Элен Ош
Малыш

Часть первая

Малыш

***

Я ненавидел его: мерзкого ребенка, который прыгал у меня над головой. Он хохотал и хлопал в ладоши, а кровать издавала жалобные стоны в тон моему душевному расстройству. Напрыгавшись вволю, исчадие свешивало голову вниз и, отогнув одеяло, которое я намеренно стащил ниже, заглядывало под кровать.

– Мама, мама! – верещал ребенок.

Дверь в детскую распахивалась, и на пороге появлялась мать: пухлое существо с приторным ароматом ванили.

– Что случилось, бусинка моя? – вопрошала сдобная булка нежнейшим голосом, от которого внутри сжимались внутренности.

– Под кроватью – монстр!

«Предатель! Клянусь Люцифером, придет ночь, и я отомщу!»

Мамаша, нарочито охая, вставала на колени и, заглянув под кровать, всматривалась в полумрак. Подведенные черным карандашом, глаза смотрели на меня, но не видели. Я усмехался и строил рожи, а мерзкий ребенок опять смеялся.

– Ах, ты подшутил надо мной, – мамаша выползала из-под кровати и щекотала отпрыска.

– Нет, я правду говорю, – заливался хохотом ребенок, – ты просто его не видишь.

Мне приходилось терпеть его домогательства каждый день. Что поделать, если из всех детей на планете, этот малыш не боялся монстров.

Но усладой для ушей стал плач среди ночи. Я выполз из-под кровати и тенью скользнул к стене, перебрался на шкаф и взирал на рыдающее создание.

«Что-то новенькое… Он даже не хнычет, когда падает».

По потолку я переполз в сторону пацана и завис над кроватью. Тягучая слюна сползла с клыка и плюхнулась на маленькую руку.

– Да ну, отстань, – пропищал малыш без чувства страха, вытер руку одеялом, однако слезы не иссякли.

Я оторвался от потолка и спикировал на кровать. Меня возмущало отсутствие страха у пацана, оно унижало достоинство, но и вызывало любопытство.

– Чего ревешь? – не выдержал я.

– Сон страшный приснился, – всхлипнул малыш.

Я едва с кровати не рухнул: перед ним сидел клыкастый монстр с налитыми кровью глазами, а пацан ревел от ужаса, который ему приснился.

«Куда мир катится? Что с людьми не так? Кстати, куда подевалась мамаша? Чадо рыдает, а ей дела нет?»

Малыш кулачками размазал по лицу сопли, рукавом вытер глаза. Я непроизвольно сморщился.

– Мне приснился страшный сон, – повторил пацан.

– Я понял. Что дальше? – рыкнул в ответ.

– Мне снилось, что мама сидит на краю ванной. Та полная воды. Мама соскользнула и утонула.

Ребенок всхлипнул и снова распустил нюни. Я люблю, когда дети плачут, но только от испуга: просыпаются в ночи и видят меня в изголовье или в углу комнаты, заглядывают под кровать, а там я, злобный и страшный. Но сейчас сопли ребенка раздражали: слезы вызвал не я, а какой-то сон.

– Сходи и проверь! – рявкнул я. – Чего сидишь и дрожишь?

– Я боюсь, – прошелестел малыш.

– А меня, значит, не боишься? – хмыкнул я.

– Нет, тебя не боюсь, – тут же ответил он.

– Это почему же?

Малыш пожал плечами и подтянул колени к подбородку. Маленький комочек страха.

– Ладно, я сам проверю, – пророкотал и поднялся с детской кроватки.

Я знал дом наизусть, мерил шагами с закрытыми глазами и ни разу не промахнулся мимо нужной двери. В последнее время они закрыты. Дом перешел по наследству мамаше пацана и ее старшей дочери. Девчонка, взрослая и самостоятельная, появлялась редко. Одна лишь мамаша да мелкий пацан проживал в двухэтажном доме.

Я пересек площадку на втором этаже и поравнялся с дверью в спальню. Прислушался. Тишина. Проскользнул сквозь дверь и оказался в тускло освещенной комнате. Смятая постель. Початая бутылка вина на столике и перевернутый бокал. Алая жидкость залила белый пушистый ковер. Части одежды на полу дорожкой вели к полуоткрытой двери в ванную комнату, из которой струился свет. Я подошел, заглянул в открытый проем и присвистнул:

– Пацан, ты умеешь вызывать 911?

До слуха долетел звук босых ног по полу. Я отстранился от двери и обернулся: в комнате пусто. Вышел из спальни мамаши и увидел на площадке пацана. Малыш стоял возле детской и переминался с ноги на ногу.

– Ну, что там? – прошептал он.

«Сказать правду или пожалеть? Стоп! Это я так подумал? Я произнес „пожалеть“? Люцифер меня на пенсию отправит! Что я творю?»

Я оглянулся на дверь ванной, будто надеялся, что ванильная мамаша выйдет живой и невредимой. Однако тело, погруженное в жидкость, ожидало прибытия судмедэкспертов.

– Ты телефоном пользоваться умеешь? – вопросом на вопрос ответил я.

– Все так плохо? – спросил пацан тихо, но голос не дрогнул.

Я не впервые оценил стойкость малыша. «Кто ты такой, черт возьми?»

– Хочешь, посмотри сам, – съязвил я и посторонился.

Но пацан понурил голову, развернулся и потопал в детскую. Странное дело, он не боялся монстров, но испугался сна и расстроился из-за потери матери. Человеческая природа удивляла.

Я вернулся в спальню и поискал глазами телефон. Розовый мобильник лежал на зарядке. Я поморщился и подумал, что окажись на месте мамаши, в конечном счете, тоже бы утопился. Я наблюдал за семейкой чуть больше недели. Приторный аромат духов пышной мамани, ее нескончаемые рюши и розовый цвет приводили в ярость, но я терпел.

Забавлялся ночными концертами, когда, уложив пацана спать, мать открывала бутылку и проливала слезы в бокал с вином, оплакивая свою никчемную жизнь. Пацан родился с надеждами удержать очередного мужика, но тот оставил ее сразу, как узнал о беременности.

«Дурень», – подумал я, услышав сопливую историю, – " он тогда не знал о наследстве, иначе пересилил бы себя и остался. Такой дом еще поискать! А потом я помог бы ему избавиться от ванили, и мы зажили бы счастливо!»

Но мамаша распорядилась иначе и отошла в мир иной, оставила «бусинку», как называла сына, на произвол судьбы. Люди! Сколько я слышал подобных историй на своем веку…

Я вытащил телефон из зарядки и вернулся в детскую. Маленький комочек страха смотрел на дверь и ждал мать. Малыш увидел меня, скорчил гримасу и отвернулся.

– Я, конечно, спасибо в ответ не ожидаю. Вас вежливости не учат, но держи телефон и звони.

– Куда? – вскинул голову малыш.

– Сестре позвони и набери 911, – я почесал затылок.

– Давай, ты! – предложил пацан.

– Ты совсем охренел? Ты за кого меня принимаешь? – громыхнул я так, что стекла зазвенели в окнах.

– Ладно, – вздохнул он и открыл телефонную книгу.

Я наблюдал со стороны, как мелкий ловко перебирал пальцем по экрану мобильника. Пацану не полных четыре года, а он с телефоном обращался лучше, чем с вилкой за столом. Малыш приложил телефон к уху и терпеливо ждал ответ. Долгие гудки прервались недовольным восклицанием:

– Чего так поздно? Я уже сплю!

– Нэнси! – пропищал малыш.

– Мартин? – голос в трубке удивился. – Что случилось? Почему ты звонишь ночью? Где мама?

