Божена Немцова
Жемчужные сказки

© Тепляшина Е., перевод, 2022

© Эрдынеева Д., иллюстрации, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

* * *

Золушка

В стародавние времена жил в одном городе бедный человек, и было у него три дочери. Ещё когда они только подрастали, все видели, что из них выйдут красавицы – из двух старших-то обязательно. Младшая же дочка день-деньской крутилась на кухне, делала всю чёрную работу. Из-за золы и пепла было не разобрать, красива она или нет, вот и звали её Золушка. Две старшие, Касала и Адлина, хоть и знали всякую женскую работу, но ничего не делали, а заботу о пропитании полностью предоставили родителям, так что коли у отца с матерью что и было, им пришлось всё продать. Знакомые и соседи, а в особенности тётка девушек, женщина рассудительная и крутого нрава, упрекали родителей в том, что они не хотят отправить дочерей в службу. Но что делать, если девушкам не хотелось отправляться в люди? Девицы дни напролёт сидела сложа руки, Золушка им всё под нос подай, а они над ней за это без устали насмехались.

Вот как-то ночью муж и говорит жене:

– Милая жена, коли наши дочки и дальше у нас так будут жить, мы скоро пойдём с сумой. Раз они не хотят в службу идти; придётся мне завести их куда-нибудь подальше, чтобы они не нашли дорогу домой.

Жена поначалу испугалась, но бедность зла; почитая мужа и доверяя ему, она согласилась, чтобы он завёл дочерей в лес. Золушка, которая спала у очага и где что прошелестит – всё замечала, слышала и разговор родителей. Едва рассвело, девушка тихо встала и побежала к тётке за советом.

– Я тебе дам совет, но с условием: своих злонравных сестёр с собой назад не приводи. – С этими словами женщина дала Золушке клубок ниток и прибавила: – Как окажетесь в лесу, иди позади всех; конец нитки привяжи к какому-нибудь дереву, клубок сунь в карман, а как захочешь выйти из леса – сматывай нитку, так и найдёшь дорогу домой.

Золушка поблагодарила добрую тётушку и пошла домой.

Рано утром отец разбудил дочерей и говорит им:

– У меня сегодня много работы в лесу, одному мне не управиться, идите-ка вы со мной.

Капризным девицам это пришлось не по вкусу; они ещё только одевались, а у Золушки уже и завтрак давно готов. Вот сёстры наелись и пошли за отцом. Золушка положила клубок в карман, и нитка потянулась за ней. Отец стал водить девушек кругами по лесу, пока не завёл в чащу; тут он велел дочерям подождать, пока он нарубит дров. Не подозревая худого, сёстры ждали, как велено, и только Золушка знала, что будет. Долго они ждали отца, но тот всё не шёл. Золушка и говорит сёстрам:

– Мне всё кажется, отец нас тут оставил; пойдёмте поищем его в лесу.

– Всё-то ты знаешь лучше нас!

– Ну, коли не хотите, я одна пойду.

Однако оставаться в лесу Касале с Адлиной не хотелось, и они пошли за Золушкой. Та, добрая душа, не смогла бросить сестёр. По нитке, которую она смотала в клубок, девушки счастливо, хоть и очень поздно, добрались до дома. Отец отворил им сердитый; отговорился тем, что заблудился в лесу, а когда выбрался, пошёл домой – он-де думал, что дочери следом придут.

Вот ночью Золушка снова слышит, как отец сговаривается с матерью:

– Ума не приложу, как девчонки нашли дорогу домой. Ну да ничего, завтра я их заведу подальше. Тогда уж они, верно, отыщут дорогу в замок – вот бы им там работа нашлась.

Ещё не рассвело, а Золушка была уже у тётки; пришлось ей пообещать, что она больше не приведёт сестёр домой. Тётка велела девушке набрать золы куда только можно и сыпать по пути – так она сможет выйти из леса.

Та поблагодарила и пошла домой. Вскоре отец разбудил дочерей и велел одеваться: в лес с ним пойдут, шишки собирать.

Как позавтракали, Золушка взяла корзинку, сверху положила платок и кусок хлеба, а дно засыпала золой и в карманы тоже золы насыпала. По дороге она высыпа́ла золу, пока не пришли на место. Отец говорит:

– Вы собирайте шишки здесь, а я вон туда пойду; как наберёте полные узелки – позовите меня.

