Alex Hawk
TERRA NOVA Том II

От автора

Данное произведение содержит в себе сцены жестокости, насилия, сцены эротического характера. Автор ни в коем случае не пропагандирует подобные вещи, а все сцены описаны исключительно в соответствии с творческой задумкой.

Все персонажи и описываемые события являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми или событиями – случайны. За основу был взят современный мир, однако все события являются лишь вымыслом автора и не имеют ничего общего с реальностью.

В книги затрагиваются философские вопросы и рассуждения, которые являются, в первую очередь, мнением автора. Все утверждения являются творческой задумкой автора и не претендуют на истинность.

Отдельная благодарность людям, что поддерживали меня и данный проект еще на этапах создания и подготовки.

Том

II

Divide et impera

Разделяй и властвуй

Часть первая

Перелом

«В нашем ВУЗе вам гарантируется трудоустройство в одной из ведущих компаний Ньюполиса!» – резво проговаривала человекоподобная машина записанные фразы. «В нашем ВУЗе вы можете приобрести необходимые знания по целому ряду профилей…» – машина все не унималась, всячески пытаясь завлечь абитуриентов, пришедших подавать документы. Но одному человеку в этом тесном зале эти наигранные записанные фразы уже порядком надоели. Юная девушка, среднего роста, с длинными рыжими волосами и веснушками на симпатичном личике, искривленном недовольной гримасой. Целые толпы, некогда школьников, а ныне будущих студентов, заполонили весь зал приемной комиссии. Некоторые были с родителями, кто-то с друзьями. У кого-то мама причитала, чтобы ее «дитятко», полного обалдуя, все же взяли в престижный ВУЗ. Кто-то хвалился прекрасными оценками и стопроцентными шансами на поступление. Но из всей этой толпы, только одна девушка не сводила взгляда с агитационного андроида и не торопилась подать заявление на поступление – Юлия Буланцева.

Левое предплечье слегка завибрировало, Юля дернула большим пальцем и в правом наушнике послышался голос мамы.

– Ну что? Ты подала заявление на поступление?

– Нет, – спокойным тоном ответила девушка, выйдя на улицу из тесного зала приемной комиссии.

– Как это? Юля, уже август на носу, тебе нужно срочно подать документы! Иначе ты рискуешь не попасть в список поступивших!

Юля промолчала. Мама, разумеется, вновь начала уже известную девушке «песню» о том, как важно в столь юном возрасте определится с профессией и поступить в правильный ВУЗ.

– Мам, – утомленным голосом девушка пыталась перебить бесконечную волну наставлений матери. – Я не хочу учиться этому…

– А что ты хочешь? – с явно недовольными нотками в голосе откликнулась мать. – Ничего не делать, и чтоб деньги сами тебе в руки падали?

– Я не это имею ввиду…

– Вот и не выдумывай! Ты окончила школу с отличием. Тебя в любой ВУЗ возьмут. А космическая промышленность – это очень перспективно…

– Но я не хочу этим заниматься…!

– Ну не знаю тогда! – этот спор длился уже не одну неделю, и мама, видимо, стала уставать от пререканий дочери. – Поступай тогда в высшую школу. Отучишься два года и получишь диплом об общем высшем образовании. Уж на какую-нибудь работу, но тебя возьмут…

– Почти везде требуют конкретную специальность…

– О том и речь, Юля! Выбери уже наконец хоть что-то и подавай заявление. Иначе пролетишь и весь год будешь непонятно чем заниматься.

На этом разговор закончился, а девушка уже преодолела приличную дистанцию по улице, направляясь сама не зная куда. Кто бы мог подумать, что выбор ВУЗа окажется такой сложной задачей для нее? И хотя она действительно могла бы без труда поступить куда угодно, ничто ее не привлекало. «Выучится на какую-то специальность, а потом всю жизнь только этим и заниматься, – думала девушка. – Что в этом хорошего? Я что, рабочая пчелка?» Ей был противен такой исход. В детстве Юля мечтала помогать людям, быть кем-то наподобие врача, но только такого, который помогает всячески… Не только лечит, но может и словом помочь, и делом. Некий герой из игр, что способен помочь всем вокруг разными «делами». Кроме того, ей очень нравится решать сложные задачи, находить выход из безвыходных ситуаций, преодолевать сложности. Что весьма неплохо у нее получалось. Казалось бы, такие навыки и пристрастия можно найти во многих профессиях, но все, что попадалось Юле на глаза, вызывало только отторжение.

Левое предплечье вновь завибрировало.

– Да, пап, – в наушнике послышался голос отца.

– Мама говорит, что ты снова упрямишься?

– В смысле упрямлюсь? Я просто не хочу обучаться той профессии, что мне неинтересна…

– А ты попробуй? Может тебе понравится? Я вот тоже никогда не думал, что буду заниматься сборкой шаттлов, но ведь занимаюсь этим. Весьма интересно, между прочим. Вот сегодня…

– Пап, я очень рада за тебя, – девушка добралась до старой крепости на холме в Ньюполисе и села на лавочку возле нее. – Но мне такое не по душе. Я не хочу всю жизнь только чем-то одним заниматься…

– Ну доченька, это жизнь. Тебе пора бы уже повзрослеть, – проговорил отец, а Юля недовольно фыркнула. – Ну хорошо-хорошо, может тебе в другом полисе поискать ВУЗ?

– А что толку? Специальности везде примерно одинаковые. Если только в столицу…

– Нет уж! В столице только военная академия, да храмы эти. Нечего тебе соваться в это дело!

– Но, пап, чем тебе не нравится орден? Они же людям помогают…

– Нет и еще раз нет! Это военно-политическая организация. Тебе там не место! Даже не думай об этом! Найди себе хорошую профессию в гражданской области. Может тебе к маме пойти, на фармпроизводство?

Юля закатила глаза и недовольно вздохнула. И отец туда же. Девушка дослушала его наставления и сбросила вызов. Эти разговоры повторяются вновь и вновь с тех пор как закончилась учеба в школе. Девушка сидела на лавочке возле крепости, рядом со склоном, и смотрела с высоты холма на простирающийся внизу огромный полис. Она жила в Южном Жилом районе, неподалеку от этой древней крепости и частенько сюда приходила наблюдать издалека за кипящей в центре полиса жизнью. Среди высоченных небоскребов по дорогам сновали машины, по магнитным путям, как длиннющие гусеницы проносились электрички, а люди на тротуарах выглядели как крошечные муравьи. «Что же делать? – думала девушка. – Можно, конечно, отложить поступление на год…» Эта идея витала в голове Юли последние несколько дней. За окончание школы с отличием, помимо знака отличия, она также получила от государства разовую выплату в размере пятидесяти тысяч кредитов. Для взрослого, наверное, не прям уж большая сумма, но для нее, живущей пока что на обеспечении родителей, это были приличные деньги, которых хватит на год. «Может мне в литературу уйти? Книжки начну писать… Или рисовать?» – мысли все носились в ее голове, усиленно пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Королевство предоставляло возможность любому гражданину заниматься той деятельностью, которой он пожелает, лишь бы она была полезна для общества. Область культуры была крайне важна для нормального развития социума, по мнению Ордена. Так что можно было смело указывать в своем профиле в «Цивлайф» любую творческую деятельность и получать за это пособия. Конечно, не огромные, но на проживание этих денег хватит. Хотя и придется каждый месяц отчитываться о своих успехах, иначе лишат статуса «гражданина». «Нет, – девушка покачала головой в такт своих мыслей. – этот вариант не для меня.»

Слева послышался шум разговора какой-то компании молодых людей. Они громко о чем-то говорили, смеялись, подшучивая друг над другом. Эти звуки отвлекли Юлю, и она бросила взгляд на парней. Одного из них она знала – Дэвид Тодд – ее одноклассник. Высокий темноволосый, накаченный, харизматичный. Когда-то, в младших классах, Юля была влюблена в этого парня…

– О, Julia, привет! – паренек заметил ее и махнул рукой своим друзьям, призывая их подойти к девушке. – Как дела?

– Дэвид, – девушка с явным недовольством выдохнула. – Мое имя произносится «Юля».

– А в Британии ты Julia, – с издевкой заявил парень и его друзья посмеялись.

– Мы не в Британии…

– Да ладно тебе, Юлия, – Дэвид улыбнулся, чтобы хоть как-то сгладить недовольство девушки. – Куда поступила? Расскажешь?

– Пока никуда, я еще думаю, – эта тема начинала уже ее бесить.

– Смотри, долго продумаешь – только в «жриц любви» возьмут! – Дэвид рассмеялся, и парни его поддержали. – У тебя, в принципе, все данные есть! Да и деньги, говорят, они зарабатывают неплохие…

– Очень смешно. Ты сам-то куда поступил? – в младших классах, она была влюблена в него, но сейчас он ее крайне сильно бесил.

– Я поступил в Академию Управления! – парень горделиво задрал нос вверх, и его друзья восхищенно закивали головами, как болванчики. – Стану Наместником, буду приближенным к правящей семье. Там и деньги, и престиж, и статус.

– А смысл? – Юлю это позабавило, и она усмехнулась. – У нас в полисе только четыре наместника. Сомневаюсь, что ты пробьешься…

– А я не ты, – дерзко парировал парень. – Я не только о нашем городе думаю. Ньюполис – деревня по сравнению с другими полисами. В некоторых число наместников исчисляется десятками. Я выучусь и уеду куда-нибудь, хоть даже на родину, в Британию.

«Вот и катись» – фыркнула про себя девушка. – Что ж, дерзай! Скатертью дорожка…

– Чего? – Дэвид не понял смысл последней фразы, но решил не переспрашивать. Махнул на нее рукой и пошел дальше со своими друзьями.

Юля смотрела им вслед и гоняла мысли в голове. «Деньги, престиж, статус… Разве, ради этого я родилась? Найти работу попрестижнее и стать побогаче?»

I

– Ты определилась? – спросил Юлю за завтраком отец. – Время-то идет. Ты же не хочешь целый год бездельничать?

– Может хочу? – недовольным тоном откликнулась девушка, жуя кашу. – У меня море достижений за школьное время. Имею право один год и побездельничать…

– Тогда я не буду тебе давать деньги на личные расходы, – откликнулась мама с кухни. – Тебе там выплата пришла, пятьдесят тысяч вроде? Вот будешь, значит, на эти деньги весь год жить.

– Мила, мы же уже решили, что эти деньги в ее копилку положим? – удивленно проговорил отец, отвлекаясь от кружки кофе. Мама выглянула из кухни с упреком.

– Сереж, я же специально говорю так, чтоб она одумалась… – мама покачала головой.

Юля и так все это прекрасно понимала. Ее родители зарабатывали достаточно, и, хотя этого им вполне хватало на жизнь, они явно рассчитывали, что их дочь сможет найти себе платежеспособную профессию.

– Разумеется, в копилку положим, – произнесла женщина, среднего роста с длинными рыжими волосами и пышными формами. – Какой они там процент предлагают? – мама принесла тарелку с бутербродами к кофе и тоже села за стол.

– Десять годовых, – уткнувшись в тонкий планшет, ответил отец. Он был среднего роста, худощав, с короткими темными волосами. – Но это только если весь год их продержать и не трогать.

– Вот, видишь? – мама подняла брови и бросила взгляд на Юлю. – Если ты поступишь в университет, то будешь получать стипендию. А эти деньги, переведем на твой счет-копилку. Надо уже начинать тебе на квартиру копить.

– Зачем на нее копить? – Юля опустила глаза и мешала ложкой свой кофе. – Можно взять займ у короля, да и все…

– Ну, конечно! – отец не оторвал взгляд от планшета. – Беспроцентный займ можно только один раз взять. Эту возможность лучше сберечь, мало ли что. А на квартиру сама накопишь. Может, выучишься и свое дело какое-нибудь организуешь?

– Вот-вот, – продолжила мама. – Иди учись! Сможешь на какую-нибудь престижную профессию выучиться. Послушай мать, – заговорщицким голосом продолжила она. – орден вовсю колонизирует планеты. Говорят, в космопромышленности отличные коэффициенты сейчас, даже неопытным. Только устроишься на работу, сразу будешь уйму денег получать…

– Да причем тут это? – перебила ее Юля. – Я ради зарплаты должна идти работать?

– Ну, – отец поднял на дочь взгляд. – это, конечно, хорошо, работать в свое удовольствие. Но послушай нас с мамой, мы ведь уже почти полвека прожили, – мама согласно закивала. – Всегда есть профессии, в которых платят больше из-за их актуальности. Чем быстрее ты заработаешь хорошую сумму, тем меньше будешь зависеть от всех изменений в экономике.

– Да-да, – мама отпила кофе и вновь подняла брови, кивая. – каждый квартал что-то меняется. Я вот в один триместр по семьдесят тысяч зарабатывала, а в другой хоп – и только сорок. Хорошо, что твоему отцу тогда не снизили коэффициенты, а то бы это сильно отразилось на нашем семейном бюджете.

– Хорошо, – согласилась Юля. – Деньги важны. Давайте я поступлю в Королевскую Академию? Там платят много…

– Нет уж! – вскрикнул отец и чуть не ударил кулаком по столу. – Нет, я уже говорил тебе.

– Почему? Чем вас не устраивает?

– Тем, – мама понимающе взглянула на отца. – что тогда ты сразу станешь цепным псом Ордена. Что они прикажут, то и будешь делать. Зачем тебе это? А если война? Или восстание? Или еще чего случится… Нет уж, нам будет спокойнее, если ты будешь просто где-то тихо и мирно работать. Поступай на фармацевтику? Устроишься ко мне на работу в «D&H»? У нас интересно и платят хорошо. Да и я буду рядом, – мама улыбнулась, и Юле пришлось тоже изобразить улыбку.

– Я подумаю… – Юля встала из-за стола и направилась в свою комнату. – Я сегодня встречаюсь со своими одноклассницами в центре. Так что я скоро уйду…

– Не гулять тебе надо, – недовольно отозвался отец. – а с ВУЗом уже определиться…

Он говорил что-то еще, но Юля уже не слышала, закрыв дверь в свою комнату. Они жили в небольшой трехкомнатной квартире. Одна комната была ее – квадратная, маленькая, больше похожая на кабинет. Наверное, когда она съедет от родителей, папа именно так и переделает ее комнату… Слева, за стенкой, была родительская спальня. Оба дверных проема из комнат выводили в последнюю – столовую, где они всегда ели. Из столовой шли два прохода – один на кухню, другой – в прихожую с туалетом. Вся квартира была довольно скромная по площади, зато все пространство вполне рационально использовалось, как считала Юля. Хотя родители временами жаловались и говорили о желании купить новую – попросторнее.

Окно в ее комнате выходило во двор, где располагался небольшой сквер и детская площадка, а напротив стояла еще одна сорокаэтажная жилая махина. Буланцевы жили на восьмом этаже, так что скверик было вполне хорошо видно. Сегодня Юлю пригласила в кафе ее одноклассница, отпраздновать свой день рождения. Не то чтобы Юля была с ней в близких отношениях, но отказываться она не стала. Ей хотелось немного развеяться и отвлечься от этой уже порядком надоевшей темы с поступлением.

Они договорились встретиться в кафе в Восточном Деловом районе, около двух часов дня. Юля собралась заранее и вышла из дома. До станции ей было идти далеко и, как правило, она пользовалась автобусом. Но сейчас ей хотелось прогуляться – время позволяло. Июльская жара начинала постепенно спадать, чем ближе становился август. Невольно в голове девушки кольнуло: «В августе уже зачисление». Юла потрясла головой, стараясь выбросить эти навязчивые мысли. Она была одета в легкий сарафан и невысокие туфли. Девушку, у которой сегодня было день рождения звали Фелисия, ее родители были родом откуда-то с западных территорий. Но Ньюполис во время своего строительства стал крайне привлекателен для многих семей, стремящихся сбежать из тесных многомиллионных полисов в более просторный и менее заселенный город. Из-за чего, в новом полисе была самая настоящая каша из множества народов и наций. Юля решила, что она подарит Фелисии что-нибудь простенькое – купит цветы и что-то из сладкого. Для этого следовало зайти в супермаркет, когда она приедет в деловой район.

Люди впереди нее с легким страхом на лицах стремительно расступались в стороны, пропуская человека черных одеяниях. Юля остановилась и отошла в сторону, пропуская высокого мужчину в черном плаще с красными крестами и маской – Крестоносец. Эти люди часто были высокого роста, с тяжелым взглядом и сильными мощными руками, как будто их специально выращивали на каком-то корме. У народа было двоякое к ним отношение, и Юля прекрасно понимала почему. Да, они должны защищать граждан, но они же и будут наказывать за провинности. И иной раз весьма сложно понять, оправдано ли наказание ордена или эти странные люди просто упиваются своей безграничной властью. Юля смотрела мужчине вслед некоторое время, а затем перевела взгляд на граждан. На лицах некоторых были возмущение и недовольство, но большинство изображали страх. Довольно странно было видеть крестоносца, идущего по улице. У них обычно был свой транспорт, но, видимо, у этого была какая-то причина, по которой он шел пешком. «Орден… – подумала девушка. – есть в этом что-то… притягательное…?» Она пошла дальше по улице, к станции, и миновала один из небольших храмов. В каждом жилом районе располагался один главный Храм – в ее районе это был Южный. Но кроме них то тут, то там было бесчисленное множество небольших храмов. Возле него толпились люди, стремясь обратится в Орден за помощью, советом или же помолиться своим богам. Крестоносцам было все равно кому и кто поклоняется, до тех пор, пока это не нарушало их собственный кодекс и законы королевства. Юля, пройдя мимо толп людей возле храма, ухмыльнулась: «Крестоносцев вы, значит, боитесь, а храмы боготворите?» Это было странно, хотя и очень легко объяснялось – в храмах служили, в основном, пожилые крестоносцы, которые с милой старческой улыбкой во всем помогали прихожанам. А те, кто ходили по улицам – были молоды, сильны и запросто могли поймать тебя за каким-нибудь правонарушением. Вероятно, это и послужило причиной для такой абсурдной грани между благоговением и ненавистным страхом.

Добравшись до станции, Юля поднялась на нее на эскалаторе. Тут были и лифты, но, по мнению девушки, лифт уж совсем для ленивых. Она приложила свою карточку к терминалу турникета – «50 С» высветилось на табло. Мама переводила на кошелек Юли каждый месяц небольшую сумму на личные расходы. Пятьдесят кредитов за проезд на электричке – это не так уж и много, хотя большинство граждан пользовались различными вариантами проездных. Если ездить каждый день, то за месяц – это немаленькие деньги. Девушка встала на платформу в ожидании своей электрички и окинула взглядом станцию. Людей было очень много, народ кучковался возле отметок на платформе, указывающие на расположение дверей. Многие уткнулись в свои планшеты, наручные компьютеры, а кто-то до сих пор пользовался устаревшими смартфонами. Учитывая, что для разговоров почти все пользовались наушниками, то необходимость в привычной «трубке» отпала. Куда проще было купить за те же деньги мощный небольшой планшет или наручный компьютер, как у Юли, и подключить к нему беспроводные наушники. Связь все равно обеспечивалась за счет покрытия Бесплатной Единой Планетарной Королевской Сети.

Неожиданно взгляд Юли зацепился за одного юношу. Он был в черных брюках и фиолетовой рубашке, на спине у него был рюкзак, лямки которого сильно врезались в хрупкие плечи парня – в нем явно было что-то тяжелое. У него были темные жидкие волосы, которые поблескивали на солнце от пота. Лицо было худое, бледное, с некрасивыми редкими усами и еле-еле намечающейся бородой. Его лицо было каким-то испуганным, глаза постоянно бегали, по вискам стекал пот, хотя на платформе было довольно свежо. Руки и ноги периодически непроизвольно дергались, выдавая волнение. Впрочем, Юля не долго его рассматривала – с гулом к платформе подъехала электричка и девушка зашла в вагон, а юноша растворился где-то в толпе.

II

Юля выбрала на экране интересующие ее товары и стала ждать, пока машина выдаст ей заказ. В мире все еще были супермаркеты с огромными залами, стеллажами товаров и самообслуживанием. Но их все больше заменяли автоматизированные магазины, где покупатель выбирал и приобретал товар, щелкая по экрану терминала, или заранее заказывал, еще до приезда в магазин, не говоря о доставке. В таких автоматических супермаркетах работало всего несколько человек, которые просто следили за тем, как машины справляются с возложенными на них задачами. Люк рядом с терминалом открылся и на движущейся транспортерной ленте выполз ее заказ – букет красивых, искусственно выведенных сизых роз и коробка конфет. Подарок, конечно, не сильно дорогой, но Юля и не была лучшей подругой.

Забрав свои покупки, Юля отправилась пешком до кафешки. Идти было не очень далеко и смысла в поездке на автобусе она не видела. На улице было немало народу, люди ходили по магазинам, ресторанам, а кто-то торопился на работу. Вся жизнь кипела в деловом районе, что шло вразрез с привычным размеренным ритмом жизни в жилом районе. У Юли было двоякое отношение к этому. С одной стороны, на это было забавно смотреть, особенно с холма, наблюдая за этим суетливым муравейником. С другой стороны, находиться в этом бесконечном потоке людей было немного некомфортно. Из-за специфики рабочих графиков у людей появилось больше свободного времени, которое они, в основном, тратили на развлечения и покупки.

Добравшись до нужного кафе, Юля зашла внутрь. Там, за одним из столиков, уже собралась компания девушек во главе с именинницей – Фелисиией. Юля поздоровалась, поздравила девушку и подарила свои скромные подарки. Ее пригласили к столу, Фелисия заказала на нее чай и пирожное, а затем вернулась к бурному обсуждению со своими подругами. К великому сожалению Юли, разговор вновь велся на столь болезненную для нее тему.

– Ну, рассказывайте, вы куда подали документы? – спросила одна из подружек, которую Юля не знала. Она в принципе решила не участвовать в данной беседе, стараясь отвлечься от гнетущих мыслей сладким.

– Я решила попробовать выучиться на экономиста, – сказала одна. – папа сказал, что можно потом аналитиком стать и хорошие деньги зарабатывать, практически ничего не делая!

– О, это да! – поддержала вторая. – Мне вот даже жаль, что у Его Величества дочь родилась, а не сын. А то я бы соблазнила его и стала бы королевой! Вот красота, они ничего не делают и в деньгах купаются…

Юля фыркнула про себя, но говорить ничего не стала, продолжая слушать разговоры девушек.

– Да уж, – кивнула Фелисия. – Я вот вообще не понимаю, почему мы должны работать? Додумались же какие-то дуры равноправия просить! Могли бы просто замуж выйти и ничего не делать. Ну там по дому только чего-нибудь, да и все…

– Так ведь за домохозяйство платят?

– Но там выплаты смешные! Это несерьезно.

– Вот поэтому и надо куда-нибудь устроиться…

– А ведь у нашего лорда сынок взрослый? – опомнилась вдруг девушка, которая желала быть королевой. – Вот бы за него замуж выйти! И все, сразу всем обеспечена…

– У него, говорят, уже есть подружка. Из крестоносцев, как и он.

– Да я бы все равно его соблазнила! Я вон какая, а у него там кто? Они же все жесткие, мускулистые, жилистые – взяться не за что! – девушки посмеялись.

Юля доела пирожное и продолжала слушать пустую болтовню девчонок. Они все дружно перешли на тему «как удачно выйти замуж», где речь быстро зашла об обеспеченных мальчиках и мужчинах, несмотря на юный возраст всех присутствующих. «Какие вы мерзкие, – вдруг проскользнуло в голове у девушки. – Лишь бы выскочить замуж за парня побогаче и ни черта не делать… Как животные». Она уставилась в окно и стала думать обо всем происходящем. Что с ней не так? Ведь в этой жизни больше нечего делать. И правда, что еще нужно девушке? Выйти замуж, создать семью, детей родить. Парня найти, который не только красивый будет, но и обеспеченный, чтобы девушка могла спокойно рожать, не заботясь о средствах к существованию. Ведь в этом и есть вся жизнь, разве нет? «Нет, – Юля сжала ложку в правой руке так, что та слегка погнулась. – И это все? Я рождена только для этого? Вот еще!» За окном по тротуару сновали люди. Все они, следовали за этим общим жизненным принципом: ешь, работай, купи дом, размножайся, умирай. И все. И всех это вполне устраивало, но не ее. Она была уверена, что рождена для чего-то особенного. Должен же быть хоть какой-то смысл в этой чертовой жизни?!

За окном скользнула фигура в сопровождении двухметрового андроида – полицейский. Темноволосый юноша, с сигаретой в руках и абсолютным безразличием на лице к своей работе. Он как будто был не на патрулировании, а где-то в своих мечтах, совершенно не смотря по сторонам и не заботясь об окружающих. «Он не на своем месте, – вдруг подумала девушка. – Разве можно так жить? Видно же, что это не его… Но всё вокруг вынуждает тебя быть тем, кем ты не являешься… Я не хочу так!» Вдруг ее взгляд зацепился на знакомой персоне – жидкие сальные черные волосы, фиолетовая рубашка. Бешено мечущийся взгляд, нервная походка, юноша постоянно оборачивался и… как будто, следил за кем-то? Внутри девушки что-то екнуло, она резко вскочила и лишь пробормотала что-то невнятное на удивленные возгласы девчонок за столом. Юля вышла на улицу и бросила взгляд на юношу. Он, все также нервно оборачиваясь и осматриваясь, шел за кем-то. Юля, сделав вид, что она просто гуляет, медленно пошла за ним. «Он что-то задумал, – мелькнуло в голове. – А с такой полицией, он запросто может что-то натворить!» Она решила, что просто обязана проследить за ним. Все равно поход в кафе был испорчен пустой и глупой болтовней девчонок. Они ничего не смыслят в этой жизни, ничего не понимают. Пустышки.

Пройдя пару кварталов, Юля, наконец, увидела за кем же следовал паренек. В нескольких метрах перед ним медленно ковыляла какая-то бабушка. Худенькая с короткими белыми волосами, сильно скрючившись, она шаркающей поступью шла по улице. Вдруг, миновав одно из зданий, бабушка свернула направо в узкую улочку между небоскребами, где располагались служебные выходы. На этой улочке никого не было, а геометрия здания превращала ее в ломаную линию так, что в определенный момент с многолюдной улицы было совершенно ничего не видно. Но бабушка упорно продолжила ковылять туда, а паренек резко остановился у поворота. Юля сделала вид, что разглядывает витрину соседнего магазина, а краем глаза наблюдала за юношей. Он постоял некоторое время, видимо, дожидаясь, пока старушка уйдет поглубже в проем между зданиями. Затем, он быстро осмотрелся, скинул рюкзак с одной лямки, расстегнул его и, достав что-то увесистое, быстро юркнул вслед за бабушкой. У Юли сжалось сердце от страха. Она быстрым шагом достигла улочки и испуганно заглянула за угол. Юноша тут же скрылся за выступом одного из зданий, из-за чего девушке пришлось последовать дальше за ним. Сердце бешено стучало, но ноги сами вели в этот переулок. «Что он задумал?» – проносилось у нее в голове, и, хотя разум на этот вопрос не хотел отвечать, сердце уже давно все почуяло. Юля подскочила к углу и заглянула. Юноша медленно настигал старушку, достав из рюкзака увесистый топор, в надежде совершить задуманное злодейство. Внутри Юли все сжалось, она должна была как-то помочь бабушке! Но что она может? Она юная и слабая девушка, которая мало что сможет противопоставить острому топору. Паренек, явно колеблясь, окликнул старушку и замахнулся своим оружием.

Юля слегка пискнула, но тут же закрыла себе рот рукой. Однако, к ее удивлению, старушка резко разогнулась, развернулась на юношу, в полете перехватила увесистый топор и, изменив траекторию его движения, нанесла мощный удар парнишке коленом в живот так, что тот согнулся пополам и тут же рухнул на землю, выпустив оружие из рук. С другой стороны переулка тут же выскочил крестоносец, который явно подоспел позже, чем предполагалось.

– Вы в порядке, мисс Блэкстоун? – обратился крестоносец к женщине. Ее голубые глаза сверкнули на крестоносца, передавая ему топор, а затем она бросила взор на ноющего от боли паренька.

– Ну что? – произнесла женщина, которая теперь, выпрямив спину, была даже слегка выше Юли. – Достоевского начитался? «Тварь я дрожащая иль право имею», да? – женщина усмехнулась, а затем подняла свой взор на Юлю, которая тут же спряталась за углом. – А ты? Настолько любопытная, что решила посмотреть, как тут бабушку зарубят? Выходи, нечего прятаться.

Юля вздрогнула от страха, коленки задрожали, но она все же вышла из-за угла и взглянула на эту странную бабушку.

– Я… Я хотела вам как-то помочь… – дрожащим голосом выдавила из себя Юля.

– Что ж не помогла тогда? – крестоносец протянул женщине плащ с крестами, и она накинула его на плечи, приближаясь к Юле. Ее напарник в это время уже связывал парнишке руки.

– Я… Я не знала, как… – честно призналась девушка. – Вы из Ордена…?

– Но очень хотела помочь, хотя и не знала, как будешь справляться с топором, – усмехнулась женщина, приблизившись. Ее лицо было испещрено морщинками, но, когда она улыбалась, щеки разглаживались, сильно ее омолаживая. – Да, из Ордена. Настоятельница Блэкстоун к вашим услугам, юная леди.

– Юля… Юлия Буланцева, – кивнула девушка. – Что… Что это было? Вы знали, что он…

– Разумеется, – женщина держала спину прямо, слегка подняв нос, из-за чего ее глаза смотрели на Юлю сверху вниз. Она достала откуда-то из плаща длинный мундштук с электронным наконечником и затянулась. – Мы давно следили за этим пареньком. У него было не самое счастливое детство, родители балуются наркотиками, часто бьют его. «Ищейка» заметила за ним подозрительные действия. Он возненавидел своих родителей, а затем, взахлеб прочитал «Преступление и наказание». Мы предположили, что он готовил убийство своих родителей, но боялся, что в последний миг сдрейфит и не справится. И вот, сегодня, он отправился искать подходящую жертву для своего первого убийства. Поэтому, мы дали ему возможность напасть на легкую добычу…

– Бабушку… – с восхищением в голосе проговорила девушка, а женщина кивнула. – А что с ним теперь будет?

– Доставим в Храм, а там видно будет. Попробуем ему помочь, справиться со своими проблемами. Но если не получится… – женщина выдохнула ароматизированный дым с приторным ароматом вишни.

– Что будет, если не выйдет? – Юля напряглась и заглянула женщине в глаза, а та ухмыльнулась.

– У тебя сильный взгляд, Юлия. Если не выйдет ему помочь одним образом, мы поможем ему иначе, – напарник женщины связал мальчишку и закинул его себе на плечо. Женщина собралась уже уходить, кивнув своему спутнику.

– Вы убьете его, верно? – Юля решила не сдерживаться и выпалила это прямо в лицо женщине. Но она лишь бросила короткий взгляд на девушку.