– Она… она…, – раздался всхлип.

– Я сейчас приеду! Слышишь меня? Скоро приеду!

Нэнси отключилась, малыш выронил телефон из рук, свернулся клубочком и заплакал. В обязанности монстра входит пугать людей, насыщаться их страхами, но никак не успокаивать и жалеть. Я стоял в нерешительности возле кровати малыша и впервые в жизни не знал, что предпринять.

Я видел много детей, ощутил разные вкусы детского ужаса, сдобренные щедрой порцией визга и криков. Но малыш оказался уникальный. Он не боялся и имел наглость спорить и указывать, что мне делать, где стоять, куда идти.

Поначалу меня бесила подобная реакция и поведение, появились сомнения, все ли в порядке со мной. Однако мамаша шарахалась в сторону, едва ощущала присутствие позади. В других домах я вызывал шквал крика.

«Что с пацаном не так? Бесстрашный и опасный для нас, монстров?»

Позднее время и слезы сотворили чудо: малыш уснул. Маленькое тело нервно вздрагивало. Я подошел ближе, склонился и укрыл одеялом малыша. Подложил под руку плюшевого медвежонка и отошел в угол комнаты.

Потекли минуты ожидания. Я не покидал дом, хоть и не обязан находиться неотлучно. В подчинении у каждого из нас целый район. Мы курсируем из дома в дом, питаемся страхами и энергией людей. Доводить испуг до смертельного исхода не в почете. Люди стали мало размножаться, а смертность среди них росла. Мы пугали дозировано, не растрачивая понапрасну человеческие ресурсы.

Этот дом притягивал особенно. Да, поживиться тут нечем, но следовало приглядывать за пацаном. Из таких вырастали охотники, если их вовремя не поставить на путь истинный. Я не мог допустить уничтожения себе подобных.

С улицы раздался вой сирены. Он неминуемо приближался. Я прислушался: помимо скорой и полиции по дороге неслась машина Нэнси. Я знаю ее звук, хоть девушка редко навещала родных. Вынужден знать: я чувствовал, что Нэнси – не подарок.

Они затормозили у дома одновременно. Послышались хлопанье дверей, возгласы соседей. Малыш проснулся и сел на кровати, потирая кулачками глаза.

– Мама…, – позвал он, спросонья позабыв о случившемся.

Я слился с тенью и стал невидим. Прошмыгнул в коридор и притаился за кадкой с фикусом. Кто откажется от роли зрителя на бесплатном спектакле? Я надеялся получить в качестве десерта слезы и причитания Нэнси, но разочарование постигло меня.

Девушка открыла дверь своим ключом и быстро взбежала по лестнице на второй этаж. Мартин выскочил навстречу и бросился в объятия сестры.

– Где мама? – спросила Нэнси, обнимая брата.

Мартин молча указал в сторону спальни и уткнулся сестре в плечо. По лестнице поднялись сотрудники полиции и медработники. Спектакль начался.

Нэнси отвела брата в детскую и попросила не выходить. В сопровождении полицейского девушка прошла в спальню и, примыкавшую к ней, ванную комнату. Я приготовился к потоку слез и душераздирающим рыданиям. Однако Нэнси появилась в коридоре с высоко поднятой головой и плотно поджатыми губами. Девушка ни капли не походила на мать: высокая, стройная и миловидная. Мы, монстры, умеем ценить красоту!

– Необходимо составить протокол, – начал полицейский, выходя следом, но Нэнси перебила мужчину:

– Непременно, однако сначала я поговорю с братом.

– Понимаю, что он маленький, но необходимо задать ему несколько вопросов, – настаивал полицейский.

Нэнси медленно втянула носом воздух, сверкнула на мужчину глазами и коротко произнесла:

– Ждите внизу.

«Кремень, а не девка! Я удивляюсь, как у такой мамаши родились красивые и сильные духом дети? Да, пацан расчувствовался, все-таки, мать потерял. Но в остальном, он ни капли не боится. Дело в генах отца? Занятный случай».

Я тенью метнулся вслед за Нэнси. Взрослые редко видят дальше своего носа, и полицейские не ощутили моего призрачного присутствия. Чего не скажешь о Нэнси! Она резко оглянулась, прежде чем прикрыть дверь в детскую, пожала плечами и подошла к кроватке брата. Я переместился к окну.

– Мама ушла? – тихо спросил малыш.

– Да, Мартин, – в тон брату ответила девушка.

– Она не вернется?

– Нет!

– Меня отдадут в приют? – спросил пацан, не глядя на сестру.

Его пустой взор прошел через меня и уставился на одинокую луну на небосводе. Я вдохнул сладкий аромат робости, с примесью недоверчивости и крупинками страха. Вот чего боится малыш – одиночества. Он готов окружить себя монстрами, выдуманными друзьями, лишь бы не оставаться одному.

На протяжении недолгой жизни Мартин находился в обществе мамаши. Нэнси изредка навещала брата, но всякий раз оставляла одного. Он боялся, что это повторится, и уже навсегда.

Я едва не выдал свое присутствие, настолько яркими переживаниями одарил меня пацан, впервые за эту неделю. Нэнси опустилась на кровать, притянула брата к груди и крепко обняла.

– Нет, Мартин, никто тебя в приют не отдаст. Обещаю! Я уже совершеннолетняя, оформлю опекунство, и мы будем жить вдвоем.

– В этом доме? – спросил малыш, а я замер, настолько заинтриговал вопрос Мартина.

– Пока, да, – неуверенность прозвучала в голосе Нэнси. – Дом большой, но у нас нет денег на его содержание. Придется продать, когда вступлю в наследство.

Мартину большего и не потребовалось. Он крепко прижался к сестре, а я негодовал.

«Я не могу упустить этого ребенка! Надо что-то предпринять!»

Нэнси поднялась с кровати с малышом на руках и прошла к выходу из комнаты.

– Куда мы? – забеспокоился Мартин.

– Полицейские зададут вопросы, пожалуйста, ответь на них, хорошо? – попросила Нэнси, спускаясь по лестнице.

Я скользнул следом, по стенке шмыгнул вниз и расположился за спинкой дивана в зале. Нэнси усадила брата на колени, и полицейский начал привычную форму опроса. Я не раз присутствовал на подобных процедурах, когда в доме умирал человек. Ничего нового не услышал и в этот раз. Но ответы Нэнси слушал со вниманием.

– У вашей матери были враги? Возможно, кому-то выгодна ее смерть? – задал традиционный вопрос полицейский.

Нэнси задумалась и отрицательно покачала головой.

– Официально она не замужем, ее бывшему не светит ничего, потому не думаю, чтобы кому-то стало выгодно ее убивать.

– Следов насилия не обнаружено, – подтвердил полицейский, – будем считать это несчастным случаем. Она часто выпивала?

«Да, каждый день!» – едва не выпалил я. – «Могу подтвердить под присягой, и пацана не спрашивай. Он к тому времени уже спал!»

– Я не живу в доме, не могу ответить точно на вопрос, – замялась Нэнси.

– Мама хорошая! – закричал Мартин. – Она всегда вкусно пахла!

«Угу, вином и дешевыми духами. Эх, пацан, не знаешь ты жизни!»

Я едва дождался окончания спектакля. Выпроводив всех, Нэнси закрыла дверь и устало прислонилась к ней.

«С приездом, девочка!» – вздохнул я в ухо Нэнси, и она вздрогнула от холодного воздуха.

– Чертов дом, ненавижу его! – девушка отлепилась от двери, подошла к основанию лестницы и прислушалась.

«Да, спит твой братец! Я проверял».

