Ольга Першина
Приключения Проши

Небесный сахар

У Альмы родились щенята. Двоих отдали друзьям, а третьего, яркого, огненно-рыжего окраса оставили себе. Дружно назвали Прошей.

К Филиппову Рождественскому посту Проша стал уже весёлым, озорным щенком. Целыми днями он носился по дому и останавливался только в комнате бабушки Ксении Павловны, которая, обыкновенно, низко склонясь вязала. Он любил наблюдать за движением стальных спиц, и как только Ксения Павловна меняла клубок шерстяных ниток, подпрыгивал, ловко хватал кончик и мчался в коридор, разматывая весь клубок.

Ксения Павловна кричала: «Проша, отдай клубок, пострел!» На помощь прибегали дети и возвращали бабушке пряжу.

На этом Прошины проказы не заканчивались. Сергей Петрович, хозяин дома, художник и мастер на все руки, сшил своим домочадцам замечательные шлёпанцы. На толстой войлочной подошве, матерчатые, отделанные красной тесьмой, шлёпанцы эти вызывали особый интерес Проши.

Когда вся семья собиралась за трапезой, Проша, прячась под столом, любил неслышно подойти к кому-нибудь из детей или старших, и осторожно, закусив толстую подошву, хватал шлёпанец и пулей вылетал из-под стола, унося свою добычу. Все привыкли к Прошиным шалостям и не сердились на него.

Рос Проша не по дням, а по часам. Любил лакать тёплое молоко, грызть сухарики, которыми его снабжали дети, но больше всего на свете Проша любил сахар – кусковой, который ему дробили на мелкие частички, да и простой сахарный песок, который насыпали в его блюдце. Блестящие кристаллики сахара весело хрустели на крепких Прошиных зубах.

После обеда он любил отдыхать на широком белом подоконнике, положив голову на лапы, глядя на улицу. Если шёл снег, то, наблюдая как тихо падают снежинки с неба, Проша размышлял: «А ведь это, наверное, тоже сахар, только небесный и должно быть очень вкусный. Вот бы попробовать этого сахара!»

Хотя в доме шли разговоры, что скоро, когда Проша подрастёт, его будут брать на прогулки и даже в лес – уток погонять и зайцев (ведь он был охотничий спаниель), но пока же он был по-прежнему маленьким щенком и выходить ему из дома не разрешалось.

Незаметно прошли дни поста. В самый день Рождества, по традиции все родственники и друзья собирались в доме Сергея Петровича на праздничный обед. Целый день из кухни вкусно пахло. Ближе к вечеру стали собираться гости. Входная дверь то и дело распахивалась, Прошу обдавало свежим, морозным воздухом, который он с удовольствием глотал и пытался выглянуть на улицу.

Последним пришёл брат Сергея Петровича, и на Прошу опять пахнуло свежим морозным воздухом. Гостя увели в столовую комнату, где все уже начали обедать, а Проша постоял у двери, из которой всё так же шла струя воздуха, слегка толкнул её – она оказалась неплотно закрытой – высунул мордочку и выбежал из дома.

Отсутствие Проши заметили не сразу, и, только когда поставили пироги и чашки с дымящимся чаем, Сергей Петрович заглянул под стол, ища Прошу. Под столом его не было. Дети побежали в комнату Ксении Павловны, но и там его не оказалось. Заглянули в кухню, побежали в коридор. Входная дверь была чуть приоткрыта, и дети сразу закричали: «Папа, Проша убежал!»

Сергей Петрович быстро встал и, захватив фонарик, вышел на крыльцо. Осмотрел всё вокруг дома, вышел на улицу. Шёл сильный снег и, увы, следов Проши видно не было. Ещё долго звали Прошу, но безуспешно. Расстроенных детей увели в дом.

А Проша мчался по дороге. Уши его, как крылья, развевались по ветру. От быстрого бега он разгорячился, но бежал всё медленнее, начиная уставать. Он вдруг совсем остановился, почувствовав, что больше бежать не может. Сел на задние лапы, а снежинки, тихо кружась, падали и падали с неба.

Проша высунул язык и схватил одну снежинку прямо на лету. Она сначала обожгла холодом, а потом – растаяла. Схватил другую – и та растаяла, схватил третью – и от той не осталось и следа. «Вот так сахар! – подумал Проша. – Да это не сахар, а просто вода. И вовсе не вкусно!»

Он решил немного отдохнуть и вернуться домой. Быстро встал, побежал направо, потом налево, вернулся на прежнее место. Покрутился, понюхал воздух, стал бегать в разные стороны, выбился из сил, но дороги домой найти не мог.

После долгого бега его шерсть взъерошилась и, влажная, стала быстро охлаждаться. Ему вдруг стало очень холодно, он лёг на дорогу, положив голову на лапы, а снег всё падал и падал, закрывая его белым одеялом. Проше стало теплее, ему захотелось спать, он закрыл глаза, и в его сознании образы Альмы, Сергея Петровича, детей стали сменять друг друга, а снежинки всё падали, и падали, и падали.

