Евгения Александровна Александрова
Герцогиня поневоле, или Проклятье Зверя

© Александрова Е.А., текст, 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

* * *

Глава 1
Утро вечера мудренее

Говорят, утро вечера мудреней. Врут. Иногда утро бывает такое, что всё только больше запутывается.

Тимур несколько месяцев ходил мрачный, разговаривать не хотел, зато не упускал случая уколоть за любую мелочь. Я сначала недоумевала, списывала на усталость. Потом оправдывалась, потом переводила разговор в другое русло. Спорила. А после устала и попросту закрывала глаза на его ворчание и придирки.

Пока прошлым вечером он не сказал:

– Прости меня, Поль. – Внимательный взгляд черных глаз, знакомое, до последней щетинки изученное лицо, сведенные брови.

– Говори, – взглянула я искоса, продолжая мешать на сковороде пасту на ужин.

Убрала со лба сбившуюся прядь, заметила, как тяжело Тимур опустился на кухонный диван. А ведь хорошее начало разговора. Было. Затем Тимур торопливо заговорил, и продолжение мне уже не понравилось.

Среди вываленной на меня информации я ухватила главное: это не во мне дело, это та, другая, просто лучше. Поэтому нам стоит пожить отдельно.

– Я вообще-то кредит на тебя взяла, – это было первое, что пришло мне в голову, когда дрогнувшими пальцами я выключила огонь на плите.

Дура, конечно. Сама знаю.

Но тогда были средства и желание помочь мужу, которого постигла неудача на работе, не выплатили премию. Всего лишь временная досадная неприятность, да… Куда на самом деле делись все его сбережения, я сейчас знать не хотела.

Боже, ну серьезно, только не это.

– Ты сама предложила. – Он смотрел остро, колюче, давно готовый к бою. Защищается, зная, что виноват. Хочет, чтобы я сорвалась, чтобы вышла из себя и доказала этим, что я не такая.

Какой же подонок, а! Дико захотелось схватить что-нибудь тяжелое и ударить его. Увидеть, как его насупленное выражение лица превратится в растерянное, увидеть боль – такую, что сейчас раздирала мне сердце.

– Проваливай, Тим. Уходи! Сейчас же. – Я изо всех сил сжала рукоять сковороды, уговаривая себя сдержаться и не опрокинуть сковородку ему на голову.

Он еще что-то говорил, сухо и по-деловому, но мне было плевать. В какой-то момент я поймала себя на мысли: вот это самообладание, вот это я молодец! Ай да Полина! От меня уходит муж, а я терпеливо слушаю его слова. Даже улыбаюсь. Хоть и не очень, видимо, душевно.

А потом он и правда ушел, наскоро покидав в чемодан вещи. Я слышала, как шуршат пакеты. И вот уже хлопнула дверь, заставив вздрогнуть. Я осталась на кухне, слыша шум открывшихся дверей лифта, как он уезжает вниз. Налила себе бокал вина. Подумала, вылила содержимое бокала в раковину и взяла коньяк. Дорогой, армянский, берегли на особый случай: вот и он, родимый.

В доме стало оглушительно тихо. Тикали часы. Я опустилась на стул, повертела в руках бокал и взглянула в окно, все еще не веря, что так закончился мой двухлетний брак. Как-то… бездарно, что ли? И ведь это Тимур в свое время отбивал меня у другого, красиво ухаживал, боролся до последнего и терпеливо ждал. А когда добился, видимо, стало скучно. Эге-гей, новая недоступная принцесса ждет в другой башне! Вперед, Марио.

Зазвонил телефон: оглушающе громко задребезжал стеклянный стол. Я покосилась на экран: снова помощница и наверняка про очередную проблему на работе. Со второго раза дрогнувшими пальцами я отключила звонок. Подождет до завтра, у меня тут вообще-то мир рухнул. По крайней мере, обвалилась в пропасть весьма значимая его часть.

А потом я допила бокал, добрела до кровати, не чувствуя под ногами опору, и повалилась на покрывало. Приоткрытый шкаф зиял опустошенными полками. И вот именно этот пустой шкаф меня добил. Если раньше подсознание (с коньяком на пару) глушила боль, то сейчас она обрушилась настоящим цунами.

Я без звука уткнулась лицом в подушку вся, молодец – Полина закончилась, а в голове началось что-то бессвязное и мутное. Подумать только! Он ведь меня бросил. Так долго завоевывал, чтобы так подло кинуть, измучив предварительно своими придирками. Предатель. Ненавижу!.. И кредит этот чертов!

Я вспомнила советы из психологического блога и дала выход эмоциям: села на колени и как следует поколотила подушку, представив вместо нее лицо Тимура. Как хотелось сделать ему так же больно, как он сделал мне! Еще немного – и из подушки в буквальном смысле полетят перья.

За что так?! Почему? Я никогда его не пилила, не выносила мозг, как умели многие подруги, я ведь была и-де-аль-ной! Прелесть, а не жена. Всё понимающая, страстная, заботливая!

Подушка полетела в коридор, следом второе одеяло, подсвечник и прочее, что попадалось под руку. Сейчас я чувствовала себя тем самым цунами. Захотелось уничтожить всё, что хоть как-то напоминает о Тимуре.

Ох. Коньяк, похоже, не мой напиток. Вместо потока слез я вдруг начала хохотать, сидя на кровати. Это всё так нелепо. И как я раньше не догадалась? Задержки на работе, постоянные посиделки с «друзьями», поздние звонки. А он просто завел себе другую!

«Тимур и его команда» – любимая книга детства. Самоотверженный, красивый и благородный с головы до пят Тимур из повести. Может, поэтому я влюбилась в своего Тимура? Переложила на него этот образ, примерила, подравняла там-сям – вроде подходит. А может, тому виной его мечтательный взгляд, непослушные вихры темных волос и чисто мужская привлекательность, все остальное я додумала в меру своих сил. А их у меня, как оказалось, ого-го.

Я с трудом стащила с пальца обручальное кольцо и швырнула в угол, а сама осталась лежать в темной комнате, не в силах пошевелиться. Зажмурилась, чувствуя, как кружится после выпитого комната. Провалиться бы уже в сон!..

Сон был душный и липкий. Что именно снилось, не вспомнить, но я не раз просыпалась, сминая простыни, проваливалась снова и вскакивала посреди ночи. Но стоило привстать – обрушивались воспоминания про Тимура, и я снова безнадежно переворачивалась на другой бок. От проклятого коньяка сушило во рту, но не было сил дойти до кухни…

А потом я бежала – бессмысленно и бесконечно долго, прочь от самой себя, от боли, задыхаясь, путаясь в туманных очертаниях прошлой жизни. Не удавалось проснуться. В какой-то момент показалось, что я умираю. Ни вздохнуть, ни открыть глаза, ни подняться, точно всё тело сковало. Никогда больше не буду пить коньяк!

Меня наконец разбудили солнце и духота.

– Вы очнулись!

О да, слава богу, я, кажется, жива… Если это только не голоса ангелов. Признаться, чувствовать себя умирающей было не так плохо – возможная смерть встряхнула и позволила ненадолго забыть о предстоящем разводе. Но я снова жива. Что теперь?

Я приоткрыла глаза и зажмурилась от ярких лучей. Кто же здесь? И вообще, как они попали в мою квартиру? Это Тимур вернулся?..

Но передо мной сидел мужчина и внимательно изучал мое лицо. Незнакомый мужчина. Не юный, но и не старый, лет тридцати с лишним. Суровый – широкоплечий, хищный нос с горбинкой, нахмуренный лоб, темные брови, цепкий взгляд, щеки покрыты щетиной. Может, мне стало плохо и это все же врач?..

О нет, совсем нет. Потому что одет мужчина был вовсе не в белый халат. Даже не в светло-зеленый или синий. Он был в, мать его, старинной кольчуге!

Заметив мой наверняка ошарашенный взгляд, мужчина отстранился, зашумев железом. За ним, соответственно жанру, сияло стрельчатое окно с решеткой, над кроватью раскинулся ярко-красный балдахин, и всё это было, конечно, весьма гармонично…

Но где я вообще?

Я прикрыла глаза, чтобы осознать увиденное.

Попыталась вздохнуть всей грудью, но это было непросто. Словно что-то сдавило легкие: дышать было трудно, шевелиться и вовсе… невозможно. Сонный паралич?

Мне снится чудной сон, в котором я не могу ничего делать. Читала, такое бывает: человек понимает, что проснулся, но будто парализован, двигаются только глаза. Иногда в этом состоянии бывают галлюцинации. Главное, убрать панику и дождаться, когда отпустит.

Несколько раз я открывала и закрывала глаза, но ничего не менялось.

– Леди Найрин, вы меня слышите?

Не стоило труда догадаться, что обращается он ко мне. Насколько я смогла оглядеться, других людей в комнате не было. Значит, это я теперь – некая леди Найрин? Сонный мозг соображал лениво, паники, на удивление, не было, только легкое недоумение. Сердце вообще будто не бьется. Что ж. Стоит подать признаки жизни и хоть что-нибудь выяснить.

Я с трудом смогла кивнуть, и мужчина тут же встревоженно подался ко мне, схватил за кончики пальцев. Слава богу, я их наконец чувствую.

– Я слышу, – приглушенно раздался мой голос.

Немного не мой, но боже мой, большая ли разница! Достаточно того, что я жива, снова могу дышать, говорить и шевелиться хоть немного.

– Вы живы! – Мужчина неожиданно вздрогнул и спешно выпустил мою руку. Кажется, он уже не надеялся на это и разговаривал, как с умершей, – безнадежно, сам с собой. – Простите, что в таком виде. Мне доложили, что вы очнулись, и я оставил поле боя… Лекарь говорил, что вы при смерти и шанс выжить крайне невысок. Уже неделя, как вы не подавали признаков сознания.

Мило… Кажется, в этом мире я кому-то нужна. Вернее, не совсем я, а та леди Найрин, чью роль я непостижимым образом исполняю. Может, сказать ему правду? Я сощурилась, глядя в лицо своего собеседника, по которому скользнула тень.

– Убейте уже ее, Эльд, и дело с концом, – донесся приглушенный голос из-за двери. – Сколько можно надеяться на возвращение герцога. Пусть узнают, что госпожа наконец померла и теперь вы тут заместо нее.

– Провались к демонам, Кай! – резко крикнул мужчина в кольчуге и подошел к двери, мельком оглянувшись на меня: слышала ли эти слова? – Госпожа очнулась.

На его поясе блеснул кинжал, и только сейчас он убрал с него руку. Тело пробил ледяной озноб. Пожалуйста. Мне очень нужно проснуться!

Я почувствовала всем нутром, как же хочется жить, в груди зажглась настоящая ярость, сначала тихая, но все больше набирающая жар. Пошли вы все! Тимур подонок, этот чертов мужик за дверью, желающий моей смерти, и этот в кольчуге, которому я было поверила. Никто из вас не заставит меня бесславно сдаться, ну уж нет!

Я глубоко вдохнула, разрушая оковы смертельной неизвестной болезни, точившей леди Найрин, – и слабость рассыпалась, позволила снова двигаться, дышать, говорить. Я поднялась на постели с легкой болью в затекших мышцах, села, нащупав ладонями опору, и спустила босые ноги на пол.

– Да, очнулась. И я всё слышала, Эльд.

Глава 2
Держись, Штирлиц

Смешанные чувства явно охватили этого мужчину. Он был высок, с широкими плечами и выглядел весьма хмуро и угрожающе, но вместе с тем и немного растерянно. Тоже желал моей смерти?

– Я рад, что вы живы, госпожа, – низко поклонился он, бросив быстрый взгляд исподлобья.

Ну-ну. А только недавно за кинжал хватался. Кто же ты такой, Эльд? Похоже, лучше какое-то время оставаться леди Найрин, чтобы не сочли ведьмой или умалишенной. А то, судя по всему, многие и рады бы, останься я безвольной умирающей.

Ко мне понемногу возвращалась реальность происходящего. Это явно не сон, а значит, и опасность мне грозит самая настоящая. Сердце начало стучать быстрее, дрожь пробежала по телу.

– Мне еще немного нехорошо, – проговорила я тихо, коснувшись пальцами висков. – Что произошло, пока я была без сознания? Кажется, я не всё помню…

– Мне еще раз позвать лекаря? – уточнил мужчина.

Лучше мага, который вернет меня в мою реальность!

– Нет, погоди, – приказала я, добавив в голос начальственные нотки. – Сначала расскажи.

Пусть подчиненных у меня в офисе раз, два и обчелся, а все-таки должность звучала неплохо: начальник отдела по работе с клиентами. В международной, между прочим, компании. Босс пророчил мне успешное будущее, если я не уйду в декрет в ближайший год. И я послушно не ушла, хоть Тимур и пару раз заикнулся о детях. Но слава богу, что я не поверила в его желание!

Эх. Если я умерла и попала в иной мир, то плакало мое успешное будущее горькими слезами. Я поежилась от озноба. Ладно. Будем решать проблемы по мере уменьшения их опасности, и пока на первом плане вопрос: как здесь выжить.

Эльд неторопливо подошел и опустился обратно на стул.

– Мы временно приостановили добычу руды, госпожа. Возле замка неспокойно, недавно погиб один рабочий. Люди начинают снова поговаривать о проклятии, вспоминая все те слухи про Зверя. Новостей про вашего мужа, увы, пока нет. Лорд Ангарет, похоже, пропал без вести.

Надо же, какое совпадение. Прямо как мой бывший супруг… Вселенная решила надо мной поиздеваться? И так стало себя жалко, хоть плачь. За что это всё?! Где я, надолго ли, как попасть домой?!

Черт возьми, я не хочу проживать эту боль еще и в Средневековье.

Наверное, мой вид стал настолько убитый, что Эльд заговорил чуть мягче:

– Мы продолжим его искать, леди Найрин. Прошел уже месяц, но я не собираюсь сдаваться, он и мне был дорог. Однако король ждет новых поставок нашей киранской стали – особенно ввиду последних военных действий…

– Хорошо. Так что, ты говоришь, вокруг замка происходит?

– Поговаривают о разбойниках, госпожа.

Я тихо выдохнула. Так, я в замке, вокруг разбойники, от нас что-то хочет король, а мой муж, судя по всему, он же хозяин замка, сгинул без вести. Эльд наверняка его ближайший помощник – надо узнать у него как можно больше. Кто в этом замке считает меня врагом, что это за мистический Зверь и неясное проклятие.

– Люди очень много поговаривают, Эльд, и мне это не нравится. Мы можем выяснить хоть что-нибудь точно?

Я медленно поднялась с кровати, взявшись рукой за опору. Мельком обратила внимание на свою ладонь: кажется, что ничего и не изменилось. Я по-прежнему вижу свои длинные пальцы, правда, ногти без следов маникюра и, конечно, никакого кольца. Зато запястье оплетал красивый ажурный золотой браслет – наверняка дорогущий!

Но, несмотря на мой настрой, тело отказывалось слушаться. Ноги ослабли после долгой болезни, колени подгибались, и пришлось сильнее ухватиться за деревянную колонну. В глазах нехорошо потемнело. Вдруг я по-прежнему больна?

– Леди, вы не должны вставать! – Эльд быстро подошел и подхватил меня. – Вы еще слишком слабы! Я позову лекаря.

Его дурацкая кольчуга впилась в кожу – на плечах, где длинная сорочка скомкалась, от брони густо пахло железом, а от самого мужчины чем-то древесным и терпким.

Пальцы его оказались жесткими – он довольно сильно ухватил меня, пытаясь удержать от падения. Показалось, что слишком сильно, чтобы просто удержать.

– Осторожней, Эльд, – проговорила я, пытаясь освободиться от его хватки.

Но, видимо, слова женщин здесь мало стоят – не слушая моих возражений, он приподнял и уложил обратно на постель. И сам будто удивился внезапной близости, замер на мгновение, не в силах выпустить до конца.

И вспомнился, как назло, запах Тимура, его объятия, которые мне, вот уж теперь точно, едва ли ощутить. Я разозлилась сама на себя и отпихнула Эльда.

– Оставь меня, говорю! Я в порядке!

– Простите, госпожа. – Он выпрямился и отвел темный взгляд. – Я хотел как лучше.

– Хорошо. Позови мне лекаря и принеси что-нибудь поесть. Кажется, я успела проголодаться за эту… неделю.

Кормили, надо признать, здесь неплохо. Просто, но горячо и сытно: хлеб, томленая индейка с овощами. Видимо, день перевалил за полдень – это больше похоже на обед. Я с заторможенным интересом попробовала блюда, которые служанка принесла на большом подносе.

Странно, конечно. Обычно новая жизнь начинается с рождения, а у меня как-то нелепо – с середины. Но что теперь! Ни слезами, ни нытьем, очевидно, делу не поможешь. Колотить подушку я уже тоже пробовала.

Все еще не так плохо, особенно если у меня будут «свои» люди, как этот Эльд. С ним, правда, не так просто, если он благородного происхождения и друг пропавшего без вести лорда-хозяина, но при этом неровно дышит к его жене – бедной леди Найрин. Похоже, та покинула этот бренный мир и какого-то черта Вселенная решила отправить меня на ее место.

Не успела я окончательно прийти в себя, как в дверь постучали.

– Я могу войти, ваша светлость?

– Можете, – что-то прозвучало не совсем так. – Войдите!

Лекарь оказался совсем молодой человек, не больше двадцати, худой, взъерошенный и бледный. Но, думаю, выбора у меня особо нет.

– Его милость господин Эльденгерд попросил осмотреть вас ещё раз.

С некоторым колебанием он попросил меня пошире открыть глаза, приставил к грудной клетке трубочку с широким основанием и что-то забормотал под нос.

– Вы выглядите здоровой, ваша светлость! – радостно отчитался лекарь, собирая инструменты. – Дыхание в порядке!

И он едва слышно добавил: – Надо же, а я думал, умрет.

– У меня хороший слух, господин лекарь, – прохладно отозвалась я.

Господин? Сеньор? Как у них тут вообще принято? А, ладно, пусть спишут на бред после долгой болезни, а там разберемся.

Лекарь вздрогнул и сбивчиво сказал:

– Я говорю, слава всепрощающей Матери, что вы живы! Мы молились за ваше здоровье всю седмицу. Это настоящее чудо!

Знал бы ты, лекарь, что такое «настоящее чудо» и кто перед тобой на самом деле, – держу пари, описался бы от восторга.

– Значит, я могу вставать?

Паренек смерил меня подозрительным взглядом. Что, слишком живая «умирающая»? Даже сделал пару шагов, чтобы осмотреть со всех сторон. Наконец нерешительно кивнул.

– Обычно я рекомендую сделать кровопускание – это помогает освежить организм. Вы выглядите бледновато, ваша светлость. Возможно, вам стоит остаться в постели еще на неделю, чтобы…

Себе кровопускание делай, садист.

