Валерий Кобозев
Миссия выполнима. Новый уровень

Книга 2

Пролог

В первой книге «Миссия выполнима. Неожиданное открытие» Олег открывает эффект пространственного портала с помощью созданного им прибора. Он понимает важность этого открытия, поэтому вместе со своим отцом Владимиром Ивановичем Семеновым начинают коммерческое применение портала, не афишируя само его существование. Им удается с помощью портала наладить добычу нефти из-под дна Атлантического и Тихого океанов, наладить утилизацию опасных отходов путем выброса их на Солнце. Все это приносит огромные доходы, они стали долларовыми мультимиллиардерами, построили себе убежище на необитаемом острове в Тихом океане, и «купили» себе микрогосударство Науру, завоевав симпатию аборигенов огромными платежами налогов в бюджет Науру. Ими было открыто положительное воздействие переход через портал на здоровье человека – излечивались все заболевания, кроме генетических, человек омолаживался до двадцатипятилетнего возраста. Они открыли путь в бессмертие, это дало их корпорации доступ к активам американских корпораций, получить доступ к современные технологиям во всех отраслях науки и техники. Положение корпорации УНАС упрочилось настолько, что им можно было не опасаться репрессивных мер со стороны отдельных правительств. Корпорация состояла из множества небольших компаний, которыми владели соратники Семеновых. Можно выходить на контакты с официальными лицами России для открытого использования порталов для блага всего человечества и России, в частности.

Глава 1

Первые контакты

Неожиданностью для всех нас стал визит полковника ФСБ в отставке Кравцова. Впрочем, обставлено всё было честь по чести – он предварительно записался к отцу на приём по личным вопросам. Было ужасно любопытно, с чем он к нам пожаловал, поэтому, посоветовавшись с отцом, мы решили принять Кравцова вместе. Мы были в курсе, что ему и его коллеге удалось уйти в отставку с минимальными потерями, сказались и боевые заслуги обоих – они воевали как в Чеченских компаниях, так и на Украине.

– Итак, что привело вас к нам, господин Кравцов? – прямо спросил отец.

– Я хотел бы извиниться за свой необдуманный поступок, а также прояснить его мотивы, чтобы вы могли принять мои извинения, – отозвался тот.

Мы удивлённо переглянулись.

– Что ж, продолжайте, – согласился отец.

– Так вышло, что после стольких лет службы я потерял семью. С женой разошлись, дети создали свои семьи – моя судьба их абсолютно не интересовала. Может, это было и глупо, но мне очень хотелось вернуть уважение сына и дочери, став удачливым коммерсантом. Хотя, уж коли у них не вызывал уважения полковник ФСБ, награждённый боевыми орденами… чего уж говорить. Но что сделано, то сделано. О вашей фирме заговорили, все обсуждали потоки в миллионы евро за ваше изобретение, и я решил сыграть на этом. Результат вам известен, – он опустил взгляд. – После этого события мы с Лёшей многое в жизни пересмотрели. У него похожая ситуация, он тоже надеялся, что деньги помогут ему стать ближе к детям, завоевать их уважение. Оказалось – наоборот. Как только с нами случилась эта неприятность и мы были вынуждены уйти в отставку, дети начали считать нас лузерами. До этого в их глазах мы были просто рядовыми неудачниками, которым только и остаётся служить до пенсии, но которые при этом пользуются некоторым уважением в обществе. А вот после всего случившегося мы стали для них практически бомжами. Отбросами. Работы нет, былого уважения в обществе нет, денег тоже нет. Вот такие дела… – Кравцов тяжело вздохнул. – Мы с Лёшей не один литр вместе выпили, обсуждая, почему так случилось. Сошлись в одном: неправильно воспитывали своих детей, где-то что-то упустили. Ну, как говорится – поздно пить Боржоми, когда почки отказали. Теперь мы с ним товарищи по несчастью – напарники, волей судьбы и в результате собственной глупости оказавшиеся в таком положении. Хорошенько проанализировав ситуацию, мы решили попробовать сотрудничать с вами. Наверняка вам нужны профессионалы контрразведки, у вас большая корпорация и врагов у вас, полагаю, достаточно. Вы нас знаете как облупленных, да и наша ситуация вам наверняка известна. Думаю, что более преданных служащих, чем мы, вам не найти, – завершил Кравцов свою речь.

Мы с отцом переглянулись. Неожиданный поворот, однако…

– То, что вы рассказали и ваше раскаяние, конечно, подкупают, – начал отец. – Нас радует, что вы вернулись к честной жизни, точнее – хотите к ней вернуться. Но, откровенно говоря, у меня нет интереса брать к себе на службу неудавшихся шантажистов. Кто даст гарантию, что, узнав какую-либо секретную информацию, компрометирующую нас, вы вновь не решите попытать удачу? – отец пристально посмотрел в глаза Кравцову.

– Вы имеете полное право не доверять нам, – признал Кравцов. – Именно поэтому я и раскрыл истинную причину наших прошлых поступков. Теперь же какие-либо мотивы отсутствуют, отныне дети для нас – это просто родственники, очень далёкие. Осознавать это больно, но против правды не попрёшь. Что выросло, то выросло. Мы ещё не совсем потеряли самоуважение. Теперь мы видим своё будущее в карьере по специальности, в служении государственным интересам. Ваша корпорация – самый удачный вариант. Она богата, вы знаете нас с самой худшей стороны, мы тоже знаем ваши возможности – поэтому опасаться вам нечего. Ну а вы… вы для нас как высшие силы – от вас не скрыться. Согласитесь, даже не все ваши служащие знают то, что знаем мы.

– Это точно, не все в курсе, что за служебную провинность можно отправиться в командировку на охоту и рыбалку в дальние края, – засмеялся отец. – Но вы, наверное, и сами понимаете – для того, чтобы доверять вам, этого маловато.

– Согласен. Но у меня есть информация, которая может быть полезной для вашей интеграции в официальную… или, скажем так – близкую к правительству структуру. Предполагаю, это вам крайне необходимо.

– И какая же это информация? – в лоб спросил отец.

– О незаконном поступке действующего чиновника высшего ранга, конкретно директора ФСБ Фурцева, – ответил Кравцов. – Возможно, это поможет вам установить с ним неформальные и даже дружеские отношения. В дальнейшем это может способствовать вашему внедрению в круг людей, приближённых к правительству и даже к самому президенту.

– Что-то вы сами себе противоречите, – покачал головой отец. – Незаконный поступок Фурцева поможет нам с ним подружиться? Звучит странно, если не сказать абсурдно.

– Я его за этот поступок не осуждаю. Сам бы поступил так же, хотя за это полагается пожизненное заключение. Разные бывают ситуации, неоднозначные, – невесело поведал Кравцов. – Вот вы же нас с Лёшей тоже незаконно выбросили в тьмутаракань, хотя за это трудно вас осуждать. Вы ещё милосердно с нами поступили, другие бы просто прикопали где-нибудь под ёлками.

– И что же такого совершил Фурцев, за что с ним можно подружиться? – заинтригованно спросил я.

– Расстрелял группу из десятерых бойцов «Азова», которые издевались над нашими пленными бойцами, кастрировали некоторых из них. Он не стал церемониться, выводил по одному и на виду у всех пускал пулю в лоб. Во время процедуры уже после третьего выродка все остальные обгадились, но Фурцев всё равно их добил. Одного ранил, а патроны закончились – и я ему помог. Лёша случайно начал снимать всё это на телефон, думал, что будет постановка, а всё оказалось намного сложнее. В общем, как вы понимаете, этим признанием я полностью отдаю себя в ваши руки. Наслышан о вас и вашей корпорации, плохо о вас ещё никто не отзывался. Вот видеозапись нашего налёта на базу «Азова», – Кравцов положил микро-СД на стол.

Я взял карту, вставил её в ноутбук отца и запустил видеозапись. Просмотр прошёл в полном молчании.

– Но почему вы решили передать её нам? – недоумевающе спросил отец. – Если я правильно понимаю, вы же считали справедливым расстрел этих террористов, раз даже сами приняли в нём участие?

– Мы проанализировали ваше поведение и сделали вывод, что если вы интегрируетесь в государственные структуры, то принесёте много пользы нашей стране. В ваших руках – оружие огромной силы. Понятно, что вы боитесь передавать его в руки государства, а точнее – его чиновников, которые больше заботятся о своих интересах. Поэтому контакт с чиновником высшего ранга, на которого у вас есть убийственный компромат, позволит вам играть с ним в открытую и сделать совместными усилиями много полезного для России, – не задумываясь, ответил Кравцов. – Смею надеяться, что и мы с Лёшей вам в этом пригодимся.

– Нам надо подумать, – после паузы отозвался отец. – Несомненно, предоставленная вами информация имеет большую ценность, но как мы сможем её использовать и какова будет ваша роль во всём этом – вот в чём вопрос.

– Мы поможем вам установить контакт с Фурцевым, – без запинки твёрдо ответил Кравцов. – У нас есть номера телефонов, заведённые специально для близких друзей. Мы же не только террористов вместе расстреливали, но и другие опасные дела проворачивали, не раз спасая друг друга от верной смерти.

– Что ж, – кивнул отец, – завтра после часа ждём вас вместе с Шевцовым. За это время мы хорошенько обдумаем детали нашего возможного сотрудничества.

На этом встреча завершилась, Кравцов попрощался и ушёл.

***

Отец оперативно созвал совещание наших партнёров, на которое пригласил также Осипова и Григорьева. После того, как суть предложения Кравцова была кратко изложена, Осипов поинтересовался, записали ли мы видео. Олег ответил положительно. Тогда слово взял Григорьев:

– В плане налаживания контактов этот материал для нас бесполезен. В случае чего президент, безусловно, прикроет Фурцева. А вот для нас иметь компромат на чиновника такого ранга просто опасно. Лучше этот материал уничтожить для нашей же безопасности, а Кравцову рекомендовать больше не поднимать этот вопрос. Но его помощь в налаживании контактов с Фурцевым надо использовать. Расскажем ему о нашем участии в уничтожении штаба в Жошуве!

– Зачем? – нахмурился Осипов. – Догадается – и ладно. А самим себе приговор подписывать – это лишнее, я возражаю.

– Может, именно поэтому Кравцов и предложил нам «обменяться компроматом»? – предположил отец.

– А если подкинуть что-нибудь Кравцову для того, чтобы Фурцев сам заинтересовался, как бы установить с нами контакт? – предложил Олег.

– Может, всё-таки намекнуть о нашей миссии в Жошуве в стиле «хайли лайкли»? – спросила Люся. – Чтобы прямых улик против нас не было, а о наших возможностях он узнал.

– А как и в каком стиле это можно преподнести? – поинтересовался Осипов.

– Например, сделаем выборку видеозаписей по Жошуву, где будет понятно, что стреляет не Фил, а вот кто – видно не будет, – подал идею Андрей. – Само наличие у нас этой видеозаписи будет свидетельствовать о нашей причастности к делу.

– Тогда в этой записи необходимо напрямую продемонстрировать работу портала, – предложила Вика. – Чтобы Фурцев узнал наши возможности и заинтересовался в сотрудничестве, пусть пока даже не совсем легально.

– Я думаю, что если и демонстрировать ему работу портала, то делать это всё в том же стиле «хайли лайкли», – высказался отец. – А вот уже когда договоримся с ним, тогда и покажем всё наяву.

– А можно ли в принципе доверять Кравцову? – спросил Гоша. – Вы почему-то это даже не обсудили, а сразу ударились в детали.

– Я полагаю, всё-таки можно, – задумчиво произнёс Осипов. – О своих мотивах он рассказал открыто, искренне раскаялся. Теперь у него, образно выражаясь, нет “верёвок на ногах”, поэтому будет работать не за страх, а за совесть. Тем более, что в материальном плане доходы у них будут значительно выше, чем на службе.

– Тоже так считаю, – поддержал его Григорьев.

– Я доверяю нашим военным, – кивнул отец. – Ментально они ближе к Кравцову, чем мы. И действительно, работа с нами будет интересной, а доходы, как правильно указал Владимир Михайлович, более высокими, чем на службе.

– Ну, тогда я спокоен, – согласился Гоша.

– И всё-таки в наших видеоматериалах должно явно присутствовать открытие портала, – вернулась к предыдущей теме Люся, – никакой неоднозначности! Просто не должно быть понятно, монтаж это или реальная картинка. Только так и мы сможем заинтересовать Фурцева! А Кравцов на словах должен подтвердить подлинность записи.

– Да, это наилучший вариант, – признал Осипов.

– Согласен, – улыбнулся и Григорьев.

– Ну, раз мы достигли консенсуса, тогда действуйте, – отдал распоряжение отец. – Андрей, поможешь Владимиру Михайловичу подготовить запись. А вы, господа, сегодня после обеда должны быть у меня – придут Кравцов и Шевцов, будем обсуждать их работу у нас. Я думаю, что их лучше будет разделить – Кравцова прикрепим к вам, Владимир Михайлович, а Шевцова к вам, генерал, – обратился он к нашим военным. – Олег, тебе тоже надо будет присутствовать, – напоследок уточнил он. – А сейчас все свободны.

Глава 2

Подготовка к контакту

Через пару дней Кравцов, уже наш сотрудник (“ответственный за связи с официальными структурами” – так мы обозначили его должность), демонстрировал подготовленную видеозапись эпизода в Жошуве.

Ребята потрудились на славу – оформили запись в лучших традициях голливудского боевика. Получился настоящий экшен!

Первые кадры: Фил Трешер идёт в раздевалку. Позади него возникает из ниоткуда – точнее, из сияющего круга – добрый молодец в маске и точным ударом вырубает капрала, ловко подхватывая его тушку, после чего прижимает к себе и исчезает. Через пару минут на том же месте возникает двойник Фила – всё-таки заметно, что это не сам Фил, даже через маску. Он резво двигается в сторону оружейки, вырубает дневального, забирает у него ключи и открывает дверь. Выбирает пару автоматических винтовок с подствольными гранатометами, набивает карманы обоймами с патронами и гранатами к подствольнику.

Вторая часть более весёлая: Фил или его двойник (кто их разберет?) идёт к ангару, одна винтовка за плечами, вторая – в руках. Не говоря ни слова, даёт короткую очередь в часового у дверей. Заходит в ангар и срезает очередями ничего не ожидающую охрану. Бежит к модулю штаба, часовые открывают огонь, Фил стреляет из гранатомёта, заодно закидывает ручную гранату в помещение охраны.

Третья часть: Фил в помещении штаба в противогазе расстреливает офицеров штаба, которые пытаются отстреливаться, но из-за ослепившего их слезоточивого газа у них это плохо получается.

Часть четвёртая: теперь уже точно настоящий Фил возникает в помещении штаба из светящегося окна – тоже в противогазе – и ошалело озирается вокруг. Видно, что он шокирован происходящим, а в руках у него винтовка. По нему стреляет охрана – он соскакивает с линии огня и стреляет в ответ. Занавес.

– Ну как, нормально получилось? – скромно улыбнувшись, спросил Андрей, автор этого монтажа.

– Мы постарались отобразить в сборке самые существенные моменты с применением порталов. Это подмена Трешера, а затем и его чудесное возвращение, – прокомментировал Кравцов.

– Нормально, – одобрил я.

– Здорово! То, что надо, – поддержал меня отец. – Теперь ваш ход – встреча с Фурцевым.

– Хорошо, позвоню ему через пару часов – утренние совещания как раз закончатся, можно будет и поговорить. Скорее всего, встречу он назначит в выходной день у себя на даче, – предположил Кравцов.

***

– Здравствуй, Василий, давненько не виделись, – по-приятельски поприветствовал Фурцев Кравцова.

– Доброго здоровья, Владимир Михайлович, да уж пару лет точно, – согласился Кравцов.

– С чем пожаловал? Я слышал, что у тебя возникли проблемы на службе, даже уволиться пришлось. Почему ко мне за помощью не обратился? – пожурил Фурцев.

– Да в проблемах своих я сам виноват. Спасибо хоть, уволили по-человечески, могло быть и хуже. А пожаловал я с интересной информацией для тебя… и для ФСБ, – ответил Кравцов.

– Тогда почему решил со мной неофициально встретиться?

– Понимаешь, – уклончиво отозвался Кравцов, – не всегда возможно решить имеющиеся проблемы легальными методами. Помнишь нашу историю в Чернигове? Вот привёз тебе видео по аналогичной истории с другими людьми. Посмотри, потом обсудим, – он протянул Фурцеву свой планшет.

– Интересно, – хмыкнул тот. – Что ж, включай запись.

Просмотр прошёл в полной тишине. Фурцев всё с более возрастающим удивлением наблюдал за происходящим на экране.

– Ни фига себе… это монтаж? Постановка? – спросил он наконец.

Кравцов отрицательно помотал головой:

– Нет, не монтаж.

– Что ж… интересная технология, – аккуратно констатировал Фурцев, не спеша с выводами. – Давай рассказывай, что это?

– Порталы в пространстве. Открыли эту технологию наши ребята из Томска. Отдавать государству просто так не желают, предполагают – и справедливо! – что у них её могут отобрать, а самих поместить в золотую клетку. А ещё хорошо знают наших продажных чиновников: те быстро могут слить информацию и документацию на Запад. Но сейчас они уже достаточно окрепли. И им, и мне хотелось бы использовать порталы на пользу нашей страны, пока о них ещё никто не знает, – вкратце обрисовал ситуацию Кравцов.

