Антон Русич
Последний оплот

Пролог

Система ХС173-Р26 по звездному каталогу Содружества (дикий космос).

Пространство вздулось и искривилось. Черноту межзвездной пустоты осветили росчерки фиолетовых молний. Шесть небольших, по меркам звездного флота Содружества, фрегатов синхронно вышли из подпространства. Черные сигарообразные корпуса были почти неразличимы на фоне чернильного мрака космоса. Выпустив плазменные хвосты, они разошлись веером, окутались маскировочными полями и устремились к далекой цели.

Спустя семь стандартных суток они пересекли границу системы. Частая сеть патрульных фрегатов и стационарных сканеров Архов не смогла их засечь. И чужие корабли продолжали свой полет, виртуозно маневрируя между ледяными глыбами колоссального астероидного пояса, неторопливо кружащего вокруг красного карлика, практически полностью поглощенного Сердцем Роя. Гигантская мега конструкция поглотила звезду полностью, лишь редкие лучи светила пробивались сквозь паутину конструкций квазиживой Сферы Дайсона.

Поглощая энергию звезды, Сердце с точностью метронома выплевывало в космос корабли роя. Фрегаты, эсминцы, крейсера и линкоры собирались в эскадры и шли потоком к шести аркам стационарных портальных переходов. На встречу им, продавливая пленку пространственного разрыва, выныривали толстопузые транспорты, наполненные органическим бульоном и замороженными телами разумных с захваченных планет Содружества.

На границе астероидного пояса пришельцы замерли. Укутанные маскировочными полями, они не боялись быть обнаруженными и, словно псы, принюхивались, ища свою цель. На поверхности сферы, казавшейся круглой с расстояния в несколько сотен астрономических единиц, раковыми опухолями выступали созревающие титаны малых маток роя, но не они были целью. На столь огромном расстоянии единственный доступный способ пассивного обнаружения был визуальный. Но искомая цель была не маленькой, и пришельцы справились с задачей.

Словно гарпы, почуявшие добычу, они, уже не скрываясь, рванулись вперед, уходя в варп прыжок практически без разгона. Подобный маневр был немыслим для кораблей Содружества. При столь мощном ускорении даже самые современные гравикомпенсаторы не смогут справиться с перегрузками и экипаж размажет тонким слоем по переборкам корабля.

Архи заметили появление неопознанных кораблей внутри охраняемого периметра. Несколько десятков звеньев быстрых фрегатов-перехватчиков рвануло на перерез внезапно появившемуся противнику. Но их маневр запоздал. Тогда инсекты предприняли единственное что успевали. Несколько сотен малых кораблей боевого охранения флагмана заслонили собой корабль Королевы Роя, исключая прорыв противника в зону ближней обороны, и приготовились заградительным огнем превратить дерзких нарушителей в облачка раскаленной плазмы.

То, что произошло дальше, вогнало в ступор коллективное сознание разумных насекомых. Случившиеся просто не имело никакого смысла. Все шесть неопознанных кораблей вышли из варпа и расцвели вспышками направленных термоядерных взрывов. Тысячи осколков устремились к кораблям архов почти со скоростью света. Да, они прошивали на сквозь малые корабли роя, выбивая из них мгновенно застывающие гейзеры жидкости и газов, но причинить вред космическому левиафану Королевы не могли даже теоретически. Острые иглы впивались в органическую броню на несколько метров и таяли словно лед, не достигнув видимого эффекта. Действия кораблей камикадзе были лишены очевидного смысла.

Королева нервно заворочалась внутри кокона, состоящего из нервной ткани, давно сросшейся с ее телом. Ее мощный интеллект, усиленный миллиардами особей, находящихся в зоне непосредственного ментально ПСИ-поля, не мог понять смысла произошедшего события и это порождало бешенство и злость. Проявление эмоций для столь мощного разума – это слабость, но осознание этого факта лишь порождало новые эмоции.

Кокон королевы висел в центре полости, диаметр которой превышал сотню метров. Тысячи жгутов нервной ткани тянулись от стен полости к кокону и поддерживали его. По этим толстым канатам сновали туда-сюда сотни небольших, похожих на земных тараканов, существ. Они счищали отмирающие со временем ткани, смачивали лапки слюной и обрабатывали поврежденные участки, стимулируя регенерацию нервных клеток.

Сразу десяток тараканов остановились и замерли в растерянности. На серой поверхности они различили черные точки инородных частиц. Чувствительные усики застучали по поверхности, пытаясь осознать причину изменения состава тканей. Существа не обладали полноценным разумом, они представляли из себя биороботов со строго ограниченными функциями и поэтому не могли передать хозяйке сигнал об опасности мысленным импульсом. Тройка же, рванувших и попытавшихся передать сигнал при непосредственном контакте, была безжалостно раздавлена взбешенной королевой.

Черные кляксы нанитов добрались до кокона и проникли в тело находящегося внутри насекомого. Достигнув цели, они приступили к третьей фазе запрограммированного алгоритма. Поглощая органические ткани носителя, они лавинообразно размножались, щадя лишь крупные нервные центры, оплетая их и подавляя нейронную активность. Микроскопические роботы перестраивали организм носителя практически с нуля. Кокон затрясся от бьющегося в конвульсиях тела. Гигантский корабль сошел с орбиты и начал неуправляемый дрейф, увлекаемый гравитационным полем звезды. Тысячи кораблей роя, находящихся в системе, замерли словно выключенные.

Королева умерла, чтобы тут же воскреснуть. Колоссальная махина роя перезапустилась и продолжила свою чудовищную работу по уничтожению разумной жизни в галактике. Наследие Предтеч, сгинувших на просторах истории вселенной, обрело нового хозяина.

Глава 1

Система «Елерау» столица консорциума корпораций Калдари.

Откинув тонкое одеяло и грубо спихнув с живота точеную женскую ножку, он встал. Прихватил заблаговременно приготовленную пищевым синтезатором чашку горячего Брю и подошел к огромному панорамному окну. Сквозь прозрачный металлопласт внизу открывался вид на раскинувшийся до самого горизонта мегаполис, утонувший в осенней хмари. Тонкие шпили небоскребов, словно горные вершины, раздвигали низкие серые тучи. Разноцветные ленты транспортных потоков изгибались, огибая техногенные пики.

Нижние ярусы скрывали густой серый смог. Он надежно укрыл от глаз жителей верхних ярусов «Дно» города. Свалка, что на сотни метров вверх карабкалась по фундаментам и опорам высотных городских джунглей. Там, среди мусорных барханов, сложилась своеобразная замкнутая экосистема со своими жестокими законами. Сотни тысяч людей, не выдержавших жесткой внутрикорпоративной конкуренции, опускались на «Дно» и перемалывались местными преступными кланами. Правящей верхушке было глубоко плевать на творящийся там беспредел, тем более что он приносил неплохие деньги. Наркотики, черная трансплантология, торговля людьми, любые удовольствия, о которых в приличном обществе верхних ярусов даже подумать страшно, – все это можно было найти на дне.

Бесконечный город покрывал всю поверхность планеты, очень давно пожрав ее флору и фауну. Разумные, что правили в этом техногенном кракене, пожирающем беспомощную планету, плевать хотели на природу и тому подобную зеленую муть. Все в этом проклятом мегаполисе, да и как на всей территории консорциума свободных корпораций, подчинялось только одной цели: получение прибыли. Единственное человеческое качество, ценившееся в этом обществе: умение зарабатывать деньги. Честь, совесть и долг – эти слова вызывали смех или в лучшем случае горькую иронию в местном обществе. Подобные принципы не несли за собой материальной прибыли и были признаны не продуктивными.

Но сейчас на пороге стоял враг. Настоящий ВРАГ. Не конкурирующая корпорация или пиратский клан, решивший пощипать жирных корпорантов, а враг, поставивший перед собой цель: уничтожение всей разумной жизни в ареале его обитания. Архов нельзя купить, они не ведут переговоров, единственное, что их интересует, – это топливо для их биореакторов.

Он сделал глоток обжигающего напитка и горько усмехнулся своему отражению. Немолодой, но еще довольно хорошо сохранившийся, благодаря уже четвертой процедуре омоложения, мужчина с карими глазами и коротким седым ежиком волос. Правильные черты лица не утратили былого обаяния и хорошо отражали его волевой характер. И все же старость потихоньку брала свое, не смотря на все достижения медицины. Баснословно дорогая четвертая процедура омоложения отсрочила закономерный финал еще на 50-70 лет, но похоже рой не даст ему этого времени. Боялся ли он – нет. Скорее он был рад, что судьба дала ему шанс все исправить и найти компромисс с собственной совестью. Отражение кивнуло, как бы подтверждая давно принятое решение, он вновь вернулся к прерванной нити размышлений.

Главы всесильных корпораций испугались не на шутку. И в приступе паники приняли единственное решение, потакая своей гнилой натуре. Когда Империя и Федерация просили о помощи, они думали о прибыли, которую смогут получить от разгоревшейся в галактике войны. Щедро раздавали кредиты под грабительские проценты, сбывая устаревшую технику по цене новой, и довольно потирали руки. Сами же надеялись пересидеть за спинами сражающихся, но не сложилось. Рой разорвал людей на лоскуты и почти поглотил их системы. Оказавшись на пороге гибели, человечество объединилось и, забыв старые распри, выступило единым фронтом, зубами вцепившись в остатки своих территорий. Старшие расы осознали, что если люди падут, то им придется умыться кровью и вступили в войну. Продвижение роя замедлилось и почти остановилось. Партия невмешательства в консорциуме тыкала пальцем в тех глупцов, кто выступал за оказание полномасштабной поддержки имперцам и федератам.

Но рой есть рой. Мощнейший коллективный разум не допускает ошибок. Он нанес свой удар в самое слабое место Содружества. Сообщение об обрыве нескольких логистических цепочек прозвучало тревожным набатом. Отправленные по маршруту наемники не вернулись. Нарушение логистики несет убытки и флоту корпорации «Нуреме» пришлось действовать. Инцидент произошел в их секторе влияния. Через семь стандартных суток из гипера вывались жалкие остатки от эскадры корпорации и принесли дурные вести. Всего в двух прыжках от столицы Калдари они наткнулись на рейдовую эскадру роя. Новость вызвала эффект разорвавшейся бомбы. Местные толстосумы, до этого момента уверенные, что находятся в глубоком тылу, неожиданно осознали, что отсидеться не получится и ударились в панику. Но самое страшное было то, что бежать им было некуда. Всё, содружество закончилось, дальше лишь дикий космос.

