Катя Лоренц
Племянница жены

Пролог

Есть ли она, любовь? Двадцать лет назад я бы ответил, что да. А сейчас…

Не знаю, кто из нас изменился. Я или моя жена. А возможно, что оба. Но я не чувствую того, что раньше. К жене. А вот к её, свалившаяся на нашу голову племяннице… Да. Она провоцирует меня на массу эмоций.

Иногда мне хочется сжать ее тонкую шейку, заткнуть дерзкий ротик поцелуем. Рядом с ней моя кровь бурлит, вскипает. Я пытаюсь, борюсь с этими чувствами. Но они не поддаются контролю. Меня, как магнитом тянет к ней.

Прохожу мимо ее комнаты и не замечаю, как толкаю дверь. Ноги сами несут меня к ней.

Снежа, дикий ёжик, которая всегда огрызалась и провоцировала меня, вздрагивает и роняет футболку. Она стоит у окна. Жалюзи светлыми полосками отбрасывают тени на белоснежную кожу, по ключице течет капелька воды, упавшая с мокрых волос, задерживается на остро торчащем соске и падает вниз.

Зажмуриваюсь. Пытаюсь остановить демонов, что нашептывают: взять. Вкусить ещё раз этот сладкий, запретный плод. Насладиться её страстными криками.

Сопротивляюсь. Проигрываю.

В несколько шагов преодолеваю расстояние между нами, бросаю взгляд на собранный чемодан.

– Куда-то собралась? – спрашиваю охрипшим от возбуждения голосом. Она очухивается, прикрывает упругую грудь рукой. – Я уезжаю, – худенькие плечики расправляются. Она с вызовом смотрит на меня.

– Я так больше не могу. Ты, и то что между нами было… Всё это мерзко и неправильно.

– Снежа, – ласково говорю, провожу носом по виску. Её кожа пахнет дурманяще. Ванилью и ей самой. Хватаю за талию. Она отталкивает меня.

– Миша. Как ты думаешь. Каково мне? После всего того, что между нами было? Спать здесь, зная, что за стенкой ты в одной постели с ней! Моей тетей! – по щеке катится слеза, она зло стирает ее. – Я. Уеду! Сейчас!

– Я тебя не отпускаю! – поднимаю её на руки. И не слушая возражений, тащу на кровать. Она сопротивляется, брыкается. Но ее зеленые ведьминские глаза, горят возбуждением. Наши рты сталкиваются, языки борются друг с другом. Весь жар концентрируется внизу. Руками ощущаю бархат кожи, и зверею. Моя!

Мозг отключается. Снежа пытается слабо сопротивляться, я кусаю её за шею, одновременно снимая эти чёртовы короткие шорты, которые никак не помогают мне остыть. Нахожу гладко выбритый лобок и провожу по мокрым складочкам.

– Скажи, что ты не хочешь меня?

– Не хочу! – упрямо заявляет она, закатывая глаза от удовольствия. Мои пальцы порхают, едва касаясь. Дразнят. Не дают того, что она хочет.

– Врушка, – широко улыбаюсь, развожу стройные ножки, наваливаюсь на нее. Прикусываю торчащий сосок, зализываю. Она хватает меня за голову и притягивает ближе.

– Твои сиськи охуенные. Хочу загнать между ними член. – она всхлипывает. Её так же, как и меня заводят грязные словечки. Черные зрачки расширяются, она неосознанно трется об пах промежностью.

– Хочу твой член, – будоражаще-низким голосом говорит порочная девочка. – Трахни меня. Как в последний раз, – я превращаюсь в зверя.

Сдергиваю с себя одежду, она помогает мне, обхватывает ногами, не вырваться. Да я и не смогу. Слишком глубоко засела под кожу.

– Хочу твою узкую дырочку, – говорю, протискиваясь внутрь. Туда, где был только я. И начинаю быстро двигаться, сжимая шею.

– Скажи, чья ты сучка?

– Твоя сучка… Ещё… Миша… Пожалуйста… Сильнее… – стоном выдает она, царапая спину. Метит меня. Чертовка. Вишневые губы приоткрылись, глаза лихорадочно горят.

Не чувствовал ничего подобного за всю жизнь. Мы падаем в бездну порока, летим с оглушительным свистом, под пошлые шлепки наших тел и ее криков. Кончаем одновременно, под триггер крутящийся в моей голове: твоя сучка.

Как всегда, после секса с ней чувство вины перед женой, перед Снежаной, что опять не устоял, придавливает меня к земле.

Мне нужно прийти в себя. Нужно, что-то решать. С одной стороны безумная, порочная страсть, с другой жена, с которой прожил двадцать, твою мать лет!

Быстро одеваюсь и выхожу.

Мне кажется, что я попал в дурацкий драматический фильм. Где главный злодей я.

Под дверьми, на корточках, сидит моя жена, Вика. Она поднимает зареванное лицо, пухлые, накаченные гелием губы дрожат.

– Как ты мог, Миша? И с кем?! С моей племянницей, которую я приютила. Как ты там её назвал? Сука? – она поднимается на ноги. И кричит уже не мне.

– Иди сюда, сука! Я тебе всё пакли повыдираю! – она тянется к ручке. Хватаю ее за руки.

– Пусти меня! Я ее грохну! – беру жену за талию и под виз и мат тащу в комнату.

– Кобель! Мерзавец! Не мог удержать член в штанах?! А эта, тварь! Вся в мамочку! – ворошу волосы. Не знаю что сказать.

Прости? Что мы давно живем как соседи? Что не хочу ее и схожу с ума по ее племяннице? Как вырваться из этой паутины, в которой мы все запутались?

Глава 1

Михаил

Идиотским решением было купить жене салон красоты. Хотел, чтобы она занималась любимым делом, чтобы не ждала меня, как верная собачка дома, развивалась. Что ж, за что боролись, на то и напоролись. Жена учится слушать глупости своих клиенток, которые возомнили себя гуру семейной жизни. Хотя меняют мужей, как перчатки. Насоветовали, что ее губы слишком тонкие, что такие мужикам не нравятся. И жена накачала их, не спросив моего мнения на этот счёт. Но я-то женился на ней такой, и люблю ее такой, какая есть. Теперь они советуют увеличить грудь.

В последнее время мы только ссоримся. Я решил что-то исправить, пока не стало слишком поздно. Поездка на Доминикану помогла. Мы провели это время, как в раю. Купались, гуляли, вели непринужденные беседы. Я видел в жене снова ту восемнадцатилетнюю девушку, которую полюбил много лет назад. Но стоило только вернуться домой, как клиентки стали пудрить ей мозги всякой чушью.

– Я все равно вставлю импланты! Это мое тело, что хочу с ним, то и делаю! Никогда бы не подумала, что ты такой ханжа и тиран!

– Спать то мне с тобой, а не им! Я не хочу тискать резиновый экспандер. И ещё! Твои губы просто ужас! Я не хочу целоваться с надувной Зиной. Верни их лосю! – конечно я понимаю, что переборщил. Накипело, что так давно копилось. Я повидал таких девушек фабричных у своих партнеров по бизнесу. Все, как под копирку. Невозможно угадать кто из них кто. Красота она же в индивидуальности.

Вика поджала губы, а потом воинственно посмотрела на меня.

– Ну и не спи, найду кого-то другого!

– Что ты сказала? – угрожающе надвигаюсь на жену.

– А что? Будет моим губам пара. Муж – рогатый олень.

Я ухмыляюсь, бегу за женой, она с визгом убегает. Хохочет. Догоняю её в спальне и валю на кровать.

Погоня раззадорила нас обоих. Мы тяжело дышим, смотрим друг на друга по-новому.

Я накидываюсь на ее губы, снимаю одежду. Вика в ответ раздевает меня. Эта страсть, которая в последнее время погасла, вспыхивает между нами и я наслаждаюсь каждым мгновением. Может у нас не все потеряно? Есть шанс?

Когда жена остается в одних трусиках, раздается звонок в дверь.

– Нас нет дома, – раздраженно говорю, хватаюсь за резинку трусов. Мне нужно удовлетворить голод, который не появлялся со времен института.

– Подожди, – Вика останавливает мою руку. – Анжелика должна прийти, – Анжелика это её клиентка и подруга, которая пока Вика не видит, пытается меня соблазнить. То на бедро невзначай руку положит, то трётся об меня силиконовой грудью четвертого размера. Мне поет, что я лучший мужчина в мире и что Вике со мной повезло, а жене, что с ее красотой она смогла бы найти себе получше. Понятно, что я не перевариваю её на физическом уровне.

– Позвонит и уйдет! – говорю под трель звонка, потом раздается стук. Вика смотрит на меня взглядом: вот видишь! Встает, надевает халат.

– Аааа! Чертова подруга! Чтоб у нее весь силикон полопался! – утыкаюсь в подушку, пытаясь унять стояк.

Слышу крики из коридора. Голос женский, но эта не Анжелика. Одеваюсь и выхожу. В коридоре стоит девушка. Откидывает назад темные с рыжиной волосы и смотрит зелеными глазами.

– У вас и муж есть, – осматривает коридор. – И живете в роскоши, – говорит таким голосом, как будто обеспеченность это преступление. – Почему же не приехали? Не помогли маме, когда она так в вас нуждалась? – мне хочется защитить растерянную жену, которая утирает слезы.

– Девушка, а вы вообще кто? И по какому праву наезжаете на мою жену?

– Я ее племянница.

– Кто?! – смотрю на жену. – У тебя есть сестра? – девушка усмехается и скрещивает руки на груди.

– Я смотрю он тоже не в курсе. У нее была сестра. Теперь нет. Умерла, – жена всхлипнула и кинулась мне на грудь. Я машинально гладил её по голове, успокаивал, а сам думал. Как так получилось? Ведь при нашей встрече жена сказала, что сирота. Что все её родственники разбились на машине.

Снежана

Сегодня девять дней, как я похоронила маму. Она умерла от рака. Нужны было много денег для лечения, был шанс спасти. Я бросила институт, мы продали нашу комнату в общаге, устроилась на мойку, вечером работала официанткой в клубе.

Но сумма никак не собиралась. И вот я нашла эти отравляющие и калечащие душу письма. Оказывается у меня есть тетя. И мама ей писала. Рассказывала о нашей жизни, просила помочь, потому что не могла смотреть, как я вкалываю на двух работах. Просила не для себя, а из-за меня, потому что ей было жаль меня. Но письма, судя по конверту, даже не открывались и отправлялись назад адресату.

Я прижала их к груди, словно маму, которую больше не смогу обнять. И ревела.

Хочу узнать эту бессердечную женщину, плюнуть ей в лицо. Как можно отказываться от родни? Я за маму готова была душу продать. Она была замечательным человеком. И я не понимала, как можно было ее не любить?

В отличии от нее, я не была ангелом. Мне до жути захотелось отомстить своей тетке. Чтобы она заплатила за смерть сестры.