– Если ты ищешь свое предназначение, – женщина скользнула левой рукой под плащ и протянула Юле маленькую пластиковую карточку с адресом. – То я жду тебя здесь, – женщина улыбнулась и, как только Юля взяла карточку из ее рук, сразу удалилась вслед за своим помощником.

III

Весь вечер Юля крутила карточку в руках. На белой поверхности была всего одна строчка: «3-я южная улица, строение 8» – адрес храма. Юля знала, где это место – совсем недалеко от ее дома. Но стоило ли туда идти? Ее отец строго-настрого запрещал девушке даже думать о контактах с Орденом, а здесь… Но разве может она игнорировать такой подарок судьбы? Возможно, если ей и есть где-то место, то только там, в Ордене.

На следующий день, прослушав за завтраком очередные наставления, Юля набралась решимости, оделась и вышла из дома. Она направлялась по указанному на карточке адресу. Она не представляла, что именно ее ждет там, но тем больше ее манило это место. На улице было тепло и солнечно, поэтому девушка оделась достаточно легко, взяв с собой лишь небольшую сумочку со всем необходимым. Вряд ли ее поход в храм затянется. Пройдя по улице несколько кварталов, Юля свернула вглубь между домами, на узенькую улочку – 3-я южная. Она располагалась между высоченными жилыми небоскребами, а в конце улицы, из-за высоких ворот возвышались две башни Храма. Он находился на большой площади, окруженной кирпичным забором. Сам храм представлял из себя мрачное, громоздкое, кирпичное, прямоугольное здание, на фасаде которого располагались две высокие башни в готическом стиле. Между башнями было гигантское витражное стекло с крестом и планетой, а под ним находился вход в главный зал – место, где люди молились и просили помощи у монахов Ордена. Юля преодолела ворота и вошла в главный зал, на удивление более светлый, чем само здание снаружи. Высокий свод потолка был украшен различными геометрическими узорами и крестами, а по периметру зала располагались скамейки и терминалы – для составления прошения ордену. То тут, то там сновали монахи в серых рясах и прихожане, которые периодически обращались к кому-то из крестоносцев и выслушивали их советы, постоянно кивая головой. Юля прошлась по залу и осмотрелась. В конце зала возвышался огромный крест – главный символ Ордена. По бокам от этого алтаря было несколько других, поменьше – с символами различных религий. Девушка запрокинула голову и развернулась, посмотрев назад. К ее удивлению, сверху над входом в зал, располагались темные матовые стекла, которые было сложно заметить с первого взгляда, явно скрывающие какую-то комнату. На мгновение Юле показалось, что из-за этих непрозрачных стекол кто-то смотрит на нее, не спуская взгляда, и она резко вздрогнула от неожиданности, когда к ней обратился один из монахов.

– Могу ли я вам помочь, юная леди? – обратился к ней приятным голосом старик в рясе. Юле потребовалось некоторое время, чтобы отойти от шока, но она кивнула и после небольшой паузы достала из своей сумочки карточку с адресом.

– Мне нужна миссис Блэкстоун. Где я могу ее найти?

Монах вежливо поклонился и показал жестом следовать за ним. Старик повел ее обратно к выходу, но затем свернул куда-то вправо и привел к небольшим металлическим дверям, которые по нажатию кнопки отползли в сторону – лифт. Юля зашла вслед за монахом, слегка удивившись необычной комбинации старого, будто многовекового здания и современных удобств. Лифт открылся, и Юлю подвели к массивной кованной двери. Старик нажал на кнопку и что-то шепотом проговорил. Дверь щелкнула, монах приоткрыл ее и жестом показал войти, а сам, пропустив Юлю внутрь, тут же закрыл ее с другой стороны.

Девушка оказалась в огромной по площади комнате, в которой явно были еще ответвления, ведущие в какие-то другие помещения. Справа от входа располагалось то самое гигантское витражное окно, значительная часть которого уходила куда-то еще выше, намекая на наличие еще нескольких этажей. Весь кабинет был уставлен шкафами с книгами и документами. Слева располагался массивный стол с двумя экранами, и громоздким кожаным креслом, за которым находилось большое панорамное окно, выходящее в главный зал храма. Возле стола стояло несколько кресел поменьше – для посетителей. Вся комната напоминала рабочий кабинет, однако напротив входа была еще одна дверь, которая, вероятно, вела и в другие, по назначению, комнаты. Возле окна, смотря куда-то в зал, стояла высокая женщина в сером одеянии с плащом-накидкой.

– Миссис Блэкстоун? – неуверенно обратилась Юля, и женщина повернулась. Она была в насыщенно-серой приталенной рясе с длинными рукавами, украшенной небольшими серебряными крестами и блестящими металлическими вставками. От груди вниз уходила широкая лента с красным крестом на конце, на поясе располагалась серебряная застежка, также с крестом. На плечах у нее был плащ-накидка с капюшоном, и блестящей цепочкой. Худое лицо женщины было усыпано морщинками, белые короткие волосы хаотично были растрепаны. Голубые глаза светились холодным огоньком, в правой руке у нее был мундштук и, прежде чем ответить, она глубоко затянулась.

– Мисс, вообще-то, – ответила женщина, выпуская изо рта клубы сладкого дыма. – Ты все же пришла. Присаживайся, – она указала легким кивком головы на ближайшее к Юле кресло, и сама села в свое.

– Я… – начала Юля, сев в кресло, которое было намного больше, чем сама девушка, из-за чего в нем было немного некомфортно сидеть. – Я хотела узнать… Зачем вы дали мне эту карточку? – Юля протянула карточку с адресом женщине, и та удивленно посмотрела.

– Чтобы ты знала, где меня найти, – спокойно ответила женщина и, провела левой рукой над столом, активируя проецируемую клавиатуру. Юле бросился в глаза перстень на левом безымянном пальце женщины – массивное серебряное узорчатое кольцо с крупным пирамидальным черным камнем.

– Я Настоятельница Храма, моя работа помогать людям, – продолжила женщина, скользнув взглядом по экрану. – Юлия Буланцева, восемнадцать лет. С отличием окончила школу в этом году, однако все еще не подала документы ни в один ВУЗ. Чего же ты ждешь, дитя?

– Я… – Юля смутилась. Почему-то сейчас, перед этой женщиной, ей стало стыдно, что она до сих пор никуда не поступила. – Я не могу определиться…

Женщина вновь глубоко затянулась и усмехнулась.

– Ты напоминаешь мне меня, в юные годы. Ищешь свое место в этом мире, жаждешь понять свое предназначение, – Юля слегка вздрогнула – женщина будто прочла ее мысли. – Умна. Любопытна. Жаждешь справедливости, жаждешь познания, жаждешь быть… – женщина направила свой взгляд в глаза Юле. – жаждешь быть не такой как все.

Юля молча смотрела в голубые глаза женщины, пока та вновь не затянулась и не перевела взгляд на экран.

– Я могу тебе помочь…

– Вы предлагаете мне стать крестоносцем? – возбужденно перебила ее Юля, но женщина рассмеялась.

– Довольно вульгарное название. Люди даже понимают смысла этого символа, – женщина вновь затянулась и продолжила, выдыхая клубы дыма. – Нет, частью Ордена тебе так просто не стать. Но, я могу предложить тебе стать Послушницей. Ты знаешь, кто это такие?

– Те, кто… слушают? – предположила Юля, и женщина легонько кивнула, не утруждая себя совершать лишние движения головой.

– И внимают. Это граждане с особым статусом. Приближенные Ордена. Этакое связующее звено между нашими, столь разными, мирами. Став послушницей, ты, в конечном счете, получишь шанс стать частью Ордена.

– И что для этого нужно? Чем занимаются… послушницы?

– Послушницы учатся. Всему, чему пожелают. Орден обучает разным наукам. Всё, что ты посчитаешь важным для себя – сможешь изучить. Мы являемся кураторами общественной жизни. Орден занимается огромным спектром работ от помощи одиноким старушкам с готовкой и уборкой, до разрешения судебных дел и ликвидации преступников.

– И я… – Юля чувствовала себя неуверенно. То, что говорила эта женщина – все идеально подходило ей. Возможность познать то, что она захочет, а не что предписано одной узкой специализацией. Возможность помогать людям, находить решение их проблемам… – И я могу стать Послушницей?

– Можешь, – женщина выдохнула сладкий дым с вишневым запахом. – Обучение у нас вполне может заменить тебе любой ВУЗ. Освоишь все необходимые навыки, а затем начнешь выполнять поручения Ордена…

– Скажите, – в голове Юли что-то кольнуло, и она перебила женщину. – Тот юноша… вчера… Что с ним стало?

Глаза женщины сверкнули, и она вновь затянулась.

– Мы помогли ему.

В голове Юли стремительно пронеслись мысли. Ужас накрыл ее, волосы встали дыбом, а к горлу подступил ком.

– Вы… убили его…? – прошептала девушка, опустив глаза. – Верно? Скажите мне! – Юля подняла взор своих темных глаз и, не моргая, уставилась на пожилую женщину, которая на мгновение поежилась от сильного взгляда девушки. Однако, это было лишь мгновением слабости. Ледяные глаза Настоятельницы в миг перебороли взгляд Юли, и девушка невольно опустила голову.

– Мы помогли ему. Как смогли.

– Вы просто убили его…

– Ты очень похожа на меня, – проговорила женщина, затягиваясь. – Любишь докапываться до правды, совать свой нос, куда не следует. А главное – искренне уверена, что твое чувство справедливости самое верное.

– Вы просто оправдываетесь…!

– Разум мальчишки был изуродован! – женщина резким криком перебила Юлю. – Тяжелое детство привело к неисправимым последствиям. Выросший в вечном страхе, он нашел лишь одно спасение для себя – насилие. Вечно уязвимый ребенок, почувствовал немыслимую власть над жизнью, убивая своих обидчиков. Он не остановился бы на убийстве родителей! Насилие дало ему новую цель в жизни, новые способы достижения удовольствия. Отпустить его – равносильно теракту. Если он не убьет сегодня, то убьет завтра, не завтра, так через год. Ты правда считаешь, что безумное счастье одного индивида важнее благополучия всего социума? По-твоему, из-за мимолетного удовольствия одного мальчишки должны расплачиваться горем ни в чем невинные семьи?

– Нет, но… – на слезах девушки навернулись слезы. Голос женщины пронзал ее насквозь, ее слова делали Юлю как будто уязвимой. – Его родители виновны в этом! Пусть они несут наказание… Почему он…

– Они понесли свое наказание, – женщина перевела взгляд на витражное окно и начала говорить спокойным тихим голосом. – Увы, мы вмешались слишком поздно. Разум юноши спасти уже было невозможно. Мы не вправе вмешиваться в личные дела граждан. Не можем. Метод воспитания его родителей… жесток. Но временами он рождает сильных людей. Личностей, способных что-то поменять, преодолев это испытание. А мальчишка сдался, нашел выход в убийстве и насилии. Родители понесут свое наказание. Но они работоспособные граждане. А он стал потенциально опасен для общества и должен был быть ликвидирован.

– Вы… – Юля подняла свой взгляд на женщину. Из ее глаз текли слезы, но голос был тверд. – Вы говорите о селекции… Так, будто речь не о людях… Будто вы выращиваете горох и решаете какого цвета и форме быть плодам… Разве так можно…?

– Нужно, – женщина перевела взгляд на девушку. – Запомни раз и навсегда, пастухи и сторожевые псы выращивают стадо, чтобы затем срезать с него клок шерсти и пожрать мясо. А Орден – это волки. Мы пожираем слабых и больных, чтобы все стадо могло процветать. Тебе, дитя, решать, в чьей шкуре ты желаешь прожить свою жизнь?

IV

Юля некоторое время молча сидела и смотрела куда-то в пол. «Разве так можно? – думала девушка. – Что за бесчеловечность…? Или же…»

– Ты не такая как все, – перебила ее мысли мисс Блэкстоун. – Ты внимательна, любопытна, добра и справедлива. Ты заметила подозрительное поведение мальчишки. И не ты одна, я уверена. Но только ты дерзнула проследить за ним. Только ты дерзнула последовать за ним и попытаться, хоть и бездумно, помочь старушке. Это отличает тебя от остальных. В тебе дух Ордена.

Юля молчала, не решаясь хоть что-то ответить.

– Мы пытались помочь ему, – продолжила женщина. – Поместили его в симуляцию, позволяя ему раз за разом совершить желаемое. Симуляция, всячески давала ему понять ошибочность выбранного пути. Что убийством он лишь загубит свою жизнь. Мы пытались наставить его на правильный путь, пытались помочь ему найти другой выход, – она затянулась. – Но его разум видел лишь одно решение своей проблемы – убийство. Такому человеку не место в нашем мире, он болен, как люди бывают больны инфекцией. Ему требовалось лечение, и мы его дали.

– Вы убили его… – прошептала девушка.

– Послушай, дитя. Мы не волшебники, и не «феи-крестные». Мы не следуем за глупым идеализмом, жаждая спасти всех и каждого. Мы расчетливы. Это бывает жестоко, но только это позволяет поддерживать порядок в нашем мире. Некоторым людям для исцеления нужна таблетка, кому-то вакцина. А для кого-то единственный способ исцелиться – это смерть. Задача Ордена – сохранить порядок и обеспечить выживание нашему виду. По-твоему, лучше было выпустить этого парня на улицу и дать ему возможность совершить свое преступление?

– Нет, – Юля покачала головой и вытерла слезы. – Просто… Вы правы… Но это не просто принять…

– В этой жизни, – женщина усмехнулась. – и нет ничего простого. Итак, твой ответ?

– Я… – Юля кивнула и подняла свой уверенный взгляд. – Я согласна. Я хочу стать Послушницей и помогать людям. Я хочу помочь им всем, чем смогу. И буду стараться избегать вашего жесткого подхода.

Настоятельница усмехнулась.

– Прекрасно, – женщина набрала что-то на клавиатуре. – С завтрашнего дня можешь приступать к занятиям. Ты, для начала, будешь учиться здесь, в этом Храме.

– Что…? Уже завтра? – Юля удивленно посмотрела на женщину.

– Да, в Ордене нет каникул, – мисс Блэкстоун бросила короткий взгляд на девушку и вновь направила свой взор на экран. – Ты начнешь свое обучение с группой чуть младше. Там тебя научат всему, что следует знать взрослой девушке. А затем, через пару лет, если повезет, ты станешь моей ученицей.

С этого мига жизнь Юли кардинально поменялась. Поначалу она не хотела сообщать своим родителям, какое судьбоносное решение приняла их единственная дочь, но через несколько дней правда вскрылась сама собой. Родители отнеслись к этой новости крайне скептично, однако, поняв, что обучение не означает становление Юли полноценной частью Ордена – расслабились. Отец реагировал на все с явной уверенность в голосе, что это лишь подростковое увлечение девушки. Что, когда она столкнется с настоящими трудностями, то быстро забросит это бессмысленное занятие. Мама же с опаской отнеслась к произошедшему и частенько подсаживалась к дочери, заводя разговор о «подростковой глупости» и «неверном выборе». Но Юля игнорировала их слова. Ей хватило и того, что родители отнеслись к ее выбору хотя бы так, без истерик и скандалов. Пусть лучше думают, что ее обучение в Храме – нелепое увлечение. На деле же, Юля была твердо уверена в себе и каждый вечер сидела над учебниками, стремясь настигнуть тот разрыв в знаниях между ней и ее новыми «одноклассниками». Те дети, с которыми теперь ей пришлось учится, были младше ее, но будучи выходцами из Цитадели – мрачной тайной крепости Ордена – на голову обгоняли отличницу гражданской школы. Юля восприняла это как вызов. Каждый день она тратила с пользой, стремясь доказать остальным, а главное – мисс Блэкстоун, что она ничуть не хуже детей Ордена.

Приступив к обучению, Юля еще не стала «настоящей» Послушницей. Она лишь училась, чтобы получить особый статус и приступить к выполнению поручений Ордена. Мисс Блэкстоун с интересом следила за успехами и неудачами девушки, частенько вызывая ее к себе в кабинет и обсуждая ее прогресс. Сама настоятельница была уверена, что Юле потребуется ни один год, чтобы получить свой особый статус. Но Юля так не считала. Она усердно трудилась и осваивала навыки, чтобы достичь столь желанного статуса раньше срока…

Наступила зима и Юля, надев теплое пальто, уверенно шагала по знакомой дороге к Храму. Сегодня она набралась уверенности и решимости, чтобы поговорить с мисс Блэкстоун и добиться того, что было, как считала девушка, ее по праву.

– Мисс Блэкстоун, – Юля поклонилась, как было принято в Ордене, войдя в кабинет Настоятельницы, и, подчиняясь властному жесту, села в кресло.

– Здравствуй, дитя, – ответила, не отвлекаясь от экрана, женщина. – Как твои успехи?

– Очень хорошо, Ваше Высокопреосвященство, – девушка хитро улыбнулась, а женщина, услышав столь официальное обращение, удивленно повернулась.

– Что ты задумала? – холодный взгляд женщины пронзил девушку, на мгновение заставив ее потерять свое уверенность.

– Я… – Юля заколебалась, но быстро взяла себя в руки. Она вскочила, приложила правую руку к сердцу и глубоко поклонилась. – Ваше Высокопреосвященство, прошу назначить мне наставника и даровать статус Послушницы Ордена! – девушка некоторое время простояла согнувшись, а затем, с надеждой на лице, подняла голову.

– Нет, – коротко ответила мисс Блэкстоун, вернулась к экрану своего компьютера и продолжила что-то печатать, ошарашив девушку ответом.

– Но… – девушка некоторое время приходила в себя. – Я уже четыре с половиной месяца обучаюсь! Я обхожу всех по результатам!

– Нет и точка, – женщина невозмутимо продолжала заниматься своими делами.

– Мисс Блэкстоун! – девушка перешла на умоляющий тон. – Но я ведь могу достичь большего! Мне уже скучно на обычных занятиях, я знаю все, чему меня учат! Я обогнала программу и изучила самостоятельно все, что мне было интересно! Вы же сказали, что я могу изучить то, что мне нужно самой и двигаться дальше! Я готова! Я могу быть Послушницей… – женщина ничего не отвечала.

– Неужели вы… – девушка обиженно села в кресло. – Неужели вы не верите в меня… Как и мои родители, считаете, что я не всерьез…? Я же специально старалась… Я… я целыми днями сидела и… И вникала во все… Я…

Мисс Блэкстоун отвлеклась от экрана, провела левой рукой по столу, а правой взяла мундштук и затянулась.

– Я в тебя верю, дитя, – ответила она, выдыхая дым. – Но наставника назначает Лорд Полиса. Ты не отучилась даже года! Лорд Вульф не посчитает правильным назначить тебе наставника, даже не смотря на твои успехи в учебе… Понимаешь? Тем более, наш Лорд только взошел на престол. Юному Августу будет не до моего ходатайства. Прояви терпение…

Юля обиженно вздохнула. Настоятельница была права, но Юле не хотелось этого признавать. За эти несколько месяцев они сильно сблизились и, временами, Юля позволяла себе дружеское отношение. Несмотря на огромную разницу в возрасте – Юле было только восемнадцать, а мисс Блэкстоун семьдесят пять – женщина иногда общалась с ней как с подругой – на равных. Юля сильно это ценила, но все же искренне хотела, чтобы эта женщина, наконец, стала ее наставницей, а сама Юля получила свой заветный, особый, статус.

– Тебе стоит потерпеть немного, – женщина выпустила клубы дыма. – Последнее время в Ордене творится что-то… Смерть одного из Лордов… это очень серьезное происшествие. У высшего круга нет времени на таких как мы с тобой, – женщина усмехнулась и вновь затянулась.

В этот день Юля возвращалась домой ни с чем. Однако, ее это нисколько не расстроило, а, даже, наоборот. В ее голове уже созрел план – не в ее правилах сдаваться перед возникшей проблемой. «Вы станете моей наставницей, мисс Блэкстоун, – думала девушка с улыбкой на лице. – Если вы не можете попросить об этом нашего Лорда, то я смогу…»

Через несколько дней в городе прогремел взрыв в здании Парламента. Это событие потрясло весь город, в том числе и Юлю. Люди полиса уже давно не сталкивались ни с какими боевыми действиями или катастрофами такого масштаба. Обычно Орден все держал под контролем и даже серьезных сбоев в работе каких-либо систем обычно не происходило. Но это было только началом… На следующий день преступная группировка «Инферно» совершила дерзкое нападение на Дворец правящей семьи. Эти события потрясли Юлю еще больше и заставили ее волноваться о своих родителях – ведь они, некоторое время назад, уехали на машине на дачу – в северную буферную зону. Из-за случившегося весь город был перекрыт, военные ввели изоляцию города и досматривали всех на улице.

– Как вы там? – обратилась Юля по связи к своим родителям. – Тут такое творится… Ужас просто.

– Мы в порядке, у камина греемся, – папа на видеосвязи показал комнату. – Ты лучше скажи, как у тебя дела? Тебя, надеюсь, никуда не отправят? А то такой переполох, сам король к нам заявился… Мама вон, за тебя волнуется…

– Нет, я в порядке, – Юля улыбнулась и покачала головой. – Я же еще официально не стала Послушницей… Может быть вам лучше вернуться домой? Я немного переживаю за вас…

– Нет уж, – папа резво покачал головой и скривил лицо. – Там, говорят, какие-то террористы объявились. В городе небезопасно, толпы народу, страшно – ужас! А тут у нас красота, тут уж явно никто ничего взрывать не станет. Ты давай там, держись подальше от больших скоплений народу!

Этот разговор с родителями не предвещал беды. Юля несколько успокоилась и легла спать, хотя сердце у нее билось беспокойно. Что-то в глубине души все равно терзало ее, хотя она никак не могла понять, что именно. Она долго ворочалась и не могла уснуть, а под утро, уже почти провалившись в сон, ее квартиру слегка тряхнуло. На кухне задрожала посуда, окна задребезжали, а в голове девушки пронеслись тяжелые мысли. Она быстро оделась и выскочила на улицу. Далеко, со стороны центра города, высоко в небе красовался гигантский красно-синий пузырь, а по всему городу завопила сирена. Сердце девушки сжалось, губы задрожали, а на глазах выступили слезы. «Север… Это на севере…» – проносилось в ее голове. Вернувшись домой, она включила телевизор и попыталась дозвониться до родителей, но ответа не было. «Что же делать… Что мне делать? Что я должна сделать…?» В ужасе, девушка рухнула на пол, совершенно не представляя, что она может сделать и как помочь родителям, если они оказались в беде.

День прошел крайне утомительно. Всю северную зону оцепили, въезд туда был закрыт и всюду сновали военные и крестоносцы. Связь барахлила, СМИ и телевидение на целые сутки ушло в режим молчания. Творился полный хаос, столь непривычный в мире, где всегда торжествовал порядок. Юля сходила с ума, не представляя, как ей быть. По официальному новостному каналу Ордена, единственному, который не молчал, проигрывалось лишь одно единственное сообщение – «Оставайтесь дома». А, выйдя на улицу, сразу же подлетал дрон, требующий немедленно вернуться домой. Выбора не было, целые сутки Юля провела за тщетными попытками хоть кому-то позвонить и узнать, что же произошло, а к вечеру усталость одолела ее, и девушка провалилась в сон.

На следующий день Юле пришло сообщение – мисс Блэкстоун немедленно вызывала ее к себе. Отчасти, девушка обрадовалась этому – уж кто-кто, а эта женщина должна знать, что происходит!

Юля влетела в кабинет Настоятельницы как пуля, с массой вопросов в голове. Женщина выглядела крайне уставшей. Она сидела, откинувшись в кресле, и курила, глубоко затягиваясь. Ее взгляд был тяжелым, и она даже не кивнула Юле, когда та вошла.

– Это ты сделала? – мисс Блэкстоун застала девушку этим вопросом врасплох. Юля рассчитывала сама задавать вопросы, а не наоборот. – Ты написала письмо от моего имени?

– Я… – Юля опустила взгляд и напряглась. – Я не хотела… – женщина тяжело вздохнула.

– Еще мне этих проблем не хватало! – она облокотилась на стол. – Скажи мне, как ты это сделала?

– Я… – Юля начала волноваться и дрожать. – Камень в вашем кольце… Это феррит, верно? – женщина едва заметно кивнула. – У меня у папы, есть такой же камешек… с производства… Он ферромагнетик… Я заметила, что вы с его помощью блокируете свой компьютер и как ключом…

– Понятно, – перебила ее мисс Блэкстоун, вновь откинулась в кресло и усмехнулась. – Улучила момент, когда меня не было в кабинете, разблокировала камнем мой компьютер и написала письмо. Чего ты добивалась этим?

– Я хотела, чтобы вы стали моей наставницей… – Юля чувствовала себя крайне неуверенно.

– Лорд Вульф прислал ответ, – мисс Блэкстоун затянулась. – Он назначил себя, твоим наставником, – Юля ошарашенно посмотрела на настоятельницу, а та, на мгновение, ухмыльнулась и снова помрачнела. – В любой другой ситуации, я бы тебя поздравила. Но в свете последних событий…

– Мисс Блэкстоун, что случилось? – Юля встрепенулась и заглянула в глаза женщины с надеждой. – Мои родители… Я не могу связаться с ними…

Женщина глубоко затянулась.

– Корабль Его Величества. Тот, что шумел над нашим городом день назад. Его ядро, по необъяснимым причинам, сдетонировало. Взрыв произошел над буферной зоной на севере… – эти слова как лезвием пронзили Юлю. Она задрожала, обмякла в кресле, а на глазах навернулись слезы. – Северный Жилой район сильно пострадал. Число погибших исчисляется тысячами, а пострадавших десятками тысяч…

Юля разразилась слезами, а мисс Блэкстоун пару раз кликнула что-то на компьютере.

– Возьми себя в руки! – грозный голос настоятельницы заставил девушку вздрогнуть. – Ты Послушница Ордена, в конце концов! Нечего тут раскисать. Твои родители живы. По крайней мере пока.

– Живы…? – девушка подняла голову и пыталась всеми силами убрать слезы со своего лица, из-за чего оно сильно раскраснелось. – Что значит пока…?

– Да, им, каким-то чудом, удалось пережить сам взрыв. Но теперь их медленно убивает радиация. Таких пострадавших несколько десятков тысяч. Хотя, самое плохое не это…

– А что же…? Я должна как-то помочь им, мисс Блэкстоун… Я…

– Тише, дитя, – женщина выпустила клубы приторного дыма. – Ты поможешь им тем, что будешь выполнять свою работу. Лорд Вульф, вызывает тебя к себе, – девушка удивленно уставилась на Настоятельницу. – С назначением его твоим наставником, ты стала частью нас. Частью Ордена. Я постараюсь помочь твоим родителям всем, чем смогу. А ты – должна выполнять свою работу. Что Лорд Вульф скажет тебе, то ты и будешь делать… – Юля благодарно кивнула, а мисс Блэкстоун тяжело вздохнула. – И еще кое-что. Будь, пожалуйста, осторожна. Не нравится мне все, что происходит сейчас в высшем круге…

V

В заснеженном хвойном лесу было морозно, но деревья хотя бы спасали от ледяного ветра. Руки уже сильно подмерзли, но Декстер собрался с силами и сломил еще одну ветку ели. Он наломал их уже немало, но ему казалось, что этого все еще недостаточно. На голубом небе ярко светило солнце, даже слегка припекая в теплом плаще, однако лицо и кисти рук уже жгло от холода. Они провели несколько часов в полете, пока Мария не посадила шаттл в этом хвойном перелеске среди гор – дальше они пойдут пешком. Декстер не понял до конца причины, почему они должны морозиться, но спорить не стал.

– Этого хватит? – спросил Декстер у хлопотавшей вокруг громоздкого шаттла Марии. – или еще сходить наломать?

– Должно хватить, – Мария лишь быстрым взглядом окинула результаты его труда и вернулась к своим делам. Она активно накрывала весь шаттл камуфляжным тентом, что в одиночку делать было крайне проблематично, но женщина уверенно справлялась.

Декстеру вообще показалось, что Мария как-то легко восприняла гибель Хоука, своего супруга. Декстер был опечален, но все же, будучи единственным мужчиной в их компании, не позволял себе расслабиться. А Стелла совсем расклеилась. Смерть отца сильно ударила по ней и теперь девушка лишь сидела на подножке входного люка шаттла, пустым взором уставившись на сугробы. Декстер не стал ей ничего говорить. Как и Мария, они оба понимали, что девушке было непросто принять произошедшее. Декстер подошел к Стелле и приобнял ее. Девушка на мгновение ожила, подняла свои печальные глаза на юношу, благодарно кивнула, и вновь вернулась к своему горестному времяпрепровождению.

– Декстер, – окликнула его Мария. – помоги мне. Надо накидать еловых веток поверх, а затем припорошить все снегом. Человек, конечно, заметит подвох, но случайный беспилотник – нет.

– Да, сейчас, – Декстер поцеловал в лоб Стеллу и потрепал ее слегка за плечо. Ему казалось странным, что такой человек как Хоук вдруг, так просто, погиб. Закрепляя ветки на тенте, Декстер все продолжал размышлять. Он был уверен, что Хоук жив. И тому было одно единственное, хоть и хлипенькое, доказательство. Мария восприняла произошедшее уж слишком легко. Вряд ли, даже несмотря на то, что они необычные люди, можно так безэмоционально воспринять гибель своего любимого человека. Даже если Стелла была права, и Декстер ничего не понимал в отношениях Марии и Алексиса, все равно. Было что-то обнадеживающее, в уверенном поведении этой женщины. Она знала куда они летят, знала куда они отправились и зачем. Как будто ожидала такого исхода, будто знала, что произойдет взрыв. В конце концов, Мария была как никто ближе к Хоуку и должна была знать его планы. Однако, было здесь и кое-что настораживающее…

– Отлично, – Мария окинула взглядом шаттл, который теперь стал похож на огромный сугроб с мусором, отдаленно напоминающий летательный аппарат. Она вскинула на плечо рюкзак и кивнула в сторону двух других. – Идем, нужно успеть до захода солнца.

Куда успеть и зачем Декстер спрашивать не стал. Он вскинул на плечи свой рюкзак и помог Стелле закрепить ее – с одной рукой это было довольно сложно сделать, и Декстер хотел было уже взять ее сумку себе. Но девушка ловко удержала сумку на своем левом плече, схватив лямку правой рукой и уверенно кивнула Декстеру – она справится.

Пройдя с полчаса по хвойному заснеженному лесу, троица вышла на скалистый склон. Им предстояло преодолеть горную гряду и спустится по другую сторону от скал. Будь сейчас в этих землях лето, сделать это можно было бы без особого труда. Но была зима. Ледяной ветер и морозный воздух обжигали руки и лицо, маска и перчатки едва ли спасали. Ноги то и дело проваливались в сугробы, замедляя их движение. Мария вела их группу куда-то вперед, уверенно поднимаясь все выше и выше по склону, хотя идти становилось все труднее – постепенно начинала наваливаться усталость. Стелла шла по середине, а Декстер был замыкающим. Изначально, казавшийся легким рюкзак, сейчас начинал больно врезаться своими лямками в плечи и всякий раз стремился перевесить и опрокинуть Декстера на спину. Юноша остановился и посмотрел назад – лететь ему, если что, немало. Если он поддастся натиску тяжелой ноши, то его уже ничто не спасет. Декс взялся руками за лямки и продолжил свое движение. Они шли молча, лишь снег хрустел под ногами, да ветер завывал в ушах, и юноша вновь вернулся к своим мыслям.

