Алексей Рожков
Кровосток

Эпизод 1.

Новый генерал.

Приехал к нам в организацию новый генерал. Старый проворовался, вот и прислали нам этого гражданина, по фамилии Упырёв, а по имени-отчеству Виктор Сергеевич. Себя он всегда называл исконно русским, очень происхождением своим гордился, хотя приехал из Казахстана, сняв целый грузовой вагон, а откуда конкретно неизвестно, всё скрыто тайной, следы теряются, Казахстан-то он большой… Был он как будто списан с одного из градоначальников Салтыкова-Щедрина: низенький, толстый, с огромной золотой печаткой, тучными, нависающими бровями, носом-картошкой и замашками гибрида Сталина с Иваном Грозным. С собой Упырёв притащил в нашу контору странную, опасную скользкую личность – Асмодея Владленовича Чернобабу. Уж не знаю где он его взял, да только тот был его первым приближённым и тайным советником.

Чернобаба везде и всюду таскал за своим господином секретный чемодан и состоял в должности главного царского визиря и пресмыкающегося привратника, а в простонародье – заместителя по всем вопросам. Лицом Асмодей Владленович напоминал унылую безвольную жабу, обладал обрюзгшим полуженским тельцем средней прожиренности, и омерзительным лицом, при одном взгляде на которое к горлу подступал комок тошноты. На его физиономии особенно выдавались рыбьи белёсые крохотные глазёнки и тонкий кривой рот, постоянно что-то жующий и находящийся в движении. Глядя на эту личину, в неё всегда хотелось плюнуть, настолько мерзким было это существо. А уж сколь велика была подлость и изворотливость Чернобабы, в этом ему просто не было равных.

Давила народ «сладкая парочка» по-разному. Главарь двигал в разные стороны глазами и бровями, пыхтел как бык, так что из него, казалось, валил пар и давил человечков, не взирая на чины и звания, сравнивая их тонкой земной оболочкой. Когда он говорил, казалось, что это надувной шар, который сейчас выпрыгнет из-за своего поистине царского стола, и начнёт как бизон бегать и топтать копытами всё вокруг, а потом вопьётся в шею, прямо в сонную артерию и начнёт сосать кровушку. Чернобаба же был похож на рыбу-фугу, которую зачали от тетраодона – японской ядовитой рыбы с шипами, раздувающейся как мяч. Когда он вызывал очередного подчинённого на экзекуцию, хотя сам был телосложения рыхлого и весьма невзрачного, в момент унижения его раздувало, напыживало, казалось он становится на два размера больше, высасывая жизненную энергию из бедолаг-сотрудников, при этом выпячивая шипы-губы и плюясь ядом. Народ уже не в шутку подозревал, что это два энергетических вампира, потому что были на это серьёзные аргументы, особенно когда все наши вокруг поголовно начали хиреть, болеть, а денег как-то само собой стало не хватать на жизнь. Со временем два демона только обрастали несметными богатствами, а всякий раз после ежедневных экзекуций, казалось, что они даже молодеют.

Каждый день, по заведённому упырями порядку, народ унылой вереницей с безысходным видом тянулся на экзекуцию. Выходя от Виктора Сергеевича, они шли к Асмодею Владленовичу на промывку мозгов и выкачивание жизненной энергии, и так по кругу, час за часом, день за днём. Жизненные соки вытекали из нас, как бензин их пробитого бензобака. Ну что делать, как говорится – лес рубят щепки летят. К тому же генерал Упырёв был большой мастак красного патриотического словца.

*****

В перечне добрых дел генерала Упырёва, которые он выполнял чужими руками, однажды мне попалось очень странное поручение, которое никак не вязалось с моим представлением о его сиятельстве. Однажды мне позвонила его секретутка и замогильным, испуганным голосом сообщила, что Виктор Сергеевич через полчаса ждёт меня у себя на аудиенции.

В назначенное время я открыл двери его монументального кабинета-дворца и сделал шаг в полутёмный, как склеп, огромный тронный зал, потонув в персидском ковре ручной работы с эмблемой нашей компании, почему-то с этого ракурса напомнившей мне пентаграмму.

– Садись, пиши, – сказал генерал без прелюдий, – на вот, листок. Пиши – батюшка Николай. Телефон +79777777777. Записал? Всё. Созвонись с ним, сделаешь всё, что ему надо. Свободен. Урод, – это я уже слышал вслед, как выстрел в спину.

На следующий день, я позвонил по указанному телефону с девятью семёрками. На другом конце провода меня действительно ждал некий батюшка Николай. В тот момент, после нашего первого с ним разговора, я подумал, что Упырёв таким вот экстравагантным образом решил позаботиться о собственной душонке, так как речь в нашей беседе со святым отцом шла о восстановлении церкви где-то в глубокой, Богом заброшенной глуши на краю области. Ну и восстановлении в манере Виктора Сергеевича, естественно, конечно чужими, а точнее моими руками, чему я был нисколечко не удивлён. Ехать надо было далеко, на другой конец губернии. Там, в районном центре, мы и договорились встретиться с батюшкой Николаем…

Эпизод 2.

Дорога в обитель.

