Виктория Миш
Невеста мага времени. Проклятый дар

ГЛАВА 1

Рита сидела вся в слезах. Он снова не пришел. Мужчина, которого она втайне уже считала своим единственным, продинамил ее день рождения в кругу подруг. Не пришел с огромным букетом цветов, не преподнес кольцо в бархатной коробочке. Даже не позвонил!

Большее оскорбление сложно было представить.

– Может, еще придет? – с надеждой спросила Светка, косясь на часы.

Половина двенадцатого. Мы в мексиканском ресторане заседаем с семи. Каринка прилетела из Питера, Ольга – из Саратова вернулась на один день раньше из командировки. Я – вообще пришла, в чем еще сегодня утром не была уверена. Всё-таки вчера моя размеренная жизнь неожиданно сделала кульбит. Полетела под откос. Разрушилась! – тут каждый понимает в меру своих амбиций.

Меня уволили. По дурацкой причине, которая случилась даже не по моей вине.

Неудачный день, неудачный год. Иногда ловлю себя на мысли, что у меня – неудачная жизнь.

Хотя сейчас, глядя на тихо всхлипывающую Риту, кажется, что всё не так уж плохо. Паша поздравил меня смской. А от Риткиного уже неблаговерного – ни звоночка, ни смски, ни курьера с доставкой подарка.

– Козел! – озвучила наши мысли Каринка и предложила «забить на него для ясности».

– Лен, давай нашу по караоке! – предложила Олька и подозвала официанта, – Нам пять самых дорогих коктейлей!

Пока девчонки заказывали самые вкусные десерты к самым дорогим коктейлям и на все лады подбадривали сникшую именинницу, я подошла к караоке-автомату. Крутанула рычаг, всунула денежку и приготовилась вбивать «Шальная императрица»¹, как вдруг погас свет.

В одно мгновение вырубило всё электричество в помещении, и зал погрузился во тьму. Показалось, что даже гул голосов пропал. Всё стихло. Ни единого слова или скрипа – я стояла в глубокой тишине и темноте. Вокруг меня расстилалась бездна или самое настоящее ничто…

«Что происходит?» – напряглась я.

Секунды шли. Одна, вторая… Ничего не происходило. Совсем!

– Эм-м… – глубокомысленно произнесла и зачем-то еще раз дернула рычаг.

Свет загорелся. Смех, крики, звуки отодвигаемых стульев оглушили меня.

«Что за дурацкие шутки?» – выдохнула я и потянулась к автомату.

Но его на месте не оказалось. И я вконец замерла, пораженно глядя перед собой.

Моя рука лежала на непонятном устройстве. И я вряд ли могла бы объяснить, для чего оно было нужно. Хранить сыпучие продукты? Но почему верх открыт? Для жидкости эти прозрачные овальные колбы тоже не подходили – слишком маленький объем. Под каждой колбой имелись рычаги, их было всего четыре.

Один из таких рычагов сжимала моя рука.

– Эй, ты скоро? Чо застыла? – услышала я грубый голос и медленно повернулась.

– Два рома тащи, а! – за спиной стоял крайне недовольный и жутко пьяный мужчина.

Но даже не его вид, далекий от обычного, поразил до глубины души. Подумаешь, грязная и местами рваная одежда да повязка, закрывающая левый глаз. Что я, аниматоров-пиратов в своей жизни не видела?

Меня удивило то, как изменился мексиканский ресторан. И люди, сидящие в нем. Прежде всего столы – совсем другие. Грубые, массивные. А посетители? Что-то я не припомню вон ту гоп-компанию. Как и соседнюю с нашим столом.

Впрочем, я прищурилась и убедилась: нашего стола здесь вообще не было. Как и девчонок. Их куда-то пересадили, что ли?

Проигнорировав зарвавшегося аниматора, я метнулась в зал. Украшен он был теперь совсем по-другому – ни тебе картин, фресок или мексиканских масок. Теперь в глаза бросались однотипные стены, крашенные грязно-коричневой краской.

Куда всё подевалось?

Ну не могли официанты так быстро изменить интерьер!

– Э, девка! Ты куда пошла? – на плечо легла потная волосатая рука.

Машинально попыталась её стряхнуть, но не тут-то было – чужие пальцы пребольно сжали меня и не собирались отпускать.

– Что вам надо? – резко спросила, разворачиваясь.

Возмущение, разочарование и неясная тревога как-то быстро перемешались в коктейль и ударили в голову. Я приготовилась сражаться. Что этот одноглазый себе позволяет? Какое он имеет право трогать меня и удерживать? Дышать на меня вонючими винными парами?

Пусть только попробует не отпустить! Зубами укушу!

Сжимавший меня мужчина вдруг дернулся и отпрянул так резко, словно от чумной. В его единственном глазу плескался первородный ужас.

– Ты!.. – хрипло закричал он и потряс конечностью, словно стряхивая микробов. – Ты!..

– Сумасшедший! – припечатала его я в ответ и попробовала выйти из зала.

Не тут-то было! Дорогу мне преградил бугай не менее страшного и потрепанного вида.

– Постой-ка, девчуля. Где мой заказ?!

Да что они все пристали?!

– Я тут не работаю! – разозлилась вконец я и попыталась обойти громилу.

Меня схватили поверх локтей и приподняли над землей. Дернувшись, я взвыла от боли – пальцы громилы были сделаны словно из железа, такие же стальные и крепкие. И обжигающие почему-то. «Пальцы того пьянчуги-пирата были холоднее» – подумала я.

И вот тогда, вися в воздухе и шипя от боли, я и заметила, что мое трикотажное рыжее платье куда-то исчезло. А вместо него – я оказалась одетой в нечто воздушное и розовое. Как будто тюль сняли с окон и обмотали им меня.

Ладно, допустим, рукава фонариками – это хорошо. Но почему, скажите, моя юбка – до колен и пышная, как было модно в шестидесятых?! Кто меня переодел и, главное, когда?!

– Не огрызайся папуле! – в нос ударил запах такого крутого перегара, что я не удержалась, чихнула.

И разозлилась еще сильнее. Да откуда эта пьянь повылезала?! И почему им всем надо прикоснуться ко мне? Бесит!

– Отпустил меня. Быстро! – болтающимися ногами я попыталась достать до причинного места бандюги и хорошенько пнуть.

Но этого не потребовалось. Скривившись, бугай со стоном разжал свои конечности и неожиданно выпустил меня. Я едва успела вскочить на ноги и чуть не подвернула лодыжку.

– Она украла мою магию! – обиженно рявкнул он на весь зал. И затряс в воздухе обеими руками, демонстрируя грязные ладони, – Ее нет! Нет. Я не чувствую!

– Я тоже! – вдруг откуда-то появился потрепанный пират и тоже затряс руками, как паралитик.

Что вообще происходит?!! Какая, к черту, магия?!

Пятясь спиной в сторону двери, которую я успела заприметить в паре метров от бугая, я до последнего надеялась, что это какое-то представление. Шутка. Импровизация. Театральщина!

Но в зале повисла такая режущая тишина, что моя интуиция просто таки возопила об опасности.

Так и оказалось.

– Проклятый маг! – из-за стола вскочил бородатый мужик в телогрейке и с самым зверским видом бросился ко мне. – Проклятый!.. Лови ее! Лови!

ГЛАВА 2

Никогда ещё в своей двадцатисемилетней жизни я не бегала так резво. Думала, не убегу. Волосатые руки и потные морды нетрезвых постояльцев были повсюду.

Меня боялись и в то же время мечтали схватить. Но каждая попытка уцепиться не за мою руку, а за короткую юбку или рукав с треском проваливалась. Юркой змейкой извивалась я между мужчинами и отчаянно отбивалась от любых поползновений. Иногда хватало пинка, иногда удара с ноги. Всё изменилось в тот момент, когда у одного мрачного вида старикана вдруг не появилась в руках длинная палка.

Вот тогда я и подумала, что мне каюк, и истошно закричала.

Неожиданно на помощь пришли девушки. Как позже поняла, местные официантки. А еще говорят, женской дружбы не существует! Как знать. Может быть, эти слова произнес завистливый мужчина из тех, что мечтал меня поймать. Лично я полагаю, что девушки в розовых тюлевых платьях спасли мне жизнь.

Сквозь дикую суматоху я едва успела разглядеть, как они зовут меня, приоткрыв чёрную, едва заметную дверь подсобки. Оттуда через тёмный коридор и складское помещение, в котором пахло тухлой рыбой, я выбралась наружу.

Вечерняя прохлада приятно щекотала нос. Здесь, на улице, было лето, а не ранняя осень. И я чуть было не запнулась на пороге.

А ведь день рождения Ритки был в сентябре. Это я точно помнила. Но нет, на этом крылечке явно и безраздельно царило лето. Уж слишком было тепло и влажно.

Я огляделась.

Передо мной расстилалась живописная и очень грязная подворотня. Именно такая, какую я и представляла, слыша это слово: мусор, раскиданный по заляпанному грязью тротуару, битые бутылки и окурки сигар, едкий запах нечистот. Дверь за моей спиной едва различалась на фоне черной потрескавшейся стены.

Правда, таблички с потертыми надписями "У герцога" и "Кареты не ставить" я всё-таки сумела разглядеть и прочитать.

– Где же я очутилась?!– прошептала еле слышно, но шум позади заставил резво отпрыгнуть в сторону и спрятаться за высокими железными баками.

Определённо, это не Москва. И, судя по вырвавшейся на улицу разномастной толпе, не Россия.

Я мысленно взвыла.

Почему вместо модного мексиканского ресторана я очутилась в заведении с весьма сомнительной репутацией? И как бы провернуть этот рычажок обратно и вернуться домой?!

Смутные подозрения терзали душу. А толпа озверевших мужчин готова была растерзать мое тело.

«Ну и попадос!» – вспомнила я любимое восклицание Каринки.

Кого здесь только не было! Бородатые мужики и полуголые юноши с татуировками. Уже знакомый пират и бугай с каким-то хиляком. Последний мужчина, пусть и отличавшийся слабой комплекцией на фоне остальных, показался особенно опасным.

А так как они остановились недалеко от меня, я затаила дыхание и прислушалась.

– Одной больше, одной меньше, Амигос. Пойдем, выпьем.

– Нет, Ржак. Здесь что-то не так… – задумчиво протянул хиляк и посмотрел по сторонам: – Я не чувствую ее в городе. А меж тем она где-то здесь!

Над ладонью мужчины появился висящий в воздухе маятник.

В последний момент я успела зажать рукой рот, чтобы не вскрикнуть от удивления. Вот это да! Висящий в воздухе предмет! Как он это провернул?!

Маятник упирался в странную, едва видимую прозрачную карту, и постоянно вращался. Как ненормальный. Вращался и вращался, и всё никак не мог остановиться.

– Видишь? Мой артефакт не распознает ее след.

– Это невозможно! – поразился бугай и почесал затылок. – Может, он бракованный?

– Знаешь, сколько фелтьермов я за него отдал? Когда нужно было найти Кривого Джо, мы быстро вытащили его из-под полы. А девчонку артефакт не видит. Совсем.

– Я знаю, куда она побежала! – вдруг заорал пират, и толпа воодушевилась. – На площадь! К дворцу! Все проклятые надеются получить пощаду.

– Не бывать пощаде! Не бывать! Схватить ее! – заголосили мужчины на разные голоса, и меня парализовал ужас.

Это что, толпа фанатиков? И они охотятся на меня? Боже! За что мне это?!

Может, я сплю и вижу дурной сон?

На всякий случай щипнула себя за левую руку.

Больно.

Не сплю.

Черт!

– Последнего проклятого убили на прошлой неделе, – вдруг сказал бугай, наблюдая, как толпа с улюлюканьями понеслась в сторону, по-видимому, площади.

Туда, куда я точно теперь не сунусь. Ни за что на свете!..

– Вот! – вздернул палец хиляк. – И моя вещица сразу указала, где искать. Мы с ребятами догнали его у западных стен города и прикончили.

– М-да… – бугай почесал небритый подбородок. – Тогда надо искать по приметам. Розовые шмотки. Сиськи и эта… ножки. Первоклассные ножки. Найдем первыми и эта… того самого… Ну, ты понял.

– Пошли, Ржак, – сверкнул глазами его напарник, и мужчины развернулись.

Они пошли совсем в противоположную толпе сторону.

Я подождала, пока стихнут шаги. Постаралась прогнать панику и взять себя в руки. Куда бежать и что делать – понятия не имела. Но знала точно, что стоит избегать людных и освещенных мест.

