсолнухами. Макияжем пренебрегаю – кожа у меня чистая, да и не хочется демонстрировать мажору свою заинтересованность. Это ему нужна от меня любезность, ведь так? Выхожу под палящее солнце и прячусь в тени козырька супермаркета. Вот я балда! Надо было опоздать для приличия, а не выходить на пять минут раньше. Моя ласточка терпеливо ждет в тени на парковке. Я купила ее у соседа Розы Петровны – Ильи Самвеловича. Не машина, а зверь! «Пятерка» девяносто пятого года выпуска с пробегом в… двадцать тысяч километров. Новьё, а не машина! Разве я могла ее не купить? Не битая и некрашеная – дед Илья только в ближайшую булочную на ней ездил. Правда, долг я до сих пор Аде Васильевне выплачиваю…

– Вера? – мажор вырастает из-за спины.

– Артем, а ты пешком? Я тебя на парковке ждала, – протягиваю, стараясь на него не смотреть. Благоухающий, как парфюмерная лавочка, в свежей футболке-поло – он явно готовился к встрече с «Каланчой».

– Я, в некотором роде, без машины, – мнется он.

– А я на машине.

– Ты? И что же у тебя за машина? – недоверчиво хмурится он. Фу-ты ну-ты! Не хочет, так пусть пешком идет.

– Вот, – взмахиваю ладонью в сторону моей красненькой ласточки.

– Ну, поехали. Чего стоять? Предлагаю обсудить детали в кафе «Скала» на холме.

Смотрю на его лицо, длинную, зачесанную наверх челку, синие, как море во время штиля глаза и неожиданно предлагаю:

– Может, пойдем на море?

– Ну какое море, Каланча? Там народу знаешь сколько? Сезон, все дела. Городские пляжи забиты под завязку. Нам там не дадут поговорить.

– Ладно, поехали в «Скалу». Если будешь обзываться, я тоже придумаю тебе прозвище, – шиплю я.

– Я не против, – улыбается Артем, аккуратно устраиваясь на переднем сидении. В машине духота. Кондиционера нет, вентилятора тоже, но мажор терпеливо крутит рычаг и открывает окна. – Хорошая машинка. У моего дедушки такая была. Почти новенькая.

– Да она такая и есть, – улыбаюсь, поднимая на Артема взгляд. – Я в такси подрабатываю. Клиенты довольны. Правда чехлы приходится часто стирать и на мойку ее гонять, но ничего – жить можно, – отвечаю, выруливая в сторону Набережной.

– Деньги нужны, понимаю, – вздыхает Артём. – Я составил предварительный договор. На мое имущество ты никаких прав не будешь иметь, я на твое тоже. Сумму вознаграждения обговорим позже.

– Я и не собиралась посягать на твое имущество, – фыркаю я, крепче сжимая руль.

– Вера, ты не обижайся. Мы друг друга видим второй раз в жизни. Я тебя не знаю, ты меня тоже… Между прочим, я о тебе забочусь. Ты мне – услугу, я – деньги.

– Хорошо, Артем. Спасибо тебе за… заботу.

«Скала» не пользуется особой популярностью у приезжих – небольшую кафешку вдали от моря давно облюбовали местные жители. Управляемая моими дрожащими от волнения руками, «ласточка» мчится по узкой дорожке холма. Раскидистые ели и дубы скрывают солнце и дарят прохладу. Паркуюсь на каменистой площадке кафе, вдыхая ароматы шашлыка и жаренных на мангале овощей, и выхожу из машины. Как же здесь красиво – под ногами синеет море, а над ним нависает небо, раскрашенное в разные оттенки корицы. Соленый пряный ветер ласкает щеки и взвивает волосы.

– Вера, а кто эта девочка рядом с тобой на фотографии? – мажор подходит ближе, заставляя оторваться от созерцания пейзажа.

Глава 3.

Вера.

– Да это… сестренка, – отвечаю сдавленно.

Невидимый чертёнок, сидящий на правом плече, довольно ухмыляется и одобрительно похлопывает меня по спине, ангелок на левом плече осуждающе хмурится. А что я должна сделать? Признаться мажору в существовании ребёнка и лишиться шанса стать его женой? Уж я-то сделаю все, чтобы наш брак перестал быть фиктивным. И плевать мне на его: «Ты меня не прельщаешь, Каланча». А с Настюшей я его потом познакомлю…

– Понятно. Идём? Шашлык будешь? – бросает Артём, поправляя длинную густую челку.

Черт, ничего не изменилось за эти годы… Мне по-прежнему нравятся широкоплечие высокие блондины с голубыми глазами. Нравится мажор…

Кустарник вздрагивает от резкого порыва ветра, а я – от горьких воспоминаний…

Новая знакомая Жанна предложила подработать в ночном клубе. Я только приехала в город и хваталась за любой шанс найти работу и жилье. Конечно, мама дала мне кое-какие накопления, но… Разве зарплаты работника железнодорожной станции хватит, чтобы обеспечить взрослую дочь? Вот и я о том же…

На мое счастье, нам с Жанной, встретилась Роза Петровна. Чтобы жить в крохотной комнатке за небольшую плату, я убирала во дворе, мыла после туристов комнаты, полола палисадники, красила, белила, иногда готовила…

А потом появился мажор… Кричала музыка, дрожали стекла, а лучи файерболов превращали белые зубы и рубашку Артема в неоново-голубые.

– Даже не смотри в ту сторону, – услужливо предупредила меня Жанна. – Этот парень не для таких, как мы с тобой, Верка.

– Каких это «таких»? – фыркнула я, собирая со стола грязную посуду.

– Он недавно из Америки вернулся. Красавчик, да? И кукла возле него – красотка местного разлива, Олесей зовут. А мы с тобой… Из другого мира, Верка. Параллельного.

Я с грустью посмотрела на Артема – нагловатая ухмылка, небрежно зачесанные наверх волосы, широкие надежные плечи. Мне тогда казалось, что они надежные…

О чем задумалась, Калан… Вера? – тушуется Артем, наткнувшись на мой злобный взгляд. Ну да – его знакомая Олеся из клуба на голову меня ниже. Так это ее проблемы!

– Да так.

– Тебе мясо заказывать или люля-кебаб? Какое предпочитаешь? – мажор дарит мне улыбку. Видела бы его Жанка! Наверняка потеряла бы подбородок! Я – Вера из параллельного мира и мажор!

– Люля из курицы и тушенные на мангале овощи, – отвечаю, неуверенно потянувшись за кошельком.

– Вера, я угощаю тебя. Если я без машины, то это не значит…

– Ладно, я не против. Давай обсудим детали? Что от меня требуется?

– На следующей неделе в «Рэдиссон– плаза» корпоратив. Тебе нужно сопроводить меня на вечер в качестве жены. Вот и все. О регистрации я позабочусь, она состоится в ближайшее время.

– И все? То есть нам не надо… жить вместе или… – только бы Артем не заметил тени разочарования на моем лице. Подумать только – всего один корпоратив.

– Нет, конечно. О наряде можно не париться – надень вот это платье.

Так вот оно что? Он хочет выставить меня посмешищем перед родителями? Шокировать их выбором забавной «каланчи».

– Хорошо, приду в нем. Это мое любимое платье. Обожаю подсолнухи, – глуповато улыбаюсь, подыгрывая ему. – У меня еще есть резиновые тапочки к нему – черные с огромными оранжевыми цветами.

– О, отлично! Ты всех там затмишь.

Нутро обжигает волна горькой обиды.

«Почему я?»

«Ты забавная».

Он поэтому и подошел ко мне – девушке из другого мира. Не к красавице Олесе, а ко мне. Потому что я смешная, забавная. Ему именно такая и нужна, чтобы свести со свету родителей. Досадить им. Юркий официант приносит поднос с мясом, овощами и грузинским Натахтари. Артем с удовольствием приступает к еде, не испытывая неловкости. Похоже, он вправду поверил, что я прислушалась к его совету по поводу платья.

– Сколько продлится наш брак? – спрашиваю, наблюдая за мажором. Мужчина с хорошим аппетитом – залипательное зрелище, скажу я вам!

– Пока не знаю, Вер. Но мешать твоей личной жизни я не стану. Встречайся с кем хочешь. Да и я… женским вниманием не обижен. От своих привычек отступаться не буду. Так что… Нас связывает только договор. Деньги я тебе выплачу сразу, не волнуйся. Я жил в Америке, кое-что скопил. Пришло время этим деньгам послужить на благо.

– Это хорошо, что сразу, – бубню я, окончательно сникнув.

– Ты о чем мечтаешь, Вер? На что планируешь их потратить? – заинтересованно спрашивает Артем. Кажется, в его словах нет привычной мне издевки.

– Хочу купить квартиру в ипотеку.

«Нам с Настюшей», – добавляю мысленно.

