Роман Искаев
Зловещая долина

«В племени азанде знают, что древесина, из которой строят амбары, подтачивается термитами. Со временем она станет трухлявой, что в конечном итоге приведёт к разрушению амбара. Но. Если амбар разрушится, когда в нём будут находиться люди, то это – прихоть сверхъестественных сил, а не вина самого племени,

не поменявшего вовремя сгнившую, изъеденную древесину».

Вольное воспроизведение свидетельства Эдварда Эванса-Притчарда

Глава 1. Интернет вещей

В высшей степени приятная мелодия вместо гудков играла в смартфоне. Электронные сэмплы, составленные в особом – идиллическом порядке, призваны были вылить успокоение на всякого, кто ожидал своей очереди, позвонив на экстренную линию технической поддержки. Однако же Рик не находил себе места. Более того, его сумбурные броски по квартире напоминали метания домашнего кролика, прыгающего от одного угла клетки к другому, когда со всех сторон подступает разгорающийся пожар…

Никакого пожара, однако, не было. Сквозь большие окна комната была залита солнечным светом. Дизайнерская планировка говорила об успешности её жильца, а подобранная менеджером превосходная мебель прибавляла самооценки. Ни одной пылинки или грязного пятна: идеальная чистота.

И всё же нечто очень близкое по состоянию к пожару охватило выверенное и просчитанное пространство, волнуемое аморфными телесами Рика.

Начало всему положила системная ошибка.

Пробуждение было запоздалым, и только в двенадцатом часу дня Рик – высокой успешности счастливый гражданин ЮША Inc., принадлежащий к интеллигентной элите общества, зарабатывающий на жизнь профессиональными занятиями по повышению игровой квалификации – вяло потянулся. Ещё какое-то время потребовалось на прочие, не менее приятные утренние процедуры, и мило поджаренные тосты поспели как раз к моменту сваренного кофе. Внимательность смарт-техники, скачавшей с интернета рецепт нового «Твоего любимого» завтрака, дополнила радость от наступления нового дня.

«01-00 pm» – отобразил ультрачёткий циферблат, когда Рик ткнул в него пальцем. iQчасы были последним и самым любимым его приобретением. Особенно ему нравилась функция «эстетического успокоения»: прокрутка колёсика сбоку. Его в меру мягкая, в меру жёсткая, перфекционистически выверенная тысячью человеко-часов упругость прокручивания была потрясающей. Колёсико можно было крутить сколь угодно долго, совершенно расслабляясь и забывая о насущных делах. Стоило закрыть глаза, как пальцы сами тянулись к нему, чтобы получить физическое удовольствие, столь необходимое для успокоения нервов. Кажущееся сильным сопротивление механизма вначале легко уступало, позволяя насладиться очередной победой. Всё в точности так, как и утверждалось во время презентации. К тому же, дабы придать весу маркетинговым утверждениям, о них заговорили специалисты-психологи: исследования подтверждали инновационность колёсика.

Рик, однако, не позволил себе долго расслабляться, хоть и был выходной. Через полчаса ему предстоял тяжёлый рейд, а потому нужно было готовиться. Двойной кофе придал сил, и очки виртуальной реальности заняли привычное место на его носу, погрузив пользователя в операционную среду Рифт. Запустилась игра.

Рейд покорялся без проблем, другого Рик и не ожидал. Высший игровой профессионализм подтверждался годами тренировок и степенью магистра. Физический комфорт, измеряемый сотней датчиков iQчасов, был полным ровно до тех пор, пока вдруг не включился чайник.

В самом этом факте ничего не обычного не было: в каждой квартире технологически развитой страны ЮША Inc., любой смарт-прибор можно было включить, едва коснувшись дисплея iQчасов или какого угодно другого гаджета. «Доступный прогресс комфорта для всех!» – лозунг, подвигнувший начало социальной революции мира дополненной реальности пятнадцать лет назад, был давно воплощён в жизнь.

Только на этот раз чайник включился сам. Рик, не спешащий отвлекаться на бытовые мелочи, не придал этому значения, даже не сразу увидел значок, оповещающий его о случившейся ошибке. Лишь когда очки завибрировали в то время, когда персонаж его омывался священной водой, чтобы излечить раны, Рик от неожиданности вскрикнул.

Игра свернулась, уступив место иконке стремительно нагревающегося гаджета. Сработала безупречная синхронизация нативного программного обеспечения. Вода тем временем кипела уже не меньше пятнадцати минут, и выключаться чайник не торопился.

– Да что же! – выругался Рик и нехотя вытек из мягких объятий фитнес-кресла, держащего мышцы игроков в нормативном тонусе. Что было немаловажным, ведь согласно обнадёживающей статистике, собираемой научным институтом современной жизни, сто процентов граждан ЮША Inc. были заядлыми игроками, обеспокоенными здоровьем. Каждый седьмой пост в социальных сетях был о здоровье организма, а потому последним трендом было поддерживать своё тело в форме. Многочисленная конкурентная реклама в интернете способствовала здравому мышлению и правильному выбору фитнес-кресел.

И всё же комфорт был нарушен. Рик был не доволен. iQчасы на руке замерцали, предупреждая о неприятности.

– Да знаю я, – стряхнул пальцем всплывшее окошко Рик. iQчасы, в секунду проанализировав изменившейся химический состав кожи пользователя, отметили нарастающий стресс. После чего замигали ещё раз, предупреждая о вредных последствиях раздражения.

Чайник наигрывал хит последних часов, тут же подгруженный с музыкальной площадки в интернете, предупреждая о кипевшей воде, булькающей в нём с усердием вечного двигателя, но больше ничего предпринимать не собирался.

– Ку, чайник, ты сломался? – обратился к нему Рик, будто ожидая услышать ответ. На самом деле ответ действительно должен был быть, ведь смарт-чайник был подключён к базе знаний, умел анализировать стандартизированные запросы, начинающиеся на «Ку», и обладал синтезатором речи – Курвиной. Голос её был родным и любимым всеми гражданами ЮША Inc. Она даже вела свой подкаст на популярном интернет-радио, и рейтинги её были выше, чем у многих известных якобы натуральных, живых людей.

Однако молчание его в купе с незатухающими ритмами песни настораживало. Постояв немного рядом, Рик робко приблизился к нему, как к бывшей ласковой плюшевой собачонке, вдруг изрыгнувшей пену и угрожающе зарычавшей.

– Ку, чайник, ты сломался? Ответь! – потребовал он. Очевидность момента была непостижима без ответа самого смарт-устройства, но Рик только начал возвращаться в реальность из игры.

Постепенно вся сложность ситуации проникла и в него. Надо было действовать. Рик взял смартфон, чтобы позвонить в службу экстренной технической поддержки.

Чайник продолжал кипятить воду.

Ещё пятнадцать минут спустя, когда ультрачёткий дисплей, обвитый по всей площади чайника, отобразил булькающую лаву, точно передавая малейшие оттенки картинки с подробностями, достойными документального фильма (такой заставки Рик никогда ещё не видел), а близость критической температуры нагревательного элемента была неизбежной, смартфон ожил:

– Служба экстренной технической поддержки, слушаю Вас.

– Ку!… Ой… гм… да, добрый день, здравствуйте! – прокричал не своим голосом Рик.

– Зд…Здравствуйте, – икнул голос женского типа, испугавшийся испуга Рика.

– Простите, я не специально, просто знаете, дело в том, что мой смарт-чайник....

– Отобразите, пожалуйста, Ваши ID-данные, модель чайника и адрес, где он зарегистрирован, – голос обрёл прежнюю форму безоблачной непринуждённости. Это подействовало успокаивающе.

– Сейчас-сейчас, – не отнимая смартфон от уха, Рик двумя касаниями по дисплею iQчасов отправил через нативную программную среду с невероятной синхронизацией свои ID-данные гражданина ЮША Inc. вместе с домашним адресом.

– Модель чайника, пожалуйста.

– Должно было всё прийти…

– К сожалению, не вижу. Возможно, вы не до конца протянули плитку на дисплее?

– А… простите… всё равно не получается, а где ещё посмотреть модель можно?

– Нажмите на чайнике «О модели». И рекомендуем Вам провести диагностику Вашей программной среды для выявления возможных неполадок. Стоимость и возможные даты уже отображены в Вашем календаре.

Безропотно приняв ближайшую дату, Рик осторожно покрутил чайник, нашёл нужную кнопку на дисплее и нажал, тут же отняв обожжённый палец. С удивлением и обидой глянул он на смарт-чайник, прежде не доставляющий таких неудобств. Тот, подпитываемый индукционными токами, натужно посапывал через длинный носик.

– Модель номер…, – назвал Рик, с обиженным негодованием рассматривая покрасневший палец.

– Спасибо, подождите, пожалуйста… Вы знаете, что Ваш чайник пропал из сети? Мы его не видим. Вы отключили его? Спешу напомнить, что своевольное выключение умных приборов из сети недопустимо и прямо запрещено пользовательским соглашением. Также запрещены любые другие действия, блокирующие свободную передачу данных о работе смарт-гаджетов на сервера производителя и третьих лиц. Помимо этого, запрещено препятствовать сбору любой возможной техническими средствами гаджета информации.

iQчасы подхватили нить разговора, поспешив отобразить необходимые пункты пользовательских соглашений, принятые Риком, касающихся всего, что было у него в квартире, вплоть до тарелок, подсчитывающих калории.

– Да… в смысле, знаю, конечно, но нет. Не отключал я! – в волнении ответил Рик. Проблема была серьёзней, чем думалось изначально – пропал из сети! – Вы знаете, мой чайник сам по себе включился уже полчаса назад, и почти вся вода в нём выкипела, но выключаться – он не выключается.

– Мы проверим Вашу информацию. Сейчас попробуйте нажать на физическую клавишу выключения, она находится на дне чайника. Я зарегистрировала разрешение на это действие.

– Но он же кипит! Как мне поднять?

– Попробуйте поднять аккуратно.

Рик какое-то время колебался, на разные лады примеривая слово «аккуратно», пока не смирился с ним. Переключив звонок на iQчасы он положил смартфон рядом с чайником. Потом передумал и отложил его в сторону. Модель была самая новая, и испортить её ему не хотелось.

– Получилось? – напомнил о себе голос женского типа экстренной тех. поддержки.

– Нет, ничего не вижу.

– Посмотрите внимательнее.

Пощурившись какое-то время Рик, наконец, нашёл маленькое отверстие, куда могла пролезть лишь иголка и то не всякая.

– Она, кнопка, маленькая! – по-детски удивился он.

– Совершенно верно, это предусмотрено конструкцией специально для Вашей защиты, чтобы Вы, как потребитель, не могли выключать смарт-приборы случайно, нарушая тем самым пользовательское соглашение.

– Так, а как мне…?

– У вас дома разве нет иголки?

– Нет… иголки? Откуда?

– Странно.

– Да почему странно-то? – Рик начал раздражаться. И не столько из-за ответа тех. поддержки, наверняка знающей своё дело, сколько из-за гомонящих внутри него эмоций от удивления до беспокойства, выводящих его из равновесия.

– Дело в том, что хотя бы одна иголка по статистике есть у восьмидесяти девяти процентов населения ЮША Inc. И странно и забавно то, что мне попался именно тот человек, у кого её нет. Такого в моей практике ещё не было, – довольно ответил голос, видно надеясь поразить Рика удивительным фактом совпадения.

Рик слушал, но не разделял энтузиазма. Булькающий чайник в руке не внушал доверия, перестав быть в его глазах безобидным гаджетом.

– У меня нет, нет иголки! Но мой чайник скоро взорвётся, судя по лаве на экране…

– Минутку. Так. У него уже отображена на экране лава?

– Да, вот, сколько мы говорим, столько и…

– Вы должны были об этом сообщить с самого начала. Это плохо…, – задумчиво отозвался голос с неуловимой интонацией ритуального служащего. Мелкая дрожь пробежала по телу Рика, он торопливо вернул чайник на место и отошёл на безопасное расстояние. Злобный гаджет фыркнул, булькнул и зашипел.

– Я з-знаю, что плохо, делать-то что?

– Я не знаю, – с обезоруживающей искренностью ответил голос.

– То есть как? В смысле… Как?! – той же искренностью подавился Рик.

– Мои функциональные обязанности охватывают вопрос физического выключения бытовых смарт-гаджетов. Согласно исследованиям, проведённым Научным институтом Современной жизни, как правило, данного вопроса хватает для решения девяносто пяти процентов звонков. Поэтому…

– Так, и что? Мне вы помогите-то! – взвизгнул Рик. Ему почудилось, что чайник приблизился к нему. Он отступил ещё на два шага назад.

