Федор Токарев
Пустота под масками

Глава 1

Если бы мама Дениса узнала, что ее сын снова слушает этот богомерзкий рок, парню бы точно досталось. К счастью, басы ревели только в наушниках, плотно прижатых к его ушам, а в комнате с пожелтевшими обоями стояла гробовая тишина. Хотя музыка стала бы меньшей из проблем, зайди сейчас в комнату незваный гость: подтянутая задница какой-то мулатки занимала большую часть экрана его компьютера.

Денис заметил, как дверь начала открываться. Монитор и так предусмотрительно был повернут в сторону от входа, что давало ему ровно три секунды для избавления от компромата прежде, чем мама дойдет до стола. Отрепетированными движениями пальцев он скрыл окно браузера, переключился на файл учебника.

– Денис! Ты где?! – раздался голос матери, и парень скинул наушники.

– Здесь я, здесь, где мне еще быть? – Денис нажатием одной клавиши выключил звук и вынул наушники.

В комнату вошла высокая женщина в выцветшем голубом халате с едва различимыми на нем зверюшками и окинула сына подозрительным взглядом сквозь очки в круглой оправе. Темные волосы, уже подернутые сединой, двумя аккуратными хвостиками лежали на ее плечах. Рыхлое телосложение вкупе с вялыми чертами лица могли навести на мысль, что их обладательница уже на всех парах несется к пенсии, однако в действительности ей не было и сорока.

– Опять экран отвернул! Что ты там смотришь? А ну показывай! – Она уверенным шагом направилась к Денису, намереваясь поймать его за чем-нибудь непристойным, но тот с полным хладнокровием повернул экран к ней.

– Я читаю. Мне просто отсвечивает, – он указал на окно, из которого в помещение проникал тусклый дневной свет, отраженный от серого здания напротив.

– Ага, музыку свою слушаешь, а не читаешь, – мама указала на наушники, и Денис молча протянул их ей. – Телевизор за стеной мешает, а в них тихо.

Женщина прислушалась – никакой музыки.

– Хорошо, сделаю потише, – разочарованно выдохнула она.

– Не надо, мне и так нормально…

– Не нормально, нечего в наушниках сидеть весь день!

– Мам, на улице машины, люди шумят, они тоже будут мешать. Все хорошо, правда.

– Ладно, – кивнула она, и наступила неловкая пауза. Женщина будто пыталась вспомнить, зачем она, собственно, заходила. – В субботу к нам зайдет отец Михаил, он хочет с нами поговорить. Так что не задерживайся – из школы сразу домой.

Растрепанные светлые волосы Дениса буквально начали шевелиться от урагана мыслей в голове. Где он мог допустить ошибку? Парень всегда чистил историю браузера, даже несмотря на то, что мама никогда в жизни не смогла бы включить компьютер. Всегда ставил на паузу музыку, даже если выходил в туалет. Секретный телефон, когда его не удавалось взять с собой, был спрятан на книжной полке, прямо под толстенным учебником алгебры. Он был там и сегодня – Денис всегда проверял, не нашла ли его мама. Легальный, подаренный на день рождения телефон стерилен – никаких контактов, кроме классной руководительницы и матери. На экране – подборка религиозных приложений: «Цитаты из писания на каждый день», «День в истории христианства» и еще десяток подобных. Папа Римский прослезился бы.

– Поговорить с нами? О чем? – Денис удивленно поднял брови, уставившись невинными глазами на мать, продолжая спрашивать себя: «Где я прокололся?»

– Узнаешь в субботу. Повтори писание перед встречей. Я не хочу, чтобы ты опозорился.

– Хорошо, мам. Я повторю.

Мама уже собралась уходить, но вдруг остановилась.

– И даже спорить не будешь? – спросила она, повысив тон. Денис знал этот голос – после него следовал неожиданный бросок к компьютеру или внезапная инспекция телефона. Она сочла соглашательство сына подозрительным. И не зря, учитывая, что в свернутом браузере сейчас имели место внебрачные отношения той самой мулатки с накачанным белым парнем.

– А есть смысл? – Денис добавил в вопрос щепотку агрессии. Не слишком большую, но достаточную, чтобы показать свое недовольство. Важно было не переборщить: чуть больше – и это уже будет «недовольство-бунт», а Денису требовалось «недовольство-смирение». Мать молча уставилась на него. Он отмерил секунду зрительного контакта до следующей реплики, ответь он чуть раньше – и смиренное недовольство перерастет в «недовольство-скандал», чуть больше – и оно станет недовольством «нам не о чем говорить». – Я должен прийти вовремя, значит, приду вовремя. Писание повторю, не волнуйся.

– Хорошо.

«Идеально…» – сказал про себя Денис.

– Но это для твоего же блага, а ты никак не хочешь этого понять!

«Черт, сейчас будет истерика!»

– Мам, – Денис нацепил лучшую из его сыновних улыбок, – я понимаю, правда.

Сейчас длительный зрительный контакт был необходим, так что парень пялился на мать щенячьим взглядом столько, сколько мог.

– Хорошо, если так. Я все же убавлю немного звук, – она улыбнулась в ответ и ушла, закрыв за собой дверь.

На следующий день за завтраком, после молитвы, мать Дениса была молчалива. Почти прикончив яичницу, она наконец осторожно произнесла:

– Знаешь, я вчера смотрела новости – они отдают все больше власти машинам. Говорят, компьютеры скоро будут писать законы, по которым должны жить люди, представляешь? – мать вопросительно посмотрела на сына, и Денис согласно кивнул.

– Да, ужас.

– Они строят новую школу в нашем районе, ты же видел?

– Конечно, я прохожу недалеко по дороге в старую школу.

– Ты не будешь туда ходить, – постучав пальцами по столу, заключила мать. – В их новую школу ты не пойдешь. Это уже слишком, так и до метки антихриста недалеко.

– Мам, это просто новое здание.

– Нет, не-е-е-ет, – протянула она. – Они не просто так строят новую. Там все будет пронизано передатчиками, вас будут убеждать, что бездушная машина должна управлять нами! Если в вашей школе начнут все это оправдывать, я тебя и туда не пущу. Уж лучше учиться дома. Ты же скажешь мне, если услышишь что-нибудь подобное?

– Да, разумеется, – согласился Денис, заканчивая завтрак.

По дороге в школу он свернул на улицу, ведущую к стройке. Хотя на площадке кипела работа, Денису удалось увидеть только трех людей. Основные действия выполняли машины – некоторые, похожие на гуманоидов, суетились между каркасами этажей, другие, напоминавшие собак, переносили какие-то грузы, а вокруг здания бродили двуногие роботы-погрузчики высотой около трех метров, при каждом шаге переваливаясь с ноги на ногу. Люди же стояли, держа в руках планшеты, и управляли процессом. Роботы не казались Денису страшными, да и в очертаниях строения не было ничего зловещего.

К школе Денис подошел через двадцать минут. У облезлого крыльца он свернул в сторону и наткнулся на трех подростков, один из которых, Максим, одетый в черную кожаную куртку, почти целиком увешанную значками и огромными булавками, прятал за спиной сигарету. Раньше он держался бы от них подальше. Год назад уж точно, ведь это были самые страшные отморозки из параллельного класса. Но однажды, после очередной порции насмешек, Денис треснул Максу в ухо так, что тот зашатался и, вытаращив глаза, упал как подкошенный. Конечно, ему тоже досталось в тот вечер. Мальчишки не придерживались правил честной дуэли один на один, но отношения с этой компанией постепенно начали налаживаться, и теперь он даже мог назвать их своими друзьями.

– Опять от отца получишь. Держи бумажкой, я же говорил. – Денис указал на дымящийся окурок. – Вырви лист из тетради, сверни в полоску, сложи ее пополам и зажимай сигарету. Пальцы не провоняют.

– Без тебя не догадался бы, умник, – скривился Максим и сделал глубокую затяжку.

– Не догадался же, – Денис пожал плечами.

– Чо сказал? – Максим подался вперед, но как-то лениво, и Денис просто проигнорировал его, обратившись к рыжему парню, стоявшему чуть в стороне:

– Егор, ты как-то говорил, что пробирался на стройку.

Парень кивнул в ответ.

– Сможешь провести меня?

– Зачем? Там постоянно шарятся роботы, а если поймают, будут проблемы.

– Просто покажи мне, как пройти, а дальше я сам. Хочу посмотреть, что они там строят.

– А ты что, Егорка, испугался? – В этот момент над школой с назойливым жужжанием пролетел полицейский дрон, и Максим бросил окурок на землю, тщательно размазав его по газону черным берцовым сапогом.

– Просто не хочу получить ни за что, – ответил Егор.

Молча стоявший в стороне Витя вдруг сказал, что тоже пойдет, если пойдут остальные.

– Трое против одного, – заключил Максим, пялясь на Егора.

– Ты тоже пойдешь? – удивился Денис.

– Ну да, – удивленно улыбнулся Макс. – Сегодня?

– Можно и сегодня, уйдем с последнего урока, – Денис окинул взглядом присутствующих, и каждый, быстро посмотрев на соседа, согласился.

Последним уроком в расписании стояла литература. Читать стихи с выражением никто желанием не горел, да и прогул можно было легко перекрыть скачанным из интернета сочинением. Так что звонок с предпоследнего урока провозгласил свободу, и компания рванула на улицу.

– А если нас застукают? – Виктор заметно нервничал. Хотя он и был на полголовы выше остальных, сейчас он казался Денису случайно попавшим в их компанию первоклашкой.

– Не переживай, – Максим похлопал его по плечу. – Самая суровая кара от твоих родителей – это детский утренник по сравнению с тем, что может учудить чокнутая мамаша Дениса.

– Иди на хер, – буркнул Денис, толкая Максима в бок.

– А что, я не прав? – засмеялся тот в ответ.

– Она думает, что там есть какие-то устройства, чтобы промывать нам мозги и следить за нами.

– Мы рискуем ради того, чтобы проверить еще одну бредовую теорию твоей матери? – Егор сбавил шаг.

– А вот полезть просто так ты не был против, – съязвил Денис. – Мы идем, чтобы проверить, бредовая ли она. Хочу убедиться.

– Кравцов, блин, твоя мамаша… – начал Виктор раздраженным тоном, но Денис его перебил:

– Кто еще про нее что-то скажет – получит в рыло, – а затем добавил: – Я сам знаю, что у нее крыша поехала, но не надо мне про это напоминать каждую минуту.

– Она и у тебя была не на месте, дружище, – Максим положил руку на плечо товарища, – пока мы не вернули тебя на путь истинный. Ладно, история про школу, влияющую на мозги, – хорошая история. Что бы мы там ни увидели – я буду рассказывать, что мы нашли излучатели… разжижения мозга!

– Излучатели разжижения? – переспросил Виктор.

– Пофиг. Главное, что Маринка мне точно даст после этого!

– По яйцам она тебе даст, – буркнул Егор.

– Все, все, не ревнуй. Просто признай, что я симпатичнее. – Максим пригладил волосы и расправил плечи. Егор пропустил его замечание мимо ушей.

Машины могли бы работать круглые сутки – им не нужен был отдых, кроме плановой диагностики раз в неделю. А вот людям сон необходим, поэтому стройка шла только двенадцать часов в сутки. Кроме того, местные жители не особо жаловали строительство новой школы. После того как правительство объявило, что экономикой теперь фактически управляет компьютер, люди боялись потерять последние рабочие места. Да и страх массовой промывки детских мозгов разделяла не только мать Дениса, но и другие инициативные жители города. Машины должны были казаться максимально нестрашными – работать неполный день, не шуметь и двигаться как можно медленнее, слушая указания прорабов-людей, которые, разумеется, не хотят трудиться без перерыва на обед, перекура, выходных и так далее. В итоге стройка, которая могла бы закончиться за неделю, тянулась уже второй месяц.

Именно это и давало возможность пробраться на территорию. Конечно, система охраны засекала нарушителей мгновенно, и погрузчики по периметру приводились в готовность, чтобы поймать сорвавшегося со строительных лесов ребенка или пьяницу. Риск для нарушителей оставался, но кураторы проекта справедливо рассудили, что разбившийся на стройке школьник вызовет меньше шумихи, чем роботы, гоняющие людей посреди неблагополучного района, кишащего религиозными фанатиками и маргиналами.

Когда друзья подошли на расстояние полусотни метров от сетчатой ограды и укрылись за стоявшими поблизости деревьями, Егор посмотрел на время.

– Минут через десять люди уйдут. Этот здоровенный робот один раз пройдет по периметру и встанет на зарядку. Тогда можно будет выдвигаться, – он указал на куртку Максима, увешанную железяками. Тот на удивление не стал спорить и бережно свернул кожанку, пряча ее под деревом.

Все так и случилось. Солнце уже начало заходить за верхушки зданий, когда команда направилась к ограждению. Егор указал на картонку, лежащую под забором, и Максим, приподняв ее, обнаружил неглубокий подкоп. По очереди нырнув под ограду, компания рывком преодолела расстояние до грузового контейнера и спряталась за ним.

– Теперь туда, – Егор указал на бетонный каркас лестницы. – Прячемся здесь, потом в подвал. Оттуда уже куда угодно. Там везде есть переходы между этажами. Вперед!

Друзья, пригнувшись, рванули к следующему укрытию. Под лестницей располагался узкий лаз, ведущий в подвал. Егор, не теряя времени на раздумья, лег на живот и, оттолкнувшись руками, скользнул в темноту, подняв облако пыли. Остальные парни переглянулись и последовали за проводником. Денис пошел третьим, сразу за Максимом. Он прополз около полутора метров, прежде чем заметил просвет перед собой. Еще полтора метра спустя его голова свесилась с потолка подвального помещения. К счастью, в свой прошлый визит Егор пододвинул к месту спуска большую пластиковую бочку, послужившую им стремянкой.

