Евгений Красноречин
Следователь Такаяма. Загадка запертой комнаты

Токио, Япония

1978

Пролог

– Заходи, – произнесла Юмико, отпирая входную дверь в блок общежития и включая свет в прихожей. Она тут же скрылась на кухне и оттуда послышался звук льющейся из крана воды.

Мужчина переступил порог, – медленно, как космонавт, который только что сделал первый шаг на поверхность Луны.

– Запри дверь и проходи! – раздался ее голос.

Пока мужчина снимал обувь, она первая успела пройти мимо него в комнату, по дороге бросив:

– Давай, не стесняйся.

Когда он заглянул в комнату, девушка уже сидела на кровати и курила сигарету. На столе горела настольная лампа, создавая уютные тени. Она бросила на него оценивающий взгляд.

Тип – обычный, какой можно увидеть на улице каждый день. Возраст где-то за пятьдесят. Похож на какого-нибудь менеджера, возможно, даже начальника. Выбритый, ухоженный. В общем, староват, но прямого отторжения не вызывает. Повезло ей сегодня.

Внутренне Юмико объяснила его медлительность смущением. Скорее всего, он, если не в первый раз, то, как минимум, нечасто платит за подобные услуги, особенно если они предоставляются молодыми и красивыми студентками, как она. Именно так она предпочитала думать о себе.

Она не занималась проституцией в полном смысле этого слова. Так, иногда. В первый раз она решилась на это около года назад и в начале ей было немного стыдно, но, в целом, она была достаточно открытой и раскованной девушкой без комплексов и поэтому перестала смущаться достаточно быстро. С одной стороны, тело у всех людей одинаковое и “чего они там не видели”, а с другой, ей подсознательно хотелось, чтобы мужчины ей любовались. Ну и достаточно легкие деньги, конечно.

– Заходи, – в этом раз более тихим и низким голосом сказала девушка. Он все еще стоял в дверном проеме.

“Вот тормоз. Вроде не мальчик, чтобы стесняться. Не в первый же раз находится в компании девушки.”

Внезапно ей пришла в голову другая мысль, – а есть ли у него ранее оговоренные 30000 йен? Вроде бы выглядит не бедным, на нем достаточно дорогое пальто. Наверное, можно успокоиться. Непохоже, что он кинет ее на деньги.

– Давай уже начнем. Это комната моей подруги, будет не очень весело, если она вернется домой в самый разгар веселья.

Она раздавила наполовину выкуренную сигарету в пепельнице, поднялась с кровати, повернулась к мужчине спиной и начала раздеваться.

– Я сейчас коплю на поездку в Гуам. Это моя давняя мечта. Ты был там? Моя подруга была. Говорит, там очень здорово. Красиво, вкусная еда, и еще можно понырять с аквалангом. Конечно, у меня есть подработка, какие-то деньги капают, но мне пришлось бы работать почти год, чтобы заработать на это путешествие. Так что, кручусь как могу, – и она грациозно, как балерина, повернулась к нему, одаривая его улыбкой.

– Теперь твоя очередь.

Мужчина стоял неподвижно, как манекен в магазине, держа руки в карманах пальто. Он смотрел на ее обнаженное тело, но лицо не выражало никаких эмоций. Она начала терять терпение.

– Ну, чего стоим, кого ждем? – она наклонила голову набок, улыбка немного потускнела и внутри начало нарастать раздражение.

Он начал вытаскивать руки из карманов и она на секунду почувствовала облегчение от того, что дело сдвинулось с мертвой точки, но вдруг улыбка начала трансформироваться в выражение неверия происходящему и, затем, ужаса, когда в ее расширившиеся глаза ударил блик от блестящей поверхности.

Мужчина сделал быстрое движение рукой и подступающий крик вышел шипением из разрезанного горла.

***

Она пообещала подруге время до полуночи. Сейчас было полпервого и Хироко достаточно уверенно поднялась по лестнице.

Но все-таки полностью расслабилась она только тогда, когда убедилась, что на входе нет чужой обуви.

Не хотелось бы столкнуться лицом к лицу с голым мужиком.

Представив эту картину, она прыснула от смеха.

Было очень тихо.

“Заснула что-ли…”

– Я дома! – Хироко прошла на кухню и положила пакет молока в холодильник.

Дверь в комнату была чуть приоткрыта и там был виден приглушенный свет настольной лампы.

– Юмико, ты спишь?

Она медленно открыла дверь и мир остановился. Спазм в горле и слабость в ногах заставили ее рухнуть на колени, прежде чем холодный пот прошиб все тело. Потом шок и страх придали сил и, развернувшись и проскальзывая на паркетном полу, она на четвереньках поползла в сторону входной двери, воя от ужаса. На пол-пути ее вырвало.

И потом еще, и еще, пока она не достигла входной двери, – и страшный вопль разнесся по всему общежитию.

Часть 1. Убийство в Хагоромо

1

– Геркулес, папа зовет!

Такаяма с трудом приподнял тяжелые веки. Его коллега, Ямада, никак не хотел фокусироваться.

– М-м-м?..

– Папа зовет.

– А-а-а.. м-м-м…

Такаяма тяжело поднялся со стула. Сил в очередной раз спорить по поводу его клички не было. Ну да, он 28-летний молодой человек, который боится крови, женщин и теряет равновесие от дуновения ветра. Он высокий, худой, и из-за длинных ног его походка напоминает жирафа, бредущего по болоту.

Кличка Геркулес материализовалась в воздухе в ту же секунду, как он в первый раз переступил порог полицейского участка, и время от времени его коллеги ее использовали.

– Вызывали?

Такаяма стоял перед столом главного управляющего первым следственным отделом метрополиса Токио.

Минору Такахаши. Он же Папа. Он же его непосредственный начальник.

– Да-да, присаживайся.

Все знали, что этот немолодой человек, производивший впечатление добряка, мог быть достаточно резким и даже грубым. Но это не было причиной того, почему отдел славился высокими показателями раскрытия преступлений.

Главная причина, хоть иногда и можно было слышать недовольные тихие бурчания, заключалась в том, что каждый сотрудник до мозга костей был увлечен работой, в той степени в какой можно быть увлеченным насильниками, наркоманами, а также кровью и страданиями жертв убийств. Все в отделе знали, что они делают нужную и важную работу.

И хоть иногда и можно было слышать “удары грома” из кабинета Такахаши, именно под его руководством отдел работал на самом высшем уровне.

Такаяма сел на стул со слегка шатающимися ножками и посмотрел на лицо Папы, пытаясь определить, насколько все серьезно.

Пока все выглядело не так уж и плохо.

“Немного облачно, возможны легкие осадки, но дождевик не нужен.”

Начальник не выглядел злым или даже раздраженным, как если бы кто-то в отделе накосячил, но его осанка выдавала глубокую усталость.

– У меня есть для тебя работа, – сказал Такахаши, отрываясь от толстой пачки бумаг на столе.

– Слушаю.

– Это касается убийства студентки университета три дня назад.

“Нет, только не это!” – Такаяма на несколько секунд потерял дыхание.

– Предварительное следствие не принесло результатов. Похоже, потребуется некоторое время, чтобы найти убийцу, – продолжил начальник. – Сейчас весь отдел занимается этим делом.

Надежда Такаямы на то, что можно будет незаметно отсидеться в дальнем углу, полностью испарилась. Он услышал детали этого убийства сразу, как только эксперты вернулись с места преступления. Их лица были белее обычного.

Вся комната в крови, девушка лежит на спине, голова и руки свешиваются с кровати, горло перерезано, глаза вытаращены от ужаса и кажутся живыми, из разрезанного живота выступают внутренние органы.

– Итак, я хочу тебя попросить… эй, ты в порядке?

– А-а-ах, – Такаяма тяжело сглотнул и наконец-то выдохнул, его лоб был покрыт капельками пота. – Я в порядке.

Начальник посмотрел на Такаяму с выражением досады на лице.

– Я долго работаю в полиции, но никогда не встречал следователя, который падает в обморок от вида крови.

– Извините, ничего не могу с собой поделать.

– Ладно, проехали. Я не прошу тебя смотреть на тело, эксперты там уже все исследовали, можешь просто прочитать заключение. Но твоя задача – расследовать это убийство.

– Хорошо, шеф. – Такаяма почувствовал, что головокружение проходит и он возвращается к жизни.

– Убитая, Юмико Игучи, была студенткой третьего курса женского университета Хагоромо.

– Хагоромо? Это означает “Одеяние Ангела”?

– Иероглифы те же, но они не связаны с ангелами. Основателем университета был Коичи Хагоромо.

– Понятно.

– Как сейчас известно, жертва иногда договаривалась с подругой использовать ее комнату в общежитии за небольшую плату, и занималась чем-то похожим на проституцию. Кстати, руководство попросило не афишировать этот факт, они не хотят, чтобы об этом раструбили в газетах.

– Понимаю. – Такаяма вспомнил, что в какой-то газете уже писали об этом, но у них не было никаких фактов, одни догадки, поэтому тема быстро угасла.

– Деканом факультета литературы в университете Хагоромо является мой хороший приятель, Таро Морисаки. Именно он попросил меня расследовать это дело как можно тише, и он готов сотрудничать с нами на все сто процентов и предоставить любую необходимую информацию. Можешь обращаться к нему с любыми вопросами.

– Хорошо.

– Сейчас отправляйся в университет, осмотри место преступления, подумай о версиях. Не бойся, крови там осталось совсем немного.

Такаяма почувствовал сарказм в голосе начальника, но решил это проигнорировать.

– Морисаки будет тебя ждать. Как я уже говорил, задавай ему любые вопросы. Пока все, можешь идти.

Что-то в словах босса не давало Такаяме покоя, и уже наполовину поднявшись со стула, он вдруг понял.

– Босс, вы сказали… это женский университет? Я не знал! Там что, одни девушки?

– Совершенно верно. Я еще не слышал, чтобы мужчины поступали в женские учебные заведения.

Лицо Такаямы снова побледнело.

– Мистер Такахаши, извините, я не могу взяться за эту работу.

– Начинается… – начальник опустил голову и устало выдохнул.

– Вы же знаете, что я не очень хорошо переношу женское общество. Когда я приближаюсь к месту скопления женщин, у меня начинает кружиться голова и подташнивать. А иногда…

Такаяма резко замолчал, увидев как меняется лицо начальника.

“Приближается гроза.”

– Серьезно? Может быть мне стоит показать тебе фотографию убитой?

– Нет-нет, не нужно, я все понял.

– Тогда бегом в университет!

Такаяма вскочил и уже было направился к двери, но снова развернулся. Глаза начальника не выражали ничего хорошего.

– А куда ехать?

Такахаши зарычал, схватил ручку и листок для заметок и быстро написал адрес.

– Возьми такси, чек потом отдашь в бухгалтерию. Свободен!

“Молния и раскат грома!"

***

Такаяма рухнул на заднее сиденье такси, не глядя вытащил из кармана записку и протянул водителю.

– Сюда, пожалуйста, отвезите.