– Довольно, хорошо, я поняла, – улыбнулась я максимально доброжелательно. – Я буду себя беречь.

Паренек от моей «доброжелательной» улыбки стушевался еще больше, снова закивал и наконец покинул комнату.

Я откинулась на подушки, заботливо подложенные служанкой под спину. Хорошо, конечно, почувствовать себя на минутку богатой барыней, но тревожные вопросы на давали расслабиться. Я напомнила себе, что уже не в безопасном современном мире, а явно временах более диких и жестоких. Раскисну, как леди Найрин, – и тут же найдутся желающие от меня избавиться.

Я снова попыталась встать, на этот раз более успешно. Комната больше не качалась, голова перестала кружиться. Ноги у меня оказались босые, довольно стройные и действительно бледные. Как и положено местной леди, полагаю. Интересно, это наш мир в прошлом или какая-нибудь параллельная реальность?

Зеркал в комнате не было, но волосы у меня были темные, длинные, длиннее, чем у меня настоящей, но чуть более волнистые. И мягкие. Я даже ощупала лицо, будто это могло бы помочь «увидеть» себя со стороны. На ощупь я казалась себе прежней. Это хорошо – не придется вздрагивать каждый раз при виде отражения.

Надо выйти из комнаты и немного осмотреться, хотя бы узнаю, как на самом деле обстоят дела у моего двойника, многие ли готовы поставить крест на леди Найрин после ее долгой болезни.

Мистические Звери и проклятия меня мало пугали – в давние времена каких только суеверий ни придумывали, чтобы объяснить странные явления. А вот людская жестокость беспокоила куда сильнее.

Я огляделась. На двух стенах висели гобелены со сценами из придворной жизни. Ко мне обращаются «ваша светлость», значит, я могу быть какой-нибудь графиней или герцогиней. Герцогиней, кажется, если не врут мои знания истории. Ее я любила, правда, даже в бредовом сне не могла представить, что однажды вживую окажусь в такой действительности.

А мой хороший друг Эльд, он же Эльденгерд, оказался и впрямь лордом, наверное, какой-нибудь военный титул имеет. Пока нет моего мужа, мог бы править вместо него, но очень хотел спасти меня. Как благородно с его стороны.

Хорошо бы выбраться наружу и осмотреться, где я в самом деле оказалась. Вдоль окон стояли сундуки. Я открыла один и разглядела украшенное блестящими камнями платье, пышное, кружевное. Но, должно быть, у меня есть служанки, которые должны помочь надеть всю эту красоту?

– Ваша светлость. Леди Найрин, – послышался за дверью знакомый голос Эльда.

Наверное, жутко неприлично встречать гостей в этом ночном платье. Особенно после тех неловких объятий. Я вернулась обратно на постель и прикрылась одеялом.

Мужчина вошел, проверяя, в порядке ли я. И явно выдохнул, что не умираю снова. Он уже сменил кольчугу на простую одежду: штаны, рубашку, плотную безрукавку с высоким воротом, только меч по-прежнему остался при нем. Похоже, он пока единственный, на кого мне стоит положиться.

– Эльд, мне нужна служанка, чтобы одеться. Я хочу выйти на улицу.

– Разве лекарь разрешил это вам?

– Разумеется, – терпеливо улыбнулась я этому беспокойству. – Он сказал, что мне необходим свежий воздух – так я быстрее окрепну и окончательно встану на ноги.

Эльд недоверчиво нахмурился. Кажется, его смущала моя манера речи и явно непривычная мимика, но, знаете, сложно изобразить человека, которого ты никогда не видел.

– Пожалуйста, – еще мягче улыбнулась я.

– Вы словно изменились, госпожа, но не могу уловить, в чем дело.

Держись, Штрилиц, ты на грани провала. Несмотря на мои попытки посмеяться, стало по-настоящему страшно. Поймут, что я не леди Найрин, – и что будет дальше? Запрут в темнице или сожгут на костре за непонятное колдовство: как это из другого мира?! И где настоящая леди Найрин? Хотела бы я сама знать ответы на эти вопросы.

– Да? Может. Я так долго была без сознания, что чувствую себя потерянной… Самой не по себе, будто побывала по ту грань и… – Вот тут мой голос дрогнул не понарошку – это была чистая правда.

– Хорошо, – наконец смягчился Эльд, – но только в моем сопровождении. Я отвечаю за вашу жизнь перед его светлостью – клялся защищать вас до последнего.

– Вот и договорились.

Глава 3
Ты не она

Служанка – бойкая и крепкая на вид девушка, – которая приходила мне помогать, удивилась просьбе найти платье попроще. Видимо, покойная леди Найрин и впрямь предпочитала оборки, кружева, драгоценности и прочие украшательства. Я заметила недоумение девушки и быстро пояснила, что еще чувствую слабость.

Поэтому теперь я медленно шла по каменному коридору замка в простом плотном шерстяном платье, и это было непривычно: длинная юбка опутывала лодыжки, под руку меня вел высоченный вооруженный мужчина, и я впервые за долгое время казалась себе… беззащитной.

– Осторожнее, госпожа, – проговорил он, помогая спуститься с крутых ступеней.

Я послушно обхватила его крепкую руку. Думаю, мне еще стоит некоторое время изображать ослабшую после болезни даму, чтобы не вызвать больших подозрений. Хватает и того, какие внимательные взгляды бросает на меня мой страж. Он наверняка хорошо знал настоящую леди Найрин. Так и подмывало выговориться, но осторожность твердила: подожди.

Было ощущение, что Эльд разогнал всех любопытствующих подальше, нам встретилось только несколько слуг, быстро отводящих глаза. Негоже видеть госпожу не в лучшем состоянии?

Когда мы вышли на воздух, во двор, стало будто легче. Лицо овеял прохладный ветер, окончательно прогоняя ощущение дурманного сна. Под ногами земля – обычная, чуть влажная после дождя. Солнце закрыто облаками. Ничего необычного, мир на своем месте.

Я поняла, что за высокими стенами ничего не увидеть, и попросила пройтись подальше. Замок был как замок, не бутафория и не декорации для кино. Всё-таки другой мир. А слабой притворяться не пришлось. Голова и правда закружилась, и я чуть крепче обхватила руку стража.

– Я слышала слова Кая, когда очнулась… – начала я аккуратно выяснять обстоятельства, пока мы пошли по широкой дороге вниз по склону.

Эльд нахмурился.

– Ему предстоит со мной серьезный разговор. После переворота в столице многие… сами не свои. – Эльд дернул краем рта, и под щетиной я разглядела длинный кривой шрам на подбородке. – Мне жаль, что вам довелось это услышать.

Я тяжело вздохнула, тем временем укладывая полученные знания в своей голове, но пока та шла кругом: пропажа герцога, проклятие, рудник, переворот в столице, король что-то хочет.

– Что ж. Возможно, у него были на то основания, так сказать.

Прозвучало мысленно снова: «Убейте ее, Эльд, и дело с концом».

– Что вы имеете в виду, леди Найрин? – качнул головой мой спутник и нахмурился.

Да уж. Я надеялась, это он мне скажет, что я имела в виду!

– Ну… моя тяжелая болезнь и слабость, вот и вам приходилось сидеть со мной рядом. А кругом столько происходит: на руднике, разбойники.

Ещё никогда я не чувствовала себя так глупо. Говорю о том, в чем вообще не разбираюсь, надеясь, что мне помогут.

– А, вы об этом, – с заметным облегчением отозвался Эльд.

– Вы думали, я о… – Я замолчала, давая ему шанс продолжить свою загадочную фразу. Споткнулась о камень и опустила взгляд в землю, глядя на вытоптанную траву.

– Да. Я помню ваши слова о том, как вы желали смерти.

Вот как! Значит, мое местное воплощение было настолько слабо. Что ж вы так, леди Найрин? Жизнь, конечно, местами гадская штука и поворачивается неприятной стороной, меня саму предали, отправили неведомо куда, но…

Но я все равно не откажусь от нее так просто.

– У нас всех порой бывают минуты слабости.

Мы остановились у подножия замка: петляющая дорога уходила вниз с холма, за которым открывался вид на по-настоящему бескрайний лес. Глушь и простор. Разве что с той стороны долины за пределами замка тянулись ряды деревенских домов, а так – высокое небо, крики птиц и ветер.

За замком с острыми, покрытыми черепицей крышами торчали горы, на вид холодные и колючие. Где-то внизу темнел лес, но дорога продолжалась и выглядела вполне уютной.

Однако Эльденгерд остановился, будто соблюдал незримую, но давно оговоренную между нами границу.

– Мы можем ещё пройтись, чуть дальше?

Эльд ступил на дорогу ниже, став со мной на одной высоте, оперся на ногу и проговорил с подозрением:

– Вы ведь не любили то место, госпожа. Всё просили его светлость уехать обратно в имение, несколько последних месяцев твердили. Я вас не узнаю.

Я задумчиво прикусила губу. Раз муж леди Найрин здесь потерялся, все равно она наверняка ждала бы до последнего.

– Пока есть надежда, что мой муж жив, я никуда не уеду. Знаете, Эльд, когда оказываешься на пороге смерти, многое пересматриваешь. Тем более когда кое-кто считает меня здесь лишь досадным обстоятельством на пути к власти. – Я запнулась на мгновение. – Не хочу больше без сил лежать на постели и смотреть, как время отсчитывает оставшиеся мне мгновения.

Эльд еще сомневался в моей «нормальности», но мне показалось, что подозрительность в нем сражается с желанием дольше пробыть со мной наедине – а дорога вниз могла быть достаточно долгой. И мне не помешает выяснить еще хоть что-то, прежде чем я столкнусь с остальными обитателями замка.

В конце концов он кивнул и снова протянул мне согнутую руку для опоры. Он был молчалив, а может, сосредоточился на моем близком присутствии.

Вселенная, удивительная ты штука. Перенесла меня сюда, чтобы я снова вспомнила, как это, когда тобой восхищаются и жаждут? Жаль, мне сейчас не хочется приближаться ни к одному из мужчин: внутри словно льдом стянуло.

– Если почувствуете себя плохо – обязательно скажите.

– Не сомневаюсь, что вы донесете меня до замка в случае чего, – позволила я себе улыбнуться, скользнув взглядом по хмурому профилю стража. – Когда, вы говорили, король ждет поставки руды?

– Через две-три недели. Но когда погиб Доборг, остальные тоже перехотели работать. Третья смерть за месяц. Горняки говорят, что Зверь требует свою жертву, а никто ею становиться добровольно не хочет. Я попробую разобраться, но жду возвращения мастера.

– Как же он погиб? Этот… Доборг.

Хоть этот вопрос должен что-то прояснить!

– Его нашли бездыханным в шахте после суток пропажи. Следов крови, ударов или травм не обнаружили, как и всегда. Просто смерть.

Мы спустились по дороге уже достаточно далеко. Деревья сгустились, опутав дорогу тенями, стало даже немного зябко. Особенно после таких разговоров про мистические смерти… Эльд почувствовал мой озноб и чуть крепче сжал руку, дивясь, должно быть, моему отчаянному поступку, но уверенно вел меня по дороге.

Захочет он сейчас дать волю своим чувствам – и я, наверное, даже не смогу его остановить. Но надо не забывать, что я здесь госпожа по праву. И стоит надеяться, что, как в прошлом нашего мира, к дамам все же есть определенное уважение и джентльменство.

Что я надеюсь увидеть? Пожалуй, уже можно и вернуться в замок. Не так просто оказалось играть роль уверенной в себе женщины, тем более моя уверенность слегка пошатнулась…

Вдруг за одним из деревьев мелькнула тень.

Я вздрогнула и отвернулась, точно это тот самый Зверь может сейчас следить за мной исподтишка.

– Вы боитесь? – спросил Эльд, заметив это движение.

– Хочу убедиться, что не Зверь утащил моего мужа.

Но спину точно сверлил чужеродный взгляд: неотступно, настойчиво, пробирая до нутра жгучим холодом. Я смотрела по дороге вперед, но то и дело ненароком осматривалась – никого.

Интересно, каким был супруг леди Найрин? Она тоже тосковала без него после пропажи или была к нему равнодушна? А может, это он покинул без предупреждения. И теперь, вместо того чтобы держать ответ перед королем и заниматься проклятым рудником, веселится и наслаждается жизнью в каком-нибудь более уютном месте!

При упоминании мужа Эльд напрягся. Прошел еще несколько шагов и остановился передо мной, скользнул рукой вниз и едва заметно коснулся моих пальцев.

– Что вы будете делать, если он… никогда не вернется, леди Найрин?

Вот как! А совсем недавно, когда я только очнулась, он отшатнулся после такого касания, точно ждал, что я ударю за нахальство. Теперь заметил во мне изменения – может, Найрин никогда не позволяла быть так близко, как я.

– Не говорите так! – вырвала я свои пальцы из его руки.

Кажется, я еще долго не захочу чувствовать мужчину так близко. Эльд хотел что-то добавить, но его отвлек шум в стороне.

Я тоже оглянулась – в противоположную от той, где мне привиделся чужой взгляд.

– Подождите минуту, – приказал мне Эльд.

По правую руку протянулся длинный горный хребет, закрывая от ветра и неведомой опасности. И все же оставаться здесь одной не хотелось. Но Эльд уже направился под тень деревьев, и окликать я не решилась.

А зря. Стража не было уже несколько минут – я не могла разглядеть в густых кронах его темнеющий силуэт, и казалось, позади что-то шевелится. Может, тот Зверь из рудника?

Ледяной ужас пробежал по коже, и я не выдержала – шагнула, торопливо оглядывась, вслед за Эльдом. Тот словно растворился в лесу! Не хватало, чтобы еще один мужчина сгинул бесследно на моих глазах! Черт! Черт!

Не успела сделать и трех шагов, как чужая рука обхватила рот, не давая кричать. А вторая прижала за талию к жесткому доспеху – с холодным металлом. Я отчаянно замычала.

– Мол-лчи, – приказали мне таким глубоким голосом, что мне бы замереть, как добыче перед хищником.

Он резко прижал клинок к горлу.

– Где Эльд? – упрямо просипела я, застыв. – Что вам от меня нужно?

– Пропал твой муженек, туда ему и дорога. – Клинок в его руках дрогнул и впился в кожу, царапая ее. В речи послышалось едва заметное западание. – И тебе вслед за ним. Мацурская дрянь…

Казалось, он пытается найти в себе сил, чтобы и впрямь убить. Какого дьявола все тут угрожают мне смертью?! Какого дьявола вообще это всё?!

– Да давай, убивай! Мне плевать!

Может, умру тут – вернусь в свой мир, и дело с концом. Хоть не хотелось проходить через боль, но внутри и без того только ярость и отчаяние.

Но паника вдруг придала сил. Я почти вырвалась из хватки, чтобы на мгновение увидеть напавшего. Это его взгляд я видела среди деревьев! Резкий, хлесткий, ненавидящий. Скулу рассекал тонкий шрам, второй перечеркнул бровь. Темные волосы стянуты на затылке. По виду настоящий разбойник, про которых говорил Эльд.

Он вдруг прижал ладонь к моей шее справа, вцепился кончиками пальцев в волосы, заставил откинуть голову назад. По телу будто электрический разряд пропустили – пальцы онемели, сердце болезненно сжалось. Разбойник бросил недоверчиво, сощурившись:

– Ты будто не она…

Вот как! Он выпустил меня, и я с трудом отшатнулась.

– А ты кто такой? – Я уперлась спиной в ствол дерева, пытаясь нащупать хоть какую-то ветку для защиты.

Первый ужас отступил – я уставилась на разбойника в упор.

На нем был лихо накинут через плечо темный плащ, крепкую грудь обтянул кожаный доспех, поверх тянулись ремни с оружием. Вопреки ожиданию лицо мужчины казалось не таким уж разбойничьим – в зеленых узких глазах светился ум, а черты были скорее аристократическими. Надо же!

– Леди Найрин! – раскатом грома оглушил голос Эльда.

А со стороны дороги я заметила, как от замка спешит стража, и успела крикнуть, что тут, прежде чем разбойник снова ко мне приблизился. Казалось, то, что он почувствовал меня другой, не леди Найрин, здорово сбило его с толку. Еще мгновение он раздумывал, убивать меня или утащить с собой – я приготовилась защищаться из последних сил, – но он только усмехнулся.

На долю секунды я отвернулась к идущему стражу, а этот лесной бандит отступил назад, и вскоре я не могла разглядеть его среди деревьев.

Глава 4
Как там, по ту сторону смерти?

– Как вы? Я, кажется, видел троих, но быстро смылись, ублюдки. Больше ни на шаг не отойду.

А я видела одного, который стоил твоих троих! Черт! Меня едва не убили! Но говорить про него почему-то не хотелось. Он сразу понял, что я не леди Найрин. Понять бы, как?..

– Вы в порядке?

Эльд склонился надо мной, глядя, как я тяжело упираюсь одной рукой в ствол, а вторую прижимаю к животу, чтобы восстановить дыхание.

– Голова… закружилась.

– Я же говорил, что вам нельзя так много ходить после болезни, – нахмурился Эльд и тут же скомандовал двум подошедшим стражам: – Берите подмогу и прочешите весь этот проклятый лес! Прямо сейчас! Быстрее!

Сам подхватил меня под одну руку и повел вверх утомительно-медленно, но вырываться я не стала и позволила себе повиснуть на его крепкой руке, прислушиваясь к бешеному биению сердца. Пусть. Переведу пока дыхание и попробую осознать всё, что случилось.

– Кто эти разбойники могут быть? – спросила с усилием и осторожно оглянулась.

– Как пропали его светлость, начались какие-то движения. Мы вам не говорили, думали, разберемся. Но кто-то из них очень настойчив. А как вы слегли, госпожа, так и вовсе обнаглели и начали переходить границы замковых земель.

– Но что им может быть нужно? Личные счеты?

Я вспомнила пробирающий голос бандита, ненавидящий взгляд и поежилась. За что-то он ненавидел меня и мужа, за что-то, случившееся в прошлом.

Прекрасно! Я уже говорю «меня», хоть от меня тут только этот бесполезный внутренний голос, зато от леди Найрин все остальное: слабость в теле, ненужное внимание стража, мутное прошлое и ненависть окружающих.

– Я выясню, леди, – глухо отозвался Эльд.

Вскоре мы достигли замка, и мне было велено вернуться в свои покои и не делать резких движений, прежде чем то не разрешит лекарь.

– Вы нужны нам живая. – Он остановился в дверях.

– Я бы поспорила с тобой, Эльд! Далеко как не всем.

Он сделал шаг ближе, пересекая порог, и замер, обхватив меня за плечо:

– Вы нужны мне. – Он тяжело вздохнул, точно сам не верил, что сказал это вслух. Остался рядом непозволительно долго, а я не решилась оттолкнуть сразу, и теперь это выглядело почти как объятия. Казалось, он наслаждается этим мгновением. – Никто больше не посмеет сказать так о вас. Доверьтесь моему слову.

