Константин Хант
Шелортис. Книга первая. Часть первая

Шелортис. Книга первая. Часть первая.

Пролог.

Брентвуд, Лос-Анджелес, 1989 год.

В этом зале загородного особняка мистера Салленхарта собрались восемнадцать человек в фиолетовых накидках: представителей разных уважаемых семей клуба Уэллот. Удобно разместившись в широких креслах, гости пристально смотрели в центр зала, где перед импровизированной стойкой стоял высокий седовласый мужчина в длинном фиолетовом балахоне – мистер Салленхарт.

Стены зала были увешаны драпировкой из фиолетовой ткани. На дорогих лоскутных полотнах, серебристыми нитями были вышиты изображения, напоминающие паутину. Собственного говоря, подобное изображение встречалось и на балахоне самого мистера Салленхарта, а также на именных накидках его достопочтенных гостей.

– Дорогие друзья! Леди и Джентльмены! – с наигранным задором в голосе начал владелец дома, радушно разводя руками и улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба, – Я рад приветствовать Вас в своём доме, в честь ознаменования столь величайшего события.

Среди присутствующих прокатился одобрительный гул, сменившийся звонкими, но всё же, по-аристократически редкими, аплодисментами.

– Не было ни малейшего сомнения в том, что мы справимся! – продолжал мистер Салленхарт, – Ни единого мгновения я не сомневался в нас … в нашей идее! И конечно же … – оратор выдержал театральную паузу, продолжая улыбаться и смерять всех присутствующих прищуренным глазом, – …вот оно!!! Свершилось, дамы и господа … СВЕРШИЛОСЬ!!!

Едва закончив свою речь, мужчина поднял руки кверху, устремив взгляд в потолок. В ту же секунду, зал разразился канонадой ярых аплодисментов. Видные аристократы были весьма сдержаны в своих эмоциях, но, всё же предвкушая желаемое событие, они не скупились на рукоплескания.

– ВНОСИТЕ!!! – скомандовал мистер Салленхарт, не опустив ни рук, ни взгляда.

В следующую минуту, части массивной двухстворчатой двери раскрылись и в зал вошли четверо. Облачённые в фамильные балахоны дома Салленхарт люди осторожно вкатывали небольшую тележку, на которую был водружён длинный прямоугольный ящик.

– О-о-о да-а-а!!! – томно процедил седовласый оратор, наконец, опустив руки и переведя взгляд на раскрывшиеся двери в зал.

Тем временем вошедшие люди в фиолетовых балахонах осторожно катили тележку, стараясь не уронить свой наиценнейший груз. Выстроившись вокруг короба с двух сторон по два, помощники мистера Салленхарта оберегали его от возможного посягательства со стороны достопочтенных гостей.

Всё то время, пока последователи дома Салленхарт везли короб к центру зала, гости, не переставая аплодировали, заглушив даже звук крутящихся колёс тележки.

Обитый фиолетовой драпировкой ящик был шесть с половиной футов в длину и полтора фута в ширину. Покрывающая короб бархатная ткань, на которой, как и на всём прочем было вышито изображение паутины, изящно развивалась в движении.

Добравшись до центра зала, где стоял мистер Салленхарт, процессия, наконец, остановилась. Учтиво поклонившись своему лидеру, последователи отступили на задний план. Несмотря на то, что лица вошедших были скрыты массивными капюшонами, не было сомнений, что прямо сейчас они покорно смотрят в пол, ожидая дальнейших указаний.

Едва старик в фиолетовом балахоне упреждающе поднял руку, фееричные рукоплескания тут же стихли.

– Вот оно, дамы и господа!!! – указав на ящик, произнёс седовласый владелец особняка, – Вот оно … будущее!

Последнее слово, немолодой мужчина произнёс с особой чувственностью. Бросив последний взгляд на заинтригованную публику, мистер Салленхарт с нескрываемым удовольствием сорвал покровы тайны, сдёрнув с ящика бархатную ткань.

– МОГУЩЕСТВО!!! – прокричал старик, едва ткань сорвалась с короба.

В ту же самую секунду немаленькое помещение озарилось ярким ослепительным светом, сопровождавшимся ощутимым ветряным импульсом. В следующий миг, веерный импульс стих, но не прошло и четверти минуты, как мощная ударная волна разлетелась во все стороны, снося всё на своём пути.

Тяжёлые кресла вместе с сидящими на них людьми, тут же разлетелись в разные стороны. Массивные шкафы, стоявшие у стен, один за другим стали падать. То там, то ту что-то с гулким лязганьем разбивалось, рассыпая осколки по полу.

Воздушные потоки периодически то возобновлялись, то стихали и так по кругу. Ветряные веера вздымали с пола осколки и обломки мебели, опасно крутя их под потолком, а после разом отпуская, с силой разбрасывая в разные стороны.

Побитые, порезанные гости мистера Салленхарта в ужасе прятались от ужасающей стихии, развернувшейся в этом зале. Были и те, кому повезло больше: ещё от первого удара, они потеряли сознание и теперь не видели и не слышали ничего, что творилось перед ними.

Сам же владелец дома был вне себя от счастья. Несмотря на то, что старика, как гостей его дома, отбросило в стену, он искренне улыбался.

Сверкнув в последний раз, вспышка погасла, а резкие холодные лучи ярко-сизого света быстро сменились на мягкое дымчатое свечение. Еле заметный мглистый туман принялся стелиться по полу, окутав слегка покосившийся от вибраций короб. В следующий миг, пространство вокруг него стало искажаться, словно между ящиком и зрителями образовалась еле-различимая прозрачная плёнка.

Попадавшие со своих мест знатные гости, потирали ушибы и пытались подняться. Казалось, им уже было без разницы, что там собирался продемонстрировать мистер Салленхарт. Театрально вздыхая и охая, благородные леди и джентльмены в ужасе озирались по сторонам.

– Чистая энергия! – воодушевлённо произнёс мистер Салленхарт,

Самодовольно стирая кровь с разбитых от падения губ, старик растянулся в ехидной улыбке.

– Энергия! Власть! Сила! Вечность!

Территория близ специального лагеря Синий бриллиант, Рамади, Ирак, 2011 год.

Полуденное палящее знойное солнце, заняв свое место на вершине небосклона неимоверно пекло, ознаменовывая свою власть этим октябрьским днем. Сквозь многочисленные струящиеся дымки (haze) знойного воздуха, оставляя едва различимые следы на песке, продвигался отряд военнослужащих триста двадцать пятого пехотного полка.

В этот самый момент командование центра специальных операций армии США проводило караульно-контрольный рейд в этом регионе. Участившиеся нападения на патрули и конвои не могли остаться без внимания. Именно поэтому командованием было принято решение задействовать боевую связку с кинологическим подразделением.

К сожалению, голод и нищета в этом региона породила множество городов-призраков ещё задолго до войны. Покинутые застройки становились желанным местом размещения для бесчисленного числа террористических группировок. Именно один из таких брошенных посёлков и должен был проверить сводный отряд из девяти солдат триста двадцать пятого пехотного полка.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости», мы покидаем квадрат «Лимо»! Как слышно?! – осмотревшись вокруг в бинокль, доложил по рации молодой темноволосый парень, – Выдвигаемся в точку «Фокстрот»!

Спустя не более четверти минуты из рации отозвался приятный мужской голос.

– Понял вас, «полуночник десять одиннадцать»! – произнёс координационный оператор с ближайшей базы, после чего добавил: – Берегите себя. «Полуночник десять одиннадцать» конец связи!

– Крепость, конец связи! – отреагировал представитель «полуночника десять одиннадцать».

Сложив рацию в чехол, командир отряда Майк Уанрайт осмотрел в бинокль позиции своего отряда. Высокий коренастый молодой офицер в чине второго лейтенанта армии США в этот момент был предельно собран и внимателен. Хоть это далеко и не первая военная операция, в которой участвовал молодой офицер, но всё же по личному убеждению Майк всегда старался соответствовать собственному представлению о том, как должен выглядеть военнослужащей его любимой армии.

Второй лейтенант Майк Уанрайт всю свою жизнь был ярким поборником всевозможных правил и инструкций. Ещё в глубоком детстве, маленький Майки создавала в родном доме целую систему паролей и пропусков, которые должны были защитить его семью от возможного вторжения зла.

В рьяном желании защитить свою семью, а вернее единственно оставшуюся мать не было ничего удивительного. Когда парню было десять, умер его отец. С этой траурной ноты и начинается история будущего офицера, который вырос на историях о своём героическом отце, капитан Говарде Уанрайте.

Во время выполнения боевой задачи вертолёт, в котором находился отряд капитана Уанрайта, подбили в хвостовой винт. Уйдя в штопор, вертолёт не сумел совершить аварийную посадку, от чего произошло крушение. Груда раскорёженного металла придавила двоих членов отряда Уанрайта. Несмотря на все попытки вытащить бойцов, разбитая махина не поддавалась.

Канонерский «черный ястреб» мог забрать уцелевших и транспортируемых раненных, но придавленных обломками солдат было уже не спасти. Командование готово было взять на себя ответственность за тяжёлое решение и согласовало эвакуацию уцелевшей группе. Тем не менее, Говард, что лично подбирал каждого члена в свой отряд, не мог просто так взять и бросить их на поле боя.

Практически не пострадавший капитан Уанрайт остался оборонять периметр до прихода наземной группы. Развернувшаяся батарея противовоздушной обороны противника, несомненно, ограничила возможности авиационного полка, от чего этот «черный ястреб» был последним путём эвакуации по воздуху.

Не остался в стороне и сержант Клайв Бёрк. Повредив левую руку во время экстренного приземления, он всё же оставался вполне себе неплохой боевой единицей. Немолодой и очень опытный сержант перестал бы себя уважать, если бы позволил молодому офицеру геройствовать в одиночку.

Возможно, если бы остальные члены славного отряда не находились в состоянии едва совместимом с жизнью, то осталось бы и всё подразделение, но …

«Черный ястреб» покинул квадрат, оставив Уанрайта и Бёрка противостоять наплыву бесчисленных боевиков, которые сами не до конца понимали истинных целей своей войны. В течение трёх часов истинные рыцари двадцать первого века обороняли позиции, пока не подошла наземная группа.

К сожалению не все дожили до этого желанного момента. Капитан Уанрайт не пережил штурм, погибнув на поле боя. Тем не менее, благодаря слаженным усилиям командиров два совсем молодых капрала всё-таки были спасены и вернулись домой.

Стоит ли говорить, что доблесть проявленная отцом Майка оказала на него самое, что ни на есть сильное влияние.

«Честь, отвага, преданность»

Лозунг военной академии в Коронадо, куда Уанрайт поступил, едва ему стукнуло семнадцать. Мать была абсолютно против того, чтобы Майк шёл по пути отца. В поступке мужа она не видела героизма, лишь эгоистичное желание показать себя героем, но оставив её одну с сыном на руках. Майк не разделял её взглядов и вскоре навсегда ушёл из дома, где говорили столь страшные для его понимания вещи.

Спустя годы второй лейтенант Майк Уанрайт поступил на службу в триста двадцать пятый пехотный полк. Многие были уверены, что это очередной карьерист, как говорят в армии «палочка масла» из-за соответствующего жёлтого значка его звания.

Действительно, многие выпускники академий минуют действительную службу и числятся в подразделениях только для стажа, но это было не про Майка. Очень скоро левая четверть кителя Уанрайта стала заполняться нашивками военных учебок, венцом коллекции которых стала нашивка в виде крупного боевого ножа за участие в боевых действиях.

С самого первого дня и по настоящее время, Майк Уанрайт следует своему личному неписаному кодексу: никогда, ни за что он не бросит своего боевого товарища, не опозорив тем самым фамилию своего отца.

Здесь и сейчас молодой офицер внимательно наблюдал за позицией, стараясь предугадать все возможные варианты, что могли нести угрозу его отряду.

Прямо сейчас позади командира заняла боевую позицию на колене невысокая, можно даже сказать миниатюрная девушка, капрал армии США Эми Эванс. Военный кинолог, куратор служебной собаки по имени Дикс, который в этот самый момент вёл патрульный обход на расстоянии пары сотен ярдов от основного отряда.

Судьбы Эванс и Уанрайта были чем-то похожи, но всё же цели были разными. Если молодой перспективный офицер поступил на службу в армию, чтобы с честью греметь фамилией Уанрайт, то Эми просто бежала прочь. Стараясь убраться подальше ото лжи, лицемерия и подлости, которой наполнена гражданская жизнь, юная девушка навсегда с ней покончила. Судьба подарила ей шанс начать всё сначала вместе с её лучшим другом, бельгийской малинуа Диксом.

Караульный скаут тем временем вёл поиск неустановленных лиц на своём маршруте. Камера, что была закреплена на ошейнике пса, передавала чёткую картинку на планшет, закреплённый на кисти его куратора. Пристально осматривая каждый сектор полуразрушенных зданий, Эми старалась не упустить ни одной даже мало-мальски значимой детали.

– «Чиппер», видишь что-нибудь?! – вполголоса проговорил Уанрайт в рацию.

– Тишина, покой и ласковое солнце, сэр! – отреагировал мужчина, иронично подметив о палящем мучителе пытающим полуденным зноем.

В этот самый момент двое из числа отряда «полуночника» занимали позицию под импровизированным навесом. Тот самый «Чиппер», к которому обратился командир, служил в отряде снайпером. Марк Хонорс, молодой, но, тем не менее, перспективный солдат в чине капрала в этот самый момент бдительно высматривал на позиции врагов.

Лучший на курсе, отличный стрелок, буквально обожал свою военную версию винтовки М110 тридцатого калибра. Судьба пророчила ему отличное будущее, особенно если учесть, что сразу после армии «Чиппер» хотел поступить на работу в полицейское управление Лос-Анджелеса. Кем?! Разумеется снайпером.

Идеи напарника разделял и его корректировщик. Глядя в бинокль с функцией дальномера, рядовой первого класса Дерек Сантос делал записи в небольшой книжечке, лежащей прямо перед ним.

– «Уокел» ответь «Райдер»! – запросил связь с командиром корректировщик.

– «Уокел»!!! – Уанрайт отозвался своим позывным в рации.

– В дальней части, квадрат Ро-ро … – Сантос слегка замешкал, сверяясь с записями, – Ромео-Чарли, малые квадраты, прямо на стыке. Пусть «тридцать три» проверит.

– Принято, конец связи! – отреагировал командир.

– Конец связи! – отозвался корректировщик

Эми, как и все другие члены отряда, прекрасно слышала корректировку «Райдера». Ей достаточно было просто увидеть одобрительный кивок командира, чтобы еле слышно прошептать в свой наручный планшет команду Диксу. В этот самый момент «тридцать три» услышал голос своего куратора, который велел сменить направление и двигаться осторожнее.

«Тридцать три» было условным обозначением пса в отряде. Дело в том, что боевые служебные собаки на службе в армии были самой настоящей костью в горле у террористов всякого уровня и ранга. Они отлично выслеживали их снайперов, находили взрывчатку, проводили задержания, это были поистине универсальные солдаты. Любая боевая операция в тандеме с боевой парой кинолога и его пса несла куда меньше риска для отряда, нежели без неё.

Немудрено, что именно боевые связки с псом всегда становились приоритетной целью, как для вражеских снайперов, так и для диверсионных групп противника. Однако были и те, кто подходил к устранению собаки с большим рвением и меньшей человечностью.

Фанатичные последователи культа смерти, алчности и лёгкой наживы использовали в своих грязных помыслах детей. Зная имя пса, ребёнок мог пытаться подозвать его к себе. Не видя угрозы в малыше, собака могла подойти, после чего могло произойти невообразимо страшное событие, которое позже будет похоронено под толстым слоем пыли забытой войны.

Именно во избежание подобного абсолютно все отряды никогда не называли имён служебного пса на боевых операциях. Ни вслух, ни шёпотом, ни тем более по рации, никак. Только эксклюзивные позывные, да ещё и такие, чтобы картавый враг не смог выговорить.

– Сэр, пусто! – доложила Эми, пристально всматриваясь в свой экран на запястье, – Что мы будем делать дальше?!

– Пытаться завоевать весь мир … – отвлечённо произнёс «Уокел».

Эми сразу же поняла отсылку на один мультфильм их эпохи и даже немного обиделась. Фразу про мир говорил умный головастый мышонок, в то время как худой и глупый, спрашивал его о том, что делать дальше. Получается, она глупая мышь?

Тем не менее, Эми понимала, что Уанрайт ответил на автомате и ни в коем разе не проводил столь глубоких мысленных изысканий как она. Вокруг война, зло, не ровен час, их отряд вступит в яростный бой. Разум на автомате выдаёт самые тёплые и светлые воспоминания. Таковыми может быть всё что угодно и самое главное у каждого своё.

Кто-то вспомнит семейный праздник, кто-то членов семьи, а кто-то может вспомнить детство и мультики. Абсолютно всё дозволено пускать в собственный разум, ведь только так есть шанс сохранить человечность там, где люди забыли о том, что они люди.

Погасив обиду на командира, Эми слегка улыбнулась в уголках рта, при этом, не отвлекаясь от контроля за наручным планшетом. Периодически куратор наблюдала за псом через бинокль, сверяя увиденное с данными ручного контроллера. Электронный комплекс, закреплённый на экипировке пса, позволял не только видеть картинку с камеры его электронного ошейника, но и в принципе понимать, где он находится в режиме реального времени.

Тем не менее, всегда могли произойти нештатные ситуации: начиная от глушения сигнала и заканчивая выходом из строя оборудования из-за жары. Поэтому Эми регулярно сверяла показатели электроники с реальными данными, исключая малейшую погрешность.

Закончив смотреть в бинокль, второй лейтенант Уанрайт, задумчиво хмыкнул, после чего вынул рацию из чехла.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»! Проходим точку «Фокстрот» … , – начал было командир отряда, но в ту же секунду затих.

В этот самый момент Эми упреждающе подняла руку, пристально вглядываясь в наручный планшет. Получив сигнал, командир Уанрайт ожидал доклада.

– «Крепость» «Полуночнику десять одиннадцать», связь прервалась, ваши координаты!!! – голос оператора центра запрашивал уточнение.

– Оскар-Майк! – вполголоса произнёс Уанрайт, после чего добавил: – Контроль!

– Принято, «полуночник девять одиннадцать», ждём сигнал. Конец связи! – отозвался голос из рации.

Будучи собакой скаутом, Дикс был обучен в первую очередь тишине. Помимо стандартной караульно-патрульной службы в его боевые задачи входила контрдиверсионная работа. Помимо всего прочего, находясь в боевой связке со своим куратором, пёс должен был выслеживать позиции снайперских пар врага. Тишина в этом деле были критически важным навыком.

Обнаружив что-то подозрительное, Дикс осторожно лёг на песок, развернувшись в сторону предполагаемого противника. Служебный пёс, как на тренировках, положил голову на лапы, благодаря чему с камеры его ошейника открылся отличный обзор на местность.

Обратив внимание на сигнал собаки, Эванс начала пристально всматриваться в экран наручного планшета, выискивая всевозможные подозрительные объекты в изображении.

– Сэр, – вполголоса произнесла Эми, – Восемь часов, возможный контакт.

«Уокел» молча кивнул, после чего поднял кулак кверху. Находившиеся на отдаление трое военнослужащих тут же заняли позицию на колене. В этот самый момент в ста ярдах позади Эми и Майка, ожидала приказ штурмовая часть отряда.

Командиром отделения был не кто иной, как сержант первого класса Клайв Бёрк. После смерти своего командира и друга Говарда Уанрайта, сержант продолжал службу в армии США. Когда Уанрайт младший поступил в военную академию, Бёрк взялся отслеживать его судьбу.

Спустя годы, молодой второй лейтенант Уанрайт попросился на службу в бывшее подразделение собственного отца. Тогда-то Бёрк и подписал новый контракт с армией, попросив распределение в тот же отряд. Клайв никогда не рассказывал молодому офицеру, что знал его отца, тем не менее, ответственное отношение к работе и уважение к армии США быстро сблизили обоих военных.

– Хэй «Брук», «Рэд», разойдитесь на десять шагов! – произнёс высокий чернокожий мужчина, на шевроне которого виднелась его фамилия «Бёрк».

Оба штурмовика незамедлительно приступили выполнять приказ командира. Разойдясь в противоположные стороны, два рядовых первого класса заняли позиции на почтительном расстоянии друг от друга.

– «Чиппер», «Райдер», контакт восемь часов «Ромеро» «тридцать три»! – произнёс в рацию командир отряда, – Повторяю «Ромеро» «тридцать три».

Ничего особенного офицер не сообщил, тем не менее, снайперская пара понимала, что в указанном же ими самими квадрате «Ромеро» караульный пёс обнаружил противника.

Приняв информацию, Марк «Чиппер» Хонорс слегка подвёл позиционные метки своей винтовки, после чего осторожным движением вогнал патрон в патронник. Позицию, что заняла снайперская пара, являлась едва ли не самой удобной для сопровождения группы, именно поэтому её снайперу было не по себе.

Если уж они видели эту позицию привлекательной, то само собой облюбовавшие этот регион террористы абсолютно точно знали о ней. Тем не менее, никакого другого подходящего места поблизости не было и пришлось довольствоваться тем, что есть.

Являясь снайперской парой, «Чиппер» и «Райдер» уже несколько лет работают в прекрасном слаженном тандеме друг с другом. Будучи отличным снайпером, Марк Хонорс прекрасно сработался как со своим корректировщиком, так и с любимицей его рук и глаз армейской снайперской винтовкой М110. Их дружная слаженная команда имела на своём счету более ста двадцати успешных выстрелов.

И да, это совершенно точно общая заслуга. Дерек Сантос, он же «Райдер» прекрасно корректировал стрельбу своего снайпера. Оттачивая свои навыки день ото дня, опытный корректировщик мог едва ли не мгновенно давать нужные координаты по целям, рассчитывая расстояние чуть ли не до дюйма.

Вот и сейчас, в этом боевом выходе, снайперская пара являлась хранителями во плоти, берегущими свой отряд от посягательств со стороны противника.

– «Уокел», это «Чиппер»! – доложил снайпер, – Вижу ровным счётом ни-че-го!!!

– Понял тебя, «Чиппер», конец связи! – отреагировал командир.

– Конец связи! – отозвался снайпер из рации.

Эми утвердительно кивнула, подтвердив слова Хонорса. Действительно, даже Дикс уже поднялся на лапы. Вероятно, кто-то всё-таки был в том квадрате, однако оставался вопрос, как он смог уйти, не попав на глаза ни снайперу, ни его корректировщику, ни отряду.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»! Уходим с «Фокстрота»! – тут же доложил о смене своей позиции командир, – Двигаемся на север, вне разметки.

– Принято, «полуночник десять одиннадцать»! – отозвался голос из рации, – Будьте осторожны, мы временно не смоем поднять «птичек»! «Полуночник десять одиннадцать», конец связи!

– Принято! Крепость, конец связи! – разочарованно отозвался Уанрайт.

Конечно, Уанрайт не верил, что в этом глухом месте может произойти что-то действительно серьёзное, но всё же отсутствие воздушной поддержки очень тревожило его.

Тем временем патрулирование продолжалось. Безмолвная давящая тишина, наполненная напряжением, могла свести с ума любого, но армейский отряд был неподвластен мимолетным эмоциям.

– Чёртовы песчаные бури! – выругался Бёрк, вновь собрав штурмовиков вокруг себя.

– Часто вообще такое?! – спросил солдат с позывным «Брук».

Сержант не ответил, а только показал рукой в районе собственной шеи, выразив общеизвестный жест «по горло».

Двое молодых рядовых первого класса Энтони «Брук» Хоппер и Эдвард «Рэд» Ким, были типичными солдатами армии США, попавшими в строй через вербовщиков. Тем не менее, два, казалось бы, абсолютно одинаковых бойца, но при этом с такими принципиально разными жизнями.

Оба родились и выросли в Нью-Йорке, с той лишь разницей, что «Рэд» всё своё детство провёл в драках на улицах Бронкса, в то время как «Брук» нежился в тёплых лучах софитов Бруклин-Хайтс. Тем не менее, парни нашли общий язык и даже сдружились. Энтон не кичился богатством своих родителей, а Эдвард вёл себя культурно и морально.

Любовь к стрелковому оружию и тактике окончательно подвела черту, сделав их едва ли не закадычными друзьями. Долгие часы, проводя за тренировками, «Брук» и «Рэд» настолько хорошо наработали слаженность, что им могло позавидовать даже самое, что ни на есть обученное подразделение.

Родители «Брука» были медиками, ну как медиками … пластическими хирургами. Они надеялись передать своему сыну всех платёжеспособных клиентов в качестве наследства. Какого же было их удивление, когда Энтони предпочёл военный «Хамви» двухдверному спорткару, а должность армейского санструктора личному лечебному кабинету.

– А что мы ищем, сержант?! – обратился к командиру рядовой первого класса Ким.

Высокий чернокожий сержант был действительно крупным мужчиной, но даже ему приходилось смотреть на коренастого Эдварда снизу вверх. Нетипичный для среднестатистического корейца рост лишний раз доказывал, насколько причудлива природа человеческого тела.

– На планёрке надо слушать! – буркнул Бёрк, продолжая путь.

Ким надул губы, молча продолжив путь.

– Здесь база недалеко! – вдруг начал сержант, – Эту базу стали обстреливать местные терр-ы! То снайпер, то миномёты. Появляются из ниоткуда и уходят в никуда. Кавалерия всех лошадей загнала, но не успевает выловить. Вот мы сейчас и смотрим, где их лёжка.

Рядовой первого класса Ким благодарно кивнул.

– Сэр, почему нельзя было дать ответный огонь?! – поинтересовался «Брук».

Сержант посмотрел в бинокль, удостоверившись, что у командира Уанрайта всё хорошо.

– Противник хорошо ориентируется на местности! – ответил сержант, после чего продолжил: – Всегда гадёныш успевал уйти до того, как его вычислят и применят меры противодействия. Ни один из способов контрснайперской борьбы не принёс плодотворных результатов! – Бёрк затих, начав прислушиваться, но после продолжил идти, – Недавно воздушная разведка засекла в этом квадрате активность противника. Думаю, что очередная вылазка. Вот мы и должны перехватить.

Осматриваясь по сторонам, отряд продвигался по песчаным сухим барханам.

– А что если подземные ходы?! – предположил «Брук», – Как во Вьетнаме!

– В песке что ли?! – отреагировал Ким

– А почему нет, там же не везде песок, – постучав ногой по земле, Хоппер продолжил: – Поставить распорки и вуаля.

Рядовые принялись спорить о том, возможно ли под песком провести песочные траншеи. Начитанность Энтони, против опыта Эдварда. Тем временем вербальной битве века состояться было не суждено.

– «Уокел» «Баку», слышишь меня?! – донёсся из рации голос Уанрайта.

– «Бак»! – представился сержант Бёрк, – Слушаю!!!

– Заходим на привал! Конец связи! – сообщил «Уокел».

– Принято! Конец связи! – отреагировал «Бак».

Спустя минуты отряд собрался в единой позиции, найдя укромное место. Не прибыли только «Чиппер» и Райдер», которые решили лишний раз не привлекать внимание к своей позиции.

Палящее солнце буквально убивало всё живое, нещадно выжигая под своими знойными лучами. Отряду действительно нужно было пополнить запасы сил и энергии.

Превозмогая жуткую жару от нещадно палящего солнца, Дикс профессионально лежал на месте. Поджав уши к голове, он старался сохранять сознание в ясности. Не двигаясь с места, он периодически что-то ритмично вынюхивал в воздухе, после чего вновь замирал.

Уловив запах своего хэндлера, Дикс очень обрадовался, но, всё же сохраняя непоколебимость, стойко держал эмоции под контролем. Когда Эми приблизилась, положив руку между ушей пса, он понял, что работа окончена, ну или, в крайнем случае, приостановлена.

Поднявшись, Дикс не спускал взгляда с Эми, что разворачивала походную поилку. Пёс очень хотел пить, но давать волю своим желаниям не мог. Стойко контролируя свои эмоции, служебный армейский пёс ожидал дальнейших указаний от своего куратора.

Когда все приготовления были окончены, девушка поставила перед другом походную поилку, и пёс принялся жадно лакать. Поглаживая пса по мягкой шерсти, Эми улыбалась в уголках рта. Расстегнув усиленный бронёй боковой камербанд, девушка, наконец, расправила скомкавшийся подол боевой рубахи. В какой-то мере, ей также приходилось терпеть неудобства. Вопрос только в том, кто с кого из них двоих брал пример.

Приведя снаряжение в порядок, Эми решила придать своему боевому походу немного комфорта. Вынув из комплекта индивидуального рациона питания пехотинца (US Armed Force’s MRE kits) влажную салфетку, девушка раскрыла баллистический воротник своего бронежилета. Жара убивала, а тяжёлое снаряжение старательно ей помогало.

Тем не менее, маленький клочок цивилизации, коснувшийся шеи Эми, буквально вдохнул в неё новые силы. Под действием спиртовой основы, небольшой шрам с левой стороны шеи девушки немного чесался, но та переборола коварный позыв. Едва бы ей стоило хоть разок его почесать, как можно было смело запрашивать эвакуацию для куратора служебной собаки.

Природу происхождения зарубцевавшейся раны Эми не знала. Она появился когда-то давно, но когда именно, девушка не помнила. Тем не менее, стоило ей хоть разок его почесать, как лёгкий дискомфорт перерастал в одержимость, требующую чесать, дольше, больше, сильнее. Со временем, девушка выработала привычку перетерпеть в начале, чем метаться в безумной агонии после.

Тем временем Дикс уже утолил жажду и был готов вернуться к работе. В следующую минуту капрал Эванс уже убирала собачий инвентарь. Закончив приготовления, девушка привела экипировку в порядок, дабы лейтенант добрых полчаса не читал ей нудные лекции по безопасности, и отправилась к отряду.

«Полуночник десять одиннадцать» уже разбил привал и собирался немного передохнуть от тяжёлой и скучной боевой операции. Откровенно говоря, определиться, что из этих двух параметров выматывало больше было сложно. Тем не менее, каждый знал, что это его работа. И если даже кто-то из них не верил в страну и флаг, то уж точно каждый верил в себя и в своих боевых товарищей, что доверяли друг другу свои жизни.

. . .

Вот уже на протяжении двух лет Дикс и капрал Эванс совместно служат в армии США в триста двадцать пятом пехотном полку.

Бывший куратор Дикса погиб во время выполнения задания несколько лет назад. В тот роковой день мастер сержант армии США Харви Майерс прибыл на территорию проведения подрывных работ. Отряд сапёров производил поиск мин, после чего помечал.

Те, что удавалось обезвредить, снимали на месте, остальные же готовы были подрывать. Задача кинологической боевой связки заключалась в том, чтобы не допустить нештатных ситуаций при проведении операции по разминированию территории.

Поначалу не возникало никаких проблем. Местная полиция оцепила территории, военные сапёры медленно, но верно продвигались вглубь минного поля. Однако вскоре начались первые проблемы.

К месту проведения операции стал приближаться мужчина в национальном облачении. Руки и тело незнакомца были скрыты под безразмерным балахоном, что, несомненно, насторожило не только Дикса, но и самого Харви.

Пока местная полиция была занята своими делами, мужчина прошёл оцепление и в следующий миг бросился на армейских сапёров. Вынув из-под национального платья руку, мужчина продемонстрировал всем пульт дистанционного управления, провод от которого скрывался в недрах одеяния.

Находившийся в десяти футах от террориста Дикс, тут же рванул в его сторону и в одно мгновение сбил его с ног. Придавив преступника лапами, пёс плотно зажал его кисть в челюсти. Взрыва не последовало, и подоспевший штурмовой отряд задержал террориста.

Самодельное взрывное устройство было некачественно собрано, а, следовательно, не сработало в критический момент. Казалось бы, что именно сегодня должен был погибнуть отважный четырёхлапый герой, ценой своей жизни, спасший целый отряд. Однако у судьбы были совершенно другие планы на этот счёт.

Тем временем локализованный конфликт получил своё распространение. Прорвавшийся на территорию оцепления террорист-смертник стал следствием абсолютнейшего попустительства со стороны местной полиции. Уязвлённые блюстители правопорядка в тот же миг решили реабилитироваться, изобразив активную деятельность, но, по сути, устроив лишь бессмысленную суету.

Именно в этот самый момент возьмёт своё начало череда фатальных событий, что приведёт к трагическому финалу.

Сначала полиция согнала толпу перед собственными кордонами, дабы изобразить стихийный митинг. Естественно, столпотворение было замечено военными сапёрами. В любо момент на территории операции мог произойти взрыв, от осколков которого могли пострадать гражданские.

Обратившиеся к местной полиции, офицеры армии США, попросили полицию объяснить толпе об опасности нахождения близ территории разминирования. Только этого и ждали блюстители местного порядка.

Желая выслужиться перед собственным начальством, что требовало выполнять все просьбы армейских подразделений США, полиция приступила к заключительной части своего представления. Сотрудники полиции, что не позволяли разойтись мирному населению, резко отошли в стороны, в то время как стоящие в оцеплении полицейские начали стрелять в воздух из своих автоматов.

Испуганная толпа ринулась прочь. Давя, толкая и, едва ли не затаптывая друг друга, местные жители рвались прочь из оцепления через узкий коридорчик из ограждений. Довольные собой сотрудники полиции в очередной раз проглядели, как через оцепление проник человек.

Невысокий мужчина, местный житель, держал за руку свою дочь. Волей случая он оказался вне толпы, что в суматохе рвалась к выходу. Стоило им слиться в едином столпотворении, как шанс того, что их затопчут, возрастал кратно.

Желая вывести своего ребёнка из толпы, мужчина решил пойти в противоположную сторону. Перейдя ограждение, он уверенным шагом побрёл на открытую местность, двигаясь прямо в сторону не разминированной части территории.

Первым незваного гостя увидел именно Харви Майерс. Поначалу сержант пытался окликнуть местного полицейского, но те были заняты фотографированием себя на фоне толпы. Руководство потребовало отчёт об их плодотворной ответственной работе, чем они и занимались.

Опьянённые властью полицейские стреляли в воздух короткими очередями, дабы мотивировать гражданских зевак уходить быстрее. Естественно никто из них не слышал, да и не хотел слышать сержанта Майерса. Шанс того, что кто-либо из них обратит на него внимание, улетел вместе с пулями.

В свою очередь мужчина с ребёнком на стрельбу отреагировал очень оперативно. Поспешив убраться как можно скорее, он разительно увеличил скорость своего шага.

Не имея других возможностей предотвратить неминуемую катастрофу, куратор служебной собаки бросился наперерез мужчине с ребёнком. Размахивая руками и крича, Майерс всячески пытался привлечь внимание незадачливого самоубийцы.

Дикс, помчался рядом, с той же скоростью, что и его хэндлер. Ещё полшага и местный житель с дочерью прошли бы точку невозврата, пересекнув черту разминированной зоны, но Харви успел …

Подойдя достаточно близко, сержант Майерс закричал, что есть сил. В ту же секунду молодой отец обернулся, в его глазах читался страх и непонимание. Сержант активно жестикулировал, говоря о том, что впереди мины и идти нельзя. Показывая рукой на толпу и полицейских, Харви предлагал ему вернуться.

При всём желании понять сержанта, молодой отец мог лишь догадываться о том, что от него хотят. Местный житель не знал английского от чего просто стоял, глядя на военного и его собаку. Судя по всему, тот хотел отправить его с дочерью обратно в толпу. Но зачем? Так ведь короче.

Стараясь не спугнуть местного жителя, Харви стоял на месте, плавно приманивая его к себе, но тот не спешил отвечать на его призыв. Дикс неподвижно лежал рядом с куратором, не спуская взгляда с мужчины, сжимавшего руку девочки.

