Владимир Андриенко
Расследования детектива Мартина: Кровавая дама

Пролог
Пусть говорит Гай Осборн

Мое имя Робинсон и оно вам, возможно, известно в связи с недавним скандалом по поводу публикации повести о кинжале проклятого фараона. Мне стоило громадных трудов и больших денег замять это дело, и с тех пор мои дела как издателя идут не слишком хорошо.

Полгода назад мне принесли первую часть рукописи о загадочном расследовании частного детектива Джеральда Мартина, которое он проводил тайно на территории Египта в далеком 1933 году. Тогда многие, кто имел к раскопкам гробницы проклятого фараона отношение, хотели сохранить те события от широкой публики. И дело было даже не в пропавших сокровищах, хотя они могли украсить лучшие музеи мира, а в таинственном составе, который содержал кинжал «зубы змеи» (Dagger «Snake tooth»).

В 1933 году загадочные смерти на раскопках гробницы удалось сохранить втайне. Было всего несколько небольших заметок в наших газетах и одна большая статья в «Таймс» о предположительной находке гробницы фараона Эхнатона (о самом кинжале в них не было ни слова). Но затем газетная шумиха «заглохла» и больше про это никто не писал.

С тех пор прошло время. Страсти давно утихли и события Второй Великой войны стерли многие барьеры вместе с людьми, которые их создавали. Так в 1946 году появилась повесть под названием «Dagger of the Cursed king» («Кинжал проклятого фараона»).

Рукопись была написана одним из детективов агентства «Мартин», мистером Доном Каром.

Меня она заинтересовала, и я взялся печатать её в моем новом детективном альманахе. И повесть имела успех у читателей. Вернее могла иметь успех, так как мистер Кар неожиданно отказался от дальнейшего сотрудничества со мной. Причин своего отказа он мне не объяснил и покинул Лондон, отправившись в путешествие. А мне пришлось выкручиваться из неприятного положения. Подписчики требовали продолжения истории старинного египетского кинжала. Но что я мог им дать? Кроме самого Дона Кара этой истории не знал никто (так как её главный участник майор Мартин погиб в 1944 году в Нормандии в годы великой войны, исполняя долг офицера королевской армии). И это привело к тому, что повесть осталась незавершенной, а мне пришлось закрыть альманах и вернуть подписчикам средства, что сильно подорвало мое финансовое положение.

Но в поисках развязки тайны проклятого фараона, я познакомился с другим детективом агентства «Мартин». Его имя Гай Осборн. Он бывший инспектор королевской полиции, который с 1932 года бросил службу его величеству и стал частном детективом.

Мистер Гай не смог мне помочь в написании продолжения «Кинжала проклятого фараона», но предложил другую историю из детективной практики майора Мартина. Это история призрака в зеркалах, или как назвал её мистер Осборн «Woman inside the mirror».

Сразу хочу сказать, что мистер Осборн, слишком словоохотлив. Он часто сбивается с основной линии своего рассказа и переключается на совершенно посторонние темы и мне приходится солидно урезать его текст (платить ему я должен за каждую напечатанную страницу). Но он поклялся завершить историю (а не сбежать как мистер Кар) и раскрыть тайну призрака читателям. Хотя хочу отметить, что наученный горьким опытом, я перед выплатой аванса мистеру Гаю подписал с ним особый контракт, лишающий его возможности прервать свой рассказ.

Robinson,

publisher,

London.

Jul, 1948.

***

Итак, пусть говорит мистер Гай Осборн…

***

Разрешите представиться. Мое имя Гай Осборн. И я не писатель, а детектив. И довольно хороший детектив смею вас уверить. Но мистер Робинсон, очевидно, уже упомянул об этом и я не стану повторяться.

Мистер Робинсон, издатель, обратился ко мне с просьбой рассказать о деле в Кровавом замке графа Текели. Это расследование мы вели вместе с мистером Джеральдом Мартином в Венгрии.

Времени с тех пор прошло много и, возможно, сейчас и не помнят ничего о майоре Мартине. Но в 30-е годы он привлек внимание публики как талантливый частный сыщик. О нем много писала журналистка Джессика Лэнг. Хотя уверен, что читателю будет трудно вспомнить не политические репортажи, а детективные истории принадлежащие перу мисс Джессики.

Вы спросите, отчего издатель просил именно меня написать книгу? Ведь это мисс Джессика Лэнг была летописцем майора Мартина, а я до этого никогда не брался за перо. Неужто мистера Робинсона утомила писанина мисс Лэнг? Хотя, сказать по правде, меня самого она всегда раздражала. Слишком любила Джессика разные любовные истории и всегда пыталась показать отношения мистера Мартина с противоположным полом. Мне кажется, что она сама была влюблена в майора и потому чувства считала в своих произведениях самым важным в ущерб детективу. Этого-то ей и не простили читатели.

Но вернусь к мистеру Робинсону. Он отдал работу мне и даже заплатил весьма щедрый аванс. А для человека, имеющего жену, которая постоянно недовольна малыми заработками частного детектива (так ей кажется), это весьма существенный аргумент. Моя Дженни даже улыбнулась, когда увидела разноцветные бумажки английского казначейства.

Но я снова отвлекся, чем могу навлечь на себя неудовольствие моего работодателя. Итак, мистер Робинсон дал эту работу мне. Выбора у него не осталось после того как мистер Дон Кар, мой коллега, покинул Лондон, оставив на меня все дела в конторе. Потому остался только я, кто знает историю Кровавого замка хорошо. Да и старые записи мисс Лэнг были к моим услугам.

Итак, что это за дело, о котором я собираюсь рассказать?

Загадочное и громкое! И не побоюсь сказать, что оно интереснее дела о Проклятом фараоне, за которое взялся мистер Кар. Конечно, кинжал проклятого владыки Египта окружен ореолом древности. Тысячи лет отделяют то время от нашего. Моя история в этом плане скромнее. Но, по моему мнению, это лучшее расследование мистера Мартина!

Тогда дела в детективной конторе шли хорошо. Я с мистером Доном Каром только поступили на службу к майору.

Мистер Мартин заработал крупную сумму и уехал в Венгрию для отдыха. Все дела конторы «Мартин» он оставил на нас с Доном. Он же сам хотел отдохнуть от суеты вдали от крупных городов. И вначале все складывалось удачно. Мистер Джеральд жил в тихой гостинице и наслаждался природой и рыбной ловлей, до которой был большим охотником.

Но так продолжалось недолго. Местный аристократ граф Текели обратился к нему с просьбой разобраться в одном странном и запутанном деле. И мистер Джеральд не смог отказать графу, тем более что дело его самого заинтересовало. Да и заплатил граф слишком щедро за услуги нашей конторы. Так что обижаться нам было нечего…

Guy Osborne

London.

Jul, 1948.

Глава 1
Рок.

Говорит мистер Гай Осборн.

(Год 1932. Джеральд Мартин в отеле «Королевский дуб»)

1

В отеле «Королевский дуб» посетителей тогда почти не было. Это вам не наши лондонские чопорные отели, где вечно царит суета. Джеральд Мартин приехал туда именно из-за малолюдности этого патриархального уголка старой Европы.

Я сам бы сейчас отдохнул месяц в таком местечке. Так далеко от суеты Лондона, от дел, а главное от Дженни. Но мистеру Мартину повезло. Своей Дженни у него не было. Он так и не женился. Хотя поговаривали о его романе с мисс Джессикой Лэнг, но до свадьбы у них дело не дошло. И я часто задаю себе самому вопрос, а могла бы мисс Лэнг стать такой миссис как моя дорогая Дженни? Наверное, нет. Таких женщин, как моя жена не так много. Это только мне так повезло. Вначале я даже заключил слово «повезло» в кавычки, но затем зачеркнул их. Все же она моя жена и у нас дети – две прекрасные дочери.

Но вернусь к мистеру Джеральду Мартину.

Он снял в «Королевском дубе» лучшие апартаменты и предвкушал отличный отдых. После раскрытия тайны призрака невесты мистера Натаниэля Лича предложения посыпались в контору с катастрофической быстротой, и он вынужден был отказывать большинству клиентов, берясь не за самые интересные и загадочные дела, а за самые выгодные в смысле вознаграждения. Ведь последние его громкие приключения ни на грош не обогатили его, хоть и придали его имени сияющий глянец популярности. Но приходилось думать о хлебе насущном (как и мне сейчас). Не всегда в жизни удается делать то, что нравится, или то, что интересно (хотя роль рассказчика мне нравится, скажу вам честно).

Рассказывать об этих делах майора Мартина не взялась даже любопытная Джессика Лэнг. Слишком все было скучно и совсем не горячило кровь читателя. Это были чистой воды интеллектуальные расследования в кожаном кресле без погонь и тайных засад, без страшных загадок и оживших покойников, без убийств и крупных краж, без борьбы за большие наследства и без огненных любовных страстей. Но эти дела принесли мистеру Джеральду больше 30 тысяч фунтов и позволили продлить аренду квартиры на Риджен-стрит 18, нанять небольшой штат в свое детективное агентство в лице секретарши мисс Джинны Рок, и двух детективов: меня, Гая Осборна, и сержанта Дона Кара. И, наконец, осуществить это долгожданное путешествие в полном одиночестве.

Контора Мартина тогда успешно работала и без него.

Три дня мистер Джеральд наслаждался покоем и отличным обслуживанием «Королевского дуба». Он любил посидеть с утра с удочкой у небольшого озера, поболтать после обеда с несколькими постояльцами в гостиной и обсудить последние политические новости.

А обсуждать было что. В Германии снова слышался звон боевого металла, и бравые парни в коричневых рубашках со свастикой маршировали по улицам городов и прославляли смешного парня с усиками по имени Гитлер.

Немец барон Рихард фон Лютцов, здешний постоялец часто спорил с Джеральдом по этому поводу. Он смотрел на Гитлера как на будущего спасителя Германии. А Джеральд смеялся и говорил, что такой человек никогда не станет вождем нации.

Вот и тогда барон увидел Джеральда возвращавшегося с рыбалки и окликнул его:

– Майор! Мистер Мартин! (В прошлом Джеральд Мартин служил в Британской армии. Он был майором в отставке)

– Барон! Вы уже встали? А я думал, что только я здесь ранняя пташка.

– Ранняя, но уже 11 часов утра. Не так и рано.

– Я это сказал, учитывая спор, что вы вели с мсье Ожеро до глубокой ночи. Даже я, выдержанный солдат, устал и отправился спать.

– Да, да, – аристократ поправил очки, – мы немного вчера поспорили, но все равно спать в такой час нельзя.

– А что случилось? – спросил мистер Джеральд.

– А вы не читали свежих газет? Нет? Я так и знал, майор! Не читали! А вот я прочел! И знаете, что там?

– Нет. Теряюсь в догадках, дорогой барон.

– Гитлер получил на выборах 37%! Каково? Не я ли вам говорил, что именно так и будет!

– Ну, это совсем не новость. Такой результат прогнозировали многие. Моя знакомая журналистка мисс Джессика Лэнг сейчас в Берлине. В письме она сообщала мне, что там происходит. Но что дадут НСДАП эти выборы? У социал-демократов и коммунистов все равно большинство. И их коалиция не даст Гитлеру развернуться.

– Вы ничего не понимаете в германских делах, майор. Теперь национал-социалисты возьмут все в свои руки, и вскоре Германия восстановит свое военное могущество.

– Ну, это вы загнули, барон. Усилиться Гитлеру не дадут ни Великобритания, ни Франция. Ни тем более США. Версальского договора никто не отменял, барон. Вы об этом забыли?

– А вот увидите, майор. Англичане и американцы дадут Гитлеру усилиться. Они слепы. Ваш Чемберлен слепец! И можете обижаться на меня сколько угодно, мистер Мартин.

– Это из-за Чемберлена? Увольте меня от обид за этого господина, барон. Но не настолько же он слеп, чтобы допустить новую войну. Перед его глазами опыт Великой войны* (*Великая война – так называли Первую мировую). Вторая большая война никому не нужна.

– Опыт большой войны действительно перед его глазами. Но увидите, что я прав. Гитлер обещал нации войну!

– Войну? Я бы этого не сказал. Войны-то как раз в его предвыборной программе не было, – возразил Джеральд.

– Если вы так говорите, то ничего вы не поняли в его предвыборной программе. Нет, мистер Мартин. Гитлер – это война! И если Германия поставила на него, то Великая война совсем не последняя война в истории, как говорите вы англичане. Кстати, я заболтался, и не сказал вам, что у вас посетитель, и он ждет вас уже больше часа.

– Что? Какой еще посетитель? У меня не может быть в этой части мира никаких посетителей. Ибо меня здесь никто не знает.

– Ну, как же. Граф Валентин Текели сидит в гостиной и не желает уходить, не повидавшись с вами.

– Граф Текели? А кто это?

– Ну, вы меня удивляете, майор. Да вид на его замок как раз с той стороны, где окна вашей комнаты! Его род был весьма известен в Австрийской империи. Текели перешли на сторону османов в те времена, когда великий визирь султана Мухаммеда IV Кара-Мустафа вторгся с огромной армией в Австрию и осаждал Вену в 1683 году! А это потомок того самого графа…

Мистер Джеральд спросил:

– И что ему нужно? Меня же никто не знает в этих краях.

– Граф утверждает, что много наслышан о вас и о том, что вы известный частный сыщик. Неужели это правда, майор Мартин?

– Да, барон, но ума не приложу, как этот совершенно неизвестный мне граф узнал об этом.

– Он долго жил в Лондоне.

– Ах, вот оно что. Что же, пойду знакомиться с его сиятельством…

2

Граф Валентин Текели был немолодым человеком. На вид ему можно было дать лет 60. Он имел довольно крупную комплекцию, хотя старался придать своему телу гордую осанку (я бы побился об заклад, что он носит корсет), и одевался в узкий по моде костюм. Его густые седые волосы зачесаны назад, и пышные бакенбарды придавали аристократу величественный вид. Всякий кто увидел бы графа впервые, сказал бы, что вот истинный образчик уходящей европейской знати.

Увидев майора, он поднялся с кресла и сделал шаг ему навстречу.

– Майор Джеральд Мартин? Не так ли? – граф протянул мистеру Джеральду руку. – Я граф Валентин Текели.

– Рад встрече, господин граф. Чем обязан радости знакомства?

– Вы хотите сказать, какого черта вы мешаете мне отдыхать, не так ли? – Текели улыбнулся. – Ну, ну не смущайтесь, дорогой майор! Я ведь прекрасно понимаю, что вы прибыли в наши места с намерением хорошо отдохнуть и укрыться от надоевшей вам популярности.

– Да, граф. Дела в лондонской конторе совсем вымотали меня. И я решил месяц пожить вдали от Лондона и вдали от Великобритании.

– И я вас здесь достал? Но ваша слава летит впереди вас, мистер Мартин.

– У вас ко мне неотложное дело, не так ли, мистер Текели? Моя слава не так велика, как бы мне хотелось.

– Я прибыл к вам с просьбой, или даже с мольбой о спасении, мистер Мартин. Узнав, что вы гостите в «Королевском дубе» я даже не поверил в это. Но потом понял – это судьба. Она послала мне вас.

– Но я право не знаю….

