Морис Метерлинк
Синяя птица

Пересказ с французского

Леонида Яхнина

Художник

Инна Бодрова

© Яхнин Л. Л., наследники, перевод на русский язык, 2022

© Бодрова И. В., иллюстрации, 2022

© Оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2022

Machaon®

Глава первая
Фея Берилюна

Ночь спустилась над горами и долинами Фландрии, над островерхими крышами домов, над бедной хижиной дровосека. Не обычная ночь, а самая таинственная, Рождественская. В эту прекрасную ночь к детям неслышно приходит святочный дед Санта-Клаус, кладёт им, спящим, под подушки свои подарки.

Дети дровосека Тиля, маленькие брат и сестра Тильтиль и Митиль, спали крепким сном. Спала в своей круглой клетке и любимая птица Тильтиля – голубая горлица. Спала, свернувшись на печке клубочком, чёрная кошка Тилетта. Спал под лавкой преданный пёс Тило. Спало тесто в квашне. Спала высокая сахарная голова на полке. Спала керосиновая лампа на столе.

И вдруг фитиль в лампе сам собой стал медленно разгораться. Вот уж и весёлый язычок пламени трепещет за пузатым ламповым стеклом. А за окном, закрытым ставнями, послышалась весёлая музыка. Тильтиль и Митиль проснулись и бросились к окну. Как удивительно было на улице! К богатому дому напротив подъезжали запряжённые белыми конями кареты. Из них выпархивали нарядные мальчики и девочки. Они устремлялись в дом, где уже ждала их сверкающая рождественская ёлка, а стол был уставлен блюдами с восхитительными пирожками и удивительными пирожными. Ни разу в жизни Тильтиль и Митиль не пробовали таких лакомых угощений. Даже вкуса их не знали. А богатые мальчики и девочки – вы только подумайте! – не спешили наброситься на еду, съесть эти чудесные пирожные, насладиться этими необыкновенными пирожками! Ну, конечно, они ведь могут есть такие вкусности каждый день. Но Тильтиль и Митиль тоже могут есть сколько угодно пирожков и пирожных. Только воображаемых.

– Я съела уже двенадцать пирожных! – воскликнула Митиль.

– А я… я четыре раза по двенадцать! – похвастал Тильтиль.

– Как вкусно! Как вкусно! – повторяли они и весело смеялись.

Вот и к ним пришло Рождество. И не воображаемое, а самое настоящее, потому что веселье-то их было вовсе не придуманное. Взявшись за руки, Тильтиль и Митиль радостно запрыгали по комнате. Вместе с ними приплясывал огонёк в керосиновой лампе, ухало тесто в квашне, плескалось молоко в кувшине, поскрипывала сахарная голова на полке. Дети так расшумелись, что не сразу услышали стук в дверь: тум-тум!

– Ой, кто это? – испугалась Митиль.

– Отец! – прошептал Тильтиль и уже хотел было нырнуть под одеяло, когда дверь медленно растворилась.

Перед ними стояла крохотная старушонка в зелёном платье и красном чепце. Ух и страшна она была! Горбатая, одноглазая, хромая, нос крючком. А голос какой хриплый и ворчливый!

– Нет ли у вас, дети, Синей Птицы? – прохрипела старушонка.

Тильтиль сразу взглянул на горлицу. Как? Отдать её этой страшной старушонке? Ни за что!

А странная гостья проворчала:

– Твоя птица мне не нужна. Она не синяя и не спасёт мою умирающую внучку.

– Она больна? Что с ней? – встревожилась Митиль.

– Не знаю. Но ей хочется быть счастливой. А счастье приносит Синяя Птица. Мы, феи, это знаем.

Какая же она фея? Старая, некрасивая. Феи прекрасны и таинственны. А эта старушонка похожа на их бедную соседку Берленго.

А старушка продолжала:

– Да, я фея Берилюна. И очень прошу вас, нет, приказываю пойти за Синей Птицей. Только дети и лишь в Рождественскую ночь могут поймать её.

