Василий Спринский
Всё и много. Корабль уродов. Книга 2

Глава 1

Тощий Лаки достал из деревянной коробки очередную толстую сигару. С третьей попытки раскурил и глубоко затянулся вонючим дымом.

Лаки нервничал.

На полу его кабинета валялось штук пять скомканных сигарных окурков и два дохлых фитоморфа. Третий бешеный огурец был накрепко прикручен квазиживыми тросами к неудобному железному стулу.

Лаки тяжело вздохнул. Подошёл поближе к зафиксированному. Ещё раз глубоко затянулся, вынул сигару изо рта и пару секунд рассматривал тлеющий кончик. Затем ткнул сигарой в чувствительный пупырышек на шее охранника.

Фитоморф сдавленно булькнул.

– То ли я идиот, то ли ты издеваешься… – задумчиво проронил Лаки, пытаясь оживить придушенную сигару. Раскурил и ещё раз ткнул в привязанного охранника. На этот раз в край фасетчатого глаза.

Фитоморф завизжал.

– Я тебя прошу, говори разборчивее! – поморщился Лаки, отбрасывая испорченную сигару. – Господи, что за дебил! Нет, всё, хватит с меня этих овощей! Сегодня же меняю охрану на роботов! Их хоть ремонтировать можно. Так ты скажешь, скотина, куда эти ублюдки делись? – сорвался на крик Тощий. – Или к этим присоединиться не терпится? – он махнул рукой в сторону мёртвых охранников.

– Не знаю, шеф, – простонал припаленный фитоморф. – В натуре не знаю! Раздолбали «Княжий вопль», похватали своих недобитков и слиняли в каком-то фургоне.

– Слышал я это уже сто раз! – воскликнул Лаки. – Ну скажи хоть что-то новое. Хоть какого цвета фургон был?

– Да не помню я, шеф! – страдальчески ответил фитоморф. – Двери у них из поляризованного стеклотитана, только контур машины и различил…

– Убить тебя, что ли… – задумчиво произнёс Лаки. Он отвернулся от допрашиваемого и подошёл к стене, украшенной большим чёрным рубильником. – Нет, всё, с сегодняшнего дня никаких организмов в охране. Только роботы!

– А я? – тихо произнёс пытаемый.

– А что – ты? – презрительно отозвался Лаки. – Огурец недожаренный… Тебя, считай, уже и нет.

– Бла… – только и успел вякнуть допрашиваемый фитоморф, когда Лаки потянул на себя рубильник. Вспыхнуло голубоватое пламя, комната окуталась дымом. Вентиляция всосала облако гари. Маленький механический уборщик подскочил к стулу, очищая его от останков незадачливого охранника.

Тощий Лаки повалился в своё громадное кресло. Машинально ухватил очередную сигару и какое-то время тупо смотрел на неё. Затем вернул её в коробку и, откинувшись в кресле, задумчиво прикрыл глаза ладонью.

– И зачем меня в этот гадюшник понесло? – горестно спросил он сам у себя. – Вот теперь сиди и думай, как свою собственность обратно получить…

Действительно, здесь было над чем подумать.

Четверть века назад тогда ещё никому не известный крогилит Элайкзиндер шатался на своём потрёпанном кораблике по окраинным мирам империи в надежде отыскать хоть какую-то не слишком агрессивную добычу. Перед тем он изрядно повздорил со вторым заместителем губернатора Средневетви. Слишком осторожный заместитель считал, что захваченные Элайкзиндером четыре корабля с грузом дюраниума следует вернуть законному владельцу – компании МПВ. То ли заместитель проворачивал с ними какие-то свои делишки, то ли просто опасался каких-то осложнений со стороны Невидимой Республики и упомянутой компании – не суть важно. Важно, что Элайкзиндер в грубой форме отказался выполнить это требование. Разбив о голову несговорчивого заместителя бесценное лизардинское панно и два переговорных устройства, он спешно покинул Средневетвь, успев всё-таки превратить часть своей добычи в наличность.

После этого неудачи посыпались на него градом. Средневетвь не стала его преследовать. Но и поощрения не выдала. Наоборот, как только Элайкзиндер после двухмесячного отсутствия подошёл с очередной добычей к противоположному краю Средневетви, местные дииши вежливо предложили ему выплатить в казну Средневетви полтора миллиона гаков как компенсацию за его предыдущий грабёж республиканской собственности.

Элайкзиндер возмущённо отказался. Но пожилой дииш доверительно сообщил ему, что пока крогилит не выплатит указанную сумму, никто не будет иметь с ним дела. Даже он. Хотя если уважаемый Элайкзиндер согласится на восьмую часть от запрошенной им суммы за его нынешний груз…

Крогилит не согласился. Устраивать здесь сцены он тоже не стал – старый дииш всё-таки не сволочь из управленческого аппарата. Что сказали, то и делает, стараясь не забыть о себе.

Дииш не обиделся из-за отказа. И даже бесплатно разъяснил Элайкзиндеру его текущий статус в Средневетви. Дескать, живи и развлекайся, сколько влезет, но если захочешь здесь что-то продать из трофеев – будь любезен сперва уплатить вышеназванную сумму.

Такое положение дел Элайкзиндера не устраивало. Плевать, что кто-то объявил его нежелательной персоной. Не впервые. Галактика велика, и не все в ней знают о его нынешнем статусе. В крайнем случае можно податься на Черепаху. Там всех принимают, были бы гаки. Но из врождённой экономности Элайкзиндер решил оставить этот вариант на самый крайний случай. А пока занялся простейшим способом обогащения – грабежом ценностей. Благо старые добрые актиниды принимались по всей галактике наряду с гаками. Оставалось только найти местечко, где они плохо лежат.

Вот тут-то и началась полоса неудач. В какие-то полгода Элайкзиндер потерял четыре из пяти своих кораблей. Две тяжёлые схватки с федералами и один запредельский дракон сделали его практически нищим, не имеющим средств даже для дозаправки. Выскочив на всех парах из Запределья, Элайкзиндер затравленно осмотрелся.

Ещё немного – и он вообще вылетел бы за пределы галактики. Его корабль находился сейчас у самого кончика длинной Изначальной ветви. Местность дичайшая. Звёзд мало, обитаемых планет вообще почти нет, а расстояния… С его запасом топлива лучше об этом и не думать. А в Запределье Элайкзиндеру сейчас совершенно не хотелось. Кто знает, может, тот оголодавший дракон до сих пор ждёт его возвращения?

Отвратительное положение.

Элайкзиндер на всякий случай ещё раз проклял ненавистного второго заместителя. После чего приказал штурману сканировать пространство, пока не найдётся более-менее приличная планетная система. Или вообще хоть что-нибудь. В чём Элайкзиндер искренне сомневался.

Однако невезение не может быть вечным. Через какие-то полчаса возбуждённый штурман ворвался в капитанскую каюту с распечаткой нового курса.

В этой чудовищной глуши отыскалась планетная система. Да ещё, похоже, обитаемая. Как раз то, что нужно оголодавшему экипажу.

Через неделю крейсерского хода они вышли на орбиту планеты. Притаившись в тени одной из трёх её лун, осторожно осмотрелись на предмет возможных военных баз и прочих опасностей.

Ничего. Планета выглядела мирной до безобразия. Даже ни одного искусственного спутника. Глушь…

Топлива оставалось совсем ничего, на один вход-выход в Запределье. А про полёты в обычном пространстве и гипере можно было и не думать. Даже до ближайшей системы не хватит.

Они высадились на окраине небольшого городка, затерявшегося среди болот, покрывавших почти всю поверхность подвернувшегося им континента.

Местные обитатели – маленькие жёлтые рептилии – не особенно удивились появившимся пришельцам. После пары часов общения выяснилось, что когда-то этот болотистый мир республика хотела сделать базой для межгалактических перелётов. Завезли на южный континент кучу оборудования, даже начали что-то строить, а потом вдруг резко убрались, оставив базу недоделанной. За полтысячи лет так никто туда и не возвращался. Местных жителей эта возня не интересовала. Республиканцы относились к ним достаточно лояльно, торговали всякой мелочью. Южный континент рептилий не интересовал по причине излишней сухости, так что, по словам нынешнего местного правителя, пришельцы могли распоряжаться остатками базы как сочтут нужным.

Элайкзиндер немедленно отправил туда разведочный шаттл. Через два часа копания в наполовину занесённых песками руинах разведчики доложили, что возвращаются назад. Как и следовало ожидать, за пятьсот лет база пришла в полнейшую негодность вместе с содержимым. Что не рассыпалось, то разложилось и проржавело. Следовало искать что-то более жизненное.

– Переройте хоть всю систему, но нейтрониум отыщите! – категорически произнёс капитан. – Не то закончите свой век в этой глуши. – С этими словами он выбрался из корабля и направился в болотный город.

Элайкзиндер настойчиво расспрашивал местных жителей о достоинствах этого мира. Бесполезно. Планета оказалась настолько пустой и бессмысленной, что её даже не хотелось стерилизовать.

– Да есть ли у вас хоть что-нибудь полезное? – не выдержав, в отчаянии завопил капитан. И к удивлению своему услышал спокойный ответ маленькой рептилии:

– Есть.

– Что? – удивлённо спросил он.

– Вот это, – ответила жёлтая ящерка, доставая из щели в полу туманный шарик на цепочке белого металла.

Элайкзиндер с улыбкой взял его в руку. Покрутил перед глазами и, недоумённо хмыкнув, положил его на низкий, грубо сколоченный стол.

– Игрушка, – произнёс он. – И что в ней полезного?

– Иногда показывает, где в окрестностях появляются стаи вкусной саранчи, – ответила ящерка. – А так в общем-то – действительно, игрушка.

– Саранчи, говоришь, – пробормотал Элайкзиндер. – И больше ничего?

– Ну, ещё однажды показала, где поблизости новое большое болото образовалось, – ответила жёлтая ящерка. – Мы там новый посёлок потом построили.

– Болото… – вздохнул капитан. – А откуда эта штучка у вас взялась вообще?

– Да кто-то из предыдущих пришельцев принёс, – охотно ответила рептилия. – А что, интересует?

– Ну, если у вас больше ничего нет… – медленно произнёс Элайкзиндер, пытаясь осознать нечто неуловимо ускользавшее от его понимания. Шарик явно таил в себе что-то большее, но что именно – капитан пока не мог сообразить.

А потому Элайкзиндер решил его заполучить.

– На пси-ловушку сменяете? Полезнейшая штучка. Вся саранча в округе будет ваша.

– Саранча? Это интересно! – оживилась маленькая ящерка. А посмотреть?

– Запросто! – ответил капитан.

После успешной демонстрации ловушки Элайкзиндер, распихивая сапогами хрустящие панцири одуревших насекомых, слетевшихся на неслышный зов прибора, торжественно совершил обмен с председателем. И, спрятав шарик в толстый кожаный футляр, направился обратно к кораблю.

Закрывшись у себя в каюте, он достал своё приобретение. Положил на стол и некоторое время задумчиво рассматривал, словно надеясь, что туманный шарик вот-вот с ним заговорит.

Шарик издевательски молчал. Стрелка-радиус смотрела куда-то вверх и вбок.

Пристально глядя в глубину туманной капли, Элайкзиндер в какой-то момент даже задремал. Похоже, шарик был способен к лёгкому гипнотическому воздействию. А может, капитан просто отключился от нервного перенапряжения.

Очнулся он от визга транслятора. Кто-то из команды хотел с ним связаться.

Он ещё раз поглядел на шарик. Стрелка-радиус уткнулась в зенит.

Капитан, не глядя, ткнул длинным пальцем в клавишу активации связи. Маленький экранчик высветил жирное рыло боцмана-феригола.

– Ну, что у вас плохого? – мрачно осведомился Элайкзиндер.

– Ничего! – радостно осклабился боцман. – Зато хорошего – целых три контейнера. Причём не пустых.

– Три контейнера чего? – не понял Элайкзиндер.

– Нейтрониума, чего ж ещё? – ответил боцман. – Причём высшей очистки, как только что с завода!

– Это где ж вы его отыскали? – удивился капитан, уже начавший было подумывать о немедленном старте в Запределье – так надоела ему эта болотистая местность.

– На спутнике местном, – ответил боцман. – Ты же просил обыскать всю систему, вот мы и занялись. Доволен?

– Ещё бы! – отозвался Элайкзиндер. – Прибудете скоро?

– Две минуты! – ответил феригол. – Нейтрониум уже погрузили, осталось только со спутника сняться. Висим сейчас у тебя над головой, прямо в зените. Так что жди гостинца… – Связь прервалась.

– Над головой они висят… – пробурчал капитан. – Пойти встретить вас, что ли…

Взгляд его вновь упал на лежавший на столе шарик. Стрелка его по-прежнему указывала в зенит.

Элайкзиндер заинтересованно хмыкнул. Взял шарик со стола и покрутил его в руках.

Стрелка-радиус ни на секунду не отклонилась от своего положения.

В мозгу капитана начала вырисовываться некая достаточно логичная картина. Настолько логичная, что его кожа от возбуждения стала испускать густой запах мускуса, что бывало не так уж часто.

Ещё бы несколько доказательств. Маленьких, но необходимых. И тогда он наконец поймёт смысл этой туманной капли.

Доказательство находилось на расстоянии вытянутой руки.

Элайкзиндер включил большой корабельный локатор. Прозрачная полусфера услужливо вывалила перед ним картину окружающего пространства. Довольно скудную, надо сказать.

На экране было всего три объекта. Вернее даже два, поскольку планетарная поверхность, где он сейчас находился, объектом считаться могла с большой натяжкой.