Казалось бы, все косвенно указывало, что Хоук должен быть жив. Трудно поверить, что человек, столь умело все контролирующий, мог погибнуть на том корабле. Он явно должен был как-то спастись. Уж времени добраться до капсулы явно было достаточно. Но было во всем этом кое-что странное, что сильно тревожило Декстера. Мария явно видела, как сильно терзает потеря Стеллу. Неужели мать не может утешить дочь, сказав, что все в порядке? Что Хоук жив и просто доберется до них как-то потом… Но Мария молчала. И это пугало Декстера больше всего. Раз она ничего не говорила то, либо сама была не уверена, либо не знала. Для Хоука, похоже, было в порядке вещей не посвящать до конца в свои планы даже самых близких. И это Декстера настораживало, ведь это значило, что даже сама Мария, лишь верит и надеется, что случившееся исчезнет как страшный сон, не желая принимать страшную правду…

– Передохнем немного, – Мария остановила их на вершине невысокой горы. Солнце ярко светило на безоблачном небе, но уже начинало клониться к закату. Внизу, у подножия горы, простиралась широкая равнина, упирающаяся в не менее широкую реку.

– Это река? – удивленно спросил Декстер. – Но почему на ней нет льда? И что это… за черные штуки внизу…? – Декс усиленно всматривался в то, что расположилось на равнине, но солнце слепило и разглядеть хоть что-то было крайне тяжело.

– Это фьорд, – ответила Мария, смотря вниз. – вода морская, вот и не замерзает. А внизу – это Вик. Поселение свободных людей. Туда мы и направляемся.

– Поселение свободных людей…? – Декстер удивленно уставился на женщину, но та не отводила взгляд от равнины, будто чего-то ожидая. Для Декстера было странно услышать от одной из основательниц Ордена что-то про свободное поселение. Он был твердо уверен, что Орден подчинил себе весь мир, каждый его уголок. Никогда он не слышал, что где-то в мире сохранились неподчиненные Ордену территории. Но задать вопросы, в огромном количестве зародившиеся в его голове, он не успел. Мария махнула рукой, и они начали медленно спускаться по склону. У подножия горы располагался густой хвойный лес, подобно тому, в котором они оставили шаттл.

Спуск по скалистому склону оказался еще сложнее чем подъем. Ноги то и дело скользили, снег под ними усложнял и без того непростую задачу. Рюкзак то и дело норовил лишить Декстера равновесия и, либо кубарем покатиться вниз по склону, вперед головой, либо рухнуть на спину и скатиться как с горки. Женщины как-то намного проще справлялись с путешествием, и Декстеру стало даже немного стыдно за себя. Он всячески пытался найти баланс, чтобы спокойно спускаться, но то и дело падал на спину, стремясь погасить свою скорость и не сорваться вниз.

Все путешествие у них заняло около двух часов. Когда вся троица, наконец, достигла леса, ноги Декстера уже гудели, а плечи и спина ныли от боли. Но он старался не подавать виду. Достигнув небольшой заснеженной полянки Мария вновь скомандовала о привале. Декстер радостно сбросил сумку на снег и расправил плечи. В ту же секунду рядом с его головой со свистом пролетела стрела и вонзилась в ствол дерева неподалеку. Декстер вздрогнул от неожиданности и осмотрелся. Тут же, вокруг их скромной стоянки, из-за деревьев стали появляться люди в непонятных меховых одеждах. У большинства из них в руках были массивные топоры, а у нескольких были луки с натянутой тетивой и стрелами, направленными точно на Декстера и девушек. Это были мужчины, некоторое были высокого роста, но большинство чуть ниже Декстера. Почти все мужчины были зрелого возраста, с непокрытой головой. У них были длинные волосы, у кого-то они были заделаны в косы, у кого-то были сбриты виски, обнажая замысловатые узоры татуировок. Почти все они были русые, у кого-то волосы чуть темнее, у кого-то совсем светлые. У большинства воинов были длинные бороды, и только у одного из них борода была еще короткая и не слишком густая. Молодой юноша, держа в одной руке топор, вышел на поляну и приблизился к троице.

– Здравствуй, Одд, – поздоровалась Мария, на странном языке, однако Декстер, к своему удивлению, все понял. – Мне нужен твой отец. Халлвард все еще управляет общиной?

– Ваше величество, – юноша презрительно кивнул. – это вы. Мы заметили вас еще на горе.

– Я уже давно не королева, – Мария усмехнулась. – Так как поживает твой отец? Он обещал, что будет рад нам в любое время.

– Да, он жив, – юноша кивнул и махнул рукой сопровождающим его воинам. Мужчины опустили луки и топоры, и Декстер спокойно выдохнул – он не желал сейчас сражаться с кем-либо. – Идем, – юноша поманил рукой всех за собой и Декстеру пришлось вновь закинуть рюкзак на свои плечи.

Они шли по лесу в сопровождении этих свирепых мужчин, которые как-то странно посматривали на них. У Декстера в голове все еще метались мысли, пытаясь понять откуда он знает язык, на котором только что разговаривали Мария и этот юноша – Одд. На его лице выступила улыбка, а в голове вспыхнула мысль: «Ну конечно! На этом языке отдавались команды легионерам!» Декстер вспомнил, что, когда увлекался книгами в бункере, Хоук подсунул ему еще одну – с непонятными словами и предложениями. Это был самоучитель этого языка, которым Декстер не особо увлекался, но похоже Хоук внедрил в голову Декстера все необходимые знания для понимания речи этого народа.

Выйдя из леса, они попали на ту самую равнину, где располагались причудливые дома, усыпанные снегом. Одд распустил свой отряд и мужчины начали громко о чем-то беседовать на своем странном языке и направились кто куда, по своим делам. А юноша подвел всех троих к высокому бородатому мужчине с длинной косой и выбритыми висками, на которых причудливыми узорами располагались татуировки.

– Халлвард, – Мария поклонилась, и Стелле с Декстером пришлось тоже. – не больно-то у вас радушный прием.

– Мария, – мужчина откликнулся на вполне привычном для Декстера языке. – Мы вас не ждали, но все равно рады вашему приходу.

– Не ждали? – Мария неожиданно сбросила сумку со своих плеч и сделала шаг к мужчине. – В каком смысле, не ждали?

– Я… – этот бородатый великан на мгновение опешил и стал запинаться как мальчишка. – Я… Просто, это так неожиданно…

– Халлвард, – Мария заглянула в глаза мужчине, а голос вдруг резко стал отдавать печальными нотами. – Ответь мне… двери лаборатории… Они открылись…?

На лице мужчине пронеслась гримаса удивления, понимания и сменилась на печальную.

– Вот оно что… он все же сделал это… – Халлвард опустил голову и медленно покачал ей. – Двери закрыты… Никто из нее не выходил…

Мария тут же рухнула на колени прямо в сугроб. Она запрокинула голову, но из ее глаз градом хлынули слезы, а лицо искривилось от боли.

– Мне очень жаль… – голос здоровяка дрогнул, а на глаза навернулись слезы. – Видно, ему не удалось…

В тот же миг, внутри Декстера все оборвалось. В ту же секунду он все понял. Последний шанс, тот тлеющий огонек надежды, что разжигал пламя в этой женщине, придавал ей сил и заставлял стремиться сюда, угас…

«…ему не удалось…»

VI

Август сидел в коридоре госпиталя, уткнувшись лицом в свои ладони. Его город пылал, а народ страдал от катастрофических разрушений случившегося взрыва. Но юношу сейчас это мало заботило. Он сидел все в том же коридоре, как и месяц назад, в страхе за жизнь своей возлюбленной. Тогда, ему казалось, что все обошлось – отца вылечили, Эльза оклемается… Но теперь. Отец мертв, а Эльза…

– Милорд Вульф, – послышался неуверенный голос молодого лаборанта. – Можно вас…?

Август тяжело поднялся со своего места и подошел к молодому мальчишке в белом халате.

– Мы сделали анализ, как вы и просили… – начал лаборант трясущимся голосом. – Это было непросто, – он попытался улыбнуться и пошутить. – но мы… В общем, образцы были очень грязные, но… – Август смотрел на него своим тяжелым усталым взглядом. Ему казалось, что он уже знает ответ лаборанта, но все же решил дослушать. – Нам удалось обнаружить ДНК вашего отца на одном из клинков…

– На каком? Чей это был клинок?

– На клинке… – лаборант отвел взгляд. – На клинке, что принадлежал леди Вульф…

Август знал ответ уже заранее. Не хотел признавать. Не хотел верить в это. Но в глубине души он уже все давно понял. Стелла и Декстер были правы, его отца убила Эльза…

– Но ведь это ничего не значит, верно? – мальчишка-лаборант с надеждой заглянул в холодные глаза Августа. – Клинок могли и отобрать…

– Уничтожь эти сведения. Ты никогда не делал этого анализа. Обработай клинки и верни их мне.

– Но…

– Никому ни слова! – Август сверкнул своими голубыми глазами на мальчишку и тот вжал голову в плечи от страха. – Ты понял меня? – лаборант в страхе закивал головой.

Август вернулся в коридор и сел на скамейку. Лампа над его головой замигала и на мгновение погасла, оставив юношу во мраке своих тяжелых мыслей. Через несколько секунд она вновь зажглась – перебои с электричеством будут еще долго терзать этот госпиталь. Он пострадал не меньше всех остальных зданий в Северном районе. Справа по коридору открылись двери лифта и из него вышел Александр. На его лице была такая же мрачная мина, вся одежда была непривычно мятая, а глаза как будто потухли.

– Ваше Величество… – Август подорвался было встать, но король лишь устало махнул ему рукой и сел рядом.

– Как они…?

– Врач не выходил еще… – Август смотрел куда-то в пол, как и Александр. Их обоих сейчас объединяла не только боль за пострадавший город, но и страх потери любимого человека.

Дверь палаты отворилась и из нее выскользнул мужчина среднего возраста и роста – врач. Он быстро окинул сидящих на скамейке, сделал неглубокий поклон и поднял с груди планшет.

– Итак, у меня для вас две новости, с какой начать?

– С хорошей, если такие есть… – прошептал Август.

– Прогноз положительный, – врач что-то нажимал в своем планшете. – Однако, на данном этапе оба пациента находятся в глубокой коме. Нам придется медленно выводить их из этого состояния, чтобы не навредить здоровью.

– В коме? – Александр поднял глаза на врача, и тот кивнул.

– Да, Ее Величество тоже. Лорд Вульф, вам придется кое-что подписать, – врач протянул планшет Августу. – Вам нужно дать свое согласие на процедуру отторжения плода, – Август вздрогнул и поднял свой испуганный взгляд на мужчину. – Если вы хотите спасти свою супругу, то мы обязаны это сделать.

Август кивнул и приложил палец к считывающему устройству. Их с Эльзой первенец…

– У меня к вам просьба, – обратился Александр к врачу и Августу. – Мы можем перевезти пациенток во дворец семьи Вульф? – Август согласно кивнул.

– Даже нужно, – добавил врач. – Состояние здания оставляет желать лучшего. Оставлять пациентов здесь – небезопасно.

Прибыв во дворец, Август заперся в своем кабинете. Ему было тяжело на душе, все разом навалившиеся проблемы были слишком тяжелой ношей для его юных плеч. Из окна кабинета было видно оранжерею, половина которой была покрыта матовым тентом. Из-под него раздавались звуки стройки – рабочие, в том числе и члены Ордена, проводили расследование и восстановление обрушившейся части. Столько всего случилось за последние несколько дней.

Августу, вероятно, следовало отправится проведать Эльзу. Ее, как и королеву Анну, доставили в его дворец и расположили в спальнях. Они обе были в коме, и Александр сразу же отправился к своей супруге, желая провести с ней время, переживая за ее здоровье. А вот Август… Он не знал, что ему делать. Он, наверное, тоже должен был отправиться к Эльзе, но ему не хотелось. Может быть, намного проще было бы, если бы она осталась на корабле…?

Тяжелые мысли Августа были прерваны стуком в дверь, а затем, не дождавшись ответа, кто-то ее открыл.

– Август? – послышался женский голос, и в кабинет зашла девушка с длинными каштановыми волосами, убранными в хвост. На ней был черный плащ с крестами, а на лице маска.

– Вики? – Августу было неожиданно приятно увидеть сестру. Девушка подошла, и они обнялись.

– Как ты? – Виктория посмотрела на брата и потрепала его за щеку. – Я понимаю, что тебе тяжело сейчас, но, пожалуйста, не унывай, хорошо? – Август слегка приподнял уголки рта в горькой улыбке и кивнул.

Юноша сел за свой стол, а девушка села в кресло, напротив.

– Я пришла передать, что мама хочет провести похороны сегодня вечером. Без лишних лиц, только наша семья. Ну и Его Величество, видимо…

– Хорошо, я передам Альфреду… – Август кивнул.

– Мама уже дала все указания, – перебила Виктория. – это еще не все. Завтра я буду вынуждена вернуться в Константинополь, мое обучение еще не окончено…

– Я понимаю.

– Тогда, ты должен понять и маму тоже… – девушка подняла взгляд на брата. – Она хочет взять Октавиана и уехать к сестре в Берлин, – Август опустил взгляд и тяжело вздохнул. – Ты должен понять её, Август. Здесь ей все напоминает о папе… Она не вынесет всего этого. Будет намного лучше, если она уедет и немного развеется…

Август лишь кивнул в ответ. Может так оно и лучше. Он останется в этом огромном дворце совсем один. Они вновь обнялись с Викторией, и девушка ушла, оставив Августа в гнетущем одиночестве. Впрочем, он остался один ненадолго. В дверь вновь постучали, но в этот раз дождались разрешения войти.

– Милорд Вульф, – в кабинет вошел среднего роста крестоносец, явно молодой, еще даже не получивший звания рыцаря. – мы кое-что нашли… Разрешите?

– Да, – Август повелительным жестом указал на кресло и юноша сел, достав из сумки на поясе что-то в вакуумном пакете. – Что это?

– Мы нашли этот ключ-чип на полу в бункере, под обломками, – юноша положил ключ-чип в пакете на стол и потянулся в сумку за еще чем-то.

– А декодер?

– Да… Вот и он, – юный крестоносец положил на стол еще один пакет с какими-то обломками черного цвета. – К сожалению, декодер был уничтожен завалом… Я включил эти улики в расследование и хотел спросить, как мне быть с этим ключом…

– Я изымаю ключ-чип, – Август уверенным движением забрал пакет с чипом себе так быстро, что юноша даже не успел опомниться.

– Но, Лорд Вульф… Это же улика в расследовании…

– Удали. Немедленно! – прошипел на него Август и сверкнул своим ледяным взором. – Все, что вам удалось найти, это сломанный декодер. Ясно?

– Да-да, – юный крестоносец быстро закивал головой, схватил пакет с обломками декодера и поспешил ретироваться из кабинета.

Август ухмыльнулся про себя. Что-то было в этой власти, что давал ему титул. Он раскрыл пакет и достал из него изумрудно-зеленый ключ-чип. Раз его обнаружили на полу бункера, то он может хранить информацию того злополучного вечера. Августу выпал шанс самому разобраться в произошедшем, и он не станет его упускать. Декстер своими глазами видел смерть его отца и уверял, что это сделала Эльза. Что она заодно с предателями, задумавшими свергнуть Орден. Однако, сам же Декстер и спас Эльзу, оставив ему, Августу, право решать ее судьбу. И сейчас, он не знал, как должен поступить. Возможно этот ключ-чип – та информация, что хранится на нем – сможет помочь в разрешении его мучительной проблемы.

Август быстро оделся и, сев за руль своего автомобиля, отправился в Исследовательский центр, что располагался на окраине Восточного Жилого района. Там работал один его друг, человек, которому он может доверять, среди тех немногих кто остался. Примерно через час пути он добрался до чудного здания Исследовательского Центра. Это было серо-серебристое здание, внешне похожее на сильно деформированную букву «L». Всё здание было изогнутым, как будто было построено не из твердых материалов, а из жидкости, которую заморозили пока выливали на землю. Под горизонтальной частью здания располагался паркинг и входы непосредственно в многочисленные блоки центра и лаборатории. Здесь занимались научными исследованиями самых разных направлений, в том числе и брались за задания от Ордена. Август, припарковав свой автомобиль, направился ко входу. Ему нужно было попасть в вертикальную часть здания, в эту волнистую «башню».

Поприветствовав девушек на стойке информации, Август обратился к ним, показывая свою карточку.

– Мне нужен мистер Коломбо. Можете отвести меня к нему?

Через несколько минут девушка в белом халате уже вела Августа по коридору центра. Слева и справа были многочисленные лаборатории за стеклянными матовыми дверями. Девушка свернула направо и, приоткрыв дверь, показала Августу войти. Август оказался в огромном зале с черной матовой плиткой, белоснежным потолком и стеклянными панорамными окнами, в которых были видны заснеженные окраины полиса. Слева шли ряды огромных длинных столов с установленными на них какими-то устройствами. Вдалеке целая группа молодых ученых в белых халатах что-то бурно обсуждала, а справа за отдельным стеклянным столом сидел юноша в фиолетовом костюме, белой рубашке и белых перчатках. На спинке его кресла висел белый халат, а сам юноша что-то активно печатал на клавиатуре. Он был смуглый, темноволосый, с темной, но коротко и аккуратно подстриженной бородой, и зализанной прической. Его лицо имело женские черты, а движения рук были иногда слишком пластичные для юноши.

– Тони? – обратился Август и подошел к столу. Юноша тут же оторвал свои карие глаза с черными длинными ресницами, вскинул руки и вскочил со своего места, заключая Августа в объятья.

– Август, друг мой! Как давно я не видел тебя! Я слышал, что случилось, это ужасно. Бедный Себастьян, он был очень хорошим мужчиной… Что привело тебя ко мне? Хочешь, чтобы Тони утешил тебя в своих объятьях? – спросил Тони, уже усаживаясь обратно в кресло. Август пододвинул рядом стоящий стул и сел рядом.

– Спасибо, Тони, но я здесь не за этим, – смуглый юноша скорчил грустную рожицу. – У меня к тебе задание, – Август достал из сумки ключ-чип и положил его на стол. – нужно узнать, что на нем.

– Конечно, все для тебя, – юноша быстро схватил своими руками ключ-чип и покрутил его. – Давай декодер.

– Тони, – Август усмехнулся. – декодера нет. Сломан.

– Август, сладкий мой, – Тони причмокнул, положил чип на стол и удивленно уставился на Августа. – Ты же знаешь, что без декодера это штуку не взломать. Без него невозможно узнать, что хранится на чипе.

– Вот поэтому, – Август похлопал по плечу Тони. – я и приехал к тебе. Уж кто-кто, а ты сможешь вскрыть этот орешек.

– Я бы лучше другой орешек вскрыл, – обиженно заныл Тони. – В любом случае, у меня нет времени заниматься этими делами, Август. Нужен человек из Ордена, чтобы раздобыть всю необходимую информацию. Я так понимаю, мы еще и незаконно это делаем, верно? Есть у тебя те, кому ты доверяешь?

– Боюсь, все, кому я доверял, меня покинули… – печальным голосом прошептал Август. – Хотя… – Август задумался, а Тони вопросительно поднял брови. – Я пришлю тебе свою ученицу. Она Послушница, ничего еще не знает и толком не умеет… Но к Ордену отношение имеет. Подойдет?

– Лучше бы Послушника, – Тони крутанулся на своем кресле и направил свой взгляд в экран. – Но сойдет. Присылай завтра, тогда и решим, что делать.

VII

На широкой заснеженной площади, по центру поселения Вик, собралась целая толпа народу. Темное небо нависало над собравшимися людьми и лишь луна слабо освещала их печальные лица. По центру площади расположился сложенный из веток и небольших бревен погребальный костер, который вот-вот должны будут зажечь в память об ушедшем человеке…

На центр площади вышел один из местных – мужчина с зачесанными назад волосами и длинной бородой, заплетенной в косичку. Декстер уже успел познакомиться с ним, его звали Эйнар. Сам Декстер стоял чуть поодаль, на небольшом возвышении, не решаясь подойти ближе. Эйнар вышел к костру, в его руках был большой ручной барабан, в который он стал бить через равные промежутки времени, чем-то напоминая сердцебиение. Через мгновение Эйнар затянул своим мелодичным, но печальным голосом песню, значение которой Декстер прекрасно понимал и его сердце сковала тоска…

Из толпы людей вперед выступили несколько фигур, две из которых – Мария и Стелла – взяли в руки факелы и подошли к погребальному костру. Остальные фигуры – Халлвард – ярл этого поселения, со своей супругой и детьми, включая сына Одда, ступили ближе, чтобы склонить головы. Как только Мария и Стелла коснулись факелами бревен, те вспыхнули, заливая ярким светом всю площадь.

Сделав небольшой шаг назад от разгорающегося пламени, Мария опустилась на правое колено, прижав свою правую руку к сердцу. Следом за ней опустилась на колено Стелла, прощаясь с отцом… Халлвард опустился следом, затем его супруга, затем его две дочери… Его сын Одд, слегка поколебавшись, решил также преклонить колено, провожая Хоука в последний путь. А следом, сердце Декстера екнуло. Вся площадь, люди, которые ее заполонили, ряд за рядом, опускались на колено и прижимали руку к сердцу, прощаясь с этим необычным человеком. Через несколько мгновений на всей этой огромной площади, каждый пришедший уже стоял на колене, опустив голову…

По щеке Декстера скользнула слеза. Он опустился на правое колено, прижал правую руку к груди и сжал ее так, будто страшная боль пронзила его сердце. «Прощайте, мистер Хоук… Вы навсегда останетесь в моем сердце… Все эти люди, нет… весь мир, преклоняет колено перед вами…»

Декстер опустил голову, но странный пронзительный крик заставил его поднять взгляд. Из глаз, как он не пытался успокоить себя, градом текли слезы, но они тут же остановились, когда он увидел огромную тень, пронесшуюся над ним. С громким хлопком на стоявшее неподалеку дерево, на его сухую ветвь, приземлилась огромная птица с большими коричневыми крыльями, загнутым клювом и желтыми лапками. Птица властно окинула своим красно-коричневым оком всю площадь, выпятила вперед бело-полосатую грудь и, с пронзительным криком, взмахнула своими огромными крыльями, взмывая высоко вверх. Она еще несколько раз прокричала своим пронзительным визгом, сделала круг над пылающим костром и унеслась куда-то в темную даль.

Декстер поднялся с колена, чтобы лучше видеть птицу и, когда она скрылась в темноте, заметил, что не он один провожал ее взглядом. Мария, давно уже поднявшись, продолжала смотреть вслед птице, и Декстер заметил, с какой силой она сжала свои кулаки…

Декстер сидел у огня в доме ярла Халлварда в полумраке. Языки пламени плясали в его глазах, но взгляд был пуст, а лицо печально.

– Не нужно лить слезы по нему.

Декстер встрепенулся от неожиданности.

– Ярл Халлвард, – Декстер кивнул и взял протянутый стакан.

– Хоук не хотел, чтобы кто-то печалился о его смерти, – продолжил ярл и сел напротив Декстера, отхлебывая эль из кружки. – Он не малого достиг, больше чем кто-либо. Уж он-то точно не в пустую прожил свою жизнь.

– Вы его знали? – Декстер тоже отхлебнул горько-сладкого эля. – Все в этом поселении склонили колено…

– Естественно, – мужчина кивнул. – ведь мы живем здесь только благодаря ему.

– К слову, – в юноше вновь проснулось любопытство и слегка прогнало печаль. – Как так вышло, что вы живете здесь… Ну… без ордена?

– Орден – это порядок, – хмыкнул Халлвард. – А порядок у нас есть. Во времена войны мой дедушка был другом Хоука… Когда государства пали, когда нас было некому защищать, перед людьми встал выбор. Либо они уходят во власть Ордена и становятся гражданами их полисов, либо пытаются сами существовать своими общинами.

– Но ведь, – Декстер задумался. – Ведь с общинами Орден тоже воевал? Разве не так?

– Нет, – Халлвард вновь пригубил эля. – это общины воевали с Орденом. Люди не могли смириться с потерями, жаждой отмщения. Кто-то видел в Ордене захватчиков и угрозу. Мой дед, собрал всех свободных людей Скандинавии и предложил им создать общину свободного народа. Он призывал просто жить, а не пытаться вести партизанские войны с крестоносцами. Кто-то прислушался к его идеям, кто-то нет. Так или иначе, уже мой отец, в конечном счете, закончил его затею. Хоук прибыл к нам, с армией, со своими легионами, танками, кораблями… Войной это нельзя назвать. У них было все, а у нас ничего. Мой отец требовал переговоров, и Хоук согласился. Он узнал в нем сына своего товарища, и заключил с нашей общиной договор…

– Он знал вашего деда?

– Да, у Хоука была страсть к этим землям, природе, культуре. Так вот, – продолжил Халлвард, подождав пока сядут подошедшие к огню Мария, Стелла и Фрея – супруга Халлварда. – Я рассказываю почему мы живем тут. Хоук согласился дать нам право жить на его землях, – Мария ухмыльнулась. – Да, он все земли считал своими. Он позволил нашей общине существовать при условии, что мы никогда не попытаемся воевать с Орденом или как-то мешать его существованию. Иными словами, мы живем в своем мире, а там, – он махнул рукой куда-то в сторону. – люди живут в своем, в полисах и с Орденом.

– И много еще таких поселений существует? – Декстер вопросительно повернулся к Марии, но та ушла от ответа, лишь загадочно улыбнувшись и пожав плечами. Декстер нахмурился. – Вы сказали, что он знал вашего деда? Как давно это было?

– О, – протянул Халлвард. – так давно, что я уже с трудом верю, что все рассказы моего отца правда.

– Что за рассказы? – не унимался Декстер.

– Ну… – задумался Халлвард.

– Например, рассказ, как Алексис стал Ястребом или, как он сорвал печать, – ответил за ярла подсевший к огню мужчина. Он был худой, но мускулистый, с рыжими длинными волосами, собранными в косичку и длинной рыжей бородой усыпанной мелкими косичками с кольцами. Все его тело было усыпано татуировками с различными рисунками и символами.

– О, это Хальфдан, – указал рукой ярл на рыжего мужчину. – Он наш главный ученый и татуировщик по совместительству.

Хальфдан принес кувшин с элем и наполнил бокалы всем сидящим.

– Что за рассказы? – вновь повторил Декстер, отхлебнув из кружки. – Расскажите мне? – после его вопроса все резко замолчали, и Хальфдан вопросительно посмотрел на Марию.

– Ты же должен понимать Декстер, – начала она после небольшой паузы. – Он не родился с такой фамилией. Он был… другим человеком. Мы начинали свою жизнь иначе и… даже не думали, что все обернется именно так… – у нее на глазах навернулись слезы, и она замолчала. Декстер почувствовал себя виноватым, что задает такие вопросы и тревожит столь свежую рану.

– Алексис, на сколько мне известно, – начал Халлвард. – Мечтал увидеть «Колыбель жизни». Так он называл центр нашей галактики – место, где из пыли рождаются целые миры. Но, вряд ли, в том мире, в котором он родился это можно было воплотить в жизнь…

– У нас были другие цели, – перехватила рассказ Мария, вытирая слезы. – Но мир был жесток к нам. Наши мечты были никому не нужны. Наши исследования были никому не нужны. Мы были никому не нужны… И тогда, Алекс он… изменился. Тогда родился Хоук. Человек, который был способен перекроить этот мир так, чтобы наша мечта сбылась… – она ухмыльнулась. – Хоук был амбициозен. Настолько, что не просто рвался изменить мир, нет. Это было не главное. Он стремился изменить себя, стать подобным богу…

– И у него это вышло, – кивнул Халлвард. – Он, при жизни, был выше всех нас. Был ближе всех к богам. Но одно, делает нас всех равными… Смерть… Увы, ее ему победить не удалось…

– А как он стал таким? – Декстер хотел сменить печальные разговоры, на что-то более воодушевляющее. – Вы назвали еще один рассказ, сорвал… что?

– Срыв печати, – кивнул Хальфдан, отпивая эль. – Так он назвал обряд, в котором можно получить контроль над своим телом.

– Контроль…? – Декстер встрепенулся. Похоже, он единственный кому были интересны эти истории. – Это то самое различие между ним и обычным человеком? Вы что-то знаете об этом?

– Знаем, – кивнул ярл. – мой дед, как раз, был свидетелем этого события.

– Это было здесь…? – Декстер был удивлен.

– Да, – Хальфдан кивнул. – Это было какое-то неведомое сочетание трав и грибов в сублетальной дозе. Затем, нужно было погрузить тело в ледяные воды фьорда…

– И вы знаете как это сделать? – глаза Декстера загорелись. – Вы знаете, как провести этот обряд?

– Нет, – Халлвард покачал головой. – Мы знаем лишь, что так он стал тем, кем был. Он провел в коме трое суток, все были уверены, что он просто убил себя и все…

– А затем, он очнулся, – кивнул головой Хальфдан.

– Трое суток? – Декстер задумался. – Он говорил мне, что провел несколько месяцев, стремясь заполучить контроль над собой…

– Так и было, – ответила ему Мария. – то место… Тот… мир. Время течет неодинаково. Он провел там три месяца, а здесь пролежал трое суток. Я тоже была там… Но меньше.

– Да, – качнул головой ярл. – говорят, вам хватило двух суток, чтобы прийти в себя.

– Мария, миледи, – Декстер повернулся к ней. – Вы можете провести этот обряд на мне? Или рассказать мне о нем? – Стелла невольно вздрогнула, обиженно посмотрела на Декстера, встала и ушла куда-то в темноту комнаты.

– Я что-то не так сказал…? – Декстер опешил.

– Я ничего не могу рассказать тебе, Декстер, – Мария печально покачала головой. – Только Хоук знал, как это можно сделать.

– Любые попытки повторить это, – хмыкнул Хальфдан. – без его ведома – приводили просто к смерти.

– Да уж, – Халлвард тоже улыбнулся. – Хоук был не из тех, кто легко расставался со своими тайнами. Вы, говорят, со Стеллой вместе? – ярл неожиданно перевел разговор в иное русло.

– Ну… да, – Декстер немного засмущался.

– Надо бы возвести вам свою лачугу. Но это подождет до лета, а пока, можете пожить в моем доме.

Мария согласно кивнула.

– Пожить? Мы здесь надолго? – Декстер удивленно посмотрел на Марию.

– Насовсем.

VIII

Собрание Совета Ордена длилось уже почти два часа. Жаркие споры, то угасали, то вновь вспыхивали с новой силой. Некогда объединенный совет, теперь трещал по швам от разногласий Лордов и Магистров, а Александр никак не мог успокоить их. Эти люди привыкли решать простые проблемы, совсем отвыкнув от серьезных катаклизмов, и произошедший взрыв выбил их из привычной колеи. Лорды с ужасом обсуждали, что теперь ждет Орден, и какие дальнейшие шаги им следует предпринять.