Фурцев окинул его внимательным взглядом и подозрительно спросил:

– Василий, а ты не выдумываешь? Уж больно это всё на фантастический роман смахивает. Извини, сложно поверить вот так, с лёту. Ты сам-то это видел, или тебе тоже просто кино показывали?

– Я через эти порталы проходил. Правда, не по своей воле, – вздохнув, признался Кравцов.

Он рассказал, как попал на озеро вместе с сослуживцем:

– Заснули мы с Алексеем Шевцовым в Томске, а проснулись неизвестно где. Хорошо, что нас учили ориентироваться по звёздам – так мы и определили, что находимся на плато Путорана. В общем, порыбачили там, поохотились вволю… а через две недели нас вернули в Томск. Так что в существовании порталов я сам лично убедился. Чтобы не быть голословным, я могу прямо сейчас позвонить томичам, и они окажутся здесь, поучаствуют в беседе, – предложил Кравцов.

– Не гони коней, – притормозил его Фурцев, – расскажи-ка подробнее. Считай, что ты убедил меня в реальности этого явления. Но мне нужны детали.

– Портал может открываться в любую точку Земли и её окрестностей. К примеру, они зарабатывают деньги утилизацией токсичных отходов в Европе – просто выкидывают их в космос и те летят на Солнце. Края окна портала очень острые – режут любые земные материалы без сопротивления. На базе портала компания УНАС выпускает станки ЧПУ для металлообработки, хороший бизнес на этом делает. С их помощью они добывают нефть на Кубе, в Науру, их нефтяные компании занимают десятое место в мире по добыче. Пришло время для их легализации, или, точнее, для официального открытия информации о порталах. Я с ними вовремя связался. Думаю, что у тебя наверняка есть много актуальных задач, которые проще и лучше было бы решить с помощью порталов – ещё до их легализации. Никто не должен знать, что эти задачи решены с помощью порталов – например, как в Жошуве. Ну а уже потом с твоей помощью будем порталы легализовывать, – предложил Кравцов.

– Знаешь, Василий, – задумчиво протянул Фурцев, – я человек государственный, негоже мне без ведома президента такие дела вершить.

– А в Чернигове ты тоже с ведома президента «Азовцев» расстреливал? – Кравцов упрямо вскинул подбородок.

– Нет, – Фурцев покачал головой, – в Чернигове я решал наши текущие задачи, ни к чему было беспокоить главу государства.

– И что, больше таких задач у тебя нет? – не унимался Кравцов.

– Надо подумать… Знаешь, а ведь ты прав. Пожалуй, такие задачи найдутся, даже на нашей территории. Да и у наших соседей тоже. К чему тревожить президента по мелочам! – Фурцев заметно воодушевился. – Да, я вот готовился по этой компании УНАС к Президенту сходить, надо было доложить об имеющемся у них оружии – обнаружили мы следы его испытаний в Сосновке, Свердловской области, на базе хранения танков Т-54. Тогда пока подожду с этим.

– Ну вот, видишь – значит, есть, над чем потрудиться! – облегчённо вздохнул Кравцов и засмеялся. – А я уже испугался, что без работы останусь.

Фурцев тоже усмехнулся.

– А какая у тебя будет работа?

– Порталы вам открывать, какая же ещё. Вы будете говорить, откуда и куда нужно открыть портал, я управляю им через помощников на фирме, открываю-закрываю. Через камеры наблюдаю за высадкой десанта, занимаюсь его эвакуацией. Примерно так… содействие взаимодействию корпорации УНАС с ФСБ, – улыбнулся Кравцов.

– Я должен подумать, где можно использовать порталы в первую очередь с минимальной засветкой, – озабоченно произнёс Фурцев. – Вот так сходу не скажешь… Хотя есть общая для нас с тобой тема – «Лесные братья» на Западной Украине. Всё как после окончания войны в сорок пятом: устраивают диверсии, уничтожают работников местных администраций, запугивают население. Их точно можно уничтожать без суда и следствия, как клопов или тараканов. Помогите нам с ними справиться! – попросил Фурцев. – Они рассредоточены в лесах нескольких областей. Пока шла СВО, с помощью западных покровителей они готовили современные бункеры, оснащённые по последнему слову техники. В метре пройдёшь – не заметишь! Спутниковые терминалы для интернета, в общем – сложная задача выковырять их из леса. Если окажете существенную помощь, то могу гарантировать вам особое отношение Президента.

– Это радует, за тем и приехал, – кивнул Кравцов, заметно расслабившись. – Нам нужен ответственный от тебя – какой-нибудь надёжный парень, который умеет держать язык за зубами и разбирается в ситуации на Западной Украине. Не будем же мы по всем лесам искать логова бандитов. Есть же у вас есть хоть какие-то намётки по агентурной разведке, в каких районах располагаются их убежища? Наверняка имеются спутниковые снимки, результаты авиаразведки… Нам нужен человек, который в курсе всех новостей по этому региону.

– Есть такой, – кивнул Фурцев, – но как раз сейчас он находится на Западной Украине, решает эти вопросы на месте. Зовут Сидоров Степан, полковник. Организует рейды по предполагаемым местам расположения схронов, у него хорошая кинологическая служба – собачки по запаху помогают найти тайные убежища. Правда, в последнее время многие выбыли из строя, нацисты используют для сокрытия следа какие-то новые препараты, навсегда отбивающие нюх у собак. Сейчас мы стали использовать беспилотники с тепловизорами, но у них такая мощная маскировка, что тепловизоры здесь нужны особенные – в которых чувствительный элемент охлаждается жидким азотом. Простой беспилотник такую нагрузку поднять не может, приходится использовать тяжелые БПЛА, не очень удачно, в общем. Что-то делают, конечно, помогают по мере возможностей, но благодаря порталам там можно сделать намного больше! Наша группа поддержки дислоцирована в Подмосковье, главный идеолог там – капитан Неверов. Чин не высокий – молод ещё, но соображает за десятерых, – закончил Фурцев.

Глава 3

Помощь ФСБ

В один из дней Фурцев попросил нас помочь ФСБ в одном весьма деликатном вопросе, который был связан с контрразведкой. Разумеется, Кравцов познакомил нас с ним честь по чести. Мы встретились в режиме онлайн конференции – открыли портал в кабинет Фурцева, сидя в кабинете отца в Томске. Так сказать, совещание на два стола. Диаметр портала пришлось сделать два с половиной метра – от пола до потолка.

Мы с отцом внимательно слушали, что рассказывал нам Фурцев:

– Проблема у нас образовалась в Львовской области. Серьёзные затруднения у наших украинских коллег по борьбе с нацистским подпольем. Нацисты заблаговременно, при помощи западных спонсоров, подготовили схроны по лесам, из которых регулярно делают вылазки и устраивают диверсии на коммуникациях и в небольших населённых пунктах. Они используют современные средства связи, не позволяющие их обнаружить. С помощью беспилотников мы пытаемся за ними следить, но сложная система коммуникаций обеспечивает им превосходную маскировку. Для обнаружения человека необходимо охлаждать сенсоры жидким азотом, а для беспилотника это проблематично, особенно при долговременном наблюдении за большими площадями. Так вот, к чему я веду… было бы неплохо использовать ваши дроны «ночные ведьмы» для наблюдения за большими лесными массивами и для организации атак на эти диверсионные группы.

– Хорошо, – кивнул отец, – нам надо обдумать поставленную вами задачу и выработать оптимальную стратегию и тактику применения порталов для этих целей. За вами – оборудование для слежения, те же тепловизоры с аппаратурой охлаждения, – предложил он. – А сейчас давайте прервёмся, мы всё обдумаем и сформулируем вам наш вариант.

Фурцев согласился. Мы отключили портал и пригласили нашу команду в конференц-зал. Подтягиваясь, народ с гомоном занимал места за столом.

– Ну, что у нас случилось? – поинтересовалась Люся.

– В Львовской области активизировались нацисты, надо помочь ФСБ бороться с ними, – коротко ответил я.

– Что там изменилось по сравнению с сорок пятым годом? – спросил Андрей; он был моим ровесником и читал те же книги о войне, что и я.

– Да, собственно говоря, ничего, не считая современных средств связи и вооружений, – отозвался отец.

– С этого места, пожалуйста, поподробнее, – попросил Жора.

– Нас особо в известность не ставили, но, в принципе, сами можем сообразить. Это спутниковые телефоны и интернет, дистанционные радиовзрыватели, системы сигнализации и видеонаблюдения за периметром лагеря, – предположил я.

– Спутниковые телефоны – это хорошо, – улыбнулся Жора, – вспомните Дудаева, он тоже ими пользовался.

– Нацисты тоже в курсе, поэтому связь у них ограничена и ведётся из районов, отдалённых от места схрона.

– Давайте обдумаем способы их обнаружения с помощью порталов, – предложил отец.

– Через порталы подключить чувствительные тепловизоры и следить за лесными массивами, в которых они могут обитать! – высказала идею Вика.

– Мудрая мысль. ФСБ попросили сделать то же самое: у них сенсоры охлаждаются жидким азотом, поэтому на беспилотниках использовать их довольно проблематично, особенно в непрерывном режиме, – уточнил я. – Значит, за ними – поставка сенсоров с системами охлаждения, а за нами – порталы с операторами. Но что ещё мы можем сделать, используя уникальные свойства порталов?

– Пройтись для профилактики по лесным массивам «пулемётом» с глубиной поражения десять метров – любой схрон пробьёт, – предложил Андрей.

– А птички и зайчики при чём? – возмутилась Люся.

– Ну ты и варвар, – поддержал её Гоша, – ты так всю живность уничтожишь.

– Ну, этого, конечно, не избежать, – признал Андрей. – А что, если мы начнём пробивать ниже уровня земли? Лисьи норы, к примеру, какой глубины? Яндекс нам в помощь: барсучьи и лисьи норы от одного до трёх метров. Если мы начнём поражение с трёхметровой глубины, то ни одной лисичке или барсуку не повредим.

– Боюсь, что схроны глубже трёх метров и не копаются, – усомнился отец. – У них метр земли сверху – да высота схрона два метра. Редко кто второй подземный этаж делает.

– ФСБ предлагает самый результативный метод – поиск с помощью высокочувствительных тепловизоров, – поделился я. – Они смогут обнаружить локальный участок земли, температура которого отличается на какие-то доли градуса, особенно это касается люков и мест выхода вентиляционных труб. Обнаружив их, мы сможем уже более точно исследовать и поразить эти области при необходимости. Давайте-ка обдумаем тактику уничтожения диверсантов в обнаруженном схроне, – подытожил я.

– Здесь ничего сложного, – высказался отец, – углубляем портал на полтора метра в землю и открываем его на высоте двадцать километров – через пять минут живых там не останется.

– А если портал попадёт в перегородку? – усомнилась Люся.

– Надо опускать под землю разведывательный дрон, – предложил Жора, – у нас геологи такие используют.

– Что-то вы перемудрили, – возразил я. – А если просто по данным тепловизионной разведки нанести удар на глубину пять метров сеткой – и в живых там никого не останется?

– Мы так все корни деревьев перережем и грунт обрушится, – запротестовала Вика.

– Можно нанести точечные удары по координатной сетке, выбрав оптимальный вариант узла или пули, другими словами – дугу, уголок, крестик.

– Крестик, у которого размер стороны – один сантиметр, а толщина – миллиметр, – рисуя на листе бумаги, предложил Андрей. – Корням деревьев вред небольшой – зарастут. Животных, конечно, всех убьём, но зона будет ограничена схроном, там вряд ли в принципе хоть какая-то живность осталась.

– Толщину крестика надо сделать в половину миллиметра – нациков убьёт и так, а корням деревьев будет легче зарастить раны, – внесла предложение Люся.

– А какой шаг сетки будем делать? – спросил Жора.

– Три сантиметра получается, – рисуя крестики, сообщил Андрей.

– Ну вот и определились. Ждём информации от ФСБ и будем пробовать, – подвёл итог совещанию отец.

***

Сотрудник МИ-6 Айвен Соттлерс, индиец по происхождению, прибыл с инспекцией в группу лесных братьев «Айдар», названную так в честь уничтоженного батальона нацистов. Под видом коммерсанта он приехал во Львов, засветился там в полном соответствии своей легенде – провёл переговоры о поставке фармацевтической продукции из Индии, а затем установил контакты с нацистским подпольем. Его задачей было оценить реальность докладов о наличии крупных сил сопротивления: надо было проверить, на что тратились миллионы фунтов стерлингов британских налогоплательщиков. Он сразу же обозначил связным своё намерение лично посетить схроны боевиков, увидеть и оценить их реальную военную силу. Связники этого совсем не желали, но деваться было некуда – пришлось готовить визит Соттлерса к лесным братьям.

В течение трёх дней Соттлерса перевозили с хутора на хутор, пока не убедились в безопасности и в отсутствии хвоста. Рано утром по росе двинулись в лес. Опушка леса была покрыта опавшими листьями – всё-таки осень, поэтому следов на земле не оставалось. Шли пару часов, потом разделились. Группа сопровождения из двух человек осталась под большой раскидистой ёлкой, Соттлерс же с проводником Мыколой двинулись к схрону. Мыкола связался с боевиками по рации: их ждали, но хотели прежде продемонстрировать своё умение маскировать схрон. Соттлерс с Миколой обошли группу деревьев несколько раз – Мыкола уверял, что схрон находится где-то тут. Соттлерс убедился, что даже вблизи схрон обнаружить практически невозможно – и именно в этот момент возле корней большой ели приподнялась крышка люка. Соттлерс последовал за Мыколой – полезли в люк. Узкий лаз, затем тамбур… В блиндаж зашли, уже выпрямившись в полный рост. С обеих сторон были устроены двухъярусные нары, между ними стоял стол. В блиндаже находилось четверо бандитов – иначе Соттлерс назвать их не мог.

– Это все? Где же ваша сотня? – спросил он удивлённо.

– Туточки, – один из нацистов отодвинул полог от стены, и Соттлерс увидел проход в другую землянку.

– Здесь у нас отделение охраны, – пояснил бандит.

В следующем, более просторном, помещении находилось с десяток боевиков. Топилась металлическая печка, было тепло.

– А куда у вас дым выходит? – нервно спросил Соттлерс. – Вы же демаскируете своё убежище!

– Не волнуйтесь, мистер Соттлерс, – успокоил его командир отряда Грицко. – У нас специальная система, которая рассеивает дым между несколькими ёлками.

Он устроил Соттлерсу экскурсию, проведя его по схрону: показал кухню, оружейку. В этот миг гостю приспичило в туалет.

– А где у вас санузел? – спросил он у Грицко.

Тот с гордостью указал на лаз в стороне от входа:

– Через пять метров. Специально подальше отнесли, чтобы не воняло. Это биотуалет, он у нас не отапливается.

Соттлерс полез в туалет, а Грицко остался ждать его возле входа.

Через пять минут Соттлерс вернулся и остолбенел: Грицко лежал недалеко от входа в туалет, а из множества небольших ран на его теле сочилась кровь.

– Что за чертовщина?! – Соттлерс выхватил пистолет и перешагнул через Грицко – тот был стопроцентно мёртв.

Соттлерс зашёл в первый блиндаж. Там в разных позах на нарах сидели четверо бандитов, истекая кровью из таких же небольших ран. Все они тоже были мертвы.

Соттлерс отодвинул полог, перешёл в большое помещение – печка дымилась через небольшие дырочки по всей поверхности, постепенно заволакивая дымом пространство. На полу и на нарах в разных позах валялись окровавленные трупы нацистов. Волосы у Соттлерса буквально встали дыбом: он понял, что только что избежал верной смерти. Он с осторожностью проверил другие помещения – везде наблюдалась одна и та же картина: множество трупов, истекающих кровью.

“Русские применили новое оружие! – догадался Соттлерс. – Надо срочно доложить об этом в Лондон”. Он принялся снимать убитых и обстановку, отдельно сфотографировал печку, хотя в помещении стало уже совсем дымно, а затем поспешил выбраться из схрона. Вылезая из люка, Соттлерс осмотрелся вокруг – дорогу к хутору он запомнил, недаром его для этого натаскивали. Но пока решил направиться к месту ожидания группы сопровождения. Все они лежали под ёлкой, но при виде Соттлерса вскочили.

– Вы живы! – облегчённо вздохнул тот.

– А где Мыкола? – растерянно спросил один из них – Гриня.

– Мёртвый твой Мыкола, и все остальные, кто там был. Что тут у вас произошло вообще? Я в сортир отходил, поэтому чудом цел и остался.

– Это ты их убил!!! – взревел второй бандит, Сашко.

Выхватив пистолет, он направил его на Соттлерса.

– Ну да, сорок человек шилом потыкал, – язвительно отозвался тот. – Иди посмотри сам, люк я не закрывал. Там уже некому прятаться.

– Гриня, дуй в схрон, посмотри, что там, а я его пока покараулю, – скомандовал Сашко. – И забери у него оружие.

Гриня подошёл к Соттлерсу, обыскал его, отобрал пистолет и передал Сашко.

Через десять минут Гриня вернулся, ошарашенный и перепуганный:

– Б*дь, там все в крови – и вправду, будто шилом или бритвой порезали. Всех до единого. Даже радиста в своей норе достали! Там и рации все покоцаны. Что это? – он с надеждой посмотрел на Соттлерса.

