Наталья Легенда
Аномалия Филар

Предисловие от автора

История написания этой книги необычна. Информация для книги приходила довольно странно и первое время очень болезненно. Да и вообще, никогда не думала, что буду писать.

Примерно десять лет назад на фоне полного внешнего социального и семейного благополучия неожиданно для себя стала осознавать, что глобально иду не туда, делаю не то, меня окружают не те люди. И вот однажды придя в очередной раз на работу, села за компьютер и начала писать. Я понятия не имела, откуда это во мне берется и как долго продлится, но была безумно счастлива, что наконец-то действительно что-то делаю, а не создаю видимость. Было такое ощущение, как будто мне диктуют, что писать. Писала, не отрываясь, несколько дней – вот только на работе это отразилось очень плохо ☺, так как я была начальником отдела маркетинга и все это время отдел был предоставлен сам себе. В общем, мне пришлось уволиться. Вот только Поток, который ощущала, когда садилась писать, тоже вдруг куда-то исчез. Я написала только первую главу первой книги (Пролог был написан много позже) и все, на этом диктовка закончилась. А вот это пережить оказалось намного сложней. Даже уход с работы дался мне гораздо легче.

Через несколько месяцев ко мне в гости приехала подруга детства. В тот момент у меня были не самые лучшие времена: безработица, непонимание, чем заниматься, а в довесок ко всему еще и предразводная ситуация. Подруга попросила описать, о чем книга, и я начала рассказывать, предупредив заранее, что написала всего несколько страниц. Описывала я больше часа, буквально на одном дыхании. Когда закончила, у меня, наверное, глаза были еще круглее, чем у слушательницы, – она не понимала, как расказанное можно было описать всего на нескольких страницах. Мое же удивление было от того, что я поведала ей то, чего еще полтора часа назад и в помине не знала. Это знание как-то само собой возникло в моей голове, и я ей рассказала все ключевые моменты первой книги и часть из второй. Сказать, что я была в шоке, – ничего не сказать. С этого момента я только и занималась тем, что переносила на бумагу то, что ей рассказала, описывая это в художественном виде (ей это было рассказано больше как сценарий, как заготовка). Процесс этот был для меня очень непростой, потому что состояние Потока приходило внезапно, и я ничем больше не могла заниматься, кроме как писать. Вот только на этот раз это была не диктовка, а передо мной как будто бы «крутили кино», только с полным моим погружением в него. Я могла не только видеть и слышать, что происходит, но так же могла «войти» в любого из персонажей и прочувствовать полностью, что он в этот момент ощущает и думает. Мая задача была как можно больше запомнить все в подробностях и изложить потом это на бумаге. Самое сложным было описывать тяжелые моменты (страдания, боль и т. п.) Пока этот процесс происходил, я находилась в подобии некоего транса – не могла ходить на работу, заниматься домашними делами. Когда садилась писать, то никогда не знала что будут «показывать», а значит, о чем буду писать. Вначале это больше походило на какие-то разрозненные события. Со временем у меня накопилось очень много файлов, которые на первый взгляд были никак между собой не связаны. А через время я начала понимать, как все устроено, и стала собирать их как картинку из пазлов. Так, написав текст, я могла к нему добавить тот, что был написан несколько месяцев (а со временем и несколько лет) назад. Это, конечно, было крайне неудобно, т. к. приходилось держать в голове множество этих частичек пазла, но ничего другого мне не предлагалось:))) А было и такое, когда мне, например, нужно было очень много писать от мужского лица, то тогда в реальной жизни появлялись люди и неожиданно для себя откровенничали со мной. Рассказывали какие-то истории из своей жизни, которые (с разрешения участников) замечательно ложились в канву книги. Так, например, появились истории Игоря о китаянке и обмене пилотов с террористами (это реальные события, правда происходившие с разными людьми). Все бы ничего, но помимо этого было и то, что если я чего-то недопонимала или забывала во время «фильма», то тогда в реальной жизни случались события и появлялись люди, которые чуть ли не дословно говорили диалоги из книги, но при этом еще «учили» тому, что было не усвоено мной во время «просмотра» фильма. И как правило это были непростые уроки…

Вот так я и писала: пока Потока не было, я работала, как только он появлялся, то это очень быстро приводило к моему увольнению (записей в «трудовой» до неприличия прибавилось ☺). Честно сказать меня такое положение очень выматывало, но и не писать я тоже не могла (хотя пыталась). Так как каждый раз, когда долго не писала, возникало состояние потерянности, а это было намного хуже, чем увольнение.

Однажды меня жизнь свела с офицером спецслужб. Помимо всех своих регалий он был еще психологом. Мы с ним разговорились, и я неожиданно для себя рассказала ему, что пишу книгу. Хотя не любила об этом распространяться (знали лишь единицы). Рассказав ему сюжет, я была удивлена его неподдельному интересу. Он с удивлением спросил: «Откуда ты ЭТО знаешь?» И никак не мог поверить, что не читая никакой литературы на данную тему, смогла подобное написать. Я пыталась его уверить, что это лишь мои фантазии, которые, бывает, накрывают меня и все. На что он мне заметил, «Уж поверь, такое невозможно нафантазировать, ТАКОЕ можно только знать». На тот момент я не особо предала значения его словам.

Я писала книгу несколько лет и только со временем поняла, что она, а вернее процесс ее написания, был для меня учителем. Именно книга научила меня не цепляться за достигнутое, за события, а главное за людей. Через нее (книгу), погружаясь в прокручиваемое передо мной кино, проживая его, я узнавала какие-то истины, о которых до этого ничего не знала.

Но в какой-то момент, до предела устав от всего происходящего, решила, что с меня хватит. Буду жить, как живут большинство людей. После чего буквально заморозив себя на пару лет, перестала писать.

Меня неоднократно предупреждали (сначала в мягкой форме потом более жестче), о том, что мое решение неверное. Но я не обращала внимания на все возможные предупреждения даже тогда, когда все стало резко схлопываться. В итоге это чуть не стоило мне жизни. Врачи не могли поверить, что после такого (произошло одно крайне неприятное событие) можно через пару дней встать, и чувствовать себя как ни в чем не бывало. Вот только за эти дни (когда не было понятно, выживу ли) мне (так скажем «сверху») ясно дали понять, что игры закончились, и другого Пути у меня нет. С этого момента я престала сопротивляться, и меня опять стали вести. Придя в себя, первое что я сделала, – это пришла на работу (а на тот момент я работала руководителем отдела в крупном авиационном холдинге) и уволилась. После чего в считанные дни переехала практически в «никуда» в другой город, что стало полной неожиданностью для всех.

Когда закончила вторую книгу (а вернее, фильм окончательно перестали показывать), то впервые за все годы почувствовала, что на этом все… То, что было нужно, все показали.

Наталья Легенда,

октябрь 2017 г.

Пролог

По улице шел Ангел!

По крайней мере, так об этом создании думал каждый прохожий, встречающий его на своём пути. Вернее её. Это была девушка.

На ней был легкий, на тонких лямочках белоснежный сарафан, спереди украшенный вышитыми алыми розами. Издалека эти розы были подобны кровавым пятнам на белом снегу.

Хотя… истекающий кровью Ангел – весьма символичная картина для нашего времени.

Белизна сарафана только сильнее оттеняла её смуглую с золотым оттенком кожу. Красивые черты лица притягивали к себе внимание так же сильно, как и её точёная фигура. Черные длинные волосы девушки во время резких порывов ветра, разделяясь на две половины, становились похожими на два крыла. Да вот только черные крылья никак не вяжутся с ангелами. Тогда кто же это? – задавались вопросом прохожие.