Артем не собирается задерживаться. То и дело глядит на часы, ерошит челку и ерзает на месте. Понимаю – его ждут те самые дамы – «женское внимание». Допиваю лимонад и предлагаю ему услугу водителя. Мажор облегченно вздыхает и соглашается. Настраиваю радио, стараясь изгнать тянущую, болезненную тишину… Чувствую себя обманутой и осмеянной, несмотря на договор и обещание Артема. Не хочу, чтобы вот так все кончилось! Он заметит меня – Верку Понедельник – простую девчонку, которую считает никем. Глубоко дышу, поглядывая на Артема – он кому-то увлеченно пишет. Плотоядно рассматривает чужие женские фото. Ему неинтересны мои мечты, где я учусь и чем живу…

Останавливаюсь на светофоре и быстро пишу Жанке:

«Мне нужно подобрать наряд для корпоратива. Сногсшибательный, откровенный, но строгий. Все остальное само собой – аксессуары, туфли, макияж, прическа».

Жанка отвечает тотчас:

«Понедельник, это у вас в «Весеннем» корпоратив?»

«Нет. В Рэдиссон-Плаза. При встрече расскажу. Буду дома через полчаса».

«Океюшки. Выезжаю».

Вот и посмотрим, кто кого?

Глава 4.

Вера.

– Розочка Петровна, добрый вечер! – кричу, завидев любимую хозяйку в коленно-локтевой позе. Она скрупулёзно выдирает травинки из палисадника.

– Привет, джан. Что-то ты сегодня поздно. На свидании, что ли, была?

– Ну… не совсем, – улыбаюсь, заливаясь краской. Как Роза Петровна ни старалась устроить мою личную жизнь, я гордо отвергала ее кандидатов. И Самвела из овощного ларька, и Эдика из службы такси…

– Когда Настюшу забираешь? – вытирая руки о передник, спрашивает Роза Петровна.

– У мамы отпуск через неделю заканчивается. Ладно, пойду я… Ко мне скоро Жанна придет в гости.

– Возьми пахлаву из кухни. Я сегодня много испекла. Лево-он! – зовет она супруга. Тот, как дрессированная болонка, тотчас выскакивает из дома. – Угости Верочку пахлавой.

– Вай! Что так кричишь, Роза. Я слышу, – поправляя на переносице дужку очков, хмурится дядя Левон. – Вера джан, заходи в дом.

Ну все, это надолго. Сейчас меня усадят за стол и будут кормить, как на убой. Расспрашивать про работу, парней, маму… Ну хоть поужинаю – и то хлеб.

Засиживаюсь в гостеприимном доме семейства Аванесян на полчаса. Ужинаю долмой, пью ароматный чай, позабыв о Жанке и ее визите.

– Верка, ты тут, оказывается? – Жанна вырастает на пороге. – Ноги в руки и вперед! Или ты передумала идти на корпоратив? Наряды кто выбирать будет?

Округляю глаза и шиплю как змея. Ну все, дядя Левон услышал, теперь мне кости всем семейством будут мыть. Куда это там Верка намылилась? Что за корпоратив?

– А? Что? Ты куда там собралась, Вера? – Левон Багдасарович хмурится.

– Мы уходим. Спасибо за ужин! – напускаю на лицо глуповатый вид и, подхватив Жанку под руку, срываюсь с места.

Мы садимся на диван в моей душной комнатке. Насти нет, значит, дома порядок. Игрушки тоскливо лежат в высокой пластмассовой корзине, на гладильной доске нет Настиных вещей, кроватка заправлена. Я тоскую… Так сильно, что бегу из дома, не желая оставаться одной… Беру заказы и вожу туристов от вокзала или аэропорта в гостиницы и санатории. Прихожу за полночь, на автомате принимаю душ и валюсь в постель, не помня себя от усталости… Вот такая она – моя жизнь из параллельной Вселенной. У мажора другая – сытая и без стрессов. Наверное…

– Верка, я придумала сногсшибательный наряд, – с придыханием произносит Жанна. Вот уже год она работает в модном дизайнерском бутике Алисии Ви. Там такие вещи… Изготавливаются из качественных тканей и малыми партиями, а о цене я молчу…

– Валяй, – стягиваю платье с подсолнухами, облачаясь в домашние футболку и шортики.

– Белоснежные шорты и пиджак. – Выпаливает Жанна.

– Чего-о? – протягиваю недоверчиво. – Наверное, вы с мажором сговорились.

– Да ты посмотри сначала! – подруга сует мне фото из рекламного буклета. – Гвоздь коллекции! И босоножки подберем тебе на высоком каблуке, чтобы всех затмить!

– Ага, мажор меня и так Каланчой прозвал, а ты – босоножки…

– Сам он недоросль, – фыркает она. – Босоножки из натуральной золотистой кожи, украшенные стразами – как тебе вариант?

– Отличный, – протягиваю кисло. – И сколько они стоят?

– Пятнадцать тысяч. Но ты не волнуйся, я тебе одолжу, – Жанна выставляет руки в оборонительном жесте. Очевидно, у меня такое выражение лица, что лучше перестраховаться…

– Жанка, я благодарна тебе, но…

– Никаких «но», Понедельник. Ты должна блистать на вечере, понимаешь? Источать уверенность, спокойствие, оптимизм. Пить дорогое шампанское, есть креветки или мидии. Танцевать со всеми привлекательными мужчинами, но не с мажором… От его приглашений стоит отказываться. Запишу тебя в спа-салон «Венера» на маникюр, педикюр, укладку, депиляцию…

– А депиляция мне зачем? – возмущенно фыркаю.

– Ну… мало ли чем вечер кончится? Настя когда возвращается от тети Клары?

– Поеду забирать на следующей неделе. Жанка, я Артему не сказала про Настеньку. Он спросил, что за девочка со мной на фото, а я… Ответила, что сестренка.

– Ну и правильно, – кивает подруга. – Пусть женится сначала, а то… мужики нынче пошли пугливые.

– Я так боюсь всего этого… Фиктивной свадьбы, вранья, его родителей. Реакции Артема на мою вольность. Я ведь тебе не сказала – он попросил меня в этом платье прийти на вечер, – бросаю ненавидящий взгляд на платье.

– Вот придурок! А костюм… В общем, тебе занимать деньги придется, чтобы упаковать себя как следует. Сама решай, у кого – Ады или тети Розы.

– Попробую сама, Жанн. Выпотрошу счет, на который складывала деньги. Эх, не видать мне еще долго собственной квартиры…

Провожаю Жанну и активируюсь в приложении такси. Буду работать на износ, чтобы моя дочь ни в чем не нуждалась… Не допущу, чтобы Настя повторила мою судьбу. Хотя… О чем я вообще говорю? До совершеннолетия дочери еще дожить надо! И желательно сохранить здоровье. Прощаюсь с тетей Розой и прыгаю в салон моей «ласточки». Завожу двигатель, опускаю стекла до упора. Сегодня хороший вечер – ветер колышет верхушки деревьев и гонит по небу тучи, наполненные дождем. Поработаю на совесть… Трогаюсь с места, вздрагивая от вибрации телефона в поясной сумочке. Мажор, собственной персоной.

– Вера, привет еще раз. Отец договорился, у нас завтра регистрация брака.

– Хорошо. Во сколько?

– В четырнадцать часов. Сможешь отпроситься с работы?

– Да.

– Только никаких свадебных нарядов, поняла, Калан… Вера?

– Ты меня не привлекаешь, мажор! Так что не обольщайся.

– Ты меня тоже! Это ведь здорово? – довольно усмехается он. – Ну все, до завтра.

Глава 5.

Вера.

Раннее утро дышит прохладой. Воздух вибрирует от ароматов свежей травы и роз, небо цветёт разными оттенками голубого и розового. Где-то поёт синица. Встречает новый день бодрым переливом. Вдыхаю терпкий соленый воздух, прислушиваясь к неторопливому плеску морских волн. Надеваю купальник, сверху набрасываю парео и бегу на пляж. Сегодня мой день начался в пять тридцать утра… И виной тому мажор… Вернее, навязчивые мысли о нем. Галька шуршит под ногами, а волны разбиваются о скалы в белую вязкую пену. Я здесь совсем одна… Маленькая Вера против морской стихии. Скидываю парео и бросаюсь в изумрудные волны. Нет, море не хочет со мной бороться… Оно успокаивает и ласково шепчет: «Все будет хорошо, Вера. Все наладится. Поплавай, отдохни, расслабься, а я тебя подержу…»

Переворачиваюсь на спину и раскидываю руки. Позволяю нести себя подальше от берега. Глубоко дышу, раздумывая, как поступить? Рассказать Артёму о Насте перед регистрацией или смолчать?

«Не торопись, Вера. Не лишай свою дочь шанса заиметь отца», – увещевает море.

И то верно… Я пойду на обман ради дочери. И ради… себя. Потому что он нравится мне…

Если можно было обнять море, я бы сделала это сто раз! Во мне сейчас столько чувств, кажется, я сама превращаюсь в чувство – горячее, пульсирующее, искреннее…

Верите, я представляла себе нашу встречу. Качала крохотную Настю, кормила ее грудью и оставляла на попечение Розы Петровны. Прыгала в свою ласточку и ездила по заказам, мечтая встретить мажора на улице. Вот я паркуюсь возле клуба, Артём выходит в обнимку с какой-нибудь Олесей или Катей и садится в мою машину.