– Минутку, я Вас переключу на вторую линию поддержки. Спасибо, за доверие и за Ваше обращение, мы рады Вам помочь! Всего доброго! – договорил голос и скорее прервал связь, точно боясь, что взрывом заденет и его.

– Стойте! – воскликнул Рик, но его перебил приятный ритм, составленный из гениально подобранных простых звуков.

Ещё через минуту любезный голос женского типа сообщил, что техническая поддержка обеспокоена сложившейся ситуацией, поэтому ему нужно подождать, пока его переключат на первого освободившегося квалифицированного специалиста.

– Да чтоб вас! – опять выругался Рик. iQчасы насторожились, ревностно следя за параметрическим состоянием контролируемой ими персоны.

Нервничая, Рик кусал губу. Смартфон был крепко зажат между ухом и плечом, а смарт-чайник занял в его воображение почти всё пространство кухни. Неподконтрольные Рику пальцы принялись судорожно переключать виджеты на часах: «ТОП-цитат успешных людей», «ТОП-современных менеджеров», «Финансовые котировки», «iQновости», «Доктор Кто»… Доктор Кто!

– Ку, Доктор Кто, где можно быстро найти иголку, если нет дома?

На ультрачётком дисплее, с достигнутой небывалой величины плотностью пикселей завертелась голова с растопыренными волосами, призрачной улыбкой и плавающими внутри формулами. Наконец высветился ответ: «У соседа».

– У соседа? Соседа… А! – Рик сопоставил информацию с реальным миром, кинулся на лестничную площадку и забарабанил в дверь. Зачем он это сделал – сказать и сам не мог бы, ведь любой смартфон поддерживает минимум три линии разговора, к тому же есть мессенджеры.

Тем временем из прижатого к уху динамика смартфона лилась всё такая же приятная мелодия, старавшаяся достучаться до нервной системы перевозбуждённого страдальца.

Дверь открылась. Недовольное лицо с отвислыми щеками, голова, сужающаяся кверху, с большим ртом и зубами: сосед ошарашенными красными глазками смотрел в упор на невесть откуда взявшегося человека.

– Прошу прощение…, –начал было Рик.

– Ты кто?

– Сосед с…, – iQчасы, предугадав развитие диалога, вовремя подсказали номер квартиры, – со сто семнадцатой.

– Так это ты что ль? О! Чего тебе? Написать не мог в мессенджер? Позвонить?

– Да… ай… ситуация! Иголка! Есть иголка? Очень надо.

– А у тебя нет разве?

– Нет, но у меня чайник, понимаешь, и Доктор Кто, понимаешь? Сказал – у соседа! – Рик сбивчиво постарался объяснить, но мысли разбегались куда-то прежде, чем он их собирал вместе.

– У всех чайник и Доктор Кто, иголка зачем?

– Да… просто надо его выключить, а кнопка внизу, и она маленькая, ещё углублена. Не достать. Иголка! Понимаешь?

– Нет.

– Ладно, но просто очень нужна иголка, у тебя есть?

– А ты не мог написать в мессенджер? Зачем стучать в дверь? – опять спросил сосед, чувствуя себя беззащитным и раздражённым за границей очков виртуальной реальности.

– Да.. мог… не мог… не мог! Срочно, правда! Иголка?! – выходил из себя Рик.

Скривив физиономию, сосед почесал затылок:

– Странно, что у тебя нету, ведь у…, – тут он глянул в смартфон, подсказавший правильный вариант ответа.

Любые смарт-гаджеты всегда слушали разговор, – обязательно, для улучшения качества обслуживания, передавая его третьим фирмам, – чтобы менее образованный собеседник не терялся при начавшейся умной беседе, и подсказывали всевозможные варианты, почерпнутые из бездонного интернета.

– … у девяносто одного процента населения есть иголка, – сосед улыбнулся. Его знания (смартфон он, как и все, совершенно естественно считал своим вторым «я») были не такими уж и маленькими.

– Видимо я тот небольшой процент… Так ты дашь?

– Так и у меня нет, зачем мне иголка? – в изумлении ответил он.

– О, иисусе, – выругался Рик.

Лицо соседа страшно перекосилось, отчего тяжёлый низ его с мощными зубами стал ещё больше, а верх черепной коробки ещё сильнее скукожился, придав голове форму равнобедренного треугольника:

– Не оскорбляйте моих чувств! Я не верую в так называемое высшее существо и считаю, что вы не должны выражать своих мыслей, каких бы то ни было и в каком бы то ни было ключе при мне, касающиеся....

Но Рик уже не слышал. Трубка снова ожила.

– Да, да! Алло! – закричал он. Жестами показав, что очень сожалеет, оставил оскорблённого соседа.

Бархатный голос мужского типа, подобранный таким образом, чтобы внушать к себе доверие и располагать к сотрудничеству, говорил:

– Уважаемый потребитель, мы заметили, что Вы всё ещё не положили трубку, а значит – Ваша проблема действительна серьёзна. Просим прощение за столь долгое ожидание и предлагаем Вам заполнить небольшую анкету. Она высветится на экране Вашего смартфона, после чего Вы вновь вернётесь в очередь ожидания.

– Что?! Да… Да какая анкета! О чём? Да чтоб вас, – в третий раз за день выругался Рик. iQчасы справедливо забили тревогу, сопровождая её вибрацией.

– Не буду ничего заполнять! – в негодовании Рик сбросил звонок, отключил вибрацию, успокоив на время ретивый гаджет, набрал номер тех. поддержки вновь. На это раз динамик ожил сразу:

– Уважаемый потребитель, мы обратили внимание, что при прошлом Вашем обращении прервалась связь. Просим прощение за доставленные неудобства. Заполните, пожалуйста, анкету, и мы вернём Вас в очередь! – всё тот же бархатный голос лился тугой волной из динамиков.

Рик отчётливо взвыл. К тому времени он добежал до чайника: воды в нём оставалось буквально на донышке. Она угрожающе шипела, скручивалась в бурлящую пену и распадалась на отдельные маленькие комки, тут же испаряющиеся.

Располагающий голос в телефоне напомнил, что анкета уже отображена на экране.

«Довольны ли вы обслуживанием?» – гласил первый вопрос.

– Нет, конечно же! – нервно ответил Рик.

«Чтобы перейти к следующему вопросу, пожалуйста, опишите, максимально подробно, что конкретно Вас не устраивает. Нам очень важно Ваше мнение».

Появилось окошко на 150 символов. Рик только приготовился надиктовать, как очередное предупреждение, присланное от чайника, благодаря безупречной синхронизации нативной программной среды, закрыло собой весь экран. Рик чертыхнулся. iQчасы уловили его пульс, вышедший за все рамки фитнес-норм, и, решив, что это важно, несмотря на запрет пользователя, вынесли предупреждение о скором желательном отдыхе.

Рик издал звук, напоминающий рёв. Всё его тело колыхалось, как не в меру высокий студень на подносе.

Спустя несколько минут анкета была заполнена. Воды в смарт-чайнике не осталось. Он начал кипятить сам себя.

– Ну же!

– Спасибо, что приняли участие в опросе, – выразил благодарность бархатный голос таким тоном, что не оставалось сомнений в важности полученной информации. – Ваш звонок будет принят ориентировочно через две минуты. Ожидайте.

– Да неужели! – Рик начал рвать волосы. И тут сквозь дикую раздражённость, буквально пронзающую всё тело не привыкшего к стрессовым ситуациям современного потребителя комфорта, ему вдруг пришла на ум простая, но гениальная идея:

– Вода! – воскликнул он, ликование взорвало его изнутри. И в самом деле, ведь всё решалось просто.

Рик схватил полыхающий сухостью смарт-гаджет, подбежал к крану и подставил его под поток воды. Раздалось шипение, и через секунды чайник заполнился до краёв. Вода полилась дальше, попав на часы. Рик в ужасе отпрянул. С нахлынувшим холодным страхом, мурашками пробежавшим по всему телу, он постучал по дисплею. Слава иисусе! – iQчасы не пострадали. Любовно оттерев экран, он переключил внимание на ненавистный чайник, испортивший выходной. Смарт-гаджет тем временем отреагировал на изменившуюся обстановку и сменил на экране булькающие потоки лавы дымящимся вулканом. Пользовательский интерфейс работал безупречно даже в таких экстремальных условиях. Всё благодаря отличным командам тестеров!

Рик почувствовал, как отлегло от сердца, но неунывающий чайник уже принялся за работу с прежним усердием. Рик выключил воду – счётчики не дремали, – оставив сам адский гаджет в раковине.

Стрессовая ситуация оживила размышлительную работу мозга. Подняв чайник, Рик схватил вилку и расковырял отверстие так, чтобы добраться до вожделенной кнопки. Ничего не произошло. Тогда он нажал ещё раз и ещё, сильнее и продолжительнее. Ничего.

– Спасибо, что дождались. Я менеджер второй линии поддержки, слушаю Вас, – ударил в ухо смартфон.

– А-а! – с испугу чуть не выронил Рик бешеную посудину, смартфон, однако, по-прежнему крепко прижимая плечом, – Мой чайник! Чайник!

– Пожалуйста, объясните точнее, – на этот раз специалист оказался подготовленнее и не испугался.

Рик набрал в лёгкие воздух и на одном дыхании выпалил всё то, что он пережил за последний час. С облегчением, что сейчас всё закончится, замолчал.

– Я Вас услышал, Ваша проблема действительно не простая.

– Не простая?

– Не переживайте сильно, – умиротворяющим голосом поспешил успокоить сотрудник второй линии поддержки, – теперь Вам всё же необходимо доливать… Подождите, минутку…

– Что? Что подождать?! – испугался Рик того, что его опять оставят с этим наедине.

– Дело серьёзное, я переключу вас на третью линию.

– Стойте! – с отчаянием взмолился Рик. Приятная мелодия полилась в него из самых совершенных динамиков, разработанных для смартфонов, способных создать стереоэффект в одном ухе.

Вновь играла приятная мелодия. Вновь закипал чайник. iQчасы вновь отметили ухудшение состояния, на этот раз повышалось давление. Остекленевшими глазами сквозь пульсирующие кровью пятна Рик смотрел, как поднимаются вереницы сотен маленьких пузырьков, предвещающих скорый взрыв. Чтобы чувствовать себя спокойнее, он опять включил воду. Счётчики мгновенно активизировались, передавая точнейшие онлайн-показания потребления. Чайник захлебнулся и остыл.

Едва ли Рик понимал, что происходит. Из холодного оцепенения его вывели iQчасы. Видя, что смартфон занят, они перехватили сообщение банка, оповещающее, что со счёта снята часть денег.

День набирал обороты.

– Что, как, где снято, кем снято? – ужаснулся Рик, вернувшись из оцепенения в треснувший уют квартиры, вдруг причинившей столько страданий. Страданий сильнее от того, что не ожидаешь их от своего привычного окружения, подменившего друзей.

Холодильник, зарегистрированный в его квартире, сделал заказ на еду в ресторане «МакДак». Далее шёл длинный список заказанной еды.

– Сколько?! – не верил Рик. Слова вырвались раньше, как бы сами собой, вытолкнутые распирающим давлением обескураживания.

iQчасы не позволили дочитать список до конца, скорее пользователя просканировав его состав, и сменили сообщение другим, полным ужаса предупреждением, сдобренным красочной графикой о вредности столь сильного переедания и моральной невозможности появляться в таком запущенном виде перед гражданами ЮША Inc., заботящимися о своём здоровье.

Не дав как следует осознать полученную информацию, следом iQчасы отобразили ещё одно оповещение. На этот раз был сделан заказ в ресторане «РоялДог». Со списком еды не меньшим предыдущего.

Рик ринулся к холодильнику. Гробовое молчание встретило его, подсветка не включилась, дисплей не вывел дружелюбного приветствия. Рик с надеждой протянул в его сторону плитку смарт-холодильника на iQчасах, но те не смогли подключиться. Ужас и отчаяние овладело потребителем, лишившимся привычного контроля и инструментов, делающих цельной его жизнь:

– Нет! Нет, НЕТ! – крикнул он и со всей силы потянул за ручку дверь холодильника. Рик и сам не знал, зачем хотел открыть её, но дверь не поддавалась.

Какой-то ледяной фатальностью повеяло от молчаливого смарт-гаджета, с упорством обречённого барабека продолжающего делать заказы.

– Ку, холодильник…, – скорее с чувством безысходности, чем с реальной надеждой услышать ответ обратился к нему Рик. Не в пример смарт-чайнику, холодильник ответил родным голосом Курвины:

«Диета! Уважаемый пользователь! На сегодня вы уже достаточно открывали эту бездонную дверцу, ведущую только в отчаяние. Согласно неутешительному отчёту, присланному вашими смарт-тапочками, измерившими ваш вес, была выбрана оптимальная программа похудания. Согласно принятому вами пользо....»