Оделась и вышла на улицу. Злоба гнала меня быстрее. Села на метро и поехала в тот район. Стояла, смотрела на престижную высотку и чувствовала желчь на языке. Хорошо живет тетка, нечего сказать.

– Эй! Девушка! – окликнул меня вахтер, как только зашла в просторный холл. – Вы к кому?

– К Степновым.

– Зачем? – закатила глаза. – Тетка это моя! Ясно?

– Конечно ясно, – он брезгливо осмотрел мое дешевое платье и скривился. – Ты ещё скажи, что президент тебе папка родной. – скрестила руки на груди.

– Вам то какое дело? Почему я должна отчитываться перед вами?

– Иди отсюда! Пока полицию не вызвал.

– Вот ещё! – и твердым шагом направилась к лифту.

– Ты куда? – тучный дядечка выскочил из своего окопа и преградил мне дорогу, выставив руки в разные стороны. – Не пущу! – я сделала обманный маневр, шагнув в одну сторону, а сама поднырнула под руки. Дядечка вахтер не устоял. И упал. Матерясь и прихрамывая шел к лифту. Но я заскочила в кабинку и нажала кнопку. Открутила поручень и как только лифт открылся, поставила его поперек. На этаже было всего две квартиры.

Поднесла руку к звонку, сомневалась стоит ли, а потом нажала. Постояв с минуту нажала ещё. Неужели никого нет? Второй раз сюда не пустят. Вахтер хорошо меня запомнил. Точно дома нет. От досады постучала ногами. В квартире послышались шаги и дверь мне распахнула раскрасневшаяся блондинка с замершей улыбкой.

– Вам кого, девушка?

– Вы Виктория Степнова?

– Да, а в чем дело?

– Да ничего особенного. Просто пришла посмотреть на тетю.

– Что? Ты Снежана? – ухмыльнулась. Надо же, а она похоже знает про меня.

– Заходи. Нечего в коридоре стоять. Если тебя послала Тамара, то ты зря пришла. Мириться я с ней не собираюсь!

– А у вас и не получится. Она умерла. – Виктория побелела и схватилась за пояс шелкового халата.

– Что? Она же молодая. Всего на два года меня старше, – что же между ними такого случилось? – Как это произошло? – её сине-зеленые глаза наполнились слезами.

Как трогательно! С издевкой подумала я.

К нам вышел мужчина. На лице черная борода, тело подтянутое. Ничего такой, для старпера. Я думала в таком возрасте все мужики с пузиком, а этот подкаченный.

– У вас и муж есть, – всё то у них ладненько. Красивый мужик, квартира в центре с дорогим интерьером. – И живете в роскоши, – пока я искала денег на операцию, похала на этой работе, они жили припеваючи.

– Почему же не приехали? Не помогли маме, когда она так в вас нуждалась?

– Девушка, а вы вообще кто? И по какому праву наезжаете на мою жену?

– Я ее племянница.

– Кто?! – он удивлен. – У тебя есть сестра? – а у тетки то тайны от мужа.

– Я смотрю он тоже не в курсе. У нее была сестра. Теперь нет. Умерла.

– Она писала, а я… Нужно было прочитать. Но я не могла. Мы поссорились много лет назад. Я не хотела с ней мирится, а теперь… – ну и что? Пришла, посмотрела на тетку. Возможно, она даже раскаивается. Мне то что с того? Маму не вернёшь.

– Снежана, – позвала она.

– Пойдем, хоть чаю попьем, – предложила тетя

– Я лучше пойду, – я шла сюда с четким намерением высказать всё. Но, не знаю, то ли слёзы её тронули, то ли запал пропал, не хотела больше ничего.

Вернулась домой. Открыв дверь, застала хозяйку комнаты.

– Явилась!

– Анфиса Павловна, а что происходит?

– Что-что. Выселяю тебя. Я все понимаю, мать больная была и все дела, но я не мать Тереза!

– Но Анфиса Павловна. Я же мать только похоронила. Вот, – достала из сумки все свои сбережения и протянула ей. – Тут за полмесяца. – хозяйка забрала деньги и сунула в карман.

– Соседка сказала, что ты уволилась из клуба.

– Да. – мамы нет. Мне немного нужно. А работа в этом клубе сомнительное удовольствие.

Наш костюм состоял из коротких шорт, из которых торчала половина задницы, и топика, из которого вечно вываливалась моя троечка. А в последнюю смену меня чуть не изнасиловал один мажор. Проходу мне не давал каждую смену. Это и стало последней каплей.

– Ну вот видишь. Квартира в Москве удовольствие не из дешёвых.

– Но я ещё на мойке работаю!

– Так все! Это не обсуждается! Уходи, или я вызываю полицию.

Она выкинула чемодан в коридор.

Вышла на улицу. Подняла голову вверх, пытаясь унять слёзы. Что делать и куда идти, не представляю.

Михаил

Заехал за Викой в салон. Возле её кабинета, остановился, услышав разговор жены и ее подруги, Анжелики.

– Вика, ты прости пожалуйста, но маммопластика тебе просто необходима! А твой мужик – дурак. Он сам не понимает, чего хочет. Я вот сделала и от мужиков отбоя нет! – знатно она ей мозги промывает. Нажал на ручку и вошёл.

– Я знаю чего хочу. Чтобы ты, Анжелика, держалась подальше от моей жены!

– Ой, Мишенька. Ну зачем ты так? Я же о твоей жене переживаю.

– Выметайся отсюда! – указал ей на дверь.

– Миша! – строго начала Вика.

– Она уходит, или я за шкирку её выкидываю! – Анжелика фыркнула и прошла мимо меня с гордо поднятой головой.

– Как ты смеешь?! Она же моя подруга! Такой грубости я от тебя не ожидала! – Вика поджала губы и выбежала из кабинета.

Ну класс! Все настроение коту под хвост! А я рассчитывал, что после работы мы поедем в ресторан и отметим удачно заключенную сделку, которая принесет нашей семье несколько миллионов. Хотел провести приятный вечер вместе с женой. Но видимо не судьба.

Вика молча закрыла салон и села в машину.

– Вика, – начал я, выезжая с парковки. – Прекрати дуться. Это же смешно!

– Ты обидел мою подругу! И я с тобой не разговариваю! – она отвернулась к окну.

– Не разговариваешь? А это ещё откуда взялось? Дай угадаю. Твоя «замечательная» подруга посоветовала таким образом меня воспитывать? – я покачал головой. – Я тебя не узнаю в последнее время. Как появились в нашей жизни этот салон и такие подруги – ты изменилась. У тебя должно быть свое мнение. Нужно жить своим умом, а не наставлениями безмозглой курицы.

– Ты не понимаешь! Я – хозяйка салона! Я должна выглядеть лучше всех. А как я это сделаю? Если ко мне приходят клиентки оттюнингованные. С огромными сиськами, все такие из себя. Меня вообще за уборщицу принимают!

– Так дело в салоне? Так продай его. Раз ради него нужно идти на такие жертвы.

– И что? Сидеть дома и целыми днями торчать у плиты.

– Было бы неплохо. Я уже не помню, когда ел домашнюю стряпню.

– Найми себе кухарку! А я – жена! Не прислуга!

– Раньше тебе нравилось готовить для меня, – с грустью о былых временах заметил я.

– Потому что дура была. Вон Анжелика. Не готовит, не убирается, не гладит своему мужчине рубашки.

– А для чего она тогда нужна?

– Для любви! Я что для тебя просто удобный девайс?

– Ты хотела не разговаривать? Что ж. Класс! Не разговаривай, – а то чувствую мы договоримся до развода.

Я сжал руль. Не знаю, как оградить от жены эту мозгопромывальщицу. Хотелось побыстрее приехать домой, остыть, а тут как назло ливень стеной. Дороги не разобрать. Включил дворники, но они не справлялись. Перед машиной, прямо на красный свет шла девушка. И я едва успел затормозить, а девушка пропала из виду.

– Боже! Ты ее сбил? – выскочил, сразу промок до нитки.

– С вами все в порядке? – помог чокнутой подняться. И очень удивился, когда этой девушкой оказалась племянница жены.

– Снежана?

– Вы? Простите, – опустила глаза. – Я не смотрела на дорогу, – белая футболка облепила хрупкую фигурку и сквозь нее были видны темные ареолы груди, с торчащими сосками. Член мигом встал в постройке смирно.

Я закатил глаза. Здорово. У меня уже на малолеток стоит.

– Извините, я пойду.

– Постойте. Куда же вы пойдете? Я могу вас отвести.

– Если не сложно, – она сделала шаг и ее лицо исказила гримаса боли.

– Что?

– Ногу, кажется, повредила, – я подхватил ее на руки.

– Не стоило, – прошептала она возле моей шеи, разгоняя мурашки по телу. Я на мгновение завис на зеленом ведьминском взгляде, потом спустился к губам цвета спелой вишни. Таким манящим.

Мы стояли посреди дороги, сзади меня сигналили машины, а я не могу оторвать взгляд от племянницы жены.

Посадил ее на заднее сиденье, пока пристегивал, задел пальцем грудь. Соски стали твёрже. А Снежана покраснела. Какого черта она не носит белье? Нужно побыстрее от нее избавиться. Ещё чуть-чуть и я повалил бы ее на сиденье, сдирая мокрые лохмотья. Забывая, что спереди сидит жена.

– Ты в порядке? – Вика повернулась к ней. – Я так испугалась. Ты домой шла?

– Нет. На работу, – вечером? Чем это интересно занимается Снежана?

– Так поздно?

– Я в клубе работаю. Официанткой. А сейчас даже не знаю что делать. Я не могу стоять, не то что ходить на десятисантиметровых каблуках.

– И куда тебя везти? – спросил, отъезжая.

– На вокзал.

– Не понял. Зачем на вокзал то? – Снежана опустила голову.

– Переночевать.

– Тебе жить негде? – ахнула жена.

– Временные трудности. Ничего страшного.

– Ты могла бы пожить у нас. А что? – жена с энтузиазмом посмотрела на меня. – Мы могли бы познакомиться поближе. Миша, ты же не против? – я был против. Очень! На хрена мне такие соблазнители дома. Но с другой стороны, я ее сбил и чувствовал вину. И она племянница жены. В конце концов, это всего на день? Переживу.

– Конечно, Снежана. Оставайтесь.

– Не удобно как то. Я лучше на вокзал.

– Это не обсуждается. Вы едете с нами, – наши глаза встретились в зеркале заднего видения. Снежана облизала губы и прикусила нижнюю. Давление члена на ширинку стало невыносимым. Это будет очень длинный день.

Снежана

Муж Вики нес меня на руках. Было невероятно волнительно обнимать его за шею. Его руки такие горячие и сильные, а парфюм приятный. Я прикрыла глаза и поглубже втянула воздух.

С моим телом творилось что-то неправильное. Дыхание участилось, кожу, где касались его руки жгло, даже сквозь мокрую одежду, а перед глазами белая пелена.

Муж Вики же выглядел раздраженным. Острые скулы напрягались, а в светло-карие глазах зарождалось что-то потустороннее, темное, неизвестное мне.