Потеряв надежду уговорить молодого отца жестами, Харви сделал шаг к нему навстречу. В ту же секунду, мужчина быстрым движением завёл дочь за свою спину. Это и стало роковой ошибкой, ведь в этот самый момент, здесь и сейчас маленькая девочка оказалась за чертой безопасной территории.

Инстинктивно Майерс крикнул от страха за ребёнка, чем ещё сильнее напугал семейство. Молодой отец попятился назад, протолкнув дочь глубже на опасную территорию.

Включив рацию, Майерс еле слышно призвал саперов срочно подойти к нему, взяв с собой кого-нибудь, говорящего на арабском языке.

В следующую минуту, глядя прямо в глаза молодому отцу, Харви отрицательно покачал головой. Двигаясь очень плавно, он успокаивающе покачал руками вверх вниз, уговаривая его никуда не бежать и просто стоять на месте.

Спустя несколько минут, позади сержанта послышался звук быстрых шагов и лязг амуниции. С каждым мгновением, приближающихся шагов, на душе Майерса становилось чуть легче, ведь помощь была уже близко. В очередной раз, судьба решила сыграть шутку, но на этот раз очень злую и трагическую.

Разогнав толпу, полиция довольная собой принялась оглядываться по сторонам. Увидев странную ситуацию у ограды, сотрудники правоохранительной службы пришли в ярость. В очередной раз местный житель позорил их перед иностранной армией.

Разъярённый полицейский уверенным шагом направился в сторону отца семейства, что-то крича ему на рабском языке и размахивая руками. Повернувшись к очередному незваному гостю, Майерс принялся размахивать руками, изображая крест на уровне груди и крича, чтобы тот остановился.

Полицейский также как и молодой отец, не был силён в английском и понял американца совершенно в обратном смысле. Видя, что местный не шевелится, полицейский принялся стрелять в воздух, чем напугал того ещё больше. Инстинктивно попятившись, местный житель толкнул дочь ещё глубже в направлении мин. Если бы он только знал, что прямо сейчас собственноручно толкнул дочь прямо в кровавые лапы коварной смерти.

Глухой пронзительный треск пронзил пространство, пронесясь оглушительным эхом в душе Харви. В ту же секунду опытный военный узнал звук возвратной пружины мины, а это значит, что оставалось не более двух секунд до того, как устройство сработает.

Сердце Майерса бешено заколотилось, а время словно замедлилось. Сержант видел испуганные глаза девочки, которая совершенно не понимала, что происходит. В этот самый момент, больше всех её пугали не люди с автоматами, а собственный отец, который делал спонтанные бездумные действия.

Малышка наступила на взрывчатку. На каком именно боеприпасе стояла девочка, Майерс не знал, но в самых «радужных» перспективах, ребёнок мог остаться калекой до конца своих дней. Хотя как можно называть подобное «радужным».

Последний глухой стук ознаменовал точку невозврата и время словно замерло.

Правда ли то, что перед смертью у человека проносится вся его жизнь перед глазами?

Правда ли то, что он думает о своей прожитой жизни и о своём будущем, которое не наступило?

А о чём думает человек, который идёт на смерть, выбирает её для себя сам?

Мучается ли он выбором или же совсем не поддаётся философским мыслям?

О чём думал мастер-сержант армии США Харви Донован Майерс, к сожалению, уже никто и никогда не сможет у него спросить.

Время возобновило своё течение, в этот самый момент Майерс крикнул Диксу приказ о поисковой задаче, указав рукой в сторону приближающегося полицейского. Пёс без раздумий рванул, что есть сил, в место указанное своим куратором. В критических ситуациях только субординация и дисциплина имеют значение.

Сам же сержант бросился в противоположную сторону. В следующий миг, сержант Майерс со всей силы дернул местного жителя и его дочь на себя. Словно совершая борцовский бросок, Харви обернулся на ногах, отшвырнув семейство прочь, а сам по инерции полетел на их место.

Местные жители отлетели на пару футов, неуклюже рухнув в песок. Сержант Майерс в свою очередь грузно бухнулся на мину, придавив её своим облачённым в бронежилет телом. В какой-то миг, где-то в самых дальних закоулках своего сознания, Харви допустил, что мина окажется деактивированной, ну или на крайний случай, малоимпульсной, но реальность оказалась суровой.

Почуяв ужас и страх, никогда ранее не источаемый его куратором, Дикс громко взвизгнул, словно от боли. Резко развернувшись, пёс бросился на помощь, но было уже слишком поздно. Гулкий взрыв разнёсся пронзительным рокотом вдоль улиц ближайшего поселения, уходя вдоль ровных песчаных барханов

К сожалению, даже вовремя подоспевшая бригада врачей, не смогла повлиять на судьбу Харви. Смерть желала получить свою жертву в тот день, и она её получила, так или иначе.

Мастер сержант армии США Харви Доннован Майерс, погиб, не приходя в сознание. Это событие очень сильно отразилось на ментальном здоровье Дикса. В течение двух месяцев группа кинологов не могла вернуть пса в строй. Он отказывался от еды, не выходил из вольера, вёл себя отстранённо.

Ветеринары прогнозировали контузию. Вставал вопрос о его списании на пенсию. Как итог, Дикс смиренно ожидал решения своей судьбы в вольере лагеря. Теперь ему уже было всё равно.

. . .

Отряд второго лейтенанта Майка Уанрайта, с позывным Полуночник десять одиннадцать уже успел отдохнуть и продолжил свой маршрут. Группа уже приблизилась к неплотной полуразрушенной застройке, которая, по всей видимости, уже неоднократно подвергалась атаке с воздуха.

Ситуация несколько изменилась. Теперь «Брук» и «Рэд» сопровождали «тридцать третьего» на почтительном от него расстоянии. Тем временем «Чиппер» и «Райдер» обеспечивали прикрытие тылов отряда. Эми оперировала Диксом через систему голосовой и видеосвязи, а «Уокел» и «Бак» координировали ситуацию в резерве.

Неожиданно Дикс замер, в очередной раз медленно лёг на песок. Эми внимательно изучила картинку с экрана наручного планшета. Пёс лежал в металлической груде сваленного в кучу мусора, за которым было невозможно что-либо увидеть. Тем не менее, если пёс лежал, значит, он кого-то чуял.

Сообщив командиру о своих подозрениях, Эми решила подойти к псу. Сержант Бёрк отправился прикрывать девушку, в то время как рядовые Хоппер и Ким контролировали ситуацию с флангов.

Выставив оружие наизготовку, куратор Дикса и сержант Бёрк медленно приближались в слаженном тандеме. Впереди несколько крупных металлических листов лежали в виде хаотичной груды железа, которая представляла собой нечто вроде горки. Именно там и затаился пёс-скаут.

Медленно приблизившись к Диксу, Эми попыталась понять, что он хотел ей сказать. Дикс молча смотрел на груду металла, которая, хоть и выглядела как куча ржавого хлама, но на деле таковой вовсе не являлась. Присмотревшись, Эми поняла, что перед ней не что иное, как сваренная металлическая конструкция, которую даже если захочешь, не сможешь разломать.

В целом, всё это место напоминало свалку. За грудой железного «мусора» валялись остатки полуразрушенного коллектора. За всем этим многообразием ненужного хлама возвышались полуразрушенные постройки, чьи окна были закрыты тряпьём.

Не спуская взгляда со здания, Эми решила осмотреть груду металла справа, в то время как Клайв Бёрк принялся обходить конструкцию с другой стороны.

– «Эймс», «тридцать три», аккуратно! – прошептал Райдер, обращаясь к куратору, – Подозреваю движение в застройке!

Нервно вздохнув, Эми ещё пристальнее стала вглядываться в разрушенные этажи двухэтажки, но в следующий миг перевела свой взгляд на конструкцию. В одном месте, два ржавых куска металла образовывали странную щель, внутри которой казалось, было полое пространство.

Вынув большой фонарь, девушка посветила внутрь. В ту же секунду отразившаяся в пучке света тень, скользнула вглубь конструкции, сопровождая своё перемещение гулким топотом.

– Контакт!!! – прокричала Эми в рацию, тут же направив оружие на щель.

Взяв небольшой разбег, девушка попыталась выбить пластину ногой, но та предательски отказалась поддаваться. Конструкция была гораздо прочнее, чем казалась на первый взгляд.

– Вижу движение!!! – произнёс «Чиппер», – Готов работать по команде!

– «Эймс» два часа от тебя! – прошептал корректировщик, – Осторожно … плавно …

Голос Сантоса звучал успокаивающе, но всё же то, что он говорил, настораживало. По размеренному указанию «Райдера» Эми обернулась, выставив оружие в предполагаемое местоположение противника. Отступив на пару шагов назад и на полшага влево, куратор заняла позицию рядом с Диксом. Используя в качестве укрытия углы металлической конструкции, Эми принялась этаж за этажом зрительно исследовать дальнее полуразрушенное здание.

Отряд Уанрайта, уже практически полностью собрался возле конструкции. Командир осматривал её со всех сторон, но там уже никого и в помине не было.

Металлическая конструкция представляла собой сплющенный треугольник, плотно скрепленных между собой больших металлических листов. Через крупную щель между пластами идеально простреливалась дорога ведущая в сторону лагеря армии США.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»! – обратился в рацию «Уокел», – Обнаружен укреплённый подземный блокпост! Предполагаю подземные ходы! Нужна поддержка и пилы по металлу!!!

– «Крепость» «Полуночнику десять одиннадцать»! – отреагировал голос из рации, – Отличная работа!!! «Птички» на стоп-листе, «Уокел» так что ждите наземную группу. Расчётное полчаса. «Полуночник десять одиннадцать», конец связи.

– Крепость, конец связи! – произнёс Майк в рацию, после чего добавил вне её: – Ресторатор, твою …

Впереди предстояло длительное ожидание. Если здесь кто и был, то за полчаса он уйдёт так далеко, что уже можно и не искать тут ничего. Тем не менее, задача есть задача, и она должна быть выполнена. Приметив удобные боевые точки, Уанрайт отдал приказ отряду рассредоточиться.

Выпустив из рук свою винтовку, Майк отмерил на своих хронографах тридцать минут, после чего запустил крупную стрелку в стремительный бег по циферблату военных часов.

В это время снайперская пара, пристально наблюдала за перемещение своего отряда находясь в полуторатысячах футах от них.

– Проверь провере … – оговорился «Чиппер» из-за пересохшего рта, – … тьфу блин! – смачно процедив живительной влаги через соску гидратора, снайпер поправился, – Пров…

– Да я уже проверил провере! – отшутился корректировщик, – Второй этаж, справа от тряпки, тысяча девятьсот футов!

Хонорс внимательно вглядывался через объектив своего прицела. Палящее солнце мешало работе снайпера, давая ему ложные цели.

– «Райдер» «Уокелу»! – корректировщик вызвал командира группы.

– «Уокел»! – отозвался Уанрайт.

– Принято. Конец связи! – отозвался Сантос.

– Конец связи! – завершил радиопередачу командир.

Снайперская пара сейчас выполняла не только роль огневой поддержки и разведки, но также обеспечивала связь. Именно благодаря им члены отряда могли иметь бесперебойную связь как друг с другом, так и с центром проведения операций на базе. Для этих целей неподалёку был установлен портативный ретранслятор.

– Что сегодня было на планёрке? – не отрываясь от бинокля, произнёс Сантос.

– Полковник выступал! – без особого энтузиазма произнёс снайпер, – Сказал, что наша миссия окончена, мы прекрасно справились, нас выводят, а дальше какую-то туфту про что-то там, что я уже не слушал!

«Чиппер» и «Райдер» иронично усмехнулись. За долгие годы совместной работы, эти двое неплохо сдружились, и теперь в первую очередь являлись хорошими друзьями друг другу, а уже после армейской группой.

– Эх, поскорее бы! Я безумно скучаю по … – Дерек, немного осёкся, – В общем, по дому, скучаю.

Друзья привыкли смеяться опасности в лицо, пренебрегая некоторыми правилами, когда это касалось лично их. Тем не менее, произносить имена своих близких, находясь в стане врага, было слишком опрометчивым поступком.

И пусть даже, шанс подвергнуть их опасности был ничтожно мал, находясь здесь, в совершенно другом мире, парни слишком трепетно относились к своему дому, чтобы допускать даже его.

– Скоро, брат, скоро!!! – поддержал друга Марк, – Я слышал, как полковник лично обсуждал правила и процессы нашего вывода, – снайпер оторвался от оптики своего прицела, и посмотрела на своего напарника, – Сейчас самое главное соблюсти все правила, ведь в затылок дышит ООН. Так что походу это наш последний боевой выход. День два и мы дома.

На некоторое время повисла давящая тишина, которая нарушалась лишь воющим гулом проскальзывающего ветра, который гнал мелкие песчинки вдоль бескрайних барханов.

– В любом случае, надо доделать эту работу! – подытожил Сантос, после чего добавил: – И доделать её хорошо!

– Аминь, брат! – Хонорс вернулся к наблюдению через оптику своей винтовки.

Снайперская пара, вернулась к наблюдению за сектором, через оптику. Воодушевленные своей собственной беседой друзья, стали ещё более внимательно высматривать все подозрительные элементы на территории проведения боевой операции.

Тем временем Уанрайт и Эванс исследовали металлическую конструкцию со всех сторон.

– Внутри никого нет, сэр! – доложила Эми, погладив пса.

Действительно Дикс сидел спокойно, не выказывая какой бы то ни было тревоги.

– Дождёмся инструментов и вскроем эту консервную банку! – Майк пренебрежительно похлопал по сваренным металлическим пластам, – Не думаю, что лаз длинный, вероятно выход где-то там!

Командир указал рукой в сторону полуразрушенных построек. В этот самый момент «Брук» демонстративно надменным взглядом смерил «Рэда», который явно проиграл спор.

– Так что, всем быть начеку!!! – серьёзным тоном произнёс Уанрайт, – Я уверен, они еще тут! Ждут!

Знойное солнце, палящими лучами едва ли не плавило песок под ногами военных. Подуставший отряд, немного потерял бдительность и уже не так пристально вглядывался в неплотную полузаброшенную застройку, настораживающую своей неизведанностью.

Тридцать минут уже почти истекли. Отряд ожидал подкрепления, которое всё никак не появлялось.

Дикс тяжело дышал, жара ему совершенно не нравилась, но виду пёс не подавал. Сидя рядом со своим хэндлером, он безропотно переносил трудности, выпавшие на его долю. Тем не менее, наудачу Дикса, его куратор была девушкой чуткой, внимательной, а посему поилка с освежающей водой быстро нашла своего героя. Скаут с большим удовольствием принялся насыщать своё тело живительной влагой, которой, кстати, у отряда оставалось не так уж и много.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»! – произнёс Уанрайт в рацию, но никто не отозвался.

Ситуация насторожила молодого командира. Операция по выявлению снайперских и диверсионных групп сейчас была в приоритете. Промедления быть не должно, не то что радиомолчания.

– Что за … – выругался Майк, после чего произнёс в рацию: – «Чиппер», «Райдер» как там связь?!

В ответ молчание, тревожное, пугающей своей неизведанностью.

В ту же секунду отреагировал и Дикс. Почуяв неизвестный ранее запах, скаут резко поднял голову и замер в поисковой позе. Заметив натренированное поведение пса, Эванс жестом привлекла внимание командира.

Уанрайт, поднял кулак над головой, на что весь отряд мгновенно отреагировал, заняв боевые стойки с оружием. Направив свою винтовку на металлическую конструкцию, в которую упорно указывал Дикс, командир отряда медленно приближался к ней. В следующий миг из отверстия конструкции одна за другой вылетели две гранаты, которые с глухим стуком упали в песок.

– ГРАНАТА!!! – выкрикнул лейтенант.

Весь отряд в ту же секунду лёг на землю, прикрыв головы руками. Два глухих взрыва разбросали осколки в разные стороны, подняв сноп песчаной пыли.

В этот раз команде удалось избежать каких-либо травм от подброшенного сюрприза, но, увы, он был не единственным. Со стороны полуразрушенных руин домов донёсся звук моторов, который усиливался с каждой секундой.

– «Чиппер», «Райдер» слышите меня?! – приглушённо произнёс командир.

Взрыв разорвался относительно близко, от чего офицер немного пострадал. Тем не менее, активные наушники спасли командира от оглушения.

Щёлкая тумблерами рации, лейтенант не понимал, почему не последовало ответа. Несколько попыток установить связь с отрядом, не принесли успеха. Взглянув на часы, командир отметил, что до прибытия отряда оставалось чуть более четырёх минут. Однако на горизонте не было ни намёка на подкрепление.

– «Чиппер», «Райдер» что у вас там?!! Ответьте!!! – Уанрайт принялся смотреть в ту самую сторону, где должна была находится снайперская пара.

Вскоре информация от группы прикрытия уже и не требовалась. В поле зрения наземной группы попали несколько белых пикапов старой модели. Мелькая между зданиями, они уже поворачивали на улицу, ведущую прямо к отряду. В общей сложности три автомобиля, груженные вооруженными боевиками сейчас стремительно сокращали расстояние до штурмового отряда.

Отходить по пересечённой местности, скрываясь от автомобилей, было бы абсолютной глупостью. Единственно верным решением, которое давало наиболее положительную перспективу, являлось принять бой, заняв оборону.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»!!! – прорычал в рацию командир, – Поддержка, срочно, крупный контакт!!!

Тем временем пикапы уже выехали из неплотной разрушенной застройки и, разъехавшись в три направления, резко остановились. Вооружённые мужчины арабской внешности одновременно спрыгнули с кузовов автомобиля и тут же рассредоточились на огневом рубеже.

Наземный отряд армии США, занял линейную оборону с другой стороны, используя многочисленный крупногабаритный мусор, как укрытие. В какой-то момент показалось, что контакта получится избежать, так как прибывшие боевики не открывали огонь, а просто заняли позиции.

Это было лишь ложное чувство, основанное на внутреннем глубоком естественном желании жить.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»!!! – прокричал в рацию Уанрайт, – У меня тут два десятка арабских стволов!!! Где вы там …

Командир догадывался, что проблема в ретрансляторе. Не желая верить худшему, Майк принялся смотреть в сторону, где должна была находиться снайперская пара. Уанрайт искренне верил в то, что прямо сейчас «Брук» и «Чиппер» занимаются починкой радиостанции, которая просто вышла из строя на жаре.

– Рация сдохла! – произнёс Бёрк, стараясь не высовываться, – Мы в полной зад…

Сержант выругался словом не достойным присутствующей дамы, но казалось, его это мало беспокоило. Откровенно говоря, абсолютно весь отряд куда больше заботили двадцать стволов у разрушенной застройки.

Командир Уанрайт слегка приподнялся, посмотрев в бинокль в сторону расположения снайперской пары. Само собой спрятавшейся группы не должно было быть видно, но …

В следующий миг, пуля, пущенная со стороны расположения снайперской пары, с гулким свистом вошла в бронежилет лейтенанта, сбив его с ног. В ту же секунду прибывшие на пикапах боевики принялись активно поливать свинцом американский отряд. Казалось, словно снайперский выстрел чем-то вроде сигнала.

– «БРУК» БЕГОМ!!! – прокричал сержант, обращаясь к санитару, – «УОКЕЛ» РАНЕН!!!

Канонада выстрелов оглушительными раскатами проносилась в пространстве. Боевики не жалели на патроны, ни свои автоматы. Не тратя время на лишние паузы, они опустошали один магазин за другим.

Тем временем, Энтони Хоппер бросился к раненному командиру. Стараясь не показываться над укрытием, «Брук» полз распластавшемуся на земле «Уокелу». Командир всё ещё шевелился, а значит, был жив.

Отряд незамедлительно принял круговую оборону. Точек для укрытия оказалось гораздо меньше. Из отверстия конструкции, периодически вылетали гранаты, которые с гулкими взрывами разрывались, закидывая всё вокруг смесью из осколков и мусора.

Из-за огневой преграды и взрывающихся гранат Хопперу было никак не добраться до Уанрайта. Боевик из конструкции весьма осложнял ситуацию, бросая гранаты из своего самодельного бункера. Хоть большая часть отряда уже успела сместиться достаточно далеко, чтобы взрывы не достигали их, всё же раненный командир оставался на другой стороне.

Боевики массировано атаковали, не позволяя наземной группе армии США даже поднять головы. Не тратя времени даром, вооружённые террористы спешно приближались, под прикрытием своего снайперского огня с противоположной стороны.

– «БАК»!!! – прокричала Эми, махнув рукой сержанту, – ПРИКРОЙ МЕНЯ!!!

Вооружённый лёгким пулемётом М249 сержант Бёрк отреагировал на призыв. Сменив позицию, он принялся поливать ответным огнём противника, выиграв для «Эймс» несколько секунд относительно чистого пространства.

Капрал Эванс не стала тратить время впустую. Воспользовавшись условно безопасным проходом, военный кинолог приблизилась к конструкции с непросматриваемой стороны. Оказавшись в мёртвой зоне затаившегося в бункере мерзавца, Эми вынула из подсумка наступательную гранату. Выдернув чеку, девушка ловко забросила боеприпас в расщелину

Спустя пару секунд произошёл подрыв. Нет, отнюдь не та малоимпульсная детонация, что могла устроить ручная наступательная граната М67, совсем не она. В этот самый момент взрыв был такой силы, что конструкцию выдернуло из земли, а Эми отбросило на добрых десять футов.

Вероятно, импровизированный бункер был не таким уж простым блокпостом как предполагал Уанрайт. Стоило догадаться, когда на его защиту приехал целый взвод неприятеля.

Снопы гари и пыли вырывались наружу из раскуроченного отверстия. В недрах кустарной конструкции что-то продолжало взрываться, и вскоре из всех щелей повалил чёрный едкий дым.

В свою очередь капрал Эванс, не ожидала, что реакция на гранату окажется настолько сильной. Оглушённая девушка беспомощно барахталась на земле. Потеряв ориентацию в пространстве, Эми рухнула в ближайшее укрытие, которое оказалось со стороны наступающего противника. Сознание постепенно ускользало от девушки, а в глазах всё плыло.

– «БРУК»!!! – заорал во всё горло Ким, стараясь вести прицельный огонь по противнику, – «ЭЙМС»!!!

Полевой медик был нарасхват, он только успел добраться до командира Уанрайта, как уже нужно было ползти совершенно в другую сторону. Тем не менее, бронежилет командира остановил пулю, хотя та и нанесла заброневую травму, сломав ребро.

– Иди к Эванс, я в порядке!!! – прокряхтел Уанрайт, из последних сил толкая медика.

«Брук» аккуратно пополз к Эми и компанию ему в этом составил Дикс, который точно также пробирался к своему хэндлеру.

Тем временем в полутора тысячах футах от группы, пришедший в себя Марк Хонорс, не мог понять, что произошло. Инстинктивно оглядевшись по сторонам, снайпер увидел, как трое неизвестных, вяжут руки его другу, который отчаянно пытался сопротивляться. Четвёртый боевик стоял рядом, не принимая в происходящем никакого участия.

Сжимая в руках верёвку, он с удивлением разглядывал снайперскую винтовку Марка. Идеально выверенная машинка была лакомым кусочком для боевика, который сроду не держал ничего лучше какой-нибудь второсортной СВД. Чуть поодаль, кто-то производил выстрелы.

Всё-таки предчувствие не подвело снайпера. Место и правда оказалось несчастливым, тем не менее за невозможностью исправить прошлое, необходимо было действовать в настоящем.

Улучив удобный момент, Марк зачерпнул горсть песка в руку. Резко вскочив, «Чиппер» бросил им в глаза боевику, что держал его винтовку. Схватив своё оружие, Хонорс нанёс серию сильных ударов коленом в живот противника, после чего перекинул его через себя. Бросковый приём был проведён успешно: противник упал, а винтовка осталась в руках истинного владельца.

Не мешкая ни секунды, «Чиппер» произвёл три выстрела подряд, умертвив боевиков, что безуспешно пытались связать «Райдера». Тем временем Дерек в ту же секунду выхватил автомат с плеча мёртвого террориста, отправив очередь в поднимающегося за спиной друга боевика.

Последней жертвой снайперской пары стал снайпер, но вражеский. Орудуя своей потрёпанной СВД, самоучка не блистал навыками меткой стрельбы на дальние расстояния.

Разобравшись с врагом «Чиппер» занял прежнюю позицию и приступил к огневому прикрытию собственного отряда. Снайперский полуавтомат Дерека клал пули в головы противников, пополняя свой личный список успешных выстрелов. Поддержка «Чиппера», существенно приостановила наступление боевиков, вынудив их искать укрытия и проявлять осторожность.

Тем временем «Райдер» занялся восстановлением ретранслятора. Боевики изрядно поколотили его, разбив некоторые пины, но всё же опытный инженер знал, как восстановить радиосообщение.

В этот самый момент в самом пекле ближе всех к противнику находилась Эми. В наушниках вновь зазвучали голоса, а значит, Сантос всё-таки починил ретранслятор.

– «Полуночник десять одиннадцать», ответьте «Крепости»! – словно на автомате повторял голос из рации, – «Полуночник десять одиннадцать», ответьте! Если слышите, ответьте «Крепости»!!!

В голове Эми всё плыло. С каждым произнесённым словом, голос оператора из наушника становился всё дальше и дальше. Лицо покалывало, руки слабели, обзор сужался с краёв, словно утягивая в тёмную злую пучину.

В трёх футах от неё в этот самый момент от пулемётного огня сержантского М249 укрывался боевик, вооружённый автоматом. Увидев раненного американского солдата, боевик загорелся идеей зарезать его своими собственными руками. Проползая между бетонными блоками, он осторожно пригибался, каждый раз, когда очередная пулемётная очередь пролетала над его головой. Вскоре он оказался совсем рядом с Эванс.

– «ПОЛУНОЧНИК ДЕСЯТЬ ОДИННАДЦАТЬ» «КРЕПОСТИ»!!! – донёсся в рации крик Уанрайта, – ГДЕ ВАС, СУ…

Командир использовал жуткие ругательства, выказывая своё недовольство от опоздания подкрепления. Тем не менее, потеряв сознание, Эми уже не слышала командира, как и не увидела приближающегося боевика. Мир в глазах Эми потух, а пространство померкло.

. . .

Одной из отличительных черт собак-скаутов, проходящих службу в армии США, умение быть тихими. Это обязательный критерий. В эти отряды набираются самые способные собаки, готовые в любой ситуации сохранять спокойствие, не выдавая себя ни скулежом, ни лаем, ни, каким бы то ни было, другим звуком. Дикс был одной из лучших собак в своём роде, и он был способен выполнить поставленную задачу на отлично.

Два года назад погиб мастер-сержант Майерс, предыдущий куратор Дикса, именно тогда, спустя два месяца после этих событий, Эми и Дикс впервые встретились друг с другом. Лишь воле случая и стихийности событий они обязаны этому знакомству.

Капрал Эванс поступила в подразделение триста двадцать пятого пехотного полка, по штату куратора служебных собак вместо погибшего мастер-сержанта Майерс. Поскольку, Дикса планировали списать со службы, ей сообщили, что доступных собак нет, и необходимо ждать прибытие в подразделение новой служебной собаки. Проводя время в казарме лагеря, и знакомясь с его особенностями, Эми впервые увидела Дикса за неделю, до его итоговой экспертизы.

Попытки узнать, почему Дикса нельзя взять под кураторство сухо пресекались. Командование не видело перспективы в этом псе, а сослуживцы не очень-то много знали о кинологической бригаде подразделения. Несколько упорных попыток узнать правду в конечном итоге увенчались успехом. В штабе командования, наконец, рассказали о бесперспективности этой собаки, о том, что заочное решение о списании пса уже принято, а комиссия лишь формальность, которую необходимо соблюсти, для получения новой собаки. Естественно, настырной Эванс не рассказали подробности о смерти предыдущего куратора Дикса.

Произошедшая ситуация с мастер-сержантом Майерсом имела не самую приятную огласку. Ранение гражданских, гибель сержанта армии США, действия местной полиции, наблюдения ООН, всё это благодаря недоброжелателям в масс-медиа возымело негативный резонанс на фоне событий войны в Ираке. Командование предпочло не распространяться о текущих событиях. В заключение эксперта, будет значиться, что собака пострадала в ходе выполнения боевой операции, и подлежит увольнению на пенсию в связи с ранением.

Несколько дней ушло, чтобы уговорить командира позволить, просто поухаживать за псом оставшиеся дни, ведь всё равно кинологу в лагере заняться было нечем. Лагерь небольшой, всего одна собака в штате, да и к той не пускают. Поскольку до комиссии оставалось всего лишь четыре дня, а Эми своей настырностью не уступала самому прожжённому журналисту, командование удовлетворило её просьбу.

С этого момента, каждый день капрал Эванс приходила к вольеру, табличка на котором гласила Дикенс Хайфстед II, бельгийская овчарка (малинуа). Грустный пёс успел значительно похудеть, пил лишь воду и то нехотя. Он практически не вставал и был совершенно тих.

Поначалу Эванс просто сидела рядом, открывая вольер, в надежде, что пёс захочет прогуляться. Решив не тревожить хрупкий мир личного пространства пса, внутрь вольера Эми не входила. Каждый вечер, она стелила куртку на землю и сидела рядом, рассказывая Диксу о своих переживаниях.

За несколько дней Дикенс узнал, что Эми приёмная. Её удочерил некто Джеймс Эванс, при очень странных обстоятельствах. Приемный отец девушки работал в полиции Лос-Анджелеса. В один из дней им поступило сообщение от диспетчера о взрывах и стрельбе. Несколько экипажей отправились на вызов, в том числе и отряд Джеймса Эванса.

В этот день и произошло их первое знакомство. Среди обломков в доме, спасатели нашли маленькую девочку лет десяти, которая лежала без сознания. Придя в себя уже в больнице, девочка абсолютно ничего не помнила и совершенно не говорила. В течение месяца полиция выясняла, кто эта девочка, и что произошло в том доме. Пока велось расследование, Джеймс регулярно навещал девочку. Офицеру полиции было очень жаль одинокого ребенка, которого никто не навещал.

Вскоре расследование прекратили, и встал вопрос о размещении девочки в специальном интернате. Тогда старший Эванс принял решение, которое в корне изменили как его судьбу, так и судьбу ребёнка. Преодолев бюрократическую волокиту и вытерпев несколько посещений социальных инспекторов, Джеймс добился опеки над девочкой. Поскольку полиция так и не смогла найти никаких данных на ребёнка, Джеймс взял на себя ответственность дать ей новое имя. С того дня в городских системах появилось новое физическое лицо – Эми Ли Эванс.

Всё своё свободное время, Джеймс тратил на то, чтобы подарить девочке добрые светлые воспоминания в семейной заботливой атмосфере. Годы, проведенные на службе в полиции, оставили отпечаток на мышлении офицера. Стараясь даже не думать о том, что могло происходить в том доме, он решил просто помочь ребенку начать новую жизнь с чистого листа.

Действительно, всё пришлось начинать сначала. Девочка была очень способной, рисовала потрясающе красивые картины, но совершенно не умела говорить, писать и читать по-английски. Но стоит отметить, что этот недостаток очень быстро канул в небытие. Прилежность и старания юной леди позволили ей очень быстро освоить новую для себя культуру и влиться в привычное русло жизни. Вскоре первые дни своей новой жизни, начавшиеся с полиции и больницы, размылись в толще воспоминаний, замененные на новые, более яркие события, которыми наполнялась её новая история

Однако всю свою сознательную жизнь Эми чувствовала себя не в своей тарелке. Несмотря на трепетное и заботливое отношение отца, девушка чувствовала какую-то пустоту в глубине души, сокрытую за каким-то толстым ледяным барьером, которое не позволяло ей понять о себе что-то важное. Общение с людьми девочке тоже давалось с трудом, она просто не находила с ними общих интересов, а вот общаться с животными ей же наоборот давалось очень легко. Они таинственным образом слушались её, а она слышала их, понимая эмоции, мысли, чувства и желания.

Так она прожила все эти годы, пройдя школу и поступив в колледж. Желая сделать приятно отцу, девушка, записалась в полицейскую академию, чем неимоверно порадовала его. Однако желание девушки, работать с животными не смогло претвориться в реальность. Кинологические группы K-9 были полностью укомплектованы. Понимая, что девочка будет несчастлива, Эванс старший сам предложил юной Эми выбрать себе свой собственный путь, обещав поддержать любое её начинание. Воспоминания об отце у девушки были самыми светлыми, как о чутком, любящем, внимательном, заботливом человеке.

Когда Эми было семнадцать Джеймс погибает. Как впоследствии укажут в рапорте, во время выполнения своего профессионального долга. Полицейский патруль, в числе которого был Джеймс, попал в засаду, прикрывая своего напарника, он получил шесть пуль, две из которых оказались смертельными. После смерти отца, Эми взяла на попечение Роуз Стюарт, офицер полиции, оставшаяся в живых благодаря её отцу, во время того патрулирования.

В девятнадцать лет, Эми решила бросить колледж и пойти в армию, узнав от местных вербовщиков, что собирается группа подготовки кураторов служебных собак. Вот спустя несколько месяцев обучения и подготовки, а также года общей службы, капрал Эванс приступила к своему первому боевому опыту. Теперь она здесь.

До комиссии оставалось пара дней, но ситуация была неизменна. Смирившись с участью, Эми решила просто составить компанию псу в его последние дни на службе. Однако в последний совместный вечер судьба решила объединить их судьбы. Слушая очередной рассказ девушки, Дикс повернул голову в сторону своей собеседницы, и она впервые смогла заглянуть в его глубокие карие глаза.

В следующее мгновение, она, словно, пережила все эмоции, всю ту боль, которую испытывает Дикенс каждый день, начиная с того злополучного момента. Перед её глазами молниеносно пронеслись кадры из жизни пса. Вот он щенок, вот его первые шаги, забрали от любимой мамы, куда-то везут, вот новые люди, много новых людей, страшно, но вот он хороший человек, его зовут Харви, он такой добрый и хороший.

Мастер-сержант Харви Майерс был не просто куратором, он был дипломированным кинологом, настоящим профессионалом своего дела. Через его воспитание прошёл не один будущий армейский пёс. К нему обращались за консультацией, как армейские кинологические подразделения, так и гражданские службы, связанные с собаками.

Впервые Дикса он встретил, когда тот был ещё совсем маленьким щенком. Он не прошёл отбор по физическим параметрам и его должны были вернуть в питомник, но сержант Майерс забрал щенка себе и решил тренировать его сам. Несколько лет они жили с Харви вдвоём, и с каждым днём кинолог убеждался, что Дикенс действительно поразительный пёс. Программу, которую его подопечные усваивали за год, Дикс полностью освоил за несколько месяцев. Интеллект собаки был невероятен, расширив программу с обычной караульной, до собаки-скаута, Майерс смог вырастить поистине уникального пса.

Вскоре Дикенс безупречно выдержал все испытания по программе специальных служебных собак скаутов армии США и был принят на службу, в «чине» на один выше своего нового куратора Харви Майерса.

Потеря Майерса, для Дикса было не просто трагедией, внутри него словно умер он сам, вернее та его часть, которая едва не потухла при рождении и смогла разгореться под чуткой заботой Харви. Он всю жизнь выполнял все команды и задачи, чтобы порадовать своего Харви, даже в тот злополучный день он был уверен, что куратор знает, что делает и безоговорочно исполнил команду. Будь у Диккенса выбор, он бы хотел умереть вместе со своим хэндлером, хозяином, другом, но тот так эгоистично отдал ему ту команду.

Запах предсмертного страха и ужаса, который почуял Дикенс, раньше никогда не доносившийся от его лучшего друга, до сих пор преследует его по ночам. Дикс считал, что должен был быть рядом в ту минуту, что был нужен как никогда, чтобы спасти, чтобы защитить, но его рядом не было. Пёс винил самозабвенно себя за это.