Тильтиль и Митиль смотрели на две седые прядки волос, выбившихся из-под чепца, и никак не могли поверить, что перед ними фея.

– Ах, люди, люди, – проворчала фея, – они слепы и видят лишь то, что можно увидеть глазами. Но вам, дети, я верну зрение. Вот смотрите!

И она вынула из кармана фартука маленькую зелёную шапочку с блестящей, сверкающей… пряжкой? Пуговицей?

– Это алмаз, – сказала фея Берилюна. – Стоит надеть шапочку на голову, повернуть алмаз справа налево, и вы прозреете. Станете видеть то, что обычно скрыто от глаз, – души людей и вещей. Надень эту шапочку, Тильтиль, она поможет отыскать Синюю Птицу.

– Мы найдём её! Обязательно найдём! – воскликнул Тильтиль.

– Но вам придётся обойти весь свет, а может быть, и заглянуть в Прошлое и Будущее. И всё пешком, – сказала фея. – Тут бы пригодился ковёр-самолёт, да я куда-то задевала ключ от сундука, где он хранится.

И фея протянула Тильтилю зелёную шапочку. Он надел её, осторожно повернул алмаз, и… И комната наполнилась звуками и голосами. Часы на стене заходили ходуном, циферблат расплылся в улыбке, и с него посыпались, поскакали на пол крохотные человечки, похожие на цифры. Они вихрем закружились в хороводе, напевая колокольчиковыми голосами:

Тинь-тинь, Тильтиль,
Динь-динь, Митиль!
Весь день, день-день,
Нам петь не лень!

– Кто это? – восхитилась Митиль.

– Это счастливые минутки вашей жизни, – засмеялась фея. – Видите, их не так уж и мало.

Тильтиль и Митиль взглянули на фею и ахнули!

Перед ними стояла уже не горбатая старушонка, а стройная сказочная принцесса. Волны чудесных золотистых, словно спелые колосья, волос стекали по её плечам. Небесно-голубые глаза излучали ясный свет. А улыбка, нежная, ласковая, навевала покой и радость.

– Ну что, нравлюсь я вам? – спросила фея мелодичным голосом.

– Ещё как! – прошептал Тильтиль.

А Митиль только всплеснула руками. В этот момент кто-то недовольно запыхтел, заворчал, заворочался. Из квашни показалась голова, похожая на горбушку круглого каравая. И вот уже весь Хлеб, толстый, мягкий, румяный, вылез наружу и зашлёпал по полу. Он, отфыркиваясь, пробормотал:

– Ну и теснотища в этой квашне! Все бока пообмял!

Звякнула дужка ведра. Из него, разбрызгивая сверкающие капли, выплеснулась, поднялась прозрачная девушка со струящимися волосами.

– Вода! Вода! Держитесь от меня подальше! – закричал ей Огонь, который только что вылез из очага. Его алый плащ взметнулся, а горящие глаза сердито засверкали.

Тильтиль и Митиль с изумлением оглядывали свою ожившую, заговорившую комнату. А тут ещё на полке завозился, зашевелился Сахар и стал осторожно спускать на пол свои длинные ноги. Вот уж он стоит перед ними, преломившись в поклоне.

– Барышня, – вкрадчиво обратился он к Митиль, – не желаете ли отведать леденцов?

Не успела Митиль ответить, как Сахар – о ужас! – с хрустом отломил свой палец.

– Не волнуйтесь, – успокоил он, – я же Сахар, и пальцы мои леденцовые. А на месте того вырос новый. Полюбуйтесь!

И он, сладко улыбаясь, протянул детям целый пучок леденцов.

В этот момент Вода взмахнула рукавом, брызги веером разлетелись по комнате, попали на плащ Огня, и он злобно зашипел. Из угла раздался вкрадчивый голосок кошки Тилетты.

– Ах, миленькая, – промурлыкала она, обнимая Митиль своими мягкими лапками, – я вас так люблю, так обожаю!

– Вр-рёшь! – зарычал пёс Тило. – Знаем мы вас, кошек!