Самое смешное, что корпорацию «Нуреме», оставшуюся без боевого крыла, разорвали за сутки. Даже на пороге катастрофы Калдари оставались сами собой и не упускали возможности сожрать ослабевшего партнера.

– Уважаемый Лаун То, – прервал его мысли бархатный женский голос личного искина, – заседание штаба объединенного флота Консорциума начнется через тридцать минут.

Он вновь горько усмехнулся и залпом допил порядком остывший напиток.

– Объеденный флот, – произнес он в слух, – свора облезлых Склухов только и ждущих удобного момента, чтобы вцепится друг другу в глотки.

Зло швырнув чашку в жерло бытового утилизатора, декорированного под древний камин с живым пламенем, он принялся облачаться в бережно хранимый мундир адмирала флота федерации. Когда-то очень давно, пойдя на поводу у собственной жадности, он лишился морального права носить это мундир и гордое звание офицера. Но то, что он собирался совершить сегодня должно искупить грехи и ошибки молодости.

Расширенное совещание штаба объединенного флота проходило на борту шестой орбитальной крепости планеты Силена 2. Планета являлась административным и деловым центром системы Елерау. Ее население превышало двадцать семь миллиардов разумных. Еще шесть миллиардов проживали на двух крупных спутниках планеты. Естественные спутники были превращены в огромные орбитальные терминалы, служащие торговыми площадками и складами хранения производимой в консорциуме продукции. Подобное решение позволило гигантским транспортам типа «Freighter» швартоваться непосредственно к терминалу, что значительно сокращало время погрузки.

В системе имелись еще две обитаемые планеты: Силена 6 и Кумус. Последний являлся карликовой планетой и находился во внешнем поясе астероидов. Обе эти планеты не имели кислородной атмосферы и были крупными промышленными и сырьевыми центрами. Под куполами на их поверхности постоянно проживали порядка двадцати миллионов разумных. Еще десяток миллионов болталось в космосе на торговой станции и нескольких сотнях орбитальных заводов, верфях и перерабатывающих комплексах. Система Елерау по меркам Содружества была очень густонаселенной системой и людям, собравшимся в зале совещаний, предстояло решить, как спасти этих людей.

Когда за массивным круглым столом не осталось свободных кресел, Лаун То окинул собравшихся хмурым взглядом. Его раздражала отсутствие дисциплины и единоначалия в вольнице корпоративных флотов. Но о какой дисциплине можно говорить, если, по сути, все собравшиеся в зале офицеры были лишь наемниками. Половину из которых в прошлом вышвырнули из регулярных войск империи и федерации не по самым лицеприятным поводам.

Да и образование, гордо названое объединенным флотом консорциума Калдари, хоть на бумаге и являлось единым подразделением, но все эскадры в него вошедшие принадлежали крупнейшим корпорациям и выполняли его приказы с оглядкой на свое руководство и не вопреки его интересам. И он прекрасно понимал, что в сложившейся ситуации не о какой эффективности речи быть не может. Любое его решение тонуло в бюрократии и противоречии интересов. Но сегодня он решит этот вопрос раз и навсегда. Десятки миллиардов разумных находятся на грани гибели и система ценностей стремительно изменилась, но десяток человек, усевшихся на вершине пирамиды власти, оказались неспособны этого осознать. Значит ими придется пожертвовать.

Место за столом напротив него оставалось свободным. И сейчас там сформировались голограммы трех господ в массивных креслах. Главы трех самых крупных корпораций консорциума соизволили появиться на совещании.

Слева расположился тучный лысый мужчина. Три подбородка и щеки, лежащие на плечах, он создавал впечатление доброго толстячка если бы не жесткий взгляд крохотных глаз. Глисс Вии – глава корпорации «Неотекс». Неотекс владела 60-ю процентами всех верфей консорциума и являлась главным поставщиком электроники и искинов. Основной рынок сбыта федерация Галенте, но обширные связи с дварфами намекали на поддержку их спецслужб.

Справа сидел типичный имперец. Высокий и увитый жгутами мускулов чернокожий великан с лицом каменой статуи. Урас Дурун – единоличный владелец корпораций «Марутас». Корпорация владела обширными рудниками и являлась фактически монополистом в области производства и поставок добывающего оборудования, а также рудных концентратов. Тысячи рабов, поставляемых для нужд корпорации империей, обеспечивали ей баснословные прибыли.

В центре расположилась Старая сука. Прозвище этой женщины совершенно не соответствовало ее внешности. Умопомрачительно красивая с огненно-рыжими волосами и утонченными, правильными чертами лица, она с высока смотрела на собравшихся в зале мужчин. Спортивная фигура, затянутая в деловой костюм с глубоким декольте, притягивающим взгляд. Заостренные кончики ушных раковин выдавали в ней полукровку, и она этого не скрывала. Мулине Тиликис – глава и хозяйка империи «Тиликис Империум» уже более двухсот лет. Точный возраст этой красотки известен лишь богам пустоты.

Продовольствие, медицина, строительство, научные изыскания и еще сотня отраслей рынка, в которые запустил свои щупальца спрут Тиликис Империум. Все крупные криминальные кланы «Дна» находились под каблуком Старой суки. Ходили жуткие слухи об экспериментах, проводимых в медицинских лабораториях ее корпорации. Мулине держала за глотку всех крупных игроков, и причина, по которой она еще не подмяла под себя консорциум, для Лауна была загадкой.

Женщина кивнула головой, давая разрешение начинать.

– Господа офицеры, – произнес Лаун То, привлекая внимание собравшихся, – давайте приступим. Уважаемый Кра Тус, обрисуйте нам оперативную обстановку на данный момент.

Над столом развернулась трехмерная карта звездного сектора консорциума, со своего места поднялся начальник разведки объединенного флота и приступил к докладу.

– На данный момент мы потеряли шесть звездных систем вот в этом секторе, – часть белых точек на интерактивной карте сменила свой цвет на красный, – располагавшиеся в них станции по добыче и переработке ресурсов уничтожены. Наблюдается развертывание добычи со стороны роя. Присутствуют малые рейдовые группы, выполняющие роль боевого охранения.

Еще три системы сменили свой цвет на пульсирующий красный. Кра Тус пояснил:

– В указанных системах обнаружены три крупные рейдовые эскадры противника, они выполняют роль заслона и фактически отрезают нас от территорий Содружества. Ретрансляторы гиперсвязи и навигационные маяки уничтожены, мы в транспортной и информационной блокаде, – разведчик обвел взглядом собравшихся словно пытаясь понять дошел ли до присутствующий смысл сказанного и продолжил, – в системе ХС 12153-6 обнаружено крупное сосредоточение сил противника: корабль матка класса кэрриер, тридцать четыре линкора, восемьдесят шесть тяжелых и средних крейсеров и до полторы тысячи кораблей меньших классов.

Начальник разведки выдержал театральную паузу и продолжил:

– А также полностью функционирующая арка стационарного портала! У меня все, полный отчет я направил в штаб флота.

– Насколько плотный поток кораблей проходит сквозь арку портала? – спросил Лаун То докладчика, – и как скоро, по вашему мнению, рой закончит формирование ударной группировки?

– Пропускную способность портала определить не удалось. Разведывательный фрегат был обнаружен и уничтожен спустя две минуты после входа в систему. Дальнейшие попытки проникновения не увенчались успехом, противник увеличил плотность охранения. Единственное, что могу сказать: в системе ХС 12153-6 не было обнаружено десантных транспортов, а это значит, что рой не готов для немедленных действий.

– Благодарю Вас, господин Кра Тус, можете садиться.

Начальник разведки вернулся на свое место, а Лаун То продолжил:

– В свете полученной информации, прошу ознакомиться собравшихся с разработанным мной планом операции по ликвидации вторжения, – мысленная команда и заранее приготовленный пакет информации разлетелся адресатам.

В зале повисла тишина, офицеры просматривали данные пришедшие на их сети, Лаун То откинулся на спинку кресла и молча ждал реакции.

Мулине Тиликис первая прервала тишину, повисшую в зале.

– Господин Лаун То, я правильно поняла, что вы предлагаете провести рейд в занятые роем системы и уничтожить построенный ими стационарный портал при поддержке флота Минматар? – спросила она ледяным тоном.

– Да.

– Это неприемлемо!!! – взвизгнул Глисс Вии, – за помощь этих мерзких бродяг пустоты вы предлагаете передать им на три года в безвозмездную аренду рудники в системе «Каяно» и лишиться 70% поставок трансурановых элементов!

Темнокожий гигант лишь кивнул в поддержку коллеги. Мулине же оборвала излишне эмоционального борова:

– Помолчите! Уважаемый Лаун То, скажите мне, сколько кораблей потеряет объединенный флот в случае успеха операции?

– До 85% ударных кораблей и 67% кораблей обеспечения, – озвучил он цифры ожидаемых потерь.

Среди собравшихся в зале офицеров пронесся недовольный шепот.

– В таком случае, что помешает минматарцам захватить системы консорциума? – задала следующий вопрос Старая Сука, буквально прожигая его взглядом.

– Ничего, – ответил Лаун То, пожимая плечами.

Тактический искин посчитал вероятность подобного развития событий, и она превышала 80%. Согласно плану, флот Минматар вступает в схватку на завершающем этапе операции и именно его неожиданная фланговая атака должна обеспечить перелом в сражении. В результате потери, которые понесут кочевники, будут значительно ниже, чем потери, принявшего на себя основной удар флота консорциума.

– Тогда какой же смысл во всем этом? – спросила Мулине Тиликис, смотря ему прямо в глаза.

– Спасение жизней десятков миллиардов разумных, ценой потери капиталов, накопленных корпорациями, – ответил Лаун То совершенно спокойно.

Зал загудел, подобные слова были полнейшей ересью для тех, кто собрался в помещении, и подтверждением были взгляды офицеров штаба, устремленные на него. В их глазах было искреннее непонимание.

– Идиот!!! Да кому нужны их жалкие жизни! – заржал Глисс Вии.

– Жизни рабов намного дешевле боевых кораблей, – пробасил Урас Дурун с жутким арварским акцентом.