Когда Виктор последним проделал тот же путь, Егор объявил собравшимся, что теперь они в относительной безопасности.

– Главное, – продолжил он, – не задерживайтесь на открытых площадках. А так почти все внешние стены уже установлены. Освещают стройку плохо, а значит, если будем быстро проходить открытые участки, нас никто не заметит.

Максим первым вышел в соседнее помещение, огибая пучок труб.

– Ну, давай, что ты тут хотел найти?

Все уставились на Дениса, ожидая каких-то наставлений или распоряжений. Тот замялся и, поперхнувшись, выдавил:

– Смотрите на углы стен, на непонятные приборы. Ищите камеры, микрофоны, что-нибудь в этом роде.

Особого энтузиазма его речь не вызвала, но парни все же разбрелись в разные стороны, осматривая помещение. Денис тоже начал разглядывать провода, идущие вдоль стен. Виктор сдался первым и включил фонарь на телефоне.

– Нас заметят, не свети по сторонам, – злобно буркнул Егор, и Виктор послушно опустил фонарь в пол, довольствуясь отраженным светом.

– Денис, посмотри, – Максим подозвал друга, стоя возле стены.

– Что там?

Максим сделал шаг назад, застегивая ширинку. На побеленной стене красовалась кривая расплывающаяся пентаграмма.

– Это точно масоны. Я узнаю их почерк. Ты был прав, это сатанинская школа.

Виктор засмеялся, получив очередной нагоняй от Егора за привлечение лишнего внимания, а Денис, закатив глаза, ушел в соседнюю комнату. Теперь ему затея казалась глупой. Припереться на закрытую стройку, посмотреть на провода… Конечно, Максим добавил в список «помочиться на стены будущей школы», но никаких таинственных излучателей они так и не нашли.

– Я тут подумал, – неуверенно начал Виктор, – может, они поставят все эти камеры и излучатели в последнюю очередь? Ну, там, после обоев, линолеума и остального. Может, вообще встроят в мебель…

Все затихли.

Егор подошел к Денису.

– Вообще… Если подумать… Или мы можем еще подняться на пару этажей и проверить там. На всякий случай.

– Да, давай! Мало ли что, – согласился Денис.

Егор не ответил и просто пошел по длинному коридору, окликнув только Максима. Остальные молча последовали за ними.

Они поднялись по широкой лестнице на второй этаж и снова разбрелись в разные стороны. Денис рассматривал пучки проводов, еще не убранные в пазы в стенах, Максим с Виктором принялись плевать в лестничный проем, а Егор прислушивался к ночной тишине, стараясь не пропустить звук шагов охранника. Но когда раздался шорох прямо из соседней комнаты, его услышали все и, быстро переглянувшись, попрятались кто куда. Денис, нырнувший за метровую бобину с кабелем, не успел заметить, нашли ли себе укрытия его друзья, но свет не включился, и рации не шипели, а значит, ребят пока не обнаружили. Ему даже показалось, что шуршал голубь или крыса, но его сомнения развеял новый звук – осторожный, но твердый шаг, на этот раз прямо в комнате. Денис уже был готов подняться на ноги, чтобы вскоре гордо принять наказание от матери. Его не пугал даже визит в полицию и неприятности в школе. Нет, пугали его только приближающиеся шаги и ожидание неизвестного за сомнительным укрытием. Когда все стихло, Денису показалось, что теперь уж точно нет смысла прятаться – биение собственного сердца казалось ему оглушительнее барабанной дроби. Наконец с резким шорохом визитер развернулся и столь же уверенно покинул помещение. Денис оставался в укрытии еще пару бесконечно долгих секунд, а затем осторожно выглянул в поиске друзей. Голова Виктора выглядывала из-за стопки поддонов от кирпичей, где-то там же, судя по приглушенному потоку брани, скрывался Максим.

– Егор… – прошипел Денис.

Ни звука. Денис повторил призыв, но ответа снова не последовало. Он посмотрел на Виктора и Максима, теперь уже поднявшихся в полный рост – те лишь пожали плечами. Денис осторожно пошел к выходу, прислушиваясь к каждому своему вздоху. Шаг, еще шаг… «Его забрали? Но почему было так тихо? Что с ним сделали?» Дойдя до выхода в коридор, парень высунулся и оглядел оба направления. Поняв, что он все равно ни черта не видит, Денис сделал два комично широких шага и нырнул в комнату напротив. Со вторым шагом он быстро пересек дверной проем и лишь боковым зрением успел заметить два испуганных глаза, уставившихся на него. Колени сами подкосились, а откуда-то из груди раздался придавленный испуганный писк, как если бы в его гортани сейчас скончалась морская свинка. Он проехался пятками по усыпанному бетонной крошкой полу и с трудом удержался на ногах. Установив контакт с неестественно большими глазами Егора, Денис прошептал, тщательно проговаривая:

– Ты как?

– Валим, – отрезал Егор, и Денис согласно кивнул. Он обернулся к уже подошедшим к выходу из комнаты напротив друзьям и махнул рукой в сторону лестницы, давая понять, что их приключение закончилось. Спорить никто не стал, и, продираясь через уже совсем непроглядную тьму коридора, ощупывая стены, они пошли назад. Денис подался за ними, но Егор буквально приклеился к стене.

– Давай, пошли, – он пропустил друга вперед, когда тот все же пришел в себя, а сам пошел следом.

Они напоминали отряд шпионов, крадущихся по вражеской территории. По крайней мере, киношных шпионов – неимоверно сосредоточенные лица серьезным взглядом изучали темень перед собой. Продлилось это, однако, недолго. Услышал ли Максим, идущий впереди всех, новый звук или ему только показалось – неизвестно, но он резво нырнул в следующую комнату, оставив Егора и Виктора прижиматься к стене. Они сели на четвереньки, и Егор жестом приказал Денису спрятаться. Тот как раз не успел еще миновать предыдущую комнату, последовал примеру Максима и шагнул в дверной проем. Помещение казалось таким же темным, как и коридор, и только узкая линия уличного света пробивалась через просвет недостающих рядов кирпича в стене напротив. Денис прислушался – ничего. Но и друзья не издавали ни звука, а значит, нужно затаиться.

Парень начал изучать окружавшее его пространство – бетон, темнота, снова темнота, кирпичная стена. Его взгляд зацепился за полосу тусклого света – настолько тусклого, что он не мог в точности сказать, действительно ли это свет снаружи или же просто какая-то оптическая иллюзия из-за краски на стене. Но нет, это был свет, и в его бледной дымке он увидел нечто, напоминавшее силуэт человека. Он ожидал бы увидеть швабру или… единорога – что только не привидится в кромешной тьме. Однако перед ним сейчас был образ женщины с собранными на затылке волосами. Сложно сказать, светлые у нее волосы или нет, но…

По его спине пробежала волна холода.

Она на самом деле стояла там. Там женщина! Она стоит здесь прямо сейчас!

«Нет, не может быть…» – Денис поднимался медленно, по-прежнему не издавая ни звука, и даже сердце в этот раз поддалось на уговоры, будто замерев. И чем выше он становился, тем отчетливее видел, как женщина, стоявшая у стены, следит за ним. Черные, словно лишенные белков глаза смотрели прямо на парня, а тонкая шея плавно (слишком плавно!) поднимала голову вслед за движением незваного гостя.

– Денис! Идем! – голос Виктора звучал словно из другой вселенной. Денис все еще не мог оторвать взгляд от этой демоницы. Из коридора снова послышался зов – на этот раз его окликнул Максим. Женщина не двигалась, и Денис все же решился сделать осторожный шаг, затем второй. Ускорившись, он нагнал друзей, и все они повторили свой прежний маршрут.

Заговорить друг с другом они решились уже после того, как пересекли подкоп под забором и отдышались. Максим достал помятую пачку сигарет и чиркнул зажигалкой.

– Ты сдурел?! – выпалил Егор, попытавшись выхватить источник шума и света из рук друга, но Максим ловко увернулся.

– Отвали, мы уже за забором. Здесь они нам ничего не сделают. – Он закурил и повернулся к Денису. – Ты чего там затупил?

– Просто прислушивался, – отмахнулся Денис, все еще видя перед собой пару черных глаз, наблюдающих за ним из темноты.

Он вернулся домой позже обычного, сказав, что решил немного прогуляться с друзьями, выслушал упреки матери и лег спать. Изрядно вымотанный за день, уснул Денис достаточно быстро. Глубокий сон поглотил его без остатка, сковав движения и протаскивая через калейдоскоп образов: школа, уроки, записки между партами. Учитель заметил, как Максим передал Денису очередной сверток, и подошел к его парте. Стыдливо парень поднял глаза на преподавателя и увидел перед собой залитые черной смолой глазницы.

– Денис!

Он вскочил на кровати.

– Сколько можно тебя будить?! – голос мамы из кухни был взволнованным, и в комнату уже проникали запахи стряпни. – Отец Михаил будет через полчаса, вставай и приведи себя в порядок!

Неохотно скатившись с кровати, Денис умылся, надел чистую рубашку, и как раз когда он подошел к столу, раздался звонок в дверь. Поток стандартных приветствий матери прошел мимо него, но вдруг он услышал еще один голос и выглянул в коридор – рядом с отцом Михаилом стояла девушка примерно его возраста. Стройная, высокая, выше Дениса на пару сантиметров. Ее подкрученные темно-русые волосы были собраны в высокий хвостик, пружинящий при каждом движении головы, а идеальная челка добавляла строгости пронзительному взгляду ее голубых глаз, как и блузка, подобранная точно под них.

– Денис! – шикнула на него мама.

– Здравствуйте, отец Михаил! – отчеканил он. Священник не заметил, как парень с минуту таращился на пришедшую с ним девушку, и, даже не повернув в его сторону головы, лениво кивнул.

– Знакомьтесь, Виктория, моя дочь.

Денис поздоровался, получив в ответ ехидную улыбку. Его щеки мгновенно залила краска. Переведя взгляд на отца Михаила, он удивился, насколько они с дочерью были не похожи. Он – рыхлый, полнеющий мужчина средних лет с жидкой растительностью на двойном подбородке и потным лбом. Она… просто она… боже, он что, влюбился?

Гости тем временем оставили легкие весенние куртки на вешалках и по приглашению хозяйки дома проследовали в гостиную, где их уже ждал накрытый стол. Проходя мимо Дениса, Виктория даже не взглянула на него, но уголок ее губ все же дрогнул в мимолетной улыбке. Сердце парня забилось еще сильнее, чем во время вчерашнего побега.

– Прошу, присаживайтесь, – хозяйка дома указала всем на их места, разумеется, посадив отца Михаила во главе стола. Он и раньше приходил к ним – раз или два, но всегда один. Денис только знал, что тот был вдовцом, и никогда прежде не слышал о его дочери.

Отец Михаил прочел молитву и приступил к трапезе, лишь изредка отвлекаясь на похвалы кулинарным способностям мамы Дениса. Парень же изо всех сил старался не смотреть на сидящую напротив девушку и, тщательно прожевывая запеченную курицу, изучал листья салата в своей тарелке. Лишь один раз, поддавшись искушению, он осторожно поднял глаза и, встретившись взглядом с Викторией, немедленно уткнулся в стоявшие рядом кружочки баклажана.

– Все было очень вкусно, – резюмировал отец Михаил, вытирая рот расшитой причудливым узором салфеткой, и мама сорвалась с места, заменяя грязные тарелки на новые, с кусочками яблочного пирога. Священник, словно не замечая суеты перед ним, спокойно продолжал: – Нашу общину в этом месяце посетит сам Святейший, вы уже слышали?

Блюдце с кружкой чая звякнуло в руках мамы Дениса. Нет, судя по всему, она не слышала. Женщина бережно поставила напиток перед отцом Михаилом и дрожащим голосом переспросила:

– Святейший посетит нас? – она изобразила удивление, хотя слухи о предстоящем визите ходили уже давно.

– Да, – будничным тоном ответил Михаил, – и вы с сыном, разумеется, приглашены на проповедь. Но мне понадобится кое-какая помощь с организацией – нужно подготовить помещение, испечь что-то к столу. Как я вижу, это не доставляет вам никаких проблем.

Не дожидаясь ответа матери, Денис быстро, но выразительно поблагодарил ее за еду и сказал, что пойдет к себе.

– Да, конечно, – отмахнулась она. Внезапно отец Михаил предложил дочери составить компанию Денису, если тот, конечно, не против. Парень убрал руки в карманы, стараясь сделать свой ответ максимально небрежным.

– Хорошо, пойдем, – ответил он и вытащил руки обратно. Виктория, казалось, едва сдерживалась от смеха.

«Высокомерная сволочь».

Как только они пересекли порог, Денис услышал, как мама бросила им вслед:

– Только дверь держите открытой!

Отец Михаил продолжил разговор о предстоящих заботах, а Денис, делая неестественно широкие шаги, подошел к дивану и сел на край. Вика проследовала мимо и заняла его кресло напротив компьютера.

– Ну, чем занимаешься?

– Да ничем… – пожал плечами Денис, понимая, что это самый тупой ответ из всех возможных.

– Понятно, – выдохнула Вика, поворачиваясь на кресле. Она изучила взглядом компьютер, пыльную клавиатуру, затем переключилась на книжную полку, занимавшую всю дальнюю стену комнаты.

– Я почти все прочитал! – «Господи, что я несу…»

– Круто. – Девушка даже не повернулась к нему.

Пришло время контратаковать:

– А ты чем занимаешься?

– Иногда рисую, играю на фортепиано, – Викторию, похоже, заинтересовала какая-то из книг, потому что она склонила голову набок, пытаясь прочитать название.