В назначенный день я выехал засветло. Дорога была не из приятных – далеко, муторно, по разбитым полуасфальтовым и грейдерным трассам, вздымающимся волнами. На ней я чуть не растерял колеса и выхлопную трубу, кочки превратили мою пятую точку в отбивную. Я прибыл в посёлок Октябрьский и подъехал к местному приходу. Поселковый храм был добротный, светился белизной и сусальным золотом, внутри него было ухожено, аккуратные клумбы на территории переливались зеленью, прекрасными благоухающими цветами и хвойными растениями. Видно, что церковь была постройки прошлого века, но поддерживалась с такой любовью, которая присуща только деревенским жителям, во все годы, даже при советской власти, сохранявших истинную веру. Я припарковался у приходских ворот, перекрестился и зашёл во двор. Через какое-то время из административного здания, что было поодаль, вышел высокий мускулистый человек в чёрной рясе, с небольшой аккуратной бородой, короткой стрижкой, смуглым скуластым мужественным лицом и голубыми глазами. Батюшка был внешне худощавым, но под рясой явно бугрились мышцы. Шёл он ко мне ровной, прямой офицерской походкой, а на лице отца Николая сияла открытая, добрая улыбка. Он по-простому протянул мне руку:

– Добрый день брат, храни тебя Господь! Как тебя звать-величать то? О, интересное имя! Даздраперм говоришь? Да, родители у тебя с фантазией. Даже и не знаю, как такое произносить… Ну да ладно, на всё воля Божья. Так значит тебя ко мне в помощь послали? Знаешь хоть, что делать то?

– Да нет, батюшка Николай, не ведаю. Просветите, ради чего я в такую даль приехал.

– Как сказано в Священном писании? Когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая. Чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.

Я задумался об этих словах и погрузился в себя. Мы сели в мою машину и поехали по разбитой сельской дороге, а мимо пролетали кукурузные поля, да хвойные леса.

– Так вот, сын мой, Даздраперм, а ведь дело-то предстоит нам с тобой ой какое непростое. Ты даже и не догадываешься насколько. Придётся стать нам с тобой парабаланами – воинами Христовыми. Слышал ты что это? И ещё… Нам предстоит принять бой во имя Господа нашего.

Отец Николай внимательно посмотрел на меня, изучая мою реакцию на свои слова. Но пока они мне показались просто гиперболой.

– Ты вот думаешь – кто тебя ко мне послал? Этот человек, который тебе телефон мой дал? Виктор, кажется, Упырёв? Нет, это Господне провидение всё. Открою я тебе тайну страшную, но как только ты её узнаешь, жизнь твоя изменится навсегда. Знаешь ты, кто на самом деле это твой Упырёв?

– Кто? Человек… правда жёсткий чрезмерно, как экскременты мамонта, – ответил я на странный вопрос.

– А вот тут ты сильно ошибаешься, – как загадочно сказал священник, – впрочем, обо всем по порядку.

За окном мелькали унылые деревенские пейзажи разрушенных деревень. Давно не ремонтировавшийся асфальт напоминал поле боя после ядерной бомбёжки – вздыбливался, вскипал волнами, испещряясь беззубыми выбоинами и ямами. По всему пути, то справа, то слева от нас зияли разрушенные плиты брошенных строений советских совхозов – коровников, свинарников, ремонтных баз, вскидывали беспомощные руки вверх скелеты ржавых тракторов и комбайнов. Перекошенные деревянные дома вдоль дороги глядели на нас пустыми глазницами выбитых стёкол в окнах. Мы ехали молча, словно в фильме из жанра пост апокалипсиса и за долго время в пути нам не встретился ни один человек.

– Да, а вот мы и подъезжаем. Вон, видишь вдали крыши домов? А вон указатель, это Покровка. Сюда-то мы с тобой путь и держали.

Впереди, среди бескрайних, не возделываемых, брошенных полей, действительно показались треугольные крыши деревенских срубов. К ним тянулись перекошенные деревянные столбы линии электропередачи с провисшими проводами, местами совсем сгнившие, накренившиеся и удерживаемые от падения как раз теми самыми электрическими кабелями. По пути нам встретился голубой указатель «Покровка, 3 км». Мы въехали в казавшуюся мёртвой деревню. Ставни почти всех домов были заколочены, а те что не заколочены – выбиты. Давно не крашенные дома, облезшего синего и зелёного цвета грустно пролетали слева и справа, покосившиеся завалинки и некогда резные палисадники были пусты.

– Брат Даздраперм, я вот хочу понять и никак всё в толк не могу взять – почему в такие солидные организации государственные, как у вас, директорами ставят упырей?

– Да я вот тоже хотел бы это узнать. Почему такие упыри, как этот «Виктор Сергеевич», становится генералами, – полностью согласился с ним я, – а хорошие правильные парни, типа меня, меняют им антенны на крыше с риском для жизни.

– Да нет, ты не понял, я без шуток, – впился в меня своими голубыми глазами Серебряков-Николай, играя желваками на скулах, – это не в переносном смысле. Я имею в виде настоящих упырей. Ну вурдалаков, вампиров, кровососов, если тебе так удобнее и понятней.