Сейчас можно закрыть глаза и немного вздремнуть. Однако, такси никуда не двигалось. Такаяма огляделся и вопросительно посмотрел на водителя.

Тот с нахмуренным видом вернул “записку”, на которой было отпечатано: “Суп – 250 йен, жареный рис – 400 йен…”

– А, извините, ошибся.

Такаяма спрятал чек из столовой в карман и передал водителю записку с адресом.

– Это университет Хагоромо что-ли?

Водитель бросил взгляд в окно на здание полицейского управления.

– Полицейский?

– Да, – устало ответил Такаяма и закрыл глаза.

– Это вы расследуете убийство девушки? Я читал в газете.

Такаяма кивнул головой.

– Далеко ехать, – произнес таксист, трогаясь с места и вклиниваясь в поток машин. – Лучше бы на электричке. А так получается трата времени и денег.

Такаяма с удивлением открыл глаза.

– Это же вы на деньги налогоплательщиков катаетесь тут, да?

– Ну… если так подумать…

– Было бы лучше, если бы вы не разбазаривали мои налоги. Ездят тут на такси, понимаешь-ли.

Такаяма начал чувствовать раздражение.

– Сегодня особый случай, не карманника же ловим.

Водитель продолжал что-то бурчать, уже себе под нос, и Такаяма был слишком уставшим, чтобы вслушиваться. Удивительно, но сон как-то прошел, поэтому он просто смотрел в окно и думал.

Был октябрьский день, немного за полдень, и теплый солнечный свет лился на офисных работников, направляющихся к ближайшим закусочным и магазинчикам во время обеденного перерыва.

“И почему я тоже не стал обычным офисным работником. Хотя… Быть детективом имеет свои преимущества, по сравнению с работой в офисе, да и зарплата хорошая. Все хорошо, за исключением дней, как сегодня.”

Он снова подумал о том, куда едет и зачем, и сглотнул ком в горле.

Хироши Такаяма. Немного старомодное имя, но не он его выбирал. В целом, фамилия вполне себе соответствует, – иероглифы, которые использовались для ее написания, означали “высокая гора”.

Отец погиб во время погони за серийным убийцей, который был вооружен и уже почти загнан в угол. Мать после этого заболела и вскоре тоже умерла. 20-летний Хироши остался вдвоем с младшей сестрой Изуми.

Он не хотел становиться полицейским, но отец желал, чтобы продолжалась семейная традиция. Отец был достаточно строгим и споры с ним обычно заканчивались не в пользу оппонентов. Кроме того, у Такаямы в целом по жизни была политика не идти против течения.

Уже тогда начальник отдела Такахаши был очень дружен с отцом, и когда на юношу упало бремя заботы о себе и своей сестре, он взял сына своего друга под свое начало и постарался сделать все, чтобы тот стал хорошим детективом.

Но Такаяма с детства был нежным ребенком, поэтому дело двигалось с трудом. Шли годы, Изуми окончила колледж и устроилась продавцом в универмаге, надеясь со временем найти работу получше. Сейчас ей 21 год. Как же летит время!

Они уже находились в городе Фучу, что расположен в западной части метрополиса Токио. Такси остановилось и Такаяма, почему-то чувствуя вину после разговора о деньгах налогоплательщиков, расплатился, получил чек и вышел из машины.

Поскольку это был университет, Такаяма ожидал лицезреть огороженную территорию с воротами, но вместо этого он увидел обыкновенную узкую дорогу с ровными рядами деревьев по бокам, на которую можно было въехать прямо с улицы. Если бы не вывеска “Университет Хагоромо”, он бы и не обратил на него внимания.

Территория университета занимала достаточно большой квартал, в центре которого располагалось главное здание, а вокруг него дополнительные корпуса. Все утопало в зелени, как огромный парк, и сильно контрастировало с обычными залитыми бетоном улицами Токио.

Такаяма вдохнул полной грудью и ступил на тротуар, ведущий к главному зданию, но его эмоциональный подъем мгновенно улетучился, когда он увидел нескольких студенток, приближающихся к нему и оживленно болтая. Он опустил лицо вниз и медленно, на ослабевших ногах и чувствуя биение сердца, побрел вперед, рискуя в любой момент с кем-то столкнуться.

Когда голоса девушек приблизились, у него возникло чувство, что те осматривают его с головы до ног. Ему казалось, что их взгляды прожигают его насквозь. А затем опять раздался смех, уже у него за спиной.

“Наверное это все мое воображение, – подумал Такаяма,– с чего бы им на меня смотреть.”

Он снова поднял голову, глубоко вдохнул, и постарался выкинуть все ненужные мысли из головы.

Впереди его ждало расследование.

2

Стоящий на столе селектор издал мелодичный звук.

– Извините за ожидание. Мистер Морисаки готов вас принять. Пожалуйста.

Секретарша прошла от своего стола и открыла дверь в кабинет декана факультета литературы.

Она его совсем не пугала. Да, она была женщиной, но совершенно не красивой и не женственной. Как будто бревно завернули в ткань, нанесли немного пудры и теней, и нацепили на него очки.

Приблизившись, Такаяма опустил глаза и посмотрел на квадратную, сантиметров двадцати, створчатую дверцу, врезанную в угол основной двери. Такая же была на двери, ведущей из внешнего холла в кабинет секретарши. Обычно такие делают для домашних животных, но зачем это нужно в университете?

– Прошу прощения… – Такаяма вошел в кабинет и на пару секунд потерял дар речи. Эта была просторная комната с огромным толстым ковром на полу, а в глубине по центру размещался стол, похоже, реально из настоящего красного дерева, достойный члена королевской семьи. Книжные полки, тянущиеся до самого потолка, были заставлены толстыми книгами в кожаных переплетах, и при этом нигде не было видно везде встречающихся комиксов и журналов.

Из-за стола поднялся джентельмен, имидж которого полностью соответствовал атмосфере комнаты.

– Пожалуйста, проходите. Меня зовут Таро Морисаки, я – декан факультета литературы.

Высокий и стройный, улыбка излучает уверенность и внушает доверие. Возраст – немного за сорок. Одет в классический серый костюм темного оттенка, вполне возможно, сшитый на заказ. Фотографию такого человека можно ожидать увидеть в женском журнале с заголовком “Романтик моей мечты” или что-то в таком духе.

– Я-я…

– … мистер Такаяма из полицейского управления. Мне только что звонил мистер Такахаши. Спасибо, что откликнулись на мою просьбу о помощи. Присаживайтесь.

– Благодарю. – опустился в кресло Такаяма.

“Просьбу о помощи?”

– Не хотите ли сигару? – Морисаки открыл искусно сделанный портсигар и протянул его Такаяме.

– Нет, спасибо, я не курю.

– Я тоже. Держу их исключительно для гостей.

Морисаки нажал на кнопку селектора:

– Мисс Ошима, пожалуйста, приготовьте нам кофе.

“Он относится ко мне так, как будто я кто-то важный. Он вообще знает, что я – обычный полицейский без каких-либо особых успехов в достаточно слабой карьере?”

Декан опустился в кресло по другую сторону стола и посмотрел на Такаяму.

– Если не возражаете, я сразу перейду к делу.

Такаяма кивнул.

– Итак, как вы, возможно, знаете, Юмико Игучи, которая была убита на днях, училась на третьем курсе. Она планировала съездить за границу на следующих каникулах, в ноябре, и, чтобы заработать денег, предоставляла интимные услуги. Как декану и преподавателю, мне неудобно об этом говорить. Я бы даже сказал, немного стыдно.

– Понимаю.

– Однако, я также считаю, что студентки университета – взрослые люди, и поэтому я не хочу слишком сильно вмешиваться в их жизнь вне учебы.

– В этом тоже есть логика.

– Боюсь, что некоторые родители со мной бы не согласились. Но я не хочу исключать ученицу только за то, что она подрабатывает. Да, конечно, это не самая лучшая подработка, мягко говоря. И также дополнительный негативный момент заключается в том, что есть риск забеременеть. Но все же…

Такаяме почему-то нравился этот декан. Есть много таких интеллектуалов, которые на первый взгляд выглядят как люди, хорошо разбирающиеся в психологии молодежи, но на самом деле являющимися старомодными и консервативными. Но этот Морисаки казался другим.

– Есть вещь, которая меня действительно беспокоит. – Декан нахмурился. – Юмико была убита в нашем общежитии. Это произошло в комнате Хироко Кохары, которая училась в той же группе. Похоже, это был не первый раз, когда Хироко сдавала комнату подруге.

Морисаки замолчал, когда в кабинет вошла секретарша с подносом. Она расставила кофейные чашки на столе, добавила к ним вазочку со сладостями, и удалилась.

– Извините, – сказал Морисаки, – я бы хотел сохранить эти подробности в тайне, даже от моей секретарши.

Он сделал глоток кофе.

Такаяма тем временем начал входить в режим следователя.

– Скажите, мистер Морисаки, была ли убитая девушка связана с какой-либо преступной группировкой?

– Ваш начальник уже задавал мне этот вопрос. Нет, я не думаю. Дело в том, что если ты работаешь с какой-то бандой, они заберут большую часть денег. И тогда полностью теряется смысл иметь такую “подработку”.

– Да, думаю, вы правы.

– Ну и, кроме того, это было бы просто опасно.

В этот момент со стороны двери послышался легкий стук.

– Шерлок, это ты? Входи, входи.

Декан сказал это непринужденно, как будто обращался к другу. Такаяма обернулся и увидел голову кота, торчащую из маленькой дверцы.

“Ты смотри, оказывается это все-таки для животного. Не знал, что в университете это разрешено,” – подумал Такаяма.

– Это мой кот, Шерлок. Шерлок, заходи, поздоровайся с гостем.

Кот наполовину прошел в дверцу, на несколько секунд задержал взгляд на Такаяме, – при этом на мгновение создалось впечатление, что он кивнул головой, – затем проскользнул в кабинет и направился к столу декана.

У него было небольшое, но поджарое тело. Чистый и блестящий мех имел идеально черный окрас без малейших вкраплений.

Шерлок мягко запрыгнул на стол, свернулся калачиком на свободном от бумаг небольшом пространстве и закрыл глаза.

– Я прошу прощения, Шерлок у нас очень независимый, – сказал декан с улыбкой.

– Здесь можно держать животных?

– Вообще-то, нет, но я живу на территории университета, поэтому для меня сделали исключение. Мы с ним, так сказать, два свободных холостяка.

Такаяма не сдержал улыбку. Он снова посмотрел на Шерлока и подумал, что тот выглядит намного грациозней, чем секретарша в соседней комнате.

– Что ж, давайте вернемся к нашей теме.

Морисаки сделал глоток кофе.

– Мне сейчас уже известно, что Хироко неоднократно разговаривала со своей подругой о том, что было бы неплохо прекратить заниматься подобной деятельностью. Это все-таки женский университет и когда в общежитии появляются мужчины, это не очень хорошо.

– Известно ли вам, есть ли другие студентки, которые занимаются подобным?