– Кру-у-уто, – протянул Денис, и девушка наконец отвлеклась от полок. – Значит, ты хорошая папина дочка?

Вика не ответила, бросив быстрый взгляд на дверь и прислушавшись – разговор шел своим чередом, и про подростков никто даже не вспоминал. Убедившись в безопасности затеи, она взялась за край блузки и приподняла ее.

«Она что, хочет показать мне грудь?» – Денис едва не лишился чувств, но девушка приподняла одежду лишь на несколько сантиметров. Достаточно, чтобы на ребрах можно было разглядеть маленькую красную татуировку с надписью «Born to Be Free».

«Да, я люблю ее. Я определенно ее люблю».

– Все, ты влюбился? – Вика улыбнулась.

– Нет, – Денис выдавил из себя жалкий смешок, – но ты вроде нормальная.

– Спасибо, ты тоже ничего. – Они снова встретились взглядами, и теперь уже парень старался не отрывать от нее глаз так долго, как только получится. Секунда, две. Вскоре это стало соревнованием «кто моргнет первым». Никто не сказал этого, но они оба поняли намерения друг друга и, корча чрезмерно суровые рожи, старались заставить соперника моргнуть.

– Вика, идем! – голос из гостиной громом прорезал пространство между ними.

Это была доля секунды, миг, который не смог бы запечатлеть ни один фотоаппарат, но взгляд девушки вдруг похолодел настолько, что Денис мгновенно замерз, будто высунулся из окна движущегося по магистрали автомобиля. Он зажмурился, а когда снова открыл глаза, Вика уже поднялась, чтобы выйти из комнаты. Больше она старалась не смотреть на Дениса, хотя тот в мыслях умолял ее подарить ему еще хоть один взгляд. Но она этого не сделала. Не посмотрела она на него и в прихожей.

Когда гости ушли, Денис вместе с матерью начал убирать со стола грязную посуду.

– Святейший будет в городе через две недели, слышал? – Женщина знала, что Денис присутствовал при разговоре, но ее раздражало отсутствие у сына какой-либо реакции на эту новость.

– Да, это здорово, – парень тут же включил режим полной политической лояльности. – Интересно, о чем будет его проповедь?

– О чем бы она ни была – она будет прекрасной, я уверена!

Денис не ответил, только согласно закивал. Когда с посудой было покончено, он вернулся в комнату и разложил перед собой учебники. Обычно это действовало как оберег против материнских допросов, но в этот раз прием не сработал. Мать зашла в комнату и встала прямо у его стола, ожидая внимания. Парень медленно поднял на нее взгляд.

– Не вздумай приставать к этой девочке, понял?

– Приставать? Да мы просто поговорили…

– Знаю я вас, молодых, сначала поговорили, потом целоваться, а потом… в общем, не лезь к ней. Она не из таких.

– Не из каких?

– Она дочь отца Михаила, приличная девочка, она не будет блудить. Не хочу, чтобы ты ее испортил.

– Да как же я могу ее испортить?

– Ты сам знаешь. Она выйдет замуж девственницей за достойного человека. Сейчас у вас возраст такой, что вы очень податливы соблазнам. Не нужно склонять ее к греху, понял?

– Хорошо, но я и не собирался, – Денис, конечно, собирался, но для подобного разговора было как-то рановато.

Его мама подалась к выходу, но тут же остановилась и резко повернулась к сыну.

– Не испорть мои отношения с отцом Михаилом! Он сейчас очень ценит меня, я буду помогать организовывать встречу Святейшего, и я не хочу, чтобы твои гормоны похоронили все мои усилия!

– Да не собираюсь я ничего портить! – вспылил Денис. – Я все понял, не буду я к ней приставать, – но тут же добавил: – Хотя, может у нее лучше спросить? Это вам с отцом Михаилом в голову не приходило? Иногда спрашивать, чего мы хотим?

Глаза женщины наполнились слезами, и теперь она смотрела на сына словно через дрожащие линзы. А Денис, поняв, что терять ему уже особо нечего, продолжил:

– Может, я ей понравился, может, мы с ней поженимся! Или я не достойный? – тут парень понял, что забежал далековато. – Это мы будем решать, и твои отношения с отцом Михаилом здесь вообще ни при чем!

Женщина молча смотрела на него какое-то время, а затем ушла в свою комнату. Всхлипы послышались из ее спальни уже через минуту.

Принявшись за уроки, Денис надеялся отвлечься от завываний матери. Но они становились все громче и настойчивее.

«Так ей и надо», – успокаивал он себя, но чувство вины, которое мать бережно взращивала в нем с самых малых лет, понемногу поднималось из глубин его души. Отложив ручку и мысленно выругавшись, парень побрел в комнату матери. Та скулила, уткнувшись в подушку. Рядом лежала старая фотография, наверное, единственная, на которой была в сборе вся их семья: мама, папа и годовалый розовощекий Денис.

– Извини, – тихонько произнес он, – прости, что накричал на тебя. Просто это же наша с ней жизнь, у нас ничего не было, но если мы понравимся друг другу… это ведь нормально!

– Да делай что хочешь. Оставь меня, – приглушенно, погрузившись лицом в подушку, выдавила из себя мать.

– Я не собираюсь позорить тебя перед отцом Михаилом, не собираюсь делать ничего такого, – сказал Денис, зная, что после второй фразы мама с ним уже заговорит. Так было всегда, так случилось и в этот раз – женщина подняла заплаканное лицо на сына.

– Ты не слушаешь меня, никогда не слушаешь! Я от всего отказалась, когда твой отец нас бросил! Каждый день молюсь о тебе, чтобы ты вырос лучше, чем он. Может, школа на тебя так влияет.

– Я не собираюсь тебя бросать…

– Да, да, все так говорят, – пробубнила она под нос, но Денис проигнорировал ее реплику.

– …Просто я взрослею, и да, мне начинают нравиться девочки, в этом же нет ничего плохого!

Денис заметил, как рот матери искривляется в улыбке, в которой читалась надменность и отвращение.

– И ты снова за свое!

– У меня же должна быть семья когда-нибудь!

– Вперед, давай, заводи семью. А кормить ты ее как будешь? Ты знаешь, каково это – содержать семью? Будешь побираться, воровать?

– Не прямо сейчас, мам, вообще, у меня же будет семья. А для этого я должен знакомиться с девочками.

– Конечно, не прямо сейчас… Зато вот жизнь мне портить ты хочешь прямо сейчас.

– Да что ты от меня хочешь?! – не выдержав, выкрикнул парень, и к глазам его матери снова подступили слезы.

– Оставь меня, – ответила она, снова уткнувшись в подушку.

Уснул Денис на удивление быстро. Перед ним, как и несколько часов назад, сидела Вика. Теперь уже девушка смотрела на него совсем иначе, не переживая о том, что ее позовут, и не думая, что ее отец войдет в комнату. Она смотрела на Дениса со спокойным интересом, и он боялся спугнуть момент. Но снова послышался голос из соседней комнаты, и парень обернулся, готовый захлопнуть дверь, чтобы не впускать сюда внешний мир. Но в проеме никого не было. Повисла тишина, будто все вдруг ушли из квартиры. Денис повернулся к Вике, и свет вдруг погас. Он был уверен, что за окном день, но сейчас кто-то щелкнул рубильником, и мир погрузился во мрак. Он бросился к девушке, надеясь спасти ее от этой напасти, но вместо нее возникла черноглазая демоница. Денис подскочил в постели, не сразу сообразив, что это был только сон.

Воскресное утро обещало быть молчаливым. Как и каждое утро после подобных скандалов. Мама молча поставила перед ним тарелку с яичницей и села напротив. Ожидая начала утренней молитвы, Денис не прикасался к вилке, но мама уже начала ковыряться в своей еде. Он последовал ее примеру и положил первый кусок в рот. Женщина тут же отложила приборы и начала молиться громким шепотом. Достаточно тихим, чтобы дать понять, что делает она это исключительно для себя, не навязывая свой распорядок Денису. Но и достаточно громким, чтобы тот слышал молитву и понял, что начал есть, не поблагодарив господа за дары его.

«Хочет показать всю глубину моего падения».

Первую половину дня Денис старался не выходить из комнаты: статус холодной войны с матерью давал ему некую гарантию покоя. Но все это время над ним будто висела здоровенная гиря. Когда и как именно она его пришибет, он не знал, но ему хотелось, чтобы она ударила уже поскорее и освободила его от этого чувства. Как далеко за два дня он отошел от желанной свободы? Сколько еще сил придется приложить, чтобы вернуться к прошлому уровню? Нужно было как-то отвлечься от этих мыслей, и его разум тут же выбрал новую цель размышлений – Вику. Денис вспомнил воздушный, едва уловимый образ и зацепился за него, как за спасательный круг. Где же она учится? Мама сказала вчера: «Это школа на тебя так влияет». Если Вика в ее глазах остается идеальным ребенком, значит, она учится не в нашей школе. Мать не посмела бы сказать что-то, что могло быть использовано против дочери отца Михаила. Значит, она учится в другой школе? Или на домашнем обучении? «Про это мама тоже говорила как об очень хорошей идее…» Получается, что шансов случайно встретить Вику почти нет. Скорее всего, отец полностью контролирует ее жизнь.

«Да, как же! – подумал Денис, вспомнив о татуировке. – Он вдовец, а она уже совсем взрослая и одевается скромно. Отцу просто негде увидеть дочь без одежды, если он, конечно, не конченый извращенец», – остатки религиозности недоуменно всколыхнулись в нем от таких мыслей, но Денис тут же задавил их, отрубив все тянувшиеся к нему из глубины подсознания щупальца.

Он взял рюкзак с парой учебников, прошмыгнул мимо дивана, на котором перед телевизором сидела его мать. Прежде чем женщина успела понять, в туалет идет ее сын или к выходу из квартиры, он буквально запрыгнул в кроссовки и вышел за дверь. Направился он к храму общины, где служил отец Михаил. Столкнуться с Викой он не надеялся, но и домой не особо спешил.

Скромное одноэтажное здание с религиозными символами над главным входом ничем не выделялось среди малоэтажного пейзажа городской окраины. Вокруг почти не было людей, не считая пары нищих. Денис тут же вспомнил слова мамы о том, что без нее сына ждет примерно такая же судьба, и представил себя на их месте. «Я настолько жалок? Или она хочет, чтобы я был настолько жалок?»

Побродив по окрестности и не найдя никаких признаков присутствия отца Михаила или его дочери, Денис отправился домой, проложив маршрут через улицу, на которой жил Егор. Он достал тайный телефон из внутреннего кармана рюкзака. На сером корпусе криво приклеен белый пластырь с подписью «Егор», сделанной синей шариковой ручкой. Если бы мама вдруг обнаружила второй телефон, Денис легко бы отмазался, сказав, что это телефон друга. «Перед физкультурой попросил закинуть в мой рюкзак и забыл, завтра отдам», – примерно так он планировал строить свою защиту. Строго говоря, телефон действительно раньше принадлежал Егору, и зарегистрирован он был все еще на него. Денис несколько месяцев откладывал карманные деньги для этой покупки, и после сделки Егор сказал родителям, что потерял телефон, и получил взамен новый.

Друг спустился к нему, и они уселись на скамейку за углом дома. Егор достал пачку сигарет, предложил Денису, но тот отказался.

– Все нормально? – спросил Егор, зажимая сигарету куском бумаги.

– Ничего нового, – пожал плечами Денис.

– С матерью проблемы?

Денис промолчал, и Егор понял, что догадка была верна.

– Ты видел ее? Там, на стройке? – сменил тему Денис.

Егор хотел было переспросить, но быстро сообразил, о чем речь.

– Мельком. Она искала нас.

– Поэтому у тебя был такой взгляд, когда я нашел тебя?

– Да. Я испугался до чертиков. – Егор глубоко втянул дым.

– Кто она такая? Она двигалась не как человек.

– Из новых моделей. Наверное, смотритель стройки.

– Новых моделей? О чем ты?

Егор стряхнул пепел.

– Она – андроид. Вроде тех, кто строит новую школу, но гораздо совершеннее. Их делают в «Грайтексе». – Друг снова затянулся, думая, что Денис должен знать, кто это такие. – Корпорация, – продолжил он, заметив вопросительный взгляд друга. – Это такая компания, которая делает роботов и еще много чего. Патрульные дроны – тоже их работа. Забудь, неважно, кто именно ее сделал.

– Почему она не схватила нас?

– Так она же нас не заметила. Они не такие быстрые и тихие, как мы. Услышала, как мы разговариваем, прошлась по этажу, никого не засекла и ушла обратно на подзарядку.

Егора она, может, и не заметила, хотя даже в этом Денис сомневался, но вот с ним-то создание встретилось нос к носу!

– Возьми, – Денис протянул другу телефон, – у меня будут проблемы, если мама найдет его. А я чую скорый обыск. Принеси завтра в школу.

– Она все еще не позволяет тебе нормально пользоваться телефоном?

– Да, зато компьютером можно, – улыбнулся Денис.

– Это же бред. Через компьютер порнуху искать еще проще.

– Она верит, что я не могу обойти родительский контроль, который нам настроил провайдер. А это, – Денис покрутил в руках черный аппарат, – «карманный портал в ад», как она говорит.

Без лишних вопросов Егор убрал телефон в джинсы, и друзья попрощались.

Домой Денис попал спустя двадцать минут. Вставив ключ в замочную скважину, он услышал торопливые шаги – мать прервала все свои дела и направилась в спальню. Да, она снова будет сидеть там, рядом со старой фотографией. Значит, все еще не кончилось. Он разделся и зашел в комнату. Положив рюкзак на диван, Денис принялся переодеваться в домашнее, но раньше, чем он успел снять футболку, к двери приблизились все те же шаги.

– Ты теперь со мной и разговаривать не будешь?