– Домой! – командует он, поднимая руку в повелительном жесте.

И я его везу домой – в мою комнату на берегу моря. Распахиваю хлипкую дверь и пропускаю Артема вперёд.

– Знакомься, Артём, это твоя дочь Настя. А вы, девушки, вон отсюда! И забудьте номер телефона этого гуляки!

Девушки растерянно округляют глаза и бегут из комнатки с низкими потолками куда подальше, а я деловито вручаю мажору кулёк с Настей. А сейчас он пришёл сам… И попросил о помощи именно меня. Не иначе, его привела судьба, потому что сегодня день нашей свадьбы…

Принимаю душ, сушу непослушные волосы и собираю их в высокий хвост.

«Только никакого свадебного платья!», – в памяти всплывают слова мажора. Выбираю для «торжества» комплект из розового хлопка – юбку-солнце до колен и короткий топ с резинкой на горловине. На веревке во дворе сушатся белые кеды. Чем не обувь для свадьбы? Наряжаюсь, завтракаю бананом и пахлавой тети Розы, запиваю вкусности растворимым кофе. И улетаю на работу – к любимым ящикам с овощами и Аде Васильевне. Черт, мне не отвертеться от разговора… Но и врать доброй женщине не хочу. Выбираю удобный момент и стучусь в ее дверь. Сбивчиво объясняю причину, по какой она непременно должна меня отпустить… Опускаю глаза в пол, ожидая ответа.

– Вера, я правильно поняла? Ты сегодня выходишь замуж? За того белокурого мальчика?

– Да, но вы не подумайте – это понарошку. Я ненастоящая жена.

– Дело ясное, что дело темное, – заключает Ада Васильевна, с чувством захлопывая журнал. – Нравится тебе?

– Что? Кто, он? Да нужен он мне…

– Береги себя. Иди пока работай, а потом… я тебя отпущу. На работу после регистрации не приходи, а поезжайте на пенную вечеринку в баре «Белый берег» возле дикого пляжа, – заговорщицки улыбаясь, произносит Ада Васильевна.

– Вряд ли он согласится, – отвечаю сухо.

– А ты попроси. Откажет, так и бог с ним. И вообще, веди себя с достоинством. Ты девушка видная, порядочная.

«Забавная, смешная…»

«Ты меня не прельщаешь, Каланча»

– Спасибо вам большое, Ада Васильевна.

Я бы и ее обняла, только стесняюсь. Не положено мне по статусу…

Мажор приезжает ровно в тринадцать тридцать. Вальяжно прохаживается возле моей ласточки и подглядывает на часы. Смотрю на него через панорамное окно супермаркета и нарочито приосаниваюсь – своего роста я не стесняюсь, а мажор… Пусть только попробует ещё раз обозвать!

– Привет, Артём! Едем? – придаю голосу ленивое безразличие.

– Привет, Кала… Вера. Тебя отпустили? – на меня даже не смотрит. Вернее, кидает взгляд, каким смотрят на пролетающий за окном пейзаж.

– Отпустили, – завожу ласточку, стараясь не обращать на Артема внимания. Сидит тут… Пахнет, как парфюмерная лавочка.

В загсе нас ждут. Артём кому-то звонит, и через минуту в мраморный холл с высокими потолками выходит стройная женщина с короткой стрижкой. В ее руках красная папка, а на лице отрепетированная улыбка.

– Вот реквизиты, – она протягивает Артёму листок. – Банк в соседнем здании.

– Вера, посиди здесь, а я сбегаю, оплачу.

Воображаю, что в его взгляде, украдкой брошенном на меня, сквозит забота. В зале прохладно от кондиционера, а на улице жара…

Артём возвращается через пятнадцать минут. Давит такую же фальшивую улыбку работнице загса и хватает меня за руку. Его ладонь сухая и горячая, такая же, как мои пересохшие от волнения губы…

– Истомин Артём Вячеславович, согласны ли вы взять в жены Понедельник Веру Станиславовну? Прошу ответить жениха.

– Да, – твёрдо отвечает Артём. – Верка, хочешь взять мою фамилию? Я не против. А то твоя… смешная.

– Отвали, мажор, – рычу дикой кошкой. – Не то тебе придётся искать другую невесту!

– Прошу ответить невесту!

– Д-да.

Вот и все, ты замужняя дама, Верка… А фамилию я оставила свою. Посчитала, что как-то нечестно ее менять.

Артём забирает паспорта, благодарит регистраторшу и снова крепко берет меня за руку. Как бы я хотела, чтобы все это было по-настоящему… Его надёжная рука и синий, смотрящий только на меня взгляд…

– Куда тебя подбросить, мажор? – произношу, пряча паспорт в сумку. На «мужа» и не смотрю…

– Вера, я хотел извиниться. Я был неправ, посмеявшись над твоей фамилией, – неожиданно произносит он.

– Ну… ладно, на первый раз прощаю.

«Поезжайте на пенную вечеринку», – в памяти вспыхивают наставления Ады Васильевны.

– Хорошо, – мажор дарит широкую белозубую улыбку.

– Но… в качестве извинения я попрошу у тебя кое-что.

– Вер, у нас деловые отношения. Деньги я переведу в течение часа. Если ты что-то там себе напридумывала, то…

– Съезди со мной на пенную вечеринку? – набиравшись смелости, выпаливаю я.

Глава 6.

Артем.

Вот и все. Дело сделано. Каланча стала моей женой, а родителям обеспечен инфаркт. Вера настолько простодушная, что я не сомневаюсь в успехе. Она придет в платье с подсолнухами и резиновых тапочках, а на лицо нацепит маску пугливости и стеснения. Сразит наповал гостей отца – партнеров из Америки и Англии, Греции и Италии и… многих других именитых людей. Единственное, что меня гложет – присутствие на вечере Олеси… Мы какое-то время встречались, пока я не увлекся Катей… А потом Мариной… Ну да ладно…Надеюсь, Вера меня простит, если я расскажу девчонкам правду о нашем браке.

– Согласны ли вы стать женой Артема Вячеславовича?

И черт меня дернул посмеяться над ее фамилией! Видит бог, я боялся, что Вера откажется выходить за меня… Но она ответила чуть слышное «да»… Бросила на меня взгляд, полный чего-то невыразимого: нежности, благодарности, смущения… Не знаю, но тогда я пожалел о брошенной насмешке. И извинился вполне искренне, не ожидая подвоха. Не думал, что Каланча тоже на меня западет! Но она глубоко вздыхает и выпаливает:

– В качестве извинения поезжай со мной на пенную вечеринку.

– Ты сейчас серьезно? – бросаю я, лениво опустив ладони в карманы брюк.

– Да.

– Вера, я тебя прошу, ну не порть ты все. Между нами ничего не может быть.

– Мажор, ты боишься? – улыбается она. Так открыто и искренне, что мне становится не по себе. Замечаю, что зубы у нее белые и ровные, а на правой щеке крохотная ямочка.

– Я? Чего, интересно?

– Влюбиться в меня.

– Не смеши, Каланча. Ты меня не привлекаешь. А я человек довольно постоянный. Куда ты там хотела?

– Ты? Постоянный? Звучит смешно! Я хотела на пенную вечеринку возле дикого пляжа. Бар…

– Да знаю я. По радио все утро про нее говорят. Там и какая-то музыкальная группа приехала. Ну… поехали. Так уж и быть. Раз тебя некому свозить.

Вера на миг меняется в лице. Ее губы бледнеют, пальцы начинают мелко подрагивать. Мне еще истерики не хватает!

– Ладно, Вер. Извини, я перегнул.

– Какой-то ты неосмотрительный. И как только с людьми работаешь? А где ты, кстати, работаешь? – Вера открывает машину и осторожно садится за руль. Пристегивается.

– Тебе это интересно? Мне, например, абсолютно все равно, чем ты живешь? – отвечаю, лениво откинувшись на спинку кресла. Открываю настежь окна и вдыхаю пряный от солнца воздух.

– А, может, я преступница? Или у меня имеется судимость? Куча кредитов? Не понимаю, как так можно было – подойти к незнакомке и попросить стать ее ненастоящей женой? – пожимает плечами Вера.

– Ключевое слово – ненастоящей. И нас связывает договор. Если вздумаешь что-нибудь выбросить – не получится.

– И даже не спросишь, где я живу? Может, я…

– Вер, юристы фирмы отца достанут тебя из-под земли. Что-то еще?

– Нет, – сникает она.

Вера замолкает. Напряженно смотрит на дорогу, вцепившись в руль. Ветер играет ее волосами, вбивается в ноздри терпкими ароматами моря и цветущих магнолий. Извилистая дорога устремляется вверх, к дикому пляжу. Издалека слышится музыка и голоса ведущих, в небе ползают разноцветные лучи светомузыки. Бар «Белый берег» высится у основания холма, заросшего кипарисами. Там почти всегда тень и блаженная прохлада. Вера паркуется на заставленной транспортом парковке и бойко выпрыгивает на подъездную дорожку, присыпанную галькой.