Михаил принес меня в небольшую комнату в стиле лофт. Черные жалюзи во все окно, на потолке чугунная люстра и по всему периметру потолка – черные брус.

– Снежа, – ласково позвала Вика. – Устраивайся. Это комната Миши.

– А зачем ему отдельная комната? – ляпнула я не подумав. И тут же поняла, что лезу не в свое дело.

– Я вот и думаю. Ни к чему, – она посмотрела на мужа. А потом на меня. – Ты вся мокрая и в мурашках. Замерла?

– Да, – соврала я. На самом деле я горела и всему виной его руки, которые до сих пор ощущаю на себе.

– Хм. Надо тебе что-то дать из одежды. Но боюсь мои вещи не налезут на тебя. В смысле, в области груди, – она посмотрела на мои верхние девяносто, как мне показалось с завистью. – Миша. Дай свою футболку.

– О, нет-нет! – поспешно добавила. Я и так пропахла им.

– Да перестань! Не будешь же ты ходишь в мокром. А где твои вещи?

– На работе оставила. Вы не переживайте. Я завтра утром съеду.

– Живи сколько потребуется. – она ласково провела по волосам. – У тебя очень красивые глаза. Папины?

– Да. Вы его знали?

– Да. Знала, – Вика посмотрела отрешенно. Что-то тут нечисто.

Степновы вышли. Я приняла душ. Когда вернулась, на кровати лежала мужская футболка. Не отдавая себе отчёта, поднесла её к носу. Пахло кондиционером и Михаилом. Только утихший пожар, вспыхнул с новой силой.

Ночью мне так и не удалось уснуть. Я вообще плохо засыпаю на новом месте. Лежала, думала о той тайне, что скрывает Вика. Возможно, она рассказала бы мне о ссоре с мамой. Но для откровенных бесед слишком мало знакомы.

Лунный свет полосками освещал комнату, убаюкивал. И только меня начало клонить в сон, как послышался шум за стенкой. Возня и стоны Вики, ритмичный стук кровати о стену.

Класс! Они трахаются.

Я накрыла голову подушкой, но не помогало. Между ног разгорался пожар. Женские крики заглушил утробный мужской стон. От этого звука встали волоски на руках.

Проворочавшись всю ночь, встала с рассветом. Мне так и не удалось больше уснуть. Чтобы отвлечь себя от мыслей о тетином муже, похромала на кухню. Хотелось как-то отблагодарить их за гостеприимство.

Приготовила мамину любимую яблочную запеканку с корицей. Пока она запекалась в духовке, нажарила сырников. Приходилось стоять на одной ноге, вторая так и не прошла.

Первым, из спальни вышел Михаил. Бросив взгляд на него – покраснела, вспоминая тот звук, что он издал.

– Доброе утро, – охрипшим голосом сказала я, отворачиваясь к закипающий ему кофе в турке. – Простите, что похозяйничала.

– Ничего. Очень вкусно пахнет.

– Вы будете кофе? – я чувствовала, его взгляд на голых ногах. И то, что нас разделяют сантиметры.

– Я пью без сахара, – прозвучал волнующий голос у самого уха. – Как нога? – а, вот почему он смотрел на ноги, а я уже себе придумала невесть что.

– Жить буду.

– Тебе не стоит ее напрягать. Садись, я сам налью кофе.

– Мне нетрудно.

– Сядь! Снежана, – в его голосе появились властные нотки. И я прихрамывая, подошла к стулу.

– Доброе утро, – Вика вышла зевая. Она подошла к мужу, обняла его и поцеловала в спину. – Милый. Какой ты молодец! Столько всего приготовил!

– Это не я. Это Снежана.

Мы сидели за столом. Я разрезала яблочную запеканку.

– Выглядит аппетитно, – Вика откусила кусочек. – Ммм! Очень вкусно. Твоя мама её очень любила, – с грустью произнесла она. Мне хотелось узнать побольше о ней.

– Виктория. А что случилось? Почему вы поссорились? – тетя вытерла рот салфеткой рот и бросила на стол.

– Это было давно. И сейчас это не важно.

– Извините, – я вернула внимание еде.

– Тебе нравится, милый? – Михаил ел молча.

– Да.

– А у меня возникла замечательная идея! – он сделал глоток кофе. – Почему бы Снежане не остаться у нас? – Михаил закашлялся.

– Что?!

– Ну ты же сам хотел домашней еды. Мне некогда этим заниматься, а Снежана отлично готовит.

– Не думаю, что это хорошая идея, – поспешила возразить я.

– Почему? – ещё одной такой ночи я не выдержу.

– Это неудобно.

– Да. Видишь, Вика. Она не хочет.

– Но, Снежана. Тебе ведь некуда идти? Или ты нашла место, где будешь жить?

– Нет пока.

– Вот и замечательно! – Вика встала, давая понять, что споры закончены.

Вроде она говорит логичные вещи. И мне бы хотелось остаться. Хотя бы за тем, чтобы узнать тайны прошлого, но пугает моя странная реакция на Михаила.

Он посмотрел на меня, как на змею, которая заползла в их дом и нарушила покой.

– Тебе хватит месяца, чтобы найти где жить?

– Да. Я думаю.

– Отлично! – он резко встал, ножки стула с противным звуком поцарапали дорогую плитку.

– Дорогая! Можно с тобой поговорить? – рявкнул Михаил, бросив на меня уничтожающий взгляд, под которым я съежилась.

Михаил

Охренеть просто! Вика всё решила за меня! И просто поставила перед фактом. Не посоветовалась, не спросила. И меня это очень раздражает!

К моей страной реакции на мелкую, прибавилось то, что я с трудом себя контролирую. А секс с женой, лучший с ее слов, стал полным трешем. Потому что в тот момент я представлял племянницу жены.

Зашёл в спальню. Вика как раз надевала очень сексуальное белье. И мне бы, как нормальному мужику, капать слюной на пол при виде стройной жены. Но ничего не происходит. Меня больше впечатлил вид Снежаны в моей футболке. Было в этом что-то собственническое, отчего по телу разливался приятный жар.

Что это? Седина в бороду, бес в ребро? Да у меня, пока, и седых волос то нет.

– Вика! Почему ты все решаешь без меня? Хорошо. Ты привела свою племянницу на день. Это понятно. Но я НЕ хочу, чтобы она жила тут целый месяц! – трясла бы передо мной своими аппетитными сиськами и виляла упругой попой.

– Хочу напомнить тебе, дорогой, – последнее слово она произнесла с издевкой. – Что это и мой дом тоже! И будет так, как я хочу!

– Вик. А ты не охуела, так со мной разговаривать? Я твой муж, а не подчиненный! – она смягчилась.

– Прости. Не знаю, что на меня нашло.

– Ладно. Но на будущее. Я не потерплю такого тона.

Уехал, не дожидаясь жены. Не хватало, чтобы она из меня стала лепить подкаблучника. Сука! Аж взбесило!

На работе ни о какой продуктивности не могло идти речи. Орал на всех по всякой мелочи, не мог сосредоточится на договоре. Стоило только прикрыть глаза, и тут же вставали воспоминания о Снежане. Её мокром теле, зелёных глазах с поволокой и темных сосков, которые виднелись сквозь футболку.

Я откинулся на спинку кресла, широко расставив ноги. Фантазия понесла меня дальше. Толкаю её на заднее сиденье и снимаю одежду, вхожу на всю длину.

– Сука! – сжал член, пытаясь его усмирить. Как в гребенной юности.

Вечером совсем не хотелось ехать домой. Там Вика, со своей идеей фикс подружиться с племянницей и зеленоглазая Снежана. Набрал своему другу, с которым дружим еще со времен института, Владу Соколовскому. Мне нужен совет. Как поступить, нужно, чтобы кто-то выслушал и понял.

Мы несколько минут пообщались. Влад, как всегда, был в своем клубе «Падший ангел». И я поехал туда. Поднялся в ВИП кабинку, которая была всегда зарезервирована для него и его друзей. Влад сидел на диване. Расслабленно смотрел на брюнетку, крутящуюся на шесте. Бухнулся рядом. Он оценивающе посмотрел на меня и без разговора протянул рюмку водки. Я молчаливо опрокинул её в себя, сдернул опостылевший галстук.

– Рассказывай. Как жена?

– Нормально жена.

– Интуиция мне подсказывает, что не из-за нее ты такой. И не из-за работы.

– Не врет твоя интуиция, – он налил вторую рюмку.

– По-любому баба.

– Угадал, Шерлок.

– Вот поэтому у меня только такие, – кивнул на танцовщицу. – На хер эти чувства. Пришла, сделала дело и ушла. Подробности будут? – мы одновременно опрокинули третью.

– Жена племянницу в дом привела.

– Я думал у нее нет родственников?

– Я тоже так думал.

– Пиздец ты внимательный муж. Сколько вы живете вместе? Двадцать лет? – кивнул. – И ты о ней ничего не знаешь? Даже я о своих шлюхах больше знаю. Например эта. Карина. У нее есть жених и собака терьер Тоби. Заметь. Я просто её трахаю. А вы живете вместе. – И правда. Я так и не поинтересовался у жены, почему они поссорились с сестрой. Кидаю ей претензии, а самому дела нет до её прошлого.

– Хороша племяшка то?

– Да обычная. Просто при виде нее, у меня так стоит, что аж яйца ломит. Целый день о ней и думаю .

– Так трахни и забудь. Со мной это работает, – мое тело было за, по крайней мере член радостно поднял голову. Опять.

– Да не могу я. Измена это не по мне. Тем более с ней. Родственница это ещё хуже подруги. Хотя та готова к тому развитию событий.

– Тогда может ее? Карина, – Влад подозвал танцовщицу. Та покорно кивнула.

– Станцуй для моего друга приват.

– Да ну на хрен.

– Поверь, лучше с ней, чем с племяшкой жены.

Девушка была очень красивая и работала профессионально. Но все не то. Не тот запах и сиськи вроде троечка, как у Снежаны, но силиконовые. У той то настоящий. Мне хватило одного касания, чтобы понять. Карина лишь вызывала раздражение.

– Свободна, – оттолкнула её.

– Да уж, – Влад задумчиво почесал подбородок. – Попал ты.

– Да я сам знаю. Как сдержаться? Она целый месяц будет жить с нами, – Влад заржал.

– Не устоять тебе. Если после одного дня она тебя так завела.

– Нет. Я смогу. Я не похерю свой брак из-за какой-то прихоти.

Вернулся домой. Снимая ботинки, заметил что жены нет. Набрал её номер.

– Да, Миша.

– Вика. А ты где?

– Да мы с Анжеликой на девичнике в клубе.

– За тобой приехать?

– Нет! Ты что? Я сама доберусь. Пока.

– Пока. – Я один на один со Снежаной. В пустой квартире. Хотя поздно. Она спит уже.

Переоделся в домашнюю одежду и взял полотенце. Мне нужно срочно принять контрастный душ. Зайдя в ванну, застыл на месте.