Сквозь ткань Денис переспросил, в чем дело. Не удостоив его ответом, мать торопливо зашла в комнату, схватила рюкзак и начала вытряхивать содержимое на кровать. Денис не мешал ей и молча продолжал переодеваться. Не найдя ничего запрещенного, она повернулась к сыну, выбирая тему для дальнейших разбирательств. Парень не давал ей поводов и просто ждал.

– Ты виделся с ней?

«Серьезно? Ничего лучше ты не придумала?»

– Где бы я ее нашел? – с усмешкой ответил Денис.

– Не смей так со мной разговаривать! – Ее глаза снова наполнились слезами, и она вышла прочь из комнаты, толкнув Дениса плечом и демонстративно схватившись за руку, показывая, что сын только что причинил ей еще и физическую боль.

«Замечательно…»

Сегодня подходить к матери бессмысленно – ссоры у них бывали только однодневные, трехдневные или пятидневные. Двухдневных на его памяти еще не было, и эта не грозила стать исключением. Ужина не предвиделось, и Денис, подъев из холодильника остатки обеда с отцом Михаилом, лег спать.

Новый день повторил прошлый почти полностью – молчаливый завтрак, на этот раз еще более тихий, уроки, на одном из которых Егор вернул другу телефон, поход к церкви отца Михаила. И снова никаких признаков Виктории.

– Где же тебя искать?..

– Кого?

– Привет! – гавкнул Денис, подпрыгнув и на лету поворачиваясь к стоявшей за ним девушке.

– Ты меня преследуешь?

– Нет, я просто… – начал было оправдываться Денис, но тут же подумал: «Какого черта?» – Хотел обменяться с тобой номерами. Если ты не против. У тебя же есть телефон?

– Да, – наконец ответила Вика, – но никому ни слова. И он у меня не с собой, так что сейчас – в блокнот, а потом черкану тебе. Идет?

Девушка достала тетрадь и ручку, а Денис подумал, что, скорее всего, она никогда не напишет. Он продиктовал свой номер и спросил:

– Тоже внезапные проверки?

– А кто, по-твоему, подал им… – Вика кивнула на церквушку, – …эту прекрасную идею?

Парень улыбнулся, но тут же заметил, что девушке явно не до смеха.

– Ладно, напиши мне как-нибудь, – бросил Денис, пока дело не дошло до неловкого молчания.

– Хорошо, – кивнула Вика, и они разошлись.

Новых обысков не последовало, хотя Денис и боялся повторения. Следующим утром мама начала с ним разговаривать и выглядела отдохнувшей и выспавшейся. Они вместе произнесли молитву, и Денис отправился в школу. Он проверял сообщения каждые полчаса, но никаких вестей от Вики не было.

– Подружку завел? – голос Максима из-за спины застал его врасплох, так что он не успел среагировать, когда быстрым движением друг выхватил у него телефон. Очнувшись от ступора, Денис толкнул Максима, схватил его за локоть и забрал устройство обратно. Максим не сопротивлялся.

– Да ладно, ладно. – Он похлопал Дениса по плечу.

– Не трогай мои вещи!

Он хотел убрать телефон в карман, когда тот вдруг зажужжал. Это было простое «Привет», но в эту секунду Денис забыл и про Максима, и про школу. Весь его разум заполнился одним-единственным вопросом: «Что ей написать?» Все мысли отступили прочь, и в голове установилась звенящая тишина. После долгих раздумий он остановился на банальном «Привет». Денис ждал ответа еще три урока, но больше Вика ему не писала.

Не забыв отключить на телефоне даже вибрацию, Денис открыл дверь, не ожидая никакого подвоха. Мама стояла у плиты, в квартире пахло чем-то жареным, и парень, сообщив о своем приходе, направился в комнату. Он потянулся было за телефоном, но вовремя услышал приближающиеся шаги.

– Мне звонил отец Михаил.

– Здорово. – Денис начал стягивать футболку. – Что-то про приезд Святейшего?

– Я знаю, что ты написал ей. Денис, у тебя есть второй телефон?

«Значит, отец Михаил действительно хорош во внезапных обысках, и Вику накрыли».

– Мам, у всех в школе есть телефоны… – он давно готовил эту речь, но сегодня она ему не пригодилась.

– Я просила тебя, просила оставить эту девушку в покое…

– Да мы просто поздоровались!

– Ваше общение неуместно, сколько раз тебе повторять?!

– Да пошла ты! – У парня похолодел затылок, а мать застыла на месте, будто обратилась в камень. Напялив обратно футболку, Денис буквально вылетел на улицу прежде, чем мать пришла в себя.

Снова встретившись с Егором, в этот раз он попросил сигарету для себя, взял ее дрожащими руками и приготовился втянуть дым в первый раз, представляя грядущее удовольствие.

– Тебе не понравится, – перебил его мысли Егор. – Никому сначала не нравится.

– Тогда на хрена вы это делаете?

– А ты на хрена ее взял?

– Действительно, – вздохнул Денис, сделал затяжку и, позеленев, закашлялся. Егор закатился смехом, и начинающий курильщик поддержал его, втянув дым еще раз.

«Да, – подумал он. – Я справлюсь. Хрен она меня сломает».

Домой он вернулся уже за полночь. Осторожно открыв дверь, чтобы не шуметь без необходимости и не доставлять неудобства, но все же не слишком тихо – нельзя было показывать себя виноватым, он вошел в прихожую. Свет включать не стал – повесил куртку на первый попавшийся крючок. Нарушение гардеробного протокола не волновало его сейчас. Прислушавшись, Денис шагнул в гостиную, где в свете торшера увидел лежащую на полу маму рядом с пластиковой баночкой из-под таблеток.

Глава 2

– Мама! – Денис кинулся к ней и принялся трясти за плечи.

Он снова и снова звал ее – никакой реакции. «Телефон!» – он достал трубку из кармана и набрал номер скорой, попутно укладывая мать на бок и засовывая пальцы ей в рот в попытках вызвать рвоту. Машина приехала на удивление быстро, и бригада погрузила женщину на складные носилки.

В машине Денис сжимал ее руку, но та оставалась безжизненной.

– Она умрет? – собравшись с силами, спросил он у врача, и тот, не отрываясь от установки капельницы, ответил, что все будет хорошо.

– Мы приехали вовремя, к тому же мы точно знаем, что она приняла. Все нормально, не переживай. Завтра голова поболит, да и только.

В отделение реанимации его не впустили, оставив ждать известий в приемной. Лишь через час один из дежурных врачей поинтересовался, есть ли кому забрать подростка посреди ночи из больницы.

– Да, конечно. Моя тетя заедет за мной, все нормально.

– А она сама не зайдет?

– Нет, они терпеть друг друга не могут. Есть новости? Как она?

– Желудок промыли, капельницу поставили, спит. Завтра можно будет навестить. Ты молодец, парень, не растерялся.

– Спасибо. – Денис поднялся и направился к выходу.

– Тетя уже приехала?

– Да, она уже давно здесь! До завтра! – бросил Денис, не дожидаясь вызова полиции.

Идти пришлось долго, но он был не против подышать свежим ночным воздухом после такого. В свой район он попал часам к четырем утра, дальше скрываться от патрульных дронов стало гораздо легче – они тщательно осматривали центр города, а на жилые кварталы им было плевать, один из них проносился по центральной улице раз в полчаса. Денис шел теперь той же дорогой, которой каждый день возвращался из школы, и чувствовал себя совсем как дома. Хотя вероятность быть ограбленным или избитым здесь гораздо выше, чем в центре, но все же он вернулся на свою территорию.

«Идти завтра в школу?» – дурацкий вопрос, но ответить на него нужно было. Он глянул на воняющую рвотой матери руку и решил, что заслужил выходной. А раз так, стоило сделать еще кое-что.

Он свернул с пути и направился к стройке. Достигнув цели, встал за деревьями на другой стороне дороги и осмотрел здание. Со времени их визита сюда четыре дня назад оно обзавелось еще одним этажом, а спортзал – крышей. Строительство шло своим чередом, не слишком медленно, но и не слишком быстро. Огромные двуногие машины стояли по периметру, как и в прошлый раз, а в пустых окнах никого не было видно. Но она была там, точно была, Денис мог бы поклясться, что чувствует ее присутствие. Перейдя дорогу и приблизившись к ограждению, он продолжал изучать здание. Первый этаж – ничего, второй – похоже, ничего. Парень перевел взгляд на первое слева окно на третьем, когда краем глаза заметил движение в проеме внизу. Он инстинктивно присел, готовясь броситься наутек, но вспомнил, что стоит за оградой и не нарушает никаких правил.

Снова движение, на этот раз на первом этаже. Демоница приближалась к нему, потому что, кроме нее и Дениса, все в радиусе километра спали крепким сном.

«Она просто андроид, просто манекен», – думал он, стараясь обуздать страх. Не помогало. В голове все отчетливее звучало: «Беги». Когда женский силуэт показался у главного выхода и начал уверенно спускаться по лестнице, Денис подчинился импульсу и рванул домой.

Он лег в кровать, уставился в потолок и окончательно решил не идти завтра в школу. Интересно, как там Вика?

«Серьезно? Это тебя сейчас волнует?»

Денис укорил себя за эту мысль, но все же не смог от нее избавиться. Он не знал, в каких отношениях она с отцом и что ждало ее за нарушение правил. Ее могли либо лишить десерта за ужином, либо побить – когда Денис подумал о последнем варианте, его кулаки непроизвольно сжались. Прогнав в голове все возможные сценарии их дальнейшего общения, парень представил наконец, как целует Вику. Только тогда тревога отступила, и он плавно провалился в сон.

«Будильник!» – он открыл глаза, буквально прокричав это слово в своей голове. Да, он забыл завести будильник, а значит, мама уже могла проснуться в больнице. Натягивая штаны и ныряя в футболку, он глянул в окно – день в самом разгаре. Быстрый взгляд на часы на кухне – почти полдень. Пробежав несколько минут, Денис выбился из сил и остановился. В боку кололо, по спине бежали ручьи пота, но в мыслях появилась какая-то ясность. Он уже ничего не изменит, даже если пробежит оставшиеся три километра. Парень осмотрелся, заметил остановку за перекрестком и, переводя дыхание, побрел к ней дожидаться автобус. Его настигло дуновение холодного ветра, и Денис понял, что погода сегодня испортилась и что оставить куртку дома было ошибкой. Потный, голодный, замерзающий, он спрятался за остановкой от непогоды. Массивные экраны, составлявшие грани этой будки, прикрывали его, но мечущийся между ними воздух еще больше трепал и без того нечесаные волосы.

Изображение на экране справа от Дениса резко изменилось. Струя пламени разметала красный песок, и на фоне оранжевого неба возникла огромная белоснежная ракета. Открылся люк, из него вышли улыбающиеся люди. Пока они осматривали пейзаж, сверху возникла надпись: «Третья волна колонизации Марса! Ваш шанс на новую жизнь уже завтра!»

«Было бы неплохо, – подумал Денис. – Новая жизнь уже завтра. Интересно, школьники им нужны?» Он пригляделся к пробегавшему внизу экрана мелкому шрифту: «…Рассматриваются кандидаты, достигшие двадцати трех лет, имеющие высшее техническое образование, с классом гражданской страховки не ниже третьего…»

«Понятно, – он вздохнул, и волна дрожи захватила его тело. – И все же новая жизнь уже завтра – неплохо звучит!» Денис внезапно ощутил себя стоящим на тонкой жерди над пропастью, и от последней мысли эта жердь начала раскачиваться из стороны в сторону. «Да, завтра… – жердь затрещала. – Я все изменю…» Визг тормозов автобуса вывел парня из ступора. Тяжелая беспилотная махина слегка покачивалась после остановки, убаюкивая немногочисленных пассажиров. Механический, но все же приятный голос объявил улицу, а перед турникетом сразу за дверьми загорелся индикатор сканера. В поиске школьного пропуска Денис запустил руку в карман и… «Куртка!» Он поднял испуганные глаза на устройство. Все тот же голос попросил предъявить школьный пропуск или воспользоваться любым удобным способом оплаты проезда.

– Я забыл в куртке, – пробормотал едва слышно Денис.

– Вынужден попросить вас покинуть транспорт, – голос машины оставался таким же приветливым, словно объявлял выступление клоунов. Вот только клоуном был Денис – люди в салоне уже начали обращать на него внимание.

Сделав шаг назад, Денис снова оказался на остановке. Двери осторожно закрылись перед его носом, и автобус, плавно набирая скорость, скрылся за следующим поворотом. Перед парнем опять стоял тот самый экран, и вновь красный песок сменился бодрым слоганом, обещавшим новую жизнь уже завтра. Денис закрыл глаза и в своей голове закричал, кулаком пробив экран. Он почувствовал, как защитное стекло трещит под его рукой и осколки забираются к нему под кожу, ощутил слабые электрические разряды, пляшущие по глубоким свежим порезам, из которых сочится кровь. Затем выдохнул и открыл глаза.

«Значит, пешком».

Оставшуюся часть пути он шел, засунув руки в карманы – так пальцы мерзли меньше, хотя ветер усилился, обещая скорый дождь, и Денис уже даже перестал дрожать от холода.

Он приблизился к маминой палате и замедлил шаг. «Может, она умерла?» – да, вчера ему сказали, что все будет хорошо, но все же… Он представил пустую койку за порогом и почувствовал острую боль в груди. Еще шаг – через секунду он войдет. «А что если она все же умерла?» – боль стала еще реальнее. Последний шаг – перед ним начало открываться пространство палаты. «Она умерла…» У пропасти, над которой он балансировал, появилось дно, и пустота показалась не такой уж и глубокой. «Новая жизнь уже завтра…» Денис вошел в палату, когда щемящее чувство сменилось покоем и облегчением, и в этот момент его пронзил взгляд материнских глаз. Полный любви, заботы. И радости от полного триумфа над сыном.