Создавалось впечатление, что девушка по улице брела бесцельно, медленно и рассеяно обводя взглядом фасады домов, витрины магазинов и встречающиеся лица людей. Но вот вдруг её взгляд изменился, он перестал быть скучающим, в нём появилось возбуждение. Остановившись, она долго рассматривала старинную, самую первую церковь Аломдара. Купола этой церкви были не золотыми, как это часто бывает, а темно-сапфирового цвета.

Постояв еще какое-то время напротив, девушка наконец направилась к ней. Но почему-то предпочла войти не с центрального входа, а с бокового. Пересекая внутренний дворик, она увидела мужчину, садившегося за руль иссиня-чёрного джипа. Его одежда была подобрана со вкусом, вот только длинная борода как-то сильно диссонировала, она была явно лишней в его облике.

Увидев девушку, он нахмурил брови и уже было открыл рот, дабы отчитать за бесцеремонное хождение по его владениям, но, наткнувшись на её спокойно-холодный взгляд, разом осекся. Его лицо приобрело какое-то непонимающе-беспомощное выражение.

Водитель джипа уже давно привык чувствовать себя «на высоте», в глубине души причисляя себя к избранным мира сего. Но заглянув в глаза этой девушки, он вдруг ощутил себя несмышленым, нашкодившим ребенком. Проводив её взглядом, мужчина медленно вышел из машины, с какой-то непонятной для себя брезгливостью захлопнул дверцу своего шикарного авто и побрел прочь, сгорбившись и вмиг будто постарев. Он не разбирал дороги, не задумывался, куда и зачем идёт, единственное, что им руководило – это острое желание оказаться как можно дальше от всего этого.

Тем временем девушка вошла в церковь. На голове ее не было платка, но ни у кого из присутствующих даже мысли не возникало сделать по этому поводу замечание. Все эти старушенции-всезнайки куда-то разом запропастились. А ведь они, кажется, только тем и живут, что целыми днями выслеживают себе в божьем храме жертву, чтобы тут же наброситься на неё и со страшным шипением начать отчитывать за незнание правил поведения. Все эти охотницы разбрелись по углам и с каким-то необъяснимым и безотчетным для себя страхом стали поглядывать на вошедшую.

Девушка медленно ходила по залу небольшой церкви – снаружи та казалась гораздо больше. По всей видимости она что-то искала среди икон, лишь иногда чуть прикасаясь к некоторым из них. Милое создание уже довольно долгое время провело в Храме, обойдя его вдоль и поперек несколько раз. Но так и не найдя искомого, решительно повернулась к выходу. Вдруг она резко остановилась, глядя вверх на что-то выше балки. Любопытствующие, наблюдавшие за ней всё это время, проследив за её взглядом, увидели, куда он был направлен – на лик Христа, изображенного на деревянной доске средних размеров.

Безмолвно, чуть запрокинув голову, девушка простояла так около получаса. Только сейчас присутствующие поистине ощутили всю силу и мощь, исходившую от изображенного кем-то образа. Лицо девушки не выражало ни радости, ни страдания. Лишь слезы текли по нему, не переставая, стекая по подбородку на шею, грудь и далее на белоснежный сарафан.

Но вот она, как будто очнувшись, опустила голову и плавным движением руки смахнула слёзы. Этот жест был похож на прощание, возможно, на прощание с прошлым… Хотя может быть только так показалось?!

Выйдя на улицу уже через парадный вход, она на миг остановилась на широком церковном крыльце, с которого вниз – на мостовую – вела крутая лестница. В этой девушке уже ничто не напоминало о пролитых слезах, она была так же свежа и прекрасна, как до прихода в церковь, лишь глаза блестели чуть сильнее.

Посмотрев вниз на длинную церковную лестницу, а затем по сторонам, Рада подумала: «Как там у Воланда? – Люди не изменились, их испортил квартирный вопрос!? – Кажется, так это звучало. Да, любопытное замечание, но я бы сказала иначе: «Меняются времена, цели и задачи. А вот люди всегда остаются неизменными! Мне кажется, подобное изречение более точно отражает их суть».

Рада уже давно смогла простить всех тех, кто много лет назад причинил ей столько горя. К тому же со временем она поняла, это была кем-то и зачем-то выстроенная многоходовая игра, и что многие играли в ней свою роль неосознанно.

Рада знала: по частям, по крупицам правда со временем всё же выйдет наружу, и как рисунок пазла все произошедшее сложится в одну картинку. Пока же ею было собрано чуть больше половины. Но девушка была уверена: она сможет, у неё все получится! Не может не получится! Она обязательно соберёт этот пазл и узнает всю правду, а после уже решит, что делать с виновными!

Размышляя над этим, Ангел с чёрными крыльями ступал вниз, по ступеням церковной лестницы.

Книга 1. Рожденная в параллельных мирах

Часть первая

Глава 1

«Васелиса, ну что за дурацкое имя» – эта мысль всё время не давала ей покоя, особенно когда кто-то начинал настойчиво интересоваться: «Кто, за что и почему тебя так назвал?». Вот ведь угораздило родителей дать ей такое имечко!

Девушка еще с детства начала ненавидеть своё имя, все дети считали своим долгом его всячески просклонять: Васелиска – крыска, Васелиса – лиса, хотя, конечно, больше всего её доставали котом Васькой. Из-за этого, уже с малых лет, у нее выработалась стойкая неприязнь к котам, особенно если кого-то из них звали Васькой. И мало того, что её постоянно дразнили, так вдобавок ко всему, её имя еще и писалось неправильно! Не Василиса как у всех, а Васелиса через «е».

И каждый раз, когда она писала его, над ней начинали потешаться и делать замечания: «Уж как пишется собственное имя пора бы знать!». Ей постоянно приходилось, краснея, объяснять, что имя свое она пишет правильно и именно так оно записано в её свидетельстве о рождении.

Данное недоразумение произошло в тот момент, когда после рождения дочери отец пошел оформлять в ЗАГС документы. Работник ЗАГСа в ее свидетельстве о рождении сделал ошибку и вместо «Василиса» написала «Васелиса». Было ли это сделано по неграмотности, или это была просто описка, неизвестно. Когда же родители это заметили, хотели исправить ошибку, но увидев, сколько с этим будет волокиты, решили оставить как есть.

В 13 лет Васелиса уже окончательно для себя решила: «Как только будет получать паспорт, обязательно изменит себе имя». И она непременно это бы осуществила, не произойди с ней один очень странный случай.

Девочка, возвращаясь со школы домой, решила по пути забежать в библиотеку. Уроков задали немного, но как назло у нее почти никакой литературы по ним не было. Признаться, поход в библиотеку ее не очень воодушевлял. И не то чтобы она была плохой ученицей, просто давно была пора поесть, но, по всей видимости, в ближайшие часа два ей это не удастся. Шестиклассница училась во вторую смену и времени, чтобы забежать домой перекусить, совсем не оставалось. Библиотека уже скоро закрывалась. Находясь в таком «приподнятом» настроении, Васелиса не сразу обратила внимания на маленькую девочку. Та, выбежав из-за угла дома за выкатившимся оттуда мячиком, вдруг остановившись, начала её внимательно рассматривать.

– Ты кто? – спросила малышка.

Вопрос девочки поставил Васелису в тупик, отвечать на такие «глобальные» вопросы с голодным желудком ей не особо хотелось, и она попыталась сделать вид, что не расслышала и хотела обойти её.

– Обрати на меня внимание, я задала тебе вопрос! – произнесла девчушка назидательным тоном.