– Хироко сказала, что слышала о других девушках, но она не знает наверняка. Именно поэтому я и попросил Такахаши прислать детектива, который, помимо убийства, может расследовать ситуацию с проституцией, не поднимая шума.

– Я вас понимаю. Я думаю, что есть высокая вероятность того, что всем этим кто-то руководит.

– Именно это я и подозреваю.

– Хорошо. Мне нужно вернуться в полицейское управление и обсудить все с мистером Такахаши.

– Конечно. И прошу прощения за то, что навязываю вам такое странное дело.

– Не берите в голову.

Такаяма улыбнулся и попытался допить свой кофе, который начал остывать, но в этот момент раздался шум резко открывающейся двери.

– Морисаки! – прокричал лысый краснолицый мужчина лет шестидесяти. Он выглядел очень злым и смотрел из под нахмуренных бровей.

– Здравствуйте, мистер Абе. – Морисаки был спокоен и слегка улыбался, даже не сделав попытку подняться со своего кресла.

– Кто сказал, что ты можешь делать то, что тебе вздумается?! – угрожающе приблизился президент.

– Что вы имеете в виду?

Ректор взглянул на Такаяму так, как будто смотрел на что-то грязное.

– Это полицейский?

– Совершенно верно. Позвольте представить следователя Такаяму. А это – наш ректор, Шундо Абе.

– Мне наплевать! Какого черта здесь находится полиция без моего разрешения?

Похоже, ректору не нравилось спокойствие Морисаки, и он злился все больше и больше.

– Немедленно уходите! – прокричал Абе, махая рукой в сторону двери.

– Мистер Абе, – произнес Морисаки таким голосом, что президент резко осекся и посмотрел на него с открытым ртом.

– Этот человек находится здесь как мой личный гость. Даже ректор университета не имеет права просить его удалиться, поэтому меня не интересует ваше мнение. Кроме того, не вы ли вчера сказали, что это моя обязанность решить инцидент, который произошел на территории моего факультета? Не вы ли приказали мне принять соответствующие меры?

Ректор Абе был ошеломлен решительным тоном Морисаки, но он не сбавил обороты и его тон оставался грубым.

– Я не говорил тебе звонить в полицию! Кроме того, если ты решил это сделать, то сначала ты должен быть обратиться к совету директоров!

Морисаки саркастически улыбнулся.

– Во время вчерашнего совета, не вы ли ввели чрезвычайное положение в университете? Это положение обязывает нас пригласить полицию для расследования. Что я и сделал.

Ректор свирепо смотрел на Морисаки, и было ясно, что ему нечего сказать. Похоже, что конфликт между ними длился уже долго, и его изначальные причины точно никак не были связаны с произошедшим здесь убийством.

И также было видно, что ректор уступает декану по всем пунктам. Абе был похож на скупого злого старика в кондитерском магазине, который прогоняет оттуда школьников, зашедших поглазеть на сладости.

Что-то коснулось ног Такаямы и когда он посмотрел вниз, то увидел кота Шерлока, который успел тихо спрыгнуть со стола. Шерлок подошел к Абе, посмотрел на него снизу вверх, и зевнул так, как будто высмеивал его.

Такаяма с трудом удержал улыбку.

Похоже, Абе тоже почувствовал, что кот явно не на его стороне, поэтому он резко развернулся и вылетел из кабинета, хлопнув дверью.

– Ну-ну, полегче, дверь тебе ничего не сделала, – тихо проговорил Морисаки, и затем повернулся к Такаяме.

– Я прошу прощения за этот театр.

– Похоже, мое присутствие его разозлило.

– Нет-нет, это не из-за вас. Этот человек часто выходит из себя, но если не поддаваться на его истерики, то он быстро сдается и отступает. Поэтому, не берите в голову.

Декан поднялся со своего кресла, и Такаяма увидел, как Шерлок легко запрыгивает сначала на стол, а потом на плечо своего хозяина.

– Ничего себе, – восхитился Такаяма. – Похоже он делает это часто.

– Да, он любит сидеть у меня на плече, особенно когда мы выходим на прогулку, – и Морисаки почесал переносицу Шерлока указательным пальцем. – Шерлок, в какой-то мере, уникальный кот. Иногда я думаю, что внутри него заключена душа человека. Вам нравятся кошки, мистер Такаяма?

– Да. В детстве у нас в доме была кошка.

– Люди часто говорят, что кошки глупее собак, потому что они не учатся трюкам и в целом не так хорошо поддаются дрессировке. Но мне кажется, что кошки просто более независимы и выбирают свой путь сами.

Морисаки почесал кота под подбородком тыльной стороной указательного пальца.

– Вообще, наверное, в целом, сравнивать животных – это не совсем корректно. Все животные разные по своему. И если рассматривать кошек отдельно, то мне кажется, что в них есть что-то таинственное.

Морисаки искоса посмотрел на Шерлока и задумчиво произнес:

– Хотел бы я знать, что происходит в твоей голове. Но… увы, увы.

Шерлок тоже посмотрел на Морисаки, и выглядел он так, как будто хотел что-то сказать.

– Да, да, – вышел из своей задумчивости Морисаки, – ты абсолютно прав. Нам пора идти.

И Декан жестом пригласил Такаяму к выходу из кабинета.

Деканат размещался в четырехэтажном каменном здании, недалеко от въезда на территорию университета на левой стороне. Выйдя на улицу, Такаяма вдохнул полной грудью.

Он старался как можно меньше заниматься розыскной деятельностью и предпочитал работать с бумагами, поэтому выходить на улицу удавалось не часто. Кроме того, он не любил находиться среди людей, которыми всегда заполнены улицы Токио. И воздух в городе всегда был наводнен запахами выхлопа автомобилей, лапши Рамен из ресторанов и обжаренной в масле курицы из продуктовых магазинчиков.

А здесь, вдали от центра города, в тени деревьев, воздух был чистым и освежающим, особенно в это время года.

С другой стороны главной аллеи можно было видеть огороженную забором территорию, на которой велось строительство нового здания. Бетонные стены уже были возведены до четвертого этажа, а дальше еще на этаж вверх торчали прутья арматуры.

– Здесь у нас будет новое семиэтажное здание с дополнительными аудиториями.

– Судя по вашему лицу, вы не в восторге от этого проекта.

– Вы правы, – Морисаки тяжело вздохнул. – Идея строительства принадлежит ректору. Он хочет увеличить вместимость университета, чтобы набрать больше студентов и увеличить прибыль. В целом, конечно, я не против развития нашего учебного заведения. Но Абе является очень жадным человеком, и поэтому при проектировании этого здания он руководствовался исключительно вопросами экономии, при этом совершенно наплевав на архитектурные особенности всего университетского комплекса.

Во взгляде Морисаки читалось отвращение, когда он смотрел на стройку.

– К сожалению, мне не удалось его переубедить.

Такаяма только кивнул головой.

– Студенческое общежитие находится прямо за стройкой. Нам сюда, направо.

И Морисаки с Шерлоком на плече уверенно зашагал в указанном направлении.

Такаяма уже почти сделал первый шаг по дорожке, огибающей стройку, когда он заметил ученицу, идущую им навстречу.

Она была полной противоположностью секретарши декана. Красивое лицо, прямой узкий нос, что является редкостью для японки, легкая полу-улыбка, уверенный взгляд.

Такаяма не мог оторвать взгляд от ее стройной фигуры с прямой осанкой, и грациозной походки. Светло-голубое платье с абстрактным неброским узором еще больше усиливало первое впечатление.

– Мистер Морисаки, здравствуйте, – произнесла она звонким голосом, показывая неожиданно добрую улыбку. – Как дела, Шерлок?

– Спасибо, хорошо. – Конечно, это произнес декан, а не кот. – Идешь на работу?

– Да. Я же устроилась подрабатывать машинисткой, но у меня пока не получается печатать быстро. Да и плечи устают.

– Ничего, вначале всегда сложно, но потом будет легче, – приободрил ее декан.

– Я уверена, – улыбнулась девушка и посмотрел на Такаяму. – Здравствуйте, меня зовут Юкико.

Такаяма только кивнул головой, не в силах произнести ни слова.

– Ну что, я побежала, мистер Морисаки. До свидания.

Морисаки проследил за ней взглядом.

– Одна из моих лучших студенток. Всегда в хорошем настроении и никогда не сдается. Она тоже живет в общежитии.

Морисаки обернулся и на его лице появилась тревога.

– Мистер Такаяма, вы хорошо себя чувствуете?

***

– И чем все закончилось? – спросила Изуми, ставя перед Такаямой вторую тарелку с рисом.

Квартира брата и сестры находилась на втором этаже небольшого дома, стоящего недалеко от станции метро.

– Я передал Папе все, что узнал от Морисаки, и он сказал, что поможет, насколько это возможно.

– Это здорово.

– Да, тут мне повезло. Но все равно это дело кажется мне достаточно трудным. – Такаяма вздохнул. – Кстати, завтра я не приду ночевать.

– Ночное дежурство?

– Можно и так сказать. Я буду всю ночь в университете.

– О-о-о, братец, ты же не собираешься переодеться в девушку? – в глазах Изуми появились веселые огоньки.

– Конечно нет! – возмущенно воскликнул Такаяма. – Дело серьезное. Мне поручили вести наблюдение за студенческим общежитием.

– А, понятно. – Изуми усмехнулась и снова посмотрел на брата с ехидной улыбкой.

– Братик, так тебе повезло. Там полно красивых девушек и ты будешь единственным парнем.

– Очень смешно, – опустил глаза Такаяма. Изуми знала про его неуверенность, когда это касалось женского пола, и сознательно его дразнила.

– Я попросил Папу отправить вместо меня кого-то другого, но он настоял.

– А, так это идея дяди Минору? Ну он прямо преподнес тебе подарок.

Начальник Такаямы заботился о брате и сестре с тех пор, как умер их отец, поэтому Изуми всегда называла его “дядя Минору”.

– Да уж, подарочек. Похоже на то, что Морисаки попросил его об этом. По какой-то причине, он считает, что я лучше всех могу справиться с этим заданием.

– Ну тогда постарайся. Только не заигрывай там слишком сильно.

Такаяма спрятал лицо в ладонях, как будто теряя последние силы.

– Ну раз тебя не будет, то тогда я приглашу друзей, чтобы мне не было так одиноко.

Такаяма с подозрением посмотрел на Изуми. Ей всего 21 год. Несмотря на небольшой рост, у нее слегка пухлое тело, круглое лицо, а большие глаза и беззаботная улыбка располагает к себе всех вокруг. Такаяма очень беспокоился, когда она устроилась на работу в супермаркет, потому что там она могла получить ненужное внимание от всяких странных типов.

– Кого это ты решила пригласить?

– Я еще не решила.

– Только не говори мне, что у тебя есть парень.

– Конечно, и не один. Я же их меняю, как перчатки, – и она рассмеялась.

Такаяма понял, что она просто его дразнит, и отступил.

– Не волнуйся, братик. Я не выйду замуж, пока ты не женишься.

– Жениться? Спасибо, мне и так хорошо.

– Не зарекайся. Кстати, если так подумать, завтра у тебя будет огромный шанс кого-то присмотреть. Целая ночь среди девушек!