Нэнси кивнула, будто услышала мои мысли и прошла в зал, где постелила на диване. Я позволил девушке выспаться и набраться сил. Не стал тревожить сон, но так хотелось дернуть за ногу…

***

Часики тикали. Секундная стрелка замаялась скакать по кругу, убегая от моего пристального взгляда. Я откровенно скучал. За окном наметился рассвет, и я проголодался.

Ночь – лучшее время для утоления голода, когда тьма обволакивает жертву, и ей страшно. Что говорить, когда за спиной несчастного вырастает двухметровая тень, дышит в затылок холодом и кладет на плечо когтистую лапу? Визг опьяняет, феромоны страха насыщают дьявольский аппетит. Мм, еще бы капельку крови на десерт…

Я бросил голодный взгляд на девчонку. Она свернулась на диване, плед наполовину сполз на пол. Волосы рассыпались по подушке. Такой лакомый кусочек! Я не удержался, подполз ближе. Нэнси заворочалась, но не проснулась. Рука выскользнула из-под головы и свесилась с дивана. Я обнюхал нежную девичью кожу от локтя до запястья, тонкие пальчики с коротким аккуратным маникюром. Лизнул мизинец. Нэнси машинально сжала руку в кулак и снова расслабилась. Я фыркнул и от холодного воздуха по руке побежали мурашки.

– Что тебе снится, Нэнси? С какими монстрами ты сражаешься во сне? Тебе страшно, Нэнси?

Я склонился к самому уху и шептал леденящие душу слова, загонял разум девушки в непроходимые чащи, обдавал кожу холодным дыханием, заставляя вздрагивать ее тело.

– Нэнси! – крикнул я, и девушка в ужасе подскочила.

– Приснится же такое, – выдохнула она, приложив руку к груди.

Нэнси осмотрела комнату, бросила взгляд за окно.

– Который час? – потянулась к часам на журнальном столике и, щурясь спросонья, посмотрела на циферблат. – Пять утра. Какого черта?

«Я просто голодный», – невозмутимо ответил девушке, но Нэнси не услышала и не увидела меня.

В планы не входило пугать девицу до смерти. Она соберет вещи и уедет с братом. Я же хотел, чтобы они остались.

– Черт! – выругалась Нэнси и скинула плед. – Надо съездить за вещами в общежитие, потом в ритуальное агентство. Господи, как теперь с колледжем поступить? Еще работа в кофейне! Там меня отпустят ненадолго, но после… О, черт! Мама, как ты могла так поступить со мной? Ты перечеркнула всю мою жизнь!

Надо мной пролетела вазочка для фруктов, врезалась в стену и разлетелась на тысячи осколков. Нэнси всхлипнула, соскользнула на пол возле дивана и зарылась лицом в плед.

– Нэнси! – тонкий голос воззвал сверху.

Я вскинул голову и увидел пацана. Он сидел на верхней ступеньке и смотрел сквозь деревянные балясины перил.

– Почему ты так рано проснулся? – девушка наспех утерла слезы и шумно выдохнула.

«Ты еще спрашиваешь? Я меньше шума создаю по ночам!»

– Услышал крик, – признался малыш.

– Иди в кровать, спи еще, – распорядилась Нэнси.

– Я не хочу, – канючил пацан.

– Марш в детскую! – прикрикнула Нэнси. – У меня куча дел, дай сообразить.

– Ну и делай свою кучу, а я с Джеком посижу.

– С кем? – воскликнули мы с Нэнси в один голос.

– С Джеком, – просто ответил малыш, – разве ты его не видишь? Он рядом с тобой стоит.

Нэнси взглянула сквозь меня, посмотрела на пацана и пожала плечами:

– Ох, уж эти выдуманные друзья…

– Он не выдумка! Он существует! – крикнул пацан.

– Мартин! Перестать! Иди в детскую! – приказным тоном велела сестра.

– Я пойду только с Джеком, – малыш поднялся и топнул ногой.

– Бери Джека и иди! – отмахнулась Нэнси.

– Пойдем! Что застыл на месте? – малыш смотрел на меня и махал призывно рукой.

Я ошарашенно переводил взгляд с брата на сестру, поражаясь людской наглости и детской непосредственности. Нэнси махнула рукой и ушла на кухню.

– Я не понял, ты мне имя придумал? – от возмущения в голосе сквозил фальцет.

– Тебе не нравится имя Джек? – переспросил пацан.

– Мне не нравится, что ты дал мне имя! – рявкнул я. – Может, еще на поводок посадишь?

– Но ты же не собака, – резонно заметил Мартин.

– И на том спасибо, – раскланялся я.

Нэнси вышла из кухни, услышав, как брат с кем-то беседует. Снизу вверх недоуменно посмотрела на Мартина. Уверен, в голову Нэнси закралась мысль показать пацана психиатру. Бедный малыш! А беда лишь в том, что он обладает способностью видеть запредельный мир. Интересно, насколько далеко простираются его возможности? Пока о Мартине знаю только я, но новости разлетаются быстро. Сколько сил, терпения и мужества хватит Нэнси прожить в этом доме?

– Нэнси, я есть хочу! – проскулил Мартин.

Девушка вскинула руки, закатила глаза. Длительный стон выдал нервное эмоциональное напряжение.

– Я пойду в комнату, – пролепетал малыш, не решаясь более гневить сестру, развернулся и прошлепал босыми ногами по полу в сторону детской.

«Чем тебе пацан насолил? Он же ребенок!» – мысленно упрекнул я Нэнси. – «Хотя, до вчерашнего дня я его ненавидел».

Нэнси вернулась на кухню. Видимо, поняла, что голодный ребенок принесет больше мороки. До слуха долетел грохот посуды вперемешку с руганью.

Я усмехнулся и пулей взлетел на второй этаж. Голод давал себя знать, но любопытство взяло верх: чем занимается пацан? Я остановился на площадке между комнатами и прислушался. Удивился: из спальни покойной матери доносился шорох. Дверь приоткрыта. Я подкрался и заглянул в щель. Никого. Шорох повторился.

«Я не переживу ванильную маман в образе призрака!», – и юркнул за дверь, чтобы развеять сомнения.

Дверца шкафа скрипнула. Я склонил голову, втянул ноздрями воздух. Чужак? В моем доме? Принюхаться мешал устоявшийся аромат дешевых духов. Каждая вещь покойной мамаши пропиталась запахом, и ни один стиральный порошок не смог его заглушить.

Я приготовился. Сгруппировался. Дверца отворилась, и наружу выползла детская попка, а следом показался Мартин.

– Ух, – выдохнул я. – Что ты искал в шкафу?

Глаза пацана задорно сверкали, в руках он держал розовый чемоданчик.

– Что это? – полюбопытствовал я.

– Мамины секреты. Нэнси будет рада.

Я не успел задать вопрос, как дом сотрясла волна грохота. В ноздри ударил запах гари и серы. Малыш от удара упал в шкаф и его завалило платьями с оборками.

– Живой? – рявкнул я.

– Да, – пискнул пацан.

– Оставайся здесь! Я проверю!

– Нэнси! – всхлипнул пацан.

– Будь здесь! – я придал голосу стали, и малыш заткнулся.

Я молнией слетел на первый этаж в облаке черного дыма. Пахло гарью, но огонь не бушевал. Подобрался ближе к кухне и услышал надрывный кашель и грубую мужскую брань.

– Как, мать твою, это произошло? Кто меня вызвал? Где он, этот смельчак?

