Юлия Арниева
Счастье быть нужным

Пролог

Спроси у человека: «Что такое счастье?»

И ты узнаешь, чего ему больше всего не хватает.

С днём рождения, Виталина Юрьевна, сегодня тебе исполнилось сорок лет. Круглая дата. В такие даты, наверное, принято подводить итоги.

Сколько это – сорок лет – много или мало?

С одной стороны, я многого достигла: у меня хорошая должность, интересная работа, собственная квартира и все удовольствия жизни в виде отпуска туда, куда захочется и свободного времени для хобби и творчества. А с другой стороны, я одна. Конечно, у меня есть родители и родной братик с женой и племянником бандитской наружности. Но они за две с половиной тысячи километров от меня. Мы созваниваемся раз в неделю, два раза в год встречаемся. Но вечерами, приходя домой, я осознаю, что меня никто не ждёт, я никому не нужна. Нет, я не скажу, что я синий чулок, я была замужем, даже дважды.

Первый раз вышла замуж за однокурсника в двадцать лет. Виталик – замечательный парень: отзывчивый, добрый, рукастый. Выше меня на голову темноглазый брюнет с вечно торчащей вверх чёлкой и с потрясающе красивой улыбкой. Со временем этот парень стал импозантным мужчиной, с ним мы дружим до сих пор. Причина нашего расставания банальна – отсутствие детей. За девять лет совместной жизни, из которых семь лет мы провели в разных больницах и исследовательских центрах, мне так и не удалось забеременеть. Врачи разводили руками и не могли дать чёткого объяснения, почему не получается – оба здоровы, всё отлично. Но результата нет. На разводе настояла я, Виталий ещё год звонил, встречал меня у офиса, предлагал вновь жить вместе. Но я понимала, что рано или поздно любой мужчина захочет продолжения себя, тем более такой, как Виталий. Ещё спустя год он встретил Маю, и у них за последние семь лет родились три замечательных мальчика. При редких встречах я видела светящиеся глаза бывшего мужа и в такие моменты понимала, что поступила правильно тогда, когда настояла на разводе.

Второй муж – объелся груш. Внешне Сергей абсолютно противоположен тому типу мужчин, которые мне нравятся: блондин, со светло-голубыми глазами, светлыми ресницами и бровями, невысокого роста, крепкого телосложения. Два года не давал мне прохода: красиво ухаживал, каждый день встречал у офиса с цветами, провожал до дома, приглашал в кафе, рестораны, театры. В общем, взял меня своей настойчивостью. Я, не ханжа и считаю, что секс каждой женщине необходим для здоровья, но категорически против частой смены партнёров. Поэтому Сергей как постоянный мужчина меня вполне устраивал, и для этого необязательно было ставить штамп в паспорте. Но спустя год совместной жизни Сергей настоял на посещении загса – видите ли, мы «неправильно живём». Наверное, в тот период я немного размякла, потому что у меня до сих пор нет объяснений, как я могла согласиться на эту авантюру. И ведь далеко не наивная девочка! Но что случилось, то случилось. Будет мне уроком на будущее. А почему? Да потому, что спустя пять месяцев со дня регистрации брака я застукала его в моей квартире с девицей, и они точно не в шахматы играли на раздевание. Вышвырнув и её, и его вместе с вещами тут же подала на развод. Так этот олень безрогий ещё месяца три пытался высудить половину моего имущества. Вот что у людей в голове? А у меня что было?

В общем, с днём рождения меня, ещё один год прошёл. Целый год одиночества. Целый год, в котором каждый прожитый день похож на предыдущий.

Глава 1

И снова доброе утро. В левый глаз светит солнце из-за недозакрытой шторы на окне, с улицы доносится шум проезжающих машин и птичий гомон. К шуму машин я давно привыкла, а вот птицы в это утро решали, видимо, очень важные вопросы, и ор стоял невообразимый. Кажется, дело подходило к драке.

Надо вставать… Не хочу…

Каждый день одно и то же. Проснулась, делаю зарядку, чтобы суставы не хрустели и мышцы оставались гибкими. Ничего сложного: руками помахал, шеей покрутил, после поворотов – наклоны. Прыжки… Сто волшебных прыжков, благодаря которым наша лимфа начинает работать, исчезает целлюлит, и ты становишься стройной и подтянутой. Возможно, враньё, но несложно же, вот и прыгаем. Затем в ванную на процедуры для поддержания красоты. Далее завтрак – яйцо всмятку, прокараулила время – значит, вкрутую. А можно жареное, омлет, скрэмбл – в общем, разные варианты приготовления яиц. Бутерброд: тост из отрубного хлеба, творожный сыр и слабосолёная красная рыбка. Чай чёрный свежезаваренный. И не какой-то там пакетик пыли, а хороший крупнолистовой, с долькой лимона и ложечкой сахара. Ммм, вкуснятина. Кофе – гадость, как его пьют литрами? Не понимаю. Завтракаю так, наверное, около года, пока не надоело.

Далее один час в пробке, и ты в офисе. Напрягает ли меня стоять в пробке? Нет. Едешь, слушаешь музыку: классику или что-то ритмичное, в зависимости от настроения. При желании можно подпевать. Главное, чтобы никто не услышал, а то и до аварии можно водителей довести, стоит им услышать мой «мелодичный» бас.

Компания, в которой работаю, абсолютно не отличается от других таких же. Везде всё одинаково, поэтому и говорят, что хорошо там, где нас нет. Если хочешь, чего-то добиться – не сиди на попе ровно, не ной, а начинай развивать себя, работать. Без этого никак. Терпеть не могу людей, которые ничего не хотят делать и не прекращая ноют, жалуясь на всё и вся. И правительство им мешает, и родня, и много чего ещё. Не бывает так! Если тебе что-то не нравится, измени в первую очередь своё отношение к этому! Легче всего не делать и страдать, поднять лапки и сказать «не могу». Не зря говорят: «Мысли позитивно, и всё изменится». Если всё время ныть, что всё плохо, отчего у тебя будет хорошо? И, к сожалению, таких нытиков становится всё больше, они как энергетические вампиры – после общения с такими людьми сил к концу дня просто нет. Но что-то я разошлась и ушла от темы. Продолжаем.

В офисе, так похожем на все остальные, у меня отдельный кабинет: я руководитель отдела, не маленького, но и не большого. Занимаемся переговорами, договорами и бюджетом. Руководителем стала только благодаря своему упорству и трудолюбию. Трудолюбие – от «любовь к труду», но нет, труд я точно не люблю, просто не могу сидеть без дела, всегда надо чем-то заниматься. Если смотрю телевизор – значит, глажу бельё, вяжу, вышиваю, шью, готовлю… Либо читаю интересную книгу. Всё что угодно, но просто так мне не сидится. Еще не люблю давать обещания и не выполнять их. Ну и моё любимое, постоянное требование к себе – сделать надо хорошо. Пусть не на «отлично», но на «хорошо» однозначно.

Детально рассказывать про свою работу нет желания, да того и не требуется. Работа как у всех белых воротничков: бумаги, цифры, люди… Коллеги также везде одинаковые, я знаю, о чём говорю. У меня достаточно неплохой стаж работы в разных компаниях, так как меня обычно приглашают на те предприятия, где всё становится печально и требуется наладить процесс. Поэтому приходится очень плотно работать с людьми. Я не хочу обидеть или оскорбить кого-то, это моё сугубо личное мнение и наблюдение, но в каждом коллективе, есть своя Маша, Глаша и Петя, которые списаны как под копирку: их поведение, отношение к работе, обществу. Да вы просто обратите внимание, если в вашем офисе есть специалист айти (программист) он обязательно субтильный, сутулый, с удлинённой стрижкой, волосы-сосульки, одет неопрятно. На столе у него бардак, на котором он периодически спит, так как всю ночь рубился в игру. Добавьте также полное отсутствие общения с коллективом, минимум слов и объяснений. Бывают и исключения, но типаж именно такой.

Мой ежедневный рабочий день начинается с вопросов, просьб, пояснений, советов.

– Виталина Юрьевна, Вектор снова сорвал сроки выполнения поставки оборудования, что делать?

– Виталина Юрьевна, бухгалтерия не оплатила счёт, теперь подрядчик отказывается выйти на работы в этот понедельник, что делать?

И я, естественно, стараюсь помочь подчинённым, коллегам, ведь делаем одно дело и если один не справился, то посыпемся всё. Но и садиться к себе на шею не позволяю. Для начала подумай самостоятельно, ведь легче всего спросить и бездумно на автомате выполнить поставленную задачу. В голове таким способом ничего не отложится. Как специалист ты будешь не эффективен.

Рабочий день плавно перешёл в обеденный перерыв. Тёплая весна, осень и, конечно, лето – самое любимое время года. Это отличный период для прогулок. Всегда, как только появляется возможность, иду гулять в парк, благо рядом с офисом их два – правда, здорово? Много зелени, цветов, птиц, белок, прогуливающиеся люди, играющие дети…

Гуляя, есть возможность проветрить мозг, отвлечься от работы. Очень нравится наблюдать за детьми, у них свои очень сложные вопросы и проблемы, много идей и неукротимая фантазия.

– Пап, сейчас разгонюсь и поеду очень сильно, ты меня там лови!

– Сынок, ты если сильно разгонишь свой велосипед, я не смогу тебя остановить.

– Пап, я буду ногами тормозить, и воздух мне поможет, он меня удержит.

Рядом с одним из парков, стоит заброшенная больница – четырёхэтажная, с разбитыми колоннами и зияющими дырами окон. На четвёртом этаже одной из её частей, когда-то была расположена стеклянная мансарда, а у входа стояли фонтаны. Сейчас от мансарды остался только скелет из рам, а фонтаны давно разбиты. Возможно, это здание раньше было красивым, но сейчас это жуткое место и, проходя мимо, стараюсь близко не подходить, даже в его сторону не смотреть. Почему-то в голову лезут мысли не о том, сколько выздоровело в больнице людей, а сколько же там мучилось и умерло. Жуткое место…

До конца рабочего дня решаются нескончаемые вопросы, каждый день, месяц, год одни и те же.

Восемнадцать часов. Отлично, сегодня удалось закончить вовремя, еду домой. По пути не забыть заехать в магазин – дома нет хлеба и муки, а в выходные планировала приготовить творожную запеканку (по самому простому рецепту, но от этого не менее вкусную). Творог я покупаю обычно рядом с домом, в небольшом магазине, где молочка всегда свежая. Рецепт запеканки рассказывать не буду, никаких секретов нет. Нашла в свободном доступе в интернете.

Прошло всего каких—то два часа, и я дома. Дом, а вернее, квартира, находится в спальном районе, на четвертом этаже, из окна виден сосновый бор. Соседки-пенсионерки возле подъезда выращивают цветы, и к середине лета эти клумбы пестрят разноцветьем – ярко и очень ароматно. Приятно выходить во двор, где так красиво и ухожено. Сама квартира небольшая, около сорока квадратных метров, но мне хватает. Кухня – это любимое место ещё с детства, именно на кухне всегда решались все важные семейные вопросы, именно в ней мы общались вечерами и делились своими впечатлениями о прошедшем дне, случившимися горестями и радостями. Ну и, конечно, вкусно ели и пили. Поэтому она – это самое уютное место в моей квартире. Сделана она в стиле Прованс, планировка и дизайн были проработаны мной, после просмотра миллиона фото в интернете, пока не сложилась картинка той кухни, которая меня устроила бы на сто процентов. Всё, что в ней есть, было лично ощупано, обнюхано и опробовано, а после приобретено и установлено.

У окна стоит небольшой диван и кресло с чайным столиком. Так здорово тихим вечером сидеть в кресле с чашечкой травяного чая и смотреть в окна на снующих по веткам деревьев птиц. Обеденный стол и пара стульев окрашены в нежно-оливковый цвет. Кухонный гарнитур и техника – это отдельная история, могу долго расписывать каждую деталь, форму и содержание, но скажу одно – кухня упакована всевозможной существующей техникой, которая помогает облегчить, ускорить процесс готовки и, конечно же, даёт больше возможностей для приготовления разных по сложности блюд. Мне нравится готовить, и у меня должно быть всё для удобства. А светлые, нежные тона умиротворяют и сподвигают к кулинарным свершениям.

Спальню оформила в оттенках бежевого, шкаф-купе мимикрировал под стену комнаты и был совсем незаметен, оставаясь удобным и вместительным. Также в комнате стоял комод и кровать из светлого дерева, которая была просто огромной для меня одной, и я могла спать на ней в любой позе, хоть звёздочкой. У кровати лежал небольшой пушистый коврик, там же стоял торшер и тёмными вечерами излучал мягкий чуть жёлтый свет, создавая уютную атмосферу.

Ванная у меня оформлена в тепло-молочные цвета, там много света и также много различных бутылочек и баночек для ухода за собой любимой. Да, могу честно признаться: себя я люблю и слежу за собой. Помимо внутреннего развития я обязательно слежу за своим внешним видом: стабильно посещаю тренажёрный зал, хожу на уроки самообороны. Косметолог минимум раз в месяц: массажи, обёртывания и прочее.

Считаю, что всем девочкам надо с рождения говорить: «Любите себя», ведь, вырастая, эти девочки растворяются в муже, детях, доме, работе, и в итоге на себя времени не хватает. Замученная, неухоженная и недовольная своей жизнью женщина в итоге никому не нужна. Всё должно быть в меру. И не надо доводить до абсурда, приобретая тысячную игрушку ребёнку, про которую он через три дня забудет, вместо того, чтобы побаловать себя любимую походом на массаж или новой косметикой. Надо понимать, что, если женщина счастлива и довольна жизнью, в семье будет спокойно и благополучно.

Поэтому идём в ванную комнату, наводим вечерний марафет, смываем макияж и начинаем священнодействовать: маска на личико для увлажнения и питания после трудового дня, скраб для тела, следом молочко и маска для пяточек, чтобы были как у младенца – и в кроватку. Обязательно крем на руки, именно руки в первую очередь сдают окружающим информацию о вашем возрасте. Так что мажем, не ленимся.

Здравствуй, новый день. До обеденного перерыва всё как обычно: быстро разобралась с текущими вопросами, провела переговоры с новой подрядной организацией, определила сроки выполнения работ, поздравили коллегу с днём рождения.

А в обеденный перерыв, купив по дороге в одном из ближайших магазинчиков мороженое и бутылку воды, направилась в сторону парка. Погода на улице солнечная, и к обеду стало очень жарко. Гуляла я по излюбленному маршруту, и на выходе из парка мой путь пролегал мимо заброшенного здания больницы. Пройдя уже половину пути, я почувствовала, что со стороны здания потянуло холодом, как из открытого погреба. От перепада температуры я вздрогнула и невольно повернулась лицом в ту сторону.

Я заметила, что в окне первого этажа мелькнула тень, небольшая, похожая на маленькую девочку. Это произошло так быстро, что я решила – привиделось. Но через минуту тот же ребёнок появился уже на втором этаже. Я огляделась, как назло рядом не было ни одного человека, что казалось странным, обычно здесь довольно многолюдно. И, к сожалению, позвать на помощь абсолютно некого.

Само здание больницы находилось в очень плохом состоянии, в оконных проёмах можно увидеть, что балки перекрытия местами сломаны и провисли. Девочка могла оступиться и пострадать. В тот момент я не задумывалась, что вообще эта девочка делает одна в этом жутком заброшенном здании, в голове крутились только одни мысли: не напугать её окриком, чтобы девчушка не спряталась – так её будет сложнее найти.

Зайдя в него, я потихоньку стала пробираться сквозь мусор, какие—то доски, сломанную мебель. Добравшись до лестницы, которая выглядела крепкой и без видимых повреждений, я стала подниматься на второй этаж, туда, где, мне казалось, видела девочку. На середине лестницы одна из ступеней проломилась, и, по закону жанра, я полетела вниз. Вспышка света, и я отключилась.

Глава 2

Очнулась… Признаться, было очень страшно открыть глаза, и я прислушалась к телу, сканируя повреждения, а также прокручивая в голове произошедшее.

Итак, я поднялась максимум на полтора этажа, падать невысоко, если, конечно, меня не придавило остатками лестницы, поэтому не должна сильно пострадать. Вроде бы ничего не болит, немного голова, но это логично, голова она умная, тяжёлая, вот ей и приложилась в первую очередь.

Теперь надо пошевелить конечностями – руки-ноги чувствую, ура! Не парализована. Надо открыть глаза, только аккуратно, прищуримся. Темно. Было около четырнадцати часов, когда я решила поиграть в спасателя и превратилась в Гайку из мультика «Чип и Дейл спешат на помощь», хотя какая Гайка, так, Вжик, судя по тому, что спасти никого не смогла. Меня бы теперь кто спас. И вообще, какого я полезла в это разрушенное здание? И ребёнка не выручила и самой теперь непонятно, как выбираться.

Надо достать телефон и посветить фонариком, осмотреть, так сказать, масштаб бедствий. Шарю по телу руками – сумки с телефоном нет, наверное, ремешок оторвался, и она отлетела в сторону. Радиус движения рук увеличиваем – ага, справа стена, тёплая, по ощущениям деревянная, слева провал. Подо мной ткань, жёсткая, как мешковина, немного продавливается при нажатии. Поднимаем руки – пусто, справа также рука упирается в стену, слева пусто. Поворачиваю голову в сторону провала и вижу узкую полоску тусклого света – ну хоть какое-то направление. Надо попробовать подняться. Аккуратно опускаю ноги с левой стороны, достаю пол – отлично, это не яма. Похоже, я приземлилась на какую-то лавку или сломанный диван, приложилась об подголовник и провалялась до темноты в отключке. Повезло, однако.

Медленно, на ощупь пробираюсь к полоске света, ногами и руками предварительно проверяю наличие препятствий. Добралась. По ощущению расстояние от места лёжки и полоски света максимум два метра. Свет проникает сквозь заколоченные досками окна, на улице темно, и сквозь щель не видно, что по ту сторону находится. И чем бы стукнуть, чтобы отбить одну из приколоченных досок? В помещении темно, а на ощупь не очень хочется искать что-то тяжёлое. Не надеясь на чудо, легонько надавила плечом и чуть не вывалилась из—за неожиданно легко открытой ставни.

Ставни! Откуда ставни на окнах в заброшенном здании больницы?

Так, Виталина, не забивай себе голову пока ненужной ерундой, подумаешь об этом позже, когда выберешься.

Что у нас за окном? А за окном темно, улицу освещает луна, фонари не работают. На ночь отключают, что ли? Под окном, видимо, завалинка – можно вылезти через окно. Но для начала надо найти сумку. Оглядываюсь, на улице хоть и темно, но освещения, поступающего из окна, достаточно, чтобы осмотреть пространство вокруг.

Что сказать… Странно, совсем непохоже на больничную палату или кабинет врача. Помещение, в котором я очнулась, было из деревянного сруба, а здание больницы было точно кирпичным. Здесь стоял странной формы сундук, удлинённый, метра на два, и узкий, около пятидесяти сантиметров, на нём лежала мешковина, чем-то набитая, местами потёртая и в дырах, сквозь эти дыры выглядывала… пакля?! Да, похоже на паклю.

Рядом стол и табурет, деревянные, грубо сколоченные. На столе свеча в небольшой миске. На одной из стен висели пучки трав, в темноте не разобрать, какие. На следующей стене была подвешена полка, на ней плотно были расставленные миски от маленьких, размером со спичечный коробок, до больших, примерно литровых. В углу печь, похожа на русскую, большая и серая. В ней пара горшков и снова трава, прикреплённая к торцу печи. И дверь.

Всё, больше ничего нет. Ни моей сумки, ни мусора, который был в здании больницы, ни сломанной лестницы и её обломков. Бред.

Давай думать, я точно очнулась, щипать себя не буду, ибо больно. Итак, себе верю. Галлюцинациями ранее не страдала.

В заброшенное здание я заходила днём, очнулась поздним вечером или ранним утром где? В деревенской избушке? Я точно знаю, что в радиусе километров сорока таких избушек в городе нет. Кто и зачем меня перенёс?

Допустим, решил помочь, ведь я лежала без сознания, но это нелогично! Логично было отвезти в больницу, тем более, одна из них находилась рядом. И куда девалась сумка с телефоном?

Как говорится, всё страннее и страннее.

Но выбираться надо, вот только когда? Сейчас темно непонятно, где я нахожусь, если посмотреть в окно, то там лес – и там темно. Возможно, могут быть и звери, а у меня для защиты ничего нет.

Точно, защита! Надо вооружиться. А то мало ли кто и для чего меня перетащил в избу. Табурет я не разломаю, шуметь нельзя, а сломать его возможно, только ударив пару раз об пол, и то не факт, что разломаю – судя по его виду, он очень крепкий. С табуретом в руках не отобьёшься, ну максимум один раз подниму или кину недалеко. Но буду иметь в виду, как один из видов холодного оружия или, возможно, тёплого – не принципиально. Что дальше? Горшок с полки, им также можно воспользоваться. Ага, ещё есть сундук, надо проверить, что в нём. Вдруг мне повезёт, и там будет автомат Калашникова. Ну, на худой конец, нож.

Сундук открылся без скрипа, как будто за ним смотрят, и время от времени смазывают. В нём, к сожалению, хранился хлам: какие—то старые вещи, платья жуткого серого и коричневого цвета, похожие на мешки, платки, панталоны. Просто тряпки, не разобралась, что это. Пару склянок с чем—то жидким. Мешочки, набитые на ощупь травой. И ничего полезного для меня, я даже тихонько обстучала каждую стенку в надежде на двойное дно. Но, увы, ничего, пусто.

Есть, конечно, дверь, но я не знаю, что за ней, возможно, мой похититель. Да что угодно там может быть, поэтому я пойду в обход. Аккуратно вылезу в окно и осмотрю дом со стороны. А дальше… а дальше будет видно.

Медленно, боясь наступить на скрипучую доску пола, я пробираюсь снова к окну, поднимаю ногу к подоконнику и понимаю, что я в платье. В Платье! Сегодня я была в лёгких бежевых брюках и белой футболке, а ещё на мне были очень удобные без каблуков босоножки. Где всё? Осматриваюсь, насколько это возможно. Я точно в платье, длинном – до пола, на ощупь как бархат, но очень мелкий и нежный, цвет, похоже, зелёный – да, зелёный, такой тёмный и сочный, как листья деревьев после дождя. И туфли – я такие видела только в старинных фильмах – на толстой подошве, неудобные, как колодки на небольшом каблуке, совершенно неустойчивом. Как я продвигалась по избушке, не заметив этого сразу, непонятно. Видимо, я ещё в шоке.

Рукав у платья длинный, на правой руке кольцо, массивное, с зелёным камнем, похожим на изумруд. Возможно, и не изумруд – никогда не разбиралась в украшениях, и если носила, то только маленькие и совсем незаметные. Но, в основном, не носила вообще. Большие кольца с крупными камнями и нагруженные разными завитушками никогда мне не нравились. А ещё на этом кольце были какие-то буквы, но сейчас темно и не разобрать.

А теперь кто-нибудь мне объяснит, как это возможно? Мало того, что меня перенесли в какую-то непонятную халупу, так ещё и переодели в странную одежду, сняли моё кольцо, нацепили другое. Как? Как такое возможно? Неужели я была в таком состоянии, что ничего не почувствовала. Я, которая спит и во сне всё слышит, даже кота в родительском доме, когда он заходит в комнату! Что, блин, происходит? Где я?

Так, Виталина, давай без паники, она никогда и никому не помогала. План есть, придерживаемся его. Вылезаешь в окно и осматриваешься. Дальше по обстоятельствам. И не тормози.