Едва ли ты в силах контролировать всех вокруг, страж… Оставшись одна, я обернулась и посмотрела в узкое окно.

Итого, что мы имеем: верный страж – одна штука, предатель в замке – точное количество неизвестно, разбойник резкий и дерзкий, с личной ненавистью – одна штука. Добавить к этому неясное прошлое, пропавшего мужа, который должен бы разбираться с такими вопросами, неведомого Зверя в проклятом руднике – и получаем замечательный коктейль под названием «Страдающее Средневековье». Помню, раньше я смеялась над мемами из этого паблика. Теперь смеяться что-то расхотелось.

И я еще переживала из-за предательства Тимура. Какая это, однако, оказалась мелочь по сравнению со всем, что происходит теперь!

Раздался громкий стук, я нервно дернулась и уронила со стола вазу – та разлетелась на кучу осколков. Как бы я ни пыталась делать вид, что всё под контролем, всё в порядке – всё не было в порядке.

– Ваша светлость, можно войти? – прозвучал женский голос за дверью.

– Да, – выдохнула я.

Вошла та же служанка, которая помогала мне одеться. Неловко, что не могу назвать ее по имени, но и притворяться потерявшей память не хочется. Может, обмолвится при случае.

У девушки были заплетенные в тугие косы волосы за плечами, довольно резкие черты лица, высокий лоб и чистая белая кожа. Глаза смотрели без особого подобострастия, и я решила, что отношения с этой служанкой у герцогини были более близкие, чем с другими.

Она увидела осколки, не выказала никакого удивления, лишь крикнула за дверь, чтобы мусор убрали с пола.

– Лекарь просил передать вам целебный отвар для укрепления сил.

Служанка ловко поставила поднос с кувшином на столик у окна. Пахло на удивление приятно: почти как горячий глинтвейн. Может, здесь это считается «целебным отваром для укрепления сил»? Что ж, после нашей прогулки до рудника будет самое то!

– Спасибо…

Я взяла стакан с отваром и посмотрела, что руки слегка дрожат. Служанка тоже заметила, но, наверное, списала на слабость от болезни. Я же хорошо понимала, что это от встречи с опасным лесным товарищем – не удержавшись, я потерла поцарапанное горло. Слава богу, крови на пальцах не оказалось.

Служанка замерла в ожидании, не уходя. Я опустилась на край постели и попросила:

– Присядь. – Девушка охотно села на кресло и посмотрела на меня с сочувствием. – Как ты? Эльд сказал, в замке многие напуганы.

– Сказать честно, не думала, что ОН пробудится, – снизила голос служанка и даже оглянулась быстро, хотя сильного страха я в ней не ощущала. – Всегда считала это бабкиными сказками, но третья смерть за месяц – уже не шутки.

Да, смерть без травм и крови выглядит загадочно. Надо разузнать побольше про этот рудник и жуткого Зверя. Кто знает, может, в этом мире и впрямь существуют проклятия. Хм, а может, там дело в простых завихрениях воздуха или отравлении газом?

– Лучше расскажите, как вы, госпожа. – Она склонила голову набок, и вместе с сочувствием проскользнуло любопытство. – Лекарь предупреждал, что можно готовиться к похоронам!

– Как видишь, умирать я передумала, – проговорила я.

Служанка с облегчением кивнула. Казалось, «мое» желание умереть вызывало здесь не столько сочувствие, сколько стыд. Похоже, герцогиня Найрин не очень-то вписывалась в это общество.

– Ваша отвага меня восхищает, госпожа, – в явно дежурной фразе прозвучали нотки искренности. – Как там? – Она подалась ко мне. – По ту сторону смерти?

Я хмыкнула. Вот хотела бы ответить на этот вопрос, но, похоже, бессовестно проспала момент собственной смерти… и нового рождения. И почему я так спокойна на этот счёт? Ведь если подумать, мне было что терять.

Может, тот мир был иллюзией умирающего мозга. А он тот у меня, оказывается, затейник. По крайней мере, сейчас я чувствую себя слишком настоящей, чтобы сомневаться в реальности происходящего. Я даже ущипнула себя за предплечье.

– Там по-другому, – уклончиво отозвалась я. – Совсем. Это сложно описать…

– Понимаю, – с готовностью кивнула служанка. – Но просто мало кто возвращался оттуда, а меня с детства всё интересует этот вопрос, как это – перестать жить. – Она вздохнула и сказала вдруг: – Зато ваш верный страж господин Эльдгерд готов был сражаться за вас до конца.

– Да, – рассеянно согласилась я. – Он говорит, что я еще нужна.

– Конечно, – многозначительно приподняла девушка брови. – Он всё места себе не находил, а потом и вовсе к колдуну поехал.

– К колдуну, говоришь?..

– Ну да, хотя раньше говорил, ни в какую магию не верит. Вы уж простите! Знаю, что не любите колдовство! А тут вон оно как, поехал как миленький и, говорят, немалую сумму денег взял. Ой, надеюсь, вы ему не скажете, что я тут болтаю… Узнают про магию – сживут господина стража со света, сами знаете, как у нас тут к этому относятся. Очень он хотел вас вернуть. А то сначала лорд, потом вы при смерти – очень в замке тягостно стало, ваша светлость.

– Только вот Кай так не думает, – пошла я ва-банк: это были все сведения, которыми я обладала.

Девушка нахмурилась.

– Да, некоторые до сих пор не принимают. Но я-то понимаю, что это просто жизнь другая. У вас в Мацуре совсем другие традиции, вы ведь поближе к королю будете, чем у нас тут в Кирании. И вам ни к чему ни сражаться, ни мечом владеть, как у нас принято, ваша доля поважнее – замком руководить, связи полезные поддерживать. Знаете… Я рада, что его светлость выбрал именно вас пять лет назад.

Кое-что становится яснее. Я отметила, что она была вовсе неглупа, хотя порой и прямолинейна. Но, кажется, с ее помощью я смогу разузнать побольше, чем от закрытого, сдержанного Эльда.

– А я рада, что ты на моей стороне, – произнесла я серьезно.

– Я не из тех, кто носится со своими предубеждениями! – горячо воскликнула она. – Распорядились Высшие так, что вы в нашем замке хозяйка, значит, так оно им зачем-то нужно. А глупости говорить про то, кто заслужил или нет, – то не от большого ума. Вот я так считаю, ваша светлость.

– Спасибо. Знаешь, я тут многое переоценила за время болезни… и не хочу, чтобы все было как прежде. Как ты говоришь, раз Высшие распорядились так, что я тут одна осталась, значит, так оно и нужно.

– То я и смотрю, госпожа, вы как очнулись – сама не своя, – хихикнула девушка. – Даже ни разу имя мужа не помянули и плакать не плачете. Даже смотрите по-другому как-то, иначе. Прям не узнаю вас порой, хоть так привыкла за этот год. Думаю, пройди я через такое же испытание, тоже прежней бы не стала. Ну… если бы почувствовала эту близкую смерть и все такое…

Я кивнула. Ещё как «сама не своя»! Но какая же она болтушка, однако! Может, и про лесного бандита знает что-то? Но спросить я не успела, потому что она поднялась.

– Простите меня, госпожа, но мне нужно вас покинуть! Я могу еще что-то сделать?

– Ты куда-то торопишься?

– Да, конечно! Через два дня уже турнир.

На мой непонимающий взгляд служанка пояснила терпеливо:

– Я ведь первый раз выступаю на соревнованиях, вы помните?

«Нет», – покачала я головой и чуть виновато пожала плечами.

Она вздохнула: что взять с едва не помершей госпожи, которая целую вечность провалялась в постели.

– Будет первое сражение на коротких мечах. И мастер Альберт меня уже очень хорошо потренировал. Думаю, я готова! Заодно проверим новое оружие, он выковал из нашей киранийской стали специально для меня.

Вот оно как! Я оценила взглядом свою служанку заново. И впрямь, она казалась весьма крепкой. Значит, женщины здесь сражаются наравне с мужчинами? Интересный мир…

Пожалуй, и мне не помешало бы уметь за себя постоять!

Я вспомнила клинок, приставленный к горлу, крепкие мужские руки, запах пота, стали и брошенное с ненавистью оскорбление. Горящий взгляд и желание меня уничтожить.

– Может, и мне стоило бы сходить к мастеру Альберту.

Я встала с края кровати и прошла до окна. Снова бросила взгляд на изнеженно-королевские интерьеры на картинах леди Найрин: становится всё понятнее, почему она здесь не нашла себе места. А как пропал муж, похоже, только и делала, что сохла от тоски и хотела умереть. Неужели я тоже могла дойти до такого?

– Прежде вы никогда… – удивленно проговорила служанка за спиной, – даже не допускали мысль, что леди может держать клинок в руках.

Я обернулась слишком резко – покачнулась от слабости. Но все равно ответила с упрямой улыбкой:

– А сейчас думаю, что клинок, выкованный из киранийской стали, вполне достоин того, чтобы взять его в руки.

Глава 5
Его светлость Рейнард Дикий

Рейнард быстро свистнул, подозвал коня и вскочил верхом. Обернулся еще раз – за деревьями вдалеке мелькал силуэт в темном платье и бряцало оружие на здоровенном страже. Кратким жестом Рейнард приказал своим возвращаться.

На сегодня разведка окончена, он видел все, что хотел. Осталась кучка стражей, слабая хозяйка, едва вылезшая из смертельной хвори, да десятка три воинов, которые не так уж ей и преданы.

Но мысли, как назло, вернулись к этой хозяйке. Встреча была внезапной, ведь говорили, она при смерти: но нет, дошла сама и не казалась едва живой. Даже сопротивлялась. Надо было убить ее, и дело с концом. Свершить давнюю месть, вернуть свое по праву, а уж королю он докажет, что достоин владеть Нейшвилем. Больше, чем любой другой.

Он невольно потер шею.

– Эй, пошли уже, – приблизился верхом Хэйвуд.

– Сейчас догоню, – отмахнулся он.

Тот поцокал и что-то проворчал про себя, но коня развернул, а Рейнард остался ненадолго на месте, глядя вслед удаляющимся к замку. Леди Найрин еще раз оглянулась, мельком, явно в его поисках – но едва ли она сможет разглядеть его в чаще.

За эти тринадцать лет он впервые встретился с ней лицом к лицу. И хоть знал точное описание, всё равно ожидал другого. Испуга, бледности, падения в обморок, а не такого яростного отпора, не этих горячих темных глаз. И ведь она должна была, как и ее муж, быть под властью проклятия. Но нет, с ней что-то было не так, и это мешало.

Рейнард вспомнил своё касание к шее Найрин, где, как и у него, должна была тянуться незримая вязь. Рейнард пустил коня вперед, не желая сейчас об этом думать. Они готовили нападение на Нейшвиль слишком долго, чтобы сейчас переменить решение.

Не хотелось, чтобы они знали, кто именно придет под маской разбойника.

Пока король разбирается с беспорядками на востоке. Пока герцог пропал без вести – а может, Зверь уже забрал его. Пока всё как нельзя лучше, и ничто не должно мешать вернуть то, что принадлежит по праву.

Спустившись с холма, Рейнард пустил коня таким быстрым галопом, что ветер хлестал в лицо со всей силы. Он открылся ветру и наслаждался этой силой и мощью. Злость переливалась по венам и подогревала и без того кипящую кровь.

Смеркалось, солнце уже катилось за горы, бросая багряные отблески на скалистую поверхность. Выцарапывая на склонах кровавые полосы. Такие же тянулись по сердцу. Рейнард мотнул головой и отбросил ненужные воспоминания.

Он бросил быстрый взгляд на тонкие струи дыма, ползущие на ветру в паре верст отсюда. Даже если стражи в замке и видят их – сделать ничего не смогут. Они разойдутся в лесу быстрее, чем громыхающие железом воины спустятся с этой горы.

Жеребец разгорячился, и Рейнард перевел его на шаг. Впереди начинался их лес, куда никто из королевских ищеек не осмеливался соваться уже долгие годы. Рейнард хмыкнул. Подумать только, каким ветром занесла его судьба!

– Рей! – радостно встретила его Майлис.

Она направилась к нему, чуть пошатываясь, – уже успела отметить возвращение.

– Привет, Лиса, – кивнул Рейнард и спешился.

– Я снова с вами! – улыбнулась бывшая напарница. – Ты ведь рад, скажи, а?

За время, что они не виделись, Майлис будто еще больше похудела и сейчас легкой птичкой вспорхнула ему на шею, обвила руками и повисла.

– А чему радоваться? Ещё нем-много, и от тебя останется только тень. – Майлис спрыгивать не собиралась и доверчивой кошкой потерлась носом о шею. – Как твои похождения?

Он все же отлепил девушку и поставил на землю. Густо подведённые чёрным глаза Лисы блестели восторгом, точно у сороки при взгляде на блестящее сокровище.

Видимо, придётся ещё раз рассказать, что он вовсе не сокровище. И лучше ей держаться подальше. Всего на одну ночь забылся и позволил Лисе пробраться в своё убежище, куда никому больше не было входа, а она теперь считает, что обладает особыми на него, Рейнарда, правами.

– Было интересно. Потом скучно. Потом опять интересно. И снова тоска. А потом я узнала про твои планы. И угадай, от кого? Конечно, не от тебя. И поняла, что без моей помощи ты просто пропадёшь!

– Куда без тебя. – Он хмыкнул, опустил руку ей на плечо и повёл в сторону лагеря.

– Говорят, ты видел саму герцогиню. И как она? – Лиса попыталась вывернуться, чтобы взглянуть ему в глаза, но Рейнард не пустил, заставил идти рядом.

– Что именно тебе интересно?

– Ты так долго искал этой встречи. Мне любопытно, что почувствовал. Какая она из себя? Мацурская сволочь, которая вместе с муженьком влезла на наши земли! Небось старая гадкая карга.

– Узнаю твою категоричность. Не поверишь, ей двадцать пять, Лиса, как и тебе.

– И это все, что ты расскажешь? Оу, Рей, ты снова как железный сундук!

– Она молода, и на ней только часть вины. Но я все равно убью ее, чтобы вернуть свои права, и заодно окажу любезность: смерть за смерть.

Майлис заливисто расхохоталась.

– Вы само очарование, лорд Рейнард! Позвольте отвесить вам реверанс.

Лиса не очень ловко присела, будто на ней не кожаные штаны с кучей ремней, а пышная юбка настоящей леди.

– Ты забыла поклониться. Наст-тоящие леди должны быть скромны и застенчивы.

Рейнард снова улыбнулся, точно недавно не кипел от ненависти при встрече с такой особой. Леди Найрин, супруга мужчины, который однажды лишил его всего. И она, как верная жена, должна была разделить судьбу мужа.

– Простите, ваше светлость.

– Ваше сиятельство, – поправил он ее, когда они уже подошли к самому большому шатру лагеря.

– Ну все, убедил, я не гожусь в леди, – выдохнула она с разочарованием. – Ну и слава Высшим, мне такая жизнь не по нутру.

Она ненадолго замолчала, потом остановила его и встала напротив, смешно нахохлившись. И спросила на сей раз серьезно:

– А ты, Рей?

– А что я? – отозвался он, снимая с плеч тяжелый, вымокший от вечерней росы плащ. – Я тоже не гожусь в леди.

– Я серьезно.

– Что ты от меня хочешь? – выдохнул Рей-нард.

– Что ты будешь делать потом? Когда мы вернем тебе Нейшвиль, ты заручишься поддержкой нового короля, может, даже вернешь титул.

– Прощай, вольная жизнь! – Рейнард повел плечами и бросил плащ на крепкую ветку.

– Ты правда этого хочешь?

– Что ты прицепилась ко мне, хвостатая? Я должен быть здесь. Я был здесь рожден, воспитан, я принадлежу этим землям и хочу ими владеть. Верну нам рудник и лучшую в мире сталь. Я знаю, как этим распоряжаться. – Он резко ухватил Майлис за край подбородка и сказал, прищурившись: – И есть еще то, что твоей рыжей морде знать не положено.

А вот сейчас Майлис готова была обидеться всерьез.

– Рейнард Дикий превратится в Рейнарда Домашнего?

– Или в Рейнарда Мертвого.

– Предлагаешь не ходить с тобой?

– Я никого не заставляю.

– Не дождешься. – Лиса крутанула воображаемым хвостом и скрылась за деревьями, напоследок бросив на него грозный взгляд.

Стремительно темнело. Кто-то подкинул в костер веток – пламя взметнулось выше.

– Рей, только тебя ждем! – крикнул сидевший у огня Бреннан.

– Иду.

Основная банда собралась вокруг костра с кружками в руках. Видимо, Лиса успела уже отметить свое возвращение в тесной компании, пока его дожидалась.

Парни тихо переговаривались о своем, от дальних лагерей доносился смех. Здесь же, вокруг главного шатра, все на мгновение стихли, когда он подошел. Переглянулись между собой, точно только что его и обсуждали.

– Все кости перемыли?

– Еще нет, – скорчил Бренн гримасу. – Ждем, может, ты нам что подкинешь.

Рейнард уселся на широкое бревно и взял предложенную кружку. Пахло ароматно и согревало. Он не торопился говорить, сделал несколько глотков, с наслаждением чувствуя остроту и терпкость напитка.

– Ну что. Готов к бою? – заговорил Хэйвуд. – Когда?

Рей задумчиво уставился на носки сапог, протянул их к огню и покрутил, ловя на матовой коже огненные отблески.

– Мне надо посмотреть еще кое-что.

– Пока ты смотришь, они уже сообразят и подготовятся, Рей. Вон, слышали, турнир организовали, сейчас соберут себе целую армию жаждущих нашей крови со всего края.

Турнир, значит. Рейнард представил это зрелище. И невольно вспомнил чужеродный взгляд леди Найрин, ее отчаяние и на удивление грубые для леди слова, брошенные низким с хрипотцой голосом: «Хочешь убить? Давай, плевать!»

Она даже умудрилась вырваться из его хватки, прежде чем он поймал снова. Показалось, ноздрей коснулся запах ее волос и кожи. И желание убить ее смешалось с желанием причинить боль, заставить вскрикнуть, просить о прощении.

Он вспомнил, как рвано она дышала, пытаясь убрать нож, как дрожала ее рука под его. Под простым платьем чувствовал изгибы тела, упругость напряженного живота. Проклятье, это была очень странная смесь ощущений! Только что с ней не так? Он почуял вмиг, что леди Найрин не та, за кого себя выдает.

– Когда? – отрывисто уточнил он.

– Послезавтра.

Парни что-то продолжали обсуждать, но Рейнард задумался о своём и отвлекся. А позже, когда все наконец разошлись и утихли, остался один в своем шатре. Подошел к старому сундуку, обитому железом.