– Придётся нам самим искать дорогу домой, – сказала Золушка, – отец опять завёл нас в лес.

Сёстры без труда вернулись по рассыпанной золе. Родители уже спали, когда они пришли в свой бедный дом.

– Бросили вы нас, батюшка? – спросили девушки.

– Что вы, глупые, как бы я вас бросил одних? Я ушёл далеко в лес и так заработался, что и забыл про вас, а когда вернулся, вас уж не было; что мне было делать? Я ближней дорогой пошёл домой.

Касала и Адлина поверили его словам, но Золушка-то всё знала.

Ночью бедняк снова говорит жене:

– Завтра они ни за что не вернутся!

Мать просила, чтобы он отступился от своей затеи и дочерей никуда не водил, но тот стоял на своём. Ещё не начало светать, когда Золушка снова была у тётки и всё ей рассказала; но на этот раз тётка рассердилась по-настоящему, ведь Золушка снова привела сестёр домой, и со злости нарочно велела девушке взять гороху, сколько сможет унести, и сыпать на дорогу. На восходе отец разбудил дочерей – еловые лапы собирать. Позавтракали и пошли. Золушка идёт позади всех, горох сыплет. На этот раз отец завёл их ещё дальше и оставил, велев наломать еловых лап.

Солнце стояло уже высоко, когда девушки, наломав огромную кучу веток, стали искать отца. Звали-звали, да всё напрасно. Тут Золушка предложила возвращаться домой без отца; смотрит на дорогу – а гороха нет, только дикие голуби топчутся. Поняла она, что голуби горох склевали. Теперь только Золушка сказала сёстрам, что задумал отец. Что было девушкам делать? Они устроили себе постели из еловых веток и мха и улеглись спать под открытым небом голодные. Утром встали, набрали на завтрак ягод и стали бродить по лесу, как отбившиеся от стада овцы. Тут Золушка говорит:

– Я вам скажу, сестрицы, что делать; влезу на дерево и где увижу какое жилье, в ту сторону и пойдём.

Вот Золушка влезла, как белка, на сосну, стала смотреть во все стороны, нет ли где человеческого жилья, и увидела вдалеке большой замок. Золушка запомнила хорошенько, в какой он стороне, слезла с дерева, рассказала о замке сёстрам – и они пустились в дорогу.

Уже в сумерках девушки пришли на зелёный луг, где стоял замок. Трижды обошли его кругом, но ни одной живой души не встретили. Девушки осмелели и постучали в ворота. Тут им явилась баба – такая уродливая, что они страшно перепугались. Голова у неё была, что твоя головня, глаза из орбит вылезают, волосы дыбом, а толстая она была такая, что сёстры и втроём бы её не обхватили.

– Чего вам тут нужно? – крикнула старуха, и девушки задрожали от страха.

– Ах, милая бабушка, – ответила Золушка, – нам бы только немного поесть – мы ужасно голодны.

– Убирайтесь отсюда сей же час, коли не хотите, чтобы мой муж вас съел.

– Ах, что же нам делать! Ночь на дворе, мы не знаем, куда идти, да к тому же ваш муж может нас повстречать и съесть; смилуйтесь над нами и спрячьте нас куда-нибудь, а мы всё вам станем делать.

– Да, да! – закричали в один голов Касала и Адлина.

– Я буду вам шить платья, вышивать башмаки и делать всякие украшения.

– Я вас буду наряжать и причёсывать, чтобы вы были красивой.

– А я, – сказала Золушка, – буду готовить вам самую вкусную еду и в доме прибирать, а самой вам уж ничего не нужно будет делать.

Баба, польстившись на обещания, дала себя уговорить, привела девушек в замок и положила им сырого мяса и яблок. Девушки поели яблок и пошли со старухой в погреб, где стояла большая пустая бочка; старуха спрятала туда всех трёх и пошла наверх. Тут в ворота стал стучать её муж. Баба, перепуганная, побежала открывать.

Людоед был втрое больше старухи. Войдя в дом, он заревел громовым голосом, так что всё затряслось и в погребе было слышно:

– Чую человечину; жена, кто тут у тебя?

– Кому тут быть, муженёк?

Вот старуха перед мужем ужин поставила, чтоб ему угодить, а великан через минуту снова:

– Говори, баба, кто у тебя тут?

– Да никого.

Великан наелся и через минуту опять говорит:

– Кто-то здесь есть; говори.