Закинув ногу на подоконник, следом вторую, я села и начал сползать вниз, помогая себе руками, а почувствовав под ногами твердую почву, аккуратно сделала шаг вперёд. И тут у меня дёрнулась голова назад! Развернувшись, понимаю, что моя коса зацепилась за какой—то штырь в подоконнике. Коса! Ёжики лысые! Какая коса?! Я ещё в старших классах её отстригла, и уже около двадцати лет у меня короткая стрижка. Как за несколько часов могла вырасти коса? Длинная, скорее всего, ниже попы, густая и светлая. Я блондинка! Етить! Я уже сорок лет как брюнетка! Стала блондинкой! И судя по качеству волос – некрашеная! Чудеса!

Отцепив косу от штыря, я решила порассуждать о внешних изменениях позже. Пошла на разведку, выбрав направление, и начала обход дома.

Итак, первая стена от окна, с которого я вылезла, это всё, что у неё есть – окно, ставни, отсутствие стекла. Вторая стена была полностью глухой. Третья стена – бинго, ещё одно окно, закрыто ставнями. Аккуратно наступая на землю, стараясь не наступить на ветку, которая могла бы хрустнуть, подобралась к окну. Открывать ставни я опасалась, так как при открытии они могли скрипнуть и разбудить возможного похитителя. Поэтому, встав на завалинку, попробовала осмотреть комнату в щель. Что сказать, ничего не видно. Только силуэт какой-то мебели. И всё. Спустилась, идём дальше. Четвёртая стена порадовала небольшим крыльцом и входной дверью. Также у крыльца стаял типа дровяник. И всё – ни забора вокруг избы, ни колодца. Собаки тоже нет. Хотя в каждой деревне обычно вокруг дома всегда есть забор, а рядом – будка с собакой. Дом же стоял в лесу, по крайней мере, сейчас в темноте при свете луны видно только деревья и ничего более.

Что дальше? Какой план? Идти в лес – глупо! Не зная дороги, без еды, воды. Да, элементарно, хотя бы направление знать надо, куда идти.

Зайти в дом? Тоже опасно. Я не знаю, кто и что в нём. Дружелюбное и хотело помочь или маньяк.

Значит, надо затаиться и ждать до утра, рано или поздно из избы должен кто-нибудь выйти. За водой, едой, по нужде, в конце концов, поэтому сидим в кустах и ждём. А там видно будет.

Осмотрелась – в трёх метрах от дома росло дерево, в темноте похожее на дуб. Его ветка была в полутора метрах от земли, довольно толстая и удобно расположенная, чтобы забраться на нее. Так и поступим.

Пробираясь к дереву, я дважды чуть не подвернула ногу. Туфли, колодки которых жутко жали пальцы, были мне явно малы. Видимо, меня стало отпускать, раз я стала замечать эти неудобства. Как я забиралась на эту ветку – отдельная история. Попробуйте подтянуться и закинуть ногу в длинном платье. Это, я вам скажу, тот ещё квест. Но минут через сорок я взгромоздилась. Дальше было проще, опыт не пропьёшь.

Забравшись метра на два с половиной, я решила, что за листьями меня не видно, тем более и платье камуфлированное, зелёное – сольюсь с листьями. Ага, один большой лист – мутант. Главное – головой блондинистой не светиться. Сидим-с, ждем-с.

Никогда не умела по расположению луны определять время. Поэтому мало представляла, когда наступит утро. Спать совсем не хотелось, видимо, пока была в отключке – выспалась. Есть тоже. Вот пить – да. Стакан холодной воды – было бы замечательно. Но сидим терпим и ждём. Чего-то или кого-то.

Мысли в голову не лезли, от слова совсем. Напала странная апатия. Отношение к данному происшествию тоже странное, как будто, так и должно быть, всё нормально.

Сидя на ветке дерева, прислушивалась к дому, но нет, тишина. В лесу ухала птица, жути эти звуки не нагоняли, наоборот, было спокойно, ночь тёплая и замёрзнуть мне не грозит. Тихо, уютно, хорошо сидим. Точно отходняк.

А как ещё относиться к тому, что мне не страшно и хорошо? И это в такой странной ситуации: я непонятно где, непонятно в чём, с косой и блондинка! Решила руками на ощупь определить, есть ли изменения лица, а то мало ли. Истории про переселения душ я слышала и уже ничему не удивляюсь. Как-то же я отрастила косу за пару часов. На ощупь лицо осталось прежним, ну, может, губы стали пухлее, и только.

Но интересно, как могли отрасти волосы за несколько часов. Или я несколько лет назад, упав в заброшенном здании, повредила голову и временно потеряла память? Странным образом все эти годы, бросив свою работу, переехала жить в лес, и это моя избушка, и я в ней кто? Ага, Баба-яга! Возможно, злая. Теперь сижу на дереве и жду, когда я выйду. Ну-ну…

И спустя какое-то время зашёл добрый молодец в избушку, тюкнул меня по голове – я же злая. Думал, что убил. А у меня вдруг память обнулилась, и я помню только, что упала. А все остальные прожитые года – нет. А за это время косоньки-то и отрасли, и не блондинка я, а просто седая.

Хотя кого я обманываю, седые волосы так не выглядят, и кожа на лице явно без морщин. В общем, весело. Сидим, ждём.

А если придётся долго ждать, а, может, действительно в избе никого нет, что тогда делать? Ладно, не нагнетаем, решила до утра, значит, жду до утра. Ещё бы понимать, когда оно наступит? И петуха нет, он бы оповестил. Так я и промаялась часа три, думая о всякой ерунде.

Глава 3

Дождалась рассвета. И после столь долгого ожидания выхода из избы хоть кого-нибудь скрип двери всё равно оказался для меня неожиданным, а ещё неожиданней оказалось обращение ко мне:

– И долго ты будешь сидеть как пичужка на ветке? Удобно?

Голос был женский и скрипучий, похож на старческий, из-за двери ещё никто не вышел, и я не могла понять, откуда идёт звук.

– Так и будешь сидеть? Может, спустишься, и мы выпьем чаю?

Долго раздумывать, спускаться или нет, не стала, меня в любом случае обнаружили, и дело времени сбросить с дерева. Да и голос не внушал страха. Но и, правда, доверия пока не вызывал. Поэтому будем осторожно спускаться.

Вот я дура, могла же у дерева какую-нибудь палку присмотреть. Если что, пару раз бы точно отмахалась.

Ну ладно, спускаемся. Знаете, залезть оказалось легче, чем, спуститься, особенно когда у тебя тело затекло. Но с горем пополам преодолела пару веток ближе к земле и, высунув голову, решила-таки найти человека, предложившего мне выпить чаю. Но не увидела. Хорошо, спрыгиваю с последней ветки, тут же бегло осматриваюсь, нахожу небольшой, толщиной где-то с моё запястье, палку. Подняв, огляделась по сторонам – никого. Всё-таки за дверью. Потихоньку пробираюсь.

Что сказать, за открытой дверью на пороге избы меня встречала старушка, такая, как в добрых фильмах или сказках: невысокая, светлая, добрая, так и хочется прижаться, и поплакать. От неё должно пахнуть сдобой и молоком. И обязательно с ней должен жить пушистый кот. Старушка была одета в светлую сорочку до пола с длинным рукавом. А поверх сорочки была такая же длинная туника коричневого цвета. Карманов вроде нет, на голове платок с вышивкой. Сама старушка выглядела потрясающе, лицо, конечно, в морщинах, но нестрашных и провисающих. А глаза ярко—голубого цвета горели молодостью и озорством, что ли. В общем, если я доживу до этого возраста, я бы хотела быть похожей на эту старушку, однозначно.

Пока я её разглядывала, она молчала и ждала. Посчитав, что с моей стороны невежливо стоять молча и пялиться, решила начать разговор.

– Доброе утро!

– И тебе доброе!

– Подскажите, пожалуйста, где я нахожусь? И, возможно, вы знаете, как я оказалась в этом месте?

– Расскажу, но для начала, может, зайдёшь в дом, выпьем чаю? За чаем рассказ течёт интереснее.

– Спасибо, было бы неплохо. А где можно вымыть руки?

– Заходи в дом, справа у стены таз с водой, в нём можно умыться.

Старушка развернулась к избе и махнула рукой, приглашая войти.

Не без опасения я подошла к избе, периодически осматривая округу на наличие опасности. Но всё было тихо.

В дом заходила так же медленно и настороженно, на пороге немного задержалась и осмотрелась. В комнате, кроме старушки и меня, никого не было и спрятаться тоже было негде. Помещение было похоже, скорее, на сени или веранду, но тёплую. В ней справа действительно на табурете стоял таз, рядом кувшин, на стене висело полотенце. У противоположной стены такой же формы, как и в той комнате, в которой я очнулась, сундук, а также стол и два табурета. На одной из стен полки и снова горшки разных форм, местами развешаны пучки трав. В дверь зашла старушка с горшком, от которого шёл пар.

Надо умыться, а то после лазанья по деревьям руки стали липкие. Кое-как, отлепив от одной из рук всё ещё находящуюся в ней палку, положила её на табурет рядом с тазом. Взяла кувшин, поднесла к носу – вроде вода. Наливая в таз, не переставала наблюдать за старушкой. Она тем временем из той же комнаты принесла пару кружек, мешочек с травой, которую распределила по кружкам и залила горячей водой. Также принесла лепёшки и, судя по виду, сыр.

Закончив водные процедуры, я вытерла лицо и руки висевшим полотенцем. Тем временем меня пригласили к столу. Взяв с собой оружие, лежащее на табурете, присела за стол, где хозяйка лесного домика вручила мне кружку с ароматным чаем.

– Спасибо.

– Пожалуйста.

Вдыхая аромат чая, я смогла определить только мяту. С огромным удовольствием сделала небольшой глоток. Чай был травяной, вкус просто замечательный: мятный, с лёгким послевкусием земляники и ещё чего-то. Когда жажда была утолена, решила задать вопрос:

– Простите, не знаю, как к вам можно обращаться, моё имя Виталина. Вы бы не могли подсказать, где я и как я здесь оказалась?

– Ко мне можешь обращать бабушка Треза, я местная знахарка. Это мой лесной домик, в тёплое время года я живу, в основном, в нём, собираю лекарственные растения. Вчера утром я возвращалась с деревни Поспелово, там помогала невестке старосты разродиться. Провожать меня пошёл сын старосты – Ирнэт. В тридцати минутах ходьбы от домика у дороги мы нашли тебя, ты лежала без сознания у кареты. Кучер лежал рядом, но был уже мёртв, больше никого рядом не было. Скорее всего, на карету напали разбойники. Ирнэт принёс тебя в избушку, а сам ушёл в деревню за подмогой, надо было же еще похоронить кучера. Уже в домике я обработала твою рану на голове, но ты так и не пришла в себя. Около полудня перестала дышать, а сердце остановилось. А спустя сто тридцать три удара ты резко вздохнула, и оно вновь забилось. Но и после этого в сознание ты не приходила. До самой ночи я следила за твоим состоянием, пока ты спала. Сон – это самое лучшее для выздоровления, поэтому не стала тебя будить и ушла отдыхать в соседнюю комнату. Видимо, ночью ты очнулась, и, выбравшись из окна, забралась на дерево, – улыбнулась бабушка Трезия.

– Да, занимательная история, бабушка Трезия, я бы сказала, фантастическая.

– Почему? – хитро улыбаясь, задала вопрос бабушка Трезия, но тут же ответила сама, – наверное, потому что в этом теле теперь другая душа? Расскажешь, как ты здесь очутилась?

Неосознанно я прижала к себе палку и посмотрела на знахарку.

– Не стоит волноваться, здесь никто не причинит тебе вреда, я знахарка и немного ведаю. И вижу, что душа в теле новая.

– Как рассказать о том, чего ещё сам не понимаешь? Моё имя Виталина, сорок лет, женщина. Живу, вернее, жила на планете Земля, страна Россия, город Нск. У нас передвигаются на машинах, а кареты используются только в фильмах и для туристической прогулки по городу. Знахарок тоже почти нет, но есть врачи и больницы. Прогуливаясь, я увидела в заброшенном здании ребёнка, девочку лет трёх. Здание разваливалось, и надо было вывести ребёнка из него, полезла спасать и провалилась на лестнице. Видимо, ударилась головой и отключилась. Было около полудня, когда это со мной произошло. Очнулась уже здесь, было темно. Вылезла в окно и стала ждать, кто выйдет из дома. Вроде всё.

– Скорее всего, в том мире ты умерла, а душу притянуло в это тело.

– Возможно, других вариантов я пока тоже не вижу. Бабушка Трезия, как называется ваш мир? Страна, в которой я очутилась?

– Мир – Эродар, боги, заботящие о нашем мире, Светлая и Тёмный. Есть несколько стран, самые ближайшие к нам – Дилания, Вернения, наша страна называется Рокмунд. Правят странами короли. Деревня, в которой я живу, относится к герцогству Данклав. Три месяца назад в наследство вступил новый герцог Адре Реймонд Данклав.

– Спасибо. В моём мире нет таких стран. Прошу простить, но мне надо осмыслить эту информацию.

– Да, конечно. Ты располагайся, может, чаю?

– Нет, пока не хочется, спасибо большое.

И что? Я теперь знаю название мира, в котором очутилась, но что мне это дало? Как я здесь оказалась, и кто меня перенёс в это тело? Или это происходит без чьего-то вмешательства? Навряд ли мне кто-нибудь расскажет об этом. Вернуться в своё тело? У меня есть сомнения в этой возможности. Чьё тело я заняла тоже неизвестно. Что дальше делать? Миллион вопросов и ни одного вменяемого ответа.

Мои рассуждения о дальнейших планах нарушил стук в дверь.

– Бабушка Трезия! Это я, Ирнэт!

– Входи!

Дверь открылась, и в дом зашёл высокий парень около ста девяноста сантиметров, может выше. Плечистый, не накачанный как все эти бодибилдеры, а видно, что мышцы заработаны трудом. Волосы тёмно-каштановые, глаза карие, лицо красивое, но не смазливое. Просто красивое такое мужское лицо с волевым подбородком и открытым взглядом. Зайдя в дом, он улыбнулся.

– Добрый день! Я пришёл узнать, не требуется ли помощь? И очнулась ли девушка? Но теперь вижу – очнулась. Как вы себя чувствуете?

– Ирнэт, ты бы для начала представился, а потом вопросы задавал.

– Ничего страшного, чувствую себя хорошо, насколько это возможно в данной ситуации. Меня зовут Виталина. Вас Ирнэт? Приятно познакомиться, – улыбаясь, проговорила я.

– Ирнэт, как дела у невестки? Как себя чувствует твой племянник? Есть новости?

– У Салики всё хорошо, племянник спит и ест, что они в таком возрасте ещё могут делать? Новостей в деревне нет, а вот из замка герцога Марика приходила, она рассказала, что ждали три дня назад жену герцога Вилию Марсиэлу Данклав, но она ещё не прибыла.

Услышав имя жены герцога: «Вилия Марсиэла Данклав», в моей голове стали мелькать картинки комнат, лица людей. Эта мешанина образов так быстро мелькала, что голова стала кружиться, виски сдавило, боль нарастала, и в какой—то момент я отключилась.

Глава 4

Пришла в себя в той же в комнате. Снова темно и щель в закрытом ставнями окне.

– И здесь день сурка, – пробормотала себе под нос.

Через минуту скрипнула открывающаяся дверь, в комнату вошла бабушка Трезия.

– Как ты себя чувствуешь? Голова не болит?

– Уже нет, спасибо. Доставила я вам хлопот.

– Всё в порядке. Виталина, раз обед пропустила и ужин тоже, может, ранний завтрак? Ирнэт принёс пироги с мясом и капустой.

Когда бабушка Трезия ко мне обратилась по имени, в моей голове тут же промелькнула мысль: «Кто такая Виталина?»

Меня звать Вилия. Я дочь герцога, сирота с семнадцати лет, жила с дядюшкой. Сейчас мне двадцать один год. Меня выдали замуж, мужа я ни разу не видела. Направляюсь к нему в замок.

Эта мысль была естественной и в тоже время абсурдной. Ощущение раздвоения личности, как будто меня две. Это страшно, очень. Я настолько погрузилась в себя, что бабушка Трезия аккуратно тронула рукой меня за плечо.

– Виталина, ты что-то вспомнила?

– Да, вспомнила, это так странно, в моей голове сейчас идут два разных спектакля, в которых я играю главные роли. Но сюжет совершенно разный. И пока это никак не укладывается в моей голове. Вы предлагали позавтракать? Я огромным с удовольствием.

–Пошли, у меня есть прекрасный успокоительный сбор.

– То, что нужно в данный момент, – проговорила я.

Пройдя в ту же комнату, где уже проходило чаепитие, подошла к тазу, сполоснула лицо и, развернувшись, увидела, как бабушка расставляла кружки, горшки, разворачивала холщовый мешок.

– Давайте я вам помогу.

– Возьми нож на столе и нарежь немного сыра, у Глэнии уж больно вкусно получается этот сыр.

На столе уже лежал нож, старый, немного ржавый, само лезвие размером в две мои ладони. Не хилый такой нож, почти сабля. Взяла из открытого мешка сыр, нарезала пару кусочков и положила их в миску, в неё же вытащила пару пирожков. За это время бабушка Трезия заварила для нас чай.

Медленно, делая небольшие глотки, отпила почти треть налитого чая. Бабушка Трезия, видя мою заторможенность, всунула в руку пирожок. Откусив сразу половину от него, поняла, насколько я была голодной, а пирожок на вкус был просто изумительный! Тесто как пух, оно таяло во рту, начинка из рубленого мяса, капусты и лука делала пирожок очень сочным. Первый зашёл на ура, следом отправился второй. Закусила всё это ноздреватым в меру солёным сыром, действительно очень вкусным. Только тогда подняла глаза на бабушку – она улыбалась.

– Если аппетит появился, значит, тебе легче.

– Да, спасибо, очень вкусно.

– Поделишься воспоминаниями? Попробуем вместе разобраться.

–Да, расскажу.

Я вспомнила жизнь Вилии, несладко ей жилось. Она дочь герцога, её родители то ли погибли, то ли исчезли, возвращаясь домой из поездки, когда ей было семнадцать лет. До её совершеннолетия опекуном назначили брата её матери. Судя по воспоминаниям девушки, дядюшка был отвратительным человеком, и его жена тоже. Мелочные, злобные, вечно всем недовольные. И детей своих воспитали так же.

С их приездом жизнь Вилии сильно изменилась в худшую сторону, её переселили в комнату почти под самой крышей с минимальным количеством мебели. И назначили одну из прибывших служанок присматривать за девочкой, а та была под стать своим хозяевам – такая же противная. Няньку, которая с самого рождения присматривала за девочкой, выгнали из замка. Родственники вообще сменили всех слуг, ранее преданно служивших её родителям. Также рассчитали всех учителей. Но благодаря случайно найденному тайному проходу, вход в который оказался скрыт в стене её ванной комнаты, Вилия могла попасть в библиотеку, кабинет отца, комнату родителей и кухню. При жизни её родителей этой комнатой никто не пользовался, кому ранее она принадлежала, Вилия не знала или не запомнила. Но была рада, что именно в эту комнату её переселили. Проход был обнаружен банально: поскользнулась на масле, стала падать и зацепилась рукой за барельеф, который оказался ручкой, открывающей проход.

Вот по этому коридору Вилия ночами пробиралась в библиотеку и читала. Иногда делала и дневные вылазки, в одной из таких у комнаты родителей подслушала разговор родственников, в котором узнала планы на её дальнейшую жизнь. А план был простой: как только Вилии исполнится двадцать один год, выдать её замуж. Жених уже был припасён – барон, старый и очень состоятельный. Деньги его не интересовали, а вот стать отцом герцога ему очень хотелось. Дядюшка договорился с бароном отдать Вилию замуж при условии отказа от приданого, оставляя всё наследство девушки для себя.

Вилия планы родственников не поддерживала и активно готовилась к побегу.

Перечитав в библиотеке все книги от истории стран этого мира, географии и стихов поэтов до отчётных книг старого управляющего её отца, девушка понимала, что только в соседней стране с названием Вернерия, женщины имели гораздо больше прав и могли открывать свои торговые, лекарские, магические лавки, а также выбирать выходить им замуж или нет.

В кабинете отца Вилия просмотрела все шкафы и ящики стола. Ничего не найдя в них, обстучала стены и мебель. В них—то и нашла два тайника с фамильными украшениями и деньгами, которые она перепрятала в нишу стены тайного прохода. Там же в проходе девушка стала складывать необходимые вещи для побега: за месяц до дня рождения в тайнике уже лежало тёплое одеяло для сна, украденный с кухни нож, котелок и ложка. Были собраны огарки свечей и кресало для разведения костра. А еще сшитые из старого платья мешочки, в которых были запасены крупы, вяленое мясо, соль и прочее.

Так протекала жизнь Вилии в замке родителей почти четыре года: ночью передвигалась по тайным проходам, перечитывала книги и свитки, училась, запасалась едой и вещами для побега, составила план, перерисовала карту. И старалась не обращать внимания на пренебрежения слуг и оскорбления дядюшки.

За неделю до дня рождения, когда девушке должен был исполниться двадцать один год, в замок приехал барон, её будущий муж. Вилию вывели к нему, прокрутили вокруг своей оси, так сказать, показали товар. Женишок лет шестидесяти пяти, оплывший, с блестящим лицом и лысиной, остался доволен. Он, тяжело дыша поднялся с кресла, подошёл к Вилии и, взяв её за подбородок, выдохнул в лицо девушки перегар с запахом чеснока, а затем прошипел.

– Красивая.

После отвернулся как от пустого места и продолжил разговор с дядюшкой, определяясь с датой венчания. А Вилию же отправили назад в комнату. Там она остервенело мыла лицо и подбородок. И поклялась себе, что лучше смерть, чем замужество. Все рассчитав для побега, Вилия решила сбежать в день своего рождения, вернее, ночью, когда весь замок уснёт. Так как венчание с бароном было назначено на следующий день после него. Но планам не суждено было сбыться.

Утром к Вилии, как обычно, не постучав, зашла служанка и потребовала быстро спуститься в гостиную. Быстро облачившись в платье и обувь, на ходу заплетая косу, Вилия сбегала по лестнице.

Дойдя до гостиной, увидела дядюшку с тётушкой и мужчину, высокого, подтянутого с военной выправкой. Он держал в руках бумагу. Мужчина стоял уверенно и с усмешкой рассматривал родственничков. Дядюшка же нервничал и постоянно поправлял ворот своей рубахи, тётушка теребила в руках платок.

Видимо, первый этап разговора уже состоялся, и теперь ждали только Вилию. Увидев, что девушка зашла в гостиную, мужчина представился как доверенное лицо герцога Адре Реймонда Данклав и зачитал документ, который, как оказалось, был составлен почти двадцать лет назад: Вилию и Адре Реймонда Данклав поженили родители. Но брак официально вступает в силу в день совершеннолетия девушки. И так как герцог Адре Реймонд Данклав к этому времени находился с дипломатической миссией по приказу короля в другой стране и лично не мог забрать жену в свой замок, ему – господину Аллистеру Фирели – поручили доставить её светлость в замок Данклав.

– Вам требуется подготовить герцогиню Вилию Марсиэлу Данклав к дороге. А также предоставить полный отчёт о ведении дел герцогства, пока оно находилось у вас в управлении. Все подтверждающие документы о законности моих требований я предоставлю для ознакомления, – проговорил месье Аллистер.

Лица родственников во время оглашения договора становились всё краснее и краснее, а после требования предоставления отчёта о ведении дел, Вилия подумала, что их хватит удар.