В зените висел лиловый шарик местного спутника, а рядом с ним находилась маленькая искорка стартовавшего с него шаттла. Искорка быстро приближалась к поверхности планеты.

Элайкзиндер перевёл взгляд на туманный шарик. Почти не удивившись, отметил изменение направления его стрелки. Она медленно клонилась вниз.

– Вектор матка-шаттл! – негромко потребовал он от локатора. Внутри зеленоватой полусферы послушно появилась тонкая нить, соединявшая поверхность планеты с приближавшейся к ней искоркой шаттла. В точности повторяя направление, которое указывала стрелка туманного шарика.

– Что же это я выменял? – задумчиво произнёс Элайкзиндер, разглядывая своё приобретение.

Так и не придя ни к какому выводу, он тщательно упаковал шарик в кожаный футляр и направился встречать груз.

Боцман не соврал. Действительно, три контейнера. Действительно – полные. Пятьсот лет для сверхтяжёлого энергоносителя – не срок. Как и было сказано – немедленно в конвертер.

Корабль ожил. После предварительного прогрева застоявшихся энергоконтуров и неизбежной суматохи после вынужденного трёхнедельного безделья команда наконец разместилась на своих местах. Ещё несколько проверок вновь работающих механизмов – и корабль покинул планету.

Отойдя на пару мегаметров от планеты, они осторожно просканировали ближнее Запределье на предмет затаившихся драконов.

Однако всё было спокойно. Ближний Запредел был чист, как мысли новорождённого. Вознеся короткую молитву творцам Предвечного Хаоса и на всякий случай поглядев в туманный шарик, Элайкзиндер скомандовал погружение. По вектору стрелки туманного шарика.

Две недели тихого хода в Запределье до населённых областей галактики прошли на удивление мирно. Ни драконов, ни призрачных кораблей, ни крейсеров федеральной безопасности. Запредел был чист и спокоен, как в самом начале мира.

Точку выхода они наметили достаточно нейтральную. Граница Невидимой Республики с небольшим шаровым скоплением – владением Ленивого барона Хрантроггского. Идеальное место для всяческих тёмных делишек.

Барон этот заслужил своё прозвище из-за весьма специфической лени. Когда кто-то грабил его владения, барон само собой активно защищался, а вот если кто из соседей-республиканцев обращался вдруг к нему за помощью против обнаглевших корсаров, нахально укрывшихся на его территории, барон отвечал стандартной фразой: «Лениво связываться. Сами уберутся».

Как правило, они и убирались. Но только очень нескоро. Не раньше, чем в погребах барона заканчивалось пиво и тритановка. Сэмпишлан Хрантроггский слыл по всей галактике весьма гостеприимным хозяином. Кого он там принимал в своей планетарной крепости – это уже другой вопрос. По крайней мере, не соседей-республиканцев. Хотя, по слухам, тамошняя налоговая служба относилась к барону довольно спокойно…

Вот и на этот раз Элайкзиндер направил свой потрёпанный корабль в эту благословенную местность. Поскольку, кроме обычных тританиумных караванов, здесь водился ещё один народ, на текущий момент крайне его интересующий.

Зианнгги.

Кто они были, откуда пришли – не знал никто. Даже они сами. Кочевое племя воров-философов. Их громадные корабли возникали в любой точке галактики, и никто из её обитателей не знал, чем может обратиться такое пришествие. Как правило, зианнгги высаживались на какой-то захудалой окраинной планете, изредка нанося визиты в обитаемые миры той же системы, вежливо и ненавязчиво занимаясь там мелким мошенничеством, при этом ухитряясь обставить дело так, что всё происходящее их как бы и не касалось. Пожертвовать парой-тройкой своих самых ненужных соплеменников, чтобы откупиться от излишне навязчивых федерал-контроллеров было их обычной тактикой. Ну, допустим, облегчил кто-то местное хранилище нейтрониума на пару мегатонн тяжёлого металла. Кто виноват? Разумеется, инородцы, тем более что все улики против них. Так пожалуйста. Зианнгги по первому требованию федеральных контроллеров выдавали им пару-тройку своих низших соплеменников, после чего некоторое время вели себя тише воды ниже травы. Дескать, это не мы, а всего лишь некоторые несознательные типы. А затем, успокоив общественное сознание, срывали изрядный куш в одном из местных казино и тихонько удалялись в неизвестном направлении.

Но при всём при этом зианнгги не чурались и обычной, самой что ни на есть чёрной работы. Запредел-коннекторы на планете забарахлили – зианнгги починят; транспортные службы бастуют – зианнгги договорятся; мясные плантации третий сезон не плодоносят – зианнгги помогут и направят.

Как сказал Киб Первый и Единственный: «Если у тебя что-то украли – обвиняй зианнггов. Если тебя прокляли – заплати зианнггам. Если же всё совсем плохо – просто сходи к зианнггам».

И это было правдой.

Кроме обычных простейших способов заработка, как то: кража, рэкет и разбой, зианнгги также пользовались и Знанием. Знанием с большой буквы.

Может быть, это было Знание Старших Хозяев. Может быть, просто сокровенные тайны загадочной кочевой расы. Зианнгги не афишировали такие подробности. И тем не менее, поток клиентов, что шли к ним с неразрешимыми вопросами, не иссякал. Тем более что для зианггов неразрешимых вопросов, похоже, просто не существовало.

У Элайкзиндера был как раз такой вопрос. Вернее два. «Что это?» и «Как этим пользоваться?». Но для разрешения этих вопросов требовалось немножечко средств.

Коих у него не имелось.

Пока.

Помянутые средства оказались добыты достаточно быстро. Пограничные миры Невидимой Республики никогда не жаловались на отсутствие ценных веществ и предметов. Если только это добро не крадут какие-то разбойные элементы типа Элайкзиндера, только что вывалившегося из Запределья в этом районе пространства.

Элайкзиндер не терял времени зря. Быстренько сориентировавшись в местной обстановке, он занялся перехватом кодированных сообщений между республиканской метрополией и местными мирами. Накопив достаточное количество информации, он приступил к работе.

Зависнув в глубокой невидимости поблизости от точки входа местных конвоев в Запределье, Элайкзиндер дождался отправки очередного актинидного каравана. Тихонько скользнув вслед за ним в Запределье, он какое-то время следовал за конвоем. А когда охрана благостно расслабилась, взял на абордаж самый слабый из транспортов.

Это был поистине головоломный манёвр – напасть на суперохраняемый конвой. Четыре крейсера против одного изрядно потрёпанного кораблика – немыслимая сила. Но в этот раз силы хаоса, похоже, были благосклонны к экипажу Элайкзиндера. Молниеносный прыжок, быстрая атака и выпадение в обычное пространство вместе с пришвартованным к его кораблю одним из транспортов конвоя застали сопровождающих врасплох. Давно уже никто из вольных братьев не покушался на актинидные караваны Пограничья. Когда сориентировавшиеся корабли сопровождения выскочили в пространство, они застали там лишь полностью опустошённый корпус подопечного транспорта. Без малейших признаков команды и энергозапасов. Ну и, разумеется, без груза. Полмиллиона тонн экзоплатины словно в коллапсар провалились. Покружив немного для порядка, крейсеры вновь вернулись в Запределье, охранять остатки каравана.

Элайкзиндера это не интересовало.

Загрузив за их счёт свои трюмы и энергоотсеки, он, не тратя зря времени, направился к планетарной крепости барона.

Крепость была ещё той. Газовый гигант, опоясанный громадным кольцом, вокруг которого обращались четырнадцать крупных и три десятка мелких спутников, не считая массы следящих и стреляющих устройств.

Впрочем, Элайкзиндер не спешил почтить своим личным присутствием местного барона. Цель его была конкретна и гораздо менее агрессивна.

Центральный планетоид зианнггов.

Галактические бродяги устроили в этой системе нечто вроде базы. По крайней мере, здесь они находились уже довольно давно. Барон никого не гнал, пока посетители исправно платили за своё пребывание на его территории, и в свою очередь посильно способствовал им в плане охраны. Зианнгги не жаловались.

Когда Элайкзиндер выбрался из шаттла на поверхность планетоида, его первым ощущением оказалось отвращение. Мерзко было всё. От витавшего в воздухе запаха верблюжьего навоза, сваренного в отработанном машинном масле, до общего вида планетоида и его обитателей.

Зианнгги в общем напоминали собой гуманоидов-фериголов. Но только в общем. А в мелочах… Слишком громкая речь, больше похожая на визгливый крик, слишком рваные и пёстрые одежды, слепящие глаза буйством флюоресцентных красок, наконец, слишком уж неприятный запах, исходящий от их тел. Гуманоид не может пахнуть так, как это позволяли себе они.

На корабль Элайкзиндера здесь никто не обратил внимания. Мало ли кому понадобилось поделиться своими кредитами с бедными бродягами.

Капитану не слишком хотелось общаться с местными обитателями. Видимо, даже у не особенно разборчивого пиратского вожака были какие-то внутренние ограничения. Проще сказать, от зианнггов его воротило. Как, впрочем, и большинство остальных обитателей галактики. Но с его проблемой идти, в общем-то, было некуда. Обычных псиоников привлекать к этому делу он не хотел. Мало ли какую свинью подложат. В этом плане с зианнггами было попроще, хотя ослаблять внимание не стоило.

Капитан остановил пробегавшего мимо чумазого парнишку.

– Где здесь поблизости можно найти Знающего? – спросил он, запоздало сожалея, что не догадался перед выходом из корабля вставить в нос фильтры.

– Везде! – весело отозвался парнишка.

– А конкретнее? – поморщился Элайкзиндер, не слишком радуясь затягивающемуся разговору.

– Да они здесь на каждом шагу, – ответил пацан. – В любом доме – только зайди.

– Ну хорошо, – произнёс капитан, оглядываясь по сторонам. Окружавшие его халупы могли претендовать на звание дома только с очень большой натяжкой. – В этом есть? – спросил он, ткнув пальцем наугад в одну из таких построек.

– Целых двое! – ответил парнишка. – Дай пять гаков!

– За что? – изумился капитан.

– За информацию, – серьёзно ответил пацан.

Секунду поразмыслив, Элайкзиндер протянул парнишке синий пластиковый квадрат. Лучше немного потратиться, чем случайно стать врагом.

Кредитка исчезла в доли секунды. Вместе с пацаном, словно провалившимся под землю. Элайкзиндер пожал плечами и направился к указанному строению, на ходу запихивая в ноздри ароматные тампоны фильтров.

Собранная из листового железа и рваных кусков пластика хижина, к удивлению капитана, имела дверной звонок и переговорное устройство. Решив вести себя прилично, Элайкзиндер пнул дверь ногой. Хижина затряслась.

Ожил переговорник:

– Ты что, совсем неграмотный? – послышался резкий дребезжащий голос. – Звонка не видишь?

– Я по делу, – игнорируя хозяйскую грубость, произнёс капитан. – Открывай.

– А деньги? – издевательски проговорило устройство.

– Будут тебе деньги… – буркнул капитан. – Если ты, конечно, Знающий…

Тихо зажужжав сервомотором, дверь распахнулась, открывая внутренности мрачной закопчённой пещеры. Пригнувшись, Элайкзиндер осторожно вошёл внутрь.

Изнутри обиталище Знающего выглядело ещё отвратнее, чем капитан себе представлял. Утоптанный земляной пол, в углу чадящий очаг. У очага на полу лежали две кучи тряпья.

Капитан огляделся, пытаясь увидеть местных жителей. Из кучи тряпья донёсся короткий смешок.

Куча слегка пошевелилась. Присмотревшись, Элайкзиндер различил в ней некое подобие лица. Поморщился.

Смешок повторился.

– Ну, выкладывай, что там у тебя? – всё тем же дребезжащим голосом произнёс зианнгг. – Да не пугайся. Знал бы ты, как сам выглядишь – зрелище не менее отвратное, чем я.

Капитан пропустил это высказывание мимо ушей. Достал из кармана кожаный футляр. Раскрыл его и покачал висящим на цепочке туманным шариком перед лицом сидящего.

– Знаешь, что это? – спросил Элайкзиндер.

– Нет, – честно ответил зианнгг. – Но сейчас буду знать. Дай сюда.

Вместо ответа капитан выволок из кобуры тяжёлый парализатор и покачал им перед носом Знающего.

– Э-э, убери-ка эту штуку, – недовольно произнёс второй обитатель халупы, – здесь не место для таких вещей. Не убежим и не украдём, не волнуйся.

– Знаю я вас… – буркнул капитан. Немного поколебавшись, он протянул шарик Знающему.

Грязные пальцы зианнгга осторожно коснулись шарика. Знающий поднёс его к лицу, долго и сосредоточенно вглядываясь в предмет. Насмотревшись как следует, он принялся поглаживать его, бормоча под нос какие-то бессвязные звуки. Затем обнюхал и даже попытался попробовать его на зуб, отчего капитан беспокойно снял парализатор с предохранителя. Знающего это не заинтересовало. Он ещё несколько раз лизнул шарик, словно пытаясь понять, каков он на вкус. Испустил тонкий короткий вопль и принялся медленно раскачиваться взад-вперёд, держа шарик на вытянутой руке. После чего вновь затих и, хитро прищурившись, посмотрел на Элайкзиндера.

– Хорошая штучка! – наконец произнёс он. – Деньги давай, рассказывать буду.

– Сколько? – спросил капитан.

– Тысяча двадцать пять гаков, – ответил зианнгг.

– За что столько? – удивился Элайкзиндер.