Я заглянул на кухню и в клубах дыма разглядел мужскую фигуру в черном костюме. Незнакомец озирался в поисках виновника. Я перевел взгляд в дальний угол кухни. За приоткрытой дверцей холодильника притаилась Нэнси, прижимая к себе книгу. Незнакомец замолчал и прислушался. Биение сердца девушки выдавало ее укрытие. Я уже знал, кто стоял посреди кухни и изрыгал проклятия.

Демон, а это был именно он в человеческом облике, в один прыжок сократил дистанцию и с грохотом закрыл дверь холодильника. Нэнси вскрикнула.

– Ты? Как ты посмела? – рокотал он.

– Я.… я.… не понимаю, как это получилось, – лепетала девушка.

– Что ты сделала? Как ты это сделала? – не унимался демон.

Он рубанул кулаком по холодильнику и оставил внушительную вмятину в дверце. Нэнси вскрикнула и залепетала:

– Пожалуйста, пожалуйста, не убивайте меня…

– Как? Как, я спрашиваю!

Нэнси раскрыла книгу и дрожащими руками переворачивала страницы. Слезы градом струились по щекам девушки.

– Я! Уничтожил! Своими руками! Заклинание! Вызова! Меня! – каждым словом демон прибивал Нэнси к полу. – Где ты его взяла?

– Вызова вас? Но, кто вы? – прерывающимся голосом вопросила Нэнси, с ужасом взирая снизу на буйного незнакомца.

– Я – демон! – его рокот прокатился по всему дому.

– Это невозможно, – пролепетала Нэнси, – вы должны стать куриным бульоном…

– Чем?

Я на всю бессмертную жизнь запомнил сцену унижения выходца из ада. Впитывал каждую каплю страха Нэнси и запивал демонической горечью. Мы не союзники с демонами, хоть и родом из ада. Они считают нас низшими созданиями.

Я ликовал: человеческий отпрыск уделал демона, унизил его. Но чем это обернется для Нэнси? Демону не нужны свидетели. Он размозжит черепушку девчонки без усилия щелчком пальца.

Я подкрался ближе, сливаясь с дымом. Подобрал задние конечности, приготовился для прыжка. Я нарушал все неписанные законы ада: готов драться за девчонку и пацана. Демон найдет и его, чтобы покончить со всеми свидетелями унижения.

– Пожалуйста! Я не знала…, – причитала Нэнси, скрючившись на полу, жалкая и беспомощная. Она закрыла голову руками и ждала…

– Убери руки от моей сестры! – звонкий голос раздался на кухне.

Демон развернулся, окинул взглядом щуплую фигурку малыша и разразился хохотом.

– Нет, Мартин, беги! – крикнула Нэнси, подскочила и бросилась к брату.

Однако демон, не оглядываясь на девчонку, одной рукой отшвырнул ее обратно в угол. Толчок не сильный, но Нэнси не удержалась на ногах и завалилась на пол.

– Аааа! – закричал пацан и бросился на демона с деревянным кинжалом на изготовку.

Я среагировал моментально: подцепил за шиворот пижамы пробегавшего мимо маленького воина. Оттянул его назад и поднялся, проявляясь в монстрячьей красе. Нэнси завизжала так, что демон дернулся. А я получил щедрую порцию коктейля из ужаса, вобрал в себя крик девчонки и ощутил прилив сил.

– Вау, Джек! Я тебя не заметил! – воскликнул пацан.

– Джек? – выдохнула Нэнси, округлив глаза.

– Джек! – усмехнулся демон. – Ничтожная сущность, у тебя имя появилось?

Я оскалился. Тягучая слюна стекала с клыков. Я окинул демона уничтожающим взглядом.

– В отличие от тебя, я свое имя могу не скрывать. Это вы, демоны, прячетесь за звучными именами, а собственное таите от всех. Боитесь, что его используют ради вашего уничтожения. Теперь тебя как называть? Бульончик?

Зря я это сказал. Демон зарычал, крутанул головой из стороны в сторону и принял истинное обличье: рога венчали голову, уши заострились, из тела торчали шипы.

Я – третий свидетель, которого следует уничтожить, налитые желчью глаза рассказали без слов. Демон в ярости отбросил стул, который стоял между нами, сжал кулаки и выпустил длинные шипы. Краем глаза я уловил, как Нэнси перебирала ногами по полу, вжимаясь в стену. Я приготовился к схватке. Да, демон сильнее, но я тоже не промах. Пугать – призвание, но драка – моя слабость.

– Давай! – рявкнул я. – Чего ждешь?

– Нет! – крикнул пацан, положил ладонь мне на бедро, вторую руку вскинул вверх.

Яркий свет залил кухню, заставил зажмуриться. Перед глазами заплясали тысячи искр, расплываясь радужными волнами. Я ослеп. С десяток раз моргнул, прежде чем сфокусировал зрение.

– Мартин! Нет! Что с тобой? – до слуха долетел возглас Нэнси и быстрый топот ног. Рядом что-то рухнуло на пол.

Я потряс головой, разбрызгивая слюну, провел лапой по глазам.

– Мартин! Посмотри на меня! – причитала Нэнси.

Возглас и ругань демона подтверждали, что он еще здесь и тоже ослеплен. Я разлепил глаза. Солнечные блики продолжали кружить перед взором. Однако я разглядел возле себя склоненную над маленьким телом фигуру Нэнси.

– Кто он, мать твою, такой? – рявкнул демон, возвращая человеческий облик.

– Мой брат! – крикнула девчонка.

Откуда только смелость взялась?.. Я склонился над пацаном, подул холодным воздухом на лицо. Мартин дернулся, сморщился.

– Фу, воняет, – прошелестел детский голосок. Пацан потер кулачками глаза и посмотрел на нас. – Что случилось?

– Мартин! – выдохнула Нэнси и прижала брата к груди.

– Как трогательно, – ехидно заметил демон, перевернул отброшенный стул и уселся посреди кухни.

Я выдохнул. Бой отменяется. Нет, я, конечно, не против размять кости, но прежде следовало выяснить, что произошло. Я захаживал в этот дом и раньше. Обрадовался, когда появилась новая семья. Ошалел, когда узнал, что пацан меня не боится. А теперь, я просто в шоке.

– Насколько я понял, – начал демон, обратившись ко мне, – ты не в курсе, кто эта семейка? Живешь в доме и не знаешь?

– Девчонка появилась только вчера, – прорычал я в ответ, – пацан – бесстрашный.

– Бесстрашный? – переспросил демон. – А светопреставление, по-твоему, что? А девчонка? Суп готовила и перепутала ингредиенты? Обычная девчонка?

Тон его голоса с каждым словом повышался, и к концу монолога гремел на всю кухню.

– Дай мне книгу заклинаний! – приказал демон.

– Какую книгу? – пролепетала Нэнси и поставила Мартина на ноги.

– По которой меня призвала! – рявкнул демон.

– Так… это обычная кулинарная книга, – запинаясь, ответила девушка, – записи моей бабушки.

– Дай мне ее!

Нэнси подлетела к холодильнику и подняла с пола книгу, протянула дрожащей рукой демону.

– Вот, смотри… те сами.

Демон открыл книгу и методично перелистывал страницы, пристально вглядываясь в прописные строки и заметки на полях.

– Ах ты, старая курица!

– Это вы обо мне? – удивилась Нэнси.

– О твоей бабке, – злобно ответил демон. – Я узнаю ее почерк. Старая ведьма!

– Моя бабушка?

– А ты не знала? – в свою очередь удивился демон.

Нэнси отрицательно покачала головой, посмотрела на брата. Мартин лишь пожал плечами. Я знал, что пацан никогда не видел свою бабку. Ванильная мамаша рассказывала за бутылкой вина.

– И почему я тебе не верю? – демон поднялся и сверху вниз посмотрел на девчонку.