Жена, видя, что отговорками она его только разозлит, всё рассказала и прибавила:

– Ты лучше оставь их в живых. Я научусь от них всему, что они умеют, вот тогда и убьёшь их, если захочешь.

Людоед поразмыслил и согласился с женой. Баба повела его в погреб. Бедные девушки решили, что им конец, великан пришёл их съесть. Завидев людоеда, бедняжки упали на колени и стали молить не убивать их.

– Я вас не стану убивать, однако что обещали – исполняйте, а не то пеняйте на себя.

Девушки охотно закивали. Рано утром Золушка была уже на ногах и готовила завтрак; сёстрам пришлось ей помогать, потому что людоед с людоедкой ели за тридцатерых. Вот людоеды проснулись – а завтрак уж их ждёт. Это им понравилось, а уж как довольна была госпожа людоедка, когда Касала и Адлина причесали и нарядили её! Людоед наобещал, что и то им даст, и другое – пусть только скажут. Однако ничего девицам не досталось. Сёстры трудились, день шёл за днём. Чем дальше, тем больше девушкам это надоедало, но помощи ждать было неоткуда.

Однажды они решили улучить минуту и убить своих хозяев. Но как? Девушки ломали голову днём и ночью. К счастью, людоед пожелал научиться у Золушки печь хлеб. Девушки решили этим воспользоваться, рассудив, что со старухой справиться будет легче. Утром Золушка растопила печь – огромную, на много караваев. Людоед уселся и стал смотреть, когда огонь уляжется, чтобы можно было поставить хлеб печься. Сидел он, сидел, жар его сморил; людоед улёгся на пол и уснул. Девушки только того и ждали. Едва услышав, как он захрапел, они принесли длинные палки, уперлись в него и все вместе спихнули его в огонь. В один миг сделались из людоеда шкварки. От одного избавились, а с другой как быть?

Когда баба встала, девушки прибежали к ней: надо-де поскорей одеваться – скоро вернётся муж и рассердится, коли увидит, что она ещё не прибрана. Баба уселась на лавку, и девушки стали её причесывать.

– Нагните, бабушка, голову, чтобы я могла вам получше волосы пригладить, – сказала Касала. Баба нагнула голову. Касала начесала волосы ей на глаза, потом взяла топор, который подала ей Золушка, и одним махом отрубила людоедке голову. Потом девушки всё вымыли, а тело закопали. Теперь они стали полновластными хозяйками и замка, и множества редких драгоценностей, но для бедной Золушки настали трудные дни. Снова она должна была делать всю работу – убирать, старить, готовить, – а сёстры только и делали, что наряжались. Золушка к этому привыкла, но сёстры уж слишком стали её мучить; что бы она ни сделала – им всё было не так, за каждую услугу они её подолгу бранили. И к чему щегольство, если рядом нет никого, кому девушки могли бы понравиться? Вот что их больше всего занимало. Наконец сёстры решили отправиться в город, куда людоед ходил за добычей. Так они и сделали; город оказался не так далеко, как они думали. Девушки накупили украшений и прочего, наняли карету с лошадьми и слуг, чтобы впредь не утруждаться ходить в город пешком. Золушке работы прибыло; и, хотя в доме стало больше народу, никто ей не помогал – прислуга занималась только барышнями. Во второй свой приезд сёстры прослышали, что принц устраивает пышный праздник и на тот праздник может каждый прийти, кто хочет. Новость пришлась тщеславным сёстрам по вкусу, и они тотчас же накупили себе роскошных платьев. То-то было рассказов, когда они приехали домой! Золушку сёстры так загоняли, что она едва себя помнила. Ей тоже хотелось нарядиться и куда-нибудь поехать, но она боялась даже сказать сёстрам об этом. Лишь увидев приготовления сестёр и услышав о прекрасном принце, она решилась и попросила сестёр взять её с собой.

– Тебя? – надулись сёстры. – Что нам за честь явиться на бал в твоей компании!

– Дайте мне какое-нибудь из ваших старых платьев – увидите, как я чисто оденусь.

– Да уж не возомнила ли ты, что красивее нас? Ничего у тебя не выйдет. Оставайся дома и смотри за хозяйством; мы тебе за это расскажем, что было в городе.

Золушка молча ушла, но на глаза у неё навернулись слёзы от жестокости гордых сестёр.

