Crazyoptimistka
Что ты знаешь о любви?

От автора: Эта книга является художественным произведением. Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны. Авторские права защищены. Размещать данный текст без согласия автора запрещено.

Глава 1."Катя"

Я ненавидела свой будильник. Честное слово. Особенно, когда тебе снились мускулистые мужские руки, которые так крепко тебя прижимали к себе и обещали положить весь мир к твоим ногам. И особенно на выходных, когда все порядочные люди нежились в своих теплых постелях, а мне нужно было подниматься на работу.

– Кааать, выруби его, – послышалось с другой половины кровати, – совсем совесть потеряла. Не видишь, тут люди пытаются спать.

Хотелось пнуть этот бурчащий комок под одеялом, но чувство, которое в народе называют "любовью" заставило поумерить свой гнев и лишь заботливо подоткнуть край под тело своего парня. А затем, поежившись, высунуться из своего теплого укрытия.

Помимо будильника, я ненавидела еще и зиму. Когда холодно было везде, где только можно. И чтобы выйти за хлебом в магазин тебе приходилось одеваться так, будто отправляешься в поход в Альпы. А в доме из теплых объектов был только закипевший чайник и обогреватель. Ибо батареи, как, собственно, и горячая вода перекочевали в раздел " Видишь суслика? А он есть!". Вроде бы все на месте, но в то же время фиг воспользуешься. Так как вечные ремонты труб в зимний период плавно перетекают в профилактический летний период, когда воды не видно месяцами. Собственно, удивляться я перестала этому еще на третий год нашей совместной жизни в этом доме. Просто периодически молюсь, чтобы дом достоял до того момента, когда мы наконец-то начнем зарабатывать чуть больше и сможем снять нормальную квартиру.

Натянув побыстрее свой длинный махровый халат и вскочив в тапочки, сонно побрела на кухню. По дороге естественно, наступив на вальяжно развалившегося кота. Единственный член нашей семьи, которому все было пофиг. Тепло ли или холодно, снег ли или дождь стеной. Я вам так скажу, с такой шубой, я бы тоже не особо парилась. Да и вообще, жил этот комок шерсти довольно шикарной жизнью.

– Но – но, я не специально, – буркнула я в сторону кота, который нацелился вцепиться мне в ногу. – Нечего значит под ногами валяться, словно прикроватный коврик.

Конечно же, это мохнатое чудовище с обиженным выражением морды прошествовало мимо меня и взобралось на постель, ближе к своему любимому хозяину. Ну, естественно, кто бы сомневался. Вообще, это создание было моим подарком на очередное восьмое марта. Правда, Сережа не учел того факта, что кошек я не люблю. Точнее, отношусь к ним без особой душевной теплоты. Да и вообще, мне по духу ближе собаки. Они хотя бы радуются при виде тебя, а эти? Выражение на морде у кота одно и то же, поэтому создается впечатление, что это не ты его завел, а он тебя. Но, как я уже говорила, Кокс был моим подарком. Да, вы не ослышались. У всех Васьки, Рыжики, Кузи, а у нас Кокс. И все потому, что Сережа однажды услышал тупой анекдот и воплотил его в жизнь. Теперь, когда очередные знакомые в кругу друзей спрашивают, есть ли у нас кто, Сережа гордо отвечает, что дома у нас есть целых семь кило кокса. Вообщем, как я подозревала, подарок был сделан больше себе любимому, чем мне. И у них это было взаимно, а я иногда вклинивалась в эти отношения. За что всегда получала когтями по всем открытым участкам тела. Но, да ладно, я как бы не сильно была этим огорчена.

Пока чайник закипал, я успела умыться в прохладной воде и почти докрашивала второй глаз, когда на кухне появился мой милый.

– Доброе утро, кофе будешь? – спросила я его.

– Угу, – Сережа уселся на стул и тут же рядом с ним материализовался этот черный демон. Была бы моя воля, назвала бы кота не Коксом, а Люцифером. Ему эта кличка намного больше подходила.

– Поздно лег?

– Да есть такое.

– Что-то случилось? – Я с двумя дымящимися чашками присела за стол и наблюдала за тем, как мой парень задумчиво окунает баранку в кофе.

– Глупо задавать такие вопросы человеку, который проснулся не по своей воли в шесть часов утра.

– Ну, если бы не дал машину своему Генке, я бы встала позже. А так, чтобы добраться до работы мне теперь предстоит трястись на автобусе.

– Я не мог отказать другу.

– Сереж, ладно если бы она ему была действительно нужна. – Я отодвинула уже пустую чашку. – Но поехать на рыбалку твой Генка мог и на электричке.

– На работу тоже можно кататься своим ходом.

– А я, по-твоему, на ковре самолете постоянно добираюсь? Единственный раз попросила машину и то пролетела. – Не выдержала я и чуть не ударила кулачком по столу. Но потом вспомнила недавний тренинг, который слушала по радио и представила ромашковое поле. А еще порхающих бабочек и то, как ласковый теплый ветер треплет мои волосы. И вроде бы помогло, пока идиллию в моем мозгу не нарушил грозный "мяв". Открыв глаза, обнаружила, что карие и янтарные глаза в свою очередь сверлят в моем лбу очередную дырку для трепанации. И чтобы не сорваться в такое чудное утро, молча пошла за своими вещами.

– Не забудь купить молока и хлеба, – донеслось из кухни. – И конфет к чаю. И Коксу что-нибудь вкусненькое.

– Всенепременно, – бурчала я сама себе под нос, пока обувалась и натягивала пуховик и шапку.

– Кать, ты что, обиделась? – Сережа уже стоял передо мной с мусорным пакетом наготове.

– Нет, все прекрасно!

– Каать…

– Ну что? Сейчас надену перчатки и возьму этот мусор.

– Я не про это.

– А про что? – Повернулась я и с вызовом посмотрела на него. Видимо, не суждено мне было отправиться на работу с хорошим настроением.

– Я люблю тебя, вот что. И не опаздывай, я буду готовить свои фирменные пельмени. – Сережа поправил мою шапку и чмокнул в нос.

Ох, даже и не знаю, что больше меня подкупило. То ли то, что меня любят. То ли готовый ужин на момент моего прибытия домой. Но все это было так мило, что я мгновенно растаяла, словно масло на сковородке. Тряпка.

– Я тоже тебя люблю. – Хихикнула я в ответ и, выхватив пакет с мусором, потопала на выход.

Морозный воздух ударил в лицо и заставил на секунду замереть, привыкая к температуре. Которая, кстати, была настолько низкой, что даже волосы в носу намертво сцепились друг с другом в надежде хоть как-то согреться. Доскакав до мусорного бака и отделавшись от ненужного багажа, бодро начала свое шествие к остановке. Честно, я думала, что буду единственным несчастным человеком, которому пришлось ехать на работу в выходной день. Но на остановке толпилось еще пять бедолаг и почему-то на душе стало не так тоскливо. Возможно, я даже где-то позлорадствовала. Но после получаса бестолкового ожидания, злорадство отступило и на смену ему, пришла жалость. Вдобавок к дикому холоду, начал сыпать снег, заставляя нас перебазироваться под навес остановки. И вдруг почему-то вспомнились "Игры престолов" с их зимними локациями, где людишки тусовались без шапок, шарфов и в каких-то накидочках. Мда, у нас бы они не выжили и вымерли б еще в первом сезоне. А мы вон живучие какие! Может, во мне течет кровь Старков? От этих мыслей я немного развеселилась и даже прихрюкнула от смеха. Но быстро взяла себя в руки и, прежде чем плотнее уткнуться носом в снуд, оглядела своих братьев и сестер по несчастью. Молодой человек, который стоял в метре от меня удивленно смотрел в мою сторону. Видимо, прибалдел от увиденного, а я же в оправдание возьми да и ляпни:

– Зима близко.

Да, представьте себе, седьмой час утра на остановке, холод и рядом стоит что-то, обмотанное в широченный шарф, в объемном пуховике и с шапкой по самые глаза. И вот это "что-то" сначала хихикает само по себе, а затем выдает такой "перл". Видимо, Сергей был в чем-то прав и мое чувство юмора было навсегда утрачено для человечества.

– Вообще-то она уже наступила, – промямлил он в ответ и отвернулся. А затем вообще постарался отойти от меня на безопасное расстояние. Далеко он, конечно, не ушел, но осадочек остался. И окончательно разочаровавшись в людях, я вновь погрузилась в свои мысли. Я любила мечтать и воссоздавать картины из книг в своей памяти. Как ни крути, но работа редактором в одном из крупнейших издательств Москвы, дало о себе знать. Хотя, я с детства любила этот мир книг. Могла часами напролет засиживаться за очередным романом, забывая о времени. И так было непривычно возвращаться из книжного мира в свой, где не было рыцарей и прекрасных дам, а за окном не сражались маги. Где чувства были такими яркими и чистыми, что ты плакал вместе с героями и радовался одновременно. Увы, в нашем времени такого не было, зато лжи, зависти и злобы было хоть отбавляй…

Еще через пятнадцать минут ожидания, я была готова потратить последние двести рублей на такси, когда увидела еле движущееся пятно на горизонте. С облегчением выдохнула и выступила вперед, тем самым подавая знак остальным пингвинам последовать за собой. Народ как-то оживился и живенько затоптался рядом со мной. Я никогда не думала, что буду так рада видеть нашего соседа, который водил эту маршрутку. Дядя Витя жил над нами и любил играть на гармони. В час ночи. Мы в свою очередь, дядю Витю за это тихо ненавидели. Поддержать нас было некому, так как весь двор обожал его игру, особенно на всяких празднованиях. Когда собирался полный двор бабушек и дедушек. И где они под очередные "пятьдесят грамм" для здоровья успевали обсудить политику, минздрав и Клавку из соседнего подъезда, которая щеголяла по двору с новыми вставными зубами. Стандартный двор и дом с такими же жителями, ничего нового, ничего сверхъестественного.

Оплатив проезд и устроившись на месте у окошка, я вновь вспомнила не злым и тихим словом Сергея и его Генку. Нет, я любила Сережу, честно. Он оказался для меня спасением в тот момент, когда мне казалось, что впереди меня больше ничего не ждет.

Тогда прошло полгода, как я переехала в этот чужой мне город. Полгода моей так называемой самостоятельности. Знаете, а ведь действительно существует та черта, которая делит жизнь на "до" и "после". Для меня такой чертой стало предательство отца. Он всегда был для меня примером того, каким должен быть мужчина. Я думала, что именно так и должен любить муж жену, как любил мой отец маму. Восхищалась тем, что по истечению такого солидного срока, они до сих пор вели себя как влюбленные школьники. Вот только ни она, ни я не знали, что на стороне у него давным-давно была любовница, а он все это время притворялся. Никто даже и думать не мог, что он способен на измену. А он смог. И чисто случайно все всплыло на поверхность. Так получилось, что мне пришлось возвращаться с дачи на несколько дней раньше. И электричка, на которой я ехала, по какой-то поломке остановилась в неприметном другом дачном поселке. Мы всегда проезжали его и даже не всматривались в окрестности. От нечего делать, я скучающе наблюдала за людьми и ожидала отправки дальше. И тут меня привлек знакомый силуэт, который так бережно тащил сумку по перрону. А затем его обняла миниатюрная блондинка и уткнулась лицом в широкую грудь. Я не слышала, о чем они говорили, но казалось, будто он успокаивал ее, гладил по крашеным волосам одной рукой, а второй крепко обнимал за талию. А затем они поцеловались и я вдруг отчетливо ощутила, как подо мной вздрогнула земля и стала рассыпаться на кусочки. Слезы застилали глаза и грудь сдавило от такой непередаваемой боли, что я даже и не поняла, что делаю и зачем двигаюсь на выход. Я даже не поднимала голову, когда врезалась в проходивших мне навстречу людям. И лишь такой знакомый голос и сильные руки вывели меня из этого состояния:

– Катя? Что ты здесь делаешь? – Отец испуганно стал осматриваться по сторонам. – Ты с мамой?

– Нет, можешь вздохнуть с облегчением. Твой концерт на перроне видела только я. – Каждое мое слово было пропитано ядом. Я смотрела на такого родного и то же время чужого человека.

– Тише.

– Не закрывай мне рот! Не имеешь права!

– Екатерина, возьми себя в руки! – Его тон стал строже. – Здесь не место для подобных разговоров.

– Убрал от меня свои грязные руки, – зашипела я в ответ и дернулась от протянутой руки. – Не надо со мной разговаривать и не надо мне ничего объяснять, я все видела.

– Ты не так все поняла.

–Да? И что именно? Ты случайно споткнулся и попал в ее объятия? А затем она тебя насильно поцеловала? Тебе было дискомфортно или отбивался? А то я что-то пропустила этот момент.

– Катя, прошу тебя, успокойся и давай все обсудим.

–Нет. – Я оттолкнула его и прошествовала мимо в другой вагон. Скрываясь за стеклами солнцезащитных очков от посторонних взглядов, я всю оставшуюся дорогу домой глотала слезы. Мне было так жаль маму, себя и всю нашу семью. Которая будто хрустальная статуэтка разбилась от одного неосторожного движения.

Глава 2. «Катя»

С отцом я больше не разговаривала и старалась пропадать, где угодно допоздна, лишь бы не видеть его лицо и лишь бы не находиться под одной крышей. Знаете, когда слышишь о предательстве, но оно тебя не касается, то даже и представить себе не можешь, как сильно оно ранит. И то, что показывают в кино и рядом не стоит с тем, что происходит в реальной жизни. Мама приехала через неделю и вот тут начался настоящий ад. Сложно быть хорошей актрисой, когда все внутри кричит от боли. Я видела, как он целует маму и задумывалась, а кого он представлял на тот момент? Маму или эту крашеную швабру? Меня типало каждый раз, когда я видела его ужимки и заигрывания перед ней. И каждый раз я хотела ей все рассказать, открыть глаза. Но понимала, что ее рана будет больше моей и останавливалась. Останавливалась, потому что где-то в глубине души очень хотела все забыть. Чтобы в один прекрасный день я проснулась, а все было по-прежнему прекрасно. Но этого все не происходило и изо дня в день, злоба внутри все больше разрасталась так, что я едва контролировала себя.

–Катюш, не планируй ничего на вечер, – обратилась ко мне мама, суетясь на кухне, – сегодня на ужин мой фирменный пирог с грибами.

– Ммм, мам, я не могу, – на ходу придумывая отмазку, я попыталась протиснуться мимо нее к холодильнику. – Я уже занята.