– Похоже, новое оружие русских. Я собирался срочно сообщить об этом в Лондон, – отозвался Соттлерс, протягивая руку за своим пистолетом.

– Вот, смотри, – Гриня тем временем показал Сашко пистолет Мыколы, который в двух местах был перерезан крестиками. Это явно не он, – кивнул он в сторону Соттлерса.

– Отдай мне этот пистолет, – попросил Гриню иностранный гость, – на нём отчётливо видны следы нового оружия, это поможет его распознать.

Гриня безропотно передал повреждённый пистолет Соттлерсу, и они двинулись обратно на хутор.

Тем временем на базе ГРУ МО в Подмосковье наш программист Андрей Любимов вместе с разведчиками обсуждали результаты работы разведывательных дронов с высокочувствительными тепловизорами.

– Вот результаты ночного рейда над лесным массивом, в котором подозревали наличие схронов нацистов. Вот аномальные области – их четыре. По нашим предположениям, это локации схронов, поскольку их геометрия напоминает размещение подземных укрытий. В центре штабная землянка, по радиусу расположены землянки с боевиками. Скорее всего, к ним ведут подземные ходы, они не видны, потому что не отапливаются. Три блиндажа имеют выходы на поверхность возле деревьев, – рассказывал капитан Неверов, водя указкой по экрану.

– Давайте начнём с первой области, – предложил Андрей. – Мы уже проработали этот вопрос. Наша программа получит от вас координаты области или её рисунок с привязкой масштаба и координат реперных точек, по нему сформируется управляющая программа как для станка ЧПУ – обработка заданной области растром. Дай мне рисунок любой локации, – он протянул руку

Капитан замешкался, затем выделил на экране область и сохранил её на флешке.

– Итак, открываем рисунок. Давай привяжем его к реперным точкам, – продолжал Андрей. – Сначала север – юг.

– Координаты южной точки, – капитан продиктовал их, – координаты самой северной точки, – продиктовал и их тоже, показывая каждую точку на рисунке. – Теперь восточная и западные точки.

– Так, зафиксировал точки привязки, высота какая там? – спросил Андрей.

– Двадцать пять метров над уровнем моря, – ответил капитан.

– Задаём координату Z0 двадцать семь метров – для того, чтобы поразить все объекты на поверхности, глубина пять метров ниже уровня земли – до двадцати метров над уровнем моря. Ну всё, теперь нажимаем «рассчитать траекторию» – и вот она, на экране, – продемонстрировал Андрей.

– А почему только по границам области? – спросил капитан. – Надо бы ещё прихватить метра на три, чтобы гарантированно все помещения поразить.

– Не проблема, задаём припуск – вот его окно: минус три метра ставим. Снова нажимаем «рассчитать траекторию» – пожалуйста, готово!

– Вот сейчас нормально, – одобрил капитан, любуясь рисунком.

– Теперь сохраняем. Вот опция – «сохранить траекторию как», пишем имя – «зона номер один», например. Сохраняем на флешку… ну, или в своём компе будешь сохранять.

Андрей вытащил флешку и передал Неверову. Тот вставил её в компьютер и переписал файл в каталог.

– Теперь загружай её в программу «Дрон-НВ», – продолжал руководить Андрей, направляя капитана. – Так, загрузил – теперь нажимай «пуск».

– Что дальше? – выполнив указание, спросил капитан.

– Сохраняй рисунок следующей локации, привязывай её по реперным точкам, после этого запускай «рассчитать траекторию», – диктовал Андрей.

Капитан принялся быстро орудовать мышкой и вскоре похвалился:

– Готово! Программу сохранил, минус четыре метра указал.

– Теперь запускай, – предложил Андрей.

– Точно, чего это я торможу, – спохватился капитан и нажал «пуск». – Так, дальше следующая локация: сохраняем рисунок, привязываем реперные точки… – комментировал он свои действия, резво орудуя мышкой. – Рассчитываем траекторию, сохраняем, загружаем её в «Дрон-НВ», запускаем… Готово! Теперь последняя локация – сохраняем, рассчитываем, запускаем. Всё, все четыре локации поражены. Что дальше?

– Ну что – отправляйте туда десант, проверяйте результаты на месте, – отозвался Андрей.

– Ой, а разве это была не имитация ударов? Мы их что, в реальности нанесли? – удивился капитан.

– Ну а чего тянуть? – удивился в свою очередь Андрей. – Объекты-то реальные, и их надо было поразить.

– Да блин, ты бы знал, как муторно выкуривать оттуда этих уродов! А тут мышкой пощёлкал и всё готово, пару сотен нациков успокоил, – продолжал поражаться капитан. – Ну ладно, тогда мы десантируемся на место.

– Будьте осторожны, – предупредил Андрей, – снимки у вас ночные, нацики могут быть снаружи.

– Не учи учёного, – весело откликнулся воодушевлённый Неверов, двигаясь на выход.

***

На встрече, посвящённой результатам совместной работы по «Лесным братьям», Фурцев буквально фонтанировал восторженными эпитетами:

– Это сохранило жизни многих наших солдат, а уж о гражданских и говорить нечего – нацики же в основном на гражданское население нападали! Нами кремировано три с половиной сотни трупов нацистов – и это в результате одного лишь вашего рейда! Надо вообще пересматривать концепцию ведения войны с помощью порталов! Теперь не нужна артиллерия, перемалывающая укрепления противника – прошёлся порталом по площади, после этого только и знай, что извлекай трупы врагов. Это оружие покруче и почище нейтронной бомбы! Я бы сейчас прошёлся такой «метлой» по приграничным территориям у наших соседей – там масса отребья нацистского обитает, – в сердцах высказался он. – Но это уже не мой уровень, а скорее президентский. Спасибо вам большое, я похлопочу, чтобы вас представили к награде орденами «За заслуги перед отечеством»!

– Прошу вас, Владимир Михайлович, вот только не надо никуда нас подавать, пока мы не раскроем информацию о порталах, – прервал его пылкие речи отец. – Своих сотрудников, конечно, награждайте, да и Кравцова тоже можете – вполне достоин. А нас уже потом, не надо пока привлекать к нам лишнего внимания.

– Всё равно надо доложить президенту, что у нас в руках имеется новое мощное оружие, а указ о вашем награждении можно сделать секретным, – настаивал Фурцев. – Этой операции присвоен гриф наивысшей секретности. Со всех участников взята соответствующая расписка. Собственно, именно по этой причине террористы и были кремированы.

– Всё равно надо бы подать эту информацию как-то более деликатно, – продолжал упираться отец. – А то прямо в лоб: эти мужики за четверть часа уничтожили триста пятьдесят террористов на площади в триста гектаров! Президент ведь и испугаться может.

– Хм, я как-то не думал об этом в таком ключе. Вас понял. Согласен, прикину, как сделать это поделикатнее, – вынужден был согласиться Фурцев.

Глава 4

Встреча с Президентом

Директор ФСБ Фурцев организовал нашу встречу с Президентом, которая был назначена на двадцатого апреля в десять утра.       Мы начали готовить визит отца в Кремль, настроили портал на его координаты, разобрались с кабинетами в Кремле, с путем от входа в здание до кабинета Президента, сам кабинет Президента обследовали – в каком углу лучше сделать эвакуационное окно портала при необходимости. Мы с отцом решили, что встречаться с официальными лицами будет он один, он был генеральным директором нашей компании УНАС. А если что пойдет не так – я его оттуда вытащу.

Начали обсуждать с отцом наши «хотелки», которые мы озвучим на встрече – что мы хотели получить от властей РФ и что мы хотим дать России. Первый вопрос и первый этап нашего взаимодействия – безопасность нашей Родины. Открытие информации о наличии у РФ инструмента портала может вызвать неадекватную реакцию у соперника – он может нанести превентивный ядерный удар по РФ, поскольку инструмент портала позволяет уничтожить ракеты соперника в шахтах и на подводных лодках, не дожидаясь их запуска. Поэтому наше жесткое требование – очень ограниченный доступ к информации чиновников РФ до построения системы противоракетной обороны, гарантирующей полную безопасность России. Такое требование с нашей стороны должно быть безальтернативным.

Только после ввода в эксплуатацию системы ПРО можно будет раскрывать информацию о порталах международному сообществу применительно к решению экономических проблем. Это могут быть системы ПРО страны на базе РЛС типа «Воронеж», предназначенные для создания закрытого пространства в заданном районе. Для этого потребуется создание закрытого НИИ с допуском разработчиков в гостайне. Они разработают системы, которые будут с помощью инструмента портала и РЛС типа «Воронеж» обеспечивать уничтожение любых объектов, пересекающих воздушную или космическую границу России. Эти системы ПРО до создания и постановке на боевое дежурство для полного закрытия границ России, не будут афишироваться.

До ввода в строй системы ПРО страны мы можем предложить разработку системы типа «стелс» для наших стратегических бомбардировщиков. Официальная трактовка может быть такой – мы разработали электронные системы создания помех, которые позволяют нашим стратегам быть невидимыми. На самом деле на бомбардировщики будут установлены инструменты портала, которые позволяют им перенестись в любое место земного шара. Мы предложим установить их на самолеты Ту-160 и Ту-22, причем поэтапно, по несколько звеньев самолетов с демонстрацией их возможностей – на нескольких самолетах с демонстрационными полетами с облетом границ США в невидимом режиме и в видимом режиме их посадка на Кубе и Венесуэле. Самолеты подходят от Камчатки к зоне ПВО США в видимом режиме, потом исчезают, и через положенное число часов, необходимое для перелета напрямую через территорию США, появляются над Кубой. Эффект от такой демонстрации будет ошеломительный. Чтобы не испугать соперника, самолетов будет немного – пара звеньев и без оружия. Потом полет в аналогичном режиме через Европу. Чтобы все поняли, кто тут «первый парень» на деревне. Это помножит на ноль все системы ПВО и ПРО наших соперников. После этого они сами захотят разоружаться. Естественно, что экипажи «стратегов» будут носителями сверхсекретной информации о порталах, поэтому требования к экипажам таких самолетов – ограничение перемещения их и их семей под контролем ФСБ, постоянное наблюдение за ними через инструменты порталов. Ну и перемещение таких самолетов с экипажами и семьями на отдельные аэродромы базирования.

На втором этапе предложим использовать вместо самолетов наши дроны «Ночные ведьмы» и дроны-штурмовики.

Эти шаги позволят России снизить затраты на обеспечение её обороноспособности, направить высвободившиеся средства на подъем благосостояния населения.

Первая встреча с Президентом, Москва, Кремль, кабинет Президента. Здороваемся (это отец конечно), на встрече присутствует только директор ФСБ. Нас это радует – не придется просить сократить состав совещания.

Много наслышаны о вас, хотелось бы лично познакомиться – начал Президент.

Нам тоже есть что вам сказать и показать господин Президент – начал отец. – Нам бы хотелось, чтобы информация, которую я сейчас озвучу, осталась пока только между присутствующими ввиду ее государственной важности.

О как – вы собираетесь раскрыть свои ноу-хау по системам УНАС – удивился Президент.

Да, в том числе – подтвердил отец. – Если у вас в кабинете нет средств фиксации наших переговоров, то я могу начать.

Начинайте – подтвердил Президент.

Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать – сказал отец. Я сейчас продемонстрирую наше изобретение – он встал и вышел из-за стола. И тут же исчез – я перенес его через портал в другой конец кабинета, границы окна портала были обозначены лазером. Отец вернулся.

Мы открыли механизм портала, позволяющий переносить все что угодно через него мгновенно на любые расстояния – сообщил отец. – Это абсолютное оружие – завершил он свою речь.

Поразительно – воскликнул Президент.

Директор ФСБ также продемонстрировал свое притворное удивление:

И почему вы столько времени молчали – задал вопрос он.

Не хотели, чтобы наше изобретение утекло на запад через коррумпированных чиновников – ответил отец.

А сейчас не боитесь? – спросил Президент.

Нет, мы стоим крепко на ногах, и теперь мы можем сами позаботиться о сохранении секретности – просто ответил отец.

Ну да ладно. Давайте обсудим, как мы это можем использовать в экономике и обороне страны – предложил Президент. – Как я понимаю, это дает нам фантастические преимущества в создании систем вооружений – закончил он.

Да, конечно – продолжил отец. – Есть только одно «но»: открытие информации о наличии у России инструмента портала может вызвать неадекватную реакцию у соперника – он может нанести превентивный ядерный удар по РФ, поскольку инструмент портала позволяет уничтожить ракеты соперника в шахтах и на подводных лодках, не дожидаясь их запуска. Мы считаем, что до создания противоракетного щита на базе нашего изобретения, открывать информацию о порталах нельзя – это может вызвать неадекватную реакцию наших «партнеров» – закончил отец.

Да, действительно – эти могут сдуру войнушку начать – подтвердил Президент.

Вам надо определить круг лиц в правительстве, которым будет доступна полная информация о порталах, и надо постараться обойтись самым минимумом персон, чтобы информация о порталах раньше времени не утекла на запад – обозначил нашу позицию отец.

Без министра обороны тут никак не обойтись, придется ввести в курс начальника генштаба, начальника ГРУ, командующего ВКС. У них свои заместители – без них тоже никак – много народа набирается – завершил Президент.

Это военные, они привыкли работать с секретами, нам только год надо продержаться. Но есть еще настоятельная просьба, закрыть рот чиновникам, которым не положено говорить от имени правительства – сказал отец.

Насчет чиновников я попросил бы вас пояснить – попросил Президент,

Почему только год – задал вопрос директор ФСБ.

Ваше, подчеркиваю – ваше правительство позволяет чиновникам, не уполномоченным для этого, делать заявления о внешне политике государства. Это глава Роскосмоса Ригозин, глава СК …, и некоторые главы субъектов федерации. Они элементарно могут проболтаться о порталах от ощущения своей причастности к высшей власти. Относительно системы ПРО страны за год мы должны закрыть вопрос.

Вы оптимист относительно ПРО – рассмеялся Президент. – Но насчет чиновников не совсем понял. Насчет Ригозина понятно, укоротим язык, а относительно Коли – он же в своей области работает, никак не связан с внешней политикой.

– Ну вот представьте, вы же юрист, глава СК делает публичное заявление, что он возбудил уголовное дело относительно служащего иностранного государства, или относительно события, произошедшего на территории другого государства. В юридической практике это означает, что вы собираетесь ввести в свою юрисдикцию или, другими словами, оккупировать эту территорию и не как иначе! Вам необходимо жестко ограничить это словоблудье границами России.

Относительно сроков – я пессимист, – продолжал отец. – Аппаратура для оснащения двадцати станций типа «Воронеж» у нас уже готова – основной и резервный комплекты и ждет отгрузки. Необходимо с разработчиками «Воронежа» разработать программное обеспечение для синхронизации работы радара и ударной части нашей системы. Все что видит этот радар доступно для уничтожения нашей системой, радар должен передавать в нашу систему абсолютные координаты цели и команду на включение и выключение портала – аннигилятора. С такой работой должны справиться за шесть месяцев, особенно если поставить такую задачу и соответствующим премированием – выразил надежду отец.

Если аппаратура уже готова, то подключить ее смогут и за три месяца, если хорошо стимулировать, заставить работать круглосуточно. Предлагаю, пока не разработаем систему ПРО, вообще ничего никому не говорить. Мы возьмем одну РЛС «Воронеж» в опытную эксплуатацию и будем на ней отрабатывать программное обеспечение под эгидой ФСБ. Легенду какую-нибудь придумаем. Пока будут идти эти работы, будем обдумывать стратегию и тактику применения инструментов портала в интересах обороны страны, привлекать по мере необходимости к этой работе военных экспертов – директор ФСБ вставил свои «пять копеек»

Да, идея интересная, надо обдумать – согласился Президент. – Я учту ваши замечания относительно чиновников, может даже издадим указ, прямо запрещающий им делать заявления СМИ, помимо их области компетенции. Давайте попьем чаю – предложил он и позвонил секретарю, заодно отменил все намеченные на сегодня встречи. – Информация от вас пришла необычная, я бы сказал сногсшибательная. Надо бы обдумать не спеша – за чаем об этом поговорим.

Принесли чай – начали неспешный разговор. Президент и директор ФСБ задавали общие вопросы по порталам, отец отвечал. Фурцев, директор ФСБ, попросил пояснить, как связаны порталы с нашими станками ЧПУ. Отец пояснил, что это тот же небольшой портал, вытянутый в длину и вращающийся с большой скоростью. Края портала острые как бритва, если точнее, то как нейтрино – как мы предполагаем, он имеет остроту нейтринного слоя, и режет без всякого усилия все, что попадается на их пути – просто разделяя на молекулы объект. Прецизионные генераторы и источники питания обеспечивают необходимую точность позиционирования этого инструмента.

Нам знакома эта тема по интересу западных разведок – пояснил Фурцев.

Президента озарило – а в Сирии подразделение «Сумрак» не вашими прицелами вооружено?

Нашими – подтвердил отец.

Тогда все понятно, откуда такая эффективность подразделения. Это уже готовые к применению в войсках приборы?