– Возможно, ты и сам брехло, – иронично бросил я.

– Цыц, тебя не спрашивают… Джек! – с ударением на имени ответил демон и перевел взгляд на девчонку. – Так, что скажешь? Кстати, как там тебя?

– Нэнси, – прошептала она.

– Мм, красивое имя. Так, кто же ты, Нэнси? Юная ведьма?

– Я… Не понимаю, о чем вы!

– Все ты понимаешь! – не выдержал демон и замахнулся для удара, но остановился, сжал руку в кулак. Потрепал девчонку по щеке и тихо спросил, – вспомни, что именно ты делала, когда готовила чертово варево!

– Нэнси, скажи ему! – попросил малец, забрался на стул и сидел, покачивая ногами в воздухе.

Девчонка кинула взгляд на брата, скользнула бегло по мне. Я отвел глаза и увидел на полу яблоки. Взрывом они разлетелись по кухне. Подобрал одно и протянул пацану. Малыш кивнул, обтер его о пижаму и сочно захрустел зеленым яблоком.

– Я помню, бабушка варила суп и читала рецепты из книги. Из шкафчика она доставала пряности засушенные, бросала в воду. Ну, вот же они!

Нэнси указала на ровный строй баночек-скляночек на полке.

– Допустим, что так и случилось, – милостиво согласился демон, – однако, чтобы вызвать меня, нужна моя плоть, а не куриная тушка.

Я хмыкнул. Только сейчас я вспомнил, как бабка тщательно высушила и измельчила кусочек кожи, сложила в стеклянную емкость и подписала: чеснок сушеный. Я еще подумал, бабка сбрендила.

– Джек? – вопросительно посмотрел на меня демон.

– Ты чеснок в бульон добавляла? – спросил я у Нэнси.

Девушка на миг задумалась. Подошла к шкафчику и вытащила баночки со специями и ингредиентами, которые использовала. Демон внимательно изучил их, понюхал, попробовал на язык. Покачал головой и вздохнул.

– Ну, а латынь ты откуда знаешь?

– Вообще не знаю, – не задумываясь ответила Нэнси, – просто прочла строчки на полях возле рецепта.

– Просто твоя бабка – ведьма, и по памяти записала заклинание в кулинарной книге, а заодно между ингредиентами для куриного супа вписала составляющие для вызова демона. А ты все перемешала и получился взрыв.

Демон вырвал страницу и порвал на мелкие кусочки, сжал в кулаке остатки заклинания, дунул на руку и разжал кулак, серым пеплом развеял по воздуху.

– Вы хотите сказать, что я – потомок ведьмы? Но бабушка только гадала на картах.

– Почему тогда ты вчера сказала, что ненавидишь этот дом? – я прервал молчание.

Взгляд Нэнси оказался красноречивее слов: она меня ненавидела, потому что я скрывался и подслушивал, а теперь еще и сдал.

– Я не знаю, чем именно занималась бабушка, но в доме жуткая атмосфера. Я испытывала страх и не желала здесь оставаться, – призналась Нэнси.

Малыш перестал жевать и с открытым ртом слушал байки сестры.

– Все с тобой понятно, – резюмировал демон и отмахнулся от Нэнси, как от назойливой мухи, не вдаваясь в подробности, откуда у бабки появился его кусок плоти. – Теперь твоя очередь, малыш.

– Не трогай пацана! – рявкнул я. – Ты выяснил, что хотел.

– Да что ты! Как я испугался! А, скажи мне, милый друг Джек, как давно ты знаешь о силе мальчишки?

– К чему ты клонишь?

– Ты укрываешь его! Защищаешь человеческое дитя с необычными способностями. А ты знаешь, что за это бывает в нашем мире? – елейным противным голосом вещал демон.

– Они тебя накажут? – пацан просек тему быстрее, чем я ожидал.

– Не просто накажут, – вставил демон, – его уничтожат, попросту, убьют.

– Но я не хочу! – вспыхнул малыш. – Нэнси, я не хочу, чтобы убили Джека!

– Перестаньте пугать ребенка! – встряла в разговор Нэнси. – Ему только три года!

– Пугать? – воскликнул демон. – После той вспышки, которую он сотворил?

– Он сам не ведал, что делает, – защищала брата Нэнси, позабыв, с кем говорит.

Я переводил взгляд с одного на другого и ждал, чем закончится препирательство.

– Вот, об этом и речь! – воскликнул демон, обошел вокруг стола и присел возле стула малыша.

Мартин насупился и исподлобья смотрел на демона. Я стоял рядом, готовый к любым неожиданностям.

– Мартина мы поместим в школу для одаренных детей, – продолжил демон, глядя в глаза ребенку. – Он станет великим колдуном. Родители не будут против, ручаюсь.

– У нас нет родителей, – пролепетал малыш, – мама ушла.

– Ушла? – демон бросил на меня вопросительный взгляд.

– В мир иной, – поправил я.

– Тем лучше! Мартин, ты станешь некромантом и сможешь воскресить свою мать. Ты же хочешь снова увидеть маму?

– Да! – крикнул малыш.

– Нет! – возопил я. – Не верь ему, пацан! Это демоны-обманщики, они притворяются и выдают себя за другого демона, разводят людей на грех. В итоге тот ничего не получает и погибает, а демон наслаждается очередной победой.

– Вот, кто тебя за язык тянул?! – демон медленно поднялся. – Я вижу, ты здесь неплохо устроился. Забросил дела адские, нормативы не выполняешь.

– Не трогай пацана! – пригрозил я.

– Я не трону! – демон поднял руки в примирительном жесте. – Но позвольте еще один вопрос: кто отец этого малыша?

На кухне воцарилось молчание. Демон поочередно изучал лица присутствующих, и легкая ирония искривляла тонкую линию рта.

– Не знаете! Отличная семейка! Получается, у вас с братом разные отцы, Нэнси? А ты своего знаешь?

Демон бил по больному месту. Я видел, как Нэнси стиснула зубы и нахмурилась. На счастье демона, кастрюля с остатками бульона валялась возле плиты. Иначе девушка надела бы ее на голову рогатому.

– Не твое дело! – процедила сквозь зубы Нэнси. – Оставь в покое меня и брата. Я тебя не вызывала!

– За ложный вызов следует платить. А я беру дорого! К тому же, ты прервала крупную сделку, и я требую возмещения убытков, – демон вальяжно развалился на стуле, закинул ногу на ногу и с интересом рассматривал перстень на мизинце. Подул на камень в центре и потер перстень об лацкан пиджака из дорогой ткани.

– Платить чем? – не поняла Нэнси.

– Ну, не деньгами же! – всплеснул руками демон. – Их я тебе сам отдам, сколько пожелаешь, только попроси.

– Правда? – глаза Нэнси алчно сверкнули.

Я прикрылся лапой и покачал головой. «Наивные люди… Как быстро вас разводят на махинации. Как легко вы поддаетесь соблазну, без задней мысли».

– Джек, ты плачешь? – пацан дотронулся до меня, и я ощутил тепло его ладони.

– Нет! – пророкотал я. – Монстры не плачут.

– Я тоже не плачу. Джек, я – монстр?

– Еще какой! Ты мне неделю жизни не давал: прыгал над головой, искал меня в шкафу и кричал, что от тебя монстры прячутся.

– Ура, я – монстр, очень голодный монстр! Нэнси, я есть хочу! – вопил пацан и стучал кулачком по столу.

Девушка воздела руки и закатила глаза от безысходности. Осмотрела бедственное состояние кухни, разбитую дверцу холодильника, взглянула на часы, чудом уцелевшие на стене, и охнула.