Подобное высказывание развеселило Васелису, малышке было не больше четырех лет, и услышать от нее такое заявлении было смешно, она решила подыграть любознательному ребенку.

– Разве ты не видишь? Я – человек женского пола.

– Это я как раз вижу, я тебя о другом спрашиваю, кто ты?

– Я Васелиса.

– Я не спрашиваю, как тебя зовут, – уже с раздражением заявила девочка.

Васелиса не знала, как реагировать на подобное поведение ребенка. Хотя у нее и не было родной младшей сестренки или брата, но двоюродных было предостаточно, поэтому она понимала, что эта девчушка несколько отличается от своих сверстников. Она и внешне выглядела довольно необычно: хрупкая фигурка, шикарные длинные черные волосы, смуглая кожа. Но больше всего привлекали внимание ее глаза, как у сиамской кошки, и даже разрез глаз напоминал кошачий. Черные, неестественно длинные ресницы, усиливали эффект необычной внешности. Общее впечатление портил вид её одежды. Она была несвежей: стоптанные с отклеившейся подошвой туфельки, колготки с вытянутыми и протертыми коленями, а легкое платьице, которое и платьем то сложно назвать, было на два размера меньше.

На этом скудный гардероб малышки заканчивался, в то время, когда на улице стояла осень и все вокруг были одеты в свитера или куртки. На самой Васелисе, помимо школьной формы, была надета вязаная кофточка, но, глядя на полураздетого ребенка, она невольно поежилась. Ей показалось, что тот самый ветерок, который еще недавно так приятно обдувал ей лицо, вдруг стал гораздо холодней и начал пронизывать насквозь!

Молча, они простояли несколько минут, рассматривая друг друга.

Вдруг девочка улыбнулась, и как-то виновато посмотрев на Васелису, произнесла:

– Ты меня извини, я еще маленькая и не совсем научилась все понимать, обычно я рассматриваю человека, после чего делаю выводы. А ты появилась так неожиданно и так близко, что я не успела тебя рассмотреть.

Непонятный монолог ребенка еще больше запутал Васелису.

– Да…и что ты увидела при рассмотрении? – неожиданно для себя спросила Васелиса.

– То, что ты сама еще не знаешь, кто ты, – просто ответила девочка. – Но тебе повезло, тебе помогут. Молодцы твои родители, уже с детства о тебе позаботились и правильно тебя назвали, не придется имя менять.

В этой девчушке все было как-то необычно, но последняя ее фраза была просто умопомрачительна.

– Да уж, – подумала Васелиса. – Родители уж точно позаботились! Практически каждый день по несколько раз приходится выслушивать дразнилки.

– Нет, ты не права, – сказала девочка, словно прочитав ее мысли. – Придет время, и ты это поймешь, а имя у тебя очень красивое и правильно выбранное. И глупые мысли по поводу того, чтобы его поменять, выкинь из головы, а то потом ищи тебя, а так я уже его знаю.

– Кого, его? – не поняла Васелиса.

– Кого, кого, имя конечно.

Ну, нет, Васелиса уже окончательно ничего не понимала. Эта малышка несла просто какую-то абракадабру.

– Кто ты, я не могу узнать, – продолжала она, – пока ты сама этого не поймешь, такое уж для тебя условие, ну хоть имя, это уже кое-что. Хотя… – девочка на миг замерла с таким видом, как будто к чему-то прислушивалась.

– Что-то меня смущает, – призналась она. – Что-то явно не так с твоим именем. Ладно, сейчас некогда разбираться, мне пора, а то друзья уже беспокоятся, думая, куда я пропала с этим мячиком, – и трогательно обхватив его чумазыми маленькими ладошками, девочка скрылась за углом дома.

Васелиса ещё несколько минут простояла, находясь в каком-то оцепенении, пытаясь понять, что же сейчас было?! И, вдруг, её охватило огромное желание выяснить, что же все-таки значат непонятные слова этого ребенка. Желание было настолько сильным, что она сорвалась с места и помчалась вслед за ней. Ей почему-то казалось – от того, что она узнает, будет зависеть вся ее дальнейшая жизнь. Пока она бежала, ее осенило, она ведь даже не узнала, как зовут эту малышку.

– Ну, ничего страшного, – подумала Васелиса, – сейчас она догонит её и все узнает.

Но, завернув за угол дома, она никого не увидела, вообще никого.

– Странно, – подумала она. – Куда подевалась девочка, ведь не могла же она за такой короткий промежуток времени успеть скрыться, да и к тому же, где же её друзья?!

Васелиса могла ручаться, она слышала за домом детские крики и смех, когда бежала сюда.

– Видно, я немного дольше простояла, – пыталась она найти хоть какое-то объяснение увиденному, – и мне только показалось, что прошла пара минут.

Все это конечно возможно, но дело в том, что во дворе дома вообще никого не было. Хотя уже был седьмой час вечера, время, когда многие начинают возвращаться с работы. Не было даже бабулек, которые постоянно в этот час любят посидеть на лавочках и пообсуждать всех проходящих мимо. И даже ни одной собаки или кошки не было. Стоял теплый, осенний день, разгар «бабьего лета», в такую погоду масса народа находится на улице, а тут вдруг никого. Было как-то тихо, слишком тихо. Даже ветерок куда-то исчез. Все как будто замерло и стало выглядеть неестественно. Но самым странным было то, что все предметы вокруг отливали какими-то металлическими тенями.

Васелиса почувствовала, как постепенно её начал охватывать какой-то необъяснимый страх. Она медленно попятилась назад, стараясь очень тихо передвигать ногами. У нее это плохо получалось, и каждый ее шаг производил много шума. Она уже была на грани паники, когда, пятясь, наконец завернула за угол дома. И как только это произошло, все звуки города разом хлынули на Васелису, она даже на время оглохла – так резко это произошло. Но уже через несколько минут все пришло в норму и чувство страха тоже улетучилось.

Больше в течение дня ничего странного не произошло, и на следующий день ничего, и через месяц, и через год, тоже ничего подобного не случалось.

Первое время Васелиса никак не могла успокоиться, пыталась все поподробнее вспомнить, как-то проанализировать тот случай. И все время чего-то или кого-то ждала. Но шло время, ничего не происходило, и никто не появлялся. Васелиса постепенно стала успокаиваться, все реже и реже вспоминать об этом происшествии.

Но вот что интересно, с тех пор у нее в корне изменилось отношение к своему имени. Это и ее родители отметили, которые очень переживали по поводу ее ненависти к нему. Имя Васелиса девочку больше не раздражало. И что любопытно, даже одноклассники перестали дразнить. Можно было бы решить, будто это произошло из-за того, что она больше так болезненно не реагировала на их дразнилки, если бы не одно «но». Все они вдруг начали вполне искренне восхищаться именем Васелиса. А одна девочка из её класса (которая больше всех любила её обзывать) вообще хотела поменять свое имя на это. Родители одноклассницы еле-еле убедили ту этого не делать.

Глава 2

Постепенно тот случай стал стираться из памяти Васелисы. Но однажды накануне ее девятнадцатилетия, когда она возвращалась из института домой, чтобы быстро перекусить и бежать на работу, проходя по парку вдоль набережной, она увидела пожилого мужчину с цветами в руках. Он шагал ей навстречу. Непонятно, почему он привлек её внимание, возможно тем, что несмотря на его уже далеко преклонный возраст, от этого человека исходило мощное чувство силы и уверенности в себе. Одет он был неброско, но со вкусом – наряд стоил немалых денег. Уж это Васелиса могла оценить, работая в самом дорогом бутике города.