– Господин Лаун То, вы не оставляете мне выбора, – медленно произнесла Старая сука, – вы отстранены от командования флотом. Господин Кира Тукан, принимайте командование…

Лаун То решил, что пора заканчивать этот фарс, видят боги пустоты, он попытался. Короткое сообщение по секретному каналу сети, и договорить Мулине не успела. Прервавшись на полуслове, она расфокусировала взгляд, читая пришедшее на сеть сообщение, а потом резко посмотрела на него. Во взгляде женщины проступил ужас, голограмма вспыхнула огненной шаром и погасла. Та же участь постигла ее соседей. Глисс Вии напоследок огласил зал заседаний противным визгом, больно резанувшим по ушам.

От стены отделился полупрозрачный силуэт боевого серва, и голова новоиспеченного командующего флотом взорвалась, словно переспелый фрукт. Серв БРК «Скаут 3М» деактивировал оружие и вновь слился с интерьером. Кира Тукан был хорошим офицером, одним из лучших среди собравшихся в зале, но трудные времена требуют тяжелых решений. Не стоит брать ответственность за судьбы людей, если ты не готов принимать подобных решений.

Лаун То поднялся со своего места и произнес, смотря на ошеломленные лица собравшихся:

– Объявляю военное положение и мобилизацию во всех система консорциума! Флоту трехдневная готовность! Через три дня господа мы отправим Архов в пасть к богам пустоты. У кого-то есть возражения?

Повисшая тишина подтвердила отсутствие этих самых возражений.

– Хорошо, господа офицеры, можете быть свободны. Все необходимые распоряжения и приказы вы получите чуть позже.

Глава 3

Лаун То открыл глаза и обвел взглядом боевую рубку «Дракона Елантры». Обзорные экраны, занимающие три четверти стен немаленького отсека, транслировали серую муть изнанки пространства. В помещении стояла звенящая тишина, все замерло словно перед бурей. Два десятка разумных неподвижно лежали в противоперегрузочных коконах, слившись сознаниями с инфопотоками корабля.

Его флагман дредноут «Дракон Елантры», еще совсем недавно бывший гордостью и веским аргументом в спорах с конкурентами корпорации «Тиликис Империум», шел в гиперпространстве во главе армады объединенного флота консорциума к одной из систем, блокированных рейдовыми эскадрами роя. Согласна плану, им предстояло с ходу врубиться в схватку и смести заслон, попутно уничтожив генератор искажения гиперкоридоров. И тут же прыгнуть дальше к основной цели.

Первая часть плана не вызывала у него опасений, собранная им армада впечатляла. Почти восемьсот кораблей разных классов. Девятнадцать линкоров, и только шесть из них были восьмого поколения, все остальные относились к одиннадцатому. Двадцать два тяжелых крейсера, причем два из них относились к двенадцатому поколению. Бывшие флагманы флотов корпораций «Неотекс» и «Марутас». Тридцать шесть средних и полторы сотни легких крейсеров, но среди них попадалось и откровенное старье шестых, седьмых поколений. Эти корабли были реквизированы из числа охранения и конвоев, застрявших в системах консорциума в результате устроенной роем блокады. Торгаши пытались роптать, но введенное военное положение развязало бойцам его СБ руки; несогласных, дерзнувших выказать неповиновение, показательно отправляли учиться дышать пустотой.

С командами реквизированных кораблей было сложнее. Наемники, а именно они в основном и составляли охрану торговых караванов, – парни не робкого десятка и за свое готовы рвать глотку хоть самим богам пустоты. Пришлось договариваться и перекупать их контракты, благо денег хватало. СБ сработало ювелирно и прежде, чем устранить правящий триумвират, смогло подобрать ключики к корпоративным счетам.

Остальные корабли флота эсминцы, корветы и фрегаты представляли такую же сборную солянку. Слаженность и боевая эффективность этого табора вызывала сомнения, что и показали короткие учения, проведенные на кануне рейда.

Перед глазами Лаун То мигнул индикатор и среди потоков инфо каналов высветились цифры обратного отсчета:

10, 9, 8,……. 2, 1.

Серая муть сменилась чернотой космоса, тактическая сфера расцвела россыпью красных отметок. Серый маркер погибшего легкого крейсера сообщил о том, что все-таки нашелся идиот, умудрившийся вывалится в систему раньше дредноута.

Щит корабля расцвел голубыми вспышками первых попаданий, посыпались сообщения о наложенных дизрапторах и стазисных сетках. От компактной сферы кораблей роя к дредноуту протянулись гибкие щупальца москитного флота противника. Штурмовики и перехватчики словно облако мошкары облепили огромный корабль. К ним потянулись росчерки трассеров кинетических снарядов и дымные хвосты ракет, системы ПКО корабля собирали кровавую жатву с рискнувших укусить космического левиафана. Архи заглотили наживку, сконцентрировав силы на флагмане, а щиты «Дракона Елантры» переживут и не такое.

Космос вновь расчертили фиолетовые молнии и сразу десяток тяжелых крейсеров вывалился из изнанки пространства в непосредственной близости от дредноута. Пара секунд на синхронизацию командной сети и систем ПКО. Игра в одни ворота мгновенно закончилась, количество москитов противника начало стремительно сокращаться. Как раз вовремя, торпедоносцы инсектов почти достигли границы эффективного залпа и Лаун То начал нервничать.

Фиолетовые вспышки слились в бушующий шторм, коверкающий само пространство. Сотни кораблей выходили гипера, перестраивались в боевые порядки и, врубив маршевые двигатели, стремились сократить дистанцию с противником. На тактической голограмме это смотрелось красиво. Гигантский спрут флота консорциума глотал компактную сферу, ушедшую в глухую оборону рейдовой эскадры роя. Искины кораблей, объединенные в сеть, синхронизировали действия каждого корабля, не позволяя нарушить строй. Казалось, что действует не согнанная под дулом плазмоганов разношерстная наемничья братия, а регулярный флот федерации. Но впечатление было обманчивым. Два линкора, десяток легких крейсеров «Гончих» и три десятка эсминцев и фрегатов, что они могли им противопоставить. Так что Лаун То не питал иллюзий и прекрасно понимал, что в следующей схватке все будет иначе. Особенно если учесть, что инсекты свою задачу выполнили и об эффекте неожиданности в следующем сражении можно забыть.

Спустя пол часа все было закончено. От кораблей роя остались лишь истекающие газом и техническими жидкостями искореженные остовы, а его эскадра начала новый разгон. Спустя шесть часов флот ушел в новый прыжок.

В системе ХС 12153-6 их ждали. И кораблям флота пришлось выходить из гиперкоридора под огнем плазменных орудий противника. Прежде чем объединенный флот смог собраться и организовать боевое построение, прикрывая щитами тяжелых кораблей более легкие, они потеряли три линкора и почти треть легких сил. Несколько десятков кораблей из числа наемников попытались удрать, но были схвачены «Гончими» роя и безжалостно расстреляны. Их незавидная судьба остановила оставшихся от панического бегства. Лаун То ожидал чего-то подобного и хорошо, что дезертировали лишь пара десятков эсминцев и фрегатов, а не половина его флота. Некоторые аналитики прогнозировали именно такой расклад.

Основным оружием кораблей роя, если не считать бесчисленный москитный флот, клепаемый в биореакторах крупных кораблей, была плазма. Короткоживущие нестабильные плазменные заряды имели малую дальность и низкую скорость. Поэтому рой стремился вести бой на коротке и зажать вторгшийся флот в точке выхода. Его это полностью устраивало. Он отдал команду на сближение и строй объединенного флота, врубив маршевые движки, рванул к противнику, даже не пытаясь реализовать преимущество в дальнобойности орудий.

Две армады сближались, поливая друг друга огнем из всех стволов. Расстояние между флотами было густо расчерчено трассерами и дымными хвостами идущих на форсаже ракет. Истребители и перехватчики, словно щупальца гигантского космического спрута, сплетались в клубки и распадались, стараясь не дать торпедоносцам противника прорваться к крупным кораблям. Не позволяя опутать крейсеры и линкоры стазисными сетками, лишая их хода и маневра, тем самым подставляя их под слитный залп тяжелых калибров.

Спустя тридцать минут красные и зеленые отметки на тактической схеме соприкоснулись, строй сломался и перешел в стадию собачей свалки. К этому моменту от объединенного флота осталась едва ли половина, а щиты «Дракона Елантры» ушли глубоко в желтый сектор, но Лаун То был доволен, ведь свою часть плана он выполнил. Основные силы архов удалось оттянуть от портала и связать боем, а десяток крейсеров, оставшихся в охранении, будут бесполезны и беспомощны. В том, что Минматарцы выполнят свою роль, он не сомневался, слишком жирный куш стоял на кону.

– Фиксирую открытие окна гиперперехода, – раздался в рубке удивленный голос оператора пространства, – судя по показаниям сканирующего комплекса корабль сверх тяжелого класса!!! Пришелец не идентифицируется!

– Дайте визуальную картинку, – скомандовал Лаун То.

Во всполохах фиолетовых молний среди разорвавшего бескрайнею черноту пространственного шторма величественно плыл корабль-город Минматар. «Титан» по классификации Содружества, не больше десятка на всем пространстве обитаемого космоса. Внешне, похожий на уродливый, собранный из говна и палок катамаран, он казался порождением сумасшедшего инженера. Поплавками ему служили два сверх тяжелых транспортника проекта «Хомяк» Арварской империи. Когда-то по-своему красивые силуэты транспортов были изуродованы пластинами дополнительной брони и хаотичными нашлепками орудийных башен. Соединялись поплавки паутиной наваренных поперечных ферм и балок с торчащими в хаосе полуразобранными корпусами кораблей, и ангаров москитного флота. Внешние подвесы для судов сопровождения, что сейчас отваливались гроздями спелых ягод, торчали во все стороны словно шипы чудовищного ежа.

Отработав сотнями маневровых двигателей, которые когда-то были маршевыми двигателями фрегатов и эсминцев, корабль-город скорректировал курс и врубил маршевые. Провалы огромных дюз транспортов исторгли многокилометровый хвост плазмы и гигант двинулся к цели в окружении крейсеров, казавшихся мелкими рыбками на его фоне.

Панические крики в командном канале объединенного флота сменились удивленными возгласами:

– Рой уходит!!!

– Противник пытается разорвать дистанцию!!!

– Мать твою!!! Ведь на структуре ушел!!! Два эсминца под сетками держали, думал все, – выдал, не веря в то, что остался жив пилот фрегата «Пироман 26».

– Держать!!! Плазменный заряд вам в печень!!! Зубами в дюзы цепляйтесь, но держите, если хоть один крейсер уйдет в варп, лично расстреляю упустивший его корабль, – зарычал в командный канал Лаун То.