– Только не отказывайте мне! Прошу вас, мистер Мартин. Только на вас у меня вся надежда! Если бы не безвыходное положение, я бы не рискнул вас беспокоить и прерывать ваш отпуск.

– Ну, хорошо, я выслушаю вас. Прошу в мою комнату.

Мистер Джеральд пошел первым, показывая гостю дорогу. Его совсем не обрадовала эта встреча. Он чувствовал во всем этом подвох и думал, что повторяется Ротервудское дело. Обедневший аристократ снова хочет поднять популярность своего замшелого замка громкой историей с участием частного детектива по фамилии Мартин.

В комнате он усадил гостя на диван, а сам сел в кресло напротив, и предложил графу рассказать, с чем он пришел.

– Я в страшном горе, мистер Мартин. И если бы не крайние обстоятельства, то я бы не обеспокоил вас.

– Прошу вас, граф, перейти сразу к делу.

– Да, да. Я сразу перейду к сути. Мой замок находится здесь рядом. Из этого окна вы можете видеть его башни. Вон там.

– Я видел ваш замок уже не раз, господин граф. Это одна из основных местных достопримечательностей. Хотя еще не имел счастья ознакомиться с его легендами.

– Так вот. Я сам давно не живу здесь. Но замок приносил мне небольшой доход, и я доверил управление им немцу по фамилии Папен, и он отлично справлялся с этим делом. Я получал доход даже в то время, когда доходы многих местных отелей и гостиниц пали. Этот замок в средние века называли Замком крови или Кровавым замком.

– И что?

– Большинство из легенд замка сплошная выдумка. Я, если честно, сам приложил к этому руку, а Папен отличный рассказчик и хорошо продвигал мои истории. Несмотря на послевоенный кризис, сюда туристы ехали, хоть и не в таком количестве, как до войны.

– Вы сами придумывали легенды? – спросил Джеральд.

– Видите ли, мистер Мартин. Я не только аристократ, но и бизнесмен. Я не наследник богатого родового капитала. Мой отец почти ничего мне не оставил кроме титула, и все что у меня есть сейчас, это мое. Это то, что я заработал сам. Я вкладываю деньги в предприятия, которые приносят прибыль. В годы кризиса содержание замка стало обременительным для меня, и я даже подумывал, чтобы продать его. Не было возможности поддерживать это строение, изъяв средства из других моих предприятий. Но легенды позволили замку самому зарабатывать средства и даже содержать здесь штат обслуги. Хотя так было в 1930-ом году. Сейчас в 1932-ом положение стало лучше.

– Но это отдает мошенничеством, господин граф. Простите меня если я слишком резок, – мистер Джеральд никак не ожидал таких признаний в самом начале разговора.

– Да, я признаю, что эти мои действия были не совсем честными, мистер Мартин. Но и вы поймите меня. Продавать родовое гнездо все же не хотелось.

– Хорошо, господин граф. Давайте вернемся к сути нашего дела.

– Год назад Папен внезапно отказался от должности в замке, сославшись на здоровье, и уехал из этих мест. Хотя его жалование было более чем значительным. Подобной оплаты он более нигде не найдет. Я нанял другого управляющего в Берлине. Это был тоже немец по имени Генрих Шлиден, имевший опыт работы управляющего. Он отлично справлялся с обязанностями и первые два месяца, все шло отлично, но затем вдруг внезапно умер от сердечного приступа.

– Его смерть была естественной, господин граф? – поинтересовался мистер Джеральд больше из вежливости, чем из интереса.

Граф Текели ответил майору Мартину на его вопрос:

– Да, мистер Мартин, его смерть была естественной. Сердце у Шлидена действительно было слабое.

– Тогда пока я здесь не вижу ничего криминального. Первый ваш управляющий ушел на покой по старости. Второй умер от болезни сердца. И что?

– Все самое интересное впереди, мистер Мартин. Я нанял в Вене, я много путешествую, нового управляющего.

– И что, он тоже умер? – спросил мистер Мартин.

– Нет. Но через месяц сбежал отсюда и ничего мне не пояснил. Хотя жалеть о нем особенно не стоит. Он не была даже половиной Папена. Затем та же история произошла и с четвертым моим управляющим.

– Я понимаю вас, граф. У вас проблема с управляющими, которые, несмотря на большое жалование, не хотят здесь работать? И, очевидно, связано это с загадочной тайной вашего замка, не так ли?

– Я понимаю вашу иронию, мистер Мартин. Я, будучи в Лондоне, читал рассказ мисс Лэнг «Дело о старом монастыре».

– Читали, граф? Вот бы никогда не подумал, что вы охотник до такого чтива.

– Рассказ не так плох, мистер Мартин. И в нем показаны ваши хорошие качества. Полагаю также, что в этом мисс Лэнг ничего не приукрасила. И вы думаете, что я хочу создать дешевую популярность моему имению? Нет, нет, мистер Мартин. Я достаточно богат и подобная популярность мне ни к чему. Справки о моем состоянии вы можете навести достаточно легко. У меня активы в Венгрии, Германии, Италии. Кризис немного подорвал мой бизнес. Я потерял около 5 миллионов, но банкротом не стал. И сейчас мои предприятия снова набирают силу. А приход к власти Гитлера в Германии поможет мне удвоить капитал. Я предвижу большие военные заказы. Кроме того, мой род очень древний и я занимаю видное положение среди европейской аристократии. Я был принят при дворе короля Италии Виктора-Эмануила III, был частым гостем Альфонса XIII Испанского до его отречения, был принят в Букингемском дворце вашим королем Георгом. Во Франции я почетный гость в самых лучших аристократических домах. У меня хорошие отношения с домом Бонапарт и домом Мюрат. Мать моей жены урожденная принцесса Мюрат. Эти справки обо мне также легко навести, если вы не в курсе аристократической жизни старушки Европы. Вы можете расспросить обо мне у гостящего здесь барона фон Лютцова. Так что я совсем не похож на баронета из Ротервуда из рассказа мисс Джессики Лэнг, мистер Мартин.

– Я не хотел вас обидеть, граф. Я совсем не нуждаюсь в проверке сведений полученных от вас. Я полагаюсь на ваше слово джентльмена, ибо действительно не силен в знании аристократических салонов Европы.

– И это говорит английский баронет? – усмехнулся граф.

– Баронетом является мой старший брат, граф. И титул ему был пожалован за заслуги. Моя семья не принадлежит к наследственной знати Великобритании. Но прошу вас, сэр, продолжайте.

– Я обращаюсь к вам, учитывая вашу репутацию, мистер Мартин. Мне не нужна огласка. Вы ведь здесь не по моему приглашению. Вы на отдыхе и ваш визит в замок никто не расценит иначе, чем просто любопытство туриста.

– Это так, граф, – согласился мистер Джеральд.

– А теперь я вернусь к своему рассказу. Ситуация с замком меня расстроила, мистер Мартин. Без грамотного управляющего замок перестанет приносить доход. И его придется продавать. А при нынешних ценах на недвижимость – это не коммерческая сделка. Его никто не купит даже за половину стоимости. И я решил сам прибыть сюда и посмотреть в чем же здесь дело.

– Вы сами решили разобраться, отчего управляющие отсюда бегут?

– Да. Ведь никто из них не дал мне достаточно вразумительного объяснения. Отчего они оставляли службу?

– А почему вы сделали это так поздно, граф? Почему только после четвертого управляющего?

– Времени все не было, мистер Мартин. Вообще-то этот замок ценен для меня только как наследие предков. Но я откладывал эту поездку довольно долго. И только две недели назад я вынужден был бросить все дела и приехать в родовое гнездо.

– По вашему лицу, сэр, я вижу, что вы прибыли в замок не только из-за проблемы с управляющими. Разве нет?

– Вы правы. Моя младшая дочь попала в беду, мистер Мартин, – произнес граф и замолчал.

– Ваша дочь? А разве ваша дочь живет здесь?

– У меня трое детей, мистер Мартин. Двое детей от законного брака с Антуанеттой Марией принцессой Саксен-Альтенбург, дочерью Карла фон Зигмарингена герцога Саксен-Альтенбурга и принцессы Антуанетты Мюрат, живут со мной. А вот моя младшая дочь от … ну вообще она внебрачная от служанки. И она носит фамилию матери Ришерде. Но я всегда давал деньги на её содержание и просил её мать, когда девочка подросла, отправить её ко мне в Будапешт. Я бы определил её в лучший пансион для девиц. Но она ни за что не соглашалась с этим и держала девочку при себе.

– Стало быть, ваша дочь и её мать жили в вашем родовом замке?

– Да.

– А теперь? Эта женщина еще жива?

– Мать моей Кристин? Нет. Умерла два года назад.

– Но почему вы после её смерти не забрали дочь к себе?

– Кристин сама не пожелала ехать. Больше того, она оказывала неоценимую помощь в проведении экскурсий по замку. Кристин немного странная девушка, но получила сносное домашнее образование. Я заботился об этом как мог.

– Вы нанимали для неё учителей? – поинтересовался мистер Джеральд, как всегда подмечая важные особенности рассказа клиента.

– Да. Сюда приезжали для занятий с ней несколько преподавателей, и я платил им за это деньги. Но мать девушки всячески этому препятствовала. Считала, что её лучше воспитает труд. Тяжелая была женщина. Но какая красавица в молодости! Настоящий бриллиант.

– Я понял, господин граф, что дочь ваша стала неплохим экскурсоводом по замку. Так? – мистер Мартин вернул графа к рассказу. Совсем как издатель мистер Робинсон поступает со мной.

– Именно так, мистер Мартин. И она вполне отрабатывала свое содержание. Но вот недавно я получаю телеграмму в своём офисе в Будапеште, о том, что моя дочь тяжело заболела. И эта телеграмма пришла с припиской об увольнении последнего управляющего.

– А что стало с вашей дочерью, господин граф?

– Она сошла с ума, мистер Мартин. И её пришлось изолировать от общества.

– А где она сейчас?

– В клинике Святой Женевьевы для душевно больных во Франции. Я отправил её туда для лечения.

– Вы упомянули, что ваша дочь была несколько странной и замкнутой? В чем была её странность? Какие проявления?

– Чрезмерное увлечение старыми легендами этого края, мистер Мартин. И врачи объяснили её болезнь именно этим. Да и наследственность от матери… Её мать здесь называли колдуньей. Но в молодости я не обращал на эти слухи внимания. Думал это только зависть красоте. Но она страдала тяжелой формой шизофрении, насколько я помню. Хотя я не медик и не возьмусь об этом судить.

–Но я так и не понял, господин граф, что у вас произошло в замке и чего вы хотите от меня? Пока все случившееся не требует вмешательства частного сыщика.

– Видите ли, мистер Мартин, как я уже сказал, я не хочу обращаться с моим делом в полицию и не могу нанять местных частных детективов в Будапеште.

– Но почему, граф?

– Это может повредить моей репутации и моему бизнесу. Я вхож во дворец к самому адмиралу Хорти¹ и сплетни вокруг моего имени мне не нужны.

– Сплетни?

– Тайна моего замка может бросить тень на мое имя, мистер Мартин. И потому, мне нужен опытный специалист и джентльмен одновременно. Вот почему я так обрадовался когда узнал, что вы здесь!

– Но что все-таки случилось в вашем замке? Я не могу понять, в чем суть вашего дела?

– Вот, – аристократ протянул Джеральду тетрадку. – Прочтите это, мистер Мартин. И если захотите продолжить это дело, то я буду ждать вас в замке завтра утром.

Мистер Джеральд принял тетрадь, а его гость поднялся на ноги и стал прощаться.

– Я думаю, что вы как джентльмен не откажете мне в помощи, мистер Мартин. До свидания!

– Я не могу ничего вам обещать, граф, до тех пор, пока не познакомлюсь с делом поближе. В последнее время мое имя часто использовали для простых рекламных акций.

– Если бы это было так, то я не имел бы проблем, мистер Мартин. Я не нуждаюсь в дешевой популярности, и уже дал вам слово джентльмена, – граф стал сердиться и в его мягком до того голосе появились металлические нотки.

– Я понял вас, граф. Но у меня есть еще вопрос.

– Да, мистер Мартин.

– Ваш четвертый управляющий. Где он сейчас?

– Петефи Шандор его имя, мистер Мартин.

– Он был на месте в своей должности?

– Да. Вполне хорош. Знает историю нашего края и историю Венгрии. А это весьма важно на этой должности, мистер Мартин.

– Он ведь сейчас не так далеко от замка?

– С чего вы взяли это, мистер Мартин? – удивился граф. – Я ведь не говорил вам о том кто он и где проживает.

– Но вы упомянули, что в телеграмме о состоянии здоровья вашей дочери была приписка.

– Да. Приписка о том, что господин Петефи уходит со своей должности.

– Так управляющие больших имений не делают, граф. А это значит, что Шандор Петефи некто из местных интеллигентов, который попал на должность случайно. Вы ведь не стали искать управляющего далеко в четвертый раз, граф? Учитывая неудачный для вас опыт с третьим человеком на этой должности.

– Вы правы, мистер Мартин. Это делает честь вашему уму и убеждает меня, что я не ошибся, обратившись к вам. Шандор Петефи живет недалеко. В соседней деревне. Там его все знают. Он местный чудак.

– Вот как? Если я возьмусь за ваше дело, граф, то я начну с разговора с мистером Петефи.

– Как вам будет угодно, мистер Мартин. Буду ждать вашего ответа в замке Текели. Пока я здесь задержусь. В замке вам окажут гостеприимство, которого вы достойны, мистер Мартин.

Граф Валентин покинул мистера Джеральда и майор Мартин полистал тетрадку. Она была заполнена на английском языке женским почерком и явно принадлежала молодой девушке.

– Дневник Кристин Ришерде, – прочитал мистер Мартин. – Тетрадь сшита из почтовой бумаги графа Текели. На каждой странице родовой герб. И бумага дорогая.

Мистер Джеральд взял трубку и удобно устроился в кресле. Он решил взяться за чтение…

Глава 2
Дневник Кристин.

Из записной книжки мисс Ришерде с пометками майора Мартина.

(О том, что сказала сумасшедшая)

Начало дневника Кристин: Тайна грехопадения

«Я Кристина Ришерде дочь нынешнего хозяина кровавого замка графа Валентина Текели впервые познакомилась с тайнами заключенными в этих стенах, когда мне было всего 16 лет.

Моя мать всегда оберегала меня от них и мечтала выдать замуж за честного и работящего простого парня. Она всегда говорила, что не хотела бы видеть меня за аристократом подобным моему отцу. И всегда твердила, что спасет меня от падения, которое готовит мне отец. Именно поэтому она никогда не соглашалась отправлять меня из замка, где жила и где произошло её падение. Именно так она и говорила «мое грехопадение».

Я с детства трудилась, и долгое время никто не говорил мне, что граф мой настоящий отец. Мать запрещала ему выделять меня среди других деревенских детей, родители которых служили в замке.

Странно, но отец всегда боялся мою мать, и выполнял, то, что она требовала. О моем родстве с графами Текели я узнала совершенно случайно, подслушав разговор кухарок на кухне.