Рик в тихом бешенстве дёрнул дверцу холодильника. Холодильник угрожающе наклонился, эко-трансгенные продукты внутри него начали падать с полок. Дверца оставалась запертой. Последняя модель, усиленная защита.

– Стоять! – взревел Рик, вспыхнув, как хлопушка, водворяя покачнувшейся смарт-гаджет на место.

– Сохраняйте спокойствие, Вы подверглись вирусной атаке, – заговорил смартфон, – мы не можем сейчас найти Ваш чайник в сети, но работаем над этим.

Третья линия поддержки со всей серьёзностью заверила, что проблема находится под самым пристальным наблюдением.

– Спокойствие?! – закричал Рик, подхватывая смартфон свободной рукой, простительно, в данной ситуации, не уловив выученной искренности озабоченного голоса на той стороне, – да какое спокойствие? У меня чайник кипит уже второй час, я только и успеваю подливать воду, холодильник заблокировал дверцу и тратит мои деньги заказывая продукты для вечеринки на тридцать человек! Да ещё и обувь считает меня толстым, хотя мой вес в верхних пределах нормы!

Действительно, согласно обновлённому Министерством здравоохранения регламенту, поднявшем верхнюю планку нормы массы среднестатистического жителя ЮША Inc., отныне его вес отличался здоровой дородностью.

– Холодильник? Какой холодильник? В заявке холодильник не указан, – несколько удивились на том конце.

– Потому что он только что…

– Понятно, вирус распространяется, – быстро сориентировался специалист, проявив в кризисный момент высшую степень профессионализма, – скорее всего, он подменил актуальные нормы на нормы прошлых лет, тогда они были меньше, потому смарт-холодильник и заблокировал дверцу.

– А что с деньгами?

– Позвоните в банк, пусть они запретят использование ваших средств.

– А вы что-нибудь сделаете? – бестактно не унимался Рик.

– Мы работаем, сохраняйте спокойствие, – с напряжённой приветливостью отозвался специалист, начав проявлять нетерпение к истеричному потребителю, – Ваша заявка принята, о проведённых работах Вам сообщат дополнительно. Не поддавайтесь панике. Всего доброго!

Связь завершилась, оставив после себя в голове у беззащитного пользователя чудную кашу из недоумения с непониманием. Легко было потерять самообладание, оставшись наедине с самим с собой, когда все друзья находятся в безмятежности онлайна.

– Вирусы… Распространились… Атака… на меня?… На меня… Деньги… Банк!

Рик судорожно сжал смартфон:

– Ку, позвонить, мой банк!

Благодаря превосходной оптимизации, на которую были потрачены огромные средства и лучшие умы ЮША Inc., операционная система смартфона обладала великолепной отзывчивостью. Без малейших задержек мгновенно набрала нужный номер. Комфорт и желания пользователей – превыше всего! Спустя один гудок томный голос разработанной гениальным школьником первой программы с идентичным настоящему искусственным интеллектом, основанном на почтиквантовых процессах, позволившей заработать создателю миллиарды, а затем выгодно продать своё изобретение, поприветствовал Рика:

– Секс по смартфону.

– Какой.. какой секс?! Мне банк нужен.

В бешенстве Рик сбросил звонок:

– Ку. Позвонить. Мой. Банк! – с красными от лопнувших сосудов глазами впился он в смартфон. iQчасы, временно отложив в сторону все запреты владельца, что позволялось одним из подпунктов пользовательского соглашения, по скрытому протоколу подключились к службе здравоохранения, начав передавать тревожную статистику о пользователе. ЮША Inc. беспокоилась о здоровье своих граждан. Тем более пристально наблюдала за своей интеллектуальной элитой, несущей будущее всему государству.

– Секс по смартфону....

– Да чтоб вас!

– О, нетерпеливый, так хочешь меня? Тогда…

Рик отключился. Дрожащими пальцами он начал перебирать контакты, но везде был один и тот же номер. Вирус обживался, расширяя жизненное пространство. Что было вполне естественным и предсказуемым.

– Но я же не знаю… Какой номер банка?!

«А тех. поддержка?! Её номер! Всё пропало!»

– Где искать, где искать, – лихорадочно твердил себе Рик.

И всё-таки его нервная система была закалена тысячами игро-часов и не успела поддаться всеобъемлющей панике. В конце концов он был ментором для начинающих игроков!

Выход оставался один. Пусть и нетривиальный, но поделать ничего больше было нельзя. Надо бежать в банк: пока ему предлагали горячую страсть с идеальным совершенством, холодильник успел сделать ещё два заказа. Чайник, стоявший в раковине под открытым краном, был в безопасности. Рик уменьшил напор воды. Должно хватить.

Что же, придётся идти в отделение банка, как бы это не смотрелось со стороны. Рик сжал кулаки, собираясь с духом. Не каждый день выходишь на улицу.

Уже выбегая из квартиры, он наткнулся на доставку МакДака. Худой высокий гражданин тащил на себе мешок всевозможных мясных полуфабрикатов, два бочонка с газировкой и свежую зелень выверенного размера, едва ли не светящуюся изнутри – такой зелёно-здоровой она была. Планшет сотрудника доставки раскалялся от заказов. Рик не сомневался, что от заказов его холодильника.

– Эй, сто семнадцатая? Слушай, еле допёр, чес слово, принимай заказ, – вытерев лоб и сдвинув кепку в форме курицы, с непосредственностью недалёкого человека, получившего всё необходимое государству образование, сказал тощий.

– Это не мой заказ! Мой холодильник…, – мгновенно взбеленился Рик, глядя на этого… этого… разносчика! – едва ли имевшего представление о том, кем являлся он! Элитой интеллигенции!

Привыкший ко всему, невежественный сотрудник МакДака апатично сообщил, что весь заказ оплачен и что если у него имеются какие претензии, то он может сразу же написать в форме обратной связи:

– У тебя же есть наше приложение? Если нет, то можешь скачать из магазина, – участливо поинтересовался он, но совершенно не ждал ответа, – Всё же принять заказ необходимо, иначе…

Рик не стал слушать, что иначе, время утекало с неподвластной скоростью:

– Да чтоб вас всех! Заноси сюда!

Сотрудник, взвалив мешок с мясом, невозмутимо занёс его в квартиру, неспешно вкатил бочонки с газировкой, затем пришла очередь зелени. Выпрямляясь он схватился за поясницу и натужно крякнул.

– Всё? – нетерпеливо спросил Рик.

– Да, спасибо что обратился в наш ресторан, будем рады увидеть твой заказ вновь… Э-э-э, у тебя там чайник того, это, под водой. Счётчики же… Вызвал бы кого надо, а то опасное дело, знаешь ли, эко-нормы и всё такое, да и по интернету говорят, что нельзя так…, – проявил гражданскую сознательность тощий.

– Да без тебя…! Всё, выходи!

– Я просто хотел помочь.... Нельзя же! Нормы!

Сотрудник доставки ушёл. Ещё несколько раз со всей порядочной доброжелательностью уже сам себе сказал про опасность такого положения дел, направил запрос о проверке странного потребителя в соответствующие органы контроля и вернулся к умиротворяющей тишине отсутствующих мыслей, перемешанной с легко запоминаемым, ненапряжным мотивом последнего хитового трека.

Пять минут было потеряно. До банка Рик мчался как заправский спортсмен, так ему казалось. На самом деле смарт-часы услужливо поделились фактом, выбранным из бездонной статистики, что скорость его бега была трёхсотмиллионной из всех граждан ЮША, кто хоть раз в жизни (а таких было большинство, чаще бегать просто не было необходимости) совершал пробежку.

Добежав до первого же отделения банка, Рик ни одного слова не мог вымолвить, как и хоть сколько-нибудь ровно стоять. Только согнувшись и облокотившись о стену, он с хрипом загнанных лёгких выдыхал жгучий воздух.

В банке, наконец, Рику повезло: всё огромное отделение было пусто, но в электронную очередь встать было необходимо. Стояла строгая тишина, ряды сотрудников и начальников над ними безупречной линией сидели на рабочих местах, ожидая регистрации пришедшего потребителя, чтобы начать со всем регламентированным участием помогать ему.

«R1» – отобразилось на iQчасах. Тут же над самым дальним окошком загорелся его номер. Чёткость и налаженность банковской системы была лучшей в мире.

– Чем могу быть Вам полезен? – ставя ударения на каждый слог, с особым смаком выделяя «Вам», как признак настоящего шика, звонко вопросил молодой сотрудник, когда к нему подошёл взмыленный Рик.

– Я… Мой… подж..ите.... сей…чс....

– Уважаемый потребитель, спешу напомнить Вам, что для достижения наибольшего комфорта, Вы могли воспользоваться нашим смарт-приложением, – оживился сотрудник банка, заметив, как внимательно за ним смотрит начальник, проверяя выполнение каждого подпункта Устава банка по работе с потребителями.

Рик замер. Ведь действительно мог. Может, конечно оно уже и не работает, всё-таки вирус, но как же не додумался попытаться? Надо было задать вопрос Доктору Кто, тот бы, наверное, подсказал, прежде чем.... Но он уже здесь.

– Пр…ение…! Да.. об…ас…, – iQчасы перешли на усиленный режим прослушивания, стараясь разобрать слова и отреагировать соответствующим образом. Многоядерный процессор работал на пределе, накалив изящный металлический корпус. Батарейка оповестила о своём скором истощении. Всё-таки до этого была передана огромная часть информации в службу здравоохранения, где её будет сортировать и анализировать специальный сервис для получения правильных данных и принятия верного решения в помощи нуждающемуся гражданину. Хотя есть шанс, что она просто сгинет в экзабайтах другой ежеминутной статистики.

– Успокойтесь, пожалуйста, – приветливо улыбался сотрудник, незаметно подозвав охранника на всякий случай, для лучшей безопасности, – я уверен, что мы сможем решить Вашу проблему наилучшим способом. У нас работают самые квалифицированные специалисты, мы все проходили обучение в банковской школе и успешно сдали три десятка тестов – самое большое количество тестов из всех высших учебных школ! Ведь банковская система ЮША Inc. –это движете....

– Да.. тише! Я понял, – уже внятно произнёс Рик, наконец-то вогнав дух обратно в себя, – Стойте! Фух, мой счёт…

– Назовите, пожалуйста, ваш счёт.

– Тридцать четыре, пятнадцать, сорок… нет.. сейчас…

– Для избегания незаконных актов мошенничества, должен Вас предупредить, что у вас есть ещё одна попытка, чтобы правильно назвать номер счёта. В противном случае Вы будете задержаны на пятнадцать минут, после чего сможете повторить попытку. Но лишь раз, если же и тогда ошибётесь, мы будем вынуждены без каких-либо личных умыслов, исходя из требований безопасности, заблокировать Ваш счёт!

– Так мне это и нужно!

– Чтобы заблокировать Ваш счёт, а также совершить любые другие действия, мы должны удостовериться, что Вы владелец счёта. Для этого Вам необходимо назвать его.

Рик напряг память. Единственные цифры какие должен был помнить каждый гражданин ЮША Inc., какие учили они первые три класса начальной школе, теперь плясали в его голове, совершенно не поддаваясь никакому порядку. Рик заёрзал на стуле. Охранник придвинулся ближе, позвав на помощь ещё одного. Шкала подозрительности странного потребителя, пришедшего лично в отделение банка и не помнящего номер счёта, всё возрастала.

– Не помню! ID! – нашёлся Рик, – Вы же уже считали мой ID!

– Совершенно верно, но Вы должны проговорить вслух…

– Но поймите! У меня дома чайник, он кипит и не выключается, да ещё и холодильник, смартфон! Всё под вирусом, тех. поддержка уже работает…

– Мы Вас понимаем и, поверьте, всеми силами хотим решить Ваш вопрос. Для этого необходимо следовать правилам, – всё так же доброжелательно улыбался сотрудник банка. Он, без всякого сомнения, искренне стремился помочь попавшему в затруднение потребителю банковских услуг, ведь это было его призвание, так он считал, поэтому и пошёл работать сюда. Но не мог осуществить внутреннюю потребность в заботе, пока не будут завершены все полагающиеся процедуры.

Спустя двадцать минут, после второй неверной попытки, Рик подтвердил свой счёт.

– Итак, мы рады, что Вы успешно прошли идентификацию, какой из услуг хотите воспользоваться?

