Kuziev Ed
Клетка

С трудом переставляя обессиленные ноги, юноша с телом старика поднимался по крыльцу больницы. Его обгоняли школьники, мамы с детьми и даже пенсионеры, но его это не тревожило. За два года постоянных мучений он желал лишь избавления. Навстречу спускались люди и отворачивали свой взгляд, видя неприятную картину. Лицо парня было обезображено нарывами, струпьями, редкие волосы на голове скрывала легкая вязанная шапка, а руки, перемотанные пожелтевшими бинтами, с трудом держали трость.

– Ну и урод. – в очередной раз услышал от прохожего Николай, затем громкий хохот. -Не ну ты видел его? Зомби вылитый…

Юноша брел дальше по привычной дороге. Шестнадцать ступеней до входа, четыре шага через двойную дверь. Сорок три шажка с двумя остановками до регистратуры. Дальше очередь, где его ждёт пятнадцать-двадцать минут разглядываний, презрительных взглядов и противного шепота. Но это лишь начало трудного дня. С толстой медицинской карточкой нужно подняться на третий этаж к главному врачу, что долго будет выписывать назначение на инъекции. Затем в сестринскую, за противной вульгарно накрашенной старшей медсестрой. Позже отопрут шкаф с наркотическими препаратами и выдадут ему семь ампул и один одноразовый шприц на пять кубов на всю следующую неделю. "Главное не угодить на аудитора. Эта тварь появляется здесь раз в месяц, из-за большого расхода редкого болеутоляющего" – думал страдающий. "Каждый раз листает дотошно результаты анализов, предписания, назначенные медикаменты. Зачитывает длинный список прегрешений тела, выдавив из себя удивление, обязательно скажет. – Да с таким букетов в принципе живых не бывает.-поправит очки указательным пальцем, тут же хватается за спиртовые салфетки. Презрительно смотрит сквозь толстые линзы очков. В их отражении можно прочитать бегущую строку. "Когда ты сдохнешь, гниющий кусок мяса? Я устал писать отчёты про перерасход наркоты в этой Богом забытой поликлинике". Ещё минут десять причитаний про редкие немецкие болеутоляющие и их дороговизну. Ударит печать по листку назначения. "Разрешено". Поспешно передавая бумагу, непременно вытрет руки и стол дезинфицирующим составом. Старшая сестра озабочено глядит на аудитора, выпячивая крупную грудь, жеманно строит подведенные зелёными тенями глазки.

*****

Спустя тридцать минут в кабинете аудитора.

– Делаю одолжение только ради Вас, Лариса Львовна. Впредь назначайте российские аналоги. Киторол, Помедол, Омнопон или барбитуры. Нечего транжирить итак скудный запас. – сделав представительский вид, что весьма забавно выглядело на фоне поношенного пиджака, с залипшими от фруктового сока пятнами. Сгорбленная фигура скупердяя с трудом поднималась из-за стола, позже она снимет с сигнализации помещение. Ключи надсмотрщика провернут личинку замка трижды и отопрут решетку. Отчитав положенные семь ампул и записав расход в большую видавшую виды книгу учёта, медленно запрет помещение. Дисковый телефон отобьет семь цифр, затрещит трубка, прогоняя тоновый набор .

– Районная поликлиника номер сто семьдесят три выемку лекарственных препаратов закончила, ставим на охрану. – голосом большого начальника произнесет аудитор. Лампочка над дверью моргнула красным, активируя сигнализацию.

– Свободны, больной. Милочка, а Вы сегодня очаровательно выглядите. Приходите на чай, у меня шоколадка с орехами есть. Сударушка. – елейным голосом проблеял усатый лысеющий контроллер.

– Что Вы, Семён Маркович. Тружусь, как пчёлка. Больных с каждым годом все больше, присесть некогда. – заискивающе ответила ему отказом старшая медсестра.

– Как знаете, если передумаете, милости просим.

Только пара вышла из закованного в мертвецки-белый кафель кабинета в приятный зеленый, цвета газовой гангрены, коридор, Лариса Львовна тут же меняла свою походку, улыбка пряталась до лучших времен.

– Не отставай, доходяга. А этот усатый таракан, тьфу.. Сударушка у него есть. Мы такое не едим, обратно за пол цены в буфет сдаём. Идиот, салфетками протирает. У тебя нет ни одного инфекционного заболевания. Сплошь одни аномалии. Наркоту пожалел, черт лысый. Чёрным по белому написано: " толерантность к барбитурам, общебиологический феномен привыкания к медицинским препаратам. Повышение дозировки может привести к нежелательных результатам." – зачитала по памяти женщина. Затем зло сморщила лицо. -А ты небось и рад был бы от передозировки успокоение поймать и сдохнуть? Не в мою смену! Вот выйду на пенсию, сама тебе вколю золотую ампулу. Катетер не снял? Молодец. Пойдём Я тебя быстро уколю, мне ампулу списать нужно. Слушай, а давай Я тебе три упаковки Помедола индийского в замен дам? Сам себя уколешь дома и целую неделю не будешь приходить?