Фрегаты, корветы и эсминцы рванули к начинающим разворот и разгон крупнотоннажным кораблям противника, стараясь не попасть в немилость к разгневанному адмиралу.

Тем временем два сверхтяжелых тоннельных орудия титана осветились вспышками разгонных импульсов, выплюнув в направлении цели сорокатонные снаряды с собственным варп генератором. На половину полупогруженные в гиперболванки с сердечником из сверхтяжелых нестабильных элементов, практически мгновенно достигли цели. Вгрызлись в броню стационарного портала, порождая вспышки термоядерных взрывов, буквально аннигилируя огромные куски монструозной конструкции, окружающей серо-стальное зеркало.

Две минуты, требующиеся кораблю-городу для накачки конденсаторов разгонных блоков орудий главного калибра, тянулись бесконечно медленно. Он, вцепившись онемевшими пальцами в мягкое нутро ложемента, впился глазами в обзорный экран, транслирующий картинку далекого боя. Новые разгонные импульсы и вспышки взрывов. Зеркало портала пошло волнами ряби, теряя стабильность, а спустя пару секунд схлопнулось, разорвав в клочья квазиживые конструкции пустотной станции инсектов.

Не все корабли армады роя удалось удержать. Один за другим они уходили в варп, выныривая в непосредственной близости от исполинского силуэта титана. Вокруг корабля-города вскипел ожесточенный бой, но это не имело значения. Портал уничтожен, и зажатый между двух огней флот роя никуда не денется. Единственный сверхтяжелый корабль инсектов, кэрриер матка на один зуб титану Минматарцев. Сражение выиграно и Лаун То не сомневался, что видит агонию роя.

– Фиксирую гравитационную аномалию, – вновь подал голос оператор пространства, – природа явления не понятна. Формирование центра массы в секторе 12 – 24.

У адмирала противно засосало под ложечкой, верный признак большой беды.

– Картинку!!! Картинку сектора пространства дай, скруг ты тупорогий!!! – заорал он в бешенстве, вымещая на подчиненном сковавший нутро страх.

Изображение на центральном обзорном экране сменилось. Среди бесконечного чернильного мрака космоса словно прорастал из пустоты грибообразный корпус серебристо-стального корабля. Не уступающий размерами, а возможно даже превосходящий, титан минматарцев. На его шляпке блестела линза тахионного лазера размером с линкор.

– Орудие судного дня!!! – прошептал Лаун То омертвевшим голосом.

Об этом оружии, способном уничтожать малые планетоиды и луны, ходили упорные слухи. Но подтверждений того, что Старшим удалось его создать, не было. Никто и никогда не видел его в действии, и, похоже, они станут первыми.

Линза налилась ослепительным голубым светом и в едином импульсе выплеснула миллиарды гигаватт энергии. Яркий синий луч вспорол щиты титана минматарцев, прожег сквозную дыру в корпусах поплавков корабля-города и исчез. Через пару секунд в пространстве системы ХС 12153-6 родилась новая звезда. Расширяясь, она поглощала протуберанцами плазмы, разогретой до звездных температур, корабли, которым не повезло оказаться рядом. А неизвестный титан начал величественный разворот в их сторону.

Лаун То молчал, не обращая внимания на панику в командном канале и взгляды его офицеров. Людей объял ужас, а адмирал не предпринимал ничего. А какой смысл? Жить оставалось секунды, уходить нужно достойно. Карты сброшены на стол, противник бьет его стрит-флеш, своим флеш-роялем.

Голубая вспышка и тьма.

Глава 4

Меня окружал серый мир. Рваные темные тучи роняли на землю черный снег и серый пепел, промозглый ветер подхватывал хлопья и швырял мне в лицо. Снег таял и превращался грязную воду с тонкой нефтяной пленкой, переливавшейся всеми цветами радуги. Вода впитывалась в кучи пепла, покрывающие развалины толстым слоем, превращая его хлопья в липкую радиоактивную грязь, что бежала между кучами кирпичей и ломанных бетонных плит селевыми потоками.

Я медленно брел, пытаясь найти знакомые очертания среди остовов зданий с жуткими черными негативами человеческих силуэтов на уцелевших огрызках бетонных стен. Вот из очередной кучи кирпича с лохмотьями облицовочного сайдинга выглянула частично обгоревшая вывеска парикмахерской. Лицо, украшавшей вывеску, рыжей кудрявой девицы сгорело, но знакомые локоны сохранились, как и часть надписи на синем фоне: «еди». Сердце застучало барабанной дробью и резко сжалось, словно испуганная птица. Осталось пройти пару пятиэтажек хрущевок и свернуть на небольшую алею, за которой будет мой дом.

Хрущевки оказались прочней новостроек. Первые полуобвалившиеся этажи уцелели, выдержав ударную волну и почернев от запредельных температур. Многочисленные оспины от снарядов и оплывшие воронки попаданий плазменных сгустков говорили о том, что до применения ядерного удара, здесь шли тяжелые бои. Закопченные, выгоревшие остовы танков и БТРов, неподвижно замершие среди жилых домов, остались немыми свидетелями творившегося здесь ада. Инсекты – не тот враг, с которым ведут переговоры, и люди дрались за каждый метр, без малейшей надежды на победу, стараясь лишь как можно дороже разменять собственную жизнь и дать лишнюю минуту эвакуирующимся женщинам и детям. С учетом разницы в технологиях, сотня человек на тяжелого штурмовика – вполне приемлемо, тысяча на десантный бот – просто подвиг.

Когда силы защитников окончательно иссякли, был нанесен ядерный удар, уничтоживший город вместе с захватчиками и, не успевших эвакуироваться, жителями. Этот трудный шаг дал людям быструю смерть, вместо участи быть заживо переработанными в биореакторах инкубаторов роя. Подобное радикальное решение было единственной возможностью нанести десанту чувствительный урон и хоть как-то замедлить продвижение захватчиков.

Алею я узнал с трудом. Черные, перекрученные и исковерканные деревья напоминали скелеты фантастических чудовищ и, казалось, шептали со всех сторон:

– Где ты был, Леша!!!

– Почему ты не пришел раньше?

– Видишь под ногами белеют детские кости, у них был шанс! Но ты опоздал!!!

Зажимая руками уши, я рванулся по дорожке. раскидывая ботинками ПБСа комья липкой грязи. Двести метров дались тяжело, ненавистный шепот проникал в самую душу, лишая сил, и приносил практически физическую боль, вбивая каждое слово в мозг, словно гвозди в крышку моего гроба.

Вырвавшись из аллеи, я увидел наш дом. Двухэтажный барак из красного кирпича еще царской постройки устоял. Лишился крыши и зиял дырами на месте вырванных стеклопакетов, но не обрушился, погребая под собой жителей. Подъездную дверь, сваренную Колькой Никифоровым по просьбе тети Шуры, скрутило в трубочку. Толстая сталь не выдержала запредельных температур.

Аккуратно ступая, подымаюсь по бетонным ступеням. Под ботинками хрустит облицовочная плитка и вездесущие кости. Стараюсь не смотреть под ноги, но все равно упираюсь взглядом в белеющий на площадке второго этажа детский череп в непонятно как уцелевшей капитанской бескозырке, так любимой соседским Сережкой.

В голове вновь раздается шепот:

– Дядя Леша, за что?

В моей душе разворачивают крылья тоска и совесть. Словно черные вороны, они набрасываются на ошметки моей души. Стиснув зубы до хруста, иду дальше, осторожно минуя площадку. Третий этаж, знакомая дверь на распашку. Срываюсь с места, не понятно, на что надеясь. Влетаю в зал и падаю на колени. Кричать нет сил. Грудь сжали тиски тоски и боли. Замерев, смотрю на отпечатавшийся на светлых обоях негатив, оставленный от людей выбросом жесткого излучения. Словно черно-белое фото, на котором женщина укрывает собой мальчишку. Сквозь сковавший тело спазм прорывается сиплы хрип…

Резко сев на кровать, все еще хриплю в тщетных попытках вдохнуть и смахнуть застывшую перед глазами картинку очередного кошмара. Рядом заворочались во сне девушки, потревоженные мной. Аккуратно сполз с кровати, стараясь не разбудить их неловким движением. Невольно задержал взгляд, картина радовала глаз. Жгучая брюнетка Кетана с кокетливыми кошачьими ушками и идеальными формами, мечта японских озабоченных школьников, и огненно-рыжая Лиска с фигурой инструктора по Pole dance и пышным рыжим хвостом, выглядывающем из-под сбившейся простыни, этой ночью пытались помочь мне забыть навалившееся горе. И если начало романтического ужина, устроенного девчонками и плавно перетекшего в попойку с грязными танцами, я помнил отчетливо, то вот картины происходящего ночью были отрывочными и не очень четкими. Но не беда, при желании нейросеть воспроизведет все происходившие и утраченное в алкогольном угаре. Еще раз окинув взглядом обтянутые тонкой простыней соблазнительные женские изгибы, одернул заворочавшегося внутри самца и потопал в санузел.

Попытка заказать кофе в пищевом синтезаторе провалилась, и я выругался. За годы, проведенные в содружестве, настолько привык к высокотехнологичным бытовым мелочам, что сейчас на земле их отсутствие вызывало легкое раздражение. Ткнув на кухне чайник, потопал босыми пятками в душ. Встав под тугие горячие струи, облегченно вздохнул и закрыл глаза. Тяжелое похмелье накладывалось на камень, вновь вынырнувшего из глубины души горя. Сжав зубы, попытался прогнать тяжелые мысли и отвлечься. Зацепился за настойчиво мигающую в правом верхнем углу обзора глифу, и она услужливо развернулась сообщением нейросети:

Зафиксировано токсическое отравление организма носителя!

Произвести очистку организма?

«ДА» «НЕТ»

Не задумываясь жму да.

– Мляяяяяяяяяяяяяя!!! – выдавливаю из себя сквозь рвотные спазмы.

После очистки моей тушки от продуктов полураспада этилового спирта пришлось не только усиленно тереться вехоткой, но и приводить в порядок душевую кабину.

Замотавшись в махровый халат, вышел на кухню. Девчонки были уже тут. Кетана уплетала полюбившиеся ей булочки с маком, а Лиска готовила кофе.

– Доброе утро, Леша, – пробурчала Кетана с набитым ртом на русском с небольшим акцентом.