– Я из-за вас везде опаздываю. Свалились мне на голову монстры и демоны! Такое ощущение, что планета Земля – это и есть Ад, только для другой планеты.

– А в словах девчонки есть логика, – заметил демон.

Поднялся со стула, стряхнул с пиджака несуществующую пылинку и галантно поклонился:

– Не скажу, что знакомство с вами – радостное событие, но я привык везде находить плюсы. Во-первых, ты мне должна и не спорь! Во-вторых, парень – находка и благодаря ему меня возвысят. А выяснить, кто его отец, не так сложно, как кажется. Учитывая, похотливое поведение вашей матери…

– Да, как ты смеешь! – вспыхнула Нэнси.

– … и невероятную силу пацана, – продолжал демон, – я догадываюсь, чья это работа.

– А дальше, что? – крикнула Нэнси. – Заберешь его?

– Это уже не мне решать, – кинул демон в ответ, – мое дело – продать дороже. Я не прощаюсь!

Он развернулся и пропал.

– В какое дерьмо мы влипли? – прошептала Нэнси. – Что происходит?

Девчонка подхватила брата на руки и устремилась вон из кухни.

– Ну, я есть хочу! – вопил малыш.

– Покормлю в городе. Здесь мы не останемся!

– Мы уезжаем?

– Да, подальше отсюда!

– Глупо, – заметил я, бросив Нэнси вдогонку.

– Тебя никто не спрашивал! – огрызнулась девчонка, не оборачиваясь.

Она достигла верхней ступени лестницы и прошла в детскую. Я проследовал за ней.

– Куда бы ты не ушла, демоны найдут малыша. Ты для них не представляешь интерес, но пацан – ценная находка.

Нэнси поставила брата на пол и резко повернулась в мою сторону.

– А тебе какая выгода? Почему ты так рьяно его защищаешь? Тоже продать дороже? – накинулась с вопросами Нэнси, а я настолько погрузился в размышления, что испарился с ее глаз, принял невидимый облик.

Нэнси развела руками, пожала плечами и достала одежду пацана из комода. В молчании быстро собрала брата, нахлобучила шапку на голову. Мартин не пикнул, терпеливо подчинялся, видимо, голод и внезапное проявление силы отняли энергию.

– Сначала заедем в кафе, где я работаю. Там тебя покормим, я возьму недельный отпуск. После отправимся в общежитие за вещами и заглянем в колледж. Объясню ситуацию, там решим, что делать, – пояснила Нэнси.

Я выдохнул: значит, девчонка здраво рассудила, что деваться некуда, а с братом на руках ей негде жить. Просторный дом – лучшее решение.

Однако вопросы Нэнси ввели меня в ступор. Почему я так уцепился за пацана? Я – монстр и моя задача – пугать людей, особенно, детей. Что делаю я? Защищаю от неудачи, от демона, от неловких поступков. Что со мной не так? Пацан перечеркнул каноны детского поведения, он совершенно не боится ни монстров, ни демонов. Я вспомнил, как бесстрашно малыш бросился с деревянным игрушечным кинжалом на врага и усмехнулся.

«Я его защищаю, как собрата. У Нэнси проявились гены бабки-ведьмы, девчонка унаследовала способности к колдовству. Но пацан – это нечто другое. Демоническое начало? Хм…»

Мои размышления прервал звонок в дверь. Мелодичная трель разлетелась по дому. Нэнси взяла брата за руку и потащила за собой.

– Проходной двор какой-то, а не дом, – бурчала девчонка, посмотрела в глазок и распахнула дверь.

– Кристиан? – удивление проскочило в голосе девушки.

Я замер за спинами детей и воззрился на парня по ту сторону порога. Он не видел меня и это сыграло на руку.

– Ты не отвечаешь на звонки, – без приветствия начал Кристиан, – я беспокоюсь, детка.

– Не называй меня так! Ты же знаешь, меня это бесит, – процедила сквозь зубы Нэнси.

– Прости, дет…, прости! Впустишь меня?

«Вампир недоделанный!» – усмехнулся я мысленно.

– Я собралась уходить, – неуверенно ответила Нэнси, но посторонилась, – проходи.

Кристиан перешагнул порог и выдохнул. Я склонил голову.

«Занятный тип».

– Так, что случилось? Почему ты не отвечаешь на звонки? – повторил вопрос парень.

– Как бы тебе сказать, – замялась Нэнси, – мама… Она… Ее больше нет…

– Детка! – Кристиан обнял девушку и прижал к себе.

«Дурень! Тебя просили не называть ее так».

– А это твой братишка Мартин, я полагаю? – Кристиан присел и посмотрел на пацана.

Я с интересом взглянул на Мартина. Малыш молчаливо смотрел на Кристиана, как недавно изучал исподлобья демона.

«Не доверяет!»

– Как ты, малыш? – спросил парень и протянул руку. – Давай знакомиться, я – Кристиан.

Мартин пожал руку в ответ, но промолчал.

– Крис, ты прости, но он устал и голоден. Я собираюсь заехать в кафе, уладить кое-какие дела. Вернусь часа через два. Хочешь, подожди меня здесь.

«С ума сошла? Хотя, я тоже голодный…»

– Без проблем, ладно, подожду. Вернешься и все расскажешь.

– Это твой жених? – Мартин прервал молчание и посмотрел на сестру.

Девушка смутилась, розовый румянец окрасил щеки. Нэнси кинула взгляд на Кристиана и покачала головой:

– Не так быстро, Мартин! Он просто мой парень.

– Понятно. Когда мы поедем? Я есть хочу!

Нэнси спохватилась и заторопилась к машине, которую припарковала на подъездной дорожке, на ходу выкрикивая распоряжения:

– Не стесняйся, располагайся! Прости за беспорядок на кухне, потом все уберу и расскажу. Если кто меня будет спрашивать, я вернусь часа через два. Черт, еще в ритуальное агентство надо заехать.

– Не беспокойся! Я справлюсь, – Кристиан махнул рукой, улыбнулся и затворил дверь. – Вот и отлично!

«Просто замечательно!» – заметил я и оскалился.

***

Парень развернулся, окинул взглядом холл, плавно переходящий в просторный зал, перевел любопытное око на лестницу, что вела на второй этаж. Кивнул потаенным мыслям и потер ладони от предвкушения. Мне совсем не понравилось выражение его лица, и я отложил намерение испугать парня сразу.

«Что он задумал?»

Кристиан деловито прошелся по залу, невзначай прикасаясь к мебели и деталям интерьера. Его цепкий прищур плавно скользил и сканировал обстановку.

Я облокотился на перила лестницы и задумчиво наблюдал за парнем. Тягучие мысли лениво передвигались в голове, я не торопил их. Подглядывать и следить за передвижениями людишек – привычное занятие. Улучить возможность, чтобы напугать днем – приятное дело. Однако этот тип возбуждал любопытство сильнее прежних жертв: он что-то искал. Я знал, что он точно найдет в этом доме – приключения на голову. Огребет по полной программе.

«Надо предложить Нэнси открыть мини-отель для любителей острых ощущений. Чего комнатам стоять пустыми? Девчонке прибыль, мне – еда».

– Так, что у нас здесь? – парень прошел по направлению к кухне.

«Ты удивишься!»

– Матерь божья, здесь испытывали бомбу?

«Хуже, проверяли демона на выдержку. Испытания прошел!»

Парень вздохнул, потоптался в дверном проеме и шагнул назад, сквозь меня.

– О господи! – вздрогнул он. – Какое-то неприятное ощущение…

«А мне нравится!» – облизнулся я и проследовал за незваным гостем.