– Меня не волнует. Мы и так редко стали собираться за одним столом, то у папы работа допоздна, то ты пропадаешь у подружек. Я хочу посидеть со своей семьей и нормально провести время, а не выуживать вас с отцом по очереди, это ясно?

– Да.

– Вот и славно, ужин в семь.

Что сказать, у мамы был такой склад характера, что она всего добивалась. Не важно какими путями, но она получала все, что хотела. И вот, семь часов. На кухне витают ароматы маминой стряпни, за окном шелестит листва, оповещая нас о надвигающемся дожде. Висевший на стене телевизор, показывал новости на приглушенном звуке, а перед носом стоял аппетитный кусок пирога. Обычно, люди наслаждаются такими моментами. Но не сегодня и не в нашей семье. Я вяло ковырялась вилкой в еде и почти не слушала болтовню родителей. И больше всего хотелось уйти в свою комнату. Я даже уже встала со своего места, когда мама неожиданно серьезным тоном произнесла:

– Сядь немедленно, Екатерина.

Конечно же, это для нее было несвойственно. Обычно мама юморила и была такой солнечной, а этот тон я слышала всего два раза и то, когда сильно шкодила.

– Итак, дорогие мои, кто из вас первым решится рассказать, что происходит в нашей семье? И почему я чувствую, будто бы вы специально избегаете друг друга? Все ведь было хорошо, верно? Или вы считали меня слепой и глухой? Вы думали, что я не слышу вашего общения? Надеялись, что сможете меня обмануть, но могу сказать, что вы провалились. Игорь? – Она по очереди повернулась к каждому из нас. – Катя?

Казалось бы, вот он момент, которого я так ждала. Момент истины, когда я должна была получить облегчение, видя, как мой отец бледнеет и прячет свои глаза. Но все было наоборот. Я чувствовала, что сейчас наступит конец. Конец нашей семье, в котором отчасти виновата я. Может, стоило потерпеть? Может быть, это был единичный случай, и отец больше не возвращался к той женщине, а я своими собственными руками рушу этот мир? И когда я была уже готова сказать, что все хорошо, отец начал говорить:

– Оля, ты же знаешь, как я вас люблю, верно? И готов весь мир положить к вашим ногам, мои девочки. – Он судорожно вытер пот со лба и, пытаясь унять дрожь рук, завертел салфетку. – Черт. Я даже не знаю, как тебе сказать и с чего начать…

– Хочешь, я тебе помогу? – мама откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. – "Но, дорогая, несмотря на то что я вас люблю, в моем сердце живет другая женщина. И я мучаюсь, не зная, кого выбрать. При этом, не причинив кому-то из вас боль". Я ничего не упустила? И судя по всему, наш ребенок тоже в курсе?

– Ты знала? – прошептала я, пораженная ее словами. И судя по выражению отцовского лица, он так же пребывал в состоянии шока. – Как давно?

– Достаточно давно, – мама на секунду отвернулась к окну, – просто это не та тема, которую можно свободно обсуждать за чашкой чая. Скажи мне, Игорь, как наш ребенок узнал о твоих похождениях? Неужели ты опустился до того, чтобы привезти свою любовницу сюда?

– Нет, что ты, как я так мог низко пасть?

– Действительно, – съязвила мама в ответ. – А измена у нас стала на уровне похода в магазин за хлебом. Совсем не низко с твоей стороны.

–Оль, не надо так.

– А как надо? Игорь, то, что я так "спокойно" реагирую, еще не означает, что я не зла на тебя. Поэтому не смей мне рассказывать, как мне поступать в данной ситуации. Иначе твои сумки будут собраны за считанные минуты. Теперь, когда все стало на свои места, что ты думаешь делать? Не смотри на Катю. Наша дочь уже взрослая и имеет право знать твой ответ.

Отец замолчал и уставился в пол. Я видела, как одинокая слезинка скатывается по его щеке и утопает в густой бороде. И мне стало его жаль.

– Я не знаю, что мне делать.

– Ты любишь ее? – дрогнул голос матери. Как бы она не храбрилась, было видно, что она боялась ответа.

– Я думаю, что да, люблю. Не так как тебя, это какое-то другое чувство…

– Хватит, я не хочу ничего больше слышать. – Мама встала со своего места и отошла к окну. А, затем, не поворачиваясь, продолжила, – Игорь, мне очень больно. Но еще больнее будет, если я буду удерживать тебя рядом. Давай не станем мучать друг друга. Я искренне надеюсь, что ты будешь счастлив рядом с той женщиной.

Больше она ничего не сказала, просто вышла из комнаты, оставив нас вдвоем. И звенящая тишина моментально заполнила все пространство.

– Прости меня Катюш, я не думал, что все так получится. – После долгого молчания произнес отец.

– Чем она лучше мамы? – горько вздохнула я в ответ. – Чем она лучше нас?

– Это сложно объяснить, просто так получилось. Она не лучше вас, она совершенно другая. Я все так же люблю твою маму, но уже другой любовью. А Анна… она дала мне свежий глоток воздуха. Мама меня так любила лишь в молодости, но сейчас все по-другому. Я думаю, когда ты станешь чуть старше, возможно, поймешь меня.

– Не думаю, что когда-нибудь мне будет понятна измена. – Ответила я ему и, встав со своего места, вышла вслед за мамой.

Он уехал на следующий день. Я из окна своей комнаты наблюдала за тем, как он складывает чемоданы и сумки в машину. А затем поднял голову и тоскливо улыбнувшись, махнул мне рукой и сел за руль. Уехал, чтобы начать свою новую жизнь. Без нас. Возможно, он страдал, но не так как мы. Как бы ни печально, но оказывается, что отсутствие одного человека может изменить привычный ход вещей. В квартире без папы стало пусто, тоскливо и одиноко. Больше никто не комментировал мамины любимые сериалы, никто не готовил на выходных свою фирменную яичницу и никто не помогал мне с уборкой. Наши дни сливались в одно сплошное серое пятно. И как бы мама не старалась скрывать, я видела, что она горюет и все больше закрывается в себе. Все чаще мы проводили вечера и выходные раздельно или сидя в разных комнатах. Я чувствовала, что нас затягивает это болото и что-то надо с этим делать.

В тот день, я возвращалась домой и проходила мимо скамьи, на которой сидели местные бабульки. Стоило мне пройти мимо, как за спиной послышалось приглушенные пересуды. Недолго думая, я развернулась обратно и подошла прямо к ним, чем заставила их замолкнуть.

– Добрый день, Катюша. Как поживаете?

– Добрый, теть Зин. А чего спрашиваете? Сами ж знаете, вот вы и скажите, как мы поживаем.

– Ох и молодежь, языки длинные, – пробубнила соседка рядом.

– Можно подумать, что у вас они короткие? Я не впервые слышу, как вы распускаете сплетни, что больше поговорить не о чем?

– Батюшки, Катенька, да мы же ничего плохого не говорим. Все как есть, а что хочешь сказать, что у вас все гладко? Я вон вашего отца видела на той неделе, когда к внуку ездила. Ходит павлином с новой бабой, будто хвастается. А как так можно – то? И не позорно ведь! Семью бросил и с головой в омут подался. А вы брошенки, маетесь тут с горя. Матушка твоя раньше такая хохотушка была, весь двор слышал. А сейчас что? Ходит серой тенью, да и ты хмурой тучей стала.

– Хватит! – Не выдержав, заорала я на них. – Мы не брошенки! Еще раз услышу такое в наш адрес, спилю эту лавку и спалю дверь каждой из вас. Не лезьте не в свое дело!

– Катя? Что происходит? – послышался голос матери за спиной.

– Ничего. Объясняю тут кое-что этим милым бабушкам.

– Ольга, дочь твоя совсем обезумила, – подала голос третья бабка. – Приструнить бы надо.

– Я знаю свою дочку и просто так она бы себя так не вела. А значит, вы сами виноваты. Пойдем, Катюш, ужин надо готовить.

В полном молчании мы поднялись в квартиру. Мама выгрузила продукты, я же переодевшись, села чистить картошку. Но слова этой бабки так и крутились в моей голове. Брошенки… Как мерзко, противно и обидно это звучало. Словно мы превратились в отбросы общества. И из-за чего? Из-за того, что мой отец не удержал свой причендал в штанах!

–Черт, – зашипела я от боли, прижимая порезанный палец к губам. Не знаю, это ли стало финальной каплей в чаше терпения, но я больше не могла сдержать своих слез. Я отползла к стенке и, уткнувшись лицом в колени, заплакала. Как будто бы внутри что-то сломалось и я ревела в голос, пока нежные руки не обхватили меня, а голос мамы не стал успокаивать:

– Тише, солнышко, ну что ты. Катюш, все ведь хорошо.

– Ничего… не хорошо… они говорят… мы брошенки… а он… с новой гуляет… а мне даже не звонит, – всхлипывала я в ее объятиях.

– Кать, успокойся, иначе мы не сможем поговорить. Брось этот нож и картошку. Откуда кровь?

– П…порезалась, – благодаря маме, я поднялась на ноги и уселась за стол.

Пока она обрабатывала мою рану, на плите уже вскипел чайник. Она не спеша заварила свой любимый ромашковый чай и поставила две дымящихся кружки на стол, а затем достала сигареты из кармана халата и открыла окно.

–Да, я закурила, – ответила она на мой немой вопрос. – Стресс это не убирает, так что все врут, когда говорят, что успокаиваются после выкуренной сигаретки. Не советую даже начинать.

– Так зачем ты это делаешь?

– Не знаю. Бунтую что ли. – Мама пожала плечами и щелкнула зажигалкой. – Захотелось делать то, о чем раньше даже и не думала. Итак, Катюш, давай проясним одну вещь. Запомни дочь: никогда не слушай сплетни. Они могут ранить еще сильней, чем поступок.

– Ты так говоришь, как будто тебя это не задевает. Но я же не слепая, я же вижу, как тебе больно.

– Больно, Катюш, больно. – Мама аккуратно струсила пепел в блюдце.

– Почему ты терпела? Почему мне не сказала?

– А ты почему молчала?

– Не хотела делать больно тебе и надеялась, что отец одумается. – Честно ответила я и в сотый раз поправила пластырь на порезе.

– Вот и я не хотела. Понимаешь, Катя, когда ты взрослый и когда есть дети, ответственность за слова и поступки совершенно иные. Ради призрачного будущего приходится многое терпеть. Ты не можешь просто хлопнуть дверью или бросить все и уехать. Все это отобразится на ребенке, понимаешь? Как женщине мне было невероятно больно от его измены. Больно от того, что твой отец предпочел кого-то другого. Как ни банально, но я ведь подарила ему лучшие годы своей жизни.

–Так почему ты его не остановила? Почему не заставила остаться?

– Нет, так нельзя. Мы оба были уже несчастны, так зачем мучать друг друга всю оставшуюся жизнь?

– А если бы он передумал? Если бы он бросил бы ее?

– Нет, Кать, мы бы все равно расстались. Смотреть на отца и думать, как он утопал в объятиях другой женщины, как он целовал ее для меня невыносимо. И эти мысли, словно черви, проедали меня изнутри. Рано или поздно, все бы вылилось в упреки и скандалы. Мы бы мучили и себя, и тебя. Поэтому пришлось сделать этот шаг.

– И что теперь?

– Катюш, – мама потушила сигарету и протянула мне руку. – Я хочу уехать отсюда. Здесь каждый сантиметр пропитан старыми чувствами, а я не хочу их чувствовать. Я предлагаю тебе переехать в Москву.

– Куда? – от неожиданности я поперхнулась чаем. – Надеюсь, ты не серьезно сейчас говоришь.

–Почему?

– Да потому что здесь наша жизнь! У меня учеба, друзья… у тебя ведь тоже работа. И друзья тоже есть.

– Кать… меня достала эта жалость, которую я вижу в глазах у каждого знакомого. Меня бесит, что за моей спиной постоянно шепчутся и смотрят… смотрят так, будто у меня на голове выросли огромные рога. Я тоже хочу начать жизнь с чистого листа. Но не здесь. Ты можешь доучиться в другом институте. Я позвонила твоей крестной и она с радостью согласилась помочь. Поживешь у нее, пока не сможешь обустроиться, ее сын покажет тебе все, может с кем-нибудь полезным познакомит. Я буду помогать тебе, приезжать часто или ты приезжай ко мне на дачу.

– Такое чувство, будто ты уже все решила вместо меня.

– Решила и так будет лучше. Здесь нам уже нечего делать, – мама встала со стула, – посуди сама. Этот городок слишком мал и бесперспективен. Тебе будет лучше в Москве. А твои друзья не пропадут. В век скайпа и других технологий это не так уж и сложно поддерживать связь. Вот в моей молодости приходилось ждать письма неделями. И ничего, как видишь, связь не оборвалась.

Я смотрела на нее и не верила своим ушам. Как будто передо мной сидела чужая тетя, которая рассказывала о жизни на Марсе. Одной половиной себя я понимала, почему она бежит от всего и что именно она хочет оставить в этом городе. Но вторая половина разрывалась на части от обиды и разочарования.

– Ты сейчас поступаешь, как и отец. Ты бросаешь меня. Ты бросаешь нас. – Едва слышно прошептала я и увидела, как мои слова, словно пощечина воздействовали на маму. Она побледнела и дрожащими руками достала еще одну сигарету.

– Никогда в жизни больше не сравнивай нас. Он поступил подло и гадко, я же действую из лучших побуждений.

– Скорее всего, отец тоже так себя успокаивал.

– Ты встала на его сторону? Так может, попросишься к нему обратно? В его новую семью, а? Выросла такой же эгоисткой, как и папаша! – Сорвалась мама и тут же зажала рот ладошкой. Но было поздно, слова мечом рассекли воздух и мы обе замерли. Она в ужасе, я же в шоке. Моя мама, мой лучик света и вот так со мной поступила. Это стало для меня еще страшнее, чем предательство отца. Я думала, что большей боли больше не выдержу. Но на удивление, даже к моему ужасу, внутри воцарилась мертвая пустота.

– Катюша, прости, я не хотела такое говорить. – Еле сдерживая слезы, обратилась она ко мне.

– Знаешь, я уеду. Прямо сейчас соберу вещи и укачу первым автобусом. Но знай, не потому что я вошла в твое положение. А потому что видеть тебя не хочу. И знать тоже. Ты ничем не лучше отца, оба решили начать жить как вам удобно, забывая о том, что у вас есть я. Знаешь, еще не понятно кто из нас больший эгоист!