В ушах Снежаны были воткнуты наушники, она подпевала хриплым голосом певице. И она была абсолютно голая! Поставив ногу на ванну, втирала ароматическое масло с запахом ванили. Не мог оторвать взгляд от голой киски.

Вот она стоит. Готовая. В моей любимой позе. Нужно то всего лишь сделать пару шагов, достать изнывающий член и натянуть её, утолить голод и забыть, как советовал Влад. Я даже застонал от запредельного желания.

Снежана обернулась. Ойкнула, прикрыла грудь и гладко выбритый лобок рукой.

– Что вы тут делаете? – пискнула она, заливаясь румянцем.

– Закрываться нужно! – вышел и хлопнул дверью.

Я смог. Не накинулся на нее. Хотя очень хотелось. Но чего мне это стоило?

Снежана

Надо же такому случиться! Я совсем забыла про замок, и что в ванну могут войти. Прижав полотенце к груди, стояла переживала шок. Кожа, под взглядом светло-карих глаз Михаила горела, в теле необъяснимая дрожь. Он первый, кто увидел меня голой. Так стыдно.

Отвесила себе мысленно пощечину и заставила выйти из ванной. В комнате стояла тишина. Можно было подумать, что и нет никого. Лишь слабая полоска света из-под двери спальни хозяев, говорила об обратном.

Мышкой юркнула к себе, и закрылась на замок. Нужно что-то решать. Ясно, что Михаилу неприятно мое присутствие в квартире. Его можно понять. Чужой человек в доме.

Как бы мне не хотелось уйти, больше не чувствовать этого смущения в его присутствии, но не могла. Некуда.

Перспектива ночевать на вокзале не прельщала. Да и полиция отлавливают таких личностей, желающих на халяву переночевать. А денег нет. Да и Анфиса, хозяйка квартиры забрала все до копейки. Поэтому утром, превозмогая боль в ноге, пошла на мойку.

Первая половина дня прошла спокойно. И мне даже разрешили пообедать. Я сидела в каморке, сняв кроссовки, и закинув ногу на стол, позволяя уставшей конечности отдохнуть. И только сделала глоток кефира, как мое уединение было прервано.

По-хозяйски распахнув дверь, в каморку вошел Денис Градский. Тот самый мажор, из-за домогательств которого мне пришлось уйти из клуба. А чаевые там были достойные, мне даже удалось уговорить хозяина взять меня обратно на работу.

– Надо же. Моя беглянка! А я всю Москву обыскал.

– Зачем? – спустила ноги и быстро надела обувь, готовая бежать в любой момент.

– Не бойся, моя снежная девочка.

– Я не твоя! – предусмотрительно встала и обошла стол.

– Я хотел извиниться. – неожиданно. – Понравилась ты мне. Очень. Вот и не сдержался.

– Проехали. Это уже не важно. Ты машину привез на мойку? Так у меня обед.

– Я спешу. Сможешь отложить обед? Плачу по двойному тарифу. – волшебные слова сработали.

– О'кей. Договорились.

– Ты только поаккуратнее с моим новым Аston Мartin, – я закатила глаза. Мажор, одним словом. Кичится шмотками, тачками. Не знает слова: нет. И простые официантки для него нелюди.

Пока я пылесосила салон и полировала панели дорогого авто, Денис стоял сзади меня и тщательно смотрел, чтобы я не поцарапала его «ласточку». Как он говорил. По факту, просто пялился на мой зад.

– Ты чертовски хороша, что в шортах, что в рабочем комбинезоне, – он опустил руку на ягодицы и погладил. Такого обращения я не могла стерпеть. Вылезла из салона и недолго думая, направила струю баллончика полироли прямо в смазливой лицо.

– Ааа! Сука! – вопил представитель золотой молодежи. – Охренела? – я открыла рот, чтобы послать золотого мальчика в эротический пеший, как меня прервал голос, который вызвал во мне табун мурашек.

– Сейчас ты пойдешь, Дениска, – повернув голову, увидела Михаила. Он быстрым шагом подошёл к мажору, схватил его за грудки и тряхнул.

– Какого хрена ты ее трогал?

– Вам то какое дело, Михаил Владимирович? Может я жениться на ней хочу.

– Женилка еще не отросла! – мужчина выглядел очень взбудораженным и злым.

Надо же, как он печется о чести племянницы жены.

– А теперь, свалил отсюда!

– Я клиент! И она обязана меня обслужить.

– Что бессмертный что-ли? Ну-ка, брысь отсюда, «клиент»! Не то я папке твоему расскажу и он лишит тебя машины. – Михаил проводил его взглядом, сжимая кулаки, потом перевел гневный взгляд на меня.

– Ты почему не дома?

– Я работаю.

– С больной ногой?

– Мне нужны деньги.

– Нет, – он приподнял бровь. – Тебе мало той работы, что дала Виктория?

– Мало. Квартира в Москве, знаете ли дорого стоит.

– Так дело в деньгах? – он достал портмоне из кармана.

– Я дам тебе. Сколько надо?

– С чего вы взяли, что я возьму? Я может и бедная, но у меня тоже есть гордость, – он окинул меня тем самым взглядом, что и в ванной. Даже в антисексуальном комбинезоне, чувствовала себя голой.

Он сделала шаг, уперлась спиной в машину. Михаил поставил руки по обе стороны от меня и чуть приблизился. Я ощутила горячее дыхание на губах.

– Гордая значит, – пульс участился, сердце стучало где-то в груди. Да что за реакция на взрослого мужчину? Он же в отцы мне годится!

– Знала бы ты, как мне хочется тебя проучить. Забрать тебя отсюда. Из этой помойки, чтобы всякие спермотоксикозные мажористые малолетки, не смели тебя трогать.

– А кто смог бы? Вы? – он схватил меня за подбородок и приблизил к себе. Между нашими губами оставались считанные миллиметры.

– Не провоцируй меня, девочка.

– Вы ничем не лучше Дениса! Вы точно так же смотрите на меня. Разве что раза в два старше. Кроме того, вы женаты на моей тете! – глаза мужчины зло полыхнули. Я прикусила язык, но было уже поздно.

Михаил

Так хотелось набить рожу этому мажору, Дениске. Он сделал то, что так хотелось мне. Лапал Снежану.

И ведь понимаю, что она под большим запретом. Я старый для нее, она племянница моей жены. Но сука! Ничего не останавливало.

Когда увидел руку Дениса на упругой попке Снежи, зверь внутри меня поднял свою голову и вопил с пеной у рта: он посмел трогать мое!

Порадовало, что Снежана смогла за себя постоять. Другая бы визжала от радости, что такой смазливый, богатый мальчик снизошел до простой девушке, а она нет. Зубастая девочка. И мне грубит. Чего стоило это её: вы меня в два раза старше. Что я могу поделать, если хочу ее до скрежета зубов.

Сжать ее попу, впечатать в себя, чтобы она поняла, как ее хочу, чтобы осознала всё в полной мере.

Намотал волосы на руку и заставил смотреть прямо в глаза, навалился на нее. Она почувствовала, как стоит на нее, и зеленые глаза расширились. Нагнулся и прикусил нежную кожу на шее.

– Знала бы ты, как я хочу поставить тебя раком и отьебаать так, чтобы ходить не смогла, – и тут случилось то, отчего остатки моей выдержки разлетелись на мелкие осколки. С манящих губ, цвета спелой вишни слетел стон, вибрацией отдался в члене. От одного этого звука можно кончить.

Я посмотрел в колдовские глаза, их заволокла пелена похоти, та же, что завладела мной. Как будто чеку вырвали и я накинулся на губы, больше всего на свете желая, услышать этот звук.

Какая же она сладкая, невыносимо! Никогда ни одна из женщин не была так желанна мной.

Я скинул бретельки комбинезона, и залез внутрь руками. Сделал то, что так хотел, сжал охуенный голый зад преградой к цели мне была неказистая веревочка стринг. Так себе помеха, для сошедшего с ума от желания мужика.

Я трахну её. Прямо здесь на капоте машины мажора. Ничего меня не остановит.

– Нет! – Снежана оттолкнула меня, и повторила свой подвиг. Брызнула полиролью в глаза.

– А! Черт! Жжет, – я пытался оттереть.

– Простите. Я не хотела. Больно? – в ее голосе были слышны заботливые нотки. – Пойдемте, – она схватила меня за руку, которую словно током шибануло от её прикосновения и повела меня, как слепого котенка. – Вот вода, – взяла мою руку и подтянула к струе воды. – Промойте, – я послушно выполнял. Зрение постепенно возвращалось.

– Дайте посмотрю, – она обхватила голову нежными ручками, о которые захотелось потереться. – Боже, глаза красные. Может к врачу?

– Что ты так переживаешь за старика?

– Вы не старик, – она упрямо сжала губы и посмотрела с укором.

– О Денисе ты так не волновалась, – хриплым шепотом сказал, сжимая талию.

– У меня корыстная цель. Боюсь, если вы умрёте, Вика не простит мне смерть мужа и выставит на улицу.

– Дело только в этом?

– Да, – выдохнула она. Вышло очень сексуально. И в глазах опять дикая похоть. А сквозь белую футболку торчат соски, которые даже тонкая ткань лифа не способна скрыть.

– Вам лучше уйти! – она убрала мои руки с талии, которые я тут же сжал в кулак.

– Почему? Я тебя хочу. Очень.

– Потому что вы женаты на моей тете! – ах да, Вика. Я напрочь забыл про эту «малость». Когда так стоит, что аж яйца трещат по швам, все мысли и обязанности выпадают из головы.

– Уходите! Мне нужно работать. Не то меня уволят, я не смогу заработать на квартиру и не съеду от вас.

– И оставить тебя с ним?!

– Да хоть бы итак? Что он со мной сделает? Выебет? Ну и пусть! Он мне больше подходит, чем вы, – этого я никак не мог позволить.

– Что ты несёшь? Он… – не мог сказать трахнет, потому что тут же в красках представлял себе, как с губ Снежаны слетает стон, а мажор буравит нежную плоть своим стручком. – Попользуется тобой и бросит! – она усмехнулась, скрестила руки на груди.

– А вы значит отьебете и бросите? – как же, черт возьми меня заводили эти грязные словечки, слетевшие с непорочных губ.

– Вот видите. Так что он лучшая кандидатура. Мне просто нужен секс. А то я уже кидаюсь на всех подряд! – с этими словами она вылетела из каморки.

Я ударил по белой плитке, которая тут же покрылась трещинами.

– Всё так. Мне не должно быть дело до нее.

Она последняя, с кем я могу изменить жене. Это будет подло и мерзко. Но как невыносимо этого хочется. Здравствуй кризис среднего возраста.

А я ведь раньше смеялся над своими ровесниками, когда их колбасило от девушек младше их. Считал это смешным. Но когда это произошло со мной, мне совсем невесело.

Я вышел на улицу и сделал то, что давно бросил. Достал пачку сигарет, прикурил и горько затянулся, посматривая, как Снежана ловко справляется с Керхером, направляя струю на дорогое авто. Мойка то была так себе, явно не для мытья машин, которые стоят миллион долларов. Значит, мажор приехал к ней?