А уж о том, где я очутилась и что это за город такой странный – сказала себе не думать. Разузнаю потом. Если спасусь.

Продираясь по стеночке как преступник, замирая от каждого звука и трясясь как лист, я выбежала на соседнюю улицу. Потом еще на одну и еще… Продиралась сквозь темноту дальше и дальше от пресловутого кафе и поражалась размерам трущоб. Если это был город, то очень дикий и древний, потому что на пятой улице я плюнула на это дело и перестала их считать.

Людей я почти не видела – услышав чьи-то шаги, гулко раздающиеся на пустых улицах, сворачивала или пряталась в трещинах между домами. Дома были однотипными, четырехэтажными. И все из черных кирпичей. Окон в таких домах было мало – да и большинство из них забито досками.

Через некоторое время я так устала, что скинула узкие сандалии без каблука, нашла более-менее темный уголочек и присела на брошенный туда сломанный ящик.

– Хочешь вернуться домой?

От этого вопроса я подпрыгнула и чуть не умерла от страха.

Нашли? Они нашли меня?!!

Вроде нет.

Вокруг никого нет. Я одна.

– Так что?

Из темноты переулка, страшного и узкого, как та ситуация, в которую я попала, доносился голос. Хриплый, мужской и очень низкий голос. Толпы не было видно, но воображение сразу же подбросило мне парочку ужасающих образов: с волосатыми руками и татуировками, в каждой руке лежало по ножу и крепкой веревке.

Для меня…

И дело не в том, что я боюсь темноты или тупиковых ситуаций. Кроме бандитов по определению никто не стал бы заглядывать в эти трущобы. И я не стала бы, но не было выбора – враги следовали за мной повсюду.

– Так что скажешь, проклятая? – снова напомнил о себе ужасающий голос.

Я вздрогнула и попыталась рассмотреть говорившего. Но его не было видно. Вот вообще! Тьма словно бы сгущалась в том месте, где он стоял. А я… всё никак не могла решить, отвечать мне или нет.

– Спрячу тебя в замке. Ни одна ищейка не подкопается. И когда ты поможешь мне, я помогу тебе. Верну домой.

Нет, ни в коем случае нельзя соглашаться на сомнительное предложение! Сейчас я хотя бы нахожусь в открытом пространстве – на улице. Есть шанс ускользнуть.

Да, не вернуться домой, а хотя бы остаться на свободе.

То, что предлагал голос, пугало. Оказаться запертой в замке? А вдруг это – уловка, чтобы выдать меня властям?

Боже мой, я попала в ужасающий переплет. Другой мир, охота на меня, невозможность вернуться домой…

– А что мне нужно будет делать? – с дрожью в голосе спрашиваю я.

Незнакомец хрипло засмеялся. Прозвучало это так, будто он призывает демонические силы – громко, страшно и оглушающе жутко.

– Успокойся. Меня не интересуют твои прелести. Всего лишь услуга в одном эксперименте. И ты свободна.

– С чего бы мне верить тебе? – я накинула сандалии и решительно встала. – Мне нужны гарантии.

– Гарантии? – с издевкой спросил он. – Для проклятого мага, которого убьют к утру? Не слишком ли много чести?

– К утру?!..

Когда я раньше слышала словосочетание «кровь стынет в жилах», то лишь предполагала, что оно означает. Теперь же, упираясь спиной в черную стену, я реально чувствовала охвативший парализующий холод, растекающийся по венам жидкой паникой.

– Думаешь, я буду покрывать тебя? Мага из другого мира, обладающего ужасной и опасной особенностью?.. – насмешливо произнесла тьма.

– О чем ты?

Какой особенностью, о чем он говорит? Я ничего не умею. Я даже не маг – они все ошибаются. И он, и та толпа разъяренных мужиков, рыскающих по мою душу.

Я пыталась разглядеть выражение лица там, где не было видно даже человеческой фигуры.

Тьма всё еще висела в подворотне огромным чернильным пятном.

…Он, наверное, пошутил?

– Ты умеешь отнимать магию. Не просто отнимать на время, блокируя жизненные силы или магические потоки, а отнимать магию навсегда. Тебе стоит лишь коснуться человека, и он становится жалкой тряпкой. И невозможно вернуть его силы, потому что ты пропускаешь магию сквозь себя и выпускаешь в мир в виде чистой энергии…

– Ты не прав. Нет… не прав! Я так не умею! – пробормотала, обхватывая себя за плечи.

Налетел пронизывающий ветер. Глядя, как он с легкостью поднимает мелкий мусор и кружит его над нашими головами, я титаническим усилием воли подавляла паническую атаку.

– Дыши! Дыши! – говорила тихо сама себе, вспоминая всё, чему учила Каринка: «представь, что ты в безопасности, стоишь на цветущем солнечном лугу…»

– Хочешь, я перенесу их сюда, и ты сама убедишься в своей неотразимости? Впрочем, долго радоваться не дадут – забьют камнями, как они забили того парня. Вадимом, кажется, звали… И он тоже был из твоего мира.

Возвращение с луга, на котором я представляла цветущие ромашки, вышло быстрым. Потому что ромашки все как одна выходили черными и злобными, как то пятно, что нагло таращилось на меня из темноты.

– Но п-почему?!

– Он тоже не согласился помочь. А тебя я уговариваю дольше. Дарю второй шанс. Что поделать, питаю слабость к дамам и люблю их спасать, – произнес насмешливо голос, и вдруг из темной мглы вынырнула рука, одетая в белоснежную рубашку с отглаженными манжетами. – Итак, даю на раздумье две секунды. Ра-аз…

В начале улочки послышался топот. Толпа свернула в подворотню. Громкие выкрики и лязг чего-то железного слышались очень хорошо. Я понимала, что минут через пять толпа точно настигнет меня. А прятаться, как этот неизвестный маг, за магической пеленой я точно не умела.

Моя участь предрешена. Меня убьют. Определенно, не самым гуманным способом.

Но не попаду ли я в еще более ужасную ситуацию, если коснусь этой руки? Не пожалею ли потом о своем решении?

Скрывающий лицо маг издевался – я чувствовала это. Голос, убеждающий, что помогает мне, нагло врал. Он преследовал свои цели. И ставил во главу угла не жизнь человека, а свой интерес. И то, что не спас моего соотечественника, лишь подтверждало мои догадки.

Я играла в рулетку. Русскую рулетку – так любят говорить на западе.

– Два!

Я коснулась руки и сжала ее с нечеловеческой силой. Всё, теперь меня не отодрать от мага ни за какие коврижки мира.

– А вас, вашу магию я не отниму? – спохватилась запоздало.

А то вдруг мы не сможем спастись? И мой худо-спаситель сам попадет в расставленную ловушку?

Я глянула в подворотню. Туда, где уже виднелись разнузданные силуэты преследователей.

– А я не человек, – насмешливо произнесла мгла и дернула меня на себя.

Черное пятно поглотило целиком, и я потеряла сознание.

ГЛАВА 3

Очнулась я так быстро, будто прозвенел будильник. Одна секунда – и вот, уже стою в холле замка. Вразрез моим ожиданиям замок оказался небольшим. Холл – узкий, с подставками под зонтики и напольной вешалкой для шляп и одежды. Входная дверь украшена витражным стеклом, на котором изображены часы и причудливые стрелки, разбегающиеся в разные стороны.

Симпатичненько так. И таинственно!

Деревянный пол поскрипывал под ногами, когда я застенчиво осматривалась.

Невысокий потолок украшала хрустальная люстра на несколько рожков. Деревянные балки придавали замку черты английского колониального стиля, и я подумала, что, наверное, в моем мире в похожих замках проживает английская аристократия.

Широкая деревянная лестница с фарфоровыми вставками на перилах вела на второй этаж.

Однако все это великолепие имело вид слегка запущенный и нежилой. Словно хозяин замка отсутствовал дома большую часть времени.

– А где ты?.. Вы? – чернильного пятна, в котором скрывался незнакомец, не было.

Как и его самого.

– Тебе нужно продержаться в замке сутки, до завтрашнего вечера! – сказал из пустоты знакомый голос. – Запомни это. До завтрашнего вечера. Иначе я ничем не смогу тебе помочь…

– А вы сами разве не будете здесь со мной?.. – я запнулась из-за охватившего дурного предчувствия.

– У меня другие дела, – равнодушно ответил голос.

– Но… – я не знала, как высказать охватившее разочарование, – Вы ведь хотели провести эксперимент!

– Он уже проводится! – насмешливо ответил голос и добавил. – Держись, проклятая!

Только я хотела спросить, зачем он это сказал, ведь в замке я, по его словам, в безопасности, как во входную дверь постучали. Сильно так и бесцеремонно. Будто стоявший за витражом человек имеет право что-либо требовать.

Попятившись, я испугано огляделась. Холл был пуст. Спрятаться – негде. А куда вели двери и лестница – только предстояло выяснить.

Тем временем колотивший вдруг потерял терпение и удвоил напор. Или стучало несколько человек?

Я даже испугалась, что тонкое стекло не выдержит и разобьется – так громко и ожесточенно в него колотили.

И вдруг сверху послышались спешные шаги. Кто-то хлопнул дверью и прошел к лестнице, а потом положил руку на перила и со свистом спустился вниз.

Почему-то меня охватил страх. Я боялась смотреть на подошедшего, раскаиваясь в решении перенестись в замок. А вдруг это какой-то бандит или вредный старикан? Что, если меня выгонят на улицу и там неминуемо убьют?!

Голос сказал продержаться сутки. Продержаться – то есть быть в замке. Но сам он исчез и никого не предупредил о моем визите. А значит, меня могут принять… за воровку!

– Что ты здесь делаешь? – удивленно спросил мужской голос.

Удивленно, не рассерженно. Значит, есть шанс.

Замирая, я подняла взгляд.

Передо мной стоял мужчина необыкновенной красоты. Его породистое слегка вытянутое лицо было идеальным – пропорциональный нос, чуть выступающий подбородок и красиво очерченные губы. Темно-коричневые волосы прорезали тонкие серебристые нити, но сам мужчина выглядел молодо, лет на тридцать пять. Но то, что меня поразило больше всего – были его глаза. Они различались по цвету, и зрачок полностью сливался с цветом радужной оболочки. Один был коричневым, а второй – голубым. От этого казалось, будто глаза мужчины слегка косят.

Его одежда, темно-синий костюм с золотым узором по краям манжета, была дорогой. А ухоженный вид и выправка говорили, что передо мной аристократ. Хозяин замка или его друг?

Стук, до этого звучавший громко и угрожающе, вдруг остановился. Но вместо долгожданной тишины в стекло ударился большой черный камень и разбил витраж. Разноцветные стеклышки осыпались на паркетный пол…

– Спасите! – прошептала, не понимая, что ожидать от людей снаружи. Явно не любви и дружелюбных переговоров. А значит… – Они ищут меня!

– Неужели? – мужчина безэмоционально рассматривал мое лицо и словно бы не замечал погрома. Как и того, что сквозь образовавшуюся дыру просовывалась чья-то волосатая рука. – И что в тебе такого особенного?

– Ничего! – открестилась я. – Они перепутали меня с кем-то другим! Это не я! Не я! Поверьте!

Он молча подошел к двери. Рывком распахнул её, не заботясь о том, что рука человека дернулась, и он порезался о стекло.

– Черт! Да как ты смеешь, тварь! – услышала я самые отборные ругательства, а потом всё разом стихло.

Как будто кто-то выключил звук, и воцарилась тишина.

Не стерпев, я выглянула из-за плеча незнакомца.

Это была та самая толпа. Озверевшие мужчины в помятой и рваной одежде стояли на ступенях. Кто-то топтался на гравиевой дорожке, ведущей к высоким кованым воротам.

Здесь было человек двадцать или тридцать…

В рыжем свете фонаря я видела пораженные страхом лица. Они недоверчиво разглядывали хозяина замка и словно не могли поверить своим глазам.

– Проклятый! – вдруг заорал один из мужчин, стоявших на дорожке. – Опять в замке! Вернулся!

– Проклятый граф! – подхватили эхом другие и синхронно сделали шаг назад.

– И так каждый вечер, – устало прошептал мужчина, а потом повысил голос. – Пошли вон!

Повторять дважды не пришлось. Его слова были восприняты как приказ. Или как облегчение, потому что стоять перед его взором люди боялись. Даже в тусклом свете было видно, как нервно подрагивали их руки и как затравленно косились они на выход.

