Татьяна Карпенко
Кошмарные сны

Кошмар

Карета мчит по склону горы, и я боюсь выглядывать в окно, чтобы не увидеть пропасть под колесами. А горы в этом странном крае высокие, и если ямщик сделает неверное движение поводьями, то мы рискуем оказаться где-то на глубине обрыва. Но ямщик знает свое дело, и мы все ближе и ближе приближаемся к родовому замку моей семьи.

Мне даже не вериться, что еще какое-то время назад, день или два, точно не могу вспомнить, мы сидели в нашем маленьком доме и радовались тем копейкам, которые перепадают нам от работодателей и государства.

А с чего все началось, даже смешно. Мы с папой сидели в нашей старой гостиной и смотрели телевизор. Я точно помню, что телевизор показывал сериал «Бригада». И этот факт меня очень расстраивал: не люблю этот отечественный кинематограф. Но поскольку встать из мягкого кресла было лень, я решила терпеть. Мягкость кресла я ощущаю до сих пор, словно еду не в средневековой карете, а в роскошном автомобиле. Однако, мысленно я до сих пор нахожусь в старенькой гостиной, где папа читает газету, а мама с братьями уехала в гости. Я разглядываю стену, у которой стоит телевизор, фотографии нашей семейной жизни: мама со мной маленькой, я обнимаю ее и грызу палец. Счастливые моменты третьего лета в моей жизни. На другой, старший брат держит меня на руках, я в папиной пилотке и на моем лице беззубая улыбка маленького крепыша. На следующей, я с другим братом учусь сидеть по-турецки на балконе. Как мне тогда было весело. И, наконец, единственная зимняя фотография, где папа с мамой на фоне нашего дома. Вокруг все засыпано снегом и, кажется, от этого изображения так и веет холодом.

От изучения семейных фотографий меня отвлекает звонок в дверь. Я смотрю вглубь темного коридора и даже не могу представить, что придется туда идти. Поэтому идет папа.

– Телеграмма… – слышу я чужой голос из коридора.

Через несколько минут в гостиную возвращается папа и останавливается в проходе. Сказать, что он удивлен – ничего не сказать. Он в шоке.

– Скончалась одна из далеких родственников… – чуть слышно говорит он и подает мне телеграмму, – Я единственный наследник ее состояния…

И вот спустя некоторое время он уезжает получать наследство, а я остаюсь одна.

А сейчас приехав в эту дикую страну, с безумными обычаями, я еду в карете в наш родовой замок, который и составляет большую часть наследства далекой родственницы. О ней никто из нас даже не слышал. И почему-то мне кажется это взаимным. А ещё удивителен тот факт, что наследником стал именно мой папа при двух старших сёстрах.

Однако, наследство принадлежит нам, а значит зачем думать дальше?! Отвернувшись к окну, я стала разглядывать окрестности. Никогда раньше я не слышала о подобной стране. Честно сказать, я даже не могу четко сказать: на самолете я прилетела или приехала на поезде. Есть чувство, что я просто оказалась в карете велением волшебной палочки.

Я всегда была самым неприметным членом семьи. Младшая и единственная дочь из четверых детей. Нелюдимая. Тихая. Я всегда была ближе к папе и, как говорили знакомые, я пошла в его породу. От мамы мне достались лишь глаза – серо-зеленые. Говорят, что они красивыми и глубокими.

Карета остановилась. Хмурый и неразговорчивый ямщик спрыгнул и открыл мне дверцу. На мгновение меня объяло странное чувство, сродни ужасу. Я вмиг вспомнила все те мистические фильмы, что мне довелось посмотреть. Но отогнав от себя эти дурные мысли, приняла протянутую руку и вышла на улицу.

Подул свистящий ветер. Тьма окутала окрестности и, казалось, что ничего кроме высоких металлических ворот с гербом из золота, больше не существует. Я сделала несколько шагов к воротам и ощутила странное чувство: оглядев свою одежду я осознала, что на мне надето пышное платье. Платье?! Но ведь я люблю джинсы и свитер. Я обернулась на карету. Хмурый ямщик уже разворачивал лошадей.

От пронизывающего ветра сделалось холодно и я пошла, шурша юбками, внутрь сада. По бокам главной аллеи раскинулись кусты роз. В темноте подкравшейся ночи, они казались особенно зловещими.