В одну затяжку докурил половину сигареты и выкинул. Посмотрел на Дениса, ошивавшегося на улице и озвучил свое предположение.

– Ты тут из-за нее? Обычно твой водитель возит машину на мойку.

– Ага. Хочу ее. Пиздец. Мозги все свернулись. А она кобенится.

Я подошёл к нему с желанием разбить смазливое личико.

– Только попробуй! – угрожающе прошипел.

– Осади, дядя Миша. Я видел, как ты ее целовал. И могу рассказать жене. Кстати, тебе тоже досталось от этой дикарки, – он заржал. – Старый ты уже для такой красотки.

– Охуел?

– Не-а. Спасаю тебя от позора. У тебя хоть стоит?

– Не переживай, всё в порядке.

– Ну, тогда тебе только и остаётся, что облизываться на нее. Иди ты… К жене, – он похлопал меня по плечу и с лучезарной улыбкой пошел к Снежана.

Они долго разговаривали, а я купил вторую по счету сигарету, желая успокоится. Не помогло.

Потом мажор достал телефон и с довольной рожей тыкал по кнопке. Выехал с мойки. И помахал телефоном.

– Дала номер. На выходных идём в кино. Лекцию проводить не нужно, я знаю, как пользоваться гандоном, – и посигналив, уехал.

Разъяренный, как бык, пошел к Снежане.

– Он не врал? Ты собралась с ним спать?!

– Не ваше дело!

– Снежана. Не делай глупости, – протянул руки, чтобы обнять её отговорить. Но она предупреждающе выставила руки вперёд и отступила на шаг назад.

– Звонила тетя, просила позаботиться о вас. Она уехала на курорт с подругой. Анжеликой кажется, – меня меньше всего волновала сейчас жена. И даже то, что она не пришла домой этой ночью и умотала с этой проституткой, не вызвало ни толики беспокойства. В конце концов, она взрослая женщина. И у нее есть свои мозги, в отличие от этой малолетки.

Заботило только то, что Снежана и правда собирается трахаться с Денисом.

– Не стоит. Я постараюсь не попадаться вам на глаза и выполнить то, что обещала тете. А теперь уходите!

Я решил дать ей время остыть и все обдумать. И ушел.

Глава 2

Снежана

Я считала себя взрослым, разумным человеком. Мне пришлось рано повзрослеть. Заботилась о маме, в то время, как мои одноклассники отжигали в клубах, гуляли, встречались – я работала. Очень много. У меня не было времени на развлечения и парней. И я прекрасно без них обходилась.

И то что пробудил во мне Михаил – ненормально. Может это нехватка отцовской любви? Я только знаю, что он известный певец и актер. Моя комната была увешана его фотографиями, и он был моим кумиром. В живую мне так и не довелось его увидеть. Возможно, я проецировала на Михаила любовь к отцу.

Его губы такие властные, подчиняющие, ласки настойчивые, и мой мозг превратился в желе.

Это просто период взросления. Девочка созрела. И лучше я выберу своим первым партнером любого, только не мужа тети. Денис, которому от меня кроме секса ничего не нужно, вполне подходил на эту роль. Поэтому я решаюсь на встречу с ним, прекрасно понимаю, чем все закончиться.

Нужно только не попадаться на глаза Михаилу. И это нетрудно. После работы на мойке иду в клуб. Нога все еще побаливает, помогает мне отвлечься от порочных, запретных мыслей о нем. Прошу разрешения у администратора Беллы, работать в кроссовках. «Униформа» остается прежней. Короткие шорты, такие обтягивающие, что шов от них впивается промежность, а топик, такой короткий и маленький, что моя грудь торчит из нее двумя футбольными мячами.

– Эх, Снежана, – говорит Белла. – Была бы ты стриптизершей, отбоя от клиентов не было бы. А денег сколько бы заработала. Работа не пыльная, всё лучше, чем бегать с подносом по залу.

– Я лучше побегаю, чем натирать ляжками шест.

– Ну и дура!

– Дура, – согласно киваю я. – Но с принципами.

Сначала просто танец, потом стрип, приват и понеслась по наклонной. Потом богатые папики и секс за деньги. Не для меня.

Я лавировала между столиками, принимала заказы, разносила напитки, блюда. Все как обычно. За одним из столиков сидел золотой мальчик. Я видела его с компании Дениса. Видно места в ВИПе не хватило, что он был внизу со всеми смертными.

Пока ставила выпивку на стол, получила удар по попе. Что их всех, как магнитом притягивает моя пятая точка?

– Хороша, малышка, – больше всего на свете мне хотелось заехать подносом мажору по лицу, но вместо этого я игриво погрозила пальцем и нацепила на лицо притворную улыбку.

Зашла в подсобку. Нога невозможно болела. Только я решила устроить себе пятиминутный перерыв, как в комнату вошла Белла.

– У Верки, что обслуживала ВИП комнаты, скрутило живот. Придется тебе, Снежа, поработать там.

– А может кто-то другой?

Как чувствовала, что меня ничего хорошего не ждёт. Там одни богатеи гуляют, для них мы нелюди. Так, красивые куклы. А запреты писаны не для них.

– Не ерепенься. Там хорошие чаевые дают. Да любая официантка горло перегрызет за это место.

– Так и осчастливьте их.

– Кого я туда пошлю? Толстую Киру, или неуклюжую Ксюшу? – вздохнув, поправила гольфы на ногах и пошагала к кабинкам.

В первой сидел босс – Влад Соколовский.

– Добрый вечер, господин Соколовский. Сегодня я буду вашим официантом. Что будете заказывать?

– Подожди немного. Сейчас придет мой друг и мы сделаем заказ.

Дверь за моей спиной захлопнулась. И меня охватило странное волнение. Словно в голове тревожно зазвенели колокольчики, а по телу забегали мурашки. Как в замедленной съёмке повернула голову и открыла рот от удивления. Передо мной стоял Михаил. Светло-каряя радужка пропала, зрачки расширились и вид он имел очень воинственный.

– Что ты тут делаешь? В ТАКОМ виде?

– Работаю. А что не видно?

– Ты же на мойке работаешь?

– Это днём, а вечером здесь. Есть какие-то проблемы?

– Да нет. Ты больше здесь не работаешь. Влад. Уволь её. Сейчас! – он посмотрел на хозяина клуба. Да что он себе позволяет? Как смеет распоряжаться моей жизнью? Указывать, что я должна делать, а чего нет.

– Вы не посмеете! Прошу вас, господин Соколовский. Не увольняйте. Мне очень нужна эта работа!

– «Господин», – ехидно передразнил меня Михаил. Хозяин клуба задумчиво почесал подбородок.

– Вы знакомы? – Михаил кивнул. – Погоди! – весело продолжил Влад. – Это и есть та самая племянница? – что значит та самая? Они обсуждали меня?

– Да, – сквозь зубы сказал мой названный дядя, и предостерегающе посмотрел на друга.

– Я не могу, Миш. Она лучшая сотрудница. Вот если только Снежана сама захочет, – я отрицательно покачала головой.

– Иди сюда на минуточку, – Михаил дернул меня за руку, вывел наружу.

– Увольняйся!

– Я не могу. Где я вам найду работу? Если вы думаете, что за девушкой не имеющей образования, выстраивается очередь из работодателей, то вы ошибаетесь!

– Я заплачу тебе. Сколько? Полмиллиона хватит?

– Не нужны мне подачки!

Я оттолкнула его и вернулась к боссу. Михаил зашёл хмурый, смотрел на меня так, будто освежевал уже и съел. На вопрос Влада, что он будет, буркнул: тащи две бутылки водки. Исполнив заказ, пошла к другим клиентам. И когда вернулась к ним, Миша был изрядно пьян. Да что там. Он был в хламину.

– Снежана, – позвал хозяин. – Твоя смена на сегодня окончена. Поможешь мне отвести Мишку домой?

– Хорошо. Я только переоденусь.

– Нет времени. Мне нужно успеть еще на одну встречу.

До дома мы добирались молча. Иногда Влад спрашивал куда поворачивать. Мы поднялись на нужный этаж. Миша шел, обняв меня одной рукой и уткнувшись мне в шею нашептывал:

– Снежинка моя. Ёжик колючий, как же я устал бороться с тобой.

Влад только посмеивался, а я то краснела, то бледнела, думая, как много рассказал ему Михаил.

У двери Влад сказал: подержи и перекинул руку невменяемого Михаила на меня. Теперь он обнимал меня двумя руками и пыхтел мне в шею.

Странно, я всегда терпеть не могла пьяных, а тут испытывала почти умиление и нежность к этому огромному, добродушному медведю.

– Заходи. – он закинул руку Миши себе на плечо, мы довели его до спальни и положили на кровать. Влад ушел, сказав, что завтра у меня выходной.

Я постояла над бездыханным телом Михаила и решила его раздеть. Это только потом я пойму, какую глупость совершила.

Сняла ботинки и только развязала галстук, как он проснулся, сграбастал меня и подмял под себя.

– Снежа, – простонал он сжимая двумя руками грудь. – Как же я сильно схожу с ума по тебе, – во рту вмиг наступила пустыня. Я не могла пошевелиться и самое страшное, мне совсем не хотелось освобождаться от этих сильных рук. Тело лихорадило и так приятно чувствовать его тяжесть на себе, ощущать его желание между ног.

Михаил

Обнимаю подушку, вдыхая сладковатый запах ванили. Просыпаюсь. Воспоминания флешбеками всплывают в памяти.

Снежана в моих руках, я нависаю над ней, желая поскорей ворваться в нежную плоть, рву дебильный топик и со стоном накидываюсь на темный сосок, пытаясь расстегнуть пуговицу на шортах.

– Нет! Миша! Нет, остановись! – стонет она, подрагивая всем телом.

А дальше ничего. Пропасть. Так было, или нет? Смог я остановиться? Я так этого желал и ничего не помню. Если уж изменил жене, то хочется знать точно. По себе не пойму. У меня, как стояло при одной мысли о ней, так и стоит. Никакого удовлетворения.

Иду на кухню, достаю бутылку воды и залпом опустошил её. Давненько я так не напивался. Жуткий сушняк. А всему виной она, Снежана. Упрямая зараза. Чего мне стоило сидеть с Мишей и знать, что она сейчас крутит попой перед богатыми мажорами, не передать.

На столе стоит горячий завтрак. Заботится обо мне, как и обещала жене. Голову буравит одна мысль: я ее изнасиловал? Она же сопротивлялась, говорила нет, а я хоть убей не помню, остановился, или нет.

Иду к её комнате и только хочу постучать, как она открывает дверь. Мы стоим напротив друг друга и долго смотрим.

– Нам нужно поговорить.

– Не стоит.

– Что вчера было?

– Мы с Владом привезли вас домой, вы уснули и все.

– Неправда. Я помню, как ты была рядом, как я… Мы спали?