Ее голосовые связки еще не привыкли к звукам русского языка, но девушка быстро училась и с каждым разом говорила все лучше.

– Тебе кофе с молоком? – спросила Лиска.

– Да, и одну ложку сахара, – ответил я, усаживаясь за стол и хватая бутерброд с тарелки.

Как же я скучал по обычной земной еде. Усиленно работая челюстями, я наблюдал за девушками. Обе пытались делать вид, что в произошедшем между нами ночью нет ничего необычного, но все же чувствовалась неловкость ситуации. По крайней мере, Кетана точно была не в своей тарелке. Наши отношения проходили стадию притирания. В матриархате женщины доминировали в отношениях полов, и это вызывало определенные трудности. Я безжалостно пресекал ее попытки подливать в голос приказные интонации, и это иногда вызывало у моей доене культурный шок. Сегодняшняя же ночь окончательно рвала шаблон. Нет, сплотки довольно либеральны в сексе, и провести ночь с несколькими партнерами не считается у них выходящим за грани приличия, но эти партнеры – мужчины. И то, что случилось, выбило мою доене из колеи, ее попытки осознать свое место в мире явственно читались сквозь слегка наигранную улыбку.

Лиску же откровенно забавляла ситуация и душевные терзания воительницы. Гордая глава боевого клана ночью была поставлена в неудобную позу в прямом и переносном смысле. Рыжая сыграла тут не последнюю роль и сейчас украдкой наблюдала за Кетаной с довольно хитрой ухмылкой.

Дожевав последний бутерброд и отхлебнув горячий кофе, я спросил:

– Как там Владимир Владимирович?

– Нормально. Нейросеть встала штатно, – ответила Лиска, грея ладошки о бока пузатой чашки с горячим чаем, – сейчас заканчивает изучение первого пакета баз знаний под медикаментозным разгоном и параллельно проходит процедуру омоложения.

– А ласты не склеит? – спросил я, – Ведь немолод уже для подобных нагрузок.

Владея медицинскими базами широкой номенклатуры, я прекрасно знал, что подобные медикаментозные и интеллектуальные нагрузки опасны. Нет, регенератор не даст организму погибнуть, но вот мозг может не справиться с нагрузками. И получим мы вместо президента остатков человечества, помолодевшего лет до тридцати, овоща.

– Да, предупреждали мы с Сашкой его о возможных последствиях, – фыркнула рыжая помощница, – но этот вредный старикашка уперся, как Нурский Култ, и твердит одно и то же: «Нет у меня времени по больничкам валяться и пилюли кушать»!

Я ухмыльнулся. Да характер президента России знали в мире многие, и с возрастом мягче он не стал. Из этого человека можно гвозди делать.

– А что у нас с зачисткой поверхности?

Признаться в последнее время я немного выпал из обоймы и поэтому сейчас задавал подобные вопросы.

– Зачистка солнечной системы от остатков москитного флота роя завершена, – ответила Кетана, – на поверхности операция вошла в завершающую стадию. Системы ПКО, развернутые на поверхности, и оба инкубатора уничтожены орбитальными ударами. Добиваем разрозненные отряды инсектов на африканском континенте и в северной Америке.

Основная работа по зачистке поверхности выпала на долю космодесантников клана, и руководство ими осуществляла Кетана, как и все руководство сплотами. Командовать кучей баб с кошачьими ушами, мохнатыми хвостами и стальными яйцами, нет уж, увольте. Кетана раньше не плохо справлялась, так зачем же лезть в исправно работающий механизм. Я не жаждал власти и с удовольствием делегировал ее бремя на своих ближников.

Иван, с молчаливого согласия Владир Владимировича, незаметно занял должность командующего остатками ВС РФ, подвинув местных генералов. Они сильно и не сопротивлялись. Все карьеристы и блатные детки как-то закончились за время боев с инопланетными захватчиками, а выжившие офицеры были вполне адекватны и с удовольствием признали главенство более компетентного в реалиях высокотехнологичной войны человека. И сейчас занимали очередь в мед блоки немногочисленных кораблей эскадры для установки нейросетей и получения необходимых баз знаний.

Сашка взял шефство над научниками и пропадал на Луне. У парня прорезалось влечение к истории и археологии. Лунная база роя была организованна в тоннелях, построенных задолго до появления Архов в солнечной системе, да и сам спутник, судя по химическому составу, формировался не на орбите Земли. Скорее, среди колец Сатурна или Урана. Кто ее притащил к планете и стабилизировал на орбите – непонятно, но следы добычи полезных ископаемых под поверхностью спутника присутствуют. Земля явно подверглась терраформированию, но вот кто, когда и зачем его проводил, остается загадкой. Этой самой загадкой Сашка и увлекся, с остервенением фанатика и скрупулезностью искина.

Лиска же выполняла функции моего секретаря, советника и министра экономики новоявленной Российской империи, куда я отеческим пинком загнал весь состав клана «Восходящей звезды» и остатки человечества.

Кетана дожевала свою булочку и произнесла:

– Так, я в душ и на совещание штаба. Леша, дорогой, не забудь, сегодня активация портала. Тебя ждут на Варяге.

В ее голосе проскользнули упрекающие нотки, и они были справедливы. После того как стало ясно, что среди выживших нет моей семьи, я слетел с резьбы. Отключив сеть и приказав Кору некого не подпускать к моим дверям на расстояние выстрела, ушел в жесткий запой, отключив фильтры нейросети.

Как только зазвучали звуки падающей воды из ванной комнаты, Лиска присела на против и посмотрела мне прямо в глаза.

– Леша, вижу очнулся, слава богу, а то я начала волноваться. Поверь, я сочувствую твоей утрате, но нужно жить дальше. Слишком много судеб зависит от тебя, и ты не имеешь морального права опускать руки.

Она сделала паузу, а потом, озорно улыбнувшись и махнув рыжим хвостом, резко сменила тему:

– Знаешь, а мне понравилось ночью! Да и твоей доене тоже, хоть она в этом и не признается. Нужно будет повторить, – она провела ноготками по моей небритой щеке, – ладно, Леша, вижу очухался, я тоже побегу, дел невпроворот, да и тебе сейчас лучше побыть одному и собраться с мыслями.

Когда за девчонками захлопнулась дверь, я налил новую кружку кофе и прикурил сигарету. Еще одна земная радость. Благодаря технологиям Содружества никотиновая зависимость мне теперь не грозит, и курение превратилось в приятный ритуал. Встав у окна, всмотрелся в серую хмарь Новосибирских улиц.

Прерванные мысли вернулись в прежнее русло. Всем, кто получал нейросети на земле, автоматически прописывалось гражданство звездной Российской империи, и это не обсуждалось, хотя попытки были. Не всем понравилось мое нововведение. На третий день моего траурного запоя под окнами выделенной мне квартиры на четвертом этаже новостройки в центре Новосибирска, собрался митинг беженцев из гейропы и США. Вопли толпы с цветными плакатами под моим окном жестко резонировали болью в похмельной голове. Мое требование свалить из-под моих окон, высказанное в крайне нецензурной форме, толпа проигнорировала. Не смотря на острое желание, палить из плазмогана с балкона я не стал, а решил выслушать страждущих моего внимания активистов либирастических ценностей. Плакаты и выкрики как бы намекали.

Тройка обшарпанных, но все еще сохранивших холенные рожи мужиков и одна некрасивая баба, были допущены до комиссарского тела. Выслушав их десятиминутную пламенную речь в защиту прав и свобод граждан цивилизованного западного общества, незыблемости демократии и неприемлемости автократических порядков в формирующемся государстве. Требования о проведении свободных выборов в органы власти и соблюдении их права на независимость путем выделения участков территории на подконтрольных мне планетах, и гарантии суверенитета этих самых территорий. Сказать, что я охренел от такой наглости, значит ничего не сказать!

Окончательно потеряв душевное равновесие, я лично спустил делегацию с лестницы, не делая различий по гендерному признаку, щедро раздавая пинки и подзатыльники. А замершему у двери Кору, наблюдавшему за экзекуцией с невозмутимостью египетского сфинкса, приказал разогнать собравшееся под окном стадо. А при повторном появлении открывать огонь на поражение.

Всплывшая в голове картина удирающих в ужасе людей, пачкающих штаны под действием высокочастотного акустического резонатора, вызвала улыбку. Нет, мне ни капельки не стыдно, ибо – нефиг!

Глава 5

Кают-кампания Варяга сейчас представляла из себя террасу, вынесенную на внешнюю обшивку корабля. Белоснежные бортики и бесконечный космос над головой. Казалось, стоит оттолкнуться от пола, как тебя тут же подхватит ласковая невесомость и унесет к невыносимо яркому солнцу. Я умышленно пришел сюда раньше назначенного времени, чтобы насладиться этой красотой. Откинувшись на спинку мягкого дивана, смаковал из высокого бокала красное вино, борясь с желанием активировать ПБС под взглядом бесконечной пустоты.

Вино было настоящее крымское, а не суррогат, собранный на молекулярном уровне пищевым синтезатором. Да разницу не почувствовал бы даже самый лучший энолог, но мне казалось, что она есть. Двенадцать бутылок «Массандра Саперави» урожая 2020 г. – настоящий раритет по нынешним временам, презентовал мне Владимир Владимирович и это был достойный подарок. Почему? Ответ прост: нет больше Крыма и его виноградников. На месте полуострова сейчас бьется в судорогах штормов Атлантический океан, поглотивший Средиземное и Черное моря, и территорию Испании с Францией в придачу. География планеты претерпела радикальные изменения, и висящий справа постепенно отдаляющийся шар уже не был голубым. Слишком много черных и коричневых цветов исказило привычную с детства картинку.

Среди черноты космоса очертился овал яркого света, резанувший по глазам в полумраке кают-компании. Его заслонили тени, и в уютную тишину ворвался бас Ивана:

– Ну ты командир и сноб, – гоготнул он, переступая порог кают-компании, – сидишь и хлещешь коллекционное вино, а друзей не зовешь!

– Так друзья на то и друзья, чтобы приходить, когда их не звали, – парировал я, – здорова, Иван.

И встав с дивана, пожал его крепкую руку. Следом поздоровался с Сашей и Владимир Владимировичем, не забыв отметить изменение во внешности последнего. Сейчас он выглядел именно так как на портретах, что висели в кабинетах чиновников, когда я покидал Землю. Крепкий спортивный мужчина сорока лет с цепким взглядом НКВДешника и жесткими, но в то же время спокойными чертами лица.