Август сидел на своем привычном месте в большом зале своего дворца. Справа, где всего несколько дней назад сидел его отец, теперь сидел Александр, а рядом с ним зеленоволосая Советница – Си. На правом плече ее пиджака была изображена красная птица – герб королевской семьи, а на вороте располагалась небольшая металлическая круглая брошь с непонятным символом. Девушка выступила в самом начале собрания, и вести, принесенные ей, стали причиной столь горячих дискуссий. Взрыв ядра корабля оказался довольно слабым, как заверила Советница, однако все, что находилось в буферной зоне, как раз под днищем судна, было стерто с лица земли будто ластиком. А возникшая тепловая волна раскалила обломки корабля и вызвала страшные лесные пожары. К счастью, их оперативно устранили, но вот та ударная волна, что докатилась до города, нанесла страшные повреждения. Северный Жилой район встретил удар и защитил собой весь остальной город, погасив большую часть силы ударной волны. Вот только, несколько небоскребов рухнули, унеся с собой почти пять тысяч жизней. Десятки тысяч жителей получили ранения, кто-то остался без крова, у кого-то сильно пострадало имущество, а кто-то потерял родных и близких. Теперь Ордену предстояло разрешить все возникшие проблемы, восстановить все, что было разрушено, оказать помощь всем гражданам и выплатить компенсации тем, кто потерял родных и близких. Жаль, что это так легко звучало лишь в теории…

– Я считаю, – гневно проговорил Лорд Конотори, глава Токийского Полиса. – что это целиком и полностью вина юного лорда Вульфа! Магистр Кляйн предупреждал нас! При Себастьяне такого произойти не могло! А стоило взять город в свои руки мальчишке, как за трое суток прогремело три теракта! Три! Вы вдумайтесь в это!

– Боюсь, я вынуждена согласиться с Лордом Конотори, – закивала Лорд Фокс. – Люди всегда тяжело относились к нашему тотальному контролю. А теперь, он себя не оправдал. Орден себя не оправдал. Произошедшее, целиком и полностью вина Лорда…

– Довольно, – с тяжелым стоном проговорил Александр. – Сейчас не важно кто виноват. Намного важнее заняться восстановлением повреждений. Часть Северного района придется полностью перестроить, многие здания не подлежат ремонту. У нас десятки тысяч граждан в больницах, многим из которых нужны дорогие препараты…

– Прошу прощения, Ваше Величество, – перебила София Фокс. – уж не хотите ли вы сказать, что другие полисы должны расплачиваться за промахи Лорда Вульфа? На все нужны средства, но произошедшее бьет не только по карману Ордена, а еще и, в первую очередь, по его статусу! Народ начнет сомневаться в нас, в нашей власти. В необходимости существования Ордена как структуры, которая при всех своих возможностях не смогла предотвратить подобную катастрофу!

– Очень горестно это признавать, – откликнулся Лорд Пардус. – но миледи Фокс права. Для компенсации затраченных средств следует поднять налоги, но если наши жители будут расплачиваться за промахи Ордена…

– Мы могли бы сделать ставку на луну? – предположил Лорд Мун, которого Александр заочно назначил Лордом Лунного Полиса. – Разработка некоторых месторождений на спутнике, могла бы окупить многие наши вложения…

– Это исключено, – резко перебила мужчину Си. – Причина детонации ядра «Надзирателя» – неизвестна. Пока не будет проведено расследование, следует заморозить все проекты программы колонизации. Кроме того, в доки должны быть направлены все суда, на которых были поставлены ядра последнего поколения.

– Вы… Вы, верно, шутите? – ошарашенно прошептал Лорд Мун.

– Мне очень жаль, Найджел, – покачал головой Александр. – Но моя Советница права. Мы обязаны исключить вероятность повторения подобной катастрофы. До тех пор, пока не будет проведено расследование и не будет выяснена причина произошедшего, все проекты заморозить. Предстоящий квартал пройдет под флагом восстановления. Лорд Стоут, вы станете Лордом Франкии официально чуть позже…

– Ваше Величество, – перебил короля Лорд Мун. – позвольте возразить! Наша экономика держится на постоянном расширении. Приостановка колонизации лишит несколько миллионов человек работы, встанут несколько тысяч предприятий, выполнявшие заказы для колонизации… Чего уж говорить про верфи и экипажи кораблей!

– Мы все им компенсируем, – отмахнулся Александр. – мы замораживаем проекты не насовсем, а лишь на первый квартал, пока идет расследование.

– Ваше Величество, – в разговор вступил один из Магистров. – это грозит нам экономическим кризисом. Вы хоть представляете объемы средств, которые нам будет необходимо потратить?

– Представляю, – кивнул Александр. – На нашем прошлом заседании Лорд Вульф смело выдвинул Вотум Недоверия нашему совету из-за подозрений в предательстве. Расследование привело нас к моей сестре… – Александр опустил голову и сделал небольшую паузу, а среди присутствующих пронеслась волна перешептываний. – Взрыв судна унес ее жизнь. И я приказал упразднить Инквизицию, вследствие гибели ее предводительницы. Поэтому, Вотум Лорда Вульфа отзывается, а те средства, что должны были быть направлены на содержание Инквизиции, будут частично перенаправлены на выплаты компенсаций. Так мы избежим значительного повышения налогов…

– Боюсь, Ваше Величество, – вновь донесся голос Магистра. – этих средств будет недостаточно. К тому же, как правильно заметили присутствующие здесь глубокоуважаемые Лорды, произошедшее сильно бьет по репутации и статусу Ордена. Если же нам и удастся закрыть все расходы на восстановление, то на содержание людей, потерявших работу – средств явно не хватит. А значит, вам придется поднять налоги в разы, что еще больше взбудоражит умы людей. Я считаю, что нам следует назначить новую дату проведения Ежеквартальных Правок и…

– Их не будет, – голос Александра был тверд. – Народ сейчас в состоянии шока. Они не способны принимать взвешенные решения. По праву Короля, я отменяю Ежеквартальные Правки в этом триместре. Народ не сможет рационально воспользоваться своим правом. Они будут голосовать против повышения налогов, и активно проголосуют за выплаты компенсаций. В таком случае, наша экономика точно рухнет.

– Но в таком случае… – Лорд Фокс была, как и многие, ошарашена решением короля. – Народ еще более негативно отреагирует на ваше решение!

– Нам нужно собраться с силами! – Александр, видимо уже устал от этих бесконечных дискуссий. – Правок не будет. Мы повысим налоги, не только для граждан, но и для предприятий. Займемся восстановлением Ньюполиса и оказанием помощи всем пострадавшим. Когда все закончится, мы вернем налоги к привычным значениям. Народ должен понять и принять наше решение…

– Ваше Величество, – донесся голос Магистра. – позвольте предложить вам более… тонкий подход?

– Магистр Дрейк, – Александр тяжело вздохнул, и Август прекрасно понимал его. – Я вас слушаю.

– Я предлагаю вам использовать средства, предназначавшиеся для Инквизиции на создание Торговой Гильдии…

– Вы опять с этим предложением…

– Ваше решение, Ваше Величество, – продолжил Магистр Дрейк, не смотря на реакцию Александра. – временное. Оно поможет нам преодолеть кризис здесь и сейчас. Но это только в том случае, если расследование не затянется, и мы в скором времени вновь войдем в привычное русло. А что делать, если все не ограничится одним кварталом? Если нам придется поддерживать десятки миллионов людей не три месяца, а четыре? Пять? Если мы продолжим поднимать налоги, народ начнет беднеть, производства станут повышать цены, начнет усиливаться расслоение. Поднимется уровень недовольства, который и так подскочил после последних событий…

– Что вы предлагаете? – не выдержал Александр.

– Направьте средства на создание Торговой Гильдии. Обяжите все частные производства вступить в нее и выплачивать отдельные членские взносы. Так, все частные производители смогут помочь нам миновать этот кризис, а взамен, Орден, в лице Торговой Гильдии, окажет помощь любому вложившемуся предприятию, когда им потребуется помощь. Мы получим контроль над средствами не только граждан, но и над потоком средств частных компаний, возьмем под контроль частные потоки средств и сможем за счет этого без особых последствий миновать кризис.

Александр задумался, а Август уже рвался сбежать с этого заседания. Ему было совсем не до этого и все мысли его были отнюдь не о городе…

– Я подумаю над вашим предложением, Магистр Дрейк, – после паузы ответил Александр. – Но пока, подведем итог. Я, с позволения Лорда Вульфа, – Александр посмотрел на Августа и тот кивнул. – останусь в Ньюполисе и лично прослежу за всеми этапами восстановления. Мои Советники отправятся в Столицу за меня и займутся решением локальных вопросов, – Си бросила недовольный взгляд на Александра, но промолчала. – Правок не будет. А всем Полисам следует поднять налог на предстоящий квартал. На этом, собрание Совета окончено.

Поздним вечером, после столь утомительного заседания, Августу предстояло пережить еще одно, крайне тяжелое для него, событие. В оранжерее, в уцелевшей ее части, на одном из участков был сложен погребальный костер, на который возложили тело Себастьяна. Август взял факел и подошел к телу отца, покрытому специальным раствором, в последний раз окинув его взглядом. Его мама, вся в черных одеждах, стояла неподалеку и крепко прижимала к себе младшего сына. Виктория стояла рядом и твердо смотрела на Августа, а Александр расположился чуть поодаль возле дерева. Сестра кивнула, и Август поджег костер. Пламя мгновенно охватило бревна и ветки, жгучим теплом переползая на тело Себастьяна. Август сделал небольшой шаг назад и со слезами стал смотреть как над телом отца начал плясать белый дым. Пламя перекинулось на похоронные одежды, и стало медленно пожирать мертвое тело…

Мама не выдержала и разразилась слезами. Август бросил на нее взгляд и увидел, как Александр опустился на одно колено и прижал руку к груди. Древний ритуал прощания… Август опустился на правое колено и правой рукой сжал до боли грудь. Эта боль была ничто по сравнению с той, что терзала его сердце. Пламя медленно поглощало Себастьяна, превращая его тело в прах, а из глаз Августа потекли реки слез, которые он с таким трудом сдерживал все это время…

Левого плеча Августа коснулась чья-то рука. «Эльза?» Август поднял свои глаза, заплывшие от слез и провел рукой по ним, смахивая мешавшие капли. «Нет… Вики».

– Я в порядке, – прошептал он, а Виктория сжала его плечо еще сильнее. Как отец когда-то…

– Не говори глупостей, – тихо произнесла она. – отец был всем для нас…

Август не выдержал. Слезы текли из его глаз безостановочно, как он не пытался взять себя в руки. Он вскочил и обнял сестру.

– Как я буду жить без него… – прошептал он сквозь слезы. – Вики… Я ведь… я ведь глупый ребенок…

– Ты Лорд, – Виктория крепко обняла его и погладила рукой по голове. – Ты сильный, отец всегда говорил это. Вовсе не тело имея ввиду…

Август слегка отстранился и кивнул.

– Ты права…

– Август, – девушка заглянула ему в глаза. – крепись, хорошо? Будь сильным. Теперь у этого города остался лишь один волк. Все будет хорошо… – она вновь обняла его.

Вскоре, в оранжерее не осталось никого кроме Августа. Только он сидел на траве и смотрел на тлеющие останки, со слезами на глазах. Он должен был проводить отца в последний путь и довести это дело до конца. Маме чужды взгляды Ордена, хотя она никогда об этом открыто не высказывалась. Через некоторое время к Августу подошел Александр и протянул ему горшок с ростком.

– Это дуб, – тихо проговорил он. – Я подумал, что твоему отцу как никому другому подойдет это древо…

– Спасибо, – Август едва заметно кивнул и встал. Под кострищем располагалась специально выкопанная ямка, куда сгребались истлевшие останки и высаживалось дерево. Так Орден не только увековечивал могилу погибшего, но и подчеркивал свою философию – смерть одного, порождает жизнь другого, не прекращая вечный цикл. Август голыми руками стал сгребать еще обжигающе горячие останки в ямку, а затем залил все водой и взял из рук Александра саженец. Он извлек его из горшка и пересадил в ямку, выровняв землю руками.

Была уже глубокая ночь, но двое в этом огромном дворце не спали. Август и Александр расположились в одном из залов у камина и пытались унять свою душевную боль крепкими напитками. Некоторое время они просто молча смотрели на пламя и прикладывались к напитку, не решаясь нарушить гнетущую тишину.

– Простите меня, – наконец, прервал молчание Август. – Ваше Величество. Совет прав, это моя вина, что все произошло… Я был слишком глуп и слаб. Не видел, что происходило у меня под носом… И понес страшное наказание за это…

– Не говори глупостей, Август, – откликнулся тихим голосом Александр. – если кто и виноват во всем случившемся, то это я. Мой отец, мама, сестра… Вся моя семья погибла в этом взрыве… И только я виноват в этом. Я ошибся… запутался… Я уже не знаю, что правильно, а что нет…

– Мне очень жаль… – Август только сейчас понял, что он единственный, кто в курсе, что Стелла, Декстер и Мария живы. Но он не стал ничего говорить королю. Пока что, во всяком случае…

– Я потерял всех, – продолжил Александр. – даже моя супруга в коме и неизвестно, сумеет ли она выкарабкаться… Я… Мы через столько с ней прошли… Мы встретились, когда мне было двадцать, а ей девятнадцать, – он хмыкнул. – Она попала в одну нехорошую историю, за которую отец бы вышвырнул ее из Ордена… Но я помог ей… мы через многое прошли тогда… И больше не смогли уже расстаться.

– Что же случилось там, на корабле? – спросил Август. – Неужели нет никаких известий?

– Нет… – Александр покачал головой и пригубил виски. – Все, кому удалось спастись говорили лишь о каких-то взрывах… Система безопасности заставила их покинуть корабль и этим спасла. Мои Советники вытащили меня оттуда… А ведь я мог просто отпустить их…

– А Анна?

– Не знаю… Ее капсулу нашли лишь потом. Она была без сознания, после чего ее доставили в госпиталь… Все что я знаю. Август, – Александр, вдруг резко поднял голову и направил свой взор на него. – ты единственный кому я сейчас могу довериться. Прошу, займись расследованием этого взрыва? У тебя есть доверенные люди? Кому можно поручить подобное?

– У меня есть друг в Исследовательском Центре…

– Можешь дать ему указание? Я дам всё необходимое, предоставлю все собранные сведения…

– Ваше Величество…? Разве нам есть кого опасаться? Вы сказали…

– Август, – король резко перебил его. – Я знаю, что сказал. Выполни пожалуйста мою просьбу, отдай приказ своему другу и не подпускай к этому расследованию никого из Ордена…

Август вопросительно посмотрел на него, но задавать вопросов не стал и лишь согласно кивнул.

– Сделаю.

На некоторое время вновь воцарилась пауза, которую неожиданно прервал Александр.

– Я ведь… Понимаешь, я был уверен, что поступаю правильно… Это… это вообще его вина… Он всегда любил ее больше, чем меня… Все время лишь «Стелла, Стелла»… И мама туда же… Она была другой… не такая как я… Куда уж мне до этих «сверхлюдей»… – Александр также неожиданно замолчал, а затем, вновь продолжил.

– Это его вина… Он сам стал причиной всего этого… Ты понимаешь, Август?

– Не особо, – признался Август, покачав головой.

– Я всегда рос в его тени. Он был великим, завоевал мир… Всегда все решал, правил железной рукой… Что ждали от его сына? Того же, если не большего… А пришел я… И вообще. Он сам раздразнил их! Это его вина, не моя! Он создавал законы для других, а сам даже не пытался их соблюдать! Вот скажи, во сколько все крестоносцы должны уходить служить в храмы?

– В семьдесят… Это и на короля распространяется?

– Да, – Александр неуклюже кивнул. – А сколько ему было, когда он меня короновал? Сто двадцать шесть! Никто об этом не знал… Но я-то знаю! Почему он не сложил с себя полномочия в семьдесят, как предписывал всем остальным, а?! Он запрещал жестокость, необдуманные убийства… Требовал слушать мнение граждан… Ввел эти дурацкие «священные законы»… А сам?! А? Сам казнил людей направо и налево! Реки крови текли по ступеням нашего дворца! Он пренебрегал желанием народа, когда считал это нужным! И ничего… все проглатывали… Просто потому что боялись. Вот он и добился своего… Это все его вина…

Алкоголь сделал свое дело, и Александр утонул в пьяном сне. Август остался предоставлен сам себе на несколько минут, пока его медленно сковывал сон. Последнее, что пронеслось в его голове – слова отца, переданные ему от его учителя Хоука: «не всегда правильно, поступать правильно». И Август провалился в темноту сна…

IX

– Вашу карточку, пожалуйста, юная леди, – проговорил старик в темной рясе, протягивая руку к Юле.

– М… У меня там, немного денег было… – Юля робко протянула карточку монаху, который приложил ее к какому-то считывающему устройству.

– Не переживайте, – старик улыбнулся своим морщинистым лицом. – Отныне вы Послушница Ордена. Вам положены выплаты за работу, а ваша карточка теперь сможет отворить самую первую дверь в Орден, – он вернул карточку Юле и вышел из-за своей стойки в главном зале храма. – Ступайте за мной.

Монах повел Юлю куда-то по залу, завел за алтарь в небольшую комнату с множеством шкафчиков.

– Леди Блэкстоун сказала, что вас ждут во дворце, – старик разговаривал тихо и многие звуки проглатывал, так что Юле приходилось угадывать, что же именно он говорит. – Вам нельзя появляется перед высшим кругом в таком виде…

С этими словами, он нажал на какую-то кнопку и разложил прямо перед собой небольшой столик. Из шкафчика рядом он достал небольшой контейнер, открыл его и выложил содержимое на столик. Это были герметичные полупрозрачные пакеты, с не очень понятным, пока что, содержимым.

– Прошу, – старик махнул рукой, подзывая Юлю к столу. – отныне это ваша форма. Это жилет Послушницы, брюки, сапоги, поясная сумка, оружие и плащ-накидка, – он сопровождал слова перекладыванием пакетов в одну стопку, поближе к Юле. – Померяйте, чтобы убедится, что мы не ошиблись с размерами. Переодеться можно вон там.

– И мне всегда теперь ходить в этом? – спросила Юля, рассматривая и перебирая пакеты.

– Если пожелаете. Но носить эту одежду при выполнении поручения – обязательно.

Юля взяла вещи и прошла в раздевалку. Она была в брюках, белой блузке и свитере, а поверх всего было надето пальто. Она сняла пальто и свитер, а затем переодела брюки. Те, что давал Орден, плотно сели, но, к ее удивлению, не стесняли движения. Ткань очень хорошо тянулась, при этом сохраняя упругость. Юля посмотрела на себя в зеркало – брюки сильно обтягивали ягодицы, округляя ее сзади. «Хорошо, что поверх будет плащ» – подумала девушка. Следом она взяла в руки увесистую коричневую жилетку – в ткань были вшиты тонкие пластины – на левой ее части красовался небольшой красный крест – символ Ордена. Вместо молнии или пуговиц жилет застегивался каким-то необычным образом. По краям ткани шли металлические ромбообразные выступы в шахматном порядке. Подобно зубчикам они смыкались, глубоко утопая в ткани и крепко сцеплялись, не позволяя расстегнуть жилет пока не будет нажата кнопка. Юля, покрутив жилетку, наконец, надела ее на себя и застегнулась. Несмотря на небольшую выпирающую на груди пластину, Юле было не очень комфортно – грудь у нее была явно больше, чем рассчитывали создатели этого жилета, из-за чего она неприятно прижималась. Немного поерзав, Юля все же смирилась с этим стеснением и перешла к поясной сумке. Это был широкий ремень, к которому крепилась длинная сумка, во всю спину и кобура с шоковым пистолетом справа, которая закреплялась ремнями на бедре. В сумке было множество приспособлений на разные случаи жизни, включая небольшой набор первой помощи. Затем она надела высокие коричневые сапоги с небольшим каблуком и накинула черный плащ без рукавов и символов, с капюшоном. Осмотрев себя в зеркале, Юля улыбнулась. Возможно было несколько непривычно, но, в целом, девушка была довольна, ведь она, наконец-то, стала той самой Послушницей, не потратив на обучение даже года. Может быть, кто-то считал, что она торопится, но девушке так не казалось.

– Все ли тебе подошло? – мисс Блэкстоун неожиданно подкралась к Юле так, что девушка слегка вздрогнула.

– Ой… Да, спасибо. Слегка жмет в груди, но…

– Привыкнешь, – усмехнулась Настоятельница и тут же сменила выражение лица на серьезное. – Я вызвала для тебя такси. Тебя ждут во дворце. Ступай. Не заставляй своего наставника ждать тебя.

Улицы города были заснеженными и пустынными, будто весь город вымер. Лишь изредка кто-то шел по тротуару, или встречались автомобили. Указание для граждан оставаться дома было все еще в силе, работали лишь те, чей труд был жизненно необходим для города в эту трудную минуту. Однако, когда такси миновало деловой район и въехало в Восточный Жилой, картина кардинально изменилась. Здесь, напротив, было огромное количество народу, всюду сновали военные транспортники и автомобили медицинской помощи. Людей, что пострадали или лишились жилья в Северном районе, спешно расселяли по другим районам или предоставляли временное жилье, параллельно оказывая всевозможную медицинскую и психологическую помощь. Повсюду мелькали плащи крестоносцев – они в первую очередь оказывали помощь, и, как показалось Юле, задействованы были все от мала до велика. Среди взрослых крестоносцев постоянно мелькали юноши и девушки в плащах без крестов – дети, еще не заслужившие право быть полноценными членами Ордена, уже были вынуждены принимать участие в ликвидации последствий.

Через некоторое время такси, миновав мост, свернуло с основой дороги куда-то в лесную чащу, а еще через некоторое время остановилось около массивных ворот. Юля опустила стекло и приложила карточку к терминалу. Ее ждали, а значит, ее карточка сейчас была ключом от этих ворот. И действительно, ворота медленно отползли в сторону, пропуская автомобиль на территорию дворца. Время уже приближалось к полудню, когда Юля вышла из такси, расплатилась за услугу и направилась к дверям дворца. Как только она подошла, двери тут же отворились и перед ней возник высокий пожилой мужчина в фраке, с серебристыми волосами и усами. Юля поклонилась и представилась, дворецкий совершил поклон в ответ и повел девушку внутрь.

Они миновали просторный зал с лестницами, вышли через стеклянные двери и, пройдя по белоснежной площадке, спустились на территорию сада. Площадка упиралась в возвышающиеся строительные леса, укрытые матовым тентом, из-под которого доносились звуки стройки. Они обошли эту часть справа, вдоль правого крыла дворца, а затем, когда строительные леса сменились стеклянными пластинами оранжереи, дворецкий отворил прозрачные двери и завел девушку внутрь. В оранжерее было приятно тепло, зеленый газон шел в резкий контраст с серо-белым пейзажем на улице и холодным неприятным ветром. Пройдя по небольшой аллейке несколько метров дворецкий поклонился, указал рукой в стоящую на зеленой полянке фигуру и удалился.

На полянке стоял высокий юноша перед небольшим зеленеющим саженцем. Руки его были скрещены за спиной, а взгляд поднят куда-то вверх, на сереющее сквозь прозрачный потолок оранжереи небо. Юноша, явно молодой, с короткими светлыми волосами был одет в черные брюки и черно-белый пиджак из-под которого острым воротником выглядывала черная матовая рубашка. Манжеты пиджака были украшены золотыми узорами, а на груди справа был изображен символ семьи – голова волка, застывшая в огненном вое. Однако, когда юноша повернулся к ней лицом, Юля была сильно удивлена. Некогда красивый и молодой юноша, сейчас выглядел резко постаревшем будто на десяток лет. Он сильно осунулся, щеки впали, под глазами виднелись сине-фиолетовые мешки, а взгляд некогда ярких голубых глаз сейчас был тяжелым и тусклым.

– Юлия, я полагаю? – голос юноши был приятен, но невероятно печален.

– Лорд Вульф, – Юля прижала правую руку к груди совершила глубокий поклон. – Я…

– Я оценил, ваши действия, – перебил её Август. – меня вы можете называть по имени. Я теперь ваш наставник, как-никак. Просто, хочу, чтобы вы знали. Я не предполагал, что вызову вас так скоро и дам вам поручение, но обстоятельства вынуждают меня. Вам известно, что такое категории поручений, и какую именно категорию можете выполнять вы, согласно кодексу?

– Да, – Юля кивнула. – От «E» до «A», где «E» – это самое просто поручение, «A» – самое сложное и опасное. Послушницам поручают задания категорий не выше «D».

– Именно, – Август кивнул головой и жестом предложил пройтись по аллейке. – Я хочу, чтобы вы поняли сразу в какой ситуации оказались. Мне сложно оценить к какой категории относится мое поручение, однако, могу смело заверить вас, что это диапазон «B-C», – Юля удивленно остановилась и посмотрела на Августа. – Да, значительно выше того, на что вы могли бы рассчитывать. К сожалению, как вы видите, мне срочно нужен человек, имеющий хоть какое-то понимание о делах Ордена, но никак не вовлеченный в них…

– Вы подозреваете предательство? – Юля быстро поняла, о чем вокруг, да около ходил Август. Ее взгляд был твердым, уверенным и Август, на мгновение удивившись такой прямоте девушки, усмехнулся.

– Вы не соврали о себе в том письме, – на лице юноши проскользнула короткая улыбка. – Тогда, у меня к вам просьба. Никому не сообщать о том, что именно я вам поручил. Ни с кем не делиться информацией и докладывать обо всем только мне лично, – девушка кивнула. – Отлично. Идемте, я познакомлю вас с тем, кому я доверяю, и с кем вам предстоит работать.

– Милорд, – Юля остановила Августа и поклонилась. – Я не имею права торговаться, однако… Мои родители. Они пострадали во время взрыва. Могу я навестить их?

– Да, – Август кивнул после небольшой паузы. – Я сообщу вам в какой они больнице. Им окажут всю необходимую помощь, уверяю вас. Идём.

Юноша повел Юлю через дворец в подземный гараж, по пути накинув плащ. Они сели в машину и резво помчались по дороге, куда-то к окраинам Восточного района. Юля, за время своего обучения в храме, уже успела ознакомиться с основными достопримечательностями Ордена и в этом секторе: помимо Восточного Храма, было еще одно – Исследовательский Центр. Официально он считался гражданским и не принадлежал Ордену, однако, чаще всего, именно крестоносцы были заказчиками каких-то исследований. Так что Юля не сильно удивилась, когда Август свернул к этому замысловатому «L»-образному зданию. Без лишних вопросов девушки провели их двоих в нужную лабораторию. Это был большой зал с огромным рядом панорамных окон, а также несколькими рядами столов с различным оборудованием для проведения всевозможных химических анализов и физических измерений. У одного из устройств толпились люди в белых халатах, внешне почти ровесники Юли, а справа за большим стеклянным столом в бирюзовом костюме сидел смуглый юноша и что-то усердно печатал в своем компьютере.

– Тони, – окликнул его Август. – вот твоя помощница.

– Август, друг мой, – Тони вскочил со своего места и бросился обнимать Лорда, что показалось Юле несколько странным. Затем, юноша бросил короткий взгляд на нее и кивнул головой. – Я Тони, а ты?

– Юлия Бу…

– Приятно познакомиться, – небрежно перебил ее Тони и вернулся в свое кресло.

– Тони, – Август сел рядом и подал стул Юле. – У меня поручение от Его Величества тебе и твоей команде. Высочайший приоритет, строжайшая секретность. Докладываться лично мне.

– Фе, – Тони скривил лицо. – Ты уже поручил мне одно такое дело. Зачем мне еще одно? Конечно, Александр симпатичный малый, но все же…

– Тони, – Август нахмурился. – это серьезно. То поручение было от меня, и оно не официальное. А это от короля. Тут все строго. Полная отчетность, фиксация, подпись.

– Расследовать причину взрыва? – Тони ухмыльнулся и посмотрел на Августа.

– Откуда ты…? Впрочем, не важно, – Август смягчился и улыбнулся. – Да, все верно. Соберешь свою команду и займешься этим делом. Как только все твои подопечные заполнят договоры, я вышлю тебе все данные от ИИ.

– Хорошо, – Тони крутанулся на кресле и замер напротив Юли. – Итак, птенчик, ты будешь моими руками и ногами в одном крайне важном деле. Я, как видишь, буду занят другим поручением.

– Тони, мне пора. Будь повежливее с девушкой, – Август кивнул им обоим и удалился, а Юля осталась один на один с этим странноватым юношей.

– Что мне нужно делать? – девушка впилась своим взглядом в юношу, от чего тот странно повел бровью.

– Птенчик, ты знаешь, что это? – Тони достал из ящика стола зеленоватую пластинку, похожую на огромную флешку.

– Похоже на флешку… Только странную какую-то… – задумчиво проговорила Юля и Тони усмехнулся.

– Да, в целом, это она и есть. Вмещает в себя несколько петабайт информации. Называется ключ-чип. Знаешь почему? – Юля покачала головой. Ей пока еще не доводилось столкнуться с таким устройством. – Здесь, – Тони небрежно ткнул пальцем куда-то в вершину этой большой флешки. – располагается чип, который и вмещает в себя столько информации. А ниже, – он провел пальцем, как-то необычно пластично для парня. – находится ключ. Вся информация зашифрована и расшифровать ее можно только встроенным ключом.

– Какой смысл шифровать информацию, если ключ располагается тут же? – удивленно пробормотала Юля, а Тони улыбнулся.

– Хорошо рассуждаешь, птенчик. Смысл в том, что ключ сам по себе, тоже зашифрован. А самое главное, его структура постоянно меняется через равные промежутки времени. Ключ представляет из себя упрощенную сеть ИИ – искусственного интеллекта, которая постоянно меняет свое шифрование. Ключ синхронизирован с другой сетью ИИ – декодером. Они как шестеренки, идеально подходят друг к другу. Иными словами, получить доступ к данным на чипе, можно только совместив ключ и декодер.

– Угу… – Юля обдумывала сказанное. – Полагаю, декодера у нас как раз и нет? – Тони удовлетворенно кивнул. – А взломать шифр можно… Но не имеет смысла.

– Именно. Потому что, пока ты будешь взламывать тот код, что имеется сейчас…

– Он уже сменится на другой, – договорила Юля. – и это будет вечная погоня… Так как же быть?

– Первое, что нужно сделать, это получить технические сведения о конкретно этой модели ключа. Можно было бы просто отправиться к Интенданту в Храм и попросить эти данные или даже просто заказать новый декодер…

– Но?

– Но, устав Ордена обязывает в таком случае всегда оповещать об этом хозяина ключа-чипа. А мы должны провести все тайно. Так что, это для нас не вариант.

– И как же быть? – удрученно спросила Юля.