Мужчина тоже заметил Васелису. Шагая в её направлении, он не отрывал от неё взгляда. Но его интерес не был похож на тот обычный, основанный в большей степени на животном инстинкте, который с недавних пор очень навязчиво начали проявлять к ней большинство мужчин.

Приближаясь к нему, Васелисе казалось, что его взгляд проникает внутрь неё, видя всю её суть, пробираясь во все уголки её души. Такое странное ощущение она еще ни разу не испытывала. Нельзя сказать, что девушку это раздражало, скорее, очень стесняло. Ей казалось, что легче простоять голой посередине улицы, чем вынести этот взгляд.

– Как Вас зовут? – спросил мужчина, поравнявшись с Васелисой.

Его голос был спокойный и даже можно было бы сказать доброжелательный, если бы не слегка заметные нотки в тембре, указывающие на то, что этот человек привык повелевать.

– Васелиса, – ответила она еле слышно.

– Ну да, конечно же, именно это имя у Вас должно было быть, ведь цветы василькового цвета! – воскликнул он с радостью, сделав к ней шаг.

Только сейчас Васелиса заметила что цветы, которые он держал в руке, были синего цвета. Они очень были похожи на шикарные, бесподобные розы. – «Но разве розы бывают синими? Крашенными вроде не выглядят», – успела мелькнуть мысль в голове девушки.

– Скажи, ты знаешь, что означает твое имя не «Василиса», в котором все «и», а именно твое через «е»? – незнакомец, не спрашивая разрешения, сразу перешел на «ты».

– Нет, – отозвалась она, даже ещё не успев удивиться тому, откуда он может знать, что её имя пишется как-то особенно.

Васелиса действительно никак не могла найти значение своего имени. Да и в принципе, как его найдешь, если оно сложилось из-за опечатки.

Твое имя, – сообщил он, – означает «рожденная властвовать, царствовать». Ну, что ты станешь царицей, – добавил мужчина с улыбкой, – Я тебе не обещаю, но то, что ты далеко пойдешь и очень многого добьешься, это уж точно!

Ничего подобного Васелиса в себе не ощущала, поэтому с некоторым сомнением посмотрела на незнакомца и тут же пожалела об этом, натолкнувшись на его насмешливый взгляд. Она никак не могла определить цвет его глаз, они казались ей то небесно-голубыми, то болотно-зелеными, то, как сейчас, угольно-черными. От этого хамелеонства ей стало не по себе.

– Да, кстати, – добавил мужчина, – это не имя твоё пишется неправильно, а его произносят неправильно. Правильно будет звучать – Васелиса, где ударение на второй слог на букву «е».

Эта новость поразила девушку гораздо больше, чем всё сказанное им ранее. Что-то в глубине души ей подсказывало, что он был прав. Ведь у неё самой не раз что-то подобное в голове крутилось. Особенно после встречи с той загадочной девочкой, когда она сказала, что «что-то не так с её именем». А сейчас девушка подсознательно чувствовала – всё встало на свои места. Вот только разум этому чувству сопротивлялся.

– Поверь, я знаю, что говорю, – сказал мужчина, перебирая в руках цветы. – Кстати это тебе, – произнес незнакомец, протягивая их девушке. – Хотя нет, они уже завяли, – констатировал он, после чего бесцеремонно выбросил букет на газон.

Васелиса, проследив взглядом за полётом цветов, стала свидетелем того, как только что абсолютно свежие цветы, на её глазах упав на траву, в секунду засохли. Не веря собственным глазам, она подняла на незнакомца взгляд, полный суеверного страха. Его явно веселил произведённый им эффект.

– Жаль, что ещё не пришло время нам с тобой пообщаться, – посетовал он, как ни в чём не бывало. – А когда оно придет, меня уже здесь не будет, – в его голосе слышалось разочарование. – Мне будет не хватать этого мира – признался он, оглянувшись вокруг. – Ну, ничего, мы все равно с тобой встретимся, и это будет интересно, – сказав это, он, как-то нехорошо осклабился, от чего его ещё совсем недавно холеное лицо стало похоже на печёное яблоко. От этого вида Васелису даже передёрнуло.

– Ну, что же, прощай Васелиса! – он чётко проговорил её имя, демонстративно сделав ударение на букву «е». – Хотя нет, до свиданья!

После этих слов мужчина, так и не представившись, пошагал прочь. Девушка ещё долго стояла, глядя ему вслед. Мысль, кто бы это мог быть, не давала ей покоя, и она ругала себя, что не спросила об этом незнакомца, когда была возможность. А главное, она не могла понять, откуда он мог знать об особенностях её имени.

Продолжая об этом думать, она незаметно для себя повернулась и куда-то побрела. Когда ноги привели её обратно домой, девушка этому почему-то никак не удивилась. Она абсолютно спокойно разделась и легла спать, хотя время еще было только три часа дня. Засыпая, она всё еще продолжала думать о незнакомце.

Проснулась Васелиса только на следующее утро, и у неё почти сразу же возникло какое-то смутное чувство беспокойства, а уже через минуту оно переросло в панику. Васелиса вспомнила, что вчера произошло, а именно, как она спокойно вернулась домой и легла спать, в то время как ей надо было бежать на работу. Она не представляла, что ей говорить напарнице, а главное директрисе магазина, которая была «еще та стерва», и за такое могла лишить зарплаты или даже уволить, смотря какое у неё будет настроение.

Васелиса быстро достала из сумочки мобильник, тот оказался «потухшим», «села» батарейка.

– Странно, – удивилась Васелиса, – вроде вчера заряжала, обычно батарейки на три дня хватало. Наверное, Лена вчера весь вечер названивала, батарейку посадила. Представляю, как она сейчас кричать будет!

Лена – это напарница Васелисы. В общем-то, нормальная девчонка но «со своими тараканами в голове». Она терпеть не могла, когда Васелиса опаздывала, и всё время в таких случаях шипела: «Нужно быть пунктуальной, а не заставлять других страдать из-за того, что не можешь правильно спланировать свое время». И никакие доводы, что бывают непредвиденные ситуации её не убеждали. Это бывало, когда Васелиса опаздывала на пять-десять минут, что же будет теперь, она даже и представить себе не могла.

Думая об этом, девушка включила телефон, на котором, оказалось, не было ни одного пропущенного звонка. Не успев еще этому удивиться, она уже набирала номер Лены и слышала телефонные гудки…

– Алло.

– Алло, Лен, здравствуй. Слушай… – запнулась девушка, не зная с чего начать.

– Привет, дорогая, ты куда пропала?! – спросила Лена вполне дружелюбным и участливым тоном. – Ты извини, – продолжала напарница, – я вчера закрутилась и даже тебе не позвонила узнать, что случилось. Так много народу было, мне казалось, что весь Красногорск решил вчера у нас одеться! – закончила она улыбаясь.

Её веселье было понятно, девочки работали от процентов, а раз вчера была большая выручка, значит, и зарплата у напарницы будет высокая.

– Так ты не ответила, – напомнила Лена – Что у тебя стряслось? Кстати ты хоть сегодня выйдешь на работу, а то у меня на вечер уже были планы? – на этот раз в её голосе слышалось беспокойство.

– Да, все в порядке, сегодня выйду. Просто вчера…

– Ну, вот и отлично, – перебила напарница, словно не желая слышать её объяснения. – Слушай, Васелис, мне уже пора, а то я на работу опоздаю.

– Васелис, – девушка машинально поправила напарницу, сделав ударение на букву «е».

– Что?! – не поняла она.