Рядом с ней стояла молодая женщина. Она оживилась, увидев Дениса, и прежде чем он успел даже поздороваться с матерью, быстро подошла к парню, уводя его из комнаты. Женщина широко улыбалась, говоря что-то радостное и доброе. Что именно, Денис не понял – он все еще завороженно наблюдал, как дно пропасти под ним стремительно уходит куда-то вниз.

– Ты нашел ее?

Денис кивнул, и женщина указала на стоявшие неподалеку кресла. Она дождалась, пока парень последует приглашению и сядет в одно из них, после чего сама села на соседнее. Теперь она заговорила гораздо тише, и вся ее наигранная веселость улетучилась.

– Это ведь не в первый раз?

Он не знал, что ответить. Точнее, он понял, что хочет узнать эта женщина, и да, это был не первый раз. К тому же наверняка она и так все знает из больничных записей. Но Денис не знал правильный ответ и поэтому просто уставился на собеседницу. Та, похоже, именно на такую реакцию и рассчитывала.

– Можешь не отвечать, – женщина быстро парировала молчание Дениса. – Скажи, как ты вообще?

– Я? В каком смысле? – Денис искал взглядом хоть кого-то рядом, чтобы показать свое удивление и негодование. Это было что-то запредельное: его мать лежит в палате, а спрашивают его… нет, не поэтому… почему вопрос такой странный?

– Как ты справляешься? – Она окинула Дениса взглядом. – Господи, ты же продрог весь…

«Нет, нет… Я что, сейчас расплачусь?»

Он опустил голову, поймав взглядом тонкое золотое кольцо с рубином, висящее на цепочке поверх водолазки женщины. Он цеплялся за каждую грань камушка, за каждую царапину, забрасывая этими деталями, словно мешками с песком, надвигающийся поток эмоций.

– Отстаньте от парня, – низкий голос пронзил пространство, и Денис, не поднимая покрасневших глаз, увидел приближающуюся пару начищенных до блеска черных остроконечных ботинок. Женщина пыталась возражать, но мужчина зашуршал курткой и что-то сказал. Слишком тихо, чтобы разобрать. Вскоре она поднялась с места, дотронувшись на прощание до плеча Дениса.

– Если захочешь поговорить…

– Все, все, ему и так тяжело. – Ботинки остановились напротив и ждали, когда Денис поднимет взгляд на их обладателя. Он зажмурил глаза, снова открыл – да, все в норме. Подняв голову, он увидел коренастого гладковыбритого мужчину с аккуратно подстриженными пепельно-черными волосами. Слишком черными, слишком одинаково черными. «Красит».

– Как там твоя мама?

– Да мы и поздороваться толком не успели. – Денис посмотрел вслед уходящей по длинному коридору женщине.

– Соцработники – настоящие стервятники. Вечно лезут не в свое дело, да? – мужчина широко улыбнулся и ткнул Дениса в бок. – Ничего, все будет нормально. Пошли.

Тяжелая рука легла на плечо Дениса и вернула его к дверному проему палаты. Взгляд матери снова скользнул по лицу сына, но тут же перескочил на вошедшего.

– И вы здесь! – радостно улыбнулась она.

– Да, отец Михаил попросил убедиться, что вас тут никто не беспокоит. И, видно, не зря – от одной гадины вашего сына уже отбил.

– Ох, даже говорить о ней не хочу.

– Ну и правильно, нечего на нее время тратить. – Мужчина повернулся к Денису, слегка наклонившись вперед, отчего теперь стал ниже подростка. – Береги маму. А вы поправляйтесь! – Он подмигнул на прощание, покинул комнату, и парень остался наедине с матерью.

– Кто это? Я его раньше никогда не видел.

От радушной улыбки, занимавшей половину лица каких-то десять секунд назад, не осталось и следа.

«Не сработало, – печально выдохнул парень, надеявшийся начать разговор с нейтральной темы. – Ладно, погнали».

– Береги маму, слышал?

Денис молчал.

– Как ты мог так поступить со мной? Ну, теперь-то ты счастлив? – мать обвела рукой кровать, капельницы и стоящие рядом медицинские приборы.

– Я не хотел довести до такого…

– Но довел! Довел! – Женщина всплеснула руками и прикрыла глаза, громко всхлипывая. – Закрой, не хочу, чтобы посторонние слышали, – просипела она, и сын молча закрыл дверь палаты.

В этом месте Денис должен был начать извиняться, и именно к этому его мать приготовилась, заглушив свои вздохи.

– Зачем ты это сделала?

– Что ты сказал? – она от неожиданности убрала руки от лица и уставилась на сына.

– Зачем ты пыталась себя убить? – Денис еще увереннее задал вопрос.

– Ты что, вообще ничего не понял? Думаешь, я хотела так поступить? Совершить такой грех?!

– Но ты ведь сделала это, – его голос оставался все таким же холодным и спокойным.

– Потому что ты меня вынудил! Или ты не видишь своей вины в этом? – Парень не успел ответить. – Ладно, раз ты так считаешь, считаешь, что я хочу умереть, хорошо… – Женщина начала срывать с себя датчики и, схватив приклеенный к коже внутривенный катетер, рванула его в сторону. Несколько капель крови брызнули на белую простыню, и Денис подался вперед.

– Хватит! Прости меня, – он схватил руку матери, пытаясь прикрыть рану. Нужды в этом не было, но такому порыву Денис не смог сопротивляться. Мама, не обращая внимания на кровавую отметку на левой руке, правой приобняла сына.

– Я прощаю тебя, – она поцеловала его в макушку, – прощаю. Ходил сегодня в школу?

Буря эмоций, бушевавшая сейчас в груди Дениса, с трудом поддавалась контролю. Но он справлялся, как и всегда.

– Нет, не ходил.

– Ладно. Не страшно. Отдохни пару дней. На нас так много всего навалилось.

После объятий разговор зашел в тупик, так что Денис получил инструкции по варке макарон вместе с кодом от кредитной карты и попрощался с матерью. Погода улучшилась, но все же холодный ветер быстро отговорил его от идеи пройтись до церкви в поисках Вики. Он поблагодарил небеса за солнце и быстрым шагом направился домой.

Поставив на плиту кастрюлю с водой, Денис сделал несколько кругов по кухне и заглянул под крышку. Никаких признаков кипения. Он снова закрыл кастрюлю и пошел к компьютеру. Уверенный в том, что у него есть по крайней мере пара минут.

Новых сообщений от Вики по-прежнему не было, но Денис и не надеялся их получить. Прошло еще слишком мало времени с момента их разоблачения, и даже если ее отношения с отцом не были столь же безнадежны, как его отношения с матерью, до личной встречи вряд ли стоило рассчитывать на новый виток в общении. А он должен быть, в этом Денис не сомневался.

Отложив эту мысль в глубины подсознания, он перешел к более насущным делам – открыл сайт корпорации «Грайтекс». На экране появились мелкие разноцветные частицы, похожие на конфетти, завертелись, собрались в одну большую спираль и, уплотняясь от центра к краям, нарисовали собой приветствие вместе с логотипом компании. Почти на каждое действие Денис получал вылизанную страницу с рассказом не столько о товаре, сколько об образе жизни и ведении бизнеса, при котором вам уж точно будет необходим один из продуктов «Грайтекса». Он потратил минуты три, прежде чем добрался до полного списка производимых машин.

– Вода! – парень ринулся на кухню и, продираясь через клубы пара, убавил мощность плиты. Засыпав несколько пригоршней макарон, он снова направился к компьютеру.

«Строительный робот, погрузчик, уборщик, секретарь…» – все это казалось Денису чудесами техники, но, несмотря на идеально выверенные грани и отточенный дизайн каждого из устройств, они были именно что устройствами, инструментами. Ящики на колесах, динозавры в металле, экраны с дружелюбными физиономиями на скелетообразных телах. Но ничего даже отдаленно похожего на демоницу со стройки.

Доедая подгоревшие макароны, Денис принял решение увидеть ее снова. На этот раз он был намерен выяснить о загадочном андроиде все, что только можно.

Три деревца недалеко от ограды, как и в прошлый раз, стали неплохим укрытием. Машинам оставалось копошиться по территории еще минимум два часа, и за все это время демоница должна была появиться хоть раз. По крайней мере, Денис хотел так думать. Он прислонился к стволу и начал вглядываться в происходившее за забором, но вскоре потерял счет времени и оказался загипнотизирован размеренной рутиной.

– За кем-то подглядываешь? – голос за спиной заставил парня встрепенуться. Он резко обернулся и увидел перед собой Вику. Денис бегло оглядел ее – открытые руки и шея, волосы убраны в хвостик, гордо поднятое лицо. Ее не били, по крайней мере, это не заметно. «Почему вообще ее должны бить?»

– Ты уже забыл меня? Будто в первый раз видишь.

– Нет, привет, конечно, я тебя помню! – Денис резко замолчал, поняв, что начал тараторить. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул, собираясь с мыслями. – Привет! Не надоело подкрадываться?

– Мне нравится, как ты подпрыгиваешь от неожиданности. Привет, – Вика улыбнулась. – Ну так что, зачем ты здесь?

– Мы были в этой школе ночью, и я видел кое-что странное. Там была женщина, которая на самом деле робот. Хочу понаблюдать за ней. – Денис снова прислонился к дереву, загадочно глянув через плечо на сетчатый забор.

– Зачем?

– Что? – парень удивленно перевел взгляд на Вику.

– Зачем ты хочешь за ней наблюдать?

– Я просто хочу узнать о ней побольше, – Денис с трудом подавлял панические нотки в своем голосе. «Что она хочет услышать? Что мне нужно ответить?» Он уже представил, как девушка махнет на него рукой и уйдет, потеряв какой-либо интерес. Сказать, что он просто вот такой вот любознательный от природы, явно недостаточно.

– Да, но зачем? Чего ты прицепился к ней? – все это было словно шуткой для нее.

Пульс застучал в висках.

– Она напугала меня, – Денис ожидал, что Вика рассмеется и уйдет, но она не шелохнулась. Возможно, только сейчас она и начала слушать. – Мы уже возвращались, было темно, и я не сразу заметил ее. А вот она нас заметила.

– И что она сделала?

– Ничего. Даже тревогу не подняла. Просто смотрела на меня. Но ее глаза мне даже в кошмарах снились.

Вика обдумывала услышанное, а Денис снова успел мысленно попрощаться с ней. Девушка достала телефон, постучала по нему пальцами и вытянула перед собой. Денис услышал гудки, а затем голос молодой женщины.

– От имени корпорации «Грайтекс» приветствуем вас! Скажите, чем я могу помочь?

– Здравствуйте, – голос Вики звучал настолько уверенно и четко, что Денис принял бы ее за бизнес-леди, если бы не видел перед собой девушку-подростка. – Я слышала, вы делаете андроидов, похожих на людей. Хотелось бы узнать о них побольше и, может, заказать.

– Перевожу на отдел продаж, оставайтесь на линии.

Денис продолжал молча пялиться на Вику.

– Папа все время пугает меня новыми роботами, – вполголоса сказала она, пользуясь перерывом в телефонном разговоре. – Я думала, что это просто его паранойя, но теперь еще и ты… Сейчас они сами нам все расскажут.

Послышалось несколько щелчков, и из телефона раздался новый голос, на этот раз мужской:

– Скажите, как я могу к вам обращаться?

– Виктория, – девушка снова вернулась к своему деловому голосу.

– Виктория, вы заинтересовались нашими гуманоидными разработками, все верно? Задумались о приобретении?

– Да, хотела бы прикупить парочку для управления персоналом.

– Парочку? – переспросил голос из телефона.

– Папа владеет небольшим предприятием, и он хотел бы заменить несколько менеджеров вашими роботами. Они достаточно умные для этого?

– Для ваших задач подойдет восьмое поколение андроидов. Они вполне подойдут для управления персоналом. Вы можете ознакомиться со спецификациями на нашем сайте.

– А вживую на них посмотреть где-нибудь можно?

– Да, вы можете познакомиться с нашими разработками в центральных офисах. Я могу направить запрос на ознакомительный сеанс в любой удобный для вас офис. Скажите, в каком центре вам будет удобно провести консультацию.

– Нет, мы не хотим вас утомлять консультациями, нам бы для начала просто увидеть их вживую. Такая возможность есть?

– Я бы все же рекомендовал вам записаться на персональную консультацию, где вы сможете в полной мере оценить весь потенциал наших…

– Спасибо, я вам перезвоню, – оборвала его Вика и завершила звонок. Затем, проведя минуту за изучением экрана телефона, показала Денису карту.

– Смотри, до них ехать не больше получаса. Давай попробуем?

– Сейчас?

– Ты спешишь куда-то? Ты не в школе и вряд ли планируешь туда идти сегодня.

– А ты?

– Я на домашнем обучении. Свой план на сегодня я выполнила. Так что, едешь?

«Мама в больнице, школу прогулял…»

– Еду. – Денис вдруг осознал, что все еще не до конца отошел от самого факта внезапной встречи с Викой, а теперь они вместе едут на настоящее приключение. Нужно было собраться, перестать тупить и включаться в дело.

– …Денис! – девушка стояла в дверях автобуса. – Не тупи!

Он очнулся и устремился за ней. Они встали у окна, и Вика окинула его оценивающим взглядом.

– Ты какой-то молчаливый сегодня.

– Просто думаю, как все пройдет там, в офисе.

– Мы и так скоро узнаем, нечего грузиться раньше времени. Как твоя мама, кстати?