– Услуг? Заблокировать! Заблокировать счёт и вернуть все деньги обратно! Мой холодильник, вирусы, тех. поддержка! Я же говорил! Скорее, а то все деньги…, – Рик схватился за волосы.

– Минутку, подождите, – лилейно улыбнулся сотрудник, он деловито застучал пальцами по клавиатуре, – Наш банк предлагает следующие услуги…

Рик попытался прервать, но специалист, действуя строго в соответствии с регламентом, принялся вдохновенно перечислять услуги, чувствуя, как начальник стоя за ним, довольно кивает, не находя ошибок. Услуг было много, отличаясь друг от друга важными нюансами. Все они, согласно исследованиям, проведённым маркетинговым отделом, были необходимы.

– Нет! – в нетерпении воскликнул Рик, как только умолк банковский работник и осветил улыбкой, вне всякого сомнения, важного потребителя, – Мне нужно совершить… как её…, – Рик беспомощно уставился в потухшие iQчасы. Села батарейка. Неприятное чувство сиротливости посетило потребителя, окончательно оставшегося в одиночестве.

– Что Вам нужно совершить?

– Со своим счётом…, – Рик жалостливо уставился на сотрудника банка.

– Операции со счетами совершают…

– Операцию! Да! Операцию со счётом! Заблокировать! Срочно, очень!

– Мы Вас услышали, – с приятной отзывчивостью ответил сотрудник, – это в другое окошко. Я имиджевый и маркетинговый специалист. Минутку, я вас переведу, в очереди стоять вам не придётся.

– А почему сразу меня не направили? Зачем я слушал..?

– Согласно пользовательскому соглашению с банком, для обеспечения эффективной работы на нас налагается первоочередная обязанность оповещать наших потребителей о всех предлагаемых услугах при обращении в банк для полного понимания потребителем всех его невероятных возможностей, предоставляемых нашим банком.

Рик уронил голову на стол.

Спустя ещё два часа, Рик вышел из банка. Он хотел уйти раньше, но Устав банка не позволял: необходимо было получить полные сведения обо всех обстоятельствах, по каким гражданину ЮША Inc. вдруг потребовалось заблокировать счёт и снять наличные деньги. Для этого Рик заполнил специальную анкету, где он подтверждал, что не собирается использовать полученные деньги в целях совершения незаконных актов. Всё это время охранник неминуемой тенью присутствовал позади клиента, как гарант соблюдения Устава банка.

«Иголка! Да сдалась она!» – кипел Рик, вспоминая радостное удивление второго специалиста, проверяющего анкету, когда тот узнал, что перед ним представитель тех самых четырёх процентов, у которых нет иголки, куда входил и он сам. Не каждый день бывают такие совпадения! Настроение у банкира сразу поднялось, будто в лотерею выиграл.

Уже с безразличием Рик смотрел, как в стороне его дома аллели отсветы разгорающегося пожара. Смарт-чайник успел через смартфон предупредить, что находится в критическом состоянии, поставив больной смайлик в конце своего сообщения. Смартфон вызвал пожарную команду за тридцать секунд до начавшегося пожара – это был рекордный срок, предыдущие модели успевали сделать это не раньше, чем за двадцать семь. Безопасность совершенствовалась с каждой моделью. Перед этим пришло сообщение от кухонного крана, оповещающего о том, что вовремя предотвращена утечка воды, грозящая непоправимому ущербу природе из-за неэкологичного использования её ресурсов. Безупречно сработали превентивные эко-нормы. Ещё одно сообщение пришло от экстренной тех. поддержки, со всей предупредительной серьёзностью сообщающее о том, что вирус удалось локализовать в его квартире, не дав распространиться дальше, и на решение возникшей проблемы потребуется от трёх до пятнадцать часов; а следом ещё одно со строгим предупреждением, что в отношении него будет проведено расследование из-за халатного отношения к заряду iQчасов, в следствии чего те оказались выключенными и перестали передавать данные. Последней пришла повестка в суд за особо тяжкое моральное оскорбление соседа.

Как всё обернулось таким образом, Рик не мог понять, ведь абсолютная защищённость граждан со стороны государства была подтверждена множеством рейтингов, каждый год выдаваемых независимыми агентствами. И именно у ЮША Inc. был максимальный с позитивным прогнозом, всё благодаря тому, что каждый год открывалось по несколько новых институтов, защищающих все стороны жизни и в первую очередь желания и комфорт граждан, как базовые ценности цивилизованного общества.

Рик одинокой тенью неспешно брёл по ухоженным улицам, в одной руке сжимая хрустящую новенькую банкноту в сто долларов, выпущенную десять лет назад. Все деньги, что остались на его счёте. Вернуть потраченные банк оказался бессилен. В другой он держал памятку, как пользоваться наличными.

Прежде чем окончательно разрядиться, смартфон поздравил пользователя с побитым рекордом по передвижению: целых два километра! Статус тут же был зачекинен во всех социальных сетях, где присутствовал Рик. Посыпались многочисленные заготовленные поздравления от друзей.

Интернет вещей работал безотказно, упрощая и сберегая жизнь каждого гражданина.

Глава 2. Федеральная лотерея

Смартви включился сам. Как и всегда, во всех домах целой страны. Сделал он это согласно заложенному в него пользовательскому соглашению.

Саймон к тому времени уже не спал. От постоянного недосыпа на глазах ясно прочерчивалась сетка лопнувших капилляров. Рассеянный взгляд блуждал по комнате. В бледной скудости рассвета, растёкшегося сквозь маленькое оконце, сочное пятно экрана смартви прорвало сонное оцепенение жильца. Понадобилось определённое усилие для поимки тут же сработавшего рефлекса, призывающего впериться в экран. Чтобы действовать наверняка, Саймон прикрыл глаза рукой и сделал жест, отключающий звук. Ставший немым, смартви не сдался и сделал яркость картинки выше.

С чувством вины перед железкой, старающейся привлечь к себе внимание, Саймон скорее поднялся с постели. Картинка поднялась на уровень глаз. Саймон направился в ванну. Бесшумным полтергейстом передвигаясь по белоснежным стенам, внимательно отслеживая каждый шаг арендатора, чтобы всегда быть в месте, наиболее удобном для просмотра, смартви плыл рядом.

Всё же, наверное, именно сегодня потуги умной железки привлечь внимание были не лишними. Саймону стоило хотя бы мельком взглянуть на экран, чтобы попытаться предвидеть дальнейшие события. Однако он, отдавшись ребяческому упрямству, решил прочувствовать и запомнить последние дни, отсчитанные ему без Фрэнда. Потом всё изменится.

Саймон надул щёки, как он делал, будучи ещё ребёнком, когда пытался совершить что-то, казавшееся ему вызывающим. Смартви усилил яркость до максимума, ударив по периферийному зрению.

В последний момент нервы Саймона сдали. Смартви старался, а он его игнорировал. Чувство вины заставило спешно захлопнуть дверь.

– …лотерея! Ежегодный финал! – прорвался в порыве отчаяния голос смартви. Он сумел-таки найти лазейку в немногих ограничительных инструкциях и, вопреки желанию пользователя, включить звук на максимум.

– Сегодня! Да-да! Именно сегодня финал Федеральной лотереи! Настал день, – этот долгожданный день! – когда на улицах нашего величественного Нового Города отыщется тот счастливчик, что станет нереально богатым! Всё восточное побережье! И вы! Да, все вы! В невероятном предвкушении! Кто же?! Кто же этот сверхудачливый везунчик, кто получит десять триллионов долларов?! Десять! Триллионов! Долларов! Вы не ослышались! Именно десять триллионов! От одного звука этой эпохальной, эпической, священной, просто-напросто неприличной цифры мурашки устраивают марафон на моём теле! Я готов встать на колени и лизать…, – дребезжащее грохотание колонок прекратилось.

Саймон вышел из ванны. Лазейка позволяла включать звук только в непосредственном отсутствии пользователя перед экраном. Новость про лотерею так и осталась неуслышанной – скрежетание барахлящего ионодуша заглушал надсадный треск смартви. К тому же начался приступ застарелого кашля.

Странное поведение Саймона, сертифицированного потребителя нового вида шоу, – iQстримов – объяснялось тем, что скоро в его жизни должны были начаться существенные перемены. Предстоял следующий уровень общения с аватарами в Соцсети «Фэйкбук», на который уже давно было пора перейти, но из-за неудач он застрял где-то позади всех. Помочь преодолеть размолвку ему как раз должен был Фрэнд. И Саймон отлично помнил, как, будучи стеснённым финансово, ждал письмо, а вместе с ним получил тревогу и неуверенность. Целая новая жизнь маячила впереди! Новый уровень взаимодействия ограниченного физического существования с полноценной реальностью Фэйкбука. О, Всемогущий Марберг! Как воспримут его преображение аватары, уже не раз подшучивающие над ним в его отсталости от естественных норм?

Письмо, бросившее Саймона в вихрь сомнений, пришло вчера вечером. Теперь оно валялось на столе. Напыщенными фразами его поздравляли с невероятным событием:

«Многоуважаемый мистер Клейн (офисный рабочий 3 категории с негативным прогнозом, непотенциальный кандидат в граждане ЮША Inc.)! В виду того, что Вы не воспользовались добровольной возможностью установить Фрэнда всего за половину вашей годовой заработной платы, мы рады сообщить Вам, что со следующей недели начинается плановая модернизация Вашей системы смартви с рассрочкой платежа на целых десять месяцев! Внимание! Если Вы хотите знать точное время начала работ, то необходимо направить запрос в Департамент культуры округа по цене электронной бумаги и услуг электронной почты. Внимание!!! Вы имеете право принести запрос лично в офис или отправить на электронную почту, указанную на сайте, без услуг посреднической организации, но такой запрос, согласно внутреннему распорядку, рассмотрен не будет. Помимо прочего, в виду обеспечения безопасности, не забывайте, что допуск на сайт и в офис департамента культуры Вам заблокирован, т.к. из-за негативного прогноза Вы попали в списки потенциально подозрительных жителей ЮША Inc.

В случае если Вы будете отсутствовать в положенное время, то мы оставляем за собой право без Вашего дополнительного согласия (основное было Вами дано, когда мы отправили Вам письмо) – вскрыть дверь любым доступным нам способом (кроме тех, что явно (но не косвенно) запрещены в Кодексе доброжелательного бизнеса). К таким разрешённым средствам, применяемым нашей модернизирующей организацией, относится аккуратный взлом без причинения неприемлемого урона. Напоминаем, что согласно статье 2130-7 Кодекса доброжелательного бизнеса, неприемлемым уроном считается урон, причинённый, помимо Вашей ячейке, соседним ячейкам в размере большим, чем 12% от их суммарной стоимости. Весь полученный урон оплачивается за счёт средств Вашей безлимитной страховки. Если оставшихся страховых средств не хватит, то на Вас будет подан иск в городской финансовый суд.

Данная модернизация является обязательной и предусматривает…» и т.д.

Письмо было спроецировано на одиннадцати электронных листах, за которые ему в конце недели придёт счёт. Модернизирующая компания, конечно, могла отправить письмо и по интернету, но тогда она бы не получила норму добровольных убытков. Саймон это знал, потому что сам себе же и отправил его, ведь он как раз был сотрудником модернизирующей компании.

Смысл поздравления был в том, что ему установят Фрэнда! Любимчика всей страны. Он будет создавать домашний уют и проявлять всю необходимую заботу. В автоматическом режиме присматривать и передавать в Фэйкбук выполнение ежедневных норм просмотра смартви, бонусов сна (чем меньше, тем лучше!), фотоотчёт еды, добровольной нормы пользования интернетом и других норм и бонусов, насыщающих и развивающих жизнь каждого жителя ЮША Inc. Всё это Саймону останется лишь снабжать комментариями.

В своих мечтах он уже предвкушал, как краткими, но ёмкими фразами будет будоражить аватаров в его круге соцсети. Может и вне его! Может быть, даже попадёт в топ дня, как Стив или Билл, или… да тот же Супер! Все они попадали не просто в топы дня, но даже номинировались на лучшую цитату по итогам недели. И потом каждый житель города вворачивал их в общении друг с другом, загадочно улыбаясь, точно сообщая друг другу тайный шифр.

И всё же стресс получился ещё тем: щедро подпитан возросшей ценой Фрэнда и финансовой дырой Саймона, использующего уже второй из трёх кредитных лимитов на реструктуризацию и покрытие процентов по базовому кредиту и предыдущей реструктуризации. Ещё и зудящая боязнь нехватки безлимитных страховочных средств, чей точный остаток узнать не представлялось возможным в виду всё того же негативного прогноза, запрещающего ему вход почти во все федеральные учреждения. Что же больше всего угнетало, так это откладываемая который месяц подряд покупка нового аватара в Соцсети. У прежнего – одежда вышла из моды, а новую на его модель аватара перестали выпускать, завершив гарантированную трёхлетнюю поддержку.