– За правду, – веско ответил Знающий. – Плати, не стесняйся, потом окупится сторицей.

– А почему тысяча двадцать пять? – спросил капитан.

– Тысяча за работу, остальное за то, чтобы я тебе эту штучку отдал, – ответил зианнгг. – Здесь даром ничего не делается.

– А если я тебе только тысячу выдам? – попробовал сторговаться Элайкзиндер.

– Тогда будешь знать, что это за предмет, но останешься без него, – ответил Знающий. – Просто, как водород.

– Грабители… – проворчал Элайкзиндер, передавая указанную сумму.

– От грабителя слышу! – парировал зианнгг. – Впрочем, это к делу не относится. Во-первых, забери свой указатель, чтоб потом не говорил, что не отдали, а во-вторых, слушай. Повторять не буду.

И зианнгг поведал ему, что туманный шарик является своеобразным локатором-указателем. Указывающим в каждый конкретный момент времени точку, которую можно было охарактеризовать как место, где хорошо. Понятие «хорошо» означало, что в этой точке с наименьшими затратами энергии и прочих средств могло быть выполнено главное желание, владеющее хозяином указателя в данный момент времени.

– То-то когда мы без горючки сидели, он на средний спутник вдруг стал показывать! – догадался Элайкзиндер. – А ещё что он умеет?

– Тебе что, мало? – изумился Знающий. – Хватит и того, что расстояния для него не существует. Если тебе нужно что-то на другом конце галактики – он и это покажет.

– Что, и в Запределье? – недоверчиво спросил Элайкзиндер.

– И там тоже, – кивнул зианнгг. – Можешь прямо сейчас испытать.

Капитан взглянул в шарик. Стрелка-радиус показывала куда-то по горизонтали вбок.

– Ну, и чего тебе сейчас хочется? – спросил Знающий.

– Сказать честно – побыстрее отсюда убраться, – ответил Элайкзиндер.

– Ну и иди, – махнул рукой хозяин хибары. – Нам твой запах обонять тоже не великое удовольствие…

Крепко сжимая в руке туманный шарик, капитан выбрался наружу. Распрямился, осматриваясь вокруг. Запахи табора показались ему сейчас райским ароматом по сравнению с воздухом внутри хибары Знающего. Он ещё раз посмотрел на шарик.

И почти не удивился, увидев, что стрелка указывает на стоящий за околицей табора его собственный шаттл…

С этого момента жизнь вольного пирата Элайкзиндера сделала крутой поворот.

Точно вдоль стрелки указателя.

Полоса неудач закончилась.

Добравшись до своего корабля, висевшего на низкой орбите, капитан выгнал штурмана из его рубки, наглухо заперся в ней и довольно долго не выходил. Затем вызвал её хозяина по внутренней связи, продиктовав новый курс. На резонный вопрос «Куда летим?» он ответил невнятным мычанием и посоветовал не спрашивать лишнего. Зная непредсказуемый характер капитана, штурман послушно направил корабль по указанному курсу.

Элайкзиндер не выходил из штурманской три недели, не обращая внимания на команду, которая уже начинала выказывать недовольство неизвестностью конечной цели. Капитан упорно сидел в рубке, напряжённо вглядываясь в туманный шарик.

И когда в начале четвёртой недели полёта стрелка-радиус начала укорачиваться, знаменуя приближение к цели, Элайкзиндер облегчённо скомандовал боевую тревогу и вышел из штурманской.

У двери рубки его ждала половина команды. Пираты были чем-то сильно недовольны.

Из толпы собравшихся вольных братьев тяжело выступил боцман. Задумчиво откашлявшись, он произнёс:

– Слушай, капитан, ты там с ума не сошёл?

– А что такое? – недоумённо произнёс Элайкзиндер, нащупывая на поясе кобуру.

– Ты что, всерьёз решился атаковать Керенгорм? – спросил боцман.

В воздухе повисло напряжённое молчание. Капитан сглотнул слюну. Отдавая приказ, он сам ещё точно не знал, какова их конечная цель, всецело положившись на шарик.

Керенгорм, значит…

М-да…

Керенгорм был небольшой искусственной планетой, висевшей в пустом пространстве между двумя ветвями галактики, одна из которых принадлежала Регулярской лиге, а вторая – республике.

Керенгорм создавали как нейтральную перевалочную базу для актинидных караванов и прочих ценных транспортов. Этакий пограничный таможенный складской пункт. Разумеется, с соответствующей охраной.

Овладеть богатствами Керенгорма мечтали многие, но до сих пор ещё никто не осмеливался на него напасть. Слишком уж чревато…

– А что, – невозмутимо ответил Элайкзиндер, справившийся с первоначальным шоком от услышанного. – Весьма пристойная добыча. Или кто-то спорит?

– Добыча-то пристойная, – с тихой ненавистью в голосе ответил боцман, – а ты о деталях подумал? Да нас же ещё на дальних подступах в хаос отправят! Это в лучшем случае!

Элайкзиндер никогда не считал себя трусом. Однако нынешняя ситуация заставила его призадуматься. Конечно, его указатель честно показывал место, где любой энергичный носитель разума может быстро разбогатеть. Только вот какой ценой…

– А вы разведку провели, что так уверены в поражении? – поинтересовался капитан, всё ещё веря в свой талисман. – Или нас уже засекли и расстреливают?

– Пока ещё нет, – мрачно ответил боцман.

– Тогда быстро к сканерам! – распорядился вновь обретший уверенность Элайкзиндер. – Сперва как следует посмотрите, что там делается, а потом можете наезжать на капитана. Если осмелитесь! – добавил он с неприятной усмешкой.

После чего, раздвигая толпу собравшихся, направился в главную ходовую рубку. Остановить его никто не решился.

Едва только он устроился в кресле управления, на экране возник первый помощник. Лицо его светилось радостным возбуждением.

– Поразительно! – воскликнул он. – Их сторожевые пояса не реагируют на внешние объекты! Такое впечатление, что там все умерли!

– Проверь на предмет сторожевых кораблей! – оборвал его Элайкзиндер. – И заодно скажи связникам – пусть выведут в пространство следящего робота. Слушайте эфир на всех частотах. Там явно какая-то крупная заваруха идёт. Глядишь, и прорвёмся.

Старпом ненадолго отключился. Через минуту он вновь появился на экране, ещё более весёлый.

– Капитан, откуда вы знали? – радостно заорал он. – Их флот почти в полном составе устроил грандиозную свалку с какими-то громадными тварями в дальнем секторе. В патруле только парочка ракетных катеров! Прикажете атаковать? Не с такими справлялись!

– Проверь ещё раз их сторожевые пояса, – сдержанно ответил капитан. – Похоже, их кто-то крепко повредил. После подтверждения безопасного выхода в пространство – круговая атака. Уничтожить катера, затем высадка на поверхность. Очищаем ближайший склад и назад в Запределье. Приказ ясен?

– Более чем! – расплылся в улыбке старший помощник.

– Тогда действуйте! – ответил Элайкзиндер.

Битва с ракетными катерами заняла минимум времени, близкий к рекордному.

Элайкзиндер сидел у полусферы курсопрокладчика, направляя корабль туда, куда указывал лежавший перед ним туманный шарик. Когда его стрелка укоротилась до точки в центре шарика, Элайкзиндер скомандовал выход в пространство.

Они вывалились в паре тысяч километров от сторожевых катеров. Подготовленные к стрельбе орудия в доли секунды нашли цели. Восемь бледных импульсов пронзили пространство, упёршись в сторожевики.

И всё.

Салют из двух небольших вспышек открыл им путь вниз. К сокровищам Керенгорма.

Элайкзиндер бросил корабль в крутое пике. После уничтожения сторожевых кораблей в туманном шарике вновь возникла стрелка, указывающая на этот раз вниз, на Керенгорм. Капитан, уже полностью доверившись указателю, гнал корабль к новой, пока ещё неизвестной, но наверняка достойной цели.

Они высадились на широкой металлической равнине, окружённой одинаково безликими корпусами складов.

– Второй корпус справа от центрально выхода! – скомандовал Элайкзиндер. – Только его, остальные не трогать!

За какие-то полчаса склад был полностью очищен от содержимого. Спустя ещё двадцать минут полностью загруженный корабль уже был в Запределье.

– Интересно, чем это мы разжились? – задумчиво спросил сам у себя Элайкзиндер. – Пойти посмотреть, что ли?

Добыча превзошла самые смелые мечты. Нет, конечно, неплохо было бы захватить казну какой-то третьесортной планетки и спокойно начать новую обеспеченную жизнь, но в данный момент этого не произошло. Добыча оказалась ничем не хуже денег.

Большая партия нового оружия. Способного работать как в обычном пространстве, так и в глубоких слоях Запределья. Корабельное и ручное.

Чистый доход.

Осталось только одно. Превратить это добро в кредиты.

Вспомнив об этом, Элайкзиндер помрачнел. Связываться со Средневетвью ему не хотелось по многим причинам. Продавать секретное оружие обычным торговцам было ещё опаснее. Правда, оставалась ещё Черепаха, но Элайкзиндер не был на ней зарегистрирован, а соваться туда без кредитов смысла не было.

В смятенных чувствах капитан на какое-то время совершенно забыл о своём маленьком помощнике. Немного придя в себя, он нащупал в кармане шарик. Выложил его на пульт управления и какое-то время совмещал курс корабля со стрелкой указателя.

Стрелка недвусмысленно упиралась в Черепаху…

Уже не колеблясь, Элайкзиндер направил корабль туда.

В первом контрольном поясе Черепахи он честно ответил, что денег на гражданство не имеет, но готов расплатиться имеющимся на борту грузом по текущему курсу.

Эксперты, увидевшие его груз, ахнули от изумления. Вслед за чем поинтересовались, где он это добыл. Узнав где – ахнули вторично. После чего немедленно расплатились, заодно выдав Элайкзиндеру и его команде в качестве бесплатного приза местное гражданство.

С двумя десятками миллионов в кармане Элайкзиндер наконец почувствовал себя полноценным гражданином галактики.

Новости расползаются быстро. Особенно в таком месте, как Черепаха. Элайкзиндер, ещё даже не успев толком начать кутёж, оказался в центре внимания местных обитателей. Каждый считал своим долгом поздравить удачливого флибустьера, выпить с ним за его здоровье и заодно поинтересоваться, как ему удалась столь отчаянная акция.

Элайкзиндер вежливо отмалчивался на этот счёт. Пользуясь правом гражданина Черепахи, он подыскал себе достаточно укреплённый домик и некоторое время тихо пропивал честно заработанные кредиты. А когда разврат надоел, он решил взглянуть на свой талисман.

Стрелка показывала куда-то вверх.

И капитан начал собирать свою команду.

Поменяв свой старый потрёпанный кораблик на два приличных малых фрегата, он отправился в путь. Как и в первый раз, Элайкзиндер не имел ни малейшего представления, куда его занесёт.

Ныне команда была предупреждена, что цель полёта является личной тайной капитана, а претензии принимаются только в случае неудачи.

Сейчас целью оказался конвой, сопровождавший шесть только что сошедших с имперской верфи «Больших Кусак», купленных графом Альферанским.

Своих «Кусак» граф так никогда и не увидел… В отличие от Элайкзиндера, решившего после этого нападения собирать собственный флот.

Излишне говорить о триумфе, которым встретила его Черепаха. После этой акции Элайкзиндера стали называть не иначе как Тощий Лаки. Слишком уж сопутствовало ему пиратское счастье. А на Тощего он не обижался. Могли и хуже обозвать.

В течение следующего года Лаки совершил всего три налёта. Всё с тем же блистательным успехом. Эскадра его разрослась до двадцати двух единиц, среди которых были даже два экспериментальных корабля для исследования глубокого Запределья. О его состоянии ходили легенды. Вольные братья круглосуточно осаждали его новую резиденцию в одной из пирамид Центра, стремясь любой ценой устроиться под его командование.

Такие выдающиеся способности не могли остаться без внимания. И в один прекрасный день Лаки был разбужен срочным вызовом к губернатору Черепахи.

Со сна он даже немного испугался – не сделал ли он чего слишком уж дерзкого, что потребовало столь срочной аудиенции. Но через минуту уже пришёл в себя. Вытащил из сверхзащищённого сейфа свой верный талисман и какое-то время соображал, куда он указывает на этот раз.

Вектор упирался в резиденцию губернатора.

Рассудив, что хуже от этого вызова не будет, Тощий направился туда. Где, после недолгого обмена любезностями, получил простое и весьма конкретное предложение – стать заместителем губернатора по силовым структурам.

Такое предложение требовало вдумчивого подхода. Тощий Лаки выразил губернатору свою полную солидарность и попросил сутки на размышление. После чего вернулся в свои апартаменты.

Думал он недолго. Через два часа по локальной линии связи Лаки сообщил губернатору о своём полном согласии. В самом деле, чего ещё было желать вчерашнему заурядному корсару, задолжавшему полтора миллиона родной Средневетви? Абсолютная власть над всей империей мало интересовала его беспокойную натуру, а вот подобная должность устраивала по всем параметрам. Сидишь себе в уютном кабинете, отдаёшь приказы, ещё и деньги за это платят. И немаленькие.

Жизнь, как говорится, удалась.

Как оказалось впоследствии – не совсем. Ибо жизнь штука сложная и вдобавок изрядно весёлая. Она любит повеселиться над теми, кто напыщенно именует себя «хозяевами жизни».