Глава 3. «Катя»

Да, до конца недели все мои вещи были упакованы в коробки и отправлены к крестной. Как бы мама не старалась, как бы она не извинялась, но я оставалась непреклонной. Мне плюнули в душу два моих самых родных человека. Больше страданий я не хотела испытывать. Я не прощалась с ней, а просто хлопнула дверью и ушла. Так и началась моя взрослая жизнь. Крестная радушно прияла меня в своем доме, и я была ей несказанно благодарна за то, что она не лезла ко мне в душу с вопросами. Она тактично обходила семейную тематику стороной. Ее сын, Олег, действительно оказался полезным человечком и благодаря ему, я вскоре устроилась на работу в один небольшой ресторанчик. Друг крестной, ректор в одном из университетов, помог сгладить все проблемы с переводом и учебой. И, казалось бы, вокруг меня все складывалось как нельзя лучше. Но меня это не радовало. Здесь было одиноко. Я люблю маленькие городки, там люди совершенно другие. Они добрые, мягкие и отзывчивые. Мегаполис же окружал меня холодом. Холод веял отовсюду: люди, улицы, отношения. Здесь все готовы идти по головам ради карьеры и копать ямы для врагов. Люди злые, алчные и готовые продавать друг друга, лишь бы остаться на плаву. И оно понятно, столица ведь. Не сумеешь показать зубы, можешь попрощаться с этим местом. Откуда такие познания? Я ведь работала официанткой и хочешь ты того или нет, но незаметно для себя, ты становишься экспертом в психологии. Мне кажется, что у любого работника в обслуживающей сфере появляется такой талант. Скольких людей я видела, сколько судеб менялось на моих глазах. Встречи, расставания, измены, радости и горе. Я видела многих людей с горящими глазами, которые были готовы покорять вершины этого города. И видела, как они спустя какое-то время уезжали отсюда с поникшей головой. Я же зависла в каком-то промежуточном состоянии. Унылая работа, без друзей, одинокая и с базовым образованием. А еще без возможности вернуться обратно. Меня никто не ждал, да и вообще, возвращаться было некуда. Что делать дальше с таким набором я не знала.

Как я и говорила, Сергей стал для меня каким-то спасением. Но это было позже. А вначале, как бы ни было банально, но я опаздывала и влетела в вагон метро с полным стаканом кофе в руках. Резкий рывок, я спотыкаюсь об стоящий портфель и проливаю кипяток на костюм незнакомца. Вижу, как его лицо становится бледным, а затем алого цвета.

– Простите… я нечаянно. – Лепетала я и старалась как можно милее улыбаться, чтобы скрасить ситуацию. – Я не хотела, правда. У меня салфетки есть где-то, давайте промокну?

– Ты нормальная? – Голос парня был настолько гневным, что мне казалось вот-вот и он сорвется.

– Вполне. – Я чуть ли не с головой ушла в поиски салфеток. И когда они нашлись, то полезла оттирать костюм. Но парень отмахнулся от меня и лишь продолжал сверить меня своими карими глазами.

– Ты издеваешься? На кой хрен мне твои салфетки? Костюм загажен, а я между прочем ехал на важное собеседование. Я что-то смешное сейчас сказал?

– Нет.

– А чего ты лыбишься стоишь? Мало того что угробила мой единственный костюм, так еще чуть яйца заживо не сварила!

Я не впервые сталкивалась с подобными хамами, которые считают, что владеют почти всем на этой земле. С ними было бесполезно спорить. И я предпочла поспешить на выход сразу же, как только двери открылись на очередной станции. Сегодня был явно не мой день: я не сдала экзамен, спалила утюгом свою лучшую блузу, проспала на работу и черт… я потеряла кошелек с документами и с зарплатой. Да за что мне все это? Слезы лились ручьем, когда я вышла из подземки и уселась на ближайшую лавочку. Мне хотелось все бросить и свернувшись калачиком, оказаться в своей постели в моей старой квартире. Что делать теперь? Денег не было, а до дома крестной несколько станций. До работы такое же расстояние. Счет на мобильном был в минусе, я ведь только собиралась его пополнить. А номеров наизусть я не знала, так что просить прохожих тоже не вариант. И в самый разгар моих рыданий, дисплей телефона ожил, оповещая о звонке неизвестного номера.

– Алло?

– Это Измайлова Екатерина? – раздался мужской голос на том конце провода.

– Да. Кто это?

– Вы где сейчас находитесь?

– Я не пойму, к чему этот вопрос. Кто это?

– Ваш кошелек у меня и я хотел бы вам вернуть его. Алло, вы меня слушаете?

– Да… да, – я вздохнула с облегчением, – вот только есть проблема, я не местная и я понятия не имею, на какой станции я выскочила.

– Дайте мне ориентир и я попробую вас найти.

Шмыгнув носом, я огляделась по сторонам.

– Ну, тут есть булочная на углу и два магазина.

– Очень информативно. Может, найдется что-то более приметное? Какой-нибудь яркий стенд?

– Есть, но я не буду там стоять.

– Почему?

– Потому что этот стенд рекламирует магазин для взрослых.

– Там на плакате изображен вибратор или член?

– Что? Что за глупые вопросы?

– Я к тому, что реклама таких магазинов всегда аккуратная и скрытная, так что ничего постыдного там не должно быть изображено, по закону знаете ли. Так что идите туда и ждите.

– Я в джинсах и белой футболке.

– И что мне с этого?

– Ну как, чтоб знали в чем я, чтоб не перепутали.

– Поверь, я тебя не спутаю с другой,– послышался смех на том конце провода и он отключился.

И как предчувствовала моя пятая точка, ориентир был выбран ужасней некуда. Трое подошло, чтоб узнать акции и цены на товары, еще двое предложили поехать на мальчишник. А последний так вообще добил, когда протянул визитку и мрачно так присвистнул:

– Место тут плохое, клиентов мало. Если понадобиться помощь в раскрутке, позвонишь.

Я уже проклинала все на свете и собиралась уйти, оставив надежды на возращение кошелька, когда передо мной остановился молодой человек. Очень симпатичный парень и очень мило улыбающийся. Если бы не кофейное пятно на его костюме…

– Это ты!

– Да я, – улыбка парня стала еще шире.

– Тот хам из метро!

– Вау, думал, меня будут называть спасителем, – он протянул кошелек мне в руки, – но, видимо, не заслужил. Эх, молодежь пошла, никакой благодарности.

– Спасибо, – буркнула я и пересмотрела содержимое кошелька, успокоилась. – Фух, все на месте.

– Мне чужого не надо. – Обиделся собеседник и уже развернулся, чтобы уйти, когда я его остановила.

– Постой. Прости, не подумай ничего плохого, просто… здесь вся моя жизнь. Давай так, я угощу тебя в знак благодарности булочкой на твой выбор.

– Булочкой? – Поползли вверх его брови от удивления.

– Да, это все, что я могу себе позволить. – Честно ответила я ему. – Понимаю, это не ужин в ресторане.

– Забей. – Его рука коснулась моего плеча. – Ничего не надо.

– Но как? Ты нашел меня, вернул мою пропажу. А я нахамила тебе да еще и костюм испачкала. И из-за меня ты пропустил собеседование…

– Ничего страшного, я кадровик и это ко мне ехали на встречу. Этот вопрос я уже уладил, так что все в порядке. За срыв в метро это ты уже прости, утро было неудачным и ты просто попала под горячую руку. Я не всегда такой мудак.

Мы оба рассмеялись и затем повисло неловкое молчание, которое было прервано звонком мобильного.

– Черт!

– Что не так?

– Я уже на два часа опоздала на работу, начальница меня вздернет. – Вздохнула я и уставилась на парня. Он мне понравился, но сделать первой шаг я все же не решалась. Он, кстати, тоже не спешил. Я понимаю, на дворе уже не восемнадцатый век, но все же, я была романтиком и до последнего верила, что мужчины должны делать первый шаг. Но он не делал, а лишь похлопал меня по плечу и прежде чем уйти, произнес:

– Ну, счастливо и больше не теряй ничего, а то могут и не вернуть.

Вот так. Я хмуро наблюдала за тем, как его фигура исчезает за поворотом и вместе с ним исчезало и мое настроение. Окончательно оно пропало, когда я увидела в отражении свое лицо. Ну да, теперь понятно, отчего он так сбегал: бардак на голове, потеки туши на щеках и невероятных размеров прыщ на подбородке, которого утром еще не было. Класс… Достав из сумки косметичку, я кое-как привела себя в порядок и выдвинулась в сторону метро. На работу я явилась с уже заранее подготовленной нервной системой. Оказалось, не зря. Лилия Васильевна, она же мой шеф, орала так, как будто бы я вынесла половину ресторана у себя в сумочке, а не опоздала на два с половиной часа. Как китайский болванчик, я кивала на все ее претензии в мою сторону, даже не вслушиваясь в содержимое. И лишь изредка ловила себя на мысли, что хочу уволиться. Снова. В сотый раз с того момента, как зашла в кабинет начальницы.

– Ты меня поняла? Измайлова, прощаю в последний раз!

– Да, Лилия Васильевна, я исправлюсь.

– И в наказание тебе, будешь работать сегодня до закрытия, – рявкнула она в мою сторону и уткнулась лицом в изучение каких-то документов.

– Вы же знаете, я не могу так поздно работать. Я специально выстраивала смены, чтобы быть в зале в пик наплыва людей и чтоб уезжать вовремя. Мне потом добираться нечем до дома.

– А это разве мои проблемы? Чего стоим Измайлова? Иди, работай!

Не успела я выйти за дверь, как передо мной возникла Женя, моя напарница.

– Наша злая ведьма сегодня особенно не в духе.

– Угу, вот только информация устарела, я уже на своей шкуре это почувствовала.

– Ну, мать, ты как бы тоже сегодня не прилежная работница. Давай, рассказывай чего там у тебя приключилось?

– Да рассказывать нечего. День не задался с самого утра, все через жопу. В итоге умудрилась потерять в метро кошелек со всей наличкой и картами.

– Батюшки! – Женька прихлопнула руками. – Не нашла? Вот чего лицо расплылось, ревела, небось?

– Ревела, но кошелек мне вернул парень.

– А вот с этого момента поподробней. Кто? Красавчик? Богатый?

– Может, мне еще бланк анализов надо было запросить? Ты такая странная Женька.

– Я, между прочим, за тебя беспокоюсь. – Подружка демонстративно раскладывала приборы в ячейки. – Тебе сколько? Двадцать три?

– Двадцать два. – Поправила я ее, засыпая соль и перец в емкости.

– Вот. По нашим меркам ты уже древняя, а до сих пор не замужем. И, кстати, за анализы ты вот так зря. В наше время нужно знать все.

– Девочки! – Послышался голос Богдана, еще одного официанта. – Вот вы где! Как всегда языками треплете вместо того, чтобы работать.

– Ой, сгинь зануда, – Женя бросила в него салфетку. – Иди своих престарелых бабушек клей.

– Я работаю, а не клею.

– Ага, с чего ж тебя они тогда в сауны зазывают?

– А что, ревнуешь? – Богдан ухмыльнулся и придвинулся плотнее к девушке, за что получил подзатыльник.– Ай!

– Что случилось? – Отвлекла я его от Жени.

– Да у нас нежданчиком банкет нарисовался. День рождения, двадцать пять человек. Так что девоньки, включаем пятую передачу и давайте шуршать. А то Лилия будет недовольна.

– А она вообще когда – либо довольна? – Огрызнулась Женька, но за работу принялась.

Дайте я угадаю, вы наверняка всегда считали, что работа официанта самая простая на свете? Ну а что, принес-унес, получил бабки. Но не тут-то было. На самом деле, это достаточно сложная работа. Выучи меню, научись красиво преподносить содержимое блюд, даже если заказывают жареный картофель. Научись нести десяток тарелок и при этом, не опрокидывая все на головы попадающихся детей под ноги. Имей безграничное терпение, когда очередной напившийся клиент начинает ловить белочку. Или когда тебе откровенно предлагают после работы продолжение банкета. И главное, улыбайся, постоянно улыбайся, даже когда тебе хреново или что-то беспокоит. Люди пришли отдыхать и им плевать на твои проблемы. Они хотят праздника, а не унылое лицо с какашкой под носом. Но, как ни странно, мне эта работа чем-то нравилась. А когда ресторан был набит битком, тем оно было еще лучше. Не было времени на всякие мысли, ты просто вливался в этот ритм и обо всем забывал. Вот и сегодня был именно как раз такой день.

Мы летали бешеными пчелами, лавируя между столиками, а люди все прибывали и прибывали.

– У нас все готово к банкету? – Внезапно раздался голос за моей спиной, заставляя меня подпрыгнуть.

– Да, Лилия Васильевна.

– Отлично, пусть его ведут Богдан и Женя. Ты с Викой курируешь остальные столики, это понятно?

– Да. – Настроение улетучилось вслед за начальницей. Я думала, что буду вести этот банкет, так как лишних денег мне бы не помешало.

– Чего кислая снова? – была легка на помине Женя.

– Ничего. Правда. – Я нацепила на лицо одну из лучших моих ошибок. – Не смотри на меня так.

– Как?

– Как будто у меня на голове распустился фикус. Смотри, там ваш банкет начинает сходиться.

– Измайлова, разговор еще не окончен, – пригрозила она мне и заспешила к входящим гостям.

Мне же оставалась вернуться к своим столам. Время пролетело незаметно, народ веселился и отдыхал. Я чувствовала, как начинали гореть ноги от тесной обуви и как вспотела спина. Честно говоря, я устала и хотела быстрее оказаться дома.

– Кать, пятый стол рассчитан, можешь собирать его. – Костя, наш бармен, протянул мне книжку со счетом.

Благодарно улыбнувшись, я заглянула туда и выудила оставленные сто рублей чаевых. Не плохо, но пока что я заработала только на такси. Увлеченная несложными математическими подсчетами, я не заметила, как налетела на одного из гостей.

– Простите, пожалуйста.

– Да ничего, я уже начинаю привыкать. – Кто-то рассмеялся и я подняла глаза на говорившего.

– Ты?

– Да, я.

– Преследуешь меня? – Вырвалось из меня и поспешила закрыть рот.

– О, нет, это не по моей части. – Парень из метро продолжал улыбаться. – Приехал на день рождение.

– Ааа, – протянула я в ответ. – Ладно, хорошего отдыха. Мне надо идти, а то у меня еще гора работы.

– Катя, верно? – Окликнул он меня, когда я уже собиралась уйти. – Ты еще долго будешь занята?

– До одиннадцати точно, а что?

– Хотел пригласить тебя прогуляться.

– А как же банкет? Именинник не обидится?

– Не-а, – парень еще шире улыбнулся. – Он может обидеться, только если ты не согласишься.