Проблем было много, но Саймон привычно отодвинул их на второй план. В точности исполнял рекомендации психолога – выудил из сознания свои мечты и сосредоточился на них. И тут же личная стена в Фэйкбуке, полная плюсов и подарков, загородила ему взор.

Не взглянув напоследок в мельтешащую картину, настойчиво преследующую его, где продолжало смаковаться невероятное событие, должное произойти именно сегодня, Саймон вышел в коридор.

– Эй, привет! – прилетел к нему плевок позитивного настроения.

Саймон махнул рукой, но не ответил. Даже как будто вжал голову в плечи.

– Саймон! Ну, ты чего? Старик! – подбежал сосед и несколько раз профессионально поставленными ударами огрел его плечо.

Он искренне считал Саймона своим приятелем, несмотря на то, что отсудил у того в прошлом году лучшую ячейку на верхнем этаже. Из-за проигранного дела рейтинг Саймона упал до негативного прогноза, а ведь он несколько месяцев шёл к должности офисного рабочего 2 категории! Уже почти было достиг, получив положительный рейтинг к 3 категории, как проиграл плёвое дело и свалился на два рейтинга вниз.

Он ненавидел соседа, но не мог ему сказать «Отвали!» – запретили суд и психолог. По решению судьи Саймон обязан был проявлять доброжелательность, а во время плохого настроения – умеренную доброжелательность, как проигравшая сторона. На том же настаивал и психолог, авторитетно заверяя, что именно на такой форме толерантной терпимости держится общество. К тому же судебное дело не должно влиять на базовые дружеские отношения всех перед всеми в городе, да и нет вины Саймона в том, что на него вынуждены были подать в суд для дальнейшего продвижения в ограниченной физической жизни. Сосед же вправе был проявлять любые эмоции по удовлетворённому ходатайству, чтобы не чувствовать своей вины перед проигравшим, вынужденным оставить отсуженную ячейку и спуститься вниз в социальном рейтинге.

– Саймон, дружище! Ты всё ещё дуешься из-за ячейки? Но послушай, ничего личного! Мне нужно было срочно перейти на первую категорию специалиста, заработать бонусы, а ты – ну жуткий растяпа, без обид! Хах! – тут сосед залился неудержимым смехом.

Одет он был по самой последней моде, с мужественно прилизанной причёской, напомаженными вздутыми губами, особо пикантными штрихами в подводке глаз и модифицированным подбородком, как у Супермена. Довершали его образ вышколенные по-солдатски манеры альфа-транса.

Облокотившись на плечо Саймона, успешный сосед притворился, что захлёбывается от смеха. В конце концов, вытерев слёзы и хлопнув накаченной рукой с био-выведенным рельефом бицепса по тщедушной спине, пожелал хорошего дня:

– Ну и рассмешил же ты меня! Бывай, старик! Будь на позитиве! Я же не расстраиваюсь!

Саймон вымученно улыбнулся, извинился и что-то пробубнил про больную голову.

– Эхх, таблеточки надо или фитнес! У тебя часто голова болит, смотри, могу подумать, будто ты меня надуть хочешь и не рад меня видеть! А ведь суд обязал! Ладно, увидимся! Ха!

Продефилировав до конца коридора, Супер обернулся.

– Ну, даёшь! Обижаться из-за такой мелочи! Это был простейший законный способ! – повторил он, прежде чем его ослепительная улыбка скрылась за углом.

– Невероятное событие! Именно сегодня! – из-за двери доносилось дребезжание смартви, сенсорами чувствующего, что арендатор ещё не успел далеко отойти и может ещё услышать важные новости.

Каждый день одно и то же. Супер, давным-давно прошедший этап рабочего и ставший специалистом первой категории, без пяти минут гражданин ЮША Inc., сертифицированный бойфрэнд с бесконечной сонмой аваторов и последним апгрейдом смартви в новейшем – дизайнерском – корпусе спускался с верхнего этажа пешком, не пользуясь лифтом, чтобы поддерживать физическую форму – гениальную, как восхищённо говорил о ней всякий, кто видел. На последнем, самом дешёвом, он приветствовал Саймона от всей души. Супер уже давно и не жил в его ячейке: с тех пор он отсудил ещё несколько более шикарных и на всех парах мчался к предпоследнему этажу их здания. Заработав при этом множество полезных бонусов и прав, как компенсацию из-за постоянных судебных исков, расшатывающих здоровье, пользовался он ими с особым шиком, присущим только его неординарной натуре.

– Супер, Супер! Супер, – на разный лад повторял себе под нос Саймон. Он всё никак не мог понять, как можно, заработав право поменять своё имя, выбрать столь несуразное. Разумеется, он и сам был не прочь иметь такое же, просто считал его возвышение за свой счёт несправедливым, но всеми силами стараясь подавить это традиционное чувство, точно обозначенное психологом как «деструктивную зависть, неприличную в обществе с развитыми социальными и гуманными ценностями».

Несмотря на утренние расстройства, время до обеда прошло бодро. Саймон втянулся в офисную атмосферу, так ему нравившуюся. Тысячи улыбок, важность и незаменимость каждого – это заряжало позитивом. Даже утренняя размолвка со смартви на время перестала терзать его. Тем более он не обратил внимания на то, что сотрудники на работе были необычайно возбуждены, к тому же у каждого за пазухой виднелось оружие, а на тело был надет бронежилет.

Доброжелательность всех и каждого – это вселяло внутреннее спокойствие. К тому же, о нём позаботились после потери двух ступеней рейтинга, и это необычайно мотивировало. Начальник, невероятно любимый Саймоном, вызвал его в тот день к себе и поддержал всеми разрешёнными уставом компании силами, добавив, что социальный рейтинг подчинённого не повлияет на его личное и профессиональное отношение к нему.

Максимально безболезненно, с отеческой поддержкой, начальник перевёл Саймона на другую должность в подвал офиса. Оклад был меньше, но и соразмерно ему – работа была легче, позволяла прийти в себя после сильного удара. Узнав о заботе, проявленной на работе, психолог пришёл в восторг – это лучшее лечение, позволяющее максимально безболезненно примириться с новой жизнью! Такое чуткое участие близких позволило Саймону проявить похвальную силу характера и обрести здоровый покой. Плюс, естественно, новейшие сильнодействующие антидепрессанты – Сома.

В обед Саймон поспешил добраться до Городского управления временными разрешениями, чтобы те выдали ему разовое разрешение на посещение федеральных учреждений. Ему срочно требовалось в Управлении здоровья получить санкцию на консультацию по сухому кашлю, но дальше входа пройти не мог. Всё этот негативный рейтинг. Несмотря на большие очереди, за обеденное время Саймон планировал успеть, тем более ему полагался бонус скорейшего прохождения записи в очередь, как впервые обратившемуся.

Тяжело дыша, Саймон перешагнул порог, оказавшись в светлом холле Городского управления временными разрешениями. Стеклянная дверь отгородила его от улицы, заключив в здание. Оглядевшись, он безошибочно определил стойку записи в очередь по аккуратно выстроенной к ней цепочке покорно ожидающих людей. Многие из них были плохо одеты – по моде прошлых лет, но некоторые, как Саймон, ещё не потеряли свои средства окончательно. На таких одежда была нынешнего сезона, пусть и начала. Это сразу бросалось в глаза отсутствием аккуратных штришков, придающих особую пикантность покрою последних дней.

Попытавшись придать лицу оттенок брезгливости и выпятив важные отличия в одежде, чтобы окружающим был понятен случайный оборот дел, приведший его сюда, Саймон направился к стойке. Однако не прошёл и половины, как его ослепили направленные вспышки фотоаппаратов, мгновенно смывших натужную брезгливость.

Саймон только и успел закрыть глаза от яркого света, как вокруг него мигом сформировался ажиотаж, подогреваемый требовательными криками встать удобнее и открыть лицо. Тут же произошла первая драка между фотографами, желавшими скорее сделать дело и занять удобную позицию в укрытии. Идеально выстроенная очередь посетителей развалилась – все мигом покинули холл, тревожно, но разочарованно оглядываясь назад и покрепче натягивая выуженные из сумок каски. Вслед за ними поспешили очистить прилегающие улицы случайные прохожие.

Лишь Саймон, скованный толпой беснующихся фотографов, не в силах был понять, что происходит. Полностью отдавшись вдруг пробудившемуся инстинкту, он уже изготовился броситься наутёк вслед за остальными, как чья-то сильная рука так крепко ухватила его за локоть, что он невольно всхлипнул от боли.

– Вот он! – обрушился сертифицированный репортёр Федеральной лотереи, чётко выговаривая каждую букву, что было не лишним, учитывая творящееся безумие.

– Вот он, этот счастливчик! Мистер Саймон Клептон…

– Клейтон, – бессознательно поправил он. Репортёр и ухом не повёл, самозабвенно продолжая:

– …рабочий третий категории с негативным прогнозом, непотенциальный гражданин ЮША Inc., проживающий в Новом Городе на тринадцатом тракте, в строение тридцать один, ячейке двенадцать! Вот кто сегодня унесёт полные карманы долларов! Десять триллионов долларов! Это же надо! Триллионов! Только представьте! Мистер Клептон, ответьте, что вы чувствуете? Вы могли предположить, проснувшись сегодня утром, что из неудачника превратитесь в мультимиллионера?!

Холёное лицо репортёра придвинулось ближе, масленые глаза невинного младенца уставились сквозь потерявшего реальность Саймона, а микрофон уткнулся ему в рот.

– Я… эм…

– О, Всемогущий Марберг, создатель Фэйкбука! У него нет слов! Какая же буря чувств, какая гамма эмоций! Посмотрите!

Репортёр схватил Саймона, распихал фотографов, продолжающих делать снимки, придвинул его вплотную к камере оператора.

– Смотрите! Тот самый везунчик! Кто бы мог подумать?! – продолжал голосить он, поминутно поправляя свою причёску для лучшего кадра.

– Настал момент! Уже близко, я чувствую их! Деньги! О, Марберг, деньги! Легендарная сумма! Эпический выигрыш! У победителя! – выученным переливом сирены завершил репортёр.

Каким-то образом, Саймон не мог понять каким, у него в руках оказался впихнутый кем-то увесистый чемодан с наличными деньгами. Единственной наличностью во всех ЮША Inc. Затворы фотоаппаратов раскалились добела.

– О, я сейчас растекусь в экстазе, позвольте, позвольте же! – репортёр встал на колени перед чемоданом с деньгами в руках у Саймона, оператор придвинулся ещё ближе, со свистом выдыхая воздух, что было неудивительно при его холёном ожирении. Безмятежна жизнь специалиста высшей категории!

– Позвольте, позвольте! Я оближу ваши ботинки! Хотя, нет, пожмите лучше мне руку!

Ошарашенный наплывом событий и взбунтовавшихся эмоций Саймон вяло протянул дрожащую ладонь. Репортёр бросил его руку и повернулся к камере, загораживая собой победителя, но продолжая стоять на коленях перед заполненным чемоданом.

– Вы всё видели, уважаемые господа. Выиграть может каждый! Даже не граждане, а жители с негативным прогнозом! Федеральная лотерея заботится обо всех! Мы не делаем различий между лузерами и успешными персонами нашей демократической страны – ЮША Inc.! Запомните это счастливое лицо, и следующим будете вы!

Красная лампочка на камере погасла, репортёр тут же убрал улыбку.

– Так, всё, валим отсюда. Бронежилет не забыл? А, вот он. Давай сюда. Каска? Опять не взял? Да чтоб тебя! Напишу докладную, получишь негативный рейтинг!

В испуге потерять безлимитный доступ к еде в любом ресторане фастфуда, оператор сжался сам в себя, как губка. Дрожащей рукой он протянул свою каску. Репортёр схватил, надел на себя.

– Не надо докладной! – дрожащими губами попросил оператор.

– Подумаю. Всё, уходим, быстро!

– Я правда выиграл? – тоненьким, как нитка, голосом, осмелился обратиться Саймон к спине репортёра.

Даже не взглянув, репортёр с оператором во весь дух пустились к выходу, где у тротуара их ждал броневик. Взревев мощным двигателем, тяжёлая машина умчалась в неизвестном направлении. Фотографы, сделав заключительные снимки растерянного счастливчика, ринулись в стороны, ища укрытия. Наконец, они угомонились. Фотоаппараты были наготове. Новостные порталы с нетерпением ждали снимки для экстренного размещения.

