Ирина Ильфант
Похищенный алмаз

Глава 1

Легкая пролетка промчалась мимо Николая и чуть не сшибла его с ног – он едва успел отскочить в сторону. Произошло это чисто интуитивно. Эту пролетку не было слышно, а уж увидеть в сумерках, да еще под осенним дождем было затруднительно. У Николая было чувство, что это был просто мираж, как видение из другого мира и времени. Единственное, что он успел разглядеть, что это была тройка гнедых, прекрасных лошадей. Николай снова пошел по знакомой, центральной улице Самары. Прохожих совсем не было на улице Дворянской. Только далеко впереди, в арку вошел человек. Дом стоял почти на Алексеевской площади. Теперь читатель должен ознакомиться с главным героем нашего повествования – это Николай Чижиков. Ничего не попишешь, но фамилия у него была именно такая. Он только что сам, лично прочитал «Мертвые души» Николая Васильевича Гоголя и был раздосадован, что отрицательный персонаж поэмы писателя носил почти такую же фамилию. Внешне, Николай не был похож на Чичикова. Теперь мы должны описать внешность самого Николая. Сыщик был среднего роста, стройный и подтянутый. Каштановые волосы отличались густотой. Зеленые глаза и темные брови украшали приятные черты лица Чижикова. Прямой нос и чуть припухлые губы красивого очертания скрывались под небольшими усиками. Кожа была, что называется «кровь с молоком». На нем была черная визитка с брюками в серо-черную полоску с двубортной жилеткой и легкий макинтош. Сам Николай и не думал, что герой «Мертвых душ» был отрицательным персонажем. Ноздрев, Коробочка и Плюшкин были ему куда менее симпатичны.

Николай занимался розыском пропавших жителей провинциальной Самары, а также искал утерянные вещи жителей. То с пролетки утащат какую-нибудь поклажу, то из дома мещанина или чиновника присутственного места умыкнут ценную для него вещь. Николай занимался розыском совсем недавно. Он закончил в Санкт-Петербурге соответствующее учреждение. Это было Императорское училище, закрытое учебное заведение, основанное в 1835 году Николаем I. Как потомственный дворянин он учился там с 12 лет. Выпускники, окончившие его с отличием, получали звание поручика, штабс-капитана. Чижиков оказался после выпуска в провинциальной, купеческой Самаре. Как ни странно, ему здесь все нравилось. Особенно восхищала его величавая река Волга. Дела о пропавших жителях и вещах сыпались, как из рога изобилия. Вот и сейчас он шел от мещанки Анны Антоновны Мещеряковой, которая проживала на Казанской улице. У нее пропала целая коллекция серебряных столовых приборов, которыми она очень дорожила. Дело казалось Николаю совсем пустяковым. Он уже заранее представлял, что украдены приборы ее сыном, а не слугой, как думала Анна Антоновна. Именно ее сын вызвал у него подозрения. Во время разговора с Николаем, он то и дело теребил ворот рубашки и красиво повязанный галстук.

– Что вы скажете о тех столовых приборах, которые лежали в этом старинном буфете?

– А что я могу сказать? Я не слуга, заниматься бытом и приборами. У меня достаточно более интересные дела и заботы. Да-с, к вашему сведению, – ответил сын Анны Антоновны.

Но нервозность Петра, так звали сына Анны Антоновны, не ускользнула от внимания Чижикова.

– Мне стало известно, что вы не против, ходить в гости, к одному известному лицу в Самаре, именно там проходят партии в карты. И мне сообщили, что не так давно вы сильно задолжали одному влиятельному лицу в городе. Казмирский вам знаком? Не правда ли?

– А кому он не знаком? Его дом, красивейший в городе, знают многие высокоуважаемые жители, – снова задергал галстук Петр.

– И мне так же прекрасно известно, что Казмирский не любит, когда проигрывают ему и долго не возвращают деньги. Думаю, что вам, в вашем случае не стоит сваливать вину на другого человека. И чистосердечно, признаться в содеянном, чтобы дело не раздувать до посадки в острог.

– А вы уверенны в том, что именно я их украл? Эти столовые приборы? Вы же их не нашли?