– Не поняла, а причем здесь я? Я его не знаю, с чего ему на меня обижаться?

– С того, что это мой день рождения. И да, я Сергей, а то как-то неудобно общаться. Так что, ты согласна?

– Ты не находишь это странным? – Я была сбита с толку.

– Ну, если совсем немного. Обещаю, что ничего не имею плохого в виду. Просто там невыносимо скучно и многие даже не скрывают, что пришли выпить на халяву. Хочется чего-то искреннего и настоящего.

– И где ты собираешься это найти?

– Я уже нашел. Это ты.

Глава 4. «Катя»

– Я? – Давненько меня так не удивляли. – А, я поняла, здоровский подкат. Оценила. Нет, правда, ты реально отличился от всех.

– Что? Нет, ты вновь все перекрутила. Я просто хотел с тобой прогуляться и ничего больше.

– Точно? – Мне было стыдно признаться самой себе, что я уже до такой степени отвыкла от внимания, что везде мерещился подвох.

– Знаешь, теперь я чувствую себя маньяком. – Сергей озадаченно потер шею.– Проехали, не забивай себе голову. Я, пожалуй, пойду, а то там гости наверно заждались.

И он так быстро скрылся, что я даже не успела ничего ему сказать. Как-то так неудобно получилось и, причем второй раз за день.

– Да, Кать, ну ты и дура. – Послышался голос Богдана за спиной. Да что ж это они, сговорились что ли?

– Так и до инфаркта можно довести человека! – Воскликнула я и нахмурилась. – Давно стоишь?

– Минуты три, но уже понял, что ты подруга та еще динамщица.

– Я растерялась.

– И плюнула ему конкретно в душу. – Парень подошел ближе. – Чего побоялась? Вроде нормально выглядит, не псих, не урод.

– Да еще и кошелек помог вернуть…

– Так это он? – Богдан присвистнул. – Да уж, я в тебе вообще начинаю разочаровываться. Давай, бегом найди его и согласись прогуляться. Ты ему как минимум должна чашку кофе. И в это раз постарайся без травматизма.

Я даже не стала спрашивать, откуда он знал об утреннем инциденте. Я знала, у кого был длинный язык. Женька, чтоб ее! Но Богдан был прав, я сама отказывалась от того, что само шло ко мне в руки. Но как же страшно было сделать этот первый шаг. А вдруг он обидит меня? Я так берегла свое сердце от этой боли. Видимо, поступок отца оставил глубокий след на всю оставшуюся жизнь. Но… но… всего ведь не узнаешь, пока не попробуешь, верно?

Вот только все пошло не так как я хотела. Я искала Сергея в толпе и вроде бы видела, как мелькает его рубашка, но как только я оказывалась рядом, он испарялся. Кошки-мышки, честное слово. В какой-то момент, я уже устала от этой игры и была готова все бросить. Народ постепенно расходился, мы с Викой успели убрать свою половину зала, когда я заметила, как Костя рассчитывает банкет. В груди неприятно кольнуло.

– Что такое? – нарисовалась Женя, удерживая два графина с соком. – Устала?

– Ты же уже все знаешь, – буркнула я, снимая форму и наблюдая за тем, как она отпивает из стакана.

– Ну… проморгала ты свое счастье. Я б на его месте тоже бы обиделась. Так что, подруга, не смей плакаться.

После ее слов настроение упало ниже нулевой отметки. Почему все вокруг ополчились на меня? Почему все считают, что знают, как будет для меня лучше? Я ненавидела, когда за меня что-то решали. Спасибо, однажды я уже столкнулась с так называемыми "добрыми побуждениями". Осталась сыта по горло. Попрощавшись со всеми, я двинулась на выход из ресторанчика. Попутно проигрывая весь день у себя в голове, представляя, как бы все было, если бы не моя глупость. Да уж, сегодня явно и стопроцентно был не мой день. На часах было двадцать минут двенадцатого, естественно, что общественный транспорт уже не ходил. Я огляделась по сторонам, выискивая свободное такси. И краем глаза заметила, как какая-то девушка повисла на Сергее. Точнее, я видела его со спины, но и этого было достаточно, чтобы понять все происходящее. Они целовались. А я была неловким свидетелем такого интимного момента. Захотелось скорее покинуть это место, но и домой возвращаться мне тоже не хотелось. Написав смс крестной, я положила телефон в сумочку и хотела уже направиться к мостовой, как на плечо легла чья-то тяжелая ладонь.

– Аааа! – Заорала я и зажмурившись, пнула нападающего.

– Да за что? – Не то всхлипнул, не то прохрипел Сергей и запрыгал на одной ноге.

– Ты? Ты же вроде уехал с девушкой на такси!

– Ты в своем уме? Нет у меня никакой девушки, я только вышел из вашего ресторана!

– Но я же видела! – Уперто продолжала настаивать я.

– И как же ты поняла, что стою я, а не кто-то другой?

– По рубашке.

– Нас было пятеро в белых рубашках. – Сергей перестал прыгать и теперь просто потирал ушибленную ногу.

– И темноволосый, как и ты.

– Подозреваемых осталось трое, – мрачно прокомментировал он и мне стало так стыдно за свое поведение.

– Я действительно редкая дура.

– Ничего, бывает, – Сергей приблизился немного ко мне, – обещаешь больше не пинаться?

– Если ты только прекратишь так подкрадываться. – Неловко улыбнулась я. – Может, хочешь кофе?

– А ты не опрокинешь мне его на голову? Нет? Ну, тогда можно.

Мы гуляли почти до самого утра. И если в начале у нас не клеился разговор и между предложениями возникала тишина, то потом мы постепенно стали открываться друг другу. Осторожно, по крупицам, мы делились своими мыслями. Выбирали интересные темы для общения и обходили стороной слишком личные вопросы. Никто не торопился и не было чувство дискомфорта. Как будто ты встретил своего человека. Сергей был симпатичен мне не только внешне. Хотя, чего лукавить, он был красив. Высокий, темноволосый, карие глаза и стройная фигура. Сильные руки, широкие плечи и милые ямочки на щеках, когда он улыбался. Он увлекался астрологией, но пошел учиться на экономиста по прихоти родителей. Не любил лук и квашеную капусту. Хорошо рисовал и сразу предупредил, что обожает петь в душе, чем вызвал у меня искреннюю улыбку. Обычно парни стесняются о таком говорить. Сергей, наоборот, говорил обо всем с достоинством. И мне нравилось это, хотя где-то в глубине души медленно зарождалось сомнение. Все было слишком идеально.

– Послушай, – перебила я его и заставила остановиться. – Я очень благодарна тебе за этот прекрасный вечер. Но у меня такая натура, которая постоянно ищет подвох. Я настолько разочаровалась в людях, что встреча с тобой мне кажется из ряда фантастики. Давай говорить откровенно: ты симпатичен, начитан, умен. И я уверена, что за тобой увивается толпа девушек. Чем же я привлекла тебя? В ресторане ты сказал, что ищешь что-то искреннее и настоящее. И якобы нашел это во мне. Но, честно говоря, я не верю таким словам. Слишком все неестественно … как в сопливой мелодраме.

Я думала, что после моих слов, очарование момента пропадет и он уйдет. Но он протянул мне руку и, дождавшись моей, лишь улыбнулся.

– Ты очень странная, Катя. И милая, а еще забавная. К тому же ты не боишься говорить все в глаза. А в нынешнее время, это большая редкость. Спасибо за комплименты в мой адрес, действительно, вниманием я не обделен. Но девушки сейчас пошли такие… как бы это сказать… поверхностные что ли? Им сейчас подавай отдых на курортах, селфи в ночных клубах, дорогие машины, карьеру. И ценности жизни уже другие. А я воспитан в старом духе, когда мужчина является добытчиком, а жена следит за домом. Когда можно скоротать время за настольной игрой, а не сидя в баре. И мне, почему то показалось, что ты тоже воспитана так же. Ты другая, не избалованная и это бросается в глаза. И вообще, это я переживал, что ты не обратишь на меня внимание.

– Да ладно, – рассмеялась я и только сейчас заметила, что почти не дышала все время, пока он говорил.

– Ты очень красива, поверь мне на слово.– Тихо добавил Сергей и мы оба тут же смутились.

Незаметно пролетело время и вместо ночного неба, над нами расцветала утренняя заря. Так же не заметно мы оказались у моего дома и, как бы нам не хотелось, предстояло попрощаться.

– Что ж, – я неловко потянула ему руку и заглянула в глаза, – была очень рада знакомству.

– Взаимно, – ответил Сережа и ответил на рукопожатие. – Я надеюсь, что еще увидимся.

– Я на это так же надеюсь, – честно ответила я ему.

Так мы и стояли, не решаясь отпустить ладони друг друга. Что-то было волшебным в этом моменте. Внутри зарождалось непривычное чувство, которое я пока не могла понять. И внезапно он притянул меня к себе и его губы оказались на моих губах. Осторожно и нежно, он касался меня и я отвечала на его ласки. И если про бабочек в животе не врали, то на данный момент, во мне порхала целая стая этих крылатых существ. Поцелуй был сладким и в то же время таким коротким. Когда Сергей отстранился, я не смогла сдержать огорченного вздоха. Оказалось, мне было этого мало.

– Теперь я точно знаю, что я тебе небезразличен, – улыбнулся Сергей, чем вновь ввел меня в краску.

– Если не прекратишь так говорить, я снова огрею тебя чем-нибудь. – Я шутливо толкнула его в плечо.

– Ладно, шучу. Я бы с удовольствием провел с тобой целый день, но мне надо на работу. Но вечером, я обязательно тебя наберу и мы что-нибудь придумаем.

– Ты сохранил мой номер?

– Конечно. Так как я уже тогда знал, что приглашу тебя на свидание.– Он чмокнул меня в нос и ушел, забирая с собой частичку меня.

Наверно, даже не стоит говорить, что именно с этого дня началась моя другая жизнь? Сережа наполнял ее какими-то другими красками и смыслом. Я наконец-то почувствовала, каково это быть любимой и нужной. Без него мои дни были скучными и тянулись резиной. Я смотрела на часы и с сожалением вздыхала, отсчитывая время до встречи со своим парнем. Парнем. Непривычное слово, которое я смаковала. В голове никак не могло уложиться то, что всего один человек способен изменить твою вселенную. Мы проводили вместе каждую выдавшуюся свободную минуту, говорили на абсолютно разные темы. Ходили в театры, кино, читали друг другу интересные статьи и пили кофе в одном из полюбившихся кафе. И с каждым разом нам становилось все труднее расходиться по своим домам.

– Скоро осень, – я поморщилась от солнца и перевернулась на живот. Как бы Сережа не протестовал, я вытащила его позагорать на ставок. – Скоро мы снова будем прятаться в помещениях от непогоды и холода. И почему лето длиться всего три месяца, а не восемь? Было бы классно.

– Угу, – как-то хмуро отозвался он и щурясь, уставился куда-то в даль.

– Сереж, что-то не так? Ты сегодня особенно тихий. На работе все в порядке?

– Да, там все окей, даже на повышение иду.

– Так это же здорово! – Воскликнула я и тут же вскочила со своего места. – Так почему же ты такой хмурый?

– Потому что работы прибавится и останется меньше времени на нас. Я буду утопать в бумагах и не смогу тебя видеть так часто.

– Ну, зато ты наконец-то получишь свой кабинет, – я как могла, пыталась поднять ему настроение. – К тому же, тебя не на север отправляют. Пусть ты и будешь поздно освобождаться, но я всегда буду ждать тебя. И мы все равно останемся вместе, даже не смотря на твою загруженность.

– Нет, Кать, так не пойдет. – Сережа пристально посмотрел мне в глаза. – Я так не смогу.

И вот тут мое сердце замерло. Да и вообще, я забыла, как дышать и моргать. Мне показалось, что земля начинает уходить из-под ног. Неужели моя сказка вот так вот закончится? Еле слушающимися губами, я пролепетала:

– И что ты предлагаешь?

– Я долго думал, как же начать этот разговор и честно, ничего путного не пришло на ум. Но давай посмотрим на все трезво: работы будет много и вряд ли я смогу приезжать к тебе поздно. Во-первых, твоя крестная меня возненавидит. Во-вторых, ну что это за свидания по полчаса? Лишь бы для галочки увидеться? Для меня это не вариант. И я подумал, что нам не плохо бы съехаться. Что скажешь? Кать, ты чего так побледнела? Тебе плохо? Говорил же, что нужно в тенек идти!

– Мне не плохо, я просто подумала, что ты меня собираешься бросить.

– С чего бы это?

– Не знаю, показалось. – Я наклонила голову, чтобы скрыть вздох облегчения и выступившие слезы.

– Ты что, плачешь? Катюш, я обидел тебя? Если ты считаешь, что я тороплю тебя, ты так и скажи. Просто я не могу без тебя, правда. Я хочу просыпаться и видеть тебя рядом. Слышать твой голос из ванны и пить чай вечерами на кухне.

– Правда?

– Правда.

– Я тоже без тебя не могу. – Я улыбнулась. – И я согласна.

И мы съехались. Конечно же, только с позволения крестной, ведь с матерью я предпочитала не общаться и поэтому, это был мой единственный и дорогой человек, чье мнение я уважала. И знаете, я была абсолютно счастлива. Как будто две половинки от пазла наконец-то воссоединились.

Глава 5. «Катя»

– Девушка, вы выходите?

– А, что? – я непонимающе уставилась на водителя автобуса.

– Конечная остановка, говорю. Выходишь или обратно едешь? – Дядя Витя нетерпеливо крутил сигарету в руке.

– Вот черт!– Меня мигом сдуло на улицу. Я снова замечталась и проехала свой поворот. Теперь мне придется пронестись северным оленем три остановки обратно, а это значит, что снова явлюсь к началу планерки. В лучшем случае. Черт же меня дернул удариться в воспоминания! И этот Генка с его дурацкой рыбалкой! Какой нормальный человек поедет в такой холод морозить яйца? Сидел бы дома себе, а я бы тем временем нормально добралась до работы на машине.

Почти два полных шпагата, одна попытка сальто, грациозное падение на один бок и я уже стояла у входа в редакцию. И только оказавшись внутри, поняла, насколько мокрой у меня была спина от пота. И насколько сильно меня мучила отдышка.

– Ты опять проспала? – Снежана, моя подруга, стояла на лестнице с кипой документов в руках.

– Если бы, – прохрипела я, – дай воды, пожалуйста.

– Пупсик, времени нет, через минуту нам всем будут раздавать пиздюлину. – Снежа понизила голос. – Шеф рвет и мечет. Говорят, от него ушла его очередная девушка.