– Хорошо, был у нее сегодня. Идет на поправку. – Денис не догадывался, знает ли Вика всю правду, а она не стала уточнять. Но ее взгляд и повисшее ненадолго молчание говорили о многом. – Тебе не сильно досталось за нашу переписку? Похоже, твой отец очень серьезно к этому отнесся.

– Да, он уверен, что сам найдет мне подходящего жениха, а до этого – никаких мальчиков. Только учеба.

Денис нахмурил брови и, пародируя голос отца Михаила, произнес:

– И молитва!

– Да, и молитва, куда же без нее, – Вика рассмеялась.

– Как продвигается с женихами? – осторожно спросил Денис.

– Тебе мама разрешает задавать такие вопросы? – она улыбнулась, Денис постарался ответить тем же. Получилось у него не очень. – Извини. – Девушка дотронулась до его плеча.

– Все нормально, – ответил Денис, накрыв ее руку своей. Не воспользоваться такой возможностью было бы преступлением, но Вика действительно задела его. И, учитывая, что она думает о нем, как думает… учитывая, что она понимает реальное положение вещей… он вдруг подумал, что будет всегда видеть свое отражение в ее взгляде. Отражение себя настоящего. – Ты совсем не волнуешься?

– Мы же просто едем посмотреть, что может случиться? – Вика продолжала разговор, будто ничего не произошло, но в ее взгляде и голосе что-то изменилось.

– Не знаю, вдруг они поймут, что мы не собираемся ничего покупать? – Денис тоже старался не подавать виду и надеялся, что девушка не станет обращать внимания на его реакцию. Но в то же время часть его хотела снова услышать этот голос. Виноватый? Нет. Извиняющийся? Нет. Неравнодушный? Да.

– Скажу, что пишу реферат о них.

– Хорошо умеешь врать?

– Хорошо умею притворяться. Полезный навык с нашими родителями.

– Точно, – согласился Денис.

Они вышли прямо напротив серого пятиэтажного здания, построенного больше сотни лет назад. С лепниной, барельефами и фасадными колоннами. Не совсем то, чего ты ожидаешь от офиса производителя андроидов. Денис и Вика переглянулись, снова вчитались в однотонную вывеску над дверью, убедившись, что не перепутали адрес, и шагнули ко входу. Стеклянная дверь, автоматически открывшаяся перед гостями, резко контрастировала с фасадом, хотя только она и казалась здесь на своем месте. Стоило переступить порог, как к ним приблизился робот-секретарь. Он неслышно подкатился на двухколесной тележке, и закрепленный на безруком торсе монитор включил запись приветственной речи какой-то важной шишки в корпорации.

– Приветствую вас в офисе корпорации, меня зовут Артур…

Вика прошла мимо робота и направилась прямиком к женщине в дальнем конце просторного холла. Молча последовав за ней, Денис рассматривал темно-серое помещение, казавшееся чересчур пустым. Его оживляли только два огромных экрана, занимавших почти всю стену от пола до потолка. Они без конца транслировали рекламные ролики: счастливые люди, счастливые андроиды, счастливые собачки, виляющие хвостом при виде роботов-дворецких, роботов-домохозяек и… она мелькнула на экране всего на две секунды, но Денис успел окликнуть Вику и указать ей на темноволосую девушку.

– Вот она!

Вика кивнула, но промолчала, дав понять Денису, что тот излишне выбивается из роли.

– Здравствуйте! – женщина за стойкой оторвалась от компьютера. Мгновение спустя она поняла, что перед ней всего лишь дети, и улыбка слетела с ее лица.

– Мы хотели бы увидеть одну из ваших моделей, – начала Вика. – Не помню модель, это… – она задумалась, поглядывая на экран. – Вот! Она! – девушка указала на мелькнувшее на экране изображение. – Скажите, это возможно?

– Вы записаны на персональную демонстрацию?

Денис буквально видел, как следующей фразой их отправляют обратно домой.

– А нужно было записываться? – усмехнулась Вика. – Боже, я ведь не на маникюр пришла!

«Да, я точно люблю ее», – пронеслось в голове Дениса.

– Папа хочет поменять нашу домработницу на эту вашу куклу и попросил меня посмотреть на нее. Это можно как-то организовать?

– К сожалению, данные модели доступны только по предзаказу. Вы c отцом можете заказать персональную презентацию, на которой вам…

– Послушайте, – Вика мягко, но довольно настойчиво перебила собеседницу, – прежде чем тратить ваше и наше время на эту презентацию, я хочу увидеть ее. Она может быть сколь угодно умелой, но если мне будут сниться кошмары от одного ее взгляда… в общем, я не хочу тратить на психотерапевта больше, чем стоит ваш робот.

Женщина внимательно выслушала Вику, снова уткнулась в компьютер.

– Я сейчас уточню, минуту, пожалуйста.

Вскоре из-за ее спины появился молодой мужчина, они о чем-то переговорили, и тот жестом пригласил ребят следовать за ним.

– Вообще у нас так не принято, но я надеюсь развеять все ваши опасения, – он широко улыбался и постоянно оборачивался на Вику. Они завернули за угол, мужчина прислонил карточку к панели на стене, и та расступилась перед гостями. Компания шагнула в темноту, мгновение спустя над ними зажегся свет, разгоняя мглу от стен помещения к самому центру. Наконец центральный прожектор выхватил у тьмы последний клочок пространства, и Денис с Викой увидели женскую фигуру, застывшую перед красным кожаным диваном.

– Сейчас она в режиме ожидания. Активны лишь базовые реакции.

Сопровождавший их мужчина остановился в паре метров от андроида. Вика же уверенно вышла вперед, и Денис поплелся за ней. Механическая женщина лениво повернула голову в сторону гостей. Денис боялся снова поймать ее взгляд, но, заметив уверенность Вики, все же поднял голову. В этот раз зеленые глаза машины ничем не отличались от человеческих. Да, узор роговицы был значительно проще настоящих, но ничего в нем не вызывало ужас.

– Она прямо как живая. – Вика прошла полукругом мимо андроида, и та проводила девушку пристальным взглядом.

– Да, ничего страшного, как вы можете убедиться, – кивнул консультант.

– Я как-то встретился с одной из них, – начал Денис и тут же понял, что нужно придумать какую-то правдоподобную легенду. – У наших знакомых одна из них работала на стройке. Наверное, какая-то другая модель, хотя выглядела она точно так же, – он был готов закрыть тему, так и не задав свой главный вопрос, но мужчина настоял.

– Все наши модели различаются внешне. Почему вы решили, что это другая модель?

– Ее глаза, – наконец выдавил из себя Денис. – Они были черными. Полностью. Как у чудовища из какого-то ужастика.

Мужчина улыбнулся, подошел к стене у входа и щелкнул выключателем. Прожектор над центром помещения погас, и андроид вместе с ребятами окунулся в темноту. Денис перевел взгляд на механическую женщину и инстинктивно отпрянул. Да, это были те самые залитые тьмой глаза. Вика заметила его порыв и едва слышно спросила, все ли хорошо. Кивнув, Денис глянул на андроида, стараясь убедиться в отсутствии чего-то мистического в его стеклянных глазах. Бесполезно. Мурашки никак не хотели покидать спину, а робот продолжал смотреть именно на Дениса. Не на Вику, ходившую вокруг нее кругами, не на мужчину, что привел их сюда. Нет, она смотрела на него.

– Это адаптация к условиям недостаточного освещения, – консультант снова включил центральный прожектор, и на глаза андроида надвинулись стеклянные полусферы, вернувшие машине иллюзию человеческого взгляда. – Так она может поймать больше света в свои объективы и видеть в темноте гораздо лучше человека.

– Ну что? Это твой демон? – спросила Вика.

– Да, – Денис понимал, что мог выглядеть глупо сейчас, когда его таинственное чудовище мирно стояло перед ними, но притворяться не было ни сил, ни желания. Он все еще не мог отвернуться от андроида, будто загипнотизированный. – Это она.

– И что она умеет? – поинтересовалась Вика, и стараясь удержать внимание их проводника на себе.

– Насколько я знаю, вас интересует управление персоналом. С этим она справится. Также возможна программа работы по дому: приготовление пищи, уборка, присмотр за домашними животными… Но, поверьте, это будет просто растратой ее потенциала. С такими задачами справятся и другие наши модели.

– Как же вы ее назвали? – подключился к разговору Денис.

– Это Афина.

Обратная дорога заняла чуть больше времени. Денис хоть и был молчалив, но все же не забыл предложить Вике прогуляться до следующей остановки, не желая с ней расставаться.

– Тебе она показалась страшной? Когда ты увидел ее вблизи, – спросила девушка.

– Нет, вблизи она… просто кукла, – мотнул головой Денис, но слова эти будто разодрали ему глотку, вырываясь наружу. – Нет, прости, я соврал. Я все еще боюсь ее.

Вика молчала, опустив глаза на тротуар перед собой.

– Я больше тебе не интересен? – Парень был готов к любому ответу, но в голове его стучало: «Нет! Скажи нет!»

– Почему ты так решил?

– Я признался в своем страхе. Довольно глупом страхе. – Сердце стучало уже где-то в гортани.

– Вообще только сейчас ты меня и заинтересовал, – едва слышно произнесла девушка, остановилась и посмотрела на Дениса.

– Потому что был честен? – спросил он с надеждой в голосе.

– Да. Меня она тоже напугала.

Парень замер. Что тогда пронеслось в его голове? «Я смогу тебя защитить»? Нет, эту мысль он отмел. Как? От чего? «Не бойся, я с тобой»? Чушь и банальщина. «Неважно. Просто смотри на меня. А это все… это все декорации. Весь мир – декорации. А настоящее – здесь, между нами. Мир жив только в этом шаге, между нами, только здесь у вселенной есть смысл. Так что просто смотри на меня». В его мыслях было все это. Все в одно мгновение. Его разум остановил время и успел проклясть ту секунду, что заберет у него взгляд Вики. А ведь она приближалась, неумолимо, безжалостно.

Глава 3

Неделю спустя все разговоры в доме Дениса были только о приезде Святейшего в город. Подготовка шла полным ходом, и на какое-то время мать даже перестала контролировать парня. Ее так увлекали обсуждения с отцом Михаилом и с братьями и сестрами из прихода, что на сына совсем не оставалось времени. Она лишь изредка грозно поглядывала на него, спрашивая, все ли у него хорошо и не позволяет ли он себе лишнего, и тут же возвращалась к рисованию приветственных плакатов и к звонкам единомышленникам на предмет сбора средств на церемонию. И это была главная причина, по которой приезд Святейшего так радовал Дениса. Суета давала ему лишних сорок минут по дороге из школы. Примерно десять – на небольшой крюк по району до дома отца Михаила и Вики, пять на то, чтобы она заметила его в окно и вышла на улицу, пятнадцать – на прогулку и еще десять – на возвращение домой. Каждый раз Денис думал, что уж сегодня она не спустится к нему, даже не подойдет к окну в условленное время. И каждый раз, когда он видел едва заметное движение шторы в окне второго этажа, его сердце было готово выскочить из груди. А потом она появлялась перед ним, и наступали заветные пятнадцать минут, когда они просто шли рядом. Денис все еще не понимал, зачем она делает это, не мог поверить, что она так же ждет встречи, что она готова принимать дурацкие правила этой игры. Но она ждала, она принимала. И она выходила к нему.

Настал день проповеди. Собралась почти вся округа, даже те, кого Денис никогда прежде не видел в храме. Мама Дениса стояла рядом и, казалось, совсем забыла о присутствии сына, впитывая окружающую ее атмосферу трепета. Отец Михаил пришел с опозданием и поспешно устремился к кафедре.

– Братья и сестры! – начал он. – У меня хорошие новости! Святейший согласился остаться с нами на несколько дней после приезда и прочесть две проповеди! Я уже сейчас вижу столько новых лиц здесь, с нами, пред ликом господа, но нас будет еще больше, я уверен!

Денис еще раз окинул взглядом толпу и снова убедился, что со времени прошлой проповеди людей действительно прибавилось. Парень поймал на себе чей-то взгляд и обернулся: это был мужчина, встретивший его в больнице. Он не отвел глаз, продолжая таращиться еще секунды две, прежде чем приветственно кивнуть. Денис ответил тем же и отвернулся.

– Многих из вас я попрошу о персональной помощи, – продолжал отец Михаил. – Остальные – по возможности, помогите нам материально…

Взгляда того мужчины Денис больше не чувствовал и теперь хотел найти Вику. Отец Михаил зашел один, а значит, либо Вика пропустила его речь, что тоже возможно, либо она уже должна быть здесь. И пришла она еще раньше Дениса – за входом он следил. Парень сканировал ряды людей перед ним, пока наконец не выхватил из россыпи голов перед собой русую косу с вплетенной в нее белой лентой. Разумеется, Денис не надеялся, что она каким-то образом почувствует его присутствие и обернется. Он просто не мог отвести взгляда и смотрел на нее сквозь пространство между плечами и головами сидящих между ними.

Инстинкт сработал, но с опозданием – Денис уставился на кафедру и почувствовал на себе пристальный, леденящий душу взор отца Михаила.

Служба закончилась, Денис оторвался от матери и направился к выходу, стараясь не столкнуться ни с Викой, ни с ее отцом. Но когда до порога оставалось не более трех шагов, на его плечо легла тяжелая рука. Денис осторожно обернулся, готовясь натянуть невинную улыбку для разговора с отцом Михаилом, но, к его удивлению, перед ним стоял крашеный незнакомец из больницы.

– Денис! Погоди минуту, мы с отцом Михаилом хотели с тобой обсудить кое-что.

Он отвел парня в сторону, пропуская людской поток, а затем, приобнимая за плечи, повел к священнику.

– Здравствуйте! – улыбнулся Денис, и в его голове пронеслось: «Он знает, точно знает!»

Отец Михаил лишь молча обвел парня взглядом.