– Да так ничего, потом объясню, – уклончиво ответила Васелиса и тут же мгновенно переключилась, – Лен, подожди, скажи, а как на моё отсутствие отреагировала директриса?

– Да всё нормально, ты по этому поводу не заморачивайся. Она так рада была большой выручке, что даже не обратила на это внимание. Ну, всё, давай, пока, я побежала! – произнесла напарница, и нажала кнопку «отбой».

После разговора с Леной Васелиса не знала, что и думать, но она почему-то была уверена, что вчерашняя встреча и «бум» в магазине как-то связаны.

Ажиотаж в бутике наблюдался еще около недели, потом он потихоньку пошел на спад, и в конце концов все вернулось на круги своя. Директриса, все время находясь в приподнятом настроении, так ни разу и не спросила, почему Васелиса тогда не вышла на работу. А в день зарплаты даже наоборот смотрела на неё с большим дружелюбием, чем на Лену, так как напарница из-за того дня получила намного больше денег, чем Васелиса. А директриса ужасно не любила расставаться со своими кровными, поэтому ненавидела выдавать зарплату, и всегда в этот день смотрела на девочек как на «врагов народа».

Но для Васелисы суматоха на этом не закончилась, пока на работе был аврал, она приходила домой, еле волоча ноги, и сил на то, чтобы ещё что-то учить, совсем не было. А утром она в прямом смысле слова спала на первых «парах» в институте. Поэтому, когда на работе опять все стабилизировалось, ей пришлось в таком же безумном темпе «подчищать хвосты» в учёбе. Но, несмотря на всю суету, Васелиса не раз вспоминала ту встречу на набережной. И про себя отметила, что случай с девочкой, который произошел несколько лет назад и этот с незнакомцем, при всех своих различиях, похожи, а именно, по своим эмоциям, которые она испытывала после.

Вот только, так же как и в прошлый раз, после встречи с ребенком, так и в этот раз после встречи с мужчиной, далее всё шло как обычно. Васелисе даже стало обидно, у неё возникло такое ощущение, что как будто бы с ней кто-то играет. Но со временем даже и это чувство притупилось.

Единственное, что действительно изменилось, так это то, как девушка стала представляться. С тех пор, при знакомстве, она, называясь именем Васелиса, ставила ударение на второй слог, на букву «е». Если кого это имя и удивляло, то они не показывали вида, и даже родственники, друзья и сослуживцы быстро привыкли к нему и тоже стали её так звать.

Глава 3

Окончив институт, когда ей уже было двадцать три года, Васелиса поменяла работу. А именно, устроилась, в крупное рекламное агентство г. Красногорска. Попала она туда неожиданно даже для себя. Экономист по образованию, о рекламе зная только в общих чертах, она вдруг становится менеджером известного РА. А всё произошло довольно спонтанно.

Как-то, будучи в гостях у своих старых друзей, она обмолвилась, что хочет уйти из бутика и устроиться в какое-нибудь другое место. На вопрос друзей, кем бы ей хотелось работать, она возьми и брякни, что хотела бы заниматься чем-то, что связано с рекламой. Не говоря ни слова, Александр, который в тот день праздновал свой переезд в Москву, молча набрал чей-то номер, поговорив не более трех минут, что-то быстро записал и, нажав «отбой», произнес:

– Ну, всё! Вот тебе адрес, завтра в 13.00 чтобы была там.

– И кого я должна спросить?

– Спросишь Филиппа. Это гендиректор.

– И что?

– И что, и что? Будешь там работать! Он мужик нормальный, думаю, не обидит. Конечно, сразу руководящую должность он тебе не даст, но ведь начинать тоже с чего-то надо.

– Саш, спасибо тебе огромное! Что я за это буду тебе должна? – спросила она игриво.

– Ой, что ты будешь мне должнааа…, – протянул Александр, хитро улыбаясь. – Будешь должна, когда разбогатеешь, приехать ко мне на своем красном «ягуаре» и подарить мне очень дорогие часы. С условием, что их стоимость для тебя будет – раз плюнуть. Тогда я пойму, что мои усилия оказались ненапрасными!

– Договорились, не вопрос!

– Ну, и отлично!

На этом, вместе посмеявшись, они расстались.

* * *

На следующий день Васелиса в 13.00 была у Филиппа в кабинете. Он оказался, конечно, еще тем пройдохой. Такой своего не упустит, но слово сдержал и устроил её менеджером в отдел продаж. За три дня Васелиса уволилась с прошлой работы и стала осваивать рекламный бизнес.

Васелиса даже не ожидала, что он ей так понравится. Она как губка впитывала в себя всю предоставляемую в агентстве информацию, накупила книг по рекламе и вечерами их штудировала. Девушка довольно в короткий срок разобралась, что к чему и уже очень скоро дела на работе у неё «пошли в гору».

Всё было бы отлично, если бы не одно «но»: ее начальница просто не выносила свою новую подчиненную, и чем лучше Васелиса справлялась со своей работой, тем больше это ее бесило.

В общем-то, Васелиса уже давно привыкла к тому, что отношения с женским полом у нее почти всегда не складывались, это началось еще с детства. У нее даже и подруги-то не было, только хорошие знакомые.

Представительницы женского пола всегда ее воспринимали как соперницу. Хотя их тоже можно понять: Васелиса была яркой девушкой, и она рано стала нравиться парням. Каждый из них отмечал ее шикарные вьющиеся волосы, длинные загибающиеся ресницы и раскосый разрез карих глаз. А ее умопомрачительная фигура просто сводила с ума и не давала ночами спокойно спать. И так повелось, что среди друзей Васелисы было больше парней, чем девчонок, но это ее никак не огорчало.

Нынешняя же начальница Васелисы была женщина средних лет, ухоженная, но далеко не красавица, обожавшая лесть. Подчиненные развили в ней стойкую уверенность, что она неотразима. Женщина с первого взгляда невзлюбила Васелису, почувствовав к ней какую-то непонятную зависть. И если бы не расположение генерального директора, она бы никогда не взяла ее к себе на работу.

Глава 4

– Нет, везет же мне на этих стервозных баб-начальниц, – как-то пожаловалась Васелиса на обеде своей сослуживице Ларисе, с которой незаметно для себя очень быстро сдружилась в агентстве.

Всем до сих пор было не понятно, что их связывало, ведь они были очень разные, их даже за глаза называли красавица и чудовище.

– Ну, вот скажи, за что она мне устроила сегодня публичную головомойку на планерке? – спрашивала Васелиса. – Подумаешь, не отвезла заказчику закрывающие документы на тридцать тысяч за размещение баннера. Да у меня в запасе по договору еще три дня было, и она знала об этом. А главное, она знала, что я весь день вчера провела у более важного заказчика, обсуждая его масштабную рекламную компанию. И, в конце концов, «добила» его и привезла подписанный договор, плюс успела выставить им счет, который они сегодня уже оплатили. Да этот проект нашей компании не одну сотню тысяч принесет!

– И что она, – продолжала Васелиса, злясь, – как-то меня за это похвалила, как-то отметила? Где уж там, она вспомнила про какой-то несчастный баннер и выставила всё так, будто нашей компании за это огромную неустойку платить придется!

– Да ладно тебе, Васелис, не кипятись, – успокаивала ее Лариса. – Ты же знаешь эту мегеру, она любую молодую симпатичную девчонку готова вместо колбасы в бутерброде съесть! А ты у нас знатная красавица вот она тебя и цепляет!