– Так у нас с ней контракт. – Недоуменно произнесла я. – И она должна быть в туре со своей книгой.

– Ага, если верить моим источникам, то наша Альбиночка сейчас на Гавайях с Архипенко.

– Да ладно, – я обомлела, – с ее агентом?

– Вот именно, – Снежа схватила мою куртку, – ой, все, Катюха, ахтунг.

– Кириченко! Измайлова! Какого лешего я вас наблюдаю здесь, а не в кабинете? – Прогремел на весь холл голос начальника.

– Уже аки горные лани бежим туда, – подруга потянула меня за руку.

– Что-то я вместо ланей вижу хромую косулю и местную сплетницу.

– Вадик не будь таким уродом с самого утра, – Снежана как ни в чем не бывало рассматривала свой маникюр, мне же хотелось спрятаться под плинтус.

– Снеж, ротик закрой, – Шеф подошел вплотную. – То, что ты моя сестра, еще не дает тебе права отгавкиваться при моих подчиненных. Ты, кстати, так же являешься одной из них. Дома хоть стаканы швыряй, но здесь перечить мне не смей. Ясно?

– Угу.

– Не слышу нормального ответа.

– Да, Вадим Алексеевич. – Девушка буквально выплюнула имя и отчество. А затем потащила меня дальше по холлу. При этом одаривая своего брата всеми известными эпитетами из набора бухого сапожника.

– Рад, что все на месте, – Вадим Алексеевич захлопнул за собой дверь и сурово обвел присутствующих взглядом. Это было первым предвестником плохих новостей. – Итак, кто мне скажет, почему я собрал вас в выходной день да еще и в преддверии праздника? Есть размышления? Ну чего молчим? А я вам так скажу, плохо работаем товарищи.

– Почему же? Продажи чуть ниже, но не критично. Не все еще перешли на электронные книги. – Отозвался наш экономист Дима. – Отчетность у меня на столе, могу предоставить.

– Я не за это. – Шеф ударил кулаком по столу и все вздрогнули. – Мы стали выпускать шлак. Почему мы отсеиваем нормальные произведения? Неужели все позабыли классику?

– Это уже не модно и скучно, – подала голос Аня из отдела рекламы. – Людям нужно что-то новое. Новый виток истории, новый слог. А всем этим Булгаковым пора занять свое пыльное место на полке.

– Вот. – Вадим Алексеевич начал краснеть от злости. – Из-за таких молодых персон мы и катимся в пропасть. Наш круг аудитории снизился до 20-30 лет! А что читать тем, кому за пятьдесят? Это что уже не люди? Или им уже ничего не надо?

–Мы ориентируемся на определенные запросы. Если мы откажемся от этой тактики, то потеряем свое место на рынке услуг. – Не сдавалась Аня. – К тому же, вы до сих пор поддерживали нас в этом. И, кстати, так называемый шлак "Ангелиниумс" вашей Альбины занимает первые места в рейтингах продаж. А это говорит нам о том, что мы на верном пути.

Зря, ой как зря она затронула эту тему. Я думала, что Вадим Алексеевич сейчас взорвется в буквальном смысле этого слова. И ему стоило немалых сил, чтобы сдержаться. Холодным, я бы даже сказала, арктическим голосом он обратился к Юре, нашему юристу:

– По поводу Альбины, можешь что-то сделать?

– Сложно, но можно. Попробуем ей предложить выплатить остаток гонорара и разойтись мирной дорогой.

– Если не согласится?

– В этом случае для нас не все так радужно. Она свою часть контракта выполнила, подкопаться не к чему. Если проиграем, придется выплатить огромную неустойку. И благодаря этому, мы влетим в минус. А если еще она и в прессу обратится… я даже не могу представить последствия.

– Никуда она не обратится. – Шеф потер переносицу и уже более уставшим голосом обратился к остальным.– Как вы все поняли, мы закрываем сотрудничество с Альбиной, а ее книгу снимаем с издания. Естественно, мы теряем часть аудитории вместе с ней. Нам надо найти другого достойного автора, который взорвет мир публицистики. С этого момента, каждая рукопись будет проходить через меня. Знаете почему? Потому, что я огорчен вашей работой и безалаберностью. Вы отправляете в утиль отличные рукописи, хотя одна из них, возможно, в будущем могла стать хитом. Но вы этого не увидели.

–И что делать редакторам? – Осторожно спросила Жанна. – И их помощникам?

– Я даю вам последний шанс. Усердно работайте, заманивайте авторов и работайте абсолютно со всеми возрастными группами наших читателей. Если после Нового года ситуация не изменится, я буду вынужден сделать кадровые перестановки. Возможно, даже кого-то уволить. Мне нужны результаты, вы поняли? Все свободны, кроме Измайловой.

Честное слово, приходило на ум лишь одно: "Все свободны, а вас Штирлиц, я попрошу остаться". Не знаю на счет того Штирлица, а моя задница стала напряженно сжиматься. Все сочувственно смотрели на меня, когда продвигались на выход. И вот когда дверь захлопнулась, шеф уселся в свое кожаное кресло и, ослабив галстук, откинулся на спинку.

– Сколько ты здесь работаешь, Измайлова?

– В феврале будет два года.

– Тебе нравится работа редактора?

– Вадим Алексеевич вы можете сказать мне прямо, я уволена?

– Что? Нет, конечно. Дело в том, что я оставил тебя совершенно для другого разговора. Кать, увы, редакторство накладывает некий отпечаток на человека. В принципе, как и другие работы. – С этими словами он достал рукопись из своего стола. – Но, видишь ли, в чем дело, когда пытаешься усидеть на двух стульях, то ничего не получается. Знакомо?

Перед моим носом оказалась аккуратно сколотая кипа бумаг. Мне даже и листать его не надо было, я прекрасно знала, что передо мной лежит мой роман. Мое детище, которое я создавала на протяжении полугода.

– Как вы догадались? Ведь тут псевдоним и все такое.– Я подняла взгляд на шефа.

– Ну и каким же я был бы главным редактором, если бы не подмечал такие простые вещи? Да и ты не первый раз присылаешь свои романы. Как писателю, тебе свойственный свой язык, диалоги. Но вот тут у нас и вырисовывается проблема. Я вижу, что ты способна написать достойную книгу. Но работа редактора тебе мешает.

– Почему? Я плохо справляюсь? Так ведь я все сдаю в срок… – Непонимающе произнесла я.

– Да не в этом дело. Ты как редактор, читаешь очень много присылаемого материала, верно?

– Да, такова моя работа.

– И сама того не замечая, ты стала заниматься плагиатом. Да, Катя, да. И оно понятно, ты прочла интересный фрагмент и сама того не понимая, переписала его в свое произведение. Пусть имена другие, локации разные, но суть осталась одна и та же. Я читаю и понимаю, что где-то я уже это видел. Ну, вот объясни мне, какого черта тебя понесло в любовные романы? Ты ведь писала такие хорошие фантастические рассказы. Пусть они были наивными и слегка сырыми, но ведь все приходит с опытом. А ты взяла и бросила это дело.

– Фантастика сейчас не популярна. Я читала другие работы, которые к нам приходили и понимала, что нервно курю в сторонке по сравнению с фантазией других людей.

– И решила пойти типа легким путем?

– Женские романы пишутся легче.– Согласилась я. – И спрос на них достаточно большой.

– Да что ты. Я тебя сейчас огорчу, моя милая. Хорошие книги пишутся одинаково трудно. – Вадим Алексеевич встал с кресла. – Для того, чтобы написать достойную книгу для печати, ты должна прожить ту жизнь, о которой ты пишешь. Тебя бросали? Изменяли? Тебя поднимали до небес? Да даже банально, но у тебя был тот жаркий секс с диким оргазмом о котором ты пытаешься писать?

– Ну…– Я чувствовала, как щеки предательски краснеют.

– Не отвечай, я уже знаю ответ. Из-за отсутствия такого опыта все, о чем ты пишешь, выглядит плоско и картонно. Герои слабые, атмосфера нулевая. И знаешь, сколько вот таких "шедевров" я читаю за день?

– Много?

– Много, Измайлова, много. И мне блевать охота от одной фразы, что "его руки властно залезли к ней в трусики, пока она готовила вареники". Ты понимаешь, до чего мы докатились? После этих "оттенков" теперь каждая домохозяйка возомнила себя писательницей и решила удивить мир своими пошлыми фантазиями. И для того, чтобы удержать внимание читателя, они изощряются до таких пределов, что на голову не натянешь. Ну, подумали б, кто станет трахать женщину, пока она пересаживает кактус? Или пока она собирает колорадских жуков с картошки. Да у меня б даже не встал от такой картины. И что самое страшное, что у таких писательниц есть своя аудитория, которая хвалит ее. А она продолжает писать такую же ересь. И ты Измайлова, становишься такой же. Ничем не приметной, очередной пустышкой, надеющейся на мировое признание. А его не будет, пока ты не проживешь жизнь своих персонажей "от" и "до". Издательства будут дальше тебя отфутболивать. И из-за этого, ты будешь прятать свои романы в стол, пока окончательно не решишь забросить это дело. Я позвал тебя, чтобы дать совет человека, который уже много лет в этом бизнесе. И который дал шанс многим знаменитым авторам. Кать, не старайся угодить каждому и пиши то, что ты чувствуешь. Во-вторых, если ты надумала стать писательницей, то стоит подумать о смене должности. Давай я переведу тебя в другой отдел. Будешь помощницей в рекламе, там как раз пустует место. Только не бросай то, что тебе нравится, хорошо? Но совмещать редакторство с литературными попытками ты не сможешь, иначе весь твой труд станет одним сплошным плагиатом, поняла?

– Да, – еле выдавила я. По факту, шеф был прав во всем, что говорил. Но, как творческий человек, была дико обижена за такой разнос. – А можно вопрос?

– Давай.

– Вот вы говорите, мол, пиши то, что прочувствуешь и то, что знаешь, да? А как тогда пишут исторические и фантастические романы? Я ведь не жила в сороковых годах и явно, что не доживу до жизни на Марсе. Или когда-нибудь встречусь с некромантами и магами. Как быть в этих случаях?

– Когда пишется историческая книга, то изучаются факты и история до таких микроскопических данных, что даже ты себе не представляешь. История не любит ошибок и погрешностей. С фантастикой и фэнтэзи чуть проще. Ты пишешь о том, что никто никогда не видел и не знал. Поэтому, тут все зависит от твоей фантазии. И от того, как ты преподносишь несуществующий мир. Любовная и современная проза сложна лишь из-за того, что это жизненные рассказы и романы. Надо очень постараться, чтобы удивить людей очередной изменой или любовным треугольником. В жизни и без книг полно дерьма. Я удовлетворил твое любопытство?

– Абсолютно.

– Тогда ты свободна. И обдумай мое предложение, я буду ждать твой ответ после праздников.

После разговора с начальником, я уныло побрела в сторону своего рабочего стола. Тут же передо мной нарисовалась Снежа со стаканом чая:

– Держи, поможет расслабиться.

– Фу, что это?

– Успокаивающий чай с ромашкой и мятой.

– Гадкое сочетание,– передернула я плечами,– как такую дрянь можно пить?

– Простите, вискаря в запасах не имеем, – сострила подруга. – Все настолько плохо? Сильно орал? Чего вообще оставил-то?

– Снежана, скажи честно, ты своему брату говорила что-нибудь о том, что я пишу романы? Точнее, пытаюсь их писать?

– Катюха, о чем ты шепчешь? Мы общаемся только на семейных праздниках и то, это общение заключается в просьбах передать соль или хлеб.

– А чего так?

– Вина наших родителей, – девушка пожала плечами и отпила из чашки. – С детства указывали нам на разницу во всем. Вадик же у них вечно был и остается в любимчиках, а я так… серая овца в семье. Не так училась, не тот диплом, не та политика жизни и так далее по списку.

– Но вы ведь работаете вместе, значит, все утрясли?

– Кать, он вынужден терпеть меня, а я его. Главное условие: мы не переходим друг другу дороги. В этот бизнес заложена равная доля, как для меня, так и для него. Родители думали, что я профукаю здесь все на свете. Вадик тоже считал, что я недалекая. А я взяла и вытянула свою часть всем на зло. Но это так, мелочи жизни. Так что про твои книги?

– Говорит, что давно знал, кто пишет. И, к сожалению, редакторство и писательство несовместимы друг с другом. Дает шанс на развитие таланта, но только если я переведусь в отдел рекламы.

– К той стерве? – Зашипела Снежа. – Я надеюсь, ты его послала?

– Я ж не ты, – я перевела взгляд на экран компьютера. – И теперь я не знаю, что мне делать.

– Знаешь, Кать, я здесь тебе не советчик. Придется решать самой.

– Да я еще и с Сережей поговорю, может он что подскажет.

– О, да, вот он как раз-таки эксперт, – съязвила Снежа.

– Не пойму, чего ты его так не любишь? Он милый, добрый, заботливый.

– Ага, а еще он мужик, который хочет, чтобы его баба сидела дома и варила борщ. Вот смотрю на тебя и думаю, когда твои очки розовые спадут?

– Зря ты так, Снежка, это благодаря Сереже я здесь работаю. Так что он плохого мне не посоветует.

– И он уже об этом сто раз пожалел.

– Он меня любит и ни за что так не думает.

– Так, все, заканчивай. У меня сейчас кариес начнется от приторности ваших отношений. – Перебила меня девушка и поправив рыжие кудри, посмотрела на часы. – У меня сейчас встреча, но после работы я согласна на суши.

– Я не смогу,– улыбнулась я, предвкушая реакцию подруги,– у меня пельмени.

– Мать, да ты родину продашь за кусок теста с мясом. Фу-фу-фу на тебя!

И она ушла, виляя бедрами по коридору, словно была моделью на подиуме. Я задумчиво смотрела ей в след и думала, что подруга у меня была очень эффектная. Рыжие длинные волосы, янтарные глаза, тонкая талия. Таких девушек называют бестиями. Но из-за своего очень длинного и злого язычка, она была несчастна. Парни вились вокруг нее, словно мотыльки у пламени. Но стоило им узнать ее нрав, они тут же исчезали. И что бы Снежана не говорила, моя жизнь все же была похожа на тихую бухту. Пусть без всплесков эмоций и спонтанных решений. Но у нас с Сергеем была стабильность, разве этого недостаточно?

Глава 6. «Катя»

Работать в предпраздничные дни очень трудно и каждый житель на планете понимает, о чем я. В голову вечно лезут посторонние мысли, ты не можешь сосредоточиться на работе. Тебя вечно что-то отвлекает: то заставка северных оленей на рабочем столе, то такие же олени, но по работе. То мысли о том, что приготовить на стол и что одеть на праздник.