На небе блеснула молния и я вздрогнула. В моей груди застыл крик ужаса. Медленно ступая, я пробралась сквозь сад и вышла к поместью или дворцу, что достался в наследство.

Мрачный и огромный, он нависает надо мной, закрывая от меня небо и звезды. Я подхожу ближе, а сердце так и прыгает в груди. Роскошь, кажется смешалась с ужасом, в этом огромном здании. Это не дом, уютный и теплый, это ледяной дворец, где для веселья нет причин. Лишь богатство и тишина. Я поднимаюсь по лестнице ведущей к входу. Ступени из белого мрамора. Каблуки моих ботинок стучат приглушенно, но громко.

–Мадам задержались, – с некоторой надменностью говорит мне лакей и распахивает предо мною двери.

Я с досадой смотрю на него. Это человек без лица, в синем пиджаке. Точнее у него есть лицо, но я его не вижу, будто кто-то нарисовал портрет и размазал черты лица.

–Будто тень, а не человек, – тихо проговариваю я и захожу внутрь.

Двери с звоном закрываются и я вновь оказываюсь в темноте. «Эй!» – пытаясь разогнать страх, кричу в темноте, – «Мам, пап!». В ответ на мои крики издали доносятся мерные шаги. Вскоре я замечаю яркий огонёк, что будто плывет по тьме. «Свеча», наконец осознаю я, когда ко мне подходит папа.

Он хмур. Молчалив. «Идём», без эмоций произносит папа и начинает шагать прочь. Я бросаюсь вдогонку за ним.

Еще несколько месяцев назад, когда мы жили в нашем старом доме, я любила вечерами пить чай в компании папы. Мы разговаривали, часто рассуждало на философские темы. Шутили, смеялись. Теперь же кажется, что рядом со мной не папа, а лишь призрачная тень моего отца.

Мы проходим по длинным коридорам. Всюду темно. Сворачиваем за угол и вновь идём по длинным коридорам.

–Настоящий лабиринт, – шепчу я себе под нос. Папа не реагирует.

Наконец, мы останавливаемся. Я практически врезаюсь в спину отца, но успеваю вовремя остановиться.

– Вот, – он открывает единственную дверь, которая находится в левом крыле замка, и позволяет мне пройти внутрь. – Через полчаса ужин – не опаздывай….

Я оглядываюсь на голос, но в коридоре уже никого нет.

Спальня. Медленно пройдя внутрь, я замираю от радости. Просторная комната, смежная к ней уборная с круглой ванной. Я возвращаюсь назад в комнату и сажусь на кровать. Мягко. Удобно. Рядом со спальным местом огромное окно в целую стену. Из окна виден сад.

У выхода стоит громоздкий шкаф. Я подхожу и отворяю дверцу. Скрежет. Внутри богатые наряды. Платья, туалеты шитые золотом, ездовые костюмы. Ужас постепенно сменяется радостью. Наверное, все что мне показалось неладным, может быть просто следствием усталости после дальней дороги.

Я начала переодеваться в другое платье – никогда раньше не носила подобные наряды. Тяжесть. Время отведенное на сборы подошло к концу. И потому лишь застегнув платье и схватив в руки сумочку, я бросаюсь бежать в поисках столовой.

Лестница. Коридор. Поворот. Еще лестница. Снова коридор. Платье мешается под ногами. Потому я останавливаюсь и поднимаю подол, чтобы бежать стало проще. И вновь коридор, лестница, поворот, коридор….

– А-а-а!

В новом коридоре я столкнулась со старшим братом и почти упала, но ухватилась за его руку. -Вова! – с досадой выкрикнула я, намереваясь бежать дальше.

– Ты что кричишь?! – он сердито посмотрел на меня.

– Я бежала к ужину… – ответила я.

– Ну, во-первых, к ужину идти в другую сторону, во-вторых, здесь бегать нельзя… – он говорит тихо и оглядывается по сторонам, словно готовится заговор, – Здесь бывает очень страшно по ночам… Чудовища оживают и… ходят по замку в поисках живой плоти, – он резко хватает меня за плечо.

Мой ужас вернулся назад. И хотя брат заливается смехом, я осознаю, что все же здесь не так спокойно, как дома.