Лукавицы. Это мы, собаки, пр-р-р-реданы хозяевам, как собаки.

– Не ссориться! – топнула ногой фея. – Вы все вместе должны отправиться за Синей Птицей и в пути помогать друг другу.

– А вы тоже с нами пойдёте? – спросила Митиль.

– Я всегда приду вам на помощь. Но не могу оставить свою маленькую внучку, – сказала фея. – С вами отправится вот кто…

И она легко взмахнула рукой. Комната озарилась мерцающим светом, нежная колокольчиковая музыка заполнила все углы. Огонёк внутри керосиновой лампы вытянулся, побледнел, оторвался от фитилька, и перед детьми предстала несказанной красоты девушка. Голубоватый свет источали её одежды, ласковой теплотой светилось её лицо.

– Кто вы? – восхитился Тильтиль.

– Душа Света! – ответила девушка. – Ты сам меня вызвал, мой мальчик. Я пойду с вами за Синей Птицей.

– И я! – гавкнул пёс. – Я всегда с тобой, мой маленький повелитель.

– И я пойду, – промяукала кошка, ласкаясь к Митиль.

– И я, и я, и я! – закричали Хлеб, Вода, Огонь.

– Но помните, – сказала фея, – в то мгновение, когда вы найдёте Синюю Птицу, всё исчезнет для вас. Дети окажутся дома, а вы, ожившие вещи и животные, вернётесь к своей обычной жизни. Огонь в очаг. Хлеб в квашню. Вода в ведро. Кошка и собака снова забудут человеческую речь.

– Э, так не пойдёт, – проворчал Хлеб. – В квашне тесно.

– Ску-учно плескаться в ведре-е-е, – захныкала Вода.

– Я не согласен! – вспылил Огонь. – Всё равно выскочу из очага! И тогда берегитесь!

– Что бы ни случилось, я с тобой, мой маленький повелитель! – рявкнул пёс Тило и обнял Тильтиля.

А кошка Тилетта подбежала к фее и стала ластиться к ней.

– Фея, феечка! – вкрадчиво промяукала она. – А можно мне не ходить за Синей Птицей? Я подожду детей здесь, дома.

– Все пойдут с детьми, – строго сказала фея. – А иначе… – И она повелительно кивнула Тильтилю: – Мальчик, поверни алмаз на шапочке в обратную сторону.

Тильтиль послушно коснулся алмаза, слегка повернул его.

В комнату, разгоняя волшебный свет, хлынула ночная мгла. Огонь, извиваясь, взмахивая полами своего алого плаща, нехотя потянулся в очаг. Толстый Хлеб размяк, расквасился, почти превратился в тесто и, пузырясь, пытался втиснуться обратно в квашню. Вода совсем расплакалась, растеклась и еле-еле успела булькнуть в ведро. Сахар принялся с хрустом кутаться в свою обёрточную бумагу. Кошка мяукнула, но уже ничего нельзя было разобрать, кроме её «мяу»! Она снова стала устраиваться на тёплой печке. Только пёс продолжал крутиться около Тильтиля и Митиль, виляя хвостом и преданно заглядывая им в глаза, словно хотел сказать: «Я с вами, что бы ни случилось!» Мягко повела белым рукавом Душа Света и стала совсем прозрачной.

– Не надо! Не надо! – закричала Митиль. – Я не хочу с ними со всеми расставаться!

Тильтиль по мановению феи снова повернул алмаз, и вновь ожили Хлеб, Огонь, Вода. Встрепенулась Кошка и спрыгнула с печки. Душа Света наполнилась таким сиянием, что все ночные тени растаяли.

– Теперь вы поняли, что находитесь во власти детей? – сурово спросила фея. – Служите им верой и правдой в пути. А вы, дети, отправляйтесь. Я жду вас. Душа Света будет освещать вам дорогу.

Глава вторая
Заговор

Неслышно распахнулись створки окна, и один за другим все выскользнули на ночную морозную улицу. И тут обнаружили, что им не холодно: фея одела их на свой вкус. В её сказочном сундуке хранились всякие наряды.