Да, но такие приборы нужны только разведывательно-диверсионным подразделениям, и то, пока информацию по порталам не откроем. Потом на вооружении будут дроны с мечами «джедая» – мы их между собой так называем – пояснил отец. Это как бы режущий инструмент от нашего ЧПУ, только большого размера – дальность действия до десятка километров, разрежет любой танк или корабль на куски. Он подсвечивается лазером, выглядит как меч «джедая» из «Звездных войн». Ну а дроны – это те же окна порталов, которые могут перемещаться с огромной скоростью на любой высоте. Это и ПВО и ПРО, и противотанковая оборона, противобункерные ударные средства – достанут противника на любой глубине.

Да, – согласился Президент, – это очень мощное оружие.

Отец продолжил – собственно для сокрытия возможностей порталов и были придуманы эти ночные прицелы. Подразделение ночью на закрытой машине вывозят на полигон, предварительно покатав с час по пересеченной местности, на полигоне полная темень, снайперов распределяют по позициям, инструкторы включают порталы на винтовках – они открывают небольшое окно для ствола с прицелом в заданную область противника, которую инструкторы заранее разведали. Так что им остается только нанести удар по личному составу противника с расстояния примерно сто метров, хотя физически они находятся от объекта нападения в сотне километров.

Идеальный инструмент для диверсионных групп – констатировал Фурцев. – Вы уж нас извините, но мы были вынуждены ознакомиться с вашими доходами. Похоже, что ваши чудо-печки для утилизации токсичных отходов, которые работают во Франции и других городах мира – тоже связаны с порталами?

Вы проницательны – улыбнулся отец. – Мы просто выбрасываем отходы на Солнце, имитируя работу печи.

А почему у нас это не делаете? – спросил Президент. – У нас в Подмосковье проблема – оно задыхается от мусора.

Почему, мы и там начали работать с «Экополом», они перерабатывают 10 тысяч тонн отходов в сутки. Они предложили местным властям построить еще одну площадку с печами для утилизации мусора – так сразу все застряло, депутаты и чиновники затормозили, у них там свои коммерческие интересы есть. Но зато вопрос о новых полигонах затих – это наша заслуга. А как откроется информация о порталах – так займемся этим в более крупном масштабе – будем ликвидировать все эти свалки.

В Сирии у них были еще дроны «Ночные ведьмы» – это тоже ваша работа? – задал вопрос Фурцев.

Да, это тоже портал, управление выведено на ноутбук, второе окно портала находится на складе боеприпасов, там установлены бомбосбрасыватели, которые обслуживают инструкторы. Оператор дрона не знает, что управляет порталом, скорость его перемещения мы специально ограничили – для него это выглядит как управление обычным дроном, он его выводит на цель, сбрасывает бомбы.

Поразительно – восхитился Президент.

Фурцев попросил, чтобы мы придумали нечто подобное в области обороны для отвлечения внимания от модернизации ПРО. Отец ответил, что есть такое предложение и уже готовы приборы для оснащения наших стратегических бомбардировщиков системами типа «стелс». Можно поэтапно, по паре самолетов в месяц модернизировать и демонстрировать их возможности. Например, самолеты подходят от Камчатки к зоне ПВО США в видимом режиме, потом исчезают, и через положенное число часов, необходимое для перелета напрямую через территорию США, появляются над Кубой. Садятся там с освещением визита в СМИ. Потом стартуют и подойдя в видимом режиме к зоне ПВО НАТО, исчезают, затем появляются, через положенное количество часов для прямого перелета над Европой, над Россией. Опять встреча с цветами и шум в СМИ. Не до ПРО американцам будет, однако – завершил отец.

А это в какие сроки можно сделать – спросил Президент.

Надо будет обучить летчиков работе с этими инструментами – они никак не связаны с аппаратурой самолетов, поэтому только сроки обучения. Думаю, что за месяц десяток пилотов можно будет обучить. Потом они сами уже обучат остальных за пару месяцев. Но нужно ли так спешить? Мне кажется, что достаточно будет модернизировать по четыре Ту-160 и Ту-22 и разместить их на отдельном аэродроме – например в Анадыре. Ту-160 будут троллить ПВО США и НАТО, а Ту-22 будут троллить авианосные группировки ВМФ США, летчики задания будут получать от начальника ВКС – его придется ввести в курс дела. Нужно будет определить аэродромы базирования модернизированных самолетов, чтобы о их сути модернизации пока никто не знал – завершил свое предложение отец.

Ну это просто фантастика – воскликнул Президент. – Ну а теперь давайте определимся во сколько эта красота нам обойдется – улыбнулся Президент.

Мы не собираемся на этом обогащаться господин Президент, но и бесплатно делать не будем, и цена должна соответствовать серьезности назначения аппаратуры. Давайте определим стоимость аппаратуры модернизации РЛС «Воронеж» в один миллиард рублей – это за основной и резервные комплекты, а стоимость аппаратуры для модернизации стратегов Ту-160 в пятьсот миллионов рублей, для Ту-22 – сто миллионов. Общая стоимость аппаратуры для ПРО обойдется в десять миллиардов, шестнадцать самолетов Ту-160 – восемь миллиардов рублей, сотню Ту-22 – десять миллиардов. И делать их еще пятьдесят самолетов Ту-160 нет никакого смысла – имеющимся шестнадцати делать будет нечего при таких возможностях – закончил отец.

Сколько их делать уже к нашей теме не относится, – возразил Президент – а вот ваши цены нас вполне устраивают. Хотя надо сказать, что это конечно дорогое удовольствие – «Воронеж» стоит полтора миллиарда рублей. Но без ракет ПРО разумеется. А тут мы получаем полноценную боевую единицу с ударными компонентами. Ну и возможности Ту-160, как вы правильно заметили, возрастут на порядок. А с помощью модернизированных Ту-22 мы сможем нивелировать деятельность ВМС стран НАТО, хотя – Президент задумался, – они же становятся по возможностям равными Ту-160!

Нам бы хотелось принимать участие в формировании программы перевооружения армии – ее придется теперь пересмотреть с учетом новых возможностей, мы можем вам помочь сократить расходы – высказал отец нашу просьбу.

Хорошо, и вправду без вас тут не обойтись – согласился Президент.

Еще возможно использовать возможности порталов, пока о них не открыта информация, для ведения разведки – мы можем получать прямые репортажи из Овального кабинета Белого Дома и штаб-квартиры ЦРУ.

Я уже об этом подумал – сказал Президент. Он переглянулся с Фурцевым – что, хочется задать вопрос?

Очень хочется – признался Фурцев.

Задавай – разрешил Президент.

Фурцев спросил достаточно обтекаемо – У нас пару лет назад появился источник в Вашингтоне, который обеспечивает нас интересной информацией. Не причастны ли вы к этому?

В некотором роде причастны – признался отец. – Вопрос на вопрос – вам была передана информация о двадцати пяти предателях. По нашим наблюдениям они до сих пор на свободе и даже все – подчеркиваю, получили повышение по службе. Не разъясните причину?

Президент с директором ФСБ заулыбались – еще одна тайна раскрыта. Президент разъяснил:

Все просто, вы бы могли сами догадаться. Их перевели на повышение с целью лишить доступа к оперативной информации, теперь они получают только то, что можно и нужно передать на Запад. Если бы мы их взяли, то не смогли бы сделать свою контригру.

Понял – сказал отец. – Подозревал об этом, но теперь будет чем успокоить своих разведчиков.

Директор ФСБ возбудился – мы же вам доверительно вам об этом сообщаем.

Понимаю, но наши разведчики – это бывшие служащие ГРУ в отставке, которые нашли эту информацию, сложа руки сидеть не будут. Не получив эту информацию, они начнут действовать сами – не в моих силах их удержать. А как они будут действовать вы можете догадаться. Поэтому мое сообщение им будет способствовать продолжению вашей контригры. Они же до сих пор не раскрыли этих предателей, хотя уже год прошел с даты их обнаружения. Поэтому можете быть спокойными за наших разведчиков – они сохранят нашу тайну.

Президент с директором ФСБ снова переглянулись, Президент согласился

– Нет основания не доверять этим людям, они нам столько информации добыли стратегического характера.

Фурцев успокоился

– Да, действительно я перестраховался.

Президент – Владимир Иванович, вы оказывается у нас могущественный человек, свою разведку имеете.

Всего отдел по меркам ГРУ – отмахнулся отец. – Иметь порталы и не использовать их для разведки в интересах России мы не могли. Поэтому из отставников ГРУ создали отдел, который и занимался добычей информации, которую переправляли вам.

Все бы так поступали – вздохнул Фурцев.

Президент недолго обдумывал ситуацию:

– Продолжайте свою работу, только каналы связи можно будет перенести в Россию для большей безопасности. Николай Михайлович – продумайте двусторонний канал связи у нас для быстрого обмена информацией с их подразделением ГРУ. Пускай остается все как есть, в том числе и платежи. Я, как понимаю, вы же им зарплату платите и немалую?

– Да, конечно – подтвердил отец.

– Ну вот и решили. А как решим открыть информацию о порталах – тогда передадим в ГРУ эти инструменты и ваши наработки – вы согласны? – спросил Президент у отца.

Это будет самое разумное решение – подтвердил он. – Ну а на будущее могу сказать, что придется ограничить свободу перемещения лиц, допущенных к этим инструментам.

Мы их просто переведем на казарменное положение в какой-нибудь закрытый городок – сообщил Президент.

Во сколько обойдутся такие приборы наблюдения?

По десять миллионов рублей за каждый. По согласованию с руководством ГРУ мы для каждого прибора ограничим диапазон проникновения, чтобы их нельзя было использовать нелегально. Например, по сигналам GPS и ГЛОНАС можем ограничить круг доступа территорией Белого Дома, штаб-квартирой ЦРУ в Ленгли.

Да, это не помешает сделать – подтвердил Фурцев.

И обязательно по два человека будут вести наблюдение из одного окна с видеофиксацией просмотра – продолжил отец.

Судя по вашим словам, вы это уже обдумывали – задал вопрос Президент.

Да, конечно – коротко ответил отец.

Сколько сможете предоставить нам таких разведывательных аппаратов?

Для начала сотни вам хватит?

Более чем, пока это освоим и подготовим кадры.

Отец продолжил:

– Мы укомплектуем такой аппарат хорошей видеокамерой, которая будет подключаться к ноутбуку и на нем уже будут операторы получать видео и звук, ну и вестись запись на диск. На ноутбуке будет установлена программа перемещения портала в заданных координатах, будут использоваться штатные средства ноутбука для определения своих координат.

Директор ФСБ вставил свое предложение:

– И мы будем отдельной камерой фиксировать происходящее.

Да, это тоже не помешает – подтвердил Президент. – Будем держать связь через Николай Михайловича – Президент пожал отцу руку прощаясь.

***

Отец вернулся домой вечерним самолетом – пока надо было маскировать наличие порталов. Появился на работе после обеда – надо было выспаться. Собрались в конференц-зале, он нам начал рассказывать:

Хочу вам сказать, встреча прошла успешно для нас. Договорились о модернизации системы ПРО, стратегических бомбардировщиков – все, как мы предлагали. На уровне правительства это совершенно секретная информация, пока к ней допущен директор ФСБ Фурцев Николай Михайлович. Работать будем вместе с ФСБ, они отвечают за модернизацию РЛС «Воронеж» и самолетов. Легенда – специальная миссия по испытанию нового поколения системы РЭБ. РЛС «Воронеж» в ней участвует в качестве средства обнаружения, самолеты соответственно в качестве целей. Самолеты переместят на аэродром Анадыря, там они будут базироваться до раскрытия информации о порталах.

А что насчет разведки – спросил Осипов.

Также все как мы предлагали. Наши ребята из ГРУ будут работать в том же режиме, перенесем только обмен информацией на территорию России. Еще сотню ноутбуков с порталами поставим на базу СВР в Подмосковье – они тоже займутся разведкой. По мне так, я бы всю эту тему передал и занимались бы дальше только экономикой, но Президент попросил продолжать.

Это пока они сами не освоились – потом сами попросят прекратить это дело – предположил Осипов.

Это точно – поддержал его я – не дело частников заниматься разведкой.

Коллеги, поздравляю вас с успешным прохождением очередного этапа развития порталов. Примерно через год мы сможем их использовать в открытую в народном хозяйстве, о чем мы давно мечтали.

Народ зашумел – надо это дело отметить! Отец согласился – давайте устроим корпоратив! Ишь ты – понравилось ему – подумал я – не даром помолодел. Опять девчонок будет соблазнять! Решили собраться в клубе, начать там, а продолжить на нашем поместье на Кубе. На корпоратив пригласить незамужних сотрудниц, работающих у нас с порталами, имеющих к ним допуск. У нас таких достаточно, некоторые до сих пор занимаются поисками сокровищ по выходным на Карибах – у нас для них такие туры на выходные наша фирма организует. С многими из них я встречался там и в Томске – много веселых девушек. Хм, а если предложить провести корпоративчик на Карибах, и заняться поисками сокровищ в выходные? Надо подумать над этим… с минуту думал – напьемся, попляшем, покупаемся в бассейне, снова выпьем, снова спляшем. Утром займемся поисками сокровищ. Ну после обильного завтрака, конечно. Что-то не хочется сидеть за монитором и смотреть на лохматое дно океана. Зато девчонок будет куча, много новеньких. А на Кубе только своя тусовка… Можно, конечно, своих девушек пригласить, или пойти в клуб в ближайшем городе – Сантьяго де Куба, только вот с испанским у меня проблема. Девочки организовали курсы испанского, но до разговорного нам далеко… Куба так Куба, надо подумать, каких девушек с собой пригласить на вечеринку. А, просто поучаствую в общем выборе приглашенных девушек на корпоратив – многих я знаю, по крайней мере их фото есть в личных делах.

Вечером в пятницу все приглашенные собрались в клубе, в нашем банкетном зале. Отец выступил с кратким тостом – за наши успехи типа. Все дружно выпили, начали работать вилками. Рядом со мной сидела Вероника, когда-то мы с ней встречались, потом она начала капризничать, зазвездилась – пришлось расстаться. Она уже окончила университет, устроилась к нам на работу инженером в отдел электроники.

– Как жизнь – вежливо спросил я.

– Нормально – ответила она и так на меня взглянула – умеют же стервы – сердце аж пару ударов пропустило. Фух – кое-как отдышался, смотря в другую сторону. Снова посмотрел на нее и с улыбкой спросил:

– Ты похорошела, как будто природный алмаз огранили и он превратился в бриллиант. Вероника улыбнулась

– Спасибо за комплимент.

– Ты и вправду похорошела – подтвердил я – это не дежурный комплимент.

– Ну, тогда поухаживай за мной – может я соизволю с тобой потанцевать.

Ух, вьют из нас веревки! Пришлось поухаживать. Танцевали, веселились, через пару часов перешли в свое поместье на Кубе – там было раннее утро, что, впрочем, неважно, для нас это вечер. Девушкам показали гостевые спальни, они сходили переоделись в легкие платья для тропиков, мы тоже переоделись по сезону. Стол был уже накрыт под навесом, рядом с бассейном. Выпили за наши успехи и хорошие входные и попрыгали в бассейн – шум, брызги, визги! Освежились, начались танцы. На Кубе как-то веселее плясалось, я завелся и начал зажигать от души в быстром танце типа гоу-гоу. Вокруг меня начали группироваться девушки – мы их пригласили с двойным запасом, чтобы выбор было большой у нас и у них. Они тоже красиво танцевали, явно хотели привлечь мое внимание. Вероника в этом не участвовала – танцевала в другой компании. Хмель быстро рассеялся. Снова сели за стол, начали подкрепляться, на стол выставили коктейль «Дайкири», та еще убойная штука – шестьдесят грамм рома в порции. Подсматриваю за Вероникой – смотрю, она один «Дайкири» приняла, затем второй. Пора думаю – двинулся к ней. Как раз медляк завели – пригласил ее на танец. Она взглянула на меня с улыбкой, повисла у меня на плечах

– 

Олежка, как же я по тебе соскучилась! Зачем ты бросил меня… Я же тебя люблю… Так и танцевали, я отбивал ее словесные атаки – ты сама отвергла меня своими претензиями.

– 

Ой, Олежка, давай уже забудем – дурой была!

– 

Сейчас умная?

– 

Да, я исправилась – сказала она, прижимаясь ко мне все ближе и ближе. Меня окатила волна тепла – дурочка ты моя, чего тебе не хватало для счастья? Я прижал ее сильнее к своей груди. Вероника всхлипнула от радости

– 

Мы помирились, да?

– 

Помирились-помирились, моя малышка, конечно, помирились.

Мы так с ней и кружили в танцах, один за другим, боясь спугнуть наше счастье.

Глава 5

Модернизация ПРО

Через неделю провели научно-технический совет, посвященный модернизации РЛС «Воронеж» для целей ПРО. Наметки решения проблемы у нас были, надо было обсудить варианты решения проблемы со специалистами.

Я сделал краткий доклад: РЛС обнаруживает цель, выдает нам ее координаты, мы с помощью портала наносим по ней, а точнее по заданной области пространства, удар. Посыпались вопросы, главный из них – с какой точностью РЛС выдаст координаты цели, иначе как определить область поражения? Это для нас была загадка – информация была засекречена, за исключением того, что эти РЛС могли обнаружить на орбите теннисный мяч. Помимо генеральных менеджеров в совете принимали участие ведущие разработчики электроники и программного обеспечения. Один из них, электронщик Александр Ильин, описал проблему – мы может по координатам, полученным от РЛС сформировать зону поражения, которая может затронуть свои объекты. Что РЛС дает – угол места, азимут, дальность, скорость цели. Для РЛС дециметрового диапазона обычная разрешающая способность по дальности сто метров, по углу места и азимуту один градус, по скорости пять м/с. На расстоянии тысячу км это будет круг диаметром семнадцать километров. Для гарантированного поражения цели, нам необходимо зону поражения увеличить в два раза – до тридцати пяти км, глубину до километра, упреждение – в половину зоны поражения, итого диаметр зоны поражения должен быть не менее семидесяти км. Делать ограничения по глубине считаю нецелесообразным – тоже сделать семьдесят км.