Хозяев у неё нет. Есть только попутчики. И если пути расходятся…

За два десятка лет Лаки привык к своему администраторскому креслу. Иногда он даже начинал скучать по своей прежней вольной жизни. Лучшее лечение такой хандры, как правило, заканчивалось извлечением из сейфа туманного шарика с прокладыванием очередного курса. Вслед за чем Тощий Лаки связывался с несколькими своими экипажами и сообщал им данный курс. Как всегда, не сообщая конечной цели. К этой маленькой причуде удачливого капитана народ относился снисходительно. Начальство умное, начальство знает, что делает. А задача экипажа проста – слетать, ухватить побольше и вернуться. За последние двадцать лет Лаки ещё ни разу не ошибся в выборе курса.

Но вот однажды, во время очередного приступа скуки, он вновь взял в руки детектор. Стрелка в этот раз была очень короткой. Сориентировавшись на местности, Лаки понял, что указывает она на клуб «Княжий вопль».

Не так уж и далеко. Засидевшийся в своём кабинете Лаки решил немного размяться. В конце концов, немало полезного можно отыскать и на самой Черепахе.

Повесив талисман на шею и взяв с собою четырёх фитоморфов-телохранителей, Лаки отправился в клуб.

Последствия были ужасны. Вернее, одно последствие. Побитая рожа заживёт сама. Телохранители – кто о них вообще вспомнит? Украденный кошелёк с кредитами – тоже невелика потеря.

В отличие от маленького туманного шарика. Который исчез.

Мириться с такой потерей Лаки просто не мог. Хотя бы потому, что благодаря этому указателю он смог стать тем самым Тощим Лаки. Счастливчиком. Силовиком. Третьим лицом на Черепахе.

Без указателя всё это могло рухнуть в любой момент. Взлетев столь высоко, падать отчаянно не хотелось. И потому Лаки нервно ходил по кабинету, жуя нераскуренную сигару.

Обыск всех посетителей «Княжьего вопля» ничего не дал. Показания свидетелей были сбивчивы и противоречивы. Личные телохранители один за другим отправились в хаос. Тут могла бы помочь видеофиксация, но на Черепахе она была строжайше запрещена, как противоречащая её укладу и закреплённым вольностям.

Но ведь должен быть хоть какой-то намёк! На свете не бывает чудес и точно так же не бывает идеальных краж. Похититель всегда оставляет какой-то след. Другое дело, что след этот иногда столь незначителен, что отыскать его почти невозможно. Почти.

Вот за это «почти» Тощий Лаки и старался уцепиться. Однако всё было напрасно. А профессиональных следователей на Черепахе отродясь не было. Не нуждались здесь в этой профессии.

– Должен быть след, должен! – упорно твердил Лаки, вновь и вновь прокручивая перед собой картину бара до того момента, когда какой-то гуманоид разбил о его голову тяжёлый стул.

– Стул. Гуманоид. Бар. Бармен, – тупо произносил Лаки, от безысходности решив заняться простейшим методом свободных ассоциаций. – Коктейль. Стакан. Пьянство. Разврат. Растраты. Деньги. У одних мало – у других много. Наличные. Внутренние. Перевод. Перевод? Перевод! Вот оно! – завопил Лаки. – Эй, терминал! – крикнул он, обращаясь к кабинетному устройству связи, – Можешь связаться с кассовым аппаратом «Княжьего вопля»?

Терминал послушно запищал, замигал лампочками, входя в финансовую сеть Диска.

Через пару минут кабинетный голокуб высветил входную картинку-приглашение в финсеть указанного клуба.

– Список вчерашних посетителей клуба, – скомандовал Лаки.

Картинка приглашения мигнула и исчезла. По экрану пополз длинный список имён.

Лаки мысленно порадовался за себя. Действительно, как можно было забыть? Каждый посетитель клуба фиксировался при входе. В дверях был установлен сканер-кассир, автоматически снимавший со счёта каждого посетителя по пять гаков – стандартная плата за вход. И пока счета посетителей проходили подтверждение центрального банковского процессора Диска, их имена и адреса оставались в памяти клубного компа. На случай возможных накладок со всякими любителями отдохнуть за безденьги. Очень удобная программа.

Список наконец остановился.

– Теперь выдай имена и адреса покинувших клуб в период между 26.60 и 26.80 единицами, – продолжил Лаки.

Список заметно уменьшился. Десятка три имён, не более.

Это уже было более чем прилично.

– Список запомнить, сравнить со списком в директории «Розыск», – произнёс Лаки. – Оставить тех, кто не включён во второй список.

Терминал думал ещё три секунды.

Список ещё немного укоротился. Осталось девятнадцать имён.

– Девятнадцать уродов сбежали, пока я валялся в отключке, – задумчиво произнёс Лаки. – Ну что ж. Девятнадцать – это не шестьсот. Будем искать…

Поиск занял целые сутки. Лаки начал с местных обитателей, владеющих хоть какой-то недвижимостью. Таковых оказалось одиннадцать. Установив их точные координаты, Тощий самолично отправился по адресам. Увы, везде его постигла неудача. Ни один из давешних посетителей «Вопля» ничего не смог сказать об интересующем Тощего предмете. К его великому сожалению, все говорили истинную правду, что подтверждал и портативный мнемодетектор.

С чувством наполовину выполненного долга Лаки вернулся в свой кабинет.

Отрицательный результат – тоже результат. Сегодняшний поход наполовину уменьшил число вероятных похитителей. Оставалась вторая часть. Более сложная. Поскольку эти клиенты не имели постоянного местожительства на Черепахе.

Но и это было решаемо. Трёх энтоморфов и бигелоу Цади можно считать за одну единицу – панк-группа «Каловые массы» поодиночке не развлекалась. Лизардинец Гнилофор – второй пилот из команды Бабули Флэш, позавчера вернувшейся из дальнего похода. И ещё один реликтовый гуманоид, нагло покушавшийся на его личного телохранителя. Того самого, которого Лаки только что поджарил. Если ещё учесть, что гуманоид после первого контакта с его охранником заорал: «Команда! Наших бьют!» – сидя за одним столиком с вышеописанными персонами, то можно с уверенностью сказать: они вместе. Непонятно, правда, зачем Бабуле понадобился этот гуманоид, хотя кто её знает? Зато эта толпа как нельзя более подходила к описанию той группы, что сбежала в раскрашенном фургоне. С ними можно было не спешить – «Сияющий Оргазм» просто обязан был задержаться здесь как минимум на месяц, если не больше. А вот оставшиеся два клиента внушали опасения.

Один – с какого-то совершенно левого корабля. Не то купец, не то шпион, не то вообще непонятно кто. Базировался он где-то на противоположном краю Диска. Но даже это ничто по сравнению с последним клиентом. Тот вообще был опустившимся бродягой и вдобавок на три четверти роботом. Где его искать – совершенно непонятно. Может быть, в глубине Диска, а может быть, и на соседней улице. А то и вообще на свалке металлолома.

Отправив парочку роботов-соглядатаев, выполненных в виде невинных мусорщиков, следить за «Сияющим Оргазмом», Лаки вновь отправился на поиски. На этот раз ему пришлось поднять на ноги десятка три своих самых надёжных ребят. Диск был слишком велик для поиска двух неизвестных.

А тут ещё губернатору вздумалось устроить приём по случаю визита на Черепаху высоких гостей из республиканской метрополии. С Дондилона прибыла очередная толпа военных экспертов. Похоже, метрополия в очередной раз решила поинтересоваться, не слишком ли усилилась пиратская республика в плане вооружений и прочих мелких радостей жизни.

Предстояла невыносимо нудная процедура убеждения экспертов в обратном. А поскольку губернатор такими вопросами не занимался, имея под рукой груду всевозможных неотложных дел, вся нагрузка должна лечь на Лаки.

Уже легла.

Как раз тогда, когда ему исключительно необходимо было свободное время. Дня два, не больше. К великому его неудовольствию, отказаться он не имел ни малейшей возможности. Даже если бы сказался смертельно больным, эксперты всё равно не оставили бы его в покое.

Проклиная обязанности, налагаемые на него высокой должностью, Тощий Лаки влез в парадный костюм и, расшвыривая сапогами зазевавшихся сервоуборщиков, направился к транспортному ангару.

«Только полчаса, максимум час, – раздражённо думал он. – Обменяться любезностями, показать пару объектов – и назад».

Обмен любезностями занял больше двух суток. Эксперты, как всякие нормальные работники военного ведомства в командировке, повели себя соответственно. Торжественный приём, банкет, ознакомительная экскурсия по Диску, банкет в «Галактическом ядре», клуб, банкет, попойка в личных апартаментах Лаки, утреннее требование вылета к стратегическим объектам, причём эти объекты по странной случайности оказались ближайшими барами…

Полный бардак.

Лаки честно попытался в разгар веселья незаметно оставить гостей веселиться самостоятельно, но от бдительного взора командированных вояк скрыться было невозможно. Скрипя зубами от невозможности вернуться к розыскам потерянного детектора, Лаки вливал в себя бокал за бокалом, от злости не чувствуя опьянения.

Только на третий день он с усилием продрал глаза. Эксперты, удовлетворившиеся осмотром, благополучно отправились восвояси, губернатор тоже вроде бы остался доволен. Пора было заняться собственными делами.

Пошатываясь от усталости, Лаки добрёл до терминала. Усевшись в кресло и придав себе более-менее пристойный вид, включил голокуб, вызывая отчёты командиров розыскных групп.

Розыскники потрудились на совесть. Оба клиента находились в добром здравии и под чутким контролем его ребят.

А вот с третьим объектом возникла некоторая напряжённость. Шпионы-мусорщики, следившие за «Сияющим Оргазмом», два часа назад выдали сообщение, что корабль Бабули Флэш стартовал в неизвестном направлении. Предположительная цель – поиск четвёртого Слона по заказу губернатора.

Два часа назад начальник силовых структур Черепахи валялся у себя дома в совершенном бессознании, отходя от вынужденного двухдневного пьянства. Связываться в это время с его бесчувственным телом было совершенно бесполезно – Лаки всё равно ничего бы не почувствовал.

Прочитав последнее сообщение, он яростно стукнул кулаками по подлокотникам кресла. Кресло жалобно хрустнуло.

– И что теперь? – зло произнёс он. – Где прикажете искать этих уродов? За Слоном, видите ли, отправились! Интересно знать – куда? И ведь самому с Диска сейчас никак не отправишься! Как всё плохо! Ладно, будем надеяться, что детектор не у них…

К неудовольствию Лаки, это предположение не оправдалось. Отправившись по адресам двух оставшихся на Диске давешних посетителей «Княжьего вопля», он не нашёл никаких следов детектора. Феригол-киборг, как оказалось, заснул в дальнем углу бара ещё за полчаса до начала потасовки и не проснулся, даже когда кто-то выдернул из-под него стул. Очнулся он уже на улице посреди осколков бронестекла. Видимо, кто-то очень сильный случайно вышвырнул его в окно, не забыв перед тем дочиста обобрать. А второй и вовсе оказался каким-то необуйдистом-этнологом, чья религия строго-настрого запрещала кражи, грабежи и даже совершенно невинный приём даров. Совершенно дохлый номер.

Зато поиск был практически завершён. Детектор находился на «Сияющем Оргазме». Больше ему просто негде было быть. Проблема теперь состояла только в одном – где искать корабль Бабули Флэш? Галактика велика, Запределье бесконечно, конечный пункт маршрута неизвестен. Правда, робошпионы что-то упомянули об экспедиции в мир Слонов, вот только где он, этот самый мир? Эдак сам полетишь на поиски. Но нельзя! Политическая ситуация нынче больно нестабильна. То республиканцы с военной проверкой заявляются, то империя низкими налогами недовольна. Того и гляди федеральные войска регуляторов объявятся, совсем весело станет. В конечном итоге личный флот пока ещё при нём. Придётся отправлять…

Как ни не хотелось Тощему Лаки передавать поиск детектора в пусть даже и абсолютно преданные руки подчинённых, но другого выхода в данной ситуации не было. Покинуть Черепаху сейчас он никак не мог. А любая преданность очень легко может перерасти в предательство, если отыщутся достойные на то основания.

Тощего Лаки предательство никак не устраивало. А потому следовало принять все возможные меры для предотвращения подобного инцидента. Придя к такому решению, он уселся за терминал и принялся формировать команду преследования.

Во-первых – никаких псиоников. Лаки и в более спокойные времена относился к ним настороженно, справедливо предполагая с их стороны массу всевозможных скрытых подлостей. Тем более в такой деликатной ситуации, как сейчас. Что стоило любому, самому слабенькому психозондеру почуять вкусный запах детектора? Его детектора! А почуяв – всеми силами постараться им овладеть, не стесняясь живого и законного владельца.

Поэтому в команде не должно было быть ни единого живого. Только роботы и клон-андроиды. Конечно, такого количества квазиживых в его распоряжении сейчас не было. Но набрать их – дело нескольких часов. Всего-то дел – обратиться с соответствующим запросом в клон-лабораторию и оплатить заказ. А программирование можно произвести и в полёте. Так даже удобнее – меньше шума поднимется. Плюс к этому – как он мог забыть! – запретить всем кораблям подниматься с Диска до момента выяснения хотя бы приблизительного курса «Сияющего Оргазма». Километровый корабль не иголка, векторный след от погружения такой махины в Запределье за пять минут не рассеивается. Хотя, конечно, прошло больше трёх часов, но… Надежда умирает последней. Хоть что-то да должно отыскаться.

В конечном итоге его личные, обученные лучшими махаутами Черепахи слоны – тоже немалая сила. В Запределье ориентируются лучше, чем в собственном стойле, глядишь, да и засекут «Оргазм». А дальше – дело техники.