– А вы мне их Петр Кириллович, сами принесете сейчас. Дело в том, что известный ростовщик не сообщил мне, что ему приносили приборы на продажу. Это значит, что они еще у вас. И стоит вернуть их сейчас, пока дело не закрутилось. Понимаете-с? О чем я толкую вам?

– Хорошо, я сейчас выйду в другую комнату и принесу вам эти треклятые столовые приборы.

Петр вышел в другую комнату с побледневшим лицом и дергающимися губами. Николай снова попросил пригласить в комнату, где он разговаривал с Петром, хозяйку дома.

– Анна Антоновна, я решил эту задачу. Вам сейчас принесут столовые приборы. Это сделал ваш сын. Именно он их украл. Он задолжал одному влиятельному лицу. Я посоветовал бы вам помочь ему расплатиться с долгом и попросить его больше не играть в вист и другие игры. Это для того, чтобы не наделать долгов и не спустить нажитое вами. Думаю, что ему будет достаточно одной вашей взбучки. Деньги проигранные, надо вернуть, влиятельное лицо в городе не любит шутить.

– Ах, что вы говорите! Я сейчас же сама все улажу! Будьте покойны, сударь. Благодарствую за помощь в этом деле.

– Я просто не хочу раздувать это дело и заработать благодарность от начальства. Мне стало жаль юношу. Он неплохой молодой человек, только ступил не на тот путь. Я хотя тоже молод, но эти карточные игры не уважал никогда.

– Благодарю вас, очень благодарю. Прошу вас откушать, отобедать с нами. Я и сын будем очень рады. Не обращайте внимания на условности, которые запрещают вам обедать у тех, к кому вы пришли по делу. У нас все по – простому, – Анна Антоновна умоляюще и по доброму смотрела на Чижикова.

– Хорошо, благодарю за приглашение. Я, пожалуй, не откажусь отобедать у вас. Мне будет очень приятно, – ответил он.

Дверь из соседней комнаты отворилась, и на пороге показался Петр. Он бережно нес небольшую, покрытую бархатом коробку. Открыв ее, Чижиков увидел красивейшие серебряные столовые приборы. Вещь действительно была ценная, восхитительная. И отдав ее ростовщику за небольшие деньги, Петр бы сильно продешевил.

– Ах, как хорошо, что эти фамильные столовые приборы вновь со мной! – воскликнула Анна Антоновна.

– Вот видите, Петр, что вы сделали с маменькой вашей? Эти приборы ей очень дороги. А вы хотели их отдать в чужие руки, – сказал Чижиков.

– Да, да, эти приборы очень ценные и по стоимости и по памяти. Им просто нет цены. Петр, поклянись мне, что больше никогда не сядешь за карточный стол. Именно при Николае, а то сидел бы ты в остроге за эти приборы.

– Да, да, маменька, я больше никогда не сяду за игру! Тем более с маститыми игроками. Я глуп, очень глуп, что сделал это! – воскликнул Петр, и слезы хлынули у него из глаз.

– Ну, полноте, не надо так расстраиваться, – сказал ему Николай.

Пора было уходить и Чижиков, отобедав у них, раскланялся с сыном и матерью. Вновь он вышел в холодный вечер октября. Он спешил к себе домой на улицу Соборную. Путь был не такой уж далекий. Но идти по мокрой мостовой было немного скользко. На нем был хороший макинтош, который защищал его от дождя, но ненадолго. Уже подходя к своей улице, он на углу услышал крик женщины. Это было на углу Соборной и Садовой, и Николай прибавил шагу. Чижиков даже не по делам своей службы, стремился защитить тех, кто подвергался нападению. Почти подбегая к месту, откуда кричали, он увидел лежавшую на мостовой девушку. Ее светлые и кудрявые волосы разметались по мостовой, а рядом лежала шляпка. Рука была неестественно подвернута под туловище. Она одета была не по сезону. На ней было всего лишь платье.

– Похоже, что ее вытащили из дома. А может она одевалась и не успела накинуть верхнюю одежду,– проговорил Николай.

Чижиков наклонился над девушкой. Она была в обмороке, и он сунул ей под нос флакончик с каплями, который носил всегда с собой. Много раз этот флакончик выручал потерпевших этими каплями. Девушка медленно открыла глаза, и ее туманный взгляд говорил о том, что она еще не здесь.