– Даже не собираюсь об этом думать. Это просто работа!

– Ну работа же закончится когда-нибудь, вот у тебя и будет с кем расслабиться.

Такаяма чувствовал, как у него горят уши.

Внезапно он вспомнил девушку, которую встретил сегодня. Кажется, Юкико. Она была красивой и выглядела умной. “Такие – самые опасные. Они все высокомерны и используют мужчин для своих целей. Если уж жениться, то нужно найти кого-то, кто будет тебя понимать и поддерживать.”

Так проходил еще один вечер в маленькой двухкомнатной квартире, где жили брат и сестра.

***

– Что ты думаешь о том молодом человеке?

– О ком ты говоришь?

– Ну мы встретились сегодня на аллее, возле въезда в университет.

– А, тот, высокий? А он вообще кто?

– Следователь.

– Серьезно? Совершенно не выглядит как полицейский.

– Да, это точно. Но он, похоже, очень хороший мальчик.

– Я не особо обратила на него внимание, если честно.

В комнате было темно, но потом раздался щелчок и мягкий свет небольшой настольной лампы осветил декана Морисаки и Юкико, которые уютно устроились в постели.

– А зачем сюда приходил следователь? Это из-за убийства Юмико?

– В какой-то степени, да.

– В какой-то степени? А, ты имеешь в виду еще и из-за ситуации с проституцией?

– Бинго!

– Ты действительно подозреваешь, что кто-то в университете этим занимается?

– А как ты думаешь?

– Я даже не знаю.

Юкико на мгновение задумалась.

– Я думаю, вероятность этого есть. Университет большой, девушек много.

– А ты бы стала этим заниматься?

– Мне хватает тебя, – улыбнулась Юкико.

Она положила ладонь на щеку Морисаки и поцеловала его.

– Но все-таки, почему ты попросил об этом следователя? Я бы могла тихо разведать что к чему. У меня много подруг, возможно, кто-то что-то и знает.

– Я бы не хотел вовлекать тебя в то, что может быть заведомо опасным. У меня есть подозрение, что за всем этим кто-то стоит. И если тот человек узнает, что ведется расследование, он может начать совершать определенные действия, чтобы защитить себя. Поэтому официально следователь здесь находится для расследования убийства. Но неофициально, я попросил его так же присмотреться к тому, что происходит в университете.

– Ну ладно. Сегодня я с тобой соглашусь. Но не жди этого каждый раз.

Морисаки рассмеялся.

– То есть, ты хочешь сказать, что не будешь повиноваться мне всегда и во всем?

– Даже и не надейся, – Юкико одарила Морисаки долгим пронзительным взглядом, а потом посмотрела на часы.

– Уже десять. Мне нужно возвращаться в общежитие, а то Комине будет недоволен.

– Хорошо. Мне тоже еще нужно поработать.

Говоря это, ни один из них не сделал попытки встать с постели.

– Хотя, не будет сильно страшно, если я совсем немного опоздаю.

– И у меня тоже работы не так много.

Морисаки протянул руку, выключил свет, а затем, повернувшись, обнял обнаженное тело Юкико.

Шерлок, свернувшийся калачиком на стуле возле кровати, неохотно открыл глаза, когда в постели раздался какой-то шум. С выражением упрека на морде, он спрыгнул вниз, вонзил когти в ковер и хорошо потянулся, показывая клыки.

А затем он вышел через свою личную дверцу из комнаты.

3

Университет Хагоромо распологался на окраине города Фучу и территория учебного заведения была почти идеально квадратной. Главное здание стояло ровно в центре. За ним, противоположно главному въезду, можно было найти небольшое общежитие для преподавателей, напоминающее коттедж, спортивный зал и бассейн. Слева от въезда находилось административное здание и дополнительные корпуса, а справа – новый, пока еще строящийся, корпус и общежитие для студентов за ним.

В целом, университет был небольшой и в данный момент мог вместить пятьсот студентов. Если быть точнее – студенток.

Такаяма приехал в субботу после обеда, в большей степени потому, что занятия уже закончились и территория была практически безлюдной, то есть свободной от девушек и их взглядов. В таких условиях Такаяма мог лучше сосредоточиться на задании.

Они встретились с Морисаки в том же кабинете, где и вчера. Несмотря на то, что сегодня у него не было лекций, декан снова был одет в дорогой костюм и выглядел так, как будто собирается на прием во дворце императора. Похоже, это был его повседневный образ.

– Я посоветовался с Такахаши и мы решили, что самым лучшим временем для наблюдения за общежитием будет ночь субботы.

Шерлок также присутствовал при разговоре, как обычно устроившись на столе.

– Если в университете происходят дела, связанные с проституцией, то лучшего времени не найти, – продолжил Морисаки. – И кстати, рядом с новым корпусом есть временная столовая, которую установили для строителей. Мне кажется, это самое удобное место для наблюдения за общежитием.

Такаяма кивнул головой, соглашаясь, и сверился с записями с записной книжке.

– В общежитии есть сторож?

– Да. Его зовут Комине и он работает там еще с тех времен, когда общежитие только построили, то есть уже лет пять. Он в достаточно преклонном возрасте, но общежитие небольшое, всего пять этажей, поэтому Комине справляется со всеми необходимыми обязанностями. Если вы хотите с ним поговорить…

– Да, было бы неплохо.

– Хорошо, я думаю, мы можем его увидеть прямо сейчас.

Не успел Морисаки подняться со своего кресла, как зазвонил телефон. Судя по лицу декана, случилось что-то важное, и когда он положил трубку, Такаяма внимательно посмотрел на него.

– Я искренне прошу прощения. Только что звонили из главного офиса, мне нужно отлучиться ненадолго. Подождете меня здесь?

– Не хотелось бы вас утруждать. Если вы заняты, я могу сам навестить мистера Комине.

– Благодарю за понимание. Еще раз прошу прощения. Я сейчас позвоню в общежитие и предупрежу его о вашем визите.

Когда короткий разговор по телефону был окончен, Такаяма поблагодарил Морисаки и покинул кабинет, напоследок посмотрев на спящего Шерлока.

Кабинет Морисаки находился на четвертом этаже и Такаяма сразу направился к лифту. Зайдя внутрь, он уже почти нажал кнопку “Закрыть” как за ним в кабину проскользнул Шерлок.

– Не знал, что коты пользуются лифтами, – почему-то развеселился Такаяма. Кот сел на пол и обвил лапы хвостом.

– Вам первый этаж? – Такаяма улыбнулся и учтиво поклонился коту.

– Мяу!

Тут уже он не выдержал и рассмеялся от того, как удачно совпали его вопрос и “ответ” Шерлока.

Лифт остановился на первом этаже, двери открылись и Такаяма уже почти направился в сторону выхода, как вдруг он почувствовал, как что-то тянет его за штанину. Он посмотрел вниз и увидел Шерлока, когтями царапающего его брюки.

– Эй, осторожно, это мой единственный костюм!

Шерлок повернулся в сторону длинного коридора, отходящего влево от вестибюля, прошел несколько метров, а затем остановился и повернул голову в сторону Такаямы.

– Ты чего? Хочешь, чтобы я пошел за тобой?

Шерлок продолжал смотреть на полицейского.

– Хм, понятно. Ну что ж, почему бы и нет. Может быть так будет ближе.

Кот быстро побежал вперед, и Такаяма, слегка наклонив голову, последовал за ним, бормоча при этом:

– Не могу поверить, прямо кот-экскурсовод.

Все еще сомневаясь, Такаяма прошел за Шерлоком до бокового выхода из здания и обнаружил себя на краю небольшого пространства, расположенном между административным зданием и, похоже, лекционным корпусом. Здесь было очень красиво, все в цветочных клумбах и геометрически расчерченных дорожках, выложенных белым камнем. День был солнечный и картина, представшая перед Такаямой, радовала глаз и поражала воображение.

– Ничего себе, – пробормотал Такаяма. – Ну а чего еще ожидать от женского учебного заведения, – он попытался скрыть свое восхищение сарказмом.

Шерлок, а за ним и Такаяма, тем временем побежал по одной из дорожек в сторону небольшого пруда в центре двора, вокруг которого располагались изящные скамейки, на одной из которых он заметил пару, мужчину и девушку, сидящих спиной к нему.

Первой мыслью Такаямы было то, что это преподаватель и студентка обсуждают какие-то вопросы, связанные с учебой, но дальнейшее застало его врасплох.

Мужчина попытался обнять девушку, но она вскочила и отвесила ему сильную пощечину. Мужчина схватился за щеку и зло прокричал:

– Ты кем себя считаешь? Да ты…

В этом время девушка повернулась в сторону Такаямы и у него открылся рот от удивления.

Это была Юкико, которую от встретил ранее.

Она, заметив его, сразу покраснела, но не от смущения, а скорее от неожиданности, после чего проскользнула мимо него, и он услышал, как она произносит:

– С-скотина!

Такаяма, глядя ей вслед, вздрогнул, когда неожиданно возле него раздался крик:

– Подумай еще раз о последствиях!

Мужчина был большого телосложения, за тридцать, одетый в серый костюм. На носу у него были круглые очки, и из за круглого лица и мясистых губ создавалось впечатление, что он обиженно дуется.

Когда Юкико скрылась за углом, он повернулся к Такаяме и грубо спросил:

– Чего надо?

– Ничего. Я просто проходил мимо.

– Кто дал вам разрешение находиться на территории?

– Разрешение? – Такаяма не знал, что ответить.

– Какого черта вы суетесь не в свои дела?

Такаяма не был уверен, выпускает ли мужчина пар, или ему действительно нужны ответы на эти вопросы, поэтому он просто пожал плечами.

– Что вам здесь нужно? – продолжал мужчина.

– Я здесь по просьбе мистера Морисаки.

Мужчина, казалось, разозлился еще больше.

– Морисаки? Какого черта он позволяет посторонним людям шляться по территории университета?

Такаяма начал чувствовать раздражение. Он уже хотел представиться и показать полицейский значок, но в этом время Шерлок запрыгнул за скамейку и громко зашипел на мужчину, отчего тот отшатнулся и выкрикнул срывающимся голосом:

– Тебе еще что надо?

Шерлок резко ударил лапой воздух и снова зашипел, выгнув спину. Зрелище было достаточно устрашающим.

– Пошел вон! Да я тебя…

И мужчина ударил кота ногой.

Точнее попытался ударить. Все случилось так быстро, что Такаяма только успел крикнуть:

– Эй!

Шерлок как будто намеренно выжидал до последнего момента, и буквально за долю секунды до надвигающегося удара резко спрыгнул со скамейки. Грузный мужчина, которому явно было трудно поднять ногу на такую высоту, не удержал баланс, прокрутился вокруг своей оси и тяжело рухнул на спину.

Такаяма замешкался только на секунду, пораженный увиденным, а потом быстро побежал за Шерлоком, слыша как мужчина ругается так, как не следует ругаться преподавателю женского учебного заведения.