«Знает про наши встречи с Викой, знает, что из-за этого мама пыталась навредить себе». Незнакомец, видя замешательство отца Михаила, взял разговор в свои руки.

– У нас к тебе дело, Денис…

«…Оставь Вику…»

– Ты бы очень помог Святейшему…

«…Если бы перестал видеться с ней…»

– Это не совсем законно, если честно, даже немного опасно. Но никто, кроме тебя, этого сделать не сможет.

«…Чего?..»

– Тебе может понадобиться помощь. У тебя есть несколько друзей, которым ты можешь доверять?

Денис растерянно кивнул.

– Отлично, – улыбнулся незнакомец, – тогда слушай. Светлейший очень обеспокоен всеми этими дронами, которые летают по нашему району. Нам бы не хотелось, чтобы машины следили за каждым его шагом.

«Светлейший? Нет, этот мужик явно не из общины!»

– А я-то что сделаю? – Денис переводил взгляд от незнакомца к отцу Михаилу и обратно.

– Нужно сбить его.

– Как?! – почти взвизгнул Денис.

В этот момент к компании подошла мама Дениса.

– У вас все хорошо? Дениска что-то натворил?

– Нет-нет, – наконец заговорил отец Михаил. – Все хорошо. Хотим попросить его о кое-какой услуге.

Женщина заинтересованно вытаращила глаза и приготовилась внимательно слушать.

– Благодарю вас за такого сына и благословляю! – триумфально продекламировал отец Михаил. Женщина не сразу поняла намек, но повисшее молчание начало понемногу ее выдавливать. Бросив прощальный взгляд на сына, она ушла. Отец Михаил шагнул к Денису.

– Важно, чтобы об этом никто не узнал. Даже твоя мама не должна знать подробностей. Сможешь держать все в тайне?

– Да, смогу.

– Хорошо, – отец Михаил потупился, кивая. – Хорошо…

– Они пролетают над церковью раза два в день, – незнакомец почти перешел на шепот. – Проследите за ним, дальше он должен направиться на север. Они снижаются в районах с густой застройкой, там вы и сможете его перехватить. До приезда Светлейшего всего неделя – постарайтесь провернуть это пораньше.

Денис молча слушал и наблюдал. Слушал обоих, но наблюдал за отцом Михаилом. Некогда уверенный в себе глава общины, словно нашкодивший подросток, опустил глаза и полностью передал инициативу в другие руки. Денис пытался вспомнить, где он мог видеть его или хотя бы слышать о каком-то влиятельном человеке в приходе, но ничего на ум не приходило. Мужчина же продолжил давать наставления.

– По вам он стрелять не будет, не переживай. Главное – закинуть что-то на винты, а когда он рухнет – разбить камеру. После этого найдите аккумуляторы в центральной части, отрубите питание и закиньте в какое-нибудь укромное место. И сразу звони отцу Михаилу. У тебя есть его номер?

Парень помотал головой.

– Думаю, этот вопрос быстро решится, так? – он снова посмотрел на священника, и тот ответил кивком.

Денис молча слушал указания и все еще пытался угадать, кто же это такой.

– Мы должны показать им, кто здесь главный. Согласен? – Мужчина снова настойчиво приобнял Дениса за плечо. – Я ведь не прошу тебя вредить людям. Просто преподать урок этим гадам перед приездом Светлейшего. Это ведь наш район, так ведь?

– Святейшего, – неуверенно выдавил из себя Денис. – Мы называем его Святейший.

– Хорошо, пусть так, – мужчина с трудом сдерживал раздражение. – Отец? Благословите его на это?

– Конечно, Константин Дм… – священник будто проглотил язык. – Разумеется, Денис, у тебя есть мое благословление.

– Хорошо, я сделаю. – «Значит, Константин Дмитриевич. Так тебя зовут».

– Вот и славно. Тогда удачи, господь с тобой, Денис! – Константин широко улыбнулся, похлопал парня по спине. Денис ответил фальшивой улыбкой и медленно попятился к выходу. Отец Михаил все еще выглядел подавленно, но постарался изобразить уверенность на своем лице. Неудачно. Денис отвернулся и спешно покинул храм.

С удивлением обнаружив, что мама не ждет его на улице, Денис быстрым шагом направился на соседнюю улицу. Он не думал о том, где сядет на автобус, к тому же дом был совсем в другой стороне. Но ему хотелось как можно скорее удалиться от церкви. Ему казалось, что само здание наблюдает за ним. Каким-то пронзающим, горящим взглядом. Взглядом бога? Или взглядом того мужчины, Константина? Он хорошо видел фальшь в людях, видел тех, кто носит маски. Все люди грешат этим время от времени, чтобы скрыть свои эмоции, чтобы добиться чего-то. Они живут так с раннего детства, просто в какой-то момент забывают снять одну маску, надевают поверх нее вторую, третью. Какие-то отбрасываются, какие-то откладываются в сторону, но значительная их часть срастается воедино, слипается так, что уже невозможно сказать, где заканчивается одна и начинается другая. Так и рождается личность человека, то, что назвали душой. Денис видел это в матери – заглядывал в трещину между масками, когда она рассказывала о временах их совместной жизни с отцом. В тот момент она менялась, становилась «тоньше». Все потому, что одна из масок слетала с нее, и она становилась чище, искреннее.

Видел это же Денис и на примере своих друзей, когда год назад курящий за углом старшеклассник пнул под зад Максима и тот от неожиданности подпрыгнул на полметра. Тогда Денис еще не был знаком с ним, но отчетливо запомнил момент, потому что это было похоже на какой-то мультик – Макс буквально завис в воздухе с удивлением на лице. Все смеялись. И даже Денис. Но когда через несколько дней кто-то попытался пошутить над Максимом, припоминая этот случай, тот отвесил обидчику точно такой же пинок. Денису показалось, что сейчас начнется драка, но «жертва» замерла в нерешительности, не понимая, как нужно действовать. Тогда из горла Максима раздался смех. Даже не смех – гогот, натянутый, фальшивый. Тот самый, который он слышал от старшеклассника. Окружающие тоже рассмеялись. Еще через неделю Максим начал курить, и маска окончательно приросла к нему, не первая и далеко не последняя.

Осторожный Егор тоже не всегда был таким осторожным. Он шел на поводу у Макса достаточно долго и с головой бросался за ним в любые авантюры. Пока однажды Максим не предложил разбить окно в машине учителя физики, поставившего ему двойку. Он взял камень и швырнул его в автомобиль. Специально или нет (а Денис не сомневался, что специально), но промазал. Егор последовал примеру друга, и, оказалось, камни метает он неплохо – булыжник прошиб боковое стекло, и оно рассыпалось на мелкие осколки, похожие на капли дождя. Парни смеялись, веселились, шутили – это Денис тоже застал, как раз выходя из школы. Но когда родители Егора получили счет за выбитое стекло и были приглашены на воспитательную беседу с директором, выяснилось, что Максим-то ни в чем не виноват. И Егор, до этого уверенный, что просто следует за другом в его тени, оказался главным хулиганом школы. Он вдруг осознал, что за любые свои действия отвечать придется именно ему. Что с последствиями собственных поступков он останется один на один, и что дерзкий и смелый вожак, плюющий в лицо опасности и одноклассникам, сдуется при первом же появлении участкового. Так родилась новая маска Егора – видавший виды, побитый жизнью молодой человек. Спокойно чувствующий себя в компании друзей, не напрягающий хронической тоской, но все же с отражением горечи пережитого в глазах. Денис называл эту маску «ветеран», потому что именно так в кино выглядели ветераны войны, вернувшиеся из многолетней мясорубки и старавшиеся как-то справиться с болезненными воспоминаниями.

Но Денис слишком часто менял маски и слишком тщательно подходил к их выбору, каждый день вычищая все остатки прошлой роли перед тем, как примерить новую. И в отличие от своих друзей Денис прекрасно понимал, что он – не маски. Он —пустота под масками, старающаяся казаться человеком. Глаза часто называют зеркалом души, многие верят, что во взгляде можно увидеть его суть. На самом же деле этот колодец, как правило, не так глубок – он доходит до любимой маски, до той, что срослась, слиплась с остальными лучше всего. Но взгляд Константина вел гораздо дальше, до той самой пустоты. Он тоже старательно вычищал остатки примеренных ролей, но делал это гораздо дольше и, возможно, гораздо лучше, чем Денис.

Погруженный в свои мысли, парень прошел уже половину дороги до дома и решил не тратиться на автобус.

Константин Дмитриевич был явным авторитетом для отца Михаила. А значит, возвысившись в его глазах, Денис мог получить разрешение видеться с Викой. Конечно, никаких гарантий, но попробовать стоило. Парень сбавил шаг и принялся прорабатывать план действий. Начать стоило с Егора: если согласится он, то Максим не будет сомневаться ни минуты. Опасения вызывал Виктор. Денис подозревал, что именно он сдал парней после истории с разбитым стеклом машины – уж очень быстро ребят тогда вычислили. Доказательств не было, так что сказать об этом в открытую означало посеять раздор внутри команды, а там уже ссоры, драки, и в итоге Денис мог лишиться помощников. Действовать следовало умнее, а для этого требовалось встретиться с Егором наедине.

Он поднялся на свой этаж, остановился у двери, глубоко вздохнул, нацепил лицо загруженного уроками или другими тяжелыми, но важными делами сына и открыл дверь.

В квартире стоял запах стряпни, на кухне звенели ложки и чашки, лязгнула крышка чайника, и раздался писк включающейся электроплиты. Учитывая, что маму час назад бесцеремонно отбрили, Денис ожидал увидеть что угодно, вплоть до новой порции рассыпанных по полу таблеток, но только не это. Послышался быстрый топот, и в коридор выглянула мама.

– Привет! Заходи давай, чего стоишь, я поставила твой любимый сливовый пирог, скоро будет готов. Как в детстве, помнишь?

– Помню. – Денис медленно стянул кроссовки. Мать мельком улыбнулась ему и тут же нырнула обратно на кухню.

Он понял, что такие перемены возможны только при наличии внешнего воздействия. Это не было похоже на маму, и запах сливового пирога он не чувствовал уже лет шесть.

«Значит, тебе уже позвонили. Как ты восприняла это? Зачем пирог?»

Переодевшись в домашнее, Денис на всякий случай осмотрел комнату – ничего не изменилось. Никаких внезапных обысков. «Да, дело точно в звонке. Пирог – попытка изобразить искренность, выйти на серьезный разговор, достучаться до воспоминаний. Сработало: слюнки уже текут, и разум улетает в далекие времена, когда мир казался красочным, а самой большой проблемой было отвалившееся у игрушечной машинки колесо. Но какое решение ты хочешь продавить?..»

– Минут десять – и будет готово! – послышался мамин голос.

– Хорошо, – широко улыбнувшись, крикнул Денис, помня, что улыбку слышно по голосу.

«…Решение серьезное, важное… Ты им отказала?! Мы выходим из общины?» Какая-то необъяснимая радость поднялась из его живота и, дойдя до лица, растянула рот в дурацкой улыбке. К своему удивлению, несколько секунд Денис не мог ее стереть. Вскоре он сдался и перестал даже пытаться бороться с ней. «Вика – я все равно буду с ней общаться. Если мама не будет мешать, то мы справимся. Другая община – переживем, мама станет сравнивать ее с этой и более разумно подходить к предписаниям. Но главное – мы будем вместе, действительно вместе, командой! В общинах или без, с верой или без – неважно, мы будем семьей. Вот зачем пирог. Пирог может быть важнее всего, если это – мамин пирог!»

Постаравшись стереть остатки блаженства с лица, Денис вышел из комнаты и сел за стол. Румяная корочка с выглядывавшими по бокам сливами гипнотизировали его, но он все же перевел взгляд на маму, которая села рядом и накрыла его руку своей.

«Да, мама, мы вместе. Никаких больше дурацких ограничений».

Она полезла в карман, достала лист бумаги с цифрами и положила его на стол перед Денисом.

– Это номер отца Михаила…

Она сказала: «Что бы тебе ни поручил отец Михаил – это очень важно», сказала, что не хочет знать никаких подробностей, что не будет требовать от сына рассказывать о просьбе священника. «Потому что это во благо всех нас и во имя господа и Святейшего». А в голове у Дениса крутилось лишь одно имя – Баал. Он читал о нем когда-то. В древности на ближнем востоке у каких-то народов Баал был верховным богом. Они строили ему храмы, проводили ритуалы, славящие его. А еще создавали статуи, огромные и полые. Человекоподобная фигура возвышалась над толпой верующих, простирая руки к небесам. Голова его была запрокинута назад, а рот широко раскрыт, словно извергает неведомые смертным гимны. Но Баал не пел. Баал был голоден. Жрецы разводили костры у основания статуи, и когда бревна превращались в угли, а из пасти бога начинали вылетать горящие искры, матери протягивали младенцев жрецу, тот поднимался по пьедесталу и клал детей прямо на ладони покровителя. Младенцы скатывались по рукам прямо в раскаленную пасть, утоляя голод божества своих родителей.

Голова Дениса закружилась, на лбу выступил пот. Он катился туда прямо сейчас, и искры из пасти всевышнего уже осыпали его тело.

– Хорошо, мам, я тебя не подведу. – Он взял лист.

– Кушай свой пирог.

Сознание вернулось к Денису лишь в тот момент, когда он захлопнул дверь в свою комнату. Он даже не был уверен, говорили ли они с матерью о чем-то еще. Парень проковылял за стол, машинально включил компьютер.

План, обдуманный по дороге домой, казался каким-то далеким, древним. И бессмысленным. Ничего не изменилось, но в то же время изменилось все. Его разум отчаянно искал хоть какой-то ориентир, чтобы зацепиться. И нашел Вику. Она все еще была там, в его сердце, на своем месте и не собиралась никуда уходить. Следовательно, план все еще имел смысл: если он получит одобрение отца Михаила, преград между ними больше не будет.