Толпа поспешно схлынула. Последний мужичонка даже закрыл за собой ворота, будто извиняясь за непрошеное вторжение.

– Вот это да! Меня они были готовы забить камнями, а вас испугались. Или в этом мире можно жить только мужчинам?

– Ты не из этого мира? – резко развернулся незнакомец.

И хотя его лицо смотрелось безэмоционально, как восковая маска, я успела разглядеть промелькнувший в глазах интерес.

– Да. Поэтому они думают, что я – проклятая. А это не совсем так, я просто умею отбирать магию. Но не со зла! – объяснять всё это хозяину замка, никак не проникшемуся моими печалями, было нелегко. – И раз прокляты и вы, то позвольте переночевать у вас денечек. Мне некуда идти, и я совсем не знаю города, а эти сумасшедшие будут гоняться до утра…

Мужчина никак не реагировал. Он смотрел вроде бы на меня, внимательно разглядывая лицо, но в то же время мыслями был далеко.

– Братц! – вдруг негромко сказал он, и я удивленно моргнула.

– Елена. Очень приятно.

Но меня перебили самым бесцеремонным образом:

– Выдели комнату беглянке и накрой ужин. Да, поздно. Знаю. И шестеренки закрутятся снова. Однако у меня есть подозрение, что… Елена голодна.

Хотела было возмутиться, что ничего я не голодна и не нужно мне подачки как голодной собаке выдавать, но живот предательски заурчал. И в этот момент я почувствовала, что чертовски проголодалась. Ведь мексиканский ужин успел перевариться в чистую энергию, на которой я бежала, пряталась и страдала…

Покраснев, смущенно потупилась.

– Да, господин! – скрипнул голос совсем близко.

«Нужно выстраивать отношения не только с хозяином, но и со слугами», – подумала я и развернулась, мило улыбаясь.

Пусть увидят, что я – никакая не проклятая, а весьма милая и воспитанная девушка, которой не повезло оказаться в неправильное время и в неправильном месте.

Вот только когда увидела слугу, улыбка одеревенела на моих губах. У лестницы стоял самый настоящий скелет в пиджаке и скалился, как соседская собака.

– Э-эа! – смогла произнести я, а потом истошно заорала.

С детства боюсь скелетов. Они мне даже в кошмарах снятся! И оно что, живое, двигается и разговаривает?! Как в моем самом страшном сне?!!

– Простолюдинка! – осуждающе выдал скелет, чем испугал меня еще больше.

И он тоже будет желать моей смерти?!

В мою истерику внезапно вмешался посторонний звук. Ужасный и громкий, как ударившая неподалеку молния.

Гром?!

Нет, не гром.

А что тогда?

Звук пронизывал до костей. Он звучал так громко, что бил по перепонкам, закладывая уши. В глазах начинало рябить, а сердце того и гляди грозило выскочить из груди.

Даже стены замка дрожали от этого звука. Как будто где-то били в огромный набат.

Набат?

Потом резко всё стихло.

– Что это? – хрипло спросила я.

Хозяин замка смотрел на меня равнодушно и молчал. Наверное, я и вправду вела себя как простолюдинка. Попрала все нормы этикета и морали. Ворвалась в дом, притащила за собой толпу разбойников, разбивших входную дверь с изумительным витражом. Напросилась на ночь самым наглым образом, еще и вопросы задаю!

И он явно не собирался снисходить до объяснений.

Тем удивительнее было услышать:

– Новый день.

– Что?

– Начался новый день. А ты еще тут… – он неторопливо прошел мимо и на секунду остановился у двери из темно-коричневого дерева, что была рядом с лестницей. Развернулся и еще раз окатил меня задумчивым взглядом. При этом лицо его снова ничего не выражало, как надетая восковая маска. – Интересно.

– Что интересно? – напряглась я.

Если и этот человек будет ставить надо мной эксперименты и заставлять участвовать в жизни местного общества, я не переживу.

Маг не ответил. Теперь он смотрел словно сквозь меня и шевелил губами.

Выглядело это так странно, что я вспомнила выкрики толпы: «Проклятый граф! Проклятый». Что, если это правда? Тогда и я в опасности! Кто знает, на что способен таинственный маг, раз его так боятся?

И если на мой счет ошибались, то здесь, видимо, попали в точку. С этим мужчиной явно было что-то не так. Замедленные движения, отсутствие мимики как таковой и полное равнодушие к опасности. Ведь те люди вполне могли наброситься на него и растерзать! А он равнодушно гаркнул на них и даже бровью не повел.

Стоял перед беснующейся толпой без оружия!

Тонкий скрежет позади заставил подпрыгнуть на месте и в панике заозираться. Они вернулись? Эти бандиты одумались и решили напасть?

Однако из-за разбитого витража не выглядывала ничья морда. Он вообще стоял в двери целехонький и блестел, будто его только что натерли сухой тряпкой.

Целый и невредимый. Хотя несколько минут назад на паркете валялись разноцветные осколки.

Я сама их видела!

Хозяин замка вставил обратно стекло? Но как? Он же… только шептал что-то губами и всё. Неужели простые слова имеют такую мощную силу?!

– Через пятнадцать минут! – донеслось равнодушное в спину, и дверь хлопнула.

Я стояла, не в силах двинуть ни ногой, ни рукой – под огромным впечатлением. Всё таращилась на стекло и не могла сообразить, как такое возможно.

Ведь минуту назад оно лежало в мелких осколках на полу. А теперь стоит, блестит как новенькое.

Я и вправду попала в другой мир. И магия тут в ходу. Но я всё равно никак не могла в это поверить.

Одно дело – слышать, что она существует. И совсем другое – видеть результат ее применения.

– Мисс! – привлек внимание щелкнувший челюстями скелет. – Пройдите за мной, я покажу вашу комнату.

– Комнату, – согласилась, ошеломленно разглядывая теперь скелет. – Вы разумный? Ой, простите, я имела в виду – вы можете мыслить?

– А вы? – парировал скелет, чем вогнал меня в краску.

– Простите, – пробормотала смущенно. – Куда идти?

– Следуйте за мной, – проскрежетал костяной слуга и в его словах мне послышался вздох. – Сюда, на лестницу. Поторопитесь… Хозяин будет ждать вас на ужине через четырнадцать минут.

И мы степенно пошли в выделенные мне на ночь покои.

ГЛАВА

4

…В моем кабинете пахло пылью и старыми фолиантами. Мне нравился этот запах. Нравилось запираться, садится за широкий дубовый стол и предаваться размышлениям.

Конечно, беспокоить меня было некому. Мы жили с Братцем одни. По первому времени я пытался нанять слуг из простых людей. Хотелось слышать живую речь, топот ног и скрежет щеток по паркету. Однако всё было не так просто.

Как он и предупреждал, я не мог общаться с людьми. Совсем… Мое терпение, и так тлевшее как утихающий огонек, взрывалось и разносило всё вокруг.

Каждый день заново объяснять, что нужно делать, где кладовая, а где мой личный кабинет, в который нет ходу, было непросто. Эти трудности выедали мозг, я сгорал от злости и ненависти к нему и всё глубже впадал в пучину отчаяния.

После недельных мучений я оставил эту затею и оживил Братца. С ним было намного надежнее и спокойнее. По крайней мере, он давал мне призрачное ощущение спокойствия.

Мыслями я снова вернулся к нашему спору. К тому предложению, к дикой фантастической идее, с которой всё началось.

Нет. Он был неправ. Я не сдался. И не мечтал повернуть время вспять и принять его условия. Нет. Я хотел быть сильнее и свернуть ему шею при следующей встрече. А она будет, эта встреча. В этом я уверен. Он обязательно объявится, чтобы отпраздновать свою победу.

Я запер за собой дверь и прошел вглубь кабинета. Одним щелчком зажег огонь в камине и перенесся мыслями наверх, в гостевую комнату.

Девушка. Настоящая. Живая. Такого в моем замке давно не было.

Заметив ее тонкую фигурку и большие миндалевидные глаза, я так удивился, что даже не спросил, как она сюда попала.

Нужно будет узнать за ужином.

Всё-таки не каждый день ко мне заносит иномирцев.

…Посетители случаются в замке. Самые разнообразные. Большинство ошибаются адресом, приносят почту или делают другие глупые и совершенно бессмысленные вещи.

В этом мире, ставшем мне клеткой, я не веду переписки и даже не знаю имен августейших особ. Мне всё равно, какая оппозиционная партия дворян выдвигает требования о снижении налогов, мне всё равно, какие налоги платят остальные. Я лично не плачу их совсем, хотя раз в два месяца ко мне и направляют чиновника.

Меня не беспокоили эти визиты. Даже плотник, вздумавший зачем-то починить крышу над крыльцом, не был удостоен внимания.

Хотя я забыл о молочнице. Да, скандальная молочница давно не приходила и не кидалась бидоном с молоком. Каждый ее визит заканчивается этим – бидон летит в голову Братцу, она промахивается, и в итоге белое пятно растекается по ковровому покрытию лестницы. Ровно пятнадцать минут – я как-то засекал – она ругается в коридоре и потом невозмутимо удаляется восвояси. Ее не удивляют ни мой костяной слуга, ни запущенный замок, она как марионетка, исправно исполняющая свою роль – смотрит перед собой и с чувством ругается.

В такие дни я запираюсь в кабинете и плотнее натягиваю полог тишины.

Интересно, наша гостья тоже назавтра исчезнет?

… Раньше здесь располагалась библиотека отца, но после недавних событий я переоборудовал ее под свои нужды.

Отсутствие окон было плюсом – ничто не манило меня, не заставляло желать невозможного. Я редко выглядывал из окон замка, понимая, что разорвать наложенное заклятие пока не в силах. И не нужно поедать себя бесполезными сожалениями по этому поводу.

Я ждал визита Рэя с тайным удовольствием. Понимал, что в этот раз только один из нас сможет выжить. И я готовился. Долго готовился…

Овладел некромантией в совершенстве. И я говорю без лишней скромности. Нет ни одного темного заклинания, не способного подчиниться мне. Не существует темной материи, которая не могла бы стать моим проводником. Объемная библиотека отца помогла подтянуть умения во многих областях. Я стал идеальным магом. Умел варить зелье забвения, накладывать чары подчинения на неодушевленные предметы и даже воссоздать в памяти живого существа то, чего не было на самом деле.

Я умел так много, что легко мог подмять под себя этот маленький и не слишком способный мир. Однако я не мог воспользоваться самым главным – своим даром. Тем, что является сущностью, частью меня. Смыслом моего существования.

Но это лишь пока. Стоит только Рэю переступить порог фамильного замка, и я сумею вернуть часть самого себя.

И пусть мне даже придется его убить.

Деликатный стук отвлек от мстительных мыслей, и я удивленно повернулся к тяжелым напольным часам. Они как раз показывали без четверти час.

– Тринадцать минут прошло, сэр! – негромко напомнил слуга, и я отложил пергамент, бездумно схваченный мной со стола.

– Иду!

Последний взгляд на захламленный стол, последняя дикая идея: «А что, если?..»

Нет, не стоит питать иллюзий. Скорее всего, визит этой девушки, Елены, всего лишь случайность, выверт магической реальности.

– И всё же стоит быть с ней настороже! – решаю я и отряхиваю свой пиджак.

Как-то он слишком запылился в последнее время!

ГЛАВА 5

Странности начались сразу, стоило переступить порог гостевой спальни. Я почувствовала легкую дурноту и головокружение. И не из-за усталости или взвинченных нервов.

Обстановка комнаты была мне до боли знакома. Как будто я видела ее в сновидении или мне рассказывала подруга.

Сквозь неплотно задернутые коричневые гардины пробивался неестественный темно-синий свет. Он пах чем-то мистическим и потусторонним, придавая спальне нежилой и жутковатый вид.

– Секундочку, – сказал скелет, и темное помещение озарилось светом вспыхнувшего в камине огня.

«Прекрасно! Магией владеют все, кроме меня. Даже скелеты!» – подумала с неудовольствием.

Стало немного теплее и не так жутко. Впрочем, синий полуночный свет никуда не делся. Он дразнил меня, разлегшись на темно-бордовом ковре, и призывал познакомиться поближе.

– Осталось двенадцать минут до ужина, – напомнил скелет и клацнул зубами. – Вам бы переодеться… мисс. Во что-то более подходящее уважаемой обстановке уважаемого замка.