События, чувства, эмоции пса причудливым калейдоскопом пронеслись в сознании Эванс. Эми и Дикс сидели напротив друг друга, не моргая и, почти что, не дыша, с уголков глаз девушки медленно скатывались, собравшиеся в огромные капли, слезы. Последние моральные терзания, так сильно ранили её в самое сердце, словно играя на струнах её собственной души.

Дикс приподнялся и попытался сесть. Несколько раз, он шумно шмыгнул носом, пытаясь почувствовать запах нового человека, но несколько недель без еды давали о себе знать, он был истощён и очень слаб. Дрожащими лапами он сделал один шаг вперёд и, чуть не рухнул вниз. Эми быстро подхватила его, обняв за шею и осторожно прижав к себе.

Дикенс впервые нарушил своё профессиональное молчание и начал грустно тяжело поскуливать, положив голову на плечо девушки. Объединившись словно в одно целое, они лечили раны друг друга, помогали принять реальность. Никто из них не мог никому рассказать о своей боли, которая изливалась из их душ. Лишь друг с другом они могли быть искренними, лишь друг друга они смогли понять, понять свою боль и тоску по самым близким людям.

Заменить своих самых дорогих людей они были не в силах, но помочь друг другу пережить их потерю могли. Так они встретили свой последний вечер перед комиссией. Дикс всё ещё отказывался поесть, несмотря на все уговоры девушки. Однако пёс стал более коммуникабельным и даже как будто немного игривым. Решив немного подзадорить аппетит собаки, Эми сходила за сухим пайком для себя (MRE) и предложила псу составить себе компанию. Дикенс с удовольствием повёлся на эту уловку. Глядя, как Эми ест, четвероногий приятель тоже решил заняться своим кормом.

Однако трапеза продлилась недолго. Спустя пару минут пёс резко вскочил на все четыре лапы, глядя куда-то за спину девушки и злобно оскаливаясь. Эванс резко обернулась, машинально кинув руку на пояс, где должна быть кобура с пистолетом. Позади них никого не было, а поведение пса стало вызывать у девушки тревогу.

Дикс сделал несколько неуверенных шагов ближе, убрав оскал, пёс начал слегка поскуливать, продолжая смотреть сквозь девушку, словно пребывая в каком-то трансе. На удивление, в этот момент она совершенно не могла почувствовать мысли пса, он словно полностью закрылся от неё. Осторожно положив руку ему на загривок, Эми несколько раз провела вдоль шерсти, поглаживая его. Тёплое мягкое прикосновение отозвалось в её ладони и в следующую минуту, пес, словно немного растерялся. Шумно вдыхая воздух, подергивающимся носом, он словно пытался найти что-то потерявшееся. Ничего не обнаружив, он обнюхал Эванс и вернулся к своей миски. Весь оставшийся вечер Эми и Дикс провели вместе.

Несмотря на то, что в данном случае комиссия по признанию служебной собаки непригодной к службе в армии носила формальный характер, все процедуры обязательно должны быть соблюдены. Ровно в 10 утра на площадке лагеря, Дикенс Хайфстед II должен был пройти первую часть этапа аттестации.

Каково было удивление комиссии, когда к назначенному времени от обессилевшей и уставшей собаки, которую они видели ранее, не осталась и следа. Блестяще справившись со всеми задачами, выдержав все испытания и выполнив все поставленные тренировочные задачи, Дикс был восстановлен на службе, а капрал Эми Эванс назначена его куратором.

. . .

Патроны к пулемёту у сержанта Бёрка закончились. Потеряв огневое преимущество, армейскому подразделению, пришлось вновь залечь в укрытии.

Пытаясь наверстать упущенное время, численно превосходящий отряд противника, открыл беспорядочную стрельбу, в сторону американцев. Пробирающийся к раненой Эванс, Хоппер также попал под огонь противника и был вынужден отступить.

Сопровождавший его Дикс отступать не собирался. Обогнув пригнувшегося «Брука», пёс прополз в узкий коллектор под бетонными блоками. До хэндлера оставалось не больше десяти футов.

Тем временем боевик, добравшийся до Эми, уже успел достать нож. Схватив девушку за плечо, он развернул её лежащее без чувств тело. Сбив шлем с головы девушки, террорист крепко схватил Эми за волосы и потянул на себя, обнажив её шею. На солнце сверкнул блик от лезвия. В следующее мгновение, нож бы вошёл в незащищённую бронёй часть тела девушки, но этого не произошло.

Дикс всегда был хладнокровен и профессионален. Если бы не последние события в его жизни, то ни один боевик не в жизнь бы не заметил этого пса, когда он на задании. Тем не менее, собаки, как и люди, умеют чувствовать, помнить, переживать.

Прямая угроза куратору заставила Дикса выйти из укрытия раньше, чем нужно, и только лишь солнечный блик скользнул от лезвия ножа, молниеносная тень по имени Дикс в долю секунды сократила расстояние с врагом. В стремительном прыжке могучий пёс вгрызся в руку боевика, заставив того выронить нож. Придавив садиста лапами к земле, пёс не позволял боевику подняться. Подавляя любое сопротивление, в следующую секунду Дикс вгрызся в горло боевика

Несмотря на то, что пёс защитил своего хэндлера от одного врага, всё же он слишком рано выскочил наружу, проявив себя для своры безликих врагов.

Приметив пса, двое боевиков принялись обходить Дикса и Эми с фланга, стараясь не попадать под обстрел.

Расправившись с боевиком, Дикс почуял приближение нового противника. Схватив потерявшего сознание куратора за эвакуационную стропу, пёс начал тащить девушку по земле, но было уже поздно.

Пара террористов, что шла в обход, всё-таки успела настигнуть их и перекрыть дорогу. Пёс ощетинился, оскалившись, он мгновенно бросился на противника. Два выстрела наотмашь сбили пса с ног.

Сквозь защитный комбинезон Дикса на жёлтый песок изливались пульсирующие струйки алой крови. Пёс попытался встать, но лапы не слушались его. Тяжело дыша, пёс лежал на боку и хрипел.

«ПРОСНИСЬ»

В ту же секунду сознание Эми, словно молнией пронзил громоподобный приказ. Голос казался таким родным, таким близким, но при всём при том совершенно незнакомым.

Желание не просыпаться было таким соблазнительным, ведь было так хорошо, находится подальше от всего этого шума, грохота, в месте, где так спокойно и тихо и так хочется спать. Девушке снилось, как, как она лежит на траве, а её за ворот тащит Дикс. В этом мире она смеялась, и пыталась нащупать его пушистую мохнатую шерсть.

На этом моменте сладкие грёзы тут же превратились в жуткий кошмар. В следующую секунду вместо мягкого прикосновения пушистой шёрстки, девушка почувствовала в руках слипшиеся колтуны мокрой шерсти. Посмотрев на свои руки, Эми увидела, что они все в крови. В ту же секунду, сильная, спирающая дыхание боль, пронзила виски девушки и она проснулась.

Придя в чувства, девушка, шумно вдохнула воздух ртом. Выплеск адреналина активизировал все её чувства до предела и требовал больше кислорода, от чего девушка принялась жадно дышать.

Практически на автомате, девушка выхватила из набедренной кобуры свой М9 и несколькими выстрелами расстреляла ближайшего к себе противника. Второй боевик успел спрятаться за угол, но через секунду упал замертво. Подоспевший Хоппер двумя выстрелами точно в цель прекратил жизнь мерзавца.

В голове Эми всё ещё звенело. Подоспевший «Брук» хотел было осмотреть девушку, но то оттолкнула его. Припав к раненному псу, Эми взялась зажимать пульсирующую рану.

Хоть и реже, но вокруг всё также проносились смертоносные пули, но Эми было всё равно. Девушка смотрела, как в глазах Дикса с каждой секундой гас огонь жизни. Не убирая рук от раны пса, девушка заливалась слезами, превращая пса в расплывчатый образ.

– СДЕЛАЙ ЧТО-НИБУДЬ, «БРУК»!!! – яростно выпалила Эми, после чего сквозь слёзы произнесла: – Прошу тебя, Дикс, не умирай!!! Пожалуйста!!!

Хоппер упал на колени рядом с псом. Аккуратно срезав быстросбросные стропы защитного костюма пса, «Брук» начал осматривать пса.

– Чёрт побери, ну я же не ветеринар! – оправдывался Энтони, но не отказывался от попыток помочь Диксу.

До последней секунды, Эми была рядом. Плотно прижимая кровоточащую рану, девушка гладила пса по голове. Несмотря на то, что сейчас внутри девушки бушевали пожары смешанных чувств, от самого Дикса веяло абсолютным спокойствием.

В этот самый момент Диккенс был готов к смерти и даже где-то на задворках своей собачьей души, желал её. Эми смотрела в глубокие карие глаза своего друга, в которых не читалось ни страха, ни ужаса, а только лишь благоговейное умиротворение.

Дикс не смог пережить ранение. В следующий миг огонь в его глазах погас, и пёс совершил свой последний вздох.

– Ди-и-икс … – прошептала Эми, глядя на бездвижное тело пса.

В ту же секунду Эми схватила свою винтовку и бросилась в бой. Оказалось, что боевики уже вовсю отступали, завидев, как со стороны барханов к ним приближается с десяток боевых машин американской армии.

Ярость сжигала Эми изнутри. Девушка не могла позволить, чтобы все эти люди избежали наказания. Нет, ей было недостаточно смерти одного убийцы, она желала похоронить их всех под толстым слоем песка и пыли. Однако оставшиеся в живых боевики уже погрузились в свои пикапы. При всём желании Эми не могла их догнать.

Вложив свою винтовку в плечо, капрал Эванс начала стрелять, но пикапы уже тронулись с места, двигаясь к выезду из переулка. Вздымая за собой пыль, пикапы выехали на дорогу, удалившись на почтительное расстояние.

Глаза Эми застилали слёзы, сердце было переполнено обидой, тоской досадой. Утирая глаза руками, мисс Эванс не могла видеть, как над ней промчались две тени.

Совершив манёвр, два штурмовика А10 «Сандерболт» обрушили огненный дождь из своих тридцатимиллиметровых пушек. Сотни тяжелых пуль буквально искромсали удирающих боевиков не оставив шанса ни им сами, ни их машинам. Финалом штурмового удара стала отправленная ракета класса «воздух-земля», которая окончательно перечеркнув любую надежду на выживших.

– Марта пять два восемь «Крепости»! – донесся голос в рации, – Мы нашли «Полуночника десять одиннадцать»! Выводим их в общий канал!

Эми смотрела вслед улетающим в небо штурмовым самолётом. Где-то в глубине души ей казалось, что два пилота вопреки запретам на взлёт подняли своих огненных детей в небо, чтобы воздать дань правосудию.

Специальный лагерь Синий бриллиант, Рамади, Ирак, спустя сутки.

В общей казарме триста двадцать пятого пехотного полка армии США, на базе Синий Бриллиант был общий сбор.

У дальней стены на кронштейне для собачьих мисок размещался боевой экипировочный комбинезон с прикрепленным именным патчем «Дикс» и шевроном полка. Миски были перевернуты, а на стене закреплён портрет бельгийской овчарки (малинуа). Именная табличка ниже гласила: «почётный сержант армии США, Дикенс Хайфстед II 2002 – 2011».

Собравшиеся военнослужащие специального оперативного отряда триста двадцать пятого пехотного полка хотели отдать последнюю дань уважения памяти их боевого товарища. Одним из первых взял слово командир отряда первый лейтенант армии США Майк Уанрайт. Без лишней напыщенности, офицер говорил прямо из общего строя, искренне, от всего сердца.

– Дикс, был одним из лучших скаутов, что я знал! – начал Майк, – Он был предан, верен. Своим примером он показал каждому из нас, с каким рвением мы должны защищать друг друга! – на мгновение командир затих, словно принимая решение, стоит ли говорить, то, что он в итоге сказал, – Я знал Харви Майерса …

В этот момент, стоявший рядом сержант Бёрк, еле заметно толкнул командира в бок.

– … этого не изменить, что бы кто там не запрещал!!! – произнёс Уанрайт, демонстративно повысив тон и посмотрев на своего сержанта, – То во что играют птичьи погоны ради своей карьеры, это их игры. Они не теряют друзей, они не лежат в окопах под пулями. Я буду говорить об этом!!!

Сержант Бёрк прикрыл лицо рукой и отошёл на пару шагов назад.

– Я знал Харви! – сбавив тон, продолжил Уанрайт, – Это был великолепной души человек! Дикс с ним был словно одно целое. После того как Харви погиб, я думал, что Дикс больше никогда не сможет оправиться, ведь он чувствовал людей, хорошо чувствовал. Я очень рад, что именно ты, Эми, была с ним в его последние минуты жизни! Знаешь, если Дикс тебе доверился, значит, ты стоишь того! – командир поднял кружку с напитком, после чего громко произнёс: – За Дикса!!!

– ЗА ДИКСА!!! – хором отреагировал отряд.

Следующим слово взял Энтони Хоппер.

– На счету нашего Дикса было более двух сотен успешных операций!!! – начал «Брук», – Знали бы вы, сколько человек благодаря ему вернулось на своих двоих. … – полевой медик грустно вздохнул, – Эх … очень жаль, что всё так сложилось. Покойся с миром, брат! – подняв свою кружку, Хоппер произнёс: – За Дикса!!!

– ЗА ДИКСА!!! – очередной хор разнёсся эхом по казарме.

Эми не могла выдавить из себя ни одного слова, словно ком встал в горле и мешал говорить.

– Мне … мне … – давя слёзы, Эми сжимала кулаки, – Я …

К девушке подошли «Чиппер» и «Райдер», слегка приобняв боевую подругу за плечи. Тем не менее, Эми не хотелось говорить громких пафосных слов. Она молча подошла к портрету Дикса.

– Я знаю, что тебе так будет лучше! – начала Эми, прикоснувшись кончиком пальцев, к чёрному носику изображённого на портрете пса, – Теперь ты свободен, мой хороший! Самых мягких тебе облачков!

Эми шептала еле слышно, едва лишь только ей самой было слышно то, что она говорила. Тем не менее, никто из отряда не произнёс ни слова в этот момент.

Едва Эми отошла от стены с портретом, как в ту же секунду к ней подошёл «Брук». Приобняв девушку, он дружески растёр её по плечу, стараясь оказать молчаливую поддержку.

– Чтобы не произошло!!! – начал сержант Бёрк, – Как бы не раскидала нас жизнь по свету! Клянусь всегда помнить подвиг Диккенса Хайфстеда второго, отдавшего свою жизнь во имя спасения своего боевого товарища!

– Клянусь!!! – хором отреагировал отряд.

По старой армейской традиции, Марк Хоннорс и Эдвард Ким, вышли вперёд и наизусть зачитали стихотворение, о павшем четвероногом товарище.

– Доверься мне друг мой! – произнёс Ким, нарочито громко и чётко.

– Я защита, опора, я тот, кто навеки с тобой! – вторил Хоннорс.

– Доверься мне друг, мой! – вновь воскликнул Ким

– Нас покинут невзгоды, и скоро с тобой мы вернёмся домой! – отозвался Хоннорс.

– Доверься мне друг, мой! И мы выстоим в бурю!

– Доверься, мне друг мой! Я с тобой навсегда!

– И если судьба разделит нашу долю!

– Да осветит твой путь роковая звезда!

– Но до тех пор я буду сражаться!

– Я твой щит, ты мой меч, без упрёка и стыда,

– Не отступлю ни на шаг, коль ты будешь нуждаться

– Так было так есть и так будет всегда!

«ЗА ДИКСА!!!»

Громогласным хором прогремел отряд.

Пригород Бетесды, штат Мэриленд, спустя год.

Вечер выдался весьма дождливым. Плотные темные тучи погрузили окрестности городка в грозовую ауру, навевающую мрачную тревогу на любого, кто в ней очутился.

Крупные капли дождя самоотверженно стремились к земле, нередко встречая на своём пути преграды в виде листьев деревьев. Сливаясь в фееричной канонаде и воплощаясь в единый рокот, сумеречный дождь, бурный и непокорный, дарил странное ощущение умиротворения, столь необходимого, но не достижимого в повседневной суете.

– Где же этот поворот … – едва слышно произнесла Эми Эванс, пытаясь разглядеть хоть один указатель.

Увлечённо оглядываясь по сторонам, девушка безрезультатно пыталась разглядеть хоть что-нибудь сквозь пелену разбушевавшегося дождя.

Огибая поворот за поворотом, серебристый шевроле медленно пробивался сквозь густую чащу лиственного леса, то подымаясь, то спускаясь, подчиняясь местному ландшафту. Пройдя ещё с десяток миль, автомобиль остановился, съехав на полуразмытую обочину.

Устало вздохнув, девушка заглушила двигатель и, откинувшись на спинку водительского сидения, принялась разминать, затекшие за долгий путь, плечи и ноги. Несмотря на буйствующий шторм за бортом, в салоне автомобиля было очень тепло и уютно. Свет приборной панели радовал глаз мягким свечением, а музыкальное сопровождение качественной акустики, наносило заключительные штрихи наслаждения от движения по ночной трассе.

Глядя на ползущие по стеклам, капли дождя, девушка задумалась. Уйдя в свои мысли Эми едва не пропустила вызов закрепленного на лобовом стекле мобильного телефона. Энергично мигая и ритмично вибрируя, аппарат всячески пытался привлечь к себе внимание хозяйки.

Очень быстро вызывающий контакт, именуемый "Майк", оказался отвергнутым лёгким движением тонкого пальчика по гаджету. Вновь углубившись в свои мысли сквозь непроглядную пелену сумеречного дождя, девушка не сразу обратила внимание как на экране мобильного телефона проявилось сообщение, всё от того же "Майка": "Эми, привет, как …".

Заложив интригу, гаджет настойчиво рекомендовал, раскрыть сообщение для прочтения на полный экран, но, несмотря на все уловки, хозяйка была неумолима в своём решении. Смахнув уведомление с экрана, девушка перевела телефон в беззвучный режим и принялась просматривать карты навигатора.

Приложение сообщало о пройденных полутора тысячах и об оставшихся, едва ли с полсотни, милях. Собравшись с силами и, удостоверившись в единственно верном маршруте, девушка повернула ключ зажигания. В следующее мгновение, автомобиль вновь вернулся на дорогу и продолжил свой путь.

Дождь продолжал усиливаться. Штормовые капли всё чаще и чаще врезались в лобовое стекло, сливаясь в единые ручейки. Вскоре их стало так много, что даже максимально прыгающие по стеклу автомобильные дворники едва поспевали за ними. Видимость ухудшалась с каждой минутой движения автомобиля. Пучки света фар отражались от плотной пелены дождевого заслона, рассеивая их восвояси и не позволяя им светить сквозь плотную мглу вечернего сумрака.

Автомобиль слегка замедлился на повороте и, уверенно обогнув его, наконец, встал на прямой маршрут.

– Прямо четверть мили, – заботливо произнёс женский голос навигатора, уведомляя об особенностях и расстоянии маршрута.

Слегка притормаживая, девушка аккуратно спускала автомобиль с довольно крутого пригорка. Сцепление с дорогой было крайне коварным, казалось, что вот-вот автомобиль пойдёт юзом. Объединившись с порывистым поперечным ветром, погодные стихии словно пытались испытать не только навыки вождения, но и психологическую стойкость водителя, периодически пытаясь столкнуть автомобиль с дороги.

Наконец, миновав самые сложные испытания пройденного пути, автомобиль встретил природных союзников на своём маршруте. Дорога вела через густые поросли лиственного леса, массивные деревья которого своими могучими ветвями словно давали укрытие путникам, проходящим по этой дороге, скрывая их от дождя и ветра.

Автомобиль скрылся в темноте лесной чащи и, лишь два красных огонька задних фонарей, постепенно удалялись, скрываясь во мгле сумеречного леса. Под кронами ветвистых деревьев действительно было куда спокойнее. Прямая дорога хорошо освещалась светом фар и не предвещала никаких сюрпризов. Шторм словно остался позади, а здесь царил совершенно другой безмятежный мир. Раскаты грозового грома, в бессильной злобе, где-то там, за пределами этого лесного царства, изредка напоминали о себе. Капли дождя, скатываясь от листа к листу, редкими водяными бомбочками плюхались вниз, с гулким эхом разбиваясь о мокрый асфальт.

Откинувшись на спинку кресла, Эми, расслабившись и, слегка подруливая левой рукой, наконец, смогла получить удовольствие от вождения. Огромные многолетние деревья мелькали один за другим, оставаясь позади, подобно природным стражам, продолжая охранять это место, казалось бы, от всех бед. Бархатный дорожный серпантин удалялся вдаль, за пределы световых способностей автомобиля и лишь навигатор уверенно направлял водителя в нужном направлении, предсказывая ему путь.

На фоне этой умиротворенной атмосферы, в голову девушки начали закрадываться различные беспокойные мысли на фоне событий последнего года. Не так давно она вернулась в свой родной город со служебной командировки в Ирак, душевные раны и посттравматические воспоминания не успели, как следует, зажить и раствориться в неудержимом течении жизни. Многие солдаты, побывавшие в Ираке, не сделали ни единого выстрела, кто-то даже и лагеря не покидал, но, сколько событий упало на плечи юной мисс Эванс год назад.

Международный аэропорт Эр-Рамади, Ирак, 2011 год.

– Наша миссия окончена. Благодарю всех и каждого стоящего в строю за вашу смелость, стойкость и самоотверженность в нашей нелегкой борьбе, настоящей борьбе.

Полковник армии США, в полевой форме выступал перед, построившимися на территории военного аэродрома, американскими солдатами. Сотни журналистов различных именитых газет и телеканалов сновали в разрешенной репортерской зоне, ограждённой специальными лентами. Вспышки и треск затворов камер раздавался ежесекундно, словно там сейчас происходил, самый что ни наесть, настоящий бой, самый кровопролитный бой за эксклюзив.

Закончив свою речь, полковник ещё раз поблагодарил всех за участие в боевых действиях и, отдав честь павшим военнослужащим, приказал «убыть на территорию Соединённых Штатов Америки, домой, к семьям, родным и близким». Среди провожаемых военнослужащих этой партии, был отряд первого лейтенанта Уанрайта. Получив разрешение покинуть Ирак, группа погрузилась в самолёт.

Спустя 12 часов пути, авиалайнер пересёк военно-воздушное пространство США и приземлился на военной

базе Норфолк, штат Вирджиния.

Уйдя в свои мысли, Эми не сразу обратила внимание, что капли дождя вновь вступили в самоотверженную битву с лобовым стеклом, разлетаясь на мелкие частички и стекая вниз под тяжестью земного притяжения. Неожиданно, перед автомобилем, откуда ни возьмись, возник силуэт. Дорогу озарил красный свет задних стоп-сигналов, сопровождаясь звуком экстренного торможения.

Пытаясь остановить отправившийся в занос автомобиль, девушка едва смогла удержать непослушный руль. Несколько раз, мотнувшись из стороны в сторону, железная колесница, наконец, клюнула носом в овраг, отправив непокорную энергию в землю. Удар был несильный, лишь глухой треск лопнувшего бампера нарочито намекнул на произошедшее событие.

Водительская дверь распахнулась, сопровождаясь ритмичным пищащим сигналом. Выйдя из машины, Эми принялась осматривать тормозной путь позади автомобиля. Мгновение назад на автомобиль словно набросилось какое-то животное, однако удара не произошло, нечто, словно пролетело сквозь машину.

С трудом пытаясь сохранить спокойствие, девушка старательно вглядывалась в темноту позади своего автомобиля. Мерцающий свет ярких аварийных фонарей, старательно пробивался сквозь пучину мрачной трассы, но всё же проигрывал этот бой за информацию.

Вернувшись к машине, девушка вынула из багажника походный фонарь. Пучок яркого света озарил сумеречное царство полуночной чащи, в помощь автомобильным огням. Отойдя от машины на пятьдесят футов и осмотревшись в точке предположительного контакта, девушка констатировала, что никаких следов столкновения нет.

Обернувшись, Эми направилась в машину, но странность возникшая в этот момент заставила девушку замереть. Только сейчас Эми заметила, что машинально поднятая над головой рука, не имела смысла в спасении от дождя, ведь капли не достигали её. Всё вокруг словно замерло, в сумеречной абсолютно беззвучной полутьме.

Позади девушки, в плотной пелене дождевых капель, застывших в воздухе, остался след от контура её тела. Проведя раскрытой ладонью сквозь плотную водную стену дождя, Эми ошеломленно смотрела, как капли собираются в её руке, а в воздухе остается контурный след от её руки. Свет фар и фонарей её автомобиля, больше не отражался многочисленными яркими отблесками, полностью поглотившись тёмной бездной.

Не веря своим глазам, девушка попыталась коснуться багажника автомобиля, но дотянуться до него не получалось. От волнения и откровенного испуга, дыхание Эми участилось, она попыталась приблизиться к машине, но закончить начатое не выходило, ноги казались ей безумно тяжёлыми и не слушались её.

Вдруг что-то притянуло её куда-то во тьму. Капли дождя с силой врезались девушке в лицо, оставляя болезненные жгучие ощущения. Не контролируя своё тело, девушка чувствовала, как парит в нескольких дюймах над землей. Сумрак вокруг усиливался. Словно мерцая, темнота то сгущалась, то отступала, постепенно становясь всё более плотной и непроглядной.

Не в силах сопротивляться, Эми чувствовала, как теряет контроль над своим телом, ей всё труднее давались любые движения, даже голову повернуть получалось с огромным трудом. Темнота стремительно сгущалась, пока, наконец, не перестала мерцать и замерла в однотонном мраке.

Вскоре тело Эми обмякло, не в силах сопротивляться навалившейся слабости. Сознание покидало девушку. Где-то поодаль, сквозь меркнущее пространство, Эми увидела два мерцающих лазурных огонька, словно наблюдавших за происходящим. В следующее мгновение, глаза девушки сомкнулись, погрузив её в безмолвный беспокойный сон.

– Хм-м-м … – сквозь пучину навязанной дрёмы донесся до боли знакомый женский голос.

Почувствовав, как чьи-то, обжигающие холодом руки, коснулись её подбородка и приподняли голову, Эми постаралась закричать, но тело не слушалось её. Собрав силы, девушка что есть мочи, постаралась вынырнуть из этого сна, но пространство не подчинялось ей.

Вглядываясь вперёд сквозь тьму, Эми словно стала различать какой-то силуэт. В следующее мгновение тьма резко рассеялась, и перед ней проявился образ, заставивший пожелать вскрикнуть, но попытки выдавить из себя хоть малейший звук оказались тщетными.

Перед ней парило её отражение или, во всяком случае, до боли похожая девушка, но в странном фиолетовом платье, с высоким воротником и дымчатым, переливающимся подолом. Неизвестная придерживала голову девушки за подбородок, расслабленной, едва сжатой в маленький кулак, рукой. Тыльной частью другой руки она принялась поглаживать её по щеке, довольно улыбаясь.

Глаза незнакомки были черными, как мгла, что царила вокруг, змеиные вертикальные зрачки, ярко рубинового цвета, хищно всматривались в девушку, пытаясь поймать её взгляд. На каком-то подсознательном уровне Эми понимала, что не должна смотреть в глаза незнакомке, но сил сопротивляться у нее не было.

Наконец, поймав взгляд своей жертвы, незнакомка с наслаждением глубоко вдохнула воздух через рот и томно закрыла глаза. В следующий миг Эми почувствовала резкую боль в голове и груди, которая стала сопровождаться спутанностью сознания.

В голове девушки стали путаться мысли, то и дело начали всплывать разные кадры из прошлого, постепенно сливаясь в единый калейдоскоп событий её жизни. Всё было таким чётким, таким настоящим, даже те события, что она никогда не помнила. Неожиданно в голове всплыло воспоминание в виде большого кристаллического камня, переливающегося на фоне каких-то огромных не то звезд, не планет, которые соприкоснулись друг с другом, обмениваясь магнитными полями.

Лицо незнакомки скривилось в изумлённой гримасе, она попыталась вновь рассмотреть этот кадр, но он растворился в потоке других событий из жизни девушки. Шторм воспоминаний наполнил сознание девушки, двигаясь в обратном порядке, от недавних событий, постепенно ускоряясь. Трасса, заправка, дом, люди, самолет, военная база, возвращение с войны. Сердце Эми бешено заколотилось, всеми фибрами души девушка не желала возвращаться в тот злополучный день и переживать трагедию своей жизни вновь. Проносящиеся кадры стали замедляться. Но противостояние длилось недолго, незнакомка была непреклонна, усилием воли она сломила препятствия и сполна насладилась болью девушки, продолжая исследовать её жизнь.

Воспоминания о первом знакомства с Диксом, в тот день, когда они впервые услышали друг друга, заставил незнакомку вновь посерьезнеть. События этого дня становились всё чётче. В этот момент, девушка, словно погружалась в это воспоминание, чувствуя, как оно становятся всё более реальными.

В следующий миг Эми стояла, позади себя, в тот день. Пёс, поднявшись на лапы, медленно приблизился к фантомной Эми глядя в её сторону. В следующее мгновение, капрал Эванс из воспоминания резко обернулась, глядя в свой невидимый образ, который видел Дикс.

Спящая Эми перестала сопротивляться воле незнакомки, протянув руку, она попыталась коснуться своего друга. Тёплое мягкое прикосновение, такое знакомое и родное отозвалось в её руке. Буря эмоций, хлынувшая из глубины души, словно разорвала туманные оковы, сдерживающие девушку, излившись, горячим потоком.

– Хватит … – неожиданно для себя вслух воскликнула Эми, и все воспоминания резко погасли, вернув девушку в реальность.

Незнакомка, нахмурившись грозно зашипела, и крепко схватив пленницу за подбородок, вновь попыталась поймать её взгляд, но, не успев совершить задуманное, резко отпряла назад. Обессилевшая Эми тут же шлепнулась на мокрый асфальт. Мрак вновь окутал всё вокруг. Эми почувствовала, как к ней возвращаются силы, однако подняться на ноги всё же не удавалось.

В темноте, где Эми видела пару лазурных огоньков, сейчас виднелись ещё несколько, только уже жёлтых. Спустя мгновение, из темноты стали появляться силуэты странных невысоких человечков в остроконечных шляпах, именно их глаза горели жёлтыми огнями.

Увидев незваных гостей, незнакомка отпрянула назад, продолжая парить над землёй. Её лицо скривилось в злобной гримасе. Неожиданно, сквозь темноту послышался звук рассекающегося воздуха. В следующее мгновение кто-то, облачённый в едва заметную голубоватую дымку, набросился на незнакомку, сбив её на землю и скрывшись вместе с ней во мраке. В том же направлении, побежали и невысокие фигуры с жёлтыми глазами. В следующее мгновение мрак рассеялся, и свежие капли дождя с силой обрушились на тело девушки, распластавшейся на асфальте.

Эми чувствовала давящую боль в груди, по всему телу ощущалась слабость, словно все жизненные силы покинули её. Пытаясь подняться, девушка старалась собраться с силами, но все её попытки были тщетны. Голова тяжелела, всё вокруг снова стало темнеть, наконец, Эми сдалась и окончательно обмякла на дороге, потеряв сознание.

Капля темной крови упала на землю, слившись воедино с дождевой водой и растекаясь на асфальте, следом за ней ещё одна и ещё. У лежащего тела Эми стояла всё та же незнакомка, едва удерживая пальцами небольшой, усыпанный камнями кинжал, с которого каплями стекала темно-бордовая кровь. Что-то еле слышно прошептав, незнакомка бросила кинжал на тело девушки и, подняв руку перед собой, заставила девушку воспарить.

Сопровождая её, незнакомка направилась к месту, где некоторое время назад виднелись таинственные огоньки. Капли дождя ещё некоторое время с силой врезались в тело парящей девушки, но спустя несколько мгновений, стали также пролетать сквозь неё, как и не могли настигнуть тело незнакомки. Они вдвоём вошли в сизую дымку, которая стала сгущаться, образовывая некий портал.

Лежащий в ста футах от портала, одетый не по моде молодой человек, с глубокими резаными ранами, ощутил капли холодного осеннего дождя, что заставили его прийти в себя. Протерев глаза рукавом, парень резко поднялся и замер в позиции сидя. Обернувшись по сторонам, он остановил взгляд на двух девушках, которые постепенно растворялись в пространстве. Стиснув зубы, и злобно прошипев, парень совершил резкий рывок, стремительно сократив дистанцию и оставив за собой след подорванной земли.

Окончательно растворив силуэт Эми в воздухе, незнакомка направилась в тот же портал, но в следующее мгновение, парень с неистовой скоростью вышиб её из дымной ауры. Время вновь остановилось, капли дождя зависли в воздухе, так и не успев достичь земли. Несколько низких человечков в высоких остроконечных шляпах и круглых очках на резинке, горящих желтым светом схватили упавшую незнакомку и принялись спешно вязать её странными шёлковыми веревками.

Тем временем, Эми, застыв в пространстве, вновь ощутила своё тело, но только выбраться из туманного пространства не могла. Озираясь по сторонам, девушка ощущала себя лёгкой дымкой, что кружилась вокруг, ожидая своего часа. Боль отступила, а следом отступало и волнение, погрузив гостью чудного мира в состояние удивительной эйфории.

– Госпожа, восстанет вновь, обретёт силу, вам не под силу остановить её! – прошипела незнакомка, ехидно улыбаясь.

Яркий свет озарил лицо лежавшей на земле девушки. Узкие змеиные зрачки в темных глазах фокусировались на, источающим свет, кинжале, вознесенном над ней. В следующую секунду клинок вонзился в грудь пленницы, после чего её тело обмякло на земле без единого признака жизни. Окутывавшие тело девушки, шёлковые путы исчезли, а на лице застыла в предсмертная гримаса.

Человечки, державшие девушку, вопросительно смотрели на парня, который с расстроенным лицом смотрел на лежащее тело. Двое из них тут же отпустили девушку и, достав из причудливых сумок по небольшой книжке, побежали к дымному порталу, который постепенно растворялся в воздухе.

Обшарив лежащее без чувств тело, парень вынул из внутреннего кармана небольшую дощечку, в центре которой был закреплён мутный кроваво-красный камень.

– Проклятье! Очередное порождение «ва»! – выпалил парень, расстроенно ударив дощечкой о землю.

– Ты сказал, что нашёл истинное воплощение Вэавер Фати! – укоризненным тоном произнёс самый крупный из человечков.

Приподняв маску, коротышка небрежно почесал подбородок, который скрывался под густыми усищами, закрывавшими добрую часть лица. Видя всё словно сквозь туман, Эми едва различала силуэты вокруг, но человечек с усами разительно выделялся на фоне прочих как своими размерами, так и поведением.

– Я был уверен в этом, клянусь тебе, Ороти! – пытался оправдаться парень, но человечек уже не слушал его.

Развернувшись в другую сторону, усатый коротышка зашагал прочь, ругаясь себе под нос.

– Хакири, Латака, собирайте портал! – прорычал всё тот же полурослик, коего парень именовал Ороти.

– Да господин Окава! – отозвалась парочка других человечков.

Выхватив из набедренных сумок причудливые книжки, окликнутые господином Окавой коротышки, скрылись в дождливой мгле. Тем временем, замершие капли дождя стали медленно приближаться к земле, постепенно увеличивая скорость. Собравшись у портала, Хакири и Латака стали что-то быстро бубнить себе под нос, вычитывая строки из своих книжек, вскоре к ним присоединились и остальные.

В свою очередь, напавший на «ва» парень начал спешно метаться вдоль дороги, разбивая своим телом застывшие в воздухе капли. Спрыгнув с дороги, юноша принялся беспощадно трепать траву, пытаясь отыскать в ней что-то, на редкость важное для себя. Тем временем, портал становился всё тусклее, дымка рассеивалась, а бормотание человечков становилось всё громче.

– Подождите меня! – крикнул парень, махнув рукой в сторону портала и продолжая свои поиски, – Я сейчас!