Откуда-то с улицы донеслось жужжание беспилотной стереокамеры. Влетев в холл, она зависла прямо над Саймоном. Шла прямая трансляция.

Новый Город замер. Каждый пользователь в ЮША Inc. с тупой жадностью ждал продолжения.

Саймон остался один, всё ещё прижимая тяжёлый чемодан, как новорождённого младенца. В нём, без всякого сомнения, находилось десять триллионов долларов. «Федеральная лотерея никогда не обманывает» – это был её лозунг, многократно подтверждённый в судах.

Потоптавшись на месте на полусогнутых ногах, Саймон сделал неуверенный шаг по направлению к выходу. Ему хотелось скорее добежать до своей ячейки, закрыться, чтобы никто не видел. Мгновенно защёлкали затворы камер, стереокамера дала панораму холла.

Слабая улыбка от постепенно приходящего осознания сбывшейся мечты детства едва забрезжила на испуганном лице счастливчика, как словно из-под земли перед ним вырос серьёзный человек в чёрном пиджаке и чёрных очках. Абсолютно лысый, он горой встал перед изготовившимся к побегу победителем.

– Вы мистер Саймон Клептон?

– Клейтон. А вы…?

– Вы выиграли в Федеральную лотерею? – почти угрожающе спросил чёрный пиджак.

– Вроде как, – нервно улыбнулся Саймон и сильнее прижал чемодан к груди. Казалось, он уже чувствовал согревающее тепло от триллионов.

Пиджак резким движением просунул руку во внутренний карман, Саймон вздрогнул. В большущих, ухоженных пальцах оказалась визитка.

– Официальная охрана Федеральной лотереи. Мы поможем донести ваши деньги в безопасности за скромную оплату, надо лишь подписать контракт…

– Стойте-стойте! – подбежал запыхавшейся коротышка в твидовом пиджаке, – никуда вы их не понесёте, пока не будут уплачены все полагающиеся взносы и налоги в бюджет Федеральной лотереи, в городской бюджет, в федеральный бюджет, в бюджет округа и бюджет страны.

– Прямо сейчас? – воскликнул Саймон, мигом придя в себя, когда коснулась речь о его деньгах, – вы не можете! У меня есть права!

– Вообще-то могу, – поправив очки, обиженно ответил твидовый пиджак, – ваше основное право, закреплённое в Конституции – уплата налогов.

– А как же первая поправка! Она гарантирует мне свободу воли в принятии решений! Я не хочу сейчас оплачивать налоги!

– Гарантирует. Но приоритет права на уплату налогов был закреплён во вступительном слове сорок девятого президента ЮША Inc., когда он заявил, что первая поправка утратила легитимность.

– Но Конституция…

– Решение президента вы имеете право оспорить в суде, как это уже пытаются сделать в iQстриме «Подай в суд на президента», небезосновательно утверждая, что президент ошибся. Пошёл уже тринадцатый сезон, кстати. Сейчас же не будем терять время. Тем более что инкассационная машина вызвана. Ваш платёж подсчитан, остались тонкости. Так как я не знал, что счастливчиком…. О, Марберг Всемогущий! Примите мои искренние поздравления! Я так рад за вас! – изменившимся голосом, полным неподдельной радости, поздравил налоговый инспектор седьмого класса, задавленный задворками жизни.

– Позвольте мне, позвольте!

Он схватился за руку Саймона, как утопающий за соломинку, и с небывалым энтузиазмом затряс её. Ладони его оказались холодными и скользкими.

– Десять триллионов! Как я мечтал! Ещё с подготовительной школы, когда голограммы счастливчиков висели в группе! Выиграть в Федеральную лотерею! Наверное, вы очень рады сейчас? Позвольте сказать откровенно – вы мой первый крупный налогоплательщик, да ещё и победитель Федеральной лотереи! После вас меня однозначно повысят, может – перешагну через ступень!

– Знаете, – с заговорщицким доверием обратился он к Саймону, – а ведь у меня в смартви хранятся фотографии всех победителей! Да, всех! С самого первого! Есть и особо редкие, я страстный коллекционер. Владею даже одной, сделанной в морге, туда попал везунчик спустя двадцать часов после выигрыша! Какая была погоня за ним тогда! Семь прямых попаданий! Я видел записи в музее современного искусства. Но, я смотрю, вы не подготовились? – добродушно зацокал твидовый пиджак.

Саймон действительно стоял в одной рубашке. Бронежилет и каска остались в ячейке. Как и пистолет, подаренный ему отцом на поступление в начальную школу. Только сейчас он понял это.

– А можно ваш…?

– Мой бронежилет? Нет-нет, ни в коем случае, ни в коем случае. Помогать вам запрещается Уставом лотереи, сами знаете. Законы тут бессильны, бессильны. Ну, да ладно, я сильно отвлёкся, уж простите, не каждый день встретишься с… – тут дыхание всё-таки подвело инспектора, он захлебнулся от восторга.

– Вам помочь? – участливо спросил охранник.

– Я сам, сам.

Отдышавшись, он сменил голос на официальный:

– Итак, в связи с тем, что предугадать заранее победителя не представляется возможным, то и окончательный налоговый расчёт происходит на месте сразу после выигрыша. Пока никто не завладел вашими деньгами, когда они уже будут считаться не выигранными, а заработанными законным преступлением и не облагаемы налогом. Это, как вы знаете, так же прописано в Уставе Федеральной лотереи со ссылкой на 661 статью Уголовного кодекса ЮША Inc.: «любые деньги, заработанные преступным путём, будучи не отсуженными и гарантированно не подлежащие возврату предыдущему владельцу из-за его окончательной смерти, не облагаются налогом».

– Сколько выходит? Какой налог? – с волнением, заставившим его прикусить губу, спросил Саймон. Этот драматичный момент успел навсегда запечатлеть для истории ЮША Inc. особенно ушлый фотограф. На него тут же кинулись другие фотографы, завязалась потасовка.

– Так-так, – твидовый пиджак заплясал длинными пальцами по калькулятору, – в общем и целом! У вас негативный рейтинг, а это повышающий коэффициент. Так. Получается… да! Сумма вашего налога составляет восемь триллионов девятьсот тринадцать миллионов двести пятьдесят четыре тысячи долларов. Всё точно!

У Саймона похолодело внутри. Официальный охранник, ещё не теряющий надежду на подписание контракта, отреагировал, как и полагается бывшему военному, мгновенно и без лишних эмоций:

– Вы уверенны? В прошлый раз не было так много. Мы меньше чем за пять не работаем.

– Минутку. Нет! Всё правильно. Тринадцать – таков повышающий коэффициент. И то! Он столь низок потому только, что до этого у мистера… Клейтона не было негативного рейтинга.

– Тьфу ты, – разочарованно протянул официальный охранник, – опять вы подоспели со своими налогами! Не могли подождать, пока я заключу контракт? И отсудили бы налоги с него и его потомков, не впервой ведь. Теперь нам на охрану ничего не останется. Ждите повестки в суд на недополученную прибыль от Федеральной лотереи.

Твидовый пиджак даже не счёл нужным отвечать, суды его не касались. Теперь Саймон смотрел на налоговика, как на спасителя. Слишком уж несправедливым ему казались расценки охранника. Уж лучше заплатить налоги. Тем более это его право, предоставляемое ему Конституцией ЮША Inc.

Чёрный пиджак коснулся уха, что-то проговорил и как будто растворился. Не успел Саймон проморгаться, как вместо охранника Федеральной лотереи налетели сразу несколько представителей неофициальных частных охранных агентств.

Саймон уже не удивлялся столь внезапному появлению людей, липших к нему, чуя запах денег за километры. Более того, такое внимание ему даже нравилось: его заметили! Теперь то ему будет, что сказать на стене в Фэйкбуке! На минуту эта мысль придала его осанке особую стать.

– Ястреб и Ко к вашим услугам! Всего за треть от остатка выигрыша…

– Радуга 36 – лучшее частное охранное агентство! Позвольте…

– Бедняк Лтд! Самые низкие цены!

– Стойте, стойте! – повелительным голосом прервал хор хриплых голосов твидовый пиджак, – согласно статье 4324 Федерального Закона «О внезапных финансовых поступлениях через Федеральную лотерею», только официальные представители охраны Федеральной лотереи имеют право предлагать свои услуги до того, как уплачены налоги, в том случае, если успеют заключить контракт до появления представителя бюджетов в моём лице. Налоги – прежде всего!

Многочисленные представители частных военных компаний выжидающе замолчали, готовые возобновить торги.

– Мистер… Клейтон, попрошу открыть чемодан для проведения расчётов.

Саймон замялся. Один из охранников, самый рослый, предложил услуги помощи твидовому пиджаку для открытия чемодана, за скромную плату.

– Не беспокойтесь, – инспектор похлопал по выпирающим частям пиджака, – у меня есть ключи к любому налогоплательщику. Не так ли? – любезно обернулся он к победителю.

Саймон в испуге оторвал чемодан от груди и раскрыл его.

– Отлично! – твидовый пиджак уже потянул руки к пачкам, как Саймон что-то сказал. Пересохшее горло, не позволило ему ясно выразить мысль.

– Вы что-то хотели? – деловым тоном осведомился пиджак.

– Да, а нельзя… Как-нибудь уменьшить сумму налогов? – подобострастно спросил он.

Пиджак внимательным взглядом умудрённого служащего глянул в просящее лицо Саймона.

– Можно, – отчеканил он, мигом переключившись на нужный скрипт.

– Как? Как! Умоляю вас, скажите!

Стереокамера взяла крупный план. Мольбы – это одна из самых рейтинговых частей в начале стрима. Нельзя упустить ни одну слезинку, иначе разъярённые пользователи, не получившие полного удовольствия от просмотра, устроят демарши несогласных в Соцсети.

– Вы имеете право на льготный налог в размере восьмидесяти пяти процентов от выигрыша. Ещё один процент подлежит уплате в течение вашей расчётной жизни, но в таком случае вы подтверждаете, что проживёте не менее пятидесяти пяти лет, а остальные налоги, увеличенные на ежегодные десять процентов, перейдут как наследство вашим потомкам. Дальним или близким – значения не имеет, мы взыщем со всех.

– Я согласен! – молниеносно вскинул руку Саймон, готовый подписать соответствующие документы.

– Согласно второй поправке ко всё ещё действующей Конституции каждый имеет право подать в суд на каждого. Поэтому даже после вашей смерти потомки имеют право подать впоследствии на вас в суд на возмещение удержанных у них налогов, перешедших к ним по наследству. В таком случае, предвидя исход дела, мы при вашей жизни подадим иск будущего к вам на возмещение всех возможных издержек.

Саймон впервые задумался. Дело было серьёзным, касалось его непосредственно.

– Большой иск? – осведомился он.

Пиджак пробежал пальцами по калькулятору.

– Он будет равен половине вашей годовой заработной плате за тысячелетний период. Естественно, мы понимаем, что столько прожить вы не сможете, поэтому идём на уступки и обяжем вас расширить вашу безлимитную страховку, чтобы она покрыла убытки по иску. Оплату страховки сможете произвести из части выигрыша, оставшейся после уплаты льготных налогов.

– А когда это произойдёт? – было рискованно, но всё же Саймон думал, что успеет потратить всё раньше.

– Иск будет подан мною сразу же, его рассмотрят в приоритетной очереди. Думаю, через два года вас вызовут в суд.

– Ха! Два года! Согласен!

– Хорошо, – ловким движением пиджак выудил из портфеля кипу пустых электронных бланков, – тогда вы должны подписать здесь, здесь, здесь, здесь и здесь, – указал он внизу каждого бланка.

Саймон поставил свои подписи не колеблясь. Ещё бы, целых два года! Да это целая вечность!

– Отлично, – ещё более ловким движением пиджак упрятал документы обратно, – отсчитаем налоги.

Спустя пять минут, полагающиеся выплаты были совершенны.

– Ещё раз поздравляю! Вы честный негражданин ЮША Inc. Побольше таких, и мы одемократизируем всю планету! – на патриотичной ноте закончил он.

Не успел Саймон порадоваться своей значимости, как твидовый пиджак скрылся столь внезапно, сколь и появился перед тем. Даже частные охранники ничего не сумели понять, глупо оглядываясь по сторонам. Специфика работы вынуждала налогового инспектора быть расторопным.

Нелегко дался Саймону выбор охранника. В конечном итоге он остановился на двух дорогих из «Ястреб и Ко». Они внушили ему доверие своим суровым видом. Всё же как он забыл каску и бронежилет?!

Стандартный контракт, не подлежащий изменению, был скреплён подписями двух сторон.