Мистическое настроение, чуть было не захватившее меня в свой плен, испарилось. Я посмотрела на свои голые ноги, торчащие из-под пышной розовой юбки.

– И как вы себе это представляете?

– В углу комнаты шкаф. От прежней хозяйки остались платья, которые господин не распорядился выкинуть.

– Платья его бывшей девушки? – на всякий случай уточнила я.

Еще не хватало, чтобы во время ужина заявилась какая-нибудь магичка и отхлестала меня за самоуправство.

– Матери хозяина. Она почила несколько лет назад.

– Тогда вы привели меня не в гостевую комнату?

– В гостевую. Я перенес сюда шкаф как раз вот для такого непредвиденного случая.

– Как предусмотрительно! – съязвила я, не представляя, как отнестись к этому весьма щедрому предложению.

Одеться в платье покойницы. Бр-р! Да я и в чужие платья живых брезгаю одеваться, а тут – такая древность… И флер былых времен.

Надеюсь, он хотя бы их постирал, прежде чем развешивать для гостей?! Судя по пыли, толстым слоем лежащей поверх двух комодов и набалдашников деревянной кровати размера кинг-сайз, вряд ли. Хоть балдахина пыльного нет, и на том спасибо.

Нет, обстановка комнаты была очень красивой и даже шикарной, слов нет. Не каждый день мне приходится ночевать в замке. Теперь я уже понимаю, что передо мной – самый настоящий древний замок, и эта древность видна повсюду – и в мебели из натурального дерева с изумительным рисунком, и в напольных часах, мерно отстукивающих ритм, и в парчовом темно-синем покрывале, накинутом поверх кровати…

– Благодарю, мисс. Я зайду за вами через одиннадцать минут, чтобы препроводить в малую столовую. Именно там привык ужинать в это время господин. Ванная комната находится за коричневыми панелями. Они раздвигаются в стороны, если опустить вниз рычаг.

Я слушала объяснения скелета вполуха. Неприятная догадка омрачала мысли. Мне показалось, или эти двое, что скелет, что его хозяин, просто-таки зациклились на времени? Отсчитывают минуты, словно от этого зависит их жизнь.

«Немного раздражает» – решила я.

Они бы еще с секундомером над душой стояли!

– Хорошо, я постараюсь успеть. Спасибо! – покорно кивнула, надеясь поскорее выпроводить слугу.

– Если что-нибудь потребуется, обращайтесь, мисс. Меня зовут Братц. Достаточно произнести мое имя, и я приду.

– Хорошо. Я поняла! – согласно кивнула, решив подумать обо всем наедине.

Надо же, как тут устроено – даже вызов слуги не по колокольчику или волшебной кнопочке, а по имени.

Значит ли это, что он будет следить за мной и подслушивать?!!

Скелет размеренно вышел за дверь, и я облегченно выдохнула.

Наконец-то осталась одна!

Скинув босоножки, я ступила на мягкий ковер. Оказывается, за этот безумный вечер ноги безбожно устали, а на пальчиках с красивым маникюром появились ужасные кровоточащие мозоли. Можно выкачивать кровь даже без шприца…

– Привет, дорогая! – раздался вдруг с кровати мелодичный голос, и я в ужасе отпрыгнула в сторону.

Сердце лихорадочно забилось, а я в шоке уставилась на мою галлюцинацию.

Ведь только что на кровати никого не было! Кроме пыли и парчового покрывала.

А теперь на нем возлежала девушка. С шикарными рыжими волосами, которые каскадом спадали ей на спину. Девушка мило и дружелюбно улыбалась, будто мы с ней были лучшими подругами.

– Да ладно тебе пугаться! Сто лет не виделись. А пролетели, как один день! …Шутка!

– Вы кто?!

– Ой, вот не надо задавать такие глупые вопросы! – фыркнула незнакомка и плавно подобралась. Теперь она сидела на кровати, подтянув колени к груди и опустив на них подбородок. Ее длинное платье бежевого цвета шлейфом спускалось с одной стороны, – У нас мало времени. Я хотела напомнить тебе, что нужно искать. Обязательно искать, иначе ты потеряешь его!

– Искать что? Потеряю кого?!

Она была прекрасна. Но не той шаблонной красотой с выпирающими формами, какая принята в моем мире. Было в ее чертах что-то неуловимо знакомое, прелестное и нестандартное. Мне вспомнились картины Боттичелли и его Мадонны.

Впрочем, на этом все приятные ассоциации заканчивались.

Чем больше я смотрела в горящие глаза незнакомки, тем больше склонялась к мнению, что передо мной ненормальная. Всё в девушке было резким и порывистым – и взмах ресниц, нереально быстрый, и то, как она нервно поправила волосы, спадающие на худое лицо с округлым лбом. Даже ее дыхание выходило из носа со свистом, будто девушка бежала стометровку.

– Я не понимаю! – призналась, наблюдая за ее реакцией.

И всё же, как она пробралась в мою комнату?

– А ты подумай! – наклонила голову она. – Вспомни!

– Не понимаю, что я должна вспомнить?

Девушка задумалась, смешно наморщив лоб.

– Например, мое имя. Как меня зовут?

– Ты не помнишь своего имени? – догадалась я и испытала некоторое облегчение.

Картина стала плавно вырисовываться. Наверное, это сестра хозяина. Она здесь живет, вот и пробралась в мою комнату через какую-нибудь тайную дверь. Мы же в замке, а тут, небось, миллион тайных ходов. Так что ее внезапное появление вполне можно себе объяснить.

Дальше… Если принять во внимание хаотичный блеск ее глаз, можно догадаться, что девушка не в себе. Немного спятила. Или страдает провалами в памяти – такое, к сожалению, случается.

Я никогда не общалась с душевнобольными, но помнила, что их можно распознать по взгляду – как и моей незнакомке, им сложно сосредоточиться на чем-то одном. Вот они и дергаются, хаотично рассматривая всё вокруг. Взгляд беспокойный, тревожный…

– Я-то свое имя помню! – вдруг ответила незнакомка с усмешкой, чем пошатнула уже готовую теорию. – Вопрос, помнишь ли ты меня?

Я сделала вид, что вспоминаю. Наморщила лоб, отошла подальше от незнакомки как бы в задумчивости.

…А еще душевнобольные бывают опасны. «Не нужно сердить её. Иначе она может впасть в буйство», – подумала я.

На всякий случай огляделась в поисках тяжелых предметов. К счастью, на столе стоял канделябр. Ну, до него я добегу первой.

Вслух ответила осторожно:

– Не уверена, что мы знакомы.

– Но как так!.. Мы же… Тихо!.. Он идет! – встрепенулась девушка и с опаской посмотрела на дверь.

В этот момент постучали. Я вздрогнула, на секунду ощутив себя в фильме ужасов. Даже по спине пронесся холодок.

– Время, госпожа Елена. Пора ужинать! – прокаркал за дверью скелет.

И я поняла, что круто вляпалась: время истекло, а я всё еще стояла в розовом тюле, который здешние официантки называют платьем. И не переоделась. Разговор с незнакомкой сожрал отпущенные мне драгоценные минуты.

Я перевела взгляд на кровать, собираясь высказать рыжей всё, что думаю о ее пустой болтовне, и обомлела.

Кровать опустела. И только смятое покрывало доказывало, что еще несколько секунд назад здесь кто-то лежал.

– Елена, у вас всё в порядке? Господин не любит, когда опаздывают, – раздался, как мне показалось, встревоженный голос за дверью.

– Одну минуточку! – испуганно крикнула я и бросилась искать шкаф.

Секунды и минуты в прямом смысле утекали сквозь пальцы. Я чувствовала, как горят пятки – так быстро перемещалась между ванной и гардеробом. Платье схватила первое попавшееся, из темно-синей парчи в пол. В ванной успела вымыть только лицо и ноги – споласкиваться полностью времени не было. Вместо прически собрала волосы в высокий хвост, благо резинка как всегда оказалась на руке.

Правда, всё равно получилось с петухами.

Мне нужна была расческа. Позарез!

Вспомнив, что за несколько минут до перемещения я успела положить в карман своего рыжего платья складную круглую расческу, бросилась обратно в комнату.

Вдруг повезет, и расческа перенеслась вместе со мной? Понимаю, что надежда глупая и совсем необоснованная, учитывая перемену одежды, ну а вдруг?

Я выворачивала карманы в отчаянной надежде, а в дверь уже нетерпеливо стучал скелет.

Но вместо вожделенного предмета мне в руку упал ярко-красный камень. Он был огромным и тяжелым, размером с компьютерную мышку. Прозрачный. И сияющий, как будто внутри него находилось маленькое солнышко!

– Рубин? – ошалело уставилась на него, не понимая, – Но как он оказался у меня? И что мне теперь с ним делать?!..

Вместо ответа камень вдруг приподнялся над моей ладонью и завис в воздухе.

– Очуметь! – только и смогла выговорить, рассматривая алое свечение и любуясь им.

Никогда ничего похожего в своей жизни не видела!

Вдруг стук за дверью прекратился.

В карман нового платья я спрятала камень чисто на автопилоте.

– Елена! – скелет вошел в комнату и взглянул на меня с укоризной, – Почему вы не выходите? Вы же готовы! Хозяин будет очень недоволен вашим опозданием. А я не рекомендовал бы вам злить его.

– Простите! – я натужно улыбнулась и подхватила длинную юбку.

Платье было рассчитано на кого-то повыше меня. Оно волочилось по полу, как красивая бархатная тряпка. И на подол юбки я, всё еще обутая в свои сандалии без каблука – туфли найти времени не было – постоянно наступала.

– Идемте! – приглашающе открыл передо мной дверь скелет. – Вдоль по коридору, за картинной галереей…

Кивнув, я вышла из комнаты первой и пошла в указанном направлении. Скелет как настоящий телохранитель шел следом на расстоянии двух шагов.

Мне было крайне неловко.

ГЛАВА 6

Девушка опаздывала. Ужин, доставленный из лучшего ресторана города, остывал. Запеченная с кислыми яблоками утка, паштеты с карамельным кремом и мармеладом, виртуозно нарезанные фрукты и гарнир с двумя салатами. Не слишком изысканный ужин, что поделаешь, но и день сегодня самый обыкновенный.

Я не ждал гостей и заказал с расчётом, что еда останется на поздний завтрак. Братц не умеет готовить, и заставлять его учиться – слишком жестоко. И так свалил на несчастного слугу обязанности экономки, уборщицы, личного помощника и друга.

Впрочем, Братц не очень хорошо справляется. Я обвел взглядом малую столовую и поморщился. И как только раньше не замечал? Пыль была повсюду: и на каминной полке, уставленной замысловатыми статуэтками и двумя фотографиями в тяжелых рамках, и на длинном комоде, в котором хранились столовое серебро и посуда для званых ужинов. И даже на подсвечниках, что украшали вытянутый деревянный стол, накрытый белой скатертью. Кровавые кисти по углам подчеркивали ее белизну. Хоть в этом отношении я мог быть спокоен. За надлежащим проведением трапез Братц следит особенно тщательно – видимо, в прошлой жизни он служил мажордомом.

Я привык встречать утро нового дня сытным ужином и бокалом красного вина. Этот ритуал сложился сам собой спустя год моего заточения, и я не собирался его менять в угоду странным обстоятельствам.

В моем доме девушка. Да, необычная, с проклятым даром. Совпадение или насмешка судьбы?

Взяв хрустальный бокал с вином, задумчиво вдохнул его аромат и сделал глоток.

Достал карманные часы на цепочке, подарок отца. Еще раз проверил время. Стрелки часов показывали без двух минут час – сомнений быть не могло. Она всё-таки опаздывала.

«Не слишком почетное занятие в этом доме» – подумал я.

Дверь столовой распахнулась ровно в час. Я успел опустошить бокал и щелчком пальцев привычно наполнить его снова.

– Леди Елена! – торжественно провозгласил Братц, пропуская крайне смущенную девушку, которая почему-то старалась не смотреть мне в глаза.

Переживает, что опоздала, или просто чувствует себя неловко в новой обстановке? Я подумал и решил, что мне совсем неинтересно узнавать ответ на этот вопрос. Пусть себе смущается и жмется. Завтра ее уже здесь не будет. И так ли важна причина?

Я отметил, что ее присутствие утомляет меня. Лишает спокойствия. Раз и навсегда заведенного порядка.

– Простите, я не знаю вашего имени, – вдруг сказала она и вздернула острый носик.