Боевой.

Приведя таким образом в некоторый порядок собственные мысли, Лаки переключил свой терминал на тревожную частоту флотской связи.

Около трёх минут ушло на установление связи со всеми процессорами кораблей, находившихся в данный момент на Диске и в его окрестностях.

Порывшись в секретном своде флотских сообщений Черепахи, подлежавших безусловному выполнению, Лаки отыскал там команду, которая запрещала движение кораблям до получения следующей, отменявшей действие первой. Медленно ввёл в терминал нужную кодовую строку. На всякий случай тщательно сверил её с источником и, убедившись в правильности набора, запустил передачу программы всем двигательным процессорам кораблей.

Терминал понимающе мигнул, подтверждая передачу. С этого момента ни один корабль из тех, до которых дотягивались лучи локаторов Черепахи, не сдвинется с места, пока не будет введена команда отмены блокировки хода.

После чего немедленно переключился на отдел контроля ближнего и дальнего Запределья, приказав махамахауту Диска вычислить курс «Сияющего Оргазма», стартовавшего приблизительно три часа назад с юго-западной части Младшего сектора. Разумеется, с соблюдением полнейшей секретности.

– Сколько слонов задействовать? – деловито поинтересовался махамахаут.

– Всех! – коротко сказал Лаки.

– Пограничных дежурных тоже? – уточнил махамахаут.

– В первую очередь! – ответил Лаки. – Кто-то же из них должен был заметить, куда корабль направился!

Махамахаут понимающе наклонил голову и отключился.

Лаки вернулся к процессу формирования эскадры преследования. Во-первых – сколько кораблей нужно. Прикинув собственные резервы, Лаки издал жалобный стон. Больше половины его личного флота находилось сейчас очень далеко от Черепахи, выполняя разнообразные полезные задачи. В его распоряжении оставались двадцать два корабля, среди которых было всего три фрегата, способных стать равными противниками для корабля Бабули Флэш. Остальные же – три эскадренных ракетоносца, пять Малых и семь «Больших Кусак», да ещё пять транспортов снабжения и десанта годились разве что для роли смертников в массированном отвлекающем манёвре. Бабулин кораблик перещёлкал бы их как орехи, даже не позволив выйти на дистанцию неприцельной стрельбы. Маленькие истребители хороши в большой свалке, но не в загонной охоте на монстрозавра. Особенно если этого монстрозавра нужно взять живым, да ещё и покопаться после этого в брюхе на предмет извлечения сожранной им запретной добычи.

Взвесив все за и против, Лаки решил отправить в погоню половину наличествующего состава в количестве двух фрегатов, всех «Больших» и пятёрки «Малых Кусак». Ракетоносцы были слишком тяжелы и неповоротливы. Терять их в свалке не хотелось. В том, что свалка будет, Лаки не сомневался.

И, во-вторых, экипажи. Но с этим было проще. Просмотрев списки своих подчинённых, Лаки удовлетворённо насчитал полтораста ме́хов и почти сотню андроидов. Этого было достаточно, чтобы полностью укомплектовать всех «Кусак» и ещё четверть фрегата. То есть, оставалось закупить ещё с сотню мехов. Проблема, решаемая более чем просто.

К моменту заключения договора с компанией «Сойотекс» о поставке указанного количества роботов терминал пронзительно взвизгнул, приняв сигнал от махамахаута.

Лаки включил второй голокуб и, предложив ему немного подождать, быстро завершил сделку с «Сойотексом». Когда голокуб с эмблемой роботорговой компании погас, Лаки повернулся к махамахауту.

– Нашли? – спросил он.

– Похоже, что да, – ответил махамахаут. – Тяжёлых кораблей за последние пять часов отправлялось немного, так что, скорее всего, этот след именно их. Вот только стартовали они как-то больно резво. Сразу в третий слой Запределья. Нечасто такое случается.

– Что, проблемы какие-то? – заволновался Лаки.

– Да нет, не то чтобы проблемы, – поморщился махамахаут. – Просто держаться за ними сложновато будет – больно уровень глубокий. И скорость там соответствующая. Мой тебе совет – возьми самых чутких слонов, пусть ни на секунду не теряют вектор. Курс я им сейчас передам, только скажи, на какой корабль.

– Фрегат «Оззиодин», – быстро ответил Лаки. – И мой второй «Большой Кусака». Этого я, наверное, сразу же отправлю в погоню, а остальные за ним следом пойдут. Глядишь, и догоним.

– Глядите… – отозвался махамахаут. – Удачного завершения!

И отключился.

Спустя ещё два часа, когда роботорговцы отгрузили Лаки заказ, он со спокойной душой отменил режим блокирования.

Укомплектованная эскадра стартовала вслед взлетевшему два часа назад разведывательному «Большому Кусаке».

Ситуация, похоже, начинала становиться подконтрольной.

* * *

«Сияющий Оргазм» был загружен в рекордно короткий срок. После того, как Косых с капитаншей вернулись на корабль, Бабуля выдернула из каюты Ольгу и немедленно умчалась с ней в город. Отсутствовали они больше суток. За это время «Сияющий Оргазм» принял на борт содержимое дюжины грузовых транспортёров и бункеровщиков, так что когда капитанша вернулась, корабль был полностью готов к старту.

Неутомимая Бабуля тщательно проверила правильность выполнения сделанных ею заказов по экипировке корабля и, убедившись в том, что всё было верно, скомандовала отправление.

Корабль подпрыгнул вверх метров на двести. Медленно развернулся кормой к Диску и двинулся к далёкой неведомой родине Слонов.

Минут пятнадцать ушло на преодоление защитных барьеров и отход на дистанцию безопасного старта. После чего Бабуля недрогнувшей механической рукой направила корабль сразу в третий слой Запределья.

Косых при этом переходе на какой-то момент почувствовал себя как после третьего бокала тритановки. На несколько секунд корабль стал почти прозрачным, затрясшись мелкой дрожью, от которой заломило в висках и заныли зубы.

Тем временем непривычно трезвый Ук-Па Юмонтл Грицацуэль сидел в своей каюте, напряжённо всматриваясь в туманный шарик указателя.

Всматривался он не по своей воле. Грозная капитанша потребовала от подчинённого ей корабельного мага как следует разобраться с новым приобретением.

Гриц не испытывал ни малейшего желания общаться с подобными предметами. За свою жизнь он успел не раз обжечься на подобных артефактах. Один из них даже чуть было не сделал его полностью и абсолютно непьющим – Гриц до сих пор с ужасом вспоминал об этих четырёх месяцах вынужденной трезвости, пока искал средство для нейтрализации действия того злобного кубка. Нынешняя же ситуация в перспективе своей выглядела ещё более опасной.

Сам указатель не таил в себе никаких побочных пакостей – с этим Гриц успел разобраться. А вот насчёт последствий его приобретения…

Ясно как день – предыдущий владелец должен быть весьма недоволен пропажей столь ценного предмета. И потому в любой момент следовало ожидать каких-то действий со стороны бывшего хозяина. Более чем вероятно – агрессивных.

Если не считать подобных последствий, указатель вёл себя мирно. Как и полагалось простому объекту с единственной функцией.

Понаблюдав за указателем на протяжении получаса движения в третьем слое Запределья и убедившись в неизменности его показаний, Бабуля запихнула указываемый им курс в двигательный процессор корабля, после чего вызвала в штурманскую обоих корабельных психозондеров.

Шарна, приглядевшись к шарику более пристально, в очередной раз напрочь отказался иметь с ним хоть какой-то контакт, мотивируя это решение неприятной возможностью лишиться своих пси-способностей и вдобавок ещё кое-чего. После чего мягко порекомендовал капитанше обратиться за помощью к Грицацуэлю и быстро исчез в неизвестном направлении.

Оставшемуся в одиночестве Грицу пришлось подчиниться воле капитана корабля. Бабуле, в общем-то, хотелось немногого – всего лишь получить как можно более полный список функций детектора. Вполне разумное желание. Вот только его ж ещё надо выполнить…

Сутки сидения за артефактом принесли некоторые плоды. Гриц за это время погрузился в него настолько глубоко, что сам чуть было не стал частью детектора. Зато, погуляв как следует по его внутренностям (выглядевшим довольно жутко даже для навидавшегося на своём веку псионика), он нашёл там некий узел дополнительных линий связи, которые обрывались самым загадочным образом.

Ук-Па добросовестно попытался выяснить их предназначение.

Шарик детектора, на первый взгляд прозрачный и простой, как ведро, на самом деле состоял из совершенно невообразимой мешанины трансперсональных матриц, универсальных некробиотических аналоговых систем и прочих бесчисленных субатомных связей. Разобраться в этом хаосе на первый взгляд было совершенно невозможно.

Ук-Па и не пытался. Ему достаточно было проследить за некоторыми простейшими изменениями причинно-следственных связей, перенаправлявших его генеральный вектор.

Для таких изменений требовалось некоторое количество подопытных. Главным из них оказался всё тот же Косых. Как первый новый хозяин детектора.

После суточного сидения Ук-Па вызвал канонира в свою каюту.

Косых без особого воодушевления сосредоточился на детекторе, пытаясь подчинить его своему тайному желанию. Очутившись в его руке, туманный шарик ненадолго задумался, после чего направил свою стрелку всё туда же – вниз и вбок.

Гриц немедленно обратился к своему каютному с требованием подробного плана корабля. По двум точкам провёл на этом плане линию, частью которой являлся коричневатый вектор внутри указателя. И чуть не запрыгал от радости, когда понял, куда именно указывает этот вектор.

Прямо на каюту Ольги. Если уж быть совсем точным – в её громадную восьмиспальную кровать.

– И что тут такого весёлого? – неприязненно произнёс Косых. – Кого мне ещё на этом корабле уродов хотеть? Уж не Букку, так точно.

– Ты не понял, – ответил ему Гриц. – Сходи сейчас к своей самке, сделай с ней всё, что только в голову взбредет, и возвращайся сюда. С новым желанием. Я, может быть, тебя чем-то и задел, зато больше половины задачи решил.

Косых ничего на это не ответил, сочтя за лучшее молча удалиться. Разумеется, в указанном направлении.

Отоспавшаяся после утомительного рабочего дня Ольга приняла его вполне благосклонно. Косых, разумеется, не стал сообщать ей тайную высшую цель данного визита, предпочтя спокойно и вдумчиво предаться полноценному совместному отдыху.

Часа через два он вновь объявился в Грицевой каюте.

– Ну-ка, пожелай ещё чего-нибудь, – с порога вцепился в него Ук-Па. – Только попроще, такого, чтобы это на корабле можно было осуществить. Типа гонок мотоциклетных вокруг озера, или ещё чего-то подобного.

– Гонки? По озеру? – задумчиво произнёс Косых. – Ты знаешь, а это неплохая мысль. Я как-то и не думал о таком. А ну, что там шарик покажет? – С этими словами Косых вцепился в детектор.

Ук-Па взглянул на план корабля. Затем на шарик. На секунду выпучил глаза, после чего быстро отобрал у Косых детектор.

– Поздравляю! – радостно сказал он. – Можешь считать, что я с этой радостью уже разобрался. Кстати, тебе сейчас действительно хочется до своей «Машки» добраться и слегка её погонять. Можешь спокойно идти, я тебя больше дёргать не стану. По крайней мере сегодня.

С этими словами он отвернулся от канонира, всем своим видом давая понять, что больше в помощниках не нуждается.

Дядя Вася был этому только рад.

Ук-Па ещё какое-то время совершенно бесцеремонно скручивал и распутывал тугую пряжу энергетических пучков внутри детектора, убеждаясь в правильности своих выводов. Наконец, когда это занятие ему наскучило, он уверенно набрал код вызова капитанской каюты.

– Бабуля! – радостно произнёс он, обращаясь к появившемуся в голокубе изображению капитанши. – Я здесь накопал кое-что…

– И что же? – поинтересовалась Бабуля.

– Штучка-то неполноценная! – сказал Гриц.

– В смысле? – недоумённо нахмурилась капитанша.

– Смысл тот, – ответил Грицацуэль, – что у нас всего половина детектора. То, что эта половина делает, мы уже всё знаем. Так вот, где-то должен быть ещё один такой же. Или не такой, не суть важно. Эта вторая часть должна показывать место, где всё плохо. Совсем плохо. Не знаю, какому умнику пришло в голову их рассоединить, но ситуация выглядит именно так. Вот, собственно, и всё.

– Но этот-то показывает, где хорошо, верно? – спросила капитанша.

– Пока да, – ответил Гриц.

– Ну и прекрасно, – сказала Бабуля, – нам вроде большего и не требуется. Летим к цели, чего ещё желать?

– Только где-то эта цель… – проворчал Грицацуэль, – Знать бы хоть приблизительно…

– Чего захотел! – ехидно отозвалась Бабуля. – Вот приблизимся немного, может быть, и скажу чего определённее. А пока – всё по-прежнему. Слонам – полный контроль внешнего Запределья, особое внимание на то, что делается позади на дальней дистанции. Не исключена погоня.

– Очень хорошо, – поморщился Гриц. – Только Лаки с его флотом на хвосте нам и не хватает.

– А ты что думал? – ответила капитанша. – В сказку попал? Я ещё ни одного ограбленного не видела, кто не стремился бы вернуть своё добро. Тем более если это Тощий Лаки. Ничего, псионик, не бойся. Детектор-то у нас, а не у них. Ещё посмотрим, кому при таком раскладе хорошо будет.