– Идем, мажор, – улыбается она.

Я, напротив, выгляжу нахмуренным и недовольным. Не понимаю, как девчонке удалось меня уговорить?

– Только без глупостей, – бросаю со вздохом. Чувствую себя смешным. Каланча права – веду себя, словно ее боюсь. На самом деле я боюсь встретить в компании Веры кого-то знакомого…

Мы пробираемся сквозь толпу гостей к домику, закрытому широкой соломенной крышей. Вера тянется в сумочку, чтобы заплатить за вход.

– Стой, Каланча. Я сам.

– Это же я тебя пригласила, – вновь довольно улыбается она.

– Ну и что. Никогда не позволял девушкам платить за себя, – вынимаю из портмоне купюры и оплачиваю посещение навязанного «мероприятия».

– Идем, скорее! – горячая ладонь Веры крепко сжимается на моем запястье.

Хочу возразить глубокомысленной фразой, но в эту секунду зал взрывается аплодисментами. В воздухе повисают гитарные переливы, а потом в них вливается голос артистки. Вера тихонько хлопает в ладоши, не обращая на меня никакого внимания.

– Что тебе взять? – наклоняюсь и шепчу ей в самое ухо.

– Мажор, ты умеешь водить машины с механической коробкой передач? – шепчет она в ответ.

– Конечно.

– Тогда мне алкогольный мохито. А ты не пей – довезешь меня домой.

– А ты часом не…

– Артем, считай это моим маленьким капризом. Отблагодари меня за услугу.

– Я, вообще-то, тебе денег дал. Посмотри, пришли?

Вера равнодушно бросает взгляд на телефон. У меня на мгновение складывается впечатление, что они ей не нужны… И ей более важен этот дурацкий концерт…

– Да, спасибо. Так что с мохито?

– Ладно, Каланча. Подарю тебе час своего времени.

Мы садимся за свободный столик в конце зала. Организаторы концерта приспускают брезентовые занавеси. В зале вмиг становится темно. Потолок и стены расцвечиваются красными и зелеными лучами файерболов. Вера жадно пьет мохито, украдкой поглядывая на меня. Ничего не спрашивает – только смотрит. Порой мне кажется, что она хочет что-то сказать, но молчит, встречая мой нахмуренный взгляд.

– Еще? – перевожу взгляд на пустой бокал.

– Конечно!

Поднимаюсь с места и иду к бару. Слышу, как певица бормочет что-то грустное, всхлипывает в микрофон, а потом призывает гостей танцевать. Черт, только не это!

– Дамы приглашают кавалеров! Дорогие мои, я хочу увидеть, как вы танцуете! Ну-ка, кто у нас самая красивая пара?

Надеюсь, Вера не примет ее завывания на свой счет. Напустив на лицо строгий вид, пробираюсь с бокалом к нашему столику. Вера ждет меня во всеоружии – загадочный вид, улыбка Моны Лизы, горящие глаза.

– Потанцуешь со мной, мажор?

Глава 7.

Артем.

Вокруг слишком многолюдно, чтобы спорить или отказываться. Площадка для танцев вмиг становится центром всеобщего внимания – пол окрашивается голубоватым светом, а к влюбленным парочкам прилипают любопытные взгляды.

– Хорошо, так и быть, – отвечаю со вздохом, оставляя бокал на столе.

– Ты так говоришь, словно я прошу тебя выполнить тяжкую повинность! – Каланча закатывает глаза и тянется к бокалу. Делает жадный глоток и бесстыдно притягивает меня к себе. Кладет ладони на плечи и томно вздыхает. Черт… Видит бог, я не ожидал от Веры такого… Нет, к женскому вниманию я привык, но… Вера? Она казалась мне особенной – отстраненной, задумчивой, живущей в своем мире, где нет места простым человеческим слабостям. Вспоминаю, как украдкой наблюдал за ней в супермаркете… Казалось, что картошка и помидоры интересуют ее больше людей – с таким старанием она их перебирала. Да и по магазину она ходила, как блаженная – с полуулыбкой на лице.

Под всхлипывания певицы притягиваю девчонку к груди и увлекаю в центр зала. Вера закрывает глаза и замирает, позволяя мне вести. Ее теплое дыхание щекочет висок, а ноздрей касается легкий, едва уловимый аромат. Ландыш, магнолия, корица… Пожалуй, пахнет она приятно. Ее сердце стучит так громко, что я ощущаю его биение даже через одежду – тонкий розовый топ с резинкой по горловине. А еще Каланча плоская… Ну да ладно… Признаюсь, она бы сгодилась на один раз… Но у меня хватает благоразумия, чтобы не усложнять все. Ежу понятно, что Каланча в меня втрескалась. Свожу ее на банкет и… разведусь в одностороннем порядке. Она и знать не будет, что уже не замужем.

– Артем… – шепчет она, возвращая меня в реальность. – Спасибо тебе. Ты… подарил мне праздник.

Ну все, наклюкалась. Четвертый бокал мохито был явно лишним.

– Вер, мне порой кажется, что ты полученным деньгам радуешься меньше, – слегка отстраняюсь, чтобы взглянуть на нее. У Веры огромные голубые глаза и чистая без изъянов кожа. Наверное, нежная и тонкая на ощупь. Наверное… Потому что я этого никогда не узнаю…

– Деньгам я тоже рада, мажор. Не сомневайся, – улыбается она. – Я найду им достойное применение.

Танец кажется бесконечным… Вера права – все это для меня повинность. Она, прибрежный бар, концерт на пляже, пенная вечеринка…

– Спасибо, – повторяет Вера, когда музыка заканчивается. Снимает с моих плеч горячие ладони и неуклюже отступает в сторону.

Ведущий приглашает гостей на улицу. Под восхищенные визги малолеток толпа, отталкивая друг друга, рвется наружу. Трое хлопцев в джинсовых шортах проверяют специальные агрегаты, выпускающие пену. Только не это! Каланча серьезно собралась в ней купаться?

– Вер, ты же не думаешь, что…

– Идем, мажор! Будет весело, вот увидишь!

– Ты серьезно?

– Только не говори, что никогда не делал этого! – улыбается она. Виртуозно отбрасывая трубочку, залпом допивает мохито и тянет меня за руку.

Будь по-твоему, смешная девчонка! Сегодня я весь твой!

– Идем, Артём! Давай! Не забудь снять обувь!

Вера сбрасывает кеды и тянет меня в облако мягкой белоснежной пены. Диджей на всю громкость включает песню Клавы Коки и «Niletto».

– Я с тобой не дружу! Я твой личный манья-я-к! – подпевает Каланча.

Смешно, да и только… О чем Вера думает? Произвести на меня впечатление нелепыми плясками или песнями? Прохаживаюсь возле нее, мысленно считая минуты до момента, когда это все закончится.

– Мажор, отвези меня домой. Похоже, я напилась, – шепчет Вера бескровными губами. – Четвертый бокал был… Ик… Лишним.

– Тебя тошнит, Каланча? Отвезти тебя в туалет? – вытираю липкую пену с ее лица.

– Нет, домой. Курортный проспект, дом пять. Это… на случай если я вырублюсь.

– А зачем ты пила, дуреха? Если так реагируешь на жалкое мохито?

– Ну вот так… Захотелось. Я же не каждый день замуж выхожу, – Вера пытается быть обольстительной, но выходит так себе.

– Давай ключи.

Вера устало садится на лавку и обувается. Стирает остатки пены с одежды и волос. Фоном звучат крики гостей и музыка. Она медленно-медленно расстегивает сумку и вынимает ключи.

– Спасибо тебе. Ты можешь мне… Меня… Что-то меня конкретно развезло, мажор. Боюсь споткнуться и разбить себе нос, а завтра на работу…

– Ох, Вера. Давай я тебя понесу, – вздыхаю и подхватываю почти невесомую Каланчу на руки. Она бессильно роняет голову на мою грудь и всхлипывает. Обвивает мою шею тонкими, как зеленые побеги, руками и прикрывает глаза. Открываю машину и осторожно укладываю девчонку на задний ряд. В машине духота. Спешно кручу ручки и открываю все окна.

– Вер, если станет плохо, не молчи! У тебя есть целлофановый пакет?

– Есть в бардачке, – пищит она. Хватает подушку и сует ее под голову. – Спасибо, что не бросил, мажор.

– Всегда пожалуйста.

Запускаю двигатель и трогаюсь с места. Давно я не водил таких машин… Ну ничего, доедем с ветерком. Бросаю взгляд на задремавшую девчонку и выезжаю с площадки бара. Курортный проспект – популярная у отдыхающих улица. Странно, что Вера живет там… Хотя, я ведь даже не спросил местная она или нет? И на прописку не взглянул… Когда мы подъезжаем к ее дому, Каланча крепко спит. Черт, а о ключах от дома я не додумался спросить!