– У тебя останется не больше тридцати капель, Уолдо, – произнёс Ороти, медленно подходя к порталу, – Лишь тридцать! Слышал?

Не став дожидаться ответа, господин Окава вошёл в портал, и остальные человечки поспешили следом за ним. Тем временем, мир вокруг стал оживать. Капли дождя уже почти что в полную скорость летели к земле, а единственный источник света, источаемый портал начинал стремительно тускнеть.

Едва ли не в кромешной темени, Уолдо копался в мокрой траве, пытаясь наощупь отыскать нечто важное и какого же было его счастье, когда он руками нащупал твёрдую рукоять каменного клинка. Не мешкая более ни секунды, парнишка схватил ритуальный кинжал, со всех ног бросившись к порталу, не оставляя летящим каплям ни малейшего шанса достичь земли и сбивая их в воздухе.

Тем временем, портал уже стал совершенно прозрачным, а его силуэты едва различимыми. Казалось, что Уолдо не успеет, но проворный парнишка в последний миг прыгнул в него, выставив вперёд руки, одна из которых крепко сжимала ритуальный кинжал, коим он только что расправился с «очередной» «ва». Уолдо бы успел, если бы только …

– Не сегодня, Уолдо! – донёсся голос Ороти из портала.

Появившись лишь на секунду, фигура коренастого усатого коротышки с горящими жёлтыми огоньками на маске ловким броском опутала тело паренька фиолетовыми путами, что вмиг сковали его тело сетью.

– Удачи и прощай! – буркнул господин Окава, подняв выпавший из рук бездыханного тела Уолдо ритуальный кинжал.

Не прошло и пары секунд, как силуэт коротышки скрылся в дымчатом лоне магического прохода, который в следующий миг с гулким хлопком взорвался, отбросив лежавшее тело парня в сторону. Пролетев над телом «ва», Уолдо с силой впечатался в переднее крыло её машины, после чего, крепко ударился затылком о лобовое стекло, оставив на нём солидных размеров разлом.

В тот же миг Эми почувствовала странное покалывание по всему телу, которое становилось всё сильнее с каждой секундой. Мир вокруг стал мерцать, становясь то ярче, то тусклее. И хоть девушка вернула себе контроль над телом, всё же, едва ли могла сделать хоть что-то, кроме как повиноваться течению света, что затягивало её в свою глубину.

Тем временем, шум дождя становился всё тише, а пространство вокруг стало замедляться. Казалось, что на этом всё, как вдруг, яркая вспышка света ударила в глаза, а уши пронзил резкий высокочастотный звук, отразившийся жуткой болью в голове. Ещё миг и последние остатки сознание девушки иссякли, погрузив её в бесчувственный мир тишины и мрака.

Тем временем, сползая по капоту, Уолдо оставлял за собой широкую кровавую дорожку, которую в следующий миг размыл обрушившийся с прежней силой дождь. Подобно холодному душу, крупные капли дождя принялись будить распластавшегося перед автомобилем юноша, но даже придя в себя, он толком не мог пошевелиться.

Прежняя ловкость и проворство исчезли вместе с порталом, но куда больше юношу удивляло чувство тяжести, которое буквально тянуло его к асфальту. Упираясь о бампер изувеченной машины, парень пытался встать, но его ноги предательски подкашивались каждый раз, как он пытался на них упереться. Боль жутко жгла затылок, усталость растекалась по телу, но Уолдо боролся.

Но сознание покидало тело Уолдо, хоть он и не спешил с ним расставаться. В какой-то момент, юноша попытался закричать, что было сил, но вместо крика из его рта вырвался лишь сиплый, еле различимый хрип. Ещё добрых пять минут чужак из иного мира противился неизбежному, но, вскоре последние силы оставили его и мрак забрал его разум в своё царство безмолвной тишины.

. . .

– Сэр, Вы в порядке?! – донёсся чей-то приятный голос сквозь темноту, – Сэр?! … Шесть Три Девять Икс Один, на въезде …

Голос становился всё чётче, словно растворяя мрак и тишину, наполняя тело парня силой. Шумно вдохнув воздух ртом, парень, поднялся и, открыв глаза, огляделся вокруг. Он всё также сидел возле разбитого серебристого автомобиля, некогда послужившего ему местом приземления. Тело переполняло, неведомое ему до сегодняшнего дня, чувство боли. Яркие отблески красно-синих проблесковых маячков отражались от влажных поверхностей и приносили ещё большую боль глазам парня.

– Сэр, не шевелитесь, помощь скоро прибудет, оставайтесь лежать, – рекомендовала ему сидящая рядом на корточках помощник шерифа, по имени Клэр Харрис, о чём свидетельствовала металлическая табличка на форменной рубашке, – Как Ваше имя, Сэр? Сэр? Вы меня слышите?

Вдали послышались сигналы машин экстренных служб, которые словно соревновались в громкости и перекрикивали друг друга, создавая приближающуюся какофонию звуков. Из патрульной машины донёсся голос диспетчера, и офицер полиции отошла к ней.

Улучив момент, парень ещё раз оглянулся вокруг и, в следующий момент, поднялся на ноги. Нащупав пяткой кожаного сапога колесо автомобиля, парень попытался резко рвануть бегом в сторону, как делал это раньше, но, к его большой досаде, у него ничего не вышло. Сделав пару, относительно быстрых, среднестатистических человеческих шага, он поскользнулся и упал на асфальт, получив ещё больше болезненных ощущений. Стремительный молниеносный бег больше был ему не подвластен, а исчерпанные силы лишь усугубляли ситуацию. Ощутив прикосновение на плече, парень резко обернулся и попытался перебросить подоспевшего офицера Харрис через себя, но в руках сил осталось совсем немного. Едва привстав, парень с силой дёрнулся назад и ударился головой об асфальт.

Явно ожидая подобного развития событий, подготовленный специалист правопорядка упёрлась коленом в бок странного парня и с силой вырвала свою руку из ослабевшей хватки. Машинально отпрыгнув на пару футов, девушка положила руку на пистолет и расстегнула кобуру. Однако распластавшийся без чувств парень на асфальте едва ли был опасен, хоть и вёл себя весьма подозрительно.

Подсвечивая тело фонариком, помощник шерифа рассмотрела его странную, но весьма практичную одежду. Потрепанный коричневый кожаный плащ и ботинки, хорошо защищали странного парня от дождя, чего не сказать о мешковатых, сшитых на старый, лад штанах, которые насквозь промокли и были запачканы кровью. Большая сумка через плечо, привлекала внимание больше всего. Помощник шерифа не успела её досмотреть, а учитывая странное поведение пострадавшего, любая неизвестность вызывала опасения. Внимательно осмотрев лицо, девушка определила несколько отличительных черт, которые в случае чего позволили бы запустить ориентировку на этого человека. Самыми приметными чертами явились шрам на щеке и копна длинных по плечи вьющихся черных волос, которые растрепались и уже не все были стянуты в тугой хвост.

Сирены становились всё громче и вскоре новые машины озарили территорию красно-синими отблесками. Подъехав почти вплотную, два патрульных автомобиля перекрыли путь к машине помощника шерифа. Из автомобилей вышли четверо полицейских, которые быстро подошли уверенным шагом.

Бросив взгляд на патруль, Харрис насторожилась, ведь прибывшие были не из офиса шерифа этого округа. Несмотря на то, что форма жетоны, оружие, всё выглядело как надо, Клэр не знала этих людей. Продолжая держать руку на оружии, девушка направилась к своему автомобилю, чтобы установить связь с офисом шерифа..

Проходя мимо прибывших офицеров, помощник шерифа не успела отреагировать, как двое полицейских схватили её, блокировав руки и разоружив. Харрис почувствовала, как что-то кольнуло её в шею. Ещё пару минут девушка пыталась сопротивляться, но силы быстро оставили её и помощник шерифа уснула, обмякнув в захвате прибывших патрульных.

– Ну, надо же, сам Уолдо Бартли, собственной персоной, какой сюрприз, мать вашу! – с нескрываемым восторгом, словно встретив старого друга, произнёс самый взрослый патрульный, который первым подошёл к распластавшемуся на асфальте парню.

Глава 1. Начало.

Утреннее солнышко лениво потягивалось, осторожно выглядывая из-за горизонта и нехотя занимая положенное ему место среди бегущих по ярко-голубому небосклону пушистых облачков. Чудесное умиротворённое утро – именно таким и должно быть хорошее начало дня.

Проворные лучики восходящего солнца ловко пробирались меж крон могучих деревьев, заботливо согревая крошечную усыпанную удивительными цветами поляну. Игриво сверкая в каплях утренней росы, светлые потоки разбивались на десятки бликов, кружащихся в причудливом танце. Незатейливо перескакивая с одного цветка на другой, озорная ватага солнечных зайчиков самым бессовестным образом нарушала томную атмосферу безмятежного утра.

Величественные дубы, словно гигантские вековые рыцари, бережно скрывали под сенью своих ветвей новоявленную гостью, почтившую их мир своим присутствием. Расположившись в тени раскидистых ветвей, юная девушка мирно покоилась среди благоухающих цветов, буквально заполонивших всю поляну. Казалось, что ничто не может нарушить царившую в этом месте гармонию и уж точно, никто даже и предположить не мог, что уже совсем скоро произойдут перемены … великие перемены … долгожданные перемены … перемены, что навсегда изменят ход истории этого мира.

– ОТПУСТИ !!!

Раздавшийся окрик, словно острым клинком, пронзил гнетущую тишину и окончательно сорвал оковы умиротворённого сна с приютившей её обители. Казалось, весь мир затаился в ожидании сигнала к пробуждению, тому самому сигналу, что только что пронёсся меж величественных деревьев еле слышным эхом.

Собственный голос, который прозвучал откуда-то издалека, заставил пробудиться юную гостью леса. Тщетные попытки подняться или хотя бы разглядеть обстановку вокруг не возымели ни малейшего успеха. Тело предательски отказывалось подчиняться, буквально изнывая от усталости, которой была пронизана, буквально каждая его частичка.

Инстинктивно протерев глаза ладонями, гостья цветочной поляны, наконец, смогла разглядеть еле различимые размытые очертания, позволившие ей заиметь хоть какое-то представление об окружающем её месте. Чуть поодаль явно что-то шевелилось, но понять, что именно всё ещё оставалось задачей непосильной.

Не успели в голове девушки смолкнуть первые ноты утра, как их сменил рокочущий грохот, всецело завоевавший её внимание. Сердце безумно колотилось и, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди, но его хозяйка из последних сил пыталась сохранить остатки самообладания.

Размытые очертания неких существ бурным потоком взмыли вверх, порождая несвойственный их размеру гулкий шум, сливающийся в оглушительную какофонию сотен хлопающих крыльев. Очень быстро шум стих, погрузив цветочную поляну в привычное царство благоговейной, но в то же время пугающей тишины.

Замерев в последней занятой позе, таинственная гостья леса старалась даже не дышать, чтобы ненароком не выдать своё местоположение никому и ничему, что могло обитать в этом месте. Густая бархатная трава ласково обволакивали ладони, которыми девушка упёрлась за спиной в попытках стать. Эти нежные прикосновения самой природы и дали ту самую малейшую толику комфорта, о которой в сложившейся ситуации нельзя было бы и помыслить.

Тревога, намертво сковавшая разум, медленно отступала, а на её место возвращался сбившийся с верного пути рассудок. Воспоминания один за другим стали всплывать в голове, словно рассказывая о делах минувших дней, которые могли хоть немного объяснить происходящее. С каждым новым событием, воскрешающимся в сознании, не так давно растущее беспокойство угасало, забирая с собой прочие тревожные чувства.

Шея слегка зачесалась и Эми инстинктивно ответила на позыв. Всё произошедшее настолько тревожило девушку, что она совсем позабыла об особенностях собственного тела. Казалось бы, что сейчас её ждёт как минимум час сумасшедшего противостояния естественной потребности, но … ничего не произошло. Эми просто почесала шею, и её шрам остался доволен без каких-либо оговорок.

Хоть что-то приятное в этой ситуации.

Тем временем, история жизни Эми Эванс словно ночной экспресс проносилась в её голове. Меняя кадр за кадром подвижный состав осколков памяти мчался с ошеломительной скоростью, не давая даже шанса рассмотреть хоть один мало-мальски знакомый фантомный образ.

По мере приближения к текущему событию поезд воспоминаний постепенно замедлялся, а вместе с тем фантомные образы становились более отчетливыми, отличными от тех, что промчались мимо, следуя без остановок до станции: «забвение».

Казалось, что самое страшное позади и сейчас произойдёт нечто хорошее, но у судьбы были свои планы на этот счёт. Неожиданно в сознании всплыл момент из недавнего прошлого, который яркой вспышкой поработил разум его владелицы. Из недр тёмной бездны воспоминаний в душу девушки смотрели два змеиных чёрных глаза, разделённых пополам хищными кроваво-красными зрачками. Ещё миг и нечто словно сдавило шею Эми, лишив возможности дышать. Жадно хватая воздух ртом, она совсем позабыла о принципах осторожности, которые только что были едва ли не основным условием её безопасности. Судорожно махая руками, девушка сражалась с чем-то, что душило её, но попытки ухватить невидимое и неосязаемое нечто ожидаемо не увенчались успехом.

Собрав остатки сил, Эми изо всех сил попыталась закричать, словно собираясь разбить сдавившие шею оковы силой собственного голоса. Глухой хрип, единственное, что удалось изобразить попавшей в западню пленнице, но буквально пару мгновений и её голос вырвался наружу. Подобно прорвавшей платину могучей реке, голос Эми вновь разнёсся безудержным потоком меж деревьев приютившего её леса. Неосязаемые оковы, сдавившие шею девушки, пропали также неожиданно, как и появились, а вместе с ними в бездне воспоминаний растворились и фантомные образы хищных глаз.

Шумно втягивая воздух ртом, Эми старательно пыталась отдышаться, на ощупь, пытаясь занять наиболее безопасное место. Зрение всё также отказывалось возвращаться, но всё же очертания становились более чёткими, и Эми уже уверенно различала цвета вокруг себя. Пространство вокруг медленно, но верно стало обретать реальность. Все те звуки, что ранее ей казались неразборчивым шумом, теперь становились более мягкими, а местами даже различимыми.

Тем временем волнительная тревога вновь заняла прежнее место на вершине эмоциональной пирамиды чувств. Расплывчатые очертания и пугающие необычные звуки окружающего мира сеяли в сознании девушки зёрна беспокойства, стремительно прорастающие в панический страх. Казалось, ещё буквально чуть-чуть и глухая оборона самообладания будет прорвана, свергнув единоличную диктатуру здравого рассудка.

Восстановив дыхание, Эми на ощупь добралась до ближайшего дерева, после чего упёрлась в него спиной. Мир вокруг всё также представлял для себя причудливые расплывчатые метаморфозы, изредка обретающие хоть какие-то очертания. Пытаясь сохранить остатки самообладания, Эми закрыла глаза и сделала медленный глубокий вдох.

Витающий в воздухе терпкий аромат чудесных цветов буквально погрузил юную гостью в упоительный дурман, заставив отвлечься от тяжёлых тревожных мыслей. С каждым вдохом Эми всё сильнее утопала в чувственных объятиях цветочного благоухания, которое с каждым мигом становилось всё менее выразительным. Спустя несколько прекрасных минут неосязаемого блаженства, ароматы стихли, словно их и не было вовсе. Дурман растворился в воздухе, вернув Эми законное право распоряжаться своим телом и органами чувств.

В следующий миг в дивных голубых, как само небо, глазах Эми отразилась непорочная красота нетронутой природы, которая буквально пестрила всеми существующими красками. Словно очнувшись ото сна, таинственная гостья, наконец, смогла воочию лицезреть великолепие своего пристанища.

Вместе со зрением к девушке вернулся и слух. Ужасный гул оказался ничем иным как шорохом многочисленных крыльев причудливых птиц, которых Эми не доводилось видеть раньше. Вглядевшись в тёмную мглу густых зарослей, девушка увидела стаю затаившихся в высокой траве странных существ, напоминающих очень крупных колибри. Ещё мгновение и стая в едином порыве резко рванула ввысь. Выписывая причудливые пируэты, словно прощаясь со своей временной обителью, крылатая тьма сделала почётный круг, после чего резко взмыла в небо.

Уперевшись руками в дерево, Эми поднялась и к своему удивлению обнаружила, что от сковывавшей её тело усталости не осталось и следа. В этот самый момент всё её тело едва ли не светилось от переполняющей его энергии, а может и правда светилось, только этого было просто незаметно в пробивающихся на поляну лучах утреннего солнца.

Обернувшись по сторонам, Эми убедилась, что ничего угрожающего вокруг нет и всё, что пугало её было не более, чем плодом её собственного воображения. Ну, разве что таинственные глаза, явление которых объяснению не поддавались.

Однако здесь и сейчас, всё внимание девушки было приковано к удивительному приливу сил. Сколько Эми себя помнила, ей ещё никогда не было так легко и свободно передвигаться. Даже старые травмы, что шли с ней рука об руку всю жизнь, наконец, покинули тело.

Казалось, в этот раз уж точно, всё встало на свои места. Энергия, которая переполняла девушку, буквально толкала её на всевозможные безрассудства, и лишь остатки здравого самообладания удерживали её от необдуманных поступков. Но тело было неумолимо и яростно требовало действий.

Так и не сумев подавить возникшие желания, Эми решила пробежаться. Едва мысль проскользнула в её голове, как в следующий миг она уже мчалась прочь с поляны, ловко огибая препятствия перед собой. Уворачиваясь от встречных деревьев и перепрыгивая небольшие кусты, открывшая в себе новые силы девушка, никак не могла объяснить ту лёгкость, с которой ей давались некогда сложные физические приёмы.

Эйфория захлестнула всё естество Эми, требуя большего, внушая ей, что она может всё, едва ли не летать. А едва ли?

Мысли девушки всё больше и больше стали сосредотачиваться именно на этих желаниях, отводя на задний план куда более приоритетные цели. Ускоряясь с каждым шагом, вчерашний кинолог армии, с, мягко говоря, средними физическими данными, сейчас демонстрировала акробатическую подготовку, которая едва ли бы доступна лучшим бойцам специальных подразделений.

Сохраняя темп, Эми очень быстро вырвалась из сени дубовой чащи. Если ветви могучих деревьев хоть как-то сдерживали лучи солнца, то за пределами их владений раскинулись бескрайние зелёные луга, обильно залитые лучами беспощадно палящего солнца. Резкая перемена местности, заставила Эми отвлечься от идей бездумного бегства в неизвестность. Только сейчас рациональная часть разума взяла бразды правления в свои руки и потребовала ответы на вопросы, которые стоило задать в самом начале. Так или иначе, полноправная владелица своего сознания не имела ни малейшего представления, где она находится, как она сюда попала, а самое главное, что ей делать дальше.

Обернувшись вокруг, Эми внимательно осмотрелась. Вскормленная солнечным светом трава единообразно лоснилась в такт дуновения морского бриза, повсеместно разносившего бодрящий аромат моря с близлежащего побережья. Вдали слышался успокаивающей шум ритмично накатывающих волн, который прерывался лишь отголосками квохчущих птиц, вышедших на охоту … или правильнее сказать рыбалку. Прибрежная скалистая гряда плавно перерастала в целые цепи каменистых гор, которые окружали равнину с трёх сторон.

Решив в первую очередь исследовать побережье, Эми бросилась бежать на шум прибоя. Усталость всё также не думала подступать, но сейчас этот факт казался больше полезной особенностью, нежели феноменальным событием. А всё дело в том, что с каждым шагом окружающая действительность казалась юной исследовательнице удивительно знакомой.

В голове и в воспоминаниях Эми в этот самый момент творился самый, что ни на есть, кавардак. Периодически в сознании всплывали события, которых она никогда не совершала, но они ей казались такими знакомыми, словно точно происходили с ней. Увлечённая своими мыслями, девушка не сразу обратила внимание, что остров, который она так опрометчиво бросилась исследовать, был привычным лишь на первый взгляд.

Именно здесь и начинается новая история Эми. Теперь в руках этой юной леди будет сосредоточена не только её собственная жизнь, но и судьба целого мира, который не так уж чужд ей, как может показаться на первый взгляд. Настало время всё вернуть на свои места.

* * *

Эми продолжала бежать по мягкой пружинистой траве, не которой удивительным образом даже не оставалось следов от её шагов. Придавленные тяжёлым ботинком упругие травинки явно не собирались сдаваться. Стремительно выровнявшись, они возвращались к своему коллективному танцу в такт гуляющим по равнине ветрам.

Бежать было не трудно, однако всё же далеко. Там, где обычно в дело вступала усталость, требовавшая немедленного прекращения, сейчас о себе заявляла разве что скука. В какой-то момент Эми уже не видела и не слышала, что происходит вокруг, уйдя в свои мысли. Тело продолжать бежать, стремительно сокращая дистанцию до побережья, в то время, как в голове девушки крутились события последнего вечера.

Дождь, последняя поездка … Эми с трудом пыталась вспомнить, куда она ехала, однако это воспоминание ловко ускользало от неё. Тем временем в голове всплывали другие странные кадры, которые по ощущения явно принадлежали ей, однако объяснить природу этого ощущения было не так-то просто.

Какое-то странное тёмное место, с коробками и клетками вокруг. Что в них, Эми не знает, но чувствует жуткую ауру от каждого из этих предметов. Огромная палатка, вернее сказать шатёр, скрывающий эту обитель ночных кошмаров от любопытных глаз. Что это? Цирк? Зоопарк? Ярмарка? Эми была готова поклясться, что никогда не была ни в одном из этих мест. Но больше всего вызывало интерес не само воспоминания, а те чувства, которые переполняли девушку, в момент, когда они воскресали в её сознании.

Страх. Ни с чем несравнимое чувство беспомощной жертвы, которая никак не может повлиять на исход своей судьбы. Эми предчувствовала, что в следующее мгновение произойдёт что-то ужасное, но что именно она вспомнить не могла, несмотря на все попытки. С каждой секундой Эми утопала всё глубже в бездне своего сознания, которое удивляло новыми до боли знакомыми, но совершенно чужими событиями.

. . .

Неожиданный гулкий грохот прервал сеанс мысленной рефлексии, вероломно вторгнувшись в мир грёз Эми и вернув её в реальный мир. Инстинктивно сгруппировавшись, военный кинолог приняла горизонтальное положение и мгновенно утопла в густой поросли мягкой травы. Нервно оглядываясь по сторонам, Эми пыталась найти источник жуткого гула, который периодически прерывался, сопровождаясь звонким металлическим лязгом.

С каждой минутой звук становился всё громче, хотя казалось уже больше некуда. Нечто огромное, или даже лучше сказать, громадное готовило явить себя миру, сообщая о своём приближении очередным гулким звоном. Определить источник звука было невозможно, он оказался настолько громким, что был буквально повсюду. Если это что-то и приближалось, то оно явно было за пределами острова, и горная гряда беспринципно закрывала обзор, сохраняя пугающую интригу.

Гигантское нечто оказалось настолько могущественным, что даже вольные непокорные ветра, гуляющие по равнине, подчинились ему и принялись сбегать от него прочь направленными потоками. Вместе с направлением ветра сменился и запах. Буквально только что равнину наполнял будоражащий и освежающий аромат морского бриза, но сейчас ветра покорно несли зловонные запахи ржавчины, гнили и болотной тины.

Ветер усиливался и уже больше напоминал ураган, который провокационно толкал Эми в спину, словно готовясь поднять её в воздух и безудержно крутить в предсмертном танце. Обхватив траву и обмотав травинки вокруг ладоней, девушка с удивлением обнаружила, что местная флора обладает удивительной плотностью.

Тем не менее ситуация диктовала условия и требовала от Эми немедленных действий. Оставаться посреди равнины было не лучшим из решений, но идеально ровный луг не имел ни единого изъяна. Единственно возможное укрытие виднелось в горах, именно туда Эми и готовилась бежать, в крайнем случае.

Ветер становился всё сильнее, а вместе с тем уменьшался шанс сохранить устойчивое положение на земле. Бросив короткий взгляд в сторону ближайшей горы, Эми упёрлась в землю и, что есть сил, бросилась бежать в её направлении. Едва девушка поднялась на свои две, как в ту же секунду оглушительный лязг тяжёлого металла раздался совсем рядом и гулкий грохот пронёсся по равнине.

Следующее событие заставило Эми инстинктивно отпрыгнуть и навзничь упасть в траву, едва не став лёгкой добычей для обезумевших ветров. Над той частью горной гряды, в которой Эми увидела спасение, возникла неимоверных размеров гигантская когтистая лапа, напоминающая какой-то гидравлический механизм. Когти обхватили огромную гору, словно это была какая-то игрушка, помещающаяся в ладошке.

Оперевшись когтистой лапой на гору, существу слегка приподнялось над ней, заставив Эми обомлеть от смешанных чувств ужаса и удивления. Перед взором девушки предстал громадный механический исполин, который то и дело пуска в разные стороны направленные снопы дыма. Уперевшись второй когтистой лапой в гору, он явно намеревался перелезть через неё, но его планам не было суждено сбыться. Едва большая часть гиганта показалась над вершиной горной гряды, как пару десятков небольших взрывов прокатилась по корпусу гигантской механической туши. Существо отказалось от своих намерений и, сменив маршрут, отправилось прочь от гор, сопровождая своё передвижение гулким грохотом и лязгом.

Вслед за монстром показались три небольшие круглые фигуры, напоминающие гигантские дирижабли. Именно они, обстреляв механического исполина, прогнали его. С учетом масштаба и расстояния они были весьма большими, но всё же терялись на фоне вышагивающей громадины, что стала стремительно отдаляться, скрывшись за горной грядой. Гул и грохот становились всё тише и тише, пока не стихли вовсе.

Чем дальше механический исполин уходил от острова, тем менее дикими становились ветра. Едва последние отголоски этой неожиданной встречи стихли, равнинные ветра вернулись в своё привычное состояние, ласково касаясь кожи еле заметным дуновением.

. . .

Прокручивая в голове увиденное событие, Эми потеряла дар речи, не заметив, как руки самопроизвольно отпустили спасительные травинки. Несмотря на обуздавший всё её естество страх, Эми испытывала странное желание, которое буквально понуждало её к действию. Нечто, в глубине души, буквально требовало приблизиться к этой механической махине и немедленно разломать её самым безжалостным образом.

Машинально помотав головой, девушка постаралась выбросить эти одержимые мысли, граничащие с абсолютным безумием. В эту самую секунду в голове Эми воскресли многочисленные воспоминания из той части жизни, которую она помнила очень хорошо. Каждый раз, оказываясь на краю пропасти, на крыше здания или перед лицом опасности, девушке постоянно приходили мысли совершить неадекватные безрассудные поступки и, лишь здравый смысл или банальное чувство самосохранения, не позволяли ей совершить непоправимое.

Ветер вновь поменял своё направление, но в этот раз это было обычным явлением непокорного пассата, блуждающего по равнине. Если раньше ветер ласково обдувал лицо девушки, то сейчас он еле ощутимо трепал волосы, задувая в спину. Ничего особенного в этом событие не было, если бы не одно но …

Вместе с новым ветром до Эми донёсся странный дурной запах, который был отличным от того, что источал металлический гигант и уж точно не был похож на аромат морского бриза. Странное приторное зловоние, напоминающее запах давно скисшего молока усиливалось с каждым дуновением ветра. Казалось, словно нечто, источающее этот дурно пахнущий дух, стремительно приближалось.

Эми стояла неподвижно, словно надеясь, что это как-то поможет, если за спиной вновь окажется неизвестное ей до селе опасное существо. Ещё одно дуновение и вместе с усилившимся зловонием, до девушки донёсся жуткий стрекочущий звук.

Эми обернулась.

– Что за … ?! – воскликнула Эми, широко округлив глаза не то от ужаса, не то удивления.

В пяти ярдах от девушки в угрожающей позе замерло нечто, что не поддававшееся её понимаю. Громадное насекомое, размером со средний автобус еле заметно покачивалось на месте, ритмично клацая гигантскими жвалами. Умелый хищник незаметно сокращал расстояние со своей жертвой, с каждым покачиванием смещаясь на полфута. В какой-то момент могло показаться, что в цикличных покачиваниях насекомого было что-то гипнотическое. Вот уже и дурное зловоние, источаемое существом, ощущалось как что-то желаемое, приятное, манящее …

Хитиновый монстр, чем-то смахивающий на гигантского иссиня-чёрного богомола, неумолимо качался в своём гипнотическом танце, слегка вибрируя хитиновым телом. Тем временем Эми продолжала стоять неподвижно, пристально всматриваясь в существо. Удивительным образом страх и тревога медленно отступали, а на их место пришли странные несвойственные желания, граничащие едва ли не с одержимостью. Ещё миг и Эми сделал нерешительный шаг в сторону хитинового монстра … затем ещё один … и ещё.

Медленно приближаясь к существу, Эми испытывала неутолимое желание подойти к нему как можно ближе. Казалось, словно тело само шагает, не требуя на то разрешение разума. Когда между охотником и жертвой оставалось меньше двух футов, хитиновая мантодеа замерла, прекратив свой танец. Издав пронзительный хрип, существо взмахнуло своей двухфутовой серповидной клешней и уже собиралось закончить жизнь своей добычи.

Едва танец мантодеи был завершён, дурман сломивший волю Эми испарился, словно по мановению волшебной палочки. Очнувшись, девушка в последний миг увидела приближающуюся разящую клешню, которая вот-вот должна была разрубить незатейливую добычу надвое.

Волна адреналина бурным потоком хлынула в мозг, усилив и без того феноменальные физические способности возникшие у юной исследовательницы острова. Рефлекторно вскрикнув, Эми, что есть сил, прыгнула под клешню, совершив очень ловкий кувырок. Все движения девушки были невероятно быстрыми и самое главное не требующие ни малейшей капли энергии.

Огромные склизкие жвала мантодеи ритмично щелкали, издавая противный трескучий звук. Насекомое быстро ускорилось и в следующий миг попыталось резко сократить дистанцию со своей жертвой. Совершив почти, что прыжок громадный хитиновый монстр расставил свои серповидные клешни, максимально увеличив площадь своей атаки.

Это был конец.

При всём желании Эми не успела бы вырваться из этого капкана, в какую бы сторону она не бросила бежать. Инстинктивно зажмурившись, девушка сгруппировалась, машинально выставив руки перед собой, словно это могло спасти её от надвигающейся неминуемой участи.

В эту самую секунду время словно замедлилось, вынудив монстра едва ли не замереть в роковом прыжке на месте. Тем временем по телу девушки прокатилась обжигающая жаркая волна, сопровождавшаяся приятным покалыванием. Ещё миг и что-то неимоверно приятное, тёплое закрутилось в районе живота, всё с тем же приятным покалыванием поднялось до груди … и там взорвалось.

Никогда ранее Эми не испытывала подобных ощущений. Словно все самые яркие гормоны решили разом заявить о себе, но даже в таком случае то, что происходило с Эми сейчас, было в разы сильнее. Ни эндорфин, ни адреналин даже рядом не стояли с тем чувством, которое сейчас буквально разрывало энергией изнутри, погрузив в приятную истому. Нечто растекалось по телу девушки мощными пульсирующими волнами, скапливаясь в ладонях и словно ожидая своего часа, чтобы вырваться наружу.

На мгновение время вовсе остановилось, но лишь на мгновение. В следующую секунду из рук Эми вырвались две крупные энергетические сферы. Два полупрозрачных шара, окружённых маленькими сверкающими электрическими разрядами, материализовались, словно из ниоткуда, после чего с невероятной скоростью отправились в цель.

Едва энергетические сферы сорвались с ладоней Эми, время вновь вернулось к прежнему течению. Гигантская громадина с диким рёвом надвигалась, но в следующее мгновение два энергетических шара с силой врезались в неё немного отбросив назад. Насекомое истошно запищало, принявшись чаще щёлкать своими жвалами и отчаянно размахивать серповидными клешнями. Несколько сизых языков пламени окутали панцирь существа, явно причиняя ему дискомфорт.

Решив больше не испытывать судьбу, Эми бросила короткий взгляд в сторону примеченного ещё во время появления механического исполина, укрытие. Пока хитиновое существо было занято борьбой с магическим огнём за собственную жизнь, его добыча со всех ног бросилась к небольшой пещере в горах.

Поставив очередной рекорд по бегу, Эми за считанные минуты сократила расстояние до намеченной цели. Поверженное насекомое даже не думало преследовать свою жертву, и это оказалось крайне правильным решением. Чем дальше Эми удалялась от мантодеи, тем с меньшей силой горел магический огонь. Когда расстояние оказалось слишком большим, на панцире хитинового монстра не осталось и искорки от огня. Издав очередной пронзительный хрип, мантодеа бросилась в погоню, решительно требуя реванша.

– Эванс, ты спишь? Нечего было ехать в дождь, ты спишь, а теперь тебе снится этот кошмар! – бормоча себе под нос, девушка аккуратно спускалась по достаточно крутому уступу.

Небольшая расщелина в горном хребте показалась Эми приемлемым укрытием и именно туда она направлялась. Мысли вновь увели её разум подальше от реальности, только в этот раз всё её естество в унисон отрицало происходящее. Наконец добравшись до заветного укрытия, недавняя добыча хитинового монстра забралась внутрь, еле протиснувшись в небольшую расщелину.

Эми ещё не знала, что когда-то здесь был один из многочисленных просторных входов, и расщелина не что иное, как приоткрытые створки небольших резных ворот из чистейшего горного камня. Увы, но время не щадило никого и ничего. Предав забвению некогда потрясающей красоты сооружение, оно сравняло его с самой обычной, поросшей буйной флорой, пещерой.

Оказавшись в своей новой тёмной обители, Эми уселась в самой его дальней части. Расщелина, что радушно пустила гостью в свои пенаты, также являлась единственным источником света. Крупные пучки солнечных лучей стремительно пробивались внутрь, вступая в битву с окружающей их тьмой, после чего самозабвенно держали оборону занятых позиций.

– Проснись, Эванс!!! – требовала от себя Эми, решив, наконец, озвучить мысли, которые крутились в её голове.

Потирая предплечья, словно проверяя, точно ли это не сон, девушка вновь ушла в свои мысли, пытаясь выстроить логическую цепочку происходящего. Однако сознание решило поиграть с ней в кошки-мышки, даже не стараясь сосредоточиться. Сотни хаотичных вопросов кружили в голове, спутываясь со странными воспоминаниями, которые Эми не могла объяснить при всём своём желании.

Так прошла четверть часа.

Сидя на одном месте в прохладной пещере, Эми стала замерзать, и даже растирание предплечий не спасало её от неминуемого переохлаждения. Оглядевшись вокруг, девушка попыталась найти что-нибудь, из чего можно было бы развести костёр, но кроме крошеного камня внутри её временного обиталища ничего не было.

Взглянув на свои руки, Эми попыталась повторить недавний фокус с энергетическими сферами и пламенем, но, сколько бы она не бросала ладони вперёд, атакуя невидимых монстров, ничего не происходило. Чувствуя себя нелепо, начинающая чародейка совершенно не верила, что у неё что-нибудь получится, а её внутренняя энергия совершенно не собиралась её в этом разубеждать.

Потеряв всякую надежду на успех, Эми аккуратно подошла к пробивающемуся солнечному свету и подставила под его плотные пучки свои руки. Увы, но надежда озябшей девушки развенчались полным провалом, который породил новые вопросы к миру, в который она попала.

Оказалось, что солнце совершенно не приносило тепла, абсолютно никакого ощущения от его лучей, словно их и не было вовсе. Очень яркий поток света, казался ненастоящим, фальшивым, странным … При всём желании объяснить это явление с применением известных ей физических констант у Эми не получилось.

– Где я?! – вновь пробурчала Эми, потеряв всякую надежду на то, что всё происходящее сон, – Что это за место?! Эванс, вспоминай, как ты сюда попала!!!