С этими словами Бабуля протянула свою механическую руку куда-то за пределы голокуба. Изображение капитанши свернулось в точку и исчезло.

– Куда летим? Зачем? Сколько ещё лететь? – недоумённо пробурчал под нос Гриц, разворачиваясь в кресле. – И вообще, не понимаю, к чему с таким мощным прибором искать какую-то слониху? Нет чтоб на другой край галактики убраться и на годик затаиться! А потом живи в своё удовольствие и никаких тебе тощих адмиралов!

Он ошибался.

Тощий Лаки вовсе не собирался отказываться от поисков детектора. Его приказ по флоту звучал совершенно недвусмысленно – искать хоть год, хоть два, но без предмета не возвращаться. И приказ этот отдан не каким-то ненадёжным, пусть и трижды знакомым ему живым соратникам, но полку нерассуждающих мехов, для которых единственной жизненной целью являлся приказ командующего. А потому наглый грабитель был обречён.

Нужно только его выследить.

Мех-коммандер на борту «Оззиодина» сутками сидел в штурманской, не отключаясь от консоли внешнего мех-контроля. Консоль напрямую соединяла его кристамозг со всеми системами флота. Он чувствовал ровную пульсацию каждого корабельного двигателя, каждое движение любого из его подчинённых, осматривая ближнее пространство всеми внешними устройствами слежения и проникая в глубину Запределья через чувствительные рецепторы слонов.

Последние интересовали его больше всего. В плане чувствительности. Шесть толстокожих гигантов, не зная отдыха, круглосуточно обнюхивали дальний Запредел, стараясь не потерять тонкий, еле заметный след сбежавшего корабля Бабули Флэш.

Коммандер, подключившийся непосредственно к мозгу старшего слона, видел этот след, как рассыпанные в дымке Запределья одинокие золотые пылинки. Редкие, но для обученного слона вполне заметные.

Вот только день ото дня пылинок этих становилось всё меньше. А это могло означать только одно – след терялся.

И настал момент, когда главный слон жалобно и бессильно протрубил, сообщая об окончательной потере следа.

Мех-коммандер задумался. Будь он живым – наверняка бы яростно рычал на подчинённых и бил кому-то морду. Но для меха такое поведение было немыслимым и неразумным.

Разумным было продолжать поиск.

Флот развернулся и лёг на обратный спиральный курс, отыскивая остатки следа «Сияющего Оргазма». Проблуждав с неделю по Запределью, слоны наконец обнаружили искомую дорожку из золотистой пыли.

Дорожка не вела никуда, постепенно растворяясь в радужных переливах третьего слоя Запределья.

Логически рассуждая, в данной ситуации это могло означать две вещи. Либо Бабулин кораблик был без остатка сожран каким-то местным проголодавшимся обитателем, либо он всего лишь направился на другой уровень Запределья. А то и в обычное пространство.

Повинуясь команде, малый разведывательный «Кусака», мигнув бортовыми огнями, переместился во второй уровень. Чтобы через минуту вновь вернуться к основному флоту с радостным известием – след найден. Хороший, основательный след.

Мех-коммандер одобрительно лязгнул передней конечностью. Добыча чувствует за спиной погоню, добыча старается запутать преследователя. Прекрасно. В таком случае следует гнать её до полного истощения, после чего брать живой и тёпленькой. Иначе что мы за охотники?

Примерно так рассуждал коммандер, обрабатывая полученную от разведывательного «Кусаки» информацию. Флот после некоторой подготовки медленно переместился на второй уровень Запределья и какое-то время шёл по следу – жирному роскошному следу.

Каковой закончился дней через пять. Симптомы были всё те же, а потому коммандер отправил на поиски уже двух «Кусак» – на первый и третий уровни. Мало ли куда захочет направиться преследуемый ими корабль?

А захотелось ему на этот раз в обычное пространство. По крайней мере, такой курс выдавали детекторы второго «Кусаки», определившие точку выхода «Сияющего Оргазма» в первом слое Запределья.

Курс, проведённый по трём точкам в бесконечномерности двух Запределов, должен был продолжиться в обычном пространстве.

Эскадра направилась туда. Разумеется, со всеми мыслимыми предосторожностями, включая глубокую невидимость.

В пространстве находилась довольно заурядная система – красный карлик с тремя невзрачными планетками. Одна даже обитаемая.

Грубое предварительное сканирование из невидимости, разумеется, не дало ничего. В том смысле, что спектр искомого предмета засечён не был. Требовалось нечто более конкретное.

Мех-коммандер, взвесив все, отправил к планетам по одному «Кусаке». На обитаемую – Большого.

Однако и это действие не привело к успеху. Мёртвые миры – они и есть мёртвые. Скалы, камни, песок, замерзающие атмосферы. И никаких следов высадки с «Сияющего Оргазма».

Обитаемая планета немногим отличалась от двух других. Затерянный, забытый крестьянский мирок. Два небольших континента на противоположных концах шарика. Почти никаких сношений с метрополией – местные обитатели толком не знали даже, в чьём подчинении они находятся. Империя, Невидимая Республика, Уравнители – здесь никто о них, похоже, и не слыхал. Типичный обособившийся мирок, не желающий участвовать в галактических дрязгах. Двое полубезденежных баронов, сидящих в собственных замках, больше похожих на многоэтажные свинарники – вот и всё местное управление. И тысяч двадцать подданных, ленивых, с позволения сказать, крестьян, которым бананы сами падают в рот. А те, что мимо рта – на склады. Для торговли с соседями-животноводами. Райское житьё.

Оба барона на вопрос о пролетавшем мимо пиратском корабле ответили отрицательно. Честно, между прочим. До отвращения честно.

Экипаж большого «Кусаки» так и доложил коммандеру. Мол, никого из пришельцев здесь не было на протяжении последних двухсот лет. Так что надо искать дальше.

И они продолжили. Тем более что слоны вдруг заволновались. А раз так – следовало им повиноваться. И эскадра вновь погрузилась в Запределье.

На сей раз слоны засекли отчётливый след. Жертва, судя по всему, вела себя более чем уверенно и раскованно, не прячась, не путая следы. «Сияющий Оргазм» шёл в первом слое, как на параде, словно забыв о возможных преследователях. Нагло так шёл…

Это нужно было пресекать.

Флот Тощего Лаки настиг «Сияющий Оргазм» за каких-то четыре дня. К середине четвёртого дня мех-коммандер уже мог различить на своём экране яйцеобразный корабль Бабули Флэш. И не только на экране.

Коммандер задействовал элефасвязь, приказав Бабулиным слонам немедленно прекратить сканирование и выйти в обычное пространство с нулевым ходом.

Само собой, там его не послушались.

«Оргазм» издевательски померцал своим гигантским корпусом. Раздвоился. Затем ещё и ещё, доведя число своих копий до восьми, после чего провалился в четвёртый слой.

Что не обескуражило коммандера, готового ко всяким неожиданностям со стороны преследуемых.

Особенно к таким.

Слоны на фрегате коммандера немедленно отреагировали на манёвр «Сияющего Оргазма».

Флот рванулся в погоню.

О, самая приятная из охот – охота за разумной дичью! Мех-коммандер был искушён в тонкостях подобной охоты. Самое главное здесь – полный контроль преследуемой жертвы. Ведь она не железная. По крайней мере не вся. Рано или поздно дичь совершит роковую ошибку, и тогда её спокойно можно брать голыми манипуляторами. А если ей надоест заниматься заведомо бессмысленным бегством – ещё лучше.

Дичь, однако, попалась не из лёгких. Заметив за собой погоню, в точности повторяющую её изначальный курс, Бабуля, забыв об осторожности, вышвырнула свой корабль в обычное пространство, на этот раз сразу через три слоя Запределья. Рискованный манёвр. Запредел, хоть и пустой, тем не менее не любил подобных встрясок. Вернее, не он сам, а его обитатели – всяческие злобнопрожорливые твари. Возмущения скручиваемых перемещениями её корабля четырёх слоёв псевдореальности просто обязаны были привлечь в этот район бесконечномерности массу всяческих неприятных созданий.

Кормовой слон на фрегате коммандера уже беспокойно засопел, предупреждая хозяев о предварительных волнах внутри Запределья, отмечавших перемещения посторонних масс. Но для коммандера данная информация сейчас была излишней. Главное – цель совсем рядом и при этом пытается скрыться, а это может означать только одно – искомый предмет у них.

Вывод: догнать и отобрать!

Парочка запредельских крысодраконов разочарованно щёлкнула зубами вслед удалявшейся на всех парах эскадре Тощего Лаки. Ещё несколько секунд – и можно было бы как следует закусить, но чёртовы корабли слишком быстро сбежали в пространство, куда ни один нормальный крысодракон не сунется. Но это не страшно. Крысодраконы тоже не первый день жили на свете и потому принялись терпеливо ждать. Рано или поздно эти неполноценные материальные вновь сунутся в Запределье. И уж тогда-то они наедятся как следует!

Крысодраконьи надежды на скорый обед не оправдались. Вывалившись из бесконечномерности, корабль Бабули Флэш аккуратно встал на высокую орбиту у подвернувшегося рядом газового гиганта.

Капитанша осмотрелась, где это они оказались. После такой чехарды в трёх уровнях Запределья можно выскочить хоть у чёрта на рогах.

Чертей они не побеспокоили. Зато у неё даже зародилась мысль позвать в рубку своего канонира. Вместе с Ольгой.

Поскольку вывалились они в пределах их собственной Солнечной системы. Не слишком близко от их родной планеты, но всё же… Подумав, она решила этого не делать: излишнее знание всегда рождает печаль.

Например, о родине.

Кто знает, что этим людишкам в голову взбредёт, узнай они о своём нынешнем местонахождении. Ещё не дай бог домой захотят, а этого в нынешней ситуации допускать никак нельзя. Ослабление боевого духа и прочие подобные глупости никак не устраивали капитаншу.

Вместо этого она всего лишь уселась к экранам, приказав Кибермозгу и обоим слонам тщательно высматривать преследователей.

Они не заставили себя долго ждать.

Флот Тощего Лаки проявился спустя каких-то полчаса, тут же заполнив всё окружающее пространство грубыми сканирующими пучками самых разнообразных излучений от нежного глюонного до варварского радио. И, естественно, обнаружил искомое. Тем более что цель вроде бы и не противилась обнаружению.

Мех-коммандер, несмотря на свою роботическую сущность, не спешил с атакой. Контур самосохранения есть и у роботов. Поэтому три малых «Кусаки» со всеми возможными предосторожностями медленно направились к предполагаемой точке нахождения «Сияющего Оргазма», в то время как с флагманского фрегата шёл стандартный мультиволновой сигнал-предостережение о последствиях сопротивления силам безопасности Черепахи.

Бабуля, похоже, услышала этот сигнал. По крайней мере, её корабль чинно висел на своей орбите, ни разу не попытавшись выстрелить по приближавшимся «Кусакам». Более того, «Сияющий Оргазм» вообще не отвечал ни на какие запросы с эскадры.

Молчание продолжалось недолго. Когда первое звено малых «Кусак» приблизилось к «Сияющему Оргазму» на расстояние сотни его корпусов, Бабулин корабль пробудился от спячки.

«Ближе не подходить – включены охранные аннигиляторы! – коротко тявкнули глюприемники в пилотских кабинах. – Дальнейшая связь – на частоте 154,3. Общаться буду только непосредственно с командиром. Конец связи», – выдала Бабуля. После чего вновь отключилась.

По требованию мех-коммандера с одного из «Кусак» в сторону «Сияющего Оргазма» была запущена пробная ракета без боеголовки. Спустя несколько секунд ракета превратилась в сноп света, подтвердив действенность упомянутых защитных аннигиляторов.

Результат запуска удовлетворил обе стороны. Настало время переговоров.

С механической прямотой командующий флотом отправил первое сообщение: «Верните детектор».

И тут же получил не менее лаконичный ответ: «Куда?»

Командующий раздумывал 0,64 секунды. После чего выдал: «На расстоянии 16 световых секунд от вас имеется одинокий астероид. Предлагаю отправить туда ваш шаттл с детектором на борту. Гарантирую его целостность, если требуемый нами предмет будет находиться там. Кстати, ваш корабль на прицеле наших уничтожителей».

«Наша защитная сфера аннигиляторов тоже может быть расширена до размеров четверти местной звёздной системы, – немедленно отозвалась Бабуля Флэш, – только какая вам разница? Система-то закрытая, вмешательства запрещены Советом владык галактики. Не будем в дела недоразвитых рас вмешиваться, ладно? Ещё не дай бог на Черепаху опять кто-то наедет…»

«Согласен. Давайте без конфликтов, – подозрительно быстро согласился мех-коммандер. – Точка встречи – центр солнечной стороны астероида».

«У вас что, роботы слепые? – ехидно поинтересовалась Бабуля. – Нет уж, меня не проведёшь. Пусть будет центр, только с противоположной стороны, в тени. Чтобы местные астрономы чего лишнего не заподозрили. А то доказывай потом, что ты в их дела не вмешивался…»

«Согласен», – быстро повторил мех-коммандер, в очередной раз заставив Бабулю серьёзно задуматься над его дальнейшими действиями.

«Согласен, согласен, – произнесла Бабуля, – а что взамен, позволь поинтересоваться?»

«Возможность беспрепятственного возвращения на Черепаху и все связанные с этим торговые привилегии, – ответил мех-коммандер. – В такой ситуации это немало».