– Не знаю, – Тони развел руками и развернулся обратно к столу. – Вот тебе первое задание. Нужно раздобыть технические сведения об этом ключе. Я дам тебе идентификатор, а ты придумай, как тайно раздобыть нужные мне сведения, – он вновь развернулся и протянул ей бумажку с какими-то цифрами и буквами. – Может у тебя есть в Ордене кто-то из знакомых? Кто-то, кто согласится несколько нарушить устав и засунуть свой нос куда не следует?

X

Левое предплечье завибрировало, Юля подняла руку и провела пальцем по гибкому экрану на своем наручном компьютере. На экране высветилось сообщение от ее наставника – Августа, с адресом больницы, в которой находятся ее родители. Недолго думая, Юля вызвала такси и отправилась навестить их, они не виделись уже несколько дней, и Юля сильно переживала за их здоровье. Она беспокоилась в каком они состоянии и почему у них до сих пор не было возможности связаться с ней. Конечно, можно предположить, что Орден пытается сдержать панику, или, просто, ее родителям не выдали личные вещи. А может они потеряли их? Но все эти мысли лишь пытались отогнать главный страх – родители чувствуют себя очень плохо, настолько, что не способны сами общаться.

Такси остановилось около огромного белого здания – районная больница. Около приемных покоев толпился народ – родственники госпитализированных людей пытались разузнать состояние своих близких и пробиться внутрь, чтобы навестить их. Впервые Юля почувствовала разницу между обычным гражданским и ее особым статусом Послушницы – как только она показала свою карточку, и врач увидел ее внешний вид, девушку тут же пропустили без очереди. Ей показали к кому обратиться, а следом, Юля узнала кто является лечащим врачом ее родителей. И, как только, Юля заговорила о возможности увидеть своих близких, медсестры подозрительно переглянулись, а по спине девушки пробежали мурашки и выступил ледяной пот.

– На этот счет, – запинаясь, проговорила медсестра, в каком-то странном костюме, полностью скрывающим ее тело и лицо, будто это какой-то скафандр. – вам лучше поговорить непосредственно с лечащим врачом…

Юле указали на дверь в конце коридора, и девушка послушно отправилась к ней. В голове крутились нехорошие мысли: «Но ведь, мисс Блэкстоун сказала, что они живы…»

Юля постучалась в кабинет и зашла, услышав призыв войти. В небольшом кабинете за столом сидел мужчина средних лет с небольшой бородкой и в очках. У него были короткие темные волосы, а на лбу блестела испарина, пока он усердно что-то делал в компьютере.

– Здравствуйте, – робко поздоровалась Юля. – Я на счет Буланцевых… Мои родители, как они?

Мужчина отвлекся от своих дел, как только услышал фамилию, но, когда поднял глаза вздрогнул.

– Вы… вы из Ордена? – удивленно спросил он испуганно, рассматривая девушку.

– Послушница, – Юля сделала небольшой поклон, но увидев удивленное лицо, поспешила объяснить. – Я гражданин, но работаю на Орден.

– А, – мужчина кивнул, расслабившись. Похоже к крестоносцам у него было особое отношение. Он встал со своего кресла и показал рукой следовать за ним.

– На счет ваших родителей, – продолжил он, когда они уже зашли в лифт. – Их доставили рано утром. Спасатели сказали, что обнаружили их в подвале, под завалом. Это ваша дача была, я полагаю? – доктор бросил короткий взгляд на Юлю, которая была ростом даже чуть выше его.

– Да, – девушка печально кивнула. – была…

– Простите, – мужчина смутился. Двери лифта открылись, и он повел девушку по узкому коридору. Слева и справа располагались стекла, за которыми были видны пациенты, лежащие в каких-то непонятных стеклянных цилиндрах. – Здание разнесло в щепки, но, похоже, ваше родители предусмотрительно спустились в подвал. Это и спасло им жизнь… Хотя и не защитило от выброса ионизирующего излучения в миг взрыва.

Они остановились напротив одной из палат, где через стекло Юля увидела два стеклянных цилиндра, в которых, покрытые какими-то трубками и проводами, лежали люди.

– М-мама…! Папа…! – Юля от неожиданности прильнула к стеклу, но врач тут же отстранил ее. – Что с ними?!

– Спокойно, девушка…

– Что с ними? Почему они без сознания?!

– Они в управляемой коме, – врач показал жестом, что Юле следует взять себя в руки. – Вы должны понимать, что они были крайне близко к эпицентру взрыва. Доза облучения просто огромная…

– Вы же… поможете им…? – на глазах девушки выступили слезы, и она вновь направила взгляд на своих родителей.

– Спасатели вкололи им радиопротекторы, но…

– Но?

– Радиопротекторы помогают, если вколоть их до облучения. А никак не после… Мы ввели их в управляемую кому, чтобы поддерживать жизнеспособность организма. Кровь постоянно проверяется, очищается, по мере возможностей, от мутантных клеток. Все это позволяет им не умереть, и продлить жизнь, но…

– Но…?

– Без этих аппаратов и дорогих процедур они умрут через несколько месяцев… Как такового лекарства, которое могло бы исправить все уже образовавшиеся мутации и восстановить повреждения организма от окисления – нет. Кроме того, – мужчина хотел было что-то сказать, но запнулся.

– Что еще…? – Юля перевела взгляд на него, смахнув слезы.

– Видите ли, у нас немало пациентов, которым также нужна дорогостоящая терапия и лекарства, воздействующие на кроветворение… Мне очень неприятно это говорить, но пока что, мы сможем поддерживать жизнь в ваших родителях только ближайший месяц. Затем, из-за невозможности вылечить их до конца, мы обязаны отключить аппараты и выписать их…

– Не смейте! – Юлю охватила страшная злоба, и она рявкнула на доктора так, что тот сжался. – Вы не отключите их, ясно?!

– Но, девушка… – мужчина сжался в комочек и со стоном отвечал. – Какой смысл продлевать им страдания, если лечения нет…?

– Значит, я найду лечение! – глаза Юли пылали, а сердце обливалось кровью. – Надеюсь, вы меня услышали?! Если, я узнаю, что вы прекратили попытки спасти их, я… – она сжала свой правый кулак, а левой рукой больно схватила врача за грудь. – Не сметь!

– Хорошо-хорошо… – прошептал врач, подняв руки. – Но тогда, за поддержание надо будет платить… У города нет денег, чтобы покрыть такие расходы…

– Значит я заплачу! – Юля отпустила врача, слегка толкнув его. – Пришлите мне сумму – я покрою все расходы.

Последняя фраза была чересчур самоуверенная. Юля вышла на улицу и поежилась от холодного ветра. Доктор тут же прислал ей всю информацию: дополнительный месяц работы систем жизнеобеспечения, лекарства и уход за ее родителями стоят пятьсот тысяч кредитов. Полмиллиона… Безумные деньги, при условии, что ее родители в больнице и все расходы на жилье и питание теперь упадут на скромную стипендию Послушницы. Такие деньги ей никак не заработать за этот месяц…

От безысходности, девушка нажала пару кнопок на своем наручном компьютере и стала ждать, когда на другом конце линии ей ответят. Раздался щелчок, Юля собралась с силами, но ее голос тут же дрогнул.

– Лорд Вульф…

– Да? Юля? Я же сказал тебе, можешь просто по имени. Что такое? – голос Августа был отягощен своими проблемами, но он пытался поддерживать дружелюбный тон.

– Август я… – Юля не знала, как обратиться и что сказать. – Я была у родителей, они… Они в очень плохом состоянии… У вас нет лекарства от большой дозы радиации…? Ну, или… – она невольно захныкала, слезы сами начинали литься из глаз. – сколько платят за задание категории «C»…?

– Что стряслось? Подробнее? – голос Августа сменился, тут же став более внимательным.

Юля вкратце изложила услышанное от врача.

– Хм, – Август на время задумался. – Насчет денег не беспокойся, что-нибудь придумаем. А вот на счет лекарства… Я узнаю. Не грусти, хорошо? Займись делом, это отвлекает от горестных мыслей… По себе знаю…

– Угу… Спасибо… – девушка кивнула, как будто собеседник мог ее увидеть. В наушнике щелкнуло – вызов прекратился. А Юля так и осталась стоять на ветреной улице, не зная, куда ей податься.

XI

Звонок Юли оставил неприятный зудящий осадок. Август вновь погрузился в свои тяжелые мысли. Столько погибших, пострадавших, столько расходов. А теперь еще и сотни пациентов, которые вынуждены медленно умирать, не имея возможности вылечиться. А их родственникам и близким придется преодолеть эту боль и утрату. «Уж лучше умереть быстро… Чем так…» – подумал Август.

Закончив со своими делами, он отправился домой – во дворец. Ему следовало отчитаться перед королем о проделанной работе, а, заодно, и задать парочку терзающих Августа вопросов. Поднявшись к себе в кабинет, юноша поймал себя на мысли, что до сих пор так и не побывал у Эльзы. Он так и не проведал ее, не узнал в каком она состоянии, не требуется ли какое-то особое лечение… Часть него умерла вместе с отцом и пониманием предательства Эльзы, хотя и оставалась тень надежды, что он просто что-то не так понял. Август потер лицо руками и посмотрел на себя в зеркало. Последние события сильно отразились на его внешнем виде, и, хотя он и не был весельчаком, его лицо сейчас было больше печальным и измученным, чем просто серьезным.

– Ваше Величество? Как они? – обратился Август к Александру, когда встретил того у спален девушек. Король постоянно навещал свою супругу, в отличие от Августа.

– Август, – король кивнул, повернувшись к нему. – С утра был врач. Он все твердит о положительном прогнозе, а сам… – Александр тяжело вздохнул. – Он сказал, что они проведут в коме около месяца. В лучшем случае.

Август понимающе кивнул. В душе он был искренне рад такому раскладу – это время он потратит, чтобы, наконец, все выяснить до конца и принять судьбоносное для себя и Эльзы решение. Александр махнул ему рукой, призывая отправиться в столовую – предстояло поужинать и обсудить дела.

– Чем порадуешь? – Александр не стал ждать, пока они закончат с едой. – Как продвигаются дела?

– М, – Август кивнул, прожевывая пищу. – На востоке и западе разворачиваем модульные поселения. Север оцеплен, расселяем здания, что сильно повреждены и отправляем граждан в модульные дома. Я уже отдал указания провести расчеты подрывникам для сноса зданий, а также мы заказали из ближайших полисов новые окна – зима как-никак.

– Да уж, – Александр задумчиво кивнул. – полгорода без стекол осталось… Когда ты собираешься снять изоляцию?

– Я думал, – Август вновь прервался на пережевывание. – еще один день выждать. Пока закончим убирать мусор, восстановим большую часть поврежденных зданий. Тогда и вернем народ на работу, восстановим естественный ход вещей.

– Хорошо, – Александр удовлетворенно кивнул. – А то все простаивает. Нам приходится всему городу покрывать расходы…

– К слову об этом, – Август поднял взгляд и внимательно посмотрел на короля. – Что вы решили?

– Да, – Александр отвлекся. – об этом. Я решил, что Морт прав. Мое решение было временным, оно рискует нам принести еще больше бед, а его…

– Вы согласились с предложением Магистра Дрейка? – Август напрягся.

– Угу, – Александр кивнул головой и пригубил вина. – Согласен, создание Торговой Гильдии, возможно, не самое обычное решение, но эта идея уже давно витает в воздухе.

– Но ведь, гильдия подрывает сам принцип нашей экономики? Разве нет? – удивился Август.

– Она подрывает отцовскую экономику, – отмахнулся Александр. – Мой отец, пытался создать довольно странный гибрид. Трудно сказать, удалось ему или нет, но, как видишь, наша экономика оказалась не способна выдержать хоть какой-то, выбивающийся за рамки системы, катаклизм.

– Его идея была в том, чтобы поддерживать здоровую конкуренцию между производителями. Предприятия правящих семей задают планку качества, направляют частников к нужному уровню путем субсидий и налогов. Но с созданием Торговой Гильдии, с помощью которой Орден сможет так или иначе управлять напрямую всеми частными предприятиями, мы рискуем получить власть корпораций…

– Нет-нет, – Александр покачал головой. – Ты зря беспокоишься, Август. Никто не будет никем управлять. Мы создаем гильдию лишь для чрезвычайных ситуаций, таких как сейчас. Создание электронных Кредитов позволило нам не опасаться накоплений. Если раньше случался кризис, народ уходил в накопление. Иными словами, деньги изымались из оборота. Сейчас такой проблемы нет, ведь мы имеем доступ ко всем счетам. Если Граждане хотят копить и урезать свои траты, они по-прежнему остаются вполне активными участниками рынка. Орден использует их «копилки», совершает инвестиции, покупки на их средства, а затем возвращает. Но, – король ткнул вилкой в сторону Августа. – в ситуации, как сейчас, этих средств недостаточно. У народа столько нет, тем более, что нам им же и нужно их выплатить.

– Но они есть у частных компаний… – закончил Август.

– Именно, – кивнул король. – В норме их прибыль защищена, поскольку они постоянно ее используют на развитие своих предприятий, инновации и прочее. Гильдия же, обяжет их отдавать эти средства в виде беспроцентного займа Ордену. Мы воспользуемся их средствами для поддержания народа и погашения всех выплат. Если у людей будут зарплаты, несмотря на отсутствие работы, они продолжат покупать. Хоть наши, хоть частные предприятия окажутся в плюсе, и, спустя какое-то время, Гильдия вернет займ частным компаниям. Это выгодно для всех.

– Я лишь переживаю, Ваше Величество, – обдумав сказанное, ответил Август. – что, со временем, найдутся те, кто будет манипулировать частными компаниями руками Гильдии…

– Не говори глупостей, – перебил его Александр. – Гильдия принадлежит Ордену. Никто из нас не станет заниматься такими вещами.

– Может вы и правы… – Август задумался. – Просто это решение такое неожиданное… Вряд ли ваш отец когда-либо планировал такое…

– Пф, – фыркнул король. – Август, побеждает не тот, кто планирует. А тот, кто умеет приспосабливаться к новым условиям.

– Возможно…

– Это фраза отца… – неожиданно проговорил Александр. – Всё вокруг напоминает о них. Слова, привычки, еда… Люди во всем их копировали, все перенимали… – его голос изменился, как будто его бесил этот факт.

– Ваше Величество… – неуверенно обратился Август.

– Зови по имени, – не выдержал Александр. – мы не на официальном приеме.

– Александр, пару лет назад, – робко начал Август. – вы разговаривали с моим отцом о второй фазе строительства… – Александр тяжело вздохнул.

– Август, – перебил он его. – второй фазы не будет, прости. Пойми меня правильно, Ньюполис возводился моим отцом. У него были какие-то, никому не понятные, планы в голове. Да, тогда твой город был актуален, многие полисы страдали перенаселенностью, требовалось куда-то расселить людей…. Но сейчас, решением этой проблемы стали колонии, понимаешь? – Август едва заметно кивнул. – Мы хотим расширить свое влияние на всю систему. Луна только начало. Спутник станет для нас хорошей перевалочной базой, новой верфью, источником ресурсов каких-никаких. А следом Марс, Меркурий, Юпитер, Сатурн, их спутники. А для этого нам надо наращивать численность населения.

– И на фоне этого, возведение еще одного города на территории Ньполиса не актуально, – закончил за него Август.

– Прости, – Александр вздохнул. – Ньюполис будет маленьким и уютным полисом. В этом есть ведь и что-то свое, верно? В конце концов, до тридцать пятого года мы удержим программу по расширению. Все жилые районы можно немного расширить. Желающих жить в твоем полисе не мало, да и само население растет… – Август на это лишь кивнул головой. Он не знал радоваться этому известию или нет.

Закончив с ужином, они оба перебрались в зал с камином, наполнили бокалы хорошим виски и предались своим мыслям. Спустя некоторое время, в голове Августа вспыхнули вести от ученицы, да так резко, что он быстро дернулся, развернулся к Александру так, что тот вздрогнул.

– Что? – удивленно посмотрел на него король.

– У меня… Я узнал, что есть некоторое количество пациентов с серьезной дозой облучения. Говорят, что их нельзя вылечить…

– Август, – Александр покачал головой. – раз нельзя – значит нельзя. Мы же не можем всем помочь? Есть вещи, которые не в нашей власти.

– Но… Разве нет каких-то разработок у фармацевтических компаний? Научных центров?

– Я не знаю, – пожал плечами Александр. – вряд ли, в нынешних условиях, хоть одна компания решиться инвестировать средства в разработку лекарства ради нескольких человек. Мы умеем эффективно предотвращать эффект радиации на организм, умеем сводить на нет низкие дозы облучения. Но если уж совсем не повезло, – он развел руками. – то тут ничего не поделаешь.

– Не могу в это поверить… – Август опустил голову, а его голос выражал сожаление.

– Мои родители занимались всякими такими вещами, – проговорил Александр через некоторое время и Август оживился. – Но они ничего не оставили после себя. То ли делиться не хотели, то ли просто не преуспели.

– Совсем ничего?

– Не знаю, – Александр развел руками. – они были странными людьми. Не от мира сего. Я до сих пор многого не понимаю…

Август на мгновение поник, но в его голове тут же вспыхнула еле уловимая мысль. Ответ на возникшие проблемы вертелся где-то совсем рядом, но он никак не мог его уловить.

XII

В небольшой комнатке было прохладно. Тепло из главного зала едва доходило, но меховое одеяло хорошо согревало. Декстер лежал и смотрел в потолок, слушая ровное дыхание Стеллы. На первое время ярл Халлвард разместил их в одной из спален своего большого дома. В комнатке была большая двуспальная кровать и маленькое, почти крошечное окошко, через которое еле-еле пробивался тусклый свет. Одеяло, сшитое из меховых шкур каких-то животных, довольно неплохо согревало, хотя в самой комнате было свежо. Дыхание девушки сменилось, и Декстер понял, что она проснулась.

– Доброе утро, – проговорил он, а Стелла потянулась и приподнялась, опираясь на правую руку.

– Доброе, – откликнулась она и зевнула. Одело не удержалось на плече девушки и сползло, из-за чего Декстера тут же обдало прохладой. Стелла смотрела на него своими карими глазами, ее правая рука упиралась в кровать слева от Декстера, а левое плечо непривычно оканчивалось ключицей с неаккуратным швом. Юноша провел рукой по узкой талии Стеллы вверх, миновал милую небольшую грудь и коснулся ее левого плеча.

– Ужасно? – спросила она, заглядывая ему в глаза, как будто пытаясь укорить его во лжи. Но Декстеру она нравилась несмотря ни на что. Он уже привык к ее неестественно бледной коже, острым чертам лица и пронзительному взору. Отсутствие руки он не замечал, а если и замечал, то все равно считал Стеллу не менее милой.

– Нет, – ответил он и улыбнулся. – Для меня ты всегда красивая, – девушка хмыкнула и потянулась. – Тут прохладно…

– В бункере было ничуть не теплее, – парировала девушка, а Декстер удивленно на нее посмотрел. – Ты что, даже не замечал?

– Не знаю, – юноша пожал плечами. – Мне казалось, что там был довольно тепло.

– Хальфдан сказал, что сможет изготовить для меня протез, – Стелла сменила тему. Воспоминания о бункере тревожили свежую рану.

– Я все еще удивляюсь как много у них тут всего… Как им удается здесь выживать?

– А что тут такого? – Стелла подняла одну бровь в удивлении. – У них есть огромный подземный бункер, с гидропоникой, источником энергии, которого им хватит на века. Есть источник пресной воды, а если он закончится – есть опреснители. В общем, в свое время отец снабдил их всем необходимым. Остальное можно добыть в лесу или в море. Вот и живут спокойно…

– Но протез… – возразил Декстер.

– Хальфдан у них за главного ученого. Он спроектирует простенький протез, а затем изготовит. Так же ловко, как своей, я владеть ей не буду, но хоть что-то подержать смогу – и ладно…

Стелла запнулась и опустила взгляд. Декстер коснулся ее подбородка и заглянул в ее глаза.

– Мне было страшно… – прошептала она. – Я тогда так испугалась за тебя… и перестаралась. Мою руку охватила такая страшная боль… А я все переживала, достаточно ли я замуровала проход… Не найдут ли они тебя… Или, может, я вообще случайно тебя убила…

– Эй, – Декстер улыбнулся, приподнялся и поцеловал девушку. – Все хорошо. Все же обошлось?

– Да… – Стелла качнула головой. – В какой-то степени…

– Твоя мама сказала, что мы здесь навсегда… – после небольшой паузы проговорил Декстер. – Мы за этим сюда приехали…?

– Я не знаю, – Стелла пожала плечами. – Они не посвящали меня в свои планы… Возможно, если бы отец остался жив, все было бы иначе, а теперь…

– Ну… – Декстер обнял Стеллу. – Значит будем жить здесь… Тут неплохо. Построим свой домик, заведем детей… – Стелла усмехнулась.

– Как ты заговорил, – посмеялась девушка. – А как же твое желание помочь нам?

– Так с предателями же покончено? Разве нет? – удивленно ответил Декстер. Стелла кивнула. – Я думал будет хуже… Думал мы и правда будем просто скитаться по Диким Землям…

– Может ты и прав… – задумчиво проговорила Стелла. – По крайней мере, похоже, мама решила здесь обосноваться, – Декстер удивленно взглянул на девушку. – Она ушла в их с папой лабораторию. Вместе с Хальфданом. Наверное, будут что-то дальше делать… Может отец хотел что-то исследовать здесь… Я знаю не больше твоего.

– Значит, – шутливо начал говорить Декстер. – я буду плавать в море, рыбачить, в лес ходить, охотиться. А ты будешь еду готовить, стирать, убирать?

– Да, – со смехом ответила Стелла. – и детей рожать, одного за другим.

– Не знаю, – добавила девушка чуть погодя. Улыбка исчезла с ее лица, а взгляд стал серьезным. – Что еще нам остается? Путь в полисы нам закрыт. Это место Ордену неподвластно, здесь нас никто не тронет. Беспилотники нас не замечают, это место считается Дикими Землями для Британии.

– Как так вышло?

– Отец как-то все придумал, – пожала плечами девушка. – я никогда не интересовалась этим. Возможно, Лорд Британии знает об этом месте и оберегает его тайну. Возможно как-то иначе. В любом случае, дорог здесь нет, на домах сугробы снега зимой, а летом трава растет. С высоты дрона вряд ли тут можно что-то толковое различить.

– Разве тот, кто управляет им, не заметит следы человеческой деятельности?

– Нет, – Стелла покачала головой и легла обратно под одеяло на грудь Декстера. – всеми дронами управляет «Ищейка» – искусственный интеллект. Он лишь сообщает Ордену, если заметит что-то подозрительное.

– А если, – Декстер хмыкнул. – ему сказали не обращать внимание на это место, то никто и не узнает?

– Угу, если только кто-то случайно не забредет в эту глушь.

– Удобно… Скажи, почему ты ушла тем вечером?

Стелла молчала, а Декстер понял, что он зря завел эту тему. Он уже думал, что стоит перевести разговор в другое русло, но девушка неожиданно ответила.

– Он все делает не просто так, – прошептала она. – Он расчетлив. Настолько, что порой, мне кажется, что он машина, а не человек. Я люблю его, но… Он жесток. Не в том смысле, что кровожаден или что-то такое. А в том, что стремится достичь чего-то недостижимого. И для этого играет чужими жизнями, чужими судьбами как хочет.

– О чем ты говоришь…? – Декстер удивленно посмотрел на Стеллу, но та не подняла взгляд.

– Твое спасение, например. Я благодарна ему, но… Меня не покидало ощущение, что он сделал это не ради тебя и не ради меня…

– Ради тебя? – Декстер усмехнулся, но Стелла тут же его больно ущипнула. – А ради кого же?

– Ради себя. Ради своей страсти, вершить судьбы… Он бросал вызов смерти, играл в бога, давая жизнь нечеловеческим существам… Создавал их, уничтожал…

– Твой отец, всего лишь хотел увидеть центр вселенной…

– Декстер, не будь идиотом! – воскликнула Стелла, поднялась и посмотрела напряженным взглядом юноше в глаза. – Он хотел увидеть, как из пыли рождаются планеты… он… Он как маньяк, которому нужно воочию узреть акт сотворения мира, а затем его гибели. Я не знаю, как это объяснить, но… До меня дошло это лишь тем вечером, когда мы прибыли… Я не хочу, чтобы ты становился похож на него. Вот и все.

– Но я восхищаюсь твоим отцом, Стелла, – Декстер был удивлен таким откровениям.

– Я тоже восхищаюсь им. Но он это он, а ты это ты. Будь собой, хорошо? Тебе не нужно идти по его стопам…

XIII

Ночью Юля почти не спала. Ей не впервой ночевать одной дома, но в этот раз все было иначе. Из головы никак не уходили пугающие мысли, что ее родителям угрожает смерть. Да, возможно, она сможет поддерживать жизнь в них какое-то время, может быть даже годы. Но что толку, если они все равно будут страдать от лучевой болезни и медленно, но верно угасать? Этот вариант девушку никак не устраивал. «Чем дольше они пролежат в больнице под столь мощными препаратами – тем лучше!» – была уверена Юля. Именно это и стало ее первоначальной целью, а значит, ей нужно приложить все возможные усилия, чтобы заработать необходимую сумму на содержание родителей в больнице. Она будет усердно работать, браться за любые поручения, лишь бы ей хватило денег на оплату лечения.

Утром Юля отправилась к единственному человеку в Ордене, которому она доверяла без сомнения – Настоятельница Блэкстоун. Вот только, стоило девушке рассказать о характере порученного ей задания, как мисс Блэкстоун тут же изменилась в лице и, вот уже двадцать минут, смотрела на Юлю своим пронзительным взглядом, периодически выпуская клубы сладкого дыма, постепенно заполняя им весь кабинет.

– Мисс Блэкстоун… – прошептала Юля. – Мне правда нужна ваша помощь в этом деле. Мне больше не к кому обратиться…

– Ты хоть понимаешь, во что ты ввязалась? – резко перебила ее Настоятельница суровым тоном.

– Ну… Да, я выполняю поручение Лорда Вульфа…

– Глупая девчонка! – фыркнула женщина, выдыхая новые клубы дыма. Юля вздрогнула, ей еще не приходилось слышать таких неласковых слов от нее.

– Ты хоть знаешь, – после небольшой паузы вновь заговорила мисс Блэкстоун, сменив голос на более мягкий тон. – в чем отличие Высшего Круга от Низшего? – Юля покачала головой, а женщина тяжело вздохнула. – Оно и видно.

– Тебе же известно, – продолжила Настоятельница. – что в Орден попадают дети пяти-шести лет? Их забирают из семей либо добровольно, по желанию родителей, либо принудительно. В том числе, в Орден забирают и всех детей сирот, без исключений. Если же сирота по какой-то причине не может попасть в Орден – его умерщвляют. Дети отправляются в Цитадель – главную твердыню Ордена, скрытую где-то в океане. Там детки учатся, получают все необходимые знания, умения, а главное, им промывают мозги учением Креста, – Блэкстоун затянулась и выдохнула приторный дым. – Именно благодаря этому учению все, как вы их называете, крестоносцы, такие странные люди. Им вбивают в голову, что единственная цель их жизни – это служение своему человеческому виду. И они обязаны сделать все возможное, для достижения своей цели. Впоследствии, когда дети подрастают и достигают двенадцати лет, их отправляют в Храмы полисов. На мир посмотреть, поучиться у разных мастеров, послушать мудрые речи монахов, впервые прикоснуться к другому, потустороннему для них, миру. Так они кочуют из храма в храм, из города в город, пока не достигнут восемнадцати лет. В этом возрасте они должны осесть и найти себе наставника, что будет учить их, пока они не сдадут экзамен и не станут полноценными членами Ордена.

– Они и есть Высший Круг? – спросила Юля.

– Да, – качнула головой Настоятельница. – если они не покидают Орден и сдают экзамен, то становятся Рыцарями, а далее – могут стать Магистрами и занимать любые высшие должности. Хоть руководить Храмом, хоть стать Лордом и управлять полисом, хоть, даже, стать Королем. Именно они и есть Высший Круг. А такие, как мы с тобой, пришедшие в Орден далеко не детьми, никогда не видевшие стены Цитадели, не прошедшие тот тернистый путь – Низший Круг. Предел возможностей для нас – стать Рыцарями и, если повезет, на старости лет, возглавить какой-нибудь небольшой храм, да следить за порядком в районе. Мы, для Высшего Круга – никто, не настоящие крестоносцы, так, помощники, служители. А теперь подумай хорошенько, что будет, если ты ввяжешься в дела предателей, м?

– Меня могут во всем обвинить… – Юля опустила голову. Она поняла, почему мисс Блэкстоун так резко отреагировала. – Но ведь… Ведь я не сделала ничего такого? Я лишь выполняю поручение…

– Дитя, – перебила ее женщина. – если Лорд Вульф окажется прижат к стенке, на тебя спустят всех собак. Я слышала о заговоре в стенах Ордена, но до последнего надеялась, что это ложь, бредни. Но все, что произошло за последние дни, заставило меня поверить в реальность угрозы. А теперь, ты ввязываешься в это расследование! Подумай, если хоть кто-то из верхушки связан с этим, тебя быстро уберут. Они найдут как оправдаться, обвинят тебя саму в предательстве, скажут, что ты копаешься в делах Высшего Круга и все! Точка!

– Но ведь… – Юля была удивлена услышать подобное. Неужели ее отец был прав, когда твердил ей держаться подальше? – Но ведь, Орден должен быть справедливым, у него свой кодекс, особые взгляды…

– Не говори глупости, – перебила ее Блэкстоун. – Орден – это организация. Кто управляет ей, тот и задает вектор развития. Когда правили Хоуки Первые, может быть и было, как ты сказала, но теперь…

– Мисс Блэкстоун, – взмолилась Юля. – но я должна выполнить это задание… Мои родители, им… Им требуется дорогое лечение! У меня нет таких денег, я не могу все так оставить, я должна им помочь! Должна выполнить это поручение…

Настоятельница откинулась в свое кресло и некоторое время молча смотрела на Юлю, затягиваясь. Юля сидела в кресле напротив, стараясь удержать себя от страшного желания зареветь от безысходности. Наконец, женщина глубоко вздохнула, наклонилась вперед, провела своим перстнем над столом и протянула руку к девушке.

– Давай сюда идентификатор, – проговорила она голосом, который так и говорил: «я еще пожалею об этом». Юля обрадовалась и заторопилась достать бумажку из сумки, как будто боясь, что Настоятельница передумает в последний момент. Мисс Блэкстоун взяла протянутую бумажку с идентификатором, бросила на нее короткий взгляд и стала что-то нажимать на клавиатуре.

– Есть у меня один интендант, – проговорила она, как будто сама себе. – который уж очень хочет выслужиться передо мной… – она прервалась, а из компьютера послышался голос пожилого мужчины.

– Хелен, – донесся голос из колонок. – рад видеть тебя! Ты все хорошеешь, годы тебе к лицу…

– Довольно подлизываться, Виктор, – перебила мужчину мисс Блэкстоун. – у меня к тебе дело… просьба, господин Интендант. – мужчина рассмеялся.