Состояние же самой девушки было странным. С одной стороны, она радовалась, что возмездие для родственников близко и ей не требуется выходить замуж за мерзкого барона. С другой стороны, неизвестно, что из себя представляет её муж, что он за человек, и не будет ли ещё хуже? И почему она об этом договоре ничего не знает? Родители ни разу не говорили ей о свершившемся замужестве, и в кабинете ей не попадались документы, хоть как-то намекающие о брачном договоре. А судя по лицам дядюшки и тётушки, они тоже об этом не знали и теперь находились в шоке.

Дядюшка, видимо, немного придя в себя, состроил заискивающее лицо и предложил гостю пообщаться в кабинете. Вилию отправил в свою комнату. Сопротивляться девушка не стала, решив, что своим неповиновением только насторожит всех. Лучше подождать, чем всё это закончится. Если останется в замке с родственниками – у неё всё готово к побегу. Если едет к мужу, то попробует выяснить у господина Аллистера информацию о нём. И только после этого будет принимать решение: либо счастливое замужество, либо побег в другую страну.

В течение трёх часов к ней в комнату забегали несколько раз служанки с вопросом, не желает ли её светлость чего-нибудь. Волшебным образом в двери предварительно стали стучать и только после разрешения войти заходили. Были очень любезны. Пара служанок упаковывали её платья в сундук, и это мешало Вилии пробраться в тайный проход, чтобы взять подготовленные к побегу вещи. Правда, рассудив о том, что, возможно, родственники захотят провести проверку её сундуков, девушка решила, что сейчас все вещи находятся в более надёжном месте.

Ближе к вечеру за девушкой наконец-то прислали. Спускаясь, Вилия нервничала и ждала постоянно со всех сторон пакости от «любимых» родственников. Но, как это ни странно, спустилась она без происшествий.

В гостиной её ждал месье Аллистер, который обратился напрямую к Вилии, полностью игнорируя дядюшку и тётушку.

– Леди Вилия, предлагаю отправиться в путь немедленно, если, конечно, вы готовы.

Вилия, не раздумывая, дала своё согласие. И, не прощаясь, развернулась и направилась к выходу из замка. У входа уже стояла карета, запряжённая четверкой коней. Карету охраняли четырнадцать вооружённых мужчин верхом на лошадях.

Вилию разместили в одиночестве, служанку не предоставили, а из замка ей некого было пригласить. Открыв штору кареты, девушка какое-то время смотрела на проплывающий мимо пейзаж. Так и не увидев в течение часа ничего интересного, Вилия задремала. Разбудил её стук в дверь кареты и приглашение поужинать в таверне. Девушка порадовалась остановке и возможности прогуляться.

В таверну зашли Вилия, месье Аллистер и двое вооружённых мужчин. В самой таверне было темно и грязно, столы давно не вытирали, и был риск прилипнуть к столешнице. У прилавка стоял грузный мужчина, пот стекал по его шее ручьём. Запах сбивал с ног, воняло кислятиной и застарелым потом. Как можно есть в таком месте, Вилия не представляла. Предупредив её вопрос о безопасности питания в этой таверне, месье Аллистер пояснил, что хоть эта таверна выглядит немного грязновато, но готовят здесь отменно. Девушка, понимая, что выбора у неё в любом случае нет, решила рискнуть, и, доверившись знающему человеку, позволила ему сделать заказ на своё усмотрение.

Хозяин таверны предупредил, что придётся подождать минут десять, а пока можно устроиться за столиком у окна. Усадив гостей за стол, он ушёл, вытерев его чумазой тряпкой. Смысла этого действия Вилия не поняла: стол так и остался грязным и липким. За соседним столом разместились двое сопровождающих. Они тоже сделали заказ для себя и своих напарников, но навынос. Как только Вилия и месье Аллистер остались вдвоём, девушка поинтересовалась о своём муже. Кто он, чем занимается, сколько ему лет? Месье Аллистер коротко сказал, что герцог служит на короля и ему сорок один год. Также сказал, что сейчас мужа Вилии в замке нет, когда он будет – неизвестно, а также что у Вилии есть разрешение от герцога заниматься в замке чем угодно, главное – не во вред замку и репутации. Герцог предупредил экономку замка о приезде герцогини Вилии Марсиэлы Данклав. И что сам герцог, в основном, проживает в столице. Всё. Больше ни на один заданный вопрос Вилии месье Аллистер не отвечал. К концу очень быстрого разговора хозяин таверны принёс тарелки с тушёными овощами, большим прожаренным куском мяса и лепёшкой хлеба, всё это можно было запить травяным чаем.

Как это ни странно, всё действительно было очень вкусным. И прежде чем положить тарелки с едой, хозяин таверны уложил на стол большую тканевую салфетку, чистую на вид. После этого можно было не опасаться прилипнуть к столу. Тарелки и кружка, тоже казались чистыми.

Закончив трапезу и допивая травяной чай, месье Аллистер объявил девушке, что далее она направится в замок без него, но под охраной, так как ему потребуется заехать в соседнюю деревню, но в течение завтрашнего дня он их нагонит. Ехать придётся всю ночь, но карета приспособлена для таких путешествий. Остаться на ночь в данной таверне он не рекомендует, так как в ней нет условий для проживания её светлости. До замка добираться ещё полных два дня, и, если потребуется сделать остановку, следует обязательно обращаться к Серджио – он десятник и отвечает головой за благополучие путешествия. Когда месье Аллистер назвал имя Серджио, один из мужчин, зашедших в таверну, привстал из-за стола и наклонил голову в знак приветствия.

После того как был выпит чай, Вилию проводили в комнату, чтобы девушка могла привести себя в порядок, и после всех процедур путь в замок Данклав продолжился.

В карете за время трапезы часть сидений была разложена таким образом, чтобы девушка могла полулежать на подушках, вытянув ноги. Также в карету из таверны была принесена корзина, в которой завёрнутое в холстину лежало запечённое мясо, лепёшка и бутыль с травяным чаем. Вилия, удобно устроившись на сиденье, откинулась на подушки и уснула. Спала без сновидений. И как это ни странно, но, проснувшись, чувствовала себя замечательно, выглянув в окно, увидела, что солнце поднялось высоко. Скорее всего, она проспала ночь и половину дня.

Минут через десять карета остановилась, Серджио, предварительно постучав в дверь, открыл дверь, предложил Вилии руку и помог выйти из кареты, показал девушке удобное место для уединения, посоветовав быть осторожнее. Вилия, поблагодарив, поспешила в указанную сторону. Минут через десять, выйдя из-за кустов, Вилия увидела, как пара парней из её сопровождения споро развела костёр, на которой поставили котёл. В нём нагрели воду для заваривания чая, и когда всё было готово, Серджио подал девушке кружку и огромный бутерброд. После того как девушка подкрепилась, помощник капитана предложил продолжить дальнейший путь. Трактиры в дороге не встречались, остановки были кратковременными – до кустиков и обратно. Дорога выматывала, в окно было неинтересно смотреть, Вилия не раз пожалела, что не взяла хотя бы одну книгу. Пусть все книги из библиотеки она перечитала, но всё же это было бы хоть какое-то занятие.

Так, промаявшись весь день, при наступлении темноты девушка уснула, а проснулась от вскрика и бряцания оружия. Посмотрев в окно, ничего не увидела. Позвала Серджио, но в ответ тишина. Выходить из кареты было страшно. Посидев пару минут, девушка всё же решилась и осторожно открыла дверь, медленно выглянула из кареты, чтобы тут же почувствовать сильный удар по затылку. В глазах потемнело, и Вилия потеряла сознание.

Глава 5

А очнулась в её теле уже я – Виталина. Что делать с этими знаниями – непонятно.

Закончив столь подробный рассказ, я решила задать беспокоящий меня вопрос:

– Если я вас правильно услышала, то был убит только кучер, тогда где охрана?

– Да, странная история. И тебя жалко, и девочку. Подозрительное исчезновение охраны и управляющего.

– Значит, я не преувеличиваю, и вам тоже кажется, что вся эта история дурно пахнет?

– Да, Виталина, ты не преувеличиваешь. И советую привыкать к имени Вилия, всё же девушку, в которую тебя перенесло, многие знают под этим именем.

В нашей стране нет гонений по отношению к людям, в которых переселились чужие души. Я о таком, по крайней мере, не слышала, но и случаев переселения не было уже лет пятьсот. Говорить о том, что ты чужая душа, не советую. Я-то вижу, что ты хороший человек, но вдруг кто-нибудь, решит, что вселился злой дух? Неизвестно, чем это может закончиться.

– Согласна. Лучше никому не рассказывать о переселении души. Могут не поверить и упечь в психушку как душевнобольную. У вас есть психушки? В памяти Вилии нет об этом информации.

– Не знаю, Вилия, не слышала о таком месте.

– А церкви? Храмы не изгоняют демонов? Не сжигают живьём на костре ведьм?

– Нет, и такого нет, у тебя в мире есть? Как ты там жила?

– Нет, сейчас нет, но лет этак сто пятьдесят назад в Европе – да, было, изгоняли демонов. И костры жгли, и в реке топили, и много чего придумывали.

– Кошмар какой!

– Да, ужасное время было.

– А насчёт того, как тебе дальше быть, надо подумать. Я буду очень рада, если ты решишь остаться жить у меня. Я одинока, и некому передать свои знания, научила бы тебя всему, что знаю и умею. Но, к сожалению, тебя, скорее всего, будут искать.

– Думаете? Может, от меня хочет избавиться муж, поэтому управляющий и охрана исчезли в нужное время?

– Сомневаюсь, что всё так просто. С герцогом я лично незнакома, но наслышана от слуг, что он неплохой человек. Строгий, но справедливый. Попусту слуг не наказывал, в отличие от его мачехи и сводного брата.

– О, так в замке проживает ещё мачеха со своим сыном?

– Насколько мне известно, нет. Они тоже живут в столице и приезжают в замок Данклав один раз в год, летом, на пару недель. Надолго в этом захолустье не задерживаются.

– Во всех книгах и фильмах моего мира обычно мачеха – злой персонаж, она должна быть злобной и мстительной, не любить своего пасынка. Может быть, это она организовала такую радостную встречу для меня? Но пока очень мало информации, чтобы делать вывод и принимать решения.

– Да…как ты говоришь? Информации мало. Но мы можем попросить сына старосты разузнать у служанки, что происходит сейчас в замке, по-моему, Ирнэт как раз завтра поедет в замок отвезти продукты. Сегодня вечером он обещал принести мне молоко и творог.

Но ждать вечернего прихода Ирнэта не пришлось, спустя минут тридцать после окончания разговора мы услышали стук в дверь. Стук был очень громким и торопливым.

– Бабушка Трезия, это я, Ирнэт.

– Входи, что случилось?

– В деревню приехал мсье Аллистер и расспрашивает о её светлости Вилие Марсиэле Данклав. Она должна была прибыть в сопровождении небольшого отряда в замок ещё два дня назад, но так и не приехала. Отряда тоже в замке нет. Сейчас мой отец рассказывает о найденной у дороги карете, убитом кучере и раненой девушке. Меня же отец отправил вас предупредить.

Мы с бабушкой Трезией переглянулись.

– Ну что ж, видимо, принимать решение не потребуется. Сейчас приедет мсье Аллистер и отвезёт меня в замок.

– Спасибо, Ирнэт, лучше тебе сейчас уйти.

– Да, ну вы это… если что-то понадобится – обращайтесь.

–Хорошо.

Когда Ирнэт вышел, знахарка, внимательно посмотрев на меня, направилась к сундуку, откинула крышку и отодвинула одну из досок, за которой оказалось небольшое углубление. В углублении был спрятан кинжал, завёрнутый в ткань. Он был с деревянной ручкой, на которой вырублены руны, а само лезвие блестело как новое. Такое ощущение, что за кинжалом регулярно ухаживали. Знахарка взяла меня за руку и одним чётким выверенным движением проткнула мою ладонь. И тут же вложила кинжал в мою руку. Это произошло настолько быстро и неожиданно, что я не успела отреагировать. От бабушки Трезии у меня не было ощущений опасности, и я никак не ожидала от неё такого членовредительства. Не успела я выразить своё возмущение, как вложенный кинжал засветился и исчез в моей руке.

– Принял! Я боялась, что не примет!

– Какого… зачем?

– Нет времени объяснять, Вилия, но я передала тебе своё наследие. Это реликвия нашей семьи, каждое поколение по женской линии мы передаём этот кинжал своей преемнице. Он всегда защищает свою хозяйку. Тебе кинжал сейчас нужнее.

В моих глазах защипало, а в груди всё сдавило. Я никогда не была плаксой, но сейчас хотела позорно разрыдаться.

– Ну, будет тебе, не переживай. Всё наладится, Вилия!

– Спасибо, большое. Если меня не убьют или не запрут в замке, я обязательно к вам приеду.

– Приезжай! А теперь чай?

– Конечно, он у вас замечательный.

Чая выпить не успели, послышалось ржания коней, и тут же дверь распахнулась.

– Благодарю, Светлая, вы живы!

В домик с шумом влетел мсье Аллистер, выглядел он уставшим, будто несколько дней не слезал с коня. Одежда помята и испачкана, ворот расстёгнут. Лицо осунулось, серые тени под глазами.

– Ваша Светлость, как вам удалось спастись? Меня задержали в деревне, вас догнать уже не успевал, но был уверен, что встречу вас в замке. По прибытии в замок мне объявили, что вы и ваша охрана ещё не приехали, – протараторил мужчина, через минут, отдышавшись, продолжил, – прождав до конца дня и ночи, рано по утру выехал на ваши поиски, по дороге заезжая во все ближайшие деревни. В одной из них мне и рассказали об убитом кучере и пострадавшей, но не приходящей в себя девушке.

Я молча слушала управляющего, дав ему возможность выговориться. Когда он закончил свой монолог, бабушка Трезия подала ему в руки кружку с травяным чаем. В другой руке у него оказался бутерброд. Мне также была подана кружка с чаем.

–Спасибо. Господин Фирелли, я не помню, как мне удалось спастись, возможно, ударив по голове, разбойники посчитали меня умершей и оставили у кареты. Куда делся отряд, я не знаю. Помню только, что проснулась ночью от бряцания оружия. Позвала Серджио, но никто не отозвался, открыв дверь, я получила удар по голове. Очнулась уже здесь, в избушке.

– Как же так, что могло произойти? Если бы с вами что-то случилось, герцог мне этого никогда бы не простил.

Мсье Аллистер настолько был взволнован, что руки его тряслись, он не мог сделать и глотка из кружки. По воспоминаниям Вилии управляющий показался мне более сдержанным человеком, я бы сказала равнодушным, по крайней мере, по отношению к Вилии. Сейчас же мсье Аллистер искренне переживал за девушку, и, судя по всему, был рад тому, что она оказалась живой и здоровой. Из этого делаю вывод: ему моя смерть не нужна. Но подозрения с него не снимаем. Как говорится, поживём – увидим!

– Мсье Аллистер, сейчас всё хорошо. Я жива и частично здорова, не считая ссадины на голове.

– Да, точно, вас надо показать лекарю!

– Я думаю, лекарь не требуется, бабушка Трезия – хорошая знахарка, и рана на голове почти зажила.

– Герцог найдёт, как вас отблагодарить за спасение своей супруги, – очень важно проговорил мсье Аллистер, обращаясь к бабушке Трезии.

Спустя десять минут он пришёл в себя, выпил две кружки чая и, отказавшись от обеда, предложил выехать в замок, до которого было верхом три часа езды. Попрощавшись с бабушкой Трезией, я пообещала приехать, как только появится возможность.

Что сказать, я каталась на лошади всего пару раз. Так что опыта перемещения на таком виде транспорта у меня нет от слова совсем. Я помню, что периодически надо привставать в стременах, чтобы не отбить попу. А управлять надо уздечкой, но сильно не тянуть, можно сделать лошади больно, и она понесёт. И это всё, что я знаю.

Ко мне подвели лошадку по кличке Рыжая. Чтобы забраться на лошадь, необходимо подойти к ней с левой стороны, одну ногу всунуть в стремя, а другую перекинуть через лошадь. Но здесь возникает ряд сложностей, во-первых, это высоко, во-вторых, я в платье. Мсье Аллистер, видя моё затруднение, задумался. Нас выручила бабушка Трезия: в руках она держала штаны, и они, конечно, были мужские. Пришлось возвращаться в избу, и надевать под платье штаны, перевязав их на поясе верёвкой пару раз для надёжности. Закончив приготовления, вернулась к Рыжей. Подходила к ней мелкими шажками, стараясь не делать резких движений.

Что главное в социуме – это найти подход и, по возможности, подружиться. Поэтому я не забыла прихватить со стола кусочек лепёшки и шла к лошади с подарочком.

– Давай знакомиться, меня зовут Вилия. Ты очень красивая и сильная. Нам вместе придётся провести какое-то время. Я никогда тебя не обижу. Сейчас мне нужна твоя помощь, помоги, пожалуйста, добраться до замка, – всё это я тихо шептала лошади, глядя в её большие умные глаза.

Рыжая внимательно посмотрела на меня, потом наклонилась и, фыркнув мне в ладонь, взяла лепёшку. Кажется, мы подружимся.

Когда лепёшка была прожёвана, я почти безбоязненно подошла к седлу. Одной рукой гладя по крупу лошадь, продолжала шептать, какая она замечательная и красивая. Взявшись за седло, вставила ногу в стремя и, подбросив себя, перекинула ногу через Рыжую.

Получилось! Я очень гордилась собой. Я! Смогла! Сесть на лошадь! УРА!

Ага, а теперь «смоги» на ней удержаться. Молча посмотрела на мсье Аллистера, надеясь, что он умеет читать мысли – умеет! Мужчина кивнул и скомандовал выдвигаться.

Помахав бабушке Трезии рукой, я так же молча проследовала за управляющим. Как хорошо, что лошадь сама знает, куда ей идти!

Продвигались мы медленно, подозреваю, что мсье Аллистер просто подстраивался под меня. Всю дорогу он постоянно оглядывался и всматривался в моё лицо. Наверное, ждал от меня нытья, или переживал, как бы я не свалилась с лошади. Пару раз управляющий предлагал сделать остановку, но пришлось отказаться – если честно, я опасалась, что второй раз не смогу совершить этот подвиг – сесть верхом.

Глава 6

К замку мы подъехали в сумерках, спустя не менее пяти часов, не через три часа, как планировали. Моя нижняя часть спины, ноги и руки отваливались от напряжения. Я с трудом понимала, как буду сползать с лошади. Да, сползать, спрыгнуть или слезть я точно уже не смогу – сил не хватит.

Когда подъехали к замку, на улице уже стемнело, и разглядеть его мне не удалось, выглядел он как одно большое пятно с башнями. Его окружали каменные стены высотой около двух с половиной метров, ворота, кажется, были железными.

До ворот нам оставалась всего около трёх метров, но неожиданно они начали открываться, хотя я не видела и не слышала, чтобы мсье Аллистер подал какой-то знак – либо пропустила это, либо замок охраняют и нас встречали. Въехав в ворота, я не стала рассматривать двор – на улице окончательно стемнело, и смысла в этом не было. В конце концов, рассмотреть двор можно и позже, а вот в самом замке нас встречали. Посредине холла или гостиной, как это помещение здесь называется, стояла женщина, на вид лет сорока пяти, худая высокая брюнетка, волосы которой были туго завязаны на затылке в шишку. Одета она была в длинное платье некрасивого коричневого цвета. Знаете, есть красивый тёплый коричневый цвет, как шоколад, как кофе с молоком, а есть такой как… не будем называть что, в общем, неприятный. Платье как у чопорной гувернантки в Средние века с длинным рукавом и застёгнуто под горло. Больше ничего, ни одной выделяющейся детали. А её лицо напоминало героя из детского фильма «Королевство кривых зеркал», Нушрока – такое же вытянутое, недовольное, с длинным носом. Судя по её взгляду – ей, я не понравилась. Что же, взаимно.

Рядом с этой дамой стояла полная её противоположность: невысокая полная женщина лет шестидесяти, светло-русые волосы были убраны под чепец, лицо круглое, улыбчивое. Лицо этакой доброй матушки, которой все ходят поплакаться на свою тяжёлую жизнь. И если первая стояла, вытянув руки вдоль тела, то руки круглолицей женщины не переставая теребили передник. Платье на ней было такого же цвета, только несколько пуговок у горла оказались расстёгнутыми, и на темном фоне выделялся передник грязно-белого цвета.

После доброй матушки, следующей на очереди, стояла девушка до двадцати пяти лет, среднего рост, стройная, с хорошей фигурой. Платье того же буро-коричневого цвета. Светлые волосы также убраны под чепец, на личико милая, с большими раскосыми глазами.

И среди всего этого цветника стоял мужчина, длинный, худой, цвет волос сложно определить, так как был полностью седым. Удивительно, но здесь произошёл сбой по цветовой гамме, и одет он был в костюм синего цвета. Обычные брюки и удлинённый пиджак или ливрея. Внешностью чем-то напомнил мне актёра из фильма «Формула любви», который играл графа Калиостро, – такой же невозмутимо-спокойный, кажется, его уже ничем не удивишь.

Распределить эту четвёрку можно было так: чопорная дама – экономка, добрая матушка – кухарка, девушка – горничная, Калиостро – дворецкий. Интересно, угадала? Что скажет мсье Аллистер?

– Ваша Светлость, разрешите представить вам служащих замка Данклав.

– Грета, – чопорная дама, присела в реверансе, – экономка этого замка.

– Алма, – тоже попыталась изобразить реверанс добрая матушка, – кухарка.

– Салли – старшая горничная, – ошибочка, не угадала: девушка оказалась старшей горничной.

– Бертран – дворецкий.

– Всем добрый вечер, приятно познакомиться, – продолжать разговор не видела смысла, всё завтра. —Прошу вас, проводите меня в мою комнату. Уже поздно, все устали, вопросы по управлению замком, мы можем обсудить завтра.

Последние мои слова были обращены к экономке – таким мадам надо сразу показывать, кто главный. А то будешь потом в уборную только после ее разрешения ходить.

– Конечно, Ваша Светлость. Разрешите проводить, а Салли вам поможет привести себя в порядок.

Попрощавшись кивком со всеми остальными, я вслед за Гретой направилась в сторону лестницы. Рассматривать обустройство замка не было никаких сил и желания. Сейчас я мечтала только об одном: принять ванну и спать. От усталости даже есть не хотелось.

Поднявшись на второй этаж, Грета открыла дверь комнаты и, не заходя в неё, пропустила меня зайти первой.

Блин, страшно, вдруг из-за угла по голове прилетит, но делать нечего – заходим. Уфф… на этот раз обошлось без членовредительства. Следом за мной в комнату вплыла экономка, за ней прошла Салли. В комнате я огляделась: итак, три двери неизвестно куда ведут, два окна зашторенных, у стены красивый комод светлого дерева, далее кровать, высокая и большая, как я люблю, балдахина нет – ура! У кровати небольшие коврики с обеих сторон и прикроватные тумбы, на одной из них стоял графин и стакан. У окна располагался чайный столик и два кресла, в комнате было светло. На стенах и потолке прикреплены шары размером с кулак, которые излучают свет. Память Вилии тут же подсказывает, что эти шары магические и их надо периодически заряжать, но нечасто, достаточно одно раза в три года. Отличные лампы!

– Ваша Светлость, я распоряжусь принести для вас ужин.

– Спасибо, ужин приносить не надо. Сейчас мне нужна только ванна.

– Хорошо, Салли приготовит.

– Тогда не буду вас задерживать, Грета, можете идти.

– Благодарю.

Как только экономка вышла, Салли отмерла:

–Ваша Светлость, разрешите проводить вас в ванную комнату.

– Да, пожалуйста. И Салли, обращайся леди Вилия, а то пока ты выговоришь «Вашу светлость», времени много уйдёт.