– В смысле кровососов? Типа гнёт народа? Верхи не могут, низы не хотят и тому подобное? Вперёд на баррикады? Вроде церковь такого не одобряет, – изумился я, всё никак не осознавая, что он мне хочет донести.

– Да нет, политика тут не при чём. Самые обычные кровососы, которые кровь сосут из шеи. Ну исчадия ада, продавшие душу дьяволу за вечную жизнь и богатство, – спокойно, как будто это само разумеется, сказал Николай.

– Да ладно, сказки всё это! Неужели Вы, батюшка, в самом деле верите в эту чушь и мракобесие? – иронично ответил ему я, не чувствуя подвоха.

– Не только верю, но и доподлинно знаю. Ну вот скажи мне, не замечал ли ты, что как Упырёв этот твой пришёл к вам, народ стал хиреть и умирать и все как один от естественных причин?

– Ну есть такое… Всё-таки экология, возраст…

– Да нет, брат, ни экология, ни возраст здесь не при чём. Дело в том, что люди не могут долго жить рядом с кровососом, он забирает жизненную энергию, при чём ему достаточно её высасывать не только физически, но и духовно. Вот скажи, часто они народ ругают?

– Да каждый день, целыми пачками низводят, обзываются, глумятся, что есть, то есть.

– Вот. Это они так подпитываются вашей энергией, вампир же он не только кровь сосёт, он ещё и душой кормится. А вот у тебя лично бывало такое, что раскатают тебя ниже плинтуса на совещании на ковре, а потом тебе плохо, сил нет, тошнит?

– Да каждый раз.

– Вот и сложи два плюс два. А ещё при этом Викторе Сергеевиче наверняка есть такой его слуга, с противным жабьим лицом, его главный помощник и советник, который тоже посасывает энергию, такой с подлыми глазами? Какой-нибудь его зам, которого он откуда-то притащил, только откуда никто не знает?

– Да… есть… Асмодей Чернобаба, такая отъявленная мразь…

– Ну вот видишь, что и требовалось доказать! Чернобаба этот – гуль, сверхъестественная сила, поддерживающая кровью лояльность, что делает его лучшим слугой вампира из всех. Имя-то какое себе взял – Асмодей, демон похоти. Совсем страх потеряли, упыри проклятые, ничего не стесняются, в открытую работать стали! Ну и конечно у них в кабинетах всегда холодно, шторы задёрнуты и есть секретная комнатушка, куда они никого не пускают? Верно? Там, кстати, гробы стоят если что, они их обычно под диваны стилизуют. Что, не так скажешь?

– Да так-то оно так… Но как такое возможно-то? – недоверчиво шептал я, – это ж всё Богомерзко.

– Потому мы с ними и боремся, – серьёзно, без тени шутки, сказал отец Николай.

– Кто мы? Тьфу, кто Вы, – понимая, что влез в какую-то очень неприятную криминальную историю, и обратного пути может не быть, я говорил тихо, ошарашено.

– Мы – небесный орден параболанов, воинов Христовых его Святейшества патриарха Кирилла. Избранные священники, спецназ РПЦ, в простонародье нас ещё называют «воины Света». И тебе, кстати, придётся стать нашим помощником на время.

– Мне? Помощником? Да разве ж я гожусь? Да и как-то всё это попахивает бабкиными сказками, – не веря во всё услышанное отвечал я.

– Ты можешь верить, не верить… Всё равно теперь от этого уже ничего не зависит, – Николай повернул в мою сторону своё правильное красивое лицом, проникая в душу голубыми глазами, тут закричал, – а ну-ка стой! Тормози, говорю.

Я ударил по тормозам, мой праворукий Ниссан свернул на обочину. Напротив нас стоял полуразрушенный старинный Храм, поросший дикой растительностью. Видно было, что его начали ремонтировать. Стены были в лесах, внизу стояла бетономешалка, местами выбоины в стенах были восстановлены. Лица нерусской национальности лениво выкладывали кирпичи в разломах каменной ограды. Батюшка Николай как ошпаренный выскочил из машины и, подобрав рясу, кинулся прямо через дорогу к церкви, причитая. Я щёлкнул сигнализацией и бросился за ним, но догнать бывшего десантника было невозможно. Через несколько минут я, запыхавшись и держась за бок, стоял рядом с оградой, а Николай пытал двух Джамшудов:

– Где купол, я вас спрашиваю, нехристи?

– Нэ знай, началник – отпирались гастробайтеры.

– Вот тут лежал большой купол сусального золота с крестом! Вы его не могли не видеть, – переходил на крик боевой священник.

Того и гляди он мог поразить уроженцев солнечного Ташкента огнём и мечом.

– Нэт, началник, ми не понимай. Купал, что купал, кто купал? – два смуглых бородатых строителя-доходяги только таращили глаза и разводили руками.

– Эх, вот люди, ничего святого у них. Вот дал бы я тебе по кумполу, зараза неправославная, прости Господи. Только вчера ведь купол завезли. И ведь какой купол, непростой, вся надежда была на него, – это уже сетовал Николай мне, держась за голову, – кто ж мог умыкнуть целый купол?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.