Рейнард присел на корточки, откинул крышку и поднял плотную хлопковую рубаху. Еще один мягкий доспех, и вот под ним заблестел металл. Рейнард осторожно вытащил шлем из киранской стали. Одна из немногих вещей, что осталась от его прошлого.

Глава 6
Казнить всех несогласных

Мне снова принесли ужин в постель. Похоже, Эльд не позволит мне разгуливать по замку, пока не убедится, что я здорова. Случай на руднике и моя слабость убедили его в обратном. А может, ему нравится держать меня в комнате – подальше ото всех, как свое личное сокровище.

Но мне такой расклад как-то не нравился. Как и то, что в замке много недоброжелателей и совсем немного союзников. Я бросила взгляд на картины и решила, что попрошу Эльда их сменить. Для начала. А потом, завтра, найду этого мастера Альберта, осмотрю оставшийся замок и буду что-то решать…

«Казнить всех несогласных», – устало подсказал мне мозг. Что ж, по меркам Средневековья это в пределах нормы. По меркам нашего современного мира никуда не годится, но здесь толерантность явно не в моде.

Сумасшедший день. Сумасшедшее все вокруг. Но как говорит народная мудрость, утро вечера мудренее. Надо заснуть. Вдруг проснуться удастся снова у себя дома!..

Но новый день начался так же. Эльд рядом. Стрельчатое окно. Балдахин. Замок.

Блин.

Все-таки влипла.

– Вы снова дежурили всю ночь? – нахмурилась я, сонно глядя в лицо стража.

Тот едва заметно усмехнулся.

– Нет, только вторую половину ночи. Служанка сказала, вы что-то бормотали во сне. Упоминали какого-то Тимура, говорили, что «на работу пора», отдавали приказы. Потом плакали.

Что ж, после выходки Тимура я проронила слезы лишь во сне. Запишу себе как маленькое достижение.

– А вы сидели рядом и подслушивали?

Я с досадой поднялась на постели и обхватила колени руками. Ночное платье чуть не соскочило с плеча – и внимательный взгляд стража прошелся по обнажившейся коже, остановился, как завороженный, на открытых вырезом ключицах.

Я нервно поправила распущенные волосы, перекинув на одну сторону, и Эльд стиснул челюсти, поиграв желваками. Надо признать, скулы у него были выразительные, как и в целом все лицо: отточенное, резкое, но интересное.

– Простите, госпожа. – Он с трудом оторвал взгляд и потом снова на меня посмотрел исподлобья. – Моя обязанность сохранить вашу жизнь.

Слишком уж рьяно. Ты, мать твою, даже колдуна для этого нанял! Не он ли уволок меня в этот мир, интересно?! А ведь колдовство здесь не в чести…

– Со мной уже все в порядке.

– Снова хотите отправиться на рудник? – Он продолжал поглядывать с подозрением.

– Не вижу причин иронизировать, Эльд. Не оставлять же все как есть из-за этого Зверя. Ты ведь сам в него не веришь. Не говори мне, что теперь изменил свое мнение.

Подумалось, что сумей я вернуть людям спокойствие и работу – это будет большой плюс моей репутации слабой и безвольной леди Найрин.

– Не изменил. – Страж поднялся во весь свой внушительный рост и навис надо мной – пришлось даже голову запрокинуть. – Зато изменили вы…

Ох, вот это провал. О таком я не подумала, что сама-то леди вполне могла быть суеверной и тревожной и в Зверя верить. Особенно учитывая, что у нее таинственно пропал муж и все эти мистические смерти!

Но Эльд вроде не угрожал, протянул мне руку, чтобы я могла подняться. Я приняла широкую ладонь, а он неожиданно сильно перехватил за талию и поставил перед собой, вплотную. И спросил резко так, что от испуга тряхнуло:

– Что за дух в вас вселился?!

Грудь стража вздымалась тревожно, нервно, а руки, крепко ухватившие поперек, ощутимо дрожали. Я попыталась отвернуться, увернуться от его пронзительных глаз, но Эльд в конце концов удержал мою голову, поймал взгляд.

– Пусти! Хватит! – голос подвел, сорвался на хрип.

Стало до ужаса страшно, что сейчас он все поймет и свернет мне шею.

– С вами будто что-то не так, не могу понять. Это меня с ума сводит! – Он внезапно коснулся моего лица и потянулся к шее. Вдохнул жадно, точно убеждаясь, я ли перед ним. – Я чувствую это, хотя не могу увидеть… Леди Найрин. Найрин!.. Вы ли это…

От него шла такая мощная волна страсти, многолетней жажды и страданий, что у меня даже слабели ноги от этого напора. Его горячие руки спустились по плечам, коснулись бедер, и на время мне показалось, что я не смогу его остановить. Только с трудом высвободила руки, ударила кулаками в жесткую грудь под рубахой.

– Эльд!.. Да что с вами! Я все еще замужем!

Одержимый! С какой страстью добивается с меня, с такой же может оттолкнуть и предать, узнав о подставе.

Но мои слова окатили стража холодной водой.

– Простите меня, госпожа! – Он порывисто прижал меня к себе и замер, не жестко, трепетно, но не в силах выпустить. Точно ждёт его теперь смертная казнь и надо успеть насладиться секундами. Эльд невесомо коснулся головы, волос. – Простите. Прости, Найрин. Прости.

Я не вырывалась и не пыталась его оттолкнуть. Дала несколько мгновений успокоиться, слушая, как бешено стучит его сердце. Он все же смог взять себя в руки. Эльд сделал медленный вдох и так же медленно и осторожно убрал ладони, отвел в стороны и замер передо мной, закрыв глаза.

Такая мощная, огромная и такая виноватая скала. Теперь, похоже, совесть заглушит подозрения – слишком явно корит себя за порыв.

– Знаете. Я бы хотела позавтракать со всеми. Как раньше. Эльд. Устала… от этой комнаты устала, от духоты и запаха лекарств. – Всеми силами я заставила голос не дрожать и вернула металлические нотки.

Страж кивнул, отступил назад и молча открыл передо мной дверь. Вошла служанка, которая наверняка слышала крики и дежурила под дверью. Она так же молча помогла мне накинуть платье и тоже склонилась.

Я тоже кивнула – самую малость – и со всем нашедшимся в закромах достоинством вышла в коридор, словно ничего только что и не было.

Моя свита пошла рядом, но потом Эльд вырвался вперед, будто чтобы больше не смущать меня своими взглядами. И хорошо, потому что куда идти в этом лабиринте коридоров, окон и лестниц, я понятия не имела.

– Зарин, предупреди на кухне, – на секунду обернулся он к служанке.

Боже, спасибо! Еще одно имя в мою коллекцию. Эльд, Кай, мастер Альберт, теперь Зарина. Жаль, имени лесного разбойника не узнать. Похоже, у нас с ним некая взаимосвязь, но пока я знаю лишь про два небольших шрама, аристократические черты и ненависть ко мне и пропавшему герцогу. Негусто.

Девушка торопливо кивнула и умчалась вперед, а мы снова остались вдвоем, но в этот раз оба ощущали повисшую неловкость после сцены в комнате.

– Зарина рассказала мне про колдуна, – заговорила я, пока мы снова шли почти рядом.

Она просила не выдавать, но я и так хожу по грани. Пусть лучше кое-кто устыдится лишний раз и спишет мое странное поведение на колдовство, к которому сам же и прибег.

Эльд взглянул сумрачно, но кротко.

– Он обещал вернуть вас к жизни.

– И вернул, как видишь. – Страж осторожно выдохнул, явно ожидая от меня яростной реакции. – Я… не держу на тебя зла за это. Хоть, возможно, это повлияло на меня… сама не пойму как. Но что сделал, то сделал.

– Сделаю все, что прикажете, леди Найрин. Без вас моя жизнь не имела бы смысла. И не хочу верить ни в какое проклятие…

– Хорошо бы было так.

В этот момент недалеко от дверей, к которым мы направлялись, попался мужчина, и Эльд невольно выступил вперед передо мной.

– Доброе утро, госпожа, – не очень-то дружелюбно склонил голову мужчина.

Видя реакцию стража, я только кивнула сдержанно.

– Ступай прочь, Кай, – бросил Эльд.

А, так это тот самый Кай, очень мужественно предложивший меня убить, стоя за дверью. Я нарочно остановилась и рассмотрела его внимательней. Низкий лоб, глубоко посаженные глаза и гонора выше крыши. Зато при встрече со мной вдруг стушевался и взгляд-то опустил. Не ждал, что выживу.

– Если вам не нравится в моем замке, то можете покинуть его прямо сейчас.

Похоже, слова я выбрала верные, поскольку этот Кай бахнулся на колени и голову склонил совсем низко.

– Простите мои глупые слова, ваша светлость!

– Посадить его в темницу, госпожа? – уточнил Эльд, повернувшись ко мне.

Ох, значит, и так можно было? Прелестно! Снова всколыхнулась поутихшая было ярость, но нет, никуда она не делась, просто ждала своего часа. И стоило краем задеть воспоминания про Тимура, ненависть разбойника и всё то, что свалилось, – она завладела мной. Какого черта я должна терпеть и страдать? Пошли вы все!

– Да, брось в темницу. Не желаю его больше видеть. Я хочу, Эльд, – мой голос зазвенел, как натянутая струна, – чтобы никто больше не смел даже думать так.

– Простите меня, госпожа, – снова заладил Кай, но мне было уже все равно.

Эльд схватил его за плечо и поволок прочь.

А из-за приоткрытых дверей вышла Зарина, поклонилась тоже, взглянула одобрительно и пригласила меня внутрь. Я по-деловому подобрала подол, перешагнула порог и вошла в большой и светлый обеденный зал. Что ж, кажется, в этом мире тоже можно освоиться.

Всего несколько человек сидели за столом и при моем появлении почтительно поднимались и приветствовали, желая доброго здравия. Я степенно отвечала им и вслед за Зариной последовала на место во главе длиннющего стола, где уже дымились тарелки, накрытые глубокими крышками.

– Приятного аппетита, госпожа, – улыбнулась Зарина.

– Благодарю! Он сегодня разыгрался не на шутку, – улыбнулась я в ответ слегка кровожадно и по очереди окинула взглядом всех собравшихся. Пусть еще хоть кто-то посмеет бросить на меня кривой взгляд!

За столом сидели двое степенных мужчин весьма дородного телосложения, одна высокая сухопарая женщина с высокой прической и еще одна молодая, но не очень симпатичная мадам. Да, помню из истории многолетнее смешение крови с близкими родственниками, браки с кузенами, кузинами и прочими довольно близкими по генам, отсюда и следы вырождения на лицах. Интересно, как все-таки выгляжу я сама?

И тут мое внимание привлекли два портрета из восьми, висящих на стенах. Все люди были изображены в треть роста, но эти два были в полный, и что-то еще привлекало внимание. Я вгляделась в женщину и наконец поняла. Лицо под пышной шляпой с многочисленными украшениями показалось донельзя знакомым – это ведь, черт возьми, мои черты!

Пусть искаженные видением художника, жизнью в Средневековье и не очень приятным выражением лица, но чувство узнавания было тревожным и странным.

Темные глаза, четко выраженные брови вразлет, прямой нос и точно мои губы, только поджатые надменно, с чувством превосходства. Она была красива мрачной красотой, которая вряд ли вдохновляла романтических поэтов, скорее вызывала трепет… Да уж, характер у прототипа явно не из легких.

Впрочем, понятно почему. Я перевела взгляд на второй портрет, по-видимому, супруга леди Найрин. Вот уж точно домашний тиран! Мужик был, может, и привлекателен внешне, но очень уж тяжелый взгляд смотрел на сидящих в зале. Мрачный, недоверчивый, тоже надменный, но я в его чертах где-то неуловимо видела страдающего человека. Который вполне мог за эти внутренние страдания наказывать всех остальных. И по нему так убивалась сама Найрин?

Я зависла, разглядывая картины слишком долго. Зарина даже склонилась и тихо уточнила, в порядке ли я. Может, ждала, что я расплачусь, глядя на портрет пропавшего мужа. Думаю, все собравшиеся восприняли такое естественным, но при всем желании плакать мне совсем не хотелось. Даже вспоминая о своем прошлом. Похоже, свою боль я вытеснила новыми «увлекательными» приключениями.

Или загнала куда-то глубоко внутрь.

Главное, не превратиться самой в такую леди Найрин, которая смотрела на меня с портрета.

– Как твои успехи с мастером Альбертом?

– Хорошо, ваша светлость. – В голосе Зарины прозвучало удовольствие.

– Хочу, чтобы после завтрака ты отвела меня к нему. Договорились?

Я улыбнулась. Надеюсь, на этот раз вышло куда дружелюбнее.

Глава 7
Внешность обманчива

Не дожидаясь возвращения Эльда, я закончила завтрак. Во время трапезы даже умудрилась обменяться ничего не значащими фразами о своем здоровье, погоде и грядущем сезоне гроз. Важные темы вроде проклятий, смертей на руднике и требований короля все тщательно обходили стороной. Так что завтрак, несмотря на оживление, вышел довольно бесполезным. Хотя, как и вчера, – вкусным!

Зарина дождалась, пока я сделаю несколько глотков медовой настойки и отставлю в сторону. Ей-богу, даже от пары глотков у меня уже повело голову. Вспоминаю коньячное похмелье, «бодрое» пробуждение в Средневековье – и все алкогольное вызывает отвращение.

– Вы готовы, госпожа? – Зарину раздирало нетерпение: госпожа, явно равнодушная к оружию и турнирам, вдруг заинтересовалась и готова разделить увлечение большинства местных жителей.

Я оглянулась – Эльд так еще и не вернулся. Надо идти, а то снова захочет посадить под домашний арест и охранять, словно цепной пес. Но отсутствие мужа – не повод не считаться с моим мнением. В конце концов, здесь явно не настолько патриархат, чтобы я должна была слушаться какого-то стража.

– Идем. – Я чуть было не обтерла ладонь о край не очень-то белоснежной скатерти. Кажется, тут все так делают: Средневековье, что с них взять! Но Зарина услужливо подала миску с розовой водой, в которую я осторожно опустила пальцы.

Зарина повела меня за собой опять длинной чередой анфилад, коридоров и крутых лестниц. Казалось, этот замок взяли и вырубили прямо в горе, обтесали пещеры, превратив в залы и коридоры, добавили окон.

Наконец мы выбрались наружу, и я с облегчением вздохнула. Над горами ярко сияло солнце, воздух был девственно чист и прозрачен, как слеза младенца… или как там обычно пишут в книжках. Я вздохнула. Несмотря на дикость всего происходящего, где-то есть и положительные стороны. Надышусь свежестью, недоступной в нашем Екатеринбурге. Ну да. Только искать хоть что-то положительное во всем этом безобразии!

И тут же такая тоска накатила от понимания, что это теперь мой единственный вариант жизни, – хоть плачь. В жизни Полины, помимо бросившего мужа, были хотя бы друзья, работа и надежда на скорый отпуск под пальмами. Здесь пальм явно не наблюдается, хотя если сбежать и уплыть куда-то далеко-далеко… вдруг?

– Госпожа? – окликнула меня Зарина.

– Я тут.

– Мастер Альберт у себя в оружейной. Он вас не ждет, но думаю, будет счастлив показать все, что в его силах. Вы раньше не интересовались, а он гордится каждым своим клинком. Они и правда прекрасны!

Первая знакомая в моей жизни, которая говорит о клинках с таким придыханием, с каким обычные девушки говорят о бриллиантах.

– Пока мой муж не вернулся, думаю, мне стоит заняться хоть чем-то, – нашла я оправдание своему необычайному интересу.

Конечно, прекрасным фехтовальщиком я не стану, но хоть немного защитить себя не помешает. Кто знает, в каких еще обстоятельствах мне предстоит увидеться со своим личным врагом.

– Да, конечно, – чуть стушевалась Зарина, будто забыв о причине «моей» тоски и желания умереть. – Уверяю, это сможет вас отвлечь!

Мы прошли по пустынному внутреннему двору замка. Я всегда любила историю, путешествия и старинные замки (Тимур, кстати, это увлечение не разделял нисколько), но никогда не думала, что доведется испытать все на себе. И все же примерное представление, как тут все должно быть устроено, у меня было. Кухни в подвалах, темницы, донжон – главная жилая башня владельцев. Где-то еще должна быть часовня или какое-то место для молитв, здесь наверняка свои боги.

Я еще успела подумать, что мне стоит сходить «помолиться». Наверняка леди Найрин была религиозной дамой, судя по тому, что верила в проклятия, суеверия и того самого Зверя, что бродит по руднику. А значит, точно молилась здешним богам…

Но Зарина уже привела меня к небольшому каменному сооружению на дальней стороне двора. От дома вниз полукругом спускались ступени на довольно просторную площадку.

– Мастер Альберт! – звонко выкрикнула моя служанка с ударением на первую А. – Я пришла, и не одна! К вам знатные гости. Надеюсь, вы одеты! – Она рассмеялась просто и жизнерадостно.

Просто луч солнца в темном царстве.

– Одет, одет, – проворчал мужской голос, и из низкого проема вышел, пригнувшись, старикашка.

Прям дедушка божий одуванчик! Еще бы он был не одет! Бог мой, и это местный лучший оружейник и тренер Зарины? Ой-ой, предчувствую, каково ей будет выступать на этом турнире. Мастер был худ, невысок ростом, лет шестидесяти, весь седой, как Дед Мороз, разве что с бородой покороче. Колоритный персонаж, без сомнения. Но он вообще способен удержать в руках меч?

– Доброе утро, Альберт, – вежливо проговорила я в легком недоумении.

– Госпожа, – с таким же ответным недоумением и легким любопытством поклонился Альберт. – Рад видеть вас на ногах.

Спасибо, хоть кто-то здесь не готов меня хоронить!

– Да… Благодарю, я, кажется, в порядке. И хочу заняться чем-то новым в отсутствие мужа… – Я нарочно сделала заминку, и вышло весьма натурально: подсознание подкинуло воспоминание, что Тимур тоже оставил меня одну. И продолжила чуть резче, чем хотелось: – Покажите мне ваше оружие.

Старикашка почтительно поклонился, обменялся взглядами с Зариной, которая только пожала плечами, и сделал приглашающий жест внутрь своего логова.

Чтобы пройти, пришлось пригнуться побольше мастера, зато внутри оказалось достаточно просторно. Настоящий храм какого-нибудь стального бога. Все вокруг сверкало металлом и острыми гранями, на стенах висели огромные двуручные мечи, короткие, кинжалы, ножи – чего только не было!

– Что вы желаете посмотреть, ваша светлость?

– Зарина напомнила мне про турнир… И я подумала, что я тоже хочу подержать в руках клинок. Как мой муж, – рискнула я предположить.

В конце концов, на портрете он был изображен с большим таким мечом на поясе, будем надеяться, это он надевал не только красоты ради.