Братц провел ее к противоположному краю стола и отодвинул стул, ожидая, пока гостья сядет. Елена смазанно поблагодарила слугу и неуклюже плюхнулась на стул. Было видно, что она не привыкла к подобным расшаркиваниям.

– Зачем вам мое имя? – я захлопнул крышку карманных часов и убрал в наружный карман сюртука.

Мне нравилось сверять точность гонга именно по ним. И дело не в том, что отец оставил величайший артефакт мира мне в наследство, выделяя среди остальных родственников. Он наделил меня преимуществом.

Впрочем, не стоит об этом вспоминать.

Я лишь знал, что всегда могу на них положиться. И любил их всей душой.

Если она у меня всё-таки есть.

– Должна же я как-то к вам обращаться? – вырвал из воспоминаний звонкий голос.

– Да, пожалуй, – согласно кивнул я и привстал, – Астор Эмсер Эрдман Таймс к вашим услугам!

ГЛАВА 7

Он странный. Очень странный. И дело даже не в глазах – гетерохромия не такое уж редкое явление и в земной жизни.

О том, что его зрачки вообще не различаются на фоне цветных радужек, я старалась не думать. Ну, сливаются по цвету. Наверное, какая-нибудь генетическая мутация.

Или мне показалось.

Освещение во всем замке не ахти какое яркое. Вон, в столовой и то темно – освещают помещение лишь зажжённые на столе канделябры.

Средневековье махровое, не иначе!

…И всё же, было что-то опасное в этом высоком мужчине, с достоинством представившемся и поклонившемся мне. Я чувствовала это кожей, как и весьма непривычный аромат, который совсем не ожидала почувствовать в пыльной, словно бы заброшенной столовой.

Аромат яблок. Антоновки? Откуда здесь, в чужом мире, взялся этот аромат?

Или даже запах цветущих яблонь!..

…Набор имен пролетел мимо моего внимания. Я завороженно рассматривала хозяина замка, благо это можно было делать не стесняясь, пока он представлялся, и совершенно не запомнила череду имен – так непривычно они прозвучали.

Он был чертовски красив и одновременно холоден и замкнут. От его внимательного взгляда по спине пронеслась дрожь, и я подумала, что даже Братц кажется более живым, чем этот загадочный хозяин замка.

Тем временем мужчина сел и пододвинул бокал вина. Пригубил его и снова беспардонно уставился на меня. На мгновенье показалось, что он совсем не рад моему визиту и глядит с неодобрением.

Но потом он спокойно улыбнулся и предложил начать ужин.

– Очень приятно! – пробормотала я и опустила взгляд в тарелку.

Братц как раз накладывал салаты. Видеть руку скелета, сжимающую большую ложку, стало крайне неприятно. А уж после того, как он наполнил тарелку паштетом и утиной ножкой, я испытала чувство, близкое к отвращению. В горле образовался ком, и меня замутило.

Аппетит, взыгравший при виде вкусного красиво сервированного ужина, резко пропал. Боязнь скелетов проявилась снова с небывалой силой. Съесть то, что мне любезно положила костяная рука, я не смогла бы под дулом пистолета.

Дабы избежать неприятностей, я поспешно сделала глоток вина.

В голове зашумело, и я сама не заметила, как снова подтянула бокал ко рту.

Уйти бы отсюда, убежать! Забыть как страшный сон. И погоню эту, и подворотни, и черное пятно с дурацкими предложениями.

Странный дом, странные люди! Хозяин похож на маньяка – вроде и ведет себя прилично, а неизвестно, что замышляет. Сестра его… Или любовница? Уж слишком не похожа. Та еще штучка. Пришла, сбила с толку, а потом внезапно исчезла.

А про скелет вообще лучше не думать. Вон, как глазищи-огоньки вытаращил. У, нечисть! Глаза б мои тебя не видели!

– …Так как ты оказалась в моем замке? – в голосе мужчины промелькнуло недовольство.

Он что, уже несколько раз задает этот вопрос?

Я испуганно подняла взгляд и обожглась окатившим меня презрением. Кажется, я его разозлила. Но я ведь не специально! Подумаешь, задумалась. У меня тяжелый день был, между прочим.

Хозяин сидел, опершись локтями о стол, и терпеливо ждал.

А я перевела взгляд на пустой бокал в руке и густо покраснела.

Небось, подумал, что я – алкоголик. А это не так! Даже в мексиканском ресторане выпила всего один коктейль. А тут – нервы, нервы. Задумалась! Впрочем, его недовольство можно понять. Вряд ли в этом мире, где женщины носят длинные платья и делают высокие прически, принято выпивать бокал за ужином. Только пригубить.

– Так… как вас зовут… э? – сама не ожидала, что мой язык будет предательски заплетаться.

Нет, я так не играю! Что вообще происходит?! Я всего лишь бокал выпила. Пусть и на голодный желудок… Но с бокала меня никогда не развозило!

…Да что это за вино такое?!

– Братц, ты какое вино налил даме? – приподнял одну бровь мужчина, не сводя с меня взгляд.

От этого стало вдвойне неудобно. Почему он смотрит с таким выражением? …Как будто собирается препарировать.

Точно маньяк!

– Зелье правды, ваша светлость, – Братц поклонился.

А я подавилась слюной. Чем-чем он меня напоил?! Зельем правды? А такое бывает?

Нет. Зайдем с другой стороны – какого черта?!.. Как скелетишка посмел напоить меня этой гадостью?!

Впрочем, на вкус вино показалось обычным, очень похожим на мерло!

И всё же! Я крепко сжала вилку, борясь с желанием ткнуть ею скелета. Благо тот стоял в двух шагах от меня.

У-у, головешка с глазами. Додумалась! Я тебе еще припомню.

– Говорил же, не стоит выдавать гостям зелье без моего приказа, – скучающе протянул хозяин и прикрыл глаза. – И что мне с ней делать?

– Спрашивать, ваша светлость. У нас гости бывают редко. А эта – особенно подозрительная! – рассуждал скелет.

Вот прислуга пошла наглая! Как я поняла, этот тип не давал приказ напаивать меня. А скелет напоил. Расстарался.

…У меня в глазах двоилось от негодования!

– Да я уже четыре раза ее спрашивал, а она до сих пор не ответила! – вспылил хозяин. – Как думаешь, почему?

– Вино испортилось?

– Я сварил его полгода назад, – флегматично ответил мужчина и потянулся к своему бокалу. – Мне ты налил Ферзанес 312?

– Да, господин, – скелет задумался. – Зелье должно было уже подействовать. Или вы закладывали отложенное действие по времени?

– Нет. Помнится, должен быть моментальный эффект, – ничуть не стесняясь моего присутствия, ответил этот недобитый зельевар.

Он говорил обо мне так, словно меня здесь не было. Или я была глухонемой.

Возмутительно!

– На ней стоит блок? Она закрыта от внешнего воздействия? – продолжил перечислять скелет.

Я его всё-таки стукну. Только подойди поближе, чтобы я дотянулась!

– Нет. Блока не ощущаю. Сильный магический фон – да… – цветные глаза снова остановились на моем лице. – Кто ты такая, Елена? Отвечай!

Меня обволокло сладкой яблочной дымкой. Даже защекотало в носу. Странно как! Опять этот запах антоновки.

Где-то распыляется аромат для дома, что ли?

Искоса я разглядывала напрягшегося хозяина замка и слугу. Да уж, ну и попала я! Имя скелета запомнила – Братц. Как брат, только с ц. А имя красавчика – нет. И повторно он его не назвал. Наверное, я снова попрала нормы этикета.

Но я не нарочно!

Вообще, как-то неудобно получилось.

…Отвечать мне не хотелось. Вот я и сидела, молчала. А эти двое молчали в ответ.

Странный дом и странный ужин. А выбирать не приходится. Где-то по жуткому городу меня ищет озверевшая толпа.

– Господин… – первым отмер скелет. Маг остановил его одним движением руки:

– Она не подчиняется! Интересно…

– Что же вам интересно? – рискнула уточнить я.

– Елена – твое настоящее имя?

Кивнула.

– Тогда я хочу предложить тебе сделку.

«Что, опять?» – чуть не воскликнула я, но сдержанно спросила:

– Зачем? Завтра вечером я покину ваш дом. Спасибо, что приютили, но мне вправду некогда заключать сделки…

– И ты рассчитываешь уйти вот так просто? – нехорошо усмехнулся мужчина.

И посмотрел с такой насмешкой, что в голову стали заползать непрошеные мысли: а что, если всё это – хорошо продуманная ловушка?

Что, если я – в западне?

И этот садист, сидящий на другом конце стола, играет со мной, как кошка с мышкой?

Что, если меня специально похитили из моего мира? Перенесли в этот, поставили в ужасное положение, предложили сделку, и всё ради того, чтобы я послушно попала в рабство?

– Я не смогу уйти? – всё-таки спросила я.

Иногда проще играть в открытую.

– Попробуй. Я не буду мешать. Братц тоже.

Скелет согласно клацнул челюстями. Противный холодок пробежался между лопаток.

Они не будут мешать. Сами сказали. Но… это не поможет. Судя по всему, я всё равно не смогу покинуть замок. Как минимум до завтрашнего вечера, как и договаривались с тем мужчиной в черном пятне.

На ум пришла сумасшедшая мысль, что я вообще никогда не смогу выйти отсюда.

Я прогнала ее, как заразную болезнь.

«Это паника во мне говорит. Такого просто не может быть!» – убеждала себя я.

А панике, как всем известно, никак нельзя поддаваться.

– Тогда в чем же загвоздка? Есть же что-то, верно?

– Возможно. Мне самому интересно на это посмотреть, – мужчина снова сложил руки в замок и опустил на них подбородок. – Кстати, можешь звать меня Астором. Я не против.

– Приятно познакомиться, Астор! – я попыталась улыбнуться, но вместо этого вышла кривая гримаса. – Я очень устала за сегодня. Прошу прощения, мне нужно отдохнуть. Я поднимусь в комнату и прилягу.

– Но вы совсем ничего не покушали, леди! – засуетился Братц и молниеносно подтащил ко мне блюдо с паштетом. – Возьмите кусочек. Очень вкусный паштет. Гусиный, с запеченными яблоками… Будет лучше спаться!

Так вот откуда запах антоновки!

– Благодарю, Братц, – разгадав хоть одну загадку, я почувствовала некоторое облегчение. – Я не голодна. В каком часу у вас завтрак? Не хочется проспать.

– В девять, – ответил Астор, и я снова поблагодарила за ужин.

Под его взглядом я почему-то чувствовала себя неловко. Делала неуклюжие движения – один раз чуть не сорвала на себя скатерть, когда вставала из-за стола, а второй раз запнулась о ковер. И всё из-за длинного платья – оно волочилось по ковру и попадало прямо под ноги. Надо было всё-таки поискать туфли на каблуке.

И еще от излишнего волнения, не иначе, я говорила по два раза одно и то же. Вот зачем, спрашивается, сказала, что мне приятно с ним познакомиться?

Сказать по правде, совсем неприятно!

Нет, он, конечно, красивый мужчина и пока ведет себя прилично, ставя идею о маньяке под вопрос – не набросился же, цепями не сковал. Значит, нормальный. Вроде.

Правда, есть одно но: мне кажется, он напрямую причастен к тому, что я оказалась в этом мире. И от этого вся его красота и обходительность меркнет.

Мне не нужно красиво завуалированное рабство. И участвовать в сомнительных сделках я не хочу. Совсем!

А как вернуться домой, не выполнив данное черному пятну обещание, я не знаю. Следовательно, буду ждать сутки.

В свою комнату я входила с опаской. Вдруг эта рыжая снова объявится? Но нет. К счастью, комната была пуста.

Братц подбросил дров в камин и пожелал мне сладких снов. А потом ушел, тихо прикрыв за собой дверь.

Оставшись одна, не сдержала истеричный смешок.

«Сладких снов он желает. Мне! Разве что ужастик с ожившими скелетами приснится!» – подумала я, но спать всё-таки легла, переодевшись в затрапезную ночнушку в мелкий цветочек.

Однако ночь оказалась благосклонна: мне совсем ничего не приснилось.

ГЛАВА 8

– Я знаю, волосы у тебя ненатуральные!

Меньше всего на свете мне хотелось обсуждать этот вопрос. Пробуждение вышло тяжелым, как будто я поднимаюсь со дна морского.

– Сгинь! – в сердцах прошептала, переворачиваясь на спину.