Кетана и Лиска ограничились приветственными кивками и, сформировав из морф-пластика еще один диванчик, наполнили бокалы вином, не забыв уделить внимание вазе с персиками, принялись тихо беседовать, не влезая в мужской разговор. Моя помощница явно положительно влияет на мою доене. Я все реже замечаю в ней несгибаемую главу клана, и все чаще умопомрачительно красивую женщину, именно в человеческом понимании. Но стоит коснуться дел клана, и нежная кошечка превращалась в выкованного из стали кланового офицера, чему я был только рад. Общая стратегия – да, без проблем, но вот повседневная рутина, терабайты финансовых, материальных отчетов – да, боже упаси. Поэтому я с радостью свалил на нее управление хвостатыми. Им привычно, и мне проще.

– Владимир Владимирович, молодеете прям на глазах, – пошутил я, – почем нынче молодильные яблочки?

– Спасибо. Как говориться: «Вашими молитвами», а насчет молодильных яблочек, я в сомнениях, – ответил президент России с хитрым прищуром, – вы пока, Алексей, не озвучили цену.

– Ой, Владимир Владимирович! Вы же вроде питерский или все же затесались в родне Одесситы, – весело пробасил Иван, – мы к вам со всей душой, так сказать, а вы про деньги!

– Ой, Шура, не смешите мои тапочки!!! – спародировал президент знакомый любому русскому акцент, – бесплатный сыр бывает только в мышеловке и заметьте лишь для второй мышки. И чует мое старческое сердце инфарктными бляшками, заставите старика пахать в три смены за трудодни.

– ХА-ХА, – заржал Иван, чуть не выронив из рук драгоценную бутылку, – да, Владимир Владимирович, вы скажите! Хотя, наверное, вы правы, наш кэп может. Чуть что не так, сразу «Шагом марш» чистить взлетную палубу зубными щетка, а там сервисные дроиды. Они жутко обижаются, когда у них работу отбирают.

Мы расселись и подняли бокалы, и Владимир Владимирович предложил тост:

– Предлагаю выпить за начало космической эры человечества!!! – произнес он торжественно и продолжил грустно, провожая взглядом стремительно отдаляющийся шар планеты, – хотя далеко не так я представлял себе этот великий момент для человечества.

Мы молча выпили, каждый думая о своем. Ведь не только я всех потерял. Оператор систем защиты Варяга Олег также потерял всех. Сломленный горем, он не нашел в себе сил продолжать борьбу и скатился в алкогольную кому. Даже месть Архам не стала для него смыслом. Получив расчет, он решил остаться на Земле.

Нашему навигатору Артем Федоровичу отчасти повезло. Трое его внуков выжили и нашлись. Старшей внучке уже исполнилось двадцать пять, и она позаботилась об остальных. Сейчас они жили в пригороде Новосибирска, неожиданно для себя приобретя статус родственников национального героя и спасителя человечества. Владимир Владимирович лично пообещал проконтролировать, чтобы они ни в чем не нуждались. И в его словах сомневаться не приходилось.

Начальник тех службы крейсера Родион нашел свою супругу, которая сейчас находилась на борту. Они решили перебраться на Эдем и обосноваться там, начав все с нуля.

Родня Федора числилась в списках пропавших без вести. Он остался на Земле и записался ряды поисковиков сталкеров, что совершали рейды в зараженные пустоши в поисках выживших. Что ж, я принял его выбор и передал ему четыре десантных бота с полными десантными секциями отлично себя зарекомендовавших БРК «Генезис», плюс полный набор необходимого оборудования. Мед капсулы, регенераторы, генераторы стационарных силовых куполов и еще кучу всего, что необходимо для работы в условиях зоны радиоактивного заражения и борьбы с разрозненными остатками десанта роя. Да шансы на спасение родственников именно Федора минорны и призрачны, но в пустошах достаточно выживших, ждущих помощи.

Наша учительница со своим выводком сейчас организовывает работу школы-интерната для детей сирот людей и сплотов в самом сердце зарождающейся столицы, воскресшей из пепла Российской империи на поверхности Эдема. Планета не желала терпеть пришельцев и, покрывающие ее поверхность, джунгли, наполненные жуткими тварями, неохотно отступавших под натиском БРК и закованных в техно броню десантников сплотов. Для захвата плацдарма под аванпост пришлось их выжигать огнем с орбиты.

– И все же, Алексей, позвольте узнать: какую роль вы приготовили для меня? – повторил свой вопрос Владимир Владимирович, вырвав меня из размышлений, – я прожил долгую жизнь и в альтруизм давно не верю. Не поймите превратно, я прекрасно осознаю сложившийся расклад сил и хотелось бы узнать ваши планы. Впервые в истории вся полнота власти на нашей планете сосредоточена в одних руках, и нет сил способных что противопоставить. Это дает человечеству шанс и в тоже время вызывает определенные опасения.

– Не беспокойтесь! – произнес я, пряча улыбку за бокалом и делая глоток, – я не планирую становиться кровавым диктатором. Мне вполне хватает мозгов понять, что я отличный пилот, неплохой боец и, смею надеяться, хороший капитан тяжелого крейсера. Правитель же из меня, как из говна пуля, по крайней мере на данный момент. Составленный моей доене список баз знаний для изучения вселяет ужас. От всех этих: «Экономика звездных систем», «Политология», «Ксенология» и «Дипломатия» у меня челюсти сводит до зубного скрежета. А уж времени на их изучение мне потребуется не один год. Поэтому мне и нужны люди способные помочь справиться с взваленной на плечи ношей. Как говориться: короля делает его свита.

Я сделал паузу и взглянул на приближающиеся кольца Сатурна. Потрясающие зрелище, космос никогда не престанет меня впечатлять. Наши головастики во главе с Сашкой рассчитали оптимальную точку активации ноль-туннеля, расположенную между орбитами Сатурна и Юпитера. Гравитационные поля этих гигантов ослабляют саму метрику пространства и т.д. и т.п. Честно признаться, из сбивчивого объяснения парня я мало что понял.

– Я хочу объединить под одной крышей две совершенно разные ветви человечества, – продолжил я, – и вполне осознаю всю сложность этой задачи. Так что, Владимир Владимирович, даже не надейтесь уйти на заслуженную пенсию. Главе Совета министров покой может только сниться.

Да, я в нем не ошибся, удивить этого политического зубра у меня не получилось. Похоже он ждал именно чего-то подобного. А вот он меня смог, мгновенно вычислив точку напряжения в моих планах.

– Согласен, – ответил он, почти не раздумывая, – только позвольте уточнить? Кетана Нетмур будет фактическим главой сплотов, – это понятно, но ее статус в бедующем правительстве?

Я улыбнулся, взглянув на мою доене, что-то тихо обсуждающую с рыжей помощницей и не забывающую следить за нашим разговором. Мы с ней не обсуждали этот момент, я демонстративно уклонялся от темы. Так что ее ждал сюрприз.

– Императрица, Владимир Владимирович, императрица! Не напрягайтесь так, я верю вы найдете общий язык.

Брови Кетаны поползли в вверх, вставая домиком. По законам матриархата я только что признал ее равным партнером и дал ей право бросить мне вызов и вернуть утраченный статус. Ураган эмоций, я откровенно наслаждался моментом.

– Значит монархия!!! – протянул он задумчиво, вновь привлекая мое внимание.

– Да, Владимир Владимирович, абсолютная монархия и никак иначе, по крайней мере, в первое время. Времена нынче тяжелые, да и все эти дермократии, шмарократии – одна лишь иллюзия. Вам ли не знать! Они служат лишь для того, чтобы размазать ответственность по безликому стаду и скрыть истинных кукловодов, правящих жесткой рукой. Я же не боюсь ответственности и не желаю прятаться за спинами безликой чиновничьей братией.

– Похвально. Похвально, молодой человек. Не буду скрывать, у меня немного иное мнение, но лишь о способах, а не целях. Хорошо, принимается, я согласен.

– Виват Императору!!! – проорал Иван, вскочив со своего места и подняв бокал.

Со всех сторон раздалось дружное: «Виват, Виват»!!!

Глава 6

Система Серена Иридана, граница человеческого сектора и центральных миров Содружества.

Огромное веретено центрального корпуса орбитальной крепости медленно вращалось в космической пустоте. Отходящие от него спицы четырех поясов, вращающихся на противоходе, напоминали тележное колесо. Километры технических конструкций, миллионы тон композитных материалов, сотни орудий способных исторгнуть на врага тераватты энергии в едином залпе, укрытых силовыми щитами способными выдержать десяток залпов «Орудия судного дня», что раскалывает луны и малые планетоиды как гнилые орехи. Орбитальная крепость «Карающая длань императора», квинтэссенция научных достижений еще совсем недавно бывшей великой Арварской империи.

Крепость медленно плыла по орбите голубой планеты. Элете-прайм, жемчужины человеческого сектора обитания с индексом обитаемости А+++. Превращенная волей династии в настоящий рай для приближенных аристократов и членов императорской фамилии. Прекрасные голубые лагуны с ажурными дворцами и прекрасными рабынями, собранными с бескрайних просторов империи, манили всех без исключения: от сопливых мальчишек из трущоб промышленных районов до уважаемых гардиев провинциальных секторов.

На игольном острие центрального шпиля крепости, скрестив руки на груди, стоял человек, устремивший свой взгляд в кружево белых облаков, проплывавших под ногами планеты. Его широкие плечи обтягивала тонкая ткань черного комбинезона, а алый плащ, словно живой, плыл в пустоте. Он крепился к плечам золотыми эполетами, скрывавшими под ювелирной красотой эмиттеры личного силового щита, тонкая пленка которого отделяла хрупкого человека от смертельного холода открытого космоса.

Стоя среди бескрайней черноты, он размышлял. Именно здесь на вершине в вязкой абсолютной тишине вакуума его мысли приобретали кристальную чистоту и ясность. Именно эта ясность была нужна ему как никогда. Острое ощущение надвигающейся катастрофы не покидало его уже несколько дней, и причину подобного беспокойства он не мог понять. Череда поражений и катастроф поистине космического масштаба повергли империю в хаос и анархию. Рой пожрал великую державу менее чем за год. Жертвы исчислялись сотнями миллиардов разумных. Казалось куда уже хуже, но противное, сосущее чувство не отпускало его.