– Вы хотите выступить на соревнованиях? – недоверчиво уточнил Альберт.

Настолько, словно я высохшая на ветру травинка и такое даже вообразить невозможно!

– Ну, для начала хотела бы просто попробовать… подержать в руках. Я, конечно, не знаю, смогу ли. Но может, это немного подбодрит моих людей после всего случившегося. Я так долго отрицала ваши традиции, но сейчас готова взглянуть на них иначе.

– Мастер Альберт научил меня, ваша светлость, и он отличный мастер! Вам стоит попробовать, – начала Зарина оптимистично, а потом повернулась к старику: – А вы, учитель, зря так настроены. Госпожа как никогда полна сил!

Альберт пожевал губами и задумчиво осмотрел свою коллекцию стали. Потом потянулся, снял на удивление ловко небольшой меч или кинжал, не знаю уж, как их тут точно назвать, и протянул мне рукоятью вперед.

– Это легкий кинжал из лучшего сплава киранской стали.

Я взяла приятную на ощупь рукоять. Клинок и правда был легкий, почти невесомый. И, судя по тонкому краю, наверняка острый. Интересно, он хоть как-то поможет от таких, как бандит в лесу?

– Он выглядит приятно. Хорошая работа, мастер. – Надеюсь, я угадала, и это действительно считается здесь хорошим клинком, а не какая-нибудь шутка.

Альберт кивнул серьезно и благодарно. Ну что ж!

– У Альберта лучшие клинки всего королевства, – не преминула вставить свое замечание Зарина.

– Да. Я знаю. Но кто-нибудь сможет рассказать, как с этим делом обращаться?

Эх, нужно как-то привести свою речь в порядок, а то так и лезут современные обороты и словечки. Ладно, пусть спишут на очередные странности после болезни.

– Конечно, ваша светлость, – с готовность кивнул Альберт и взял у стены простую деревянную палку. – Идите за мной.

Я проследовала за мастером во двор за домом, сомнительно щурясь на его весьма хрупкий силуэт. Кто еще из нас тут сухая травинка?! И что, я настолько беспомощна, что он собирается сражаться простой палкой?

Зарина скинула длинную накидку, и я с завистью рассмотрела на свету ее наряд: простые, наверняка дико удобные штаны с высокой посадкой и рядом пуговиц выше талии, которая была обтянута чем-то вроде короткого кожаного корсета. Сверху простая и свободная рубаха.

Эй, я тоже так хочу. Пожалуй, мне стоило переодеться.

– Я всегда советую хрупким особам начать с небольших клинков, – начал Альберт. – Они легче, чтобы у вас было время привыкнуть и натренировать мышцы. Зарина, покажи основные выпады, – попросил он мою служанку, и та с готовностью выхватила с пояса свой клинок, чтобы скрестить с его «оружием».

А дальше начался настоящий бой. Я даже подумать не могла, что эта девчонка такое умеет. И стоило снять воображаемую шляпу перед мастером Альбертом – я не знаю, как он это делал, но умудрялся будто существовать в нескольких местах одновременно. Справа, слева, за спиной, впереди. Для Зарины это удивительным не было, и она поспешно следовала за своим учителем, раз за разом пробуя найти брешь в его обороне.

Я даже не успела заметить, что к боевой площадке подтянулись зеваки-зрители: какие-то обитатели замка, которым явно нечем заняться. В основном мужчины, но и пара служанок, по виду таких же крепких, как сама Зарина.

– Смотри-ка, госпожа оружие в руки взяла, – донесся до меня насмешливый шепот. – Только бы в юбках не запуталась!

Я грозно зыркнула на зевак, и те примолкли, но разойтись и не подумали. Нет, решительно не понимаю, они меня тут все за глухую принимают?! Может, у леди Найрин и впрямь что-то со здоровьем было?

Но тут закончился показательный бой, Зарина и Альберт предложили рискнуть и мне.

– Я не успела ничего запомнить… Наверное, в другой раз.

– Просто попробуйте, – предложил Альберт.

Либо мне кажется, либо он откровенно смеется над моим неумелым видом. Я покрепче сжала рукоять, чтобы сдержаться и не показаться неуверенной дурочкой. Сама пришла и сама отказалась при первом же шаге? Да и к тому же – пусть смотрят, я не буду прежней.

Покрутив клинок в руках, я сделала пробный выпад.

Со стороны это казалось куда проще. Все мои жалкие попытки дотянуться до него Альберт отметал ленивыми взмахами. Кинжал только глухо бился о дерево и отскакивал. В какой-то момент я даже рассердилась всерьез его насмешливой и снисходительной манере, вложила всю накопленную злость на этот мир и свой собственный за подставу, но толку было мало. Хотя несколько одобрительных возгласов до меня донеслось, но клинок показался далеко не таким невесомым, каким был вначале.

Леди Найрин, вам стоило больше заниматься, а не лежать и страдать! Вот теперь я в полной мере ощутила чуждость этого мира: в своем-то я и большим теннисом занималась, а тут руки столь слабы, что готовы выронить дурацкую железяку. Наверное, это и правда глупо выглядит со стороны.

Запыхавшись, разозлившись и устав до изнеможения, я готова была отбросить неудачную идею, но вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Обернулась и встретилась глазами с Эльдом, который наблюдал за бездарной тренировкой, сидя на крутых каменных ступенях.

Что?! Но, видимо, страж почувствовал мой настрой, поэтому остался сидеть и поглядывать с неуловимой усмешкой на губах. А собравшихся вокруг стало уже слишком много. Надо разогнать этих зевак.

– Ваша светлость, – обратился он издали с почтением. – Если пожелаете, я тоже могу помочь.

Ага, знаю я твою помощь!

– И без тебя справляюсь, – буркнула я, снова обходя Альберта по кругу.

– Я вижу.

Эльд поднялся и быстро разогнал всех собравшихся бездельников, грозно прикрикнув и вызвав у меня прилив благодарности. Стало тихо и спокойно, только дыхание у меня вырывалось хриплое от нагрузки.

Еще несколько попыток ударов – и Альберт выбил клинок у меня из рук. Я выдохнула и остановилась на каменной площадке, пока Зарина бросилась поднимать оружие.

Ну и ладно! Ну и ладно! Для первого раза я была не так уж плоха!

– Спасибо за урок, мастер, – после очередного глубокого выдоха сказала я. – Можно, я возьму клинок себе?

– Разумеется. Он ваш, госпожа, – с почтением кивнул бодрый как огурец старикашка, а я подозревала, что почтение его какое-то поддельное. – Вы можете приходить ко мне еще, как почувствуете в себе достаточно сил.

Я забрала клинок, который мастер заботливо убрал в ножны с длинным ремнем, и повернулась к ступеням. Эльд, сверлящий меня изучающим взглядом, поднялся и уступил дорогу.

Подхватив подол, я отправилась наверх. Да уж, избавиться от внимания верного стража мне явно не грозит. Я благосклонно кивнула, мол, ладно, говори, зачем пришел.

– Рудный мастер хочет спросить вас, что решаем делать с добычей. Рабочие сомневаются, но, может, мы найдем способ их убедить вернуться на рудник.

– Я иногда думаю, Эльд, а вот как бы поступил мой муж, как считаешь?

Страж, похоже, счел мое упоминание мужа очередным уколом в свою сторону, нахмурился, но все же ответил, шагая рядом со мной:

– Он бы просто заставил всех спускаться.

Почему я не удивлена? Стоило вспомнить портрет мужа…

– Вот и я думаю, что если дам поблажку – со мной перестанут считаться. Надо оставаться твердыми и стойкими, да? Однако если честно, не по себе мне от этих смертей.

– Все горняки трудятся, рискуя своей жизнью, госпожа.

Я посмотрела на него искоса.

Он на меня – сверху вниз.

Мгновение затянулось, похоже, он уловил направление моих мыслей.

– Только не говорите опять, что… – начал мой верный спутник.

– Я взяла в руки меч. Я хочу на турнир. И я больше не боюсь Зверя – я побывала по ту сторону жизни, Эльд. Давайте все вместе спустимся и убедимся, что проклятия не существует. Иначе я бы умерла, не так ли? Но я жива и ждать и страдать уже устала.

Глава 8
Чей-то голос

Готовились к походу на рудник основательно. Эльд, как верный телохранитель, заставил дождаться ещё одного визита лекаря и дать себя послушать.

В этот раз мальчишка суетился ещё сильнее: тогда госпожа герцогиня была вроде как едва жива, а этим утром уже посадила в темницу одного наглеца. Поэтому руки у лекаря подрагивали, особенно когда он нерешительно прислонил трубочку к моей грудной клетке.

Хорошо, этого не видит Эльд, а то разволновался бы, бедняга.

– Мне думается, вы позволяете себе слишком сильные нагрузки после болезни, ваша светлость.

– Дышу нормально? Вот и ладно.

Он кивнул и хотел ещё что-то добавить, но я поправила вырез и кивнула на дверь – долговязый мальчишка поспешил убраться с моих глаз.

Я здорова. Слаба, но здорова.

Солнце поднялось уже высоко, хорошо прогрело остывшую за ночь комнату. Им бы тут отопление провести, а то в толстых каменных стенах холодно и летом, и зимой. Сейчас, судя по всему, ещё совсем раннее лето.

Я снова решила открыть сундук в поисках чего-то более удобного. Тяжелая крышка вырвалась из дрожащих пальцев, и я уставилась на предательски слабые руки. Обидно, когда не в силах сделать то, что в обычном мире казалось простым и легким. Тренироваться вам, леди Найрин, ещё и тренироваться.

На стук крышки прибежала ещё одна служанка, не Зарина. Присела и взглянула: что, мол, случилось?

– Хочу сменить наряд, – пожаловалась я на утомившее платье.

– Что пожелаете, ваша светлость?

Я посмотрела на ее наряд: удлиненная туника до колен со шнуровкой на груди, под ней тонкие штаны, а поверх широкий пояс. Хотелось чего-то подобного.

А вдруг это для герцогини будет ужасно неприлично?

Впрочем, вдруг эта герцогиня сейчас спустится в настоящий ад и переживать о наряде будет тогда некому?

– Что-нибудь такое, полегче… – обрисовала я ее силуэт на себе.

Служанка кивнула и скрылась, а вскоре вернулась с нарядом по местной моде, в ее глазах засветился интерес. Она принесла чулки, тонкие обтягивающие штаны, тунику с длинными рукавами из плотной, явно дорогой ткани, короткий корсет, который затянула под грудью. И молча предложила просторную накидку с широкими рукавами уже в стиле леди Найрин, с вышивкой и украшениями: на улице еще не так тепло.

Я переоделась и почувствовала, как жизнь налаживается. Так значительно удобнее. Интересно, что скажет Эльд? Ему-то, должно быть, нравилась прежняя Найрин, а тут, извините, я.

Но Эльд, когда я его встретила в главном холле, только сдержанно кивнул. Похоже, он устал удивляться странному поведению своей возлюбленной, которая так изменилась за несколько дней.

Рядом с ним я обнаружила невысокого коренастого мужчину в короткой кожаной куртке. Может, тот самый рудный мастер? Как бы всех по-быстрому запомнить и не проколоться снова?

– Ваша светлость, рад видеть вас в добром здравии.

– Благодарю. Пока моего супруга нет, я хочу хоть что-то сделать. Поэтому предлагаю отправиться на рудник и убедиться всем вместе, что ничего такого там нет.

Мужчина ненадолго поразглядывал меня с легким сомнением во взгляде.

– Помню ваши суждения об этом руднике. Но рад, если теперь вы не считаете это проклятым местом. Мы работаем там уже давно, но такие неприятности случаются только последнее время. Полагаю, это чисто совпадение и череда несчастных случаев, от которых никто не защищен.

– Если сидеть и ждать, ничего ведь не изменится, так?

– Так, ваша светлость. Рабочие в замешательстве, так что ваше смелое решение может и правда подать пример остальным.

– Прекрасно! Тогда покажите мне ваши подземные богатства. – Я улыбнулась. – Высоты я немного боюсь, но вниз спускаться, думаю, не так страшно.

На это замечание Эльд не очень-то однозначно пожал плечами, но отступать было поздно.

С нами к рудникам отправились еще несколько старших рабочих, а остальные ждали уже внизу у рудника. Недалеко от входа ждали еще десяток работяг. Лица их были хмурые, не очень-то приветливые. Впрочем, понять можно. Каждый спуск в эту шахту – шанс расстаться с жизнью. Но мне-то чего, я уже один раз того…

Оглянувшись напоследок по сторонам, не прячется ли среди деревьев тот, с кем уже близко познакомилась, я выдохнула. Кажется, никого.

Внутри оказалось сыро и прохладно. Узкий коридор уходил вниз довольно крутым склоном, и Эльд воспользовался поводом снова перехватить меня за руку. Сейчас я была этому рада: земля под ногами сыпалась и скользила, ухватиться было не за что.

– Если захочется вернуться, скажите мне, – произнес он тихо, склонившись.

– Вы узнаете первым.

– Ваша жизнь не шутки для меня, госпожа.

– Спасибо, Эльд.

А мне-то прям обхохочешься тут. Но выбирать никто не предлагал, придется мириться с тем, что имеем. Где-то над головой гулко капнула вода. Надо же, как глубоко мы уже спустились!

Я шла вперед за рудным мастером и прислушивалась к своим ощущениям. Пока ничего необычного не происходило. Да и правда, какие еще проклятия? С физической точки зрения такое не объяснить. Всё у нас в голове, страх рождает панику, паника рисует самые страшные картины, ветер загудит сквозь узкую щель – и уже Зверь чудится…

Рабочие ступали за нами по-прежнему хмуро и настороженно. Для них я тут на любопытной прогулке, поглазею и вернусь в шикарные покои, а им придется оставаться и работать, чтобы обеспечить свои семьи.

Мы дошли до широкой пещеры, от которой ответвлялось несколько ходов. Здесь стояли многочисленные тачки, прислоненные к стене лопаты, кирки, ломы и еще куча инструментов.

– Доборга нашли в том ходу, – едва слышно сказал Эльд и кивнул налево.

– Возможно, он надышался газом и умер от отравления? – предположила я таким же шепотом.

Я принюхалась, но ничего, кроме пронизывающего холода и влаги, не почувствовала. Рудный мастер так же приглушенно говорил с рабочими, и те начали нехотя браться за инструменты.

Вообще пещеры угнетали. Как представить, какая толща камней сейчас над нашими головами – а укреплены стены были лишь деревянными подпорками, – то становилось не по себе. Кажется, стоит лишь немного повысить голос, как вся эта груда с радостью отзовется эхом и похоронит под собой, словно тебя и не было.

– Как видите, ничего ужасного здесь не происходит, – повернулась я к рабочим. – Несчастный случай может произойти в любом месте, будь то шахта или долина. Прошу всех вернуться к работе. А я сегодня помолюсь всепрощающей Матери за ваши жизни.

Кто-то забормотал в ответ благодарности, многие поклонились и чуть охотнее взялись за лопаты и кирки. Уф, кажется, не сказала ничего неправильного, даже Эльд одобрительно кивнул, хоть и не переставал поглядывать на меня тревожно.

Я тоже слегка выдохнула. Давящее ощущение опасности уходило, а я старательно прогоняла его вон. Ничего такого здесь нет. Просто пещеры, шахта, затхлый воздух и много ценной руды, которая, видимо, отличается особой, хм, чистотой? Понимать бы в этом хоть что-то. Уверена, что леди Найрин недалеко от меня ушла в этом плане.

Я сделала шаг в обратную сторону, как вдруг послышался чей-то тихий голос из того, дальнего левого хода. Того, где нашли Доборга. Такой тихий, что слова не разобрать…

Эльд отвлекся на разговор с мастером, и я, пытаясь прислушаться, подошла чуть ближе. Теперь, когда рабочие ушли, каждый шаг казался таким громким, что заглушал этот голос. Даже мое дыхание стало оглушающим.

– Я слышу там чей-то голос, Эльд, – тихо обратилась я к стражу, который так же медленно и осторожно последовал за мной.

– Голос? – переспросил он спокойно.

И правда, чего я так взволновалась? Может, кто-то из рабочих направился туда, не зря ведь и погибший Доборг был занят, по-видимому, в тех раскопках.

– Тот проход давно закрыт, госпожа, – вмешался рудный мастер с факелом в руках. – Его завалило уже с полгода как; вам, должно быть, показалось. Это все эхо, оно тут и не такие шутки чудит.

Капец. Вот теперь стало страшно. У меня галлюцинации?

– Да? Хм. Возможно, вы правы, просто словно кто-то говорил…

Я постояла еще минуту, прислушиваясь. Вроде ничего. Сердце с трудом, но успокоилось, дыхание пришло в норму. Чудны творения твои, природа. Но успокоилась я рано: голос зашептал снова, так же тихо, неразличимо. Но не заметить его было нельзя!

– Тихо! Вы слышите?! Слышите?..

Теперь оба мужчины подошли ко мне и тоже замерли без движения. И если Эльд стоял как непоколебимая скала, об которую разбивались любые сомнения, то вот в рудном мастере я почувствовала неуверенность.

– Ничего нет, госпожа, – покачал головой Эльд спустя еще минуту.

– А вы слышите? – обернулась я к мастеру.

Тот посмотрел на меня таким долгим и странным взглядом, что у меня даже волосы на руках встали дыбом. Да что тут происходит? Они думают, я сошла с ума? Свихнулась после долгой болезни?!

Или он тоже слышит…

И не хочет показаться перед лордом Эльденгердом таким же ненормальным?

Но рудный мастер ответил:

– Я ничего не слышу, госпожа. Мне жаль. Должно быть, вам почудилось.

Ага, конечно, сама издаю это тихое шипение. Может, моя вторая ипостась Волан-де-Морт? Или они оба надо мной издеваются.

– Ну вот же, слушайте!

Тихий голос раздался снова, и я сделала несколько шагов в сторону дальнего хода. Звук определенно стал громче. И они еще говорят, что мужчины смелее. Да ну вас! Пойду и посмотрю сама, в чем там дело. Да. Пойду, черт возьми. Я выдохнула и затянула на груди полы накидки, защищавшей от холода и промозглости шахты.

Больше всего меня злит несправедливость. И выставить меня сумасшедшей – это совсем уже нечестно, я-то в порядке, это с вами что-то не так.

– Постойте, госпожа, там может быть опасно! Много камней осыпалось…

– Я хотя бы загляну и посмотрю, раз вы там дрожите от страха.

Кто-то из них отправился за мной следом, но мне самой уже непреодолимо хотелось заглянуть внутрь: что же там может издавать такие звуки, как будто человек застрял?! Может, кто просит помощи, а эти дубины талдычат про эхо! «Здд-е-сь», – разобрала я с великим трудом и повернулась торжествующе назад.

– Теперь слышали?!