«Значит, я собью этот дрон».

Следующие два часа он провел в поисках возможных обоснований подобных действий. Помимо Вики, разумеется. Нужны были причины, которые подойдут для других, «для нормальных людей».

Максим уже тушил окурок, когда Денис подошел к ним с Виктором.

– А Егор где? – он поздоровался с обоими, ища взглядом недостающее звено в плане.

– Не знаю, не видел его сегодня, – пожал плечами Виктор.

– Может, дрочит в туалете? – Макс окинул друзей полным надежды взглядом, но никто не отреагировал на его искрометную шутку.

– Ладно, – после неловкой паузы сказал Денис, – встретимся на большой перемене.

Вся троица училась в параллельном классе, и во время учебы Денис редко пересекался с компанией. Значит, нужно было встретить Егора где-то во время перемены. В столовой? В коридоре? Нет, тогда его дружки будут где-то неподалеку, а Максим сведет любую подготовку в дебильную шутку.

На протяжении нескольких уроков Денис обошел половину школы, надеясь встретить в коридоре на Егора, пока они наконец не столкнулись на лестнице.

– Привет, – Денис достаточно убедительно сыграл удивление.

– Здорово! – Егор поздоровался с другом и уже сделал следующий шаг, обходя его, когда Денис вдруг взял его под руку.

– Слушай, у тебя будет время на следующей перемене? Хочу кое-что обсудить.

– Да, давай, – Егор пожал плечами. – Давай здесь и встретимся.

Как только прозвенел звонок, Денис сорвался с места. Отдышавшись у поворота на лестничную площадку, он пошел к условленному месту, где его уже ждал Егор.

– Ну так что, в чем дело? Опять с мамой что-то?

– Нет, дело вообще не в этом. Помнишь, мы говорили про «Грайтекс»? Про ту женщину на стройке, про дронов, которых делает та же компания?..

– Да, помню…

– Короче, ты знал, что их машины почти полностью управляют экономикой? Квантовый компьютер этой самой корпорации просчитывает последствия половины сделок для биржи!

– Слышал про такое, – подтвердил Егор, все еще не понимая, к чему клонит друг.

– А законы? Средний объем принимаемого закона сейчас такой, что ни один человек не сможет все это перечитать и понять. Они используют те же машины, чтобы искать нестыковки в законах и исправлять их. Мы живем по законам, которые пишет компьютер.

– Да, – задумчиво закивал Егор, опустив глаза. Он уже слышал это, читал об этом и сейчас вернулся к своим воспоминаниям. Значит, у Дениса появился невидимый союзник в голове Егора. Был ли это ведущий оппозиционного канала или очередной конспиролог из сети – не имело никакого значения. Все слова Дениса теперь будут звучать лишь эхом другого, более авторитетного для Егора голоса.

– Наши родители ничего с этим не сделают. Они боятся потерять работу, платить штрафы…

– Они уже смирились, – ответил Егор, к радости Дениса.

– Именно! Но я покопался в сети, подумал обо всем… В общем, я хочу что-то сделать.

– Например?

– Не знаю… но дроны, кружащие над нашим районом в последнее время, – это уже реально последняя капля. – «Давай, скажи это». – Такое ощущение, что за нами наблюдают и докладывают о каждом шаге корпорациям. – «Ну же, скажи…» – Ты же понимаешь, о чем я?

– Понимаю. Могу скинуть тебе несколько статей на эту тему, если хочешь.

– Да, давай. – «Нет, не уводи тему в вечернее чтиво». – Такое ощущение, что машины уже победили нас. Каждый раз, как слышу их жужжание над головой, хочется забиться куда-нибудь в угол. А ведь это наш район, наш город! Наши улицы! Блин, мы же можем что-то сделать?

– Сбить их?

«Да!» – Денис сам не мог поверить, что подводка сработала. Он поднял глаза на друга и зажег в них самый яркий огонь энтузиазма, какой только мог изобразить.

– Знаешь, а мы ведь можем попробовать.

– Ты серьезно? Я ведь так, варианты накидываю. – Егор подошел вплотную к Денису, словно кто-то подслушивал их.

– Почему нет? Стрелять по нам он не будет – для него мы еще дети. А если эти сволочи потеряют одного из своих роботов – трижды подумают, прежде чем посылать нового.

– Да, они же стоят кучу денег, – согласился Егор. – Черт, мы что, и вправду это сделаем?

– Не боишься? – улыбнулся Денис, уже предчувствуя победу.

– Конечно, боюсь! – ответил Егор, но взгляд его уже горел в предвкушении задуманной авантюры.

– Тебя это остановит? – осторожно спросил Денис.

Короткое молчание и улыбка стали достаточно красноречивым ответом.

– Тогда встретимся после уроков, – подытожил Денис.

– Макса звать?

– Да, зови, – отозвался Денис. – Только я не уверен насчет Витька.

– Договорились, – кивнул Егор, и они разошлись.

Компания собралась за углом. Денис подошел последним, не сразу заметив переминающихся в стороне друзей.

– Ты с нами? – Денис сразу обратился к Максиму.

– Да, – ответил он. – А чего Витю не позвали?

– Я не думаю, что он справится, – такой ответ одновременно закрыл дальнейшее обсуждение и польстил самомнению Макса, так что тот лишь понимающе кивнул.

После недолгого молчания компания отправилась в путь. Широкими шагами они шли клином по вечернему городу. Денис двигался во главе строя и с каждым вздохом впитывал в себя новую роль. Он не знал, видят ли сейчас Максим и Егор себя опасными гангстерами или настоящими революционерами, как он сам, но отчетливо понимал, что за все последующие события славу организатора и лидера заберет именно он. Впрочем, ответственность тоже ляжет на его плечи. Но оно того стоит.

«Вика», – произнес мысленно он и удивился, что пришлось буквально заставить себя поднять перед глазами этот образ, флаг. Нет, сейчас не до переживаний и мечтаний. Сейчас все всерьез. Он запустил руку в рюкзак – сеть, которую отец Михаил заботливо передал ему через мать, на месте. Вот была бы хохма, оставь ее Денис у кровати. Парень представил, как объявил бы друзьям, что ничего у них не выйдет, что нужно разойтись по домам… Нет, так нельзя. Так уже было. Так было все это время – безопасно и обыденно. И не ради Вики, не ради матери и отца Михаила, черт их дери. Денис вдруг вспомнил то стекло на остановке, тот удар, что он нанес в воображении, и то смирение, с которым он отступил. «Нет, в этот раз я все разнесу».

Солнце уже успело сесть, фонари зажглись полчаса назад, но небо все еще было светлым, а тучи на горизонте сияли оранжевым, как застывшие взрывы. Видимость идеальная. Они подошли к перекрестку, попадавшему в зону патрулирования, и Денис остановился, осматриваясь.

– Что дальше? – спросил Егор. С каждым шагом к цели его уверенность таяла. Денис чувствовал это. «Нельзя оставлять его без дела, иначе просто развернется и уйдет домой».

– Идем со мной. Макс, стой здесь, услышишь шум двигателя – дай знать. Понял?

Максим кивнул и прижался к углу дома, достав из кармана телефон и пачку сигарет. Парень был рожден для роли районного хулигана, и как только в его зубах задымилась сигарета, уже ни у кого из заметивших его людей не возникло бы желания смотреть в его сторону.

Егор же, ведомый Денисом, направился к тесному въезду во двор, расположенному между домами. Проезд перекрывал шлагбаум, не позволявший парковаться посторонним, так что, несмотря на наличие нескольких парковочных мест во дворе, какие-то автомобили ютились вдоль дороги. Денис забежал во двор, приметил два больших мусорных контейнера, выбежал обратно, бросил быстрый взгляд на Максима – тот не подавал никаких знаков. Егор стоял рядом без дела, что изрядно нервировало Дениса.

– Во дворе есть мусорка – поищи рядом какую-нибудь дубину.

– Чего поискать?

– Арматуру, палку, может, биту… Давай быстрее, он появится в любой момент.

– Хорошо, – сквозь зубы фыркнул Егор, явно не желавший лазать по помойкам.

Денис прошелся вдоль ряда машин – три стояли достаточно близко от заезда во двор, из них черный седан был покрыт самым толстым слоем пыли. «Либо хозяин в отъезде, либо редко проверяет свой автомобиль».

– Труба подойдет? – Егор вышел с изогнутым куском водопроводной трубы. Короче, чем надеялся Денис, да и прямая подошла бы лучше, но вряд ли у них сейчас есть выбор.

Послышался свисток. Максим уже со всех ног бежал к друзьям, тыча пальцами куда-то в небо. И тут Денис впал в ступор. Сердце заколотилось. «Черновика не будет», – странная мысль возникла перед ним, как назойливый рекламный баннер. Меланхоличный танец времени продолжался до тех пор, пока Денис и сам не услышал глухое жужжание моторов дрона. Похожий на огромную стаю гигантских пчел-убийц, гул приближался из-за угла и вот-вот должен был выплеснуться на перекресток.

Денис с силой зажмурил глаза. «Действуй».

– Трубу! Бери трубу! – прошипел он Максиму, доставая сеть из сумки. Тот выхватил орудие у Егора и встал за Денисом.

– Не сюда! К дому, в переулок! Егор, стой здесь, когда скажу – пни эту машину.

– Пнуть?

– Да, блин, пнуть! Ногой!

– По колесу или…

– Да куда хочешь, лишь бы сигнализация заорала! И стой перед ней, пока я не скажу. Как скажу – беги к нам. Понял?

Гул все приближался, накаляя нервы Дениса до предела.

– Он же меня снимет! Вам-то хорошо, вы спрятались!

Денис уже занял позицию на другой стороне переулка, прямо напротив Максима.

– Стой вполоборота, смотри только на меня, так он не узнает тебя. Понял?

Егор мешкал с ответом. Дрон медленно вынырнул из-за угла.

– Уже поздно сомневаться! Повернись ко мне и стой! – рявкнул Денис, и Егор подчинился. – Давай, пни ее! Ну же!

Егор кинул быстрый взгляд на проплывающую по воздуху двухметровую махину и, хоть и не сильно, пнул дверь черного автомобиля. Раздался пронзительный писк, и рев двигателей дрона изменился так быстро и так решительно, что Егор не смог не обернуться. Да, этот воздушный хищник бодро развернулся и направился к источнику звука.

– Ко мне! Живо! – бросил Денис. Долго уговаривать Егора не пришлось – тот промелькнул мимо друзей со скоростью пули и скрылся во дворе. Больше на него сегодня можно было не рассчитывать. «Но теперь он соучастник и будет молчать», – подумал Денис, удивившись собственному коварству. Он посмотрел на Максима. Парень замер с ржавой трубой в руках. Оставалось надеяться, что дрон заметил, куда побежал Егор, в чем Денис не сомневался. Гул охватил друзей уже полностью, когда дрон включил прожектор. Машина поравнялась со спрятавшимся за углом Денисом, и только сейчас он понял, что Максима не скрывает ничего. Дрон заметил его, направив луч света прямо на парня, и вальяжно, уже никуда не торопясь, начал снижаться и поворачивать корпус к цели. Денис тут же выскочил из-за укрытия, замахнулся и изо всех сил бросил сеть.

«Зацепится за пальцы».

«Не долетит».

«Не попадет в винты».

Все возможные сомнения дали о себе знать. Но нет.

Не зацепилась.

Долетела.

Попала.

Подавляющий гул в одно короткое мгновение стал жалостливым, почти умоляющим. Он напомнил Денису писк крыльев пойманного насекомого. И так же беспомощно, как придавленная муха или комар, дрон рухнул на землю, описав неполный круг вокруг своей оси.

– Камера! Бей по камере! – скомандовал Денис. Максим, без труда заметив единственную застекленную область на черном карбоновом корпусе, несколько раз ударил по ней. После третьего или четвертого удара труба выскочила из его рук, и Максим еще пару раз пнул свою цель. Отдышавшись, он посмотрел на Дениса, шастающего пальцами по панцирю убитого ими чудовища, нащупал пробоину от одного из ударов.

– Чего ищешь?

– Нужно отсоединить аккумулятор, иначе он вызовет подмогу.

– Да наверняка уже вызвал, – пожал плечами Максим.

Дрон заверещал еще громче, чем ударенный Егором автомобиль, и все вопросы тут же пропали.

– Держи! – крикнул Максим и бросился за своей трубой. Денис разлегся на поверхности дрона, пока друг протискивал трубу в найденную им щель. Он уперся, покраснел от напряжения, и Денис не услышал, но почувствовал пронесшийся по корпусу машины треск. Обшивка отошла, и он быстро засунул внутрь руку. В тот момент его не волновал возможный удар током или порез осколками корпуса – он просто хотел заглушить этот адский вой любой ценой. Денис принялся вырывать все провода, до которых мог дотянуться. С четвертого раза ему это удалось, и во дворе наконец воцарилась тишина.

– Оно сдохло?! – проорал Максим, все еще оглушенный сиреной. Тем временем в окнах вокруг начал включаться свет.

– Быстрее, хватай его! – Денис вцепился в защитную сетку вокруг переднего правого ротора, и Максим последовал его примеру. Они дотащили на удивление легкий аппарат до мусорного бака, закинули его внутрь и забросали валявшимся вокруг хламом. Послышался лай собак и скрип открывающихся окон, когда Денис скомандовал бежать.

Километр спустя они остановились, чтобы перевести дыхание.

– Круто мы его, – улыбнулся Максим, направляя развернутую ладонь в сторону Дениса. Но вместо победного «дай пять» Денис засуетился, достал телефон и вызвал отца Михаила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.