Две деревенские кумушки со смехом и шутками обсуждали мою мать, не стесняясь в выражениях. Я, мне тогда было 16, выбежала к ним и спросила, кто дал им право говорить подобные гадости? Они ничуть не смутились и нагло заявили мне, что не так уж им и много здесь платят, чтобы всякая незаконнорожденная выговаривала им.

– Наши дети, – сказала одна из них, – могут назвать имена своих отцов!

– Что вы имеете в виду? – вспыхнула я. – Мой отец погиб, когда я была совсем крошкой. Моя мать честная женщина!

– Честная? – заголосила другая. – Честная женщина никогда бы не родила дитя вне брака!

– Что? Вы все лжете, мерзкие женщины! Вы наговариваете на мою мать!

– Тогда ступай и спроси у неё кто твой папаша!

Как же мне тогда было плохо!

Я побежала к матери и бросила ей в лицо эти страшные обвинения. Моя мать побледнела и произнесла эти страшные слова:

– Я совершила грехопадение, дочь моя. Они правы! У тебя нет, и не было законного отца!

– Но кто же мой отец? Мама! Кто он?

– Граф Текели!

– Граф? Это тот дядька, что приезжал сюда и дарил мне конфеты? Он?

Вот так я и узнала о том, кто мой настоящий отец. Мать никогда не ругала его, и во всем винила только себя. Отца она называла добрым и мягким человеком. Так и есть на самом деле.

Граф всегда хотел забрать меня к себе, и сделал бы это, если бы мать не препятствовала ему. Тогда я еще могла бы стать счастливой. До того часа, когда узнала страшную тайну этого замка…»

***

Пометки Джеральда Мартина:

Я отложил дневник и задумался.

Есть в её словах некая взрослость. Ведь эти строки написаны девушкой в возрасте 17 лет, судя по датам.

Что могло заставить молодую девушку писать столь обреченно? Тайна замка, выдуманная, для привлечения туристов? Хотя на умы деревенских жителей эти старые сказки действуют безотказно. Местные полуграмотные крестьяне все еще в плену тех средневековых заблуждений. Как все-таки медленно проникает цивилизация в низшие слои. Мы, просвещенные европейцы, по сути всего лишь варвары под тонкой оболочкой цивилизации.

Но посмотрим, что нам порасскажет юная мисс дальше.

Я снова углубился в чтение рукописного дневника девушки.

***

Дневник Кристин: старые письма

«…В сундучке моей матери, куда я залезла без спроса, я нашла связку старых писем. Мама всегда предостерегала меня от подобных поступков, но любопытство захватило меня, и я не могла сдержаться.

Мне хотелось узнать, что там написано, и понять, кто же была моя мать. Старые письма о многом могли рассказать. Почему её называли ведьмой? Я всегда знала её как набожную и благочестивую женщину. Но деревенские женщины часто бросали мне в след оскорбительные слова: «Дитя ведьмы»

И я стала их читать. В большинстве из этих старых листков, написанных еще во время Большой войны, не было ничего интересного. Это были робкие и скромные признания молодой девушки, что писала своему жениху на фронт. Но в 1915 году её жених погиб в Восточной Галиции и именно тогда в замке появился молодой капитан Валентин Текели, который прибыл для лечения в родовое гнездо после ранения. Именно тогда и произошло «грехопадение» моей матери, и они зачали меня.

Но поразило меня иное. Последнее письмо её жениха! Я хочу записать здесь строки из него, чтобы если письмо будет уничтожено матерью, его текст не пропал…

***

«Дорогая, Клара!

У меня предчувствие, что завтра меня убьют. И ничего не могу с собой поделать. Гоню от себя такие мысли, но видно судьбу не обманешь. Нить моей жизни подошла к концу и там наверху уже приготовили ножницы, чтобы её обрезать.

Но не хочу, чтобы ты плакала и пишу этот совсем не для этого. Клара, помнишь о том, что я тебе говорил о древнем проклятии рода Текели?

Твой отец занимался этим, и я был рядом с ним. Хотя у меня не было ни его знаний, ни опыта!

Он умер, не успев до конца раскрыть эту тайну. И он завещал закончить это мне! Я думал, что приду с войны, и мы поженимся. Я был уверен, что мне суждена долгая жизнь, и я не погибну на этой войне. Мы найдем все, что нам оставил твой отец, и будем счастливы!

Имре Текели, скрыл под зеркалами Кровавую даму. И ты сможешь отыскать её. За древним проклятием Кровавого замка кроется совсем иное…»

***

Я, прочитав это, поняла, что здесь скрыта какая-то тайна.

Только много позже я узнала тайну Кровавого замка. Мать рассказала мне спустя некоторое время, что много веков назад граф Имре Текели, тот самый, что запятнал себя предательством и перешел на сторону турок и сражался против христиан, своих единоверцев, соблазнил служанку по имени Клара. Её звали так же, как и мою мать!

И та женщина родила внебрачное дитя. Это была девочка! Граф Имре тогда вынужден был бежать, ибо его союзников турок разгромили, и они ушли из страны. И потому он ничего не знал о рождении своей дочери. Долгое время граф провел на чужбине, пока не умер император Леопольд. Новый император простил изгнанника и вернул ему все земли и титулы. Граф Имре вернулся обратно и посетил свой родовой замок. И здесь, много лет спустя, они встретились – отец и дочь!

Но трагедия была в том, что они ничего не знали об этом. Мать девушки умерла, и умерли все, кто знал о делах минувших дней, и похождениях молодого Текели.

Граф Имре остался таким же, как и раньше. Он был поражен красотой девушки. Но она даже не смотрела в его сторону. «Девушке» был противен этот стареющий аристократ, и она была влюблена в другого «юношу».

Старый Текели, обезумев от желания, решил насильно взять девушку…»

***

Записи Джеральда Мартина:

Я снова отложил дневник.

Снова эти головоломки с древними проклятиями и любовными историями. Джессика Лэнг была бы в восторге, но мне такие дала изрядно надоели. Все-таки это граф хочет подсунуть очередную тухлятину. А может ли быть что-либо хуже, чем раскапывать древние предания и бред помешанной на мистике девицы. Тем более что она сейчас находится в клинике для душевнобольных. И мать её страдала шизофренией. В сумасшедшем доме можно услышать и не такие истории.

Я вышел из своей комнаты и спустился в гостиную. Там как всегда сидели за кофе и сигарами барон фон Лютцов и французский бизнесмен мсье Ожеро. Они как всегда спорили о том, кто виноват в ухудшении франко-немецких отношений.

– А вот и наш дорогой майор захотел к нам присоединиться, – первым заметил его барон.

– Отлично! Мартин как представитель Великобритании поддержит меня.

Но я не был расположен говорить о политике. Я сказал им:

– Господа, я бы с удовольствием поучаствовал в вашем споре, но у меня есть к вам один важный вопрос. Вы хорошо знаете графа Валентина Текели?

– Хозяина близлежащего замка? – переспросил Ожеро и тут же ответил. – Еще бы мне его не знать! Во Франции в Париже он хорошо известен. У него дом на Елисейских полях. И я был в этом доме на торжественном приеме в прошлом году. А с чего вы его вспомнили, Мартин?

– А он богат, этот аристократ? – я проигнорировал вопрос Ожеро и задал свой.

– Еще как богат! Его бизнес связан с моей фирмой, и я знаю о том, что у графа одно из крупнейших состояний в Европе.

– И я скажу тоже самое. Графа Текели знают в аристократических салонах Берлина, – подтвердил барон фон Лютцов слова Ожеро. – Он доверенное лицо адмирала Хорти, а, следовательно, близок к правительственным кругам. Граф сумел заинтересовать вас?

– Пока не знаю, что и сказать. Его дело довольно запутанное и я пока толком не разобрался.

– Как? Граф здесь? – изумился Ожеро. – Но он не живет в деревне!

– Приехал недавно из Будапешта и сегодня был у нас в «Королевском дубе». Ждал нашего майора.

– Вот как! Вы знакомы с графом?

– Сегодня видел его впервые в жизни.

– Ну, если у вашего детективного агентства появились такие клиенты, то ваш бизнес будет процветать, Мартин. Можете мне поверить. Я старый бизнесмен и знаю, что говорю.

– И вы, мсье, знаете о том, что я детектив? – я посмотрел на Ожеро.

– Рассказы вашей приятельницы мисс Лэнг дошли и до нас во Франции. Кто же не узнает майора Мартина. Но я не подавал виду, что знаю вас. Вы же хотели хранить это в тайне, не так ли?

– Да, но мне это не удалось.

– Интересное дело? – спросил барон. – Или это конфиденциальная информация?

– Да дела-то пока и вовсе нет, господа. Но я бы хотел задать вам еще один вопрос. А вы слышали, почему замок называют кровавым?

– О! Естественно! Там граф Имре Текели много веков назад убил молодую девушку и тайно скрыл её мертвое тело в нише за большим зеркалом, думая в ночное время перенести труп в сад и закопать его там. Но когда ровно в полночь граф явился за телом с двумя преданными слугами, то увидел, что ниша пуста.

– Да, так все и было по легенде, – подтвердил слова француза барон Лютцов. – Тело девицы забрал сам дьявол и её душа стала пленницей зеркала. Эти легенды вам в деревне расскажет каждый второй крестьянин. Но в последние лет пять-шесть появились и новые легенды. Очевидно, местные жители придумывают в надежде выудить у приезжих немного денег.

Я был лучше осведомлен, о том, кто и как выдумал эти новые легенды, но естественно ничего говорить не стал. Однако выводы из услышанного сделал. Значит, то, что написала в своем дневнике Кристин, действительно часть старой легенды замка и обоснование страшного прозвища замка Текели – Кровавый.

«А это дело уже засело в моей голове, – подумал я. – Оно уже не дает мне покоя, и даже если я от него откажусь, то постоянно буду думать об этой загадке. Нужно идти и дочитывать дневник сумасшедшей».

– Кстати, майор, а не подключите ли вы к своему расследованию и меня? – спросил Ожеро. – Никогда не участвовал в расследовании преступления.

– И я готов оказать посильную помощь, майор, – предложил фон Лютцов.

– Но никакого дела еще нет, господа.

– Не темните, майор. Не темните, – замахал руками Лютцов. – Вы не зря спросили о загадке Кровавого замка. Это неспроста.

– И я скажу так! – подхватил мысль барона француз. – Здесь какая-то тайна! Мы, конечно, понимаем, что дело ваше конфиденциальное, но мы джентльмены и умеем хранить тайны.

– И вы можете попросить графа, подключить к расследованию и нас! Сделайте это, майор. Я, и старина Ожеро, сможем быть вам хорошими помощниками.

– Три головы лучше одной! – не унимался француз.

Я едва сумел сбежать обратно к себе в комнату и там вернулся к прерванному чтению и снова погрузился в тайный мир Кристин Ришерде. Двое постоянных спорщиков действительно неплохо знали здешние легенды, и история графа Имре оказалась именно такой, как они говорили…

***

Старый Текели действительно в порыве дикой страсти изнасиловал и убил собственную дочь. Затем он пришел в себя и скрыл труп в тайной нише, скрытой за большим зеркалом, о которой знал в доме только он. Ночью он собирался вынести труп в сад и закопать его при помощи своих преданных слуг, с которыми судьба носила его по чужбине, и которым он вполне доверял.

Но тела в нише не было! Кто мог его забрать? Ведь граф думал, что его никто не видел! Хотя в замке тогда было более 30 человек обслуги и охраны.

Пока Текели стоял у ниши, и соображал, в зеркале, которое служило дверью, слуги с другой стороны, увидели окровавленное тело вместо своих изображений!

***

Дневник Кристин: смерть «ведьмы»

«Граф Имре отскочил в сторону и посмотрел на своих слуг и сообщников.

– Что такое? Почему ты кричал, Герек? Я же приказал не привлекать внимания! У нас тайное дело!

– Там, – побелевшими губами произнес тот и указал пальцем на зеркало.

Текели посмотрел в него и увидел в свете двух свечей сиреневое облако. Там что-то растворилось в тумане преисподней! Своего же отражения он не наблюдал! Зеркало было дверью в потусторонний мир!»

***

…Моя мать считалась в этой деревне ведьмой. И её редкую женскую красоту также приписывали козням дьявола. Я теперь понимаю, что многие женщины в деревне попросту завидовали ей, видя какие взгляды их братья, сыновья и мужья бросают матери вслед.

Мать говорила мне, что «мертвая девушка», исчезнувшая в старом зеркале перед своим уходом прошептала, что «она» вернется и венчает достойного. Вернется через несколько поколений, и снова прольется кровь. Это слышали слуги графа.

На том кровавая история и закончилась. А все подробности, что прилипли к ней потом, чистой воды домыслы досужих людей и деревенских кумушек. Мать говорила, что оправдание названия Кровавый у этого замка не в прошлом, а в будущем.

И она считала себя Кларой! Воплощением той самой Клары, что родила дочь графу Имре Текели. И с юности знала, что если родит дитя от потомка Текели, проклятье вырвется наружу. Она так надеялась все изменить и выйти замуж за своего суженного. Но парень погиб на фронте. И молодой капитан Текели зачал ребенка, и она выносила его в себе.

Я думала, что мать не посылала меня к отцу, боясь, что тот также поступит, как и его предок. Но накануне смерти она призвала меня и сказала:

– Дочь моя! Она может вырваться на свободу. Берегись её.

– Кто она, мама? – не поняла я.

– Та девушка.

– Девушка?

– Дух, заключенный в зеркале, хочет вырваться на свободу. Ты ведь помнишь легенду? Я умираю и не смогу более охранять тебя, дитя мое.

– Охранять от кого, мама?

– О той, кто должен вернуться. От той несчастной, которую лишили даже могилы. Она не обрела покоя.

– Но как она могла вернуться? Ведь она умерла несколько сот лет назад.

– Ты забыла дочь моя, что не могут вернуться только те, кто был погребен в земле и кто примирился с господом. Но она не была похоронена по христианскому обряду! Нет! Её пожрало зеркало. А это двери в потусторонний мир.

– Зеркало? – недоумевала я.

– Ты видела, что неделю назад слуги достали старинное венецианское большое зеркало?

– Да, мама. Но что из того?

– Таких зеркал в замке несколько. И если появилось одно, то появятся и другие. В зеркале я увидела её!

– Кого, мама?

– Девушку, убитую Текели. Она – Кровавая дама.

– Кровавая дама? Какое страшное имя.

– И она сказала, что мои дни сочтены. И вот я умираю. Но потом она примется за тебя. Это будет после… Не сейчас… Но это будет…

– Давай уедем из этого замка! Чем дальше от него, тем безопаснее.

– Нет! Дочь моя, нет! Зеркала есть везде, и она везде найдет тебя. Больше того, здесь в замке самое безопасное место. Служанка, что видела призрак вместе со мной, сбежала отсюда, но это не спасет её.

– Служанка? Ты о чем? Какая служанка? – я не поняла, что хотела сказать моя мать. Я даже подумала, что она стала заговариваться.

– Я не сошла с ума, дочь моя. Я говорю о девушке, которая служит в замке. Или будет служить. Не могу сказать точно. Но знаю, что за ней придет смерть.

– Мама! – я страшно испугалась тому, как мать побледнела, словно увидела кого-то незримого для меня.