– Слушаюсь, Ваша Светлость леди Вилия, – улыбнулась Салли.

Девушка мне понравилась, надеюсь, в этом мире меня не покинула интуиция определять людей, и зла от девушки я не увижу. А пока стоит подружиться хотя бы с одним человеком в этом замке.

Салли открыла одну из дверей, за которой оказалась ванная комната. И она была прекрасна: большая, из светлого мрамора или чего-то похожего на него. Посередине комнаты было углубление, мини-бассейн, к нему-то и подошла девушка, включая воду, которая бежала из крана с двумя вентилями. И унитаз, стоящий в одном из углов, тоже был похож на унитаз моего мира. У одной из стен стояла большая тумба с раковиной, над ней зеркало с полками, заставленные стеклянными бутылочками различной формы и содержания. Рядом шкаф, из которого Салли достала большое полотенце и халат. У бассейна установили лавку с мягким сиденьем. Пока я осматривалась, вода в ванну уже набралась, а девушка у края ванны расставила миски и баночки с жидкостями.

– Разрешите, я помогу вам раздеться, – предложила Салли, но представив, как она снимает с меня платье, а под ним завязанные верёвкой в три узла мужские штаны, мне стало смешно.

– Салли, помоги расшнуровать платье и расскажи, что находится в этих мисках и бутылочках. А после можешь быть свободна.

– Слушаюсь, Ваша Светлость, – и принялась ловко распутывать шнуровку сзади на платье, походу объясняя, что находится в мисках.

Как оказалось, в одной из чаш, самой большой, находилось жидкое мыло, в другой шампунь. Масло для тела стояло на полке у раковины. Можно было выбрать аромат, который мне по душе. Отлично, с этим разобрались.

Как только Салли закончила с платьем, я напомнила, что она может быть свободна. Провожая Салли к выходу из комнаты, я преследовала определённую цель – запереть дверь в комнату и проверить, куда ведут ещё остальные две. Хотелось создать хотя бы видимость безопасности, и по возможности спокойно провести ночь.

– Ваша Светлость, простите меня, пожалуйста, за дерзость. Но разрешите принести вам сорочку для сна, вы прибыли без багажа, а у предыдущей герцогини, матери герцога Адре, сохранилось много одежды, которую она так и не надела. Размер, я думаю, должен вам подойти.

– Буду благодарна, Салли.

Я как-то не подумала об этом. И завалилась бы спать голышом, как привыкла. Надо отвыкать, ты не дома.

Салли, получив разрешение, буквально выбежала из комнаты, и не прошло трёх минут, как вернулась, неся в руках ночную рубашку, судя по её длине, до пола. Интересно, как я буду в ней спать? Сон у меня беспокойный, и к утру эта самая сорочка соберётся комком у меня подмышками.

Еще раз поблагодарив девушку, отчего у неё на лице появилась счастливая улыбка, и пожелав ей добрых снов, проводила её из комнаты.

Так, с чего начать? Проверим двери: за одной, понятно, ванная, открываем следующую – это, судя по всему, гардеробная – большая комната с полками, штангами под плечики и большим зеркалом. Сейчас она была пустой, и было видно, что дополнительных выходов из неё нет.

За третьей дверью оказалась ещё одна комната с кроватью и дверями. Это наверняка смежная комната с мужем, заходить в неё не стала. Закрыв дверь, подпёрла её креслом, оказавшимся довольно тяжёлым, так что пришлось его тащить волоком. С дверьми разобрались, теперь окна. Окна были закрыты на засов, и это радовало, у одного окна была дверь с выходом на балкон. Разглядывать, что на нём, я не стала – всё завтра. Просто убедилась, что эта дверь заперта, и быстро направилась в ванну, зайдя в неё и выдохнув, повернулась к зеркалу.

Было странно и волнительно: мне сорок лет, и я не знаю, как выгляжу. Почему-то в воспоминаниях Вилии свою новую внешность я не видела. При осмотре комнаты, проходя мимо зеркал, я умышленно старалась не смотреть в отражение. Но как ни оттягивай этот момент, пора уже познакомиться. Ну вот, немного смелости, и я смотрю на своё отражение.

– Здравствуй, Вилия, а ты красивая, – в зеркале отражалась девушка лет восемнадцати. Немного чумазая, с тёмными кругами под глазами, но это её не портило. Ростом, как и я в прошлой жизни, около сто шестидесятая пяти сантиметров. Вес в норме, от пятидесяти до шестидесяти. На лице большие глаза в обрамлении густых тёмных ресниц. Такие же тёмные брови, не соболиные, но и не ниточки. Аккуратный носик, пухлые губы. И да, я действительно стала блондинкой с косой до попы.

Чтобы рассмотреть фигуру, доставшуюся мне в наследство, принялась раздеваться, сбросив с плеч платье, за ним что-то похожее на комбинацию, которая, видимо, относилась в этом мире к нижнему белью. Следом после того как я распутала морские узлы, на пол сползли штаны и миленькие бабушкины панталоны. Снова стала разглядывать себя в зеркале. Фигурка у меня что надо, я, конечно, не уверена, но похоже на навязанный эталон моего прошлого мира. Высокая грудь третьего размера, тонкая талия, круглые бёдра. От меня прошлой – ничего. Я, конечно, была не модельной внешности, но тоже была красивой. Фигура скорее спортивного телосложения, без ярко выраженной талии, и грудь была меньшего размера, но зато я была подтянутой, без грамма лишнего жира. Приятным бонусом оказался размер ноги – у Вилии ножка была небольшой, скорее, тридцать седьмого размера. У меня же был сорок первый, и это меня всё же раздражало. Имея длинные стройные ноги, я досадовала, что сорок первый размер превращал мои ступни в ласты.

Ещё раз взглянув в лицо стоящей передо мной девушки, попыталась найти хоть что-то от меня прошлой. И не нашла. Отворачиваясь от зеркала к ванне, я поймала ускользающую мысль: «Глаза! У Вилии цвет глаз был зелёный, а сейчас синий, как у меня прошлой!» И точно, цвет глаз мой, синий, как океан в шторм.

– Всё! На сегодня хватит впечатлений. Сейчас хватило бы сил умыться и добраться до кровати, – н-да, разговариваю сама с собой. Явно со мной что-то не так. Ага, смешно. Вообще-то, точно не так.

Ладно, первым делом проверим, как работает местный клозет – работает отлично. Забралась в ванну. Было опасение, что за время обследования комнаты и своей новой внешности, вода остынет, но нет, вода была нужной температуры, чтобы смыть с себя грязь и расслабиться. Полежать себе в ванне я не позволила, был риск уснуть прямо в ней. Поэтому, набрав в руки шампунь, стала намыливать волосы. Шампунь не мылился совсем, пены не было. Как промыть таким шампунем столько волос, я не понимала и уже пожалела, что отказалась от помощи Салли. Кое-как, используя всё, что было в миске, вымыла голову и приступила к мытью тела. Жидкое мыло напоминало кисель сопливый, и оно тоже не пенилось, я просто водила кусочком ткани, вымоченным этим жидким чуть желтоватым составом по телу. Минут через десять, бросив это бесполезное занятие, решила, что вода в любом случае смыла пыль и пот, а завтра узнаю́ у Салли, есть ли другое средство.

Нехотя выбравшись из ванны и с трудом вытерев полотенцем волосы, нацепила халат. Радуясь, что в комнате тепло, и я не простыну, если усну с мокрыми волосами, направилась в сторону большой и, надеюсь, уютной кровати. Но радовалась я недолго: спустя пару минут после того как я надела халат, мою кожу по всему телу стянуло, она стала сухой и неприятной на ощупь, посмотрев на руки, увидела, что те стали шелушиться. Я была в шоке. Теперь понятно, почему Салли настойчиво показывала мне на ряд бутылочек с маслами. Подойдя к ним, стала поочерёдно открывать каждую стекляшку и проверять на запах.

Вы когда-нибудь наносили косметическое масло или крем, которое имеет запах нерафинированного подсолнечного масла с лёгким шлейфом мяты или лаванды? Я нет, это какое-то гастрономическое извращение. Но выбора не было, пришлось спасать кожу тем, что есть, надеясь на натуральность этого продукта. Намазав себя с головы до ног маслом с лавандой, если я, конечно, не ошиблась в определении запаха, я наконец-то добралась до спальни, где, нацепив ночную рубашку, залезла под одеяло и вырубилась, на краю сознания уловив запах свежего белья.

Глава 7

– Андре, ты наконец-то расскажешь, как умудрился обзавестись женой без проведения торжества, ещё и ни разу свою жену не видел?

– Михель, даже не знаю, с чего начать. На самом деле странная история. Три месяца назад, за день до смерти моего отца, он пригласил меня к себе для приватного разговора. Ты же знаешь, что последние пять лет с отцом я практически не общался с тех самых пор, как он женился на леди Офелии и переехал в столицу, где жил в особняке, принадлежавшем моей матери. Ну не мог смотреть на все и слушать постоянные претензии и истерики его жены. Да и с отцом у нас никогда не получалось общение. Встречались обычно только на семейных праздниках три раза в год.

Но и в тот раз разговор не удался, уже при входе в замок услышал истерический крик Офелии, который стоял на весь замок. Слуги забились по норам, чтобы не попасть ей под горячую руку. Только Бертран, как обычно, плевать на все её истерики хотел, он-то и сказал, что отец сейчас в своём кабинете.

В кабинете отец, не отрываясь от бумаг, вручил мне документ для ознакомления. Как оказалась, это был брачный договор. В нём меня двадцатилетнего обручили с каким-то младенцем. Ты знаешь законы нашей страны, до двадцати одного года родители вправе решать судьбу своих детей, если это не угроза жизни и здоровью. Согласно условиям этого брачного договора, как только моя обручённая достигнет своего совершеннолетия, мы становимся мужем и женой. Расторгнуть брак невозможно, в договоре так и прописано – пока смерть не разлучит вас. И обойти договор невозможно, он заверен магией. Будь у меня больше времени, я бы смог найти способ изменить условия договора. Но отец ознакомил с ним три месяца назад.

Сразу после прочтения, я попытался задать отцу вопрос, за что? Но он не дал мне такой возможности. Сказал, что сейчас не время, позже всё объяснит и вышел из кабинета. А на следующий день мне пришло сообщение о том, что отец погиб в ущелье при оползне.

– Да, Андре, ты попал… И что теперь? Как получилось, что ты с женой так и не встретился за эти три месяца?

– Да не успел, просто физически не хватило времени. Ты же видел меня ещё пару дней назад, да я засыпал на ходу. После смерти отца сначала принимал дела по управлению герцогством, знаешь, меня ведь не готовили к этому, потом переселял из родового замка мачеху с её сынком. Та ещё проблема, нервы она мне знатно помотала, а сколько обмороков и обвинений пришлось вынести – ты не представляешь.

– Ну почему же, представляю. У меня три сестры и столько же племянниц на выданье, и каждая обвиняет меня в чёрствости, невнимании и падает в обморок как яблоки осенью на ветру. По-моему, нет девиц, которые не падают в обмороки и не закатывают истерики. Я, по крайней мере, таких не встречал.

– И я не встречал, но брат говорил, что наша мать была сильной женщиной, и он ни разу не видел её истерик и обмороков. Она всегда была спокойна и добра, слуги её слушались и выполняли все задания быстро. Брат говорил, что её все любили и уважали.

В общем, как только я немного разобрался со срочными делами, подготовился к поездке за женой. Но тут меня и тебя вызвал Алекс с просьбой помочь урегулировать вопрос с выбором супруги для Его величества – совсем сдурел: поручить друзьям выбрать для себя жену! Но это так, к слову.

И вот, теперь мы едем с посольством в Диланию, и непонятно, насколько это всё затянется. А за женой я отправил управляющего семьи, Аллистера.

– Интересно, а твоя жена знала об этом договоре? И кстати, как зовут твою супругу?

– Знала или нет, я узнаю только тогда, когда с ней встречусь, а зовут Вилия Марсиэла.

– Красивое имя, главное, чтобы не досталось страшной грымзе.

– К сожалению, Михель, здесь уж без вариантов. Выбора всё равно мне не оставили, одно желание – поменьше истерик. На лучшее я и не надеюсь.

– Ну, не скажи, всё же красивая девушка уравнивает свой характер. Со страшной истеричкой гораздо хуже жить.

– Знаешь, Михель, ты нисколько мне не помогаешь. Спасибо, друг.

– Не за что, обращайся. Кто если не я, – со смешком проговорил Михель.

– Больше всего меня мучает один вопрос: почему отец подписал такой договор. Я тебе и Алексу рассказывал, что в нашей семье осталась капля крови от волков, пусть небольшая, но потомство у нас рождается только от истинной пары.

Как определить, что ты встретил свою истинную, я так и не понял, дед, отец, да и брат не смогли мне объяснить этого. Но все они женились по любви. Они нашли свою истинную сами. Так почему отец лишил меня этого? Потому что я младший нелюбимый сын?

– Не знаю, Андре, не знаю. Но всё же не думаю, что твой отец был настолько жестоким человеком, чтобы лишить тебя возможности иметь продолжения рода. Наверняка есть логическое объяснение всему этому, мы просто об этом не знаем.

– Возможно, Михель.

– Так, давай по бокалу вина и пойдём проверим, как разместились солдаты. Самое верное сейчас – дождаться окончания нашей миссии, а по приезде в замок, познакомиться с женой. Тогда и думать будешь, как вам дальше жить.

– Разливай и пойдём разомнёмся.

Глава 8

Пробуждение было отличным, я выспалась, в глаз не светило утреннее солнышко. Вставать откровенно не хотелось.

Там, за дверями комнаты, было много непонятного, с которым необходимо разобраться. А так хотелось сделать небольшую паузу в этой странной ситуации и рассмотреть её с разных сторон. Но времени у меня на это не было. Поэтому на зарядку становись! Делай раз! Делай два! Попрыгали в ванную умываться.

В ванной я не рискнула повторять вчерашние мучения с мылом и умылась пока просто водой. На раковине обнаружила зубную щётку и баночку с серым порошком. Щётка была сделана из щетины животного, а порошок, скорее всего, из толчёного мела. Уже неплохо.

Закончив водные процедуры, выпила стакан воды из графина и подошла к окну. Отдёрнув шторы, пару раз чихнула от осыпавшейся с них пыли. Да, вчера ночью я на это не обратила внимание. Осмотревшись и заглянув под кровать, обнаружила горы пыли. То есть, с комода, чайного стола и середины комнаты пыль вытерли. Постельное бельё на кровати сменили на свежее, но на этом всё. Вековая грязь так и осталась лежать по углам комнаты и чудесно себя чувствовала на плотной ткани штор. Ладно, с этим мы разберёмся.

Что там за окном? А за окном чудесный солнечный день, утро я благополучно проспала, и, судя по расположению солнца, сейчас середина дня.

Выйти на балкон пришлось босиком – грязные вещи и обувь, в которых я прибыла в замок, надевать не было желания, а тапочек не нашла.

На улице был летний тёплый день. Окно выходило в сад – деревья, кустарники и цветы росли хаотично, как им вздумается. И этим он привлекал, не было чётких линий дорожек и клумб, не было деревьев с дико подстриженной кроной. Рассматривая эту яркую палитру, на одном из деревьев, которое выглядело старым и трухлявым, увидела маленькую девочку, она стояла на ветке и пыталась подтянуться, чтобы взобраться на следующую. В какой-то момент ветка надломилась, и ребёнок полетел вниз. Высота для неё была большая, и девчушка могла пострадать. Под деревом, конечно, была небольшая копна скошенной травы, но достаточно ли её для смягчения удара? Недолго раздумывая, я рванула из комнаты бегом, не обращая внимания на встретившегося на пути дворецкого и горничную, спустилась по лестнице и устремилась в сад.

Добравшись до ребёнка, вытащила её из кучи сена и стала осматривать – на первый взгляд, с девочкой всё было в порядке. На вид лет пяти, по-детски пухлое личико, на котором отобразилось изумление при виде меня, в глазках-карамельках застыл вопрос, а тёмно-каштановые волосы выбивались из прически и теперь торчали маленькими спиральками вокруг головы. Слава богу, ребёнок не пострадал, и можно было выдохнуть.

– Ты привидение? – не удержался и задал вопрос любопытный ребёнок.

– Нет, не привидение.

– А почему ты тогда ходишь по двору в ночной рубашке и босиком, леди так не ходят, – блин, действительно отличная тема для слуг. Ну и ладно. Разберёмся.

– Ну, я и не леди.

–Тогда ты моя мама? Леди Офелия и моя гувернантка говорят, что моя мама не была леди, – взгляд у ребёнка был полный надежд.

– Я не твоя мама, но, если хочешь, я могу ей стать, как тебя зовут?

– Амелия, папа говорил, что меня зовут как цветочек.

– А меня Вилия, приятно познакомиться.

– Ты жена моего дяди Андре? Гувернантка сказала, что ты ненадолго задержишься в замке.

– Да, я жена твоего дяди, ты завтракала? – а на счёт кто и как надолго задержится в замке, я решу чуть позже.

– Ты смешная, – улыбнулась Амелия, – завтрак давно прошёл, скоро обед.

– Ну вот, значит, не видать мне вкусной творожной запеканки и кружечки чая на завтрак.

– Что ты, леди не едят такое, иначе у неё будет некрасивая фигура, и она никогда не выйдет замуж.

– А что они едят?

– Кашу и чай на завтрак.

– И всё? А блинчики, оладьи с вареньем, омлет с ветчиной?

– Нет, конечно, ведь я должна обязательно стать леди.

– Фи, как скучно. Но я не леди, и мне можно. Если хочешь, и тебя угощу чем-нибудь вкусненьким?

– Хочу, только не говори мадам Агнес, – мне уже не терпелось познакомиться с этой гувернанткой, которая пятилетнего ребёнка посадила только на кашу и чай.

– Не скажу, – взяв Амелию за руку, направилась к замку.

В холле нас уже встречали мадам Грета, Салли и женщина лет тридцати, волосы тёмного цвета которой были убраны в затейливую причёску, платье тёмно-бордового цвета из атласа струилось по красивой фигуре. Весь её вид напоминал мне знойных итальянок, но чересчур прямая спина и раздавшийся голос совершенно без каких-либо эмоций, ровный и, честно говоря, нудный, с которым она обратилась к Амелии, выдал её как ледяную глыбу, такую же холодную и бесчувственную.

– Леди Амелия, потрудитесь мне объяснить, что вы делали в саду в таком виде? Немедленно отправляйтесь в свою комнату и приведите себя в порядок.

Амелия отпустила мою руку и понуро направилась к лестнице. Что не так в её виде, я не поняла – волосы пригладили, веточки с платья отряхнули.

Из услышанного сделала вывод, что это и есть та самая гувернантка девочки, и вовремя вспомнила, я всё—таки выше её по статусу, и мадам Агнес только что нарушила все правила этикета. Первое – не представилась, второе – не спросила разрешения обратиться к Амелии, ну и третье – сделала выговор ребёнку, считай, необоснованный. На фоне всего этого во мне проснулась гарпия.

– Амелия, предлагаю привести себя в порядок в моей комнате, а после мы спустимся в столовую. Как ты на это смотришь?

Девочка, мельком взглянув в сторону гувернантки, быстро закивала головой в знак согласия.

– Вот и отлично, пойдём, Салли будь любезна, принеси платье для меня.

– Простите, Ваша Светлость, но девочке пора учиться.

– Думаю, сегодня, мы нарушим распорядок дня. И, мадам Грета, распорядитесь приготовить в столовой обед для Амелии и завтрак для меня, на ваше усмотрение. – Поговорив всё это, мы направились в комнату.

А в комнате Амелия осмотрелась и залезла с ногами на кровать.

– Так, спускайся и пошли отмывать твою мордашку и ручки, а то ты чумазая как Золушка.

– Я не чумазая и не Золушка, ты забыла? Я Амелия!

– Нет, малышка, не забыла. Золушка – это из сказки про девочку, которая чистила камины и была вся в саже.

– Я не слышала такой сказки, у нас есть только про принцев и принцесс.

– Договорились, сегодня перед сном я тебе расскажу сказку про Золушку.

– Правда? Ты перед сном расскажешь мне сказку? – в глазах у ребёнка стояли слёзы.

– Обещаю, а теперь марш умываться, пошли, помогу.

Обычным умыванием дело не обошлось, мы брызгались, хлюпались, залили весь пол в ванной комнате. И платье Амелии всё же придётся сменить.

Выйдя из ванной почти чистыми и немного мокрыми, увидели Салли. Она принесла несколько платьев на выбор и панталоны – привет от бабушки – а также сорочку и обувь, похожую на наши балетки.

– Ваша Светлость, я подумала, что пока вы не заказали у портнихи пошив гардероба, вам потребуется не только платье, но и остальные необходимые вещи, принесла для вас одежду бывшей герцогини. Только некоторые платья она один раз надевала, но они чистые. А нижнее всё новое, вот только обувь её вам не подойдёт, ваша ножка меньше на пару размеров. Можно пока походить в этих, а ваши я отдала в ремонт и на чистку.

– Спасибо Салли. Ты очень помогла. Принеси, пожалуйста, ещё и одежду для леди Амелии, мы здесь немного облились.

– Конечно, Ваша Светлость.

Прихватив с кровати платье нежно—персикового цвета из лёгкой ткани и панталоны с сорочкой, переместилась в ванную, двери закрывать не стала. Снимая насквозь мокрую рубашку, и напяливая на себя «чудесное» нижнее бельё, спросила:

– Амелия, чем ты обычно занимаешься днём?

– Учусь. Утром танцы изучаем вместе с мадам Агнес. Потом этикет и счёт. После обеда учу буквы.

– А чем ещё кроме учёбы?

– Ещё я вышиваю салфетки.

– И всё? А игры в прятки, догонялки, куклы?

– Нет, леди не должны играть в игры, в которые играют дети слуг.

Самка собаки, а не гувернантка, счёт к ней у меня растёт! Предполагаю, что выплатить она его не сможет.

За разговором успела натянуть платье, осталось только зашнуровать. Зайдя в комнату, увидела нетипичную для ребёнка её возраста картину, Амелия чинно сидела в кресле, положив ладони на коленях с идеально прямой спиной.

–Амелия, сегодня предлагаю поиграть в домик сразу после обеда?

– Я не умею играть в домик.

– Играть мы будем вместе, я тебя научу, – в ребёнке после моих слов очнулся бесёнок, который завертелся в предвкушении веселья. Ну вот, стала похожа на обычную девочку.

В комнату постучали, и, получив разрешение, вошла Салли, в руках у неё была одежда для Амелии. В четыре руки мы, конечно, смогли бы быстро переодеть маленькую девочку, но мне срочно понадобилось пересчитать ступеньки к дому мышки и узнать, дома ли она сейчас, уж очень хотелось зайти к ней в гости.

Так со смехом, в итоге мы справились с этой сложной задачей – переодеть ребёнка. Потом Салли помогла мне справиться с платьем и ловко зашнуровала его.

Глава 9

На обедо-завтрак в столовую шли под музыкальное сопровождение – к этому времени мой живот издавал такие ужасные звуки, а вкупе со шлёпаньем местных балеток об мои пятки, мелодия получилась наистрайнейшая и навевала жути с учётом окружающей обстановки. Стены замка, когда-то приятного светло-коричневого цвета, были увешаны ажурной паутиной, а серенькая пыль на стыках камней придавала особый колорит этому замку. Грязные окна, сквозь которые с трудом проникал свет, делали замок похожим на склеп. На полу вдоль стен пыль лежала толстым слоем, так что при падении сложно будет получить ссадину – пыль однозначно смягчит удар.