Тильтиль оказался в костюме Мальчика-с-пальчика. Тёплая зелёная курточка и тёмно-красные панталоны ладно сидели на нём, крепкие жёлтые башмаки весело постукивали по заледенелой дорожке.

Митиль была наряжена Красной Шапочкой, а на ногах у неё поблёскивали туфельки Золушки.

Толстый Хлеб кутался в просторный расшитый халат турецкого паши. Но и этот халат не мог скрыть его надутый, словно шар, живот. На голове у Хлеба красовался высокий тюрбан. В этом наряде он был бы похож на Синюю Бороду, если бы не его толстые румяные щёки.

Огонь остался в своём плаще, который он даже не запахнул. Ещё бы! Никакой мороз ему не страшен. Зато Вода просто дрожала от холода. Она так боялась замёрзнуть. Тёплый туман окутывал её с ног до головы, увитой густыми водорослями. Следом за ней шёл Сахар в шелках, хрустящих и шелестящих, как обёрточная бумага.

– Нет, вы только посмотрите на эту наглую кошку! – ворчал пёс Тило. – Расфуфырилась, будто знатная дама.

А кошка Тилетта в костюме, усыпанном блёстками, словно звёздами, в ладных сапожках и шляпке с перьями вилась вокруг Тильтиля и Митиль, ластясь и намяукивая на ухо девочке ласковые слова.

Душа Света, разгоняя тьму, стремительно уходила вперёд, увлекая за собой детей. Кошка незаметно потянула Хлеб за полу халата.

– Не торопись, – шепнула она, – и передай остальным, чтобы поотстали.

– Это зачем? Чтобы заблудиться? – недовольно проворчал Хлеб.

– Глупый толстяк! Дело идёт о нашей жизни! – прошипела кошка Тилетта.

– Ну, если та-ак… – недоверчиво протянул Хлеб и замедлил шаг.

Вскоре вокруг кошки собрались все – и Огонь, и Вода, и Сахар, и Хлеб. Только пёс Тило преданно бежал у ног Тильтиля. Но и он, заподозрив что-то неладное, немного поотстал.

– Друзья, где вы? – позвал Тильтиль – Не потеряйтесь!

– Мы здесь, не волнуйся! – ответила кошка Тилетта. – Я прекрасно вижу в темноте и не заблужусь. – А сама зашептала: – Вы слышали, что сказала фея? Как только дети найдут Синюю Птицу, мы снова превратимся в безмолвных существ. Хлеб возвратится в квашню. Огонь будет, как и прежде, потрескивать взаперти в печке. Воду расплещут, разберут на суп и умывание, а Сахар съедят понемножку.

– Что же нам делать? – всполошился Сахар.

– Я всё спалю! – загорелся Огонь.

– Я залью их слезами! – всхлипнула Вода.

– Чепуха! – остановила их кошка Тилетта. – У Тильтиля есть волшебный алмаз. Вы и ахнуть не успеете, как он возвратит вас на место.

– Тогда всё пропало! – поник Хлеб.

Но кошка Тилетта стукнула его лапой по пухлому животу и хихикнула:

– Если бы твой большой живот умел думать, ты бы, Хлеб, был самым умным на свете! Я знаю, что делать. Мы должны помешать детям найти Синюю Птицу. Чем дольше они будут искать её, тем больше мы проживём.

– Браво, Тилетта! – захлопал своими пухлыми ладонями Хлеб.

– Друзья, где вы?! – прокричал Тильтиль. – Не потеряйтесь!

– Мы здесь. Не волнуйся, – ответила кошка Тилетта, лукаво сверкнув глазами. – Я вижу в темноте, как днём, не заблужусь.

– Но всё-таки человек… – начал было Сахар.

– Что человек? – прервала его кошка. – До его появления Вода и Огонь были повелителями мира. А мы, животные, были свободны. Посмотрите, что стало с нами теперь. Человек – наш враг!