«А что будет с полезными объектами?» – спросила Вика.

Не будет уже никаких полезных объектов в этой зоне. Это же отражение ракетного нападения – по сути, ядерная война, какие еще объекты могут быть на орбите? Только вражеские боеголовки и обломки спутников.

Вы фаталист – улыбнулась Люся.

Мы обсуждаем систему противоракетной обороны, которая используется только при обмене ракетными ударами, при чем тут фатализм? – отреагировал Ильин.

Все верно – согласилась Вика. – Мы еще намеревались использовать ее для ПВО, но это при таком подходе будет невозможно. Проще поставить заграждение в виде стены на границе охраняемой зоны для целей ПВО.

Для решения задач ПВО есть специализированные комплексы – С-300, С-400, С-500 наконец. Модернизируем их и решим задачи ПВО – включился в беседу Владимир Вакулин, электронщик, по дополнительному образованию старший лейтенант ПВО в запасе. – Для С-400 дальность обнаружения цели шестьсот км, погрешность по дальности меньше пятисот метров, разрешение по углам пол градуса. На дальности шестьсот км это будет круг пять км, на дальности сто км – почти два км.

С кондачка эту проблему не решить – включился в беседу Володя Рогович, программист. – Надо ставить второй радар, который через портал уточнит параметры цели. Для этой цели подойдет самолетная РЛС от МИГ-31, вы ее выдвинем в район цели, и она выдаст нам точные координаты.

«Заслон-М» работает в Х-диапазоне, обеспечит дальность обнаружения до четырехсот км – подтвердил Владимир Зайцев, программист, тоже офицер запаса ПВО. – Ее можно будет установить в вакуумную линзу и использовать хоть на больших высотах, хоть в космосе. Даже на четыреста км диаметр пятна будет семь км, но проблемы нет приблизить ее к цели до пятидесяти км – круг девятьсот метров, вполне себе зона ПВО.

Я так понимаю, – начал подводить итоги отец, – у нас есть возможность работы по площадям, используя стационарные РЛС типа «Воронеж», зона поражения будет в виде шара диаметром порядка семидесяти км. Я думаю, что это приемлемо для задач ПРО, только границу зоны надо будет отводить выше тридцати км от земли, чтобы не зацепить самолеты. Это мы сможем обеспечить.

На втором этапе надо будет сделать двухзонную систему – как Володя предложил – я кивнул на Зайцева – с помощью второй РЛС «Заслон-М», при таком раскладе получим зону поражения диаметром шара один километр.

Головняк будет связывать ПО РЛС между собой и нами – загрустил Рогович.

Свяжем, за год управимся поди – Зайцев не сомневался в успехе.

Ну за год то точно справимся, лишь бы коллеги не подвели – согласился Рогович.

Ребята, вы переоцениваете проблему. РЛС между собой связывать не требуется. РЛС «Воронеж» выдает нам координаты цели, мы за пятьдесят км от нее открываем портал с РЛС «Заслон-М», и уже по координатам, выданным этой РЛС наносим удар шаром, диаметром один км – возразил я.

Повозиться все равно придется – возразил Рогович – надо будет «Заслон-М» привязать к месту переноса, боюсь, что процедура у них не быстрая.

Ну как не быстрая – это же самолетная РЛС – возразил я.

Они зацепились за координаты по спутнику на аэродроме и уже следят за ними, корректируя их по мере необходимости.

Надо, конечно, связываться с разработчиками и решать вопрос о привязке. Можно будет сделать динамическую привязку относительно места выхода портала. Там же выведем ударный портал, они будут в одной системе координат – предложил Зайцев. – Только бы коллеги не подвели.

Через президента программа будет курироваться, так что не подведут коллеги – добавил отец.

Мы начали готовиться к командировке в      город Енисейск Красноярского края, в котором расположена РЛС «Воронеж-ДМ», первой подлежащая модернизации. В команду включили электронщика Сашу Ильина и программиста Владимира Зайцева. Они должны были обеспечить сопряжение РЛС с аппаратурой управления порталом.

Двенадцатого мая рано утром мы вылетели из аэропорта Томска спецбортом ВКС РФ в Красноярск. В аэропорту Красноярска нас уже ждал вертолет МИ-8 ВКС РФ, который перебросил нас в город Енисейск, точнее сразу к РЛС, которая была расположена в восьмидесяти четырех км севернее города. Вертолет, через полчаса, приземлился на площадке на окраине военного городка, нас ждал УАЗик. Через пятнадцать минут нас заселили в ведомственную гостиницу и сразу пригласили на совещание – УАЗ ждал нас на улице. Мы с ребятами оставили сумки в гостинице – их заселили в двухместный номер, мне выделили отдельный полулюкс в ранге этой гостиницы. УАЗ тронулся и через пять минут – все рядом – мы заходили в здание командного пункта РЛС. Нас встречал начальник части полковник Баранов. Он проводил нас в зал совещаний, в котором нас ожидали представитель ФСБ полковник Егоров, представитель Генштаба полковник Рукавишников, представители разработчика НИИДАР Сулимов и Остапов. Леша Сулимов – программист, Саша Остапов – электронщик. Не теряя времени мы разделились – технари сели за отдельный стол и начали обсуждать проблем сопряжения двух систем. Мы с полковниками начали обсуждать порядок работы по модернизации станции. Я ввел в курс дела полковников – о возможностях портала, о его боевом применении. Полковники Рукавишников и Баранов с вытянутыми лицами распрямили плечи – ну мы им теперь покажем – было написано на их лицах. Ну а теперь давайте обсудим – чем мы будем поражать космические цели – предложил я. Полковник Баранов попросил уточнить возможности портала по поражению баллистических целей. Я начал описывать варианты: первый вариант, по аналогии со станками ЧПУ мы по команде «Огонь» в течение секунды шинкуем заданный квадрат пространства, превращая любой материальный объект в мелкую крошку. Вспыхнула бурная дискуссия – обычно боеголовка поражалась шрапнелью – небольшими осколками боевой части противоракеты, оставаясь целостной. Мой вариант уничтожения цели мог дать большое рассеяние радиоактивных материалов и заражение ими большой площади на земле. Пришлось их успокоить – это только один из вариантов. Второй вариант, который я им предложил – это «стрельба» лучами диаметром от пяти до двадцати мм, но это тоже сопряжено с рассеянием вещества из отверстий боеголовки. Полковники поморщились – не нравится им – им бы шрапнелью ее, шрапнелью! Я улыбнулся – понял вас. А как вы смотрите на такой вариант: вместо отверстий мы делаем крестообразные разрезы толщиной полмиллиметра со стороной креста пять мм, с шагом сантиметр по двум координатам? Полковники задумались. Рукавишников:

Боеголовка останется при этом целой?

Да, только пробитой крестиками насквозь.

Что насквозь – это очень хорошо, вся электроника взрывателей будет выведена из строя, ядерный взрыв не произойдет. Хорошо бы ее еще сбить с маршрута, чтобы она не попала в цель, а то у нее кинетическая энергия будь здоров, и от удара она может расколоться и заразить цель – ту же Москву.

Я ответил:

– Можно перебросить боеголовку в другой район – скажите куда лучше?

На полигон Кура на Камчатке – можете? – спросил Рукавишников.

Можем, только сообщите его координаты.

Это не проблема – сообщим.

Мы можем ее и в космос закинуть на высокую орбиту пятьдесят тысяч километров.

Ха, молодой человек, с ее скоростью она быстро покинет орбиту Земли, только неизвестно в каком направлении – вставил свои возражения полковник Баранов.

Это мне известно, так же и то, что на орбите пятьдесят тысяч километров первая космическая скорость отличается от такой скорости на орбите четыреста км. Мы притормозим боеголовку до требуемой скорости и переместим ее на заданную орбиту. Хотя, конечно, быстрее и проще ее приземлить.

Ну так давайте ее приземлим побыстрее – предложил Рукавишников. – Полигон Кура для этого отличный вариант.

Хорошо, будем приземлять на Куру – согласился я.

Как будем испытывать систему? – спросил Рукавишников – будем стрелять баллистическими ракетами с подводных лодок из акватории Баренцево моря, а вы на середине пути будете их перехватывать?

Это будут финишные испытания – подтвердил я, а в режиме отладки у нас будет возможность пострелять по обломкам спутников – космического мусора на орбите достаточно – не так ли – я посмотрел на Баранова.

Полно – приходится его весь в каталог заносить, чтобы с боеголовками не спутать – подтвердил Баранов.

Ну вот и прекрасно – прошу вас выбрать из каталогов подходящие цели, и мы постреляем по ним, у вашей команды будет прекрасная возможность потренироваться и отработать навыки уничтожения боеголовок.

Никогда этим не занимались – мы только обнаруживали и сопровождали боеголовки наших ракет при испытаниях – усомнился Баранов.

Какова точность выдачи координат у вашей РЛС? – попросил я уточнить.

Это совершенно секретная информация, не подлежащая разглашению – отрезал Баранов.

А как же мы будем строить модель для поражения целей, если мы не знаем, с какой погрешностью вы нам выдаете координаты? – удивился я.

Я человек маленький, для меня это государственный секрет, разглашать его я не имею права – стоял на своем Баранов.

Обращаться к Фурцеву мне не хотелось – это бы затянуло процесс, решил зайти с другой стороны.

Скажите, товарищ полковник, какого диаметра мне сделать ловушку, чтобы по вашим координатам гарантированно перехватить цель? Уж эту информацию вы мне должны предоставить – только она меня, собственно, и интересует.

Это легко – радиус поражения боеголовки противоракеты 150 метров, если вы сделаете такую ловушку, то вероятность поражения цели будет 0,9.

Вас понял. Но вероятность 0.9 нас не устраивает, нам нужно три девятки как минимум.

Но эта вероятность уже касается погрешности наведения противоракеты, если у вас будет точность выше, то и вероятность поражения будет выше.

Ладно – я махнул рукой – если мы сделаем окно захвата диаметром тысячу метров, какова будет вероятность поражения цели.

Полковник мгновенно ответил – сто процентов!

Ну вот и договорились, мы делает ловушку диаметром километр, а вы даете нам наводку так, чтобы мы полезные спутники не зацепили.

Об этом не волнуйтесь, в космосе места еще хватает, ничего не зацепите при испытаниях. В случае военных действий с применением баллистических ракет это уже будет не важно – один мусор будет по орбитам летать! В случае ядерного конфликта скорее всего обе стороны нанесут ядерные удары по космическим группировкам спутников. Одна термоядерная бомба мощностью 5 мегатонн выведет из строя все спутники на околоземных орбитах.

Все понял – подтвердил я. – Узнаем, что там у наших технарей делается. Я подошел к столу, за которым сидели программисты и электронщики и увлеченно обсуждали проблемы обмена данными.

Как успехи – спросил я.

В общем разбираемся, через пару дней будет первый вариант интерфейса обмена – пояснил Володя Зайцев.

Ну работайте, товарищи полковники, пока тут без нас разбираются, через пару дней встретимся на обсуждении результатов.

Мы с полковниками вышли на улицу. Баранов спросил – ну что, баньку вечерком организовать? Мы с полковниками переглянулись.

Не рано ли насчет баньки нам думать – спросил полковник генштаба Рукавишников.

Два дня надо ждать, пока технари решать свои вопросы, мы свои вопросы решили. Вы подумайте – до вечера время еще есть. Можно и завтра и в пятницу баньку сделать – все в моих силах – за вами пожелания. Я пойду в часть с вашего позволения – полковник Баранов откланялся.

Полковники тоже заторопились в штаб части – им надо было доложиться о результатах. Я подумал, что мне совершенно не хотелось пьянствовать с незнакомыми людьми, заняться и без них найду чем. Я зашел в зал совещаний, отозвал Сашу Ильина и предупредил, что я на пару дней отправляюсь домой, если нужно – вызовите. У них были служебные спутниковые телефоны, поэтому проблем со связью не было. Я ушел в гостиницу и из своего номера открыл портал в офис фирмы.

Зашел в кабинет к отцу, рассказал о результатах. Отец потянулся на кресле:

– 

Олег, как ты оцениваешь скорость решения задачи модернизации РЛС?

– 

Все будет нормально, разработчики РЛС конструктивно решают задачу, пальцы не гнут, не показывают свою крутость.

– 

Отлично, значит за полгода справимся?

– 

Надеюсь, что раньше. Нам будут выдавать угол места, расстояние, азимут и скорость цели, траекторию движения, чтобы мы нацелили портал в точку упреждения. Ну и команду «огонь» – все.

– 

Все можно в одном пакете передавать – предположил отец, раз передают координаты, значит требуется уничтожить цель!

– 

Ты прав – нужен один пакет. Надо позвонить Зайцеву, подсказать ему. Я набрал номер Володи и рассказал ему насчет общего пакета и параметрах цели. Он угукнул и сказал, что они уже до этого дошли с разработчиками «Воронежа-ДМ».

– 

Молодцы, вы меня радуете – похвалил его я. Закончите – сообщи о результатах.

Через два дня мы обсуждали результаты совместной работы наших разработчиков. Обсудили тонкости выдачи целеуказания, протоколы и форматы команд, ребята были готовы начать работу над сопряжением РЛС с порталом. При работе с разработчиками РЛС «Воронеж» выяснилась любопытная деталь – мы сможем уничтожать не только цели в космосе, но и любую авиацию в зоне обзора РЛС. Мы ввели авиацию в перечень целей ПРО – договорились, что для авиационных целей они будут давать другую команду на открывание огня с меньшим диаметром окна поражения, и переброса обломков не будет – они должны просто осыпаться на землю на месте поражения. Ну и в таком случае поражаться цель будет полными разрезами толщиной один мм и с сеткой десять см., глубина поражения сто метров.

Через месяц мы вновь встретились на РЛС «Воронеж-ДМ» всем составом – работы по сопряжению были выполнены, были произведены пробные выстрелы по космическому мусору. Обломки сгорели в атмосфере над полигоном Кура на Камчатке. Военных хотелось «пощупать руками» результаты стрельбы, мы с коллегами начали думать, как нам им продемонстрировать наши успехи.

Нужен телескоп – сказал Володя Зайцев.

Это было очень бы убедительно – подтвердил Леша Сулимов, программист.

Сейчас узнаем – я набрал номер Виталия, нашего астронома.

Привет Виталий, ты можешь показать нам низкоорбитальный объект в процессе движения по орбите?

Легко – у моего телескопа есть система слежения. Надо задать параметры объекта, и он будет следить за ним.

Какие детали можно различить на объекте, точнее какого минимального размера?

Говори, что хочешь разглядеть и какая высота орбиты – скажу сразу.

Размер объекта около метра, орбита 200 км, рассмотреть на нем надо насечки десять на десять мм – крестики, они должны появиться от нашего воздействия, это нужно показать заказчикам – включился в разговор Володя Зайцев.

Не проблема, подниму окно телескопа на сто км и включим свою систему слежения, только она не угонится за спутником по всей орбите, сможем наблюдать на определенном отрезке орбиты. Но твои крестики мы разглядеть вряд ли сможем. А зачем тебе такие маленькие – сделай их для демонстрации в десять, пятьдесят раз больше! И толще до десяти см! Тут уж точно разглядим!

Николай Михайлович Фурцев – директор ФСБ – был постоянно на связи, согласовали с ним демонстрационные стрельбы по космическому мусору. Договорились, что на первом витке мы обстреливаем заданную цель, не выбрасывая ее на Куру, после этого смотрим в телескоп, после фотографирования результатов на следующем витке или по отдельной команде стандартный обстрел и выброс на полигон Кура.

Через два месяца на РЛС «Воронеж-ДМ» приехала представительная делегация, возглавлял ее директор ФСБ Фурцев. Присутствовали от генштаба полковник Рукавишников, другие уже известные там лица – участники проекта. Полковник Баранов выбрал 10 целей, которые надо было поразить с первого раза – это были обломки спутников. С помощью телескопа они были рассмотрены и сфотографированы. После этого полковник Баранов дал команду поразить первую цель демонстрационным ударом с последующей визуализацией результатов. Мы наблюдали на экране мониторов за движением выбранной цели – она двигалась от Норвегии через Кольский полуостров в сторону Японии. Это был кусок обшивки спутника, который достаточно быстро вращался вокруг своей оси. «Огонь» – скомандовал Баранов. Кусок обшивки разлетелся на куски, который стали отлетать в разные стороны под действием центробежных сил. Блин, был один кусок, стало сто кусков – воскликнул Баранов. Я поправил его – прошу дать стандартную команду уничтожения цели. Баранов скомандовал – «огонь стандартным снарядом»! На экране монитора телескопа мы уже ничего не видели – цель ушла с его зоны видимости. Поступил доклад с полигона Кура – вспышки на границе атмосферы над полигоном. Командир расчета доложил – цель поражена в полном объеме. Молодцы – похвалил расчет Баранов.