Тем не менее, разум предательски молчал, отказываясь ей отвечать на поставленные вопросы. Продолжая свою игру лиц, сознание с каждым мгновением усиливало ощущение непрекращающегося эффекта дежавю. Каждая травинка, каждая нота свиста гуляющего морского бриза, всё это казалось ей таким знакомым, словно она уже переживала это ранее. Однако стоило ей попытаться вспомнить особенности этих моментов, как разум растворялся в бескрайней и даже немного пугающей мгле её собственного сознания.

Необходимость согреться начинала постепенно подниматься всё выше и выше в списке приоритетов, занимая едва ли не главенствующее роль. Не имея никаких альтернатив, Эми решила воспользоваться старым, как мир способом – бег. На её счастье, этот странный мир ознаменовался не только механическими исполинами и гигантскими хищными насекомыми, но также и удивительными физическими способностями для неё.

Аккуратно приподнявшись, Эми осторожно осмотрелась и прислушалась. Кроме свистящего воя, гуляющего по равнине ветра, не было слышно ничего. Взобравшись на выступ, продрогшая девушка вновь протиснулась через расщелину и выбралась наружу.

Яркий солнечный свет на некоторое время ослепил привыкшую к мрачной пещере недавнюю чародейку, но очень быстро подружился с ней, вернув возможность видеть.

На усеянной бархатной травой равнине, как и прежде, царила безмятежность. Идеально ровные травинки, всё также колыхались в унисон, подчиняясь велению фривольного ветра. Мир вокруг был таким совершенным, таким идеальным, едва ли не режущим глаз своей безупречностью. Однако, несмотря на весь этот вычурный фарс, всё же он казался не более чем фикцией, наполненный искусственной мишурой.

Осторожно оглядываясь по сторонам, Эми аккуратно взбиралась на выступ, за которым и раскинулись бескрайние подозрительно великолепные луга. Убедившись в отсутствии опасности, юная исследовательница принялась осматриваться по сторонам, изучая горный массив с его многочисленными пещерами.

На своё удивление, Эми даже смогла увидеть некоторую закономерность в расположении пещерных ходов. Пять равноудалённых входов, одного размера и вида непрозрачно намекали, что кто-то приложил к этому руку, причём весьма одарённую руку.

Только сейчас, рассмотрев вход своей недавней обители, гостья пещеры увидела, что вокруг расщелины некто искусно изобразил резные гравировки, которые обрамляли вход. Оглядевшись по сторонам, Эми слегка прищурилась и действительно, если не обращать внимания на обвалы и густую поросль, все пещеры выглядели как система ходов и тоннелей, которой не пользовались уже, наверное, добрую сотню лет.

Решив пробежаться вдоль входов, исследовательница заглядывала в каждый из них. В тот момент она сама не могла ответить для чего. Искала ли она место для отдыха или просто утоляла праздный интерес, сложно сказать, но как говорится; у самурая нет цели, только путь.

Осмотрев все ближайшие пещеры, Эми выделила только одну из них. На первый взгляд это был обычный вход, ничем не отличающийся от других, но лишь только из него дул ветер, а значит, скорее всего, имел сквозной проход.

Оглядевшись по сторонам, юная исследовательница окинула взглядом всю гряду цепных гор, которые, казалось, представляли единую систему. Разум девушки тут же дорисовал схему, как внутри этих гор когда-то кипела жизнь, было множество лесенок и тоннелей, по которым бегало множество лоррго …

– Лоррго?! – удивлённо для себя воскликнула Эми, в то время как очередная яркая вспышка дежавю пронзила её сознание.

В голове девушки возникли странные образы, которые никак не получалось разглядеть, будто наблюдала она за ними через расстроенный объектив с напрочь сбитой фокусировкой. Хоть Эми и не могла объяснить этих воспоминаний, но одно она знала точно, что в этих горах когда-то жили эти самые лоррго.

Ветер вновь подул в сторону девушки, захватив с собой уже знакомый ей запах просроченного молока. Не заставил себя ждать и звук рокота жвал хитинового монстра, который всё-таки решился на реванш. Гигантская хитиновая мантодеа медленно приближалась, вновь приметив свою жертву, но удача была отнюдь не на её стороне. Ещё миг и в проходе сквозной пещеры мелькнул силуэт Эми, которая ловко проскользнула внутрь, оставив хитинового охотника без добычи.

. . .

Несмотря на скромный вид снаружи, внутри юную исследовательницу поджидала внушительных размеров пещера. Нет не пещера, а целый зал, размером с вестибюль Нью-Йоркской подземки. В отличие от ворот, зал сохранился в более лучшем состоянии, но время не пожалело и его.

Над головой посетительницы, угрожающе сверкая, свисали полупрозрачные сталактиты из доселе неизвестной ей горной породы. Каменный пол также был усеян минеральными копьями. Десятки таких же полупрозрачных сталагмитов вздымались из небольших ям, словно стремясь встретиться со своими свисающими с потолка собратьями. И надо отметить, что некоторым посчастливилось это сделать.

Эми неспешно прогуливалась по просторному залу, искренне поражаясь его красоте. В отличие от предыдущих пещер, в этой было тепло и уютно. Семейство горных минералов обладало удивительным свойством и каждую секунду в едином порыве наполняло зал тусклым бирюзовым светом. Пульсирующее свечение тёплых минералов становилось то ярче, то тусклее не давая холодному мраку захватить влияние в их зале.

Большинство дверей вокруг были завалены каменными обрушениями. Гигантские горные глыбы намертво заблокировали проходы, а вместе с тем, сгустив завесу тайны над местами, в которые они могли привести. Единственно возможный путь, преграждала огромная каменная дверь, больше напоминающая врата в тронный зал какого-то очень уважаемого монарха. Створки гигантской каменной двери, на счастье путницы, оказались приоткрыты, позволив ей продолжить своё исследование тайных проходов горной гряды.

Пройдя внутрь, Эми оказалась в зале поменьше, через который проходил удивительной красоты коридор. Аккурат вокруг небольшого прохода, минеральные родственники, наконец, встретились друг с другом, навеки сцепившись друг с другом в крепких объятиях. Колонны пульсирующего тусклым светом горного сталагната и как раз и образовали тот самый коридор, через который сейчас Эми пересекала новый зал.

Проход в следующую часть горной архитектуры также отделяла большая каменная дверь. Удача благоволила юной путнице и её створки также оказались открытыми.

Третий зал был совершенно не похож на предыдущие два. Очень тёмный и холодный он являлся едва ли не полной им противоположностью. Каменный пол зала был усыпан смесью пепла и вековой пыли равномерно распределившейся по всей поверхности. Можно было смело утверждать, что в этом зале уже давно не было ни единой живы и Эми первая, кто оставила здесь след.

Несмотря на то, что зал был мрачным и угрюмым, всё же немного света пробивалось через небольшой проход в его дальней части, из которого тянулся ветерок свободы. Солнечные лучи, игриво подсвечивающие хаотично кружащие пылинки, отражались от гигантских желтоватых шестерёнок, что торчали прямо из каменного пола по краям зала. Более маленькие шестерёнки были связаны с более крупными небольшими металлическими направляющими, собираясь в единый механизм, который остановился много лет назад.

Ничего интересного в этом зале больше не было, и Эми решила не тратить время зря. Мысленно построив маршрут до прохода, откуда пробивался солнечный свет, девушка уже собиралась совершить короткую перебежку, как вдруг её внимание привлекло небольшое сооружение в самом центре зала.

Прямо посреди помещения из каменного пола произрастал невысокий пьедестал, на вид футов пять в высоту. На каменном постаменте, идеально ровно стояла искусно вырезанная клетка из горного камня. Ни солнечный свет, ни его отражение от металлического корпуса шестерёнок не достигали пьедестала, обрекая его на вечное одиночество и забвение.

В обычной ситуации, Эми даже не обратила бы внимание на это, стоящее в тени, сооружение. Желая как можно скорее покинуть мрачный зал, путница уже собиралась вновь вернуться к бегу, как вдруг внутри клетки кто-то шевельнулся. На мгновение опешив, Эми внимательно всмотрелась во мглу, из которой проглядывался пьедестал. Обстановка вокруг вновь восстановила своё безмятежное кредо, наполненное гробовой тишиной.

Встав на перепутье, девушка бросила короткий взгляд на проход, который, казалось, призывал её бросить всё и скорее бежать к свободе, но … что-то в глубине души требовало немедленно проверить. Хоть этот и мир не производил впечатления безопасного и пригодного для жизни места, но всё же …

Эми не хотела оставлять кого-то, кто, возможно, попал в беду, став пленником ситуации или ещё чего хуже. Глубоко вздохнув, совестливая героиня сменила маршрут и вскоре скрылась в толще непроглядной мглы, уверенно приближаясь к пьедесталу.

Осторожно приблизившись, Эми остановилась и попыталась рассмотреть клетку внимательнее. Старательно вглядываясь между каменных прутьев, она пыталась понять, есть ли кто внутри, и если есть, то кто. Спустя несколько безуспешных попыток что-то разглядеть в темноте, девушка собралась с духом и сделала ещё несколько шагов к своей цели.

Едва до пьедестала осталось шагов двадцать, как по телу Эми горячими потоками разлилось уже знакомое ей чувство, сопровождаемое приятным ласковым покалыванием. В ту же секунду мгла отступила, не сумев противиться возникшему сизому свечению, которое возникло вокруг девушки.

Замерев на месте, Эми инстинктивно посмотрела на свои руки. В раскрытых от удивления голубых глазах юной чародейки отражались блики мерцающих вокруг её ладоней энергетических вспышек, тёмно-сизая дымка окутывала кисти рук, извиваясь вокруг и выписывая удивительные метаморфозы. Эми начала медленно водить руками перед собой, рассекая безмолвное пространство и с любопытством рассматривая, как в воздухе постепенно растворяется дымный след от её рук. Удивительное зрелище завораживало Эми, на мгновение она даже забыла о клетке и о пленнике, которого необходимо вызволить из плена, … но это не точно.

Вдоволь насмотревшись на магические метаморфозы, Эми вернулась к своей спасательной операции. Использую свои руки как источники света, юная чародейка продолжила приближаться к пьедесталу. В какой-то момент, девушка обратила внимание, что с каждым шагом, свечение её рук становилось всё ярче и ярче. Вскоре сияние, которое источала Эми, заполонило добрую четверть зала, позволив, наконец, разглядеть, кто же был обречён прожить остатки своих дней в этой одинокой и холодной клетке.

На удивление Эми внутри никого не было, казалось, что клетка наполнена какой-то сизой дымкой, которая по какой-то причине не может просочиться сквозь прутья. Через мгновение сквозь каменные прутья на юную чародейку взглянули два желтоватых глаза-огонька, вокруг которых в тут же материализовалось нечто похожее на маленького пушистого зверька. Пушистый малыш вовсе не казался чем-то опасным, по сравнению с тем ужасным насекомым, с которым девушке «посчастливилось» повстречаться ранее.

Эми сделала ещё несколько шагов, подойдя к пушистому узнику почти что вплотную. Едва расстояние между зверьком и девушкой сократилось до фута, как в её ладонях возникли две магические сферы, свечение от которых было в разы ярче, чем от дымки. Разгоняя окружающий мрак, магическое сияние окончательно заполнило зал мягким сизым светом.

Слегка пригнувшись, Эми внимательно рассмотрела узника. В холодной каменной клетке сидел маленький пушистый комочек, на голове которого была небрежно натянута странная маска, напоминавшая самодельные очки. Два полупрозрачных жёлтых камешка были скреплены между собой небольшой кожаной застёжкой и располагались прямо на уровне глаз зверька. Вопреки кричащей заброшенности интерьера зала, зверек выглядел очень ухоженным, словно ещё вчера он нежился на мягкой перине какого-нибудь богатого дома.

Пушистый малыш смахивал на маленькую сизую рысь с забавными ушками-кисточками и роскошным лисьим хвостиком. Размером зверёк был чуть больше белки, и загадочная маска на его фоне выглядела просто гигантской.

Встав на лапки, пушистик впервые поднялся, после чего засопел маленьким носиком, старательно принюхиваясь и пытаясь опознать гостью. В какой-то момент он замер, словно почуял что-то знакомое, а уже через секунду поднялся на задние лапки и уперся передними в каменные прутья.

Рассмотрев зверька, Эми увидела на его лапках множество ранок, а местами даже опаленную шёрстку. В груди девушки что-то больно кольнула, а душу переполнила палитра из самых разных эмоций, от жалости, до ненависти к тому, кто мог так издеваться над этим малышом.

Едва Эми подошла к малышу ещё ближе, как вокруг него образовалась еле уловимая сизая дымка, заботливо окутавшая его пушистое тельце. С каждым мгновением, с которым зверёк принюхивался, дымка становилась всё плотнее и вскоре была уже хорошо различима. Малыш шумно втягивал воздух носиком, как можно ближе прижимаясь им между прутьев, словно пытаясь почувствовать как можно больше.

Эми приподняла руку, чтобы слегка коснуться малыша, но в этот самый момент звонкий рокот разорвал повисшую в зале тишину. Спустя миг, рокот повторился, но прозвучал гораздо громче предыдущего. Приближалось нечто большое.

Не желая оставлять зверька наедине с тем, кто пытался прорваться в зал, Эми вновь обернулась к клетке и попыталась найти способ открыть её. Каменная конструкция оказалась цельной и не имела ни дверок, ни крышки. На мгновение Эми задалась вопросом о том, как зверёк в принципе мог попасть внутрь.

Гулкий рокот усиливался и уже сопровождался ритмичным грохотом, словно нечто пробивало себе путь в горной преграде. Ситуация накалялась с каждой секундой и требовала немедленных действий.

Бросив теоретические попытки найти решение, Эми взялась за практическое исполнение. Схватив крышку, девушка принялась, что есть сил, тянуть её вверх, но та и не думала поддаваться.

Грохот за дверью сменился звонким лязганьем, вероятно, нечто всё-таки пробралось во второй зал и уже пробивалось через коридор минерального сталагната, что дарил этому месту свет и тепло. Обернувшись на звук, Эми увидела мерцающую тень, что росла из прохода за дверью.

Оставив крышку клетки в покое, Эми взялась за каменные прутья, стараясь их разорвать или сломать, но те намертво засели в конструкции и не давали даже намёка на то, что их можно вырвать. Зверёк внутри своей темницы неистово кружился по кругу, активно перебирая лапками. Он очень хотел помочь своей спасительнице, но не имел ни малейшего представления как это сделать.

Эми обернулась. Используя руки, как естественный источник света, девушка пыталась найти хоть что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве рычага, дабы сорвать прутья. К сожалению, как и в предыдущих залах, в этом не было ничего, кроме крошеного камня.

Непрошеные гости приближались. В следующий миг огромная серповидная клешня пролезла сквозь приоткрытые створки каменной двери и принялась планомерно её раскачивать в попытке открыть.

Эми обернулась к двери, её сердце бешено колотилось, а разум настойчиво советовал бежать прочь к выходу, пока есть возможность. Однако сердце благородного воина было неподкупно и требовало только достойных деяний. Бросив короткий взгляд на дверь, Эми постаралась повторить недавний фокус с магическим огнём и с силой бросила окруженную дымкой руку в её направлении.

Трудно сказать, какие в тот момент чувства преобладали в душе юной чародейки: верила ли она в свои магические способности или просто искренне надеялась на их существование. Тем не менее, внутренняя энергия Эми в этот раз ответила взаимностью её желаниям, и в ту же секунду несколько искр сорвалось с кончиков её пальцев. Энергетический импульс с силой врезался в каменные створки двери, заставив их немного закрыться, плотно зажав между собой клешню монстра.

Хитиновый монстр издал пронзительный хрип и принялся, что есть сил, пытаться выдернуть свою конечность из каменного силка. Всё же силы в нём было не занимать, своими действиями он едва ли не вырывал двери с корнем. Куски камня то и дело крошились и с глухим треском падали вниз, но створки крепко держали клешню насекомого.

Решив закрепить успех, Эми по очереди направляла энергетические импульсы в дверь, всё сильнее сдавливая клешню её створками. Старания юной чародейки несколько деформировали створки каменной преграды, но всё же позволявшей ей исполнить новое предназначение в виде капкана для непрошеного гостя.

Выиграв несколько минут относительной безопасности, девушка вновь принялась разрабатывать план освобождения пушистого пленника. Тем временем сам узник не терял времени даром. Пытаясь стащить с себя свои странные самодельные очки, он упирался в них лапками, но те не поддавались. Каждый раз, когда малыш касался коготками очков, по его лапкам пробегали электрические разряды, сопровождавшиеся яркими вспышками. Малыш тут же отдёргивал лапки, но спустя миг вновь брался за задуманное.

Увидев происходящее, Эми поняла, откуда у малыша эти ранки на его лапках. Решив, что в первую очередь ему необходимо помочь снять эти очки, девушка кардинально сменила концепцию спасения. Просунув руку между каменными прутьями, спасительница протянула руку к мордочке зверька и в следующий миг ловким движением ухватила пальцами за маску.

Казалось бы, что тут сложного, главное, чтобы малыш не выскользнул и позволил снять маску, но …

Едва маска на долю дюйма оторвались от мордочки зверька, как руку девушки пронзила жуткая боль, словно несколько раскалённых ножей разом впились ей в кисть. Боль была нестерпимой, пульсирующей, увеличивающейся с каждой секундой. Казалось, что в этот самый момент вся жизненная энергия уходит из тела Эми, которая уже и забыла, что такое усталость.

Стиснув зубы, юная чародейка собрала волю и попыталась с силой сорвать маску со зверька, но та лишь оттянулась ещё на полдюйма. В этот миг знакомое приятное чувство в животе мгновенно разлилось горячими волнами по телу, одна из которых поднялась до груди, а после с силой ударила в руку, немного уменьшив боль.

Помощь внутренней энергии оказалась как нельзя кстати, и Эми воспользовалась этим моментом. Собрав все силы в своей руки, она, что есть мочи, потянула маску на себя. Ещё полдюйма и за оттянутым кожаным ремешком выглянули два сверкающих тёмно-синих глаза. Ещё миг и ремешок лопнул, выронив два жёлтых полупрозрачных камешка.

Боль тут же отступила, позволив девушке с облегчением выдохнуть и расслабить челюсть. В следующий миг взгляды пленника и освободителя встретились. Воочию увидев Эми, зверёк тут же вскочил на все свои четыре лапки, словно увидел лучшего друга. Стараясь сдержать радость, он переминался с лапки на лапку, словно готовился к чему-то.

Всё ещё продолжая сжимать кожаную застёжку, Эми смотрела в глубокие тёмно-синие глаза зверька. Очередное ощущение дежавю заполонило её разум, только в этот раз, сопровождаясь колким, болезненным чувством жуткой тоски, которое буквально разрывало её душу на части.

Руки девушки стали слабеть и застёжка выпала из расслабившихся пальцев. Ещё миг и ноги девушки подкосились в бессильном порыве, а тело рухнуло навзничь, потеряв единственную опору. Последним, что запомнила Эми, стали тёмно-синие глазки пушистого зверька, который метался по клетке с неподдельным беспокойством. Пространство вокруг Эми стало стремительно смыкаться, погружая её в царство кромешного мрака. Какое-то время два тёмно-синих огонька, всё ещё пробивались сквозь пелену беспросветной мглы, окутавшей девушку, но вскоре погасли и они.

. . .

Если долго смотреть в темноту, начинаешь видеть какие-то различия даже в этой бескрайно мрачной материи. Темнота пугала, злила, уничтожала изнутри. Она, словно живая и разумная субстанция, старательно выжигала в душе всё хорошее, что ещё могло там оставаться.

Темно …

Одиноко …

Страшно …

Катарсис …

Агония ….

Окружённая густой мрачной мглой, Эми пропускала через себя всю ту боль, всю пустоту, которую испытывал тот, чья душа раскрыла перед ней свои объятия. По какой-то неизвестной ей самой причине, девушка чувствовала, что все эти эмоции принадлежат тому самому малышу, который провожал её взглядом в это странное страшное место.

Неожиданно пространство вокруг приобрело динамику, словно само время решило ускориться. Плавно растекающаяся густая дымка мрака, стала стремительно кружить вокруг девушки, перестав завораживать своей грациозной пластичностью. Откуда издалека стали доноситься странные звуки и знакомые отголоски прошлых событий. Помнил ли их сам зверёк или же это был очередной приступ дежавю, Эми сказать не могла, настолько похожими были ощущения.

Время всё также неумолимо бежало … назад. Именно так ощущала пространство Эми. Казалось, что пространство перемещается в прошлое, словно кассета на перемотке. Разобрать голоса и звуки было практические невозможно из-за скорости смены событий, однако одно было понятно абсолютно точно: зверёк провёл очень много времени, погружённый в это мрачное тёмное одиночество.

Яркий свет резко пронзил пространство, едва не ослепив девушку. В следующий миг, хаотичные звуки дополнились соотносимыми кадрами из его жизни, которые мчались прочь, словно старый синематограф.

Ещё миг …

Всё движение остановилось.

Перед путешественницей во времени предстал удивительной красоты кадр, который в ту же секунду буквально поглотил её, ввергнув в потрясающий мир, который лишал дара речи.

Эми стояла на краю поросшего тропической флорой утёса. Вокруг летали поразительные птицы, напоминающие огромных павлинов, с огненно-красным оперением. Неподалёку с гулким шумом из скалистой лощины низвергался величественный водопад. Всё вокруг цвело и стрекотало, каждое мгновение наполнялось гармоничным союзом терпких ароматов и мелодичных трелей.

Стоя на краю того же утёса, маленький пушистый малыш, впервые посмотрел вниз. Резкий страх пронзил зверька и Эми испытала его вместе с ним. Резко попятившись назад, зверёк спрятался под пушистый бок, кого-то большого, но тёплого, доброго, хорошего и безопасного.

Пространство вокруг стало искажаться, словно окутавшись знойным маревом. Кадры вновь стали ускоряться, прокручивая событие за событием, пока не остановились на новом выбранном сюжете.

В этот раз Эми со зверьком оказались в каком-то большом зале, наполненном светом и приятными запахами. Всё такое огромное, такое страшное. Внимание Эми тут же было обращено на знакомое лицо маленькой девочки, которая гладила зверька. Воспоминание о девочке закончилось, не успев начаться, но образ юной особы крепко запечатлелся в сознании Эми.

Тем не менее, кадры вновь сменились, и юная путешественница продолжила свой путь сквозь наследие истории жизни своего нового пушистого дружка. Ещё мгновение назад Эми испытывала безудержный восторг, переживая нежные добрые эмоции зверька, сейчас же давящее чувство всепоглощающего страха заполонило все уголки её сознания.

Необыкновенной красоты чувственная гармония прошлого сюжета сменилась чем-то странным и вселяющим ужас в сердца зверька и его верной спутницы. Огромное небесное тело, ни то комета, ни то метеор, словно притягивалось ких родной планете, сминая воздушные поля и стремясь к злополучной встрече. Небо было окутано кровавым заревом, а нечто громадное стремительно приближалось из его недр, стремительно увеличиваясь в размерах.

Стоя на заднем дворике произраставшей из скалистого утёса крепости, маленькая девочка с тоской смотрела вдаль. Эми в очередной раз пыталась вспомнить, где она могла видеть этого ребёнка, который является ей уже не в первом эпизоде воспоминаний зверька.

Лицо малышки искажала досадная гримаса, а с уголков голубых как само небо глаз стекали крохотные капельки горестных слёз. На своё удивление в этот момент, Эми чувствовала не только эмоции владельца воспоминаний, что в этот момент переминался на плече девочки. По странному стечению обстоятельств, Эми готова была поклясться, что эмоции малышки также беспощадно терзали её душу. Разливаясь из самых потаённых недр сознания, потоки щемящей сердце боли, раскатывались по её телу словно яд. Эми чувствовала, что потеряла кого-то близкого, очень близкого, дорогого её сердцу, но никак не могла вспомнить кого.

В лучах огненного свечения, исходившего от вторгающегося космического тела, на шее девочки поблескивал крохотный кулон. Пушистый зверёк, сидевший на плече малышки, нервно теребил лапками цепочку, заставляя украшение слегка подёргиваться, отбрасывая причудливые блики на поверхности, окружавшей дворик балюстрады.

Тем временем из ворот произраставшего из скалы замка пешим строем двигался отряд безликих рыцарей, облачённых в одинаковые золотистые доспехи. Лязг поблескивавших в свете багровых лучей доспехов, сливался в единый унисон, являющийся неким предзнаменованием грядущей битвы. Строй безупречных рыцарей уверенно двигался в направлении приближающегося небесного тела и с каждым шагом, с которым они приближались к цели, сердце девочки сжималось в безжалостных тисках.

Чуть поодаль показался силуэт крупной сизой рыси, верхом на которой сидел самый высокий рыцарь. На белоснежном нагруднике рыцаря была выгравирована голова рыси анфас, точь-в-точь, как та, на которой он сидел верхом. Лицо рыцаря практически полностью скрывалось под золотистым шлемом, усыпанным разноцветными полупрозрачными камнями

Парящий в воздухе верховой тандем тут же привлёк внимание стоявшей на балконе внутреннего дворика парочки. Пушистый зверёк непроизвольно вцепился коготками в плечо девочки, но та не проронила ни единого звука.

Высокий рыцарь и его верная рысь некоторое время парили в одной точке. Смеряя трепетным взглядом самых близких их сердцу существ, они явно прощались.Спустя миг, яркая вспышка озарила пространство вокруг, и боевая пара умчалась прочь, оставив за собой лишь световой шлейф, который плавно рассеивался с каждой секундой.

Утерев слёзы рукавом, девочка постаралась вернуть маску непоколебимости на своём лице. Обхватив кулончик рукой, она закрыла глаза, словно загадывая самое сокровенное желание …которому было не суждено сбыться. Сквозь закрытые веки малышки проступили новые слёзы, а в душу накатила новая волна неприятных чувств.

Щемящее жалостливое чувство пронзило сердце Эми, которая словно знала, что будет дальше, словно боялась за малышку, желая уберечь её от всего плохого, что должно произойти. Гостья воспоминаний не смогла сдержать эмоций. В следующий миг она бросилась к маленькой девочке в надежде попытаться обнять, защитить, помочь, спасти, но … Едва Эми сделал шаг, как пространство вокруг задрожало и кадр текущего воспоминания мгновенно сомкнулся в пространстве, оставив девушку наедине с беспросветной темнотой.

Не успела Эми опомниться, как сквозь неё вновь стали проноситься эпизоды воспоминаний, кружащихся в хаотичном калейдоскопе событий. Кадры кружили вкруг, периодически взрываясь, словно мыльные пузыри, оставляя за собой плавно рассеивающуюся дымку. Кадры так быстро пролетали, что можно было уловить лишь общую цветовую гамму и палитру испытанных зверьком эмоций от тех событий, но не более того. Вскоре частота смены кадров снизилась, предзнаменовывая очередной рассказ истории из жизни пушистого малыша.

Новый сюжет перенёс Эми в холодные коридоры из тёмно-серого кирпича. Пушистый зверёк бежал по каменному полу какого мрачного подвала. Ловко огибая пролёт за пролётом, малыш точно знал, куда он бежит. Ещё мгновение и он пулей ворвался внутрь небольшого помещения сквозь приоткрытые створки массивной деревянной двери.

Несколько человек стояли вокруг наспех собранного ритуального алтаря, на котором расположилась уже знакомая девочка. Малышка лежала неподвижно, и было очевидно, что её разум находился очень далеко от тела. Если бы Эми только знала, насколько она оказалась права в тот момент.

Несколько человек, что-то монотонно бубнили себе под нос, согласованно разводя руками и периодически сверяясь с небольшими книжками, лежащими перед ними. Облачённые в фиолетовые балахоны с вышитым изображением паука на спинах, незнакомцы не вселяли доверия.

Ощетинившись, зверёк изо всех сил издал протяжный рык, после чего упёрся лапками в пол, словно охотник, готовящийся к рывку. По шерсти малыша прокатилось несколько разрядов электрического тока, озаривших голубоватыми вспышками наполненное мраком помещение. В этот момент пушистый малыш выглядел весьма опасным зверем, собрав на себе внимание всех присутствующих. ВСЕХ присутствующих.

За спиной зверька возник кто-то с очень знакомым голосом. В какой-то миг, малыш испытал нотку облегчения, которую он с радостью пустил в свою душу. Находясь в этом страшном тёмном помещении, где незнакомцы делали что-то противоестественное с его лучшим другом, зверёк был рад любой помощи. Но была ли это помощь во благо …

– Рэтти? Рэтти?! Рэтти … парси-бамси … Капулиций так рад тебя видеть!!!– говоря о себе в третьем лице, подхалимским тоном выпалил некто из-за спины зверька, – Где же ты пропадал? Капулиций искал тебя!!!

Едва последние слова сорвались с губ возникшего из-за спины владельца знакомого голоса, зверёк обернулся, смерив того удивлённым взглядом. Перед ним стоял очень высокий мужчина, облачённый в сотканный из разноцветных лоскутов костюм придворного шута. Густые волосы тёмно-рыжего оттенка, полностью скрывали его уши, а зелёные, как два изумруда, глаза прятались под сенью непокорных прядей, свисающих со лба.

Несмотря на свой потешный вид, нельзя было сказать, что он являлся представителем бедного сословия, к которому принадлежали все шуты. Искусно пошитое облачение выглядело дорого и даже изящно, а материал многочисленных лоскутов мог позволить себе только очень зажиточный дворянин.

Шут пританцовывая, подошёл к зверьку, неуклюже размахивая руками. Несмотря на броскую нелепость в поведении, шут всё же выглядел аристократично, хотя и явно пытался это замаскировать. Шут представился Капулицием, говорил о себе в третьем лице и упорно изображал едва ли не городского сумасшедшего, но зверёк чувствовал толщи фальши в его поведении. Этот шут никогда не нравился ему, но королевская чета держала его при дворе столько лет, а значит он почти что … семья.

Пушистый малыш вновь повернулся к столпившимся у алтаря незнакомцам. Несмотря на то, что их лица были скрыты капюшонами балахонов, зверёк точно был уверен, что все они смотрят на вошедшего шута. Будучи уверенным, что Капулиций поможет ему, пушистая рысь приготовился к самоотверженному прыжку, пустив по шерсти ещё парочку угрожающе щёлкающих электрических разрядов.

Перестав танцевать, шут молниеносно приблизился к зверьку и присел рядом. Его действия оказались настолько быстрыми, что рысёнок даже вздрогнул от неожиданности, но не спускал взгляда с незнакомцев. Рука шута грубо скользнула по пушистой шёрстке малыша, но тут же одёрнулась, получив небольшой удар током.

Странные действия Капулиция насторожили зверька. Не понимая, почему шут не бросился в бой, рысёнок отчаянно гнал из разума злые подозрения, закравшиеся в его голову. Тяжёлое чувство обиды разрывало маленькое сердечко зверька, который с каждой секундой промедления понимал, что шут не бросится в бой.

Гулкий щелчок, разнёсшийся по помещению, стал последней каплей терпения сизой рыси. В следующий миг он отпрыгнул в сторону, дабы выйти из окружения врагов и видеть их всех перед собой, но было уже поздно.

Ловким движением, Капулиций схватил зверька за шкирку и грубо притянул к себе. В ту же секунду сизая рысь разразилась электрическим разрядом, пустив всю свою энергию по телу, но зелёная дымка, возникшая вокруг кисти шута, не позволила нанести ему вред.

Зверёк нервно брыкался в попытках вырваться, но всего его попытки оказались бессмысленными, Капулиций крепко держал рысёнка, не оставляя ему не малейшего шанса. На мгновение замерев, чтобы передохнуть, на глаза малыша попалась странная маска, состоящая из двух полупрозрачных жёлтых камня, скреплённых кожаной застёжкой. Палитра из смешавшихся воедино зелёной и сизой дымок отражалась от полированных граней драгоценных камней.

Ещё миг и Капулиций ловким движением натянул маску на мордочку зверька, плотно скрепив застёжку. В ту же секунду пространство мгновенно померкло, но сюжет не сменился. Эми прекрасно слышала и чувствовала всё как раньше, только не могла видеть, как не мог видеть и рысёнок.

– Рэтти, дупси-пуси-бам, за что ты бьёшь бедного Капулиция? Что Капулиций тебе сделал? – возник голос шута из кромешной тёмной бездны и тут же погас в ней же.

Издав протяжный рык, сизый малыш продолжил вырываться, стараясь произвести как можно больше шума, словно надеясь, что сможет пробудить лежащую на алтаре девочку. Эми чувствовала все эмоции зверька, слышала его мысли, переживала с ним каждую секунду его душевной агонии, бушующей в бессильной ненависти. Несмотря на истошный вопль, своего сердца, о необходимости помочь, разум девушки требовал стоять на месте, опасаясь, что, нить воспоминаний вновь оборвётся.

Несмотря на то, что вокруг и так царила беспросветная мгла, Эми закрыла глаза и стала внимательно прислушиваться к происходящему. В следующую секунду, из самой потаённой части сознания в разуме девушки возникли кадры, которые плавно проглядывали через кромешную темноту.

В сознании Эми проявился образ Капулиция, который состроив грустную гримасу, крепко держал отчаянно брыкающегося рысёнка. Всматриваясь в пушистого малыша, Эми не сразу заметила, что два, горящих дымчатым пламенем, изумрудных глаза пристально впились в неё. Встретившись взглядами с Капулицием, Эми на мгновение уловила нотку испуга в его глазах.

– За работу, грязные бездельники!!! – бросив взгляд в сторону, завопил шут, без единой подхалимской нотки в голосе, – Быстрее!!! Осталось не больше тридцати капель!!! Госпожа линчует вас, безалаберные обормоты!!!

Незнакомцы в балахонах вернулись к работе, склонившись над девочкой, они продолжили бубнить невнятные речи, которые удивительным образом заставляли пространство вокруг смыкаться, возвращая Эми в кромешную темноту. Девушка чувствовала, как руки и ноги слабеют, словно вовсе растворяются в пространстве. В последнем волевом рывке, девочка повернула голову, позволив Эми в последний раз взглянуть на барахтающегося в плотном захвате зверька.

«ЛА-А-А …»

Прозвучал в пространстве нежный голос малышки, который тут же смолк, а вместе с ним сомкнулись и её голубые как само небо глаза. Пространство вновь померкло, а вместе с тем в кромешной мгле скрылись и последние образы нависших над ней незнакомцев в балахонах.

Однако власть мрака продлилась недолго. Яркая ослепительная вспышка, сопровождаемая ощутимым ветреным импульсом, на мгновение возникла из ниоткуда, а после промчалась сквозь девушку. Едва слепящий свет рассеялся, Эми вновь могла видеть.

В мрачном помещении царил хаос. Шкафы были опрокинуты, письменные принадлежности и прочая утварь разбросана на каменном полу, даже незнакомцы в балахонах лежали без чувств у стен, словно что-то с силой отбросило их.

Зверёк лежал в дальней части помещения, перед ним небрежно валялись слетевшие с его мордочки очки. Маленькое тельце изнывало от ломоты, вероятно, его также как и незнакомцев что-то с силой отбросил в стену.

Собрав последние силы, малыш поднялся на лапки и быстро осмотрелся. Капулиция нигде не было видно, а на алтаре сидел знакомый силуэт … очень знакомый и родной. Сердечко рысёнка бешено заколотилось в ожидании чего-то хорошего, чего-то … Не помня себя, сизый рысёнок стремглав бросился к окутанному мраком силуэту.

Маленькая девочка, его лучший друг сидела на краю самодельного алтаря. Закрыв глазки, она беззаботно махала ножками и что-то мычала себе под нос. Забыв обо всём, пушистый малыш, что есть сил, прыгнул навстречу девочке, но уже в полёте понял, что совершил роковую ошибку.