– Да. Каждый в своей постели.

– Снежана, – прижал ее к себе и схватил за лицо, заставляя смотреть в глаза. – Мне нужно знать.

– Ничего не было! – прокричала она. И опять в глазах зелёный туман, а тело подрагивает, по коже бегут мурашки. Похоть лишает меня мыслей. Я нагибаюсь, чтобы накинуться на ее губы, затолкать её в комнату и вспомнить все. Но тут поворачивается ключ в дверном замке и Снежана отталкивает меня от себя.

– Привет, Вика! – здоровается она, отбегает от меня на приличное расстояние. Жена смотрит на нас по очереди.

– Как у вас дела? – скучающе спрашивает Вика.

– Всё нормально, – Снежана надевает кроссовки. – Я на работу ухожу. Завтрак на столе. Как отдохнули?

– Я – нормально.

– Снежана, давай подвезу. – мне хочется договорить.

– Не стоит. Будьте с женой! – с ударением на слове «жена», говорит она и выбегает за дверь.

– Как отдохнула? – повторяю вопрос.

– Нормально. Прости, устала с дороги. Я в душ! – и сбегает так же поспешно. Мне нужно во всем ей признаться и решить, что делать. Вопрос в том, что я сам не знаю, что делать, но обманывать жену не могу.

– Вика нам нужно поговорить, – она обнимает меня за шею и шепчет:

– Ты такой хороший. Самый лучший! И я так тебя люблю. Ты никогда меня не бросишь, не променяешь на малолетку, – я смотрю на жену, поняла она, что между нами со Снежной что-то происходит? Или нет?

– Ты про что? – может и к лучшему. Всё рассказать и будь что будет.

– Да так. Подругу Анжелики мужчина бросил. Ушел к молоденькой, хорошенькой. Как хорошо, что ты у меня другой, – она поцеловала меня в щеку и ушла в душ.

Да уж, другой. И как при таких обстоятельствах говорить ей. И что я скажу? Что хочу ее племянницу? Так Вика выкинет её на улицу и все. Где Снежана будет жить?

За завтраком мы сидели молча, ели вкусные драники. Каждый думал о своем.

– Как отдых прошел? Чем занимались? – Вика покраснела и вернула внимание тарелке.

– Хорошо. Купались, загорали.

– А что Анжелика?

– Ты знаешь, я подумала тут. Не буду я делать маммопластику. Как говориться, толку! Фасад обновишь, а канализация все равно старая!

– Тебе не к чему это. Ты отлично выглядишь.

Вика, я хотел узнать. Что случилось между тобой и сестрой? Когда мы встретились, ты говорила, что сирота.

– На тот момент, у меня были и родители и сестра. Мы жили бедно, в общаге. Родители с утра до вечера пили. Они бы тебя даже не запомнили. Вечно в пьяном угаре. Там кое-что случилось, и если бы не ты… Ты меня спас тогда, Миша, – она с благодарностью посмотрела на меня.

Я сразу вспомнил грустную девчонку, которая стояла на мосту и смотрела на воду.

– Погоди. Ты тогда хотела сброситься с моста?! – она кивнула.

– А ты флиртовал со мной, угощал мороженым и в тебе было столько жизни, что мне самой захотелось жить, – она подошла и обняла меня за шею. – Что бы в жизни не происходило, ты моя тихая гавань.

И в этот момент мне стало так погано. Ведь мы столько лет прожили. Жили не хуже других и были в нашей жизни хорошие моменты. Я чувствовал, что она нуждается во мне. А я ведь подумывал о разводе. Для чего? Чтобы со спокойной совестью спать с ее племянницей? Как долго это продлится? Неделю? Две? А тут вся жизнь.

– Вика. Я подумал. Давай я сниму Снежане квартиру? Что она будет жить с нами?

– Так и не подружились? – ага, подружились. Организмами. Но этого слишком мало. Между нами временная пропасть. О чём с ней говорить?

– Я хотела настоящую семью. Раз Бог не дал нам ребенка. Я вижу в ней дочь, которой у меня нет.

Я думал мы пережили это. А в жене проснулись не растраченный материнский инстинкт.

Первое время мы пытались. По врачам ездили. И вроде все хорошо, а беременность так и не наступила.

Но я то не вижу в ней дочь. Для меня Снежана очень желанная женщина. И как с этим быть? И главное. Была ли измена?

Снежана

Миша прижимается ко мне, заражает своей страстью как чумой. Срывает с меня топик и губами накидывается на торчащий сосок. Необычные, восхитительные эмоции, которые я переживаю впервые, кружат голову. И больше всего на свете мне хотелось, чтобы он не останавливался, чтобы заполнил пустоту внутри меня.

Взгляд упал на халат Вики и горечью на языке осело понимание. Он собирается заняться со мной сексом в их комнате, на супружеском ложе.

Его реакция понятна, он пьяный и не отдает себе отчет в том, что творит. Но я то с чего мозгами поехала?

– Нет! Миша! Нет, остановись! – смогла, хотя это было невероятно трудно. Смотрит безумным взглядом на меня, сейчас он мало похож на человека, больше на зверя. Есть опасения, что не послушает.

– Отпусти, – в голосе мольба. Хотя хочется совсем другого.

Он откидывается на спину, я пулей вылетаю из комнаты и закрываю свою. Неудовлетворенное желание причиняет боль и осознание того, какая же я дрянь, грузом ложится на сердце.

Я ненавидела тетю, раньше, а теперь мне просто хочется понять, почему она так поступила с мамой. Почему не помогла. Для них эта не такая уж большая сумма. Я не собиралась ей мстить, не таким путем. То, что происходит со мной, прежде, никогда не испытывала. Вот и не справилась с новыми ощущениями.

И вот утро. Я хотела по-тихому свалить на работу, устать так, чтобы не было грешных мыслей, и тут он. Прижимает к двери нависает, волосы растрепаны, так и хочется запустить в них руку. И даже запах перегара не отпугивает. Его прикосновения, как масло на раскаленную сковородку и взгляд порочный, поджигает меня, как факел. Ещё шаг и мы окажемся в моей комнате и я не могу сказать нет. Язык просто прилипает к небу, его губы так близко….

Спасает вернувшаяся Вика. Миша меняется. Отстраняется.

Правильно. Кто я для него? Всего лишь развлечение, пока отсутствует жена. Может, такое поведение для него в порядке вещей. И у него много любовниц, а для меня это будет крах морали, принципов. Совесть меня изнутри загрызет. Итак все зашло слишком далеко.

Все правильно, вернулась жена и он с ней. Почему тогда в груди так колет? Он чужой! И на этом точка.

Работа проходит в штатном режиме. Никаких неприятных казусов. Возвращаюсь домой. Пусто. Никого нет. К лучшему. Готовлю обед. И сажусь за поиск квартиры. После часового копания, понимаю, что мне ещё пахать и пахать, чтобы заработать на койка-место.

«Привет. Что делаешь?» приходит сообщение от Дениса.

«Ничего».

«Хочешь покататься по ночному городу? Обещаю не приставать.»

Сбежать, пока счастливая пара не пришла? Дать себе ещё немного времени успокоится и прийти в себя? Почему бы нет. Возможно, я увлекусь Денисом и забуду о Михаиле.

Надеваю платье и белые кеды. Беру жакет. Я чуть-чуть не успела сбежать. В квартиру возвращается счастливое семейство. Вместе.

– О, Снежана. Какой вид! – восхищается Вика. – Дай угадаю. На свидание с мальчиком?

– Да, – она берет руки Михаила, заставляет обнять себя и откидывает голову ему на плечо. Он не сопротивляется. Да и почему он должен это делать? Смотрит только на меня, как зверь на кусок мяса.

– Это не с Денисом ли?

– Ты в курсе? – Вика поворачивает голову, смотрит на него, а он на меня словно готов линчевать.

– Да. С ним.

– Не стоит. Я тебя не отпускаю!

– Но Миш! У тебя нет такого права.

– Ты Вика не понимаешь? Он же попользуется ей и выкинет.

– С кем мне встречаться и чем заниматься я решу сама! А теперь извините. Денис заждался! – выбегаю из квартиры, закипая от негодования.

Сам стоит, обнимает жену и говорит, что мне делать! Сволочь!

Денис ждет меня возле машины, открывает дверь и помогает сесть. Прежде чем захлопывается дверь, бросаю взгляд на окно спальни, в котором вижу курящего Михаила.

– Готова? – Денис заводит двигатель, киваю и мы срывается с места. На большой скорости летим по дороге, быстрая езда позволяет расслабиться. Денис включает музыку, и я начинаю подпевать. У Дениса красивая улыбка. Он расспрашивает о моей жизни, рассказывает про интересные клубы. И мне даже удается поддержать беседу. Мы заезжаем на какую-то площадку с которой виден весь город как на ладони.

– Вау! – восхищаюсь я, усаживаясь на капот машины. Денис садится рядом и протягивает мне коробку с роллами. Себе берет другую.

– Прям настоящее свидание, – удивляюсь я и отправляю один ролл в рот.

– Ты не часто на них бывала?

– Не часто. Обычно парни ухаживают, как ты. Зажимают в подсобке. Но я могу за себя постоять.

– Я оценил. Яйца до сих пор болят и глаза тоже. Вот. Попробуй мой, – Денис макает ролл в соус и подносит ко рту. – я принимаю.

– Вкусно.

– Ты прости за мое то поведение. Я понял. Ты не такая и с тобой так нельзя.

– То есть, надо врезать парню между ног, чтобы мозг на место встал? – он смеется.

– Наверное.

Мы недолго катаемся. Денис рассказывает о себе. Возле дома он останавливается и смотрит на мои губы. Отстегивает ремень. Его рука ложится на мое бедро, сжимает. И я ничего не чувствую, кроме желания побыстрее сбежать. Он наклоняется, чтобы поцеловать. Я отворачиваюсь, подставляю щеку.

– Что я даже поцелуя не заслужил за свое примерное поведение?

– Заслужил, – быстро чмокаю в губы и выбегаю из машины. Денис отъезжает, поворачиваюсь к подъезду и замечаю возле него Михаила.

Он делает частые затяжки и его взгляд такой темный, злой. Он все видел. Хочу пройти мимо него, он хватает меня за руку.

– Что это было? Какого черта ты целуешься с этим сопляком? – угрожающе шипит он.

– Решили поиграть в папочку? Вас не должно волновать, чем я занимаюсь. Вас жена дома ждёт!

– И что?! Понравилось сосаться с ним?

– Да! – назло вру и тут же жалею о своих словах. Михаил толкает меня к двери, наваливается всем телом и я почти лишилась чувств.

– Так же, как это? – его губы сминают мои. Почва уплывает из-под ног, с губ срывается всхлип.

Почему именно с ним так хорошо?