«Будь по-твоему, – отозвалась Бабуля. – Отправляю шаттл. Только ты смотри, не повреди там чего и, пожалуйста, воздержись от минирования. Всё равно отыщем любую пакость. Детектор будет во входном шлюзе. Через восемь минут после получения вами предмета и закрытия шлюза шаттл возвращается на корабль. Рекомендую уложиться в срок».

«Уложимся, – ответил коммандер. – Мои “Кусаки ” отправлены в точку встречи».

– Спешат, однако, – ухмыльнулась капитанша, повернувшись к сидевшему рядом с ней Шарне. – Как думаешь, готовят нам какую-то гадость?

– Без сомнений! – ответил розовый медведь. – Интересно только какую?

Бабуля не ответила.

Вместо ответа она поднялась с кресла и с негромким жужжанием сервомеханизма в левой ноге вышла из рубки.

Минут через восемь вернулась. Шарна всё так же сидел в кресле, разглядывая вражью эскадру.

– Ну что, медвежонок, отправляй шестой шаттл, – произнесла капитанша. – Надо же как-то от этих уродов избавляться.

– Я не понял, вы что, решили им детектор отдать? – дёрнулся в своём кресле розовый медведь. – Вот так просто и сразу?!

– Ну да, а что такого? – безмятежно отозвалась Бабуля. – Надо же от них чем-то откупиться, чтоб в покое оставили. Да не дёргайся ты так, хуже не будет. Или забыл уже про СП?

Шарна прищурил мутный глаз.

– А я-то, дурень, думал… – с некоторым пониманием произнёс он. – Ладно, готов признать, что капитан у нас не дурак. Флэш, только не говори, что он успел его скопировать, не поверю.

– И не верь, – ответила капитанша. – Действительно, не успел. По крайней мере, в таком количестве, как мне того бы хотелось. Но кое-что успел, это точно.

Полудикая планетка в системе Фиолетовой Кишки, замеченная пару дней назад, выглядела настолько скучной, что никто из экипажа не захотел там высаживаться. За исключением капитанши. По её словам, визит должен был занять не больше часа.

Час этот, правда, растянулся чуть ли не на сутки, но Бабулю за это никто не осудил. Ну разве что ворчливый Грицацуэль. Но даже и он к исходу восьмого часа вспомнил вселенскую истину, что начальство никогда не опаздывает, а всего лишь слегка задерживается и исключительно по уважительным причинам.

В данном случае причина была более чем уважительной. Поскольку у Бабули была более чем конкретная цель.

Некто СП.

Старый Пират, он же (за глаза) – Старый Пердун, он же Киб. Её наставник, гуру и чуть ли не отец мирно и безвыездно жил на этой планетке уже не одну сотню лет. Жил лениво и тихо, ничем не напоминая окружающим о своём прошлом. Да и какое дело местным пернатым обитателям до прошлого невзрачного полумеханического отшельника, пару раз в год вылезавшего из своей пещеры пополнить запасы?

Разумеется, никакого.

А вот у Бабули имелось небольшое дельце.

Лёгкий шаттл тихо опустился на лесную прогалину рядом с пещерой отшельника. Под негромкое шипение ворвавшегося в шаттл густого вкусного воздуха планеты Бабуля вышла из корабля. Терпеливо дала просканировать себя контрольному лучу из устройства над входом в пещеру. Когда сканирование закончилось, капитанша подошла к покрытой потёками ржавчины бронедвери, закрывающей вход в пещеру, и несколько раз звонко постучала в неё металлической ногой.

Подумав несколько секунд, дверь отъехала вбок, в скалу. Бабуля приподняла ногу, готовясь шагнуть внутрь, но не успела.

Прямо перед ней стоял Старый Пират. Немного сгорбившийся сухонький крогилит, чья коричневая кожа органично сливалась с ржавчиной его механических органов.

– Киб… – отчего-то севшим голосом произнесла Бабуля. – Здравствуй, Киб…

– Да здоров я, здоров, – ворчливо отозвался тот. – Ну, Флэш, что на этот раз случилось? Рад тебя видеть, кстати. Много органов заменила?

– Да не так чтоб очень, – отмахнулась она механической рукой. – Слушай, Киб, тут вот какое дело…

– Узнаю воспитание! – ухмыльнулся Киб. – Ты ещё на пороге у местной безопасности о делах своих начни рассказывать! Может, всё-таки внутрь зайдёшь или успела гордой стать?

– Гордой я всегда была! – ответила капитанша, сделав несколько шагов в пещеру Киба. Тяжёлая дверь бесшумно выскользнула из скалы, перекрывая доступ.

Пройдя с полсотни метров по узким штольням, они наконец добрались до гостиной.

Внутри не было ничего лишнего. Пара кресел, стол с четырьмя старинными клавиатурами, большая голосфера. Нормальная рабочая обстановка.

Не дожидаясь приглашения, Флэш уселась в гостевое кресло.

– Ну, говори, с чем пришла, – произнёс Киб. – Опять, небось, в какую-то гадость влипла?

– Можно сказать и так… – осторожно ответила Флэш. Сильно откровенничать даже с собственным учителем ей не особенно хотелось.

Но пришлось.

Секунду поколебавшись, она вытащила из нагрудного кармана туманную сферу детектора. Выразительно покачала ей перед глазами Киба.

– Знаешь, что это такое? – спросила она.

Киб хмыкнул.

– Как же не знать, – ответил он. – Полезная штучка, если, конечно, настоящая. И где ты её откопала?

– Да так, валялась на дороге… – уклончиво ответила капитанша. – Вот, решила подобрать, только, похоже, желающих её получить в собственное пользование оказалось слишком много…

– Ну, это нормально, – отозвался Киб. – Я их даже понимаю. Не всякому живому сейчас попадаются артефакты Старших Хозяев. Можно спросить, кого ты обобрала?

– Обирала не я, – ответила Флэш, – так, один из моей команды в пьяной драке прихватил в качестве трофея с поля битвы. А уж команда мне поведала, что это за штучка. Полезный трофей, кстати, оказался…

– Да уж… – отозвался СП. – Не буду спорить. И что он умеет?

– Гриц говорит, что этот предмет указывает на место, где всё хорошо, – ответила Флэш. – А что, есть ещё какие-то?

– Есть, есть, – успокаивающим тоном ответил Киб. – Самые разнообразные. Например – указатель плохого. Хочешь, кстати, поменяемся?

– Нет уж, спасибо, меня и этот устраивает, – проговорила Флэш. – А ещё что-нибудь есть?

– Мы говорили о двух – «Там хорошо» и «Там плохо», – продолжил Киб. – С ними мы уже знакомы. Был слух, что есть ещё один – «Тут ничего». Я его, конечно, хотел, только штучка больно капризная. При первой же попытке активирования загоняет владельца в нулевой уровень Запределья.

– В нулевой? – удивилась Флэш. – Это где ж такой уровень отыскался?

– Не знаю, – ответил Киб. – Но в подобной ситуации лучше доверять слухам, чем мертвецам. А именно их «Тут ничего» и производил. Уверенно и регулярно. Да ещё и исчезал при этом, как последняя сволочь, так что я даже искать его перестал. В конце концов, к чему мне лишний геморрой на старую ржавую задницу? Хватит и того, что есть. Да, кстати, что мы это всё о работе да о работе? Может, выпьешь чего-нибудь? В кои-то веки живая воспитанница появилась.

– Тритановка очищенная есть? – поинтересовалась Флэш.

– А как же! – отозвался СП. Специально для дорогих гостей! – Двойную, тройную?

– Двойной хватит, – тактично ответила капитанша. – Не хочется как-то в твои мысли влезать. Убьёшь ещё ненароком…

– Убью, – просто ответил Киб. – А ты ничего, остатки внутренней этики сохранила. Сколько лет прошло, а гляди ж, та же Флэш, только разве что постарше…

– Сохранишь тут с вами… – буркнула капитанша, отхлёбывая жидкий огонь тританиумной настойки из высокого бокала. – Жить-то всем хочется, вот и пришлось…

– Да, так о чём бишь я? – продолжил Киб после глотка тритановки. – А! О жизни! Флэш, ты б хоть рассказала, что вокруг происходит, а то я сижу здесь, как ракопаук в своей ракопаутине, ничего не вижу, ничего почти не слышу. Скучно, однако. Вот хотя бы ты сама как?

– А вот так, – ответила Флэш. – Твоими стараниями дослужилась до капитанского звания. После того как охотничьим трофеем стала.

– Это как? – полюбопытствовал Киб.

– Долгая история, – вздохнула Флэш. – Даже вспоминать неприятно. Ну, помнишь, как мы с тобой карелланский конвой брали? Ты мне тогда ещё альгерминский истребитель подарил. Вот тогда пути и разошлись. Я на этом истребителе пошалила маленько, а потом вдруг горючее кончилось и пришлось быстро в пространство выбрасываться. Высадилась на каком-то обледеневшем булыжнике без малейшей надежды на возвращение к живым. От нечего делать написала там лазером на скале пространное завещание и приготовилась укладываться в бесконечный анабиоз, да вот появился там какой-то дурноватый барин-охотник и стал на меня охотиться. Ну и в конце концов загнал. Так что в анабиоз я легла уже на его корабле, только не по своей воле, а в качестве трофея. Потом, правда, команда его слегка перепилась, хозяина полетать отправила, а меня случайно или намеренно освободили. Ну и по собственной дурости назначили капитаном. Ты что бы делал в такой ситуации?

– Ненавязчиво прибрал бы всех к ногтю, – ответил Киб. – Ты, надеюсь, так и поступила?

– А что делать? – кивнула Флэш. – Всё так и было. Команда, правда, придурковатая попалась, зато кораблик хороший. Так вот и живём.

– Это хорошо, – произнёс Киб. – Надеюсь, никого ещё не съела?

– Было б кого! – ответила Флэш. – Вокруг одни уроды! Притом малосъедобные. Скукотища – не приведи Господь!

– И вот с этой тоской ты ко мне и заявилась, – поморщился Киб. – Ну почему жизнь так однообразна? От похмелья до выпивки. Похоже, не зря я от дел удалился. Разлагается Черепаха, как я и предсказывал…

Он тяжело вздохнул.

– Если и разлагается, то, по крайней мере, не скучно, – ответила Флэш. – Кое-что и в наши руки попадает. Ну, что скажешь?

– Скажу, что хорошая ученица у меня была, – медленно произнёс Киб. – Ты хоть знаешь, как им пользоваться?

– В общих чертах, – ответила Флэш.

– Вот уж не предполагал, что ты до такой штуки дорвёшься…

– Я ещё и не до того дорвусь! – ответила Флэш. – Так что, будешь рассказывать?

– Придётся, наверное, – вздохнул Киб. – Ты же, наверное, за этим прилетела?

– Ну, если честно, не только за этим, – ответила Флэш. – С учителем тоже никогда не вредно пообщаться…

– Ладно-ладно, – ответил Киб. – Успеем ещё наобщаться… Сперва спрашивай про горячее…

– Да, собственно, уже спросила, – пожала плечами Флэш. – И даже с нетерпением жду ответа. А с остальным разберёмся…

– Ну, если так, – хмыкнул Киб, – ладно. Могу сказать одно – повезло тебе, девочка, изрядно. И в той же мере не повезло.

– Объясни! – потребовала Флэш.

– Повезло – сама знаешь как, – ответил Киб. – Не повезло – тоже, наверное, знаешь. В плане погони за тобой. Ведь есть же погоня, не будешь отрицать?

– Не буду, – ответила Флэш.

– А тогда выдай мне штучку, – безжалостно сказал Киб. – Не волнуйся, не навсегда. Никогда не помешает с полезного предмета копию снять. Иногда помогает…

– А что, это поддаётся копированию? – удивлённо произнесла Флэш.

– Копированию поддаётся всё! – ответил Киб. – Даже я!

– Однако же ты и устроился! – с уважением произнесла Флэш. – Если научился штучки Старших Хозяев копировать…

– Хозяева… – медленно произнёс Киб. – Старшие, младшие, артефакты их, бред всё это. Не было у нас хозяев, и не будет. Мы сами по себе. А если кто-то что-то руками или чем-то там ещё сделать смог, то другой всегда повторить сможет. Вот я и научился повторять.

– Так что, если я тебе этот детектор выдам, их через некоторое время два станет? – с подозрением поинтересовалась Флэш.

– Не больше, – подтвердил Киб. – Твой да мой, зачем ещё какие-то? Этак и до конвейерного производства недалеко дойти. Нет уж. Детекторы – штучки редкие, множить их не резон. А вот гарантийную копию снять никогда не помешает. Мало ли что случиться может…

– Ладно-ладно, мягко стелешь, – отозвалась Флэш. – Научена. Взамен-то хоть что-то предложишь?

– Ну, я же не бандит какой-то, – широко улыбнулся Киб. – Собственную ученицу грабить… Разумеется, предложу. Как насчёт антипода твоего детектора?

– Дубля? – немедленно спросила Флэш.

– Дубля, а как же? – ответил Киб. Кто ж тебе оригинал отдаст.

– Антипода… – проговорила Флэш. – Это что же, у тебя есть указатель места, где всё плохо, так, что ли?

– Приятно поговорить с умным собеседником, – произнёс Киб. – Так точно, есть. И копия его тебе скоро ой как пригодится.

– Это как? – поинтересовалась Флэш.

– Увидишь, – коротко ответил Киб. – Ну, будем меняться? Копию за копию, разумеется. Оригинал у тебя останется, можешь не сомневаться.

– Да не сомневаюсь я, – пожала плечами Флэш, просчитывая в уме все предположительные комбинации, которые мог проделать Киб с её детектором.