Обычно я успевала прочесть и отредактировать почти треть рукописи к концу рабочего дня. А если книга попадалась интересная и захватывающая, то я брала работу на дом. Да, Сережа в таком случае был не рад. Но как я уже говорила, это он посоветовал мне пройти собеседование в этом издательстве. На удивление меня взяли, даже не смотря на отсутствие опыта работы. Конечно, сначала я носила кофе, раздавала почту и делала всю остальную грязную работу. Но через полгода смогла попробовать себя в качестве помощника редактора. А когда Инна ушла в декрет, я могла полноценно ее заменить на месте редактора. Так, о чем это я? Ах, да, работа и праздники. Сегодня я осилила с горем всего пять глав. И дело было не только в трудном языке изложения повести, но и еще почти беспрерывное поглядывание на часы. Я боялась, что не успею купить Сереже подарок. Поэтому, как только стрелки часов сошлись на цифре шесть, я чуть ли не вприпрыжку помчалась на выход.

– Счастливого Нового Года! – Поздравила я всех на ходу и выскочила на мороз.

Что говорить, я с детства любила делать подарки. Постоянно что-то выдумывала, вечно копила и лезла вон из кожи, чтобы сделать приятное близким. Мне нравилось наблюдать за тем, как люди реагируют на презент. А так как я фактически никогда не ошибалась с подарками, то увиденные эмоции стоили того. Сережа был со мной рядом в самые трудные для меня моменты, стал опорой и поддержкой. И мне хотелось его побаловать не только приготовленным ужином, но и каким-нибудь стоящим сюрпризом. Недавно заметила, как он восторженно рассказывает о марке часов и взяла это на заметку. Перешерстив кучу сайтов, наконец-то нашла нужную марку и ахнула от цены. Часы стоили фактически все три мои зарплаты, а так как с начала нашей совместной жизни мы негласно объединили наш бюджет, то выкроить деньги без каких-либо объяснений не представлялось возможным. Поэтому приходилось брать дополнительную работу даже на дом, не спать ночами и трудиться по выходным. Сереже я, конечно же, говорила, что это рабочие моменты. Он немного злился и критиковал мое начальство, но позже благополучно успокаивался. А я же была в предвкушении покупки подарка и того, как обрадуется мой любимый. И вот, заветная коробочка надежно спряталась в недрах моей сумки и я, окрыленная предстоящим праздником и выходными, мчусь домой. И плевать на забитый до потолка транспорт, плевать на начавшуюся метель, я бежала домой, ожидая романтического ужина с пельмешками.

Притоптывая у лифта и сбивая налипший снег с ботинок, я мысленно подгоняла наш еле ползущий лифт. Оказавшись в тесной кабинке, стянула промокшую шапку и мечтательно улыбнулась. До Нового года оставалось всего два дня, но ручки чесались уже сейчас отдать подарок. В этом плане я не отличалась особым терпением, но надо было держать себя в руках. Интересно, а что приготовил мне Сережа? Какой сюрприз будет ждать меня под елочкой? Улыбаясь, словно маленький ребенок, я вставила ключ в дверь и сделала пару поворотов, когда она распахнулась мне на встречу.

– О, Катюшка! – Воскликнул Генка и полез поцеловать меня в щеку. От него разило пивом и рыбой, а на щеке остался масляный отпечаток. От чего сразу же захотелось умыться.

– Привет, а ты машину привез? – Поприветствовала я знакомого. Мне хотелось узнать, какого хрена он тут делает, но вместо этого лишь вежливо продолжила разговор.– Как рыбалка?

– Катюха, это просто кайф! Зря ты Серегу не пустила! Да и вообще, портишь ты мне друга. Был мужиком, а сейчас превратился в домохозяйку! – Генка протопал на кухню и плюхнулся на стул. А когда следом за ним зашла я, то чуть не грохнулась в обморок.

Во-первых, в комнате ужасно воняло рыбой, сигаретами и пивом. Как будто бы я оказалась в дешевой рюмочной. Вся столешница была усеяна какой-то мелкой и дохлой рыбешкой на газетках. А под ногами я отчетливо ощущала чешуйки от уже съеденных экземпляров.

– Привет, милая, – Сережа сидел у стены и любовно чистил тарань для своего обожаемого кота. Который при виде меня даже хвостом не повел. Типа, ну явилась и явилась, чего уж там.

– Привет, – я прошествовала к плите, на которой стояла одинокая кастрюлька, а в ней плавало три несчастных пельменя. – А где ужин?

– Ой, да ты только не сердись, тут Генка приехал, голодный как черт. Ну я ж не оставлю друга в беде, вот накормил его.

– Понятно. – Вяло ответила я. Настроение упало, мне захотелось огреть этого Генку кастрюлей по голове.

– Да ты не ругайся, Катюха, там в морозилке еще есть. Сейчас забахаешь нам, а то закусь заканчивается. – Хохотнул Генка. – Все, Серега, баба в доме, так что расслабься.

И знаете, что самое было обидное в данной ситуации? Нет, не засранная квартира и не вонь, а то, что Сережа одобрительно улыбнулся. Передо мной как будто посадили чужого человека, которого я впервые вижу. Вообще, я по натуре довольно спокойный человек и редко иду на конфликт, но сейчас меня взбесило абсолютно все. И еле сдерживаясь, я гневно зашипела:

– Знаешь, что, Гена, бабой будешь свою жену называть, понял?

– А че я не так сказал? Все ж по делу. Серега вон совсем с ума сходит в четырех стенах без работы. А ты его запрягаешь по хозяйству и вздохнуть свободно не даешь! Это твоя забота, чтобы в доме было убрано да есть приготовлено. И не спорить с мужиком надо, а поддерживать. Ишь моду взяли, карьеристки.

Но я его уже не слушала, а непонимающе смотрела на Сережу. Тот в свою очередь старательно кормил кота и делал вид, что вообще ничего не слышит.

– Ты же говорил, что взял отпуск.

– Кать, тут такое дело… меня действительно сократили.

– И ты считаешь это нормальным? Вот так сообщать мне? А если бы Гена не сболтнул лишнего, ты бы так и врал мне?

– Малыш, да ну и хрен с этой работой, – Сережа, подвыпивши, усмехнулся, – найду другую, с хорошей зарплатой. Чего ты взъелась?

– Знаешь, дорогой, это охренительная новость перед праздниками! – И я ушла в другую комнату при этом со всей дури хлопнув за собой дверью.

Хотелось крушить все вокруг! Как… в голове не укладывалось, как он мог поступить со мной?! Умалчивать и лгать так ему не свойственно! Сто процентов тут еще и этот треклятый Гена виноват. Переодевшись в домашнюю одежду, я вновь явилась на кухню и как раз во время. Гена рассказывал о пмс его жены и о том, что она становится такой же стервой, как и я.

– Так что не обращай внимания, гормоны улягутся и будет тебе счастье. А чтоб не орала, ты ей массажик, мороженко и не забывай напоминать, что любишь ее. Она только рот свой открыла, чтоб наорать на тебя, а ты такой "я тебя жуть как люблю" или "милая, ты такая у меня красивая". Проверено, работает моментально. – Учил Генка моего парня и подливал пиво в освободившийся бокал.

Но Сергей не успел его взять, так как я проворно схватила его и вылила в раковину на глазах у изумленного Гены.

– Значит так, друг, собирай свои манатки и чеши отсюда.– Холодно произнесла я в его сторону.

– Не, Катька, ты чего творишь? Серега, вразуми свою бабу!

– Да, Серега, давай, – перекривляла я его и посмотрела на парня, – вразуми меня. Тебя ж тут уже научили премудростям, покажи мастер класс.

– Ребят, чего вы сцепились? Неужели нормально нельзя разобраться в ситуации? – Сергей посмотрел сначала на меня, потом на друга. – Чего вы как кошка с собакой, а?

– Сереж, я повторять не стану и если тебе важно мое мнение, то ты сейчас же выпроводишь своего друга. – Я оставалась непреклонной.

– А не надо меня выпроваживать, я сам уйду! – Генка вскочил с табуретки. – Очень жаль, Серега, что ты стал таким подкаблучником! Как только выползешь из-под ее юбки, наберешь.

И он с гордо поднятой головой вышел из комнаты, не позабыв собрать остатки рыбы с собой. Как только дверь за ним захлопнулась, я вновь повернулась к своему парню.

– И что это сейчас было? – Подал он голос. – Чего ты с цепи сорвалась?

– А что, нет повода? – Я скрестила руки на груди. – Сережа, опомнись и прекрати себя так вести. Во-первых, что вы здесь устроили? Я только вчера делала генералку перед праздниками. Тебе меня совсем не жаль?

– Да ладно, пару крошек на полу, подумаешь, – хмыкнул он мне в ответ. – Сейчас все уберу. И разве стоило из-за этого выгонять моего друга?

– Да таких друзей метлой гнать из дома надо.

– У меня хотя бы они есть,– неожиданно огрызнулся Сергей мне в ответ. – А кто есть у тебя?

– Ты. У меня самый первый друг – это ты. А еще есть Снежана.

– Тогда понятно, откуда ты нахваталась всего этого дерьма. Она плохо влияет на тебя!

– Чем, ну вот чем она тебе не угодила-то? – Я всплеснула руками.

– Да она ведет себя как элитная проститутка с соответствующими запросами. И тебя подсаживает на всевозможную дрянь. Ты посмотри, какая ты стала! Все разговоры теперь только об одном: пилинги, суши, шмотки, клубы.

– Это присуще каждой девушке.

– Да? А что на счет сплетен с работы? Я сыт ими по горло! Раньше ты была прекрасной собеседницей, с которой можно было говорить часами обо всем, что угодно. А теперь я только и слышу всякий бред о твоей работе.

– А ты не задумывался о том, что я хоть как-то пытаюсь заполнить тишину между нами? – Теперь в атаку пошла я. – Ты говоришь, что я изменилась? А за собой ничего не заметил? Ты отдалился от меня, стал скрытный. Ты даже не соизволил рассказать о своем сокращении!

– А нечего здесь рассказывать! – Сергей ударил кулаком по столу и я вздрогнула. – К сожалению, у меня не все так идеально складывается, как у тебя.

– Ты говоришь так, будто бы это я виновата. Как будто бы это из-за меня ты лишился работы. Как будто я тебе жизнь испортила!

– Кать, я больше не хочу продолжать разговор.

– Но мы не договорили!

– Довольно! – Он встал и вышел из комнаты, оставив меня в недоумении.

Странное чувство боли расползалось внутри меня. Мы с Сережей впервые за три года так крупно поссорились. Обычно были какие-то мелкие и несерьезные конфликты типа того, кто будет мыть посуду или кто забыл купить корма коту. Но чтоб вот так… И я впервые увидела эту темную сторону своего любимого. Неужели, Снежа была права и на моем лице красуются огромные розовые очки? Ведь знаете, когда влюблен, то не замечаешь недостатков. Перед тем, как съехаться я очень переживала по поводу быта и боялась, что мы не выдержим этих притирок. Но время шло, а мы все сильнее влюблялись в друг друга. И тут такое… Я молча глотала слезы, пока вымывала кухню от чешуек. И все думала и думала, когда мы успели стать такими чужими. Как я не заметила перемен в его характере? Совсем недавно я прочла одну книгу и фраза оттуда меня никак не покидала. Я даже смеялась над словами, не верила, что так может быть. "Любовь живет три года…" Быть может, автор этих строк все-таки был провидцем?

Оглянувшись на часы, я охнула. Первый час ночи, а я ведь еще планировала отредактировать хотя бы пару глав. Но эта уборка забрала мои последние силы, да и настроения не было. Кстати, Сергей мне так и не пришел на помощь. Горькие слезы вновь навернулись, когда я зашла в спальню и увидела его спящим прямо в грязной одежде на свежем постельном белье. Жуткий перегар витал по комнате, пришлось приоткрыть форточку, чтобы не задохнуться. Раньше он себе такого не позволял, а если и пил, то его пределом была бутылка пива. Скрутившись калачиком на диване в зале, я еще долго проигрывала в голове весь разговор. И когда все слезы были пролиты, я наконец-то забылась в кошмарном сне, где я была русалкой, а Гена пытался поймать меня на крючок.

Утро наступило нежданно и внезапно. Серые тучи заволокли все небо и скорее всего, сегодня вновь стоило ожидать метель. Я перевернулась на другой бок и встретилась с янтарными глазами, которые сверлили меня.

– Уйди, – я попыталась подвинуть кота, но безуспешно. Тот, как статуя продолжал возвышаться надо мной и требовательно мяукать. – Иди к своему хозяину!

После полученного пинка под пушистый зад, Кокс шипя, наконец-то соизволил спрыгнуть. Мне же вставать не хотелось. Как и видеть Сергея после вчерашнего. Но мочевой пузырь отозвался чувством переполненности и пришлось вылезать из-под пледа.

– Доброе утро, – поприветствовал меня парень, но я не отвечала ему взаимностью. – Кать… прости меня за вчерашнее. Я вижу, как ты злишься и мне действительно очень жаль. Я повел себя как мудак.

Я старательно делала вид, что не замечаю его, пока Сергей не схватил меня за руку и не притянул к себе.

– Катюш, я вчера перебрал свою норму. Ты была права и Гена не совсем хорошо повлиял на меня. Я выпил лишнего и наговорил кучу гадостей и глупостей. Прости меня, пожалуйста.

– Это все? – Сухо уточнила я.

– Любимая…– И тут Сергей сделал то, чего я совсем не ожидала. Он встал на колени и обнял меня. – Я дурак, тупица, урод. Называй, как хочешь, но я тебя никуда не отпущу, пока ты не скажешь, что простила меня!

Как только его голос задрожал, мое сердце не выдержало. Я погладила его по голове и заставила подняться с колен.

– Да, ты меня вчера очень обидел. Но, если ты нормально объяснишь, что с тобой произошло, то я подумаю над твоим предложением о прощении.

Сергей виновато потупился и потирая шею, отвернулся к закипевшему чайнику.

– Ты так и будешь молчать?

– А что рассказывать-то? Наша фирма едва держалась на плаву в последнее время и еле сводила концы с концами. Шеф долгое время оттягивал сокращения, но не смог удержать полный штат. Начал с низов, а затем добрался до среднего звена. Вот я и оказался на улице с личными вещами и призрачной надеждой на лучшие времена.

– И это все? Из-за этого ты так сорвался на меня?