– Не отступать ни на шаг! – поставленным голосом рявкнул тот, что был с аккуратно выстриженной бородой, придающей необходимый оттенок брутальности. У второго были вырезаны на лице опрятные шрамы, имитирующие ножевые ранения. Несознательно, но счастливый победитель отметил это как знаки глубокого профессионализма и требуемой ему надёжности.

Саймон послушно засеменил за ними. Обливаясь потом, он тяжело дышал, вертел головой по сторонам, приседал каждый раз, когда охранники театрально вздрагивали и начинали общаться жестами. При появлении стереокамеры лица их становились каменными, а затворы автоматов угрожающе щёлкали. Шутки с ними были плохи – это было видно и по новейшей, с иголочки, форме, едва ли хоть раз до сего дня носимой. К тому же само за себя говорило количество передовых образцов автоматов за плечами, покрытых гламурным воронением и искусственной кровью.

Наконец они приблизились к выходу из холла.

– Ждём! – опять приказал бородатый, напряжённо всматриваясь в огромное окно.

– Кого? – осведомился Саймон.

– Менеджеров по сопровождению. Вечно опаздывают! – сквозь стиснутые от напряжения зубы бросил охранник.

– Сопровождению? – осмелился спросить Саймон.

– Конечно, мы только охраняем, а менеджеры по сопровождению – сопровождают вас до места назначения после черты.

– Какой черты?

Бородач резко присел и перещёлкнул затвор, то же самое повторил второй охранник, а за ними повалился и Саймон. Прямо над головами на бреющем пронеслась жужжащая стереокамера.

– Какой черты? – повторил Саймон, немного погодя, когда сердце перестало бешено колотиться.

Металлическим голосом, бородатый ответил:

– По правилам лотереи, пункт 337, напасть на вас могут только через двадцать метров, с места выдачи денег. У нас в запасе ещё три, как раз хватит, чтобы выйти за дверь. После наша лицензия заканчивается, вы оплачиваете нам гонорар. Дальнейшая забота о вашей жизни, по вашему желанию, передаётся менеджерам по сопровождению, – тёртый вояка сплюнул сквозь зубы, пальцы его барабанили по курку, – они доведут вас до места назначения.

– Как?! Не вы? А за что я плачу вам?

– За охрану до черты.

– Но до черты меня же никто не может тронуть!

Вояка пожал плечами:

– Вы имели полное право отказаться от услуг охраны. В таком случае мы вынуждены были бы применить силу для восстановления попранной справедливости. Каждый житель ЮША Inc. имеет неприкосновенное право на работу.

Саймон чертыхнулся. Ну, как можно быть таким лопухом! И почему он раньше, когда смотрел iQстримы Федеральной лотереи, не придавал значение тому, что до черты все победители выбирают самых дешёвых охранников!

– Вот и менеджер подоспел, – облегчённо вздохнул охранник, – Ладно, пошли, и постарайся не умирать слишком быстро! А то не успею доехать, глянуть продолжение. Я поставил на твою смерть – три часа после выигрыша.

Охранники дотащили оцепеневшего от негодования Саймона до двадцатиметровой черты.

– Контракт выполнен, – с армейской выучкой отчеканили они.

Скрипя зубами, Саймон отсчитал полагающиеся пятьсот миллионов долларов.

– Я сам справлюсь! – зло бросил он менеджеру, уже стоявшему рядом. Одет тот был в пыльный, залатанный военный камуфляж городского типа. В руках имелся запасной бронежилет и каска. Рядом стоял легко бронированный автомобиль, из которого он и вышел.

– Да куда тебе без меня, подумай, – по-отечески обратился к нему бывалый менеджер, внешне похожий на бульдога с гаванской сигарой в зубах, – оружия нет, бронежилета нет. Ты и шага не ступишь, когда пересечёшь черту. Вон глянь, видишь? На крышах снайперы, через дорогу машины поджидают, на углу народ оружие своё проверяет. На улице никого, кроме тебя, меня и кучи охотников с только что выданными в полиции санкциями на твоё убийство.

Саймон выглянул из-за мощного плеча менеджера. Всё было точно так, как он и говорил. С немалым удивлением в некоторых Саймон признал людей, стоявших в очереди у регистрационной стойки Городского управления за временными разрешениями. Это были наиболее плохо одетые. Менеджер проследил его взгляд:

– Последний кредитный лимит видать потратили, чтобы купить санкцию.

– Все на меня?

– Конечно. Ты тот самый везунчик – кстати, мои поздравления, – что выиграл в Федеральную лотерею. Теперь ты знаменитость на всю страну, вошёл в историю. Странно только, что даже бронежилета на тебе нет, но я захватил.

Охотники начали терять терпение, постепенно приближаясь к черте. Стереокамера эффектным пролётом засняла их всех. Посыпались улыбки и воздушные поцелуи. Саймон жутко разозлился. Как можно быть такими бессердечными! Они же готовятся отобрать у него деньги, убить!

Круг сужался.

– Решай скорее, время, – равнодушно бросил бульдог и ловко перекинул сигару к другому углу рта.

Нервическая ухмылка впилась Саймону в лицо.

– А вы провезёте меня пять метров в бронеавтомобиле и выкинете на улицу? Как и те двое? Дальше будут какие-нибудь… какие-нибудь… не знаю! Кто там ещё есть? Они предложат мне свои услуги?!

– Никого не будет, я отвезу тебя до твоего строения и сопровожу до твоей ячейки.

Саймон скептически окинул взглядом неряшливую внешность менеджера: одежда была явно изношенной от времени, а не модельно состарена; стоптанные ботинки, залатанный капюшон; видавший виды истёртый автомат, причём всего один, зато несколько столь же истёртых рожков к нему; полный боекомплект из гранат и пистолета, уложенных в жутком беспорядке без соблюдения современных трендов; ужасный вещмешок на спине – всё это не производило впечатления. Он не выглядел настоящим секьюрети, какими казались предыдущие охранники, чей вышколенный образ и манера бывалых вояк наверняка собрали несметное количество плюсов на их стене в Фэйкбуке.

– Поверь, я лучший, – бросил бульдог, – никто и пальцем не сможет тебя тронуть.

– И что, никаких нюансов? Просто довезёте, и охота на меня прекратиться? Так просто?

– Абсолютно. Гарантирую стопроцентный результат. Правда, обязан предупредить, что в случае, если тебя убьют, закон позволяет тебе подать на меня в суд как на не выполнившего условия договора и затребовать вернуть гонорар.

– И сколько раз вас судили?

– Ни разу, – ответил менеджер.

Выбор был не велик. Охотники всё прибывали.

– Сколько? – процедил Саймон.

– Немного, – пожал плечами бульдог, – Если бы у тебя был бронежилет и каска, то я бы затребовал только половину от оставшегося выигрыша, но у тебя нет, а это....

– Увеличивает оплату, я понял. Сколько?!

– Девяносто пять процентов от оставшегося выигрыша. Всё честно. Без бронежилета и каски я не могу тебя сопровождать. Техника безопасности, сам понимаешь.

Делать было нечего. Без менеджера добраться целым до строения было невозможно. А так хоть останутся деньги на выплату штрафа за прогул на работе. Обеденный перерыв давно окончился.

Саймон подписал контракт.

– Жаль обошлось без перестрелки, пара зажигательных коктейлей, только зря взял неоплачиваемый отпуск на сегодня. Думаю, подать на того растяпу в суд на возмещение убытков, да и на моральное неудовлетворение, как думаешь?

– Можно, рейтинг заодно поднимешь себе. Дело плёвое. Доказать, что он всё нарочно так сделал – раз плюнуть. Никто не ходит в день Федеральной лотереи без бронежилета!

– Специально, как пить дать. Чтобы день нам испортить плохим iQстримом. Я думал, его размажут тогда, помнишь?

– На светофоре?

– Да! Вот ведь смешной: полез из машины. Ну, горела, подумаешь? Оставалось всего два квартала. Доехал ведь целым в итоге! Жив остался…

– Жив то жив, но деньги все спустил.

– Один блогер сообщил, что пока камера панораму давала, он с налоговиком то часть и отмыл.

– Да ты что?

– Точно. Уже коллективный иск готовят за сокрытие информации и махинации с налогами.

– Да, слили стрим, помнишь позапрошлый? Победителя продырявили сразу несколько снайперов! До сих пор судятся между собой, доказывая чья пуля его убила.

– Помню? Да я подписан на тот канал! А как этот бежал на крыльцо? Видел?

– Самый шикарный момент! Стереокамера отлично сработала! Все мокрые штаны в мельчайших подробностях! Такое разрешение картинки! Я себе, кстати, подписку «плюс» на смартви оформил! Сто пятьдесят тысяч каналов! Планирую их все за год просмотреть, ночами. В рекорды попасть!

Всё кончилось. Денег не было. Жалкие крохи процентов. В прошлом году счастливчику удалось сохранить целых тридцать! К тому же, он это знал, на него со всех сторон полетят иски недовольных потребителей. Ведь и сам он любил ежегодные iQстримы Федеральной лотереи, они всегда были зрелищными.

Саймон чувствовал, как впадает в депрессию, даже таблетки, выпитые горстью, не помогали. Он всё не мог понять – как умудрился забыть о лотерее? Никто в здравом уме ему не поверит!

А какой позор ожидает его на стене в Соцсети! От этой мысли Саймон взвыл волком и уткнулся в кровать. Смартви решил, что арендатору необходим отдых. Убрав с экрана сообщение от психолога, где ему назначалась срочная встреча через неделю, он включил любимый Саймоном iQстрим:

– Полный провал всех ожиданий. Победитель Федеральной лотереи стал самым неудачливым…, – недовольным голосом ведущего бодро затрещал смартви, честно исполняя свою функцию.

Глава 3. Непогрешимая демократия

Сплошным фронтом опускались сумерки. Не по времени года холодный дождь зернистыми каплями падал на пешеходную дорогу с изломанными частыми поворотами. В стороне, за сохранившими природный облик змеистыми холмами, тянулась прибрежная полоса оставленного людьми океана. Солнечный город растворялся в солёной влаге небес.

Одинокая фигура человека показалась из-за поворота. Мэтью спешил. Он только что покинул госпиталь, где в него проинсталлировали живую реальность Соцсети, многократно расширившую его базовую, физическую жизнь. С сегодняшнего дня, и он прекрасно это осознавал, небывалая свобода проникла в повседневность будней. Ведь именно он стал тем первым – на целый день опередив всех остальных! – соединившим базовую, ограниченную жизнь с невероятными возможностями Соцсети!

С гордостью он прошествовал мимо завидующих взглядов остальных людей, разбивших палаточный город у госпиталя в ожидании начала официального запуска революционного сервиса. «Сделай свою жизнь полноценной!» – гласил рекламный слоган.

Предшествовала его душевному взлёту серьёзная работа, за которую он, помимо прочего, получил семь тысяч бонусов для своего аватара. «Для себя!» – тут же выскочила на первый план ликующая мысль.

– Для себя, – повторил Мэтью вслух, привыкая к новому мироощущению. Ведь отныне он и его аватар – это одно целое!

Три месяца бессонных ночей перед тусклым экраном смартви, заботливо берегущим глаза пользователя, он принимал участие во флэш-мобе. Устроен он был Создателем Соцсети «Фэйкбук», давно подменившей собою отживший своё интернет. Кирпичик за кирпичиком, подбадриваемый болеющим за него Фрэндом – инсталлированным в смартви незаменимым помощником каждого жителя, – Мэтью разбирал стену огромного куба, одномоментно появившегося у каждого жителя ЮША Inc. Все аватары присутствовали «…в исторический момент начала новой Эпохи!», как совершенно верно окрестил событие бессмертный Создатель Соцсети – Марберг.

Каждый внёс свой вклад. Но именно Мэтью спустя девяносто четыре дня невероятных трудов, полностью использованного отпуска за тринадцать лет вперёд и истраченных на отгулы кредитов – первым добрался до сердца куба, с чем лично на его стене поздравил Марберг: «Выдающийся результат, отныне каждый будет равняться на тебя. Ты – первый аватар, объединивший две реальности!». Сто восемь символов. Так просто, но именно эта простота мгновенно стала новым стандартом для сообщений, тут же закреплённым в новой редакции Устава «О подобающем поведении аватаров». Поздравления Марберга, ликование радеющего за него Фрэнда – всё это вызвало небывалый душевный подъём, ощущение причастности к истории – Мэтью упивался чувствами, ставшими центром его существа.

Достойным подарком стала для него новая жизнь: Живая Соцсеть, инсталлированная непосредственно в него. Углубившись в неё, Мэтью просматривал все доступные функции. Взгляд его остановился на плитке «Анимированные обои для окружения». Однако зайти он не успел – поверх дождя базового мира высветилось предупреждающее окошко с мелким текстом, забравшее фокус на себя.