Комбинаций насчитывалось не так много. Однако следовало принять во внимание ещё и самого Киба. Тот ещё тип. Бывший владетель Черепахи своего не упустит.

Бывший владетель Черепахи, ушедший на покой.

Но также и учитель. Отнюдь не бывший.

Всё это надо было обдумать. И притом быстро. Как учил Киб.

Спустя половину удара сердца Флэш протянула Кибу руку с туманным шаром детектора.

– Делай! – коротко сказала она. – Знаю я твою страсть коллекционера. Делай, и пусть нам всем от этого будет лучше.

И Киб сделал.

Разумеется, на это ушло некоторое время. Восемь тысяч ударов механического сердца. После чего Киб выдал Флэш уже два детектора. Совершенно не отличающихся друг от друга.

– Ну и какой из них кто? – недовольно поинтересовалась Флэш, увидев два совершенно одинаковых сферы.

– Ты что, совсем дура? – искренне удивился Киб. – Своё от чужого отличить не можешь? Присмотрись как следует.

Флэш присмотрелась.

Помотала головой.

– Может, я и дура, но не разберу, что здесь что, – произнесла она. – Учитель, только не говори, что ты меня надул. Мы же не на базаре, я к тебе как к умному пришла. Не хочу своими подданными пользоваться, скажи сам, кто из них кто.

Киб усмехнулся.

– Это правильно, – произнёс он. – Нечего всяким кому-то разбираться в таких тонких штуках. Если уж даже ты не поняла, то где там всяким холуям понять. Старался, однако.

– И что мне в твоих стараниях? – поинтересовалась Флэш. – Не спорю, ты любого дураком выставить можешь, только мне какой в этом прок?

– Поймёшь скоро, – усмехнулся Киб. – Детектор-то ты сохранить хочешь, ведь так? Твой, кстати – правый. А вот левый рекомендую отдать преследователям. Роботы всё равно ничего не заподозрят, а тебе некоторое спокойствие обеспечится. Полезно, не находишь?

– Нахожу… – ответила Флэш. Не дура вроде… Какой, говоришь, мой?

– Правый, – вежливо повторил Киб. – Раздели их, пока в сознании.

– А что, ты уже решил меня в бессознание ввести, похотливец? – проговорила Флэш. – А ещё говорил, что к педофилам не относишься…

– Ну, какая же ты несовершеннолетняя? – медленно произнёс Киб. – Хотя действительно, в сравнении со мной… Ладно, не будем о возрасте… Ты, хоть и киборг на три четверти, до сих пор желание способна пробудить.

– В старике, что полвечности прозябал на окраинной планетке, – ехидно продолжила Флэш. – Эх, Киб, всегда-то ты был слаб на передок. А ещё учитель…

– Работа такая, – ответил Киб. – Только не вздумай меня ещё попрекать восстановленными частями…

– Ни за что! – отозвалась Флэш. – Пусть меня краткоживущие Бабулей называют! Это для них я старуха. Для них, но не для тебя. Мы же тоже живые…

– Не буду спорить, – тихо ответил Киб. – Иди сюда… ученица…

Сутки спустя капитанша вернулась на корабль, послушно висевший на высокой орбите. Расспросов о том, где она была, как и следовало ожидать, не возникло. Капитан на своём корабле царь и бог, тем более такой, как Бабуля. На короткое «Ну, как?» Шарны она не менее кратко ответила: «Всё в порядке. Можно двигаться дальше».

И они двинулись дальше. Попрыгав для приличия по нескольким уровням Запределья, чтобы заинтриговать преследователей, «Сияющий Оргазм» наконец вывалился в обычное пространство, терпеливо дожидаясь преследователей.

Дождался.

Дождался также и ультимативного требования выдачи искомого предмета.

Беспилотный шаттл точно в намеченный час вцепился посадочными лапами в ночную сторону небольшого астероида. Открыл внешнюю дверь шлюза и приготовился ждать гостей.

Ждал он недолго. На исходе второй минуты по обшивке заскребли ультратитановые манипуляторы солдат-Мехов. Их было трое.

Сержант-Мех осторожно заглянул внутрь шлюза. На всякий случай просканировал вокруг себя десятиметровую сферу.

Опасности не было.

Был только туманный шарик, спокойно лежавший на металлическом полу шлюза в Бабулином шаттле. То, ради чего его и послали. Оставалось немного – забрать искомый предмет и возвратиться на головной корабль, чтобы передать туманный шарик мех-коммандеру. На этом функция сержанта заканчивалась до следующего распоряжения коммандера.

Приказ он выполнил в точности.

Ухватив тремя тонкими коготками туманную сферу, сержант быстрой рысью вернулся к своему «Малому Кусаке». Солдаты двигались за ним, прикрывая его отход, на случай возможных коварных сюрпризов. Но таковых не оказалось. Пожилая капитанша-киборг на этот раз, похоже, решила вести себя лояльно по отношению к хозяевам Черепахи.

Мудрое решение.

По крайней мере, мех-коммандер рассудил именно так. Вот только выданный ему при старте с Черепахи инструктаж гласил нечто другое. Во-первых, разумеется, добыть детектор. А во-вторых, как только искомый предмет окажется у него, немедленно уничтожить похитителей. В идеале неплохо, конечно, было бы вместе с детектором предоставить Тощему Лаки ещё и их головы, но, учитывая специфику космической битвы, данное действие представлялось довольно затруднительным. Так что последнее пожелание было всего лишь пожеланием. А вот предыдущее – чётким приказом.

И мех-коммандер занялся его выполнением, даже не дожидаясь прибытия «Кусаки» с детектором на флагманский корабль. Коммандер просто приказал находящемуся на его борту сержанту держаться подальше от них. Лучше всего – сразу же войти в Запределье и дожидаться подхода остального флота.

И спустя полсекунды отдал другой приказ.

К атаке «Сияющего Оргазма».

Как описать дальнейшее?

Больше всего это походило на медвежью охоту. Куча озверевших собак со всех сторон вцепляется в громадную тушу зверя, стараясь его измотать, пока сам охотник примеривается, куда бы нанести решающий удар.

С той только разницей, что медведь оказался слишком большой и не по-медвежьи свирепый и сильный.

Несмотря на внезапное нападение, на которое больше всего рассчитывал мех-коммандер, трёх «Малых Кусак» он лишился в первые же сорок секунд боя. «Сияющий Оргазм» тоже не дремал, предполагая нечто подобное со стороны преследователей. В подобной ситуации как раз такое вероломное нападение было бы вполне логичным. Будь Бабуля Флэш на месте мех-коммандера, она, без сомнения, сотворила бы то же самое. Ну, разве что, может, быстрее. Чтобы противник опомниться не успел.

Капитанша не была глупа. Когда шаттл с подменённым детектором ещё только готовился покинуть борт «Сияющего Оргазма», Косых уже находился в боевой рубке.

Не слишком довольный дядя Вася, которого внезапно оторвали от просмотра очередного экзотично-эротичного псива из жизни каких-то каменных рептилий, поспешно натянул на себя легкомысленные шорты, футболку и со всей возможной скоростью направился наверх. Боевая тревога как-никак. Что бывает с теми, кто медлил с выполнением капитанских приказов, он уже успел наслушаться от Трива, с которым пил всю последнюю неделю. Не так, чтоб очень сильно, не больше, чтобы не было скучно в долгом рейсе. Заодно и просвещался в плане местных обычаев.

Встретившая его в рубке Флэш молча указала Косых на боевое кресло.

Дядя Вася плюхнулся в его мягкие объятия. Подождал, пока кресло запустит все свои цепи и связи с бортовыми системами оружия.

Дождался.

– Кого на этот раз отстреливать будем? – поинтересовался он.

– Надеюсь, что никого, – ответила Бабуля. – Но если придётся – то роботов. Боевых причём. Так что советую быть внимательным и злым. Очень злым. Осмотрись как следует и будь готов ко всему. Только прошу об одном – первым не стрелять.

– Ясно, – кивнул Косых. – Благородная самооборона. А если они нас первым же выстрелом упокоят?

– А ты постарайся, чтоб этого не произошло, – жёстко ответила капитанша. – Канонир ты, в конце концов, или баран-пацифист?

Косых предпочёл не отвечать. Вместо этого он положил руки на подлокотники кресла и завертел головой внутри пространственной псевдосферы, услужливо сотворённой мыслесьёмом боевого кресла.

Представшая перед ним картина была неутешительной. Тринадцать кораблей – это вам не один, пусть даже и очень сильный полицейский крейсер. Дядя Вася до сих пор считал, что в том первом бою он смог победить чисто случайно – на одной злости, отягощённой избытком алкоголя. Сейчас же злости не было.

Зато был страх.

– Бояться можно, – словно прочитав его мысли, произнесла Бабуля. – Но лучше потом. А сейчас – отсекай цели. Кого первым будешь бить, кого следующим. Даже если они решат без боя убраться. Только мне что-то в это не верится…

– Не могу я драться трезвым, – пожаловался Косых. – Хотя бы грамм двести коньяка можно? Для злости…

– Можно! – ответила Флэш. Спустя пару секунд в её механической клешне возник стакан с коричневатой жидкостью.

Дядя Вася взял его, стараясь не расплескать. Рука его ощутимо дрожала.

Он понюхал содержимое, и, видимо удовлетворившись запахом, в четыре глотка опустошил его.

Довольно крякнул.

Когда он отдавал Бабуле пустой стакан, рука его уже не дрожала.

На мгновение закрыл глаза, прислушиваясь, как разливается по телу жидкий мягкий огонь. А через секунду вновь погрузился в объём боевой псевдосферы, осматриваясь в выборе наилучшей огневой позиции.

При этом он отметил ещё кое-что интересное. Рисунок звёзд показался ему довольно знакомым.

– Эй, так мы что, домой… – удивлённо проговорил он, углядев сбоку от скопления вражеских сил до боли знакомый пояс Ориона с коротеньким Мечом.

Однако фразу закончить он не успел.

Небесный охотник, видимо, решил устроить самую настоящую охоту. На них.

Меч Ориона вдруг засиял нестерпимым блеском, словно решил стать настоящим мечом. Лазерным.

Блеск этот был настолько ярок, что чуть не спалил сетчатку глаз дяди Васи. Инстинктивно он прикрыл глаза и дёрнул головой, стараясь избавиться от этого света.

Боевая палуба «Сияющего Оргазма» ощутимо накренилась, несмотря на работающие гравитационные компенсаторы. За спиной Косых послышался грохот, перемежаемый чудовищными проклятиями. Видимо, капитанша не удержалась на ногах. Но сейчас дядю Васю беспокоило не это. Только уроды, готовящиеся отправить его в хаос. Разумеется, Косых это не устраивало. А посему…

На этот раз его уже не интересовали предупреждения боевого процессора о том, какие из систем оружия сейчас можно задействовать, а какие нежелательно.

Косых сейчас хотел только одного – остаться в космосе один, и притом живым. Поэтому, несмотря на предупреждения, все системы выставить на максимальное поражение. И плевать на предупреждения о возможном разрушении собственного корабля. Главное – выжить.

Причём всех.

Периметральные пиломёты выплюнули в пространство первую порцию вращающихся дисковых пил, создавая почти непроницаемую защиту вокруг «Сияющего Оргазма». Снабжённые простейшими процессорами типа «свой-чужой», они услужливо расступались перед кораблём-маткой, в то же время радостно впиваясь во вражеские истребители, нагло рвущиеся к «Оргазму».

Корабль-матка уже благополучно успел убраться в тень небольшого астероида. И из этой тени Косых продолжил высматривать вражеские корабли.

Первый же удар пиломётов уничтожил сразу шесть кораблей противника. В нижней части боевой псевдосферы возникла полоска из тринадцати звёздочек. Косых довольно отметил, что почти половина звёздочек мерцает красным – признак полного уничтожения.

Однако до полного торжества было ещё далеко, поскольку уничтожены оказались только мелкие корабли. Досаждающие, неприятные, даже способные повредить громадную барскую яхту, но не более того.

Основной бой оставался ещё впереди, поскольку были целы оба фрегата и пять «Больших Кусак», пусть не очень бронированных, но зато равных своей огневой мощью среднему крейсеру. Расслабляться некогда. Тем более что роботы не знали страха. Им ведом только приказ мех-коммандера, который нужно выполнить любой ценой, даже если для этого потребуются их недолгие механические жизни.

И они продолжали яростно наступать.

На этот раз осторожнее.

Поскольку первая атака нахрапом и со всех сторон не удалась, остатки флота Тощего Лаки перегруппировались, скрываясь за всё тем же небольшим астероидом, непонятно как уцелевшим в бешеной схватке космической битвы.

– Шарна, ты меня чуешь? – вскрикнул Косых, устав от единоличного сражения с превозмогающими силами противника.

– Да, канонир, – послышался вкрадчивый голос псионика.

– Тогда помогай! – заорал дядя Вася. – Контролируй перемещение, пока я стрелять буду! Понял?

Вместо ответа «Сияющий Оргазм» рванулся назад, прочь от злополучного астероида, уже изрядно побитого не попавшими в цель ударами флота Тощего Лаки и «Сияющего Оргазма».

А роботы продолжали наступать.

Выстроившись в неправильное полукольцо, они принялись отжимать «Сияющий Оргазм» к внутренним планетам.

В данной ситуации можно было сделать две вещи. Во-первых, немедленно провалиться в Запредел, зайдя врагам в хвост, и постараться расстрелять их, пока они не опомнились. Во-вторых – приняв их игру, отступать. Очень быстро и всё время держа их на прицеле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.