Рука затекла, шея тоже. Это что ж, я всю ночь проспала как убитая в одной позе? Ох-хо-хонюшки!

– И как не стыдно красить волосы? – продолжал бессовестно рассуждать голос. Его мое «сгинь» ни капельки не смутило. – Я, конечно, понимаю, что не всем суждено родиться с таким великолепным оттенком, как у меня… И приходится изворачиваться, притворяться, вводить мужчин в заблуждение…

– Кого? – разлепить веки всё-таки удалось.

И я с крайним неудовольствием констатировала: рыжая снова появилась. Сидит у меня на кровати и расчесывает свою гриву. Снова в том же самом бежевом платье. У нее других нет или это – любимое?

– Ты что тут делаешь?! – искренне возмущаюсь я и сажусь в кровати.

Ноги ноют, как после танцевальной вечеринки. Да уж, и выдался вчера денек! Подозреваю, что в свою обувь я ноги не всуну. Придется ходить весь день в тапочках.

– Какие мы нелюбезные! – морщит носик рыжая и опускает расческу. – Я, между прочим, тебе помогаю. Бужу к завтраку! Астор терпеть не может, когда опаздывают. А тебе его лучше не злить.

– Опаздывают?

Что-то такое говорил Братц. Да я и сама знаю, что опаздывать нехорошо. Получается, эта ненормальная и вправду решила мне помочь?

– Спасибо! – искренне поблагодарила я.

И даже пропустила мимо ушей ее слова про крашеные волосы. Подумаешь, эка невидаль – соседки с восемнадцати лет ругают меня, что прячу свои прекрасные русые волосы и травлю их химией. А мне нравится быть золотой блондинкой. И ничего не могу с этим поделать!

– Угу! – рыжая коварно улыбнулась. – Вспомнила, как меня зовут? Ответ может присниться. К снам всегда нужно относиться с большим вниманием.

Я потянулась с удовольствием, размяла косточки. В спине что-то хрустнуло… Потом встала и всунула ноги в тапочки.

– Слушай, ты – сестра Астора? Может, перестанешь пороть эту чушь про имя, и мы нормально познакомимся? – я прошла к шкафу.

Так… и что тут у нас есть симпатичное?.. К завтраку в благородных семействах не выходят в том же платье, в котором были за ужином. Что-то такое я читала еще в юности. Значит, надену другое платье и оттенком посветлее. Какое-нибудь розовое или бежевое.

– Скажешь тоже! – обидчиво протянула рыжая. – Я – богиня!

– А я – принцесса! – как раз в этот момент мне попалось вполне элегантное платье светло-сиреневого оттенка с белыми рюшами на рукавах. Я приложила его к телу и покружилась перед зеркалом. – Разве нет? Опять длинное, как у монашки.

– Монашки в таком не ходят. Можешь мне поверить!

– Наверное… – я понятия не имела, в чем ходят монашки в этом мире. Может, в лимонных платьях или рыжих. – Тогда это платье подойдет для завтрака.

– Подойдет! – кивнула девушка и села в позу лотоса. – Елена, не теряй время. Вспомни, как меня зовут, и тогда мы сможем…

Ее снова перебили. Братц громко постучал в дверь и с сарказмом в голосе поинтересовался, встала ли я. И почему не спустилась к завтраку. Хозяин, мол, недоволен.

Я оглянулась на рыжую, которая невозмутимо пожала плечами.

Ощущение подлянки неумолимо приближалось.

Что значит – Астор недоволен? У меня же есть время. Вроде бы есть!..

Я пригляделась к настенным часам.

Половина десятого.

– Так вот как ты будишь к завтраку?! – развернулась я, но на кровати уже никого не было.

– Нахалка! – высказала в сердцах и дала себе слово поговорить о ней с Астором.

Пусть уже вразумит свою сестру, что вламываться к чужим людям – неприлично. И обсуждать чужую прическу – тоже. И врать про время – вообще подлость!

– Уже иду! – громко крикнула скелету и бросилась в ванную умываться.

Времени на сооружение прически опять не было. Примерять обувь я снова не стала. Почему-то хотелось появиться в столовой как можно скорее. И не злить хозяина замка. Всё-таки я в гостях, а уже второй раз опаздываю!

Я надела платье, кое-как подтянула корсет, чтобы оно сидело хотя бы примерно по фигуре, и прямо в тапочках направилась вместе с Братцем в столовую.

Назревал серьезный разговор.

Астор был зол – я поняла это сразу, стоило переступить порог столовой. Хотя мужчина и старался не показывать чувств, от него исходили такие эманации неприязни и раздражения, что я буквально ощущала их кожей.

Он сидел во главе стола. Пустая тарелка перед ним, одиноко сверкающая чистотой и белизной, красноречиво намекала: хозяин не завтракал. А как истинный аристократ ждал меня. Целых… эм… сорок минут.

Я опоздала на завтрак на сорок минут.

Даже самой не верится, что это сделала я!

И всё это время холеный мужчина, одетый в темно-коричневый бархатный сюртук с расшитыми золотой нитью манжетами, терпеливо ждал меня.

– Прошу прощения! Я крепко спала.

Никогда еще в своей жизни так не переживала из-за опоздания. Даже кровь прилила к вискам.

Ну, я этой рыжей задам, пусть только появится!

– Раз ты не умеешь пользоваться внутренними часами, стоило попросить Братца тебя разбудить, – сказал Астор вроде бы и отстраненно, но так сверкнул глазами, что я отшатнулась.

«Опасен-опасен! Этот мужчина очень опасен. От него стоит держаться подальше! Лучше вообще в другом мире» – подумала я и побледнела.

Было ощущение, будто меня отхлестали по щекам. Очень неприятное и какое-то жгучее ощущение.

– Извините, я не подумала про часы, – призналась, чувствуя себя провинившейся школьницей и стараясь не смотреть на мужчину.

И в то же время не понимала: о чем он говорит? Что еще за внутренние часы? Он пошутил так, верно? Или совсем рехнулся со своей пунктуальностью?!

«Проклятый граф» – вспомнился крик толпы, и у меня похолодели руки.

А что, если это правда? С Астором определенно что-то не так.

– Хочу предупредить сразу, Елена, – его холодным тоном можно было замораживать птиц на лету. – Если ты собираешься пробыть в моем замке до вечера, то стоит придерживаться распорядка. В девять часов – завтрак, в двенадцать – чай. В три часа – обед. В девять часов вечера – чай. И ужин в час ночи. Всё ясно? Опаздывать нельзя. Этим ты вносишь хаос в мою жизнь и бесконечно расстраиваешь меня.

– Простите! – я покосилась на безмолвно стоящего в стороне Братца. – Дело в том, что я заболталась с вашей сестрой и совсем забыла про…

– Заболталась с кем?!

Я запнулась и растерянно посмотрела ему в лицо. Зря я это сделала! Теперь мне стало по-настоящему страшно. Если раньше он еще как-то держал себя в руках, то теперь… Его лицо перекосилось от гнева.

Блин. Да что я сказала не так? Нельзя было упоминать встречу с его сестрой? Или я ошиблась, и эта рыжая – любовница? А вдруг еще одна пленница замка наподобие меня, и нам нельзя было видеться?

Надеюсь, он не собирается меня убивать?!

…Боже, ну почему я сначала не расспросила о рыжей Братца? Узнала бы, что да как, а потом бы нажаловалась на нее.

Не стоило его злить. Кто знает, на что он способен?!!

Да, именно об этом меня предупреждали рыжая и Братц… А я так глупо подставилась…

– Моя сестра умерла несколько лет назад, – заявил мужчина и поднялся из-за стола. – Могла бы узнать об этом прежде, чем нагло врать! Приятного аппетита, Елена. Завтракай без меня. Я не голоден.

И исчез. Испарился, будто и не стоял только что рядом со столом.

Я устало облокотилась о косяк двери и прикрыла глаза. Как же это так? Как рыжая могла умереть несколько лет назад?! Еще пятнадцать минут назад она была такой живой, такой настоящей!

– Проходите, Елена! – Братц отодвинул для меня стул. – Присаживайтесь… Хоть я и не застал того времени, но знаю по рассказам хозяина… Господин очень любил свою младшую сестру. Души в ней не чаял. Такая была умница и красавица… И очень скорбел, когда она с его матерью погибла. Ваша шутка про встречу с сестрой – крайне неуместна.

– Простите! – мученически прошептала я. – Так получилось. Но я и вправду видела ее!

Мне не поверили.

– Впрочем, другого я и не ожидал от простолюдинки, – сказал Братц и взял кофейник со стола. – Вы любите со сливками или черный?

ГЛАВА 9

Я всё-таки позавтракала. Пусть и через силу. Выпила черный кофе, съела булочку с изюмом. И только бог знал, чего мне это стоило!

Хотелось самой встать и убежать в свою комнату, чтобы найти эту невоспитанную девицу. И, схватив за руку, приволочь пред разноцветные глаза Астора.

Но это бы выглядело дико и невоспитанно. И подтверждало бы слова Братца о том, что я – неблагородная леди.

И мне, и вправду неблагородной леди – в моих предках не числились ни короли, ни герцоги, ни графы – очень хотелось утереть этим снобам носы.

Хоть я и понимала, что остаюсь здесь всего до вечера, хотелось «сохранить лицо» и доказать, что и я могу вести себя прилично.

«Глупая гордость!» – подумала я, входя в свою комнату.

Кому и зачем собираюсь доказывать, что я – не верблюд? Скелету, оживленному магией, или мужчине, которого совсем не знаю?

Комната была пуста. Девица меня не ждала, на кровати не валялась. И подтверждать свое существование не собиралась.

– Ну и ладно. Мне же проще! – подумала я и хотела было снять неудобное платье, чтобы спокойно растянуться на кровати и подумать в тишине обо всем, но в этот момент внизу что-то громко стукнуло.

Или упало.

Потом я услышала какой-то совсем уже невообразимый крик и передумала раздеваться. Любопытство охватило с такой силой, что я подхватила юбку и стрелой бросилась в коридор.

А самое интересное происходило на первом этаже у лестницы.

– …Я вам говорю! – скандально кричал женский голос. – Что здесь ровно полторы пинты молока.

– Уважаемая! – голос Братца был исполнен достоинства и муки. – Полторы не могут быть ровными. Это невозможно! К тому же обычно вы приносите одну пинту молока. Ровно одну пинту…

– А я вам говорю, что здесь всё ровно!

Осторожно, чтобы не привлекать внимания, я выглянула из-за угла.

У подножия лестницы стояла пухленькая маленькая женщина в сером платье и белоснежном переднике. Ее светлые волосы были покрыты крошечной белоснежной косынкой и схвачены в низкий хвост. В руках женщина держала два бидона молока – один побольше, а второй поменьше. И так громко возмущалась, что того и гляди могла разлить всё содержимое.

– Милейшая… – скелет попытался улыбнуться.

Клацанье зубов прозвучало угрожающе, но женщина не остановилась.

Она перешла на личности и теперь костерила на чем свет стоит не только Братца, молоко и замок, но даже его хозяина.

– И я больше никогда в жизни ни за что не буду брать от вас заказы!– орала она. – И не приду в ваш чертов замок… Да у меня времени нет спорить с вами… Молоко портится, когда вы на него дышите!

Она пару раз топнула ногой – звук вышел очень громкий, потому что стояла она на квадрате из бежевых плиток. Кстати, раньше я на них не обращала внимания. Разве не должен здесь быть паркет?

…Потом молочница пнула ногой ни в чем не повинную лестницу и неожиданно запульнула в скелет маленьким бидоном молока.

Тот пролетел тяжелым снарядом совсем рядом с головой Братца. Скелет ловко увернулся, пригнув голову, и бидон стукнулся о деревянный поручень лестницы.

Молоко разлилось. Ступени лестницы окрасились в грязные неравномерные пятна.

– Да что вы себе позволяете! – возмутился Братц и привстал. – Извольте покинуть замок.

– Да чтоб все твои головешки сгорели! – от души пожелала ему молочница и запустила вторым бидоном. – Скелет проклятый!

– Вы меня видите?! – Братц удивился так сильно, что замешкался и пропустил летящий бидон. Тот шмякнулся о стену рядом с ним, и красивый черный пиджак скелета окрасился белыми брызгами.