– Вера… Вер, просыпайся, приехали, – трогаю ее за плечо, но Вера лишь мычит в ответ.

Беру ее сумку и нагло расстегиваю. Шарю в поисках ключей. Паспорт, расческа, упаковка влажных салфеток – вот и все ее вещи. Ключи прячутся в боковом отделении. Кладу их в карман и выхожу из машины. Открываю заднюю дверь, раздумывая, с какой стороны лучше подойти к девчонке? Или сначала открыть входную дверь ее дома? Черт дёрнул меня связаться с Каланчой! Так и знал, что это плохо кончится. В этот момент калитка распахивается, открывая взору черноволосую пожилую женщину.

– Это машина Веры-джан! А ты кто такой? – шипит она, упирая руки в бока.

– Я Веру привез. Она у вас живет?

– Да, они с Настенькой у меня комнатку снимают. А что с Верочкой? – женщина прищуривается и наклоняется, чтобы разглядеть Веру.

– Она… немного перебрала с алкоголем. А эта Настя дома? Она может помочь уложить Веру?

– Настя? Ей три года, молодой человек. Это Верочкина дочурка, а вы разве не знали?

Вот это я попал! Похоже, выгляжу я одураченным, потому что женщина меняется в лице и начинает на меня энергично дуть.

– Что такое, джан? Ты кавалер ее, что ли? Ребенка испугался? – машет она руками, пытаясь привести меня в чувства. – Вера у нас красавица, умница… О такой, как она только мечтать можно.

– Нет, я… знакомый. Держите ключи. И покажите, куда ее нести…

Погоди, Вера… Очнешься и я… В общем, нам не избежать разговора.

Глава 8.

Вера.

– Как у него глаза округлились, джа-ан! Вай… Я думала, парня удар хватит! – причитает Роза Петровна, заламывая руки.

Господи, какой позор… Ведь я знала, что будет, если выпью больше одного бокала…

– Боже мой, Роза Петровна… Что делать-то теперь? – прячу глаза в пол. – Он так и сказал, мол позовите Настю… пусть поможет донести Веру? Прямо так, дословно?

– Вера, я тебе в десятый раз говорю: так и сказал. А я ведь не знала, что нужно молчать! Если бы ты нас с Левоном предупредила, что надо о Настюше молчать! А с другой стороны, зачем такой жених, если струсил?

– Да не нужен он мне триста лет, – надуваюсь, как жаба. – И никакой он не жених…

– Вставай, Вера джан. Напоим тебя сейчас бульоном, Левон кофе сварит. Будешь, как новенькая, – вздыхает тетя Роза.

Интересно, я не приставала к мажору? Память предательски молчит… Помню, как потащила его танцевать. И его лицо перекошенное тоже помню… Позор, позор… Закрываю глаза и с силой растираю лоб и переносицу. Артем, наверное бежал как оглашенный от новости о ребенке… Тянусь за телефоном, проверяя входящие вызовы. Странно, но мажор не удостоил меня звонком… И что теперь делать? Корпоратив отменяется или наша договоренность в силе?

Медленно спускаю ноги с постели и оглядываюсь. На тумбочке стоят Настюшины куколки и мягкие игрушки, на подоконнике – поделки из бумаги… Артем все это видел. И в его глазах я мошенница… Поднимаюсь, слегка пошатываясь и обуваюсь в резиновые тапочки. Голова гудит, словно в нее замуровали колокол. Я проспала весь вечер, ночь и с трудом проснулась утром… Спасибо тете Розе – разбудила. Работу ведь никто не отменял.

Принимаю душ и с особой тщательностью чищу зубы. Набрасываю на плечи хлопковый кардиган и уныло бреду к Розе Петровне. Хорошо, что мама меня не видела такую – беспомощную и пьяную.

– Доброе утро, Левон Багдасарович! – здороваюсь бодро. В душе же сгораю от стыда.

– Садись, Вера джан, попей бульона. Кофе тебе сейчас налью. И не волнуйся ты так… Просто у тебя организм такой… Неприспособленный.

– И что делать-то теперь, дядя Левон? Мне еще на корпоратив идти с мажо… С Артемом. Получается, я и бокал выпить не могу? – хмурюсь и опускаюсь на цветастый «уголок».

– Можешь. Бокал, и не больше…

Как же мне повезло с хозяевами! Никакого от них осуждения, да и лишних вопросов сегодня, на удивление, не поступает.

Бросаю взгляд на настенные часики и убегаю к себе. От выпитого бульона голова соображает лучше. Закрепляю эффект двумя таблетками аспирина и быстро сушу волосы. Заплетаю их в высокую «гульку» и облачаюсь в короткие джинсовые шорты и белую футболку. Ну все… Можно ехать на работу. А мажор… Первая звонить ему я точно не буду. Пусть сам решает, как со мной поступать…

Ада Васильевна не замечает никаких во мне изменений. Дает поручения, улыбается, хвалит… Все как обычно, кроме тревоги, свернувшей внутри меня змеей. Она сосет, сосет изнутри, подбрасывая воображению страшные картинки жестокой «расправы» Артема надо мной.

– Верочка, там тебя спрашивают, – зовет меня Ада.

Ну вот и все… Пришел час расплаты. Кошу взгляд на черные от грязи руки и киваю директору в ответ. Мою ладошки с мылом и спешно выхожу на улицу. Пыльный фартук висит на мне мешком, разметавшиеся волосы липнут ко лбу, на щеках вспыхивает румянец волнения.

Мажор, собственной персоной. Надушенный, красивый и нарядный. Не пара мне, скромной работящей девушке…

– Привет, мажор, – вбираю в голос все спокойствие мира.

– Ничего не хочешь мне сказать, Вер?

– А… какое отношение моя дочь имеет к нашей договоренности? Разве я пытаюсь повесить на тебя… Настю?

Черт… Так ведь хотелось произнести это с гордо вздернутым подбородком… А выходит жалко. Мажор смотрит на меня с нескрываемым презрением. Понимаю – теперь его юристам придется туго. Артем вмиг озвучивает мои мысли:

– Вера, ты должна была сказать! Разве не понимаешь, что теперь развод займет больше времени? Я теперь… я… гребаный папаша для чужой девочки! И развод будет через суд! Или ты на самом деле рассчитывала, что я… – цедит мажор сквозь зубы.

Меня обдает волна горькой обиды. Дыхание сбивается, в горле вырастает ком… Чужая девочка – вот кто для Артема наша дочь… Знал бы он, как я «таксовала» с грудной малышкой в автокресле! Как лишала себя ужина, чтобы купить Насте лакомство! Ненавижу его… И как меня угораздило влюбиться в этого слюнтяя! Не нужен нам с Настей такой папа!

– Я ни на что не рассчитывала, мажор, – произношу сухо. – Покажусь твоим родителям и сама подам на развод. И вообще, ты зря переживаешь, Артем. Нормальная девушка никогда тобой не заинтересуется.

Мажор оживает. У него даже глаза загораются нездоровым блеском. Ну надо же – кто-то посмел назвать его «величество» недостойным женского внимания! Артем опускает ладони в карманы и прищуривается.

– Это почему, Каланча? Ты вот вчера вешалась… – его красивые губы изгибаются в кривоватой ухмылке.

– Это было вчера, – закатываю глаза. – Мне просто нельзя выпивать. Вот и все. А ты… Ты несамостоятельный, некрасивый, неинтересный… Ты… никто, Артем. Избалованный мальчик, ничего в жизни не добившийся своим трудом. Поэтому можешь не сомневаться – я исчезну из твоей жизни. Потому что сама так хочу… Мне бы в голову не пришло искать своей дочери такого… отца.

– Ладно, Вера. Ты мне тоже не нравишься. Корпоратив в силе. Заеду за тобой в семь. Выглади платье с подсолнухами. Ну и про резиновые тапочки не забудь.

– Не надо заезжать. Я сама доеду. Не стоит себя утруждать, – произношу испуганно. Еще не хватает, чтобы мажор увидел меня в шикарном наряде раньше времени!

– Как скажешь, – бросает он, взглянув мне прямо в глаза. И сейчас в них пылает обида или что-то другое, необъяснимое – смесь дерзости и злости, презрения, удивления. Мажор совершенно точно не ожидал от меня таких слов. Да я и сама не ожидала… Выпалила, что чувствую. Он ведь вправду такой – несамостоятельный слюнтяй и маменькин сынок. И что я в нем тогда нашла? А сейчас?

– Тогда… до встречи на корпоративе, – киваю я.

– Пока, Вера.

Артем кивает в ответ и уходит прочь. Провожаю его удаляющуюся фигуру взглядом и звоню Жанне. Мне надо убедиться, что все получилось…

– Привет, Жанка. Как там мой стилист, визажист…

– Косметолог еще, Верка! И мастер маникюра. Все пучком, подруга! Завтра идешь к косметологу, а в день корпоратива все остальное. Наряд, кстати, привезу вечером. Ты там как? Еще не совратила своего мажора?