– Ага, тебе хорошо говорить, она тебя никогда не трогает, – обронила Васелиса, отпивая глоток чая. Подняв от кружки глаза и наткнувшись на удивленно-обиженный взгляд Ларисы, она тут же пожалела о своих словах, но уже было поздно.

Дело в том, что Ларису в агентстве за глаза называли «жабоненок». Она была неопределенного возраста с необъятной фигурой, на которую постоянно одевала какую-то непонятную, безвкусную и старомодную одежду. При этом из-за своих узких и припухших глазок, Лариса всегда выглядела так, будто только что проснулась. А жидкие блекло-соломенные волосы, всегда стянутые в мышиный хвостик, только усугубляли ситуацию. Красивыми у неё были только губы. Мягким пухленьким губкам «бантиком» могла позавидовать любая, но на лице Ларисы они выглядели скорее нелепо.

Сколько Васелиса не пыталась бороться с внешним видом подруги, все было бесполезно. Как говорится: «Если не дано, то не дано»!

Но все же у Ларисы были, как минимум, две черты характера, благодаря которым она смогла стать незаменимым работником в агентстве. Это ее педантичность в сочетании с быстротой. Работая в агентстве делопроизводителем, она строго вела весь документооборот и всегда укладывалась в срок. И это несмотря на то, что в агентстве, как и везде, всем все было нужно «еще вчера». Так же Лариса частично выполняла обязанности офис-менеджера, но с клиентами общалась только по телефону, хотя многие из них хотели увидеть ее воочию, так им нравился её голос и манера общения. Но Лариса все делала, чтобы этого не случилась, потому что каждый, общающийся с ней, будь то мужчина или женщина, увидев её, всегда разочаровывался.

– Ларис, прости, я не это имела ввиду, то есть я не то хотела сказать. Вернее я сказала, имея ввиду абсолютно другое…, – и, наконец, совсем запутавшись, Васелиса замолчала, виновато глядя на подругу.

Но ее извинения, казалось, повисли в воздухе. Лариса сидела молча, съежившись и глядя на дно своей кружки с таким видом, будто её содержимое имело жизненное значение.

– Ладно, Васелис, успокойся, – наконец произнесла Лариса после неловкой паузы. – А то ты точно сейчас договоришься до такого, что меня действительно обидит, – добавила она, уже улыбаясь.

– Ты мне лучше ответь, что ты решила делать с нашей мегерой?

– А что я могу с ней поделать?

– Ну, на самом деле можно многое, – заметила Лариса загадочно. – Для начала скажи, только честно! Как ты относишься к так называемой магии?

Вопрос Ларисы привел Васелису в замешательство. Она не знала, как на него ответить и вообще как на него реагировать.

– Как я отношусь? – начала Васелиса. – Г-м-м… сложно сказать, скажем, так – я уверена, что что-то есть. И, возможно, это что-то намного серьезнее, чем мы себе представляем. Поэтому, если этим начинают пользоваться те, кто мало в этом понимает, то могут натворить много бед.

– Да ты расслабься, – рассмеялась Лариса. – Я тебе не предлагаю наводить на неё порчу или что-то в этом роде. Просто можно провести некий обряд, который позволит улучшить ваши взаимоотношения. Или же проще, можно погадать и тебе подскажут, как и что делать дальше.

– Ну не знаю, – голос Васелисы был неуверенный. – Я никогда к подобным средствам не прибегала, поэтому даже не знаю, что тебе сказать.

– А ты попробуй, ведь ты ничего плохого не замышляешь, только хочешь улучшить ваши взаимоотношения, – сказала Лариса, глядя на подругу невинным вопросительным взглядом.

Первым желанием Васелисы было ответить, что ей это не надо, но вспомнив утренний «разнос», она поняла, что дальше будет только хуже. И немного помешкав, наконец, произнесла:

– Да, Ларис, я с тобой согласна, может быть и стоит попробовать. Но я ведь не знаю никого, кто бы это мог сделать.

– Это как раз не проблема, я дам тебе адрес и телефон одной ясновидящей, зовут ее Галина Марковна. Она замечательный человек и настоящий мастер в своем деле. – Было видно, как Лариса радовалась, что все же смогла «уболтать» подругу.

– Слушай, а откуда ты все это знаешь? И про обряд и про женщину? – не унималась Васелиса.

– Ну, было дело, – уклончиво ответила Лариса.

– Хорошо, я записываю адрес…и еще, Ларис, а сколько это стоит?

– У нее совсем недорого. А все, потому что она не ставит перед собой цель – обогатиться, а только желает помогать людям, – заметила Лариса с воодушевлением.

– Ну что же, характеристику ты ей дала замечательную, не зря в рекламе работаешь, – девушка заулыбалась. – Диктуй телефон.

День как обычно выдался суматошным, и только когда уже пришла домой Васелиса вспомнила о разговоре с Ларисой. Сейчас, сидя дома в тишине, попивая вкусный зеленый чай из своей любимой белоснежной фарфоровой чашки с сине-золотым китайским орнаментом, при этом периодически помешивая его такой же фарфоровой ложечкой, она размышляла над словами Ларисы:

– Странно, – думала Васелиса, – Мне вроде бы любопытно узнать, что скажет о моей ситуации эта женщина. Но при этом меня не отпускает чувство беспокойства, причем непонятно чем обоснованное. Хотя, что я сама себя обманываю! Мне, по большому счету, малоинтересно, что она скажет о моей начальнице. Я боюсь другого! Боюсь, что эта Марковна скажет мне, что я сама обладаю какими-нибудь суперспособностями, но еще больше боюсь, что она скажет, что я обыкновенный человек. Тогда это будет означать, что все мои так называемые встречи – не более чем навязчивые идеи или игра воображения, тут кому как больше нравится. А людям с подобным «диагнозом», рано или поздно, одна дорога – в дурдом.

Ведь страшась именно того, что её примут за ненормальную, она ни разу никому ничего об этих встречах не рассказывала, даже родителям.

От раздумий Васелису оторвал зазвонивший мобильник, на табло высветилось – «Лариса».

– Да, Ларис. Долго жить будешь, только о тебе думала!

– И на том спасибо. Ну и что надумала?

– Ты о чем?

– Я по поводу Галины Марковны…

– Да понимаешь, Ларис…

– Так, все понятно, можешь дальше не продолжать! Слушай, Васелис, скажи только честно! Тебе самой не надоело без конца слушать от мегеры нарекания, причем ни за что?

– Ну конечно надоело, просто я…

– Вот и отлично! Мне самой нужно кое-что узнать у ясновидящей, я записалась на завтра, на час дня и сказала, что ты придешь со мной. Марковна сказала: «Пусть приходит».

– Подожди, Ларис, как на завтра? – девушка даже растерялась от такого напора. – Я завтра не могу, я работаю, тем более в час!

– Васелис, ты что, совсем заработалась? Завтра же суббота, все работаем до двенадцати. А часа нам как раз хватит, чтобы доехать до места.

Подруга была права, Васелиса действительно забыла, что завтра суббота, а по распоряжению гендиректора в субботу работают только до двенадцати. Тех же, кто хоть на минуту задерживался, штрафовали. Он считал: «Если работник не успел все сделать в рабочую неделю и вышел в выходной день, то это плохой работник». Причем в рабочие дни ты можешь хоть ночевать в офисе, тебе слова никто не скажет, а вот в выходной день даже не показывайся.

Раньше и в субботу нельзя было выходить, это только недавно разрешили, так сказать, по многочисленным просьбам трудящихся. Зная, что в понедельник на утренней планерке нужно будет полностью отчитаться обо всей проделанной работе за прошедшую неделю и рассказать о предстоящих планах на будущую. Помня об этом, все дружно по субботам «подчищали свои хвосты».