– Они… они…. Не дают мне сказать…

Больше моя мать ничего не произнесла. Это были её последние слова, и в её глазах застыл ужас. Она умерла…

***

Пометка Джеральда Мартина:

Дальше в дневнике на 40-ка страницах не было ничего особо интересного. Это редкие записи девушки, сделанные в течение двух лет. Хозяйственные заботы и проведение экскурсий занимали все её время.

Похоже, Кристин вполне успокоилась и выбросила из головы страшные слова своей матери. Больше того, она совсем не упоминала о кровавой легенде. Но последние записи заставили меня насторожиться.

***

Дневник Кристин:

«22 мая 1932 года.

Сегодня с ужасом узнала, что Сара Хем, служанка замка, умерла ночью с 20 на 21 число. И слухи о её смерти пошли такие, что в деревне только и разговоров было, что о ней.

Женщина была убита в своей комнате. Мать Сары обнаружила её утром сидящей перед зеркалом и в её горле торчали большие ножницы. Полицейский врач констатировал самоубийство. Женщина покончила с собой таким страшным и неестественным способом. Но очевидцы говорили, что на её лице застыл такой ужас, что её тело хоронили в закрытом гробу. Неужели моя мать была права? Неужели нельзя скрыться после того как Кровавая дама явилась тебе?»²

***

Christine Diary:

«25 мая 1932 года.

Вечером, когда заходило солнце, я прошла в библиотеку, прихватив с собой подсвечник. Мне нужно было поискать свидетельства, где находилась та самая дверь с зеркалом, где Текели и его слуги впервые увидели отражение. Я не могу объяснить, зачем мне это было нужно.

Я просто решила найти место, где было совершено страшное преступление.

Старинные рукописи того периода никто и никогда не разбирал со времен 1850 года, когда в замке работал профессор из Вены. Искал какие-то свидетельства из истории рода Текели. Именно он и навел порядок среди рукописей и кое-как структурировал их.

В разделе XVII века множество исторических документов, в основном писем и жалованных грамот. Но даже намека на преступление графа Имре Текели в них нет. Кажется, что вся эта история с мертвой девушкой и отражением в зеркале, сплошные выдумки.

Я просидела в библиотеке до глубокой ночи и свечи почти совсем догорели. Затем я поднялась и пошла обратно в свою комнату. В коридоре никого не было. Все слуги давно спали. А смотрители находятся далеко и ночью никогда в это крыло не заходили. Я шла спокойно – дорогу могла найти с завязанными глазами. Вся моя жизнь прошла в этих стенах.

Но, проходя мимо старой статуи, которая стояла у большого рыцарского зала, я заметила, как по стене промелькнула тень. Я вздрогнула и посмотрела туда, но ничего не увидела. Должно быть мне показалось. Так я тогда подумала. Однако я решила осмотреть все вокруг на всякий случай.

Коридор в том месте имел ответвление и уводил в бывшее помещение кордегардии. Со времен средних веков помещение никто не занимал. И двери туда всегда были заколочены. Но в тот раз меня удивило странное обстоятельство. Двери в бывшую кордегардию былиоткрыты.

Я хоть и страшно боялась, но решилась туда войти. Помещение пустое без мебели. Звук моих шагов гулко отдавался под сводами и три практически догоревшие свечи едва освещали набольшую площадку, где я проходила.

На стене – зеркало! Одно единственное, что вообще было в комнате. Громадное старинное зеркало. Я приблизилась к нему и своим платком стерла пыль с небольшого участка зеркальной поверхности.

В тусклом свете я увидела свое лицо.

«А не то ли это зеркало, которое я искала? – мелькнула мысль в моей голове. – Может быть, именно в этой комнате старый предатель Текели спрятал труп своей юной жертвы».

К моему ужасу, через несколько мгновений в зеркале появилось изображение бледной особы со слипшимися от крови волосами. Я резко обернулась, думая, что эта фигура стоит за моей спиной. Но там никого не было. И только тогда я осознала, что изображение фигуры появилось вместо моего собственного лица!

– Кто ты? – решилась спросить я.

Она ответила мне так:

– Кристин в зеркале явись.

Кристин в зеркале проснись.

Кто услышит голос тот,

До утра не доживет!

Я сбежала, и сама не знаю, как оказалась у себя. Я заперлась к комнате и до утра не сомкнула глаз.

Утром я обратилась к Рошу. Это старик, служащий в замке с незапамятных времен. Он был там еще, когда моя мать была молода, и я даже не знаю, сколько ему лет сейчас.

Меня интересовал вопрос, кто открыл давно заколоченную комнату. Он ответил, что ни о чем таком даже не слышал. Мы вместе с ним прошли к месту, и я с удивлением обнаружила, что комната заколочена!

– Сюда никто не заходил уже лет 200, – проговорил Рош. – А зачем вам эти комнаты, молодая госпожа?

Я не знала, что ответить, и говорить о моем посещении бывшей кордегардии ночью не хотела. Меня могли посчитать сумасшедшей. Я объяснила Рошу, что эта комната может представлять интерес для проведения экскурсий.

Затем я попросила вскрыть комнату и осмотрела все внутри. Никаких следов зеркала там не было!

Спрашивается, где же я была ночью и кого видела в старом зеркале. На моем платке до сих пор есть следы пыли и грязи, что я стерла с его поверхности. Не могло же это всё мне просто показаться?»

***

«2 июня 1932 года.

Долго писать не могу. Она пришла за мной, и я должна пойти с ней.

Кристин в зеркале явись.

Кристин в зеркале проснись.

Кто услышит голос тот,

До утра не доживет…»

***

На этом дневник молодой девушки обрывался.

Глава 3
Замок Текели.

Говорит Гай Осборн

(Год 1932. Джеральд Мартин в замке Текели)

Я прочитал записи мистера Мартина с громадным любопытством, и мне это дело открылось с иной стороны. Я некогда рассказывал про него моей Дженни. Но тогда я не был объективен. Хотя зачем Дженни была моя объективность? Она совсем не ждала от меня объективности. Она ждала любовной истории. И отчего все жены так любят любовные истории?

Но мистер Робинсон против того, чтобы я отвлекался от основной темы. И потому продолжу.

1

Утром мистер Мартин нанял через хозяина гостиницы «Королевский дуб» повозку и отправился в деревню для разговора с мистером Петефи Шандором (венгры всегда ставят впереди фамилию, а не имя как это делаем мы англичане). Он решился взяться за дело и добровольно отказался от своего отпуска.

Возница, который его вез, отлично знал чудака Шандора.

– Его там всякий знает, – сказал он перед отъездом.

Мистер Мартин пожалел, что не сможет расспросить его по пути. Возница не знал английского, а мистер Джеральд не говорил по-венгерски.

– Он должен довезти меня до места и подождать. Переведите ему, – майор обратился к хозяину гостиницы.

Тот все сделал и успокоил лондонского гостя:

– Он вас будет ждать, сколько нужно, сэр.

– Я заплачу ему соверен за услуги.

– О! Целый соверен? Это много мистер Мартин. Но это ваше право. Однако позвольте мне самому выдать ему средства вместо вас. Я поменяю английский соверен на наши купюры. Для этого парня так будет гораздо удобнее, мистер Мартин.

– Пусть так.

Через полтора часа повозка доставила детектива до места. Шандор Петефи жил в небольшом доме в самом центре деревни. Дом был добротный и покрыт хорошей черепицей, что говорило о достатке хозяина по деревенским меркам.

Майор Мартин дернул несколько раз колокольчик, и старая служанка отворила ему двери. Он назвал имя Петефи, и она проводила его к хозяину.

Им оказался небольшого роста худощавый пожилой человек со скуластым лицом, обрамленным аккуратной бородкой. На его тонком с горбинкой носу были старые очки в серебряной оправе.

– Mister Petefy? My name is Martin. I am detective from England³.

Старик ответил по-английски:

– Could you repeat your name?⁴

– My surname is Martin⁵.

– Мартин? Простите, сэр, но я вас не знаю. Кто вы такой, сэр?

– Я детектив из Лондона.

– Вот как? И что вы ищете в такой дыре как эта, на задворках Европы, сэр?

– Я работаю на графа Текели.

– Ах, вот оно что! Вы прибыли по приглашению его светлости? Тогда все ясно. Я Шандор Петефи. Учитель.

– Учитель?

– Да я работал в местной школе учителем долгое время. Больше 20 лет, сэр.

– Но я прибыл к вам по другому делу.

– Я все понимаю, мистер Мартин. Прошу вас садиться. Вот в это кресло, сэр. Здесь вам будет удобно.

– Спасибо, мистер Петефи.

– Чаю, сэр?

– Не откажусь, мистер Петефи.

Хозяин дома распорядился приготовить чай.

– Вы прибыли по поводу моего отказа быть управляющим. Мистер Мартин?

– Да, мистер Петефи. Меня это удивило.

– Почему?

– Ведь ваше жалование в замке было намного выше жалования учителя в школе.

– Конечно. Во много раз выше. Но что такое деньги в моем возрасте, сэр? Когда я был моложе, меня можно было им соблазнить. А теперь мне хватает моей небольшой пенсии и мне нравиться жить в этом живописном уголке на покое.

– Но вы зачем-то приняли предложение графа занять место управляющего, мистер Петефи.

– Принял. Мне стало интересно, сэр. Однако замок скоро меня разочаровал.

– Чем, же, мистер Петефи?

– Вам, молодому человеку, это трудно будет понять, сэр. Вы привыкли к жизни в шумном большом городе. А я нет.

– Но замок Текели не город.

– Суета замка слишком утомила меня. И участвовать в склоках между обитателями замка мне не хотелось. Вот я и подал в отставку.

– Склоки? Я бы хотел знать про это подробнее, мистер Петефи.

– Вы знаете, что такое мирок слуг в большом знатном доме, сэр? Это своя борьба за влияние и за привилегии. А поскольку хозяина замка почти никогда нет, то местные «светила» это экономка и внебрачная дочь хозяина имения.

– Кристин Ришерде?

– Именно она, сэр. Она ведь хоть и дочь графа, но внебрачная. Потому они с экономкой никогда не мирились. Тем более что экономка также из аристократов.

– Вот как?

– Она русская. И как многие русские знатные люди потеряла в России всё. Вот и мечтает поправить здесь свои дела.

– А почему экономка враждовала с Кристин, мистер Петефи?

– Каждый видит будущее замка по-своему, мистер Мартин. Кристин Ришерде довольно умна, но слишком погружена в тайны старинного родового гнезда. Хотя мало кто так знает историю рода Текели, как она. Можете мне поверить. А я кое-что понимаю в этом, сэр.

– Замок ведь приносит прибыль, мистер Петефи?

– Старые легенды хорошо продаются, мистер Мартин. Особенно такие, в которых замешан дьявол и в которых много крови. А этот замок называют Кровавым замком.

– И называют заслуженно?

– Нет, сэр. В любом старинном замке крови пролилось не меньше, чем в этом. Но легенда Имре Текели сделала свое дело.

– А вы сами, как я вижу, в это не верите, мистер Петефи?

– Кто может разобраться теперь что там правда, а что вымысел. Я недолго прослужил графу Валентину в должности управляющего, и мало что смог понять. Да не очень и хотелось рыться в пыльных родовых архивах. Я уже стар, сэр.

– Значит, вы ушли не из-за какого-то проклятия?

– Нет, сэр. С чего вы взяли? Я не так долго занимал свою должность. А когда молодая барышня повредилась рассудком, я решил там более не оставаться.

– А из-за чего Кристин стала сумасшедшей?

– Она совсем не сумасшедшая, сэр. Но она унаследовала от матери какую-то психическую болезнь. Мне трудно это вам объяснить, сэр.

– А вы слышали о Кровавой даме, мистер Петефи?

– Кто этого не слышал в округе, сэр. Это легенду знают все. С тех пор предка нашего графа называют – злодей Имре. Хотя злодеем он не был. Это обычный политик того времени.

– Но он предал свой народ?

– Что? С чего вы взяли, мистер Мартин?

– Но он перешел на сторону турок? Разве нет?

– Мистер Мартин, Имре Текели разочаровался в той политике, которую вел в отношении Венгрии австрийский император. И Имре перешел на сторону султана и стал князем Верхней Венгрии в 1682 году. Какая венграм разница австрийцы или турки? И те и другие завоеватели. И те и другие навязывали свою волю. Правда, австрийцы одной с нами веры, а турки магометане. Из-за этого Имре и назвали предателем, сэр.

Джеральд Мартин скоро понял, что этот старик или слишком мало знает или не желает ничего рассказывать. И его можно было понять, зачем ему вмешиваться в дела, которые могут принести только неприятности?

Задевать высоких особ всегда было делом хлопотным. Потому Джеральд отдал должное хорошему английскому чаю, приготовленному служанкой, и простился с мистером Петефи Шандором…

2

Замок графов Телеки – старинное гнездо древнего феодального рода. Звучит банально не так ли? В любом путеводителе вы сможете найти такую вот фразу, которая не говорит ни о чем. И мне трудно с нескольких словах дать описание этого строения так, чтобы читатель смог понять, что такое цитадель Текели.

В нашей Англии больше не осталось таких. Не хочу сказать, что у нас нет замков. Есть и даже весьма старинные, но современность наложила на каждый из них свой отпечаток, а от грозных стен и башен Кровавого замка словно веяло седой древностью. Я сам впервые увидел его в лучах заходящего солнца и вершины шпилей и башен стражи окрасились тогда в кровавый цвет. Смею вас уверить – замок оправдывал свое название.

Основные строения были на горе. И там располагались покои хозяина и церковь. Ниже были помещения для слуг и многочисленной челяди Текели. Затем шла крепостная стена с башнями. С севера располагался старый подъёмный мост, который теперь был все время опущен.

Местный деревенский гид тогда сказал мне, что с этой стороны замок пытались взять османы, пока предатель Имре Текели не сговорился с ними. А это было время больших потрясений. Османы пытались покорить Европу и всюду насадить ислам.

Но снова мистер Робинсон заставляет меня вернуться к основной теме…

***

Джеральд Мартин прибыл в замок Текели утром. Он беспрепятственно прошел через ворота, миновал гараж и через парк поднялся к главному зданию.

Высокий слуга в ливрее с галунами, словно сошедший с картины, осведомился на хорошем английском языке:

– What can I do for you, sir?⁶

– My name is Gerald Martin. I would like to see the сount Tekeli. His Excellency is waiting for me⁷.

– I've been warned about your visit, Mr. Martin. His Excellency is waiting for you! Please follow me⁸.

Внутри (нам много времени придётся провести в замке) замок был еще живописнее чем снаружи. Здесь вас поражал контраст. Контраст между старым и новым. Если снаружи это было древнее строение, словно картинка из учебника по истории средних веков, то внутри было видно, что ныне ХХ век, а не XVI.

Впрочем, я еще вернусь к замку, а сейчас спешу познакомить вас с тем, как встретились граф и мистер Мартин. Этого желает мистер Робинсон.

Аристократ принял майора в своем кабинете.

– I see that you are interested in the case, Mr. Martin?⁹– Текели поднялся со стула, вышел из-за стола, и протянул Джеральду руку.

– I am glad to welcome you, Your Grace, – мистер Мартин пожал протянутую руку. – I really came to take up this case¹⁰.