– Вы же знаете, что он больше не помогает?– сквозь хриплое дыхание произнес Николай. -Потому утолите мою жажду поспать пару часов.

– Не помогает ему. Сходил бы к барыге, по запаху йода их узнаешь их квартиру, купил бы чего себе, то что поможет. – проворчала старшая медсестра. – Вот чего ты цепляешься за жизнь? Ведь мучаешься же сам и родителей мучаешь.

– Я сирота. Но спасибо за заботу. – тихим голосом ответил Коля, еле поспевая за женщиной, как та вдруг остановилась.

– Прости меня дуру грешную. Не принимай на свой счет. Устала Я. От отчетов и ругани по мелочам. От проверок и требований Минздрава. От того то Я на самоубийство тебя и подбивала. Это твой крест, и не мне решать, как далеко ты его пронесешь. Раньше для таких строили лепрозорий и вешали им на шею колокольчики.

– Проказа… Вы ошибаетесь, клофазимин и рифампицин мне уже прописывали. – горько улыбнулся парень. -Как и химию, лучевую терапию, плазмаферез. Рентген, УЗИ, томограф. Крови взяли на анализы, для экспериментов , литра четыре ....Каждые три месяца собирается консилиум, выносит новый вердикт и назначает новое лечение. Через три месяца признают поражение и ошибку в диагнозе. Я знаю наизусть уже более сорока болезней, от которых меня лечили. Я болел всем, кроме вирусных заболеваний, каждые тринадцать дней новая симптоматика. Все редкие синдромы у меня находили. Из последних : Синдром Алажилля, Синдром Вискотта – Олдрича, Синдром Блума, Болезнь Ниманна – Пика. Остеомиелит, костный туберкулёз. А еще год не кончился. Я устал от лечения, от жутких побочных эффектов, от поноса и запоров, рвоты и онемения. Больше всего Я хочу лишь спать. Хотя бы два-три часа в день, в Вашем белом кармане, помимо конфеток и аскорбиновой кислоты, сейчас лежит около двадцати часов моего сна.

– Пойдём, вколю. – стушевалась медсестра.-Твое лекарство, твой сон.

– Прошлый раз, вторая сестра – Надежда Викторовна уколола мне Киторол. Он даёт нагрузку на желудок. И вместо сна я проблевал три часа. Очень надеюсь, что ошибки больше не произойдёт. – отдышавшись, произнёс Николай.

– Зачем ты вообще приходишь тогда? – возмутилась женщина. – Вызывай на дом врача.

– Мне тут спокойно и Я не слышу голос. – признался болезненный.

– Какой голос? Ты с ума сошёл от боли? – сердце пожилой женщины дрогнуло, за все время она только сейчас увидела в нем совсем ещё ребёнка, сироту и крайне усталого больного. – Бедняга, а кто тебе еду то готовит?

– Доставка еды. Я не в силах. – парень упёрся рукой в стену и побледнел. – Пожалуйста, уколите прямо тут. Мне очень тяжело.

-Сейчас, давай потихоньку. Шаг, ещё шаг, тут до процедурной чуть-чуть осталось. Потерпи, миленький.

****

– Я тебя не стала будить. Катетер сменила, тот уж забился совсем. Бинты на руках поменяла, а ты даже не пикнул, когда с сукровицей рванула ткань. Заперла в кабинете, каждые полчаса прибегала проведать – у ног Николая на стуле сидела изменившаяся старшая мед сестра. Раскрасневшиеся глаза избавились от туши и теней, а шмыгающий нос указал на недавние слезы. – Я рассказывала тебе про свою жизнь, как повенчалась с медициной, как лишилась радости материнства. А ты улыбался, боль отступила на время. Ты как себя чувствуешь?

– Благодарю, Я так сладко спал. Со мной такое давно не приключалось. Наверное с прошлого года, Я тогда на плановую операцию лёг, с помощью общего наркоза усыпить смогли. – на лице парня блуждали улыбка. С кряхтением поднявшись, он засобирался на выход.

– Ты вроде и получше выглядеть стал, а то краше в гроб кладут.-глядя на приготовления больного, резко засуетилась. – Собрался он видите ли. Давай к столу. Фельдшер скорой сегодня не вышел, а на него паек суточный привезли. Покушай немного, а Я хоть отдохну. А хочешь, в ночь оставайся. Посидим, чайку попьем.

Николай жадно накинулся на еду. Было очень сытно и совсем не солено. Пища из доставки всегда разила дешевым маслом и была жутко перченая. От того постоянно жгли треснувшие губы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.