Глава 3

Михаил

Я все решил. Остаюсь с женой и перестаю думать о ее племяннице. Легко сказать, а на деле так не получается. Она уезжает с этим Денисом, с сопляком гребаным. Я, как загнанный зверь, мечусь по квартире, места себе не нахожу. Липну к окну, опять курю, хоть и бросил давно. Смотрю, как она садится в машину, и наши глаза встречаются. Хочется бежать туда, выдернуть её из машины мажора, забрать себе. Но как я это объясню жене?

Хорошо, что Вика не замечает, что со мной творится, хотя тут и полная дура бы все поняла. Хватило бы одного взгляда на нас.

У нее свои заморочки. Она с отдыха такая вернулась, сама не своя. Вроде улыбается и разговаривает, как прежде, но стоит мне отвернуться, в себя уходит. Ногти грызет и смотрит в пустоту затравленно. Нормальный бы муж поинтересовался. А я не могу. Мозг сверлит одна мысль: она сейчас с ним. И ему она может позволить всё, о чём мне остаётся только мечтать.

Вика сидит в спальне, щелкает кнопки на пульте, не смотрит на меня.

– Да блядь! Сколько можно кататься то?

– Ты про Снежану? Так чего тут такого? Молодые. Взрослая она уже. Даже если и позволит что, нам то какое дело? – есть мне дело. От её очевидных выводов, мышцы напрягаются и кости выворачивает.

– Я прогуляться.

Стою возле подъезда, не знаю что делать. Где их искать. Куда он ее повезет? В свой дом? Набираю номер Олега, его отца. Поговорив минуту, спрашиваю о Денисе.

– Да достал уже сынок. Опять с какой-то шалашовкой обтирается. Мать вон успела ему пачку презиков в карман сунуть. А то знаешь, догуляется, подцепит какую-то заразу, а потом по вениричкам его таскай. Или еще хуже. Найдется провинциалка какая-то, по-быстренькому залетит, ради алиментов, – я так сжал челюсть, что раздался скрежет. Не помог звонок, только хуже стало. Теперь я представлял все в ярких красках. – А у самого как дела? Как жена?

– Нормально все. С отдыха только вернулась.

– Одну отпускал?

– Нет, с подругой.

– Ой зря, Миха. Гульнет там, а тебе потом рога спиливай.

– Да не такая она, – а вот я, совсем умом тронулся. Знатно меня так колбасит от ее племянницы.

Попрощавшись с Олегом, достаю ещё сигарету. Делаю затяжку, но никотин не приносит должного облегчения. Подъезжает машина Дениса. И я вижу, как он наклоняется к ней.

Не похожи они на любовников, она отворачивается, не позволяет себя целовать. Я ликую. У них ничего не было. А потом чмокает его в губы. Выпросил таки, мерзкий сопляк.

Хочется морду его нахальную разбить. И ведь все равно что знаю его с пелёнок. Она идёт, старается не смотреть, а я взглядом скольжу по стройным ножкам, перехожу к плавно виляющим бедрам. Ревность рвет остатки здравомыслия прижимаю её, она сопротивляется, когда накидываюсь на губы цвета спелой вишни, выпиваю её стон, и зверею ещё больше. Пальцы сами скользят по голой ноге подбираются к заветной цели, где все горячо и жаждет меня.

Она отталкивает, я так опьянен ей, что легко поддаюсь, не ждал сопротивления. Она отвешивает мне пощечину и смотрит своими ведьминскими зеленными глазами.

– Снежана… – тянусь к ней, она качает головой, по щекам бегут слезы. И она забегает в подъезд.

Тру горящую щеку. Права. Заслужил пощечину. Если бы не остановила меня, то поимел бы ее прямо тут. Я то взрослый мужик, должен был держать себя в руках, но когда она рядом, головой совсем не думаю.

Захожу в квартиру. Жена встречает меня в коридоре и шепчет:

– Прав ты был, не нужно было её отпускать. Вернулась со свидания вся в слезах. На мой вопрос, что случилось. Разревелась и заперлась в комнате. Тебе нужно поговорить с Денисом. Нельзя так с ней. Хорошая девочка.

И не могу сказать, что мажор то не причем. Это все я.

Когда жена уходит, подхожу к ее комнате, поднимаю руку и замираю. Я последний человек, которого бы она хотела видеть сейчас.

Снежана

Прижимаюсь спиной к двери, ноги не подчиняются. Слышу разговор Вики и Миши, удаляющиеся шаги тети.

Я чувствую, как он стоит за дверью, сердце замирает в груди. Не открою. Ни за что. Не могу его видеть.

Он – опытный мужчина, умеет вскружить девушке голову. Особенно такой неопытной, как я. Эгоист! Думает только о себе, не понимает, как ломает меня. Вика меня буквально с улицы подобрала, и я не могу с ней так поступить, переспать с ее мужем.

Утром хозяин мойки присылает сообщение, что на работу приходить не нужно. И я позволяю себе невиданную роскошь – отсыпыться целый день.

Потягиваюсь в кровати и тут же вскакиваю. Вся комната в дыму. Пожар, первое что приходит на ум.

Бегу на кухню, закашливаюсь от дыма. Он идёт из духовки. Открываю окно настежь, достаю из духовки черный уголек. Высовываюсь в окно до половины, дышу. Смотрю, как на парковку подъезжает автомобиль, и из него выбегает Вика.

Нормально? Поставила мясо, а сама ушла.

– Ох, ты ж! – причитает она над куском бывшего мяса.

– Что хоть хотела сделать?

– Мясо запечь к приходу Миши. В магазин бегала за вином, хотела нам романтик устроить. Ну, ты понимаешь. Свечи и все дела. – Отворачиваюсь. Мне стыдно смотреть ей в глаза.

– А что за машина тебя подвезла?

– Охранник подвёз. Снежана, помоги, пожалуйста, с ужином. Я ничего не успею до прихода мужа.

– Хорошо, – в конце концов это моя плата за приют. Вика подходит ближе.

– У меня просьба. Не могла бы ты сегодня погулять? Ну ты понимаешь, чем мы займемся после ужины, – её слова осколками врезаются в грудь. У них все хорошо. Романтика, свечи. Это все с женой. А меня можно потискать возле подъезда, пока никто не видит. Обида леденит душу.

Я нацепила на лицо искусственную улыбку.

– Без проблем. Тем более я сегодня работаю. Уйду пораньше.

– Спасибо тебе, – Вика обнимает меня. Я стою, как истукан.

Она же моя тетя, единственный родственник, который хочет со мной общаться. Есть еще отец, но я не уверена, что он знает о моем существовании и ему плевать.

– Можешь запечь мясо? А то мне ещё в порядок себя приводить.

– Конечно, – пока Вика наводит марафет. Запекаю мясо и ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы ему понравилось, хочу готовить для него. Помогаю ей накрыть на стол. Как только все приготовлено, ухожу из дома.

На работе все идет из рук вон плохо. Перепутала и принесла не тому заказ. То и дело думаю о том, что Михаил сейчас ужинает вместе с женой, смотрит на нее так же, как на меня, потом они идут в спальню…

Мне хочется сбежать, не видеть никого, найти уединенный уголок и дать волю слезам. Запрещаю себе думать о нем, терзать себя, вспоминать его поцелуи, настойчивые ласки и то, как мое тело реагирует на него.

В ВИП комнате один постоянный клиент ловит меня за руку. Я много слышала нехорошего о нем. Что он приходит сюда, чтобы подцепить девушку, и не всегда спрашивает согласия.

– Во сколько кончается твоя смена? – он водит большим пальцем по запястью, вызывает мурашки отвращения и смотрит на меня.

– Какое вам дело? – вырываю руку из цепкого захвата.

– Эй, прошмандовка. Как ты со мной разговариваешь? Ты хоть понимаешь кто я?

– Мерзавец?

– Слышь, дерзкая. Не боишься, что поплатишься за слова? – очень боюсь, но и улыбаться и позволять делать с собой все, что ему захочется не могу.

– Все претензии к моему другу, владельцу клуба. Позвать его?

– Ладно. Гуляй. Пока, – это «пока» изрядно напрягает.

Смена кончается рано утром. Машины разъезжаются одна за другой. Я обхожу Гелендваген. Дверь черного танка на колесах распахивается, и оттуда вылезает тот мужик.

– Пора платить по счетам, детка. – в его липком, похотливом взгляде вижу, что он хочет со мной сделать. Сердце бухается в пятки. Я пячусь и хочу убежать, но двухметровый громила, с татуировкой на костяшках «Вася», хватает меня за талию и тащит к авто.

– Пусти! Помогите! – но люди делают вид, что ничего особенного не происходит. Подумаешь, человека похищают. Всем есть дело только до своей драгоценной шкуры, а что будет с простой официанткой – плевать. Кусаю его за руку.

– Ах ты сука! – он бьет меня наотмашь, так сильно, что я падаю на колени, больно ударяясь коленными чашечками. Слезная завеса не позволяет мне рассмотреть, как какой-то мужик бьёт Васю. Кулаком, потом коленом. Когда тот падает, начинает наносить удары ногой.

Миша. Он приехал.

– Что рассеялась? – он дергает меня вверх.

– Нога, – шиплю я, опираясь на его плечо. Михаил подхватывает меня на руки.

– Я же говорил – увольняйся! Но ты же упрямая, как сто баранов.

Он в таком бешенстве, что я не хочу с ним спорить. Утыкаюсь носом в его шею. И шепчу:

– Спасибо.

Мне нравится, как он пахнет. Парфюм с древесными нотками и чем то ещё. Дурманяще. Пахнет его кожей.

Пользуясь моментом, затягиваюсь волнующим ароматом, напрочь забываю о ноге и о том, что решила держаться на расстоянии.

– Какая же ты дурочка, Снежа, – от его слов я таю и прижимаюсь ближе.

Михаил

Сегодня Вика постаралась. Приготовила мое любимое мясо, свечи по всему дому. Вышла ко мне в откровенном платье. Понимаю, хочет наладить наши отношения, которые дали трещину, надо как-то помочь ей в этом. Нужно. А сам сижу и листаю Инстаграм Снежаны. Зависаю на ее фото в купальнике, с незнакомым мне хмыре, который пялится на ее сиськи. Мудак! Фото прошлогоднее. Что там случилось? Он нравился ей? Был у них секс?

– Миша! – зовёт Вика.

– Что? – отрываюсь от экрана телефона. Она смотрит на меня недовольно.

– Ты какой-то странный в последнее время. Это из-за Снежаны? Я понимаю, тебе не нравится она и ее присутствие в нашей квартире, – ой не правильно ты все поняла, Вика. – Может шампанское хоть нальешь? – я откупориваю бутылку и разливаю шипучку по бокалам.

– Кстати про Снежану. Где она?

– На работу ушла. В клуб, – я сверлю Вику взглядом и залпом осушаю бокал. Опять этот клуб! Я ведь просил ее уволиться! Ходит перед напившимися мужиками в этом наряде проститутки.

– И ты отпустила? – встаю, опираюсь на стол, нависаю над женой.

– А почему собственно я должна была запрещать? Она взрослая…

– Не говори мне очевидные вещи, – мерю комнату шагами. – Ты хоть видела этот клуб? Знаешь зачем туда приходят?