– Нет. И… уже не хочу. – Неожиданно добавляю я.

Глава 9.

Вера.

– Кожа у тебя, Верочка, как персик! – восхищенно вздыхает визажист модного (по мнению Жанночки) салона красоты. – Никакой коррекции не нужно, слегка припудрим и хайлайтер на скулы нанесем, да?

– Чего-о? Кого нанесём? – вздыхаю и перевожу беспомощный взгляд на подругу.

– Чего? – передразнивает меня Жанка. – Ты как с луны свалилась, Понедельник! Венерочка, делай свою работу и… все. Веруся потом на результат полюбуется. – Важно добавляет она, подмигивая Венере.

Не поверите, я боюсь посмотреть в зеркало… Венера «колдует» надо мной больше часа. Очищает кожу и вбивает в нее какие-то снадобья… Кажется, я повернусь и ужаснусь результату… Там точно будет красная помада и синие тени! Или ярко-розовые румяна… Ерзаю на месте, искренне желая, чтобы подготовка к феерическому вечеру поскорее закончилась. Венера вытягивает мои волосы специальным утюжком, потом накручивает их, обрабатывает воском, взбивает, снова вытягивает… Фух… Пожалуй, к началу мероприятия я лишусь остатков сил!

– Закончили, красавица, – Венера торжественно разворачивает кресло к зеркалу.

Из отражения на меня испуганно смотрит… красавица. И никаких синих теней и розовых румян на ней нет. Бархатная кожа, немного подкрашенные глаза в обрамлении пушистых ресниц, губы с помадой карамельного цвета… И копна длинных, спадающих по плечам волос.

– Что замерла? Слов найти не можешь? – Жанка упирает руки в бока.

– Честно говоря, да… Это вообще я? – касаюсь лица ладонями.

– Ты, Верка… И мне очень хочется увидеть, как мажор судорожно шарит по полу, ища упавший подбородок, – хмыкает Жанна. – Хотя нет… Вряд ли он его найдёт. Тот разобьётся вдребезги.

– Спасибо, Венера, – отмираю я и улыбаюсь визажисту. – Поеду, утру мажору нос!

Неудивительно, что такси приезжает с небольшой задержкой по времени: вечер выходного дня в курортном городе сегодня как никогда суетливый.

Сажусь в мягкое кожаное кресло автомобиля премиум-класса, чувствуя себя Золушкой… Сегодня я и есть такая.

– В Рэдиссон-Плаза, леди? – оглядывается водитель. – О! Там, наверное, проходит конкурс красоты? – присвистывает он.

– Что-то типа того, – отвечаю я.

Мимо пролетают привычные пейзажи: туристы, бредущие с пляжа, торговые лавочки со специями и пивом «холодным, как сердце твоей бывшей», пляжной одеждой и принадлежностями. И только сейчас я – Золушка Вера смотрю на мир из окна роскошной машины… Скоро волшебство рассеется, я снова стану частью обычной жизни…Каблуки дорогих кожаных босоножек звонко стучат по тротуару, а затем и мраморному полу огромного, залитого светом холла. Официанты в черно-белых ливреях носят подносы с шампанским, воздух вибрирует от музыки и звона бокалов, уплотняется ароматами духов и дорогого алкоголя.

– Ваш пригласительный, леди? – швейцар рисует на лице приторную улыбку.

– Вот, – спешно выуживаю глянцевый конверт из крохотной, украшенной бисером и стразами сумочки.

– Приятного вечера, мисс, – улыбается он, взмахивая ладонью в сторону многолюдного зала.

«Миссис», – произношу мысленно, неуверенно ступая в указанном направлении. По бокам длинного коридора теснятся уборные, гардеробные комнаты и служебные помещения. Подхожу к большому зеркалу и вынимаю из сумки расческу. Приглаживаю пряди, кручусь, ловя любопытные взгляды толпящихся возле уборных дам, и… замираю, услышав знакомый голос. Мажор…

– Так что не пугайся, увидев ее. Это сюрприз для папы! – усмехается он.

– Ну ты даёшь, Тем! А ты не думал, что она вцепится в тебя, как клещ? Наведёт справки, будет шантажировать? – звучит приторно высокий женский голосок.

Похоже, они в соседней комнате… Дверь приоткрыта, и я могу видеть спину девушки. Она невысокая, тоненькая, каштановые, с оттенками жидкого золота волосы струятся по плечам до пояса…

– Да брось, Олесь! – ухмыляется муженёк. – Я обезопасил себя договором.

– Интересно посмотреть на это посмешище. Уверена, ты выбрал шокирующий контент! – хихикает она. – Может, и своим родичам устроить такое, как думаешь? Задолбали требованиями! Иди, Олеся поработай, поучись и сделай что-то полезное! Не то машину заберём и карты заблокируем!

Едва сдерживаю подступающую тошноту. Глубоко дышу и скрываюсь из вида в шумном банкетном зале. Мне срочно нужна вода! А лучше коктейль со льдом! Взбираюсь на барный стул и заказываю лимонад с мятой. Потягиваю напиток через трубочку, разглядывая гостей. Вон там толстяк с рюмкой водки, он залпом выпивает ее и активно жестикулирует, в чем-то убеждая собеседника. А там… родители Артема. Угадываю его отца по внешнему сходству с мажором. «Свекр» высокий, худощавый, одетый в темно-синий хлопковый костюм. Слышу обрывки английской речи. Похоже, он обсуждает с партнером деловые вопросы. Что-то про поставки тары из переработанного пластика…

– Ве-ера?! – от подслушивания меня отвлекает голос Артема.

Медленно поворачиваю голову, встречаясь с его позеленевшим от гнева лицом. Вот бы Жанка порадовалась, увидев рожу мажора! Беспомощный, раздавленный, дезориентированный – именно таким он сейчас выглядит.

– Здравствуй, муж, – лениво хмыкаю и припадаю к трубочке. С шумом втягиваю лимонад.

– Ты… ты аферистка! Мошенница! – шипит Артём. – Мы же договорились, Каланча? Ты получила деньги и все равно… сделала по-своему? Зачем ты так меня подставляешь? Договор был о другом.

– А что изменилось, мажор? Это по-прежнему я – смешная и забавная, как ты меня обозвал, Каланча. Разве нет?

– Да, но…

– И… твои родители идут сюда. Ну улыбнись же, муж!

На нас устремляются десятки глаз. Замечаю перекошенные лица Олеси и какой-то рыжей девицы с бокалом белого вина. Они бесстыдно шепчутся и косятся в нашу сторону. Ну и пусть! Сегодня я достойна обсуждения. Видимо, и восхищения тоже, поскольку стоящий неподалёку молодой мужчина смотрит на меня именно так…

– Папа… – шелестят бескровные губы мажора. – Мама?

– Здравствуйте, я Вера, – протягиваю кисть для рукопожатия отцу Артема. – Я жена Артема.

– О-очень приятно, Вера. Меня зовут Вячеслав Олегович, а это мама Артема Татьяна Сергеевна.

– Очень неожиданно, но… приятно, – улыбается симпатичная женщина в темно-зеленом платье. Артем унаследовал от нее цвет глаз…

Ошарашенные родителя поочередно пожимают мою «наманикюренную» кисть с ярко-красными ноготками. Мажор выглядит так, словно объелся лимонов. Его глазки беспомощно бегают по залу, цепляясь за последнюю возможность выставить меня в дурном свете. И он находит ее… Тащит к нам крепкого русоволосого мужика, с которым общался его отец. Представляет меня по-английски, полагая, что я не смогу ответить.

– Hello, I am Vera, Artyom's wife. He invited me to shock his parents and partners. Do you think he succeeded? – отвечаю, гордо вскинув подбородок и метнув победоносный взгляд на мажора. (– Здравствуйте, меня зовут Вера. Я жена Артема. Он позвал меня, чтобы шокировать родителей и деловых партнеров. Думаете, ему это удалось? Перевод с английского, примечание автора).

– Nice to meet you, Vera. I am Joseph Andrews. You are a very beautiful lady, Artyom is lucky, – отвечает Джозеф, пожимая мою протянул кисть. (– Здравствуйте, Вера. Меня зовут Джозеф Эндрюс. Вы очень красивая девушка, Артему повезло).

Видели бы вы мажора! Это зрелище достойно Оскара! Ну или на худой конец Пальмовой ветви за лучшую роль второго плана. Первая принадлежит мне…

– Вера, мы можем поговорить? – наблюдая за жалким поражением сына, произносит Вячеслав Олегович.

– Конечно, идемте. – Отвечаю я.

Глава 10.

Вера.

– Проходите, Вера Станиславовна, не робейте, – протягивает папа Артема, взмахивая ладонью в сторону светлого зала для переговоров.

Вера Станиславовна, он серьезно? С чего бы ему со мной миндальничать? Ах, постойте-ка… Я правильно понимаю – он знает мое отчество? Неужели…

– Вячеслав Олегович, я все объясню… – тушуюсь, стоит нам оказаться внутри зала.