От силуэта, сидевшего на алтаре, хоть и веяло знакомым терпким ароматом цветов, но душа больше не источала доброты и нежного тепла, которое он всегда чувствовал от своего друга. Едва лапки малыша коснулись коленей девочки, тот тут же спрыгнул на пол, замерев в изумлённом исступлении. Старательно принюхиваясь, он безуспешно пытался опознать человека в паре футов от себя.

Смерив девочку взглядом, зверёк на мгновение засомневался в своих опасениях, а может он просто не хотел в них верить, но следующее событие окончательно подвело черту …

Некто, принявшее образ его лучше друга ехидно ухмыльнулось и, наконец, распахнуло веки. На лице девочки больше не было добрых голубых глаз, их место заняли черные злые глаза, с кроваво-красными змеиными зрачками, разделявшими их пополам.

Сделав нерешительный шажок назад, зверек заставил самодовольную ухмылку на лице девочки смениться на недовольную гримасу. Встав в боевую позу охотника, рысёнок ощетинился, вновь пустив по шёрстке несколько электрических разрядов.

Девочка спрыгнула с алтаря. На её лице вновь расползлась злая ехидная улыбка. Самозванка уверенно бросила руку вперёд, словно пытаясь повторить трюк, что в своё время провернула Эми, сражаясь с хитиновым монстром, но попытка не увенчалась успехом.

Ехидная гримаса мгновенно стёрлась с лица девочки. Удивлённо уставившись на свои ладони, она словно пыталась понять причину, по которой ей не удалось совершить задуманное. В отличие от Эми, особа с чёрными глазами, явно знала, каким должен быть результат, но, несмотря на искреннее желание, не могла его получить.

Вглядываясь в знакомые черты лица своего друга, зверёк не решался напасть, продолжая пятиться назад, отступая от приближавшейся самозванки. В какой-то момент, он больше не мог сдерживаться. Затаившись в прыжке, он собрал все свои силы. Многочисленные разряды электрического тока с гулким угрожающим треском прокатывались по шёрстке малыша. Ещё миг и рысёнок ринулся в бой в роковом прыжке, материализовавшись в яркий светлый луч, однако …

Густой зелёный туман окутал его, и в следующий миг вспышка стала стремительно угасать. Когда туман рассеялся, а свет окончательно угас, сквозь непроглядную пелену мрака проявился силуэт высокого мужчины в костюме шута. Капулиций крепко держал зверька за шкирку, а вокруг его кисти, как и в прошлый раз, кружила дымка зелёного тумана. Сейчас копну тёмных рыжих волос скрывал шутовской колпак, чьи бубенчики нелепо болтались в воздухе и никак не сочетались с образом могущественного колдуна.

Выпрямившись в полный рост, шут пристально смотрел на зверька, словно прощаясь с ним, но это оказалось ложным ощущением. Капулиций просто улучал удобный момент.

Стоявшая неподалёку особа с чёрными глазами одобрительно похлопала шуту, впервые оторвав взгляд от своих рук. Энергия даже и не думала пробуждаться, а вместе с ней отказалась просыпаться и магическая сила.

Выждав небольшую паузу, шут ловким движением нацепил кожаную маску, после чего мрак снова окутал пространство вокруг Эми. В довершении события, голос шута гулким эхом пронёсся сквозь мрак. Что-то невнятное, непонятное … после чего смолкли все звуки и все чувства.

Пространство задрожало, и кадр растворился в бездне, оставив Эми наедине с темнотой, той самой в которой она оказалась в самом начале пути по воспоминаниям зверька. Пытаясь увидеть, услышать или почувствовать хоть что-нибудь, девушка закрыла глаза, пытаясь заглянуть как можно глубже в самые потаённые уголки своего сознания, но все попытки оказались тщетными. Лишь темнота приветствовала каждое её начинания.

Тем временем силы покинули зверька. Спустя миг малыш упал без чувств, а вместе с этим закончилось и воспоминание.

. . .

В тот же миг Эми вновь оказалась в полуразрушенном зале, куда пытался пробраться гигантский хитиновый монстр. Всунув вторую серповидную клешню, мантодеа вновь принялась раскачивать створки ворот. Пытался ли хищник пробраться внутрь или всё же просто хотел освободиться и отступить, Эми узнать не успела.

Едва девушка обернулась к воротам, дабы отправить парочку энергетических сфер в противника, как за дверью донёсся глухой громкий грохот, сопровождавшимся, холодящим душу, треском. Свободная клешня монстра стремительно скрылась в соседнем зале, в то время как другая, так и осталась зажатой меж створок дверей. Ещё пару мгновений конечность насекомого продолжала звонко клацать пространство, словно пытаясь за что-то ухватиться, но вскоре смолкла.

Молча глядя на большую каменную дверь, где-то в глубине души Эми желала, чтобы монстр ворвался внутрь. Гневно сжимая кулаки в бессильной злобе, взбешённая чародейка искала на ком выместить весь тот гнев, что накопился в ней во время путешествия по сознанию зверька. Однако попытки попасть внутрь прекратились, да и в целом возникли сомнения в том, что существо всё ещё живо. Клешня безвольно свисала меж створок каменных ворот, сомкнувшись раз и навсегда.

Пушистый малыш, не отрываясь, смотрел на свою освободительницу, старательно принюхиваясь и периодически мотая головой, словно не доверяя ни своему зрению, ни чутью. Краем глаза он нервно поглядывал на лежащую рядом с ним кожаную маску, которая столько времени держала его в злой тёмной, полной страха и отчаяния, западне.

Решив, во что бы то ни стало, выбраться из каменной клетки, зверёк предпринял попытки просочиться сквозь прутья, материализовавшись в дымку, но прутья невидимым магическим барьером сдерживали его. Вернувшись в своё осязаемое состояние, пушистый малыш пустил несколько электрических разрядов по своей шёрстке. Знакомый щёлкающий звук глухим эхом пронёсся по пустому залу. Яркая вспышка на миг озарила пространство, но тут же погасла. Попытки зверька выбраться потерпели неудачу, а последняя из них окончательно лишила его остатков энергии. Рухнув без сил, рысёнок укутался в свой собственный пушистый хвост, длины которого хватало, чтобы полностью обвить себя им.

Старания зверька привлекли внимание Эми, но также она не упускала из виду дверь, через которую в любой момент мог ворваться монстр, который мог только претворяться мёртвым. Тем не менее, воспользовавшись временной передышкой девушка, вновь вернулась к загадочной клетке, обладающей феноменальной прочностью. Увлечённая исследованием пьедестала, девушка не сразу обратила внимание, что теперь светящейся дымкой окружены не только её кисти. Всё тело юной чародейки обвивалось причудливой дымкой, которая описывала причудливые пируэты, огибая её изящные черты её фигуры.

Уже привыкшая к своим странным трансформациям девушка, с интересом изучала каменный пьедестал, даже не обратив внимания на новые особенности своего тела. Не желая тратить время в пустую, Эми продолжила попытки вызволить малыша из клетки. Тем временем свечение оказалось весьма кстати и в спасательной операции появились первые успехи.

Обойдя конструкцию, Эми нашла в задней части пьедестала прямоугольное отверстие, которое явно было сделано намерено. Заглянув внутрь, девушка обнаружила небольшой кулончик на цепочке, тот самый, который висел на шее у девочки. Аккуратно вынув кулон Эми, внимательно рассмотрела его. От полированных граней камня отражалось свечение, которое источала дымчатая аура юной чародейки. Продолжив исследовать пьедестал, Эми принялась искать, как применить находку, периодически прикладывая её к каменным прутьям, то к крышке.

Убрав кончик хвостика от мордочки, зверёк посмотрел на Эми, которая выглядела крайне нелепо, наугад применяя найденный кулон. Увидев в руках девушки знакомое украшение, малыш оживился, вновь поднявшись на лапки, он в очередной раз приготовился выплеснуть энергию.

Не успела Эми понять, что происходит, как зверёк пустил разряд по своей шерсти и, в следующую секунду мощная ударная волна разворотила клетку в пыль. Полупрозрачные камни вылетели из корпуса обрамляющей их кожаной застёжки и с силой ударились о каменную стену зала, разлетевшись вдребезги.

Вырвавшись на свободу, пушистый малыш с бешеной скоростью облетел весь зал, оставляя за собой дымчатые следы, которые постепенно растворялись в воздухе. Рысёнок продолжал летать под потолком, безмерно радуясь долгожданной свободе. То и дело, перевоплощаясь в дымку, а после материализовываясь обратно в пушистую сизую рысь, освобождённый зверёк, словно проверял себя, не забыл ли он часом за время заточения свои умения.

Несколько синих разрядов тока голубым свечением осветили зал, вырвавшись из густой сизой дымки, в которую в этот момент перевоплотился зверёк. Разряды электрического тока с силой врезались в каменные стены, нещадно круша их. В следующий миг, с десяток огненных языков пламени вырвались, откуда ни возьмись, и прожгли несколько деревянных перекрытий на потолке. Воодушевлённый малыш неистовствовал, наконец, почувствовав долгожданный вкус свободы.

Пыль витала в воздухе плотными клубами, а с потолка то и дело падали куски крошеного камня. Прикрывая глаза Эми ожидала, когда возродившаяся вакханалия найдёт свой конец и вскоре её желание воплотилось в жизнь. Сделав ещё пару кругов вдоль стен, зверёк, наконец, успокоился. Перестав буйствовать, пушистый малыш принял свой истинный образ, после чего приземлился в паре футов от своей освободительницы.

Маленький рысёнок горделиво вышагивал, медленно приближаясь к девушке. Сизая дымка вокруг него величественно переливалась в разнообразных метаморфозах бликуя от полированных граней камня, что сжимала в руке Эми. Вздыбив шерсть и пустив пару щёлкающих разрядов, малыш старательно всматривался в лицо своей спасительницы, которая всё ещё прикрывала глаза, спасаясь от песка и пыли.

Отряхнувшись, девушка, наконец, посмотрела на зверька, который подошёл уже почти что вплотную к ней. Едва он смог рассмотреть её чистые добрые голубые, как само небо, глаза, его уши-кисточки тут же опустились. Издав пронзительный писк, он подобно маленькому щеночку, бросился на девушку. Зверёк старательно обнюхивал девушку, тёрся мягкими ушками об её лицо и шею, карабкался по её телу вверх и вниз, словно боялся, что ему не хватит времени вдоволь насладиться её вниманием. Всем своим видом освобождённый узник демонстрировал радость от встречи с Эми, словно, словно не видел её добрую сотню лет.

. . .

Возникшее духовное единение двух душ было вынуждено прерваться. Оглушительный грохот гулким эхом распространился по пустому залу, отражаясь от голых каменных стен. Кто-то огромный колотил в каменную дверь с такой силой, что потолок зала крошился от вибраций и маленькими кусочками шумно падал вниз. Без того натерпевшаяся дверь не выдержала такого напора и вскоре стала поддаваться.

Решив не испытывать судьбу, Эми прижала к себе своего нового друга и, что есть сил, бросилась к выходу, двигаясь навстречу к источнику солнечного света, пробивающегося сквозь клубы пыли в этом царстве мрака. Чем ближе Эми оказывалась к выходу, тем радостнее становилось у неё на сердце.

Ещё пару шагов, девушка почувствовала ласковое прикосновение бодрящего ветерка, который словно пытался помочь найти друзьям путь к свободе. Позади оставался наполненный пылью и мраком душный зал, который не шёл ни в какое сравнение с ароматами морского бриза, являющегося в тот момент самым что ни на есть символом свободы.

За спиной всё ещё доносились, гулкие разрушительные удары, с каждым разом, становящиеся всё громче. Когда до выхода оставалось не более пары футов, раздался удар в несколько раз сильнее предыдущих и сотни маленьких камешков от выбитой двери разлетелись в разные стороны. Последняя преграда пала в самоотверженной битве с огромным монстром.

Бросив короткий взгляд в то место, где когда-то была дверь, Эми смогла разглядеть, как нечто, похожее на огромную змею, стало медленно вползать в зал. Не имея ни времени, ни желания рассматривать таинственное существо, девушка решительно стала взбираться на выступ, который вёл к свободе. Преграда оказалась гораздо выше, чем ожидала Эми. Грузно бухнувшись на пол, девушка быстро поднялась. На своё счастье, боль была для неё явлением чуждым, а значит, и уделять её внимания не стоило.

Проход находился в семи футах над девушкой, а рядом не было ни единого уступа, чтобы как следует за него зацепиться. Бросив короткий взгляд в сторону вползающего в зал существа, который постепенно заполнял собой всё пространство, Эми старательно придумывала план действий.

Обстановка вокруг подозрительно утихла, именно эта тишина и привлекла внимание девушки, заставив оторваться от планирования. Чуть поодаль Эми услышала еле различимый непрерывный шорох, который с каждым мгновением становился чуть громче. Инстинктивно обернувшись на приближающийся звук, девушка на долю секунду оцепенела от ужаса. Огромных размеров красное змееподобное существо полностью заполнило далеко не самый маленький зал и сейчас стремительно приближалось к ней.

Диаметр тела существа был в разы больше прохода, вместо которого в стене теперь виднелась гигантская пробоина. Зелёные глаза змеи горели изумрудным пламенем, а стекавшие вдоль пасти ручейки фиолетовой склизкой жидкости, намекали на судьбу первого визитера с клешнями, который больше никогда не увидит свет. Подняв поистине гигантскую продолговатую голову практически к потолку, незваный гость начал медленно исследовать помещение, ритмично высовывая змеиный язык.

Взяв себя в руки, Эми постаралась мыслить рационально. Вероятно, змея ещё не заметила её, а значит оставался пусть небольшой, но всё-таки шанс на спасение. Рухнув на каменный пол, Эми спряталась за груду камней, но светящаяся дымка, предательски выдавала её местоположение. Несмотря на то, что юная чародейка немного научилась контролировать свою внутреннюю энергию, всё же имеющихся сил не хватило бы, чтобы повергнуть такого противника. Эми даже не догадывалась, какая сила была сосредоточена в ней и в том камне на цепочке, что она сжимала в своих руках.

Стараясь не издавать лишних звуков, девушка осмотрела выступ и мысленно рассчитала порядок действий, чтобы взобраться наверх за одну попытку. Волнение и недостаток кислорода в душном закоулке зала отнюдь не помогали ей сосредоточиться, напротив усиливали и без того нервозное состояние.

Тем временем пушистый малыш, переводя взгляд со змеи на девушку и назад, пытался разгадать план своего нового, а может и не очень нового, друга. Впившись коготками в её плечо, зверёк словно боялся потерять её … снова.

Ползучая гостья, всё ещё занималась исследованием зала и не замечала маленького человечка за грудой камней. На какой-то момент Эми показалось, что змея вовсе неспособна видеть. Это предположение несказанно порадовало девушку, подарив ей надежду, которая в следующий миг разбилась вдребезги о суровые реалии жизни.

Очередное бодрящее дуновение ветерка нежно коснулось лица девушки, подарив долгожданную прохладу. Это явление оказалось бы идеальным подарком судьбы, но в её планы радовать Эми не входило. Поток воздуха пронёсся мимо девушки и устремив вглубь зала терпкие запахи морского бриза … и двух друзей, спрятавшихся за горой крошеного камня.

Змея осталась довольна этим подношением воздушной стихии. Оживившись, она расправила похожий на зонт с костяными спицами капюшон, а после стремглав бросилась на источник запаха, снося все преграды на своё пути. От вибраций, которые провоцировала змея и без того потрепанный временем зал стал рушиться. Однако самым страшным следствием этих событий стало то, что единственный выход наружу, был как никогда близок к тому, чтобы скрыться в недрах завалов.

Оказавшись в патовой ситуации, Эми оставила все попытки соблюдать осторожность. Вскочив на ноги, она бросилась бежать в сторону выступа, прижимая к себе пушистого зверька, который испуганно смотрел на девушку, готовый следовать любому её плану.

К большому удивлению девушки от былой лёгкости, что была на равнине, не осталось и следа. С каждым шагом давление на ноги усиливалось и, казалось, словно к ним привязали пятидесятифунтовую гантель. Вскоре та же участь постигла и руки, а после тяжесть разлилась по всему телу. Добравшись до уступа Эми чувствовала, как тащит на себе фунтов пятьсот, с которыми она не способна была прыгнуть даже в этом мире. Нечто с силой тянуло её вниз, заставив упасть и распластаться на каменном полу.

Через силу перевернувшись на спину, Эми увидела, как глаза змеи горели ярким пламенем и пристально смотрели прямо на неё. Если танец мантодеи слегка увлекал сознание своим гипнотическим влиянием, то змея самым авторитарным способом буквально ломала волю и требовала беспрекословного подчинения себе.

Эми с нескрываемым ужасом смотрела на выпрямившуюся в полный рост гигантскую змею, от которой исходило тускловатое свечение, залившее темные залы бордовым светом. С, холодящим в жилах кровь, шорохом, змея опустила свою голову, сравнявшись взглядом со своей жертвой. Два изумрудных глаза горели зеленоватым пламенем, и, казалось, пронзали своим тусклым светом самые потаённые уголки души своей добычи.

Между костяными спицами расправленного капюшона стали потрескивать красные искорки и в следующее мгновение Эми ощутила странное покалывание во всём теле, которое разительно отличалось от тех приятных ощущений во время энергетических всплесков. Ещё миг и ноги девушки стали подкашиваться, а силы покидать её тело.

Однако странным было вовсе не то, что таинственным образом энергия решила покинуть девушку, поражало совершенно другое. Всеми фибрами души Эми чувствовала радость … да что уж радость – эйфория, переполняла каждую частичку тела девушки, требуя не двигаться. На лице девушки расплылась на удивление искренняя улыбка, словно её мечтой всей жизни было стать обедом сто сорока футовой змеи.

С уверенностью поднявшись на ноги, Эми добровольно подняла руки к монстру, радостно принимая свою судьбу. Искорки с большей частотой стали щёлкать, сверкая вдоль костяных спиц пластинчатого капюшона змеи. Вскоре щёлканье слилось в единую трескучую трель, а вместе с тем безудержная волна искреннего счастья ворвалась в сознание девушки. Что было немудрено, ведь вот-вот сейчас исполнится мечта всей её жизни.

Змея медленно чванливо раскрыла свою пасть, обнажив два гигантских клыка, которые воочию демонстрировали значение выражения: «добыча на зубок». Счастливая и мечтающая быть поглощённой змеёй Эми, была чуть ли не вполовину меньше клыка, на полированной поверхности которого в следующую секунду блеснула вспышка яркого сизого света.

Оставался буквально шаг до момента, когда змея смогла бы поглотить невежественную незнакомку, посетившую древние залы, но освобождённый узник был не готов мириться с желанием пресмыкающегося гиганта.

Выскочив из-за пазухи Эми, малыш мгновенно материализовался в сизую дымку, после чего, яркий светлый луч молниеносно врезался в раскрытую челюсть змеи. Получив неожиданно сильный удар, ползучий монстр сгруппировался, принявшись сворачивать своё тело в плотные кольца, ещё больше заполняя центр зала.

Отскочив от плотного чешуйчатого покрова гиганта, пушистый зверёк неконтролируемым рикошетом вылетел в единственный выход наружу. Не стерпев подобной дерзости, змея одномоментно рванула следом, но плотный массив каменной стены не пустил преследовательницу наружу. Огромная морда гигантской змеи с силой врезалась в уступ, окончательно разрушив проход и погрузив зал в кромешную тьму.

Сменив приоритет своих интересов, гигантский манипулятор выпустил из своих гипнотических сетей свою добычу, дав ей шанс отыграться.

Эми чувствовала, как её тело вновь наполнялось энергией, а одержимые мысли вытеснялись доводами рассудка, в унисон кричащими о необходимости поступить обратным способом. Приятное покалывание вновь растеклось по телу, и Эми тут же поднялась на ноги.

Где-то в глубине души девушки возникла стойкая уверенность в том, что эта змея не такой уж и грозный противник, напротив весьма и весьма лёгкая добыча … для неё. В следующий миг в груди юной чародейки зародилось щемящее приятной истомой чувство … которое тут же разлилось по всему телу. Яркая вспышка голубого света взмыла ослепительными потоками, разлетевшимися по всему залу, наполненному тусклым багровым свечением источаемым змеёй.

Тем временем ползучий кукловод решил повторить недавно удавшийся приём. Гигантская морда змеи поравнялась взглядами с девушкой и леденящий страх наполнил разум … разум змеи. Глазам Эми горели голубым пламенем, а всё её тело буквально разрывалось от вырывающейся наружу энергии. Сама чародейка не догадывалась, какая могущественная сила сейчас сосредоточена в её руках, но догадывалась змея. В последний миг, существо собиралось убраться прочь от странной визитёрши своей усыпальницы, но было слишком поздно. Взгляды обоих существ пересеклись друг с другом, вступив в схватку принципиально новым способом. Пространство сомкнулось и очередной калейдоскоп событий пригласил девушку стать вынужденной гостьей своего мира.

. . .

Кадры с воспоминаниями змеи сменялись один за другим, двигаясь гораздо быстрее, чем те, что были в разуме пушистого зверька. Эми чувствовала, что змея совершенно не желает показывать кому-либо историю своей жизни и всячески старается помешать этому начинанию.

Помимо факта нежелания своего присутствия, гостья воспоминаний отметила, что их хозяйка, почти что слепая. В мелькающих кадрах не было ни единой чёткой картинки, лишь фантомные образы, словно пропущенные через кроваво-красную призму.

Скорость смены кадров продолжала увеличиваться пропорционально нежеланию змеи их демонстрировать. Вскоре скорость стала настолько большой, что слилась в единый кроваво-красный световой забор, в котором уже ничего нельзя было разобрать.

В следующее мгновение один из кадров словно выпал из общего числа. Дымчатый алый шар, напоминающий гигантский мыльный пузырь умиротворённо парил над девушкой, завораживая своей легкостью и безмятежностью.

В душе Эми вновь мелькнуло несколько ноток радости, но только искренней, которую породило её собственное сознание. Алая туманная дымка пузыря демонстрировала что-то приятное, доброе, нечто … наполненной нежностью и искренней заботой. Девушка чувствовала эти эмоции так же, как когда-то чувствовала их в воспоминаниях пушистого зверька.

Однако идиллическому равновесию не суждено было сохраниться. В следующий миг шар воспоминаний лопнул, так же, как это сделал бы самый обычный мыльный пузырь, расплескав несколько капель энергетических брызг в разные стороны. Переливающаяся жидкость попала на кожу девушки, на мгновение, очаровав своей удивительной субстанцией.

В следующий миг ощущение безмятежности и умиротворения сменилось всепоглощающей ненавистью, которая очень быстро заместила собой все потаённые уголки души гостьи воспоминаний. Бесконтрольная обуревающая злоба рвалась наружу и Эми не имела ни малейшего шанса сдержать её.

Очередной мощный энергетический всплеск, пронзил мглу, наполнив её тёмно-бордовым светом. Кадры, что с бешеной скоростью носились по кругу, замерли в пугающей статике. Ещё миг и пространство вокруг, уже привычным образом сомкнулось, погрузив Эми в воспоминание, явившееся первопричиной навалившейся ненависти.

Глядя глазами змеи, девушка увидела куда более крупного каменного гиганта. Огромный исполин, был сопоставим размерами с тем жутким механическим монстром, с которым девушке довелось познакомиться ранее. Каменный гигант стоял по колено в море, в водную гладь, которой падали крупные капли какой-то фиолетовой жидкости. Попадая в воду капли, стремительно растворялись, пропадая из виду.

Чувство жуткого страха накатило на Эми, которое спустя мгновение вновь сменилось на чувство разрушительной злобы. Змея посмотрела на гиганта и время вокруг замерло. Каменный исполин замер в последнем, холодящем в жилах кровь, действии. Подняв руки над головой, гигантский монстр держал в руках части разорванной надвое огромной красной змеи, из кусков которой в безмолвной паузе застыли те самые капли фиолетовой крови.

Пространство вокруг померкло, и в следующий миг Эми почувствовала нестерпимую жгучую боль в руке. Едва туманная дымка рассеялась, девушка инстинктивно посмотрела на руку где причудливая переливающая жидкость, буквально выжигала кожу на её руке.

Закрыв глаза, девушка попыталась выйти из воспоминаний змеи, но пространство предательски не подчинялось ей. Открывая глаза, Эми всё ещё видела застывшие в безмолвной статике кадры воспоминаний змеи, а руку всё также пронзала жгучая боль.

Оглянувшись по сторонам, чародейка остановила свой взгляд на одном из кадров воспоминаний, которое ей показалось весьма мирным. Собрав волю, девушка попыталась проникнуть в это воспоминание, дабы хоть ненадолго спастись от боли, но попытка не увенчалась успехом.

В следующее мгновение мир вокруг снова закрутился, но кадры перестали пролетать привычным строем, в этот раз они стали рушиться подобно костям домино. Падая и лопаясь, кадры разрывались на меленькие энергетические капли, разлетающиеся в разные стороны.

Машинально увернувшись от первых брызг, девушка с удивлением поняла, что в этот раз капли пролетали мимо неё. Мир вокруг вновь стал мерцать и, буквально, через секунду, Эми вернулась в каменный заброшенный зал.

. . .

В паре футах от девушки неподвижно замерла голова гигантской змеи, изумрудные огоньки которой едва тлели. Свечение глаз было еле заметным, а капюшон повис, подчиняясь силе притяжения.

Выход наружу, который Эми приметила ранее, оказался безвозвратно завален обрушившимися осколками каменных стен. Инстинктивно подняв руки, юная чародейка огляделась. Вокруг кистей девушки всё также выписывала причудливые пируэты магическая дымка, которая являлась едва ли не единственным источником света пыльного зала.

Бросив грустный взгляд в сторону завалов, где некогда был проход, Эми удручённо вздохнула.

– Надеюсь, хоть ты спасся … – с искренней надеждой в голосе прошептала Эми, периодически поглядывая на замершую змею.

Разочаровано вздохнув, девушка направилась вдоль змеиного тела к тому, что осталось от каменной двери. Поднявшаяся на сорок футов вверх змея, в длину была ещё больше и только сейчас Эми смогла оценить, насколько огромным был её недавний противник.

Выйдя в следующий зал, девушка увидела как вдоль вымазанных фиолетовой кровью стен, открылся новый, проход, откуда, по всей видимости, и появилась змея. Огромный тоннель, по которому некогда перемещалось гигантское тело змеи, был наполнен зловещим мраком, но иного пути просто не было.

Собравшись с мыслями, Эми тяжело вздохнула, после чего уверенным шагом направилась навстречу неизвестности. Спустя пару мгновений густая мгла жадно поглотила тело девушки.

Глава 2. Осколки воспоминаний.

Тоннель, по которому уже более часа шла Эми, казался бесконечным. Чувство голода не мешало лишь только потому, что уступало безудержному желанию … ПИТЬ!!!

Теряя силы с каждым шагом, путница самозабвенно боролась с искушающим желанием вернуться назад. В какой-то момент, в голове проскользнула мысль, что сдаться ползучему хищнику не самая плохая идея. Во всяком случае, так, всё закончилось бы быстро и даже, с растянутой в эйфории улыбкой на лице. Однако ситуация диктовала свои условия и девушка продолжила свой бесцельный путь, сквозь окружившую её кромешную мглу.

Спустя ещё четверть часа Эми окончательно обессилела. Сухость во рту мешала совершить нормальный вдох, а обветрившиеся губы с каждым движением отзывались пронзительной болью. Потеряв всякие силы, девушка остановилась. Картина всё также оставалась неизменной: бескрайний тоннель с гладкими, почти что зализанными, стенами, а впереди мрачная пустота.

Оперевшись о стену, Эми попыталась заглянуть внутрь себя, словно пытаясь отыскать остатки энергии, завалявшейся где-то в недрах своего тела. Однако именно это оказалось её роковой ошибкой. Веки, словно створки капкана стремительно сомкнулись.

Измождённое тело путницы медленно сползло вниз, аккуратно приземлившись на каменный пол. В следующий миг, сила, куда более властная, чем гипноз местных монстров, овладела телом девушки, и сон коварно утащил её разум в своё безмятежное царство.

. . .

Терпкий запах цветущих лип ударил в нос знакомым ароматом. Ещё не открывая глаз, Эми поняла, где находится и облегчённо выдохнула.

– Это был всего лишь сон … – беззвучно прошептала девушка, еле заметно шевеля губами.

Солнечный свет пробивался через полупрозрачные шторы, ретиво выпрашивая, чтобы Эми, наконец, открыла глаза, но та явно не собиралась с этим спешить. Словно наслаждаясь каждым мгновением ласкового прикосновения мягкого сатина, девушка продолжала валяться на кровати, не предпринимая ни единой попытки к пробуждению.

Эми томно вытянула руки в разные стороны, готовясь проснуться. Тёплый ветерок нежно коснулся её ладоней, которые стремительно рухнули вниз, но …

В следующий миг глаза Эми резко раскрылись, ведь руки девушки рухнули хоть на мягкую, но всё же траву …

– Эми?! – вдруг возник знакомый мужской голос из-за спины.

Вздрогнув от неожиданности, девушка тут же обернулась, уперевшись ладонью всё в ту же мягкую траву.

– Ты в порядке?! – вновь прозвучал тот же мужской голос, но теперь Эми видела, что он принадлежит молодому парню, что сидел на корточках в паре футах от неё.

Впервые за сегодняшнее утро, девушка впервые пожалела, что сейчас не находится в том холодном и пустом тоннеле, воспоминания о котором бесконтрольно кружились в её памяти.

– Я … – неуверенно пробубнила девушка, пытаясь собрать мысли в единый поток, но те предательски отказывались подчиняться, – Я в порядке!!!

Эми сидела на аккуратно подстриженном газоне своего участка. Ещё мгновение назад, она упиралась спиной в ствол старого клёна, что рос на этом участке задолго до того, как она его купила. Раскидистые ветви массивного дерева отбрасывали тень на небольшой одноэтажный дом, перед входом в который столпилась небольшая группа мужчин и женщин средних лет.

– Ты чего тут, одинокая такая сидишь? – с напускным интересом выпалил молодой парень, подсаживаясь поближе, – Я собрал гостей со всего квартала, мы ждём, когда ты появишься, а ты тут сидишь. Не поря-я-ядок!

Всем своим видом парень изображал едва ли не самоотверженную заботу, от которой, правда, веяло жгучим холодом безразличия. Да в мотивах хитиновой мантодеи было больше искренности, чем в этом парне.

Эми ехидно ухмыльнулась, после чего заняла своё привычное место под деревом. Посмотрев в сторону отдыхающих на её участке соседей, девушка сделала вывод, что собравшимся был нужен повод, но не она. Повод у них был, а смысла нарушать сформировавшуюся идиллию не было.

– Это же всё-таки твой день! – вдруг выпалил парень, словно теряя терпение.

Несмотря на всю его учтивость и назойливую любезность, Эми чувствовала, как внутри него всё кипит. Казалось, если бы не осуждение окружающих, он в сей бы миг бросился на неё и силком отволок бы к гостям.

– Кайл, всё хорошо! – произнесла Эми, понимая, что ситуация уже начинает обостряться, – Иди к гостям, я подойду чуть позже!

Парень удовлетворённо улыбнулся, после чего поднялся на ноги. Бросив короткий взгляд на шумную толпу, что уже начала жарить барбекю, Кайл нарочито громко произнёс:

– Мы ждём тебя, Эми!!!!

Волна одобрительного гула пронеслась меж собравшихся, а кто-то даже начал участливо аплодировать. Всё внимание в одночасье стало приковано к ней и Кайлу, который явно наслаждался им.

Позади группы гостей, вдоль карниза одноэтажного каркасного домика, коих было бесчисленное множество в этом квартале, свисал аккуратно натянутый баннер. Яркие жёлтые буквы на синем полотне гласили:

«Добро пожаловать домой, наш герой!».

Ликующая толпа целиком и полностью состояла из соседей. Тех самых, что периодически ходят друг к другу в гости, только лишь ради одного: узнать последние новости квартала, ну и само собой рассказать что-то взамен. Перемывая кости друг другу, они заряжались недюжинной энергией от подобных встреч, после чего могли продолжать свой ритуальный променад распространения сплетен.

– Хэй, идите все сюда! – неожиданно прокричал Кайл, приглашающе размахивая руками, – Джо, Барри, несите бургеры!!! Давайте устроим пикник здесь!!!

Толпа одобрительно заулюлюкала и, похватав то, на что хватило рук, разом бросилась к клёну. Гостей уже было не остановить. Воодушевлённые и счастливые они неистово ликовали, размахивая над головой всем, что было в руках, будь то банки с пивом или стейки на вилках.

Глаза девушки в панике округлились, а чувство давящей неприязни стало растекаться в душе отвратной жижей. Эми вновь пожалела о том, что всё происходившее в том пыльном зале оказалось сном. В этот самый момент, она с удовольствием прыгнула бы в пасть красной змеи, причём с отнюдь не внушённым, а самым, что ни на есть искренним счастьем.

Поднявшись на ноги, Эми оглядывалась по сторонам, в поисках путей возможного отступления, но таковых оказалось не так уж и много. Справа бешено размахивал руками Кайл. Словно наземный авиа-регулировщик (ground marshaller), он помогал «зайти на посадку» приближающейся толпе, которая медленно, но верно окружала её с остальных сторон.

– А ты стреляла в человека? – сквозь бурю эмоций выпалил один из гостей.

Изрядно перебрав с алкоголем, он с трудом формулировал свои мысли в слова, а пару мгновений спустя вообще забыл, что спросил что-то. Под праздное одобрение собравшихся соседей, мужчина с нарочито официальным выражением лица протянул руку Эми.

Словно по команде, толпа гостей замерла в предвкушении, словно вот-вот сейчас должно было произойти нечто эпохальное. Сказать, что происходящее вокруг порождало безудержные волны ярости внутри Эми – ничего не сказать. Кое-как подавив вспыхнувшее негодование, Эми сделала глубокий вдох, после чего уверенно шагнула навстречу излишне дружелюбному соседу.

Едва Эми коснулась протянутой в её сторону руки, как гости тут же взорвались звонкими возгласами одобрения, под которые мужчина принялся судорожно трясти её сжатую ладонь.

Уважив подвыпивших гостей своим вниманием, закончившимся коротким рукопожатием, девушка извинилась и отправилась в сторону своего дома. На её счастье, компания уже переключила своё внимание в сторону Кайла, который с неприкрытым удовольствием нежился в лучах украденной славы.

Пройдя в дом, девушка плотно закрыла за собой стеклянную створчатую дверь, отрезав себя от какофонии звуков, доносящихся с улицы.

«Кошмар позади».

Мысль украдкой проскользнула в её сознание, вселив ту минимальную толику спокойствия, которое было так необходимо. Резко развернувшись, Эми уверенно отправилась в дальнюю комнату, в которой, как она считала, и началось её сегодняшнее утро.

В отличие от фантомных светлых воспоминаний, спальня Эми оказалась на удивление мрачной. Окна были занавешены массивными шторами. Самоотверженные лучики солнечного света, словно разведчики, пробивались внутрь, после чего шустро перескакивали с поверхности на поверхность.

В тёмном углу небрежно валялся военный рюкзак с армейской формой, который Эми до сих пор не удосужилась разобрать. Облокотившись о прикроватную тумбочку, стоявшую рядом, военный инвентарь словно ждал своего часа, когда его хозяйка вновь отправится в путь. Казалось, этот походный рюкзак знал о своей владелице больше, чем она сама.

Подойдя к тумбе, на поверхности которой лежали хаотично разбросанные документы, Эми аккуратно взяла единственное, что стояло в этой комнате аккуратно и на своём месте. Бережно, с особой нежностью, девушка подняла стеклянную рамку для фотографий. Чувственно коснувшись кончиками пальцев изображённых на ней двух военнослужащих армии США, Эми плюхнулась на мягкую кровать своей спальни.