– Брось, Хелен, на старости лет мы все равны. Ты же знаешь, я всегда рад помочь тебе, что случилось?

– Нужно сделать кое-что незаконное… – женщина смутилась, а в мужчина замолчал. – Нужно по номеру узнать все, что можно, про один ключ-чип, но так, чтобы его владелец ничего не узнал об этом.

– Вот как? – откликнулся Виктор. – Хелен Блэкстоун, вновь, несмотря на все свое прошлое, сует свой милый носик куда не следует? – мужчина рассмеялся. – Ты не боишься, что тебя вновь обвинят в предательстве? И ведь в этот раз, никто не даст тебе второго шанса.

– Не говори глупостей, Виктор, – Хелен улыбнулась. – один мой друг… просто потерял декодер от этого ключа и не хочет, чтобы в системе была информация об этом. Вот и все. Здесь нет ничего особенного, просто нужно обойти систему…

– Ну не знаю, – игриво откликнулся интендант. – Возможно, если ты согласишься сходить со мной в ресторан, я что-нибудь разыщу об этом ключе…

– Пф, – резко фыркнула мисс Блэкстоун. – ты просишь слишком большую цену, за столь простенькую работу. Пожалуй, я обращусь к кому-нибудь другому…

– Стой-стой! – спохватился Виктор. – Хорошо-хорошо… Я найду максимум информации об этом ключе, хорошо? Тогда, ты согласишься…? – робко добавил он.

– Сначала сделай дело, потом и поговорим, – на этих словах Хелен оборвала связь. Юля восхищенно посмотрела на свою Настоятельницу, а та хитро улыбнулась.

– Женщина, всегда должна оставаться женщиной, – горделиво проговорила мисс Блэкстоун, а Юля улыбнулась, кивая головой.

Через несколько минут раздался звук вызова.

– Ну что? – с ехидной улыбкой спросила Хелен.

– Я скидываю тебе все технические характеристики по ключу, но… – мужчина запнулся. Его голос был каким-то испуганным, и Юля напряглась, как и сама Хелен.

– Но?

– Видишь ли, – начал осторожно Виктор. – это ключ-чип из Цитадели. Старый, с серьезной защитой. Но самое главное, что он был списан десять лет назад из-за технической неисправности в коде… Уж не знаю, где ты его нашла, но он числится уничтоженным… – Юля вздрогнула при этих словах, а мисс Блэкстоун напряглась.

– Что-нибудь еще…?

– Максимум, что могу сообщить, это инициалы последнего владельца – А.Б. Кроме того это устройство связанное. У него есть брат-близнец… Хелен, во что ты ввязалась? Только не говори мне, что ты действительно вновь взялась за старое?

– Нет, – женщина покачала головой. – не беспокойся… Спасибо тебе, за информацию. А на счет ресторана… Я тебе попозже отвечу, хорошо?

– Да, хорошо. Береги себя.

Разговор был закончен, и лицо Хелен нахмурилось, а взгляд резко отяжелел. Она нажала еще что-то на своей клавиатуре, и предплечье Юли завибрировало.

– Я переслала тебе всю информацию, что ему удалось найти… – тихо проговорила она и затянулась.

– Извините, – аккуратно обратилась Юля. – ваш знакомый… Он сказал что-то про предательство…?

Женщина подняла свой тяжелый взгляд на Юлю и кивнула головой.

– Я предала Орден однажды… – девушка удивленно посмотрела на свою Настоятельницу, и та кивнула. – Да, звучит, наверное, невероятно, но это так. Я родилась давно, в Британии, почти сразу после того как завершилась война с государствами. Ордену было важно устранить все признаки управления старого мира… Но народ никуда не делся. Мало было желающих спокойно служить захватчикам, как мы их тогда считали… У меня были родители, брат, возлюбленный… Так уж вышло, что, когда на наше поселение напали, я осталась в нем одна… Мала была и глупа, не успела удрать, – мисс Блэкстоун говорила задумчиво, смотря куда-то вперед, в пустоту. – Так я попала в Орден. Либо носить их плащ, либо смерть. А я хотела жить. Несколько лет меня учили, объясняли, чем Орден отличается от обычных захватчиков. В чем их цель, какие идеи стоят за всем этим ужасом… – она прервалась и коснулась своего перстня с черным камнем.

– Когда меня отправили «в поле», – продолжила она, держась за свой перстень. – сколько меня ни учили… сколько ни объясняли… Встретив своих родных, своего любимого… Моя горячая кровь, заставила меня предать Орден и сбежать с ними. Я была молода и глупа, – женщина бросила взгляд на Юлю. – нас всех поймали. Я сама же и навлекла на них беду… Хоук лично призывал нас отречься от своих глупых идеалов… Мои родители продолжали быть верны своему павшему государству, цеплялись за глупую мечту возродить его и отомстить Ордену. Их всех казнили на моих глазах… – голос женщины дрогнул. – И я тогда должна была умереть… Но Хоук дал мне шанс. Последний… – она сжала свое кольцо.

– С тех пор, – продолжила она после небольшой паузы. – я поняла, что людям всегда надо давать шанс. Но только один, – она подняла свой взгляд на Юлю. – Дитя, будь осторожна. Ты, как и я когда-то, совершенно не представляешь, во что себя вплела…

XIV

– Тони? – окликнула Юля смуглого юношу в белом халате возле одного из непонятных устройств, вокруг которого толпилось еще несколько человек.

– О, птенчик! – воскликнул Тони и, сказав что-то остальным, направился к Юле, как за его спиной разразился смех. – Что-то смешное увидели? – удивленно обернулся юноша.

– Э.. Нет, сэр, – откликнулся один парнишка в халате. – рады, что вы общаетесь с девушкой, сэр… – не успел он договорить как вся группа вновь разразилась смехом.

Тони проигнорировал их шутку и спокойно подошел к удивившейся такой ситуации Юле.

– Ты пришла сдаваться, что не можешь справиться с моим поручением? – Тони скинул с себя белый халат и надел тепло-розовый пиджак, висевший на его кресле.

– Что? Нет, – Юля возмутилась и нажала кнопку на своем наручном компьютере. – Я, вообще-то, раздобыла всё, что вы просили!

– Ого! Неплохо, птенчик! – воскликнул Тони и уткнулся в монитор, рассматривая данные, присланные Юлей. – Надо бы вызвать к нам Августа, он будет рад…

Вскоре, меньше чем через час, прибыл Август. Без его присутствия Тони не хотел ничего говорить, как Юля не спрашивала его.

– Ну что? – Август сел рядом и вопросительно смотрел то на Тони, то на Юлю, ожидая ответа.

– Есть хорошая новость и плохая… – начал было Тони, но Август его перебил.

– С плохой. Что там опять?

– Это старый ключ, создан еще в военное время. Шифрование высшего уровня. Взломать будет непросто…

– Но возможно? – Август нахмурился.

– Да, но займет много времени, – Тони развел руками. – Если ты захочешь получить доступ ко всей информации на нем, то ты ее получишь, когда состаришься. Я буду, таким же стариком, как и ты, буду приходить к тебе с тростью и кряхтеть обо всем, что мы тут выяснили…

– Я понял, – тяжело вздохнул Август.

– Разве нельзя, – вставила свое слово Юля. – выборочно достать оттуда какие-то данные? Чтобы не ждать так долго…

Тони рассмеялся.

– У тебя и правда умная ученица, – обратился он к Августу. – Именно это я и хотел предложить. Я могу постараться случайным образом получить доступ к некоторым данным, а затем, ты их посмотришь. Может, тебе хватит этого, чтобы понять то, что тебе нужно?

– Если это будет быстрее, – Август задумался. – Сколько времени это займет?

– Пару недель, – пожал плечами Тони. – может чуть больше.

– Ладно, – Август кивнул. – есть что-то еще об этом ключе?

– Да, – Юля опомнилась. – есть инициалы последнего владельца – А.Б. Но сказано, что ключ был списан десять лет назад…

– Вот как? – Август насторожился. – А.Б., кто бы это мог быть?

– Да брось, – Тони махнул рукой. – ключ старый, тот кто им владел, мог уже давно умереть. Нет смысла гнаться за этими буквами.

– Еще, – добавила Юля. – ключ был списан из-за каких-то неисправностей в коде… И у него есть устройство-близнец…

– Неисправности в коде? – Тони удивленно повернулся к девушке.

– Устройство-близнец, значит… – прошептал задумчиво Август.

– Учитель, а что это значит? – Юля, хоть и передала всю собранную информацию, до сих пор не все понимала. – Что значит устройство-близнец?

– Ключи-чипы, – начал Август, после небольшой паузы. – создавались не только как хранилище информации, но и как способ общения. Если несколько ключей были связаны в одну систему, через которую можно было свободно общаться – такие чипы назывались близнецами. Их декодеры подходили друг к другу, поскольку ключи были абсолютно одинаковыми.

– То есть, получив доступ к одному, можно получить данные и из других? – закончила мысль Юля.

– Можно, – ответил Тони. – только на таких и система защиты очень хорошая. Взломать можно, но потратишь уйму времени. А попробуешь добраться до внутренностей – пух, – он вскинул руки. – все данные будут уничтожены. В том числе и сам ключ будет поврежден. В войну эти штуки сыграли немалую роль. Если такой и попадал в руки к противнику, и им вдруг удавалось получить доступ к данным то, когда это происходило, информация была уже неактуальна.

– Надо быть осторожнее, – Август взглянул на Тони. – если этот ключ связан еще с каким-то активным устройством… Мы сильно рискуем.

– Я буду нежен и осторожен с твоей штукой, – Тони поднял руки и поиграл пальчиками. – Не переживай, Август, я все сделаю чисто.

– А что делать мне? – Юля заглянула в глаза Августу и тот вспомнил о ее трудной ситуации.

– Юля… – Август вновь на время погрузился в свои мысли. – Тони, как продвигается расследование по «Надзирателю»?

– Копаемся, – юноша махнул рукой. – пока ничего толкового ответить не могу.

– Возьми Юлю в помощницы? – Август ввел в ступор обоих своим вопросом. – Ей нужна работа, а мое поручение было неофициальным, – пояснил Август. – она смышленая, поможет тебе в этом деле. И будет держать меня в курсе как у вас продвигаются дела?

– Пожалуйста! – Юля вскочила и сделал поклон.

– Ладно, – протянул Тони, тяжело вздыхая.

– Спасибо! – Юля вновь поклонилась.

– Юля, – обратился к девушке Август. – я выпишу тебе средства, за проделанную работу. Найду как описать, чтобы твой труд, даже неофициальный, не остался неоплаченным. Не переживай, все будет хорошо с твоими родителями.

– Ну что ж, – обратился к ней Тони, когда Август ушел. – Добро пожаловать в нашу лабораторию, Послушница. Будешь, значит, приезжать к нам каждый день и помогать с мозговым штурмом…

– А есть уже какая-то версия? – Юля мало смыслила в таких делах, но хорошо умела решать головоломки, а раз это расследование было именно таким, то для нее это задание идеально подходило.

– Есть, – кивнул Тони задумчиво. – техническая неисправность и человеческий фактор…

– Но? – Юля услышала нотки сомнения в голосе юноши.

– Но, – почти шепотом ответил Тони. – это слишком простой ответ, для такой непростой ситуации…

XV

– У тебя папины глаза, – проговорил добродушный толстяк с пышными светлыми волосами и бородой, заплетенной в косичку, заканчивая работу над протезом. – Мамина внешность, но глаза! Глаза явно папины!

– Спасибо, Готтфрид, – Стелла грустно улыбнулась. – Как там моя рука?

– Ну, – протянул толстяк, почесывая затылок. – не шикарная конечно… Прости, принцесса, сделать хороший интегрированный протез не выйдет. Но Хальфдан дал мне эскиз, и кое-что мне удалось смастерить.

Мастерская Готтфрида была несколько удалена от основного поселения и прилегала к лаборатории, в которой постоянно пропадали Мария и Хальфдан. Мастерская же почти ничем не отличалась ото всех остальных зданий в Вике – такой же вытянутый деревянный одноэтажный домик, с множеством комнат и главным залом, в котором постоянно горел очаг. Стелла сидела на столе в одних штанах в небольшой комнате с маленьким окном, из которого лился свет. В помещении было прохладно, но Стеллу это не смущало – она легко сокращала кровоснабжение внешних покровов, сохраняя тепло внутри тела, из-за чего ее кожа всегда была бледной, почти белой. Правой рукой она закрывала свою голую грудь, впервые посчитав, что должна прикрываться, хотя раньше такие мелочи ее не заботили. Ей было чуждо смущение своего тела, для Стеллы оно было не больше чем инструментом. Но теперь ее тело принадлежало не только ей. У нее был Декстер, и девушке хотелось, чтобы только он мог видеть ее голой.

Готтфрид поднес к Стелле на подносе нечто отдаленно похожее на руку. Протез был черно-серый, начинался от плеча специальным чехлом и крепился к телу ремешками. В той части, что примыкала непосредственно к телу, виднелись простенькие датчики для фиксации биотоков. Далее шла, довольно простая по конструкции, часть, имитирующая плечевую кость, шарниром соединенная с темно-серым предплечьем и заканчивающаяся кистью.

– Это основа, – проговорил Готтфрид, уходя куда-то в глубь своей мастерской. – Я распечатал для тебя на 3D-принтере мускулатуру и несколько пластин, чтобы закрыть механизм от внешних угроз.

Он вернулся к Стелле и положил на столик перед ней все необходимые компоненты. Помимо основы, имитирующей кость, было специальное волокно, которое могло сокращаться подобно мышечному, при этом не расходуя большое количество энергии.

– Ну что, начнем? – Готтфрид посмотрел на Стеллу, и та кивнула.

Мужчина поднял основу и накинул чехол на левое плечо Стеллы. Ремешками он обогнул ее тело и в нескольких местах защелкнул замки. Девушка чуть качнулась, привыкая к новой, пока неподвижно висящей, конечности. Как только основа уверенно стала держаться на плече Стеллы, Готтфрид перешел к мышечному волокну. Он что-то щелкнул на протезной основе и стал вдевать в крепления эластичный материал, постоянно сверяясь со своими записями и схемами. Когда последний кусок волокна был закреплен, Готтфрид стал аккуратно закрывать самые хрупкие части конструкции небольшими темно-синими пластинами, внешне напоминающими металлическую броню. Стелла спокойно сидела и ждала, когда механик закончит, и она, наконец, сможет воспользоваться своей новой рукой. Пусть она будет не как родная, пусть слабее и неповоротливее – главное, чтобы была. Отсутствие левой руки вызывало у нее странное чувство несоответствия, и дело было даже не в практическом вопросе. Она легко привыкла обходиться без еще одной конечности. Дело было в ощущениях. Стелла была готова поклясться, что она продолжала чувствовать свою левую руку, продолжать двигаться так, будто она никуда не делась, учитывая при движении ее «невидимые» габариты. Но каждый раз, когда она смотрела на себя в зеркало или опускала свой взор вниз, на свои руки, ее пронзало тяжелое, гнетущее ощущение ненависти к самой себе. Все ее нутро будто кричало, вопило и требовало, что рука должна быть на месте …

– Готово! – воскликнул Готтфрид, когда раздался финальный щелчок. – Ну, попробуй!

Толстяк встал чуть поодаль, любуясь своим творением. Стелла попыталась поднять руку и та, с тихим звуком натягивающейся материи, медленно поползла вверх.

– Ну как тебе? – спросил улыбающийся мужичок. – Материал изменяет свою длину, подобно мышцам, после подачи на него тока. В плече и предплечье есть батарейки с металлическим водородом. Их энергии тебе должно хватить надолго, – Стелла продолжала двигать своей рукой, которая очень сильно отставала по своим движениям от ее намерений. – Ну, она конечно медленная, но…

– Но это лучше, чем ничего, – закончила за него Стелла, кивая. – Хотя, папе бы не понравилась… Спасибо, Готтфрид.

Мужичок улыбнулся, сделал небольшой поклон и удалился в другую комнату, а Стелла стала одеваться, собираясь обратно в домик ярла. Декстер уплыл на лодке обретать новые навыки рыболовства, стремясь вписаться в новый для них образ жизни. Когда она уже оделась, громко ругаясь, в главный зал вошли Мария и Хальфдан. Они вели разговор на чистом немецком, видимо, чтобы никто другой из поселения не мог понять, о чем именно они спорят, но Стелла прекрасно все понимала. Девушка замерла, стараясь не шуметь, вслушиваясь в каждое слово.

– …ты хоть понимаешь, что ты просишь? – громко возмущался Хальфдан. – Я все понимаю, но такое… Как ты хочешь это сделать? Это невозможно!

– Возможно, – холодным тоном парировала Мария. – Пока я сама не представляю как, но это должно быть возможно.

– Столько работы уже было сделано и что теперь? Ты хочешь поставить все на кон! – не унимался Хальфдан. – А если не выйдет? Что если мы все потерям…

Его голос резко осекся, видимо Мария заставила его властным жестом закрыть рот. В комнату Стеллы заглянули карие глаза и на серьезном лице тут же появилась улыбка.

– Ты тут! – Мария, тщетно пытаясь изобразить удивление, подошла к Стелле и потянулась к ее левой руке, которая крайне медленно поднималась в приветственном жесте. – Да уж, папа бы сейчас возмущался. Он всегда был против, чего-то «неестественного», как он говорил…

– Угу, аккуратнее, – Стелла кивнула головой и несколько отстранилась от попыток матери разглядеть как выглядит протез под одеждой. – Он на ремнях держится. Чтобы я могла его снимать.

– Снимать? – удивленно спросила мама, не отводя взгляд от искусственной кисти. – Зачем тебе его снимать? Я думала он интегрированный…

– Нет, – покачал рыжей головой, вошедший Хальфдан. – у нас нет таких материалов и технологий.

– Он еще и не металлический. Ты его чисто из полимера сделал? – презрительно фыркнула Мария, прощупывая руку Стеллы. – Теперь понятно. Все равно не пойму, зачем тебе его снимать…

Стелла неожиданно для самой себя засмущалась и чуть было не покраснела. Она опустила голову, отводя взгляд.

– А спать мне как? – тихо проговорила она. – Мешаться же будет…

– Ах, вон оно что, – улыбнулась Мария и жестом выгнала мужчину из комнаты. – Дай мне свою правую руку. Мне нужно взять кровь на анализ.

– Анализ? А я что, заболела? – Стелла удивленно наблюдала, как мать достала пробирку и, засучив рукав одежды, вонзила иглу в вену, набирая целый цилиндр крови.

– Нет, – осмотрев пробу, Мария убрала ее куда-то в свою сумку. – Это так, для мониторинга. Как у вас с Декстером, кстати? – Стелла удивилась этому вопросу, но мама хитро улыбнулась и добавила. – Приступов тошноты еще не было? Мы здесь уже несколько дней…

– Не было, – перебила ее Стелла недовольным тоном. – Если бы ты меньше пропадала в своей лаборатории, то может быть не пришлось бы мне задавать такие вопросы. Все у нас хорошо!

Мария странно улыбнулась, кивнула Стелле и собралась уходить, но Стелла, неожиданно для себя остановила ее.

– Мам…

– Да? – Мария застыла в дверном проеме, придерживая ткань, закрывающую проход между комнатами.

– Мне… – Стелла потупила взор. Она не знала, как сказать матери со столь научным подходом к жизни, о своих видениях. – Мне приснилось кое-что…

К удивлению девушки, мать отреагировала со всей присущей ей внимательностью к деталям. Мария вновь зашла в комнату и перешла на шепот.

– Что тебе приснилось?

– Ну… – Стелла не ожидала такого внимания к себе. – Папа… Мне снилось, что я совсем маленькая… И он держит меня на руках, обнимает… – на мгновение Стелла запнулась. – Меня, конечно, Декстер ночью обнимает, наверное, поэтому… мне казалось, будто я чувствую его тепло… его руки…

– Это все? – Мария внимательно смотрела на дочь, не мигая.

– Ну… – Стелла задумалась. – Нет… кое-что еще… Я видела… Видела его руки. И мне показалось кое-что очень странным.

– Что же? – в голосе матери слышалось нетерпение.

– У него, как будто была татуировка на правой руке… Огромная, от кисти до плеча… – Стелла попыталась показать это на себе, но протез предательски отставал от ее слов и крайне медленно совершал жесты. – У папы была когда-нибудь татуировка? Мне казалось он не сильно любил такое, нет?

– Твой отец, – Мария хмыкнула. – в принципе мало что любил. Разве что меня, – она хитро улыбнулась, положила руку на правое плечо Стеллы и прижалась к ней лбом. – Но больше всех, он любит тебя, – она чмокнула дочь в носик, направилась на выход из комнаты и обернулась в дверном проеме. – Вам с Декстером надо пожениться…

– Мама!

Мария хихикнула и скрылась, а Стелла опустила глаза и грустно улыбнулась, постепенно ощущая, как внутри растекается тепло.

Вечером, Стелла и Декстер уединились в своей комнате. Закончив слушать, как Декс учился рыбачить и справлялся с морской болезнью, Стелла улыбнулась, плотно закрыла дверной проем и усадила юношу на кровать.

– Смотри, – девушка сняла с себя одежду, оставшись в одних лишь штанах и, не прикрываясь, покрутилась перед ним, показывая, как закреплен протез. – Как я тебе?

– Ух ты, – Декстер вскочил и с нескрываемым интересом стал осматривать устройство, трогая его руками. – Удивительно! Я и не думал, что здесь смогут изготовить для тебя такое!

– Он не идеален, – Стелла указала правой рукой на медленно движущийся протез. – но это хоть что-то… – девушка поймала жадный взгляд Декстера на себе и усмехнулась. – Он без прямого контакта с нервами – снимается.

Декстер, не говоря ни слова, смотря ей прямо в глаза, стал отстегивать один ремень за другим, опоясывающих девушку, постепенно отцепляя протез от ее тела.

Раздался щелчок последнего замка, и Декс ловко подхватил протез, убирая его в сторону.

– Он хорош, – прошептал Декстер, целуя Стеллу в шею и прижимая ее к себе. – Но без него ты мне нравишься еще больше…

Стелла улыбнулась. В ее голове промелькнула последняя мысль, и она отдалась безрассудному пожару любви.

XVI

Время шло, и год приближался к своему концу. Юля ездила в Исследовательский центр почти каждый день, участвуя в расследовании взрыва, временами отвлекаясь на другие, более мелкие дела Ордена. Девушка старалась заработать нужную сумму, чтобы оплатить лечение родителей, и Август старался помочь ей в этом. Тони проводил множество экспериментов, стараясь восстановить события той злополучной ночи, стремясь разобраться в причинах произошедшего. Однако, почти вся его команда относилась к его попыткам скорее презрительно, считая, что ответ уже давно получен, а Тони лишь задерживает их. Параллельно, юноша занимался взломом ключа-чипа, выполняя тайное поручение Августа, на результаты которого тот возлагал очень большие надежды.

Жизнь шла своим чередом, город постепенно возвращался к привычному ритму, хотя на голову Августа все же свалилась еще одна немалая проблема. Из-за того, что очень многие жилые дома остались в зимние дни без стекол и отопления, резко возросло количество случаев сезонных заболеваний. И, хотя в норме все больницы были бы готовы вылечить своих пациентов от несильно страшных болезней, вызванных, в первую очередь, переохлаждением, в условиях кризиса ситуация сильно обострилась. Из-за взрыва серьезно пострадали некоторые предприятия, включая те, что принадлежали семье Вульф. Больницы были переполнены пострадавшими, деньги расходовались в колоссальных объемах не только на восстановление, но и на поддержание пострадавших и лишившихся работы. В конечном счете, постепенно назревала новая проблема – из-за пострадавших производств, включая фармацевтические, количество лекарств стало медленно сходить на нет. Деньги требовалось расходовать и на восстановление фабрик, и на закупку лекарств. Впрочем, решение короля медленно, но верно стало приносить желаемый результат. Август сильно переживал и на счет своего города, и на счет создания Торговой Гильдии. Однако, казавшееся ему неверным решение короля стало приносить пользу – Торговая Гильдия стала перечислять суммы, которые начинали закрывать дыры в бюджете, постепенно успокаивая Августа.

Было и еще кое-что, что тревожило юношу. Эльза все так же была в коме, и, хотя врач уверенно обещал позитивный исход, Август все равно тревожился. Рана на сердце, хоть и болела, но постепенно начинала зарастать, вынуждая Августа думать о будущем. В конце концов, Эльза его супруга, они вступили в вечный союз, который не вправе расторгнуть. А значит, ему нужно найти выход из этой безвыходной ситуации, как-то примириться с ней, либо… Темные мысли временами посещали голову юноши. Он частенько пробирался в комнату, где лежала Эльза, усыпанная датчиками и приборами жизнеобеспечения, смотрел на нее, не зная, что же делать и как правильно поступить.

Приближался один из немногих праздников, официально отмечавшихся Орденом – Новый год. Начало нового цикла было значимым событием для всех крестоносцев. Александр был вынужден на несколько дней покинуть Ньюполис, посетить Столицу, а затем – Франкию, для выполнения рутинных, но важных для правильного функционирования королевства дел. В конце концов, ужасные теракты случились только в Ньюполисе, и весь остальной мир не должен был страдать от этого. Однако, в самом городе ощущения праздника не было. Август отдал указания, в попытке хоть немного поднять настроение гражданам, однако доступных средств на это было немного, из-за чего празднование обещало быть довольно тусклым и наполненным скорбью по погибшим.

Август, стараясь звучать позитивно, поздравил своих граждан с наступившим новым годом в видеообращении. Слова давались ему тяжело, прекрасно понимая с какими ужасами пришлось столкнуться жителям. Он и сам пострадал от этого всего не меньше, о чем свидетельствовал его внешний вид. Юноша старался питаться правильно, но все чаще вечерами прикладывался к спиртным напиткам, лицо сильно исхудало, а взгляд потускнел. Все его стремления, амбиции, куда-то исчезли. Он так хотел помогать этому городу, его жителям, мечтал когда-то занять место отца… Когда же он занял его, мечтал помочь Стелле искоренить предателей, стать Лордом достойным своей фамилии, подарить отцу внуков…

А что теперь? Теперь жизнь для него замерла. Как будто кто-то оборвал нить времени, нарушил его естественный ход. И Август стал не активным участником этого потока, а всего лишь пассивным наблюдателем. Его горячо любимый отец мертв. Его больше нет. Лишь медленно растущее дерево в саду напоминает о нем. Мать уехала с младшим братом куда-то подальше ото всех проблем, а сестра, хоть и временами напоминает о себе, посылая сообщения и совершая звонки, все равно находится где-то далеко и занята своими делами. Весь мир нем и безучастен к твоим бедам… Время остановилось лишь для Августа. Для всех остальных оно стремительно текло и двигалось вперед, вынуждая и юного Лорда неохотно совершать шаги куда-то в неизвестность. Единственный человек, который мог бы, и должен поддержать его, спасти от этой бездны отчаянья – сейчас без сознания. Да и смогла бы она? Она предала его, предала его отца, Орден. Предала всех. Возможно, сама Эльза так не считала. Может были веские причины для всех поступков? Август не знал. Он просто ждал. Ждал результатов расследования, исхода событий, что проносились мимо него.

Изредка, странная боль пронзала его сердце. Ему хотелось сорваться с места, рвануть куда-то в Дикие Земли, скитаться по ним, подальше ото всего этого мира. Найти Декстера, Стеллу… Возможно, они понимали его? Возможно, они были бы способны помочь ему, поддержать его. Декстер… Только он понял всю его боль, все его страдания. И не только случившиеся, но и те, что еще поджидали Августа впереди. Все же, встреча с этим темноволосым юношей была не случайна…

Мысли Августа прервало сообщение. Он сидел в своем кабинете и смотрел на ночной снегопад, медленно укрывающий пушистым покрывалом оранжерею. Некоторое время юноша не двигался с места. Ему казалось, что если он просто не отреагирует на сообщение, то проблема исчезнет сама собой. Может это что-то не очень важное? Обойдутся и без его участия…

Август тяжело вздохнул и повернулся к экрану. Раз сообщение пришло так поздно ночью, значит была веская причина его написать. Ему написал один из его заведующих фармацевтической отрасли. «Предприятие встало. Требуется капитальный ремонт.» Август вновь тяжело вздохнул. Он экономил на всем, на чем только мог, стремясь как можно больше средств отводить на компенсации. Чем больше средств в кризис было бы у граждан, тем охотнее они их потратят и тем быстрее все вернется в привычное русло. Так он считал. Проблемы на фармацевтическом предприятии грозили серьезными последствиями. Количество заболевших резко подскочило к празднику и, если его предприятие не сможет обеспечить всем необходимым своих граждан, то ему придется обратиться к частным производителям, либо к другим полисам за помощью.

Август задумался: «К кому мне обратиться? К другим Лордам? Тем, что винили меня во всех произошедших событиях…» На ум приходило только одно решение – обратится к новоиспеченной Торговой Гильдии. У них он точно сможет без лишних вопросов закупить все необходимые лекарства и оборудование для ремонта.

На следующий день, второго января нового 2132 года, Август ждал у себя во дворце представителей Торговой Гильдии. Среди них должен быть и Магистр Дрейк – тот, что и сподвигнул Александра на такое решение, и представители частных компаний. С ними он договорится о закупках лекарств, пока будет происходить восстановление его собственных предприятий. Существующая система «квазиплановой экономики» сыграла с ним злую шутку. Если бы производство велось в промышленных масштабах, то проблема была бы менее ощутима. Но политика Ордена не позволяла производить «больше чем нужно», что, собственно, и внесло свой вклад в формирование кризисной ситуации.

Август сидел в небольшом зале для переговоров, за скромным прямоугольным столом. Его отец любил обсуждать дела на улице, в саду, но Августу было такое не по душе. Тем более сейчас, ему хотелось просто поскорее решить все вопросы, закончить с этим делом и вновь вернуться к своему унынию. Дверь в зал открылась, и Альфред жестом пригласил гостей войти. В руках у вошедших были планшеты, в которых хранились все документы и через которые велись дела. Первым вошел высокий мужчина средних лет, в плаще с красными крестами, расстегнутым сверху. У него были короткие темные волосы, карие глаза и короткая бородка на смуглом лице.

– Магистр Дрейк, – поприветствовал вошедшего Август.

– Лорд Вульф, – мужчина поклонился в ответ на поклон Августа. – можете просто по имени – Мортен.

Мортен сел за стол, напротив Августа, а вслед за ним вошли еще два человека – гражданских. Один из них, мужчина преклонных лет, был незнаком Августу, скорее всего это был один из управляющих компании, входящей в состав Торговой Гильдии, а вот второй… Второго Август знал очень хорошо.

– Господин Морозов, – проговорил Август, даже не собираясь совершать поклон. – и вы здесь.

Молодой юноша с русыми волосами презрительно улыбнулся, сделал небольшой, больше издевательский, поклон и сел по правую руку от Магистра Дрейка.