Васелиса еще минуту колебалась, но, наконец, сдалась.

– Хорошо, Ларис, уговорила.

– Вот и чудненько. Ну, все давай до завтра.

На следующий день в тринадцать часов девушки уже стояли возле ворот довольно скромного дома ясновидящей.

Галина Марковна оказалась вполне приятной женщиной около пятидесяти лет, чуть полноватой, с короткой стрижкой и карими живыми глазами. Черты лица были правильными, но мелкими, это единственное что немного портило впечатление.

– Вот, Галина Марковна, привела к вам Васелису. Я как-то он ней рассказывала…

– Да, что-то припоминаю. Эта та девушка, с которой ты недавно подружилась?!

– Все верно, эта она. Дело в том, что у Васелисы вот какие проблемы…

– Ларис, подожди, – перебила её женщина, – пусть о своих проблемах Васелиса мне расскажет сама, хотелось бы знать, как она их видит.

Ясновидящая говорила медленно, ненавязчиво, могло создаться впечатление, что девушки пришли на прием к психологу, вот только антураж этому не совсем соответствовал. Прием велся ни то в холле, ни то в кабинете. На холл указывало наличие в нем гардеробной битком набитой верхней одеждой. А от входной двери к закрытым дверям комнаты вела узкая ковровая дорожка невнятного цвета. На потолке висел стеклянный абажур, который еще с совдеповских времен было принято вешать в подобных помещениях. Но вот все остальное не совсем вязалось с обстановкой прихожих. В углу стоял стол. Возле него, вдоль стены, потрепанный диван, накрытый сверху видавшей виды накидкой. На него и присели девушки. Хозяйка же квартиры сидела на стуле, приставленном к столу, на котором располагалось бесчисленное количество икон разных размеров. Стену над столом почти до потолка так же украшали святые образа.

Глядя на всю эту обстановку Васелиса мысленно, без конца задавала себе вопрос: что я, собственно, здесь делаю, и чем может мне помочь эта женщина, которая даже свои-то бытовые вопросы решить не может? С другой стороны, успокаивала она себя, это говорит о том, что она на своих способностях не старается зарабатывать. При условии, конечно, если они у неё действительно есть, – тут же добавила она про себя с иронией.

От подобных размышлений её оторвал вопрос Марковны. Та задала его так же спокойно, как и говорила, вот только взгляд, как на миг показалось Васелисе, стал более цепким и настороженно-раздраженным. Надеюсь, эта дамочка мысли других читать не умеет, – успела подумать девушка, прежде чем начала отвечать.

– Проблема, с которой я к вам пришла, заключается вот в чем…

Васелиса неожиданно для самой себя довольно подробно описала ей свою конфликтную ситуацию с начальницей. А в конце рассказа попросила совета – как же ей поступить, чтобы разрешить сложившуюся ситуацию.

После этих слов Марковна попросила Васелису показать ей ладонь правой руки. Рассматривала она её недолго, но ровно столько, чтобы человек смог прочувствовать всю серьёзность происходящего. Наконец, посмотрев в глаза девушки, она отпустила руку.

– Что я тебе могу сказать, Васелиса? – начала Марковна. – Обстановка у тебя на работе и впрямь не простая, но тебе еще не время оттуда уходить. А твоя начальница действительно постарается все сделать, чтобы ты уволилась. – Сделав внушительную паузу, она продолжила. – И ты, в конце концов, уйдешь, но не сейчас. А чтобы это не произошло раньше времени, тебе вот что нужно будет сделать, – на этом месте голос гадалки приободрился, – придя домой, возьми маленькую баночку с крышкой, налей туда воды и открытую поставь себе под кровать, в ноги на ночь. Утром закрой баночку крышкой и возьми с собой на работу. Когда придешь, зайди в туалет и незаметно для других, вылей воду из баночки в раковину или в унитаз, а выливая, трижды произнеси слова:

Сколько мне отмерено,
Сколько мне положено
Столько я сюда ходила, хожу и ходить буду.
Аминь.

– После этого, пустую баночку выбрось в мусорное ведро.

Закончив, Марковна вдруг заметила, что Васелиса сосредоточенно смотрит на неё, вернее даже на её губы, не отрываясь и явно пытаясь запомнить все сказанное.

– Постой, я тебе сейчас все запишу, чтобы ты ничего не забыла, – ясновидящая, взяла листок бумаги и начала писать. – На, держи, теперь точно ничего не забудешь. И вот как только ты все это сделаешь, уже в ближайшее время заметишь изменения на работе в лучшую сторону. Конечно, что начальница тебя начнет обожать, я не обещаю, но то, что придирки в твой адрес заметно уменьшатся, это точно. А как я понимаю, ты именно этого хотела?

– Да, все верно, именно этого, – подтвердила Васелиса.

– Еще какие-нибудь вопросы ко мне будут? – ясновидящая посмотрела на Васелису, как той показалось, еще более внимательно.

– У меня больше вопросов нет, – поспешно заверила её Васелиса, как бы боясь, что Марковна сама начнет что-то еще говорить.

– А у тебя, Лариса?

– У меня тоже вопросов нет, – ответ Ларисы почему-то был поспешным.

– Ну нет, так нет. Хотя, если они у кого-то из вас появятся, можете приходить, буду рада вас видеть, – говоря, Марковна задержала взгляд сначала на одной посетительнице затем на другой.

После того, как девушки вышли от ясновидящей, Лариса сразу же набросилась на подругу с расспросами:

– Ну как тебе? Давай делись впечатлениями!

– Сложно сказать… Если в общем, то эта женщина произвела на меня довольно приятное впечатление.

Говоря это, Васелиса все же никак не могла отделаться от какого-то странного ощущения. Что-то глубоко в душе «сверлило» её. Девушку не покидало чувство, что она что-то просмотрела или прослушала, а вот что именно, она никак не могла уловить, уж слишком это впечатление было невнятным.

Решив для себя, что возможно это своеобразный побочный эффект от посещения человека с магическими способностями, Васелиса перестала мучиться вопросом: «Чтобы бы это могло быть?». Но и с Ларисой обсуждать это чувство она тоже не стала.

– А насколько твоя Марковна окажется права, покажет время, – продолжала свой ответ Васелиса.

– Во-первых, она не моя, – парировала Лариса, – А во-вторых, я уверена, что всё ею сказанное сбудется!

– Что ж, поживем, увидим! Кстати, а ты почему у неё ничего не спросила? Ты же сказала, что тебе самой кое-что узнать надо.

– Да ладно тебе, Васелис, ты же понимаешь, что это было всего лишь предлогом. А как, спрашивается, я ещё могла тебя к ней затащить? А так, дело сделано, выработан план твоих дальнейших действий по укреплению тебя на рабочем месте. Надеюсь, ты на меня не обижаешься?

– Да ладно тебе, какие обиды! Ты была права, ничего страшного в этой встречи не было, а может даже и впрямь поможет.

– Ни каких «может» быть не может! Ты в этом скоро сама убедишься, – девушка смотрела на подругу торжествующе, и, по всей видимости, будучи полностью убежденной в правоте своих слов.