Тут из темноты вырвался пёс Тило. Он с рычанием набросился на кошку.

– Ну-ка повтори, что ты сказала! Я… р-рр… не позволю… р-рр… обижать… р-рр… детей! – захлёбывался он.

– Ты что же, хочешь снова превратиться в дворовую собачку, лаять и вилять хвостом? – язвительно спросила кошка.

– Ради человека я готов на всё! – не унимался пёс Тило. – Человек – моё божество, и я готов исполнить любую его волю, любое желание. А всех его врагов загрызу! Р-разорву на части!

– Б-б-браво! – залепетал Хлеб. – Я с вами вполне согласен!

– Не ссорьтесь, только не ссорьтесь, вы все правы, – слащавым голоском увещевал их Сахар.

Тильтиль услышал шум, рычание пса, злобное шипение кошки и крикнул:

– Тило! Ко мне! Вы что там затеяли?

Кошка Тилетта тут же бросилась к Митиль и жалобно промяукала:

– Этот грубиян Тило чуть не разорвал меня!

Тильтиль укоризненно покачал головой.

– Как тебе не стыдно, Тило? – спросил он.

Пёс возмущённо клацнул зубами и оскалился на кошку.

– Ты бы знал, Тильтиль, что она говорит! Да как она смеет? Да я её…

– Молчать! – рассердился Тильтиль. – На место!

И пёс покорно поплёлся следом, не смея возражать своему повелителю. Но украдкой он оглядывался на кошку и грозил ей лапой. А та только посмеивалась и без конца ластилась к девочке, ласково щекоча её своим шелковистым мехом. Хлеб и Сахар нехотя тащились по дороге. Огонь и Вода старались держаться подальше друг от друга.

Туманная мгла набегала волнами. Душа Света мерцала в этом ночном тумане, словно яркая звезда. Вдруг она остановилась и обернулась к детям.

– Дальше вы пойдёте одни, – сказала она. – Так велела фея. А мы все подождём вас здесь. Вы должны вернуться ровно в девять. Запомните. Так велела фея.

– Ночью? Неизвестно где? Одни? – всполошился Хлеб.

– Так велела фея, – непреклонно повторила Душа Света. – В Страну Воспоминаний попадают только люди. Хлеб, передай Митиль серебряную клетку. Вдруг они встретят там Синюю Птицу?

– Синюю Птицу? – промяукала кошка Тилетта. – Может быть, мне будет позволено пойти с ними? Я умею ловить птиц.

– Тогда и я пойду! – рявкнул пёс Тило. – Все твои козни р-разрушу! Р-рр!

– Ты опять за своё, Тило! – прикрикнул на него Тильтиль. – Если будешь ссориться с кошкой, накажу!

– Не теряйте времени, идите, – сказала Душа Света. – А вы, Тило и Тилетта, успокойтесь.

– Не плачь, моя Тилетточка, – погладила кошку Митиль. – Мы скоро вернёмся.

Найдём Синюю Птицу и возвратимся домой.

Кошка ничего не ответила, но в усы себе прошептала:

– Лучше бы вы вовсе не возвращались!

– Не забудьте – ровно в девять! – напутствовала их Душа Света.

Глава третья
Страна Воспоминаний

Туман так сгустился, что детям казалось, будто они плывут в молоке. Ни рук своих, ни ног они не видели. Как же они найдут дорогу в Страну Воспоминаний? Да и что это за страна такая? Может, её и нет вовсе, а фея просто подшутила над ними? И все друзья остались где-то позади. И Душа Света их оставила. Никто не осветит дорогу, не укажет путь.

– Я ничего не вижу! Мне холодно! – захныкала Митиль. – Хочу домой! – И она заплакала, обняв серебряную клетку.

– Не надо, Митиль, – утешал её брат. – Ты же большая девочка, а плачешь, как Вода. Гляди, и туман рассеивается.