– Конечно, вижу! Что я, слепая?! – выругалась женщина и, высоко подняв подбородок, гордо повернулась к выходу. – Знал бы мой покойный муж, господин Враввель, что я буду ходить в такой паршивый дом… Уж он-то бы отвадил меня от проклятого места!.. Уж он бы точно сказал…

Что сказал бы покойный муж молочницы на ее весьма далекое от приличного поведение, мы так и не услышали. Она громко хлопнула массивной входной дверью – и как только силы хватило! – и ушла восвояси.

Пару секунд Братц оторопело смотрел ей вслед, а я вышла из укрытия, чтобы спросить, почему женщина так озверела.

Ее поведение не было нормальным. А значит, должно было объясняться веской причиной.

Нет, в моем мире я никогда не общалась с молочницами. Поэтому не могла оценить объем скандальности, считающийся здесь нормой.

Но вряд ли ей платили за то, чтобы она портила чужое имущество, разливая молоко по дорогим поверхностям – один бежевый ковер на лестнице чего стоил!

Это даже для чужого мира было перебором.

– Что-то изменилось! Она увидела тебя, Братц. Заметила твое состояние… И это очень странно! – голос Астора прозвучал как гром среди ясного неба.

Откуда он взялся?

А, наверное, вышел из своего кабинета под лестницей. Или у лестницы – если быть точной.

Я остановилась на полпути. Попадаться на глаза мужчине не хотелось совершенно. Я всё еще на него злилась.

– Елена, а вы как думаете? Склонен считать, что именно ваше появление изменило существующий порядок вещей.

Он вышел на середину холла и уставился на меня своими глазищами.

Это обвинение?

Выражение глаз разглядеть не удалось. И я не знала, злится он или просто делится своими мыслями.

Ладно, раз меня рассекретили, спущусь!

– С чего вы взяли? И что за распорядок? – как можно беспечнее спросила я.

Да уж. Спуск дался мне нелегко.

Я пыталась идти по лестнице гордо и с достоинством. Держала спину прямо, как королева, и даже свела покрепче лопатки. Ступала осторожно, плавно, стараясь незаметно под юбкой сначала нащупать ступеньку, а потом уже опускать на нее ногу.

Всё-таки передвигаться в домашних тапочках и в длинной, волочащейся по ступенькам юбке было неудобно. И очень опасно – на середине лестницы я не заметила, как кусочек ткани всё-таки подогнулся, зацепила его мыском и наступила.

Взмах руками, отчаянное понимание, что сейчас рухну у всех на виду и сломаю себе шею, жалобный писк и горячее желание спастись любой ценой, – и вот, я уже лечу по направлению к полу.

Или ступенькам – я не разобрала.

Когда моего лба должна была коснуться испачканная молоком бежевая ступенька, всё вдруг остановилось. Я зависла в воздухе в очень странной позе – одна рука висела вдоль тела, ноги торчали врастопырку, юбка задралась наполовину, а вторая рука согнулась под непривычным углом. Волосы упали на лицо и заслоняли весь обзор.

Я не видела, что происходит. Но и не падала вниз! Висела, как какой-нибудь экспонат в музее, словно на невидимых веревочках.

– Ты в порядке?

Меня плавно и осторожно подхватили на руки и повернули в нормальное положение. Кровь отлила от висков, я судорожно схватила ртом воздух, боясь задохнуться. Окружающая обстановка заплясала перед глазами.

…Астор держал меня на руках и прижимал к своей груди, немного покачивая. Словно бы успокаивая.

Однако эффект получился обратным. Я смотрела на лестницу, видела вмятину от своего последнего шага перед кульбитом и не могла поверить, что не упала.

Я же падала! Летела через ступеньки! Да я должна была разбиться или, как минимум, покалечиться.

– Что тут происходит? – сдавленно спросила я, и мужчина отмер.

Донес меня до холла и аккуратно переложил со своих рук на взявшуюся не пойми откуда коричневую кушетку.

– Её здесь не было! – пробормотала я, поражаясь этому факту, – И как… как вы смогли меня перехватить?! Я же падала!

Астор горестно вздохнул и уселся в моих ногах.

– Елена. Я – маг времени. Чтобы не позволить тебе упасть, я всего лишь остановил время. А перенести кушетку из гостиной – вообще пустяк.

– Правда?!

А вот для меня подобные вещи были за гранью понимания.

– Да. Но знаешь, есть одна вещь, которую я не понимаю сам… И она связана с тобой.

Перед глазами все еще кружились предметы, и очень хотелось пить.

– Воды бы… – просипела я пересохшими губами, и напротив моей руки вдруг появился висящий в воздухе стакан с водой. Я жадно схватила его и выпила.

– Так вот… – Астор сделал знак Братцу, и тот вышел из холла. – Как ты смогла прорваться в замок? Этого я никак не понимаю. Ты не могла войти в дверь сама. Никак.

– Почему?

– Ведь он зачарован, – с легким раздражением ответил Астор.

ГЛАВА 10

– Замок зачарован?!

– Да.

Нет, я, конечно, ожидала чего-то подобного. Подвоха, засады, западни… Когда тебя перебрасывают в другой мир и хотят убить, когда толпа озверевших магов носится за тобой по пятам, как говорил всем известный медведь из детского мультика – «это неспроста».

И сомнительные предложения незнакомца, не желающего показывать свое лицо – более чем настораживали.

И всё-таки внутри что-то оборвалось. Где-то в глубине души я надеялась, что мне снится очень красочный и захватывающий сон. А сама я после дня рождения Ритки беспробудно сплю в своей кровати.

Просто перебрала немного на дне рождения.

После «Шальной императрицы» обычно мы пели «Пошлю его на…», а там и до текилы дело доходило.

Однако рядом со мной всё еще сидел умопомрачительно странный и одновременно красивый мужчина. Он никуда не исчезал, и я даже могла разглядеть капельки пота на его высоком лбу.

Будь это настоящий сон, меня давно бы перебросило в другую локацию. Хаотичность во сне – дело привычное. Каким бы ярким и логичным он ни был, всё когда-то заканчивается.

Всё, но не в этот раз.

– И что это значит?

Астор пытливо заглянул мне в лицо, но, не увидев того, что искал, сжал крепче губы.

– Не знаю, Елена, чем ты прогневила богов, но теперь мы в одной упряжке. Думаю, ты имеешь право знать…

И замолчал.

Боже, как мне всё это не понравилось! Явно ничего хорошего он не расскажет.

Пропустив мимо ушей «гнев богов», уточнила:

– Про упряжку вы имеете в виду, что мы вместе тут застряли? То есть из замка нельзя выйти?

– Нельзя. Дело в том, что время здесь закольцовано. События повторяются с точностью до одной секунды. Скандальная молочница приходит раз в три дня. Ее заменяют почтальон или дрессировщик собак. Очень редко происходят расширяющиеся события – например, приходит кровельщик или певица, которая вздумала переночевать в замке.

– То есть сюда входят люди? И выходят? Почему же не можем выйти мы?

– Как бы тебе объяснить… – Астор задумался. – Они – не совсем люди. Скорее декорация.

– Но молочница была живой. И муж у нее имелся, – возразила я.

– Вполне может быть, – флегматично согласился Астор. – И всё же она сама – декорация. Элемент действия, который вставили в картину, чтобы придать ей красок.

– Кто вставил? – вскинулась я, но мужчина проигнорировал мой вопрос.

– Так толпа каждую ночь разбивает витражное стекло. Вчера ты видела – они не знают, что я здесь живу. Хотя я никуда не выхожу из замка, каждый вечер они видят меня и ужасаются… – криво усмехнулся Астор. – Происходит это всегда перед началом нового дня. Каждую ночь в окно на втором этаже влетает камень. Разбивает его и падает на одно и то же место на ковре… Мы скопили столько, что можно строить новый дом…

По спине пронесся холодок. Закольцованность… Постоянство…

Бр-р!

То есть каждый день здесь происходит одно и то же?!

– Это ужасно! – в сердцах выкрикнула я и вскочила. – Можно рассудком двинуться. И что, с этим ничего нельзя поделать?!!

– Это мое наказание, – едва слышно сказал Астор и поднялся. – К несчастью, и ты попала под его действие. Мне искренне жаль. Со своей стороны я готов облегчить твоё заточение и предоставить все имеющиеся в моем распоряжении удобства…

Его бубнеж я прервала самым бестактным способом:

– Подожди! Не может быть, чтобы я застряла здесь навсегда. Я пришла ненадолго. Я могу выйти. Да, могу!

Мозг лихорадочно соображал. Если тот неизвестный перенес меня сюда, чтобы я провела в замке сутки, то и достать меня отсюда – сможет. Он – не человек, сам сказал. А значит, на него не действует закольцованность.

И тогда я освобожусь!

Вечером он заберет меня.

Да, иначе и быть не может!

…И всё-таки нужно попробовать выйти. Я поднялась и направилась к двери. Перед витражом накатил непривычный страх, и я осторожно коснулась дверной ручки.

– …Понимаю, что непросто в это поверить… – Астор говорил с такой вселенской скорбью в голосе, что я с большим наслаждением прервала его:

– Подожди. Я всё-таки попробую выйти.

– Это опасно! – с тревогой воскликнул он и в два шага оказался рядом. – Елена, ты не должна подвергать свою жизнь опасности. Не выходи.

– Поздно! – я еще раз посмотрела в разноцветные глаза, вздохнула и мысленно сказала себе, что не буду по ним скучать. – Прощай. Я пойду.

– Елена! – с отчаянием сказал он, но я отмахнулась.

Маг не сделал попытки меня остановить. Лишь застыл неподвижной статуей и с непередаваемым выражением наблюдал, как я выхожу.

Ручка опустилась вниз. Я перешагнула через порог и вышла на полукруглое каменное крыльцо. Бросив последний взгляд на мага через плечо, занесла ногу над покатой ступенькой…

Тысячи невидимых игл пронзили мое тело, и я разучилась дышать. Это было так больно и неожиданно, что я даже не смогла прохрипеть «помогите». Сад, который был в паре метров от меня, закрылся непроницаемой тьмой. Свет погас. Моя жизнь повисла на волоске…

Я оказалась в ловушке.

Сознание закружилось и погасло.

А спустя секунду я очнулась стоящей в центре холла. На меня с болью смотрел побледневший Астор и молчал.

Как же я ненавидела его в этот момент!

Он знал. Знал, гад, что это больно и опасно. И позволил мне выйти!

Позволил.

Боль отступала легкими волнами, постепенно. Сначала перестала болеть голова – с нее словно сняли терновый венок, потом я смогла пошевелить руками и вдохнуть полной грудью. Как после сна в неудобной позе размяла затекшие ноги и тем самым сбросила остатки боли.

– Прости, – не глядя на меня, абсолютно безэмоционально сказал Астор. Деревянным шагом прошел к двери под лестницей. Открыл ее и, не оборачиваясь, так же спокойно добавил. – Братц в твоем полном распоряжении. Позови его. Он наполнит ванну и принесет чай…

– Иди к черту! – в сердцах выплюнула я.

Слушать эту великосветскую хрень не было сил. Выдержка окончательно оставила меня. Хотелось закатить истерику. Орать, плакать, топать ногами. Подойти и со всего маху залепить ему пощечину.

Но я сдержалась. Из последних сил.

Всё-таки нам жить вместе. Пока не придумаю, как отсюда сбежать.

Надежда на таинственного незнакомца истаяла вместе с остатками боли. Теперь я понимала, что всё не так просто. И его условие «продержаться сутки» могло плавно перетечь в вечность.

А что за эксперимент ставил этот неизвестный и почему в нем оказалась замешана я вместе с Астором – еще только предстояло выяснить.

И пока я не сделала попытку прибить самоуверенного графа, стоило подняться к себе наверх.

«К себе! Как будто мне сдался этот чертов замок!» – возмущалась я, скидывая тапочки.

Элегантные манеры, хорошее поведение? Нет, не слышали.

После такой боли, что я испытала по его вине, расшаркиваться не собираюсь. Подхватив платье чуть ли не до бедер, бегом бросилась по лестнице наверх в свою комнату.

***

Впервые за долгое время я чувствовал вину. Она давила на грудь могильной плитой, прибивала к полу получше заклинания Рэя и одним своим существованием вызывала вопросы.

С чего мне жалеть человека?

Глупости!

Люди смертны. Люди безжалостны. Они затаптывают в грязь самые лучшие начинания. Они не стоят жалости.

Они наплевательски относятся к тому, что свято для меня – к времени. Они играют с ним, как с фантиком от конфеты. Втаптывают в мусор, забывают о нем, когда дело касается чувств.

И всё же я испытываю определенно крайне неприятное чувство вины.

Почему?