В столовой нас ждала горничная, вчера её я не видела, мадам Грета и накрытый стол. Он-то и заинтересовал меня в первую очередь.

Нда… Негусто. Сегодня у нас каша – на вид что-то клейкое, серое – и кружка с травяным чаем. Видимо, это мой пропущенный завтрак. Амелии на обед предложили три отварных моркови, пару картофелин, брокколи, несколько оливок и кусочек рыбы, и, конечно, травяной чай. Изумительно сбалансированный и правильный обед и завтрак. Но что же так тошно-то, а? Нет, я за правильное питание – это в первую очередь полезно для твоего здоровья, но сегодня очень хочется, чего-нибудь вредного, жирного и сладкого. Например, оладьи со сметаной, кусок прожаренного мяса и квашеной капусты. Блинчики с мёдом и картошечка, жаренная с грибами. А не вот это вот всё.

Амелия тоже без особого восторга смотрела в свою тарелку.

– Мадам Грета, подскажите, пожалуйста, это ежедневное меню? Или есть другие варианты.

– Ваша Светлость, данное меню составила ещё леди Офелия, если вам будет угодно, можем внести в меню ваши пожелания. Но должна сказать, что существующее меню сбалансировано и используется в замке уже второй год.

– Спасибо мадам Грета, я вижу, что оно сбалансировано. Амелия, предлагаю сходить сейчас на кухню и приготовить что-нибудь на обед. Мадам Грета, проводите нас, пожалуйста.

А вот на кухне царил порядок, после пыльной комнаты, коридоров и столовой это сразу бросалось в глаза. Стены, столы, полки, шкафы и пол блестели. Огромные кастрюли и сковородки стояли начищенные. А кухарка и две её помощницы, увидев, кто посетил столь неприметную для господ часть замка, замерли.

– Добрый день, Алма, мы с Амелией хотели вместе приготовить что-нибудь интересное, – я не хотела обидеть кухарку, наверняка она готовила то, что ей говорили. – И нам потребуется ваша помощь, а ещё потребуется мука́, яйцо, молоко, соль и сахар, половина стакана горячей воды. Сырой картофель, мясо птицы и масло.

Что можно сделать быстро и что понравится всем деткам без исключения? Конечно, картошка фри, наггетсы, а ещё блинчики. Да, знаю, что это вредная еда, тем более для маленьких детей. Но это же не фуд-корт, где готовят непонятно из чего и неизвестно, сколько это там пролежало. Мы будем готовить из натуральных продуктов, в средневековье не натуральных ещё не придумали, да и съедим приготовленное тут же.

– Конечно, Ваша Светлость.

После её слов девчонки сноровисто стали выкладывать требуемые продукты на стол, который мы к этому времени облюбовали. На Амелию мы накрутили чей-то фартук и посадили на стул, предварительно подложив подушку, которую нам принёс мсье Бертран, неожиданно появившийся на кухне, как джинн из бутылки.

Мадам Грета с недовольным лицом наблюдала за нашими действиями, вынудив меня в итоге сказать, что пока она может быть свободна. По-моему, когда экономка покинула кухню, все выдохнули и стали вести себя куда свободнее. Интересное наблюдение, надо аккуратно расспросить о ней.

Найдя подходящую миску для теста под блинчики, начала смешивать все ингредиенты поэтапно. После того как тесто было замешано, вручила венчик Амелии, и девочка с увлечением продолжила его размешивать.

Помощницам Алмы, Рут и Молли, я поручила почистить картошку и нарезать её брусочками, предварительно показав форму и размер. Девушек представила Алма сразу, как только за экономкой закрылась дверь. Сначала они, конечно, были напряжены, как и сама Алма, дворецкий, кстати, таким же таинственным образом исчез с кухни, как и появился на ней. Но труд объединяет, и девочки расслабились. А после того как увидели меня, ловко переворачивающую блины, стали охотно отвечать на мои вопросы.

В итоге я выяснила: первое – на кухне действительно готовят по меню, составленному около двух лет назад женой бывшего, теперь покойного, герцога, по совместительству отца моего мужа. Сама экономка появилась в замке около пяти лет назад по приглашению всё той же жены герцога, правда, два месяца назад госпожа Офелия и её сын Георг из замка съехали – здесь непонятно, то ли сами съехали временно, то ли мой муж выселил, в общем, госпожа с сыном уехали, а экономка осталась.

Из рассказов Рут и Молли моё мнение об экономке подтвердилось – не подружимся. Мадам Грета высокомерная, педантичная, жестокая, за период её управления часть слуг были уволены, часть же сами ушли. Экономка частенько могла ударить горничных, наказать и не выплатить жалованье. Не боялся её лишь мсье Бертран, и старалась не связываться с ней Алма.

На мой вопрос, почему покойный герцог позволял своей супруге на пару с экономкой так вести себя со слугами, Алма ответила, что герцог очень часто отсутствовал в замке. А мой муж вообще почти пять лет не живёт здесь и приезжает только на семейные мероприятия.

Сейчас в замке из господ живу я и дочь старшего брата моего мужа – Амелия, а также господин управляющий, но он часто в разъездах. Вот и сегодня с утра он уехал, но к вечеру сказал, вернётся. «Отлично, есть время подготовиться и задать ему пару вопросов».

Да, и о гувернантке Амелии я тоже спросила, в замок год назад её пригласила госпожа Офелия по рекомендации мадам Греты. С ребёнком не занимается, в основном вышивает в своей комнате, там же обедает, очень высокомерная особа. С приездом его светлости Андре порхает по замку, улыбается и старается всегда быть там, где молодой герцог, в общем, всячески старается понравиться ему. Ну здесь понятно, молодой, холостой герцог, всё логично. Я очень хотела узнать у Алмы, где родители Амелии, но при ребёнке не стала поднимать этот разговор.

Так за беседой, передав печь блины Алме, показала девушкам, как приготовить картофель фри в жарочном шкафу, это местная аналогия нашего духового шкафа. Только работает он от камня артефакта, которому тоже можно указать требуемую температуру – хорошая вещь, мне понравилось.

А картофель фри сделать очень просто, нужна приправа на ваш вкус и растительное масло. Готовые брусочки картофеля присыпать приправой, мы выбрали паприку, и вместе с маслом перемешать, выложить на противень и запекать до готовности. Получается вкусно и нежирно. А пока девушки занимались картофелем, я взяла филе индейки – как же мне повезло, что я попала в такой мир, где растения, животные и птицы такие же, как и в моём мире! Ну, за исключением незначительной части фауны и флоры, о которой Вилия прочитала в библиотеке замка своих родителей.

Филе я разрезала на полоски размером примерно три на десять сантиметров, к этому времени Амелия венчиком взболтала яйца в миске, благополучно разметав брызги яиц по столу, одежде и личику.

Эти полоски мы опускали в яйцо, следом в муку и передавали Рут, которая обжаривала наши наггетсы в масле на сковороде, готовые выкладывала на тканевую салфетку, чтобы излишки масла стекали.

Аромат блинчиков, картошки в духовке и наггетсов был потрясающий и, конечно, мы не стали ждать готовности всех блюд, начали таскать из миски уже к употреблению готовые наггетсы. Мордаха Амелии была счастливая и довольная, наггетсы получились сочными и хрустящими.

А еда, в приготовлении которой ты принимал участие, становится в десять раз вкуснее. Когда все наггетсы были приготовлены, подоспела картошка, и Алма закончила печь блины. Не раздумывая, где разместиться, мы разложили картофель и наггетсы каждому в тарелку и тут же сели за стол, не выходя из кухни.

Честно говоря, в огромную пыльную столовую идти обедать совсем не хотелось. Алма и её девушки, уже не стесняясь, спокойно сидели рядом и нахваливали еду, в таком исполнении картофель и индейку они ещё не ели. Когда очередь дошла до блинчиков, Алма разлила по кружкам ароматный травяной чай, а к блинам предложила сметану.

– Алма, а варенье или джем из ягод какое-нибудь есть?

– Простите, Ваша Светлость, я не знаю, о чём вы.

– Ягоды, приготовленные в сахарном сиропе?

– Нет, есть отдельно ягоды, в кладовой сахар, а вместе нет.

– А какие ягоды есть?

– Клубника.

– Отлично, несите сахар и стакан клубники, – Рут, быстро поняла, что сейчас снова будет что-то интересное, слетела со стула и понеслась к двери, буквально через две минуты на столе стояли две кружки.

Ягода была наисвежайшая и очень ароматная, даже жалко такую варить. Но узнав, что это не последняя и, если надо, Рут принесёт ещё, я высыпала сахар и ягоду в общую неглубокую кастрюлю, размешав, подождала, когда сахар чуть растает, поставила на плиту. И на медленном огне поручила Молли помешивать наше будущее варенье. После того как весь сахар растаял, увеличили температуру, довели до кипения и, проварив пять минут, отключили. Готовое варенье Рут выложила в небольшую чашку и подала мне.

Я же, свернув блинчик, макнула его в чашку с вареньем и с удовольствием откусила часть. Амелия быстро повторила за мной, и девушек не пришлось уговаривать, они тоже разложили варенье к себе по тарелочкам.

– Очень вкусно, Ваша Светлость. Такое варенье можно делать со всеми ягодами?

– Почти, и не только с ягодами – с яблоками, грушами.

Я понимаю, что сахар не из дешёвых удовольствий, и простые люди не имеют возможности использовать его в качестве варки варенья – слишком большой расход. Обычно сахар здесь добавляли в выпечку и при приготовлении блюд, где он требовался. Поэтому о варенье, джеме и повидле здесь не знали.

После съеденных трёх блинчиков и небольшой вазочки клубничного варенья Амелия стала дремать прям на стуле, подхватив ребёнка, я повела её в комнату на послеобеденный сон.

Глава 10

– Вилия, а когда мы будем играть в домик? – конечно, пока мы шли, ребёнок взбодрился, какой здесь сон.

– Можем поиграть сейчас. Веди к себе в комнату.

К счастью, на встречу к нам шла Салли, которую тут же прихватили с собой. По дороге Амелия засыпала меня вопросами:

– А из чего будем строить домик? А где будем строить? А как играть в домик?

И ещё много: а где? и, а как? Но в итоге мы благополучно добрались до комнаты.

Да… Это не комната маленькой девочки, это комната старой девы. Вот представьте себе, в центре комнаты стоит огромная кровать, на которой ребёнок просто потеряется, две прикроватных тумбы и маленькие коврики. Комод с зеркалом, небольшой диванчик, две двери. За одной из них ванная комната идентичная моей, за другой гардеробная забита детскими вещами. У окна два кресла, столик, а также корзинка, в которой лежали пяльцы с начатой вышивкой. И всё.

Отсутствие игрушек пугает. Комната безликая, нет трогательных мелочей, которые создавали бы уют. Да и вообще, разве это комната девочки? Где рюши, бантики, мишки, сердечки?

Нет, это надо исправлять, у современных детей моего мира, зайдя в комнату, попадаешь в магазин игрушек. Своему племяннику я уже не знала, что подарить, у него уже есть все возможные новинки и это, конечно, тоже не очень хорошо, но полное их отсутствие…

В итоге, осмотрев поле деятельности, принялись за строительство первого дома-шалаша Амелии. Для этого вместе с Салли сдвинули два кресла спинкой друг к другу на небольшом расстоянии, стащили с кровати покрывало и накинули на кресла, тем самым сделали стены и крышу домика, Амелии поручили нести маленькие подушки с кровати. Расстелили на полу пушистое одеяло, уложили подушки и плед. К подлокотнику кресла, завернув в платок, привязали светящийся шар, так чтобы он давал неяркий свет в самом домике. И после этого отодвинув «дверь» нашего одеяльного домика, я первой в него забралась и пригласила присоединиться Амелию.

Мордаха залезающего ребёнка излучала восторг, глазёнки светились любопытством. Показывая пример, улеглась на одну из подушек, и, окликнув Салли, попросила принести кружку тёплого молока.

– Вилия! Какой у нас красивый домик получился!

– Очень красивый, в нём можно рассказывать друг другу сказки, истории, спать, есть печенье и фрукты. И ещё много чего. Сейчас Салли принесёт молоко, ты его выпьешь, и я расскажу тебе сказку.

Через пару минут хлопнула дверь комнаты.

– Ваша Светлость, стакан молока, как вы приказывали.

– Салли, подай, пожалуйста, сюда, – отодвигая край покрывала, девушка подала мне кружку молока, а лицо у неё было не менее восторженное.

– Спасибо. Можешь быть свободна.

Когда девушка ушла, тихо закрыв за собой дверь, а молоко было выпито, пришло время сказки.

– Давным-давно жила-была одна счастливая семья: отец, мать и их единственная дочка… – девчушку надолго не хватило, сон сморил её на сборе Золушки на бал.

Освободив свою ладонь от захвата, кое-как выползла из домика. Оставить ребёнка одного в комнате не решилась, я беспокоилась, что непривычная обстановка могла её попросту напугать. За всё время, которое я провела с малышкой, её гувернантка ни разу не зашла и не проверила свою подопечную. Хотя она, конечно, могла быть в курсе, что с ребёнком нахожусь сейчас я и решила не беспокоить. Но всё равно странно это.

Прихватив корзину с рукоделием, я взобралась вместе с ногами на кровать, и, удобно подложив под спину одну из огромных подушек, наконец-то решила обдумать случившееся со мной.

Итак, Вилия, на сегодняшний день у тебя в хозяйстве ребёнок, замок и герцогство. И я теперь герцогиня… До сих пор в голове не укладывается. Но с этим надо жить и работать.

Ребёнок – это маленькая и одинокая девочка. Что я могу сделать? Уделять максимум внимания, радовать, учить и баловать. Понаблюдать за мадам Агнес и, если мнение о ней не изменится в лучшую сторону, гнать палками. Без гувернанток управимся или найдём новую.

По воспоминаниям Вилии хозяйка в замке я, по крайней мере, пока муж отсутствует. И моё слово здесь закон. Замок достался мне грязный, с минимальным количеством слуг, разбежавшихся от злобной экономки. Что делаем? Для начала осмотрим фронт работ, по необходимости пригласим дополнительно слуг, наведем порядок. На кухне сменим меню, тем более, это давно пора сделать.

Управляющий – узнать, чем он управляет, насколько у меня расширенные полномочия в герцогстве Данклав, узнать, где родители Амелии.

Решено, начнём с мсье Аллистера, вечером после ужина пообщаемся.

Так, пока я прокручивала в голове разные варианты дальнейших действий, руки творили. В корзинке с рукоделием нашлись два кусочка ткани светло-бежевой и алой расцветки – ткань была немного грубая, но ничего, справимся – ножницы, иголки и нити. Из светлой ткани скроила размером с мою ладонь тряпичную куклу. Прошила края, вывернула и в предварительно оставленную полость, заполнила мелко настриженной тканью. Получилось, конечно, страшненько, напоминает пряничного человечка.

Из нитей чёрного цвета сформировала две косички, пришила к голове. На лице вышила синенькие глазки, брови, носик и улыбающийся ротик, надеюсь, получившаяся улыбка не напугает Амелию.

Из алой ткани вышел симпатичный сарафанчик. Полюбовавшись немного на куклу, положила её рядом с девочкой. Прошлась по комнате, прикинула время – по моим ощущениям прошло около двух часов, ребёнок должен скоро проснуться. На удивление, в комнату никто не заходил – с одной стороны, это хорошо, появилась возможность побыть одной и подумать, да и спящего ребёнка могли разбудить, с другой стороны, напрягает отношении гувернантки, по сути, ты оставила ребёнка одного с человеком, который только что появился в замке.

Пока я наматывала восьмой круг по комнате, Амелия устроила потягушки в домике. Покрывало я предусмотрительно оставила приоткрытым и сейчас наблюдала за умилительной мордашкой, увидевшей на подушке тряпичную куклу.

Малышка резко села и начала тереть глазки кулачком.

– Вилия, а это кто?

– Кукла, с ней можно гулять, спать. Можно сшить одежду и переодевать.

– Она моя? А как её зовут?

– Твоя, конечно, а имя сама выбери, которое нравится.

– Мия, её будут звать Мия.

– Красивое имя, мне нравится, пошли, приведём тебя в порядок, и Мию прихвати, она тоже спала и её надо умыть.

Подождав, когда Амелия выберется из домика, направилась в ванную комнату. В ней, выполнив всё задуманное, мы решили на общем собрании, что нам снова необходимо посетить кухню. Туда мы и направились.

Глава 11

Пока добирались до кухни, ни один человек нам не встретился – горничные, дворецкий, экономка, гувернантка девочки, они вообще работают?

Такое ощущение, что замок вымер, и только на кухне осталась жизнь: Алма что-то помешивала в большой кастрюле, Рут мыла чашки, а Молли крошила картофель.

– Алма, а мы к вам, узнать, чем вы нас будете кормить на ужин.

– Ваша Светлость, сегодня согласно меню, будет овощной суп на мясном бульоне, тушёные овощи и запечённый карп, – Алма улыбалась и была рада нашему приходу.

– Отлично, звучит очень аппетитно. Алма, может, вы выделите для нас провожатого, мы посмотрим ваши запасы и приготовим с Амелией что-нибудь интересное.

– Конечно, Ваша Светлость, Рут вам всё покажет.

Рут как опытный экскурсовод, предложила начать с кладовой, где хранились крупы, мука́, приправы и прочее. Мы без возражений отправились за ней следом, так как были решительно настроены на свершение великих подвигов. В кухне были установлены три двери, одна из них, в которую мы вошли, вела в малую столовую. Вторая, как мне объяснила девушка, вела во внутренний двор, а проходя через третью дверь, мы очутились в прихожей, из которой снова вели три двери – лабиринт, однако.

Открыв одну из них, мы попали в кладовую с множеством полок, ларей и крюков под потолком. На полках стояли баночки, различные бутылочки. На крюках висели большие мешки. Лари тоже были забиты под завязку. Чего в них только не было: рис, гречка, пшено, перловка, чечевица, мёд липовый, гречишный, сахар, приправы. Заглядывать во все мешки не стали, за этим занятием можно провести весь день.

Следующей остановкой было овощехранилище, в нём стояли короба с картофелем, репой, капустой, тыквой, луком, морковью. Много зелени. И, конечно, яблоки, груши, слива, ягода. Огромное разнообразие овощей, фруктов и ягод – это не только радовало, но и удивляло – как такое возможно? Продукты выглядели только что собранными. Рут объяснила, что это всё благодаря артефакту, он погружает продукты в стазис, и они остаются всегда свежими. И такие артефакты установлены в кладовой и холодной. Кроме того, артефакты защищают от грызунов и других вредителей. Потрясающий мир!

В холодной мы были недолго, в ней было довольно прохладно, и я не хотела, чтобы Амелия заболела, быстро оглядела хранилище, всё, что успела высмотреть – это висящие на крюках туши с мясом, в крынках, судя по всему, хранилось молоко, сливки, масло. В корзине яйцо. Выходя из хранилища, выяснила у девушки, почему так холодно, оказалось, что в глубине этой комнаты размещены стеллажи с вином, а ему требуется прохлада. Поэтому установлен дополнительный артефакт, который поддерживает необходимую температуру.

Что я выяснила, проведя ревизию продуктов: они такие же, как и в моём прошлом мире и это радует. Вилия, к сожалению, не располагала этими знаниями, еду ей приносили обычно в готовом виде. А в книгах, прочитанных ею, информации было недостаточно, либо Вилия просто не углублялась. Я же хотела выяснить, насколько этот мир отличается от моего. Пока отличается только наличием магии в виде артефактов.

Вернувшись на кухню, попросила Рут принести для меня с Амелией муку, сахар, яйца, сливочное масло и сметану. Так как у нас сегодня выдался свободный день, гувернантки на горизонте нет, экономка тоже отсутствовала, дворецкий исчез в неизвестном направлении, а я смогу определиться с планами на будущее только после разговора с мсье Аллистером, решила этот день полностью посвятить ребёнку. Пока готовят ужин, мы с Амелией займёмся приготовлением вкусных пирожных-корзиночек. Песочное печенье здесь делали, а вот корзинки, в памяти Вилии не всплывали.

Взяв миску, выложила мягкое сливочное масло с сахаром и вручила венчик Амелии для размешивания. На девчушку снова накрутили фартук, но Рут обещала его уменьшить для малышки. Пока Амелия усердно сбивала масло с сахаром, я выясняла о наличии соды и уксуса, а также палочки ванили. Мне повезло, всё это было, и, кстати, название у продуктов аналогичное. Проверила успехи Амелии, добавила яйцо и сметану и вновь вручила венчик ребёнку.

Сама в это время взяла ещё одну миску, вытерла её насухо, что бы ни осталось и капли воды. Отделила белки от желтков, желток нам не понадобится. А миску с белками и венчиком вручила Молли, девчонки уже давно наблюдали за нами и тоже хотели поучаствовать. Когда ещё они увидят готовящую на кухне герцогиню, скорее всего, думают, что я немного не в себе. Ну да ладно.

Хотите поучаствовать – пожалуйста. Вручила Молли миску, показала, как взбивать белки. А сама тем временем в готовую смесь из масла, сметаны, сахара и яиц добавила муку, гашенную в винном уксусе соду и ваниль. Быстро замесив тесто, отцепила кусочек ребёнку для лепки, остальное попросила Рут отнести в холодную.

И тут же переместилась к плите, у которой стояла удивлённая Алма, наблюдая за моими действиями.

Поставила кастрюльку на огонь, довела до кипения сахар с водой, не забыв добавить капельку лимонного сока. Для крема мне понадобится сахарный сироп, варить его надо примерно минуты четыре, главное – не передержать. Узнать о готовности просто, капельку сиропа опускаем в холодную воду, если сироп готов, то капля не растечётся.

Пока варила сироп, на плите у Алмы в кастрюле по запаху определила будущие щи, очень вкусно пахло наваристым мясным бульоном и капустой. И сразу в голове возникла картинка: тарелочка красных щей, с ложечкой сметаны и зеленью. Ржаной хлеб, солёное сало и горчичка, у меня аж слюнки побежали. Но не отвлекаемся, сейчас самое ответственное – Молли довела яичный белок до нужной консистенции, теперь выливаю тоненькой струйкой сахарный сироп, не переставая взбивать белок.

Получилось! Крем начинает увеличиваться в объёме.

–Рут, неси тесто из холодной. Сейчас будем лепить корзинки.

Совместными усилиями я, Алма и Амелия нашли около десяти железных мисок, подходящих по размеру для выпечки корзинок. И ничего, что при поиске мисок, мы разбили две тарелки, уронили огромный таз, на звон которого прибежала Салли и так и осталась с нами.

Зато как было весело ребёнку раскатывать тесто, вырезать чашкой кружки и со всего размаху шлёпать на перевёрнутые кверху дном миски, придавливая ладошкой наши будущие корзинки. Конечно, девочки, следуя моему примеру, подправляли их, но весело же. Закончив с тестом, попросили Алму выложить в духовой шкаф для запекания, корзинки пекутся быстро, всего семь минут при двухстах градусах.

– Ваша Светлость, ужин подавать в столовую?

– Нет, давай сегодня ужинать тоже на кухне, а что, суп уже готов?

– Да, Ваша Светлость.

Я была немного разочарована, мои ожидания не оправдались, подойдя к кастрюле, увидела прозрачный суп без характерного цвета. В мясном бульоне плавали овощи. Зелень тоже отсутствовала.

– Алма, а лук, морковь, помидор вы обжариваете?

– Куда, Ваша Светлость?

–Понятно. Рут, принеси, пожалуйста, масло, головку лука, морковь и пару помидор.

Как только всё необходимое принесли, поручила Рут и Молли покрошить овощи, у помидор предварительно сняли кожуру с помощью горячей воды.