–Что с вами случилось? – громко спросил Николай.

– Я не помню, а вы кто?

– Я Чижиков, сыщик. Случайно здесь оказался. Я услышал крик и побежал на него. Вы помните, что с вами произошло?

– Нет, я ничего не помню. Как я здесь оказалась?

– Этого я вам сказать не могу. Всего лишь слышал женский крик. Прибегаю, а вы лежите на мостовой. Давайте поднимемся на ноги. Вы живете где-то здесь, рядом, раз на вас только платье?

– Я не помню ничего, – девушка стала озираться по сторонам.

Николаю стало понятно, что в данный момент она не вспомнит, где ее дом.

– Слушайте, идемте ко мне домой. Я живу здесь рядом со своей тетушкой. Это на Соборной. Утром, я надеюсь, вы вспомните, где ваш дом.

Николай, бережно поддерживая девушку под локоть, и накинув на ее плечи свой макинтош, повел ее в дом тетушки. Свои плечи и голову он подставил под мелкий и противный дождь. Мелкими шажками они подвигались к дому. Дом стоял почти на углу Соборной и Заводской. Рядом стоял великолепный особняк Григория Иванова. Дверь им открыла Дуняша. Она была в услужении у тетушки Марии Андреевны. Посветив им свечкой, она провела их в комнаты. Здесь девушка от усталости почти рухнула на диванчик. Макинтош Дуняша умело скинула с ее плеч. Сам Николай, не спеша, направился в покои тетушки, чтобы спросить разрешение на ночлег незнакомки. Тетушка была не против, пустить в дом на ночь, попавшую в беду девушку. Чижиков вкратце рассказал ей про происшествие на улице.

– Где же ты ее подобрал, Коленька?

– Тетушка, ты же знаешь, что я сыщик. Как я могу пройти мимо человека, который попал в беду? Подобрал я ее, на углу Соборной и Садовой.

– Да, да, Коленька, я это помню. Но ты хоть спросил ее имя? Как ее зовут-то?

– Боюсь, что может и она и имя свое забыла. Она не узнала места, где лежала. Что-то здесь не то.

– Вот тебе и новое дело для рассмотрения. Почему вдруг ночью почти, девушка оказалась без чувств, да еще и в одном платье и шляпке?

– Это я узнаю позже. Пойду, снова спрошу ее имя.

Николай поклонился тетушке и закрыл дверь в ее спальню. Пройдя небольшим, темным коридором, он вновь оказался в комнате, где была незнакомка.

Девушка с закрытыми глазами лежала на диване, а Дуняша укрыла ее пледом. Николай не стал ее будить, и поспешил к себе наверх.

Утром следующего дня, Николай проснулся с ощущением чего-то необычного. Он тут же вспомнил о девушке в нижней комнате дома. Было еще рано, и конечно, тетушка еще не встала. На улице было темно. И Николай, взяв свечу, решил спуститься вниз и проведать незнакомку. Когда он спустился вниз, то увидел чуть приоткрытую дверь, которая вела на улицу. Это было странно, ведь он отчетливо помнил, что Дуняша дверь закрыла за ними. Чижиков поспешил в комнату с девушкой, но войдя, он увидел, что ее там нет. Только на столе лежала ее шляпка. Это было очень странным. Не могла же девушка уйти на улицу без шляпки и верхней одежды. Хотя вчера у нее и не было верхней одежды, а только платье. Это показалось еще более странным Николаю.

– Надо было ее вечером разбудить и узнать хотя бы ее имя и фамилию. Что теперь мне делать? – проворчал вполголоса Николай. Он тут же позвонил в колокольчик и увидел, как Дуняша, заспанная и с растрепанными волосами появилась в дверях комнаты.

– Дуняша? Не слышала ли ты, как сюда кто-то входил? Как дверь на улицу оказалась незапертой? Как могла исчезнуть девушка и оставить свою шляпу на столе? Ты, что либо, слышала?

– Господи! Чудеса! Но я действительно крепко спала и ничего не слышала. Простите меня Николай Петрович! – испуганно пролепетала Дуняша, поправляя цветастый платок на своих плечах. Руки у нее дрожали.