Мэтью не стал вчитываться. Привычным жестом поставил галочку согласия, снимающую всякую ответственность за возможный вред с корпорации «Фэйкбук». Окошко, продемонстрировав забавную анимацию, исчезло. Всё было легко. Никаких излишних сложностей. Команда Марберга изобрела интерфейс, приятно отличавшийся максимальной дружелюбностью.

– О! – удивился Мэтью. Ощущение было новым: те же самые жесты управления смартви работали и здесь. – Круто!

Благодаря стандарту воспитания, принятому директивой Министерства детского развития после многочисленных исследований, направленных на упрощение жизни, убедительно доказавших избыточность и, более того, опасность «любопытства», Мэтью был практически лишён этого, общепризнанного вредным, чувства. Проявлялось оно лишь при виде красочных, призывающих окошек, сулящих новые ощущения.

Наконец, сложный выбор по подбору обоев был сделан. Исчез дождь, уступив место блестящему водопаду солнечных лучей; пропало ощущение зябкости от пронизывающего ветра, запах сырости сменился приятными благовониями. Хоть капли не переставали падать на остановившегося в изумлении Мэтью, а промозглый холод никуда не делся, чувства говорили об обратном. Живая Соцсеть перехватила на себя все осязательные, зрительные и обонятельные ощущения пользователя, заменяя реальные – подходящими в соответствии с выбранными обоями.

Вместо привычного окружения Солнечного Города – стеклянно-металлических строений, – перед восторженным потребителем предстало фэнтезийное поселение. Дома окрасились в небывалые цвета, причудливо изменили формы; деревья набрались сочной зелени, невозможной в ущербности базового мира; солнце весело подмигнуло аватару, а окружающий воздух оказался пронзён осеребрившимися воздушными струнами: при прикосновении к ним звучала удивительно тонкая, психологически подобранная, умиротворяющая мелодия. Душа устремилась ввысь, запела. И сам Марберг показался вдали, приветствуя Мэтью… Идиллическая картина совершенно точно совпала с уникальным, ранимым душевным устройством первого счастливого подписчика Живой Соцсети. Чувство свершившегося блаженства сладкой истомой накрыло его. Наконец-то наступила настоящая жизнь.

В базовом мире из-за угла дома вышел растрёпанный человек. В руках, точно ребёнка, он бережно нёс увесистый камень. Завидев остолбеневшего и оглядывающегося по сторонам первого в ЮША Inc. живого аватара, он сам на миг замер.

То был официально зарегистрированный креативник – режиссёр реальных ситуаций. Уже несколько часов он шатался по Солнечному Городу, постепенно погружаясь в пучины художественного отчаяния. Взглядом одурманенного выискивал нужную ему натуру. И сейчас, в самом центре города, наконец, смог найти требуемое. Все члены его задрожали, и, более ни минуты не сомневаясь, он кинулся на Мэтью, занеся орудие творчества над головой.

Живая Соцсеть тем временем, заметив нежелательный элемент для установленных анимированных обоев, попыталась это исправить, заменив искажённое музой лицо креативника на более подходящее идиллическому пейзажу, генерируемого ею. В силу критического бага, что должен быть исправлен в ближайшие часы, ей не удалось это сделать. И вопреки её желанию Мэтью увидел бегущего к нему человека: выработанным в школе на уроках физкультуры рефлексом попытался выхватить пистолет, но трёхсекундная задержка картинки, требуемая для прорисовки обоев, действовала на опережение. Ещё до того, как Мэтью увидел удивлённо-непонимающее лицо поскользнувшегося на ровном месте человека, камень, превращённый Живой Соцсетью в волшебную палочку, опустился на его плечо, не достигнув цели – приглянувшегося фактурного лба.

От острой боли Мэтью потерял сознание. Рядом рухнул креативник, разбив голову об асфальт.

– Согласно юридическим нормам, пострадавший имел право совершить на вас ненамеренное покушение. К тому же есть свидетельства, говорящие о том, что всего за несколько часов до встречи с вами он не помышлял об этом, находясь в креативных поисках. Значит, идея возникла в нём спонтанно, что допускается Законом «О творчестве».

Судебный обвинитель вышагивал в пространстве между Мэтью, скамьёй присяжных и судьёй, имея самый скромный вид монаха-францисканца: широкие одеяния угольного цвета, поминутное заламывание рук, рефлекторные движения пальцами, восхваляющие Соцсеть, Марберга и Демократию. Он был примерным выпускником Федеральной Демократической Школы Обвинителей. Вся его фигура выражала безропотное раболепие перед Уставом Соцсети и основным законом ЮША Inc. – Законом Демократии.

Обвинительное дело «Демократия ЮША Inc. против потерявшего статус потенциального гражданина ЮША Inc. и прочие другие сертификаты, статусы и рейтинги мистера Мэтью Д.» началось сразу, как были завершены все демократические процедуры. На следующее утро после известных событий.

– Помимо прочего, – смиренно продолжал обвинитель, – ввиду иных заслуг пострадавшего есть все основания утверждать, что мы лишились шедевра в мире искусств, ведь предыдущая работа мастера целых пять месяцев продержалась в топе просмотров в Музее современного искусства в Новом Городе, удостоившись наивысшего рейтинга!

– Да, но…, – попытался вставить Мэтью. Сидел он на крае неудобного, жёсткого табурета, не дающего возможности комфортно разместиться на нём.

– Между тем! – ровно на полтона возвысил голос обвинитель, чем вызвал одобрительный кивок судьи и заставил замолчать обвиняемого. – Закон призывает быть гуманным и смягчать моральное давление на подсудимого. Потому рад сообщить вам, обвиняемый, что если бы пострадавший довершил действие, как задумывал, то в тот же миг оно было бы переквалифицировано в преднамеренно осуществлённое покушение. В таком случае суду подвергся бы уже пострадавший. Стоит заметить, что сертификат креативника, выданный ему после гениальной прошлой работы, оградил бы его от преследования, но и вы в таком случае не понесли бы никакого наказания. Естественно, в случае сохранения вами жизни.

– Однако! – обвинитель выделил это «однако» ровно на столько, чтобы придать ему соответствующее убедительное ударение, – пострадавший ударил вас непреднамеренно, ведь уже не имел намерения и падал, всеми силами стараясь сохранить равновесие.

– Подождите! Всё это не то! – плаксиво попросил Мэтью. Вопреки разработанным стандартам обязательное успокоение, произнесённое обвинителем, не подействовало на него. Грозный же зал суда действовал на его неразвившееся, детское восприятие окружающего, культивированное в нём в школе и университете, крайне угнетающе.

– Что именно не то? Вы можете объяснить суду?

– Да… Нет, могу, но… не знаю! Не получается! Я.. Стойте! Да! Чувствую, что всё должно быть иначе!

– Простите, – холодно заметил обвинитель, – ваши чувства не могут быть приняты во внимание. Уставом Соцсети такое поведение, какое демонстрируете сейчас вы, не поощряется, к тому же все необходимые скрипты для выражения мыслей прописаны в приложение к Уставу Соцсети «О подобающем поведении аватаров».

– Как же! Почему аватаров? То Соцсеть, а это… другое… Ведь я… И так не должно быть… как? Ведь человек… я, – уже шёпотом закончил он. Вся его фигурка сжалась. Подтянув колени к подбородку, уставившись куда-то в пол, Мэтью что-то шептал, что-то пытался сформулировать, но не мог. Речи обвинителя были ясны и убедительны, нельзя было не согласиться с ними, с их стройностью. Но что-то неуловимое…

Обвинитель не обратил ни малейшего внимания на выступившие слёзы обвиняемого. Процесс шёл уже полчаса и должен быть завершён в ближайшее время, как предписывали инструкции. Докончив речь, обогащённую всхлипываниями Мэтью, он обратился к суду:

– Уважаемый Суд, – с поклоном обвинитель обратился к судье.

С вершины рейтинговой пирамиды судья благосклонно посмотрел на обвинителя, наслаждаясь его выучкой, покорными манерами и безупречным знанием Устава и Закона.

– Уважаемые присяжные, – не разгибаясь и держа руки сложенными перед собой в широких рукавах, повернулся он к скамье, заполненной двенадцатью людьми. Все они были погружены в Живую Соцсеть, успев до начала процесса проинсталлировать её в себя. Рядом с ними сидел официальный летсплеер Суда, широкими взмахами электронного пера делающий скетчи. Они тут же отправлялись в iQстрим-шоу «Демократия против…», где по его картинкам, составленным в форме анимированного комикса, пользователи могли ознакомиться с настоящим делом.

– Есть неопровержимые свидетельства, подтверждающие непреднамеренность совершённых действий пострадавшим.

– Прошу предоставить, – величественно позволил судья с недосягаемой вышины занимаемого им пьедестала.

В зал суда ввели сотрудника Естественного музея, из низшего, технического персонала – пейзажиста базового мира пятой категории. После проведения формальных процедур установления личности и приведения к присяге над Уставом Соцсети и Демократией ЮША Inc. обвинитель начал допрос свидетеля:

– Вы можете рассказать Суду, что вы видели?

– Да, – возбуждённо, подскакивая с мягкого кресла, звонко выкрикнул пейзажист, – мы сняли слепок памяти бедного пострадавшего. Пришлось выпотрошить…

– Технические подробности нас не интересуют, к тому же, если я верно помню, то не подлежит разглашению информация о том, каким образом музей получает записи памяти.

– Простите, простите! Я немного возбуждён, но это от того, что мир… Да, Мир, весь Мир! Потерял такого гения! И всё из-за этого! – указал он пальцем на Мэтью. Тот сжался ещё сильнее, став похожим на вздрагивающую под проливным дождём дворнягу.

– То есть вы утверждаете, что виновником преждевременной гибели сертифицированного креативника был подсудимый?

– Да, утверждаю!

Победоносно развернувшись на каблуках, обвинитель, в то же время придав лицу регламентированные скорбь и покорность, обратился к судье и присяжным:

– Я думаю, что данные показания можно считать исчерпывающими и достаточными для подтверждения обвинения в преднамеренном убийстве. И всё же, для реконструкции всей полноты постигшей нас трагедии считаю возможным выслушать мнение пейзажиста о пострадавшем. Я говорю «пострадавший», хотя он и погиб, был убит! Просто я – да и никто! – не сможет смириться с такой потерей, – с нужным оттенком горечи произнёс обвинитель, сообщив и фигуре всей надлежащую форму. Столь драматический момент незамедлительно запечатлел летсплеер, мигом добавив нужной мрачности. Очередная страница комикса ушла в iQстрим.

– Хорошо, – кивнул судья, не меняя озабоченного и сурового выражения, но с удовольствием отметив, что экзамен в школе по обвинительной психологии и мимике тот наверняка сдал с первого раза. Такие сложные эмоции, приписываемые к обязательному использованию инструкциями, даже ему в молодости давались с меньшей лёгкостью.

– Расскажите Суду и присяжным, что показала память?

– О! – ещё сильнее оживился свидетель, – Это было незабываемо! Настоящее искусство с такой драматической развязкой! Великая работа! Мы готовимся выложить запись в Естественном музее Солнечного города и уже подали заявку в Музей современного искусства Нового города для придания официального статуса шедевра с рейтингом никак не меньше наивысшего!

Пострадавший хотел показать всю… Всю скоротечность нашей жизни, весь тот маленький миг, что мы существуем в масштабе Вселенной! И как он хрупок, как хрупок этот миг! С каким бережным вниманием нужно – нужно! – с ним обращаться. Хранить от грубости, от порочности – символом чего служил безобразный камень в руках творца! И только он нашёл, только ему удалось найти! – тут свидетель схватился за лицо, – Найти подходящую фактуру, только мы уловили возбуждение в его стенограмме, обычно предшествующее созданию шедевра из топовых строчек творческого рейтинга, как однозначно спланированное, злонамеренное бездействие подсудимого разрушило всю работу!

В порыве негодования свидетель вздулся, как рыбёшка, выброшенная на берег быстрой реки.

– Но, будучи настоящим искусством… я бы сказал Высочайшим Искусством нашего времени! Гениальная работа, этот шедевр не сгнил в агонии, не пропал в темноте веков. Он преобразился! Путём нечеловеческой жертвы возвысился на недосягаемую высоту!

Живописцем пятой категории восторженно описывался результат смерти, обречённый стать бестселлером. Результат, полученный ночью, когда изуродованное до красно-бурой каши тело пострадавшего, пропустив через себя сверхтекучие токи – новейшее изобретение ксенобиологов для изъятия трупной памяти – открыло последние минуты жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.