Давайте посмотрим на следующую цель – полковник Баранов продиктовал координаты цели для расчета и для наводки телескопа. Выход цели в зону поражения через полчаса. Предлагаю сделать перерыв на кофе-брейк – предложил Баранов. Ишь ты, модные слова выучил – подумал я. Пошли в соседнее помещение, где были накрыты столы с чайниками и разнообразной выпечкой, стол с кофе-машиной стоял у стены. Народ уселся, тон беседы задал Фурцев – он тут был самым высокопоставленным военным. Обсуждали возможности системы, возможность демонстрации для министра обороны – для получения от него приказа на модернизацию остальных РЛС. Решили, что достаточно одного пуска «Булавы», чтобы понять возможности системы. Полковник Баранов предложил обстрелять боеголовки «Булавы» без переброса на полигон. Она долетит туда своим ходом и при падении останется достаточно целой для оценки повреждения от стандартного поражения. Фурцев одобрил его инициативу – так и действуйте. Представитель генштаба Рукавишников озадачился демонстрацией поражения крылатой ракеты – они наша головная боль. Подлодка типа «Огайо» с полутора сотнями крылатыми ракетами на борту постоянно дежурит у берегов Норвегии. Сбить их не сложно, но большое количество в залпе делает эту задачу очень трудной. Тем более, что имея большую дальность, они могут лететь к нам по всему побережью Северного Ледовитого океана. Неплохо бы попробовать поразить групповую цель крылатых ракет, скажем на полигонах на Кольском полуострове. Баранов возразил – наша РЛС видит только космос от моря Лаптевых до Охотского моря – угол обзора у нас такой. Можно это будет проверить на полигонах Приморья, а запустят ракеты из акватории Охотского моря, над берегом мы их перехватим. Тоже вариант – согласился Рукавишников.

Пришел дежурный офицер, пригласил всех в зал – цель подходит к зоне поражения. Народ быстро переместился в зал, расселись на стулья. На экране монитора, показывающем изображение с телескопа, появился аппаратный блок спутника, он с небольшой скоростью вращался вокруг своей оси. Командир расчета доложил: цель в зоне поражения. Баранов: цель уничтожить демонстрационным снарядом. Командир расчета повторил команду для оператора: Цель уничтожить демонстрационным снарядом. Огонь! На экране монитора телескопа мы увидели, как цель разделилась на десяток небольших кусков. Цель уничтожить стандартным снарядом! – отдал команду Баранов. Спутник исчез с экрана монитора телескопа. Дежурный офицер доложил – сообщение с полигона Кура – множественные вспышки на границе атмосферы над полигоном. Цель поражена!

Ну что же – молодцы. Давайте мне видеозапись с телескопа, завтра я продемонстрирую это для Президента и министра обороны. Думаю, что добро на модернизацию остальных РЛС мы получим. Поздравляю товарищи! – закончил свою речь Фурцев.

После демонстрации, когда начальство разъехалось, ко мне подошли наши сотрудники вместе с разработчиками «Воронежа». Есть еще одна тема сотрудничества – сообщил Володя Зайцев – разработчики «Воронежа-ДМ» просят сделать им поворот антенны на триста шестьдесят градусов по азимуту и пространственную линзу для увеличения дальности обнаружения РЛС.

Тема интересная и актуальная – согласился я. Оставайтесь, работайте вместе. Еще – как мы ранее договаривались, к вам прибудет от нас еще две группы разработчиков. Их надо будет быстро ввести в курс дела – дать мастер-класс, чтобы они без задержек поехали на другие РЛС для их модернизации. Это касается и вас – я обратился к разработчикам «Воронежа» – от вас также должны прибыть две группы для этой цели. За две недели вы должны их подготовить, и они должны будут разъехаться по другим РЛС. Звоните, если возникнут какие-нибудь вопросы. По легенде я с вами остаюсь – буду наведываться ежедневно, так что не расслабляйтесь.

Я попрощался с ними и через свой номер в гостинице перешел в Томск. На следующий день я вновь посетил РЛС и стал участником мозгового штурма. Первым делом сделали окно портала близкой к прямоугольной – по форме антенны радара. В компьютере, управляющим кристаллом, задали вместо синусоид форму напряжений близкой к прямоугольным импульсам, с необходимым фазовым смещением на девяносто градусов. Окно получилось почти прямоугольным – углы только были скруглены, что не мешало его использовать для радара. Вторым вопросом было расположение второго окна портала – вблизи поверхности земли крутить его было опасно. Решили поднять его на сто метров – самолеты еще не летают, а вблизи аэродромом открывать его не будем. Начали пробовать решить первую задачу – вращение антенны радара на триста шестьдесят градусов. Включили радар в работу, сразу сюрприз – дальность обнаружения радара увеличилась на тысячу километров – подъем на сто метров вверх сказался. Повернули радар на север – отлично просматривается побережье Северного Ледовитого океана. Повернули на юг – Китай и Индия как на ладони. Отличный результат – разработчики довольно улыбались. Мы еще не то сделаем – пообещали они – будет крутиться как РЛС кругового обзора. Пока алгоритм работы радара заточен под стационарную работу на заданном направлении.

Давайте пробовать увеличить дальность обнаружения радара с помощью перемещения окна портала вдаль от радара. Задали высоту двести метров и открыли окно над Охотским морем, направление на восток. Западное побережье США как на ладони! Разработчики запрыгали от радости. Повернули окно на юг – Калифорния с ее ракетными базами на экране!

– Ну что ребята – быстро все закончили? Дальше без нас справятся? —спросил я своих.

Леша Сулимов, программист-разработчик РЛС, попросил оставить ребят еще на недельку для причесывания и отработки программ взаимодействия радара и портала. Я согласился. После обеда подтянулись наши разработчики и разработчики от НИИДАР – второй и третий составы, как принято говорить про спортивные команды. Первый состав начал проводить с ними мастер-классы, мне это было не интересно – я отбыл в Томск.

Прибыл домой, привел себя в порядок, перешел в офис. Зашел в кабинет к отцу, рассказал результаты по радарам.

Отец потянулся в кресле

– нормально двигаемся, наши прогнозы на полгода сбываются! Поехали отдохнем на наше ранчо на Кубе – предложил он.

– Корпоративчик устроим? – я вопросительно взглянул на него.

– Да, давай устроим корпоратив, надо будет народу рассказать о ходе работ по РЛС, обсудить наши перспективы – за рюмкой чая!

Глава 6

Модернизация Ту-160

Следующей задачей было модернизация самолетов Ту-160, установка на них аппаратуры порталов для быстрого перемещения в пространстве и для имитации «невидимости» самолета. И снова я с нашими разработчиками Владимиром Роговичем – программистом и Владимиром Вакулиным – электронщиком, отправились на авиабазу в Анадыре – на самом краю света.

Был долгий перелет бортом ВКС РФ сначала до Магадана, потом до Певека. Чукотка встретила нас полярным днем, прилетели около двенадцати ночи, а Солнце еще не зашло. В гостиничном номере шторы были плотные, кое-как удалось создать видимость сумрака. Утром встретились с полковником Хруновым – начальником аэропорта Анадырь – базы наших стратегических бомбардировщиков Ту-160 и Ту-22. На УАЗике доехали до аэродрома, вышли возле самолетов. Это те еще громадины! Полковник представил нас экипажу первого на модернизацию «Белого лебедя» – командир майор Пронин, второй пилот капитан Васильев, штурман-оператор капитан Зиновьев, штурман капитан Волнин, – с ним и предстояло работать нам.

У меня простой вопрос – Володя Рогович вышел вперед – где места в самолете для нас, чтобы мы могли включать и выключать аппаратуру, обучая пилотов?

Команда переглянулась между собой.

– У нас там лишних мест нет – ответил командир корабля.

Володя быстро оглядел аэродром – вижу, у вас есть самолеты АН-26* (*АН-26 – это грузовой самолет, сделанный на базе пассажирского турбовинтового АН-24) – их можете пилотировать?

– Обижаешь командир – осклабился улыбкой второй пилот Васильев – Все что летает пилотируем!

– Вот с него и начнем установку аппаратуры и обучение пилотов.

Полковник Хрунов сел в УАЗик – поеду решу вопрос насчет АН-26. Мы собрали команду в ангаре, где была у них обычная комната для собраний. На школьной доске я обрисовал схему работы портала:

– Это самолет – нарисовал продольную сигару с крылышками и хвостом, – в него установлена аппаратура портала. Мы открываем окно входа – так его назовем, перед самолетом за сто метров от него – его координаты жестко заданы, второе окно, назовем его окном выхода, мы открываем в том месте, в которое необходимо переместить самолет – его координаты вы задаете сами на компьютере портала. Можно это сделать прямо на глобусе или карте на экране компьютера. Помимо координат вы сразу задаете высоту расположения окна выхода, по умолчанию она равна высоте окна входа. Аппаратура портала работает по системе глобального позиционирования ГЛОНАС, по ней устанавливает все координаты окна. В том числе и высоту – вам надо это учитывать. После чего даем команду переместиться – окно входа перемещается по оси самолета на сто метров за его корму, самолет оказывается за сто метров впереди от окна выхода. Окно портала закрывается до следующего включения.

Посыпались вопросы: а мы можем сразу попасть в Калифорнию? Или в Неваду?

Теоретически можете, но пока вам будут открываться только разрешенные места, сами понимаете секретность этой аппаратуры – пояснил я. Для этого у вас будет постоянно установлена спутниковая связь для аппаратуры порталов. В этой аппаратуре установлена система самоликвидации, если она окажется вне разрешенной зоны.

Ничего опасного там нет – упокоил офицеров Володя Вакулин, глядя на их вытянувшиеся лица – просто сгорит внутри блока кристалл памяти и все. Ничего вам не угрожает.

В комнату зашел полковник Хрунов – Ан-26 в вашем распоряжении.

Я поблагодарил полковника и продолжил:

Давайте обсудим районы тестовых полетов. Для всех это аппаратура создания невидимости самолета с помощью средств РЭБ. Этой легенды надо и придерживаться. Поэтому планируем полеты в таком алгоритме – вылет из аэропорта Анадырь, удаление от аэродрома на расстояние разрыва визуального контакта, переход на место испытаний через портал. Такое место можно расположить в районе плато Путорана – там нет радаров и места безлюдные, можно будет там потренироваться. По завершении тренировки возвращение в зону перехода возле аэродрома Анадыря, посадка в обычном режиме.

Как сопрягать вашу аппаратуру с аппаратурой самолета? – задал вопрос штурман.

Никак – ответил Володя Рогович, – вы на ней самостоятельно будете задавать координаты выхода по команде командира судна. Питание аппаратуры портала будет от вашей борт-сети, а встроенные аккумуляторы позволят работать 8 часов без перерыва.

А как регулируется положение окна выхода? – попросил уточнить штурман.

Оно задано на сто метров относительно положения компьютера. Ось – направление задано перпендикулярно экрану компьютера. Его можно изменить в соответствии с размещением кресла штурмана, но в любом случае аппаратура должна быть жестко привязана к самолету – это обеспечит совпадения осей самолета и портала – ответил Рогович.

Хочу вас предупредить, что края окна портала имеют остроту молекулярного слоя и режут все, что на них попадет без всякого усилия. Если вы перекосите ось окна портала и скакнете через него, то можете ваш самолет оставить без крыльев.

Какой диаметр окна – подскочил командир.

– Диаметр окна сто метров, можем увеличить до двухсот – смотрите только землю не зацепите – предупредил летчиков я.

Сто метров вполне достаточно, только придется ограничить высоту переходов над сушей двумястами метрами, чтобы на земле ничего не повредить. Над водой можно пониже прыгать – успокоился командир.

А корабли? – подскочил уже штурман.

Да, ты прав – корабли можно повредить при такой высоте. Поставьте ограничение высоты прыжка двести метров – попросил командир.

Сделаем – пообещал Рогович.

Высоту все же лучше сделать одинаковой между двумя точками, иначе удар может быть – усомнился я.

А мы и не думали ее делать разной – летчики удивленно посмотрели на меня.

Я на всякий случай подстраховался – стушевался я.

А мы можем, не выходя в портал просто в него крылатые ракеты выпустить? – спросил штурман-оператор капитан Зиновьев.

В принципе можете. Только придется окно портала побольше сделать – у вас же ракета падает до запуска двигателя? Вот на величину падения и нужно будет открыть портал.

Летчики зависли, рассчитывая параметры окна. Ведь точное время запуска у разных ракет получается разное, поэтому падение тоже у них разное. Началось бурное обсуждение этого варианта.

– Не получится – подвел итог микро-совещания командир. – Слишком большая разница в высоте падения и отставания от носителя с момента запуска. Нужно обязательно самолету перейти через портал и там запустить ракеты, а потом можно вернуться назад!

Подошел полковник Хрунов и сообщил:

– Вам выделен этот ангар, сейчас в него закатят АН-26, можете приступать к работе. Я уже дал необходимые распоряжения, в вашем распоряжении будут два самолетных техника с АН-26 и двое с Ту-160. Одни будут устанавливать аппаратуру портала, другие будут учиться это делать.

Через час в ангар закатили АН-26 и техники приступили к работе под наблюдением Роговича и Вакулина. Мне делать было нечего, я отставил ребят и перешел в Томск из комнаты для совещаний, попросил Роговича вызвать меня, когда самолет будет готов к полету. Перед уходом попросил полковника Хрунова поставить в АН-26 диван, чтобы мужикам было где отдохнуть – на металлических раскладных сиденьях грузового самолета не очень то посидишь.

Через три часа позвонил Рогович, сказал, что самолет выкатывают на взлетную полосу. Я оделся в теплый комбинезон – заранее приготовили, перешел в ангар, моя команда уже переоделась. УАЗ отвез нас на взлетную полосу к самолету. Быстрый взлет, самолет взял курс на запад – мое предложение насчет плато Путорана было принято. Отлетели пятьдесят км от аэродрома, Владимир Рогович сел за пульт управления порталом – простой ноутбук. Пилоты выровняли самолет по курсу в нужную точку выхода, я дал команду открыть портал. Впереди появилось окно портала, сквозь которое была видна другая картинка поверхности земли – вместо тундры густые леса и горы, поросшие лесом.

– Готовы? – спросил я.

– Готовы – ответил командир.

– Володя, давай!

Рогович перенес окно портала назад и выключил его. Весь горизонт поверхности заполнила тайга с горами.

– Мы на месте – восторженно прокричал командир. Я первый раз с такой скоростью перелетел с Чукотки в Красноярский край! У нас скорость космическая!

Летчики оживленно переговаривались, делясь впечатлениями.

– Ну вот, – попробовал утихомирить их я, – теперь давайте сами, только в пределах плато Путорана давайте полетаем.

– Штурман! – проревел командир, дурачась, водя пальцем по карте, – переправь нас 50 км севернее Чиринды!

Есть капитан! – подыграл ему штурман. Уже штурман открыл окно портала, предварительно задав координаты Чиринды прямо по карте, кликнув мышкой. Самолет переместился в район Чиринды.

Командир – что это за озеро справа по борту?

Штурман – это река Котуй.

Так, теперь перекинь нас десять км южнее озера Ессей!

Слушаюсь капитан! – продолжал дурачиться штурман. Открылось окно и по правому борту показалось большое озеро.

Я считаю, что всему экипажу необходимо уметь пользоваться порталом – высказал я свое мнение.

Я первый – командир стал отстегивать от своего кресла гарнитуру. Он сел за место штурмана, второй пилот вел самолет. Штурман уселся на место командира.

Так, показывайте – распорядился командир. Володя Рогович быстро показал порядок действий.

«Можно я покомандую?» —спросил штурман.

Командуй – милостиво разрешил командир.

Штурман, восточная оконечность озера Харпича! – водя пальцем по карте, проревел он, пародируя командира.

Слушаюсь сэр! – подыграл ему командир. Минуты две он искал это озеро на карте. После этого щелкнул мышкой в нужной точке. Маркер портала на экране переместился в заданную точку. Командир нажал мышкой команду открытия портала, затем команду перелета в окно портала. Впереди по курсу увидели вытянутое по курсу озеро Харпича.

Они еще два часа по очереди играли как дети, гоняя самолет над плато Путорана. Вся команда легко научилась пользоваться порталом. Штурман разошелся – теперь научите меня пилотировать самолет! Все засмеялись – это тебе не порталом управлять. Когда все успокоились, Володя Вакулин успокоил его – скоро на смену вашим гигантам придут самолеты нового типа на базе порталов – тогда и научишься.

Горючее было на исходе – пора было возвращаться на аэродром Анадыря. Штурман вернул самолет в исходную точку, через полчаса самолет приземлился. Команда летчиков в приподнятом настроении заполнила комнату для совещаний.

Полковник Хрунов скомандовал майору Пронину – Доложите результаты!

Майор отчитался – Весь экипаж обучен управлению аппаратурой порталов. Виноват – системой маскировки с помощью средств РЭБ.

– Вот так то лучше – молодцы – похвалил экипаж полковник. Завтра с утра займетесь установкой аппаратуры на ваш «Белый лебедь». А на АН-26 полетит следующий экипаж обучаться.

Я отозвал полковника в сторону – дальше обойдетесь без меня, ребята знают свое дело, в этом ничего сложного нет. Восемь комплектов аппаратуры и один запасной мы с собой привезли – запасной на АН-26 установили. Если что – ребята меня вызовут. Я попрощался со всеми и отбыл через портал в Томск.