– Не знал, что ваше скромное предприятие, – проговорил Август, садясь за стол. – господин Морозов, тоже вступило в Торговую Гильдию. «D&M» еще на плаву? После того как ваше предприятие встало на семьдесят два часа, помнится, у вас было довольно плохо с деньгами…

– У нас и правда, все не очень хорошо, Лорд Вульф, – к удивлению Августа, ответил второй мужчина, сидевший слева от Дрейка.

– Простите, – удивленно ответил Август. – А вы кто?

– Дмитрий Морозов, – представился мужчина. И только сейчас Август обратил внимание как эти двое похожи. – владелец компании «D&M».

– Тогда…

– Я, Лорд Вульф, – поспешил вставить свое слово Морозов-младший. – идейный лидер компании «ФармТех», от лица которой и собираюсь вести дела.

Августа слегка передернуло. Этот мерзкий червяк сумел как-то пробиться в лидеры корпорации, приходу которой так сильно сопротивлялся Себастьян, а теперь и сам Август.

– Как же это, вы так высоко вспорхнули, – выдавил из себя Август.

– Совету Директоров «ФармТех», – откликнулся Морозов-младший. – очень нужен был человек амбициозный, умный, способный не просто считать деньги, но и продвигать компанию. Я оставил «D&M» на своего отца, а сам попытал счастья в «ФармТех». Я, в конце концов, разбираюсь в фармацевтике не хуже известного Грея…

– Удивительно, – перебил его Август. – как быстро в вас распознали талант…

– Лорд Вульф, – вмешался Мортен. – мы прибыли сюда, поскольку вам нужна помощь Гильдии в снабжении лекарственными препаратами. Единственная частная компания в вашем городе – «Drugs&Medicine», под управлением Дмитрия Морозова, на основании Лицензии «На Фармацевтическое производство», оказалась не способна справиться со своими финансовыми трудностями. Случившееся печальное событие в Ньюполисе также повлияло на состояние этого предприятия. В итоге, компания господина Морозова-старшего, обратилась в Торговую Гильдию, с просьбой о помощи. Совсем как вы.

– Не очень понимаю, на что вы намекаете, – Августу не нравился ход разговора.

– Мы говорим прямо, – вмешался Морозов-младший. – «ФармТех» способна спасти от банкротства компанию моего отца, и, также, готова помочь вам, Лорд Вульф. Если, вы позволите «ФармТех» получить разрешение на ведение торговли в вашем полисе.

– Я прошу помощи у Гильдии, а не у «ФармТех», – фыркнул Август.

– У Гильдии, – поспешил ответить Магистр Дрейк. – не так много средств. А «ФармТех» является нашим главным инвестором. Уже несколько недель вам удается не поднимать налогов для граждан, и покрывать все расходы, именно благодаря вложениям корпорации «ФармТех». Увы, но для спасения большего, приходиться жертвовать меньшим, Лорд Вульф. Уж вам ли не знать…

– Вы предлагаете пустить в мой город производителей отравы? Чтобы они торговали огромным перечнем наркотиков в моем городе, вредили здоровью моих граждан…

– А что поменяется? – вмешался Морозов-младший. – Наркотики и так продаются во многих местах, только бренд другой – моего отца. А теперь наклейка сменится на «ФармТех». Больше ничего не поменяется. Зато ваши больницы будут обеспечены всем необходимым.

– Юноша прав, – поддержал Морозов-старший. – легкие наркотики лишь способ для наших компаний удержаться на плаву. Разве это повредит как-то вашему городу? Люди имеют право отдыхать. И, если им по нраву химические радости, то это их право. В противном случае ваш город попросту останется без лекарств…

– Бред, – отмахнулся Август. – я запрошу поставок у короля, у других полисов. «ФармТех» не монополист. Вы не можете…

– На самом деле, – перебил его Дрейк. – Его Величество наделил Торговую Гильдию монопольным правом на межполисную торговлю.

– Что? – Август удивленно уставился на Мортена.

– Отныне, только Торговая Гильдия вправе обеспечивать торговлю между полисами. Внутренняя торговля остается закреплена за правящими семьями, но внешняя…

– Какого черта вы несете?! – вспылил Август. – Что это за бред?!

– Лорд Вульф… – Дрейк подбирал слова. – Видите ли, Торговая Гильдия – это организация. Нам тоже необходимо обеспечивать сотрудников зарплатой, помогать мелким предприятиям, – он указал рукой в сторону Морозова-старшего. – На все это нужны деньги. Его Величество договорился с нами, что мы обеспечиваем беспроцентные займы королевству в случае таких, – он развел руками. – непредвиденных ситуаций. Но в остальное время, наша организация должна как-то существовать и накапливать эту необходимую на экстренный случай сумму. Даже у вступивших в наши ряды компаний, когда-то могут наступить тяжелые времена, и мы будем должны им помочь.

– И вы решили взять под контроль внешнюю торговлю… – Август закрыл лицо руками.

– Именно, – кивнул Дрейк. – мы вводим обязательное участие Торговой Гильдии в любых внешнеторговых операциях, с обязательной уплатой комиссии…

– Комиссии?

– Не переживайте, – вступил в диалог Морозов-младший. – комиссия будет включена в наценку. Не вам платить ее, а гражданам.

– То есть, вы еще и цены поднимите? Я не позволю…

– Увы, – покачал головой Магистр Дрейк. – Его Величество наделил Торговую Гильдию правом самостоятельного регулирования цен. Влияние правящих семей отныне не распространяется на частные компании, находящиеся под крылом Торговой Гильдии.

– Магистр Дрейк, – почти прошипел Август. – как Его Величество мог подписать подобный договор? Это же напрямую противоречит нашим устоям…

– Лорд Вульф, – голос Дрейка сменился на мягкий. – уверяю вас, эти изменения были необходимы. Дабы никто не имел возможности злоупотреблять правами Торговой Гильдии, я был назначен Его Величеством на должность Главного Казначея Торговой Гильдии.

– Не слишком ли много вы на себя берете? – в открытую выпалил Август. У него на глазах совершали, практически, революцию, и он ничего не мог с этим поделать.

– А, разве, существование Инквизиции не заставляло вас задаваться подобным вопросом? – резко ответил Дрейк, но затем вновь сменил голос на мягкий тон. – В любом случае, я уверяю вас, Лорд Вульф. Все будет под моим контролем. Никто и не посмеет вести себя неблагородно в Торговой Гильдии. Мы лишь уважаем интересы каждого. Мало кому захочется отдавать свои средства просто так, верно? А Его Величество требовал от частных предпринимателей беспроцентный займ. Разве это справедливо, скажите вы мне? Эти люди своим трудом зарабатывали средства, стремились вложить их в дальнейшие развитие своих компаний, а Орден попросту отберет их? Вам не кажется ли, что это прямое противоречие Священным Законам? Мы с вами обязаны обеспечивать процветание нашего народа. Создание Торговой Гильдии один из важнейших шагов к реализации этой цели. Уверен, ваш отец, несмотря на всю свою консервативность, в такой трудной ситуации, все же одобрил бы этот шаг, – Дрейк протянул Августу планшет.

– Я… Я не уверен… – Август заколебался, но принял планшет из рук Магистра. На экране был договор по разрешению слияния двух компаний, а также разрешение выхода на рынок Ньюполиса «ФармТех» по условиям Торговой Гильдии.

– Я понимаю ваши страхи, Август, – вновь обратился к нему Дрейк. – Но наш король посчитал этот поступок правильным. В конце концов, Торговая Гильдия во всем подчиняется Королевской семье. Если вы не доверяете, по каким-то причинам, мне или этим господам, то уж Ордену и Его Величеству, вы же доверяете?

– Доверяю… – прошептал Август. Вряд ли у него был выбор. Что он может сделать? Настоять на своем? Так ведь король обяжет его, раз это все с его подачки сделано… Да и не может же он обречь свой город на произвол судьбы?

– Хорошо, – он тяжело выдохнул. – пусть будет так.

Август коснулся планшета и подписал разрешение.

XVII

Все происходящее сильно настораживало Августа. Александр, после посещения Столицы на праздник, уехал во Франкию, где провел торжественную церемонию передачи власти. Дамиен Стоут стал новым Лордом Франкии по указу Его Величества. И все бы ничего, но существование Торговой Гильдии и последние новости заставляли Августа сильно беспокоиться. Меньше чем за неделю новая организация получила разрешения на ведение дел во всех полисах, в том числе и на Луне. И, хотя это было ожидаемо, но в голове Августа все это пестрело подозрительными совпадениями. Уж слишком как-то вовремя и нового Лорда Франкии назначили, и полис на Луне приобрел нового правителя – Найджела Муна. И Торговая Гильдия везде получила разрешения, не встретив ни в едином полисе сопротивления и вопросов со стороны правящих семей. Совет Ордена и Александр лично, в один голос твердили, что это правильное решение, и, действительно, результат не заставил себя ждать. Приток средств позволил закрыть все потенциальные дыры в бюджете, как ядовитый змей, шепча Августу на ухо, что все было сделано верно. Но сам юноша испытывал смятение. Все это было похоже на заговор, на ловко разыгранную пьесу.

Завершив все свои дела, Александр вернулся в Ньюполис, во дворец Августа, скрасив его одиночество. Сам король часто проводил все свое свободное время у супруги, а Август же погружался в свои тяжелые мысли. На все его вопросы король лишь отмахивался и вскользь отвечал, что сделано все было верно. То ли это действительно было так, то ли Александр просто верил в это и игнорировал любые возникающие подозрения. Августа все это крайне сильно беспокоило, особенно реакция граждан. Несмотря на сохранение налогов на том же уровне, мало кто оказался рад резко подскочившим ценам, отмене Ежеквартальных Правок, в которых народ должен был реализовать свое право в участии управлении королевством. И хотя, пока еще причин для беспокойства не было, Август чувствовал всем своим сердцем как, где-то там, за горизонтом, назревает такая страшная буря, с которой ему будет не по силам справиться…

Прошла еще неделя с небольшим после того как Август подписал злополучное разрешение на действия Торговой Гильдии в своем городе. От, уже привычных, пессимистичных мыслей юношу отвлек личный визит его старого друга – Тони. Смуглый парень, как всегда был в красивом ярком костюме – в этот раз светло-голубого цвета. С его лица не сходила улыбка, а с уст без конца слетали колкие шуточки. Август встретил его сам, лично, не утруждая дворецкого. Прежде всего, он сделал так, чтобы Александр не заметил этого визита, ведь, раз Тони решил приехать куда-то лично, значит он сумел раздобыть что-то очень важное.

– Не слабый у тебя домик, – присвистнул Тони, когда они шли по коридору в кабинет Августа. – Я еще помню, когда ты жил просто в храме вместе со всеми. А тут, ваше сиятельство…

Август завел его в свой кабинет и закрыл дверь.

– Ты же знаешь, – ответил он, усаживаясь за стол. – это наследство от отца. Не я возводил этот дворец.

– Да-да, – махнул Тони и сел в кресло напротив. – Знаю-знаю. Но для меня ты так и остался тем вспыльчивым мальчишкой…

– У нас разница всего в два года, – усмехнулся Август. – а ты так высокомерно со мной разговариваешь.

– Я разговариваю с тобой вполне обычно, – улыбнулся в ответ Тони. – я, как раз, слежу чтобы ты не стал высокомерным от своего положения, – улыбка резко пропала с его лица, и он хлопнул в ладоши. – Ладно, к делу.

– Да, – Август кивнул. – ты сумел что-то узнать?

– А ты сомневался во мне? – съехидничал Тони. – Во-первых, помнишь, что передала твоя девчонка? О том, что ключ списан из-за неисправностей в коде? – Август кивнул. – Я узнал, что же случилось… Ты знаешь, что такое прайм-код?

– Знаю, – Август нахмурился, услышав знакомые слова. – И как это связано?

– Ну раз знаешь, то я обойдусь кратким пояснением. Как тебе известно, все наши системы работают на одной среде. Она, конечно, получает обновления и прочее, год от года… Но суть остается прежней. Все ключи используют ту же среду, чтобы было удобнее взаимодействовать. Так вот, кто-то изменил среду у этого чипа. Программа написана в нем на совсем другом языке, из-за чего, наши системы не способны с ним толком контактировать, – Тони замолчал, явно чего-то ожидая от Августа, но тот не понял.

– Что…? – удивленно спросил Август.

– Ты даже не похвалишь меня? – Тони смешно насупился и скрестил руки на груди. – Я, вообще-то, написал, почти с нуля, новую программу, чтобы хоть что-то раздобыть для тебя!

– Ах, это… – Август улыбнулся. – Спасибо, Тони, ты молодец. Но можно все же поподробнее?

– То-то же, – Тони убрал наигранную обиду с лица и продолжил спокойным голосом. – Так вот, кто-то сумел изменить программу, на которой работал этот ключ-чип. Но кроме этого, там есть и кое-что очень интересное. В нее встроен тот самый прайм-код. Это значит, что у этой новой программы есть односторонний путь взаимодействия с нашими системами. Иными словами, владелец этого ключа может без особого труда что-нибудь скачать из наших систем, или изменить в них, но не наоборот.

– Ничего не понимаю… – прошептал Август.

– Что непонятного? – удивился Тони. – Ладно, попробую по-другому…

– Нет, я не об этом, – поспешил объясниться Август. – Прайм-код. Я уже сталкивался с ним несколько месяцев назад, когда вел расследование «Красной пыли»… Но там все было вроде однозначно… И единственный кто мог бы владеть такой программой вроде был устранен… Не понимаю, как такое возможно…

– В любом случае, я продолжу, – Тони проигнорировал слова Августа. – Суть не в этом, а в том, что сам чип изменен таким образом, что имеет доступ к некой системе, через которую можно спокойно общаться. Самое главное, что, судя по всему, программа написана так, что Орден не способен отследить или как-то обнаружить эту систему, – Август удивленно посмотрел на Тони. – Да-да, у вас под самым носом есть целая защищенная система связи. Кто-то сделал так, чтобы ее было практически невозможно обнаружить. Ну и, наконец, к слову о том, что у этого ключа есть близнец.

– Он тоже встроен в эту систему?

– И не один, – улыбнулся Тони. – там как минимум с десяток устройств. Они все работают в одной и той же среде, и могут без особых трудностей устанавливать прямое соединение друг с другом.

– Тебе удалось раздобыть что-то? – Август напрягся. Ему все это не нравилось: «Мало было других проблем, а теперь выясняется, что у предателей есть своя, защищенная сеть. Это объясняло, почему их так долго не могли вскрыть, но как в этом оказался замешан прайм-код…? Разве это не личная вещь Хоука Первого…?»

– Это система связи, многие диалоги автоматически сохраняются. Видимо, они были уверены, что никто не получит к ним доступ, – Тони достал из кармана небольшую флешку и протянул Августу. – Я сумел вытащить из чипа несколько фрагментов их разговоров. Я послушал парочку. Увы, это аудиофайл, без визуализации. Мне нужно было экономить объем, иначе я бы еще месяц провозился, – он развел руками. – Из-за скорости пострадало качество. У всех в разговоре изменен голос, а вместо имен – клички, то ли небесных тел, то ли из мифологии что-то. В любом случае я ничего не понял. Звучит как бред сумасшедшего, разговаривающего самого с собой. Но, может, ты что-то поймёшь?

– Может… – прошептал Август, подключая носитель к своему компьютеру. На экране высветилось четыре аудиофайла, один из которых Август сразу же запустил.

Послышался какой-то булькающий звук, щелчки, а затем, измененный низкий голос человека. Понять кто именно говорил в тот или иной момент было невозможно, как и непонятно было сколько участников разговора в принципе и кто к кому обращается. Все голоса были одинаковыми, лишь паузы изредка давали понять, что, вроде бы, говорил другой человек.

«…Плутон облажался…И черт с ним, Марс…Он был бесполезен с самого начала…Он был подходящей фигурой…Но его стремление поквитаться с девчонкой привело к, вполне ожидаемой, гибели…Довольно о нем…Без него даже проще, слишком амбициозен…План запущен, как мы и планировали…Церера занял место Меркурия…Все как мы и задумывали…Это событие сыграло нам на руку…Юпитер и Уран тоже на своих местах…»

– И это все? – Август огорчился, поняв, что запись так быстро закончилась.

– Я же сказал, – развел руками Тони. – только фрагменты. Если ты хочешь их диалог полностью, то на это уйдет ни один месяц. Понял что-нибудь?

– Едва ли, – покачал головой Август и задумался. – Как давно был этот диалог?

– Если бы я знал, – Тони развел руками. – добыть такие данные было сложно. Дат нет. Этот разговор мог состояться, когда угодно за все те десять лет, что ключ считался списанным.

– Странно… – Август потер лицо руками и провел ими по своим коротким светлым волосам. – Плутон погиб, значит… Поквитаться с девчонкой… – его глаза вдруг резко раскрылись, и он вскочил с кресла. – Неужели…! Стелла… и… Кляйн…? Нет-нет-нет, – он закачал головой. – Не может быть этого! Неужели они так близко к Совету? Не может этого быть… Я бы поверил, что кто-то из рыцарей стал предателем, но Магистр…?

– Послушай, там есть еще, – Тони указал рукой в сторону компьютера.

Август послушно сел обратно на стул и запустил другой файл. Тони прав, это только один фрагмент, нужно больше информации.

«…Ваши действия десять лет назад? … Да…Харон стал отличной фигурой, и нашел послушных пешек…Венера? … Именно… Материнская любовь затмила ее разум… Она была готова на все ради своей дочери… Но теперь они все мертвы? … К сожалению, да… И что же? … Брось, Селена… Это была лишь проба пера… Было бы странно, если этот маленький бунт удался бы… Верно… Теперь мы будем готовиться, весьма тщательно… Но сначала… Нужно убрать…»

– Что скажешь? – поинтересовался Тони.

– А еще короче нельзя было взять фрагмент? – с издевкой ответил Август и вновь уткнулся в свои руки.

– Ну знаешь! – Тони демонстративно сложил руки на груди.

– Венера… – шептал Август, стараясь сложить все вместе в своей голове. – Дочь… Десять лет назад… Это может быть тот самый бунт, двадцать лет назад в Ньюполисе… Значит это правда… Фримен действительно был тогда…

Август запустил следующий файл.

«…Твой план, Меркурий, безусловно хорош…Но вряд ли девчонка даст нам возможность претворить его в жизнь…Да еще и этот старик, как заноза…  Сол, позволь мне избавиться от них? … Как ты хочешь это провернуть? … Сатурн и я предложим провести расследование… Пусть старик посылает своего сына… Верно… Как только он разузнает достаточно, мы скормим его девчонке… А затем, Терра сам предложит нам избавиться от нее… Именно… Я пошлю Фобоса и Деймоса на подстраховку тебе, Плутон…»

– Расследование… – Август откинулся на спинку кресла. – Отец был все же прав… Кляйн и Лион… Кому же, черт возьми, тогда можно верить?!

– Это еще не все, – кивнул Тони.

Август запустил последний файл.

«…Фримен? … Да, так мы себя называем… А к чему все эти шифрования…? Уран, безопасность никогда не бывает лишней… Мы живем в непростое время… Благие намерения, могут быть восприняты как злодеяние… Мы ведь лишь хотим лучше для человечества… Верно, все как завещали основатели … Что вы хотите от меня? … Вам уготована великая миссия… Вы станете нашим проводником в новый мир… Вам поможет Нептун… Он сумеет проследить, чтобы вы получили все необходимое…»

– Понятия не имею, что все это значит! – устало воскликнул Август. – И не слова из того, что действительно мне было бы нужно… Все, кого я мог бы опознать, если это они конечно, теперь уже все равно мертвы…. Все было без толку… – Август поник и шепотом добавил. – Спасибо, Тони. В любом случае, отличная работа…

– Август… – Тони тихо, едва слышно, прошептал. – Ты правда хочешь знать…?

– Что…? – Август поднял голову и удивленно уставился на юношу.

– Прости, я позволил себе послушать это до тебя… – он достал из кармана еще одну флешку и протянул Августу. – Недавно с помощью этого ключа был скачен один файл из архива твоего дворца… Это было последнее действие, так что, как только мне удалось на короткое время получить доступ к нему, я сразу же увидел тот скачанный файл и…

Август молниеносно подключил вторую флешку к компьютеру и открыл папку, что была на ней. На экране высветилась до боли знакомая карта…

– Тоннели… – выдавил из себя Август, голосом полным отчаяния. – Чертовы тоннели под Ньюполисом…

– Эту карту скачали прямо перед тем, как было разорвано соединение последнего разговора…

Август тут же, не раздумывая, нажал на соседний файл и включил аудиозапись. По его телу тут же пробежалась волна иголок, он вскочил как ужаленный, а на глазах навернулись слезы. Где-то отдаленно, помимо булькающих звуков собеседника слышался вполне отчетливый голос Декстера.

«…ты пытаешься помочь этим людям в слепой вере, что месть что-то изменит. Или ты слепо веришь лжи этих людей, что тебя сделают новой королевой? Ты нужна им лишь для того, чтобы найти и расправиться с основателями, которые все это время мешали их планам…»

Следом шли такие же булькающие зашифрованные голоса.

«…Так значит они все же живы…Файл получен, благодарю, Венера… Я свою роль сыграла, Селена… Ты получишь обещанное… А теперь, убери всех свидетелей…»

В устройстве что-то громко щелкнуло и все звуки стали какими-то отдаленными, пока, в конечном счете, запись не остановилась из-за разрыва соединения. Изменение голоса прекратилось и Август услышал голоса Декстера, Стеллы, отца и Эльзы…

«Нет! Она слила им данные! … Все верно… Теперь твои родители получат свое наказание. Даже если ты убьешь меня здесь и сейчас, им ты уже не поможешь! … Стерва… Я убью тебя! … Эльза! Что ты творишь? … Соединение разорвано. Запись прекращена.»

– Отец… Это его голос… – Август устало опустился в кресло. – Нет, Эльза… Что же ты наделала… зачем…

– Мне очень жаль, Август, – Тони опустил голову. – Выходит, твоя супруга, одна из них…

– Забудь об этом, – прошептал Август. – Ты этого не слышал. Все же Декстер был прав… Я сам разберусь с ней…

XVIII

Глубокой ночью, когда тьма накрыла весь город, и только самые отважные весельчаки не спали, во дворце правящей семьи не сомкнул глаз только один человек. Август стоял в темноте в комнате Эльзы, и лишь слабый свет луны тускло пробивался через окно. Август стоял перед кроватью и смотрел на сонное лицо своей супруги. По сторонам от нее располагались аппараты жизнеобеспечения, на экранах которых отражались сведения о состоянии пациентки. Длинные волосы Эльзы, на которых остались слабые оттенки ярких красок, были разбросаны по подушке. Глаза ее были закрыты, дыхание было ровным, а лицо таким умиротворенным. Август сжал рукоять. Он стоял в одних штанах с голым торсом и клинком в руке. Он не видел другого выхода. Для них, не было пути назад. Они не могли развестись, лишь смерть могла разлучить их. Он не мог обвинить ее в предательстве и отдать под стражу или казнить, потому что тогда пострадает и его репутация и ее. Да и, к тому же, неизвестно кому можно верить. Не исключено, если он публично обвинит ее в предательстве, то следом уберут и его. Нет, уж, лучше он решит этот вопрос сам, тайно. Он убьет ее, похоронит, а затем лишь объявит, что его супруга не смогла поправиться…

Август сжал рукоять посильнее, подошел к Эльзе и занес клинок над ее горлом. Она одна из них. Она крестоносец, его друг, товарищ по оружию, сестра, любимая, жена. Она не заслуживает столь мерзкой смерти от отключенных аппаратов жизнеобеспечения. Каждый из них мечтает только об одной смерти – в бою. И он окажет ей эту привилегию, в последний раз… Она умрет от клинка в горле, как настоящий воин, как истинный крестоносец, умрет за свои убеждения.

– Эльза… – Август поднял клинок. По его щекам ручьем текли слезы. – Прости меня…

За окном светало. Солнце медленно выплывало из-за горизонта, стремясь своими лучами пробиться сквозь пелену облаков плотно закрывающих небо. Август сидел в своем кабинете перед камином, осушая уже третий стакан виски. Когда-то он презрительно отнесся к Декстеру с такой дурной привычкой, а теперь… А теперь сам не знал как унять эту жуткую боль в своем сердце, которая едва ли утихала даже после такого количества спиртного. Но алкоголь делал другое. Из-за него путались мысли, в голове все перемешивалось, опустошалось, и вот он уже сидел как чистый лист, наблюдал за восходом, отстраненный ото всех проблем. Боль в сердце из-за этого слегка притуплялась, а сам он, подобно младенцу, витал где-то в облаках, мечтая о каком-то ином исходе и задумываясь о совершенно бесполезных философских идеях.

От дремоты Августа пробудил звонок. Он, с трудом соображая сколько времени провел в таком состоянии, слегка покачиваясь, добрел до своего стола и ответил на звонок.

– Да… – хрипловатым голосом выдавил он.

– Август? – послышался взволнованный голос Юли. – Учитель, я не знаю, что делать… – ее голос сменился всхлипыванием и ноющими нотками.

– Что случилось…?

– Мои родители… – сквозь слезы отвечала девушка. – их выписали. Принудительно…

– Что? Почему? Им уже лучше?

– Нет… Врач сказал, что цены на лекарства резко выросли… Тех средств, что были зарезервированы на их лечение, теперь не хватает… А у меня все еще нет денег, чтобы оплатить их лечение…

– Ничего не понимаю… – Август потер лицо руками. – В каком они состоянии?

– Врач говорит, что они проживут полгода… Может год, если покупать им дорогие лекарства… Их сейчас выводят из комы… Хотят, чтобы я забрала их домой… Помогите, прошу…

Август обхватил свою голову руками. Вот он, результат его действий. Это его вина, что родители Юли сейчас будут принудительно выписаны. Это он позволил «ФармТех» взять цены под свой контроль. Это все он…

– Я… Юля… – Август не знал, что ей ответить. – Пока, делайте что говорят…

– Но… Учитель… – последние нотки надежды покинули голос Юли, полностью сменившись на отчаянье.

– Я поговорю с Его Величеством… Может мы сможем что-то сделать… А пока…

Девушка бросила трубку. Он прекрасно понимал ее чувства. Ему бы и самому хотелось сейчас бросить трубку и не разговаривать с самим собой. Он, как глупец, следовал везде по указанному пути, даже не задумываясь, что же он делает. Верил словам предателей, следовал за ними всюду, преследовал своих друзей, изгнал их. Изгнал того, кто на самом деле был ему другом, единственного кто хотел бы ему помочь.

Август сделал над собой усилие, оделся и вышел из кабинета. У него была парочка вопросов к Александру, от которых очень многое зависело. Его Величество проводил большую часть времени у своей супруги, и в этот раз Август застал его там же. Королева Анна – молодая женщина с короткими золотистыми волосами, мирно лежала на кровати, находясь где-то в глубинах своего сознания. Александр же сидел рядом и о чем-то разговаривал с ней, искренне веруя, что она способна его услышать.

Август заглянул в комнату, дождался пока его заметят и жестом пригласил Александра выйти.

– Что такое? – обратился король к Августу, выйдя из комнаты. – Как твоя супруга? – он кивнул в сторону соседней комнаты и направился в нее. Августа слегка передернуло, но он не остановил Александра. Дверь открылась, и Александр заглянул внутрь.

– У тебя милая жена, Август, – улыбнувшись, проговорил Александр. – Все будет хорошо с ними, не переживай. Ты чего какой напряженный?

– Можно с вами переговорить? – голос Августа дрогнул.

– Конечно, идем, – Его Величество поманил в зал с камином, а Август окинул взглядом мирно спящую Эльзу.

– О чем ты бы хотел поговорить? – спросил Александр, усаживаясь в кресло.

– У меня к вам просьба, Ваше Величество, – запинаясь, проговорил Август.

– А к чему так официально? – удивился король.

– Просьба… не обычная… Я прошу Вас, заочно, исключить Эльзу из Ордена… – Август поднял свой взгляд на удивившегося такому повороту событий Александра.

– Почему же…?

– Моя супруга… Она… она тяжело пережила первую стычку с преступником… Да и экзамен провалила не раз… А сейчас, она потеряла ребенка. Я бы хотел, чтобы она могла восстановиться, позаботиться о своем здоровье, и не забивала голову глупыми амбициями… Прошу Вас, исключите ее. Сделайте ее гражданином, – взгляд Августа был полон решимости.

Он не сумел. Не смог отнять жизнь Эльзы. Он любит ее всем сердцем, всей душой, не смотря на все произошедшее… Исключить ее из Ордена – единственный шаг, который остался у Августа. Хрупкая надежда, что если Эльза будет обычным гражданином, то предатели отстанут от нее, посчитают бесполезной.

– Ну… Если ты настаиваешь… – Александр заколебался. – А что же сама Эльза скажет на это…?

– Она будет недовольна… – грустно улыбнувшись, ответил Август. – Но это единственное правильное решение… И я просто обязан принять его.

– Хорошо, – кивнул Александр, соглашаясь. – Наверное, ты в чем-то прав. Если Эльза будет гнаться за успехами в Ордене, то она рискует остаться без детей. И ваш род прервется. Этого я допустить никак не могу. Возможно, ей и правда не место среди нас. Она хрупкая девушка, излишне вспыльчивая… Да, решено. Я сегодня же внесу изменения в реестр.

– Благодарю, – с облегчением произнес Август. С его души будто камень упал. Это должно решить все проблемы. Почти все… – Есть еще кое-что…

– Да?

– Моя ученица… Послушница, – начал неуверенно Август. – Ее родители сильно пострадали во время взрыва, у них лучевая болезнь. Лечение дорого стоит, и шанс на полное выздоровление минимальный…

– И?

– И теперь, с приходом Торговой Гильдии, цены взлетели еще выше! – возмутился Август. – Ее родителей принудительно выписали, даже не завершив лечение! Такими темпами они просто погибнут…

– И что? – перебил его Александр, суровым тоном.

– Но ведь… – Август был ошарашен. – Мы же должны помогать…

– Мы должны помогать, Август, – кивнул Александр, соглашаясь. – И помогаем всему человечеству. Мы не можем помогать каждому отдельному человеку, каждой отдельной семье. Но можем помочь большинству. Торговая Гильдия позволила нам удержать баланс, не ввергая миллионы семей в голод и безработицу. За это они подняли цены. Большей части пострадавших средств все же хватит на лечение…

– Но это… Просто усреднение! А что с теми, кому этой помощи оказалось недостаточно?

– Значит им не повезло, – отрезал Александр. – Послушай… Я понимаю твои чувства, но что ты предлагаешь? Исцелить всех? А кто будет за это платить? Другие люди? Согласны ли они на это? Орден берет на себя ответственность, оказывает помощь, чтобы другим не пришлось побираться и просить. Но мы не можем помочь всем. Мы помогаем большинству, придерживаясь главной цели – помочь человечеству достичь своего процветания.

– Но, разве нельзя как-то оплатить им лечение? Выделите из моих денег, я поголодаю…!