Тот легко взбежал по лестнице на второй этаж. На площадку выходила спальня мамаши и комната Мартина, дальше по коридору находились еще три спальни.

– Где же ты прячешься? – задумчиво проговорил парень и повернул налево к нежилым комнатам.

Быстро пересек коридор и дернул за дверные ручки. Заперто.

– Ладно, с этим разберемся позже, проверю открытые комнаты.

Нахальный тип поравнялся с детской Мартина, и я напрягся. Все дома в округе я считал своими, свободно разгуливая и пугая жильцов. Дом пацана стал особенным, и я не потерплю посягательств на мою территорию. Кристиан открыл дверь, но она тут же захлопнулась.

– Сквозняк? – предположил парень и повторил попытку.

Я ударил по двери, и она закрылась. Я ждал последующих действий. Кристиан почесал недоуменно затылок, а я поменял местоположение: прошел сквозь дверь и встал перед нею.

Парень медленно потянул дверь на себя, крепко ухватившись за ручку. Я только этого и ждал: с силой ударил по двери ногой, приложив ее по носу наглеца. Кристиан взвыл. Ухватился за лицо, и из-под ладони побежали алые струйки крови.

«Умылся, подонок?» – рявкнул я, но Кристиан не слышал. Он пулей слетел вниз и бросился на кухню. До слуха долетел шум воды в кране и ругательства.

«Обиделся…»

Я остановился на площадке и смотрел вниз, на первый этаж. Сверху открывался вид на входную дверь, поворот на кухню и часть зала. Кристиан появился минут через пять с мокрым полотенцем у лица. Он надеялся холодным компрессом остановить кровотечение.

«Наивный…»

Полученный урок не пошел впрок: Кристиан настойчиво желал проникнуть в комнаты. Я приготовился. Парень поднялся по лестнице и свернул к спальне мамаши. Распахнутая дверь гостеприимно приглашала войти внутрь, и я удивился, почему Кристиан не воспользовался преимуществом сразу. Человеческий разум и логика порой далеки от моего понимания.

Я последовал за ним. В комнате царил беспорядок. Платья упали с вешалок в момент взрыва на кухне, когда Мартин не удержался на ногах и завалился обратно в шкаф. Кристиан остановился посреди комнаты и осмотрелся. Взгляд упал на трюмо с большим зеркалом и ящичками для хранения украшений. Парень подошел и поочередно выдвигал ящики, выуживал цепочки с кулонами, бусы и прочую дешевую бижутерию, осматривал и возвращал на место.

«Что же ты ищешь?» – недоумевал я. Создавалось впечатление, что парень искал конкретную вещь, и уход Нэнси сыграл на руку. – «Сдается мне, ты – не парень девчонки. Ты нагло ее использовал, чтобы проникнуть в дом. Почему не сделал это раньше? Мешала мамаша?»

Я замер в дверном проеме. Следил за передвижениями парня, а сам позволил мыслям ровно выстроиться и принять правильное решение.

«Мамаша с Мартином проживали в доме неделю со дня смерти бабки. Кристиан не приходил в дом при жизни ведьмы, а ванильная мамаша не отлучалась целую неделю. Продукты доставлял курьер. Маман умирает, парень приходит на следующий день. Назревает два вопроса: своей ли смертью почила мамаша или кто-то помог утонуть, воспользовавшись ее под выпитым состоянием, чтобы проникнуть в дом и найти то, что принадлежало ведьме? Что же это?»

В трюмо Кристиан не нашел то, что искал. Его грудь бурно вздымалась, нос распух. Парень отбросил мокрое в кровоподтеках полотенце и подошел к шкафу. Ногой отшвырнул барахло. Что-то звякнуло. Кристиан нагнулся, разгреб руками ворох с платьями и обнаружил маленький розовый чемоданчик. Я вспомнил, как Мартин вылез из шкафа со счастливой физиономией, удерживая в руке чемодан.

«Нэнси будет рада», – так он сказал. Что хранил в себе розовый тайник?

Кристиан щелкнул замочком и откинул крышку.

– Наконец-то! – воскликнул парень, а я задохнулся, увидев содержимое чемодана.

Кристиан протянул руку и достал новенькие пачки купюр, повертел в руках и отложил в сторону.

«Не деньги тебя интересуют…»

В чемодане на бархатных подложках покоились медальоны, в черном кожаном старинном переплете лежала книга и коробка со свечами.

– Сакральное богатство старой ведьмы, – прошептал парень. – Ух, как теперь я буду богат! Сколько денег мне отвалят за это сокровище! – алчно восхищался наглец.

– Да, кол тебе в зад, а не сокровища, – рыкнул я парню в самое ухо.

Кристиан взвился к потолку от страха и неожиданности и мешком грохнулся на ворох одежды.

– Кто здесь?

– Ты уверен, что хочешь знать? – рявкнул я.

Парень пролепетал нечто бессвязное в ответ, одной рукой нащупал чемодан, захлопнул крышку и попытался встать. Пинком в грудь я усадил вора обратно.

– Оставь печати демона в покое! – четко выговаривая слова произнес я и проявился.

Упоительное чувство страха парня благодатным бальзамом разлилось по телу. Я прикрыл веки и глубоко вдохнул, позволяя страху глубже проникнуть в мою сущность, насыщая до кончиков когтей. Я открыл глаза и с вожделением смотрел на бисерины пота на лбу несчастного. Челюсть Кристиана издавала дробный перестук. Он судорожно глотал воздух. Трясущимися руками закрыл лицо, в надежде, что я исчезну.

Я не доставил ему удовольствия: максимально приблизился и дунул в лицо зловонием. Парень в ужасе вскрикнул и заметался, оглядываясь по сторонам и пытаясь найти лазейку для побега. Понимая тщетность положения, скрючился на полу и закрыл голову руками. Так и лежал, тихо поскуливая.

– Подонок! – выплюнул я и отстранился, сытый до предела.

Жертва воспользовалась моментом и с безумием в глазах сорвалась с места. Однако судьба подставила подножку: парень запутался в тряпках и с размаху приложился об открытую дверцу шкафа. Удар вырубил Кристиана: он без чувств упал на пол. Я принюхался. Запах крови будоражил. Я склонился над парнем: из разбитого носа опять струилась алая жидкость…

– Нэнси будет недовольна, – хмыкнул я и задумался, – скажет, что это я расквасил парню нос. Девчонки порой недальновидные и жалостливые. Ладно, пусть побесится, но я не отпущу вора.

Среди вороха одежды я отыскал атласный шарфик и ремень. Завел притихшему парню руки за спину и зафиксировал шарфом, а ноги стянул черным кожаным ремнем.

Кристиан застонал. Дернулся раз-другой. Замер. Открыл глаза и вперил в меня застывший взгляд. Парень облизнул губы, сморщился и плюнул.

– Вкус собственной крови не нравится? – усмехнулся я.

– Ты убьешь меня? – прошептал Кристиан и клацнул зубами.

– А надо? – вопросом на вопрос ответил я.

– Нет, – выдохнул парень, – пожалуйста, пощади!

– Хм, как ты пощадил мать Нэнси, утопив в ванной?

– Что? – Кристиан в ужасе округлил глаза и заворочался, пытаясь принять сидячее положение.

Я потянулся к парню, чтобы помочь, но тот заорал нечеловеческим голосом. Пришлось ударить. Легкая пощечина привела Кристиана в чувства. Я усадил парня, прислонив, как мешок с картошкой, к стене.

– Будешь орать, откушу голову! – рявкнул я. – Кивни, если понял.