– Фуух, ну и дела, – через пол-сотри метров он перешел на шаг, положил ладони на колени, чтобы отдышаться, и оглянулся. Мужчина пытался подняться и это давалось ему с трудом.

– Надеюсь он там не сильно ушибся, – пробормотал Такаяма и посмотрел на Шерлока.

– Ну ты даешь, это было что-то.

Шерлок развернулся и пошагал как ни в чем не бывало.

Такаяма только усмехнулся, оглянулся еще раз, и направился за котом.

По левую сторону в ряд располагались несколько строений. Самым правым было трехэтажное общежитие для преподавателей и работников университета. Декан Морисаки жил в этом общежитии. У большинства людей при слове “общежитие” возникает в голове картина скучного здания, похожего на серую коробку с пустыми глазницами. Но здесь все было по другому. Так называемое общежитие больше напоминало люксовые апартаменты в центре Токио.

Слева от общежития находился небольшой спортивный зал, и дальше – бассейн.

Такаяма продолжал двигаться вперед. Впереди него семенил Шерлок.

Они обогнули угол главного корпуса университета и теперь Такаяма мог видеть забор, огораживающий место строения нового здания. Внешние стены понимались уже до четвертого этажа, работал подъемный кран, вознося наверх новые блоки и материалы, и в целом было похоже, что здание будет достроено в скором времени.

Так как работы над фундаментом были закончены давно, от места стройки не доносилось почти никаких громких звуков, кроме голосов строителей.

Слева от забора было видно пятиэтажное студенческое общежитие, дизайн которого соответствовал архитектуре всего университетского комплекса.

На небольшом участке между общежитием и стройкой можно было увидеть упомянутую Морисаки столовую, которая фактически представляла собой длинный контейнер, обитый снаружи пластиковыми панелями. Над входом висела табличка “Столовая”. Так как университетское кафе было рассчитано только на девушек-студенток, строителям пришлось установить здесь свое собственное помещение.

Как только Такаяма зашел в общежитие, он сразу же увидел большое окно консьержа по правую сторону, которую почему-то напомнило ему такое же окно в приемной больницы. Оттуда раздавался тихий голос:

– Давай, давай, вот так вот, хорошо, молодец, выше!..

Такаяма подошел к окну и увидел там пожилого мужчину в потертой и немного растянутой кофте, который сидел на стуле в пол-оборота к нему, а сбоку на столе располагался маленький переносной телевизор, по которому шла трансляция бокса.

– Давай, немного выше!.. Влево!

Мужчина был так увлечен поединком, что совершенно не замечал ничего вокруг. Такаяма чувствовал себя неудобно, думая о том, что придется прервать просмотр, поэтому он решил подождать до конца раунда.

– Вперед! Стой! Давай, осторожно!

Такаяма глянул в экран телевизора, где два мощных боксера пытались найти брешь в защите друг друга, но вдруг он заметил что-то странное – картинка в телевизоре и слова пожилого человека совершенно не совпадали. Такаяма наблюдал еще какое-то время и совершенно не мог понять, что происходит. Было похоже на то, что у консьержа не все дома.

Наконец, раунд подошел к концу, но пожилой человек продолжал комментировать.

– Так, так, еще вперед, немного влево. Если ты не поторопишься, тебя сдует ветром.

“О чем он вообще? – все еще не понимал Такаяма. – Сдует ветром? Кого? Боксера?”

– Прощу прощения…

– А! Кто здесь? – мужчина резко повернулся и уставился на Такаяму с раздраженным лицом. – Ты кто?

– Вам должен был звонить мистер Морисаки…

– Морисаки? А, да, звонил. Из санитарного отдела.

– Нет, нет, не из санитарного отдела.

Такаяма начал чувствовать поднимающуюся панику.

“Что происходит с этим человеком?”

– А, Морисаки! Вспомнил! Декан! Ты пришел задать мне какие-то вопросы?

– Да, совершенно верно, – у Такаямы отлегло от сердца и он издал нервный смешок.

– Сейчас, подожди, тут еще немного, – и мужчина снова повернулся в сторону телевизора.

– Нет, немного не так, попробуй еще раз, правее.

– Хм, простите…

– Да чего тебе надо? Я же говорю, подожди.

– Вы за кого сейчас болеете? – спросил Такаяма, глядя на телевизор, по которому шла реклама пива.

– Болею? Ты о чем?

Такаяма подумал, что сходит с ума.

– Вы же бокс смотрите, да?

– Бокс?

Мужчина глянул на телевизор.

– А, я забыл его выключить, – он приподнялся со стула и нажал на кнопку питания.

Такаяме казалось, что ему снится кошмар.

– Если вы не смотрели бокс, то с кем вы сейчас разговаривали?

Мужчина вдруг улыбнулся.

– Вон с той красоткой.

– С какой красоткой?

– Не видишь что-ли? Вон, посмотри, – и он указал на окно.

Там была видна стройка, но не было никаких девушек.

– Не правда ли она красавица? Высокая, умная, сильная…

– Сильная?

– Да, совершенно верно. Видишь, как она поднимает множество разных грузов одновременно?

До Такаямы наконец-то дошло. Мужчина говорил про строительный кран. То есть в любом случае с головой, ну или как минимум с восприятием мира, у пожилого человека не совсем все в порядке, но Такаяма хотя бы был рад, что сам он не бредит.

– До того, как я стал работать здесь, я работал на такой вот красотке. Мы с ней перенесли много тяжестей, но нам всегда было хорошо вдвоем, – и мужчина засмеялся, причем не было ясно, понимает ли он двойной смысл того, что сказал.

Мужчина тем временем продолжал:

– Если вы действительно любите ее, она ответит вам любовью. Но современная молодежь думает только о том, как бы ее эксплуатировать. Никаких чувств, никакой заботы, – и у него покатилась слеза по щеке.

Такаяма не знал, что сказать, но мужчина вдруг вздрогнул, утер слезу, и посмотрел на детектива.

– Так ты, говоришь, из санитарного отдела?

4

Такаяма повернул ключ в замке, толкнул дверь, и медленно вошел в темноту. Он неконтролируемо боялся темных мест. Возможно, это было потому, что еще будучи ребенком, он случайно заперся в шкафу и просидел там всю ночь. Он до сих пор помнил, как ему было страшно.

Наверное, психолог мог бы ему помочь, но он не доверял психологам и немного побаивался их тоже. Ему казалось, что они могут увидеть внутри него что-то такое, что будет еще страшнее, чем боязнь темноты.

Поэтому фобия жила своей жизнью и Такаяма чувствовал бешеное биение сердца, когда зашел в столовую, которую установили для строителей между забором, огораживающим стройку, и студенческим общежитием.

Свет он включать не стал, чтобы не привлекать внимания. Он закрыл дверь и постоял немного без движения, пока его глаза не стали различать детали, – шесть складных столов, на четыре человека каждый, и легкие металлические стулья вокруг каждого стола. Такаяма начал медленно двигаться вдоль столов. Ему было непонятно, зачем вообще было запирать дверь на ключ, – здесь не было ничего ценного.

В целом, темнота была не совсем полная. На трех стенах столовой были окна, защищенные металлической сеткой, и одно из них выходило на общежитие, поэтому свет от уличных ламп, стоящих вдоль корпуса общежития, проникал внутрь.

Передвинув один из стульев поближе к окну, он с облегчением опустился на него, чувствуя усталость от долгого дня. Отсюда был виден достаточно хорошо освещенный вход в общежитие, поэтому легко можно было наблюдать за тем, кто входит или выходит из здания. Внутри столовой оказалось так же прохладно, как и снаружи, и Такаяма пожалел, что не принес с собой пальто.

Он постарался усесться как можно удобнее, положив ногу на ногу и скрестив руки, чтобы было не так холодно, и настроился на долгое ожидание.

Разговор с консьержем, и по совместительству охранником и уборщиком, Комине прошел в очень живой и динамичной манере. Вначале, Такаяма стал задавать вопросы, по умолчанию подразумевая, что Морисаки объяснил всю ситуацию по телефону, но очень скоро он осознал, что Комине вообще не понимает, о чем идет разговор. Пришлось объяснять всю ситуацию сначала.

Атмосфера начала оживляться, когда Такаяма попытался в мягкой форме выяснить, не бывает ли таких случаев, когда некоторые студентки, скажем так, не совсем добросовестно следуют расписанию и правилам, установленным в общежитии, и Комине воспринял это в штыки, воспринимая вопросы Такаямы как обвинения в недобросовестной работе и неспособности контролировать вверенную ему территорию.

После жалобы о том, как иногда тяжело выполнять свои обязанности в подобном месте, он все же уверил Такаяму, что полностью контролирует все аспекты жизни общежития, а также продемонстрировал бейсбольную биту, которые, по его словам, он не замедлит использовать в случае, если в здание общежития проникнут нежелательные элементы, будь то насильники или вуайеристы.

Бита Такаяму впечатлила, и после того, как Комине устал бегать за Такаямой и уселся на свой стул, они все же заключили мирное соглашение, согласно которому Такаяме было позволено время от времени патрулировать коридоры общежития, если тот не будет отрывать Комине от просмотра телевизора и решения Судоку. После этого следователь переместился на свой пост внутри столовой.

Такаяма посмотрел на часы, пытаясь повернуть их так, чтобы они освещались светом из окна. Было 9:40 вечера. Комендантский час в общежитии начинался в 10:00, и Комине сказал, что все вернутся домой до этого времени. Ну или – должны вернуться.

Комендант все еще будет на своем месте какое-то время, на случай если кто-то опоздает, но после этого он запрет входную дверь. Такаяма обошел здание общежития и обнаружил, что оно имеет еще один вход позади, огороженный забором с небольшой калиткой. Также, для экстремалов, была еще пожарная лестница. Это была металлическая спиральная лестница, расположенная на той стороне общежития, которую можно было видеть из окна столовой. Красные лампы над небольшими площадками на каждом этаже давали достаточно света для того, чтобы можно было заметить любого, кто захочет воспользоваться этим путем.

Такаяма сидел и смотрел на возвращающихся студенток, оглашающих окрестности веселым смехом. Комине был прав, поток девушек иссяк где-то к 10:10. Теперь во многих окнах горел свет. Где-то было темно, но возможно это потому, что девушки находились в других комнатах.

Такаяма начал зевать. Сидение в засаде совсем не означает, что всю ночь придется отслеживать и ловить преступников. Скорее всего ночь пройдет без происшествий. Такаяма подумал, что неплохо было бы выпить сейчас кофе. И если бы еще съесть бутерброд, то жизнь показалась бы намного веселей.

Уже почти засыпая, он как будто реально начал чувствовать запах кофе. На лице появилась улыбка. Ему даже послышался тихий женский голос:

– Неплохо вы тут устроились. Прохладно только. Как насчет кофе?

– Было бы здорово, – пробормотал Такаяма и вдруг подскочил от неожиданности.

– А? Что?

– Я говорю, кофе не желаете? – и Такаяма полностью проснулся, чувствуя биение сердца. Он резко повернулся и чуть не упал со стула.

– Ой, извините. Я не хотела вас пугать.