– Нет, Август! Ты не можешь отдать деньги на лечение одной семье, когда они предназначались для нормального функционирования города. Мы не можем делать исключений, тогда и другие этого попросят. Это такая же коррупция! – Александр тяжело вздохнул. – Я понимаю твои чувства, но увы. Если им все равно нельзя помочь, нельзя вылечить до конца, то какой смысл тратить деньги на них? У нас есть пострадавшие, которым можно помочь, которых можно спасти! Мы должны быть холодны, Август, и рациональны. В нашем деле не место чувствам…

Август поник. Александр был прав, и он знал это. Но сердце разрывалось от желания помочь девушке. Он сам совсем недавно потерял отца, он знает какое это горе! И теперь, у его юной ученицы на глазах будут умирать ее родители…

– Вы правы, Ваше Величество… – Август кивнул. – Мне нужно думать о городе… Обо всех людях, а не о ком-то конкретном…

Александр понимающе кивнул и потрепал Августа за плечо.

– Не переживай, Август, – добавил он, улыбнувшись. – Скоро наши жены вернутся к нам, и все встанет на свои места.

XIX

Слабый свет луны освещал комнату через маленькое окошко. Декстер лежал под теплым меховым одеялом на левом боку, а Стелла плотно прижималась к его телу своим, согревая друг друга. Они лежали в обнимку, и Декстер решился задать вопрос, столь долго терзавший его душу.

– Ты не спишь? – прошептал он.

– Нет, – откликнулась Стелла не поворачиваясь. – Что такое?

– Я… – начал было Декстер, но запнулся.

– Ты чего? – девушка повернула голову к нему, прижавшись телом еще сильнее. – Что беспокоит тебя? Расскажи…

– Может ты воспользуешься своими глазами? – хмыкнул Декстер. – Так будет быстрее…

– Не говори глупостей, – Стелла отвернулась. – мои глаза для врагов. Тебе я доверяю. Если не можешь пока что сказать…

– Нет, я… просто… – Декстер обнял ее и прижал к себе еще плотнее, поцеловав в щеку. Ее запах, тепло ее тела, голос опьяняли его. – Меня тревожит… Тогда в Храме, когда я спасал тебя… Мне пришлось убить тех солдат…

– Ты сделал это, чтобы спасти меня, разве нет? – Стелла вновь повернулась к нему и коснулась рукой щеки.

– Да, – кивнул он. – но меня не покидает ощущение, что это всего лишь отговорка… Ведь я мог найти другой выход… Разве обязательно было им погибать…?

– Декстер, – Стелла улыбнулась. – ты сделал так, а не иначе. Этого все равно уже не изменить…

– Но все же, – он взял ее за руку и посмотрел в ее темные глаза. – скажи мне, ты убивала куда больше меня… Что ты чувствуешь?

– Декстер, – девушка слегка отстранилась и повернулась к нему, чтобы удобнее было видеть своего собеседника. – ты говоришь о дилемме палача. Если я казню убийцу, становлюсь ли я убийцей? Мой ответ – нет, не становлюсь. Отец учил нас благоговеть перед жизнью любого существа. Мы не имеем права отнимать чужую жизнь, мы обязаны сохранять ее и оберегать людей. Но, если я знаю, что этот человек отнимет жизни десяти человек, разве убив его, я не сохраню эти десять жизней? – Декстер задумался, а Стелла продолжила тихим голосом. – Цель убийцы, претворить свое злодеяние как можно больше раз. Его задача отнять как можно больше жизней. Наша задача сберечь их как можно больше. Убивая убийцу, да, я отнимаю одну жизнь, но спасаю десятки других. Жизнь убийцы, обесценивается, ведь он пренебрегает ценностью жизни… Мы же ценим жизнь любого живого существа и стараемся никого не убивать, если в этом нет необходимости.

– Это звучит жестоко… – откликнулся Декстер. – А если для спасения миллиона, нужно убить тысячу?

– Значит я убью их, Декстер, – взгляд девушки был тверд, а голос непоколебим. – Если это единственный выход, для спасения большинства, то я сделаю это.

– О том и речь, – смутился юноша. – был ли это единственный выход…

– На этот вопрос у меня нет ответа… – Стелла прижалась к нему. – Ты сделал свой выбор в тот миг. К чему сейчас корить себя…

– Дело не только в выборе… – Декстер не знал, как объяснить. – Скажи, а ты… когда-нибудь испытывала удовольствие от этого?

Стелла не удивилась этому вопросу, а лишь тихо ответила.

– Сложно сказать… – начала девушка, пожав плечами. – В тот миг, когда ты отнимаешь жизнь, происходит нечто… Ты видишь перед собой человека. У него есть свои мысли, цели, мечты. Его взгляд полон сознания и страха в этот миг… Но стоит тебе коснутся клинком его шеи… Как перед тобой вместо человека остается лишь кусок мяса… У него нет ни желаний, ни переживаний, ни сознания… Этот миг, превращения живого, разумного существа, в безмозглый мешок с костями… есть в этом что-то… божественное? Ведь мы считаем, что лишь Бог вправе дарить и отнимать жизнь… И в миг, когда ты отнимаешь чужую жизнь, в миг, когда в твоих руках безграничная власть над жизнью другого… В этот миг, тебе кажется, что ты наделен чем-то особенным, божественным… – девушка тяжело вздохнула. – Но на смену этому чувству быстро приходит вина и страх. Отнявший жизнь другого должен быть готов, что кто-то отнимет его жизнь… И что ты, также в страхе, будешь смотреть, как тебя превращают в бездушную органику…

– Нет, Декстер, – продолжила Стелла, после небольшой паузы и вновь прижалась к нему спиной. – люди стремятся обрести эту божественную власть… Но за ней лишь следует горе и вина, больше ничего…

Декстер обнял девушку и рукой коснулся ее живота.

– Выходит, все женщины – Боги? – спросил он, а Стелла неожиданно обернулась.

– Что ты имеешь ввиду? – удивленно прошептала она.

– Женщина может зародить жизнь, – улыбнулся Декстер. – В вашем теле, из нескольких клеток, рождается разумное существо. Разве это не божественная сила? Создавать жизнь…

– Тогда уж, – усмехнулась девушка. – мы все полубоги. Женщина одна не способна создать жизнь, как и мужчина. Только вместе, в момент единения, они становятся Богом… Рождают жизнь.

– Жизнь и смерть… – задумчиво прошептал Декстер. – Только мы связываем с Богом?

– Не только, – покачала головой Стелла. – спасение от смерти, тоже божественное дело. Смерть от старости, когда ты завершил все свои дела, когда твой путь поистине окончен – это одно. Это естественный конец цикла. Такую смерть мы не оплакиваем. Но смерть в зрелости, это совсем другое. Люди стремятся спасти свою жизнь от бед, которые, в конечном счете, могут привести к смерти. Они считают, что те, кто помог им в трудный миг – посланы Богом.

– Значит, все врачи – богоподобны?

– Любой, кто помогает – богоподобен, – девушка хмыкнула. – Оказывается, как просто стать Богом… Достаточно лишь помочь другому, спасти его жизнь, от любой беды, которая, в конечном счете, может стать причиной смерти…

– Выходит, – Декстер задумался. – если люди помогают друг другу – они все Боги?

– Выходит так, – Стелла улыбнулась. – раса Богов… Что только люди не думали об этом… Как достичь этого… А всего лишь надо помогать друг другу…

– А можно ли, обернуть смерть вспять? – выпалил Декстер, и девушка вздрогнула.

– Нельзя… – прошептала она. – Смерть – это путь в один конец. Возможно спасти живого от нее, возможно создать жизнь de novo, но вернуть к жизни уже умершего? Нет, это не под силу никому…

– Но твой отец… Если он так стремился… неужели он не пытался…

– Пытался, – резко перебила его Стелла. – Он пытался… Он сумел сотворить новую жизнь, создать новых существ… В каком-то смысле он и правда стал… Но вернуть к жизни того, кто погиб? Ты лишь можешь как-то воскресить его тело… Но это будет пустышка. Как только мозг погибает, что-то меняется… Что-то происходит и, даже если все тело живо, это уже не человек… У него нет разума, нет сознания, нет мыслей… Во время смерти, случается что-то такое, что никто не может объяснить…

– А если восстановить и мозг? – не унимался Декстер.

– Декстер, – Стелла сжала его руку. – Нейроны накапливают информацию в течении жизни… Когда ты, якобы, восстанавливаешь мозг, на деле, ты создаешь новый. Это будет уже другое живое существо… Если это и будет человек, то совсем не тот, которого ты знал…

XX

– Доброе утро… – с грустью в голосе произнесла Юля своим, по привычке уже хлопотавшим на кухне, родителям.

– Доброе утро, доченька, – улыбнулся бледным, совсем исхудавшим, лицом отец.

– Как ваше самочувствие? – поинтересовалась Юля, усаживаясь за стол. – Мам, может мне помочь…?

– Сиди-сиди, – произнесла мама, поднося тарелку с яичницей. – Ты и так без нас сколько тут хозяйничала… А чувствуем мы себя хорошо, да, Сереж?

– Конечно…! – сильный кашель прервал его бодрую речь, а лицо почти позеленело. – Все хорошо с нами… Бодры и веселы…

– Зачем вы меня успокаиваете… – тихо проговорила Юля, опустив голову. – Я же вижу, как вам плохо… Вы бледные, кашляете постоянно, еле на ногах держитесь…

– Ну как нам тебя не успокаивать… – мать взяла дочь за руку и села рядом. – Все будет с нами хорошо. Нас же лечили в больнице, вон мы уже и от комы отошли…

– Да, – как мог, бодро кивнул отец. – Нас столькими препаратами напичкали! Уж мы теперь явно здоровее всех!

– Глупости, – прошептала Юля. – Вы же знаете, что вас не вылечили окончательно…

– Ой, – мама махнула рукой. – Все с нами будет хорошо. Вон кучу лекарств прописали… Дорогих, конечно, но что-нибудь мы пропьем из этого и будем в порядке, – ее речь прервалась на затяжной кашель.

– Вы и на работу выйти не сможете… – удрученно проговорила Юля. – пособий от Ордена не хватит на такое лечение… Да еще и уволят наверняка…

– Да что ты говоришь, – перебил ее отец. – нам пока просто больничные дали. Посидим немного, да и выйдем обратно. Ты лучше скажи, как у тебя то с учёбой?

– С учебой? – Юля удивилась этому вопросу. – А… Я стала Послушницей. Теперь работаю на Орден.

Родители странно переглянулись между собой, а отца вновь пробило на кашель.

– И много тебе платят? – поинтересовалась мама.

– Достаточно, – кивнула Юля и подняла свой взгляд на родителей. – Я вас вылечу… Кто бы что не говорил… Я найду способ…

– Юля… – мама вновь коснулась ее руки.

Сегодня Юлю вновь ждали в Исследовательском Центре, так что девушка быстро собралась и вызвала такси. Чем больше заданий она сумеет выполнить, тем больше ей заплатят. Лечение родителей теперь было полностью на ней, и, хотя лечение на дому будет в разы менее эффективным, чем в больнице – это лучше, чем ничего. Для начала хватит этого, а дальше… Дальше она что-нибудь придумает.

Девушку отвлекло от мыслей скопление людей на одной из площадей в центре города. Народ толпился и что-то кричал, у кого-то в руках были непонятные таблички и плакаты. Для общества, которое почти полностью обсуждало все дела в сети, это было необычным явлением. Юля попросила таксиста остановиться и подождать ее, пока она все разузнает. В конце концов, она часть Ордена, хоть и самая малая. И в ее обязанности входит поддержание порядка. Вокруг людей стояло несколько полицейских и андроиды, которые, хотя и никак не взаимодействовали с толпой, все же показывали своим видом, что готовы принять меры. Некоторым из толпы присутствие полиции не нравилось, и они открыто кричали в сторону полицейских неласковые фразы.

– Что тут происходит? – суровым тоном спросила Юля, подойдя к одному из полицейских и показывая андроиду свою карточку. – Я Послушница Ордена, Юлия Буланцева.

– Здравствуйте. Юрий Семенов, – представился высокий юноша в форме. – У нас тут митинг. Что-то никого из ваших не видно. Вы что, решили все на полицию скинуть? А если они разбойничать начнут…

– Никого из Ордена нет? – удивилась Юля и юноша утвердительно кивнул. – Как так может быть… Я поговорю с ними.

– Вы аккуратнее, они вами и не довольны, – добавил вслед Юрий.

Юля окинула толпу взглядом, стараясь выискать среди них, хоть кого-то способного на диалог, но почти все присутствующие лишь кричали что-то неразборчивое и махали своими плакатами. В глаза девушки неожиданно попалось знакомое лицо, и она быстро подошла к этой возбужденной толпе и, взяв за шкирку одного паренька, быстро оттащила его в сторону, под агрессивные возгласы толпы.

– Дэвид! – рявкнула Юля, встряхивая юношу. – Какого черта здесь происходит? – она сверкнула своими глазами в сторону нескольких мальчишек, которые по обычаю сопровождали своего горе-главаря.

– М? Юля? – парень удивленно поморгал и окинул ее взглядом. – Что это за одежда на тебе? Ты что, одной из этих стала?

– Не твоего ума дело, – резко парировала девушка. – Что здесь происходит? Что вы устроили?

– Это не мы, а народ! – горделиво крикнул паренек. – Мы отстаиваем свои права! Орден не слышит нас, Вульф не слышит нас, Хоук тоже глух к нашему возмущению! Вот мы и вышли на улицу! Нас пока мало, но скоро все присоединятся к нам! Даже вы должны быть здесь, идиоты! – юноша махнул рукой в сторону полицейских.

– Какие права вы отстаиваете? – Юля вновь встряхнула юношу. Ей на мгновение показалось, будто он был не в себе.

– Которые были нарушены! – парень высвободился из рук Юли и чуть отступил. – Из-за ошибок ордена народ пострадал! Лишился работы! Они в лицо врут нам, что не будут повышать налоги, а сами подняли цены в несколько раз! Они лгут нам в лицо! Нас лишили права участвовать в управлении государством в этом квартале! Мол, из-за сложной ситуации…

– Но это правда так… – попыталась объяснить Юля, но её тут же перебили.

– Чушь все это! Они просто лгут нам! Они хотят лишить нас всех прав, вот и все! Они и в следующем квартале придумают отговорку и опять не проведут правок! Это все надо пресечь здесь и сейчас! Мы за свободных людей! Мы свободные люди, ясно?! Фримен! Фримен!

– Что за бред ты несешь! – воскликнула девушка. – Вы не понимаете, что произошло! Мои родители тоже пострадали…

– Мы все пострадали! – перебил ее Дэвид. – Чего мы не понимаем?! Пусть тогда нам объяснят! Где эти ваши крестоносные?! Чего же они попрятались все?! Вступай в наши ряды, Юля! Будь свободным человеком! Мы должны отстаивать свои права!

Юля не стала больше с ним разговаривать и вернулась в такси. Конечно, последние события, действительно, удивляли девушку. Некогда мощная и властная организация, почему-то, в такой непростой ситуации спасовала. И ведь, Дэвид прав, ее родители… Разве это не вина Ордена, что они так пострадали и теперь могут умереть?

Девушка не выдержала и позвонила своему наставнику.

– Август? Учитель, вы в курсе, что происходит на площади…

– Да, Юля, я знаю.

– Тогда почему вы ничего не сделаете? Они ведь ждут ваших объяснений…

– Ничего они не ждут, – перебил ее тяжелый голос Августа. – Им все объяснили. Это просто толпа. Если они хотят покричать – пусть кричат. Главное, чтобы не устраивали беспорядков. Не обращай внимания, они выплеснут свой гнев и успокоятся…

– Но так нельзя, они же… – голос девушки дрогнул.

– Для этого там есть полиция, Юля. Мы не можем выйти против них. Иначе может начаться потасовка. Если кто-то из крестоносцев обнажит клинок… Нет, такого быть не должно. Им позволено устроить митинг, пусть устраивают.

На этом разговор был окончен. Юля находилась в смятении, ей казалось, что обе стороны в чем-то правы, но… К чему приведет такое бездействие со стороны Ордена? А если Дэвид прав? И этот крошечный митинг разрастется? Что будет тогда?

Юля приехала в Исследовательский Центр в растрепанных чувствах, но здесь ее поджидала еще одна проблема. Тони хлопотал возле компьютера, где-то в глубине лаборатории, а возле его стола собралась вся его команда и горячо что-то обсуждала.

– Что случилось? – удивленно спросила Юля, увидев всех этих молодых исследователей в белых халатах.

– А, Юля, привет, – поздоровался с ней один из парней. – Думаем, как написать жалобу на нашего нетрадиционного начальника.

– На какого? В смысле? – девушка не поняла, что он имеет ввиду.

– Да в прямом, – отмахнулась рядом стоящая девушка. – Результаты у нас готовы уже давно, но Тони все не хочет отправлять их Его Величеству! Из-за этого мы занимаемся непонятно чем и не можем получить вторую часть своей зарплаты!

– Но, значит Тони не считает полученный ответ правильным… – попыталась защитить его Юля, но ребята лишь отмахнулись от нее.

– Не слушай их, – голос Тони прозвучал неожиданно грозно так, что девушка вздрогнула. – Идем, Юля, я угощу тебя обедом.

– Ой, я не знаю… – Юля засмущалась, а Тони протолкнулся через толпу своих ассистентов, скинул белый халат и надел пиджак и пальто.

– Надо же, – съехидничал один из парней. – Вы уверены, что хотите девушку куда-то пригласить? – но Тони не слушал, он махнул Юле рукой и скрылся за дверью.

– Что за глупости вы говорите? – Юля не понимала, чем было вызвано такое поведение ребят.

– Да он же гей! Ты что, не видишь, что ли? – рассмеялись ребята. – Он по мальчикам!

Юля не стала слушать издевательские шутки ребят и нырнула за дверь, стараясь догнать Тони. Однако, новости об ориентации Тони были для нее удивительными. Не то чтобы ее это волновало, но почему Тони подвергался таким насмешкам, она понять никак не могла и надеялась расспросить юношу об этом за обедом.

XXI

Тони привез ее в дорогой ресторан, в который Юля ни за что не рискнула бы сходить сама. Они сидели вдвоем за столиком у панорамного окна в специальной отдельной небольшой комнатке.

– Я не уверена, что смогу что-то себе позволить, – смущенно улыбнулась Юля, когда к ним подошла официантка.

– Ерунда, – отмахнулся Тони. – Я угощаю. Заказывай все что хочешь, птенчик.

Юля слегка смутилась, но все же сделала заказ, а когда официантка удалилась посмотрела на Тони.

– Вы… Вам нравятся мальчики, верно? – смущенно выдавила она из себя. – Тогда зачем вы пригласили…

– Ты видишь что-то странное в этом? – Тони спокойно отвечал, смотря куда-то в окно на город. – Разве не могу я угостить свою коллегу? Какой смысл в деньгах, если не тратить их?

– Нет, ну просто… – Юля не знала, как начать. – Просто, мне кажется довольно странным, что вы… гей. После сексуальной революции, люди в принципе не вводят таких… разделений, – Юля развела руками. – Сейчас все спокойно могут спать со всеми. Никому нет дела, со своим полом ты занимаешься сексом или с противоположным, или со всеми сразу. Но, семья воспринимается только как союз женщины и мужчины, а потому любые… ну… интимные отношения с другими людьми, воспринимаются просто как развлечение. А вы… Неужели вас совсем не интересуют девушки…?

– А ты? – Тони повернулся к ней, и Юля опешила. – Тебе восемнадцать. Девушки в твоем возрасте мечтают выйти замуж или получить хоть какое-то образование. Но ты, вместо этого, стала послушницей. Влезла в дела Ордена. Рискуешь своей юной головой непонятно зачем. Почему ты сделала этот выбор? Неужели тебя совсем не интересует нормальная жизнь?

Юля удивилась, а затем опустила глаза. Пожалуй, у них у обоих есть свои особые причины быть такими, какие они есть. И вряд ли они готовы так легко ответить на эти вопросы…

– Так или иначе, – продолжил Тони задумчиво после небольшой паузы. – мы с тобой здесь за другим. Завтра мне нужно отчитаться о результатах расследования, иначе моя же команда напишет на меня жалобу, – Тони посмотрел на Юлю, а затем отвел взгляд. – Ты девушка смышленая, как мне показалось. Я хочу посоветоваться с тобой в последний раз, прежде чем доложусь Августу и Королю.

– Я готова вам помочь, – Юля кивнула. Он почувствовала некоторую вину за то, что задала такой личный вопрос юноше. – Что вас смущает в официальной версии? Ведь ваша команда уже пришла к ответу…

– Они идиоты, – перебил Тони, отмахнувшись. – Они идут по следу из крошек, в надежде найти пряничный домик.

– Я не совсем понимаю… – Юля благодарно кивнула официантке, которая принесла им блюдо – лазанью с мясным соусом. – Какая официальная версия?

– Спасибо, – Тони кивнул официантке и стал вертеть в руках вилку, не решаясь приступить к еде. – Официально – это ошибка бортового ИИ и экипажа.

– Что не так с этой версией?

– Все с ней не так, – раздраженно парировал Тони. – Реактор – не бомба. Он не может так взорваться! Там бесчисленное множество механизмов защиты, да и к тому же… Он просто не мог так с детонировать! Ты видела наши модели? – Юля кивнула. – Ни в одном случае не удалось добиться такого же результата…

– Но ведь, если была неисправность ИИ…? – неуверенно начала Юля, но юноша махнул рукой.

– Чушь. Ты знаешь, как устроен реактор?

– В общих чертах, – призналась девушка.

– Первый термоядерный реактор был построен незадолго до войны, – начал Тони, временами прерываясь на еду. – Все ждали от него альтернативу атомным электростанциям, в надежде использовать «чистый» источник энергии. Но не все так думали, иначе мы бы так и жили в том захолустном мире… Ты знаешь, что такое алхимия?

Юля, прожевывая пищу, кивнула.

– Это лженаука Средних Веков. Позже частично легла в основу химии…

– Да, – Тони кивнул. – стремление трансформировать любой неблагородный металл в золото, конечно, лишено особого смысла. Особенно в наше время. Но сама идея о трансформации одного вещества в другое… Как выяснилось позже – это возможно, но требовало слишком много энергии и было экономически не выгодно. Понимаешь, к чему я клоню?

– Кто-то, – Юля на мгновение замерла. – использовал энергию реактора, чтобы превращать металлы?

– Да, почти, – Тони улыбнулся. – Наш первый король был интересным малым. Благодаря его стремлениям мы вошли в новую эпоху, когда человечество не просто добывает и использует имеющиеся на Земле ресурсы, но способно самостоятельно создать элемент. Мы вошли в эпоху программируемых материалов. Теперь подавляющее большинство устройств, инструментов, летательных аппаратов и прочего, состоят из материалов, которых сто лет назад в принципе не существовало. По началу, большинство «искусственных ядер» были нестабильны и быстро распадались, но затем были найдены методы их стабилизации. Это направление постепенно привело к модификации термоядерного реактора, и мы получили второе поколение реакторов. Те, в свою очередь, могли дать еще больше энергии и еще больший простор для мысли, и, вот, мы уже имеем третье поколение…

– Которым и был оснащен «Надзиратель»?

– Да, – Тони кивнул. – Корабль был старый, но год назад ему полностью заменили ядро на новое, третье поколение. Поэтому такая шумиха вокруг этого взрыва. Все новые суда, как и большинство старых, после испытаний стали активно переводить на новое поколение…

– А раз один из них взорвался, – закончила за него Юля. – то есть риск, что технология несовершенна?

– Только она почти совершенна, – нахмурился Тони. – Я участвовал в проекте по испытанию этих ядер. В старых реакторах реакционная смесь нагревалась и поддерживалась в определенной конформации, как правило тора, с помощью магнитного поля, чтобы поддерживать реакцию синтеза. Ты знаешь, что такое тор?

– Бог грома и молний? – улыбнулась Юля, но Тони не оценил шутку, и она кивнула. – Фигура, как бублик…

– Да, – Тони ухмыльнулся. – можно и так сказать. Королевскому Научному Центру удалось совершить прорыв, и мы получили третье поколение ядер. В них используется конформация звезды. Реакционная смесь поддерживается в виде шара, как настоящая звезда, а реакция синтеза запускается за счет новой технологии… Ты знаешь какой?

– Не очень, – Юля смутилась и опустила взгляд. – Я плохо разбираюсь в таких вещах…

– Ладно, – Тони вздохнул. – я расскажу в упрощённом виде. Для реакции синтеза двух ядер нужно столкнуть их. Обычно это сделать невозможно из-за того, что сами ядра на определенном расстоянии начинают отталкиваться друг от друга. Но если придать им высокую скорость, то есть нагреть их – они столкнутся. На этом была основана работа старых реакторов. А новые заставили работать за счет гравитации, – девушка скривила лицо и Тони пояснил. – Суть в том, что удалось создать искривление пространства в одной точке такой силы, что та, как черная дыра, притягивала и сталкивала атомы. Что, в итоге, приводило к запуску реакции синтеза.

Тони прервался на еду, а затем продолжил.

– В камеру ядра реактора помещают с помощью магнитного поля специальный, искусственный атом вещества. Он сверхтяжелый, и при воздействии на него особого излучателя порождает искажение пространства, своего рода «черную дыру». Далее, в камеру запускается реакционная смесь, которая автоматически приобретает форму шара вокруг этой точки притяжения. В итоге, те ядра смеси, что попадают в эту мини черную дыру сталкиваются и запускают реакцию, – Тони указал вилкой в сторону Юли. – И я не зря тебе это все рассказываю. Зная, как работает и как устроено ядро, начинаешь сразу понимать, что никакого взрыва быть не должно.

– Я пока не очень понимаю, – призналась девушка, уже расправившись с едой.

– Сейчас поймешь, – продолжил Тони. – Стенки этой камеры состоят из специального материала, который при сверхсильном нагревании провоцирует мощное магнитное поле, которое, в свою очередь, провоцирует электрический ток. С минимальными потерями энергия реактора напрямую преобразуется в электроэнергию. Но это не самое важное. Важно другое – работа двигателей. Для движения используется энергия молекул одного из программируемых веществ. При сверхсильном и сверхбыстром нагревании, твердые топливные стержни моментально переходят в газообразное состояние и их атомы с огромной силой вырываются из сопл двигателей, толкая корабль. Главное преимущество здесь – это компактность. Одного топливного стержня длинной в метр и диаметром в тридцать сантиметров хватит на пару часов полета такой махины как этот «Надзиратель».

– Все равно не понимаю, почему вы уверены…

– Терпение, – Тони поднял указательный палец вверх. – Так вот, теперь, когда мы разобрались, что именно делает реактор на корабле, нужно закончить с его строением. Следом, за слоем особого материала, реагирующего на нагревание, идут сами магнитные и гравитационные установки, которые запускают и поддерживают работу реактора. Все это покрывает толстая внешняя оболочка, которая может выдержать сильное нагревание в течение нескольких секунд, прежде чем расплавиться. Понимаешь?

– Не очень, – Юля смущенно улыбнулась.

– От ИИ, – Тони спокойно продолжил. – мы получили данные, что ядро было деактивировано. Что это значит?

– Что корабль лишился главного источника энергии, – Юля развела руками. – Нет электричества, двигатели работать не должны… – девушка удивленно открыла глаза, она начала понимать.

– Вот именно, – Тони закончил с едой и скрестил руки. – в этом случае, экипажу предписано немедленно снижаться. На корабле есть дополнительные источники энергии, которые могут запустить реакцию в топливных стержнях, но надолго их не хватит. Если главный реактор, по какой-то причине, отключился – необходимо немедленно уменьшить высоту и совершить аварийную посадку, с минимальными повреждениями. А что делал «Надзиратель» в последние минуты жизни?

– Наоборот, набирал высоту… – удивленно прошептала Юля. – Но, что если ИИ ошибся? Если реакция не была остановлена?

– Тогда куда смотрел весь экипаж? Да и не только в этом дело. Все, кому удалось спастись, заявляют, что чувствовали толчки от взрывов. Это и спровоцировало ИИ отдать команду на эвакуацию, что большинство и сделало. ИИ должен был отключить ядро, а если он этого не сделал – то это сделать должны были инженеры.

– Но ведь, – Юля задумалась. – ИИ мог ошибиться. Допустим, ядро не было отключено, люди тоже допустили ошибку. Что-то спровоцировало увеличение выделяемой энергии, верно? – Тони удовлетворенно кивнул. Юле хватило короткого рассказа, чтобы сообразить. – Из-за этого началась неконтролируемая реакция в топливных стержнях и, как следствие, увеличилась тяга двигателей и судно стало набирать высоту! – девушка вопросительно посмотрела на Тони.

– Да, это и есть официальная версия, – он качнул головой. – К этому и пришли мои подчиненные. Но, во-первых, что за взрывы? Допустим, нарушилась система подачи реакционной смеси, или увеличилась мощность гравитационных установок. Что-то из этого могло спровоцировать увеличение выделяемой энергии. Хотя, я слабо представляю, как это могло произойти. Но тут есть одно «но», – он поднял указательный палец. – я не зря рассказал тебе о строении ядра. Допустим, энергии стало выделятся так много, что стенка не выдержала и начала плавиться, что потом?

– Защита…

– Да, – Тони улыбнулся. – та самая, толстая оболочка, которая должна выдержать несколько секунд нагревания…

– Но, ведь, она просто могла и не выдержать?

– А что между ними, птенчик? Что расположено, между внутренней и внешней стенкой?

– Устройства, которые запускают и поддерживают реакцию… – удивлённо прошептала Юля.

– Именно. Это значит, что если энергии в реакторе стало выделяться столько, что должно бы спровоцировать выброс, то все стенки расплавятся.

– Но прежде чем расплавится внешняя, внутри уже расплавятся и отключатся установки, поддерживающие работу реактора, и реакция остановится… – договорила за него Юля.

– Почти, – Тони кивнул официантке, убирающей пустые тарелки. – При стандартной процедуре работы реактора в ядро запускается определенное число атомов реакционной смеси. Ведь энергия от одной реакции может спровоцировать запуск другой и так по цепочке. Максимальное количество атомов, которые могут находится одномоментно в камере рассчитано так, чтобы поддерживать реакцию, но не спровоцировать неконтролируемый выброс энергии. ИИ за этим и следит, вовремя добавляя реакционную смесь и вовремя удаляя из камеры образовавшиеся уже ненужные ядра, с помощью гравитационных ловушек, на «полюсах» нашей «звезды». Допустим, – Тони задумался. – что взрыв нарушил систему подачи реакционной смеси. Но, в таком случае, ИИ сразу отдает команду на прекращение реакции. Все отключается, и реакционная смесь просто превращается в горстку атомов не способных прореагировать друг с другом. Предположим, что, по какой-то причине, реакция все же запустилась. Но учитывая уровень поглощения энергии стенками ядра реактора, рано или поздно неконтролируемая реакция синтеза угаснет – ведь ей, в какой-то момент, уже не хватит энергии чтобы спровоцировать слияние ядер. Иными словами…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.