Через неделю меня пригласили в Анадырь для завершения процедуры передачи аппаратуры порталов ВКС. На аэродроме находились четыре Ту-160, модернизированные с помощью аппаратуры порталов. Полковника генштаба Рукавишникова уже повозили на АН-26, оборудованном порталом. Он излучал восторг и эйфорию – так и светился этим.

– Олег Владимирович – он долго тряс мою руку, – вы нам дали такую мощную поддержку для наших ВКС – теперь им сам черт не страшен. Выскочат, где надо, отбомбятся и улетят, противник даже не успеет ракеты выпустить по ним! Нам нужно еще переоборудовать с десяток ИЛ-76 для отрядов службы специальных операций генерального штаба. Мы сможем высадить десанты на аэродромы противника, так, что он не успеет даже наверх доложить, не то, чтобы оборону организовать!

Конечно сделаем – успокоил его я. Только позже, когда секретность снимем. Пока, как договаривались, это будут четыре Ту-160 и четыре Ту-22 – я вижу, что их уже сюда перегнали. Давайте мы переоборудуем четыре ИЛ-76 для ССО, но экипажи и командиров отрядов вы переведете на казарменное положение, также, как и экипажи этих стратегов – я кинул на стоянку самолетов. Потом на этих ИЛ-76 будут проходить переподготовку экипажи других самолетов. И надо выделить пассажирский самолет для обучения – у вас же есть в отряде Ту-134? В него можно посадить для обучения сразу несколько экипажей.

Договорились, так и поступим, Ту-134 у нас точно есть – полковник Рукавишников еще раз пожал мне руку. Видно, здорово его проняло, мы то уже привыкли к существованию порталов.

Олег Владимирович, мы тут организуем небольшой банкет по поводу приемки самолетов – прошу вас почтить нас своим присутствием! Не откажите!

Хорошо, обязательно буду. А сам про себя подумал – и на фига мне эта пьянка с вояками? Они же пьют, как лошади! Но все же позвонил отцу, рассказал обо всем. Предложил ему присоединиться – страна должна знать своих героев. Отец посмеялся, но согласился поучаствовать. Сказал, что прихватит с собой кубинского рома пару ящиков – «Голден Баррел» и «Гавана Клуб», ну и разных фруктов экзотических – привет с солнечной Кубы.

***

Начался банкет вояк с сюрприза – отец эффектно появится через портал в столовой, за ним выкатили две тележки официантки – знойные мулатки в мини-юбках и микротопиках:

– Грасия Синьорес!!! – сделали книксен и удалились.

У вояк челюсти упали на стол с громким стуком. Одна тележка с ромом, другая с фруктами и крабами – привет с солнечной Кубы! Через две минуты молчания, когда прошел шок:

А мы тоже бывали на Кубе, и этот ром пили! – подскочил майор Пронин.

Ну, я поэтому его и привез, что этот напиток вам знаком – согласился отец. Мне кубинские друзья поведали о ваших пристрастиях. Вот подружек ваших я не могу привезти – граница, сами понимаете.

Все вопросительно уставились на Пронина.

– Да, ну вас – давайте ром дегустировать! – воскликнул он смущенно. Открыли бутылки, выпили по первой – отличная штука этот ром! После первой и второй перерывчик небольшой – выпили по второй. Слегка ударило в голову – начались разговоры.

– Вот на все самолеты-стратеги установим порталы, тогда мы сразу США перегоним по стратегам – высказался Пронин.

«А на фига вообще самолеты нужны?» —спросил я.

Ну ты даешь!!! Ракеты пускать и бомбить! – возмутился майор Пронин.

Ты наверно хотел сказать поразить цели противника?

Ну можно и так сказать – согласился Пронин.

Поразить цели противника можно и без бомб. Вот, например у нас в станках ЧПУ УНАС используется в качестве режущего инструмента окно портала, скрученное в спираль – включаю фонарик в режиме кинжала. Он режет металл, бетон без всякого усилия – продемонстрировал я свой фонарик.

Да ну?! – воскликнули хором рядом сидящие штурманы Волнин и Зиновьев.

Могу продемонстрировать – я беру цельнометаллический столовый нож за лезвие и отрезаю от ручки несколько кусочком металла. Солидные кусочки, не стружка какая-нибудь. Вот так можно и цель разрезать – точнее поразить. Я включил фонарик в режим меча, с метровой длиной лезвия и аккуратно им отрезал еще кусочек от ручки ножа, после чего выключил фонарик.

Это фокус какой-то – засмеялся штурман Волнин.

Посмотрите на нож, но не порежьтесь – кромки очень острые. Я передал нож Волнину.

Тот посмотрел на остатки ручки ножа – сияет то, как – удивился он.

Молекулярная толщина реза – пояснил я.

Этот инструмент еще нужно в бомбу встроить или ракету, а как ее к цели то доставите? – победно спросил штурман-оператор капитан Зиновьев.

Так с помощью портала ее к цели доставим, а встраивать никуда не требуется – длина лезвия может быть хоть десять км. И мы можем им быстро двигать кругами, крестиками, сеткой, чтобы гарантированно поразить цель. Рисунок формирует компьютер и зону покрытия тоже.

Очешуеть… – пораженно выдохнули штурманы. Майор Пронин задумчиво протянул – так ведь такой штукой тоже кому-то управлять надо. Вот и будем ими рулить.

Да, ты прав, один человек управляет одним окном – назовем его дроном, а штурман-оператор – я кинул на Зиновьева – управляет ударным окном, все как в самолете.

За авиаторов! – воскликнул Волнин и поднял рюмку с ромом.

За авиаторов! – Проревела разогретая компания.

Глава 7

Оснащение порталами ГРУ и СВР

Фурцев познакомил нас с начальником ГРУ Коробовым Игорем Валентиновичем. Встреча была назначена в нашей резиденции Зарядье в Подмосковье. Нас приглашали в резиденцию ГРУ – но мы предложили менее притягательное для иностранных разведок место – нашу базу отдыха в Зарядье. В стиле шпионских детективов на гражданской «Волге» в гражданской одежде прибыл адъютант Коробова Семен Вахмистров. Он прошелся по всем помещениям здания базы со своими помощниками – офицерами ГРУ. Убедившись в безопасности, он позвонил своему начальнику. Затем прибыла машина охраны – микроавтобус Газель. Мы свели командира группы с нашим начальником охраны, с его помощью расставили бойцов по периметру базы. Затем прибыл начальник ГРУ с машиной охраны. Охрана осталась на улице – был август месяц, Коробов и с ним два генерал-лейтенанта зашли в наше здание. Адъютант отрапортовал ему о безопасности здания.

Пойдемте уже в зал – начальник ГРУ приказал адъютанту. Похоже его самого утомили эти пляски с бубнами. Поздоровались, показали наш аппарат – ноутбук с блоком управления порталом, рассказали о возможностях порталов, продемонстрировали его работу наблюдением за обстановкой во дворе базы и ее окрестностях.

Давайте посмотрим в реальности на объект ваших интересов – предложил отец. Назовите его и мы покажем, как установить наблюдение за ним.

Генералы долго переглядывались, потом начали тихо обсуждать что-то между собой. Эта канитель затянулась, я решил вмешаться: «Это пробный и демонстрационный просмотр – можете заглянуть на какую-нибудь свою базу в нашей стране с целью внезапной проверки».

Генералы облегченно вздохнули – давайте на нашу базу в Ростове-на-Дону заглянем – было их решение. Ну вот смотрите – начал я. Перед вами на экране монитора компьютера карта, ее можно отображать в виде глобуса – вот значок на полях. Вы наводите маркер на выбранный район – в данном случае это Ростов-на-Дону, увеличиваете масштаб карты – перед вами подробная карта города. В каком месте ваша база? Офицер ГРУ в гражданском подошел ко мне и попросил – позвольте мне. Прошу – я указал на клавиатуру ноутбука. Выбираете здание, которое собираетесь инспектировать, открываете уже портал над ним – мы задаем обычно высоту открывания 200 метров, подводите с помощью игрового манипулятора окно поближе к зданию. Изучаете его с целью проникновения в интересующее вас помещение. Вы выбрали здание? – обратился я с вопросом к офицеру ГРУ (он пока не представлялся). Игорь, ты выбрал? – задал вопрос начальник ГРУ. Так точно – здание в центре экрана – доложил Игорь. Я повернул экран к генералам, на стене большой монитор дублировал изображение на экране. Вот, теперь открываем портал – вот значок. На экране сразу появляется окошко с изображением – это телекамера через портал показывает нам зону обзора портала. Поверх карты открылось изображение с телекамеры, трехэтажное здание казенного типа.

Так, теперь надо забраться внутрь здания. Предположим, что нам ничего неизвестно, мы тут первый раз. Самое подходящее место окно – вы можете видеть за ним какое-то пространство внутри здания. Сразу вам подчеркну, что сквозь стены это окно не проходит – сразу камере придет каюк. Через окно вы видите, что за 10 метров от портала внутри здания свободное пространство. Даете команду отключить портал – просто еще раз щелкните мышкой или кнюпелем по значку портала. Затем даете команду из меню – переместить окно относительно точки выключения и выбираете расстояние – вот десять метров, щелкаете. Затем снова щелкаете – открываете окно портала. Вот изображение внутри здания. Предупреждаю, что диаметр окна камеры три мм, он хоть и маленький, но заметить его можно. Поэтому окно стоит размещать на темном фоне, чтобы оно было незаметно – объектив камеры черный. Ну и двигать его надо осторожно, можно повредить не только камеру, но и объект исследования. Рекомендуем двигать его либо вдоль потолка, что самое безопасное место, либо вдоль стен. Ну само собой обходить светильники и двери. Если видите следующую точку, то лучше перенести камеру прыжком на нее – так безопаснее. Семен – прошу вас, продолжайте, только помните о травмоопасном окне портала – оно разрежет все на своем пути.

А вы говорили, что можно повредить телекамеру – спросил Семен.

Камеру повредить можно, а окно портала разрежет все, с самим окном ничего не будет. Например, вы проткнете им стену – в телекамеру въедет кусок стены, в стене образуется дырка по диаметру окна.

Понятно – протянули разведчики.

Надо бы вам потренироваться в здании без людей, а то проткнете кого-нибудь – стал опасаться отец.

Выключай портал Игорь – точно, давай в какое-нибудь здание для тренировки бойцов заглянем – отдал команду начальник ГРУ.

Игорь выключил окно портала – спросил генерала – я тогда на полигон перейду?

Переходи, там потренируешься. – отдал распоряжение генерал.

Игорь уже сам перешел на пригороды Ростов-на-Дону, нашел полигон, сблизился со трехэтажным зданием. Подвел портал к окну, выключил его, перепрыгнул на 10 метров внутрь здания с выключением портала.

Все правильно делаю – повернувшись спросил он у меня.

Пока все правильно, действуйте дальше.

Хорошо, двигаем дальше – стал комментировать он. Поднимаем камеру до потолка, ниже его на десять сантиметров, ведем вдоль коридора, комментировал Игорь, ведя рычагом манипулятора вперед. Теперь останавливаемся возле первой двери, поворачиваем к ней камеру – верно, спросил Игорь, глядя на меня.

Верно, двигайте дальше.

Теперь представим, что это закрытая дверь, поэтому ее нужно перепрыгнуть, сделать прыжок на метр – верно? – Игорь снова посмотрел на меня.

Верно, но сначала понизьте немного уровень камеры – в комнате могут быть светильники – подтвердил я.

Так, понижаем уровень еще на десять см, прыжок в помещение. Включаем камеру, крутим вокруг, ничего опасного для камеры нет. Двигаем камеру внутрь комнаты – комментировал Игорь.

Предположим, справа стоит стол с компьютером, вам надо считывать с него информацию – дал вводную я. Вы отводите окно портала к противоположной стенке, маскируете его, чтобы его не заметили. Нацеливаете его на экран, увеличиваете масштаб – зуммируете – так, чтобы было легко читать текст и изображение. Запись автоматически идет в память ноутбука. Так же в память записывается пройденный вами маршрут, поэтому в следующий раз вам нет необходимости проходить весь маршрут, вы можете сразу выйти на любую его точку.

Все понял – подтвердил Игорь. А можно будет увеличить окно портала, чтобы что-нибудь вытащить оттуда? – спросил Игорь.

Можно, но это уже другим порталом с санкции высшего руководства. Это модель СМТН – смотреть можно, трогать нельзя – прикололся я.

Ну тогда все понятно, надо только по практиковаться – отчитался Игорь, глядя на Коробова.

Нам надо обязательно потренировать сотрудников на модели СТМ – смотреть и трогать можно – поддержал меня в шутке генерал-лейтенант Симонов.

Игорь Валентинович, – обратился я к Коробову, дальше обучать ваших сотрудников будут сотрудники нашей службы безопасности – они владеют всеми методиками использования порталов, даже с моделями СТЗМ – смотреть, трогать и заходить можно – продолжил я прикалываться насчет аббревиатур. – Вам продемонстрировал возможности портала, а об его использовании вы подумаете сами.

Согласен с вами, возможности, конечно, фантастические. Мы о таком и мечтать не могли! Надо хорошенько подумать, как их применять наиболее эффективно для безопасности страны – восторженно согласился со мной начальник ГРУ.

У меня предложение. Когда вы будете готовы – у себя всё обдумаете, надо будет провести семинар по применению порталов для обеспечения безопасности страны с высшим руководством ГРУ и нашим участием. У нас есть идеи, как продуктивно использовать порталы для этой цели – подвел итог встречи я.

***

Через неделю нас пригласили на совещание-семинар в ГРУ. На это раз мы с отцом прибыли туда своим ходом на машинах – мы с отцом с охраной на разных машинах, плюс одна машина охраны. До этого наши сотрудники отдела разведки (наше ГРУ, так мы для себя их обозначали), уже натаскали операторов – офицеров ГРУ в работе с порталами: освобождение заложников, уничтожение подводной лодки, уничтожение ракеты в шахте. Ну и конечно более простые вещи – слежение за объектами на улицах и в помещениях, получение доступа к сейфам и хранилищам. У наших ГРУ-шников уже были координаты базы Ванденберг в Санта-Барбаре, в штате Калифорния, США, они организовали экскурсию штаба ГРУ на нее. Показали позиции противоракет, защищающих базу и западное побережье США. Побывали на пункте управления запуском ракет, устроили короткую экскурсию в штаб НОРАД в горе Шаен, который уже практически не используется по назначению. Ну и конечно побывали на авиабазе Малмстром в штате Монтана, посмотрели, затаив дыхание, на работу расчетов МБР. Заглянули в ракетную шахту Минитмен-3 – наши разведчики давно там паслись, координаты были известны. Руководство ГРУ было поражено – какие возможности давали им порталы!

Семинар проходил в помещении совещательной комнаты, по виду я предположил, что это комнаты одного из антикризисных штабов – по стенам были развешаны мониторы, в центре стол большой стол с компьютерными креслами вокруг него, на столе стояли открытые ноутбуки.

Нас подробно ознакомили с возможностью ваших приборов – мы просто поражены. Мы пока еще не можем прийти в себя – у нас «головокружение от успехов», как сказал классик революции. Возможности настолько безграничные, что мы не можем остановиться на какой-нибудь конкретике. У вас большой опыт работы с порталами, прошу вас озвучить ваше видение использования порталов в нашей работе. – произнес вступительную речь начальник ГРУ Коробов.

Разрешите – я начну – предложил отец.

Слушаем вас – подтвердил Коробов.

Мы предлагаем ГРУ взять под свой контроль наземные шахты баллистических ракет Минитмен-3 – это примерно четыреста пятьдесят шахт. ГРУ известна каждая из них. Давайте обсудим техническое задание на прибор контроля и уничтожения ракет – ПКУР, такую аббревиатуру мы придумали.

От них сразу посыпались предложения по ударным средствам – чаще всего мелькало предложение уничтожать ракету ручной гранатой Ф1, из крупнокалиберного пулемета или подствольного гранатомета – колебались по части защиты стрелка от взрыва топлива. Мы с отцом спокойно их слушали, давали выговориться. Наконец все выговорились, начальник ГРУ решил задать вопрос нам – а как вы считаете, какое средство поражения уместно в данном случае? Вы же офицеры запаса ПВО – должны в этом знать толк.

Отец рассмеялся – вы правы насчет офицеров ПВО, но тут все эти знания непригодны. Никакие средства поражения, из названных вами, не пригодятся. Механизм портала сам по себе является оружием. Наши станки ЧПУ используют окно портала для резки металла – отец достал из кармана маленький фонарик и включил его в режиме «кинжал» – зеленый луч длиной тридцать см вытянулся вверх. Вот таким инструментом сквозь окно портала вы разрежете боеголовку ракеты – отец переключил фонарик в режим «Меч» – луч вытянулся на метр в длину. Отключив луч, отец продолжил. Вы можете программно задать места поражения боеголовки – наверняка у вас есть ее чертежи, за секунду мы ее пошинкуем в «капусту», это не вызовет возгорание топлива, вы уничтожите взрыватели и систему управления ракетой – эта болванка нам уже не будет угрожать. Генералы завороженно смотрели на фонарик.

Что – он реально может разрезать ракету? – изумленно спросил генерал-лейтенант Симонов.

Можем продемонстрировать на чем-нибудь твердом. Но лучше поверить на слово – у нас такие штуки стоят в станках ЧПУ и режут металл – попробовал отговорить их отец.