«Капрал Эми Эванс и Диккенс. 2011 год»

Аккуратным убористым почерком, выведенная на обратной стороне фотографии надпись, рассказывала несведущим о том, кто же изображён на ней. Приподнявшись, Эми аккуратно поставила рамку обратно, после чего вновь приземлилась на кровать.

Закрыв глаза, Эми на мгновение ушла в свои мысли … очень тяжёлые злые мысли, от которых она никак не могла избавиться … впрочем, и не хотела. Сознательно обрекая себя на вечные душевные терзания, военный кинолог не желала забывать ни секунды, ни мгновения о том времени, что она провела со своим лучшим другом – Диксом.

Тяжёлое щемящее чувство в груди девушки буквально разрывало её душу на части. Словно ядовитый пар, оно проникало в самые потаённые уголки её сознания, отравляя всё, к чему было способно прикоснуться. Тем не менее, эти воспоминания были самым ценным, самым важным в её жизни, тем, что она не готова была променять ни на что другое …

– Эми?! Ты здесь?! – донёсся голос Кайла со стороны гостиной, – Эми?! Я войду?!

Не дожидаясь ответа, который даже не собирался прозвучать, молодой парень в несколько длинных шагов вошёл в открытую дверь спальни.

. . .

Преуспевающий молодой юрист, Кайл Сандерс, переехал в этот квартал спустя месяц после Эми. Будучи активным экстравертом, он быстро завёл многочисленных друзей среди соседей и стал пользоваться невиданной доселе популярностью среди местных.

«Всеобщий лучший друг».

Именно такую славу снискал для себя вновь прибывший житель квартала и надо сказать, очень гордился этим званием. Всеми обожаемый Кайл, конечно же, не мог обойти внимание юную мисс Эванс, которая явно выделялась среди общего большинства.

Замкнутая одинокая девушка, не посещавшая городских празднеств, не ходившая в гости, да и вообще никак не участвующая в жизни квартала, оказалась едва ли не самой интересной личностью для молодого человека.

День за днём молодой парень всячески пытался проявлять знаки внимания. В ход шли всевозможные уловки и ухищрения.

В один из дней, он усыпал её двор розами, потратив ровно пятнадцать тысяч девятьсот долларов. Весь квартал знал эту цифру, и ещё долго она звучала в качестве самой горячей сплетни от дома к дому. Одинокие жительницы улицы томно вздыхали, демонстрируя фальшивую радость за Эми, которой так повезло с воздыхателем.

День ото дня, Кайл Сандерс активно пытался произвести впечатление на предмет своего завоевания, но все его попытки разбивались о стену абсолютного безразличия с её стороны. Казалось бы, светлый порыв успешного романтичного парня, разве не об этом ли мечтает любая девушка … но …

Кайл терпел неудачу за неудачей, вне зависимости от величины стоимости и степени романтики его решений, однако и такой расклад его вполне устраивал. Под мишурой искусственных чувств, чрезмерно демонстрируемых по поводу и без, скрывался крайне сухой расчёт. Кайл любил внимание, и только ради него, он совершал все свои жесты.

Будучи единственным ребёнком в семье потомственных финансистов из Нью-Йорка, Кайл не был стеснён в средствах, за которые он мог купить себе всё, что только пожелает. Однако честные сделки мало интересовали юного наследника миллиардов родителей. Сандерс наслаждался обожанием окружающих, которые считали его уникумом двадцать первого века.

Добившийся всего своим собственным умом и сноровкой, заботливый и отзывчивый парень с доброй улыбкой не мог не вызывать умиления. Но какова же суровая судьба, которая периодически преподносит ему ужасных мерзких душой людей, что не оценили, не полюбили, не окружили заботой этого чудеснейшего человека. Именно такой образ воссоздал вокруг себя ловкий манипулятор человеческими душами. Вот и сейчас, Кайл старательно формировал свой имидж, за счёт Эми, которая с каждым днём становилась едва ли не исчадьем ада в глазах соседей.

Тем временем Кайл не унимался. Сопровождая все свои акты проявления симпатии созданием непрерывного контента, Сандерс платил немалые деньги за продвижение собственных видео в сети. Естественно эта статья расходов умалчивалась, но демонстрировалась недюжинная популярность, которая с его слов и приносила те самые баснословные богатства.

Кайл очень любил свой медийный образ. В любое время дня и ночи, в один клик он мог начать трансляцию своей жизни в прямом эфире. Для этих целей на главном экране были установлены виджеты в быстром доступе.

За несколько дней, до очередного пафосного события только ленивый не знал о том, что Кайл собирается добиваться юную мисс Эванс. Квартал буквально гудел этой новостью и каждый находил способ улучить для себя несколько положительных ноток собственного пиара.

Каждый, абсолютно каждый буквально разрывался от искреннего счастья за будущих молодожёнов, только было одно «но» … Станция национальной метеорологической службы США неделю воспринимала взмывшую над кварталом волну испарений человеческой фальши, за надвигающийся циклон.

В один из вечеров, Кайл приступил к активным действиям. Пригласив группу мариачи, парень устроил концерт собственного исполнения во дворе у Эми. Заполонившие улицы соседи всеми возможными способами пытались выказать своё одобрение, даже не задумываясь о чувствах самой девушки. Под бурные аплодисменты Кайл закончил своё выступление. Безумная толпа, все как один, расплывшаяся в фальшивых улыбках, на разные голоса кричали о необходимости открыться такому чудесному парню.

Но ответом явилась лишь тишина.

В отличие от Кайла и всех ему подобных, Эми сохраняла свои планы в тайне. Сама судьба благоволила девушке, спасая от грандиозного кошмара, который ей пришлось бы пережить. Неделю назад, Эми Эванс покинула свой дом, начав свою новую жизнь в качестве солдата армии США.

Время шло, и судьба решила уравновесить шансы. Буквально ещё пару дней и Кайл Сандерс покинул бы квартал, в поиске новых жертв, но Эми Эванс вернулась в свой дом. Словно глоток свежего воздуха в затхлом помещении беспробудного фарса, явилось возвращение Эми.

С новыми силами, Кайл возобновил свои атаки, в этот раз намереваясь, во что бы то ни стало, заполучить желаемое.

Дело в том, что охотно соглашающиеся на ухаживания и, без зазрения совести, берущие все предложенные материальные блага, соседи не давали Кайлу ни единой положительной эмоции. Сандерс не был меценатом, и альтруизм тоже не являлась одной из его черт. В мире, где он не являлся жертвой злого рока, жить ему было неприятно, противно. Загнав сам себя в ловушку, парень вскипал от ярости, но старательно сдерживался, стараясь поддерживать свой, едва ли не святой образ.

Узнав о дате возвращения капрала Эванс, Кайл собрал добрую половину квартала, для того чтобы устроить по этому поводу грандиозное пиршество. Вернувшийся ветеран войны, это ли не повод, для того чтобы пустить всю свою бутафорскую фальшь в массы.

Однако у уставшей и омраченной последними событиями девушки, не было сил даже на то, чтобы разогнать всех из своей собственности. Нервы девушки были натянуты до предела и, стоило, лишь хоть на секунду проявить слабость, дать волю эмоциям, как безудержный поток ненависти и злобы вырвался бы наружу, сметая всё на своём пути.

. . .

Войдя в комнату, парень без приглашения сел на край кровати, принявшись о чём-то увлечённо рассказывать, активно жестикулируя руками. Не обращая внимания на непрошеного гостя, Эми пребывала в своих собственных мыслях. Повернувшись на бок, девушку устремила взгляд на фотографию, и нежная дымка приятных воспоминаний окутала её сознание.

Девушка мысленно перенеслась в день, первого знакомства с Диксом. Вспоминая его мягкую бархатную шерсть, которая нежно скользила сквозь пальцы, приятно щекотя ладонь, Эми непроизвольно улыбнулась и в тот же миг, в уголках её глаз собрались маленькие капельки слёз.

– Как же ты меня бесишь, самодовольная дрянь! – вполголоса прошипел Кайл, после чего резко схватил девушку за кисть и с силой потянул на себя.

Словно гонимые мощным ураганом тёплые воспоминания умчались прочь из сознания девушки, заставив её вернуться в мир, который был наполнен такими людьми как Кайл.

Рефлекторно вырвав руку, выгнув её в противоположном от захвата направлении, девушка инстинктивно вскочила.

– Гражданский! – чётко прошептала Эми, отдав самой себе приказ.

Въевшийся в подкорку сознания опыт боевых выходов и огневых конфликтов, на автоматизме требовал уничтожить любого, кто посмеет напасть. Тем не мене солдат в армии США тренировали как полицейских, а не как мародёров, ведь именно с мародёрами всех мастей они и должны были сражаться.

Работая в полевых условиях, где доля секунды имела значения, профессиональные военные чётко граничили угрозу от лица военного и гражданского. Несмотря на то, что Эми была дома, всё же инстинкты невозможно заглушить, особенно если перед лицом смерти ты привыкла доверять только им.

– Ох, вот ты как!!! – возмутился парень, посмотрев на свою руку, – Хочешь поиграть?! Хорошо!!!

Парень поднялся с кровати и подошёл к двери. На мгновение замерев, он с размахом закрыл дверь и резко обернулся. Подлетев, он схватил Эми за шею, принявшись её душить.

– Я для тебя, столько сделал, чёртова ты дешёвка! – в бешенстве рычал Кайл, со всех сил сжимая шею девушки, – А ты …

Парень не успел закончить мысль, как получил не сильный, но весьма ощутимый удар по виску. Отвлечённый резкой болью, он ослабил хватку. Этого хватило, чтобы Эми заняла более выгодно положение. В следующее мгновение девушка ударила обезумевшего гостя в пах, заставив того взвыть от боли и сползти с кровати.

– Ты пьян! Уходи! – восстанавливая дыхание, спокойно приказала Эми, заняв безопасное расстояние от скорчившегося от боли парня.

Слегка приподнявшись, Кайл понял, что боль всё ещё слишком сильная. Не сумев подняться, он покорно выставил руки вверх, демонстрируя свои мирные намерения. Медленно похлопав себя по карманам, словно в поисках чего-то важного, он осторожно сунул руку во внутренний карман брюк.

Эми насторожилась. Выставив ногу вперёд, девушка заняла достаточное расстояние, чтобы в случае чего быстро среагировать. Однако волнение оказалось преждевременным, Кайл всего лишь вынул свой смартфон. Экран девайса оказался разбит, изображение на нём судорожно подрагивало при малейшем прикосновении, самопроизвольно открывая приложения и вкладки.

– Твою ж мать!!! – прошипел парень, бросив телефон на кровать девушки, – Ты должна мне новый телефон!

Приземлившись на подушку, разбитый малыш обижено пискнул. Грустные глазки объектива камер обиженно смотрели на хозяина, что в одночасье предал, выбросив как ненужный мусор.

– Проваливай!!! – спокойно отреагировала девушка, немного расслабившись.

Парень выглядел жалко и больше не представлял опасности. Кое-как доковыляв до двери, Кайл схватился за ручку дверь и слегка приоткрыл её.

Через стеклянную створку разделяющую гостиную с внутренним двориком собралась группа зевак. Судя по их мерзким ухмылкам, было понятно, что каждый придумал себе максимально гнусную причину, по которой Кайл находился в спальне Эми, да ещё за закрытыми дверями.

Мужчины, словно подвыпившие черлидерши, размахивали кулаками, всячески поддерживая горе-любовника, а леди квартала благоговейно улыбаясь, привычно копались в своих телефонах. Оно и понятно, очередные тренды сами себя не посмотрят. Павшая затворница уже вчерашний день, время искать свежие сплетни.

Уязвлённый собственной неудачей, Кайл аккуратно прикрыл дверь. Если сейчас он уйдёт ни с чем, то это будет невероятный позор всему его образу, который и без того уже трещал по швам. Любимчик квартала не мог этого допустить.

Медленно повернувшись, парень увидел, как Эми поправляла упавшую навзничь рамку с фотографией. Девушка окончательно утеряла бдительность, что стало её роковой ошибкой.

– Ты сделаешь то, что я сейчас скажу! Поняла?! – вполголоса произнёс парень, на удивление спокойным тоном.

В следующий миг, сердце девушки замерло, а адреналин бурным потоком хлынул в мозг. Щелчок взводимого затвора пистолета с ударно-спусковым механизмом двойного действия заставил мир вокруг неё замереть.

«ОРУЖИЕ!!!»

В голове Эми раздался очередной инстинктивный приказ, который заставил мобилизоваться все её внутренние силы.

Медленно обернувшись, Эми подняла руки до уровня груди, слегка выставив их вперёд. В этот самый момент Кайл, неумело сжимая в руках серебристый вальтер, направил его в направлении девушки.

– Раздевайся! – произнёс Кайл, нервно сглатывая слюну.

Никогда в жизни ещё молодой наследник миллионов не сомневался ни в чём так, как сейчас. Состояние, граничащее с сумасшествием, заставляло его делать то, что он делал, не давая отчёта своим поступкам.

Эми не спешила выполнять указание. С лёгким прищуром она вглядывалась в лицо парня, который, казалось, вот-вот сам сбежит в панике. Однако толпа, ожидающая очередную победу Кайла на любовном фронте, сама того не подозревая, заставляла его упорно продолжать начатое.

– Я … я сказал! Разденься! Сейчас же! – взвыл Кайл, чувствуя, что даже сейчас, с оружием в руках, он не имеет желаемого контроля над девушкой.

В голове вооружённого любимчика квартала крутилась мысль о том, как все, ранее боготворившие его люди, будут ехидно потешаться, тыкая в него пальцем. С каждой секундой эти мысли подпитывали эмоциональную бурю, которая постепенно вселяла уверенность в истинной правоте его действий.

В следующий миг, он перевёл оружие в сторону и, зажмурившись, нажал на спусковой крючок. Тяжёлая девятимиллиметровая пуля покинула нарезной ствол пистолета и в мгновение ока пронзила тело капрала Эми Эванс, изображённое на фотографии. Стеклянная рамка под действием энергии пули разлетелась вдребезги.

Сам от себя ожидав такого поступка, Кайл замер. Шок на мгновение сковал его тело, а страх не позволял открыть глаза.

Воспользовавшись моментом, Эми резко схватила его руку с оружием и, протащив её мимо себя, нанесла два сильных удара в корпус парня.

Два шальных выстрела оглушительно прогремели, отправив смертоносные боеприпасы в лежавшие на кровати подушки. Так и закончилась история маленького телефончика, в который прилетела одна из пуль Кайла.

Выронив оружие, парень, что есть сил, толкнул Эми. Адреналин и страх ответственности от содеянного преисполнили его удивительными силами, позволившими вырваться. Рванув на себя дверь, Кайл хотел было вырваться в гостиную, но увиденное заставило его замереть на месте, в приступе очередного шока.

Соблюдая профессиональное хладнокровие, прибывшие офицеры полиции затаились у входа в комнату. Два ствола полицейских пистолетов, направленных в голову Кайла, было первым, что встретило его, едва тот открыл дверь.

– Она!!! У неё там ствол!!! – заорал Кайл, едва отойдя от шока, – Сумасшедшая баба!!! Таких лечить надо!!! Да спросите у кого угодно!!!

Полицейские офицеры были непреклонны. Обхватив его за локти, двое мужчин в форме жёстко придавили его к стене, лишая возможности сопротивляться. Звонкие щелчки наручников, сомкнувшихся на запястьях Кайла, поставили точку в этом событии.

Впереди молодого парня ждал коридор позора, которого он так боялся, однако в сознании парня, всё ещё тлела надежда оправдаться. Едва конвой вышел на улицу, как блики красно-синих огней тут же озарили её попеременным светом.

Полицейские патрули предприняли все надлежащие меры предосторожности, чтобы спасти взятого в заложники человека.

– Вы не того взяли!!! – кричал Сандерс, вырываясь из захвата крепких офицеров в форме, – Да она же опасная для общества!!! Посмотрите сами!!! У неё там ствол!!! Да спросите у кого угодно!!! Да что вы?!!! Эй!!!

Проходя по внутреннему дворику через толпу вчерашних обожателей, Кайл искренне надеялся на то, что хоть кто-нибудь из них вступится за него, но этого не произошло. Гости, не отрываясь, смотрели в смартфоны, словно сейчас нечто самое важное в жизни происходило именно там, а не здесь.

Полицейские подвели обезумевшего от негодования Кайла к одному из пяти припаркованных патрульных автомобилей, где его встретила офицер с тремя лычками на рукавах и жетоном сержанта полиции.

– Вы старшая тут?! – возмущённо воскликнул Кайл, словно вот-вот собирался отчитать стражу порядка, – Там, в доме ополоумевшая вояка!!! У неё приступ! Она террористка, наверное!!!

Сандерс распинался как мог, но на своё удивление, встретил лишь лёгкую ухмылку на лице сержанта.

– А-а-а-а, я понял!!! – протянул Кайл, словно раскрыл какой-то секрет, – Вы заодно с ней?! Политика да?! Набираете сумасшедших!!! На что мы тратим свои налоги, я вас …

Сержант вынула из кармана свой смартфон, после чего несколько раз ткнула в экран и повернула его к возмущённому парню.

Теперь Кайл понимал, что все так увлечённо смотрели. Разбитый малыш, преданный своим владельцем, ценой своей жизни пролил свет на случившееся событие. В коем-то веке, можно было сказать, что приверженность Кайла к быстрым съёмкам всего и вся, действительно оказалась полезной обществу … для того, чтобы его из этого общества исключить.

– Адвокат! – прошипел Кайл, осознав, что его игра раскрыта, после чего без сопротивления сел в машину, пока сопровождающий офицер принялся зачитывать ему его права.

Эми сидела на кровати, держа в руках испорченную фотографию. Мир вокруг казался таким омерзительным, и она жалела, что всё происходившее ранее лишь сон. В следующий миг непреодолимое желание прыгнуть в машину и уехать прочь охватило Эми.

Резко встав с кровати, девушка поймала себя на мысли, что знает продолжение событий. Ведь именно сейчас она сядет в свой автомобиль и отправится в судьбоносную поездку. Чувство сильнейшего дежавю охватило Эми, заставив её бухнуться обратно на кровать. Казалось, словно какие-то воспоминания спешат вырваться наружу, ещё чуть-чуть, вот-вот и она вспомнит …

Эми моргнула и в следующий миг обстановка её собственной сменилась.

. . .

Не сразу осознав, что произошло, девушка в течение минуты непрерывно смотрела в гладкую стену каменного тоннеля, в котором она находилась. Минувшие события, оказались настолько яркими, что назвать их сном было крайне трудно. Разум Эми, словно проржавелые шестерни какого-то древнего механизма, потихоньку начинал оживать, давая объяснения происходящему.

Побывав в собственных воспоминаниях, Эми ещё раз пережила тяжёлые для себя моменты, которые и явились катализатором, всего, что с ней сейчас происходит. Так или иначе, вопросов всё ещё было куда больше, чем ответов.

Только сейчас, попытавшись пошевелить своей рукой, Эми нащупала нечто мягкое и тёплое, беспечно дремлющее у её рук.

«Дикс?!»

В голове девушки мелькнула странная абсурдная мысль, которая заставила её тут же устремить взор в сторону маленького пушистого комочка. Свернувшись клубочком на расслабленно лежащих руках девушки, разместился маленький пушистый зверёк. Источая лёгкое сияние, он мило посапывал, скрывая носик длинным пушистым хвостиком.

Спасённый пленник всё-таки вернулся за ней, несмотря на то, что мог пойти и спастись. Подобная искренняя преданность, буквально зажгла огонь в сердце Эми. Пребывая под впечатлением своего видения о минувших событиях, девушка впервые искренне обрадовалось тому, что сейчас находится далеко от своего собственного дома.

Непроизвольные движения Эми растормошили зверька. Сладко зевнув, он вскочил на лапки и ловко забрался на плечо девушки. Цепляясь коготками за тонкую ткань потрёпанной рубашки, зверёк неосторожно царапал кожу девушки, но та не подавала виду.

Оказавшись на плече, сизый рысёнок, словно кошка, принялся тереться о лицо Эми, размахивая своим длинным пушистым хвостом. В этот момент юная спасительница поймала себя на мысли, что у зверёк через-чур пушистый. Мягкая пушистая шёрстка малыша, казалось, в данный момент просто везде.

– Ну, хва-а-атит … – растянувшись в приветливой улыбке, произнесла Эми, поглаживая малыша, после чего вспомнив события из его воспоминаний, добавила, – Рэтти, перестань, пожалуйста!

Едва последнее слово сорвалось с губ девушки, как рысёнок в ту же секунду спрыгнул с её плеча. Сказанное явно не понравилось зверьку. Замерев на месте, рысёнок повернул голову в бок и молча уставился на Эми. Казалось, что малыш очень удивлён услышанным или может, надеялся, что ему послышалось.

Слегка отплевавшись от прилипшей к губам шерсти, Эми в ту же секунду почувствовала режущую боль. Жажда никуда не делась, а обветрившиеся губы, наконец, напомнили о себе. Инстинктивно приложив руку к губе, которая стала слегка кровоточить, девушка поднесла другую к зверьку, чтобы погладить и успокоить его.

Нечто в руке Эми отразило блики от сизого свечения, что источал малыш. Девушка продолжала сжимать странный осколок на цепочке, который нашла в пьедестале, даже не догадываясь, что это за предмет.

Завидев украшение, малыш резво отпрыгнул назад. Бывший пленник каменной клетки, согнув лапки, прижался к земле. Сизая дымка стала медленно собираться вокруг его искрящейся вставшей дыбом шёрстки. Хвостик малыша напряжённо выпрямился вдоль его напряжённого до предела тела.

– Что с тобой, Рэт?! – вопросительно уточнила Эми, даже не задумавшись о причинах такого странного поведения зверька.

Приподнявшись на одно колена, Эми вновь протянула руку к зверьку, но в этот раз рысёнок решил не отступать. Пропустив разряд электрического тока через себя, малыш материализовался в светящийся сгусток энергии, после чего мощная силовая волна впечатала девушку в стену.

Обессиленно сползая вниз, Эми безвольно лицезрела, как спасенный ею пленник, с огромной скоростью умчался прочь. Материализовавшись в яркий луч, окутанный сизой дымкой, магический зверь скрылся в глубине тоннеля, рассекая мглу.

Пытаясь сохранить сознание, девушка проводила взглядом удаляющийся сгусток энергетического света, который чуть поодаль резко свернул вправо. Наличие такого поворота событий придало Эми моральных сил, которые оказались очень кстати на этом наполненном мрачной безысходностью пути.

Запомнив маршрут зверька, девушка с трудом поднялась на ноги. Потирая ушибленную спину, Эми стала всматриваться в тоннель, в мрачной глубине которого прятался заветный поворот. По какой-то причине, девушка была убеждена, что это путь к свободе. Вероятно, уверенно избравший направление магический зверь всё-таки вселил в её разум надежду.

Тем временем жажда вновь напомнила о себе. Во рту изрядно пересохло, а на её пути не встретилось ни единого намёка на источник влаги. В эту минуту, даже самое мало-мальски живое растение сгодилось бы, но вокруг были лишь каменные стены и мрачная пустота.

Шаг за шагом, Эми уверенно шла дальше. С каждым мгновением ей казалось, словно она уже прошла куда больше, чем предполагала, но …

Каждый новый шаг оказывался короче предыдущего и вскоре, обессилевшая девушка, едва ли не топталась на месте, еле-еле продвигаясь вперёд. Уперевшись рукой в холодную гладкую стену, Эми окончательно остановилась. Короткий прилив сил оказался коварен. Высосав последнюю энергию, усталость всё-таки взяла верх в этом поединке.

Вымотанная девушка вновь стала сползать вниз вдоль стены, как вдруг впереди что-то мелькнуло … и ещё … и снова.

Совсем рядом, что-то мерцало, отбрасывая причудливые тени. В мрачном тоннеле, любой мало-мальски светлый объект сразу становился заметным, но здесь … В этот самый момент, тоннель то и дело наполнялся ярким сизым светом.

Решив продолжить свой путь, девушка направилась к свету. Стараясь максимально продуктивно расходовать силы, Эми немного увеличила шаг, постепенно ускоряясь в движении. Ещё с десяток шагов и путница, наконец, добралась до развилки.

Прямо перед ней расположился небольшой проход, точь-в-точь, как тот, что вёл в пыльный зал с гигантскими шестерёнками. Каменные створки ворот оказались сорванными с массивных петель, и, казалось, уже очень давно так и лежали, облокотившись друг на друга.

Справа же было продолжение тоннеля с гладкими стенами, что вёл к мерцающему свету. Именно туда и направилась Эми. Едва сделав пару шагов в новом направлении, как терпкий запах затхлой сырости ударил ей внос приторными нотками. Несмотря на то, что запах не был приятным, всё же он дал надежду, что где-то впереди есть влага …

Чем глубже Эми уходила в тоннель, тем больше обстоятельств подтверждало, что впереди есть вода. Вскоре лицо Эми стала обдувать приятная прохлада, а чуть поодаль гулким эхом стала доноситься журчащая какофония подземного родника.

Что есть сил, девушка припустила бежать, забыв о необходимости экономить энергию. Надежда найти долгожданную воду, заставила девушку вскрыть неприкосновенный запас энергии, поставив на кон всё, что у неё было.

Журчащий звук становился всё отчётливее и уже чётко распознавался. Приятная прохлада сладостно манила девушку бодрящими прикосновениями, помогая держать сознание в руках.

Вот он … конец тоннеля, совсем близко. Нечто, источающее тусклое свечение, заполоняло им помещение, в которое впадал тоннель, и Эми стремительно приближалась к нему. Девушка не заметила как, буквально пролетела последние двадцать шагов, но …

Путь вместе с тоннелем резко обрывался.

Эми стояла на краю уступа, который открыл перед ней впечатляющую картину. Огромная … нет, гигантская пещера, напоминавшая не то котлован, не то резервуар, буквально поражала своими размерами. Стены пещеры, так же как и тоннельные представляли собой идеально гладкий каменный массив. Казалось, если бы не время и вековая пыль, то они и вовсе были бы зеркальными.

Потолок пещеры оказался настолько высоким, что разглядеть что-либо в нём было практически невозможно. Единственным источником света являлся маленький пушистый рысёнок, который одиноко сидел на камешке посреди котлована с водой. С каждым мгновение магический зверь источал всё меньшее свечение, но всё же его хватало, чтобы мерцать в многочисленных струйках воды, стекавших по стенам.

Эми осмотрелась по сторонам. Гладкие и скользкие края выступа не позволяли ухватиться за них, чтобы безопасно спуститься вниз. Попытку спуститься по отвесной стене, вовсе можно было бы расценивать как один из способов самоубийства.

Жажда, вновь напомнила о себе, нестерпимым желанием ударив в голову и заглушив страх. Забыв обо всех мерах предосторожности, Эми прижалась к стене, пытаясь дотянуться до ближайшей стекающей струйки воды. Несмотря на риск, затея увенчалась успехом.

Набрав в ладонь немного прохладной живительной влаги, девушка, не задумываясь, отправила содержимое в рот. Это был самый вкусный глоток воды в её жизни. Не сумев остановиться, Эми повторяла ритуал до тех пор, пока жажда не отступила … сменившись сосущим чувством голода.

Судьба сжалилась над путницей, подарив долгожданный источник воды, но кормить девушку, всемогущая фортуна не собиралась. Тем не менее, чувство голода оказалось терпимым, и юная исследовательница подземелий продолжила планировать свой дальнейший маршрут.

Окончательно убедившись, что здесь спуститься не получится, Эми лёгким бегом направилась обратно к развилке, откуда недавно пришла. Теперь всё её внимание оказалось приковано к полуразрушенному проходу. Каменные створки, врезавшись друг в друга, стали своеобразным щитом, сохранив проход от обвала. Эми ловко пробралась в получившийся лаз, после чего оказалась в каменном коридоре, ведущим в очередную неизвестность.

Путешествие длилось не долго. Пройдя не более сотни шагов, юная путешественница оказалась на пороге каменной винтовой лестницы. Спускаться, не подниматься. Эми быстро оказалась в очередном тёмном коридоре, только на несколько ярусов ниже. В конце коридора виднелось мерцающее сизое свечение, именно туда и направилась девушка.

Покинув коридор, Эми вновь добралась до того же самого котлована, только в этот раз на одном уровне с ним. Выйдя на каменистый берег, девушка ещё раз оценила красоту и величественность этого места.

Вода в котловане оказалась безупречно прозрачной. Через скальную толщу воды, виднелось идеально гладкое, словно отполированное дно. Впрочем, в этой пещере всё было гладким, даже разбросанные на побережье камешки имели смазанную, окатанную форму.

Оглядевшись по сторонам, Эми поняла, что кроме неё и маленького мерцающего рысёнка во всей пещере не было никого. Малыш продолжал неподвижно сидеть на камне, посреди искусственного озера, источая лёгкое свечение, синхронно пульсирующее с его дыханием.

Посмотрев наверх, девушка рассмотрела небольшой уступ на идеально выглаженной стене. Именно оттуда Эми вышла в первый раз. Снизу высота, на которой расположился выступ, казалась ещё больше. Девушка непроизвольно нервно сглотнула, вспомнив шальное желание, спрыгнуть с выступа вниз, в надежде нырнуть в озеро.

Однако в следующий миг, Эми насторожилась. Из тоннеля, что вёл к выступу, стало проступать уже знакомое багровое свечение. Страх захлестнул разум девушки, заставив её спешно искать укрытие. На глаза девушке вновь попался сизый рысёнок, одиноко сидящий на своём камне.

Несмотря на возникшее недопонимание, всё же девушка не держала на него зла и совершенно не хотела оставлять его на съедение злого ползучего гада. Пытаясь привлечь внимание малыша, Эми принялась бросать рядом с ним маленькие камешки, что подбирала на берегу. Кусочки покатой гальки, с гулким хлюпаньем ныряли в воду, оставляя после себя небольшие волнистые кружки. Рысёнок, слегка приподнялся на лапки. Обернувшись, он бросил грустный взгляд на девушку, после чего улёгся на камне, закрыв мордочку хвостиком.

Тем не менее, бежать было поздно. Свечение из тоннеля сверху усиливалось и, спустя миг оттуда появилась гигантская голова красной змеи. В этот раз глаза старой знакомой не горели изумрудным огнём, сейчас они вовсе были закрыты. Костяные спицы сложенного капюшона царапали стенки тоннеля, но, казалось, не наносили ему никакого вреда.

Тело гигантской змеи медленно вытягивалось из тоннеля, постепенно приближаясь к заполненному водой котловану. Огромное пресмыкающееся настолько аккуратно вошло в воду, что пустило лишь едва заметную рябь на поверхности воды. На удивление быстро, змея по дну пересекла котлован поперёк. Увидев контуры гигантского монстра под водой, девушка рефлекторно отпрыгнула назад. В следующую секунду огромная змеиная голова очень осторожно вынырнула, не издав ни единого лишнего звука и даже не сильно потревожив водную гладь.

Замерев на одном уровне с девушкой, змея, наконец, открыла свои глаза. Изумрудные глаза-огоньки тускло горели, переливаясь между темным и светлым оттенками. Существо замерло в статичном положении, слегка шевелясь в такт тяжёлому дыханию.

Вопреки всякой логике, Эми стала сближаться с гигантской змеиной головой. В этот раз, девушка не чувствовала никакого давления на свою волю или сознание. Обитательница подземных пещер не желала зла гостье своих владений, напротив, казалось, приглашала её …

Эми вплотную приблизилась к существу, слегка коснувшись её чешуйчатой кожи своей рукой. Змея даже не колыхнулась, продолжив молча ожидать, когда её приглашение будет принято … и это произошло.

В следующую секунду взгляды Эми и гигантской змеи пересеклись, после чего пространство вокруг девушки стало меркнуть, предвещая очередное путешествие в воспоминания.

Испытав уже знакомое ощущение, трансформации, Эми оказалась в туманном пространстве, в котором никогда не была раньше. В этот раз кадры воспоминаний замерли в безмятежном покое, покорно ожидая, когда настанет их черёд явить себя юной гостье.

Эми испытывала странно ощущение, некоего могущества, которым её наделила змея. Если раньше, юная чародейка могла видеть лишь то, что ей показывал владелец сознания, то сейчас всё было иначе. Девушка буквально парила над застланной тёмной дымкой землёй и была вольна окунуться в любое из воспоминаний.

В какой-то момент Эми поняла, что кадры, которые окружают Эми, принадлежат отнюдь не только змее. Эта необычная странность, заставила девушку задуматься о том, что за странное существо пригласило её в недра своей памяти.

Сейчас гостья видела всё, словно паря над событиями, она могла перемещаться без ограничений и рамок. Если раньше она видела лишь то, что видел носитель воспоминаний, то сейчас, Эми словно режиссировала события и видела всё в мельчайших деталях.

Оглядевшись по сторонам, Эми окинула взглядом многочисленные кадры воспоминаний всевозможных существ. Остановив свой взор на одном, очень ярком, наполненном светом кадре, Эми незамедлительно окунулась в него.

. . .

Словно пройдя через дымчатую пелену, Эми оказалась в залитом солнечным светом зале. Величественное помещение было украшено резными каменными фресками. По периметру зала вращались гигантские шестерёнки, сопровождая каждый оборот ритмичным потрескиванием. То и дело паровые свистки гудели то там, то тут, периодически заполняя помещение густым белым паром.

Совершенно не обращая внимания на стелящийся вдоль каменного пола пар, кругом сновали странные существа. До боли похожие на мышей, они ходили на задних лапах и носили причудливые сюртуки, что скрывали их худощавые тела.

Кто-то тащил кучу свёртков, взгромоздив на себя их больше, чем мог унести, а кто-то шёл лишь с одним саквояжем, периодически сверяясь с часами на цепочке. Каждый из этих причудливых созданий был увлечённо занят своим делом, от того и жизнь в этот месте кипела.

Немного потерявшись в пространстве от обилия всего нового и … странного, Эми не сразу узнала место, в котором была. Обернувшись назад, девушка увидела до боли знакомую дверь, которая не так давно помогала ей спастись от гигантской мантодеи. Однако в этом воспоминании, величественная преграда обладало невероятной красотой. Мощённый разноцветными металлическими вставками резной камень был обработан воистину талантливым мастером, а механизм, что управлял дверью, мог быть создан только действительно искусным инженером.

Жизнь маленького городка шла своим чередом, и ничего не предвещало беды, как вдруг …

Жуткий гул металлического лязга и скрежета ужасающей какофонией разнёсся в пространстве. Эми сразу вспомнился этот звук, именно его она слышала, когда появился тот гигантский механический монстр в её первый день на острове.

В следующий миг механизмы начали клинить один за другим. Гигантские шестерни то заедали, то наоборот проворачивались с разрушительной скоростью. Несколько мышиных человечков с огромными разводными ключами бросились к механизмам, но было уже поздно.

Маленькие шестерёнки принялись вылетать из пазов, полностью останавливая весь механизм. Ритмичное жужжание и потрескивание стихло, пар медленно рассеивался, обнажая голый каменный пол зала.

Неожиданно раздался оглушительный грохот, за ним ещё один и ещё … Груда камней рухнула на пол, заставив Эми инстинктивно посмотреть наверх. Прямо над головой девушки в стене образовалась огромная дыра … Когда-то Эми видела в ней путь к спасению, сейчас же ждала нечто ужасное … в этот раз интуиция не подвела.

Сквозь образовавшуюся брешь, противно скрипя в зал протиснулась широкая ржавая труба. Все собравшиеся в помещении замерли, уставившись в изумлённо исступлении на железный коллектор, что угрожающе повис над их головами.

Спустя миг, через трубу помещение стало заполняться густым чёрным смогом. Дым стремительно принялся заполнять пространство вокруг, заставляя всех его обитателей кашлять и задыхаться. Агония мышек не продлилась долго. Спустя минуту, жители городка один за другим стали падать без сознания.