Лицо Юкико выражало озабоченность.

– Вы в порядке?

– А, м-м… Да, в порядке, – пробормотал Такаяма. – Вы меня все-таки испугали.

– Извините, пожалуйста. Я принесла вам кофе и бутерброды.

Такаяма уставился на поднос в руках Юкико. “Я сплю, это мне снится.”

– Что такое? Что-то не так?

– Нет, нет, все нормально. Просто я только что думал о кофе и бутербродах.

– Ну вот видите, как хорошо совпало.

Юкико поставила поднос на ближайший к окну стол, – два дымящихся стаканчика с кофе и бутерброды, завернутые в пленку.

– Не возражаете, если я к вам присоединюсь?

– Нет, конечно, пожалуйста.

– Спасибо.

Такаяма взял протянутый ему бутерброд, развернул пленку с одной стороны, повернулся к окну и начал есть.

– Я разогрела их в микроволновке. Подумала, что это вас немного согреет.

– Спасибо, очень вкусно.

– Замечательно, – улыбнулась Юкико.

Это казалось странным и необычным, но в присутствии Юкико Такаяма не чувствовал никакого напряжения или неудобства, которые он обычно испытывал в присутствии женщин. В другое время, в темноте и с красивой, молодой девушкой, сидящей буквально в паре метров от него, он бы потерял сознание. Но сейчас ему было спокойно и комфортно. Он не мог поверить, что такое возможно.

– Ранее, возле того водоема – это было то еще зрелище.

Юкико улыбнулась, как показалось, немного смущенно.

– Да уж, сама не ожидала.

Такаяма улыбнулся, вспоминая события возле пруда.

– Прямо руководство к действию, “Как отшить надоедливых парней.”

– Ну а че он полез обниматься. Поделом ему. В следующий раз еще сильнее врежу.

– А кто он вообще?

– Это наш учитель по английской литературе, Кенске Онака. Он уже давно меня обхаживает.

– М-да, неприятная ситуация. Но, похоже, вы не одна. Шерлок на вашей стороне.

На лице Юкико появилось непонимающее выражение.

– Да, вы же не видели, – и он в деталях начал рассказывать Юкико, что произошло после того, как она убежала.

– Как бы я хотела это увидеть, – через минуту она уже смеялась так, что слезы катились из глаз. Конечно, была ночь, тишина, и они старались разговаривать тихо, но им приходилось с большим трудом контролировать свое веселье.

– Что ж, ужин был очень вкусным. Большое спасибо, – сказал Такаяма, допивая кофе.

– Большое пожалуйста. Удачного вам дежурства.

– Спасибо.

До текущего момента Такаяма даже не думал о том, что происходит и почему. Ему было просто хорошо и спокойно, да и бутерброды с кофе грели его изнутри. Но все же, когда Юкико уже собиралась уходить, он спросил:

– А почему вы сюда пришли?

Юкико слегка потерялась.

– Бутерброды принести.

– Нет, я имею в виду, вообще, в целом, как вы узнали, что я буду здесь?

– А, от мистера Морисаки. Вообще-то это он дал мне идею принести вам немного еды и горячий кофе.

Такаяма немного удивился. Было странно, что Морисаки так просто рассказывает студентам о вещах, которые должны храниться в секрете.

– Вы же понимаете, что никто не должен знать о том, что я тут нахожусь.

– Конечно, мистер следователь, я предупреждена, – улыбнулась Юкико. – Вообще-то это здорово вот так вот сидеть в засаде. Щекочет нервы в какой-то степени.

– Да нет, ничего особенного, – обыденным тоном ответил Такаяма. – Вы вообще знаете, за кем я тут наблюдаю?

– Да, я знаю. Мистер Морисаки все мне рассказал. Не волнуйтесь, я полностью понимаю всю серьезность этого задания, и мистер Морисаки мне доверяет. Я особенная.

Юкико прошла до выхода, держа поднос в руках, но неожиданно она вернулась и посмотрела в окно.

– Смотрите, вот там, темное окно на четвертом этаже, с голубыми занавесками, слева от пожарной лестницы. Это моя комната. Пожалуйста, поглядывайте туда иногда. До свидания, – и она, широко улыбнувшись и посмотрев Такаяме прямо в глаза, резко повернулась и пошла к выходу.

– До свидания, – пробормотал Такаяма.

Какое-то время он смотрел в окно на Юкико, которая вскоре скрылась в дверях общежития, и чувствовал легкую эйфорию. Он не мог поверить, что это не сон. Только сейчас до него начало доходить, что он разговаривал с этой молодой и красивой девушкой, которая сидела прямо здесь, очень близко к нему.

Через пару минут в ее окне включился свет. Он увидел силуэт Юкико, которая подошла к окну, немного отодвинула голубую занавеску, и помахала рукой в его направлении. Он помахал в ответ, но потом понял, что сидит в темном помещении и вряд ли она его видит.

– Загадочная девушка, – пробормотал Такаяма. Ему казалось, что она, как все красивые девушки, будет хладнокровной и отстраненной. Но вот она вдруг приходит на встречу с почти незнакомым мужчиной, приносит бутерброды, и оказывается вполне себе веселой и дружелюбной.

“Я особенная.”

“Что она имела в виду?”

Он снова посмотрел на ее окно и у него перехватило дыхание. Занавески были закрыты, но судя по ее силуэту… она раздевается? Ну, если так подумать, она только что пришла домой и, наверное, хочет принять ванну. Это нормально. Но! Несмотря на то, что это нормально, это не означает, что ему все равно. Он представил Юкико в нижнем белье и почувствовал, как кровь приливает к лицу. Мысль потекла дальше, – если она хочет принять ванну, то она не может это делать в нижнем белье. Когда он представил продолжение, его бросило в жар. Пожалуй, это работает лучше, чем кофе.

К счастью, или наоборот, силуэт Юкико отдалился и пропал, и через какое-то время Такаяма начал приходить в себя.

Он посмотрел на часы. Было 11:40.

***

Когда он заметил тень, было где-то полдвенадцатого. Многие окна еще светились, включая окно Юкико, хотя ее силуэта Такаяма так больше и не увидел. В очередной раз, когда он бросил взгляд на ее окно, подсознательно лелея надежду увидеть ее фигуру, какое-то движение заставило его опустить глаза на этаж ниже.

Мужчина медленно поднимался по пожарной лестнице. Мужчина? Что он делает посреди ночи на территории женского университета? Может, чей-то парень? А может именно кто-то, кто связан с делом, по причине которого Такаяма здесь и находится?

Он, полностью стряхнув с себя сонливость, тихо вышел из столовой и, продолжая наблюдать за фигурой на лестнице и стараясь держаться в тени, медленно начал приближаться к зданию общежития.

Уже на расстоянии пятидесяти метров было слышно пыхтение, – мужчина явно был не в самой лучшей форме. Он дошел до третьего этажа и остановился передохнуть. Когда он снова поднялся и продолжил подниматься наверх, Такаяма последовал за ним, стараясь не шуметь.

Мужчина, поднявшись еще на этаж, снова остановился, тяжело дыша, и Такаяма, который как раз достиг третьего этажа, замер, глядя наверх. В этот момент мужчина повернул голову и на его лицо упал красный свет от лампы над пожарным выходом.

Такаяме стоило больших усилий не засмеяться.

Хотя, чему тут было удивляться, – наш герой-любовник, учитель английской литературы, собственной персоной. Как там его, мистер Онака? Неужели набрался наглости постучаться в окно Юкико посреди ночи? Вот бы сейчас ведро холодной воды, прямо на него сверху.

Такаяма попытался представить себе план действий учителя. Хоть лестница и находится недалеко от окна Юкико, но сначала нужно перелезть через достаточно высокие перила пожарной лестницы, – и это принимая во внимание комплекцию и невысокий рост Онаки, – дальше переместиться на выступ, который идет вдоль здания под окнами, ширина которого буквально сантиметров 20, а дальше маленькими шажками добраться до окна. И все это на четвертом этаже.

“М-да, смелости хоть отбавляй, а вот с мозгами туго. Он вообще как-то это заранее обдумал, или просто так полез?” – подумал Такаяма. Даже если ты в хорошей форме и у тебя все в порядке с вестибулярным аппаратом, добраться до окна было бы очень трудно, и падать с четвертого этажа вниз будет смертельно опасно.

Хоть вся эта ситуация и не касалась изначальной миссии, Такаяма все-таки нехотя поднялся на четвертый этаж, потому что он не мог допустить того, чтобы Онака упал вниз и разбился. Тот, уже стоя на выступе, успел преодолеть больше половины дистанции, но, похоже, тут его смелость и улетучилась.

В такой ситуации нужно говорить очень осторожно, чтобы не испугать человека.

– Эй, – почти прошептал Такаяма. – Эй, вы, там.

По идее Онака должен был услышать полицейского, но он сейчас стоял, прижавшись спиной к стене, и не двигался.

– Эй, вы меня слышите?

Тот медленно повернул лицо в сторону Такаямы. Он был бледен и губы двигались так, как будто ему не хватало кислорода. Типичная паника.

– Вы в порядке? – уже громче спросил Такаяма.

– Пожалуйста, помогите, – сдавленным голосом прошептал Онака. – Я боюсь высоты.

– Зачем тогда было лезть? – пробормотал Такаяма себе под нос, глядя вниз, затем снова на учителя, пытаясь оценить обстановку.

Ноги учителя немного дрожали, то ли от усталости, то ли от страха, и в целом было похоже, что долго он там не продержится.

– Подождите немного, я вас вытащу.

Такаяма сам не особо любил высоту, и сейчас он сам не впадал в панику только потому, что находился с внутренней стороны перил пожарной лестницы. Наружу он не полезет ни за какие сокровища мира.

Онака находился метрах в пяти от лестницы, и вытащить его с этой стороны Такаяма бы не смог. Но он был уже почти возле окна Юкико, значит остается только один выход.

– Держитесь, я сейчас вернусь.

Такаяма побежал вниз по лестнице и дальше как можно быстрее пробежал до входа в общежитие.

Входная дверь, несмотря за заверения охранника, оказалась незапертой.

– Мистер Комине! Мистер Комине! – он метнулся к окну консьержа, но старика там не было. Тогда он прошел внутрь через дверь слева от окна, надеясь увидеть того во внутренней комнате. Здесь пахло алкоголем и везде валялись пустые бутылки, но старика нигде не было видно.

“Плохо, очень плохо,” – в панике подумал Такаяма. Дело было не только в том, что старик нужен был ему как сопровождающий, чтобы Юкико не испугалась, открывая дверь, но также проблема заключалась в том, что Комине совершенно не следил за входом в общежитие, даже не закрыл входную дверь, и он не заметил бы, если бы кто-то вошел в здание, – например, клиенты тех девушек, которые предоставляют интимные услуги.

Такаяма выбежал из комнаты и огляделся вокруг. Хоть это и называлось “общежитием”, это было вполне себе обычное жилое здание, – не класса люкс, конечно, но вполне себе чистое и современное.

Такаяма заметил лифт и побежал к нему.