В назначенный день сёстры встали чуть свет. То-то было крику и приказов; вся прислуга с ног сбилась. Наконец Касала с Адлиной уехали. Немного отдохнув, Золушка отправилась подметать в комнатах. Вот она наклоняется, смотрит, чтобы нигде не осталось пыли, и видит – в углу что-то блестит. Поднимает она блестящую вещицу – а это золотой ключик. Только что же тем ключиком отпирать? Не было ни одного шкафа, ни одной двери, ни одного сундука, к которым бы он подошёл. Вот Золушка все замочные скважины в комнатах перепробовала и спустилась в погреб. Там в углу она заметила дверцу, на которой висел маленький замочек. К нему-то и подошёл золотой ключик. Золушка, ничего не боясь, отперла замок перед нею открылся тёмный коридор. Сделав несколько шагов, Золушка увидела ещё одну дверь – и отворила её тем же ключиком. Как же она испугалась! Зал светлый, и свет, от стен отражаясь, становится в тысячу раз ярче! На полу горы серебра; посреди зала стояла искусно выкованная серебряная скамья, а на ней – сундук из чистого серебра. Открытая дверь вела во второй зал – золотой; посреди него стояла золотая скамья, а на ней – золотой сундук. Из золотого зала открывался ход в третий. Оба первых зала были ничто против этого третьего: стены отделаны драгоценными дорогими каменьями, словно небо, густо усыпанное звёздами; посредине стояла железная скамья, а на ней – железный сундучок. Походив по залу и вдоволь на всё насмотревшись, Золушка отперла железный сундучок. На крышке было золотом написано: «Кто сюда войдёт и откроет сначала железный сундучок, тот и хозяин всему, что он найдёт в трёх залах. В этом зале есть большой камень; кто на него нажмёт, пред тем стена откроется. За стеной пасётся белый конь; кто на него сядет, пусть скажет: «Тьма за мной, тьма предо мной» – и конь отнесёт его туда, куда этот человек пожелает. Но всё это богатство только трижды и только доброму человеку поможет, а злому принесёт несчастье».

Прочитав эти слова, Золушка заглянула в сундучок – и нашла белое платье, расшитое золотом и усыпанное драгоценными камнями. Всё, что полагалось к роскошному наряду, лежало на дне сундучка; наконец Золушка достала чудные золотые туфельки. Тщеславной она не была, но против такого богатого наряда как устоять. Девушка поскорее вернулась в дом, сняла запачканное золой платье, чисто умылась и поспешила назад в погреб. Там она достала из сундука платье и оделась. С головы до ног, до крохотных туфелек, всё подошло ей как нельзя лучше, словно на неё было сшито.

– А теперь, – сказала Золушка, любуясь собой, – сяду на коня и погляжу и на праздник, и на прекрасного принца. Сёстры меня не узнают; они скорее умрут, чем признают сейчас во мне чумазую Золушку.

Нажала Золушка на самый большой камень, сверкавший в стене, и вышла на зелёный луг. Там и вправду пасся конь, белый как снег. Девушка смело вскочила на него и сказала: «Отнеси меня, конёк, в город; тьма за мной, тьма предо мной!» Послушный конь полетел как ветер. Через минуту они были уже в замке. Золушка привязала коня к столбу и пошла наверх, в пиршественный зал. Все в восторге смотрели на красавицу. Принц, который как раз беседовал с Касалой и Адлиной, оставил их и подступил к молодой незнакомке со словами:

– Кто ты, красавица, что явилась украсить бал своим присутствием?

– Коли хотите, чтобы я здесь побыла, об имени меня не спрашивайте.

После этих слов принц её ни о чем больше не спрашивал, а повёл к столу. Девушка побаивалась, как бы сёстры её не узнали; но те, хоть и не спускали с неё глаз, про Золушку и не подумали. После угощения стали танцевать; но принц ни о ком другом уж не думал, ни на кого не смотрел – только на прекрасную гостью. Он не дивился ни красивому платью, ни дорогим бриллиантам, принц смотрел только на красоту девушки, слышал лишь нежные слова, слетавшие с её губ. Золушка и сама себе дивилась – откуда что в ней взялось? О чём бы принц ни спросил – а спрашивал он о многом, – Золушка отвечала так разумно, словно бы училась у лучших наставников. Королевское платье сделало её совсем другой.