Оба оказались рядом и синхронно и отрицательно помотали головами, и в темном во мраке взгляде Эльда показалось сильнейшее беспокойство. Рудный мастер и вовсе, казалось, предпочел бы ретироваться от ненормальной госпожи, слышащей голоса.

– Пойдемте в замок, ваша светлость, – мягко, но настойчиво принялся уводить меня из пещеры Эльд. – Вы уже доказали, что здесь нечего бояться.

– А вдруг там мой муж? – пришла откуда не возьмись мысль. – Вдруг это он просит помощи! Давайте пройдем чуть дальше, Эльд! Пустите меня!

Нет, ну как они не понимают! От одной мысли, что там может погибать заживо несчастный – один, в кромешной тьме, так безнадежно, – стыла кровь.

Рудный мастер, поколебавшись, взял фонарь и прошел мимо меня дальше в этот ход. Я с нахмуренным Эльдом осталась на месте – сухие комья земли и камни и правда скользили под ногами. С злорадным нетерпением я ждала крика о том, что он видит человека, которого, может, завалило камнями или еще что – чтобы развеять всю эту дурацкую теорию о проклятии. Но мастера не было долго.

Не пропал же и он тоже?!

Наконец свет фонаря вернулся к нам. Мужчина шел спокойно и так же невозмутимо доложил:

– Мне жаль, ваша светлость. Там никого нет. И голоса я тоже не смог услышать, как ни пытался. Там такой обвал, что никто не смог бы пройти дальше, могу вам поклясться. Обвал произошел ночью, когда внутри никого не было. Там не может быть пострадавших, это в любом случае произошло слишком давно.

Хорошо, в темноте не различить, что мое лицо наверняка стало бледное, как у мертвеца. Полгода назад обвал, но я слышу несуществующий голос! Что это, призрак? Демон? Я еле сдержалась, чтобы не выругаться от этой жути матом, но я же герцогиня!.. Вот теперь стало страшно так, что захотелось немедленно покинуть эту проклятую пещеру.

– Возможно, это ветер, – пришлось признать мне сдавленно. – Надеюсь, подобных обвалов больше не случится.

Я с силой покусала губы. Выходит, выставила себя психически нездоровой, которой везде мерещится пропавший муж, и ничего не добилась.

– Я буду следить за этим, госпожа.

Вот и ладно, а теперь к черту этот рудник от греха подальше!..

Глава 9
Мне нет места среди вас

– Ты уверен, что стоит это делать?

Бреннан оперся о сосну и сложил руки на груди.

– А что тебя смущает?

– Что ты сдуру рискуешь своей жизнью. Заодно и нас выдашь.

– Ты беспокоишься обо мне – эт-то даже мило. – Рейнард демонстративно широко улыбнулся.

– Не больше, чем положено, – ответил любезностью главарь банды, наблюдая, как он очищает и точит меч.

Чем ближе подходил день для нападения на Нейшвиль, тем напряженнее становилось в команде. Кто-то подгонял время и сетовал на вынужденную задержку, кто-то был рад отсрочке. Рейнард не мог обещать им безоговорочную победу, но многие шли за справедливостью. И за деньгами, конечно.

Когда-то давно, те тринадцать лет назад лорд Ангарет получил у ставшего королем предводителя мятежников добро на захват Нейшвиля. Собственно, в те времена он вовсе не был лордом и тем более герцогом Киранийских земель.

Но верность во время переворота новый король оценил дорого. Настолько, что закрыл глаза на кровавое убийство прежнего герцога и его супруги, разграбление родового замка – и щедро одарил захватчика и нового владельца титулом.

Мятежный король, за глаза прозванный Эмре Кровавым, недолго продержался у власти, построенной на костях. Никто не забыл его расправ над знатью, многочисленных казней, костров и передела земель. Но вот забава судьбы: прошло двенадцать лет, мятежник умер от тифа и на троне снова оказался наследник прежнего королевского рода. И значит, настало время всё изменить.

Все, кто шел сейчас за Бренном и Рейнардом, хорошо помнили тот переворот. Пусть он не прежний тринадцатилетний, подающий надежды юный герцог Рейнард Тэмхас, все это время считавшийся погибшим при мятеже. Но он ничего не забыл.

– Не хочешь идти со мной – оставайся здесь, – бросил Рейнард. – Им нужен сильный главарь.

Когда-то Бреннан был наемником на службе у бывшего короля, но не принял переворот, ушел на волю и собрал стаю Диких, с которыми Рейнард волей (или насмешкой) судьбы рос и взрослел. Которые не дали ему погибнуть в лесах, куда он смог уйти от расправы.

– Милостиво уступаете мне, ваша светлость. Как любезно, – осклабился главарь.

– Хочешь что-то доказать? Свое п-право главаря? – Рейнард хмыкнул.

– Угу. Аж кулаки чешутся – давно не чувствовал запах крови. Особенно знатной.

– Ну, попробуй. – Рейнард выпрямился и терпеливо замер перед разбойником, который был на полголовы его ниже, что только больше озлобляло.

Последние несколько лет Бренн из главаря-наставника превратился в соперника. Поначалу снисходительный, он все больше злился, что остальные тянутся к Рейнарду, особенно в последнее время. И Рейнард готовился уйти, чтобы вернуть себе прежнюю жизнь.

Сначала забрать замок силой, чтобы свершить давнюю клятву мести. Потом доказать свое наследное право на эти земли, восстановить титул. За несколько месяцев у власти его величество дал понять, что он хочет сыграть на контрасте: весь из себя гуманный, да только ему пока не до разборок в отдаленных областях. А значит, за справедливость придется бороться самим.

То, что в банду затесался знатный отпрыск, Дикие узнали только несколько лет назад, да и то случайно. Рейнард долго отмалчивался и сочинял легенды о своем происхождении, говорил, что сирота и бродяга, – лишь бы поменьше лезли в душу. Впрочем, первое было правдой, сиротой он и остался. И единственное, что навсегда осталось от отца – едва ощутимый след на правой стороне шеи.

За годы в стае Рейнард освоился и заматерел, смог найти подход к этим диким людям, завоевать их доверие. Не его вина, что многие охотнее собираются вокруг него, а не рядом с мрачным наемником и убийцей. Даже когда узнали о проклятии Рейнарда и его предков.

– А что, может, и впрямь стоит размяться перед турниром? – неслышно подкрался Хэйвуд.

– Вот это другой разговор. – Рейнард усмехнулся Бренну, мол, этого же ты хочешь, обычный тренировочный бой?

Бренн сплюнул, демонстративно размял шею и вытащил меч. Не вправе главарь банды отказать в вызове, Рейнард подхватил свой и вышел на середину поляны.

Они обошли друг друга по кругу, и только потом клинки схлестнулись. Бренн был опытным воином, но и Рейнард когда-то обучался у лучшего фехтовальщика этих земель. От каждого удара отдача уходила в поврежденное в прошлый месяц плечо, но Рейнард только встряхивал рукой и снова переходил в атаку.

– Как рука? – между делом поинтересовался противник, кружа с хищным выражением лица.

– Лучше.

– Тогда держись!

Главарь перешел в быструю атаку из череды обманных выпадов и попыток перехитрить соперника, такому нечестному бою в знатных школах не учат. Зато такому с лихвой учила жизнь.

Рейнард парировал и только дразнил Бренна, уходя от прямых атак и распаляя в том ярость. Еще немного – и тот выплеснет всю свою накопившуюся ненависть и досаду. Хейвуд даже прикрикнул, пытаясь сдержать главаря, но Бренн только яростнее налетал на него, будто и впрямь давно мечтал перерезать ему горло.

В какой-то момент Рейнард передумал сдерживать эту злость и чуть заметно уступил, показывая одержимость и неуравновешенность предводителя. Бренну удалось подставить подножку и резкой хваткой бросить Рейнарда наземь, а после приставить к шее острие. Еще немного – и польется кровь.

Ну, попробуй, рискни!

– Эй, берегись, Бренн, не то убьешь нашего лорда и подцепишь такую же дрянь! – крикнул Хейвуд, следивший за схваткой.

Долгий вдох и выдох Рейнард и Бренн смотрели друг другу в глаза. Вместе с ненавистью в глазах главаря виднелся затаенный страх: он до одури боялся колдовства и темных сил, хоть никогда не говорил об этом вслух.

– Я бы предпочёл подхватить голубую кровь в своих жилах и знатное происхождение, – демонстративно хохотнул Бренн и убрал меч.

Рейнард оскалился шутке. Да уж! Его проклятие играет с ним забавную штуку, изматывая до предела и одновременно становясь щитом от тех, кто уже знает правду.

Убьют его – и их постигнет та же судьба.

– Оу, мальчики дерутся, а я все пропустила, – хрипловато рассмеялась Майлис.

– Мальчики уже закончили, – ухмыльнулся Бренн.

– А почему один продолжает лежать?

Она склонилась над Рейнардом, который растянулся на траве и не спешил подниматься. Рыжеватые в закатном солнце пряди скользнули вниз и чуть не щекотнули его нос. Рейнард вскинул глаза и разглядел ее нависшее лицо.

– Мой лорд, я могу вам чем-то помочь? – поддразнила она.

– Иногда мне кажется, ему только смерть поможет, – бросил Бренн.

«Иногда мне кажется, что ты прав, сукин сын», – подумал Рейнард.

– Сеньор, вы грубиян! – ответила главарю Лиса, уперев руки в бока.

– Какой уж есть. И другого из себя не строю.

Майлис зыркнула на него, хмыкнула, а потом настойчиво протянула руку, чтобы помочь Рейнарду встать. Так упрямо, что пришлось ухватиться за обтянутое кожаным доспехом запястье. Лиса, несмотря на свою хрупкость, была настоящей железной леди.

– Слышала, ты тут собрался стряхнуть пыль со своих железяк? Хочешь пробраться на турнир?

– …Или запал на молодую герцогиню и жаждет увидеть ее снова, – добавил Хейвуд.

– Вот как, – хмыкнула Лиса и отошла в сторону.

Бреннан подошел к ней и обхватил сзади, прижав к себе. Словно пытался еще раз указать, что Майлис выбрала его, а не Рейнарда. Лиса, правда, будто смутилась и что-то шикнула своему любовнику, но быть с ним – ее выбор. И так для всех лучше.

– Смотрю, вы и так за меня все решили, – повел Рейнард плечом.

– Если тебя узнают – казнят от греха подальше, – влез с поучениями Хейвуд. – В нынешней заварухе кто быстрее – тот и прав.

– Вот именно.

– Отсутствие женщин плохо на тебя влияет, – усмехнулся Хейвуд. – Готов броситься в замок, не обдумав. Ты ведь и так знаешь, как там все устроено!

Рейнард цыкнул и сощурился.

– Идите вы! Есть еще дело.

Этой ночью Зов обрушился снова. Рейнард предчувствовал его, но сдержать оказалось труднее, чем раньше. В темноте подбежал Малой, присел рядом, схватив за руку. Знал, что необходимо ощутить рядом жизнь. Хорошо, что он был немой, и никто не знал, как это происходит на самом деле. Никто не видел, как Рейнард мечется, словно в бреду, пытаясь обуздать неуловимое и непреодолимое желание идти туда, куда идти невозможно.

– Я тут, – выдохнул он, приходя в чувство. Рейнард обнаружил себя сидящим на лежанке. Жесткое дыхание рвало горло, а перед глазами снова мерещилась манящая бездна. – Уходи, – коротко приказал Рейнард пацану.

Остаток ночи он провел, глядя в мягкие стены шатра и слушая вой ветра в горах. Главное снова не сомкнуть глаза, чтобы еще раз не увидеть взгляд Зверя.

Вспомнились слова Хейвуда, что у него давно не было женщин. Рейнард перевернулся и вытянулся во весь рост. О каких женщинах тут говорить? Он живет как дикарь, как представить себе раньше не мог. Только редкие вылазки в города и деревни, чтобы добыть средства на жизнь, мотание по окраинам страны. Иногда ночевки на постоялых дворах под видом бродячего рыцаря и те случайные связи, которые потом не хочется вспоминать.

Но уже месяц, как в столице началась смута со смертью короля-мятежника. И уже месяц, как у Рейнарда появилась мечта вернуться в Нейшвиль, и вместе с ней находиться в банде стало трудно.

Женщины… Такие, как Лиса? Кто ещё в здравом уме рискнет связать свою жизнь с разбойником и бродягой. Лиса всегда была себе на уме. Сегодня здесь, завтра там. Вчера льнула к нему, точно кошка, сегодня снова сошлась с Бренном, будто напоказ. Глупая девчонка.

Майлис пробралась к нему в одну из таких же ночей, когда ветер как сумасшедший хлестал ветками по стенкам шатра, казалось, будто исчадие бездны царапает плотную ткань своими когтями. А Лиса услышала тихий рык, может, крики, пробралась внутрь, пока никого не было рядом. Легла, прижалась всем телом, тогда такая необходимо-живая, горячая, настоящая.

Рейнард даже не мог вспомнить, что между ними было, но утром Лиса лежала рядом, прижималась обнаженным телом, украшенным многочисленными татуировками, браслетами, а на ее плечах и спине красовались знатные ссадины.

Ветер и сейчас поднялся неслабый – чертил ветвями тени, гудел в ущелье, точно тот самый Зверь. Жаль, отец так и не рассказал про проклятие. Может, оно его и сгубило.

Ссадины на теле Майлис, возникшие перед глазами, вдруг превратились в следы от его пальцев на шее Найрин. Такой нежной, благородной шее, которую никто не смел прежде хватать, никто не смел причинять боль. Что с ним случилось? Ярость и жар вспыхнули от одного воспоминания ее пламенных темно-карих глаз.

Рейнард заложил руки за голову и неожиданно для себя расхохотался, представив один способ избавиться от проклятия, от которого он привык открещиваться. Ну и бред! Но ведь леди Найрин как-то умудрилась это сделать. Как?! Неужели оказалась настолько бездушна, что принесла чудовищную жертву? Если так…

Кто же она такая? Он вспомнил всё, что удалось узнать. Что пять лет назад герцог Ангарет вновь овдовел и женился на леди Найрин из Мацуры, которая не побоялась зловещей славы супруга, погубившего не одну душу на пути к власти, чьи две предыдущие жены загадочно скончались, не подарив наследника. Значит, леди Найрин готова была на многое ради его денег и положения. Что ж… Ходили слухи, что и она счастлива не была, потеряла своего отпрыска в младенчестве, но точно никто сказать не мог.

И всё-таки ее поведение при встрече не вписывалось в образ. Чтоб та мацурская придворная, приближенная когда-то к королю, крикнула грубо: «Убивай, мне плевать»?! Либо то последняя грань отчаяния, либо с ней по-прежнему что-то не так. Если герцог помер, то она единственная, с кем он теперь связан проклятием Зверя. И как бы он ни желал ей смерти, узнать ответы на вопросы хотелось сильнее.

За два часа до рассвета он покинул лагерь. Хотел уйти незаметно, но под деревом его вдруг встретила Майлис. Поджидала, хвостатая.

– Эй, – шагнула она к нему и вдруг запнулась. – Береги себя, Рей. Ты нужен нам живым.

Он остановился, глядя на бывшую напарницу. Перекинул шлем в другую руку.

– Мне больше нет места среди вас.

– Не говори так, а то я расплачусь. – Майлис вытерла рукавом кончик носа. – Я серьезно, Рей. Ваша светлость. Привязалась к тебе за эти годы, даже не верится.

– Хорош меня хоронить! – хмыкнул он.

– А ты и правда идешь туда ради герцогини?

– Что тебе до этого? Надо, раз иду! Проверю подземные ходы, которые я знал в детстве. Осмотрюсь. Может, замечу старых знакомых. Я ведь не самоубийца.

– Знаешь что? Засранец ты! Будешь веселиться на турнире, пока мы тут помираем от скуки и безделья! – Майлис весело улыбнулась, хотя глаза остались грустными. – Взял бы меня с собой!

– Отвали уже, Лиса. Не до тебя, ну правда! Давай, брысь! Бренн не простит тебе этой болтовни.

– Да пошел он… – буркнула она и обхватила Рейнарда за шею.

Потерлась носом – ну точно лиса – и так же быстро отпрянула, сделала несколько шагов прочь, снова обернулась и наконец растворилась в лесу.

Глава 10
Пропавший и найденный муж

– Я обещала помолиться за всех, кто трудится в шахте, – напомнила я Эльду, когда мы вернулись в замок.

Эльд согласно кивнул с видимым спокойствием. Вот это было нормальное поведение леди Найрин, оно вписывалось в ее мир, а не мои попытки сражаться или желание побывать на руднике рядом с неведомым Зверем.

– Тогда вынужден оставить вас, госпожа.

Хм, мужчины здесь не молятся? Или Эльд настолько против любых непознанных вещей? Сейчас, когда мы очутились далеко от зловещих пещер, это мистическое проклятие снова показалось лишь неудачным совпадением.

Увидев на лестнице Зарину, я махнула ей рукой и оставила стража внизу.

– Ваша светлость! Слава Высшим, с вами все в порядке. Вас не было долго, я уже успела поволноваться. И не страшно вам было спускаться на рудник?

– Немного, – призналась я. – Но в качестве поддержки обещала помолиться за всех рабочих. Проводишь меня?

– Конечно.

Мы пошли наверх, поднимаясь по новым и новым лестницам, пока не очутились на самом верху замка, судя по виду из небольших окон.

В светлом зале с выбеленными стенами было пустынно, пол был устлан ковром, а у дальней стены стояла высокая статуя – женщина была обнажена. Одну руку она прижимала к животу, а вторую в области сердца.

– Прости нас, Мать! – плавно опустилась на колени Зарина. – Прости и защити от похождений злобных, от тьмы и ненависти, от зла и бесчестия…

Я повторяла за ней, пока та не начала шептать что-то беззвучно. Так даже лучше – не наговорю ерунды. Безмолвно повторив за служанкой молитву о прощении и защите, я неожиданно для себя забормотала о своем: прости и позволь вернуться в свой мир, я не знаю, за какие грехи перенесло меня сюда, отчего играю роль другой женщины и плачу по ее счетам за то, чего сама не совершала.

И вдруг даже глаза защипало – так стало жалко себя. Всю жизнь боролась за место под солнцем, но, должно быть, проиграла, раз оказалась тут. Сделала не тот выбор?! Это несправедливо!

– Ваша светлость, вы плачете, – прошептала Зарина.

– Мне просто кажется. Я как-то не так… не так живу.

– Я понимаю, – неожиданно серьезно отозвалась девушка, словно давно посвящена во все жуткие тайны леди Найрин. – Поплачьте, ваша светлость. Но вы не виноваты. Так бывает!

Ох, нет, так, мне кажется, не бывает. Но именно мне отчего-то повезло!