– Не волнуйся ты так, Дуняша. Я просто тебя спросил. Вдруг ты что-то слышала.

– Нет, нет. Меня разбудил только колокольчик, в который вы позвонили.

Она продолжала испуганно смотреть на Чижикова. А он раздумывал, как ему дальше действовать.

– Что мне делать дальше? Идти искать девушку или оставить все как есть? – проговорил он вполголоса.

– Дуняша, идите спать. Я тоже поднимусь наверх. Заприте входную дверь, – сказал он громче.

– Хорошо, я немного боюсь, но дверь закрыть надо.

Дуняша вышла в прихожую и вдруг вновь испуганно вскрикнула:

– Ой, батюшки! Смотрите! Здесь ее башмачок!

Николай вышел в коридор и увидел в руках у Дуняши башмачок незнакомки. – Значит, она не сама ушла, а ее кто-то тащил. Как похититель открыл дверь? Все становится более странным. Николай вертел в руках башмачки и мысль его лихорадочно работала.

« Значит, когда я еще поднимал с земли и привел к тетушке незнакомку, то за нами кто-то следил. Я, видимо спугнул того, кто на нее напал. Для меня, как сыщика, непростительно не спросить ее имя. Вдруг, она бы вспомнила, свое имя? Что же мне предпринять? Для начала, мне надо решить, докладывать ли в управление. Или искать девушку частным порядком?»

Николай поднялся к себе в комнату и бережно нес башмачки в руках. Он обратил внимание, что они были сшиты из дорогой кожи. Это говорило о том, что девушка была из состоятельной семьи. Чижиков надеялся, что кто-то подал заявление в управление о пропаже девушки и таким образом он узнает ее имя и место проживания. У себя в комнате, Николай записал в тетради, что надо ему узнать. Эта привычка осталась у него еще с учебы в училище. Записи позволяли не упускать детали в расследовании дел, которые он вел. В секретере скопилось уже много записей о пропажах в городе. Все они были сложены в картонные папки с тесемочками. На каждой была пометка, когда и какое дело он рассматривал. Зачем это в будущем ему бы пригодилось? Этого Чижиков не смог бы объяснить и самому себе. Ведь почти такие же папочки были у него и в управлении, в хранилище прошедших дел. Позавтракав с тетушкой, и рассказав ей об исчезновении незнакомки, Чижиков отправился на службу. Сняв галоши и макинтош, Николай первым делом поинтересовался, не поступали ли заявления от жителей Самары о пропаже людей. Но никаких заявлений не поступало. Теперь ему было ясно, что имя и фамилия, а также место жительство девушки надо будет искать ему самому. Зато появилась информация, что у мещанки Ольги Осокиной, на Троицкой улице пропала дорогая для нее вещь. Не было указано, какая именно вещь у нее пропала, и Чижиков, недолго думая, решил направиться на указанную улицу. Благо, погода была прекрасной. Светило неяркое осеннее солнце и листья с тихим шелестом падали на мостовую. Николай шел и любовался красивыми домами с лепниной и деревянной резьбой. Вся Самара славилась красивыми домами купцов, дворян и мещан. А уж в солнечный, погожий день октября было бы кощунственно не прогуляться по городу. И кто любил такие прогулки и располагал временем, высыпали на улицы Самары. Проносились открытые пролетки, и много было пешего народа. Недалеко от того места, где располагался дом Осокиной, был рынок. Мимо него и проходил Чижиков. На рынке бойко шла торговля, и было много народа. Опытный уже взгляд Николая приметил одного мужичка с вороватым взглядом черных глаз. Он стоял у входа, и видимо, кого-то поджидал. Чижиков решил за ним понаблюдать. Ему показалось, что он может увидеть нечто интересное. Он встал на противоположной стороне улицы от рынка. Ждать пришлось недолго. Через несколько минут к вороватому мужичку подбежал в рванине мальчуган и что-то сунул ему в руку. Это случилось так быстро, что лица мальчугана Чижикову не удалось рассмотреть. И как назло, мимо проезжала пролетка, и когда она проехала, то Чичиков уже потерял из виду и мужичка с вороватым взглядом.