Где-то на соседней улице послышалось пение старинных рождественских колядок. Из-за угла вышла группа ребят–Христославов из местной Воскресной школы вместе со своей преподавательницей Анной Дмитриевной. У них в руках на небольших деревянных шестах были разноцветные стеклянные фонарики, в которых горели свечи, красивая Вифлеемская звезда, сделанная из серебристой фольги. У одного из ребят была корзинка со сладостями, которыми угощали Христославов.

Они тихо пели:

Рождество Христово,

Ангел прилетел,

Он парил по небу,

Людям песню пел.

Неожиданно пение оборвалось, кто-то из ребят, споткнувшись, закричал: «Ой, здесь что-то лежит!» Ребята встали в кружок и начали светить фонариками. «Да это щенок!»

Кто-то снял свой шарф, и полузамёрзшего, но живого Прошу в него закутали, а потом уложили на дно корзины, которую быстро освободили от сладостей, рассовав их по карманам.

Ребята же продолжали свой путь. Последним в посёлке был дом Сергея Петровича. Окна в доме светились. Они подошли к крыльцу и запели:

Пастыри в пещеру

Первые пришли,

И Младенца – Бога

С Матерью нашли.

Стояли, молились,

Христу поклонились.

Днесь Христово Рождество!

Дверь открылась, и Сергей Петрович, в руках которого был поднос с пряниками, конфетами и яблоками, радушно пригласил ребят войти. Ребята вошли в дом, поставили корзину и запели:

Мудрецы с Востока

Со звездой идут;

Ладан, смирну, злато

Ко Христу несут.

Стояли, поздравляли,

Христу дары дали.

Днесь Христово Рождество!

Вдруг Альма встала, подошла к корзине и, обойдя её, громко залаяла.

– Ребята, а что это у вас в корзинке? – поинтересовался Сергей Петрович.

– Да вот щенка замёрзшего нашли.

– Щенка? Скорее покажите!

Ребята вытащили совсем слабого, завёрнутого в шарф, Прошу.

– Проша! Проша! – разом закричали дети Сергея Петровича.

Оказавшись в тепле, Проша заморгал ресницами, открыл глаза и огляделся. Дети побежали за молоком и сахаром. Он немного полакал молока, но понюхав сахар, отвернулся. Ещё раз внимательно оглядев всех вокруг, и поняв, что он чудесным образом оказался дома, Проша лёг на свой коврик рядом с Альмой и, положив голову на лапы, спокойно заснул.

Ребята вновь дружно запели:

Рождество Христово,

Ангел прилетел,

Он летел по небу,

Людям песню пел:

«Вы, люди, ликуйте,

Все торжествуйте,

Днесь Христово Рождество!»

Прошина весна

Как быстро летит время! Совсем ещё недавно Проша был маленьким непослушным щенком, и в зимние дни Рождества чуть не попал в беду. Помните, как это было? А теперь солнечно, по-весеннему красиво, да и Прошу вы не узнаете. Он подрос, шерсть его чуть потемнела и стала, словно шёлковой, с красивым бронзовым отливом. Он много гуляет, и не только во дворе.

После долгой зимы снег растаял, зазвенел капелями, превратился в весёлые ручейки и лужицы. Серебристые вербочки возвестили о Пасхе, а потом неожиданно весь мир стал зелёным. Да, да, нежно-нежно зелёным. Это молодая листва появилась на деревьях и кустах. Жёлтые кружочки мать-и-мачехи украсили просыпающуюся землю, и Проша весело носился вдоль канав, оглашая улицу звонким, радостным лаем.

– Рад весне? – говорил Сергей Петрович. – Вижу, что рад. Как только чуть просохнет, отправимся в лес.

Сергей Петрович, не любивший охоты, любил долгие лесные прогулки со своим фотоаппаратом и делал мастерские фотографии. Он вообще был знатоком природы, хорошо знал полевых и лесных птиц. В доме тоже была птичка, красивый волнистый попугайчик, Яша. Прибирая клетку, Сергей Петрович всегда разговаривал с ним: «Яша, привет!», «Яша красивый!», «Яша хороший!»

А вот ворон Проша за птиц не считал. Они безцеремонно разгуливали по двору, гортанно каркали, а некоторые даже пытались клюнуть его в нос. Он бросался в самую воронью гущу, пытаясь схватить хотя бы одну из своих обидчиц и задать ей хорошую трёпку, но это ему никак не удавалось, так что вороны-насмешницы по-прежнему язвительно каркали, нарушая покой и тишину.

Весна набирала силу. Сергей Петрович стал брать его на поле, где начал обучать командам: «Сидеть!», «Лежать!». Бросал пушистый теннисный мячик, а Проша, закусив податливую резину, в зубах приносил его назад.