– Но тогда пропадет ваш отпуск? Не жалко?

– Жалко или нет, но дело меня заинтересовало. Я прочел дневник вашей дочери.

– И что скажете, – граф показал Мартину на свободный стул. – Прошу садиться.

– Благодарю вас, граф – мистер Джеральд сел.

– Итак, что же вы скажете по поводу прочитанного?

– Я хочу сразу вам сказать, граф, что не верю в мистику.

– Вы человек рационального склада, мистер Мартин. Это я понял сразу. Но разве обстановка замка не располагает вас к вере в потусторонние силы? – граф внимательно посмотрел на мистера Джеральда.

– Да. Ваш замок производит довольно мрачное впечатление, хотя я видел его лишь поверхностно. Но громада стен и обилие комнат и переходов давят, словно ты в лабиринте у какого-то чудовища.

– Как вы точно это подметили, мистер Мартин. И мне самому этот замок напоминает лабиринт тайн и загадок. Вот отчего я очень не люблю этот дом моих предков. Так вы поможете мне разобраться с тем, что произошло?

– Да. Я возьмусь за дело, граф.

– Буду вам признателен и вот, – он протянул Джрельду чек на две тысячи фунтов. – Это аванс за ваши услуги, мистер Мартин. Вы можете обналичить чек за моей подписью в Венгрии, Германии, Франции или у себя в Англии. Где вам будет удобно.

Мистер Джеральд принял чек и поблагодарил графа. В этот момент он обратил внимание на большой портрет как раз позади кресла графа Валентина. На нем был изображен молодой приятный мужчина в старинном роскошном костюме алого бархата с золотым позументом.

– Могу я спросить кто это, граф?

– Это и есть тот самый Имре Текели, мистер Мартин. Тот самый с которого все началось.

– Портрет старинный?

– Да. Он написан с оригинала. С настоящего графа Имре. Вы полагаете, здесь пахнет преступлением? – спросил Текели.

– Целью каждого преступления служат деньги или другие ценности, которые можно продать за деньги. Вы богатый человек и как раз подходящий объект для преступников.

– Ах, если бы все обстояло, мистер Мартин. Тогда я бы успокоился. Преступник, который охотиться за деньгами, мало меня пугает.

– Вот как? Вы напрасно так думаете, граф. Я часто по роду своей деятельности сталкивался с такими людьми. И скажу вам, они опасны.

– Возможно, мистер Мартин.

– А что вас пугает больше, граф?

– Преступления, задуманные из мести, мистер Мартин. У меня много врагов. Я по роду своей деятельности был причиной разорения многих здешних жителей. Хотя я всегда помогал беднякам этой округи. Но люди так неблагодарны. Они помнят лишь зло.

– Мне нужно ваше содействие и информация, граф.

– Все что хотите, мистер Мартин. И если вам удастся разрешить это дело, то я выплачу вам еще 10 тысяч фунтов. Итак, что вас интересует?

– Какова доля вашей внебрачной дочери в наследстве вашего имущества? – сразу же спросил Джеральд. – У вас ведь уже есть завещание, не так ли?

– Кристин получит, если пересчитать на английские фунты, 200 000. Это значительно меньше, чем получат мои законные дети и поэтому они не могли посягнуть на её долю. И я хотел бы, мистер Мартин, чтобы вы не травмировали моих детей подозрениями. Это мое единственное к вам условие.

– Я и не думал подозревать ваших детей, граф. Сейчас меня интересует доля Кристин. Вы проявили щедрость, и за такой куш найдется много людей, что начнут рискованную игру за наследство.

– Но я еще жив, мистер Мартин. И пока не собираюсь умирать. Хотя часа своей смерти не знает никто. Но все же я не глубокий старик и обладаю крепким здоровьем. Так что мне не совсем понятны ваши предположения.

–Я только выстраиваю пробную версию, господин граф. Для того чтобы что-то предполагать, нужны факты и проверка множества ниточек. Расследование, я чувствую, будет долгим.

–Вы предпочитаете остановиться в моем доме?

–Да, я бы хотел пожить в замке. Это удобно?

–Конечно, мистер Мартин. Я буду только рад, если вы остановитесь здесь.

–Благодарю вас, граф.

–Апартаменты для вас уже приготовлены, мистер Мартин. Рад, что вы станете жить здесь. Это честь для родового гнезда Текели.

–Ваше внимание честь для меня, граф.

–Лучшие апартаменты в моем замке для вас, мистер Мартин. В этом можете не сомневаться.

Мистер Джеральд поблагодарил графа Валентина еще раз:

–Вам не стоило беспокоиться, граф. Я скромен в быту как бывший солдат. Да и к роскоши не привык…

3

Отобедал мистер Джеральд вместе с графом в столовой и после отправился в библиотеку. Провожатым его выступил старик Грегор, приставленный к нему слуга графа. Он жил в этом замке уже полвека и поэтому выбор мистера Мартина остановился на нем.

– This is the library of the castle, Mr. Martin (Вот здесь наша библиотека, мистер Мартин), – слуга отворил двери и пропустил мистера Джеральда. – Но разобраться с ней – нужно много времени. Помещение-то какое. Посмотрите!

Мистер Джеральд обвел взглядом длинные ряды тяжелых книжных шкафов. Освещение в большом помещении было крайне скудным, и потому оглядеть все пространство библиотеки трудно, концы его терялись в густом сумраке.

– Но я многое могу вам рассказать, мистер, – сказал слуга и взял со стола какую-то книжечку. – Вот здесь кое-что написано о структуре библиотеки. Еще молодая барышня составляла. Когда здорова была.

– Каталог? – мистер Джеральд заинтересовался книжечкой и взял её в руки. – Это может пригодиться. Хотя я еще не собирался рыться в книгах. Я просто решил начать ознакомление с замком именно с библиотеки. Сюда часто заходят?

– Нет. Совсем редко, после того, как молодая барышня уехала во Францию в больницу. Слугам-то библиотека без надобности. А вот барышня часто захаживала. И ночами здесь сидела.

– А вы знаете барышню хорошо?

– Еще бы мне не знать! Она здесь всю свою жизнь прожила. С самого рождения. И её мать я знал хорошо. Слова плохого не могу сказать. Весьма достойная была женщина и молодая барышня такая же. Спокойная, умная, вежливая. Многие из здешних обитателей искренне переживали, когда с ней случилось несчастье. Хотя есть и такие которые говорят, что она ведьма, как и её мать.

– Ведьма? – поинтересовался мистер Мартин.

– Сами знаете, мистер, все непонятное невежественные люди приписывают колдовству. Да и завидовали на её красоту. Вот молодая кухарка Глэдис, прямо ненавидит барышню.

– Ненавидит? За что?

– Барышня красива, а Глэдис нет. Вот вам и причина. Хотя конечно кухарка не выказывала своей ненависти слишком явно. Все же она прислуга в замке, а барышня дочь хозяина.

– Скажите, Грегор, а многие слуги сбежали отсюда за последнее время?

– Сбежали? – старик искренне удивился. – Да вы что. Кто же отсюда сбежит. Я получаю жалование армейского полковника. Лакей, при замковом отеле, жалование майора. Кто от такого побежит? И куда? В деревне нищета, а если уехать в город, то где найти хорошее место? Это не столь просто.

– Но эти слухи о потусторонних силах и все такое, Грегор.

– С этим можно жить, мистер Мартин. Я вот уже столько лет живу и ничего. Да и половина этих рассказов досужие выдумки. Хотя встречаться с Кровавой дамой я бы никому не посоветовал и вам в первую очередь.

– Кровавая дама, это та, кого, согласно легенде, убил один из предков графа?

– Именно она. Встреча с ней не сулит ничего хорошего. Но вы, я вижу, совсем не верите в привидения, не так ли, мистер Мартин? – старик лукаво улыбнулся.

– Нет, но зато я верю в человеческую жадность. А она порождает самые страшные привидения, – загадочно улыбнулся Джеральд в ответ.

– Туристы часто посещали замок именно для встречи с Кровавой дамой. Не все конечно, но были именно такие. Повидал я этой публики на своем веку.

– Сами хотели видеть привидение?

– Именно, мистер.

– И видели?

– Кровавая дама является не каждому, мистер Мартин. Но многие из таких потом утверждали, что видели призрак в зеркале.

Затем Грегор предложил показать мистеру Джеральду парк.

– Не желаете ли осмотреть его, сэр?

– Конечно, – согласился мистер Мартин. – Буду вам благодарен, Грегор.

– Смею вас уверить, сэр, что в нашем парке есть на что посмотреть.

Они вышли в парк через центральный ход по большой лестнице.

– Здесь приятно гулять вечерами, сэр!

Мартин согласился. Парк был ухожен, и везде чувствовалась заботливая рука отличного садовника.

– Вон там, у заброшенного фонтана есть несколько беседок. Они совсем заросли плющом. Там редко кто бывает.

– А почему вы назвали фонтан заброшенным? – спросил мистер Джеральд.

– Он старый, и граф не велел его ремонтировать. Он построил новый, вон в той части парка. Видите русалок и фавна? Этот возведен 10 лет назад. А старый остался как исторический памятник. С ним здесь несколько легенд связаны. Граф любит там иногда гулять, когда наезжает в замок. А так, здесь прохаживаются постояльцы.

– Постояльцы? – удивился мистер Джеральд.

– Видите ли. В замке сдается все левое крыло. Богатые иностранцы платят большие деньги, чтобы пожить в Кровавом замке хоть недельку. Только неделю назад здесь жил знатный русский, из Романовых. Наследник императорской короны в изгнании. Он снимал практически весь этаж.

– Наследник? Это не великий князь Владимир Кириллович?

– Он самый, мистер Мартин. Так что высокие особы нас посещают.

– Я не знал о том, что покои замка сдаются в наем. Об экскурсиях туристов я слышал, но о том, что это и гостиница – нет.

– А с чего вы думаете, в замке так роскошествуют? И новые гаражи, и лошади для прогулок, и штат прислуги, и кухня. Граф хоть и богат, но не любит денег на ветер выбрасывать. А знаете, сколько одни дрова для растопки больших каминов в рыцарских залах стоят? А отопление в комнатах для гостей?

– Мистер Мартин! – позади раздался знакомый голос, и мистер Джеральд резко обернулся.

Перед ним стояли бизнесмен мсье Ожеро и барон Рихард фон Лютцов.

– Не ждали нас увидеть здесь, Мартин? – спросил Ожеро.

– А мы решили поселиться здесь в левом крыле для гостей. Поучаствовать в расследовании моя давняя мечта, – произнес барон. – Ну, как продвинулось ваше дознание?

– Грегор, вы можете быть свободны, – мистер Мартин отпустил слугу и сказал, что прогуляется в компании двух своих знакомых.

– Как вам будет угодно, мистер Мартин. Но когда я вам понадоблюсь, то вам стоит только позвать. В комнате у вас есть звонок для слуг. Мне тут же передадут. И я буду к вашим услугам.

Старый слуга бесшумно удалился.

– Мы с бароном, уже стали вам помогать, – прошептал мсье Ожеро. – Вот только плохо, что у барона язык не держится за зубами.

– С чего это вы взяли, Ожеро? – возмутился фон Лютцов.

– Господа, – примирительно произнес мистер Джеральд, – собственно никакого расследования пока нет. Здесь нет пока даже состава преступления.

– Но вы же чувствуете, что здесь не совсем чисто? Не так ли, майор? – подмигнул Джеральду фон Лютцов. – Нужно искать привидение.

– Мы с бароном думаем отправиться на поиски Кровавой дамы сегодня ночью. Я уже слышал историю об убитой девушке. На кухне мне о ней рассказала кухарка. Такая словоохотливая девушка по имени Глэдис. Она работала во Франции. Хотя Глэдис, кажется, здешняя уроженка.

– И она сообщила вам, где обитает Кровавая дама? – с усмешкой спросил мистер Джеральд.

– Она обитает в зеркалах. Ведь зеркала это наша связь с потусторонним миром, мистер Мартин, – совершенно серьезно заявил Ожеро. – И посмотреть в древнее венецианское зеркало весьма любопытно. Может оно кое-что нам расскажет. Не желаете пойти с нами?

– Нет, – усмехнулся мистер Джеральд. – Я не гонюсь за призраком из прошлого, который привлекает в замок туристов. Сколько вам обошлись номера в замке, господа?

– Много дороже чем в гостинице, но здесь интереснее, мистер Мартин, – заявил барон фон Лютцов. – И даже если все это сплошная выдумка, все равно это щекочет нервы.

– И это говорите вы, барон? Вы, знаток политики и искусства? Никогда бы не подумал, что вы охотник за дешевыми рассказами.

– Мы все любим приключения, мистер Мартин. И в этом замке есть какая-то мистика. Согласитесь.

– Возможно, господа. Но вынужден вас предупредить, что встреча с Кровавой дамой не сулит ничего хорошего. Так говорят в замке.

– Но мы всего лишь гости замка, мистер Мартин, – с усмешкой ответил Джеральду Ожеро. – Мы не связаны с родом Текели. Призраки охотятся не на нас…

4

На следующее утро Мартин проснулся в плохом настроении. И виной всему был сон, который ему приснился. Он видел в нем молодую женщину, стоявшую перед зеркалом. Она четко произнесла:

Кристин в зеркале явись.

Кристин в зеркале проснись.

Кто услышит голос тот,

До утра не доживет.

И на зеркальной поверхности появились красные круги.

От этого майор Мартин проснулся…

***

Мистер Джеральд соскочил с кровати и стал быстро одеваться. Как только он заправил рубаху в его двери постучали. Майор отпер замок и увидел мсье Ожеро. Тот был бледен как полотно.

– Что случилось, мсье Ожеро?

Француз заскочил в комнату и запер двери за собой. Причем это получилось у него не сразу. Его пальцы несколько раз соскальзывали с ручки.

– Не могу унять дрожь. Мои руки предательски дрожат, Мартин.

– Вы что видели привидение?

– Это случилось, мистер Мартин! – вскричал он.

– Случилось что?

– То, что вы сказали.

– Вы насчет привидения? Но я пошутил, Ожеро.

– А я нет, Мартин.

– Вы хотите сказать, что видели Кровавую даму?

– Да.

– Могу принять это как шутку, мсье.

– Не шутите с этим, майор. Не шутите!

– Еще вчера вы сами шутили по этому поводу, мсье Ожеро. Так что случилось?

– Служанка была убита! Вы понимаете? Её убили!

Ожеро напоминал помешанного. Джеральд усадил его на стул и стал расспрашивать:

– Ожеро! Успокойтесь и скажите, что произошло и где барон?

– Он в своей комнате и ему не по себе.

– С ним ничего не случилось?

– Мы с ним посетили старое помещение кордегардии. Это то место где, по словам слуг, видели призраков и там есть старое венецианское зеркало.

– Я уже слышал про это, мсье Ожеро. И что вы с бароном отправились туда ночью, я знаю. Дальше.

– Да. Решили пощекотать себе нервы. Тем более что в той стороне никто не живет, и никто там по ночам не ходит. Слуги замка избегают этого места.

– И что? Не тяните, Ожеро! Говорите по делу! А то я сочту вас за умалишенного.

Ожеро вытер платком лоб и продолжил.