– Кать, – Сергей налил кипяток в чашку, – пойми и меня, я – мужчина и должен зарабатывать деньги для своей семьи. А у нас выходит, что ты тянешь большую часть. Ты хоть представляешь себе, насколько мне трудно смотреть тебе в глаза? Я чувствую себя таким ничтожеством, которого содержит девушка. А тут еще и твоя подруга, которая подливает масло в огонь.

– Не совсем понимаю тебя, – я качнула головой, – к чему ты и к чему ты приплел еще и Снежу.

– Да к тому, что она показывает тебе такую жизнь, которую я тебе дать не смогу. Она водит тебя по всяким ресторанчикам, спа-салонам. А я не могу себе этого позволить. Мне иногда кажется, что ты бросишь меня, как только распробуешь эту богатую жизнь.

– Я надеюсь, что ты сейчас очень пошутил.

– Нет, я абсолютно серьезен. Честно, Кать я рад, что ты нашла работу по душе. Но иногда я жалею, что дал тебе тот номер телефона и настоял на собеседовании. Эта работа как будто бы забирает тебя у меня. Ты постоянно в редактуре, а если ты не читаешь чью-то писанину, то пишешь сама. А я в это время скучаю по тебе. – Сергей горько вздохнул. – Под влиянием обстоятельств и других людей, ты стала другой.

– Не правда, я все та же Катя, которую ты встретил в метро. Прости, но в тебе говорит уязвленное эго. – Я присела рядом. – Да, работа для меня стала вторым домом. Но я не забываю о тебе и по-прежнему очень люблю. А тебе мы найдем такую должность, на которой ты сможешь себя реализовать, хорошо? Но давай больше не будем скрывать свои переживания друг от друга и ссориться так. Это очень ранит и оставляет осадок.

Парень кивнул и отпил из кружки, я же отвернулась к окну и задумчиво вглядывалась в серое небо. Я ведь не врала и больше не хотела таких ссор. Я не видела ничего страшного в том, что материальные проблемы временно легли на мои плечи. В жизни всякое бывает и мы должны быть поддержкой друг для друга. Но так же я и не соврала по поводу осадка, который так и остался после нашего разговора. Где – то глубоко внутри, я понимала, что Сергей в чем-то прав. Какие-то изменения во мне все же были, но я не могла в них разобраться и не понимала, к чему и куда они меня могут привести.

Глава 7. «Катя»

Не существует пар, которые бы не ругались ни разу. И все знают, что обидными словами в адрес друг друга, мы за считанные минуты выстраиваем стену между собой. Которую потом так долго рушить по кирпичику. Вот и мы, вроде бы помирились, но не знали, как элементарно начать какой-либо разговор. А время беспощадно летело, стоило бы начинать приготовления к празднику.

– Сереж, давай как-то шевелиться что ли, – предложила я, – что будем готовить?

Парень потупил глаза, чем ввел меня в замешательство.

– Понимаешь, тут такое дело… вообщем, нас пригласили мои родители и я не смог отказать им.

– Вау, – только и смогла я произнести.

– Да и давно вас пора познакомить, мы с тобой уже не один год вместе. – Продолжал он оправдываться, а я только и могла, что стоять и не моргать. – Мама очень хочет тебя увидеть, даже какой-то сюрприз приготовила.

Жесть. Просто катастрофа какая-то. Морально я была не готова к таким подвигам.

– Так что скажешь? – голос парня вывел меня из ступора.

– А? Что?

– Я говорю, что отметим с родителями, а потом пойдем гулять по ночному городу, салют посмотрим, повеселимся. – Он всматривался в мое лицо так, будто бы пытался разглядеть каждую эмоцию. А я понимала, что надо что ли улыбнуться для приличия. Правда улыбка вышла кривая и больше походила на то, как будто у меня спазм в кишечнике.

– Я думала, что мы отметит вдвоем.

– Кать, я и так предыдущие года отнекивался как мог, если бы и в этом году отказал, они бы точно обиделись. А тебе не нужно портить отношения с будущей свекровью, – и тут Сережа весело улыбнулся.

Воздух. Мне срочно необходим свежий воздух. Я заметалась по кухне в поисках повода, чтобы оказаться за пределами этой квартиры.

– Знаешь, я сбегаю за хлебом.

– Так есть же, – удивленно указал он мне на хлебницу.

– А я хочу черного с маслом, просто жуть как, аж слюни рекой,– затараторила я и на всех парах выскочила в прихожую, – я быстро, а ты ставь чайник.

Оказавшись на улице, я плотнее укуталась в шарф и бодро затопала в сторону магазина. Но не дошла до него, а свернула в соседний двор и достала телефон из кармана.

– Если ты не горишь и не тонешь, я наберу тебя позже, – раздался сонный голос подруги.

– Снежа, у меня проблемы! – Отчаявшимся голосом выдохнула я.

– Что случилось? – Сна в ее голосе, как и не бывало. – Кому морду бить?

И вот тут меня прорвало и я выложила абсолютно все, что накопилось. И про вчерашнюю ссору и про загубленный праздник, и про предстоящее знакомство с будущей родней.

– Да уж, – протянула девушка на том конце трубки.

– Что мне делать? – чуть ли не плача, спросила я.

– Собирать вещи и бежать куда глаза глядят.

– Снежана, я ведь серьезно!

– А я что, по-твоему, шучу? Я же давно твержу, что тебе не пара твой Сережа. Что в таком тихом омуте не то, что черти, там вся нечисть хороводы водит. Но, нет же, ты заладила, мол, люблю без памяти. И что? Довольна тем, как он проявил свою сущность?

– Но ведь он раскаивается и сожалеет.

– Ага, прям как я о потери своей невинности в институте на день студента,– обрубила она меня,– вот не пойму, ты просто дура или мазохистка в квадрате?

– А ты всегда такая хамка?

– Всегда и ты, моя дорогая, должна была к этому привыкнуть. Ты понимаешь, что знакомство с родителями все же очень серьезный шаг?

– Да понимаю я, вот только не знаю, нужно оно мне или нет.

– А ты напрягись и поразмысли, как ты поступишь в случае, если твой ненаглядный тебе предложение сделает под одобрительные вздохи своей родни.

Вот тут меня накрыло окончательно. Я даже об этом не думала. Нет, в своих мечтах я уже много раз проигрывала марш Мендельсона, но чтоб вот так всерьез…

– Ты там жива? Или неотложку вызывать? – Снежа явно нервничала.

– Я здесь.

– Короче, Кать, думай. Мою позицию ты знаешь, но навязывать я ее не буду. А то вдруг, не права и еще разрушу ваше будущее. Я потом спать спокойно не смогу.

– Угу, вот только что же мне все-таки делать?

– Ну, хочешь, на ромашке погадай, – послышалось в ответ.

– Ты можешь нормально ответить?

– А ты не задавай глупых вопросов, чтобы не слышать таких же ответов. – Снежа зевнула. – Что-то еще? Или моя задница может спать спокойно?

– Спи. – Я нажала на отбой и только сейчас поняла, как замерзли руки без перчаток. Но положить телефон в карман мне было не суждено, так как он разразился мелодией и оповестил меня о звонке Сергея.

– Ты где? – Взволнованно спросил он сразу, как я приняла вызов.

– Да очередь в магазине, а тут еще и знакомую встретила да заболталась с ней, – сочиняла я на ходу отмазки, – вот, уже домой иду.

– А в зоомагазин не заскочишь?

– Так я корм позавчера купила, неужели он все съел?

– Да нет, ему что-то плохо, вялый он какой-то. Может, они подскажут, что делать с ним?

– Сереж, он просто пережрал вчера рыбы вместе с вами.

– Точно, а я за это как то забыл, – парень вздохнул. – Думаешь, оклемается?

– Знаешь, некоторые коты, которым не так повезло в жизни, живут на помойке и питаются отбросами и мышами. И ничего, живут же. Куда этот-то денется?

– Ладно, послушаю тебя, женщина. Давай, двигайся быстрее, а то чайник придется по второму кругу ставить. – Поторопил меня Сергей и отключился.

Но его бодрый тон не вселял в меня никакой радости. Домой я шла, словно на эшафот. И честно признаюсь, меня раздражало радостное настроение Сергея. То ли я еще не до конца простила его, то ли предстоящий праздник стал казаться мне истинным адом без единого намека на что-то положительное. Я планировала прекрасный ужин на двоих, море шампанского под бой курантов и жаркий секс в новогоднюю ночь. Я даже раскошелилась и купила откровенный комплект белья, на который так долго заглядывалась и не решалась купить. И дело не в цене, а в том, что я даже не знала, как Сергей отреагирует на него. Помнится, был случай, когда я решилась на подобный эксперимент. В итоге меня попросили снять эту "рыболовную сетку" и надеть нормальную пижаму. Мол, любит он меня и без этих глупостей. И я тогда так умилилась, подумала, что вот, настоящий джентльмен. Которому не нужны идеальные пропорции тела, тонна косметики на лице и возбуждающие наряды. К тому же, в постели у нас все было бы вроде идеально. Но время шло и пылкий секс в любое время суток сменился на… черт, на банальный "супружеский" секс раз в неделю. И как будто по расписанию или по договоренности. Мне не хватало его, не хватало этой дрожи в пальцах, когда его руки ласкали меня. Я забыла, как это восхитительно, когда ты стонешь и выкрикиваешь его имя, не заморачиваясь о том, что подумают соседи. Я скучала за тем, как он мог утром разбудить меня поцелуями, которые плавно перетекали в нежный и долгий секс. Но все чаще он стал довольствоваться небольшой прелюдией. И в большинстве случаев, я стала имитировать оргазм, чтобы не обидеть его. Я стеснялась заводить разговор, хотя понимала, что эту проблему надо как-то решать. Но я боялась, что он не поймет меня. Видимо, это был удел долгих отношений.

Именно в таких не совсем веселых раздумьях, я поднялась домой.

Тридцать первое декабря. День, когда ты поневоле заряжаешься предновогодним настроением только потому, что напоминание о празднике прет со всех щелей. Из динамиков радио, с экрана телевизора, с рекламы в магазине. Куда бы ты ни посмотрел, везде одинаковое бородатое лицо в красной шапке и пожелания счастья в наступающем году. Моя программа не отклонялась по курсу и началась так же, как и в прошлый раз. Сначала я позвонила своей крестной, затем Жене, с которой работала на своей первой работе. Она все также продолжала работать в ресторане, но уже в качестве администратора. А затем, набравшись храбрости, звонила матери. Сухо отвечала на пару ее вопросов, желала удачи и вешала трубку. Знаю, это выглядит жестоко с моей стороны. Как – то раз Сережа спросил, простила ли я ее, ведь столько времени прошло и вечно держать обиду невозможно. А я даже не знала, что ему ответить. Может быть и простила, но моя гордость не позволяла мне сделать этот первый шаг. Когда-нибудь, я пересилю себя, но не сейчас.

Но проблема на данный момент заключалась не в этом. Так как празднование с семьей Сергея свалилось на мою голову совсем нежданно, соответственно выбор подарка в канун Нового года стал для меня еще одной головной болью. Из всех рассказов Сергея, я поняла, что родители у него были оба преподаватели в институте. Папа любил технику, мама увлекалась астрологией, гаданиями и прочей ерундой в этом духе. А еще они души не чаяли в своем сыне. И все, больше я ничего о них не знала.

– Да брось ты, не выдумывай ничего, – Сергей шел следом за мной, проталкиваясь сквозь людей. Я же пока бесцельно бродила по торговому центру, надеясь, что в глаза хоть что-то бросится.

– Как ты себе это представляешь? Здрасьте, я Катя, можно я у вас тут поем просто так? На знакомство приходят с презентами, а на праздники тем более.– Ворчала я.

– У меня нормальные родители и у них все есть. А всякую мелочь они не хранят.

– То есть, если я подарю вот эту свечку, то она уйдет на помойку?

– Не факт, но может. Хотя маме она подойдет, она ведь любит проводить свои сеансы в полутьме.

– Хорошо, а папе что? Может выпивку?

– Он не пьет у меня.

– Курит?

– Нет.

– А как тогда твоя мама с ним выживает? – мрачно пошутила я и судя по выражению лица парня, тот вновь не оценил мой юмор. – Тогда папе ты выбираешь подарок сам.

Сережа вздохнул, но все-таки отошел от меня в другой магазинчик. Мне же захотелось утопиться в фонтане, который веселил своими брызгами народ прямо посреди центра. Жаль, что не глубокий был, зараза. Через пару минут, Сергей вновь вернулся с небольшим пакетиком в руках. Я скептически хмыкнула, как по мне, содержимое было слишком малым по размеру. Еще больше я разочаровалась, когда он достал галстук и довольно улыбнулся.

– Вот, папин любимый цвет.

– Бордовый? – Для меня, что цвет, что сам подарок попадали в категорию "бесполезных" презентов. Наверняка, за все пятьдесят четыре года у его отца насобиралась тьма галстуков, так что мои сомнения были вполне разумны. – А ему точно понравится?

– Ну, не знаю, цвет его.

– И? Ты выбирал только по этому критерию?

– Ага.

– Сереж, ты меня сейчас добиваешь. – Я хлопнула себя по лбу ладошкой. – С таким успехом я могла бы подарить ему рулон бордовых обоев.

– Очень смешно.

– Прям обхохочешься. – Продолжала я ворчать себе под нос. – Мне стыдно будет смотреть им глаза.

– Кать, угомонись, мои родители тебя не съедят. И если ты не против, нам стоит немного торопиться, иначе застрянем в пробках.

Сказать, что я нервничала… да вы даже себе представить не можете, какая гамма чувств пронеслась по мне, пока мы ехали к его родителям. Меня бросало то в холод, то в жар. Хотелось пить, в туалет и просто выйти из машины, чтобы затеряться в предновогодней тьме. А когда мотор стих и Сережа услужливо открыл дверь с моей стороны, ноги вообще перестали слушаться. Парень как чувствовал все мои мысленные расчеты побега и крепко держал за руку, пока мы ждали, когда нам откроют дверь.

– Мой дорогой! – Воскликнула чуть полноватая женщина, облаченная в яркое платье. – Илья, посмотри, кто к нам пожаловал! Да что вы стоите в проеме, проходите!

Пока мама расцеловывала Сергея, к нам на встречу вышел высокий мужчина. Сразу можно было сказать, что мой парень пошел полностью в своего отца.

А от матери ему достались лишь карий цвет глаз и форма ушей.

– Илья Ильич,– прозвучал низкий голос и следом, была протянута рука.

– Катя, – еле слышно ответила я и почувствовала, как крепко сжимается его рука вокруг моей ладони.

– А это Мария Федоровна, – Сережа обнял свою маму.