Алма к этому времени вытащила из духовки наши корзинки, теперь надо подождать, когда они остынут, и начать сборку. Амелия на удивление спокойно сидела и наблюдала за нами, посадив рядом на соседний стул Мию.

– Алма, у вас есть готовое солёное свиное сало?

Алма смутилась и ответила:

– Да, есть. Уж очень любит его наш дворецкий.

Интересно, оказывается, нашей Алме симпатичен дворецкий Бертран?

– Отлично, принесите, пожалуйста, для нас небольшой кусок, надеюсь, мсье Бертран поделится с нами, а мы поделимся с ним вкусной корзинкой, да, Амелия.

Малышка подтвердила кивком головы, что совершенно не против поделиться корзинкой.

– Алма, ещё в кладовой я видела мешочек с семенами горчицы, захватите, пожалуйста, и её, примерно с половины стакана.

–Ваша Светлость, вы плохо себя чувствуете? Может пригласить лекаря?

– Причём здесь моё самочувствие, я прекрасно себя чувствую, просто хочу приготовить горчичный соус.

Лицо у Алмы осталось озабоченным. Но семена горчицы и сало она принесла.

Пересыпав в ступку все семена, попросила Рут растереть всё в порошок. Молли обжаривала на растительном масле лук и морковь, а после того как овощи стали золотистыми, добавила помидор под моим чутким руководством. Наказав ей обжарить ещё минуты четыре и выложить заправку в готовый суп, вернулась к Амелии. Хорошо, когда ты герцогиня, и можно не носиться по кухне как наскипидаренная, а распределить между помощниками обязанности.

А мы тем временем с Амелией начали самое интересное – сборку наших корзинок. Про Салли тоже не забыли, ей было дано задание найти плотный и небольшой мешок, обязательно чистый, в котором необходимо срезать один уголок. Пока Салли искала мешок, я переворачивала корзинки, а Амелия выкладывала на их дно клубничное варенье.

–Ваша Светлость, вашу заправку я выложила в суп.

– Отлично, теперь неси сметану, укроп и петрушку, зелень потребуется покрошить. Так, Салли, отличный мешок, теперь выкладываем наш крем.

Наполнив мешок почти под самый край кремом, стала круговыми движениями выдавливать его в наши корзинки.

– Вилия, как красиво получилось! – у ребёнка была счастливая мордашка, ведь она тоже принимала самое непосредственное участие в приготовлении этой красоты.

– Не просто красиво, ещё и очень вкусно, но есть мы корзинки будем только после того, как поедим суп.

Тем временем у Рут уже был готов горчичный порошок и можно приступать к приготовлению горчичного соуса. Рецепт прост: на сто граммов порошка две столовые ложки растительного масла и уксуса, в нашем варианте винного, одна столовая ложка сахара и чайная ложка соли. Всё перемешиваем, добавляем горячей воды и оставляем в тёплом месте. Обычно минут через тридцать горчица готова.

Алма с девочками внимательно наблюдали за моими действиями. Озабоченность за моё здоровье с их лиц не сходила, и пора бы уже выяснить, что это за пунктик.

– Алма, можешь объяснить, почему ты спросила о моём самочувствии?

–Ну как же, Ваша Светлость, горчицу принимают настоянную на красном вине при лихорадке.

– Вот как. Нет, Алма, я себя прекрасно чувствую, а горчицу можно применять как приправу к еде. Возможно, позже я расскажу, куда ещё её можно добавлять для придания вкуса. А сейчас давайте приступим к ужину.

Глава 12

Девочки споро, в шесть рук, расставили на столе нарезанное кусочками солёное сало, оно было с тонкими прожилками мяса и аппетитно пахло чесночком. Далее на столе оказались миски со сметаной, зеленью и нарезанным хлебом. Вспоминая сегодняшний обед, Рут и Молли не стали изображать из себя – «мы слуги, нам нельзя с господами за одним столом есть» – расставили тарелки и приборы под суп для меня, Амелии и про себя не забыли. Возможно, это неверно, я однозначно испортила себе репутацию герцогини, но в этом мире я одинока и мне нужны соратники, а включить герцогиню никогда не поздно. Ставить на своё место людей, не повышая голос, я научилась давно. Да и от этих людей я не чувствовала негатива, а своей интуиции я привыкла доверять.

Пока шли приготовления, проверила горчицу, размешала её – готово. Отлично!

Разливая щи по тарелкам, Алма и девочки любовались цветом супа. Посмотрим, что вы скажете, когда попробуете.

Когда Алма закончила разливать и все расселись, девушки замерли: то ли боялись пробовать красный суп, то ли ждали разрешения герцогини приступать к трапезе, я, честно, не стала разбирается, взглянула на Амелию и стала показывать пример.

Зачерпнув ложкой сметану, утопила её в щах, посыпала всё это зеленью и размешала, чтобы тут же запустить полную ложку этого ароматного супа в рот. Малышка, умничка, повторила всё за мной, а дальше её было не остановить. Алма и девушки последовали нашему примеру.

– Ваша Светлость, это изумительно! Ваша заправка изменила вкус супа. Очень вкусно.

– Это что, сейчас вы попробуете сало с горчичкой. Амелия, тебе я сама намажу, – подала ей кусочек хлеба с намазанной тонким почти незаметным слоем горчицы. Для себя же хлеб намазала побольше и вприкуску с салом откусила кусочек. Дыхание перехватило – хорошо… По телу пробежал знакомый жар. Рут как самая смелая, последовала моему примеру, щедро намазав хлеб, откусила сразу половину кусочка от хлеба и, запихав следом пластик сала, пару секунд просто жевала, а ещё через пару секунд шумно проглотив, громко задышала.

– Ваша Светлость, уф… какая она крепкая, ещё крепче, чем, вино у дядьки Варита.

Алма, Молли и Салли, более настороженно отнеслись к новому блюду, намазав на хлеб горчицу куда меньшим слоем, чем храбрая Рут. Смотрелось очень смешно, все три дамы синхронно поднесли каждая по своему кусочку хлеба с горчицей и аккуратно откусили. Так же синхронно закрыли глаза, открыли рот, благо уже успели проглотить все, что в нём было и как вытащенные на берег рыбы задышали. Эмоции на лицах сменялись от удивления до умиротворения.

– Ваша Светлость, меня в жар бросило! И на вкус интересно, и приготовить несложно.

– Да, Алма. Горчицу можно в готовом виде также добавлять для других соусов. Например, на две столовых ложки растительного масла, одну чайную ложку горчицы, мёда и лимонной кислоты, всё перемешать и добавлять к овощным салатам.

– Надо записать, иначе я забуду. Молли, у тебя память отличная, после обеда напомни мне рецепт.

Так, болтая ни о чём, подкладывая Амелии самые вкусные кусочки, наш обед подходил к завершению, когда кухню посетил дворецкий Бертран.

– Ваша Светлость, добрый день. Я выезжал в город и пригласил в замок портниху и сапожника, если вы не против, они завтра после обеда прибудут. Простите, Ваша Светлость, я решил, что вам необходимо обновить гардероб.

Вот, значит, куда пропал Бертран и как учтиво дворецкий напомнил мне о том, что я прибыла в замок без багажа бедной сиротинкой. А одежда, которую я ношу, принадлежала ранее матери моего мужа.

– Спасибо, Бертран, очень приятно, что вы позаботились обо мне.

– Это моя работа, леди Вилия, – ну да, работу выполняют после того, как получат задание или приказ, а здесь проявлена инициатива, и это стоит отметить. Во-первых, очень приятно, когда о тебе позаботились, а во-вторых, дворецкий однозначно в замке имеет определённый вес, раз может решать вопросы, касающиеся самих господ.

– Бертран, присаживайся, ты, конечно же, весь день проездил и не успел пообедать, – проговаривая это, Алма налила в большую чашку щей, поставила перед разместившимся за стол Бертраном, девушки тем временем пододвинули к нему, тарелочку с горчицей и так любимое им сало.

– С вашего позволения, Ваша Светлость.

– Конечно, Бертран, обедайте, мы уже почти закончили, Салли будь любезна, разливай для нас всех чай и принеси наши корзинки.

Надо было видеть разочарованное лицо девушки. Что происходит? И тут, взглянув на остальных, я понимаю: все находящиеся на кухне, в том числе и малышка, внимательно наблюдают за Бертраном. Он же, взяв в руку ложку, размешивая, разглядывал щи, в которых уже плавала сметана и зелень. Наполнив рот первой ложечкой супа, он прикрыл глаза и медленно, с видимым удовольствием проглотил. Следующая ложка прошла свой путь быстрее. Рут в нетерпении ещё ближе пододвинула Бертрану горчицу, хлеб и сало.

– Бертран, это горчичный соус, его можно намазать на хлеб, – Алма взяла кусочек хлеба, чтобы размазать по нему горчицу. Но Бертран решил познакомиться поближе с неизвестным для него соусом, взял в руки тарелку и сделал роковую ошибку – он понюхал, от души так.

Это было феерично! Алма, девчонки, затаив дыхание наблюдали за сменой эмоции на лице Бертрана. А там было на что посмотреть, дыхание у Бертрана перехватило, глаза увеличились вдвое, следом из них потекли слёзы, и он зашмыгал носом. Через минуту его отпустило, и он шумно выдохнул.

У девчонок было очень довольное лицо, в отличии озабоченного лица Алмы.

– Жарко, и нос задышал, Алма, что это за чудесное средство и почему ты мне раньше его не давала?

– Это леди Вилия приготовила, она и для супа заправку научила делать. Салли, где чай и корзинки? Неси скорее.

– Очень вкусно, леди Вилия. Спасибо.

– Пожалуйста, Бертран. Амелия, а мы сейчас с тобой съедим по корзинке, запьём чаем и пойдём в сад на прогулку, да, детка?

– Ура, мне можно в сад сходить! А давай покажем Мии прудик, там плавают рыбки.

– Конечно, сходим, ты покажешь мне и Мии прудик, – пока мы болтали, Бертран с улыбкой продолжая есть, наблюдал за нами. Когда щи в тарелке, сало и горчица, которую дворецкий намазывал толстым слоем на хлеб, закончились, Салли водрузила на стол противень с нашими корзинками, выглядели они замечательно. Крем не расплылся, значит, всё было сделано правильно. Рут расставляла кружки с чаем.

Первую корзинку, конечно, вручили Амелии, она, в свою очередь, попросили корзинку и для своей Мии. Следующую подали для меня, Алма взяла себе и подала Бертрану. Между ними точно, что-то есть: Бертран, взяв из рук Алмы корзинку, намеренно задел её своей рукой, отчего у Алмы заалели щёки, а девушки заулыбались, глядя на это.

В этот раз самой смелой оказалась Амелия и первой макнула палец в воздушный крем, быстро облизнув, спрятала ладошку под стол. Я была рада, что ребёнок всё же проявляет себя в этой маленькой и забитой леди. А крем действительно вкуснее, когда его есть, облизывая с пальца. И, никого не стесняясь, макнув палец в крем своей корзинки, тоже запихнула его в рот.

– Ммм, вкусно. Как здорово у нас получилось приготовить всем вместе такую вкуснятину, – Салли, глядя на мои действия, выпучив глаза, замерла, Рут с Молли рассмеялись, Алма усмехнулась в кружку и только Бертран остался абсолютно не возмутим.

Амелия, видя, что никто её не ругает, а, наоборот, сделали точно так же, отмерла. В этот раз взяла в свои маленькие ручки корзинку, откусила кусочек песочного теста, замарав кремом кончик носа. Выглядело это очень мило. Не став заострять внимание, умыться можем после того, как закончим есть, мы, уже ни на что, не отвлекаясь, принялись молча наслаждаться десертом и пить вкусный травяной чай, в который, по-моему, добавили ромашки. Интересно, здесь есть просто чёрный чай?

Чай был выпит, корзинки почти все съедены (одну припасли для мсье Аллистера). Бертран, поблагодарив за вкусный обед, вышел из кухни.

Умыв тут же на кухне мордашку Амелии, вместе с Салли направились на прогулку по саду. За всё время нашего с Амелией пребывания на кухне в поле моей видимости не попали ни гувернантка, ни экономка.

Глава 13

Выйдя в сад, мы оказались в зелёном царстве с яркими клумбами цветов всевозможной расцветки. Деревья росли в своей первозданной красоте и тем были прекрасны. Такое ощущение, что ты очутился не в парке замка, а в лесу, но с оформленными плиткой дорожками и скамейками. Я и Салли неторопливо прогулочным шагом направлялись к пруду, который очень хотела увидеть Амелия, он спрятался за кустами с огромными белоснежными цветами. Амелия бежала перед нами, периодически сворачивая то к одному дереву, то к другому, что-то рассказывая Мии.

– Салли, расскажи, пожалуйста, о мадам Агнес? – по лицу девушки было понятно, что она опасалась, что-то говорить о гувернантке, но и отказать мне тоже не могла. И это понятно, неизвестно ещё, что я за человек и стоит ли мне доверять.

– Ваша Светлость, я не знаю, что вам рассказать, гувернантка появилась у Амелии год назад, когда девочка осталась сиротой. Её пригласила леди Офелия.

Из рассказа Салли я узнала, что покойный герцог нанял мадам Агнес по рекомендации экономки и особо не интересовался девочкой. Для него главное, что ребёнок здоров и сыт. Сама мадам Агнес практически не занималась Амелией. Нет, она была умыта, одета и накормлена – правильной и здоровой пищей. Гувернантка учила девочку этикету, читать, но, в основном, они обе сидели в комнате и вышивали.

Согласна, что вышивание, как одно из занятий, помогает развить усидчивость и мелкую моторику, но не весь же день этим заниматься ребёнку пяти лет. Девочке просто необходимо бегать, прыгать, лазить и много ещё чего. Поэтому Амелия, естественно, иногда сбегала от гувернантки в сад или к пруду, куда мадам Агнес не разрешала ей выходить, объясняя тем, что девочку может продуть и она заболеет. Бредовее этого я ещё ничего не слышала.

На вопрос о родителях Амелии узнала, что отец девочки – родной брат моего мужа старше его почти на десять лет – женился поздно на леди Лилиан. Мама Амелии была сиротой, господин Рей встретил её в лесу у пансиона девиц, где она училась.

Мсье Рей очень любил свою супругу, был нежен и заботлив. А леди Лилиан была добросердечной и внимательной девушкой, часто приходила на кухню, общалась с девушками и кухаркой, и он не препятствовал этому. Правда, леди Офелии это не нравилось, и она часто фыркала и повторяла, что простолюдинку не исправить, даже если ту нарядить в дорогое платье и назвать герцогиней.

Теперь стала понятна невозмутимая реакция обитателей замка на мой приход в кухню.

Своего единственного ребёнка Амелию, леди Лилиан и господин Рей очень любили и баловали. Госпожа сама занималась девочкой и няню не приглашали.

Год назад, когда девочки исполнилось четыре года, леди Лилиан решилась оставить её под присмотром Алмы и съездить с мсье Реем в свой пансионат, повидаться с людьми, которые вырастили её. Ребёнка в карете сильно укачивало, и взять её с собой не представлялось возможным.

Дорога к пансионату пролегала вдоль ущелья, с одной стороны ее была отвесная скала. Каждую весну люди герцога проверяют дорогу на наличие оползней. Так и не узнали, что произошло, но карету засыпало камнями, и все, кто был в карете и рядом с ней, погибли. Эту печальную весть вместе с телами принёс сопровождающий их десятник Сержио.

И здесь Сержио, сопровождавший меня, отметился, и сейчас находится неизвестно где.

За беседой мы добрались до пруда, Амелия уже вовсю носилась вдоль берега и пугала рыб, вернее, она была уверена, что их ловит. У пруда стояла беседка, вся увитая диким виноградом, в ней я и разместилась, наблюдая за девочкой. А Салли попросила приготовить ванную для Амелии – вечерело, и время подходило ко сну.

Оставшись одна в беседке, не переставая присматривать за играющим ребёнком, я стала прокручивать сегодняшний день в голове. День прошёл почти продуктивно, я пообщалась со слугами, в целом неплохие люди здесь работали, похоже, любили девочку и в меру своих сил и возможностей присматривали за ней. Дворецкий, конечно, странный тип подозрительной наружности, но интуиция молчит на его счёт и не кричит об опасности.

За экономкой надо однозначно присматривать, не нравится она мне, как и её очень странное поведение в замке, мадам Агнес однозначно уволить, пока ребёнка окончательно не угробила. У меня, конечно, не было своих детей, но есть у подруг, племянник имеется. Да и жила в просвещённом мире, где, хочешь ты того или нет, можно увидеть и услышать принцип общения и обучения детей. И это точно не тот метод, которым воспользовалась гувернантка девочки. Прежде чем попрощаться с мадам Агнес, проведу предварительно беседу, но что-то мне подсказывает, что мнение о ней не поменяется.

Глава 14

– Амелия, пошли в дом. Пора твою Мию умывать и укладывать спать, – пока я сидела в беседке, девчушка навернула вдоль берега пруда как минимум кругов десять и теперь сидела на скамеечке, кидая маленькие прутики в воду, рассказывая что-то Мии. Кукла, сшитая на скорую руку, очень полюбилась ребёнку, она теперь её не выпускала из рук.

– А ты расскажешь Мии сказку про Золушку?

– Конечно, расскажу, – взяв ладошку Амелии, неторопливо направились в сторону замка, где ребёнка ждала ванна, горячее молоко и кроватка со сказкой про Золушку. А меня в замке ожидал мсье Аллистер.

– Леди Вилия, добрый вечер, к сожалению, был вынужден сегодня ранним утром выехать в одну из деревень для решения неотложных дел. Надеюсь, вас хорошо разместили? – мсье Аллистер выглядел откровенно уставшим. Тёмные круги под глазами и осунувшееся лицо выдавали давно не высыпавшегося человека.

– Добрый вечер, мсье Аллистер, да, устроили меня хорошо, вы поужинали?

– Не успел, леди Вилия. Вернулся пару минут назад и направился к вам, Бертран подсказал, что вас можно найти у пруда.

– Мсье Аллистер, думаю, все вопросы мы с вами сможем обсудить после того, как вы поужинаете, а мы тем временем с Амелией уложим спать Мию.

– Мию? Кто это? У нас гости?

– Дядя Аллистер, – рассмеявшись, Амелия подняла в ручках свою куклу. – Вот она, Мия. Мне её Вилия подарила. Теперь она со мной играет.

– Ах, вот кто такая Мия. Очень красивая.

– Амелия, пошли в комнату, мсье Аллистер, увидимся чуть позже. Бертран, отправьте в комнату девочки Салли.

Зайдя в комнату, мы сразу устремились в ванную.

–Ну вот, Мию мы умыли, теперь очередь Амелии быть чистенькой, – в руках пришедшей Салли находилось большое полотенце.

– Помоем ушки, носик, про щёчки не забудем. Какая у меня девочка чистенькая, а теперь бегом в кроватку.

– А ты расскажешь мне сказку.

– Конечно, я же обещала, – а в комнате нас ждал сюрприз в виде гувернантки девочки.

– Амелия, я считаю, что сегодня у тебя было достаточно свободного времени, а сейчас пора спать, полагаю, не стоит больше беспокоить леди Вилию. У неё есть дела важнее, чем заниматься маленькими непослушными девочками.

– Простите, Ваша Светлость, я не должна была так себя вести, – плечики девочки опустились, в глазах застыли слезинки, ручку, до этого лежавшую в моей ладони, она убрала. И медленно, практически не поднимая ног, направилась в сторону своей кровати.

В моей голове пронеслась тысяча различных способов пыток этой… гувернантки.

– Мадам Агнес, я удивлена вашей осведомлённостью о состоянии моих дел и распорядке моего дня. Я, к сожалению, не владею информацией, какой распорядок дня у вас. Где и чем вы занимались в тот промежуток времени, когда Амелия находилась в моей компании? Разве это не входит в ваши обязанности? – гувернантка, стоя с прямой спиной, молча сверкала глазами, будь это возможным, она бы набросилась на меня.

– А сейчас будьте любезны освободить детскую комнату и к завтрашнему утру предоставить расписание занятий с Амелией, я хочу ознакомиться с ним. Салли, проводи мадам к двери, – не став больше обращать на гувернантку внимание, подошла к Амелии.

– Прошу, мадам, – по-моему, Салли, гувернантка тоже не нравится, судя по тому довольному виду, с которым она выпроводила её.

– Детка, ну что ты, как могла подумать, что у меня нет на тебя времени. И ты самая послушная девочка в мире, – обняв ребёнка, прижала к себе, стала гладить её по голове.

– Важнее тебя у меня никого нет. Ты самое важное моё дело, – так приговаривая и не переставая гладить и обнимать Амелию, мы перебрались на кровать. Постепенно маленькое тельце расслабилось.

– Ну что, а теперь время продолжения сказки, на чём мы остановились, кто помнит? Или начнём сказку сначала, ведь Мия пропустила и не слышала начала сказки про Золушку?

Амелия согласно кивнула, и сказка началась. Минут через двадцать уставшая девочка уснула, а я аккуратно освободила свою руку, поднялась с кровати.

– Салли, побудь с девочкой в комнате, можешь прилечь на диван, только не покидай комнаты, дождись, пожалуйста, меня. Не хочу сегодня оставлять её одну. А мне надо поговорить с мсье Аллистером.

– Конечно, леди Вилия. Не уйду, будьте спокойны.

– Спасибо.

Что ж, а меня ждёт ещё одна занимательная беседа. Спустившись на первый этаж, попросила Бертрана проводить к управляющему, он уже отужинал и сейчас находился в кабинете, о чём уведомил меня дворецкий.

В кабинете было очень светло, магические светильники были размещены по всему потолку. Сам кабинет выглядел как… кабинет: вдоль двух противоположных стен размещены шкафы, в них стояли книги. Напротив двери – большое окно, сейчас оно было закрыто портьерами тёмно-вишнёвого цвета. Там же у окна за заваленным бумагами столом, расположился управляющий. Вся мебель в кабинете была массивной, такой основательной, сделанной из дерева тёмного цвета и отполированной до блеска. У одного из шкафов стояли два кресла с деревянными подлокотниками и мягким сиденьем, обитые тканью тоже тёмно-вишнёвого цвета. К одному из кресел я и направилась, Бертран был любезен и помог расположиться в нём.

– Спасибо, Бертран. Мсье Аллистер, мы можем начать?

– Леди Вилия, конечно, что вас интересует? По возможности я постараюсь ответить на все ваши вопросы.

– Мсье Аллистер, для начала хотела узнать, я верно понимаю, что мой муж предоставил мне полное право распоряжаться в герцогстве на период его отсутствия, в том числе принимать и увольнять служащих этого замка? – видимо, управляющий никак не ожидал от меня такого вопроса и был слегка обескуражен.

– Прошу простить меня, леди Вилия, вас в этом замке кто-то обидел? Выказал своё неуважение?

– Нет, что вы. Скорее меня не устраивает выполнение работ некоторых из служащих в этом замке, но давайте по порядку. Прошу ответить на мой вопрос.

– Да, леди Вилия, господин Андре, дал полное право управлять замком, герцогством, в том числе право принимать и, соответственно, увольнять слуг.

– Отлично, тогда переходим к следующим вопросам. Сегодняшнего дня было достаточно, чтобы определить полное безразличие мадам Агнес к своим непосредственным обязанностям, гувернантка не соответствует своей квалификации, а попросту не занимается ребёнком.

– Леди Вилия, к сожалению, я редко бываю в замке и в основном езжу с проверками по деревням герцогства. Я припоминаю, что Алма говорила об этом, моё упущение, не успел донести информацию господину Андре.