– Мы вошли в комнату и увидели на стене большое зеркало. Это не выдумки, не галлюцинация, майор! И я, и барон, его видели! Зеркало было на стене. Фон Лютцов еще пошутил, что его специально приготовили для нас. Мы подошли и увидели в зеркале свои отражения.

– Это неудивительно! И что ваши лица так напугали вас? – спросил мистер Джеральд.

– Не смейтесь, Мартин! Не смешно! Мы смотрели на самих себя, пока наши фонари не погасли. Причем погасли оба фонаря! И мой и барона. Но затем они снова загорелись, и мы увидели в зеркале Глэдис! Ту самую служанку!

– Это та, которая рассказала вам о Кровавой даме?

– Да. Это была она.

– Ожеро, Глэдис не Кровавая дама. Она просто служит в замке.

– Я могу сказать только, что на её теле была кровь, майор!

– Но она была жива?

– На её теле была кровь! Вы меня не слышите?

– Но она не лежала в луже крови, а стояла, мсье Ожеро? Я все понял верно?

– Да, она стояла, а не лежала.

– Мертвые не могут стоять, Ожеро.

– Она была в зеркале! Мартин! В зеркале! И её лицо было лицом трупа! На нас смотрели мертвые глаза! Это не шутка, майор. Могу поручиться чем угодно! Мы видели в проклятом зеркале труп служанки!

– И что вы сделали после?

– А как вы думаете?

– Вы сбежали? – предположил мистер Джеральд.

– Можно сказать и так. Это не могло мне показаться, ибо барон видел то же, что и я. Вместо наших отражений там была она!

– И что было дальше?

– Дальше?

– После того как вы ушли из помещения где было венецианское зеркало, – уточнил Мартин.

Ожеро ответил:

– Мы отправились по своим комнатам.

– И все?

– А что еще? Я более никуда не выходил ночью.

– Вы спали?

– Это состояние трудно назвать сном, майор.

– А утром?

– Утром я пошел к Лютцову, но он мне не открыл. И я пошел к вам.

– Черт знает, что такое, Ожеро!

– Вы мне не верите, Мартин?

– А вы бы мне поверили, если бы я утром преподнес вам такую вот историю?

– Вы правы! Правы, мистер Мартин! Но что мне делать? Что?

– Хорошо идемте!

– Куда? К барону?

– Сначала я хочу видеть причину вашего страха.

– Зеркало?

– Да. И не стоит меня пугать, Ожеро. Я хочу все видеть сам и сделать свои собственные выводы.

– А барон?

– Не думаю, что с ним случилось что-то плохое, мсье.

– Вы правы.

Мистер Джеральд оделся, и они с Ожеро покинул его комнату…

5

В помещении бывшей кордегардии пахло плесенью и сыростью. Эту часть замка никто не протапливал, ибо никто здесь более не жил. В большой пустой комнате не было никакого зеркала.

– И где оно? – спросил Джеральд француза.

– Кто?

– Зеркало!

– Зеркало?

– Зеркало, в котором вы видели труп служанки, Ожеро!

– Его здесь нет, мистер Мартин. Не могу понять. Оно было вот здесь! Смотрите!

Ожеро указал на большой крюк, вбитый в стену.

– Вот на этот самом крюке, оно и висело. Такое большое зеркало в богатой золоченной раме. Мы видели блеск в свете фонарей.

Мартин внимательно осмотрел стену. Острые неровные выступы камней старой кладки. Каменщики, очевидно, не старались. Да и в те далекие времена красота не играла важной роли. Потому было нельзя определить, висело ли здесь нечто прошлой ночью.

– И вы видели женщину в зеркале? – Мартин снова посмотрел на Ожеро.

– Да. Хотя вначале, в зеркале были наши отражения. Но потом погасли фонари, и когда они снова зажглись, в зеркале была она. И у неё было такое лицо, Мартин.

– Она была лишь в зеркале?

– В том то и дело! – вскричал француз. – В том то и дело! Мне показалось, что за гранью зеркала иной мир. И там была она!

– Иной мир?

– Именно. Словно дорожка в иную реальность.

Мартин посмотрел на слугу Грегора, который стоял у двери.

– Грегор, это сплошная стена?

– Да, сэр. Если вы о потайной двери, то её здесь нет.

– Вы уверены в этом?

– Много раз проверяли, сэр.

– Проверяли? – спросил мистер Мартин. – Зачем?

– Говорили, что там должен быть тайный ход. Его искали, но не нашли. Однако вы можете все осмотреть сами еще раз. Эта комната имеет лишь один выход. Вот эти двери. Иные были замурованы много веков назад. С тех пор как кордегардией перестали пользоваться, все входы заложили и комнату использовали как склад. Эта часть замка уже лет двести как нежилая, сэр.

– Но теперь это не склад, Грегор! Ведь комната пуста.

– Да, сэр. Мы не используем это помещение вообще. Складом она была давно. Одно время это помещение вообще было замуровано со всех сторон. Но затем здесь появилась дверь.

– Что значит, появилась, Грегор? – не понял Джеральд.

– Этого я не знаю, сэр. Говорят, что она возникла сама собой. Но точно я не знаю. Ведь замок весьма большой. И легенд здесь множество. Я уже и не знаю, что из них, правда, сэр.

– А где сегодня кухарка по имени Глэдис?

– Глэдис? Я её сегодня не видел, сэр. Но ведь еще утро.

– Она ночует в замке?

– Да, сэр! В крыле для слуг. Это рядом с гостиницей для постояльцев замка. И возможно, она все еще спит!

– Проводите меня туда, Грегор. И вы Ожеро следуйте за нами.

Ожеро кивнул. И они пошли.

Длинный полутемный переход открыл им краткий путь в восточную часть замка, его левое крыло. Там размещались помещения для обслуги.

– У каждого служащего замка есть своя комната, сэр, – рассказывал Грегор. – Небольшая, но весьма удобная, в которой имеется все необходимое. Граф заботится о комфорте каждого служащего замка. Хотя местные часто ночуют в деревне в своих домах.

– А доходы замка не уменьшались в последнее время? – поинтересовался мистер Джеральд.

– А с чего им уменьшатся, сэр? Хотя по округе так оно и было, но на замке это не сказалось. Мы сумели даже немного увеличить прибыли от туризма.

– Вот как? – мистер Мартин понял, что граф Текели рассказал ему не все. – Но в «Королевском дубе» хозяин жаловался на снижение интереса к старине.

– Это точно, сэр, – согласился Грегор. – Но гостиница не замок. К нам едет не так много людей, но это исключительно состоятельные господа. Вот и барон фон Лютцов и господин Ожеро поселились здесь. И платят они по первому разряду. И в замке гостить станут долго. Уж больно им понравилось здесь.

– Это так, мсье? – мистер Мартин обернулся и посмотрел на Ожеро, который шел позади него.

– Что вы сказали? – переспросил тот.

– Грегор говорит, что вам здесь интересно. Это так?

– Я страшно испугался вчера и был готов сбежать утром. Но сейчас… Сейчас я не сбегу.

«Не этого ли и добивается хозяин замка? – про себя отметил мистер Джеральд. – Дает туристам то, зачем они приехали. Но тогда все это всего лишь фарс. А фарсом я заниматься не стану. Текели решил устроить при помощи моего имени рекламу своему замку. Хотя отчего тогда Грегор столь откровенен? Он так глуп? Нет. Не похоже на то. Или это не граф? Ведь не один Текели заинтересован в прибыльности предприятия».

– Вот здесь обитает кухарка по имени Гледис, сэр! – слуга показал комнату и постучал в двери. Но никто ему не открыл.

Грегор постучал еще раз. Но снова ничего. И тогда он открыл комнату своим ключом. У него были ключи от всех комнат слуг на всякий случай. Он вошел первым и понял, что кухарки в комнате ночью не было. Кровать была аккуратно заправлена и все вещи были в порядке.

– Странно, – проговорил он. – Но она вчера вечером пошла к себе в комнату. Я это сам видел. Очень странно.

– Может она уже на кухне? – предположил мистер Мартин.

– Нет. Я был там недавно, сэр. Её там нет, сэр!

– Она умерла! – вскричал Ожеро.

– Спокойнее, Ожеро! – мистер Мартин похлопал его по плечу. – Не стоит так кричать. То, что служанка не ночевала в комнате – ничего не говорит. Может она ночует у своего сердечного друга. Она ведь молода?

– Да, сэр! – согласился Грегор. – Но любовника в замке у неё нет. За это я могу поручиться. Я внимательно слежу за слугами по поручению графа. Его светлость мне доверяет.

– Хорошо! А чья комната рядом?

– Служанки по имени Тереза, сэр. Но она не говорит, ни на каком языке кроме венгерского.

– Так вы станете переводить, Грегор. Постучимся к ней в комнату.

– Как прикажете, сэр.

– Стучите, Грегор.

– Да, сэр…

6

Тереза, молодая красивая девушка с пышными черными волосами, была удивлена появлением в своей комнате трех мужчин. Она уже была одета и готовилась выйти.

– Успокойся, Тереза. Эти господа не причинят тебе вреда.

– Но кто они, господин Грегор? Я видела высокого господина вчера у его светлости.

– Это мистер Мартин, Тереза. Он англичанин. И он хочет кое о чем тебя спросить.

Грегор сказал Мартину:

– Ask your question, sir! (Задавайте ваш вопрос, сэр!)

– Did she see Gladys maidyesterday? (Она видела вчера служанку Гдэдис?) – спросил Джеральд.

Грегор перевел.

– Мистер Мартин хочет знать, видела ли ты Глэдис?

– Да. А с ней случилось страшное, мистер Грэгор?

– Мистер Мартин хочет лишь знать, видела ты Глэдис? Не нужно говорить о страшном.

– Глэдис умерла! – ответила Тереза. – Я говорила ей, что нельзя звать призрака, но она мне не поверила!

Грегор перевел её слова.

– Theresa says Gladys is dead, sir. And she says Gladys has summoned a ghost, sir.

– What kind of ghost did she call? (А какого призрака она звала?) – спросил мистер Мартин.

Грегор перевел вопрос.

– Тереза, какого призрака она вызвала?

– Кровавую даму, господин Грегор. Глэдис сказала, что не боится Кровавой дамы. И с ней стали спорить другие кухарки и служанки. Я предостерегла её. Нельзя шутить с Кровавой дамой. Нельзя призывать призрак. Но она не послушала!

Ожеро закричал:

– Я говорил вам, Мартин! Говорил! Мы с бароном видели в зеркале труп служанки. Это было мертвое тело!

– Погодите, месье, – прервал Ожеро майор Мартин. Затем он снова спросил Грегора. – Спросите у неё, когда Глэдис вызвала призрак?

– Вчера, около 12 часов, – был ответ.

– Ожеро! А вы с бароном, когда видели ваш призрак в зеркале?

– Около часа ночи, – ответил француз.

В этот момент в комнату служанки вошел барон Лютцов.

– Здравствуйте, господа. Я искал вас повсюду и мне сказали, что вы здесь.

– Рад видеть вас, барон, живым и здоровым. А то мсье Ожеро волновался.

Ожеро покраснел и пожал плечами:

– Но вас не было в вашей комнате, барон!

– Я ведь так и не смог заснуть, мсье Ожеро. То видение в зеркале преследовало меня.

Мистер Джеральд прервал их и сказал:

– Я прошу вас господа после завтрака навестить меня в библиотеке замка. Я буду вас там ждать.

– Я приду, мистер Мартин! – сказал фон Лютцов.

– И я приду. Можете на меня рассчитывать, Джеральд!

Мистер Мартин и Грегор остались в комнате со служанкой. Ожеро и барон ушли. Мистеру Джеральду было легче проводить опрос без них.

– Грегор, спросите её, отчего она считает, что с Глэдис что-то случилось?

Слуга спросил. Тереза ответила:

– Она произнесла слова, господин! Те самые страшные слова и призрак вошел в зеркало в её комнате! Вы понимаете? Кристин в зеркале! Кристин в зеркале!

Большего от служанки добиться не удалось. Она впала в истерику и кричала, что призрак нынешней ночью придет за ней.

Мистер Мартин ушел и принял предложение графа Текели разделить с ним завтрак…

7

В столовой вокруг большого длинного стола стояло двадцать высоких резных стульев. Некогда в замке за трапезой собирались многочисленные обитатели этой цитадели старинного венгерского рода. Сейчас там были лишь хозяин замка и Джеральд Мартин. Они завтракали молча и двое лакеев прислуживали за столом, исполняя свои обязанности, как ритуал.

После того как тарелки и блюда были убраны, за чашкой кофе, граф спросил:

– Я слышал, что в замке снова неспокойно, мистер Мартин?

– Да. Поднялся переполох из-за служанки, граф. Я был у неё, но ничего толком добиться не смог. Она в истерике.

– И что случилось?

– Кухарка Глэдис пропала, граф. А служака замка Тереза твердит, что она призвала Кровавую даму и та пришла за ней.

– Все это не ко времени, мистер Мартин. Ох, как не ко времени. Я должен покинуть замок уже сегодня.

– Как, граф? Сегодня? Но вчера вы не говорили, что собираетесь уезжать.

– Мне прислали телеграмму, мистер Мартин. Я должен ехать в Будапешт! Адмирал сменил премьер-министра. Дьюла Каройи отправлен в отставку!

– И кто возглавил правительство, граф?

– Дьюла Гембеш! И он приступил к формированию нового кабинета. И потому я должен быть в столице!

– Вы знаете нового премьера, граф?

– Еще бы! Гембеш тот, кто нам нужен именно сейчас, когда в Германии происходят такие события, мистер Мартин! Вы слышали о Салаши¹¹?

– Кое-что слышал, граф.

– Этот человек опасен, мистер Мартин. Его взгляды весьма радикальны. Сейчас он трется подле Гембеша и предлагает ему свои услуги. Он успешно объединяет национальные партии и может в будущем стать диктатором Венгрии. Его «Скрещенные стрелы» уже имеют рупор в нескольких столичных газетах.

– Вы относитесь к Салаши враждебно, граф?

– Да. Как политик он мне не нравится. Потому мое место в Будапеште! И потому мне не нужна шумиха вокруг имени Текели. А Салаши не упустит такую возможность, если хоть часть информации просочиться в газеты.

– Я вас понял, граф.

– Вам будет предоставлена полная свобода, и все ваши требования станут исполнять.

– Как скоро мне ждать вас, граф?

– На этот вопрос я ответить не могу, мистер Мартин. Главное помните – скандал в замке мне не нужен. Прошу вас, разберитесь с тем, что здесь происходит, мистер Мартин. Мне надоели эти россказни в Кровавой даме. Пока это просто фарс. Но если? Меня сводит с ума этот вопрос. Если! Если история просочится в газеты?

– Но это не столица, граф. Откуда здесь журналисты?

– О! Эта братия может поселиться в «Королевском дубе». А здесь есть кому распустить язык за сотенную купюру.

– Я сам был в «Королевском дубе» только вчера. И там нет журналистов.

– Это пока, мистер Мартин. Пока это так, но что будет завтра? Дело набирает обороты. И если информация дойдет до Будапешта, то газеты могут поднять шумиху. Сейчас же салашисты начнут вспоминать моего предка Имре Текели и его связь с турками. Это весьма невыгодно для моей карьеры политика, мистер Мартин.