Во дворе Сергей Петрович поставил для детей деревянные лесенки, по которым Проша тоже любил лазить, однажды, правда, поскользнулся, упал и угодил прямо в песочницу. Долго ещё пришлось отряхивать шерсть. А Ксения Павловна сказала: «Прошенька, надо быть осторожнее!»

Как-то утром, Сергей Петрович, встав пораньше, вывез во двор свой велосипед и стал прикреплять к передней раме что-то весьма необычное, похожее на большую железную корзину для продуктов. Когда всё было готово, он положил на дно старенький, мягкий плед и несколько раз свистнул, так он звал Прошу.

– Кататься едем? Не заробеешь?

Проша любил сопровождать Сергея Петровича на его велосипедных прогулках – бежал наперегонки с большими, вращающимися колёсами, но сам на велосипеде никогда не ездил. Высоко и страшно!

– Ну что, едем?

Сердце у Проши ёкнуло, но он мужественно гавкнул в знак согласия. Сергей Петрович поднял его и погрузил в корзину. Дал два сигнала блестящим металлическим звонком и колёса зашуршали. Дух у Проши захватило! «Вот так моментик!» – подумал он. Земля быстро исчезала под колёсами, ветер свистел в ушах. Сергей Петрович улыбался, ехал довольно-таки быстро, но ровно, стараясь избегать ухабов.

Проша совсем освоился, и уже не боясь, поставил передние лапы на край корзины, поднял голову, и, оглядываясь по сторонам, оглашая улицу звонким лаем, смотрел: не увидит ли его кто-нибудь, из знакомых собак. Ещё бы! Проша – на велосипеде! Но как нарочно на улице – никого…

Сергей Петрович доехал до почты, развернулся и поехал назад. Во дворе он вытащил Прошу, который недовольно зарычал.

– Понравилось? Завтра поедем ещё. Не рычи. А за смелость похвалю! И он потрепал его за ушами. – Молодец!

В саду играли дети Сергея Петровича. Воздух был полон запахами трав и цветов. Проша постоял, подпрыгнул, пытаясь схватить пёструю бабочку пролетавшую мимо, и побежал гонять ворон.

Что может быть лучше весны? Наверное, только лето!

Лето, лес и новый друг

Ранним летним утром Проша проснулся от щебета птиц. Встал со своего коврика, потянулся и, стараясь никого не разбудить, через специальную дверцу, устроенную для него Сергеем Петровичем, выбежал во двор.

Золотое солнышко было уже на небе. Воздух был прозрачным и чистым, но уже довольно жарким, каким и обещал быть весь сегодняшний день. А это значит, когда все встанут, после завтрака, будет прогулка на речку, где Сергей Петрович и его дети будут купаться. Будет купание и для Проши. Плавать он научился быстро. Сергей Петрович бросал в реку как можно дальше большого резинового утёнка, Проша с разбега летел в воду, плыл до игрушки, хватал её зубами и возвращался с ней к Сергею Петровичу.

А пока он прошёлся по двору, выглянул на улицу. Решил позавтракать и пошёл в сторону беседки, где стояла его миска с едой, с удовольствием погрыз сухариков, и, оставив чуть-чуть на потом, лёг на травку и задремал, наслаждаясь теплом солнечных лучиков.

В миске что-то стукнуло. Проша открыл глаза и увидел ворону, которая держала в клюве один из сухариков. Махнул лапой, но схватить воришку не сумел. Она, громко хлопая крыльями, взлетела на высокое дерево, к которому Проша подбежал и яростно стал лаять. К сожалению, по деревьям он лазить не умел.

Вдруг, большой серый пушистый кот, который сидел на соседнем заборе и тоже грелся на солнышке, видя всё происходящее, спрыгнул и, ловко цепляясь острыми коготками, взобрался на дерево, схватил ворону, которая истошно закаркала, и притащил её Проше.

Входная дверь распахнулась и выглянул Сергей Петрович.

– Эй, что тут творится? Проша, сидеть! Сёма! (Так звали соседского кота). – Что у тебя в зубах?

Сергей Петрович вышел, забрал у Сёмы раненую ворону, перевязал ей крыло и отпустил.

– Чтобы этого больше не было! Слышишь, Проша? И ты, Сёма?

Проша и Сёма сидели рядышком, виновато моргая глазами.

– Ладно, бегите!

С тех пор Проша и Сёма стали неразлучными друзьями.

Проша оставлял в своём блюдце молочка – для Сёмы, Сёма нёс косточку из супа от своего обеда – полакомиться другу. Вместе носились по улицам и были настоящей грозой для местных ворон.

Часто Проша размышлял: «У людей есть такое выражение – ссорятся, как кошка с собакой. А вот мы с Сёмой никогда не ссоримся, не то, что сами люди: то ругаются, то обижаются, а то и дерутся. Взять хотя бы соседских мальчишек». Он был прав. Не все радовались такой необычной дружбе. И вот что произошло в один из летних дней.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.