Мигнул индикатор входящего вызова от личного адъютанта. Не довольно сморщившись, он активировал соединение. В голове раздался приятный, но от того еще более раздражающий голос молодого смазливого аристо, навязанного ему одним из протекторов в обмен на десяток легких крейсеров далеко не последних поколений. И ему приходилось терпеть этого тупого ублюдка способного только сладко орать по ночам, каждый боевой корабль сейчас бесценен. Человеческая цивилизация на грани полного уничтожения, а эти дворцовые приживалы продолжают играть в свои игры. Но ничего, если боги пустоты не отвернуться, у него еще будет время размазать их в кровавую слизь.

Адъютант тем временем сообщил:

– Господин Командующий прибыл гросс-адмирал Лииримий Ксиулис Тао.

– Хорошо проводи его в мою каюту. Буду через пару минут.

Дверь каюты бесшумно ушла в сторону, и он вошел. В гостиной, развалившись на кресле, сидел гросс-адмирал с привычно надменно-брезгливым выражением лица. Вся поза ушастого ублюдка выражала превосходство и призрение к хозяину помещения. На небольшом столике справа стоял бокал на тонкой ножке из гренуского горного хрусталя, наполненный искрящейся изумрудной жидкостью. Это был «Глич» из его личных запасов. Захотелось схватить этого напыщенного аграфского курсака за горло и лично выбросить его в шлюз. Планета Сирим в системе Листум, где производили это прекрасное вино, месяц назад была превращена роем в лишенный биологической жизни каменный шар. Ее аборигены унесли с собой в могилу секрет производства этого напитка, и две бутылке в его личном баре, возможно, были последними во всей вселенной, а он хлещет его, словно дешевое пиво.

Справившись с эмоциями и сумев не проявить своего раздражения, он опустился в кресло на против гостя и произнес:

– Приветствую, гросс-адмирал Тао, и пусть боги пустоты будут благосклонны к вам! Что привело вас ко мне?

Намерено сократив полное имя аграфа, ему удалось добиться желаемого эффекта. На мгновение промелькнувшая в глазах собеседника ненависть стала наградой. Еще недавно, за подобное оскорбление старший потребовал бы от императора казнить неучтивого наглеца, но времена изменились. Нет ни императора, ни империи, а ушастым выкормышам самки плешивого ксурса приходится терпеть и считаться с его мнением. Кто бы мог подумать! Что он, бывший еще семь месяцев назад всего лишь капитаном тяжелого крейсера, будет кидать в лицо не прикрытые оскорбления гросс-адмиралу Аграфской империи.

Мысленно улыбнувшись, он состроил на лице гримасу раздраженного нетерпения и посмотрел на гостя.

– Господин Командующий объединенным флотом человечества, Император желает знать, когда вы планируете начать запланированную нами операцию? – процедил гросс-адмирал, словно выплевывая каждое слово ему в лицо.

Он молчал. А что тут ответишь. Да план контрнаступления давно разработан, просчитан и разобран до последней цифры. Стоит отдать команду и флот, собранный им по крупицам из остатков «непобедимых» эскадр империи и федерации, ринется в победоносный поход. Освобождая систему за системой от выдохшихся сил архов. Так говорили хором все аналитики, но вот его шрам на груди тянуло ноющей болью при одной лишь мысли о предстоящей операции, и это не сулило ничего хорошего. Сотни проведенных схваток позволили ему выработать звериное чутье на неприятности, ни раз и ни два спасавшее ему жизнь. И это чутье говорило, что он сует голову в задницу, и глубина предстоящей жопы просто колоссальна. Но чуйку к планам не пришьешь и файлом не отправишь. Ближайшие офицеры, с которыми он прошел огонь и смерть, прислушаются и поймут, а вот проклятые старшие решат, что он свихнулся, и быстро устранят неудобную фигуру.

Эти напыщенные ублюдки бояться повторить судьбу сплотов, практически стертых с лица галактики роем. Как же, впервые за тысячи лет их чистая кровь полилась кровавыми реками. Дварфы потеряли уже десяток систем, аграфы два полноценных флота, но остановили продвижение инсектов. Теперь же они хотят добить зверя, не дав ему восстановиться и перегруппироваться, и это правильно, но на острие атаки они гонят людей, прикрываясь ими как живым щитом. Если аналитики не врут, то шансы есть, но цена для человечества будет слишком высока. Человеческий флот, собранный из прошедших ускоренный ремонт кораблей и рухляди наемников, остатков флотов корпораций и переоборудованных транспортов, будет нести колоссальные потери, а старшие добивать подранков и купаться в лучах славы победителей. А еще это чувство надвигающейся катастрофы, сжимающее горло невидимой удавкой.

Пауза затягивалась, и гросс-адмирал ждал ответа, нетерпеливо барабаня кончиками пальцев с ухоженными ногтями по коктейльному столику. Но отвечать не пришлось, взвыли баззеры боевой тревоги. Мгновенно забыв о аграфе, он нырнул в тактическую сеть соединения.

– Доклад!!! – проревел командующий в командную сеть.

Тактик штаба соединения затараторил в ответ:

– Зафиксировано двенадцать точек выхода из гиперпространства. Активация минных объемов в секторах: 6-27, 6-13, 6-23, 5-34 и 3-21.

– Поражение кораблей противника не зафиксировано.

– Начато опознавание целей.

– Цели не опознаны. Отсутствуют в каталогах. Начата примерная классификация.

– Вывожу результаты на тактическую схему.

Он устало и обреченно опустился обратно в кресло. Гросс-адмирал испарился не попрощавшись. Беда, предчувствие которой его беспокоило, ударом кованого ботинка распахнула его двери. На тактической схеме горели отметки двенадцати неопознанных кораблей, по своим характеристикам отнесенных тактическим искином к типу «Титан» по классификации Содружества. Ну а следом вынырнула свита, и тактическая схема расцвела тысячами вполне узнаваемых отметок. Линкоры, кэрриеры, тяжелые и легкие крейсера роя были привычны и вполне узнаваемы, но все это не важно. Аналитики ошиблись в оценке потенциала Архов. Рой не выдохся, а лишь готовил решающий удар и нанес его с ювелирной точностью. Система Серена Иридана – бутылочное горлышко, открывающее путь к центральным мирам Содружества.

Спустя шесть часов он вновь стоял на вершине «Карающей длани императора» в тишине космического вакуума. Умирающая крепость сошла с орбиты и, оставляя за собой длинный шлейф обломков, беззвучно падала в гравитационный колодец. Внизу умирала планета, облепленная десантными транспортами роя, рассыпающими на ее поверхность грозди десантных ботов, безнаказанно вспарывающих небо реактивными струями маршевых движков. Зеленые пятна разбросанных в бескрайнем океане тропических островов с замаскированными системами планетарной ПКО вспухли огромными грибами термоядерных взрывов, порождающих концентрические круги разбегающихся цунами. Шесть городов мегаполисов на двух материках чадили черными шлейфами пожаров, что рисовали чернильные разводы в пока еще голубой атмосфере.

Планета умирала, а вместе с ней и остатки человечества. Да, они понимали, что отступать больше некуда и дрались с остервенением загнанного в угол зверя, не обращая внимания на удирающий флот ушастых ублюдков. Количество подвигов на кубометр космического пространства превысило все мыслимые пределы. Остовы двух вражеских титанов, все еще терзаемых внутренними взрывами, были тому подтверждением, но некому будет рассказать потомкам о их жертве. История человеческой цивилизации закончилась, и лишь мрачные руины на безжизненных планетах останутся немыми свидетелями ее былого величия.

– Не мы первые и не мы последние!!! – прошептал Абу Грей, последний гросс-адмирал Арварской империи.

Глава 7

В кают-кампании наконец-то наступила тишина, эмоции угасли, и друзья успокоились. Все разговоры стихли, вниманием собравшихся завладела картина бескрайних колец Сатурна. Миллиарды ледяных осколков ловили своими гранями солнечные лучи. Свет преломлялся под причудливыми углами, раскрашивая астероидный пояс тысячами оттенков полного круга цветового спектра. Величественное и по-своему уникальное зрелище. Бескрайний калейдоскоп, завораживающий и гипнотизирующий наблюдателя.

Варяг приближался к заданной точке, а у меня в душе нарастало чувство тревоги. Связи с Эдемом не было, слишком далеко расположена Солнечная система от зоны обитаемого космоса и ее сети ретрансляторов. Червоточина, позволившая сократить наш путь до Земли на годы, имела период стабилизации в несколько месяцев и довольно низкую энергетическую емкость. Это и спасло нашу планету от тотального истребления. Архи просто не смогли протащить через нее крупные силы, а ведь еще нужны были транспорты для вывоза биомассы. Их размеры и масса дестабилизировали не самую крупную по космическим меркам аномалию. Кротовая нора сворачивалась, и приходилось ждать нового периода стабилизации.

По той же причине наши силы были столь не многочисленны. В результате, зачистка Солнечной системы от остатков москитного флота роя затянулась почти на месяц. Модуль гиперпространственного тоннеля активировать при наличии противника в системе было слишком рискованно. Технологии древних безупречны. Модуль при активации проваливается в изнанку пространства и становится не уязвим в объективной реальности, но в момент непосредственной активации он превращается в удобную мишень даже для аэрокосмического истребителя. Область активации довольно обширна, и любые материальные объекты в этой области при формировании тоннеля неизбежно будут затянуты в изнанку пространства с самыми печальными последствиями. Блокировать же необходимый пространственный объем имеющимися силами с полным перекрытием всех возможных векторов атаки было невозможно, и активацию пришлось отложить до полной очистки системы.

– Капитан! Мы в заданной точке пространства, требуется ваше присутствие на стартовом столе палубы С-7, – сообщил по командной сети вахтенный офицер.

– Спасибо. Я понял сейчас буду, – ответил я и обратился к друзьям, – мы на точке, мне необходимо начать активацию.

Собравшиеся понимающе кивнули, даже Владимир Владимирович, хоть он и был далек от заморочек с артефактами Джоре.

– Я скоро вернусь, а вы пока присмотрите за Иваном, а то он выхлебает все вино.

– Командир, обижаешь… – пробасил здоровяк.