– Плохо, мсье Аллистер, ещё пару лет и девочка превратилась бы в забитое существо, которая боится всё и вся. Завтра, сразу после завтрака, я назначила разговор с мадам Агнес, после итога этого разговора я решу, останется она в замке или нет.

– Конечно, леди Вилия. Я поддержу любое ваше решение. Если нужна от меня помощь, всегда готов.

– Так, с этим разобрались, следующий вопрос. А вопрос будет по управлению этим замком, экономка явно не справляется, в замке бардак, паутина сыпется на головы, пыль по углам. Я в столовой есть не решилась, боялась, что пауки с потолка десантируются ко мне в тарелку. У нас две горничных на весь огромный замок, мсье Аллистер, в замке недостаточно средств на оплату слугам?

– Что вы, леди Вилия, герцог Адре, довольно состоятельный, да и само герцогство приносить неплохой ежегодный доход. Деревни не бедствуют, люди не голодают.

– Тогда, какого… замок в таком состоянии?

– Простите, леди Вилия, я как-то не замечал, что в замке не убирают. Это, конечно, недопустимо, к господину Андре часто приезжают друзья, увидев всё это, могут решить, что герцогство разорено.

– И почему я не удивлена? Мужчины бардак в доме заметят только тогда, когда запнутся о гору неубранного мусора. Ладно, значит, завтра надо пригласить ещё людей, провести собеседование и принять новых работников. И отмыть наконец-то замок.

– Я думаю, в этом отлично сможет вам помочь Бертран.

–Замечательно, теперь ещё вопрос или, скорее, просьба, и на сегодня, думаю, достаточно. Мсье Аллистер, предоставьте мне ваши отчёты, мне хочется знать, чем живёт герцогство. Что мы производим, выращиваем, продаём.

А теперь не забываем глазками так хлоп-хлоп, а что, я ничего, просто любопытная. Чувствую, надо чуть сбавить обороты, каюсь, забылась, а у мсье Аллистера после каждой фразы нижнее веко правого глаза стало подрагивать, совсем я что-то запугала мужика. Не ожидал от молодой девушки, сироты, такой хватки.

– Я не тороплю с отчётами, вполне могу подождать до завтрашнего вечера, скажем, после ужина с удовольствием ознакомлюсь, вы же мне поможете разобраться? – получив согласный кивок от управляющего, находящегося до сих пор немного не в себе, поднялась с кресла.

– Спасибо, очень приятно было пообщаться, думаю это не последний наш душевный разговор. Доброй ночи, – и бегом из кабинета, пусть приходит в себя.

Добравшись до комнаты девочки, выдохнула. В комнате у диванчика был включён один из светильников, освещающий вышивающую Салли. Амелия же спала, обняв одной рукой куклу, вторую подложила под щёчку.

Салли я отпустила отдыхать, но предварительно попросила принести для меня ночную рубашку. Одной рубашкой, конечно, Салли не ограничилась, расстелила для меня диванчик, принесла платье для завтрашнего дня, графин с водой и только после этого ушла к себе.

Оставшись вдвоём со спящим ребёнком, осмотрелась. Замечательно, на двери в комнате нет засова, спать в замке, где столько незнакомых мне людей, с открытой дверью – сомнительное удовольствие, поэтому пришлось тащить кресло через всю комнату и подпереть эту чёртову дверь.

Как моё пыхтение и тихая ругань не разбудили ребёнка, я просто удивляюсь. Ну, вроде бы всё, безопасность обеспечена. Умываться и спать.

Тьфу ты, забыла у Салли узнать, что это за жуткое средство по уничтожению человечества вместо мыла!

Нет, а что, умылся им и засох. Сегодня мне совсем не хочется намазываться маслом, напоминает приготовление чего-то мясного в духовке. Значит, обойдёмся просто водой, думаю, что от грязи не лопну. А завтра поговорю с Салли или Алмой.

Быстро умывшись, переоделась в «чудесную» ночную рубашку и подошла к Амелии. Девочка спала, одеяло было откинуто, личико ребёнка, хмурилось, кажется, она вот-вот заплачет, погладила её по голове, стараясь снять всё плохое, что снится маленькой девочке, поправила одеяло, кукла Мия так и осталась зажата в её ручке. Поцеловав в маленькую щёчку, хотела уйти на диван.

– Не уходи.

– Не уйду, – аккуратно, стараясь не разбудить, легла рядом. Не прекращая гладить спящую малышку, погрузилась в сон.

Глава 15

– Михель, сколько нам ещё осталось добираться до границы с Диланией? Два дня?

– Да, вернувшиеся солдаты, донесли, что нас уже ждут, у границы расположены шатры.

– Скорее бы решить этот вопрос. Не мог Алекс пригласить своих потенциальных невест в нашу страну для знакомства?! Нет, потребовалось посмотреть на девиц, как он сказал, в своей естественной среде!

– Алекс, как всегда, тонко подметил основную мысль. Но ты сам понимаешь, времени мало, а посмотреть надо сразу трёх претенденток. А тебе что, не терпится встретиться со своей молодой женой?

– Ну как сказать, и не терпится, и хочется оттянуть этот момент как можно дальше. Здесь другое, не представляю себе, как жениться на девушке, основываясь на мнении других. Согласен, мы друзья Алекса, общаемся с детства и хорошо знаем друг друга. Но женится по рекомендации… По-моему, это слишком.

– Забыл, что после встречи на территории невест, Алекс пригласит принцесс провести две недели во дворце и там окончательно примет решение? Да и вариантов особо нет, либо одна, либо другая. Ты и сам так женился, вернее, выбор у тебя отсутствовал вообще, просто поставили перед фактом.

– Мою женитьбу можно не рассматривать, это самая странная история в нашей семье, которую мне ещё предстоит разгадать. А у Алекса действительно есть хоть видимость выбора. В нашей компании с женитьбой пока повезло только Рему, пусть жену для него выбрали родители, но дали достаточно времени для знакомства.

И сейчас Рем – самый счастливый среди нас. Любимая и любящая супруга, а скоро ещё и малыш появится. Лита, конечно, периодически устраивает Рему крик на ровном месте. Но по всему видно, он счастлив и не горел желанием покидать свою Литу в столь деликатном для неё положении. Однако Алекс пообещал, мы успеем вернуться, наша поездка не затянется более чем на один месяц.

– С чего это Рем самый счастливый из нас? Я считаю, что из всей компании, самый счастливый это я. Не женат, никто не заставляет жениться. Когда я соберусь остепениться, выберу жену себе сам.

– Ну-ну, помечтай. Твоя матушка спит и видит, как нянчит внука, а то и сразу двух. И минимум трижды в неделю ваш замок посещают девицы разных возрастов. Якобы на чай к леди Елении. Так что не успеешь оглянуться, как тебя окрутят.

– Ну не окрутили же ещё, значит, не удаётся матушкин заговор!

– Это пока. Женский ум, он изощрён на всякие манипуляции, так что будь внимателен и осторожен, дорогой друг!

– Вот умеешь, ты настроение испортить, Андре…

– А то ж? Кто, если не я? Думаю, пора сделать привал.

– Поддерживаю!

После походного ужина – каши с мясом и кружкой эля, проверив, как разместились солдаты, мы ушли в свой шатёр, дорога сегодня выдалась нелёгкая. С утра шёл сильный дождь, и наша небольшая компания могла промокнуть и заболеть, чтобы избежать этого Михель держал воздушный щит над всей группой людей. Для сильного мага, такого как он, это несложно, но силы выкачивает много.

После привала на перекус из ближайшей деревни вышли люди, за помощью. Из-за прошедшего сильного дождя у них размыло плотину, и вода подбирается к жилью. С этим уже боролся я как маг земли.

Обнаружил в двух метрах под землёй, в том месте, где была ранее плотина, скалистую гряду, вот её и поднял из глубины, тем самым перекрыв поток воды из ставшей после дождя полноводной реки. Сил на это тоже ушло достаточно много. Из деревни я и Михель выезжали, нагруженные пирогами, элем и фруктами. Поэтому в шатре, выпив ещё по кружечке эля, Михель, не раздеваясь, завалился спать.

– Добрых снов, Андре, завтра к вечеру, надеюсь, мы доберёмся до границы.

– Добрых снов, Михель.

Мне же не спалось, мысли о жене не давали покоя. Договор, о котором узнал буквально перед свадьбой, гибель отца – всё это было странным и непонятным. За год до этого гибель Рея и Лилиан.

Все эти отдельные события складывались в неприятную ситуацию, в которой необходимо разобраться. Друзья, конечно, помогут и поддержат, но у них своих забот предостаточно.

Если бы только был жив брат… Нелепая гибель – погибнуть под завалом камней при оползне. Брат был сильным магом-воздушником и его сил хватило бы, если не разметать падающие камни, то щит бы точно выставить. Серджио рассказал, что Рей просто не успел. А проверить это невозможно.

Интересно, брат знал о том, что меня женили на какой-то неизвестной девице двадцать лет назад? Скорее всего, не знал, он бы обязательно рассказал об этом, и мы вместе что-нибудь придумали. Он был единственным близким человеком, который заменил мне не только отца, но и мать. Мама умерла на следующий день после моего рождения, отец, убитый горем, не смотрел на меня несколько недель, об этом как-то проболтался Бертран. Но и спустя много лет отец, видно, так и не простил меня, считая, что я виноват в смерти его единственной. Он не был жесток со мной, у меня было всё, что должен иметь ребёнок герцога, но не было любви отца. Её дал Рей, он научил меня всему: стрелять из лука, драться на мечах, таскать у кухарки печенье, играть в охотников и многое другое. Когда Рей встретил свою единственную, и у них родилась дочь, я видел, что он был счастлив. И был вдвойне счастлив за него. Он показал мне, каким должен быть муж и отец.

Сейчас его и Лилиан нет в живых, осталась только их дочь Амелия. Приезжая в замок по приглашению отца три месяца назад, я не видел малышку. А последние три месяца были настолько загруженными, что спать приходилось в седле. Как она? Познакомилась с моей женой, не будет ли она обижать малышку? Так, проворочавшись какое-то время, я всё же уснул.

Глава 16

Утро наступило для меня рано, взглянув в окно, я увидела клочки ясного неба и зарождение яркого солнечного утра. Было тихо, птицы ещё не проснулись, а привычный шум машин отсутствовал. Я в кои-то веки выспалась и была переполнена энергией. Амелия ещё спала, спрятав свою маленькую ладошку под щёчку.

Аккуратно, стараясь не разбудить ребёнка, сползла с кровати. Быстро завершив водные процедуры в ванной, сделав зарядку, стала напяливать на себя шедевр портняжного искусства. Нда, без помощи не обойтись.

В этом мне повезло – в дверь тихо постучались. Пришлось сдвинуть кресло, так чтобы возможно было пройти, и в комнату вошла Салли. На стоящее у двери кресло девушка не обратила внимание.

– Доброе утро, леди Вилия, вам помочь собраться? – шёпотом проговорила Салли.

– Да, помоги, пожалуйста. И расскажи, что это за жидкое вещество, которым я умывалась?

– Это корень мылянки, цветка, который растёт на болотах деревни Мылянки – деревню и назвали в честь этого цветка.

– Значит, цветок на болоте… И как из него получается эта субстанция?

– Простите, что? Сустация?

– Мыльная жидкость? Как из корня её получают?

– Осенью выкапывают корни, промывают в нескольких водах и оставляют на тридцать дней настаивается, иногда помешивают. После того как настоится, процеживают и упаковывают в банки.

– Понятно, а других мыльных составов нет? Стираете тоже этой жидкостью?

– Что вы, леди Вилия. Мыло очень дорогое и его могут себе позволить только господа. Простой народ умывается и стирает обычной золой. При стирке кладём мешочек с золой, заливаем водой и кидаем горячие камни. А умываемся настоем из неё.

– Щёлок, точно!

–Что, госпожа?

– Ничего, принеси мне зольную жидкость для умывания.

– Конечно, леди Вилия, – у девушки на лице было непонимание, но задать вопрос, для чего мне зольная вода, если я могу пользоваться мыльным корнем, она не решилась. За расспросами Салли зашнуровала платье и закончила сооружать мне причёску, которая была похожа на французскую косу.

– Я могу идти за зольной?

– Да, Салли, неси её сюда.

Ждать пришлось недолго. Ну что же, в банке находилась мылящаяся вода.

Когда-то в прошлой жизни я любила ухаживать за собой, и был у меня пунктик на натуральности и экологичности продукции, которой я пользовалась. И с учётом свободного времени вечерами я увлеклась созданием натуральных уходовых средств, таких как мыло, шампуни и крема. Но надолго меня не хватило, видимо, не моё. Но в процессе поиска необходимых составляющих нашла отличную девушку, которая этим жила.

Ей нравилось создавать новое, её увлекал процесс смешивания. В общем, продав по бросовой цене всё, что успела набрать для производства в домашних условиях этой же девушке, просто стала приобретать готовую продукцию у неё со стопроцентной уверенностью в её натуральности. Поэтому, думаю, наладить процесс создания необходимых для меня уходовых средств в этом мире у меня получится. Начнём с мыла, а там увидим.

– Спасибо, Салли. Я сейчас спущусь на кухню, распоряжусь насчёт завтрака, присмотри, пожалуйста, за Амелией. Как только она проснётся, сразу зови меня.

– Хорошо, леди Вилия.

На кухне уже вовсю трудились Алма и её помощницы. Вкусно пахло кофе – очень нравится запах свежезаваренного, сам же напиток – нет. За столом с маленькой чашкой сидел Бертран – вот, значит, кто любитель кофе с утра выпить – который тут же встал из-за стола, стоило мне только войти на кухню.

– Доброе утро, леди Вилия.

– Доброе утро, госпожа, – вразнобой проговорили девушки.

– Доброе утро. Леди Вилия, кофе?

– Всем доброе утро. Нет, спасибо, предпочитаю чай. Алма, что у нас сегодня на завтрак?

– Ну как же, мадам Грета распорядилась приготовить кашу, через пару минут будет готова.

Подойдя к кастрюле, под крышкой обнаружила овсяную кашу на воде, выглядела она не очень аппетитно.

–Алма, и так каждое утро?

– Да, госпожа.

– Предлагаю этой кашей накормить мадам Грету. А для нас испечь оладьи, вы умеете их готовить?

– Конечно, госпожа, а ещё к оладьям у нас есть вкусный мёд и свежая сметана, её сегодня с утра доставил муж Глэнии с деревни Поспелово.

– Замечательно. Бертран, подскажите, мсье Аллистер уже проснулся?

– Час назад, выпил кофе и ушёл в кабинет.

– Спасибо, Бертран. Мсье Аллистер подсказал, что вы знаете, где можно нанять слуг в замок, – пригласите их завтра к утру. Нам потребуется дополнительные люди, чтобы привести все в порядок. И сразу объявите им, что на постоянную работу я выберу самых ответственных.

– Будет сделано.

– Алма, ты кофе варила? А куда жмых высыпала?

– Не успела ещё, вот он лежит.

– Хорошо, пересыпь его в чашку и не выбрасывай, он мне понадобится. А ещё понадобится зола. Кто сможет набрать её?

– Так Марика у нас камины чистит. Но сейчас тепло, и мы их не разжигаем.

– И что, совсем нет золы?

– Госпожа, можно проверить камин в комнате господина – пока он отсутствует, в ней, думаю, не наводили порядок, – проговорил Бертран, – сейчас отправлю туда Марику.

– Спасибо, Бертран, пусть соберёт её всю и несёт сюда. Алма, ещё мне понадобится жир свиной, я вроде бы видела в холодной что—то похожее на него.

– Сейчас Рут принесёт…

– Сейчас не надо, я скажу, когда жир потребуется, просто уточнила, есть ли он.

– Госпожа, Салли попросила вам передать, что маленькая госпожа проснулась.

На кухню вошла симпатичная девушка: круглое, всё в веснушках личико, рыжие пушистые волосы выглядывали из-под чепчика, невысокого роста, крепкого телосложения, одета как Салли. Скорее всего, это и есть Марика.

– Спасибо, Марика. Алма, я думаю, через полчаса, мы спустимся на завтрак, достаточно времени для приготовления оладьей? И накрывайте здесь на кухне, Бертран, прошу вас, пригласите также позавтракать мсье Аллистера.

Получив подтверждении о том, что девушки успеют за полчаса, я вернулась к Амелии.

– Доброе утро, детка. Спасибо, Салли, можешь пока идти, мы здесь сами всё сделаем, – Амелия, сидя на кровати, тёрла кулачками глазки, мордашка была ещё сонной. Забравшись к ней, обняла малышку, поцеловала в обе щёчки.

– Просыпайся, нас ждёт очень вкусный завтрак и много интересных занятий на сегодня, – не заставляя себя уговаривать, Амелия спустилась с кровати и направилась в ванную.

Мне тут же вспомнилась побудка своего любимого племянника – того, чтобы поднять с кровати, требовалось несколько раз подойти пощекотать, стащить одеяло. А самый радикальный способ – это обрызгать водой. И только после проведения всех вышеперечисленных действий племяш с криками скатывался с кровати. Как он там? Как родители, братик? Им, наверное, сказали, что я умерла. Как они восприняли эту весть…

Так, не думаем! Гоним упаднические мысли! Несколько дней мне удавалось не думать о родных, сегодня же вдруг нахлынуло. Всё будет хорошо, родители со временем свыкнутся, я много лет жила вдали от них, и виделись мы с ними раз или два в год, рядом с родителями живёт брат с женой и племянником, он точно не даст им хандрить. Время лечит.

 А мне надо продолжать жить здесь и сейчас и не думать о том, что осталось в прошлом. Сейчас всё хорошо – я жива, с остальным разберёмся.

Пока я приводила своё состояние в порядок, Амелия уже умылась. Мне осталось только помочь переодеться, с чем мы быстро управились и поспешили на кухню завтракать. По дороге встретили мадам Грету, она тоже шла в сторону кухни.

– Добрый день, Ваша Светлость, леди Амелия.

– Добрый день, мадам Грета. После завтрака прошу вас пройти в кабинет, требуется обсудить ряд вопросов по управлению замком.

– Слушаюсь, Ваша Светлость.

Камбала мороженная, бррр… Ни на секунду в лице не мелькнула хоть какая-то эмоция. А спина осталась всё такой же прямой.

На кухне уже разместился мсье Аллистер и что—то тихо обсуждал с Бертраном, девушки расставляли на стол последние чашки. При виде меня разговор прекратился.

– Доброе утро, леди Вилия, леди Амелия. Разрешите, – мсье Аллистер помог разместиться за столом сначала девочке, следом мне.

– Благодарю.

– Благодарю, – повторила за мной Амелия.

– Недопустимо господам принимать пищу совместно с простолюдинами, – ну вот, так всё прекрасно начиналось, но мадам Грета решила вдруг высказать своё «фи».

– Мадам Грета, я ценю ваше мнение, но сейчас оно не к месту. Во-первых, простолюдины, как вы их только что назвали, давно служат в этом замке и преданы семье Данклав. Во-вторых, принимать пищу в грязной столовой – это риск заболевания. А кухня на сегодняшний день – это самое чистое помещение в этом замке. Но если вас что—то не устраивает, можете позавтракать у себя в комнате.

Мадам Грету не устраивало – взяв поднос, на котором стояла чашка с кашей и кружка с чаем, экономка вышла из кухни. После моих слов на лицах Салли, Бертрана, Алмы, девочек и мсье Аллистера промелькнула благодарность.

– Амелия, тебе к оладьям мёд или сметану? – ребёнок задумался. – Предлагаю чередовать, одну оладушку со сметаной, другую с мёдом.

Такой вариант девочку устроил.

– Алма, а гувернантка сегодня спускалась?

– Нет, леди Вилия, Марика отнесла завтрак к ней в комнату.

– А сама Марика где?

– Только что была здесь, принесла для вас ведро с золой, стоит у двери.

– О, замечательно. После беседы с гувернанткой и мадам Гретой займёмся приготовлением мыла. Бертран, напомните, пожалуйста, портниха прибудет в замок после обеда?

– Всё верно, леди Вилия.

– Мсье Аллистер, вы предлагали помощь, прошу поприсутствовать при разговоре с мадам Агнес и мадам Гретой, он состоится сегодня сразу после завтрака.

– Конечно, леди Вилия, рад буду помочь.

Задавая вопросы, я успевала помочь Амелии справится с третьей оладушкой, да и сама не отставала и съела уже две. Также не отставали от поедания воздушных, с хрустящей корочкой, оладушек все остальные. Прикончив пятую и понимая, что шестая точно не влезет, встала из-за стола.

– Спасибо, Алма, девочки. Завтрак получился изумительный! Готова выслушать ваше предложение об обеде – разносолов не требуется, пусть будет сытно и вкусно.

– Леди Вилия, если будет позволено, я предлагаю к сегодняшнему обеду подать мясное рагу, тушёное с перцем и томатом, печёный батат и овощной салат. А на десерт яблочный пирог.

– Прекрасное предложение, Алма. И вообще, составьте меню на ваше усмотрение, я с ним ознакомлюсь, если потребуется, внесём изменение. И прошу вас, никаких постных блюд или излишеств. Пусть всё будет сытным и простым.

– Будет сделано, леди Вилия.

– Амелия, погуляешь в саду с Салли? А я пока решу пару вопросов?

– Да, Вилия, а Мию можно с собой взять?

– Конечно, милая. Салли, присмотри за Амелией.

– С удовольствием, леди Вилия. Леди Амелия, прошу вас, – Салли открыв дверь, сделала приглашающий жест, я же, поймав малышку, спускающуюся со стула, расцеловав в обе щёчки, пообещала, что скоро закончу, и мы вместе будем колдовать. После моих слов Амелия выходила из кухни в предвкушении скорого волшебства.

Глава 17

– Итак, мсье Аллистер, я считаю, в кабинете будет гораздо удобней пообщаться с мадам Агнес. Бертран, вас не затруднит пригласить девушку в кабинет?

– Совершенно не затруднит, леди Вилия.

Я и управляющий направились гуськом, как объевшиеся утки, в кабинет. А что вы хотели, это я съела пять оладушек и выпила чашку ромашкового чая, а управляющий съел гораздо больше, и чай ему Рут подливала раза три, не меньше.

– Простите, леди Вилия, давненько я так не наедался. С вашим появлением еда стала намного вкусней. После того как покойный герцог женился второй раз, Алме пришлось готовить постную пищу. Я-то ладно, всегда в разъездах и мог отобедать в тавернах, но домашняя еда не сравнится ни с чем. А вот герцогу досталось, да и леди Лилиан, матери Амелии, им пришлось есть, прости меня светлая, бурду. Вы уж извините, что я так по-свойски, леди Вилия.

– Всё в порядке, мсье Аллистер.

– Леди Вилия, прошу вас, обращайтесь ко мне просто по имени. Вы хозяйка этого замка, и нам придётся часто общаться по разным вопросам – так будет гораздо удобнее.

– Хорошо, Аллистер. Действительно, так будет гораздо удобнее. Ко мне вы тоже можете обращаться Вилия или леди Вилия, без госпожи и вашей светлости.

– Вот и договорились, – не знаю, что повлияло на управляющего, но по отношению ко мне явно прошли изменения и в лучшую сторону. Пропала настороженность, пусть не вся, конечно, но общение наше стало однозначно теплее.

– А ещё вчера Рут подсунула мне вашу горчицу. Отличная вещь, но уж больно кусачая. Аж дыхание перехватило, но мозги прочищает будь здоров. Вот подумываю брать её на сделки – некоторым торговцам необходимо почаще прочищать мозги, а то завышают цены втридорога.

– Полностью согласна с вами. А когда спросят о стоимости этого чудесного соуса, что ответите? – Аллистер резко притормозил.

– Думаете, заинтересуются?