– Очень приятно, – отозвалась я и немного съежилась под родительскими взглядами. И хотя они мило мне улыбались, от меня не скрылись их оценивающие взгляды.

– Мы проходить – то будем? – Парень подтолкнул меня чуть дальше от угла, в который я так комфортно вжалась. – Как вкусно пахнет! Мам, вновь собираешься меня баловать?

– А кто ж еще тебя побалует? Сидите там на своих макаронах и нормальной еды не видите.

– Мам, не начинай, нормально мы питаемся. Катя хорошо готовит, я даже чему-то у нее научился.

– Не неси вздор, мой дорогой, мужчине не место на кухне. И каждая порядочная женщина знает об этом, не так ли Катенька?

Не знаю, что больше меня начинало злить. То ли эти ехидные замечания в мой адрес, то ли то, что Сережа меня обманом затащил сюда. Поскольку рады были видеть только его, а я была лишь назойливым приложением. Мы прошли в гостиную, которая была увешана мигающими огоньками. Жили родители Сережи не бедно и это явно бросалось в глаза. Дорогая мебель, картины и другие предметы антиквариата, ломящийся стол от всевозможных блюд и… блондинка, восседающая во главе стола. Я бросила вопросительный взгляд на Сергея, но тот лишь нахмурился.

– Привет Сережа, мы так давно не виделись, – томно поприветствовала его девушка и встала со своего места, открывая нам взор на точеную фигурку и роскошные блондинистые волосы. Ах, да, еще и на четвертый размер груди. Подойдя ближе, она поцеловала его в щеку и как-то по-свойски приобняла его.

– Лиза, привет, – парень явно был в замешательстве,– что ты здесь делаешь?

– Лизонька зашла к нам, чтобы поздравить и я ее пригласила к нам. А что, ее родители в Милане. Не будет же бедняка встречать праздник одна? – Ответила вместо девушки его мама. – И, главное, какая выдумщица! Посмотри, что она нам подарила! Мои любимые духи из самого Парижа, а отцу его любимую книгу. Между прочим, оригинал и подписан самим автором!

И она все расхваливала эту Лизоньку, а я тихонько стояла у стены и чувствовала, как мое лицо начинает гореть. А еще задавалась вопросом, какого черта я делаю здесь?

– А мы тоже не с пустыми руками, – воскликнул Сережа, – Кать, давай пакеты сюда. Лиз, извини, на тебя мы не рассчитывали.

– Ничего, – отмахнулась блондинка, не отрывая от меня взгляда, – у тебя всегда были проблемы с выбором подарков. И не только.

Чудесно. Какой огромный булыжник в мой огород. Улыбаясь так, что челюсть свело от напряжения, я протянула пакет.

–Мама, папа с наступающим вас Новым Годом! Кстати, это Катюша руководила выбором подарков. – Сережа улыбнулся, словно довольный ребенок. А я потеряла дар речи, ведь никак не ожидала, что он свалит все на меня. Я не хотела находиться здесь, не хотела, чтобы они открывали незатейливые упаковки при мне. И была готова провалиться сквозь землю при виде того, как отец вытащив свой галстук, нахмурился. А мать и вовсе не удосужилась развернуть свой презент и просто забросила его на полку.

– Сережа сказал, что это ваш любимый цвет. – Нарушила я затянувшуюся тишину.

– Да, Екатерина, спасибо, – Илья Ильич выдавил улыбку, – вот только я не любитель галстуков.

– Ну надо же когда-то начинать, – влезла Лиза, – вы будете выглядеть солидно.

– Ты уверена Лизонька?

– Гарантирую, – хихикнула она и вновь оказалась за столом.

– Мам, а ты не откроешь подарок? – Сережа как будто бы не замечал идиотизма во всем происходящем.

– Обязательно открою, но не сейчас. У меня мясо в духовке, а ты же знаешь, как я трепетно отношусь к его готовке. И раз ты здесь, пойдем со мной, поможешь.

С уходом Сережи я почувствовала себя еще больше не в своей тарелке. Как будто бы я голая стояла посреди площади. Или того хуже, была ведьмой и оказалась в Салеме.

– Что же вы Екатерина, не стойте в дверях, присаживайтесь, – Илья Ильич указал мне на пустующий стул. – Зная своего сына, он бы не дал нам поговорить нормально. Поэтому, пользуясь случаем, разрешите у вас кое-что узнать.

– Да, конечно. – Я выпрямилась на своем месте, словно сдавала экзамен. Нет, не то. Проходила тест на детекторе лжи.

– Итак, Екатерина, расскажите о себе. Знаете ли, Сергей с вашим появлением стал настолько скрытен, что мы кроме вашего имени ничего о вас не знаем.

– Да по сути рассказывать и нечего. Росла в обычной семье, окончила школу со средними баллами. За полгода до двадцати двухлетия переехала сюда в Москву к крестной. Окончила Московский гуманитарный университет так же со средними оценками. Работала в ресторане, когда познакомилась с вашим сыном. Затем устроилась в редакцию и работаю там по сей день. Как видите, ничего примечательного и выдающегося.

– Так вы даже не из Москвы? – переспросил его отец, как будто бы услышал только эту часть информации.

– Да, а что с этим есть какие-то проблемы? – отозвалась я, готовясь к тому, что надо будет дать отпор.

– О каких проблемах идет речь? – мама с Сергеем появились в гостиной с огромным блюдом на котором дымилось мясо с картошкой.

– Видимо в моем происхождении,– мне надоело быть тихой паинькой в этом сборище змей.

– Екатерина не стоит так остро реагировать на мои вопросы. Вы сами должны понимать, что время сейчас такое. Приезжих много и у всех мечты на светлое будущее.

– Да, но не все хотят выехать за счет коренных москвичей. – Я прекрасно понимала, о чем он говорит. – Так что на этот счет можете не волноваться.

Между нами воцарилась тишина. Сережа с укором посмотрел на отца и на меня. Мать делала вид, что вообще ничего не услышала. И только Лиза все не сводила с меня глаз.

– Илья Ильич не вздумайте дуться весь вечер и портить праздник, – защебетала девушка, – Катя все не так поняла. Мы, правда, не кусаемся девочка.

– А ты, прости, кто? Нас даже не представили друг другу. Имя знаю, а вот кем ты приходишься нет.

– Это фактически наш член семьи, – вновь влезла Мария Федоровна, – дочка моей очень близкой подруги. В свое время мы даже планировали свадьбу для наших детей. Но это было давно, во времена их юношеской любви. Жаль, что все так круто изменилось… Но, да ладно, налетайте на еду пока горячая.

Да я была готова поспорить на все, что угодно так как знала, что эта фраза прозвучала специально. Эх, Сережа, твоя мама действительно приготовила мне сюрприз в виде твоей бывшей. И они до сих пор лелеют надежду, что ты сейчас посмотришь на нее и на меня, сравнишь нас. И выберешь Лизу. Конечно, вся такая утонченная, милая, красивая, холеная и что немаловажно, богатая. И я, пусть даже и в новом, но довольно простом и неброском костюме с милой, но не феерично красивой внешностью. Сережа всегда говорил, что я очень симпатичная. Каштановое каре, зеленые глаза и чуть смуглая кожа от отца. Высокие скулы, небольшой носик и довольно пухлые губы. Когда-то очень давно отец любил шутить и называть меня Нефертити. Уж очень моя внешность напоминала ему египетских девиц. Но даже с двумя милыми ямочками на щеках, мне было далеко до Лизы. Которая будто сошла со страниц глянцевого журнала. И она знала, какое впечатление производит и умело этим пользовалась. А я в свою очередь, подмечала, какие взгляды бросает на нее Сергей. Они были жадными и голодными. Как будто бы ты видишь то, что уже пробовал, но сейчас оно для тебя под запретом. Я видела, как он борется с собой и старается говорить со мной. Но даже это не спасало ситуацию и я чувствовала себя пятым колесом в телеге. Я здесь была лишняя…

Глава 8. «Катя»

Еще никогда в своей жизни я так не торопилась встретить Новый год. Для меня этот праздник всегда был волшебным и прекрасным. И я с неким огорчением встречала бой курантов. Ведь после них вся магия рушилась и исчезала.

Но сейчас я буквально глазами пыталась сдвинуть минутную стрелку часов, которая как на зло ползла со скоростью улитки. А вокруг под шум "Голубого огонька" не смолкала болтовня. Шли разговоры о работе, о покупках и путешествиях. Родители хвастались перед Сергеем каким-то последним приобретением и что-то бурно обсуждали. Я практически не слушала их и потягивала шампанское из бокала, как уловила голос Лизы.

– А я тут недавно была в Риме. Столько воспоминаний сразу обрушилось и я решила пройтись по всем памятным местам. Сереж, помнишь тот маленький сквер с маленькой часовней, в которой мы тогда…

– Укрылись от дождя, – Сережа быстро перебил ее.

– Ну, да, можно и так сказать, – Лиза ехидно улыбнулась, – так вот, ее полностью отреставрировали. Пропал тот дух романтики, мне даже плакать захотелось, как только я увидела ее. Это место многое для меня значило…

– Но-но, Лизонька, сколько еще будет таких мест, – запричитала сердобольно его мама. – У вас еще многое впереди.

Охренеть. Мало того, что эта крыса фактически вслух озвучила, что переспала с моим парнем в каком-то заброшенном месте. Пардон, полуразрушенном и романтичном месте. Так еще и мамаша тупо желает им дальнейшего счастья и продолжения "банкета". Я залпом выпила остатки шампанского, а затем хмыкнула, чем напомнила о своем присутствии.

– А, вы Катя, бывали где-то? – Мария Федоровна удосужилась обратить на меня внимание.

– Нет.

– Что, даже ваши родители вас никуда не возили?

– Ну, мои родители не зарабатывали горы золотых монет. И максимум, что я видела летом, это наша небольшая дача в пригороде. А с Сережей у нас просто нет возможности куда-то вырваться.

Я не знаю, что было такого в моих словах, но градусы в комнате стремительно стали лететь к минусовой отметке.

– А как вы живете? – Теребя салфетку, спросила его мать.

– Как и все. От зарплаты до зарплаты. – Честно ответила я и краем глаза заметила, что Сергей опустил голову. – Но не думайте, что мы в чем-то нуждаемся. Нам хватает и за съем заплатить, и покушать. Пусть мы не накрываем такой стол ежедневно, но и не голодаем. Одеты, обуты. Иногда в кино ходим или театр…

– Хватит. – Перебил меня Илья Ильич.

– А что не так то? – Удивленно переспросила я.

– Сергей, на пару слов, – отец встал с кресла и потянул парня следом за собой.

– А я, пожалуй, выйду на свежий воздух и обзвоню всех, пока сеть свободна, – Лиза грациозно проскочила мимо и оставила нас с Марией Федоровной наедине.

– Могу я обратиться к тебе на "ты"? – Обратилась она ко мне.

– Конечно.

– Катя, что ты знаешь о моем сыне? О его жизни с нами и до встречи с тобой?

– Он немного рассказывал, а я и не спрашивала сильно. Зачем мне лезть в прошлое, если я сейчас в настоящем?

– А вдруг у него скелеты в шкафу? Ты решилась жить с человеком, которого почти не знаешь.

–Все, что мне нужно, я уже знаю. К чему вы клоните?

– Мы стремились дать своему ребенку все, что можно и нельзя. Лучшую школу, университет, секции. Сережа, несмотря на это, вырос неизбалованным, добрым, отзывчивым, мужественным и умным парнем. Он выучился, а затем открыл свой бизнес. Мы, конечно, помогли ему и с этим. Мы дали ему старт, а он сам сколотил неплохое состояние. Он мог позволить себе сорваться в путешествие в любое время суток. Он ни в чем себе не отказывал. И нас он боготворил. Но, как это часто бывает, человек перегорает. И Сергей не стал исключением. У него появилась какая-то апатия, ему все надоело. Слишком многое он взвалил на свои плечи и явно с этим грузом не справлялся. Мы с отцом поговорили и решили, что стоит немного потерпеть. Мы закрыли глаза на то, что он бросил Лизу и друзей. Но потом он решил съехать от нас и передать руководство над своим бизнесом отцу. Конечно, мы были в шоке от всего происходящего, но надеялись, что он одумается. Как он тогда говорил, мол, хочу жизни без этих понтов. Мы стерпели и это. Затем он устроился в какую-то невзрачную фирму в отдел кадров. Признаюсь, я обливалась слезами здесь. Зная, что я живу в достаточно комфортных условиях, а он перебивается на зарплату кадровика и снимает ужасное жилье. Я так надеялась, что еще чуть-чуть и он передумает, вернется к прежней жизни. И почти дождалась… но тут появилась ты. И наши мечты рухнули.

– Вы специально хотите сделать меня виноватой?

– Что ты, нет, конечно. Просто ты Катя появилась на его пути так не вовремя. Я, как женщина, тебе сочувствую и понимаю в каком ты сейчас положении и что тебе здесь не комфортно. Но, как мать, я обязана тебя предупредить, что ты не пара моему сыну. Он поиграет с тобой и бросит, когда поймет это сам.

– Спасибо, – я сглотнула, – но ваши слова так и остаются словами. Мы вместе уже три года и я что-то не вижу, чтобы он хотел меня бросить.

– Может быть, он просто не знает, как тебе сказать об этом? – Мария Федоровна отвернулась от меня как раз в тот момент, как в комнату все вернулись обратно.

В данный момент, я так остро нуждалась в Сергее. Я хотела почувствовать его поддержку, ведь признаюсь, слова его матери засели глубоко в моей душе. И как некстати всплыли слова Снежи о кольце и замужестве. И я так отчаянно хотела, чтобы они стали явью. Мне казалось, что вот-вот и он опустится на одно колено. И я обязательно соглашусь на его предложение. Пусть они увидят, что ошибаются и мы с Сережей отличная пара. В каждом его движении я пыталась увидеть намек на то, что это сейчас случится. Мне даже маниакально мерещилась коробочка в кармане его брюк. Но он не сделал мне предложение ни сейчас, ни под бой курантов, ни после застолья. В какой-то момент, создалось впечатление, будто бы меня швырнули в пропасть. И нет возможности ухватиться за что-нибудь. Я лечу в какую-то непроглядную тьму. Одна.

– Спасибо вам за прекрасный вечер, – голос Сергея вывел меня из печальных мыслей.

– Могли бы и дольше побыть, – как – то уж совсем не искренне отозвалась его мать. – Мы так редко тебя видим.

– Я обещал Катюше прогулку по ночному городу и я свое обещание сдержу. Всем пока!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.