И впрямь туман стал разваливаться на куски, словно простокваша. В промежутках проглядывали деревья, кусты, каменистая дорога. Вдруг прямо перед детьми вырос громадный дуб. Они стояли у его подножия, а тяжёлые густые ветви заслоняли всё вокруг. Тильтиль приподнялся на цыпочки и разглядел прибитую к стволу дуба дощечку. На ней было написано: СТРАНА ВОСПОМИНАНИЙ. И стрелка указывала дорогу.

– Вот видишь, мы и пришли! – обрадовался Тильтиль.

– Но я же ничего не вижу, – капризничала Митиль. – И потом, что это за Страна Воспоминаний? Кого мы там встретим?

– В Стране Воспоминаний живут те, о ком мы помним, даже если их давно уж нет на свете. Так говорила фея.

– И мы встретим там бабушку? – спросила Митиль. – Я её часто вспоминаю.

– А я часто вспоминаю дедушку, – тихо сказал Тильтиль.

– Мы их встретим обоих! – захлопала в ладоши Митиль. – Скорей пошли вперёд. Туда, куда указывает стрелка!

И они двинулись сквозь туман. Он становился всё прозрачнее. И ещё делалось всё теплее. Словно они из зимы попадали в лето. Вот уж и зелёная травка под ногами. И небо голубеет. И в тени цветущих деревьев стоит увитый плющом маленький домик. Вокруг него, словно крохотные хижинки, – ульи. Но странно, не скрипят ставни, не распахиваются двери дома, не жужжат пчёлы, не шелохнётся ни один листок на дереве. Ни звука, ни шороха, ни ветерка. Будто всё это нарисовано на картинке.

Всё ближе и ближе подходили Тильтиль и Митиль к странному домику. Вот уж видна на окне клетка с дроздом. Спит птица, засунув голову под крыло. А на скамейке перед домом сидят старичок и старушка. Руки сложили на коленях, глаза закрыты. И они спят? И облака над крышей застыли. И дым из трубы стоит неподвижно. И даже пчёлка, словно подвешенная на ниточке, зависла в воздухе.

– Тильтиль, – сказала Митиль, – помнишь, у нас был точно такой же дрозд? Он давно уже умер.

Вдруг дрозд в клетке выпростал голову из-под крыла и чивирикнул!

– И ульи точно такие же, как были у бабушки с дедушкой, – вспомнил Тильтиль. – Помнишь, когда мы приходили к ним, нас просто оглушало жужжание пчёл?

И вдруг пчела, что висела в воздухе, мелькнула и стремительно понеслась к улью. Оттуда навстречу ей вылетел целый рой пчёл. Всё вокруг наполнилось ровным жужжанием.

– Ой, и домик точь-в-точь как тот, бабушкин-дедушкин! – ахнула Митиль. – И вон то дерево, на которое ты любил влезать, а бабушка сердилась! Помнишь?

Заскрипели ставни, колышимые ветерком. Зашумела листва на дереве. А старичок со старушкой медленно открыли глаза.

– Бабушка! – закричала Митиль.

– Дедушка! – крикнул Тильтиль.

– Вы живы? – воскликнули они вместе и со всех ног бросились к домику.

А бабушка с дедушкой, покряхтывая, поднимались со скамейки. Они потягивались, поохивали, поахивали, вздыхали. Тяжело старым!

– Чувствую я, ох, чувствую, что внуки о нас вспомнили, – сказала бабушка. – У меня словно сил прибавилось.

А дедушка постукал палкой о землю, покрутил головой и удивлённо пробормотал:

– Надо же, и ноги окрепли. Может, и впрямь где-то они близко, наши Митиль и Тильтиль?

Так они и стояли, бабушка и дедушка, рядом, приложив ладони к глазам и всматриваясь в скрытую редким туманом дорогу. И вот на этой дороге послышался дробный топот детских ног, послышались звонкие голоса. Из тумана вынырнули мальчик и девочка. Он в зелёной курточке. Она в красной шапочке.

– Бабушка! Дедушка! – кричали дети. – Это мы!

– Тильтиль! – заулыбался дедушка.

– Митиль! – всплеснула руками бабушка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.