Поднявшись на четвертый этаж, он быстро нашел дверь Юкико, на которой была табличка с надписью “Юкико Сузуки” и лихорадочно постучал по деревянной поверхности, выкрашенной голубой краской. За дверью раздались шаги и дверь открылась.

– Да?

– Ох, – Такаяма глубоко вдохнул. Юкико, похоже, только что принимала ванну или душ и из одежды на ней было только полотенце, обмотанное вокруг тела. Мокрые волосы струились по плечам.

– Простите, я не знал… а-а-м… тут такое дело… немного срочно…

Юкико, придерживая полотенце на груди, задорно улыбнулась и на ее розовых распаренных щеках появились ямочки.

– Мистер полицейский, а вы очень нетерпеливы.

Такаяма потерялся от ее слов и не знал, что сказать.

– Если вы собираетесь войти, то поторопитесь, пока вас не заметили мои соседки.

Такаяма начал паниковать.

– Нет, нет, вы не поняли. Я не по этому. Тут другое, срочное дело!

– Ну, заходите, – отступила в сторону Юкико. – Пожалуйста, проходите в комнату, а я пока надену халат.

Такаяма прошел в комнату и пока Юкико, удалившись в ванную, одевалась, он успел отдышаться и немного прийти в себя.

“Онака от зависти начал бы кусать себе локти” – подумал Такаяма. – “Он там ползает по стенам, изображая из себя рыцаря, а я вот… тут,” – у Такаямы запылали щеки.

Юкико вернулась через пару минут, облаченная в толстый розовый халат и с полотенцем на голове. Пока Такаяма ждал, он успел оглядеться вокруг. Сразу чувствовалось, что здесь живет молодая девушка. На стенах были обои с цветами, кровать и стол полный мягких игрушек, но в то же время книжные полки наполнены толстыми книгами, дающими понять, что девушка эта – достаточно умная и разносторонняя. Хорошее сочетание.

– Итак, что за спешка? – Юкико опять улыбнулась.

– Выгляните в окно.

– В окно? – на лице девушки появилось удивление.

– Вот, посмотрите.

Такаяма открыл окно и выглянул. Онака стоял все там же, буквально в паре метров от окна, и не двигался, похожий на куклу.

– Эй, вы меня слышите? Подойдите ближе и хватайтесь за мою руку.

Не понимая, что происходит, Юкико подошла к Такаяме и выглянула наружу.

– Ох ты ж… Я в шоке.

– Я не могу оставить его там, он упадет. У вас есть веревка?

– Ну, только бельевая.

– Принесите, пожалуйста.

Когда Юкико принесла веревку, Такаяма сделал на ее конце большую петлю.

– Что у вас на уме?

– Я обвяжу себя веревкой, выйду на уступ под окном, и постараюсь втащить вашего учителя внутрь.

– Тогда сразу уже делайте петлю вокруг шеи. Будет быстрее.

Такаяма посмотрел на нее широко открытыми глазами.

– Ну вы сорветесь вниз, веревка тонкая, поэтому вы по любому упадете вниз и сломаете себе шею. Так что надевайте сразу на шею.

Такаяма только и смог, что поднять брови от неожиданности.

– Ну и шутки у вас.

– Да какие уж шутки. Жалко только, что веревку испортите.

Такаяма закатил глаза, громко выдохнул, и начал привязывать второй конец верёвки к карнизу, на котором висела занавеска.

***

Было уже позже пяти утра, когда Такаяма покинул комнату Юкико. Он был измотанным и очень хотел спать.

Спасение учителя литературы затянулось на пару часов. Такаяма и Юкико оба старались убедить Онаку сделать хотя бы один шаг по направлению к окну. Такаяма даже по честному попытался выйти на уступ, проходящий под окном, но тут уже и у него начало биться сердце и он так и не смог заставить себя это сделать. Онака держался до последнего, пока даже ему не стало понятно, что еще несколько минут и у него просто не хватит сил стоять на ногах. Он все-таки сделал несколько шагов, схватил руку Такаямы, который наполовину высунулся из окна, и тяжело ввалился в комнату, уже не контролируя истерику.

Такаяма был мокрым от пота и чувствовал себя так, как будто забрался на гору Фуджи.

Юкико, пользуясь тем, что Онака мало что соображает, быстро выставила его из своей квартиры, после чего приготовила полицейскому кофе и они наконец-то смогли расслабиться.

– Похоже, это непросто, быть полицейским, – сказала Юкико с вопросительной улыбкой на лице.

– Не всегда. Обычно мы таким не занимаемся, – бессильно попытался возразить Такаяма. – Но даже такого человека нужно было бы спасти.

– Это понятно. Даже я попыталась бы это сделать, если смогла бы. Чисто по человечески.

Такаяма наслаждался кофе.

– Вы, наверное, устали? Почему бы вам не остаться у меня и не отдохнуть?

Такаяма нервно глотнул от неожиданности. Что у нее на уме? Она уложит его в свою постель? Или она просто его дразнит? По хитрому лицу девушки нельзя было понять ее намерения.

– Нет, нет, – протараторил Такаяма, – я же все таки еще на дежурстве.

Юкико засмеялась.

– Да, Морисаки был прав, когда сказал, что вы – редкий экземпляр.

“Что она имела в виду? Я ей нравлюсь, или она просто играет со мной?” – думал Такаяма, шагая в сторону столовой. Небо уже начинало светлеть и было достаточно холодно. Полицейский, одежда которого все еще не высохла от пота, начал дрожать.

– Ну почему я не взял пальто? – раздосадовано пробормотал Такаяма.

В любом случае, сегодняшнее задание было провалено. Даже если в общежитии и происходили какие-то темные дела, Такаяма был слишком занят, помогая учителю.

Внезапно ему пришла в голову мысль, – а не подстроил ли Онака все это специально? Не является ли он частью всего этого бизнеса?

Но как бы Такаяма не пытался прикинуть все так или этак, страх высоты у Онаки был настоящий, тут не поспоришь. Кроме того, эта тактика отвлечения могла сработать только одну ночь, но что делать завтра и в дальнейшем?

Такаяма зашел в столовую и открыл рот от неожиданности.

Ему показалось, что ему это кажется от недосыпания. Или он перепутал помещения. Он протер глаза и тряхнул головой, чтобы отогнать сонливость.

Столовая была совершенно пуста. Понятно, что в такое время здесь еще не могло быть людей. Но все дело в том, что исчезли столы и стулья тоже. Стул возле окна, на котором сидел Такаяма, наблюдая за общежитием, и стол, где Юкико и он пили кофе и ели бутерброды… Все, все исчезло!

– Что происходит? – неконтролируемо пробормотал Такаяма.

Он стоял ошарашенный, и только тишина прорезалась первыми лучами солнца, пробивающимися через окно.

5

– Кому и зачем могло прийти в голову украсть столы и стулья?

Начальник отделения полиции Такахаши смотрел широко открытыми от удивления глазами.

– Или ты бредишь от недосыпания?

– Я не придумываю, так все и было!

Такаяма пришел в дом своего начальника, чтобы доложить обстановку. Было утро воскресенья.

– И почему у тебя ушло столько времени, чтобы помочь этому учителю литературы?

– Потому что он от страха высоты вообще не понимал, что происходит, и не слышал никого вокруг, – Такаяма решил не вспоминать, что и сам особо не блистал способностями скалолаза.

Такаяма жалобно посмотрел на босса.

– Мистер Такахаши, я правда…

– Ладно, ладно. Помолчи пару минут, дай мне подумать.

На какое-то время воцарилась тишина, в течении которой по лицу Такахаши успела пробежать широкая гамма эмоций. В конце концов он поднял брови и, надув щеки, выдохнул, похоже не найдя никакого объяснения происшедшему.

– М-да, дела… Эта девушка, как ее там, Юкико Сузуки, – красивая хоть?

– Очень! А что?

– Ничего, просто спросил. Выглядишь ты слишком усталым. Вы там точно только кофе пили? – Такахаши глянул на Такаяму из под бровей.

– Мистер Такахаши!

– Шучу, – поставил точку начальник. – В общем, сейчас можешь идти домой. Завтра предоставишь мне полный отчет. А я тем временем обсужу все с Морисаки и дальше решим, что делать.

Такаяма решил сразу же пойти в отделение, не возвращаясь домой. Если отложить написание рапорта на потом, то половина деталей забудется, особенно после сна.

Но, черт побери, как же описать все эти события? Если бы кто-то рассказал Такаяме подобное, он бы тоже не поверил.

– Эй, поглядите только, наш Ромео вернулся!

Несколько сослуживцев Такаямы, которые сегодня были в отделении, занимаясь делом об убийстве той девушки из университета, подняли головы, даже не скрывая легкой дружеской издевки.

– Ты говорил, что будешь сидеть в засаде? И как?.. – в воздухе отчетливо витало продолжение пошлой шутки, которую Хаяши, один из самых опытных “стариков” отдела, все же решил не продолжать.

– О, мистер Хаяши, вы уже вернулись из командировки?

– Да, несколько часов назад. Устал, как собака, – он сел за свой стол по соседству. – Я слышал, ты ночевал в райском саду?

– Неправда, ничего такого не было, – смутился Такаяма.

Нори Хаяши считался одним из лучших сотрудников следственного отдела уже в свои сорок. Он был абсолютным профессионалом с бесстрашным характером, и при этом обладал неимоверным дружелюбием и оптимизмом. Его любили младшие сотрудники и ему доверяло начальство. Он никогда специально не пытался пролезть вверх по карьерной лестнице, но при этом с полной самоотдачей бросался в самые опасные ситуации, часто рискуя, но раскрывая преступления быстро и эффективно. Он фактически был идеальным детективом из комиксов.

Такаяма коротко рассказал ему события прошлой ночи.

– Хмм, очень странно все это.

– Да, и поэтому мне никто не верит, – в голосе Такаямы звучала досада.

– Я тебе верю. Я знаю, что в жизни случаются всякие дела.

– Я сам иногда сомневаюсь, не приснилось ли мне все это.

– Расслабься. Столы и стулья же исчезли по настоящему? Просто нужно понять, кому это было нужно. Может быть, кто-то захотел открыть ресторан по соседству и решил сэкономить на мебели.

– Не может быть!

– Да ладно, шучу, – Хаяши рассмеялся.

Такаяма посмотрел на него и тоже улыбнулся, чувствуя, как спадает напряжение.

– Ну хорошо, я, пожалуй, пойду домой и посплю, – сказал Хаяши.

– Так вы с командировки сразу сюда?

– Да, хотел сначала написать рапорт, – сказал Хаяши, пряча зевок ладонью.

– Конечно идите домой. Рири будет рада.

– Я и сам соскучился, – улыбнулся Хаяши, думая о своей трех-летней дочери. Она у них с женой – поздний ребенок, и поэтому они в ней души не чают. К сожалению, работа в полиции не оставляет много свободного времени для семьи.

– Она, должно быть, повзрослела с нашей предыдущей встречи.