В кабинете я плюхнулся в кресло, устало откинулся на спинку и вытянул ноги.

Кто же ты такая, Елена? Обычная иномирянка или некто другой, посильнее и поковарнее?.. Кто может скрываться под чужой личиной?

Странные мысли. Непривычные чувства. Даже теперь во рту стоит горечь, и я не в силах избавиться от нее.

Так я чувствовал давным-давно, когда по неопытности или по эгоизму обманывал сестру. Оставлял ее одну, дарил на дни рождения другие игрушки, потому что забывал про ее просьбы или думал, что дарю ей подарок намного полезнее.

Горечь во рту. Давно забытое ощущение.

Но какая на мне вина?

Никакой. Я успел предупредить. Дал ей выбор самой испытать свою судьбу. Да и что скрывать, мне было любопытно, как поведет себя девчонка, как отреагирует на боль.

Ничего нового. Ничего неожиданного.

Очень жаль.

И только горечь во рту.

Пусть я мог остановить ее, но не стал этого делать. Зачем замедлять время, тратить свои силы, если она всё равно попытается сбежать?

Это было написано у нее на лбу. Да она и не скрывала. Оставаться в этом замке Елена не хотела. И я не мог поставить ей это в вину.

Однако остался самый важный вопрос: как она в него проникла? Дважды я задавал его, и дважды она отнекивалась. Скорее всего, ей помогли. Или направили в сторону замка в расчёте, что она зайдет.

ГЛАВА 11

Разбирая платья в шкафу, я придумывала план мести. Но стоящее решение всё никак не приходило на ум. Я даже перебрала ночнушки и нижнее белье, весьма целомудренное и неудобное. И всё никак не смогла придумать, как же поступить.

А отомстить хотелось. Очень. Изрезать все наряды, порвать их на куски и выкинуть театрально на лестницу – показалось мне слишком мелким. Поджечь дом – слишком кардинальным. Да и жить в обгоревших обломках как-то не слишком хотелось.

Всё мое отчаяние, раздражение и злость нашли себе отдушину. И ею оказался Астор. Он, он был причиной всех моих бед! Не будь он отъявленным негодяем, его бы не наказали так страшно. И меня заодно с ним.

Да, всё дело в нем!

Он вытворил что-то такое страшное, что некто неизвестный не придумал ничего лучше, чем запереть его в замке.

Это было единственное правдоподобное объяснение, приходящее на ум.

…Душа требовала перемен, душа требовала чего-то нового и непривычного.

Не придумав ничего лучше, я взяла полотенце из ванной и вытерла пыль на комоде и тумбочке. Потом вошла во вкус и, шаркая одной ногой, протерла полы вокруг ковра. Открыла единственное окно и выглянула во двор.

Прекрасная летняя погода. Птички чирикают, цветы распускаются в запущенном саду.

И нельзя выйти.

Ужас!

Я поплотнее задвинула шторы, чтобы не расстраиваться. И не искушать себя.

Да уж. Не так я представляла себе жизнь в замке.

Однако уборка неожиданно подействовала успокаивающе, и уже через полчаса я с воодушевлением выбрала простое лимонное платье с белоснежным воротничком. Оно было с одной струящейся юбкой и весьма простыми застежками. Переодевшись, я набросилась на ящики с обувью. Наконец-то разберу их и попробую найти себе нормальные туфли!

Обуви было много. Самой разной расцветки, с ручной вышивкой и искрящимися камнями, она была такой древней, что я даже боялась ее лишний раз трогать. Как будто из музея перенесли.

К счастью, во втором ящике вскоре нашлись весьма удобные темно-коричневые туфельки на низком каблучке рюмочкой.

Не успела я толком их примерить, как часы неожиданно пробили двенадцать. В дверь постучался Братц.

– Чай, леди Елена! – торжественно провозгласил он из-за двери.

– Не хочу! – больше из-за упрямства выкрикнула я.

На самом деле после всех моих уборок и разборок одежды очень хотелось пить. Но вот видеть при этом физиономию Астора – совсем не хотелось!

– Не положено отказываться, леди! – скелет позволил себе войти в комнату и с осуждением покачать черепушкой. – Заведенный порядок нельзя нарушать. В двенадцать все присутствующие живые пьют чай. Так положено!

Скрестив на груди руки, плюхнулась на кровать.

– Кем положено?! – возмутилась я. – А личные предпочтения гостей не учитываются? Не слишком-то вежливо заставлять пить чай, когда этого не хочется! И вообще, я, может, и к ужину не собираюсь спускаться. И хочу объявить голо…! – на этих словах я неожиданно осеклась: в углу между кроватью и тумбочкой мне что-то померещилось.

Приглядевшись, увидела блеск и сразу же вспомнила: камень!

Точно.

И как я вообще могла забыть про огромный драгоценный камень-булыжник?

Наверное, выпал, когда переодевалась. Странно, что я о нем забыла – ведь он такой огромный! Таких драгоценностей в жизни своей я никогда не видела.

– Да, хорошо! – рассеянно кивнула скелету. – Ты иди, Братц. А я подойду через пару минут. Прическу поправлю и подойду…

Выпроводить скелет не получилось.

– Нет, мисс… – Братц оскалился. – Я провожу вас в малую столовую лично. Чтобы хозяин не ругал меня за ваше опоздание.

«Ладно! – сдалась я и встала. – Заберу камень, когда вернусь. Не убежит же он?»

Мы вышли из моей комнаты и чинно двинулись к лестнице.

– Будьте осторожны, мисс, – перед лестницей Братц остановился. Он говорил спокойно и вежливо, но мне послышалось тщательно скрываемое ехидство. – Ступеньки, мисс… Видите?.. Передвигайте ножками потихоньку, осторожно… Я не владею магией, мисс, и не смогу спасти вас от падения.

Поджав губы, я с явным неудовольствием уставилась в горящие глазницы. Так вот какого обо мне мнения в этом замке?

– Почему ты обращаешься ко мне по-разному? То леди, то мисс?

– Вам хотелось бы слышать обращение госпожа?

– Нет. Подозреваю, что так обращаются к хозяевам.

– Да, мисс, – в глазах скелета плясала какая-то чертовщина. – Дело в том, что его светлости, графу Астору Эмсеру Эрдману Таймсу негоже общаться напрямую с простолюдинами. Поэтому я делаю вид, что вы – благородного происхождения, мисс. И называю вас леди.

– Но ты только что назвал меня мисс! – подловила я нахального скелета, но тот только противно улыбнулся.

– Да, этим я подчеркиваю ваш незамужний статус.

Вот еще новости! Да что он такое говорит. Как будто корову на рынке обсуждает!

– А если бы я вдруг оказалась замужем? – зло сощурилась я и уперла руки в боки.

Что, выкусил, скелет? Об этом ты не подумал?

Но ответил мне совсем не Братц. Мы с ним вместе вздрогнули от незнакомого мужского голоса:

– Это невозможно, леди. С некоторых пор в замок могут войти только незамужние девушки… Мое почтение!

У подножия лестницы стояли два господина. В черных шляпах и черных пальто. И вежливо улыбались мне.

Снова какой-то сбой? Вроде бы Астор не предупреждал о визите мужчин.

И весьма молодых, между прочим. С виду им было лет по тридцать пять. А уж то, что они были одеты с иголочки, говорило лучше всяких слов – перед нами аристократы.

– Я случайно услышал, что подошло время утреннего чая, Братц, – проговорил один из мужчин и снял шляпу. – Будем рады присоединиться.

– А уж как обрадуется хозяин! – еле слышно проворчал скелет, но послушно спустился к гостям. – Позвольте принять ваше пальто.

– Зачем же, Армдей! – откликнулся второй мужчина и сам разделся. Он оказался ярко рыжим мужчиной с правильными чертами лица. Что-то мне везет на писаных красавцев. Или они совершенствуют свою внешность при помощи магии? Надо бы как-то узнать. Мне самой не помешало бы сделать носик поменьше и что-нибудь другое побольше. Например, размер бюста…

Правда, я совсем забыла про свои намерения, когда рыжий добавил:

– Как-то неприлично, когда кузены прислуживают друг другу.

– Верно, Комрей, – кивнул скелет и протянул костлявую руку к первому мужчине. – Позвольте, господин Леон, я возьму.

– Пожалуйста! – широко улыбнулся мужчина и шагнул мне навстречу. – Рад познакомиться. Меня зовут Леон Бросс.

– Очень приятно! – механически ответила я, а сама повернулась к рыжему. – Братц – ваш кузен?

– Да, мисс, – мужчина взмахом руки подтянул напольную вешалку для одежды и сам развесил пальто на вешалке. Перехватив мой удивленный взгляд, он пояснил. – Мы совершали прогулку в горы, мисс. Там прохладно.

– Ясно!

Хотя менее всего на свете мне было ясно. Я смотрела на двух мужчин и не понимала, как следует себя с ними вести.

Во всяком случае, сначала нужно спуститься. И не показывать виду, что удивлена или смущена. Кто знает этих гостей. Вдруг и они – коварные и опасные прохиндеи?

С кем поведешься, как говорится…

– Разрешите проводить вас к чаю, мисс… – не успела я спуститься с лестницы, как рыжий весьма учтиво предложил мне локоть. – Кстати, вы не назвали своего имени.

– Елена! – я нехотя просунула руку под локоть и позволила себя повести к столовой. – А как вас зовут?

Не то чтобы мне было интересно узнать его имя. Я знала, что этот человек, как и его приятель, вскоре навсегда покинет замок. И не стоит к нему привязываться. Они – декорации, как сказал Астор. Ненастоящие. Куклы. Зачем узнавать его имя и потом думать о нем?

Спросила из вежливости и меньше всего ожидала услышать:

– Комрей Эрнст Персоней Таймс.

Пораженная до глубины души, я остановилась:

– Вы брат Астора?!

– Да. Родной.

Паззл складывался медленно. Со скрипом и нехотя. Но глядя в разноцветные глаза рыжего мужчины, – и как только не заметила, что цвет глаз различается? – один – зеленый, а другой – голубой, до меня всё-таки дошло:

– Если Братц – ваш кузен, а вы – родной брат Астора, получается, что он…

– Поднял и оживил своего кузена. И заставил служить, – закончил за меня Леон Бросс с явным неодобрением. – Но что еще можно было ожидать от него?..

– Боже!

Какое кощунство!

– Это ужасно!

Я не могла понять, как можно решиться на такое.

– Братц умер! – вторя своим мыслям, произнесла я. – И был похоронен?..

– В семейном склепе. Он в подвале находится, – почти добродушно объяснил Комрей. – И знаете, Елена, мы же не просто так приехали на чай. В последнее время у меня много работы, да и за фамильными угодьями нужно приглядывать. Но я не мог игнорировать возникшую проблему. И молва, знаете, вот та самая простая молва, которая создает репутацию или в корне портит ее, очень непростая вещь. Она заслуживает внимания. Участия, если угодно. И вот я тут. В родовом замке с самым лучшим магом современности. Как раз по этим проблемам. Да, Леон?

– Ты мне льстишь! – ответил мужчина, но было слышно, что ему приятно.

Он шел за нами и даже как будто пританцовывал от нетерпения.

– Думаю, вы уже сами догадались, что с нашим Астором не всё в порядке, – доверительно склонился ко мне Комрей. – И показать его специалисту – прямой долг любого достойного человека.

– О чем вы?

Эти загадки, намеки, которыми апеллировал Комрей, я не понимала. Какой специалист? По магии?

Мы остановились перед входом в малую столовую. Братц маячил где-то на периферии. Леон молчал, гулко дыша мне в спину.

Пауза затянулась.

– Разве вы не заметили? Астор сошел с ума, – серьезно сказал Комрей, чем вверг меня в состояние шока.

– Как?

– Он считает, что не может покинуть замок, – с отеческой улыбкой добавил он. – Да! Я и сам не знаю, откуда у него взялась эта навязчивая мысль. Он постоянно твердит про это… Неужели не замечали? Ох, вы побледнели, моя милая… Что, он и вас бил током? Неприятный фокус, неприятный. Стоит ступить на первую ступеньку… Когда он провернул это на мне, я вырубил в замке электричество на целые сутки. Слышал, чтобы поддержать свою теорию, он часто пугает мирных людей. Плотников, банкиров, молочницу… Так нельзя. Это негуманно, в конце концов. Именно поэтому я и привел Леона – специалиста по душевным болезням.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Императрица» сл.и муз. И.Николаев

Вернуться