Уже поздно вечером Золушка вспомнила, что ей пора домой. Принц никак не хотел расстаться с ней, однако на крыльце Золушка выскользнула из его рук и, вскочив на коня, унеслась прочь. Напрасно принц поскакал за ней на своём самом быстром коне – Золушки и след простыл.

Дома она уложила волшебный наряд в сундучок, натянула запачканную юбку и поспешила наверх, дожидаться сестёр. Всё у неё валилось из рук, и, когда сёстры вернулись, она и половины дел не переделала. Однако на этот раз Касала с Адлиной не обратили внимания на такие пустяки.

– Расскажите же, весело ли было на празднике?

– Весело, уж так весело! Мы и на завтрашний бал поедем.

– Ах! Возьмите и меня с собой.

– Вот выдумала! Куда тебе бывать на балах, куда являются благородные принцессы.

– Уж про принцессу-то расскажите!

– Рассказать о ней невозможно – мы такой красоты ещё не видывали. А какое было на ней платье! Только её и надо благодарить, что завтра будет ещё бал. Принц в неё влюбился, а она уехала; он теперь хочет снова с ней увидеться и думает, что завтра она опять приедет.

У Золушки всю ночь эти слова не шли из головы. На следующий день, едва сёстры за дверь, она побежала в погреб, заглянуть во второй сундучок. Там лежало розовое платье, расшитое тяжёлым серебром, и всё прочее тоже было серебряное; только туфельки надо было взять из первого сундучка. Золушка сама на себя залюбовалась, увидев своё отражение в блестящей серебряной стене. Потом села на коня, и он мигом домчал её до города.

Принц места себе не находил; когда бы ни открывались двери, он думал, что явилась незнакомка, которую он так ждал. Наконец двери распахнулись, зашуршало шёлковое платье…

– Ах, как вы опечалили меня вчера внезапным отъездом, – сказал принц, оставшись с Золушкой наедине.

– Я не могла по-другому, – ответила Золушка, – но вы, коли хотите, чтобы я ещё раз вас навестила, меня здесь не удерживайте.

– Вы не знаете, как тяжело это для меня; но я подчиняюсь вашей воле – с тем, чтобы завтра вы снова приехали.

– Я сдержу своё слово.

Когда гостье настало время уходить, принц не удерживал её, надеясь завтра увидеть. Дома Золушка быстро переоделась и принялась за работу; едва она управилась, как вернулись сёстры.

– Весело ли было сегодня? – спросила их Золушка. – А та принцесса приезжала ли?

– Конечно, приезжала, а одета была ещё пышнее вчерашнего. Боже мой! И что принц в ней нашёл? И то сказать: красива она, но ведь есть на свете и другие красавицы, на ней свет клином не сошёлся.

– Не будь её, вдруг бы кто из вас стал принцессой?

– А тебе что за дело? Знай свою метлу и о нас не беспокойся, – огрызнулась Адлина.

Золушка тихо ушла, говоря про себя: «Глупые вы, я своё счастье на ваше не променяю!»

На следующий день сёстры нарядились и уехали, а Золушка, прибравшись, снова побежала в погреб. В сундучке на этот раз было синее платье, расшитое серебром и жемчугом. Когда она оделась, засияли алмазы у неё на шее и на голове. Вот Золушка в третий раз поехала в замок. Принц приказал стражникам: как заметят чудесную принцессу, пусть сразу ему докладывают. Через недолгое время привратник доложил, что заметил вдали всадницу на белом коне. Принц помчался вниз, но Золушка уже шла ему навстречу. Принц был спокоен и весел – он твёрдо решил на этот раз не отпускать гостью. Он без устали просил девушку не уезжать, открыть ему, кто она, и стать его женой.

Но на все свои пылкие просьбы принц слышал одно:

– Не требуйте от меня ответа – может быть, он вам не понравится. Достаточно того, что я здесь ради вас.

– Но надолго ли вы останетесь? И найду ли я вас потом?

– О том пусть судьба позаботится.

Так отвечала Золушка несчастному принцу. Наконец, пришло время ехать домой. Заметив, что она стала собираться, принц незаметно дал знак слуге, и тот куда-то убежал. Через минуту принц проводил Золушку вниз, всё ещё прося остаться, но девушка поспешила к своему коню. Вдруг она почувствовала, что её ноги прилипли к земле, и увидела, что земля залита смолой. Золушка рванулась, вскочила на коня; тот сорвался с места – только его и видели. Но одна золотая туфелька осталась в смоле. Принц сокрушался, что хитрость его не удалась; но утешался тем, что у него осталась туфелька – по ней он надеялся найти дорогую сердцу незнакомку.