Под веселую перепалку друзей я покинул кают-кампанию и спустя пять минут был на стартовом столе палубы С-7. Здесь, в метре от пола, висел грузовой дрон надежно зафиксированный гравизахватами. Безногий стальной краб держал в клешнях матово-черный конус модуля. Плавные, геометрически идеально правильные обводы, он словно состоял из концентрированного мрака и не принадлежал этой реальности. Приблизившись, я приложил ладонь к прохладной поверхности, перед глазами выскочило техническое меню прибора. Ввел команду на отложенную активацию и выставил таймер на пятнадцать минут. Этого времени дрону хватит, чтобы доставить груз в заданную точку и вернуться на борт. Стоило отойти на безопасное расстояние, как гравитационная катапульта выплюнула дрона сквозь стартовую шахту, а я поспешил вернуться в кают-компанию. Нет, я не переживал за сохранность вина, просто не хотелось пропустить представление, зрелище обещало быть захватывающим.

И я оказался прав. Короткая вспышка, и в черноте космоса открылся белесо-серый глаз с антрацитовым зрачком, по своим размерам не уступающий Луне. По пространству пробежала рябь, словно круги на воде от брошенного детской рукой камешка. Вселенная сопротивлялась столь грубому вмешательству в свои законы, но гений древних оказался сильнее, и активация прошла штатно.

Еще через десяток секунд сквозь стабилизировавшийся портал вывалился тяжелый крейсер «Месть стаи». Корпус корабля содрогался от внутренних взрывов, выворачивающих балки несущего каркаса, словно сломанные ребра, и извергая в вакуум гейзеры пламени и газов. Правый пилон маршевого двигателя был разворочен попаданием чего-то тяжелого, торпеды или орудия главного калибра линкора. В носовой части зияли дыры не меньшего диаметра.

По Варягу разнеся вой боевой тревоги. Кетана вскочила со своего места, на бледном лице губы вытянулись в плотную нитку. Отсутствие связи знатно потрепало всем нервы, а тут такое. Но ступор и удивление прошли практически мгновенно, все же мы прошли вместе не одну схватку. Народ рванул по каютам, чтобы облачиться в ПБС и занять места согласно боевому расписанию. Мне же никуда не нужно было бежать, мысленная команда и поверх комбинезона растеклась жидкая броня Джоре. Единственным кто сейчас остался не удел был Владимир Владимирович, я обратился к нему:

– Владимир Владимирович, это не ваш бой. На палубе В-2 ваз ждет шаттл, отправляйтесь на землю и ждите новостей.

В кают-кампанию вкатилась пятерка матовых стальных шаров БРК «Генезис».

– Эти стальные парни вас проводят и останутся рядом, коды доступа я сбросил на сеть. Вы нужны людям так что берегите себя.

Он взглянул мне в глаза и произнес спокойно и как-то буднично:

– Леш, вы там тоже держитесь, отступать некуда, за вами Земля! – развернулся и пошел к выходу, окружённый боевыми сервами с нервно подрагивающими оружейными модулями.

Уже на бегу к рубке корабля, я разразился градом команд, деля небольшую эскадру на две группы. Носитель и два тяжелых крейсера, висевших на орбите земли, при поддержке четырех эсминцев шли на форсаже к Варягу. Остальные спешно собирали экипажи, отпущенные на планету, и готовились блокировать портал, чтобы не допустить прорыва противника в солнечную систему. Да, один тяжелый, два легких крейсера и десяток кораблей малых классов не великие силы, но и оставить Землю совсем без защиты, я не мог. В районе аномалии мы успели поработать, засеяв подходы минными объемами и установив все имеющиеся в наличии оружейные платформы, да и период стабилизации наступит не скоро. По крайней мере так утверждали наши умники от науки. С этой стороны можно не ждать неприятностей, но открытый портал, если мы не справимся на той стороне, станет окончательным приговором человечеству.

Есть и хорошие новости. Активировав второй модуль и запустив работу туннеля ноль перехода, я получил права супер-администратора. Находясь в одной из двух конечных систем тоннеля, я могу его закрыть. Но всегда есть подвох. Артефакт одноразовый и найти еще один у нас вряд ли получится. Солнечная система вновь окажется в почти полной изоляции, а рой не позволит нам даже приблизиться к аномалии и, в конечном итоге, доведет начатое до конца. Человечество, и я в том числе, слишком много потеряло в, по сути, чужой войне. Костьми сука лягу, но не допущу этого. Рой дорого заплатит за мою семью.

С этими мыслями я вбежал в рубку Варяга. Перед глазами стоял отпечатавшийся на светлых обоях негатив жены, прикрывавшей собой сына. По лицу побежали скупые слезы, и хорошо, что глухое забрало шлема скрыло их от находящихся в помещении офицеров. Плачущий командир – это не то, что они хотели бы видеть перед тяжелым боем.

Еще на подходе с борта носителя стартовало звено истребителей и провалилось в зеркало портала. Не смотря на умоляющие глаза моей доене, бросаться в бой без разведки я не собирался. Потянулись долгие секунды ожидания. Спустя минуту из портала вынырнула потрепанная машина. Из четырех двигателей работал лишь один, корпус зиял пробоинами, пилот был мертв и на запросы не отвечал, но искин истребителя выполнил его последнюю команду и доставил добытые разведданные адресату.

Сплоты чем-то напоминали мне древних японцев. Зацикленные на бескомпромиссном кодексе чести война – своеобразном Бусидо, и такие же маниакально трудолюбивые. С момента прибытия в систему WX17/42-20 было сделано многое. Развернут гражданский орбитальный грузовой терминал, начаты работы по добыче рудных концентратов в астероидном поясе и их переработка. Две мобильные шахтерские матки грызли промерзшие астероиды круглые сутки. Развернута первая верфь на орбите планеты, и ремонт кораблей, получивших повреждения в сражении в системе Генопус, шел полным ходом. Смонтировали и вывели на орбиту первую из четырех орбитальную крепость.

И сейчас одна из двух вторгшихся в систему рейдовых эскадр роя обламывала зубы об эту самую крепость, и укрывавшиеся под ее щитами корабли клана. Артиллеристские батареи крепости не позволяли крейсерам архов приблизится к планете и нашему аванпосту на ее поверхности. Легкие же корабли насекомых выкашивались крейсерами и эсминцами, кружившими вокруг цитадели. Да, 90% процентов планеты было не защищено, и инсекты могли высадить на ее поверхность десант, но смысла в этом не было. Эдем имел крайне агрессивную флору и фауну, опасную не только для живой силы противника, но и даже для тяжелой техники. Нам удалось закрепиться на его поверхности лишь благодаря орбитальному удару, выжигая агрессивные джунгли плазменными сгустками. В общем, на орбите все было не так уж и плохо, и без серьезного подкрепления инсектам в этом направлении ничего не светило.

У портала же все было совсем наоборот. Два десятка кораблей клана, охранявших зону активации, сошлись в клинч со второй рейдовой эскадрой и несли потери. Плазменное оружие насекомых, малоэффективное на больших дистанциях, оказалось разрушительным на коротке, и вести бой по их правилам смерти подобно. Но хвостатые не умели отступать и дрались до конца, считая смерть в бою высшей наградой.

Оценив ситуацию, я отдал команду на выдвижение, и мы нырнули в зеркало ноль перехода.

Экраны на мгновение мигнули и расцвели бутонами вспышек и взрывов. На тактической схеме отобразились россыпи зеленых, красных и серых отметок. Нейросеть обрушила на мозг терабайты входящей со сканеров информации. Собачья свалка – по-другому и не назовешь. Противники буквально касались друг друга пленками силовых щитов, ведя огонь в упор прямой наводкой. Маркирую цели по очередности и приоритетности, по корпусу варяга проходит легкая вибрация. Мощные конденсаторы выплескивают гигаватты энергии, разгоняя снаряды с терраниумывыми сердечниками до пред световой скорости. Башни главного выплевывают смертоносный метал в подбрюшье тяжелого крейсера насекомых, удачно подставившегося под удар, проламывая броню и разрывая корпус на две части внутренней детонацией. Меня поглощает режим полного слияния, чувствую, как учащенно бьется сердце лейб-полковника Кауры Ривз, прокачивая по венам насыщенную адреналином кровь. Ее пушистый хвост слегка подрагивает от предвкушения схватки.

Эсминцы расходятся веером, стараясь разорвать дистанцию с тяжелыми кораблями противника. Их торпедные установки выплевываю стальные силуэты космических акул по кулдауну и сеют смерть среди гончих роя. Легким крейсерам с их тонкой броней достаточно парочки торпед для превращения в облако плазмы, но противник не дремлет. Хищные силуэты фрегатов с непривычной человеческому глазу формой, закладывая противозенитный маневр, вгрызаются в щиты эсминцев. Скупые логи сообщают о первых потерях в наших рядах.

Проходим, словно горячий нож сквозь масло, рассекая вцепившихся друг другу в глотки противников. Тяжелые крейсеры прикрывают выпускающий рой москитного флота носитель. Торпедоносцы под прикрытием звеньев истребителей рвутся к тяжелым кораблям архов. Изрядно потрепанный москитный флот и ПКО неспособны их остановить. Корпуса тяжелых крейсеров и двух линкоров покрыты оспинами попаданий. Турели ближней обороны в этих местах уничтожены, и умные торпеды этим пользуются, заходя на цели с векторов наименьшего противодействия. Один из линкоров вываливается из боя и, вращаясь словно детский волчок, ложится в неуправляемый дрейф. Два тяжелых крейсера вспухают бутонами плазмы от детонации реакторов. Результативность атаки торпедоносцев превзошла все мои ожидания.

Варяг вырвался из свалки и вышел на оперативный простор. Встав на орбиту в восемьсот километров от воображаемого центра схватки, открыл снайперский огонь из орудий главного калибра, стараясь не зацепить своих. На таком расстоянии время подлета снарядов минимальное, а скорость набрать они успевают практически максимальную. Средние же плазменные пушки в сложившейся ситуации использовать было нельзя. Слишком велико время подлета плазменного сгустка и расчетное упреждение, имелась большая вероятность зацепить своих в подобной мясорубке. Соваться же обратно в клинч не стоило, щиты корабля ушли в желтую зону. Искин зафиксировал несколько пробитий силового поля, но снаряды остановила броня, а потеря пары надстроек не критична.

Залп, и спустя мгновение в кормовой части тяжелого крейсера инсектов, что до этого момента азартно лупил по флагману оборонявшей портал эскадры, вспухает бутон взрывов. Одну из дюз маршевого двигателя вырывает с корнем. В вакуум устремляется облако кристаллизующихся газа и жидкости. Дестабилизация вектора тяги разворачивает корабль и закручивает вокруг собственной оси. Его жертва тут же разворачивается и открывает огонь из всех орудий, вспарывая броню и круша уцелевшие орудийные башни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.