– Знаете, – едва различимым шепотом поделилась Зарина, – простите меня за эти слова, но даже если ваш муж… даже если герцог Ангарет не вернется, вы не пропадете. Я видела это сегодня утром в вашем взгляде, когда вы сражались. Вы сильнее, чем вам казалось прежде.

– Ваша светлость, – раздался почтительный женский голос за спиной.

Я обернулась, стоя на коленях. Худосочная высокая женщина в белом платье склонилась передо мной с почтением. Должно быть, она служит в этом храме.

– Леди Ансиель, госпожа хочет помолиться за наших горняков, которые сегодня утром вернулись на рудник, – энергично пояснила Зарина. – Пожалуйста, пусть Мать защитит нас всех!

Она говорила это так естественно и беззаботно, словно сама мало верила в эту божественную женщину, отдавала дань традициям. Может быть, она из этих земель и верит иначе или не верит совсем?

Но служительница храма не обратила внимания на тон Зарины, наверное, он был для нее привычным, зато обратила темный взгляд на меня.

Я поднялась с колен и встала перед ней, не зная, что от меня ждут. Может, и эта женщина разгадала мою тайну? Как тот безымянный разбойник…

– Я подожду вас за дверью, госпожа, – проговорила Зарина и вышла из светлого зала.

– Вас снова мучил Зверь? – спросила женщина тихо и печально склонила голову.

Так, это что-то новенькое. Значит, леди Найрин приходила сюда делиться своим страхом… И значит, она и впрямь слышала некого Зверя. Холодок от того, что голос в пещерах мне мог не показаться, а на самом деле быть, прошел по телу.

– Я будто слышала его голос там… В пещерах, – выдавила я нехотя.

– Близится солнцестояние, ваша светлость. Он не отпустит так просто, но вы должны бороться, это единственный способ. Я рада, что вам хватило сил выжить. Значит, ваш путь на земле еще не окончен.

Я вскинула глаза к Всепрощающей Матери, замершей в конце зала с мудрейшей улыбкой на губах и задумчивым взглядом, обращенным сейчас прямо ко мне. Вы издеваетесь надо мной.

– В чем же смысл этого пути?

– Идти своей дорогой.

Вот же бессмысленная чушь!

– Спасибо за вашу мудрость, Ансиель. Но я не знаю, что еще в моих силах. Мне кажется, мой муж поведал мне не все про Зверя, прежде чем пропал без вести. Одна я боюсь, не в силах справиться с этим. Поговорите со мной.

– Я изучила все книги, что нашла в этом замке, ваша светлость. Если вы не боитесь больше говорить об этом.

– Чувствую, что мне нужно это уже сейчас.

Служительница махнула рукой в сторону широких подоконников с мягким покрытием, и мы обе уселись у высоких окон. Я даже выглянула наружу – за цветным стеклом оказалась настоящая пропасть. Ладони моментально вспотели, колени ослабли и закружилась голова. Вот и боязнь высоты – никуда не делась, родимая.

– Мой муж не… не говорил об этом, – решилась я пойти наугад.

Наверняка ведь не говорил? Колдовство здесь считается злом, значит, о проклятии тоже не будут болтать направо-налево.

Ансиель кивнула с прежним спокойствием и пониманием.

– Мало кто знает что-то точно. В последней книге, что я читала, говорилось о сделке, заключенной с демоном из ущелья. Должно быть, создание Тьмы, уцелевшее при сотворении Отцом Нового мира. Тот демон… он обещал свое покровительство тому, кто отдаст взамен самое дорогое. – Она сделала глубокий вздох. – И несколько поколений владельцев Нейшвиля соблюдали эти условия.

– Звучит ужасно, леди Ансиель. – Жуть пробрала от ее слов, я даже поежилась, хотя в храмовом зале было тепло и солнечно, и лучи солнца сейчас грели мне спину и плечи. – Вы верите, что это Зверь? А не я… схожу с ума?

Служительница взглянула на меня так пристально, будто насквозь. Отвечать не стала, но вдруг прижала меня к себе, точно она была моей матерью, а я ее неразумным дитя.

Я замерла, не зная, положено ли ей как служительнице Всепрощающей Матери так себя вести или она утешает меня, потому что я и правда выгляжу сумасшедшей. Хотелось бы верить в первое. Я неловко замерла, не зная, куда себя деть. Наверное, леди Найрин делала так раньше.

Как же хочется признаться во всем, но кто поверит?! И что это даст?

За дверью послышались тревожные крики и топот, и я отпрянула наконец от тощей груди доброй служительницы. Что еще случилось?

– Госпожа! Ваша светлость! – кричали за дверью, не решаясь войти.

Мы переглянулись с леди Ансиель, и я медленно пошла к дверям.

На лестнице взволнованно переминался мальчишка-слуга. Казалось, он одновременно хочет что-то сказать, что аж вырывается изнутри, но ему до ужаса жутко это произнести.

– Говори уже!

– Ваша светлость… ваша светлость, – забормотал парень сбивчиво, точно растерял все мысли, пока скакал по ступеням.

– Так! Успокойся, выдохни и скажи, что пришел сказать, – спокойным медитативным голосом произнесла Ансиель, подошедшая к дверям.

Она оглянулась, вышла за двери и прикрыла их за собой, точно мужчинам и правда нет хода в обитель Всепрощающей Матери. Еще бы, она там такая обнаженная позирует…

– Ваша светлость! – решительно произнес мальчишка, глянув на служительницу, словно на строгую мать. – Мне приказали доложить, что нашли вашего мужа, его светлость, герцога Ангарет…

Ох! Ну слава богу, кто-то сможет разобраться во всем, что здесь происходит! Но облегчение тут же смешалось с ужасом: вот родной муж точно заметит подмену, и что тогда?

Но переживала я напрасно, ибо продолжение было такое:

– Ваша светлость, мне жаль, – затараторил мальчишка пулеметной очередью, мечтая скорее избавиться от досадной роли гонца, – мне приказали доложить, что ваш муж… ваш муж, его светлость, герцог…

– Да скажи ты уже! – не выдержала я нервотрепки.

Даже я уже запомнила все его титулы!

– Его нашли мертвым, госпожа, ваша светлость! Простите! Мне жаль.

Он торопливо опустился на колени и склонил голову, будто я могла за плохие вести тут же взмахнуть мечом и отрубить ее к чертям в порыве гнева.

Мертвым. Я медленно выдохнула. Что ж. Хм. Это что-нибудь да меняет. Наверное?..

Похоже, мне стоит сейчас изобразить не замешательство, а хотя бы подобие горя. Леди Найрин наверняка любила своего домашнего тирана, раз лила по нему слезы. В нашем современном продвинутом обществе это назвали бы созависимостью, но…

Пока назовем это «великой любовью». Хотя… что я вообще о ней знаю?

Для начала я закрыла лицо ладонями и почувствовала, как Ансиель обняла меня снова. Я всхлипнула для приличия, а сама задумалась, что же теперь будет дальше. Ведь если герцог мертв, а наследников у него не осталось, то я всего лишь вдова с сомнительными правами на власть. Вот теперь точно придется за себя бороться.

– Мне очень жаль, госпожа. Вы не заслужили такой судьбы… Бедный герцог, это ужасная потеря для всех нас.

Для всех ли или только для тех, кто был к нему приближен?

– Ваша светлость, – снова жалобно подал голос мальчишка, и мне уже стало его жалко. – Простите, но господин Эльденгерд просит вас спуститься.

– Передай, что сейчас приду.

Мальчишка усвистел вниз, а я выпуталась из уже слегка навязчивых объятий леди Ансиель и принялась медленно спускаться, готовясь к очередной проверке.

В главном зале творилась полная неразбериха. Кто-то пробегал мимо, кто-то кричал, звал слуг, мимо проносили ящики и какие-то тряпки, меня даже закрутило в этом всеобщем хаосе.

– Вы здесь! – жестко схватил меня за руку Эльд, останавливая в бушующем людском море.

Кажется, большинство здесь задавалось вопросом: что будет теперь со мной? Как я их понимаю! Там и сям я видела брошенные на меня взгляды, с опаской, неприязнью, слышала шепоток про проклятую вдову и еще всякое. Сомнения, что герцога здесь любили, стали еще сильнее. Похоже, немало попортил крови местным жителям.

– Да, – растерянно отозвалась я ему. – Но не понимаю, что происходит, как вообще…

– Его светлость нашли недалеко от рудника. Судя по всему, он разбился о скалы.

Я внутренне сжалась, представив эту картину.

– Неужели он оказался там один?! Как могло это произойти?

– Никто не знает. Какая-то загадка, госпожа, как и когда он покинул замок. И главное – зачем.

Эльд замолчал, удерживая меня возле себя, и наверняка теперь тоже думал про Зов Зверя. Что еще могло заставить герцога уйти в скалы и погибнуть там?

– Я не могу поверить, – прошептала я едва слышно. – Мой муж…

– Мне очень жаль, – проговорил страж.

– Что… что мне теперь делать?!

– Я буду рядом. Положитесь на меня, все будет хорошо. Я не ваш муж, но вы можете мне довериться. Это все, что я могу сделать для вас сейчас.

– Где… где его тело?

– Должны скоро достать, скалы высоки, а его нашли в самом низу. Вы… в силах его опознать и подтвердить кончину или мне сделать это за вас?

Прежняя леди Найрин, должно быть, кричала и плакала, но мне стоит быть сильной, иначе мне, судя по всему, придется здесь несладко.

– Я думаю, – я сглотнула, – что должна увидеть его… в последний раз.

– Восхищаюсь вашей силой духа, госпожа, – прошептал Эльд.

А я как собой восхищаюсь. Еще ни разу не видела мертвеца лицом к лицу, но Вселенная решила, что пора разнообразить мой жизненный опыт. Главное, чтобы меня не вывернуло ненароком при всех.

Вскоре Эльд всех разогнал, остались только мы, еще несколько стражей и слуг. И Матерь Ансиель, скорбно замершая неподалеку. Я приготовилась к худшему, сложила руки на груди и невольно вцепилась в широкий ажурный золотой браслет.

Рабочие, одни из тех, кого я видела в шахте, внесли на носилках тело.

Ох, надо было уточнить у Эльда, сколько времени прошло с гибели, а то вдруг я увижу такое…

Слуги откинули ткань, и я с усилием заставила себя смотреть. Боже, к счастью, он погиб не так давно, и той стороной лица, что была обращена ко мне казался скорее спящим, хоть и окровавленным. Если он пропал недели три назад, как же долго бродил… Может, сошел с ума?

Выразительный профиль, длинный нос, густые брови, холеное лицо, дорогая одежда с украшениями. Подумалось, я отчего-то ищу сходства с моим настоящим мужем – с Тимуром. Я зла на него, разочарована и хотела бы избить. Раной еще ноет его предательство, но нет, не желала бы смерти. Тем более подобной смерти. Это уже слишком.

Мельком осмотревшись, я поняла, что личность погибшего ни у кого сомнений не вызывает, поэтому поспешно кивнула и отвернулась.

– Это он, Эльд, – прижав ладони к лицу, тихо отозвалась я. – Простите! Я не могу!

Глава 11
Вот теперь хватит

Я стояла и смотрела, как хоронят моего мужа.

Огонь полыхал яркий – казалось, языки пламени порой достигают крыши замка, делают ночь яркой, как день. Но вскоре пламя поумерило свой пыл. От жара и дыма слезились глаза – мне на руку, потому что плакать так и не получалось, а теперь я чуть больше походила на безутешную вдову.

Церемония началась давно, но мне, в силу состояния, довелось стоять не четыре часа, как положено, а всего час. Но мне и этого хватило, чтобы известись и смертельно устать от бессмысленного взгляда в огонь.

За этот вечер много людей – вся оставшаяся в замке знать – подходили ко мне с соболезнованиями, но я всех отсылала прочь, у меня был веский повод не желать разговоров по душам.

Итак, теперь я – вдовствующая герцогиня, рядом несколько верных людей, и я понятия не имею, что мне делать дальше. Потому что сейчас точно пойдет армия желающих меня уничтожить.

И это если не считать того голоса, что я слышала на руднике. «Зов Зверя», – говорила служительница. Проклятие, последствие сделки с древним демоном. И возможно, я тоже им одержима…

Я вдруг поймала себя на странной мысли: найти бы того разбойника и узнать у него всё. Он первый, кто почувствовал, что я здесь чужая. И может, только он сможет меня понять. Я объясню, что не виновата в том, за что он меня ненавидит.

Почему-то казалось, именно он поймет и подскажет…

Эльд же… Теперь у него развязаны руки, я больше не замужем, и он, возможно, продолжит добиваться моего расположения, но после того страстного порыва в комнате были сомнения. Слишком влюбленный мужчина не всегда хорошо.

Зато он будет хорошим щитом от чужих атак.

А вот и сам страж – я заметила боковым зрением его внушительный силуэт.

– Хотите, я провожу вас в замок?

– Нет. Оставьте меня. – Я не в силах была оторвать взгляд от танцующего, но уже затухающего огня. Ещё минут десять, и пламя стихнет.

Эльд сложил руки на груди и молча замер, смирившись с моим настроением.

Мы стояли так до тех пор, пока гроб с телом герцога не сгорел дотла, леди Ансиель прошла вокруг, бормоча тихую молитву, но весь шум сейчас сливался в монотонный гул. Слуги собрали прах из чаши, находящейся под кострищем, в высокую золоченую урну. Я отрешенно следила за происходящим…

– Я не собираюсь умирать вслед за ним, Эльд, – произнесла я, не поворачиваясь.

Страж улыбнулся, я чувствовала его улыбку кожей.

– Вы удивляете меня, госпожа. И… счастлив слышать.

Мы помолчали.

– Утром я хочу снова взять в руки меч.

– Как вам будет угодно, ваша светлость.

– Ты будешь учить меня.

– Как вам будет угодно, ваша светлость. – В голосе стража послышалась недоверчивая радость.

Я последний раз посмотрела на угасающее пламя и отвернулась.

– Доброй ночи, Эльд.

– Доброй ночи, леди Найрин.

Утром заглянула Зарина, молча принесла черный наряд. Я кивнула, с трудом вспомнив после глубокого сна, в котором мне снилась моя уже подернутая туманом реальность, к чему этот траур. Ну да. Вчера похоронили моего мужа.

Я развернула черную ткань и с удивлением заметила, что наряд по местной моде, а не пышное платье, какие любила леди Найрин. Юбка спереди была сделана с двумя длинными разрезами, под ней тонкая ткань штанов, короткий корсет со шнуровкой проходил под грудью и подчеркивал талию. Но все это «безобразие» (по меркам знатных дам) скрывала длинная, расшитая черными шелковыми нитями накидка, которую можно было стянуть ремнем.

Зарина молча и сдержанно улыбнулась. Значит, ее рук дело. Мы переглянулись, и я только сейчас поняла, что никто не потребует сидеть взаперти в покоях целый год, как я читала в исторических книгах. Хоть здесь мне должно было повезти!

За завтраком я была молчалива, как подобает вдове. Хорошо избегать лишних разговоров. После завтрака меня уже ждал Эльд. При виде меня взглянул с настойчивым интересом: в порядке ли после случившегося.

– Вы уверены, что хотите этого, ваша светлость? – коснулся он рукояти меча на поясе.

– Сейчас это лучший способ ни о чем не думать.

– Вы могли бы вернуться в родное имение. Если пожелаете.

– Если я вернусь, Эльд, то точно потеряю этот замок и всё, чего достиг мой муж.

Насколько я поняла, в столице королевства произошел какой-то переворот, и в такое шаткое время лучше не делать резких движений. Кто знает, вдруг герцог был настолько кому-то неугоден и обзавелся врагами, что меня как его супругу с радостью отправят на казнь.

Лучше остаться здесь, поддерживать стабильность и делать вид, что всё у нас хорошо и замечательно. Ни проклятий, ни смертей, ни другой чертовщины.

– Король уже извещен, что мой супруг… что герцог мертв?

– Еще нет. Как вы знаете, после всех последних событий, переворота, его величество больше озабочен спокойствием в столице, чем событиями в дальних областях. Но мы должны отправить послание…

– Я бы хотела, чтобы некоторое время мы не торопились известить его. Поговорите с остальными гостями замка и слугами.

Долго вряд ли удастся, но у меня будет хоть немного времени разобраться, как себя вести.

– Но, ваша светлость… Герцог не так давно присягнул королю на верность, я боюсь, мы вынуждены… Ни в одном герцогстве не поддержат одинокую женщину у власти. К сожалению, госпожа, вы знаете порядки королевства. Едва ли новый монарх решится их изменить.

Значит, интуиция меня не обманула и лучше утаить пока вести.

Я остановила его и замерла, глядя куда-то в район груди. Неловко подняла руку и с трепетом положила на крепкие мышцы, и дрожь моя была не такой уж поддельной. Ей-богу, когда перед тобой такая гора мышц и силы, которая только и ждет малейшего знака, чтобы овладеть…

– Тем более поэтому дайте мне время, Эльд. – Я обвела пальцами застежки на вороте рубахи. – Я думаю, сейчас не стоит торопиться. Я прошу вас… остаться на моей стороне, иначе меня погубят. Надеюсь, хоть вам я могу довериться полностью?

– Полностью, госпожа, – прошептал он. – Я в вашей власти.

– Тогда мы должны выполнить наши обязательства по поставкам руды, – фраза выскочила прям как из телевизионных новостей, – чтобы успокоить драгоценного монарха. И расскажите, чего мне, по-вашему, теперь опасаться в первую очередь? У меня осталось слишком мало близких людей здесь, и вам… вам я доверяю больше прочих. После того, на что вы были готовы ради возвращения меня к жизни.

– Вы завидная невеста снова, ваша светлость, – сказал он прямо и посмотрел мне в глаза. – Простите за эти слова, горе слишком свежо. Но боюсь, слишком многие захотят заполучить богатое месторождение за ваш счет. Вам стоит опасаться наплыва воздыхателей, если не случится никакой беды, – криво усмехнулся он.

Голос Эльда звучал ровно, но я видела, что ему больно так говорить. По всему выходит, что его происхождение не дает ему особых надежд на будущее возле меня.

– Я всего лишь вдова…

– Вы по-прежнему герцогиня. И если однажды у вас родится наследник, он тоже получит этот титул, замок и все земли вокруг.

Что ж, это были важные подробности. Значит, все не так плохо. Но Эльд продолжил:

– Мир непрост, ваша светлость. Особенно сейчас. Я сделаю все, чтобы защитить вас, но если говорить откровенно, опасаться можно многого. Не хочу вас тревожить после того, что случилось.

Да тревожьте уже ради бога. Лучше знать, откуда ждать удар.

– Говорите со мной откровенно, Эльд. Я должна знать.

– Вы и без того знаете, как неустойчива бывает власть правителей. Тринадцать лет назад мир здесь изменился, когда вашему супругу было даровано право навести порядок в Кирании и избавить мир от предыдущего герцога. Но прошло еще тринадцать лет, и никто не знает, чего ждать.