– Еще как! И теперь перечит нам во всем, причем в ее словах всегда присутствует логика, так что спорить с ней бесполезно. И от кого только научилась…

Такаяма посмотрел на Хаяши с таким выражением на лице, как будто хотел сказать:

“Серьезно, не знаешь от кого?”

Оба засмеялись.

– Ну а ты как? Всю жизнь собираешься быть холостяком?

– Ну не то, чтобы я прямо планирую, но…

– Поторопись! Найди хорошую жену, заведи детей. Будешь полноценным человеком!

Такаяма только улыбнулся.

Хаяши слегка ударил его по плечу, потом помахал рукой и покинул комнату, а Такаяма начал писать рапорт. Однако, дело совершенно никуда не двигалось. Стоило ему только подумать о событиях последней ночи, как в голове сразу возникал образ Юкико.

Зазвонил телефон.

– Да, Такаяма.

На том конце провода он услышал знакомый звонкий голос.

– Ало, Хироши, это я.

Такаяма тяжело вздохнул. Ему намного приятней было думать о Юкико, чем о том, о чем, как он предполагал, пойдет разговор.

– Здравствуй, тетушка, – в голосе Такаямы не звучало особого энтузиазма.

– Давно не виделись. Как ты там? Почему не звонишь?

– М-м-м… – пробормотал Такаяма. Он знал, что это все риторические вопросы. Он опасался продолжения.

– Я хотела бы поговорить с тобой кое о чем. Ты свободен сегодня в районе обеда?

– Ну как сказать, у меня тут…

– Занят? Можешь отменить?

– Не в этом дело. Домой собирался скоро.

– Что случилось? Не заболел ли?

– Нет, не заболел. Но сегодня воскресенье, выходной.

– Ах, да, действительно, ха-ха-ха.

Такаяма, оглушенный звонким смехом своей тети, отодвинул трубку телефона от уха. Даже в десяти сантиментах, ее голос все еще пронзал его барабанную перепонку.

– Ну что ж, отлично, давай встретимся! Я как раз уже в пути. Помнишь то кафе, где мы виделись в прошлый раз? Кажется, Рики-тики?

– Ты имеешь в виду – Ренуар?

– А, совершенно верно! Пожалуйста, жди меня там, я скоро буду.

– А что за дело?

– Это пока секрет. Расскажу при встрече, – снова рассмеялась тетушка. Для нее это все казалось забавным, тогда как Такаяма мечтал только о том, чтобы пойти домой и хорошо выспаться.

Мики Кошима, его тетя, была профессиональной сводницей с навязчивой идеей поженить своего племянника. Она звонила ему регулярно раз в три месяца и вызывала только одно желание – сбежать на Луну.

– Что ж… Отчет, похоже, откладывается, – Такаяма еще не решил, какое из зол было меньшим.

***

– Да-а, такого я не ожидал, – сказал Морисаки с улыбкой.

– Ты не представляешь, как я сейчас разозлена, – Юкико скрестила руки на груди и поджала губы. – Ты разве не можешь его уволить?

– Я не настолько всемогущ. Кроме того, он любимчик лектора.

– Лучше бы он упал прошлой ночью.

– Ну, что случилось, то случилось. И, похоже, наш мистер полицейский тебя спас.

– Это да. Я вообще удивлена тому, насколько он правильный и, как будто, старомодный что-ли…

Юкико сказала это, как комплимент, но если бы Такаяма услышал ее слова, он вряд ли был бы счастлив.

Было воскресенье. Юкико и Морисаки сидели на диване в гостиной комнате в квартире декана. Они слушали “Тоску” Пуччини через колонки стерео системы, встроенной в стену. Такая музыка делала их больше, чем просто профессором и студенткой. Юкико всегда нравилась классическая музыка и когда она пожаловалась Морисаки, что не может слушать ее громко в своем общежитие, тот пригласил ее к себе. У него не было никаких особых намерений по отношению к девушке, и первые ее два визита они действительно просто слушали музыку и разговаривали. Когда же их губы встретились первый раз, комната была наполнена звуками произведения Штрауса.

– Так что ты о нем думаешь? Случайно не подумываешь влюбиться?

– Хм-м, – притворно задумалась Юкико, – может быть, может быть… может быть и нет.

– Я, наверное, даже не буду ревновать. Он такой чистый и невинный. Почему бы тебе не пригласить его на свидание?

– Ты говоришь странные вещи, – она перестала шутить и посмотрела на Морисаки. На лице у нее появилась тревога. – Что случилось?

Морисаки достал из кармана кардигана небольшой сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его Юкико.

– Что это?

Она развернула лист и нахмурила брови. Это было похоже на анонимное письмо с наклеенными словами, вырезанными из газеты.

– “Останови расследование или пожалеешь.”

Она посмотрена на Морисаки немного испуганно.

– Письмо с угрозой? Откуда это?

– Я нашел его в почтовом ящике сегодня утром.

– Ты заявил в полицию?

– Я еще не уверен, стоит ли это делать.

– Но…

– Пока я не вижу особо ничего страшного. Просто, похоже, что весь университет теперь знает, что я вызвал следователя.

– Ты думаешь, это из за случаев проституции?

– Нет, думаю, что-то другое. У меня пока нет никаких доказательств того, что это происходит, поэтому присылать подобное письмо фактически было бы признанием вины.

– Да, наверное ты прав. Пожалуйста, будь осторожен.

– Не волнуйся, – Морисаки обнял Юкико и погладил ее по спине. Она немного отстранилась, посмотрела ему в глаза и поцеловала.

На фоне лились звуки “Поцелуя Тоски”, что было красиво и горько, потому что это означало смерть главного героя…

Кто-то позвонил в дверь.

– Это еще кто?.. – Морисаки открыл дверь и увидел старика Комине.

– Мы можем поговорить? – он выглядел смущенным.

– Проходите.

Комине вошел в комнату и улыбнулся, когда увидел Юкико.

– Мистер Комине, что случилось? – сразу перешел к делу Морисаки.

– Эм-м, это насчет прошлой ночи.

– Ах, – Морисаки улыбнулся и кивнул. Он уже слышал, что прошлой ночью Комине напился и уснул, несмотря на то, что условием его трудоустройства в общежитие университета был запрет на алкоголь на рабочем месте.

– Что ж, что случилось, того не исправишь. Мистер Комине, пожалуйста, больше такого не допускайте.

– Извините, – Комине пристыжено почесал голову, – больше такого не повторится, я обещаю.

– Я в свою очередь прошу прощения за то, что не предупредил вас заранее о том, что за общежитием будет наблюдать полицейский.

– Ах, это пустое, я даже об этом не думал, – к старику возвращалась его обычная энергичность. – Но, раз уж вы заговорили об этом, – тот молодой человек смотрел на меня, как на сумасшедшего. Это меня немного разозлило.

– Что вы имеете в виду, дедушка Комине? – Юкико раскрыла рот от удивления.

– Он насмехался над тем, что мне нравится та красотка.

– Красотка? – теперь уже удивился Морисаки.

– Ах, это вы про строительный кран? – Юкико знала эту странность Комине.

– Да, о ней! Такую красотку еще поискать, – Комине мечтательно улыбнулся, уйдя в свои мысли.

На лице Морисаки же отчетливо читалось выражение неприязни.

– Вы имеет в виду ту громадную железяку? Я тоже не совсем понимаю, как вы можете поклоняться ей как живому существу.

С лица Комине сползла улыбка, ему не нравились слова Морисаки, но он как мог старался себя контролировать.

В конечном итоге он удалился, кое как успокоенный обещанием Морисаки не рассказывать никому об инциденте с алкоголем.

– Похоже, ты уколол его в самое сердце, – Юкико наклонила голову и хитро улыбнулась.

– Похоже. Но я действительно не могу подыгрывать ему с этой “красоткой”. Звучит, как расстройство психики.

– Бука, – Юкико поднялась с дивана и обняла Морисаки. – Итак…

– Что?

– Чем мы будем заниматься?

– Ну, уже полдень.

– И что плохого в том, что сейчас полдень? – она прижалась к нему всем телом.

– Кто сказал что-то про то, что это плохо? – он обхватил ее за талию.

В это время в комнату тихо зашел Шерлок. Похоже, он собирался напомнить о том, что сейчас уже время обеда, но, увидев целующуюся пару, он развернулся, подрагивая хвостом, и покинул комнату с выражением недовольства на морде.

***

– Как тебе эта девушка? Немного высокая, но сейчас молодые девушки почти все высокие.

Такаяма, с выражением вселенской скорби на лице, наблюдал, как его тетушка, подобно фокуснику, выкладывала перед ним одну фотографию за другой. Они расположились в углу кафе Ренуар, за столом для четверых, и судя по тому, как быстро заполнялась поверхность стола, скоро не останется места для чашек кофе, которые стаяли на самом краю.

– Какой у нее рост? – спросил он, исключительно потому, что чувствовал себя обязанным это сделать. Все ради спокойствия тети Мики.

– Метр… сколько там?..

Мики Кошима надела очки в позолоченной оправе и быстро начала ворошить гору бумаг с записями, лежащей на ее коленях.

“Один метр – это ничего. Главное, чтобы не два,” – подумал Такаяма, зная, что его тетушка обязательно убедит его, что любой недостаток – это, на самом деле, полезное для семьи достоинство.

– Ах, вот, метр семьдесят восемь.

– Почти с меня ростом. А если еще и каблуки наденет, то как то…

– Это очень хорошая девушка, – тоном, не терпящим возражений, произнесла тетя.

Такаяма вздохнул.

– Тетушка, я очень ценю все то, что ты для меня делаешь, и то, что ты обо мне волнуешься, но…

– Даже не начинай! – прервала его Мики. – Сегодня ты обязан выбрать кого-то! Я собрала для тебя всех самых лучших кандидаток. Это просто невозможно, чтобы тебе не понравилась хотя бы одна их них. Не-воз-мож-но! – заключила она.

У Такаямы сложилось впечатление, что он в торговом центре и продавец выкладывает перед ним лучшие образцы коллекции этого сезона.

– Я не смогу спать спокойно, пока мой любимый племянник Хироши не поженится.

– Но я – полицейский. У меня маленькая зарплата, ненормированный график и практически никаких выходных, да и просто опасная работа. Со мной никто не захочет иметь дела, – продолжал делать слабые попытки отвертеться Такаяма.

– Не говори глупостей! Сейчас кризис, даже на полицейских есть спрос. Ты же государственный служащий, поэтому твоя работа достаточно стабильна. А женщины именно этого и хотят.

– Ну… все равно, полицейский – это опасная профессия. – Такаяма сделал серьезное лицо. – Каждый день я сталкиваюсь с криминальными элементами, которые могут убить меня в любой момент. Я не хочу, чтобы моя жена и дети пострадали от этого.

– Ты слишком много волнуешься, Хироши. У меня есть подруга, которая тоже вышла замуж за полицейского. Так вот, его убили, когда они были еще молодыми, она получила за него страховку и теперь живет припеваючи.

Такаяма смотрел на тетю с открытым ртом и не знал, что сказать. Он покачал головой и сник, чувствуя полное поражение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.