Кристиан закивал головой, как игрушка-болванчик на панельке в машине Нэнси.

– Вернемся к разговору. Ты убил мать девчонки, на следующий день явился в дом, чтобы украсть набор ведьмы и продать его. Так?

– Нет! Вранье! Я не убивал мать Нэнси, – горячился парень.

– Хорошо, кто убил? Ведь она мешала выполнить задуманное. Как ты вообще узнал про печати демона? Кто тебя навел? Говори!

Количество вопросов создали сумбур в голове парня, однако наглец уцепился за подходящую и выплюнул:

– Откуда мне знать, может, это ты грохнул мамашу?

Я издал грозный рык, разбрызгивая слюну. Кристиан сморщился, зажмурился, утирая щеку о плечо.

– Не юли, парень! Я давно живу в доме, мне нет надобности убивать хозяев. Я слышал каждое твое слово. Говори, на кого работаешь?

– Да пошел ты! – выкрикнул Кристиан.

Озлобленность парня заслонила прежний ужас при виде монстра. Черты лица Кристиана исказились, ноздри трепетали. Он скалился не хуже меня, а глаза метали молнии. Не будь парень мелкой человеческой сошкой, из него вышел бы отличный демон на побегушках, по типу недавнего знакомого из куриного бульона.

– Как скажешь, – бросил я и исчез из виду. Мне стало интересно, что парень предпримет дальше. Я занял удобную позицию в углу комнаты и затаился…

Кристиан тяжело дышал, но постепенно успокоился, стреляя глазами по сторонам. Прислушался к звенящей тишине.

– Он ушел? Действительно, свалил? – парень не верил своему счастью. – Черт, я еще легко отделался! Господи, расскажу, не поверят! Я видел монстра, вот черт!

«Черта и господа в одну кучу! Красавчик!»

Кристиан подтянул ноги, согнул в коленях. Совершил попытку подняться, но завалился на бок, изрыгая ругательства. Связанные за спиной руки не позволяли удержать равновесие. С усилием перевернулся в позу зародыша, уткнувшись головой в пол. Я слышал тяжелое прерывистое дыхание и нечленораздельное бормотание. Попытки к бегству вызывали желание одарить парня аплодисментами, но я сдержался и не подавал признаков жизни. С кряхтением, Кристиан оторвал голову от пола и выпрямился. Связанные руки коснулись затянутого вокруг ног ремня.

– Ну же, давай! Развязывайся! – стонал парень, но тщетно промучившись минут пять, плюнул на попытку расстегнуть ремень.

Кристиан глубоко вдохнул и резко выдохнул, прыжком поднявшись на ноги. Зашатался, но чудом устоял.

«Пять баллов!»

Я опустился на четыре конечности и медленно продвигался вслед за Кристианом. Парень прыгал на двух ногах в сторону лестницы. Достигнув верхней ступени, остановился в раздумье: видимо, оценил опасность трюка. Парень опустился на заднюю точку и, помогая ногами, как гусеница, начал спуск по лестнице.

«Эпичный побег почти удался», – восхитился я мужеством и выносливостью молодого воришки.

Я бесшумно спрыгнул с верхней площадки и занял положение между парнем и входной дверью. Однако я ошибся. Кристиан держал путь на кухню.

«Что же, умно! Найти нож и перерезать путы – разумный выход».

Я проследовал за парнем и со скучающим видом ждал окончания представления. Он мне уже изрядно надоел. Хотелось выгнать взашей незадачливого вора, но тогда Нэнси не узнает правду о нем.

– Да! Получилось! Я свободен! – ликовал Кристиан.

Он настороженно осмотрелся, прислушался. Явно искал меня. Тихо прокрался через кухню в холл и быстро взбежал на второй этаж.

«Зараза!» – рявкнул я, не ожидая такой прыти, и бросился следом.

Мы одновременно достигли заветной цели: розовый чемоданчик спокойно лежал среди тряпья. Я хлопнул лапой по крышке, проявился и издал рев.

Парень не ожидал такого поворота событий. Он вздрогнул, заверещал и отскочил в сторону, пятясь назад. Я шагнул за ним. Из утробы раздался раскатистый рокот. Я спружинил и прыгнул. Кристиан дико заорал, развернулся и бросился бежать. В один прыжок я достиг его на площадке. Парень оглянулся. Дикий ужас застыл в глазах. Дыхание перехватило. Кристиан споткнулся и кубарем полетел с лестницы.

– Здесь всегда так весело? – раздалось снизу.

Я застыл на верхней ступеньке. Демон из бульона поставил ногу в лакированной туфле на упавшее тело, толкнул его, переворачивая Кристиана лицом вверх.

– Кто таков будет? – осведомился демон у меня.

– Знакомый Нэнси. Он же вор. Возможно, убийца, – отчитался я.

Демон присвистнул:

– Занятное семейство! Где девчонка с братом? Уехали? А ты развлекаешься? С жертвой играешь…

Я едва не ляпнул, что оберегал сокровища старой ведьмы, но вовремя спохватился. Незачем демону знать о печатях. Изымет и останется девчонка ни с чем. У Нэнси пробудились способности ведьмы, не нам решать, что ей предпринимать дальше. Сама разберется.

– Ты не ответил… Джек, – как обычно, с расстановкой, произнес демон.

– Я не обязан, – фыркнул в ответ, – а ты вернулся. Значит, что-то выяснил.

Демон пожал плечами, скорчил гримасу и присел перед парнем. Хлопнул того по щеке, приводя в чувства. Кристиан застонал.

– Живой, – констатировал факт демон.

Парень разлепил веки и уставился на склоненного над ним демона. Счастье Кристиана, что тот оказался в человеческом облике, иначе по парню заплакала бы психиатрия: за один день столько впечатлений.

– Как тебя угораздило свалиться с лестницы? Руки и ноги целые? Пошевели конечностями!

Кристиан молчаливо повиновался, с кряхтением принял сидячее положение и потрогал затылок. Охнул от боли.

– Шишку набил? – с участием в голосе поинтересовался демон. – Ничего, организм крепкий, молодой и выносливый.

– Вы кто? – прохрипел Кристиан и оглянулся назад.

Я моментально испарился из видимости, а демон усмехнулся, оценив трюк. Бедный парень из одних лап перешел в другие, не менее коварные.

– Друг семьи, – соврал демон. – Пришел проведать Нэнси и Мартина, но застал тебя, летящего вниз по лестнице. Скорую вызвать?

– Нет, – не сразу ответил Кристиан, подумал и повторил, – нет!

– Хорошо, но кто ты таков будешь? Почему ты здесь, когда хозяева отсутствуют?

– Однако вы тоже здесь, – парировал удар Кристиан.

– А ты – наглец! – демон поднялся и сверху вниз посмотрел на парня. – Как звать тебя?

– Крис, – коротко ответил тот, – а вас?

Демон задумался на минуту, а я напряг слух. Интересно, какую байку выдаст. Демоны-обманщики из разряда среднего класса, выполняют различные задания верховных демонов и обладают способностью принимать облик любой демонической сущности. Они получают желаемое за счет лжи и обманом заставляют жертву совершить грех, пойти на крайности, подписать договор. Демон достигает цели, а несчастный остается ни с чем. Как полагается, они скрывают истинное имя и всякий раз предстают под вымышленным.

– Меня зовут…, – начал демон, но отвлекся на звук мотора с улицы. – Нэнси вернулась! Вот обрадуется!

Я хмыкнул, благоразумно оставшись невидимым для глаз девчонки. Дверь распахнулась и в дом вбежал малыш, остановившись на полпути.

– Ого! Нэнси, смотри! – закричал Мартин.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.