Это можно перевести так: как свергли одного, так свергнут и другого. Вернее, другую. Нечего надеяться на поддержку монархов, бери и делай все сам.

Мы вышли на ту же площадку, где сражались с мастером Альбертом.

– Боюсь, чтобы выступить на турнире, вам придется тренироваться не меньше полугода. Многие местные девушки, способные сражаться, готовятся с юных лет.

– Напомни мне, для чего мой муж хотел устроить этот турнир?

Эльд усмехнулся.

– Чтобы показать свою силу. Чтобы собрать у себя лучших воинов окрестных земель и при этом доказать превосходство и влияние.

– Вот видишь. Мне не нужно победить в турнире. Мне нужно сделать то, что планировал мой муж, и просто не ударить в грязь лицом. Просто выйти и удержать в руках меч хоть какое-то время. Пусть лучше местные увидят, что мне не чужды их традиции. Даже взять клинок уже немало, не так ли?

Но, конечно, хорошо бы научиться защищать себя от тех, кто бродит в сумрачных лесах и исчезает среди деревьев, словно тень. Тех, что приставляет к горлу клинок, жаждет моей крови и хранит свои тайны…

Я скинула длинную накидку, бросила на каменные ступени, где в тот раз сидели зрители-зеваки. Сейчас пока было пусто, и я вздохнула спокойно. Эльд остановился и невольно принялся разглядывать мой траурный наряд. Понимаю, наверное, это выглядит совсем странно, но пусть.

– Эльд, – встряхнула я его.

– Я готов. – Он склонил голову и дернул уголком рта.

Но вскоре мой учитель стал серьезнее, заставил меня надеть защиту в виде кожаной безрукавки на завязках с металлическими вставками и взять в руки деревянный меч, несмотря на мои вялые возражения, что это издевательство.

Давно я не выкладывалась по полной, как раньше на тренировках. И предвкушала, как наконец выкину на время всё из головы, почувствую в руках и ногах силу, а потом измотаюсь настолько, что не останется сил на беспокойства.

– Держите клинок крепче. Вот так, – показывал он.

Я повторяла позу в точности, но Эльд не раз подходил и переставлял мне пальцы, поворачивал корпус и показывал, держа мою ладонь в своей, как делать замах.

А потом он заставил меня бить, подставив под удары то свой доспех, то повернутую боком деревяшку. Вообще-то ударить человека не так просто, как кажется. Даже если он похож на непробиваемую скалу с мощным корпусом и невозмутимым лицом, а еще дразнит и подначивает.

– Сильнее, если хотите быть похожи на киранийскую деву. Вы должны бить без жалости. Бейте же, а не щекочите мой живот, – рассмеялся он, увидев мой свирепый взгляд.

И я била всласть. За Тимура и его предательство, за этот чертов мир, за бандита, что охотится за мной в лесах, за Кая, за насмешки местных. За проклятый голос неведомой твари в моей голове! Получайте все! И ты, насмешливая скала!

За твою дурацкую любовь к той, кого больше нет! Я не хочу разбивать твое дурацкое сердце, но что еще мне остается?!

В какой-то момент мне показалось, что моя чрезмерная страсть испугала стража.

– Может, достаточно, ваша светлость? – увернулся он от моей попытки его достать.

Эльд поднял своей деревянный меч, и я с такой силой обрушилась на него, что мой треснул пополам. Не разломался, но трещина пошла знатная.

– Вот теперь хватит, – выдохнула я.

Глава 12
Враг внутри
(пять дней спустя)

Утро началось с общего завтрака, на котором осталось гораздо меньше людей, чем раньше. Я успела за эти дни узнать, что высокую одинокую женщину зовут леди Юриета, она моя давняя знакомая или что-то вроде того. И сейчас просто боится возвращаться в столицу, где кипят нешуточные страсти, поэтому продолжает жить по инерции в Нейшвиле и делает вид, что ей тут абсолютно нормально. Только то и дело бросает на меня недоуменные взгляды, но вмешиваться будто боится.

Общение с теми, кто тесно общался прежде с леди Найрин, я свела к минимуму, оставила только Эльда, Зарину и леди Ансиель из башни наверху. Впрочем, с одним еще довелось познакомиться ближе – с советником лордом Вистаном, округлым невысоким бароном и старым другом покойного герцога, который только вернулся от короля и доложил последние новости.

К власти вернулся наследник короля, казненного неким мятежником тринадцать лет назад, – это удалось выяснить осторожными уточнениями и подыгрыванием. И в чужих разговорах я поймала несколько фраз о том, что мой супруг успел обрести шаткое доверие нового короля после внезапной смерти мятежника, быстренько присягнув на верность. Вопрос, распространяется ли это доверие на вдову герцога, оставался открытым.

– Ваша светлость, – обратился барон. – Я понимаю, что сейчас для вас очень трудное время. Мои бесконечные соболезнования. Полагаю, все поймут, если вы отмените турнир.

– Лорд Вистан, благодарю вас. Думаю, отменять не имеет смысла. Да, у нас траур, но обстоятельства таковы… Люди ждали и готовились, поэтому предлагаю оставить всё, как было решено. Сейчас самое время собирать снова нашу силу.

– Если вы считаете, что готовы с этим справиться… – Советник оглядел меня с долей скептицизма, а потом, внезапно, с интересом.

Не надумал ли предложить свою руку и прочие органы в качестве надежной опоры? Ох, чувствую, меня ждут веселые времена. Мама, роди меня обратно, а…

– Какие новости о разбойниках? – обратилась я к Эльду, когда мы спустились вниз в главный зал, мимоходом разглядывая мозоли после вечерней тренировки.

Этот вопрос тревожил меня во вторую очередь. Или даже третью, на первых двух местах твердо расположились мои права вдовы и демонический голос Зверя.

– Затаились или ушли. Мы отправляли несколько отрядов, нашли место их лагерей, но там никого. Надеюсь, не вернутся, хотя после гибели его светлости всего можно ждать.

Ушли, говоришь. Боже мой, это сейчас разочарование меня кольнуло?! Какая досада, меня не попытаются снова убить, не прижмут кинжал к горлу и не назовут мацурской дрянью!

– Мы смогли отправить добытую руду королю. Он спокоен?

– По крайней мере, ваша светлость, на некоторое время он не будет тревожиться за Киранийские земли, – охотно влез с ценным мнением советник. – Если только снова здесь не случится что-то…

– Не хочу знать, на что вы намекаете… Надеюсь, турнир пройдет без приключений. Я хочу уверить всех подданных герцогства, что у меня достаточно сил, чтобы защитить их.

– Хорошо, сделаем всё, чтобы ничего не помешало торжеству.

Я, конечно, читала в книгах и смотрела в кино про рыцарские турниры, но не думала, что это настолько масштабное событие. Съезжаться участники начали еще с вечера, разбивали палаточные лагеря за стенами замка внизу, а утром потянулись длинной шеренгой.

Становилось всё более людно и шумно. Правда, в отличие от киношных турниров наш, похоже, будет без участия тяжеловооруженных лошадей: шли только воины.

Я поглядывала на происходящее с галереи второго этажа, стоя в тени колонн. Удивительно было видеть, что среди людей в доспехах встречается много девушек, также закованных в кожу и металл. Впрочем, смотрелось это скорее круто, чем нелепо.

Мне удалось провести еще несколько тренировок с Эльдом, но я все равно волновалась и то и дело сжимала и разжимала ладони, чувствуя легкие мозоли на пальцах.

Хорошо, что организацией турнира занималась не я, а прибывший распорядитель некий лорд Ламбин, и они вместе с лордом Вистаном и Эльдом взяли всё это на себя. Знатных рыцарей представляли мне с торжественной почтительностью (про герцога никто пока не решился спросить, и мы хранили молчание), а после размещали в замке, благо места у нас было немало, я до сих пор не обошла и десятой части.

Скоро от имен и титулов у меня закружилась голова, и я просто молча кивала, иногда улыбалась и говорила слова приветствия. А дальше оставалось только любоваться на ряды воинов и слушать звон металла. Признаться, наличие такого числа воинов вдохновляло – как будто у меня вдруг появилась собственная небольшая армия. Как минимум я почувствовала себя более защищенной.

От меня потребовали вступительное слово, и я вышла вперед, чувствуя легкую дрожь. Выступать на сценах мне порой приходилось, как и на всяких конференциях, но тут обстоятельства были ни на йоту не похожи. Я, черт возьми, герцогиня. Не последний титул во всем королевстве, огромная ответственность.

– Я не буду много говорить, – шепнула я Эльду.

– Имеете право, – кивнул он.

И я коротко обратилась с простой фразой, которую подсказал страж, а я успела мысленно повторить на все лады:

– Приветствую всех подданых Киранийских земель. Сегодня я встречаю вас и буду смотреть на ваше воинское мастерство. Покажите нам настоящую отвагу и доблесть, а лучшие из вас получат награду. – Я назвала денежную сумму.

Кто-то удивленно смотрел на меня, ожидая на моем месте герцога. Поэтому я стояла перед ними, замерев и вытянувшись в своем новом наряде по местной моде: высокие сапоги, штаны, темно-синее платье с корсетом и укороченная, подобранная спереди юбка. Только длинный плащ со стоячим воротом, перехваченный на талии ремнем, был расшит роскошно, подчеркивая мое происхождение и знатность.

Ремень, идущий под корсетом, служил креплением для меча, и я прихватила свой кинжал. Мне с ним и правда будто стало спокойнее.

Этим утром я спросила у Зарины, где большое зеркало, на что она с удивлением сказала, что я сама потребовала убрать зеркала из виду около месяц назад.

– Да, – запнулась я. – Тогда мне так хотелось, но сейчас хочу вернуть как было.

Похоже, суеверия окончательно доконали леди Найрин и та стала бояться даже собственного отражения. Зарина удивленно пожала плечами, но распоряжение передала.

Когда я увидела себя в огромном зеркале до пола в этом торжественном наряде, то удивленно замерла. Будто с постера к фильму «Гордость, предубеждение и зомби». Там тоже была героиня в похожем наряде и с внушительным мечом в руках.

И теперь я стояла перед толпой местной знати, рыцарями, боронами и прочими мелкими аристократами, чувствуя нарастающую уверенность. Они увидят, что леди Найрин не так слаба и представляет что-то из себя даже в отсутствие мужа.

Но мое спокойствие разлетелось в тот миг, когда в толпе послышался крик.

– Где же сам герцог, ваша светлость?! – кричал голос из толпы, и я похолодела. – Говорят, он помер! Почему же вы не сказали?

Я щурилась на солнце и не могла разглядеть, кто такой осведомленный и дерзкий. Вслед за ним слились в единый гул голоса остальных участников.

Попала! Теперь надо что-то сказать, чтобы объяснить умалчивание. Я переглянулась с советником и Эльдом, и советник взял слово:

– Это прискорбная весть, господа… Мы давно обещали вам турнир, но буквально два дня назад произошла эта ужасная трагедия. Герцогиня Ангарет, стоящая сейчас перед вами, приняла героическое решение устроить турнир, чтобы не лишать вас долгожданного события. Но любое упоминание горя может…

На этих словах я почувствовала, что мне и впрямь нехорошо. Голова закружилась, я почувствовала, как кровь отлила от лица, а из-за плотного корсета не вздохнуть толком. Эльд быстро подошел и подхватил меня под руку, а я бессильно вцепилась в его плечо.

Кто-то закричал, что герцогиня сейчас упадет в обморок, но назло всем я устояла и произнесла со всей твердостью:

– Это так, мой муж погиб недавно. Это мое личное горе, и мне… мне трудно говорить. Прошу вас, докажите, что он отдал жизнь на этих землях не напрасно. Что тут было, ради чего… погибнуть. Как вдова я продолжу его дело.

Бессовестно повиснув на Эльде, я слабо кивнула и позволила отвести меня в сторону. Я слышала слова соболезнования, но вместе с тем и редкие, но искренние крики, что так ему и надо. Герцог, как бы ему ни хотелось, не стал здесь народным героем. Надо узнать о нем побольше.

Советник лорд Вистан продолжил мою речь, убеждая собравшихся, что это горе должно нас объединить и сплотить перед лицом опасности. В общем, всю ту чушь, что обычно несут политики с экранов телевизоров.

К счастью, торжественная часть оказалась недолгой, опасность народного гнева поутихла, хоть я и слышала там и сям разговоры и домыслы. Но Зарина увела в тень, усадила в высокое, почти королевское кресло и притащила немного угощений и напитки.

– Когда твоя очередь?

– Скоро, ваша светлость! Женские соревнования будут первыми.

Я видела, что ее так и подмывает спросить, не тоскую ли я по погибшему мужу и не хочу ли говорить о нем, но я сдержанно отвернулась, не развивая тему.

Но перед началом соревнований меня все же вытащили вниз и уговорили предстать перед народом и показать пример. Куча стражников была поблизости и цепко оглядывала окружение, которое пялилось на мой наряд и меч на поясе. На миг я почувствовала себя кинозвездой на каком-нибудь фестивале, окруженной телохранителями.

Зарина подмигнула мне, вышла одна из первых и пригласила открыть турнир коротким показательным боем. Я подумала, что куда мне сражаться с такой опытной девчонкой – ее бой с мастером Альбертом я помнила хорошо, но Зарина на удивление так удачно подыгрывала мне, что я почувствовала себя уверенно, даже сделала несколько выпадов, которые показывал Эльд. Этого оказалось достаточно: на контрасте с настоящей леди Найрин я, наверное, была амазонкой.

Удивленный гул и одобрительные крики стали мне наградой. Похоже, никто не ждал от герцогини подобного поведения. Я коротко кивнула Зарине, благодаря за всё, подняла голову и вдруг наткнулась на странный взгляд среди толпы.

Зрители шевелились, двигались, и я его тут же потеряла, только растерянно оглянулась по сторонам. Должно быть, почудилось… Хорошо, что со мной рядом охрана, а то кто знает, на что способны эти воины, догадайся они…

О чем именно? О том, что я слышу голоса? Что утаила гибель герцога и делаю вид, что всё в порядке? Или о том, что я здесь настолько чужая, что даже представить дико. Я отступила назад в тень и вернулась на кресло.

Другая служанка подбежала с графином холодной воды, и я благодарно кивнула: как раз кстати. Эльд остался неподалеку и коротко комментировал происходящее. Наконец я могла задавать вопросы, не опасаясь своего незнания: леди Найрин была такая же несведущая в деталях, как и я.

Мы говорили, но я не переставала следить за сражениями и искать среди толпы тот взгляд, который рождал непонятное волнение. Не может же быть здесь тот, кого никто не приглашал?! Я ведь надеялась, что турнир и наплыв воинов помешают разбойникам осмелиться и подойти к замку, неужели он смог?!

Кто-то побеждал с ревом, кто-то проигрывал и с досадой покидал поле боя. Эльд часто кратко рассказывал мне о воинах и их гербах, но я даже не пыталась их запоминать – слишком много!

В середине дня объявили перерыв на обед и отдых, а после все продолжили бой. Мое внимание привлек воин в железном шлеме без отличительных знаков. Вернее, какие-то следы от краски разглядеть было можно, но ничего ясного.

Взгляд привлекла быстрота движений воина и их слаженность, даже несмотря на внушительный кожаный доспех. Казалось, он неуловим и недосягаем для клинка соперника, зато сам запросто обходит и обрушивает удар за ударом.

Я чуть было не спросила у Эльда, смотрящего в другую сторону, кто он такой. Но поняла сама и замолчала, следя с напряжением. Почти уверена – это его взгляд я почувствовала внизу во время боя. Сейчас он старательно делал вид, что никакой герцогини не существует, но я не могла оторвать от него глаз. Ну, давай же! Прояви себя!

Но нет. Сама концентрация на бое, будто именно ради этого он сюда явился.

Я осмотрелась. И вот – снова увидела его глаза, сверкающие из-под прорезей шлема. Это он был в лесу! Это он знает, что я ненастоящая!..

Глава 13
Наследница всех грехов

Воин выиграл в поединке, но не стал принимать поздравления и снимать шлем, только поклонился и смешался с толпой. Я долго вглядывалась и наконец заметила его возле мастера Альберта на дальнем конце площади. Что бандит может хотеть от нашего оружейника? Почему никто не замечает присутствие чужака?! Хотя в этих доспехах все они на одно лицо.

Остаток дня я была рассеянна и задумчива, поединков осталось совсем мало, скоро распорядитель турнира объявил победителя, мне снова пришлось сказать несколько слов, но я не переставала искать своего врага. Вдруг он уже рассказал что-то про меня? Но с другой стороны: что он вообще может знать?..

Вскоре внутренний двор превратили в место для торжества: зажгли факелы, соорудили столы с угощениями, повсюду лилось пенное пиво. Я знала, что скоро будет отдельный прием в замке для самых знатных участников, но это не успокаивало.

Если стены замка не преграда для хитрого разбойника, мне нигде нет безопасности. Но может, это просто показалось? В какой-то момент я оказалась во дворе одна, Зарина потерялась в толпе. Тут и там раздавались громкие крики.

Я спустилась, огляделась, дошла до Альберта, но тот был один. Воина в шлеме снова нигде не было. Куда же он подевался? Словно возник из ниоткуда и исчез таким же образом.

Что-то потянуло меня в сторону подальше от толпы, под узкую арку и проход к дальним зданиям. Навстречу торопливо пробежали двое слуг, поклонились низко, но у них спрашивать я не решилась, прошла еще дальше и нырнула в глубокую тень арки.

Я успела заметить знакомую спину.

– Стой. Ты ведь пришел сюда ради меня?!

Он обернулся через плечо. Снова от его взгляда мурашки по коже. Я, наверное, сумасшедшая, он ведь почти убил меня тогда. И теперь ничего не мешает.

– Не льсти себ-бе, герцогиня, – снова легкая запинка в речи, как спотыкание. – Пока есть дела и поважнее. – В глубоком голосе звучала насмешка.

– Стой! Остановись! Или я крикну страже, кто ты на самом деле.

Хотя ситуация была идиотская. Если я скажу про него, он может выдать про леди Найрин и то, как узнал, что я не она. Если, конечно, он сможет это доказать. Кто его знает?!

– О, ты угрожаешь…

– Это ты начал с угроз и оскорблений, там, в лесу! Я лишь поддерживаю традицию. Это ведь ты крикнул в толпе про герцога?

– Если так? Что ты хочешь от меня? – спросил он, даже сделав шаг вперёд, будто из интереса к забавной зверушке. Впрочем, меня ни на миг не покинуло чувство, что он легко уйдет от любой стражи, а заговорил из чистого любопытства. Но он единственный, кто сразу почувствовал не то. – Может, мне стоит сказать, что ты убила драгоценного супруга ради захвата власти?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.