– Мне помнится это клуб твоего друга. Я стараюсь, готовлюсь к твоему приходу, а ты все о моей племяннице. Ты даже не замечаешь меня, мою прическу, нового платья. Не интересуешься мной. Знаешь что, дорогой? Ты сегодня даже не смей заходить ко мне в спальню! И о сексе можешь забыть на ближайший месяц.

– Что? Я теперь у тебя ещё и секс выпрашивать должен? А не пошла бы ты!

– Прекрасно! И пойду! – Вика кинула в меня салфеткой, ушла в спальню, громко хлопнув дверью.

Не то чтобы мне хотелось жену, но её эти замашки. Это край.

Спускаюсь во двор, завожу машину, гоню на всей скорости по ночному городу. Думаю о том, как мы пришли к такому? Я не помню, когда это началось. С каждым днем мы все дальше и дальше друг от друга. И дело даже не в Снежане. А в нас самих. Сможем ли мы все вернуть? А главное, хочу ли я все начинать сначала?

За окном начинается рассвет. Я сам не замечаю, как подъезжаю к клубу «Падший ангел». Я не собираюсь входить, следить за ней. Просто убежусь, что со Снежаной все в порядке. Что она нормально доберется до дома.

Вижу, как Снежану тащит какой-то козел и во мне закипает гнев. Я даже плохо помню, что делал. Пришел в себя, когда она такая хрупкая и нежная льнула ко мне и шептала: Спасибо.

Пристегиваю её. Мы едем минут десять. Просто колесим по городу. Домой не хочется. Она запрется в своей комнате, будет избегать меня. Паркуюсь возле магазина, достаю аптечку. Снежана молчит всё это время.

– Дай я посмотрю, – кладу ногу себе на бедро и достаю из бардачка нож.

– Что вы делаете? – спрашивает она, когда я отрезаю кусок порванных джинс, освобождаю рану. Промываю ее перекисью.

– Ай, – она вздрагивает, дую на рану, как маленькому ребенку.

– Потерпи, малыш. Сейчас пройдет.

– Миша, не нужно, – она впервые назвала меня так. Миша. Мне нравится. Наши глаза встречаются, воздух наэлектризовался, ее грудь часто вздымается, венка на шее бьется быстрее, а чувственный ротик открывается, выпуская воздух.

Я сам тянусь к губам, проталкивая язык внутрь, а она покорно принимает. Залажу под толстовку руками, сжимаю остро торчащий сосок. Она стонет, притягивает меня к себе. Дурею от этого звука. Желание разливается по телу обжигающим жаром. Взять, присвоить. Зацеловать, так, чтобы все мысли исчезли. Видеть этот животный голод в ее глазах. То, что она будит во мне – бесконтрольно. Дико. Пьянею от нее. Она, как яд проникает в кровь. Невозможно устоять.

От мысли, что мог не приехать и случилось бы страшное – схожу с ума. Сломали бы мою снежинку. Поцелуй становится нежным.

– Миш, – она упирается ладошкой в грудь, где бешено стучит сердце. – Мы не должны.

– Почему? – кусаю ее за шею, она откидывает голову назад.

– Потому что ты женат. Я не могу так, – отстраняюсь. – Нам нужно домой. Там Вика. Она ждёт.

Глава 4

Снежана

Сижу, ковыряюсь в тарелке. Хоть и выглядит аппетитно, а есть не хочется. Миша не смотрит на меня больше и это, почему-то, обидно.

– Какие планы на сегодня? – спрашивает Вика. Между ними чувствуется холодок.

Мне сложно судить об отношениях между мужчиной и женщиной. Мои соседи по общаге были семья таджика и русской, та командовала им, а он терпел, потому что жить негде, и пьющая семья, там только скандалы целый день, извечный вопросом: кто выпил чекушку. У моей мамы были мужчины, но домой она их не приводила.

Неужели вот это и есть семейная жизнь? Один смотрит налево, другая ездит непонятно с кем. Им даже поговорить не удается нормально.

– Миша. Ты со мной теперь не разговариваешь?

– Беру пример с тебя, «дорогая». Снежа…ана, – на меня соизволили обратить внимание. Лестно. – Ты сегодня идёшь со мной.

– Мне на работу нужно.

– Ты не будешь работать. Ни на мойке, ни в этом клубе.

– И что вы мне предлагаете делать? Сидеть у вас на шее всю жизнь?

– Нет. Ты будешь работать в моей компании. Работа не пыльная, твоего образования хватит, – я скрестила руки на груди, и смотрела на него из-под бровей.

– Я не буду! – мало того, что мы целый день дома сталкиваемся, так ещё и в офисе. Мне не выдержать. Даже сейчас мое тело переполняется теплом, а губы горят. А он сидит на приличном расстоянии.

– Будешь! Я так решил и это не обсуждается! Я не собираюсь каждую ночь тебя спасать. – Вика переводила взгляд с меня на него.

– А что случилось? Я что-то не знаю?

– Ничего! – одновременно гаркнули мы и продолжили мериться взглядами. Кто кого.

– Собирайся! У тебя две минуты. Или я отвезу тебя прямо в шортах.

– Ненавижу! – говорила, выкидывая вещи из шкафа. – Деспот! Вчера только говорил «малыш», и ласково «дурочка», а сегодня!

Надела платье на молнии. Единственное, что мало-мальски подходило под офисный стиль. Молния до конца не застегивалась и декольте было откровенным. Влезла в туфли на высокой платформе.

– Я готова, – он осмотрел меня с ног до головы.

– Я тебя в офис беру, а не на панель. – прозвучало обидно.

– Уж простите, господин Степнов. Какая уж есть! Так что мне лучше в клуб.

– Нет. Вечером решим эту проблему.

– Миша ты меня не подкинешь? – спросила Вика

– Нет. Мы опаздываем, – схватил меня за локоть и вывел за дверь.

– Да что вы себе позволяете?

– Шевели быстрее ногами у нас много дел.

В машине ехали в полной тишине. Я поправляла край платья, из которого выглядывала широкая резинка чулок, иногда взгляд Миши останавливался на них, но он быстро отворачивался и скрипел зубами.

Я осматривала престижный бизнес-центр с открытым ртом. Девушки в стильных деловых костюмах смотрели на меня, как на инопланетянку, а мужчины заинтересовано.

– Мне тут не место.

– А что вилять задницей в клубе лучше?

– Там хоть я знаю, что ждать от них. А вот от этого мужика, который пялится мне в вырез – нет.

Поездка в лифте оказалась испытанием. Там было очень тесно, и я чувствовала его дыхание у себя на шее, его парфюм, который въелся мне в мозг. Скрестила ноги, прогоняя возбуждение. Я ждала, что он прикоснется ко мне, надеялась, но Миша и не подумал. Сегодня он вел себя отстраненно.

– Михаил Александрович. Доброе утро! – нас встречала платиновая блондинка. От его кивка, она буквально засветилась от счастья. А во мне проснулось неприятное чувство – ревность.

Неудивительно, что он больше не смотрит на меня. Зачем я Мише, когда есть такие на все готовые красивые секретарши, Любочки?

– Любовь Сергеевна, Олег Геннадьевич на месте?

– Да он только пришел.

– Хорошо. Пойдем, Снежана.

– Куда?

– Олег давно искал секретаря. Вот у него ты и будешь работать.

– А кто он?

– Мой партнёр по бизнесу, – мы подошли к кабинету. – Подожди меня здесь. Я предупрежу его. И ещё одно. Это слишком откровенно, – он подошёл ближе. На каблуках я была почти одного с ним роста. Его пальцы коснулись бегунка, задевая кожу. По мне волной пробежались мурашки, и сперло дыхание.

– Она не застегивается дальше, – прошептала. Он потянул за молнию и нахмурился.

– Хорошо. Я позову тебя.

Михаил зашёл в кабинет. Провела по белоснежному столу. Представила, как я такая вся важная сижу за столом, определенно это лучше, чем клуб.

– Ох ты ж! Черт! И почему я не видел такую красоту раньше?– услышала голос Дениса. Повернулась.

– Снежана? – он выглядел удивленным. – А что ты тут делаешь?

– Возможно, буду работать, – Денис подошёл ближе ко мне. – А ты?

– Я к отцу пришел.

– Олег…

– Геннадьевич, – подсказал он.

– Он твой отец?

– Да. И теперь мы будем чаще видеться. Ты как насчёт того, чтобы пообедать со мной? – Денис подошёл ближе и провел по руке пальцем. И его глаза потерялись в вырезе.

– Я не знаю…

– Снежана Юрьевна будет занята, – строго отчеканил Михаил и пригвоздил Дениса взглядом. – Пошли, – его рука легла мне на талию и он пропустил меня вперёд. От простого прикосновения щеки покраснели.

– Он тебе не пара, Снежана, – прошептал возле моего уха.

– А кто пара? Вы? – я повернула голову вполоборота, и наши губы оказались очень близко.

Михаил

Что со мной вытворяет эта девчонка? Чем больше себе запрещаю, тем больше хочу ее. Там, в машине, чуть ли не силой взял ее. И это край. Пора остановиться.

Теперь я вижу в ней не просто сексуальный объект, а трудолюбивую девушку. После одной работы, она идет на вторую, при этом успевает помогать Вике по дому. Не понятно когда спит. И это вызывает уважение.

Мы с Олегом, когда начинали, тоже сутками пропадали на работе, было сложно. Но мы то мужики, а эта девушка. Несмотря на все колючки, которые пытается продемонстрировать, Снежа хрупкая, нежная. О такой хочется заботиться. Не позволять, чтобы нежные пальчики разъедали химикаты мойки, а на стройных ножках были мозоли, от проведенных ночных смен на каблуках. Я помогу ей встать на ноги, а потом исчезну, вернусь к пресной, однообразной семейной жизни. Я решил!

Но тут вижу руку Дениса на Снежане, и все установки летят к чертям собачьим. С каким удовольствием я бы сломал её. Чтобы не смел трогать, не смел улыбаться так, будто она принадлежит ему.

Олег знакомится со Снежаной. Друг недоволен. Я его понимаю. У Снежаны нет такого опыта, какой требуется. Но я уверен, она справится. Она умеет выживать в любой среде. В отличие от моей жены. Разбаловал я ее. Слишком многое позволил, что она стала ставить мне такие условия, как пса дрессирует. Провинился, не получишь вкусняшку. Знала бы она, что для меня самым желанным лакомством стала Снежа.

Погружаюсь в работу, отвлекаюсь о мыслях о ней. Сейчас мне спокойнее, она рядом. Я знаю, что ее здесь никто не тронет. Харассмент мать его. И это распространяется и на меня.

Иду на обед. И по дороге заглядываю в приемную к Олегу. Снежана сидит за столом, быстро печатает что-то на компьютере. Потом прикрывает глаза и разминает шею. Платье в области груди натягивается, я вижу каждый изгиб. Замираю, не дышу. Не хочу прекращать завораживающее зрелище.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.