« Не является ли этот мужичок, и мальчуган передаточным звеном в воровских делах? Может быть, именно сейчас и была передача сворованной вещи. Таким образом, я, пожалуй, никогда не смогу поймать настоящего вора» – подумал Николай. Он вздохнул и пошел к дому Осокиной. Дом вскоре показался вдали – это был двухэтажный, кирпичный дом красного цвета, добротный и крепкий. Николай подошел к парадному входу и позвонил в колокольчик у двери. Чижиков очень сомневался, что его кто-то услышит. Почти сразу отворилась дверь, и полное лицо девушки показалось в проеме входа.

– Добрый день! Меня пригласила по делу госпожа Осокина. Она дома? Я – господин Чижиков.

– Она ждет вас в зале. Проходите. Разрешите вашу шляпу и макинтош.

Николай в прихожей снял шляпу-котелок, макинтош и отдал в руки девушки. Пройдя в парадную залу, он поразился множеству салфеточек. Они были везде: маленькие и большие ажурные салфеточки украшали все поверхности. Сама Осокина сидела у стола, который тоже был покрыт большой ажурной скатертью необыкновенной красоты. Чижиков учтиво поклонился. Осокина была грузной женщиной и еще не старой, она внимательно посмотрела на Николая и слегка улыбнулась:

– Здравствуйте, молодой человек. Я уже немного наслышана о вас. О вашей прозорливости. Вы всегда находили все потерянное кем либо.

– Ну, что вы! Это большое преувеличение. Я не всегда удачно находил вещи или людей, что-то и уплывало без следа. Что пропало у Вас?

– Да, пожалуй-с, я расскажу историю. Как вы уже знаете, я вдова. У меня большой дом. Часть комнат на верхнем этаже я сдаю студентам. Наверх есть лестница со двора дома. Это для того, чтобы у квартирантов не было доступа в мои комнаты. Так построил мой муж, с помощью архитектора. Это он так захотел. Он много путешествовал по миру. И верхний этаж был у него, как склад привезенных «сокровищ», так он их называл. Золота и бриллиантов там не было. Он привозил статуэтки, фигурки различных животных. У него была коллекция. Был и причудливый фарфор, изящный, тонкий. Я потом все это описала в формуляры. Перевезла к себе на первый этаж. Три комнаты заняты «сокровищами» мужа. Я все это пересматриваю и жалею, что сама никуда не ездила с ним. Но сейчас, смотря на эти фигурки – я путешествую. Муж умер меньше года назад. Теперь эта коллекция дает мне возможность видеть мир. Я не знаю, может они дорого стоят, а может и не очень. Некоторые я продала довольно дорого. Для меня они память и красивая вещь. Все их я знаю наизусть. И вдруг, три дня назад, я, вновь пересматривая фигурки, увидела, что не хватает семи слоников. Этих слоников, муж привез из далекой Индии. Так мне он рассказывал. Он говорил, что они из слоновой кости. Очень ценные. Они стоят большие деньги, но ему достались почти даром. Когда-то они принадлежали большому вельможе в Индии. Очень красивой резьбы на подставке и один слоник отдельно. Чудесная, кропотливая работа. Их на подставке шесть штук. Вот они все и пропали. Я очень огорчилась. На следующий день снова пересмотрела все фигурки. Их не было. Мне очень хочется их найти.

– Благодарю Вас за подробный рассказ, Ольга Григорьевна. Я постараюсь их найти. Скажите-с, а был ли кто-то у вас в доме три или четыре дня назад? Могли ли студенты, которые живут на втором этаже, проникнуть в ваши апартаменты? Есть ли какая либо потайная дверь, со второго на первый этаж?

– Да, есть в одной из комнат дверь сюда по железной лестнице. Но вряд ли кто-нибудь из живущих студентов смог ее найти. В одной комнате висит большой и тяжелый ковер. Никто, ни разу ковер не трогал, не перевешивал. Многие студенты живут по полгода и переезжают в другие, более просторные жилища.

– Это Вы так предполагаете. А я думаю, что какой либо студент, просто отдернул ковер и смог увидеть потайной вход, но об этом Вам не сообщил.

– Да, может, так и было. Сейчас там живет молодой человек – скромный и тихий на вид. Но ведь вы знаете, что «в тихом омуте, черти водятся», – ответила хозяйка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.