Можно я принесу потенциальную цель? – подскочил генерал-лейтенат Воронов.

Коробов разрешил:

Иди Толя, неугомонный ты наш.

Воронов вернулся через три минуты, неся в руках снаряд от тридцатимиллиметровой пушки:

Это бронебойный снаряд с вольфрамовым сердечником, пороха и капсюля в гильзе нет. Демонстрируйте без опаски – он вручил снаряд отцу.

Отец предупредил – я ровно разрезать не смогу – все же в руке инструмент колышется.

Да режьте как угодно! – воскликнул Воронов, нам результат интересен, а не остатки снаряда.

Ну как знаете – отец включил свой фонарик в режим кинжала и отделил половину снаряда по его оси до пояска расширения гильзы. Смотрит на результат и говорит – я же говорил, неровно получилось. Генералы с открытыми ртами смотрели на половинку снаряда с разрезанным вольфрамовым сердечником, упавшего на стол. Отец передал снаряд Воронову. Снаряд пустили по рукам – отец предупредил – осторожно, края острые как бритвы, не пробуйте их руками – если хотите попробовать – пробуйте карандашом. Генералы было замерли, предупрежденные об опасности, а потом потянулись за карандашами в канцелярском приборе начальника ГРУ. НО! Руки убрали! Рыкнул начальник ГРУ – Растащать карандаши у начальника, только голову отверни – шутливо закончил он. Вот возьмите – он достал из стола коробку карандашей и бросил в центр стола. Генералы похватали карандаши и начали пробовать ими остроту кромок разреза снаряда. Острые кромки снаряда оставляли глубокие царапины на карандашах, снимали стружку с их граней. Потом отошли от шока – да какая разница, какие у них кромки будут – с досадой проговорил Коробов, главное, что боеголовку разрежет в капусту! Он бросил с досадой карандаш:

Товарищи офицеры, у вас в руках уникальное оружие, давайте учиться им пользоваться в полной мере. А то нас занесло – гранату бросить, расстрелять из пулемета… А тут чик – и нет боеголовки.

Я вступил в беседу – мы при модернизации РЛС «Воронеж» использовали в качестве средства поражения крестики десять на десять мм, которые наносились плотным ковром, с не пересекающимся рисунком. Любая электроника, электрика и взрыватели будут выведены из строя, при этом вся конструкция остается целой – что нам и требуется в данном случае. Можем и для ваших ударных средств сделать аналогичный снаряд. Только вам надо будет уточнить его диаметр и длину, для РЛС это диаметр километр и в длину километр – там масштабы космические.

Воронов быстро ответил – максимальный диаметр Минитмэн-3 равен 1.67 метра – нужен снаряд двухметрового диаметра и длиной 6 метров гарантированно уничтожит ракету.

– Хорошо, сделаем – пообещал я.

– Толя, а почему длина 6 метров? – поинтересовался Коробов.

– Так мы же будем открывать окно портала не возле ракеты, а возле стенки шахты диаметром 4 метра, плюс надо будет еще обтекатели прошить. Ну и систему управления ракетой тоже надо уничтожить – а она находится ниже боеголовок. Нацелим портал с высоты кончика ракеты под углом от стенки шахты и одним ударом поразим все компоненты ракеты.

– Гигант мысли ты у нас Анатолий – учитесь у него – шутливо воскликнул Коробов.

– Постойте, получатся вы можете нанести удар по скоплению техники и живой силы противника снарядом диаметром один километр? – спросил генерал-лейтенант Симонов. – Плотным ковром крестиков с размером стороны один сантиметр и глубиной хоть километр? Там же никого в живых не останется!

Да, совершенно верно – подтвердил я.

Так это же штука почище нейтронной бомбы будет! – выдохнул Коробов.

Только технику всю тоже уничтожит и все строения тоже рассыплются. – подтвердил отец. – В отличии от нейтронной бомбы.

Да, это страшная штука, должен я вам сказать – констатировал Коробов.

Остальные генералы молчали, переваривая полученную информацию.

– Так товарищи офицеры, наша задача разведка и уничтожение стратегических сил противника с помощью диверсий. У нас для этого теперь имеется идеальное оружие, с помощью которого мы можем за несколько секунд уничтожит ракетную шахту, а имея координаты всех шахт – за несколько минут уничтожить все ракеты в шахтах. Нам не требуется таких сложностей, какие мы обсуждали с генералом Симоновым – достаточно нанести удар этим снарядом на глубину двадцать метров по крышке шахты и ракета будет уничтожена. Имея координаты шахты, по программе, можно за несколько минут уничтожить все ракеты шахтного базирования. Я правильно говорю? – Коробов обратился к отцу.

– Все правильно – подтвердил отец.

– Тогда нам для этой цели требуется три таких установки с целью резервирования в случает отказа. Этого будет достаточно. Этот вопрос решили – начальник ГРУ встал – предлагаю сделать перерыв на чаепитие. Прошу пройти в комнату отдыха – Коробов указал на дверь.

Все прошли в комнату отдыха, началось рабочее обсуждение проблем за чаем. Отец прилип к кофе-машине, он был заядлым кофеманом, я предпочитал чай.

Симонов подошел ко мне

– Олег Владимирович, а какой максимальный диаметр такого снаряда можно сделать? Теоретически размером с планету – сказал я, – так что надо вам эти установки охранять как зеницу ока. И контролировать персонал, управляющий ими, по всем параметрам психологической устойчивости. Со своей стороны мы жестко ограничим параметры снаряда и зону его поражения, чтобы это оружие могли применить только по назначению в случае ядерной войны или с целью ее предотвращения.

Все генералы замолчали, переваривая услышанное.

– Хорошо, что вы адекватные люди – облегченно вздохнул Коробов. Давайте продолжим работу.

Средства контроля и уничтожения ракет были совмещены нами в одном приборе, только средство уничтожения имело такой же доступ, как ядерный чемоданчик Президента. Оно там было, но воспользоваться им случайно было невозможно. По заказу ГРУ для этих целей мы изготовили около сотни таких приборов со стационарной настройкой мы назвали их СМТН – «смотреть можно, трогать нельзя».

Все перешли в зал совещаний, расселись за столом.

– Следующая наша головная боль и это головная боль нашего генштаба – начал Коробов – это ракетные подводные лодки. Они являются самым опасным средством нападения – могут подобраться к берегам нашей страны и нанести удар ракетами Трайдент-2, каждая имеет восемь или четырнадцать боеголовок индивидуального наведения. Задача ГРУ средствами разведки предоставить ВМФ информацию о предполагаемом районе размещения АПЛ.

ВМФ имеет свою систему слежения, которая включает в себя подводные лодки-охотники, противолодочные самолеты, специальные спутники радиоразведки – охотники за подлодками, они обнаруживают подлодки по изменению высоты морской поверхности при движении подлодки под водой. Но орбиты и время пролета этих спутников американцам известны, поэтому они от них легко прячутся, останавливаясь на время прохождения спутника над районом расположения подлодки. При выходе в район боевого дежурства подлодка замирает, и уже со спутника ее не обнаружить. Обычно в таких местах находятся авианосные соединения, которые прикрывают район боевого дежурства подлодки от авиации противника. Для успокоения могу сказать, что у нас тоже есть подводные лодки и они также прячутся от противника – поэтому и мы и они знаем, что при запуске ракет со своей территории тут же будет дан аналогичный ответ. Нас впечатлил ваш снаряд площадью почти квадратный километр и длиной один километр, хотя тут более подходящий термин глубиной поражения один километр. Вопрос только в том, как нам обнаружить подводную лодку?

– В штабе ВМФ США имеются все координаты подводных лодок? – спросил я.

Большинства из них, они отмечены на оперативной карте, на которой кстати, отмечены и все наши подлодки. – подтвердил Коробов.

Значит, нам нужно установить наблюдение за штабом ВМФ США и получать оттуда оперативную информацию о нахождении всех подлодок США – быстро сообразил генерал Воронов.

Все так, но что-то мне не нравится эта простота – усомнился Коробов.

Если американцы поймут, что информация из штаба утекает, они тут же закроют информацию по ракетоносцам – высказался отец. А сможете ли вы обеспечить закрытие этой информации?

Сомневаюсь – Коробов потер лоб.

Пока надо тихо следить за ними только аппаратом ГРУ, и только при угрозе атомной войны по команде от Верховного уничтожить их – вот только такой выход я вижу – высказал я свое видении.

Да, своих мы можем держать под полным контролем – это без проблем. – подтвердил Коробов. Я вижу тут ситуацию аналогично ракетным шахтам – следить за подлодками, по команде уничтожить. Но все же мне кажется, что надо бы их координаты определять точнее. В первом приближении я предполагал, что мы передаем координаты района нахождения ракетоносца, ВМФ РФ посылают в него свою подлодку-разведчик, которая находит ее и передает нам более точные координаты. Но это чревато раскрытием нашей осведомленности – надо искать другие варианты, без привлечения ВМФ.

А что, если мы блефанем? – предложил отец. Придумаем легенду о новых подводных беспилотниках с неограниченной дальностью движения под водой на глубине километра – чтобы их не могли засечь противолодочные корабли – аналоги «Посейдона», только меньших размеров, предназначенные исключительно для разведки. Они выходят в район дежурства АУГ (авианосной группировки), шумнут там, чтобы обнаружили их наличие, после этого пропадают и через некоторое время – бинго! – ракетоносец обнаруживается. О чем можно сообщить, выпустив буй с передатчиком или просто буй с уголковым отражателем – на радаре он из космоса будет хорошо виден. Как вам такой вариант?

А в чем блеф – я не понял – спросил Коробов.

Они под водой откроют портал и через него выпустят буй – так ведь? – спросил Воронов.

Да, примерно так. Но мы не фокусники – лодку мы сами не найдем. Нужна будет разведывательная глубоководная аппаратура для поиска лодок, способная работать на глубине одного километра – пояснил я. – Без привлечения разработчиков гидроакустической аппаратуры ВМФ нам не обойтись. Ну и это будет не быстро – на это потребуется скорее всего несколько лет. Пока можем предложить только слежение за районом нахождения ракетоносца и нанесение удара по площадям с уничтожением выпущенных ракет. И опять же – вам придется решать вопрос об аппаратуре обнаружения запуска ракет – подвел итог отец.

Да, надо будет еще подумать над решением этой задачи. Как я слышал, в скором времени наше небо будет полностью закрыто ПРО со стопроцентной гарантией?

Надеемся, что за полгода решим эту проблему – подтвердил я.

В таком случае проблема с подлодками становится не такой уж и критичной – поднял бровь Коробов.

Нет, не так – возразил отец. Наше ПРО они не видят. А вот, если они знаю, что мы знаем, где в каждый момент находится их подводная лодка – это совсем другая степень давления на наших противников. Вот тут я даже думаю, что нам нужно блефовать по-крупному – пускай у нас будут разведывательно-ударные подводные беспилотники типа «Посейдон». Они будут способны не только находить подлодки, но и уничтожать их! На это и годы не страшно потратить – за такой период мы сможем с разработчиками ВМФ разработать требуемую аппаратуру и продемонстрировать ее на одном из «Посейдонов».

Я констатирую, что компетенции ГРУ для решения задачи обнаружения подводных лодок недостаточно – подвел итог Коробов. – Надо подключать ВМФ. Мы им дадим районы нахождения АПЛ противника, а дальше они сами будут их искать с помощью своей аппаратуры. Но это, как я понимаю, будет только после раскрытия информации о порталах, не раньше? – Коробов вопросительно посмотрел на нас.

Почему, можно одну-две подлодки оснастить аппаратурой порталов, по аналогии со стратегическими бомбардировщиками, они отработают алгоритм поиска АПЛ, позже установим эту аппаратуру на все лодки – ответил отец.

Разведывательная лодка может, не переходя через портал слушать море и даже включать сонары для обнаружения АПЛ – дополнил я. – Откроет портал диаметром десять метров за двадцать метров от своего носа, и вся ее разведывательная аппаратура начнет действовать в районе нахождения АПЛ противника. Наша лодка в это время будет находиться за много тысяч километров от этого места. Можно для этой цели использовать дизельные подлодки – ту же «Черную дыру». Это решает вопрос о средствах разведки, в таком случае можно обойтись без «Посейдонов».

Интересная тема, но это уже вопрос ВМФ – подвел итог Коробов.

Мы попрощались и отбыли к себе через порталы.

Глава 8

Модернизация подлодок

Встреча с ВМФ по поводу переоборудования ПЛ Б-871 «Алроса».

По приезду в Томск я связался с Фурцевым, описал ему ситуацию с ПЛ. До этого погуглил насчет ПЛ этой серии, нашел, что самая малошумная – Б-871 «Алроса», только что прошла модернизацию, у нее самая современная аппаратура обнаружения ПЛ противника. Поэтому сразу предложил забрать ему эту ПЛ ФСБ для выполнения спецзадач. Мы ее модернизируем, натаскаем экипаж работать с порталом. Фурцев думал недолго – попросил неделю на согласование, сказал, что сразу будет действовать через Президента.

Через неделю позвонил Фурцев, сказал, что Президент подписал указ о передаче ФСБ этой подлодки, сейчас она в Севастополе, пригласил на ее приемку. Я озадачил наших разработчиков, чтобы готовились к командировке. В Севастопольском управлении ФСБ нам выделили служебную квартир для переходов из Томска (они вообще то предполагали, что мы там жить будем, пока в командировке). Как бы это ни было, в понедельник мы с командой были в Севастополе. Со мной прибыли Володя Рогович и Владимир Вакулин – одни Вовки – они занимались модернизацией наших стратегов Ту-160. Я их в Томске озадачил, вся необходимая аппаратура была с ними. До нас в Севастополе побывал Фурцев с главкомом ВМФ адмиралом Константиновым – под роспись ознакомили экипаж с указом Президента о передаче лодки. Командир лодки капитан второго ранга Владислав Рожков был в недоумении – зачем ФСБ подлодка? Но он был человеком военным, лишних вопросов задавать не приучен. Все дали подписку о неразглашении государственной тайны, их проинформировали, что лодку модернизируют и могут перебросить на Дальний Восток или на Камчатку. Теперь нам предстояло это сделать.

Машину для поездки выделило ФСБ, утром прибыли на базу ВМФ. Да, тут как под микроскопом мы выглядим – проворчал Рогович, имея ввиду многочисленных моряков, снующих вокруг по своим делам. Лодка стояла у причала. Встретил нас капитан второго ранга (сокращенно по-флотски кавторанг) Рожков, повел нас на лодку. Вакулин быстро нашел место для размещения аппаратуры портала, оговорил с техниками лодки ее подключение к питанию, привязали вместе с Роговичем координаты портала к лодке, в течение часа закрепили военный ноутбук с аппаратурой портала на металлическом столе штурмана-оператора. Я спросил у Рожкова – весь ли экипаж на лодке и какая готовность выхода лодки в море. Рожков доложил, что весь экипаж на местах, лодка полностью загружена горючим, водой и провиантом. Готовность к выходу один – два часа – надо договориться с буксиром, чтобы он вывел лодку от причала на рейд.

Договаривайтесь, мы выходим в море – дал команду я. Командир связался по рации с базой, обещали в течении часа прислать буксир. Вячеслав Рожков вопросительно смотрел на меня.

Выйдем в море – все объясню – пообещал я. Через час мы уже своим ходом шли в сторону Босфора. Соберите ваших командиров на мостике – попросил я – дам вводную.

Может все-таки сначала меня введете в кус дела? – предложил Рожков.

Легко – согласился я. Есть такая штука у нас – портал называется. Читали наверно фантастику?

Читал – неужели правда?

Правда-правда. Это наша аппаратура, открывающая портал перед вашей лодкой. У нее две функции. Первая – для проведения разведки – окно открыть нужно как можно меньше и как можно дальше от вашей лодки. Так, чтобы ваши сонары и шумопеленгаторы смогли все слышать. Через окно портала мы будем искать ракетные АПЛ противника и устанавливать за ними наблюдение. Вторая функция транспортная – перенос лодки в любую точку мирового океана. Задавайте вопросы.

Вводная ясна, разрешите пригласить наших слухачей и сонарщиков, ну и старпома, конечно.

Приглашайте – согласился я. По громкой связи командир вызвал необходимых специалистов на мостик. Итак, товарищи подводники, ваша лодка будет первой модернизирована для применения аппаратуры порталов. В связи с их секретностью, вам предстоит провести примерно год вдали от порта приписки, будете выполнять боевые задачи в интересах ВМФ России. Порталы – это окна, открывающиеся из одной точки пространства в другую, через них ваша лодка будет переходить в заданный район боевого дежурства, через окно портала будет вести разведку – искать ракетные АПЛ противника. Начнем с задачи разведки – нам необходимо установить оптимальный размер окна портала и его отдаление от носа лодки, чтобы все ваши антенны могли работать на полную мощность.

Не выйдет что-то наблюдать без выхода лодки в заданный район – у нас антенны ГАС по всему корпусу расположены – сразу включился старпом.

Ну выходить, так выходить – не стал я спорить с ними, им виднее. Тогда определим диаметр окна портала для выхода лодки и его смещение относительно ее оси – я указал на стол с прикрученным к нему ноутбуком. Ширина лодки у вас 10 метров, добавим еще десять – диаметр 20 метров достаточен для прохода лодки?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.