– Уверена в этом, а если вы ещё к горчице приложите кусочек хлеба и ломтик запечённого мяса, то от вас просто не отстанут, пока не заключите договор поставки горчичного соуса.

– Интересно, надо обдумать… Да, надо обдумать, – всё, управляющий был потерян, в его голове крутились мысли, да так, что шевелились волосы. Но в темпе улитки мы-таки добрались до кабинета, у которого уже ждала гувернантка.

– Прошу вас, проходите, – Аллистер уступил мне место за столом, сам разместился у окна, мадам Агнес усадили в кресло.

– Мадам Агнес, прошу вас поделиться расписанием обучения своей подопечной.

– Леди Вилия, я не совсем понимаю, для чего вам это. Меня пригласила работать леди Офелия, за год моего нахождения здесь нареканий не было. Я отлично справлялась со своими обязанностями.

– Кто вам сказал, что отлично? По истечении трёх испытательных месяцев вы отчитывались о проделанной работе? Вашу работу проверяли?

– Эээ, простите.

– Мадам Агнес, сейчас хозяйка этого замка я, и давайте я буду решать о том, как вы справляетесь со своими должностными обязанностями. Я чётко поставила перед вами задачу – рассказать, как проходил или будет проходить ваш и леди Амелии день. Пока вы мне ничего не рассказали. Слушаю вас внимательно.

– В девять утра подъём, умываемся, завтрак. После учим буквы, этикет. Потом обед и послеобеденный сон. После сна читаем домоводство, вышиваем. Умываемся, и я укладываю леди Амелию спать.

– А на следующий день ваше расписание, планы?

– Леди Вилия, я не понимаю вас. Мы занимаемся тем же, что и в предыдущий.

– И на следующий, и на следующий. А как же прогулки? Верховая езда? Игры? Обучение математике, истории, географии? Если я верно понимаю, до восьми лет общее образование преподаёт гувернантка ребёнка, вас взяли в качестве гувернантки. Но, исходя из рассказа, я не увидела и малой доли выполнения того, что входит в ваши обязанности.

– Ваша Светлость, это расписание занятий согласовала леди Офелия.

– Я вас услышала, меня не устраивает это расписание. Давайте его расширим и добавим прогулки в саду, игры в замке и на свежем воздухе. Обучение истории, географии, математике и прочему. Вы готовы приступить с сегодняшнего дня к такому расписанию?

– Ваша Светлость, считаю, что разумнее дождаться приезда леди Офелии и обсудить вопрос воспитания леди Амелии с ней.

– Я задала вопрос. И жду на него ответ сейчас.

– Нет, я не буду работать при таких условиях.

– Отлично! – я встала из-за стола. – Мсье Аллистер, прошу рассчитать мадам Агнес с завтрашнего дня. Вам же необходимо сегодня собрать свои вещи и покинуть замок.

– Как вы смеете! – гувернантка вскочила с кресла. – Что вы себе позволяете? Меня пригласила леди Офелия, у меня отличные рекомендации.

– Смею! Позволяю! Уверена, что ваши рекомендации помогут вам в дальнейшем трудоустройстве, а теперь прошу покинуть кабинет!

Гувернантка несколько секунд раздумывала, броситься на меня или всё же выйти из кабинета. Благоразумие восторжествовало, и Агнес покинула кабинет, фыркнув напоследок. В ещё не закрытую дверь тут же вошёл Бертран (не будем подозревать столь утончённого человека в банальном подслушивании, просто стечение обстоятельств).

– Бертран, прошу вас помочь мадам Агнес собрать свои вещи и благополучно добраться до ближайшего города. А также прошу вас пригласить мадам Грету в кабинет.

– С удовольствием, леди Вилия, – и ему гувернантка Амелии не нравится, судя по удовлетворённому лицу, всё-таки не такой он и невозмутимый.

– Леди Вилия, я поражён, как вы поставили зарвавшуюся мадам Агнес на место! Нет, это же надо, «подождём, что скажет леди Офелия»! Хозяйка в замке вы, и леди Офелия не имеет к нему никакого отношения.

– Однако по какой—то причине мадам Агнес сделала вывод о том, что леди Офелия вернётся в замок и она по—прежнему хозяйка в нём.

– Да, я тоже это заметил. Надо выяснить, кто ещё в замке так думает.

– И, Аллистер, спасибо, что присутствовали при разговоре с мадам Агнес, с вами мне было спокойнее, – все любят похвалу, а дети и мужчины больше всего, не будем лишать их этого. Тем более, что с Аллистером нам ещё долго сотрудничать.

– Всегда рад помочь, леди Вилия. Обращайтесь.

К окончанию обмена любезностями в дверь постучали, и в кабинет вплыла мадам Грета.

– Мадам Грета, судя по тому, что я вижу, в замке давно не проводили генеральную уборку, скорее всего, вам трудно было справиться всего с двумя горничными, но завтра в замок придут нанятые Бертраном люди, которые наведут чистоту. Вам требуется среди них выбрать дополнительных людей для работы в замке и поддерживать в дальнейшем чистоту. Также я хочу внести изменения в меню, жду от вас предложений. Вам всё понятно, мадам Грета?

– Да, леди Вилия, будет исполнено.

– Хорошо, вы можете быть свободны, – когда дверь кабинета закрылась за вышедшей из него мадам Гретой, я повернулась к Аллистеру.

– Аллистер, а теперь прошу извинить, но я вас покину, до обеда хотела провести время с Амелией.

Выйдя из кабинета, в первую очередь зашла на кухню выпить стакан воды – после беседы в горле пересохло и стало першить. Убедившись в том, что Амелия и Салли всё ещё находятся в саду, направилась к ним – в саду девочки из сорванных цветов составляли букет.

– Вилия, это тебе, я сама собирала, а Салли помогала! – Амелия, увидев меня, сорвалась с места и подбежала.

– Спасибо большое, очень красивый букет, ты молодец! – распахнув руки, поймала ребёнка и немного покружила, отчего на весь сад раздался звонкий смех девочки.

– Ты не устала?

– Нет, совсем не устала. И Салли мне помогла.

– Ну, тогда, пошли на кухню колдовать.

– Ух ты, а у меня ещё нет магии, как я буду колдовать?

– И у меня её нет, а колдовать можно и без неё. И Салли научим, – в холле нам снова встретилась мадам Грета – караулит она нас, что ли?

– Ваше светлость, мне сказали, что мадам Агнес покидает сегодня замок, так как вы больше не нуждаетесь в её услугах. Я так понимаю, что слуги неправильно поняли ваше распоряжение?

О как обернула! Тонко дает понять, что я сделала неверный шаг и есть возможность спихнуть всё на недалёких слуг.

– Нет, мадам Грета, всё верно, мадам Агнес недостаточно квалифицирована для занятий с леди Амелией, и мы не нуждаемся в её услугах.

– Но, Ваша Светлость, у неё отличные рекомендации, её пригласила к девочке леди Офелия. Возможно, вы поторопились с принятием решения, и стоит подождать леди Офелию?

– Мадам Грета, впредь рекомендую вам не подвергать сомнению принятые мной решения. В услугах мадам Агнес мы не нуждаемся. Можете быть свободны. Хотя нет, мадам Грета, напоминаю, завтра с утра в замок придут нанятые Бертраном дополнительные слуги и будут приводить в порядок замок, прошу подготовить все необходимые для этого предметы: ведра, тряпки, веники…

И, более не задерживаясь, я направились на кухню.

– Салли, я редко вижу Марику, чем она занимается в замке?

– Леди Вилия, она в основном помогает мадам Грете и мадам Агнес. Убирает их комнаты, приносит еду. Помогает одеться, делает причёски.

– Понятно, а почему у Амелии нет горничной?

– Леди Офелия считала, что маленькой девочке она не требуется.

– Спасибо, Салли. Как ты услышала, мадам Агнес сегодня должна покинуть замок. И пока мы не подберём Амелии новую гувернантку, придётся тебе присматривать за девочкой.

– Что вы, леди Вилия, мне только в радость! Я и раньше приглядывала за леди Амелией, когда девочка оставалась одна в комнате.

– Вилия, это правда? Мадам Агнес больше не будет моей гувернанткой?

– Правда, мы вместе с тобой выберем другую.

А на кухне, до которой мы наконец-то добрались, стояла напряжённая тишина. Алма, уперев руки в бока, гневно смотрела на Марику, Рут и Молли недовольно поджали губы.

– Что у вас происходит?

– Ничего, леди Вилия, просто кто-то слишком много говорит, сам не работает и других отвлекает.

После этих слов Молли продолжила мыть тарелки, Рут что-то крошила, Марика, развернувшись, покинула кухню. Заострять внимание на всём этом не стала, при случае выясню, что здесь произошло. Ну а пока надо начинать приготовление нормального мыла.

Глава 18

– Алма, я не сильно помешаю тебе, если размещусь у тебя на кухне? И мне понадобится помощь одной из девочек.

– Нет, конечно, леди Вилия, а в помощь возьмите Молли, она как раз закончила мыть посуду, – Рут тоже очень рассчитывала поучаствовать в чём угодно и была расстроена. Я ещё вчера обратила внимание, что девушка готова к экспериментам и самая смелая из всех присутствующих, не считая малышки, конечно.

– Рут, тебе позже поручу самое ответственное дело, – после этих слов лицо девушки засияло. Ну, вот и хорошо, незачем огорчать хорошего человека.

– Алма, мне потребуется, в первую очередь, какая-нибудь кастрюля, литров на десять, ту, которой ты нечасто пользуешься и не жалко. А ещё сито, тоже желательно ненужное, – всё это мне быстро принесла Молли.

– Эээ, нет, на кухне это делать не нужно. Так, девочки, идём во двор. Молли, бери ведро с золой, Салли – кастрюлю, Амелия, неси сито, и все за мной, я возьму эту деревянную лопатку.

Вот таким ровным строем: впереди я с лопаткой, следом Амелия с ситом, Молли с ведром и Салли с кастрюлей, – вышли на задний двор. Что сказать, наш выход сильно удивил тренирующихся во дворе под присмотром старого капитана солдат. Почему я решила, что это капитан? Наверное, по причине того, что выглядел он старше остальных, шрамов на лице было больше, да и вообще, если кто-то в толпе тренирующих орёт матом и называет безруким бараном, он сто процентов главный. Знаю, плавали.

В итоге наш фееричный выход вынудил прекратить тренировки, капитан, заметив, что солдаты замерли и смотрят в одну сторону, естественно, повернулся посмотреть, кто нарушил ему дисциплину.

– Добрый день, леди Вилия, меня ещё не представили вам, не было возможности, разрешите сделать это самому: капитан замкового отряда мсье Жак Хоквуд, обращаться ко мне капитан или Жак, как будет удобно вашей светлости.

– Добрый день, Жак, приятно познакомиться.

– Леди Вилия, я хотел извиниться: вы чуть не погибли. Я направил для вашей охраны, видимо, недостаточно солдат.

– Жак, вас не за что извинять. Увы, но мы не можем предусмотреть всего. Серджио и солдат так и не нашли?

– Пока нет, но солдаты, направленные на их поиск, ещё не вернулись, надеюсь, они принесут хорошие вести.

Интересно, что капитан имеет в виду под хорошими вестями? Смерть всех сопровождающих? Ведь, если солдат не найдут, значит, можно считать их изменниками, разве нет? Но оставим эти мысли пока при себе.

– Жак, нам потребуется просеять вот эту золу, мы ненадолго разместимся здесь во дворе.

– Разумеется, леди Вилия Возможно, вам требуется помощь? Я могу пригласить пару солдат.

Так—то работёнка предстоит пыльная, и нам, девочкам, не очень хочется возиться в этой грязи, а солдаты и так уже грязные после тренировки…

– Вы очень любезны, капитан, я не откажусь от предложенной помощи, и для этой работы достаточно одного солдата.

– Стин, подойди сюда, – от толпы отделился молодой человек, симпатичный, лет двадцати пяти, с короткой стрижкой на светло—русых волосах, ростом около ста семидесяти пяти сантиметров. Фигура крепкого тренированного мужчины – ну это и понятно, поразмахивай мечем весь день. Девушки мгновенно подобрались и тут же приняли выгодную позу, подчёркивающую все достоинства фигуры. Девочки – они во всех мирах девчонки.

– Стин, леди Вилии требуется помощь, ты остаёшься с ней.

– С удовольствием, капитан. Добрый день, леди, что делать?

– Добрый день, Стин, сейчас нам необходимо просеять золу из этого ведра, в итоге должны получить чистую, без крупных кусочков.

– Хорошо, давайте я отойду в сторонку, чтобы пыль не летела в вашу сторону.

Как только Стин отошёл на достаточное расстояние, чтобы не слышать наш шёпот, стала приводит в себя девушек.

– Молли, Салли, выдыхайте. Он уже ушёл. У вас сейчас такой вид, как будто вас по голове прибили пыльным мешком, осталось слюни пустить. Ну, точно, у одной уже текут, – девчонки дёрнулись и быстро стали вытирать рот, Амелия тихо хихикала в ладошку, а девушки с укором взглянули на меня, обнаружив, что с ними все в порядке.

–Леди Вилия, он такой… – пропела Молли.

– Какой? Ну, симпатичный, и всё. Вы тоже очень красивые девушки, поэтому пусть лучше он слюни пускает, а сейчас соберитесь и расскажите мне, какие у нас есть масла, духи, в общем, любые жидкости. Возможно, были у прежних герцогинь. Также мне нужны лечебные травы. Цветы ромашки, календулы, лаванды…

– Леди Вилия, травы у нас есть, но немного, обычно мы ездим за снадобьем к знахарке Трезии. Надо проверить в кладовой, что осталось. И бутылочки с жидкостями для наведения красоты были у матушки господина Андре, и у мадам Лилиан, – они сейчас хранятся в холодной.

– А ещё в холодной есть масло из оливок, на вкус так себе и при жарке горчит, мы его не используем. Оно стоит ещё со времён деда господина Андре. Дедушка господина Андре любил всё необычное, когда для него из деревни Подгорной привезли плоды оливы, он приказал на всём склоне горы посадить эти деревья, ответственным за сад назначил моего деда. Деревья выросли и сейчас приносят хороший урожай, а плоды оливы продают по всему королевству. Масло пробовали делать в той же деревне, но оно не понравилось герцогу, и давить его прекратили, – по Молли было заметно, что она очень гордилась своим дедом, которому поручили столь важное дело.

– Отлично, девочки. Теперь несите всё, вами найденное, на кухню. Скажите Алме, что я попросила выделить для хранения всех бутылочек одну из полок на её кухне.

Когда девочки разбежались выполнять поручения, взяв за руку Амелию, пошли осматривать двор. Двор был большим и чистым. Видимо, управление экономки не распространяется на него. Выход из замка во внутренний двор был один, сам замок был огорожен высокой каменной стеной светло-коричневого цвета, такого же цвета, как и замок. Во дворе стояли несколько построек, с правой стороны от выхода, ближе всего к замку, стояло большое строение, из него периодически выходили солдаты – скорее всего, это была казарма. Сразу за ней – небольшой навес с печкой, похожий на летний вариант места для приготовления пищи. За казармой стоял деревянный сруб, в моём мире это была бы баня. Надо узнать у капитана.

Если это баня, то появился ещё один огромный плюс к этому миру – баню я любила с детства, ещё моя бабушка приучала меня правильному парению. И это целое искусство, надо отметить. К сожалению, в реалиях моего прошлого мира, искусство парения исчезает. И очень сложно найти по—настоящему хорошую баню, в которой, забравшись на самый верхней полок с берёзовым веником в руках, находишься в ожидании сакрального слова «поддай». И сразу же на раскалённые серо-чёрные камни выливалась горячая вода из ковшика, парилку окутывало жаром. И ты тут же начинаешь себя хлестать веником. После парения натираешься мочалкой, окатываешь себя ледяной водой, не переставая фыркать. И обязательный ритуал: в предбаннике выпить кружку травяного чая или смородинового морса.

Ох, что-то в баню захотелось, особенно после трёх дней без нормального мытья.

Так, что следующее: дальше всего от замка были построены конюшни, оттуда периодически доносилось ржание лошадей. Туда-то мы и направились с Амелией, не переставая осматривать двор.

Во дворе сразу после конюшни стоял навес, это была столярная мастерская. За ней жилой домик, тоже сделан из камня, вокруг него в клумбах цвели цветы, и из—за этого домик выглядел по—праздничному нарядным, возможно, в этом домике жил садовник, его в замке я ещё не встречала.

Ну а между домиком и замком, за низеньким заборчиком, был огород, как по линейке ровными рядками в нём были выстроены грядки, в вдоль стены росли кусты смородины, малины, вишня и ещё какие—то деревья. И ни одной травинки сорняка.

В конюшне нас не ждали, парнишка лет восемнадцати, с вихрастым чубчиком тёмно-русых волос, с открытым улыбчивым лицом, напевая какую—то незамысловатую песенку про прекрасную девицу, начищал мою Рыжую.

– Ой, добрый день, леди. Простите, я не видел вас, – парень смутился, и кончики его ушей покраснели.

– Добрый день, я леди Вилия, а это леди Амелия. Мы не хотели тебе помешать, просто прогуливались и решили посмотреть на лошадей. Как тебя зовут?

– Моё имя Нилс, леди Вилия. Я могу вам помочь?

– Нилс, подскажи, пожалуйста, в нашей конюшне есть пони? Для леди Амелии? – лицо малышки осветилось улыбкой – господи, как просто порадовать и сделать счастливым этого ребёнка. «Я буду очень стараться, чтобы каждый день твоё личико озаряла улыбка» – пообещала я мысленно.

– Конечно, леди Вилия, в дальнем углу конюшни, позвольте, я провожу вас.

– Проводи, пожалуйста, и Нилс, нет ли у тебя каких-нибудь вкусностей для пони и Рыжей, мы не планировали сегодня посетить конюшни и ничего с собой не прихватили.

– Есть, госпожа. Подождите, пожалуйста, сейчас принесу, – через пару секунд Нилс дал мне и Амелии по яблоку. Своё яблоко я тут же вручила Рыжей, она укоризненно посмотрела на меня, отказываясь брать яблоко с руки.

– Прости, совсем замоталась и не успела навестить тебя. Как ты? Нилс хорошо за тобой следит? Обещаю исправиться и навещать почаще. И мы обязательно ещё погуляем с тобой по лесу и лугам.

Так приговаривая, я гладила, выпрашивая прощение. Прощение было получено спустя десяток слов о том, какая она красивая и чудесная. Прежде чем взять из моих рук яблоко, Рыжая ещё раз взглянула на меня, давая понять, что все мои обещания она запомнила.

– А теперь извини, но нам надо познакомить Амелию с её новым другом, а завтра я обязательно тебя навещу.

В дальнем углу конюшни вольготно разместилась маленькая, ростом около ста сорока сантиметров, лошадка. Светло-молочного цвета, с чёрной гривой и хвостом и в чёрных носочках на ногах. Она внимательно смотрела на нас большими умными глазами.

– Нилс, как зовут эту красавицу?

– Бонни, леди Вилия.

– Бонни, давай знакомиться, я леди Вилия, а это леди Амелия. Я очень буду рада, если вы подружитесь. Амелия, не бойся, давай вместе подойдём и дадим Бонни гостинец. Вот так, осторожно протяни ручку.

– Взяла… Вилия, Бонни взяла у меня яблоко! Мы теперь с ней друзья? – прошептала Амелия.

Ребёнок был счастлив. Отдав яблоко, которое было схрумкано за минуту, той же ладошкой Амелия погладила пони по милой мордочке. В ответ была обфыркана в лицо, в общем, Амелию приняли. Подозреваю, что Бонни взяла над девочкой, так сказать, шефство, и решила присматривать как за несмышлёным жеребёнком.

Предоставив ещё несколько минут Амелии пообщаться с новым другом, я узнала, что Нилс – опытный наездник (хм… в восемнадцать лет?) и готов помочь нам освоить конную езду. Мы договорились, что в хорошую погоду будем приходить к конюшне после обеда и около часа учиться кататься верхом.

И да, Нилс подтвердил, в домике действительно живёт садовник со своей супругой, а он их внук. К огромному сожалению деда и бабушки, у него отсутствует любовь к земле и растениям, но зато Нилс очень любит лошадей, и с раннего детства ребёнка было трудно вытащить из конюшни. Когда старый конюх умер, конюшню доверили Нилсу, чем он очень гордится. Поблагодарив Нилса, мы решили возвращаться. У замка нас уже ждали Салли и Рут, а Стин уже закончил просеивать золу.

– Леди Вилия, у нас всё готово. Все бутылочки и баночки расставлены на полке, ещё Алма выделила баночку с маслом желтоватого цвета, очень твёрдое. И пахнет шоколадом, она сказала, что привёз его тоже старый герцог, но маслу так и не нашли применение, – судя по описанию Рут, это было масло какао. Это же можно столько сделать! Хоть бы это было оно.

– Молодцы, спасибо, до них мы скоро доберёмся, а где Молли?

– Алма, поручила ей поставить тесто, Молли хорошо с этим справляется и очень любит печь, – ответила Салли.

– Понятно. Стин, спасибо вам большое, – поблагодарила я подошедшего помощника. Зола была просеяна, и в кастрюле остался, в основном, мелкий песок. Крупные части от золы Стин выложил в ведро. Бегло взглянув в него, среди чёрных деревяшек увидела, как что—то блестит маленькими каплями прозрачной воды. Странно, вода однозначно должна впитаться в дерево, что бы это могло быть? Зачем гадать, сейчас проверим. В ведре действительно лежали капельки застывшего стекла, прозрачного как вода, только сверху к нему местами прилипли кусочки золы.

– Что это?

– Не могу сказать, госпожа, – проговорил Стин, девушки тоже с недоумением смотрели на стекляшки.

Глава 19

Взяв в руку пару капелек, поняла, что ошибалась – это было не стекло. Во-первых, они были лёгкими и более пористыми, что ли, не такими плотными, а во-вторых, тёплыми, в отличие от стекла. Это, скорее всего, больше похоже на янтарь – были у меня бусы из него, маленькие круглые шарики, яркие, как солнышко, наследство моей бабули, я их часто держала в руках, когда нападала хандра, казалось, что так становится легче.

– Стин, а где хранится поленница с дровами, которыми топят камины?

– За баней, госпожа, – всё же баня есть, отлично. Вот только ходят ли в неё женщины? Или это для солдат? Тогда печаль.

– Веди, – и мы всей нестройной толпой вслед за Стином направились в сторону бани.

Амелия, весело припрыгивая и так и не отпустив из ручки куклу Мию, шла рядом. Девочке явно всё нравилось, и она весело проводила время. Рут и Салли шли сзади и, по-моему, уже ничему не удивлялись. Надо сходить посмотреть дрова, которыми топятся камины в холодную погоду? Хорошо, пойдемте, глянем.

А во дворе тем временем тренировка явно была сорвана. Нет, она не прекратилась, но всё чаще солдаты пропускали удары, и голова их была повёрнута точно не на спарринг—партнёра. Боюсь, что капитан Жак, как только мы покинем двор, выскажется от всей солдатской души.

Добравшись через всё тренировочное поле к дровянику, который оказался спрятанным за баней, я стала высматривать на поленьях смолу. Ведь как-то в золе появилась эти прозрачные капли? И образоваться они могли из неё.

– Простите, леди Вилия, что вы ищете? Мы можем вам помочь?

– Я ищу полено с каплями смолы, хочу кое-что проверить.

– Подойдёт любая смола? – уточнил Стин.

– Да, любая, всё, что найдёте, показывайте мне.

В итоге убили на это минут двадцать времени, а нашла полено с потёками жёлтой смолы Амелия в самом низу поленницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.