– Служанка Тереза упоминала Кровавую даму. Но это всего лишь служанка, граф.

– Все равно, мистер Мартин. Эти разговоры не ко времени. Меня беспокоит, что это происки моих врагов. А замок такой огромный и здесь много людей. Как разобраться во всем?

– Прошу вас успокоиться, граф. Служанка болтает о Кровавой даме и не более того.

– Но ведь она говорит и о новом убийстве, мистер Мартин.

– Тела кухарки Глэдис никто не видел. Об убийстве говорить нельзя.

– Комнату осмотрели?

– Да, граф, но там никого нет. Ваша кухарка не ночевала в своей комнате. И я не стал бы паниковать. Да и мне кажется сомнительной эта история с призраком в зеркале.

– Снова призраки в зеркалах. Это древнее проклятие этого замка, мистер Мартин. Хотя оно привлекает сюда многих туристов. Но именно сейчас мне это совсем не нужно. Пусть здесь живет легенда и пусть гости замка, очарованные стариной, наслаждаются видами и сказками. Но не больше, мистер Мартин. Не больше!

– Значит, граф, вы просите, меня развенчать миф о проклятии?

– Да, мистер Мартин.

– Но вы столько вложили в этот миф, граф.

– Сейчас я жалею об этом, мистер Мартин. Это может стоит мне карьеры политика. Но не подумайте, что я держусь за эту карьеру ради своего тщеславия. Нет. Я совсем не тщеславен! Но я должен быть на посту ради Венгрии. Нас ждут тяжелые времена.

– Я понимаю, граф.

– И вам нужно разузнать, не стоит ли кто-нибудь из обителей замка за этими проклятиями. И все остальное, о чем я говорил вам вчера, также. Мне нужен постоянный управляющий, а найти его в такой обстановке сложно. Финансовые дела замка ведутся кое-как, после того как за ними не присматривает Кристин.

– А скажите, граф, отчего вы назвали дочь именем Кристин? Оно не совсем типичное для ваших мест.

– Её мать Клара Ришерде не венгерка, мистер Мартин.

– Не венгерка? Но я понял из вашего рассказа, что она местная.

– Нет. Отец и мать Клары прибыли сюда по просьбе моего отца. И отец Клары был управляющим в имении Текели. Но это было очень давно, еще в прошлом веке.

– Вот как? Но в дневнике вашей дочери ничего нет про это.

– Она не писала об этом, мистер Мартин. Её дед умер, когда Кристин была еще мала.

– Значит имя Кристин, выбрала её мать?

– Да. Клара так назвала дочь.

– Многие слуги в вашем замке владеют английским и французским языками, граф?

– Некоторые да. Возьмите хоть Грегора. Он говорит по-английски и немного по-немецки. Есть приглашенные слуги, владеющие французским и испанским языками. Это необходимо, мистер Мартин. Я уже вам говорил, что содержание замка обходиться слишком дорого и мне пришлось сделать его коммерческим предприятием. Замок приносит мне доход благодаря иностранцам.

– А кто ведет сейчас ваши дела в замке, граф? Кто за всем смотрит в настоящее время?

– Экономка Хельга Орловская.

– Орловская?

– Почтенная дама сорока пяти лет. Ранее она управляла отелем при замке. Но теперь ей пришлось взять на себя и дела имения.

– Отель и замок ведут разные лица, граф? Не проще ли сосредоточить все в одних руках?

– Нет, мистер Мартин. Один человек с этим не справится. Отель требует постоянного внимания. У нас бывают весьма значительные персоны. И госпожа Хельга отлично знает эту работу. А управлять замком и имением в целом дело совершенного иного сорта.

– У вас большие угодья?

– Да при замке есть довольно большой участок пахотной земли. Дела с арендаторами весьма запутаны и сложны. Кроме того, есть еще и лес.

– У вас охотничьи угодья?

– Да. Но в последние пять лет мы не организовываем охоты.

– Почему?

– После гибели одного их постояльцев в лесу мой тогдашний управляющий исключил это из списка услуг.

– А что произошло, граф?

– Я знаю это не слишком хорошо, мистер Мартин. Меня тогда в замке не было.

– Но все-таки?

– Случайный выстрел привел к тому, что погиб итальянский турист.

– А полиция расследовала этот дело?

– Нет. Местные полицейские из округа даже не приехали. Мой управляющий сам все решил. Мое имя здесь уважают. Да и криминала не было. Случайность.

– Но от охоты вы все-таки отказались?

– Не я, мистер Мартин. Это предложение поступило от управляющего немца Папена. Доходность этой статьи была совсем невелика. Я не возражал.

– А вы не помните, кто был тот итальянец?

– Какой-то разорившийся аристократ. Но его имя не было знаменитым. Иначе бы я запомнил.

– А на кого охотятся в ваших угодьях, граф?

– На кабанов, мистер Мартин.

– Опасная охота, граф.

– Да. Потому госпожа Орловская и поддержала запрет на эту статью доходов. Не так много постояльцев отеля в наше время любят такие развлечения. Так развлекались знатные господа лет двести назад.

– Я еще не имел чести познакомиться с госпожой Орловской. Она русская?

– Да. Сбежала из России в 18-ом году. Скоро мадам вернется в замок.

– Она не здесь?

– Сейчас она в Берлине. Попросила короткий отпуск.

Джеральда это заинтересовало:

– И как давно она уехала?

– Точно я сказать не могу, мистер Мартин. Наверное, около недели. Но она скоро вернется и познакомит вас со штатом слуг в отеле при замке. Вы хотите знать что-то еще, мистер Мартин?

– Служанка Тереза рассказала о Кровавой даме, граф. Расскажите мне подробнее, что вам известно об этом.

– Легенда о Кровавой даме живет в замке уже несколько веков. Граф Имре Текели в порыве страсти изнасиловал и убил собственную дочь. Хотя он не знал, что она так близка ему по крови. Затем он скрыл труп убитой девушки в тайной нише, за большим зеркалом, о которой знал в доме только он.

– И в замке есть такая ниша?

– Этот замок слишком велик, мистер Мартин. В нем полно тайных ходов и тайников, о которых мне ничего не известно. Мне некогда было заниматься этими тайнами. Я не так часто жил в родовом замке Текели.

Так вот, граф Имре ночью пришел за трупом своей жертвы. С ним были его преданные слуги, с которыми судьба носила его по чужбине, и которым он вполне доверял.

Но тела в нише не нашли. Оно исчезло. И с тех пор призрак Кровавой дамы стал появляться в зеркале. Но сам я, мистер Мартин, никогда его не видел. И мой отец никогда не верил в существование призрака.

– А что говорят об этом призраке, граф? Меня интересует сама легенда. А то здесь многие толкуют её по-своему.

– Неужели вы думаете, что стоит копаться в древних легендах нашего рода, мистер Мартин?

– Не знаю, граф, но чтобы во всем разобраться, мне нужно знать все обстоятельства дела. И ваша дочь в своем дневнике писала о призраке вашего рода.

– Зеркала, мистер Мартин, есть двери в потусторонний мир. И Кровавая дама появляется в зеркале перед теми, кто должен умереть. Вот и все, что я знаю.

– А что значат вот эти слова:

Кристин в зеркале явись.

Кристин в зеркале проснись.

Кто услышит голос тот,

До утра не доживет.

Текели пожал плечами. Об это он ничего сообщить не мог.

– Но вы можете сказать, граф, древнее ли это четверостишье?

– Не могу, мистер Мартин. Этого я не знаю.

– А может быть это имя той девушки, которую, по легенде, убил ваш предок граф Имре?

– Не думаю. Вас ведь не интересуют сочиненные для туристов рассказы?

– Нет. Меня интересует настоящая легенда. Без современных «примесей» для туристов.

– Тогда могу сказать, что, наверное, имя той самой женщины было не Кристин. Той, которую убил Имре Текели.

– Наверное? Значит, вы поручиться не можете?

– За это никто поручиться не сможет, мистер Мартин.

– Значит, можно предположить, что это четверостишье придумано недавно и имеет отношение к вашей дочери?

– Возможно, мистер Мартин. Вполне возможно.

– Интересно.

– У вас уже есть мысли по этому поводу, мистер Мартин?

– В этом замке есть чем заняться, господин граф. И я докопаюсь до истины.

– Вот и отлично мистер Мартин. Вы успокоили меня. Я рад, что вы пожелали мне помочь.

На этом разговор мистера Мартина с графом Валентином Текели закончился. На следующий день его светлости уже не было в замке. Он отбыл в Будапешт…

Глава 4
Кровавая дама.

Из дневника Джеральда Мартина

***

Приступаю к расследованию…

Я пригласил к себе барона и мсье Ожеро. Мне просто было необходимо переговорить с ними. Тем более что граф Валентин должен был покинуть замок. Дела призвали его в Будапешт, и я не могу на него обижаться. Тем более что он был весьма щедр, и я смог угостить барона Рихарда фон Лютцова и мсье Ожеро отличным вином, урожая 1830 года…

***

Мы сидели в библиотеке замка в удобных старинных креслах.

– Граф весьма вас ценит, мистер Мартин, – высказался барон. – Это вино дорогого стоит.

– Граф говорил, что это не местное вино.

– Еще бы оно было местным. Я немного понимаю толк в хорошем вине, – сказал Ожеро. – Это вино моей родины.

– Ему, по меньшей мере, двадцать лет, – высказал свою точку зрения знатока фон Лютцов.

– Не меньше тридцати, – поправил барона француз.

Я прервал беседу о виноделии и сказал:

– Итак, господа, вы я вижу, уже успокоились. И можете трезво смотреть на вещи. Не так ли?

– Вполне, – сказал барон.

– Меня интересуют ваши приключения нынешней ночью. И во всех подробностях.

Говорить начал мсье Ожеро:

– Мы с бароном решили немного изучить здешние легенды, мистер Мартин. Это ведь может вам помочь.

– В прошлый раз вы утверждали, что хотели пощекотать себе нервы, мсье Ожеро. Но я готов принять вашу нынешнюю версию.

– Так вот ночью мы с бароном решили посетить старую кордегардию. Это то место, где, по словам слуг, видели призраков и там есть старое венецианское зеркало.

– И что вы хотели там увидеть, мсье?

– В зеркале, мистер Мартин?

– Но вы же хотели увидеть венецианское зеркало, мсье Ожеро?

– Барон сказал, что там можно увидеть Кровавую даму, – Ожеро виновато посмотрел на барона.

Фон Лютцов сразу сказал:

– Так говорят в замке, мистер Мартин. Не то чтобы я сразу поверил в это, но захотелось самому убедиться. И я позвал Ожеро. Он сразу согласился меня сопровождать.

– Но разве Кровавую даму можно видеть лишь в старом венецианском зеркале? Я слышал, что она может появиться в любом зеркале, господа.

– Болтают разное, мистер Мартин, – сказал барон. – Но жизнь призраку обеспечивает именно то самое старое зеркало. Из него она переходит в другие.

– И говорят, что в первый раз, она является именно в старом зеркале, – заявил француз.

– Вот как? Кто это говорит?

– Слуги болтают. Но в этом замке столько страшных историй, что трудно понять, где, правда, а где вымысел, – ответил фон Лютцов. – Но звучит все это интересно, мистер Мартин. Я даже жалею, что я не писатель.

Ожеро продолжил:

– Так вот, мистер Мартин, мы с бароном вошли в помещение кордегардии и увидели на стене большое зеркало. И я, и барон, его видели!

– Верно, – подтвердил фон Лютцов. – Зеркало было на стене. Я даже пошутил, что его специально приготовили для нас. Мы подошли и увидели в зеркале свои отражения.

– Мы смотрели на самих себя, пока наши фонари не погасли.

– Погасли? – уточнил я.

– Именно погасли. Как по команде. И мы увидели в зеркале Глэдис! Ту самую служанку! И на её теле была кровь!

– Вы видели её в полной темноте?

– Нет, мистер Мартин. У той фигуры в зеркале была свеча!

– И я скажу так, мистер Мартин. Мы видели в зеркале труп служанки! – подтвердил барон. – Вы понимаете? Вместо наших отражений там была она.

– И на ней была кровь? – спросил я.

– Да. Словно раны от ножа на её груди. Я оглянулся на Ожеро. Он пытался включить свой фонарь, но у него ничего не получалось.

– Значит, ваши фонари в тот момент не работали? – уточнил я.

– Нет, – подтвердил фон Лютцов. – Хотя у меня хороший фонарь «The American Ever Ready Company»¹². Он отлично работает, и никогда не давал сбоев. И вдруг он погас, как и фонарь Ожеро. Но у фигуры в зеркале была свеча в руке, как я уже сказал, – ответил барон.

– Верно, мистер Мартин, – подтвердил Ожеро. – В руке у служанки была свеча.

– И вы уверены, мсье Ожеро, что видели женщину в зеркале? – спросил я.

– А где же еще, мистер Мартин?

– Но вы говорите, что ваши фонари разом погасли.

– Да. В один миг.

– И как скоро появилось изображение в зеркале? – спросил я.

– Через несколько мгновений, – сразу ответил Ожеро.

– Перед нами было большое старое зеркало, мистер Мартин, – сказал барон. – Это не простое зеркало. Это образец работы братьев Доменико, Мартин. Зеркало с острова Мурано работы 16-го века.

– И вы успели все это рассмотреть в темноте при свете фонаря? – спросил я.

– В нашем родовом замке есть несколько подобных зеркал, мистер Мартин. Но они не такие старые. Там зеркала работы 17-го века. Также с острова Мурано. Потому я сразу определил, что передо мной зеркало братьев Доменико.

– Но как вы это определили, барон? В полумраке определить век и мастера – дело сложное.

– На раме было имя Доменико, мистер Мартин.

– Верно, – подтвердил Ожеро, – такое имя было на фигурной раме, в которой было зеркало. Старая медная рама с завитками. И я успел это прочитать – «братья Доменико».

– И в этом старом зеркале была женщина с ранами от ножа на груди? Так?

– Именно! Она была совсем рядом со мной. Я растерялся и не мог понять, как это может быть.

– И я также испугался, мистер Мартин, – признался барон.

– И вы ушли?

– Бежали, мистер Мартин, – сказал барон. – Просто бежали. Мы отправились по своим комнатам. И до утра я так и не заснул. Могу вам в этом признаться.

– А утром, – продолжил Ожеро, – пропала та самая служанка, изображение которой видели в зеркале. В её комнате она не появлялась.

– И в деревне её нет, Мартин. И где она?

– Не могу ответить пока на этот вопрос, господа. Но сейчас вы проводите меня в бывшую кордегардию. Я сам хочу там все осмотреть.

– Но мы уже были там, мистер Мартин! – вскричал Ожеро. – Я вам все показал.

– Я желаю все осмотреть снова. Более внимательно….

***

Кордегардия моими глазами, после того что там видели барон и мсье Ожеро…

Помещение было большим и пустым. Внутри не было ничего. Ранее здесь сидела стража и по стенам стояли подставки для алебард и щитов. Затем, когда это стало не нужно, кордегардию превратили в склад. Потом в 19-ом веке замок достроили, и нужда в помещении пропала. Его заделали, и много лет никто не проникал сюда.