Вячеслав уверенно отодвигает стул и присаживается во главу стола. И смотрит на меня… так, будто режет лазерным лучом. Кажется, все мои помыслы видны ему как на ладони. Он все знает. Даже то, что я сейчас скажу…

– Позвольте все объяснить, – голос напоминает жалкое блеяние.

– Валяй, – вздыхает он со скучающим видом.

– Я подам на развод завтра же. Вы не подумайте, что я охотница за богатыми женихами, вовсе нет… Мне ваш Артем не нужен. Он… несамостоятельный, неинтересный, некрасивый, – все-таки решаюсь повторить свою тираду новоиспеченному свекру – пусть не думает, что я вешаюсь на его сыночка. – Никакой, одним словом. А мне нужно думать о… Неважно.

– Ты садись, Вера. В ногах правды нет, – Вячеслав отставляет стул и предлагает мне приземлиться рядом. Черт! Я ведь так и стою, как памятник, судорожно цепляясь за спинку стула…

– Хорошо, сажусь, – выдавливаю и неуклюже опускаюсь рядом.

– Да, тебе о дочери думать нужно, – вздыхает Вячеслав, наблюдая за моими стремительно округляющимися глазами.

– Откуда вы… Вы… знаете?

– Знаю, Вера. Обо всем знаю… – вздыхает «свекр», складывая пальцы в замок. Хмурится, сжимает губы в тонкую линию, и смотрит так, что хочется провалиться под землю… – Артем наивно решил, что юридическая документация, составленная юристом фирмы, пройдет мимо моего внимания. Так что… с вашим договором я ознакомился.

– Он пообещал мне деньги, – бормочу хрипло. – Я мечтаю купить квартиру в ипотеку – маленькую студию для нас с дочерью. Повторюсь – я завтра же подам на развод. Если бы я только знала, что…

Вячеслав Олегович тягостно вздыхает и поднимается с места. Проходит к небольшому бару и скользит взглядом по бутылкам со спиртными напитками. Откручивает крышку и разливает золотистую жидкость по бокалам. Бесстрастный и невозмутимый, как скала.

– Держи, Вера, – протягивает мне бокал. – Выпей для храбрости. Разговор будет долгим и… непростым.

– Мне не нужен ваш сын! Вот и весь разговор!

Похоже, спокойствие Вячеслава нервирует меня, как красная тряпка. Мне не нравится эта странная беседа, и его невозмутимый взгляд тоже не нравится…

– Вера, ты подписала не тот договор, какой читала. Артем напрасно подумал, что я оставлю его затею без внимания, – мужчина делает медленный глоток, смакуя напиток. – Ты не можешь подать на развод сейчас…

– Почему это? Как это не могу? – беспомощно бегаю взглядом по сторонам. Глажу холодное стекло бокала, так и не решаясь попробовать ароматный ликер.

– Потому что я внес в договор изменения.

– Вы… вы не имели права! Вы такой же хитрый и расчетливый, как ваш сын. Вы… – вскакиваю с места, как болванчик.

– Погоди, Вер. Успокойся, я на твоей стороне, – Вячеслав выставляет вперед руки в примирительном жесте.

– Как… на моей?

– Ты нужна моему сыну, именно такая девушка, как ты – умная, работящая, справедливая.

– Но он не нужен мне! Он…

– Я помню: некрасивый, несамостоятельный, неинтересный и, напомни, что там еще было?

– Никакой, – стыдливо опускаю глаза. – Ваша затея обречена на провал: я тоже не интересую вашего сына. Он… обижает меня.

– Как это… обижает? – голос свекра наполняется сталью.

– Во-первых, обзывает Каланчой. А, во-вторых, он выбрал меня – простую работницу магазина с грязными руками, чтобы шокировать вас и ваших гостей. Я никто для него! Пустое место, расходный материал, который можно использовать в своих мерзких целях.

– Приношу извинения за поведение моего сына, – искренне произносит Вячеслав. – Вера, я дам тебе столько же, сколько заплатил Артем. Ты сможешь купить маленькую студию на Лазарева или проспекте Победы. Как тебе предложение?

Ничего не понимаю, он сейчас серьезно? Предлагает мне деньги? И смотрит с нескрываемой мольбой…

– Что вы хотите от меня, Вячеслав Олегович?

– Я поменял обязательства договора, – решительно произносит он. – Юрист дописал всего пару предложений, поэтому вы ничего не заметили… Вы не можете расторгнуть брак раньше, чем через три месяца.

– А если все-таки… – хватаю воздух ртом и опадаю на спинку стула.

– В случае преждевременного расторжения брака инициатор обязан выплатить второй стороне отступные, – сухо отвечает Вячеслав.

– А, ну это не проблема! Наверняка Артем найдет способ от меня избавиться, – со вздохом облегчения отвечаю я.

– Зря ты так думаешь. Сумма отступных неподъемная для Артема… И для тебя тоже.

– Ну… ладно. Замуж я не собираюсь, потерплю три месяца.

– Согласно новому договору проживать вы должны на одной территории, в квартире моего сына, – чеканит Вячеслав, прохаживаясь вдоль стены.

– Мне не нужен ваш сын! Признаю, сначала я купилась на его смазливую внешность, но потом… Моей дочери нужен надежный отец, а не маменькин сынок, у которого детство играет в одном месте! – произношу, все-таки пригубив ликер.

– Вера, ты способна изменить Артема. Я прошу тебя лишь попытаться… Пожалуйста.

– Вячеслав Олегович, но, как? Как вы себе это представляете?

– Что ты там говорила про надежного мужа? Как тебе Макар Уланов? Он смотрел на тебя, как на ангела, сошедшего с небес. Высокий симпатичный парень у стойки бара, помнишь?

– Д-да… А причем здесь…

– И Джозефу Эндрюсу ты понравилась, – деловито кивает он.

– Вячеслав Олегович, у меня голова кругом, что вы хотите?

– Ты лучшее, что случилось с моим сыном. И все, что ты сказала о нем – правда… – со вздохом протягивает Вячеслав. – Но Артем не всегда был таким. Он жил в Америке и зарабатывал сам. Наверное, это наша с его мамой вина – мы чрезмерно его опекали, баловали, старались во всем угодить… Он ведь один у нас.

– Вы простите меня, – виновато опускаю взгляд. – Я не должна была так говорить.

– Вер, давай так: поживите на одной территории. Присмотритесь друг к другу. А насчет Макара я сказал совершенно серьезно… Артему будет полезно понаблюдать, как за тобой ухаживают другие мужчины. Кстати, договором это не прописано, так что… На твою личную жизнь никто не вправе посягать.

– Вы говорили про деньги… Что заплатите мне…

– Подашь на развод сама – получишь деньги на следующий день после завершения срока договора. А не захочешь разводиться, так и останешься ни с чем…

– А, ну это легко! Я вашего сына терпеть не могу!

– Посмотрим, Вера, – снисходительно улыбается он.

– А Артем… Он не станет противиться, если мы с Настей переедем к нему? И вообще… это обязательно?

– С Розой Петровной я решу, – подмигивает он. Вот это да! Все про меня узнал, старый жук! – Заплатим наперёд за твою комнатушку. Да, Вера, не удивляйся, я все про тебя узнал: учишься на факультете лингвистики заочно, родом из маленького поселка в пяти километрах от Туапсе, одна воспитываешь дочь.

– Все так. Бабуля продала квартиру в центре Туапсе, чтобы я поступила в Кубанский университет. Очно проучилась только первый курс, потом родила, устроилась к Аде Васильевне в супермаркет… На сессии езжу, с дочкой помогает мама и бабушка.

«Боже мой, только бы он не узнал, что Настя его внучка!»

– Ты молодец, а мой сын… слепой дурак.

– Вячеслав Олегович, а если он первым захочет развестись? – осторожно спрашиваю я.

– В таком случае ты получишь свои деньги, не волнуйся. Идём, я познакомлю тебя с мужчинами. Сегодня ты затмила всех, Вера.

Вячеслав улыбается, подхватывая меня под локоть и устремляясь в зал. А во мне роятся сотни вопросов… Какие цели он преследует на самом деле?

Глава 11.

Артем.

Она сидит возле барной стойки. Поглаживает ледяное стекло бокала тонкими пальчиками с ярко-красными ногтями и любопытно разглядывает гостей. Прищуривает подкрашенные глаза в опушке бесконечно длинных ресниц и хмурит высокий чистый лоб. Мой взгляд невольно застывает на ее пухлых губах и безупречно уложенных волосах, струящихся по плечам. Пожалуй, Каланча сегодня превзошла себя…

Белый пиджак сидит на ней, как влитой, тонкие браслеты на запястьях поблескивают в лучах потолочных светильников, как и стразы, украшающие ее золотистые босоножки…

Но куда соблазнительнее выглядят ее ноги в коротких белых шортах с высокой талией. Загорелые, длинные, с красными ноготками на аккуратных стопах – на них пялятся все без исключения мужчины в зале.