Механизмы ворот заскрипели, и створки начали медленно закрываться, но было слишком поздно. Заполонивший зал дым, быстро распространялся, неся своё смертоносную ауру дальше, углубляясь внутрь горного городка.

Канонада выстрелов пушек, раскатистым громом пронзила пространство, и в следующее мгновение, нечто с силой врезалось в горный массив, спровоцировав разрушения внутри. Залп, залп, ещё один. Снаряды с силой врезались один за другим, не давая ни малейшего шанса оправиться.

Не успела Эми опомниться от происходящего, как вдруг некая сила схватила её за плечи и перетащила сквозь стены в соседнее помещение.

Девушка оказалась в большом и тёплом помещении, в котором находились четыре девятифутовых красных яйца. Вход в зал был закрыт деревянными воротами, которые изо всех сил держали несколько солдат облаченных в коричневые доспехи.

Тем временем с другой стороны ворот, некто пытались прорваться внутрь, буквально вышибая эту самую дверь. Казалось, ещё чуть-чуть и деревянная преграда, просто-напросто слетит с петель. Мышиные рыцари в кожаных доспехах, самоотверженно сдерживали натиск, но их силы оказались неравными.

В следующий миг дверь всё-таки сорвалась с петель и рухнула. В открывшемся проходе появилось несколько солдат в фиолетовых облачениях и причудливых масках с длинными трубками. Искусные фехтовальщики молниеносно устранили растерявшуюся охрану яиц, после чего стремительно выбежали наружу.

Спустя пару минут, солдаты в фиолетовых одеяниях вернулись, таща за собой широкую металлическую трубу. Втолкнув металлическое сооружение поглубже в помещение с яйцами, они задели одно из них. Частичка скорлупы откололось, и из яйца хлынула вязкая жидкость.

Выполнив задание, фиолетовые рыцари покинули зал, а спустя мгновение из трубы повалил чёрный дым. Темный смог постепенно заполнял зал, скорлупа яиц стала активно темнеть, покрываясь желтоватой слизью.

Маленькая пробоина задетого яйца дала трещину, которая стало очень быстро расползаться по всему яйцу и спустя несколько мгновений на свет выпала внушительных размеров красная змейка. Инстинкт самосохранения заставил новорожденного спешно покинуть зал и искать не такое задымленное место.

В следующий миг, нечто снова выдернуло Эми, но уже с большей силой. С огромной скоростью Эми промчалась сквозь стены, вырвавшись наружу и продолжая подниматься вверх.

С высоты птичьего полёта, гостья воспоминаний смогла увидеть всю картину целиком. Пока нечто стремительно тащило девушку ввысь, она пыталась разглядеть детали происходящей бойни, развернувшейся на острове.

Самым крупным событием, бесспорно, являлся бой двух невероятно огромных исполинов. Несомненно, пугающие своими огромными размерами существа, в этот самый момент наотмашь крушили друг друга, нанося удар за ударом.

Казалось, словно магия бьётся с техническим прогрессом, ведь один из монстров представлял собой плод чьего-то механического гения, в то время как другой, целиком и полностью был высечен из камня. Оба гиганта не уступали друг другу в размерах и были на порядок выше гор, возле которых они бились.

Каменный гигант нещадно лупил механического оппонента, и с каждым ударом от того отлетали различные запчасти. Выстояв против очередной серии ударов, механический воин вытянул руку вперёд, и в следующий миг из неё вырвалось с десяток ядер, которые с силой врезались в тело каменного гиганта. Бой продолжался.

В этот самый момент со стороны моря к острову приближалась целая армада кораблей с поднятыми фиолетовыми парусами. Береговая линия обороны готовилась дать отпор захватчикам, выставляя орудийные расчёты на позиции.

Пользуясь случаем Эми осмотрела остров свысока. Окружённый с трёх сторон горной грядой, он имел лишь один выход к морю. Посередине острова раскинулся удивительный городок с причудливыми механическими постройками. Судя по виду сооружений, казалось, что все они должны непрерывно крутиться, вертеться, шевелиться, но … сейчас они замерли в удручающем покое, словно предвкушая свой конец.

Тем временем корабли всё-таки смогли взять берег на абордаж, безжалостно сминая оборону острова. Линия соприкосновения была перенесена в город, где уже завязался бой между солдатами в фиолетовых облачениях и рыцарями в медно-коричневых кольчугах.

Нечто подняло Эми ещё выше, где она смогла увидеть огромный парящий в воздухе корабль, который завис над островом.

. . .

Удивительный воздушный корабль однозначно притягивал к себе внимание Эми. Девушке и раньше приходилось видеть различные летательные аппараты, но этот …

Парящий механический исполин действительно напоминал самую, что ни на есть, воздушную крепость. На специальной площадке у бушприта судна стояла не большая группа магов, облачённая в фиолетовые балахоны. Завидев знакомые силуэты, Эми тут же вспомнила, как переживала эмоции маленькой девочки, что держали у самодельного алтаря.

Лиц магов было не видно, поэтому нельзя было точно утверждать, что это были люди. Тем не менее, группа представляла собой весьма могущественную коалицию. Синхронно взмахнув руками, они словно вытаскивали что-то со дна моря, и вскоре, это что-то явило себя миру.

Морская вода вздыбилась, начала неистово бурлить, пенясь и колыхая волнующуюся поверхность. Тем не менее, сражающиеся неподалёку гиганты и без того, то и дело, отправляли крупные волны морской воды в разные стороны. Магический водоворот, созданный колдунами с корабля, не привлекал особого внимания, а зря …

В следующий миг, словно по щелчку пальца, из воды возник ещё один каменный титан. Было ли это волей случая, а может результат размеренного плана, но каменный исполин, возник аккурат позади механического защитника острова. Медленно размахнувшись, вновь прибывший участник поединка нанёс очень сильный удар. Несколько механических деталей с гулким свистом полетели прочь, но механический рыцарь держался.

Обернувшись, технический гигант, хотел было отправить несколько огненных снарядов в нового неприятеля, но старый соперник не терял времени зря. Серия мощных ударов обрушилась на механического исполина со спины, помешав ему исполнить задуманное.

С каждым ударом от технического гиганта отлетали всё новые и новые детали. Вскоре это дало свои результаты … очень негативные результаты.

Защитник острова не мог свободно двигаться, часть его движений стала скованной. Шестерни то и дело клинило, давая осечки всё чаще и чаще. Совершив последний свободный шаг, механический рыцарь упал на колено.

Обрушившись в воду, гигантская техническая нога спровоцировала несколько крупных волн. Разрушительными потоками они хлынули к берегу, снося всё на своём пути. Часть кораблей с фиолетовыми парусами буквально смело в сторону, не дав им и малейшего шанса остаться на плаву.

Каменные гиганты, управляемы с парящего корабля, решили поскорее закончить начатое дело. Объединившись, магические исполины принялись избивать обессиленного защитника города, не позволяя ему подняться.

Механический гигант скрипел шестернями, лязгал металлическими обломками и шипел паровыми утечками, но отказывался сдаваться. Тем не менее, сила каменных монстров была велика, а объединившись вдвоём, они стали едва ли неуязвимы для парового воина.

Казалось, что судьба механического рыцаря уже предрешена и лишь время отделяло его от неминуемой гибели, но …

В самом эпицентре боестолкновения исполинов активно забурлила вода. Крупные вздымающиеся к поверхности пузыри предвещали появление чего-то огромного, казалось ничуть не меньше, чем сражающиеся соперники.

Поверхность воды залилась алым свечением и в следующее мгновение поверхность морской глади разверзлась. Резким рывком из воды появилась гигантская красная змея. Распахнув свой чешуйчатый капюшон на огромных костяных спицах, существо тут же совершила стремительный бросок в направлении ближнего каменного исполина.

Сердце девушки больно кольнуло … Словно стоп-кадр в сознании замер сюжет, который она видела недавно в воспоминаниях хранительницы горных залов. Эми понимала, как закончится это сражение, но всё же никак не могла на него повлиять.

Тем временем, подкрепление оказалось весьма умелым подспорьем механическому воину. Чешуйчатая помощница, ловко обвила каменного гиганта, после чего с силой потащила его под воду. Призванный исполин всё же устоял. Упав на колени и спровоцировав ещё несколько крупных волн, каменный гигант пытался высвободить руки, но змея крепко сдавливала его.

Воспользовавшись моментом, механический воин нанёс несколько ударов по нижним конечностям своего первого противника, заставив того отступить на несколько шагов. Рыцарь гордо поднялся, вернувшись в бой.

Часть корпуса механического воина оказалась сорвана и только сейчас Эми увидела, что это не просто огромный монстр … это самый настоящий корабль.

Внутри механического гиганта сновали сотни, а может даже тысячи маленьких мышек, сродни тем, что бегали в горном городке. Вооружённые несоразмерными им разводными ключами и прочим инструментарием, ушастые техники то и дело чинили пришедшие в негодность части своего корабля.

Теперь игра стала честной, два на два … А значит, у защитников острова был шанс.

Змея, что сдавливала исполина, была в десятки раз больше той, что встретилась Эми … На мгновение в голове девушки даже проскользнул вопрос любопытства. Ей стало очень интересно, а до каких размеров вырастают эти существа в принципе.

Глухой скрип крошащегося камня гулким эхом разносился меж гор, давая понять всем без исключения, каково сейчас попавшему в захват призванному каменному захватчику. Тем не менее, утопить монстра было невозможно, да и в отличие от живого существа, он не терял силы. Казалось, план чешуйчатого существа не имел под собой логического завершения, но это было не так …

Великий мастер душ, способный подчинять волю, действительно старался выиграть время. С каждой секундой, вокруг длинного продолговатого тела змеи всё сильнее и сильнее сгущалась алая дымка. Водам под ногами захваченного гиганта стала кипеть, словно само ядро разверзлось, выпустив своё все испепеляющее пламя. Еле заметная дымка, постепенно преобразовывалась в густой туман, который вскоре стал настолько плотным, что полностью скрыл в своих недрах сражающихся великанов.

Пора!!!

Зеленоватое сияние буквально пронзило тускло святящийся алым светом туман. Змея, наконец, раскрыла свои горящие изумрудным пламенем глаза, после чего медленно сползла с каменного монстра. Исполины, словно по команде замерли, после чего разом повернулись к берегу и уверенным шагом направились в сторону пребывающей флотилии с фиолетовыми парусами.

В несколько больших шагов, каменные монстры настигли «фиолетовую» армаду. Обратив всю свою внушительную силу, против своих же союзников, призванные гиганты стали неистово крушить корабли, превращая их в груду деревянных обломков.

Увлечённые жаждой уничтожить как можно больше кораблей, монстры отходили всё дальше от змеи, постепенно высвобождаясь от её контроля над собой. Оказавшись достаточно далеко, монстры окончательно вышли из влияния своей ползучей властительницы.

В следующий миг оба каменных гиганта упали на колени и безмолвно обмякли. Рухнувшие в море огромные тела, ожидаемо подняли несколько огромных волн, что разрушительными потоками снесли уцелевшие корабли наступления и оставшиеся береговые фортификации защиты.

Нечто опять с силой дёрнуло Эми за плечи, бросив её на палубу парящего корабля, словно тряпичную куклу. Почувствовав твёрдый пол под ногами, гостья этого масштабного события, наконец, могла сама перемещаться.

Корабль оказался воистину огромным. По бокам механического творения выступали крупные бочки двигателей, из которых торчали огромные веера. Между лопастей вееров то и дело прокатывались разряды электрического тока, периодически меняясь в цвете.

Тем не менее, Эми не могла понять, за счёт чего корабль держался в воздухе. Аэродинамика этой махины была чуть лучше, чем у холодильника, а отсутствие хоть какой-нибудь турбины или хотя бы мало-мальски похожего на крыло элемента, порождало больше вопросов, чем ответов.

Так или иначе, корабль больше напоминал подводную лодку, нежели надводное судно. На это намекало отсутствие хоть каких-то элементов управления на палубе, которую и палубой-то можно назвать с трудом. Просто верхняя часть корабля – воздушного батискафа

Где-то в середине парящего чуда технического прогресса, виднелся капитанский мостик. Именно туда направилась Эми, бросив короткий взгляд на недоумевающих магов, которые безуспешно пытались вернуть контроль над каменными гигантами.

Тяжёлая массивная дверь оказалась открытой, и лазутчица беспрепятственно вошла внутрь.

В небольшой тёмной каюте толпилось несколько мужчин в разных одеяниях. Кто-то был облачён в латные доспехи, кто-то в богатые одежды, а кто-то вовсе выглядел так, словно случайно забрёл на военный корабль. Собравшиеся внутри люди, что-то бурно обсуждали, но Эми не могла разобрать что именно. Казалось, что уши ей закрыли плотной повязкой, и вместо слов, ей удавалось распознать разве что бессвязный бубнёж.

Пройдя в следующее помещение, Эми оказалась в просторной светлой каюте, что было крайне удивительно, ведь она не имела ни единого окна. В центре помещения расположился тяжёлый массивный стол, на котором валялись разнообразные карты и чертежи.

Интуиция капрала армии, сразу же отправила её к картам, дабы собрать как можно больше информации, которая можно пригодиться. На удивление Эми, все мало-мальски значимые документы были смазаны. Казалось, словно кто-то вылил на них растворитель, после чего старательно размазал его по изображению.

Тем не менее, остальные действующие лица, без лишних проблем ориентировались в содержимом документов. Собравшиеся вокруг стола военные, что-то увлечённо друг другу рассказывали, периодически указывая в разные части разбросанных на столе смазанных бумаг.

Оглядевшись по сторонам, Эми обратила внимание на двух прикованных к металлическому крюку пленных защитников города. Хоть на голове пленников и были одеты мешки из плотной дерюги, но девушка инстинктивно дорисовала две мышиные мордочки с причудливой причёской. Казалось, словно они смотрят на неё прямо через ткань.

Только сейчас Эми поняла, в чьих воспоминаниях она находится. Всё происходящее вокруг, эта история, объединённая из обрывков воспоминаний сотен, нет, тысяч душ, почивших в этом бою. Она могла видеть и слышать лишь то, что видели и слышали участники этих событий.

Что-то шумно грохнуло, заставив Эми вздрогнуть и обернуться. В дальней части каюты широко распахнулась дверь, и внутрь вошли несколько знакомых девушке людей.

Первым в помещении оказался шут Капулиций. Дурашливо размахивая руками, он принялся перескакивать с ноги на ногу, запевая какую-то странную песенку. Разобрать слов не получалось, да и не особо хотелось.

Следом за шутом вышел статный мужчина в золотистых латах. Огненно-рыжие волосы константным пожаром горели на его голове, привлекая к себе внимание окружающих. Эми не покидало чувство, что она точно знает этого человека.

Шут рухнул на колени, а рыжий офицер вытянулся по струнке, его примеру последовали остальные присутствующие. Хлёсткий звук шлепка эхом разнёсся по каюте, но обернулась на него лишь Эми. Охранник пленников дал затрещину своим подопечным, заставив тех упасть на колени.

Когда приготовления были окончены, явилась она … Маленькая девочка, что некогда безвольно лежала на алтаре, сейчас смеряла присутствующих своими чёрными как сама ночь глазами. В руках вошедшей была небольшая клетка, в которой сидел маленький пушистый зверёк. На мордочке малыша была натянута кожаная маска, с закреплёнными полупрозрачными камнями жёлтых оттенков.

Горделиво пройдя к центру каюты, девочка остановилась у большого трона, который, казалось, недавно прикрутили к полу, наспех собрав его из того, что было на корабле.

– Её Величество, Королева! Эми Ли Джессен Шелортис Первая! Правительница Срединного королевства – громко выпалил рыжеволосый офицер, не удосужившись даже повернуться к собравшимся в каюте.

Взгляд мужчины в латах был пристально прикован к маленькой девочке, что в этот самый момент ловко взобралась на высокий импровизированный трон. Вальяжно развалившись на своём месте, маленькая принцесса, самодовольно ухмыльнулась, продолжив смерять взглядом всех присутствующих.

– Отыскали?! – коротко спросила девочка.

Голос девчонки хоть и звучал по-детски, но ни у кого даже и мысли не было усомниться в её самодержавном величии.

– Тарт!!! – грозно выкрикнул мужчина в латах, повернувшись в сторону замерших в каюте людей.

На своё имя отозвался высокий худощавый мужчина. Облачённый в безупречно белый морской наряд, светловолосый мужчина выглядел как истинный аристократ. Высокий лоб, снежно бледная кожа и прямой орлиный нос, даже внешне выдавали в нём высокородного офицера.

– Джо Равель Тарт, рад служить короне и Её королевскому Величеству! – учтиво произнёс мужчина в белом наряде, слегка поклонившись девочке, – Генерал Риджес! – переведя взгляд, офицер кивнул в сторону рыжеволосого офицера, – Боевые корабли империи штурмуют побережье, однако …

Тарт не успел закончить свой доклад, как его тут же прервала королева Эми. Вскочив со своего высокого стула, она быстрым шагом подошла к докладчику. Всем своим видом она выражала недовольство, которое со стороны выглядело больше умилительным, чем пугающим, но …

– Тарт! – взял слово генерал, следуя по пятам, за своей королевой, – Никаких «однако», никаких «но» быть не может. Её Величество интересует одно: вы нашли источник энергии жизни?

Всё внимание присутствующих было приковано к офицеру Тарту, который, казалось, стал ещё бледнее. Словно не выучивший урок двоечник, он молча стоял перед королевой. Девочка стояла в паре шагов от него и гневно дула ноздри. Чуть поодаль, на почтительном расстоянии от королевы, генерал Риджес сверлил взглядом командира флотской группы Тарта.

Смотреть на королеву сверху вниз, было проявлением явного неуважения, и бледнолицый офицер тут же упал на колено, сравнявшись с девочкой взглядом. Поступок не остался незамеченным. Теша своё самолюбием, юная правительница Срединного королевства сменила гнев на милость.

– Риджес! Займись лично! – надменно произнесла девочка, изящно развернувшись и, направившись в сторону своего импровизированного трона.

Генерал молча кивнул, после чего спешно направился к выходу на палубу. Едва офицер начал свой путь, как шут Капулиций тут же приблизился к королеве, совершив крайне неловкий кувырок. Едва не сбив, стоявшего на своём пути, офицер Тарта, шут нелепо приземлился назад, после чего молча уставился в сторону незваной гостьи.

Пространство вокруг выглядело настолько реальным, что Эми инстинктивно дёрнулась в сторону, спрятавшись за створку двери. В эту самую секунду, девушка готова была поклясться, что шут провожал её своим безумным взглядом.

Резко подскочив, шут быстро подбежал к Риджесу, не спуская взгляда с места, где пряталась Эми. Оказавшись рядом с генералом, Капулиций схватил того за плечо, но в следующий миг Риджес обернулся и крепко схватил шута за горло.

– Не смей, меня трогать, шут, – грозно произнёс рыжеволосый мужчина, сжав горло шута сильнее.

Долю секунды Капулиций смотрел на Риджеса глазами, полными ненависти. Крепко сжав кисть генерала, шут словно готовился резко ответить зарвавшемуся офицеру, но этого не произошло.

– Что там происходит?! – грозно спросила девочка, обратив внимание на стычку при входе.

Услышав голос королевы, Капулиций тут же отпустил руку, держащую его за горло и, растянувшись в подхалимской улыбке, безвольно повис на ней.

Томно закрыв глаза, генерал расслабил пальцы, после чего повернулся к королеве. Получив свободу от захвата, Капулиций артистично рухнул на пол.

– За что? За что?! За что генерал не любит славного доброго Капулиция? – начав говорить о себе в третьем лице, заверещал шут, крича так громко и трагически, словно произошло нечто невообразимо несправедливое, – Капулиций просто заботится о счастье своей Госпожи, он совершенно – совершенно – совершенно безобиден. Капулиций верный – верный – верный слуга своей потрясающей Госпожи

Слова шута явно радовали девочку. Растянувшись в самодовольной улыбке, юная королева растеклась в своём импровизированном троне, продолжая наслаждаться речами Капулиция.

– Ваше Величество, я могу идти вып… – обратился к королеве Риджес, но та лишь отмахнулась от него, продолжая наслаждаться подхалимажем шута.

Звонко хлопнув себя по щеке, Капулиций резко вскочил на ноги, после чего стал метаться по каюте, словно его хватил какой-то приступ. Смерив шута презрительным взглядом, генерал слегка поморщился, после чего удалился прочь.

– Капулицию кажется, что на корабле … – шут на мгновение затих, принявшись беспокойно оглядываться по сторонам, – шпио-о-о-о-оны!!!

Последнее слово Капулиций произнёс шёпотом, но с такой громкостью, что скажи он чуть громче, его бы услышали даже на побережье.

В следующий миг, шут бросил короткий взгляд на стоящую за дверью девушку, и его подхалимская улыбка мгновенно сменилась на пугающую гримасу. Резко выхватив из-за пояса нож, он принялся рубить воздух вокруг, после чего метнул кинжал через всю каюту.

Увидев приближающееся лезвие ножа, Эми инстинктивно пригнулась. Удивлённо вглядываясь в Капулиция, лазутчица пыталась понять, кто он такой. Его реакция, скорость, отточенность движений … Неужели все шуты в этом странном месте обладают такими навыками.

Эми посмотрела на нож, что воткнулся в деревянную дверь как раз в том месте, где была её голова. Рефлекторно сглотнув, девушка настороженно поглядывала на Капулиция, который уверенно подошёл к двери. Вынув нож, он принялся ходить кругами, шумно втягивать воздух носом. С каждым кругом он всё ближе и ближе подходил к Эми, которая была вынуждена инстинктивно отступать.

Вскоре Эми оказалась зажатой в углу, в том самом, где были прикованы пленники. Девушка понимала, что всё это лишь воспоминания и ей ничего не угрожает, но дикий взгляд Капулиция, всё же требовал дополнительной осторожности.

Оказавшись меж пленников, Эми пыталась улучить момент, чтобы покинуть этот угол, но шут, словно чувствовал её. Совершив очередной круг, Капулиций замер возле пленников. Закрыв глаза, он стал обнюхивать их, словно досмотровая собака в аэропорту. Спустя минуту тщательного обнюхивания, шут последний раз глубоко втянул воздух носом, после чего его лицо растянулось в жуткой гримасе.

– Нашё-ё-ёл!!! – самодовольно пропел Капулиций, словно только что выиграл какой-то спор.

Ещё несколько секунд, шут всматривался чуть ли не в глаза девушки. Эти несколько мгновений казались вечностью, от которой Эми было откровенно не по себе. Казалось, что всё на этом и закончится, но в следующий миг, Капулиций перехватил кинжал и с силой вонзил его в голову одного из пленников.

Эми в ужасе отскочила в сторону, рефлекторно вжавшись в угол. Произошедшее никак не укладывалось в её голове, но тяжёлый груз вины резко свесился с её души. Девушка была уверена, что пленный погиб из-за неё. Пробежав сквозь Капулиция, она попыталась привлечь его внимание, но тот, словно не видел её, как и все остальные.

– Браво!!! – радостно воскликнула девочка, громко хлопая в ладоши, – Капулиций, браво!!! Отличное выступление!!! Потрясающе!!!

В следующую секунду место злобной гримасы на лице шута заменила подхалимская улыбка. Медленно развернувшись, шут отвесил несколько поклонов, и затискивающимся голоском стал говорить очередные комплименты своей госпоже.

Эми с отвращением и ненавистью смотрела на маленькую девочку, которая с удовольствием разглядывала растекающуюся лужу крови у ног своего шута. Не сумев побороть желание, девушка решительным шагом приблизилась к королеве.

Взгляд Капулиция вновь скользнул по её силуэту. В следующий миг, он с диким визгом набросился на второго пленника, принявшись остервенело колоть его ножом под заливистый хохот своей королевы.

С каждым ударом Капулиция, пространство смыкалось всё сильнее и сильнее, пока вовсе не померкло.

Спустя мгновение Эми буквально вылетела с палубы корабля, стремительно приближаясь к воде. Рядом с ней летели тела убитых Капулицием мышиных воинов. Разум девушки терзала лишь одна мысль: если умереть здесь, это будет конец всему или только этому путешествию в воспоминаниях. Сердце бешено колотилось, и Эми инстинктивно пыталась увидеть максимально безопасное место для приземления, … если таковое вообще можно назвать безопасным в текущей ситуации.

Тем не менее, проверить свою гипотезу девушке не удалось. В очередной раз, некая сила подхватила гостью воспоминаний за плечи, заставив ту замереть в воздухе. Тела мышей пронеслись мимо и рухнули в воду, отправившись в свой последний путь в тёмную морскую бездну.

Ещё какое-то время Эми продолжала судорожно размахивать руками в воздухе, но вскоре осознала бессмысленность этого занятия. Старательно погасив волнение и тревогу, девушка вновь принялась рассматривать происходящие на воде и суше события.

Двое из камня, стали медленно подниматься, отходя от непродолжительного транса. Маги с корабля, вероятно, нашли способ вернуть себе контроль над призванными исполинами. На радость мышиной армии, в попытке подняться каменные гиганты отправили на дно ещё парочку кораблей с фиолетовыми парусами, но на этом их содействие защитникам острова закончилось.

Окончательно поднявшись, каменные исполины уверенным шагом направились к своим оппонентам, что в этот самый момент пытались восстановиться.

Механический воин всё ещё был непригоден к бою, несмотря на все старания населявших его хвостатых инженеров. Достаточно было произвести роковую серию ударов и порождение технического прогресса окончательно бы вышло из строя.

Красная змея почти полностью ушла под воду. Взять под контроль столь огромных существ, было задачей не из простых. Каменные титаны не имели ни чувств, ни мыслей, они не поддавались внушению или влиянию, а значит, ползучий месмерист был бессилен против них.

Единственное, что смогла змея, это перехватить контроль над призванными существами, подчинив их своей грубой авторитарной воле. Тем не менее, подобный подход буквально сжёг всю энергию чешуйчатой защитницы острова, и теперь она старалась хоть какой-то восстановить силы.

Каменные гиганты приближались. Несмотря на то, что существа успели отойти на приличное расстояние, всё же их исполинские размеры и, соответствующие этим размерам, широкие шаги очень быстро приближали неизбежное. Гигантская голова змеи скрылась под водой, лишив парящего в небе наблюдателя возможности видеть место её нахождения.

Тем временем на побережье всё ещё шёл бой. Защитники острова самоотверженно бились с бесчисленным числом высаживающихся солдат в фиолетовых облачениях. Картина событий так и осталась бы самой обычной, если бы в следующее мгновение на побережье не появилась маленькая красная змейка.

Непрошеный гость, спасаясь от густого чёрного дыма, наконец, покинул систему горных переходов, очутившись в самом пекле боестолкновений.

Маленькая змейка была на порядок крупнее среднестатистического участника сражения, но всё же по сравнению с гигантской алой коброй, валившей исполинских титанов, эта змейка была едва ли не крошечной.

Появление на побережье алого магического создания не осталось незамеченным. Несколько солдат облаченных в тяжелые фиолетовые доспехи быстро окружили недавно родившегося малыша. Угрожающе выставив свои копья, воины принялись опасно рассекать воздух, стараясь отвлечь свою добычу.

Казалось бы, ещё миг и судьба малыша была бы предрешена, как вдруг …

Два, сверкнувших в лучах полуденного солнца клинка, с тихим свистом рассекли воздух. Двое в золотисто-бежевых дорожных плащах с капюшонами нанесли серию смертоносных ударов по «фиолетовым» захватчикам. Искусные фехтовальщики били расчётливо и аккуратно, стараясь не повредить ни единого элемента их облачения.

Разбив нападающий отряд, спасители змея не стали тратить времени зря. Сняв с поверженных врагов их одеяние и защиту, странные воины спешно ретировались, оставив спасённое ими существо в одиночестве

Не найдя лучшего для себя решения, змеёныш пополз за своими спасителями. Неловко сшибая полуразрушенные здания, малышка петлял вдоль улочек, пытаясь найти знакомые силуэты, но все его попытки остались безуспешными. Маленький змей заблудился.

Тем временем, каменные титаны приближались к механическому рыцарю, который всё находился в крайне печально состоянии. То и дело клинило, то один, то другой механизм. Попытки поднять согнувшегося воина приводили к новым, всё более серьёзным поломкам.

Каменный титан приближался, с каждой секундой в разы сокращая путь. Оставалось буквально пару шагов, и призванный монстр закончил бы мучения механического рыцаря, но…

В следующий миг грузное тело гиганта рухнуло в воду, спровоцировав очередную волну. Заряженные колоссальной энергией, разрушительные потоки морской воды бесцеремонно ворвались на улицы города. Сметая на своём пути любые препятствия, накатывающие волны утаскивали с собой всё, что могли унести.

Несмотря на всю свою разрушительность, для маленькой змейки этот поток оказался настоящим спасением. Морская вода ласково обхватило её тело, и в тот же миг унесла с собой, освободив на морской глубине.

В воде малышка чувствовал себя потрясающе. Ловко огибая мчащиеся упавшие на излёте ядра, змеёныш быстро плыл куда глядели его изумрудные глазки. Продолжай он плыть, то через пару минут уже мог бы оставить всю эту вакханалию далеко за спиной, но …

Сквозь мутную однородную массу из морской воды, крови, рома и масла, змеёныш разглядел мерцающий силуэт своего алого сородича.

Огромная красная кобра обвила своим телом каменного исполина и сжимала его что есть сил. Призванный гигант крошился как кусок старого чёрствого хлеба. Маленький змей видел, как всё его тело пошло трещинами, что стали быстро заполняться морской водой.

Алая кобра из последних сил держала сопротивляющегося монстра в плотном захвате, но вскоре и они стали покидать её. Каменный гигант потихоньку начинал шевелить руками, после чего стал предпринимать попытки подняться.

Очарованный невероятной силой своего сородича, змеёныш не сразу обратил внимание на подводный дождь из всевозможной военной утвари, заполонившей всё пространство вокруг. Взглянув наверх, малышка увидела как на поверхности воды, в борьбе за жизнь, барахтались оказавшиеся за бортом солдаты. Рыцари спешно избавлялись от своих тяжёлых лат, оставляя их грузно тонуть, образовывая тот самый подводный дождь из металла и меди.

Стараясь спастись, воины разных фракций, формировались в группы. Пытаясь занять уцелевшие плоты, они вступали в бой друг с другом за право выжить. Вскоре на поверхности сформировались целые флотилии из импровизированных плотов. Какие-то заняли солдаты в фиолетовых облачениях, а какими-то управляли воины в золотистых нагрудниках.

Глядя на то, как огромный змей бьётся на равных с гигантским каменным титаном, алая малышка, тоже решил помочь в происходящей битве. Вспомнив, как некто спасли его от злых «фиолетовых» солдат, маленький змей отправился к поверхности.

Стараясь быть максимально осторожным, алая малышка подхватила несколько плотов с «золотистыми» солдатами и в стремительном порыве, доставил их к берегу. Не теряя времени даром, спасатель убрался восвояси, под одобрительные возгласы спасённых им мышиных рыцарей.

Тем временем механический воин и уцелевший каменный титан вновь вступили в поединок. Технологический боец явно проигрывал, продолжая разбрасываться комплектующими своих механизмов. Крупные детали запасных частей разлетались в разные стороны, принося всё большие разрушения на земле.

Оставив груду раскрошенного камня на дне, выдохшаяся кобра из последних сил направляла своё огромное тело в направлении последнего каменного титана. Призванный гигант, уже намеревался нанести последний сокрушительный удар своему механическому оппоненту, как из воды вырвалось горящее алым огнём громадное тело кобры.

Раскрыв свои глаза, что еле тлели изумрудным огнём, змея потратила последние силы на то, чтобы перехватить управление титаном.

Каменная громадина замерла в последнем движении, словно забыв, что собиралась сделать. Механический рыцарь воспользовался моментом. В следующий миг, два десятка пушек, размещённых в бойницах исполинского рыцаря, произвели серию залпов, отправив разрушительные ядра в оппонента. Огневой мощи оказалось достаточно и каменный монстр, отшатнувшись, рухнул навзничь.

Потратив последние силы, алая кобра рухнула без чувств, скрывшись в безмолвной пучине морской воды.

Казалось победа, но всё было не так просто. В следующий миг в небе сверкнула яркая вспышка, после чего ослепительный луч молниеносно спустился с небес, пронзив механического рыцаря насквозь. Ещё миг и луч ударился о горную скалу, отколов от неё солидный кусок, после чего умчался туда откуда прилетел … в сторону парящего воздушного корабля.

Оглушительный взрыв гулким грохотом разнёсся в пространстве. Многочисленные пожары охватили корпус атакованного воина, а пар бесконтрольно вырывался из повреждённых труб его систем. Густая белая пелена окутала всё вокруг, но вскоре её заменил жуткий непроглядный дым. Последняя шестерёнка механического рыцаря остановилась и спустя мгновение, величественный герой направился ко дну, поглощаемый темной морской бездной.

Спровоцированная падением очередного гиганта, морская волна вновь хлынула в сторону побережья, сметая всё на своё пути. Маленькая змейка не смогла противиться мощным потокам разрушительной энергии стихии, что вынесла её на побережье.

Несколько дирижаблей, с трескучим тарахтением тут же окружили беднягу, сбросив несколько сетей. Пытаясь вырваться, малышка лишь сильнее увязла в путах, которые принялись стягивать его тело. Гремя звеньями массивных цепей, дирижабли принялись поднимать захваченного магического зверя. Медленно разворачиваясь, дирижабли собирались проследовать в сторону парящего воздушного судна, прихватив с собой свою свежепойманную добычу.

Бессмысленно барахтаясь в воздухе, пленница отчаянно извивалась, до последнего надеясь, что сможет выбраться. С каждым неосторожным рывком грубые верёвки всё сильнее врезались в молодую кожу змейки, которая ещё не успела обрасти защитными чешуйками. Всё было кончено.

Отказываясь принять свою судьбу, алая змейка истошно закричала. Журчащий вопль, звонким эхом разнёсся в пространстве, отражаясь от холодных скал, что молча смотрели за агонией магического зверя.

Дирижабли поднялись достаточно высоко, поэтому даже собравшиеся на побережье «золотистые» рыцари при всём желании не смогли бы ей помочь. Едва спасённый отряд мышиных рыцарей принялся разворачивать уцелевшие орудия, как их начинание прервали.

Три боевых корабля с фиолетовыми парусами прорывались по фарватерной линии к побережью, готовясь к абордажу. Всё было некстати и не вовремя, но береговой страже пришлось делать этот тяжёлый выбор.

Очередная вспышка сверкнула где-то за облаками, и в следующий миг яркий луч пронзил одно из береговых укреплений. Раздался взрыв, отправивший сноп густого дыма в воздух. Луч, словно пинбольный шарик отбивался от всевозможных препятствий, безжалостно разрушая их. Исполнив заложенную задачу, энергетический сгусток взмыл в небо, едва не сбив набирающие высоту дирижабли.

Воспользовавшись хаосом и паникой на суше, «фиолетовые» рыцари один за другим высадились на побережье. Не самые искусные воины рубили наотмашь всё, что попадалось им на глаза, но этого оказалось достаточным, чтобы окончательно сломить сопротивление.

Парящий в облаках корабль, принялся снижаться, постепенно сближаясь с дирижаблями. Дно судна оказалось ничем иным, как бойницами, который под ритмичный треск стали раскрываться. Спустя минуту механизмы замерли, явив миру несколько крупных орудий, которые принялись хаотично вращаться вокруг своей оси.

Дирижабли поднялись над воздушным кораблём. Нацелившись на посадку, аэростаты рассчитывали траекторию, чтобы аккуратно приземлить похищенную змею.

В этот момент щелчки и треск, издаваемый парящим судном, стихли. В этот момент казалось, что стихло вообще всё … взрывы, крики, грохот, шум войны … словно всё разом замолчало, ожидая явления сокрушительной силы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.