Я осмотрел стены. Никакого следа зеркала.

– Что скажете, мистер Мартин? – спросил фон Лютцов.

– Здесь нет зеркала венецианской работы, господа. И я не могу определить, было ли оно здесь.

– Вот эта стена, мистер Мартин! – указал барон лучом своего фонаря. – Вот здесь оно и висело. Смотрите, сверху есть крюк, на котором вполне можно повесить тяжелое зеркало.

Барон потрогал рукой крюк, как недавно это сделал Ожеро. Он был крепким. Я осмотрел стену. На ней могло висеть зеркало. Отрицать я это не мог и простучал стены тростью. Ничего. Никакой ниши там не было.

– Если эту нишу замуровали некогда, – произнес я. – То отчего столь ценное зеркало оставили здесь?

– Но если зеркало вмещало душу Кровавой дамы, и было проклято? – сказал Ожеро. – Я сам замуровал бы такое зеркало, мистер Мартин.

– Не думаю, что здесь дело в проклятии, мсье Ожеро. Не думаю. И не могу объяснить происхождение видения, которое вы с бароном видели ночью.

– Объяснить появление призрака в зеркале не так сложно, – высказался фон Лютцов. – Ведь зеркала есть двери в иной мир, мистер Мартин. У нас в Германии есть подобные легенды. Хотите послушать?

– Извольте, барон.

– Однажды одна девушка захотела увидеть в зеркале своего суженного и ночью подошла со свечой к большому зеркалу. Она произнесла слова, положенные при этом и увидела, как в зеркале появился длинный сверкающий коридор. И по этому коридору к ней подошел прекрасный юноша.

И был это сам враг рода человеческого. Диавол может принимать любой облик если нужно. Но на лбу у него было сверкающее дьяволово клеймо.

Девица сразу влюбилась в Диавола, который скрывался под видом юноши. И последовала за ним.

– Куда? – спросил Ожеро.

– В зеркало. Куда же еще! И с тех пор ту крестьянку более никто не видел. Не видел среди живых. Но она стала появляться в рыцарских замках в зеркалах!

– И вы видели её, барон? – спросил я.

– Я? Лично не видел. Но говорил с людьми, которые видели призрак в зеркале. Это были слуги моего отца. В детстве я любил слушать их рассказы.

– И вы верите в призраков, барон?

– Нет. Не верил до вчерашней ночи. Но когда увидел эту женщину в зеркале – понял, что не такая уж это и ерунда. Ибо как можно объяснить то, что мы видели?

– Пока не знаю, но не думаю, что в этом деле замешан призрак.

– А где же тогда сама Глэдис, Мартин? Ведь в деревне её нет. Слуги все обыскали. И перед нами комната с одной дверью. Иных ходов здесь нет. Вы ведь простучали все стены, майор. Нашли?

– Пока ничего не нашел. Но это не значит, что хода здесь нет. В старых замках такие ходы строили на совесть, и найти их не столь просто. Но фигура, которую вы видели, говорит о том, что ход есть. И Кристин пишет в дневнике о ранах на голове Кровавой женщины…

***

Из дневника Кристин Ришерде:

…К моему ужасу, через несколько мгновений в зеркале появилось изображение бледной особы со слипшимися от крови волосами. Я резко обернулась, думая, что эта фигура стоит за моей спиной. Но там никого не было. И только тогда я осознала, что изображение фигуры появилось вместо моего собственного лица!

– Кто ты? – решилась спросить я.

Она ответила мне так:

– Кристин в зеркале явись.

Кристин в зеркале проснись.

Кто услышит голос тот,

До утра не доживет….

***

– А вы говорите, что раны были на груди, – сказал я барону и французу.

– Какая разница, мистер Мартин, где были эти раны? Но она видела даму и мы с Ожеро видели её.

– Но я не видел мертвого тела Глэдис, барон. А это значит, что пока нет доказательств, что она мертва.

Я расстался с бароном и французом и отправился в гостиницу «Королевский дуб». Оттуда я мог отправить свои письма. Мне было нужно, чтобы мои агенты в Лондоне выполнили ряд поручений…

***

Госпожа Хельга, какой я увидел её в первый раз…

Госпожа Хельга Орловская прибыла в замок Текели следующим утром. Она была высокого роста и довольно красива, несмотря на свой возраст и перенесенные лишения. Женщина обладала аристократической внешностью (сказалась порода), и походила на придворную даму своими манерами и осанкой.

Я сразу понял, кто предо мной, по пышными волосами, тонкому носу и большим голубым глазам. Граф Текели именно так и описал мне Орловскую.

Она вышла из автомобиля и приказала слуге перенести её багаж.

– И смотри, Яган, в этот раз будь осторожнее. Ничего не разбей.

– Не извольте беспокоиться, госпожа Хельга, – ответил слуга.

Он вытащил чемоданы.

Хельга увидела меня. Я приблизился.

– Разрешите представиться. Меня зовут Джеральд Мартин. Я здесь по поручению его светлости графа Текели.

– Я знаю о вас, мистер Мартин. Его светлость сообщил мне о вас и вашем деле в замке. Я Хельга Орловская.

– Я прошу прощения, мадам, но хочу просить вас уделить мне немного времени.

– Сразу же, как только я переоденусь, то приду к вам. Где вам угодно меня допросить, мистер Мартин?

– Речь идет совсем не о допросе, мадам Орловская. Я лишь хочу уяснить кое-какие подробности о здешних обитателях. Никто не знает их как вы.

– Угодно вам принять меня в библиотеке, мистер Мартин?

– Как будет угодно мадам!

– Тогда я буду там, через час, мистер Мартин.

Я поблагодарил Хельгу и поднялся к себе, а затем спустился в библиотеку родового гнезда Текели. Там я побродил среди множества массивных книжных шкафов, наполненных отличными книгами в дорогих переплетах.

Графы Текели собирали книги уже несколько сот лет. Здесь хранились воистину уникальные издания. Книги были структурированы по тематике и странам. Франция, Германия, Англия, Австрия, Венгрия.

Я нашел здесь несколько отличных английских изданий и полистал их. Меня поразило, что в библиотеке графа есть свежие номера «Королевы»¹³

«Неужели и здесь знают имя журналистики Джессики Лэнг, – подумал я. – Точно! Вот тот самый номер! И здесь имеется адрес моего агентства на Риджен-стрит 18. Интересно, кто это читает здесь?»

В библиотеке появилась госпожа Хельга в синем деловом костюме – юбке и жакете.

Она подошла к камину, у которого стояли кресла, и заняла одно из них.

– Я пришла, мистер Мартин! – громко сказал она.

Я поставил номер журнала на полку и подошел к камину.

– Вы точны, госпожа Орловская. Вы позволите?

– Прошу вас.

Я сел в свободное кресло.

– Я служу в этом доме не один год, мистер Мартин. И я знаю, зачем вас нанял граф Валентин. Мне уже успели рассказать, что здесь произошло.

– Пропала служанка, госпожа Орловская. И в замке болтают о призраке Кровавой дамы.

Орловская засмеялась.

– И вы верите в Кровавую даму, мистер Мартин?

– Нет, мадам. Но я очень хочу понять, что здесь происходит.

– Я готова ответить на все ваши вопросы, мистер Мартин.

– Я бы хотел знать все о служанке замка Саре Хем.

– О Саре? Я думала, что вас интересует Глэдис.

– Вначале я бы хотел поговорить о мисс Хем.

– Но она давно умерла, мистер Мартин. Задолго до того как вы появились в наших краях. Вы прочитали о ней в дневнике бедной Кристин?

– Вам знакомо содержание дневника, мадам?

– Нет. Я не читала его. Но знаю, что Кристин писала о смерти Сары. Кристин была слишком впечатлительная девушка.

– Была, мадам? Вы сказали была?

– Но вам ведь известно, что с ней стало, мистер Мартин? – спросила Орловская.

– Насколько я знаю, мисс Кристин жива.

– Она сошла с ума, мистер Мартин. А это не многим лучше смерти. И не говорите мне, что в клинике «Святой Женевьевы» ей помогут.

– Она общалась с вами, мадам?

– Нет. Вернее почти нет. Я занималась гостиницей, мистер Мартин. А Кристин пугала туристов рассказами о кровавом прошлом родового гнезда Текели.

– И её слушали?

– Еще как, – ответила Орловская. – Кристин – живая легенда замка. Дочь графа, внебрачная дочь, мистер Мартин. Девушка мечтательная и бледная. Она сама чем-то напоминала призрак из прошлого. Осколок той древней эпохи рыцарства и чести. С её уходом, все стало сложнее. И она много говорила о трагедии служанки Сары Хем. Потому я и предположила, мистер Мартин, что она могла о ней написать.

– А что вы можете сказать о Саре Хем, мадам Орловская?

– Она служила в замке и выполняла свою работу хорошо.

– Она служила под вашим началом, мадам?

– Иногда.

– Что значит иногда?

– Мне подчинены слуги отеля, мистер Мартин. Мисс Хем работала в замке, и, следовательно, подчинялась управляющему поместьем. Однако, иногда, когда наплыв постояльцев увеличивался, мне приходилось просить управляющего присылать мне нескольких слуг и служанок. Поэтому мисс Хем иногда работала под моим началом, мистер Мартин.

– Понятно, мадам.

– Но погибла Сара Хем не здесь. Не в стенах замка, мистер Мартин.

– Вот как?

– Она жила в деревне.

– В деревне? Разве она местная? Насколько я понял мисс Хэм родом из Англии.

– Возможно. Хотя точно я не знаю откуда она, мистер Мартин. Возможно, что она была англичанкой, но скорее всего американкой. Её выдавал акцент. Но она не жила в замке. Она жила в деревне.

– Почему?

– Этого я не знаю, мистер Мартин. Её родители снимали небольшой домик. И они и обнаружили однажды утром тело своей дочери с перерезанным горлом. Полиция пришла к выводу, что это было самоубийство.

– Она убила себя ножницами? – спросил я.

– Да. Острыми ножницами полоснула себя по горлу.

Я вспомнил, что было в дневнике Кристин…

***

Из дневника Кристин Ришерде:

«22 мая 1932 года.

Сегодня с ужасом узнала, что Сара Хем, бывшая служанка замка, умерла ночью с 20 на 21 число. И слухи о её смерти пошли такие, что в деревне только и разговоров было, что о ней.

Женщина была убита в своей комнате. Мать обнаружила её утром сидящей перед зеркалом и в её горле торчали большие ножницы. Полицейский врач констатировал самоубийство. Женщина покончила с собой. Но очевидцы говорили, что на её лице застыл такой ужас, что её тело хоронили в закрытом гробу…»

***

Я сказал об этом Орловской:

– Но в дневнике Кристин было написано, что ножницы торчали в горле девушки.

– Торчали? Нет, мистер Мартин. Она просто полоснула себя ими по горлу и все. Окровавленные ножницы валялись на полу у тела несчастной. Так говорили полицейские. Сама я этой ужасной картины не видела.

– А скажите, мадам Орловская, зачем она это сделала?

– Откуда же я могу это знать, мистер Мартин? Сара была работящей и спокойной девушкой. Ничего плохого я о ней сказать не могу.

– Но разве вам не кажется странным, что молодая и здоровая девушка вдруг уходит из жизни да еще такими страшным способом.

– На этот вопрос ответа у меня нет, мистер Мартин. В замке у Сары не было романов со слугами мужского пола. За это могу поручиться. Несчастную любовь можете сразу исключить.

– А если она видела призрак Кровавой дамы?

– Мистер Мартин! Я пришла не для того чтобы рассказывать сказки. Для этого можете опросить нашу кухарку Марту. Она расскажет вам множество историй о таинственной Кровавой даме. А меня увольте.

– Марта? Она давно служит в замке?

– Больше десяти лет. Она местная и, как все они, помешана на легендах этого замка.

– Хорошо, госпожа Хельга, я обязательно поговорю с Мартой. Но и к вам у меня еще много вопросов.

– Задавайте их, мистер Мартин. Тем более что разговор с Мартой не доставит вам удовольствия. Она не говорит по-английски и страшно глупа во всем, что не касается кухни.

– Значит, по поводу смерти Сары Хем у вас нет никаких предположений, мадам?

– Нет, мистер Мартин. У меня слишком много дел и я не собираю сплетни.

– Граф Валентин рассказал мне, что в последнее время у него часто стали меняться управляющие.

– Это так, мистер Мартин. Управляющие замком стали меняться, и это несколько вредит нашему делу. Но я на своем посту, и не собираюсь его покидать.

– Вы занимаете должность экономки отеля при замке?

– Я занимаюсь отелем для туристов. Это приносит основной доход.

– И вас устраивает ваша должность?

– Вполне, мистер Мартин. Хотя я могла бы получить нечто большее, ибо у меня хорошее образование, и я могу вести дела предприятия, которое покрупнее замка Текели. Но я не хочу жить в крупном городе постоянно.

– Граф сказал мне, что вы были в Берлине, мадам.

– Была, и, немного глотнув цивилизации, снова вернулась в глушь. Мне здесь просто нравится, мистер Мартин. Хотя этот замок никак не напоминает мое родовое имение в России. Теперь оно для меня потеряно. И я живу в замке графа Текели.

– Господин Папен занимал должность управляющего замка?

– Управляющего имением. И граф весьма его ценил за его немецкую аккуратность. Он умел отлично рассказывать страшные истории и знал их великое множество. И именно благодаря Папену удалось наладить здесь настоящее историческое предприятие.

– Иными словами мистер Папен был мошенником?

– Отчего вы так говорите, мистер Мартин? Разве рассказывать сказки это мошенничество? Тогда и Андерсен большой мошенник, мистер Мартин.

– В книгах господина Андерсена было написано, что это сказки, мадам. Очевидно, что мистер Папен не снабжал подобной характеристикой свои рассказы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

.Адмирал Миклош Хорти – правитель Венгрии в 1920-1944 гг.

Вернуться

2

Christine Diary:

May 22, 1932.

Sara Khem died at night. Housemaid Sara died! Everyone was talking about her death in the village. She saw in the mirror bloody lady the day before her death.

Christine was reflected in the mirror.

Christine was on the other side.

I heard the voice of Christine.

I realized that I would leave.

Вернуться

3

Мистер Петефи? Моё имя Мартин. Я детектив из Англии.

Вернуться

4

Не могли бы вы повторить ваше имя, сэр?

Вернуться

5

Моя фамилия Мартин.

Вернуться

6

Чем могу служить, сэр?

Вернуться

7

Моё имя Мартин. Я бы хотел видеть графа Текели. Граф ждет меня.

Вернуться

8

Я предупреждён о вашем визите, мистер Мартин. Его сиятельство ждет вас! Прошу вас следовать за мной.

Вернуться

9

Вижу, что вы заинтересовались делом, мистер Мартин?

Вернуться

10

Здравствуйте, граф. Я действительно прибыл с тем, чтобы взяться за это дело.

Вернуться

11

*Ференц Салаши – создал фашистскую организацию «Скрещенные стрелы» в 1937 году

Вернуться

12

The American Ever Ready Company – Американская компания производящая электрические фонари.

Вернуться

13

«Королева» – английский популярный журнал.

Вернуться