– Это и есть твой шоковый контент? – голосок Олеси вырывает меня из ауры созерцания. – А ты не охренел, Артемка? Ты «этим» собрался шокировать родителей?

– Замолчи, Олеся, – почти рычу на девчонку. – Для меня это такой же шок! Договор был о другом…

– Говорю же, девка решила посмеяться над тобой! Получить денежки и выставить идиотом. А-ха-ха! – ее язвительный смех вызывает во мне приступ ярости.

Олеся права – Вера меня обманула. Обвела вокруг пальца, прикинувшись бедной овечкой. А я… идиот… Мог бы сразу догадаться, что, кроме денег, Каланча решила заполучить и меня! Иначе, к чему пенная вечеринка и танцы на морском берегу? Ее многозначительные взгляды?

– Я разберусь. Иди… Там тебя подруга заждалась.

Олеся недовольно фыркает и исчезает с глаз долой. Вбираю в мышцы всю твердость, на какую способен, и решительно подхожу к Вере.

– Вера?

– Здравствуй, муж, – широко улыбается она. Обхватывает губами трубочку и шумно тянет напиток. Надеюсь, там не алкоголь.

– Ты мошенница! Аферистка! – не сдерживая эмоции, выпаливаю я. Очевидно, ее нарочитая уверенность действует на меня, как красная тряпка. – Мы договаривались о другом. Ты уже получила деньги…

– Это по-прежнему я, мажор. Смешная Каланча, ведь так? И… сделай лицо попроще, к нам идут твои родители.

Черт! На лице отца сияет удовлетворённая улыбка, матери – смесь любопытства и удивления. Родители довольны, черт возьми! Именно этого я и боялся! Я не могу допустить ее триумфа и собственного жалкого поражения! Выхватываю взглядом Джозефа и тяну его к нам. Сейчас посмотрим, как Каланча будет блеять и непонимающе моргать своими красивыми глазками! Но и тут она меня умывает! На чистейшем английском отвечает Джозефу и пожимает его огромную протянутую ладонь. А как он смотрит на неё – как на сочный стейк! Черт, ненавижу!

– Вера, идём в зал переговоров, – обращается к ней отец.

Вера уходит, оставляя меня наедине с позорным поражением. Отдираю взгляд от ее высокой стройной фигуры и бреду к бару. В ушах гулко пульсирует кровь, в глазах продолжает стоять картинка: Вера, сидящая на краешке барного стула с бокалом в хрупких руках… Вера, обставившая меня, как последнего дурака…

– Ну ты даёшь, Истомин! – голос Макара из-за спины окончательно добивает мое раненое самолюбие. – Она та самая девушка, которую ты выбрал? Забавная и фриковатая?

– Она самая, Вера Понедельник, – отвечаю равнодушно, не глядя на Уланова.

Он усаживается рядом и заказывает выпивку. Делает скудный глоток, вздыхает удовлетворенно и многозначительно произносит:

– Так она тебе точно не нужна?

– Нет, а что ты хотел?

– Хочу ее себе, – без стеснения отвечает Макар, пронзая меня взглядом. – Вера послужит украшением для любого мужчины.

– Каланча? Да брось, Уланов, ты серьезно?

– Абсолютно, – сухо бросает он, нервно сжимая бокал. – Спрашиваю ещё раз: Вера останется твоей фиктивной женой? Мой путь свободен?

– Я завтра же подам на развод. Так что… Дерзай, Макар. Не думаю, что тебе понадобится много времени, чтобы завоевать Каланчу.

– А я не думал, что ты такой дурак, Истомин, – снисходительно протягивает он.

Я чувствую спиной, как все на меня смотрят… Бьют взглядами, как острыми пиками, гадая, как скромной Каланче удалось заполучить одного из видных холостяков побережья? Уж Олеся с Катей точно думают так!

– Твои возвращаются, – замечает Макар, бросив взгляд на вход.

Там Вера… Улыбающаяся, уверенная в себе, она шествует, как модель по подиуму, поддерживаемая за локоть твёрдой рукой моего папы.

– А вот и мы, Артём, – безэмоционально произносит отец.

– Вижу, – бурчу в ответ.

– Верочка, познакомься с Макаром Улановым. Он очень перспективный молодой человек. Работает в нашей фирме, возглавляет отдел маркетинга. Макар?

Видели бы вы сейчас мою вытянутую рожу! На меня Каланча не обращает ни малейшего внимания – улыбается, обнажая белые без намека на желтизну зубы, и протягивает изящную кисть Макару.

– Здравствуйте, Вера, – млеет Уланов, припадая своими пухлыми «варениками» к ее кисти. – Очень приятно. Вы украсили этот вечер, Вера. Не думал, что у Артема такая обворожительная жена.

– Ах! Только я фиктивная жена, – не стесняясь папы, отвечает Вера.

– Да, это так, – соглашается папа, метнув на меня нечитаемый взгляд. – Макар, вы не составите Верочке компанию на фестивале «Новая Волна»? Мы с Танюшей не сможем пойти, не хочу, чтобы билеты на вип-места пропадали.

– Конечно, с удовольствием, – суетится Уланов, пожирая Каланчу сладострастным взглядом. Пожалуй, одного концерта будет достаточно, чтобы ее уложить…

Смотрю на этих двоих, раздумывая, как поступить? Плюнуть на них и уехать домой? Или досмотреть представление до конца?

– Сынок, подними с пола подбородок и пойдём со мной, – похлопывая меня по плечу, шепчет отец.

– Что это было, пап?

– А что? Ищу твоей ненастоящей жене настоящего мужа. Ты ей не подходишь.

– И это говоришь ты?

– Да, я. Вере нужен влиятельный и деловой человек. Серьезный, работящий.

– Я только за. Завтра подам на развод.

– Погоди, сынок. Правила игры немного изменились.

Глава 12.

Артём.

– Правила игры, отец? – спрашиваю я, когда мы входим в зал переговоров. – Разве не я их задаю?

– Уже нет, сынок, – снисходительно улыбается отец. – Теперь я. Моя привычка все контролировать послужила добрую службу.

Отец не торопится занять место – крутится возле бара, разливая по бокалам янтарную жидкость из бутылки. Со вздохом отодвигаю стул и сажусь… Ясно, как белый день – меня сдал юрист фирмы Антон Михайлович! Мерзавец, он ведь клялся, что будет молчать! Вот тебе и «фирму возглавишь ты». Все ложь! Отец никогда ничего мне не доверит…

– Зря ты плохо думаешь об Антоне Михайловиче, – отпивая глоток, произносит папа. Садится во главу стола, словно набираясь смелости начать разговор.

– А о ком мне надо плохо думать, пап? О тебе? Так я и знал, что твои высокопарные фразы – дешевый фарс, – хлопаю ладонями по краю стола, будто в подтверждение своих слов.

– Ну, ну, Тема. Ты просто ещё не до конца включился в работу, вот и все. Я лишь хотел тебя подстраховать в рабочих вопросах, а узнал грязную тайну… А теперь скажи, что все это неправда!

– Это правда, – почти рявкаю в ответ, высверливая в груди отца дыру взглядом. – Я хотел подшутить над вами. Но все пошло не по плану…

– Смешная простушка оказалась принцессой. Понимаю, – злорадствует отец.

– Кто, Каланча? Не смеши, пап. Если ее приодели и причесали, это ещё не значит, что…

– Ты дурак, вот что я скажу. И за свою дурость будешь наказан. Взгляни на новый договор, сынок, – елейным голоском произносит он, выуживая из кармана пиджака свёрнутый листок.

Бегло пробегаюсь по строчкам, выхватывая ужасающие в своей величине цифры отступных… Черт! Как я мог так проколоться? Позволить этим двоим – Вере и папе – провести меня?

– Чего ты хочешь, папа? – проклятый договор подрагивает в руке. – Хочешь наказать меня, да? Все, что здесь написано – правда? Мне действительно придется с ней жить в моей квартире? А ты знаешь, что у Веры есть дочь? И она…

– И она лучшее, что случилось с тобой, Артем. Тебе нужна именно такая девушка, как Вера.

– Бред! – парирую, отбросив бумагу подальше. Договор тоскливо летит и опускается на пол возле папиных ног. – Каланча совсем мне не подходит. Она из параллельного мира, пап. Я привык общаться с другими девушками, тебе ли не знать?

– Знаю, Тема. И эти девушки тащат тебя вниз. На дно – вязкое и беспросветное. Ничего, сынок – поживи с Верой, присмотрись, подумай…

– Ты возомнил себя вершителем чужих судеб, да?! – кричу я. – Как ты себе это представляешь? Да она… Она не нравится мне!

– Артём, сядь на место и выслушай меня. Держи, сынок, выпей, успокойся, – беспристрастность отца злит меня еще больше. Хочется к чертям разнести этот кабинет. Принимаю из папиных рук бокал и делаю скудный глоток ликера.

– Я желаю тебе только добра, Тема. Поживи обозначенный срок, присмотрись к девчонке. Вера умная, работящая, а как она тебя отбрила… с Джозефом! – усмехается папа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.