Не меньше болело сердечко и у Золушки. Сколько она себя помнила, ещё никто не звал её такими чудесными именами, никто не обходился с ней так ласково – словом, никто ещё не любил её так, как полюбил прекрасный принц. Что ж удивляться, что гонимая всеми Золушка хотела прожить с ним до конца своих дней? Грустно девушка простилась с конём, грустно складывала дорогое платье в сундучок.

«Ах, наказал меня бог за мое тщеславие, – думала она, пряча в сундук единственную туфельку. – Теперь я потеряла и сердце, и туфельку, а ведь могла бы жить счастливо. Но вправду ли всё это произошло? Не колдовство ли то было? Может быть, меня ещё ждёт наказание – за любопытство и за то, что туфельку потеряла?»

Сокрушаясь так, Золушка вернулась в комнаты. Как приехали сёстры, она их ни о чём уж не спрашивала, однако у тех рот не закрывался и без её вопросов.

– Так ему и надо, – сказала Касала, когда Золушка стелила им постель. – Вольно же ему было выбрать не нас, а ту ведьму! Пусть теперь целуется с туфелькой.

– Как ты думаешь, – проговорила Адлина, – не объявится ли она там завтра?

– Тогда бы она сегодня осталась во дворце.

– Кто о ней жалеть станет! Поедем завтра во дворец; которая из нас сумеет надеть туфельку, та и станет принцессой.

– Какую туфельку? – спросила Золушка.

– Ну, про туфельку рассказать можно. Вчера во дворец снова явилась та принцесса; принц ни на кого не смотрел, а всё вертелся возле неё. Когда пришла ей пора уезжать, принц велел место, где стоял её конь, вымазать смолой, чтобы она увязла. Но девица, не будь глупа, выскользнула у него из рук, только туфельку оставила в смоле. Принц приказал, чтобы завтра дамы и девушки со всей округи явились во дворец, и незамужняя девица, которой туфелька придётся впору, станет его женой. Он думает, что незнакомка – из его страны и что ни у кого во всём королевстве нет такой маленькой ножки, как у неё. Но очень может быть, что он ошибается и сам себя накажет.

– Но ведь и у вас ножки маленькие – может статься, и вам туфелька придётся впору, – заметила Золушка.

– Посмотрим.

Утром, прежде чем ехать во дворец, сёстры стянули себе ноги так, что у обеих от боли слёзы полились, – а всё для того, чтобы ножка могла влезть в туфельку.

Бедная Золушка не знала, что делать – отправиться за ними или остаться дома. Но любовь победила страх. Девушка спустилась в погреб, надела синее платье, а туфельку завернула в платок. Потом, набросив на себя лохмотья, с богом пустилась в путь. Шла она полдня, добралась наконец до города и направилась прямиком к замку. Ну и толпа же там была – не протолкнуться: женщин и девушек сошлось великое множество. На каждом лице читались или надежда и вера, или обида и злость обманутого сердца. Та тешилась мыслью, что сможет надеть туфельку, эта горевала, что туфелька ей мала. Войдя в зал, Золушка увидела на одной из скамеечек своих сестёр. Сёстры сидели кислые, как мочёные яблоки, видно, ни одной из них туфелька не пришлась впору. Прелестная маленькая причина всеобщего волнения стояла на пушистом ковре посреди зала. Принц сидел на троне грустный – он ещё не нашёл ту, которую искал. Одной из последних вошла Золушка.

– Погляди-ка, Адлина, не наша ли это Золушка?

– И правда Золушка.

– Что она здесь делает? Пойдём к ней. Пусть порадуется! Всё бросила и явилась посмотреть.

Сёстры хотели ещё что-что сказать; но слова застряли у них в горле: Золушка подошла к ковру и примерила туфельку.

– Да вот же она! – закричали все в один голос, увидев, что Золушка без труда надела туфельку.

Принц – он так погрузился в задумчивость, что и не заметил, как вошла Золушка, – при этих словах подбежал к ней, желая убедиться, что туфелька ей впору. Тут девушка сбросила запачканные лохмотья и достала вторую туфельку.

– Так это ты, моя красавица? – удивлялся принц. – Ах, не мучь меня, – просил он, становясь перед ней на колени. – Выслушай мою просьбу, стань моей женой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.