–Ты что шуток не понимаешь? – сквозь смех, интересуется Вова, но я с злостью бью его наотмашь в грудь и шагаю в обратном направлении.

–Ауч! – выкрикнул он после моего удара.

Я прошла несколько шагов и остановилась. Меня поразила звенящая тишина. Сглотнув ком в горле, я обернулась назад. Никого.

«Возможно там потайной ход», – подумалось мне, но спокойствие не вернулось.

***

Я нашла столовую, когда все уже приступили к ужину. Пройдя внутрь, я окунулась в гостиную наполненную мелодичными звуками скрипки.

Яркий свет обжигал глаза после тьмы коридоров. Я окунулась в атмосферу грациозного и даже чопорного ужина. За столом сидели все: мама в шелковом, воздушном наряде с высокой прической, папа в черном камзоле и Вова с Сашей под стать ему. Я быстрыми шагами подошла к столу и хотела отодвинуть стул, когда ко мне подскочил лакей и предложил мне другое место.

–Но почему?! удивилась я, обиженно посмотрев на маму.

Она подняла на меня зелёные глаза и ее рыжие, собранные в прическу, волосы качнулись. «Рыжие?!», почти воскликнула я. Моя мама ненавидела этот цвет волос и потому всегда пыталась помешать мне краситься в него. А сама она носила белокурые локоны. Но никак не рыжие!

–Ты опоздала и потому придётся поесть за другим столом, – издеваясь усмехнулся Вова. Вот его поведение меня ни капли не настораживало.

После ужина все начали расходиться по спальням. Мама ушла первая, ее примеру последовал папа и потом удалились мои братья.

Я осталась сидеть в гостиной. Там и провела первую ночь в этом мрачном месте.

Следующий день начался поздно. Весь дом спал допоздна. Никто не выходил из комнат. Потому я прогулялась по саду, днём он перестал казаться чем-то мрачным и жутким. Посидела на качели, вспоминая прошлое. Обошла окрестности и наткнулась на других жильцов этого странного места. Никто не привлек мое внимание. Никто, кроме двух соседских девушек. Они, также как и я, обследовали здешние места.

Сёстры оказались крайне нелюдимыми и говорить со мной отказались. Я знала, что в будущем мы подружимся.

Вечером в доме вновь закипела жизнь. На этот раз я не опоздала на ужин и ела со всеми за столом. Атмосфера продолжала быть тяжёлой. Молчание меня убивало.

И потому я решилась начать хоть какой-то разговор.

– А где Андрюшка? – мой голос прозвучал неуверенно, хоть я и пыталась выглядеть непринужденной.

Звук ударов столовых приборов о фарфор затих. Все, включая слуг, уставились на меня. Я сглотнула ком, подступивший к горлу.

–Я просто удивилась, что … не все ужинают сегодня. И вчера….

Володя издал смешок. Я напряглась ещё сильнее.

–Дульдя, ты просто устала с поездки. Андрюша ещё не прибыл к нам, – с улыбкой проговорила мама.

К моим глазам подступили слёзы. На меня волной нахлынули воспоминания. Голос, глаза, улыбки моих родных.

Тот вечер я провела в своей спальне. Без сна. Сидела и молчала.

Ближе к полуночи в мое окно прилетел камень. Я вздрогнула и услышала снизу голоса.

–Вы сдурели?! – выкрикнула я, поднимая с пола камень. Он был обернут запиской: «Выходи. Есть разговор».

–Будет вам разговор, – процедила я сквозь зубы и разыскала в шкафу удобный костюм.

Бархатный камзол и брюки для верховой езды. Я собиралась было пойти в коридор, но какое-то внутреннее чутьё меня остановило. Потому пришлось вылазить в окно.

Боюсь ли я высоты?! Ещё как. Но страх перед неизвестностью пугал гораздо сильнее. И все же ловкостью кошки я никогда не обладала и потому сорвалась с высоты первого этажа, до него я сумела как-то спуститься.

Передо мной стояли те две девушки, что днём не захотели со мной общаться.

–Вы шизофренички?! – вскричала я, когда наконец боль от падения прошла. – Мое окно теперь разбито по вашей милости.

–Не бузи, – проговорила одна из девушек, – Иди за нами. И ты узнаешь много нового о своём доме.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.