На следующий день с утра Васелиса в офисе все проделала так, как ей велела Марковна, предварительно с вечера все подготовив. И стала наблюдать, как события будут развиваться дальше. Хотя долго ей ждать не пришлось. Уже в обед позвонил вчерашний крупный клиент и попросил заехать, чтобы уточнить некоторые детали. Когда Васелиса приехала к заказчику, оказалось, что он хочет расширить географию своей будущей рекламной кампании. И, обозначив, в каких именно городах, он попросил пересчитать сумму и выставить дополнительный счёт, который, как он заверил девушку, как и в прошлый, они сразу же оплатят. Васелиса не верила собственным ушам, предварительно посчитав, она сказала:

– Евгений Федорович, я уже сейчас могу вам сказать, что сумма дополнительного счета будет примерно такой же, как и в первом. Конечно, мне нужно всё ещё уточнить, но я больше чем уверена, что так оно и будет.

– Да, мы так и предполагали. И нас это устраивает.

Сделав невозмутимое лицо, Васелиса заверила, что сегодня же все сделает и, попрощавшись, поехала в офис.

Приехав на работу, она сразу же пошла в кабинет мегеры. Она оказалась в нём одна.

– Ирина Марковна, можно войти, – Васелиса глядела на свою начальницу улыбаясь, еле скрывая радость.

– Да, да, Васелис, проходи, рассказывай, что хотел обсудить заказчик? – начала она спрашивать, постепенно хмурясь и делая «тон» жестче, не понимая, чему эта вертихвостка так веселиться. – Надеюсь, он не отказывается проводить свою рекламную компанию, иначе нам придется…

Начальница осеклась на полуслове, увидев, что Васелиса начала улыбаться ещё шире.

– А чему ты так рада, позволь спросить?

– Ирина Марковна, успокойтесь, все в порядке. Заказчик ни отчего не отказывается, а даже наоборот, готов расширить географию своей рекламной кампании. В итоге, их сумма расходов увеличивается почти вдвое и их это устраивает! – закончив, девушка смотрела на мегеру победоносным взглядом. У той округлились глаза, и отвисла челюсть. Хорошо, что она сидела, а то бы, наверное, со всего маху рухнула в свое шикарное кожаное кресло.

Мысли руководителя отдела продаж в этот момент скакали со скоростью света. Данный заказ и так имел огромное финансовое и имиджевое значение для их компании. И, если бы ни генеральный директор, который настаивал, чтобы этот заказ вел тот, кто его начал, а именно Васелиса, то она уже бы давно забрала его у этой выскочки, будучи уверенной, что та обязательно что-нибудь «сорвет». А тут вдруг, такой поворот!

Ирина Марковна не смогла скрыть своей растерянности и удивления.

– Удваивается, и их устраивает? Ты ничего не путаешь? Ведь в таком случае сумма перевалит за полмиллиона долларов!

– Я ничего не путаю, их это устраивает, и они просили уже сегодня все посчитать и выставить им дополнительный счет.

Ирина Марковна еще какое-то время просидела молча, хлопая глазами. Васелиса не без удовольствия про себя отметила, что в отличии от своего руководителя, она очень быстро оправилась от шока и с достоинством держалась перед заказчиками. Наконец, осмыслив сказанное, она подскочила с кресла так, как будто её ошпарили:

– Так чего ты еще до сих пор сидишь? – взвизгнула она. Хозяйка кабинета была явно не в себе.

– Да уж, ничего другого от неё можно было и не ждать, – подумала Васелиса, вставая со стула. Радости у девушки немного поубавилось.

Уже открывая дверь, она услышала:

– Васелис…

– Да, Ирина Марковна?

– Я хотела сказать, что ты молодец! Так держать! – эти слова директору по продажам дались с большим трудом, она выговаривала их очень медленно и так, будто сама удивляясь тому, что их произносит.

– Спасибо, Ирина Марковна! – Васелиса оценила похвалу, она знала, что подобное случается в этом кабинете крайне редко. Данная оценка девушку даже больше обрадовала, чем мысль о сумме её агентского вознаграждения, которая обещала быть кругленькой.

Неделька у Васелисы задалась суматошной. Мало того что нужно было многое сделать по главному своему заказчику, так при этом нужно было не забывать и об остальных своих клиентах. Васелиса целыми днями крутилась как белка в колесе. Ей было даже некогда перекинуться парой фраз с Ларисой, которая пыталась к ней несколько раз подойти.

И только в субботу, когда в двенадцать часов в кабинет менеджеров зашел охранник и объявил, что «рабочий день закончился и у всех пять минут на то, чтобы отключить компьютеры и покинуть помещение», Васелиса наткнулась на обиженное лицо Ларисы, которая стаяла рядом с охранником.

Быстро выключив компьютер, Васелиса догнала свою подругу, спускавшуюся по лестнице.

– Ларис, постой! – крикнула ей вдогонку Васелиса.

– Ну, чего тебе? – девушка, даже не обернувшись, продолжала спускаться.

– Ну, подожди!

– Жду! – Лариса, наконец, остановилась.

– Слушай, Ларис, ты меня извини, – начала оправдываться Васелиса, как только догнала подругу, – я в последнее время совсем закрутилась, да ты и сама видела, работы было невпроворот, домой только переночевать ездила, – девушка говорила правду.

– Да-да, работы невпроворот только и делала, что где-то пропадала, либо заседала в кабинете у мегеры, – перебила ее Лариса. – Вы походу друг без друга жить не можете. Только попытаешься к ней зайти, а ты уже тут как тут.

– Ларис, перестань, ну что ты такое говоришь?! Я же к ней по делу захожу, ведь не каждый день такую масштабную рекламную кампанию приходиться разрабатывать.

– Да уж, не каждый и не каждому, – произнесла Лариса чуть слышно, поджав губы.

А более громко добавила:

– И что это означает, что нужно забывать своих друзей? Которые, между прочим, тоже руку приложили, чтобы у тебя все так замечательно пошло! – остановившись, Лариса с вызовом посмотрела на подругу, при этом ещё уперев руки в боки.

Увидев немой вопрос в глазах Васелисы, Лариса пояснила:

– Да, да помогли. А ты забыла, с какого момента у тебя всё так чудненько стало складываться?! Так я тебе напомню, после того как я тебя сводила к Марковне! И что я получила взамен?

– А что ты хочешь получить? – спросила Васелиса, кажется, начав догадываться, к чему клонила её сослуживица.

– Чего-чего, ясно чего!

– Денег?

В воздухе на миг повисла пауза, девушки внимательно смотрели друг другу в глаза. Васелисе показалась, что она угадала с ответом, увидев как после её слов, загорелись глаза подруги. Но Лариса вдруг выдала:

– Бред какой! Ты меня окончательно обидеть решила? Благодарности, слов благодарности я хочу от тебя услышать. Только и всего!

Сказав это, Лариса сжала зубы, да так, что желваки на скулах заиграли. И резко повернувшись, пошагала на остановку.

– Ларис, постой!

Васелиса бросилась вслед за подругой, догнав ее, она схватила Ларису за руку, тем самым заставив её остановиться.

– Ларис, ну прости! Я действительно глупость сморозила.

– Вот именно, что глупость, – буркнула в ответ Лариса и, уже дурачась, театрально надула губки.

– Ларис, у меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться!

– Да? Любопытно, какое же?

– Берем «шампусик» и ко мне! Родители как раз на дачу с ночевкой уехали.

– Я согласна! Только давай не шампанского, давай вина возьмем. А то от шампанского у меня завтра голова раскалываться будет.

– Ну, вина так вина, я не против!

Приехав домой, предварительно забежав в супермаркет, девушки выпили на брудершафт и к концу вечера уже окончательно помирились.

В течение вечера Лариса несколько раз пыталась завести разговор о Марковне, но Васелиса все время уходила от него и подруга, в конце концов, решила прекратить свои попытки.

Глава 5

Через полтора месяца крупный проект Васелисы был запущен, его проведение было успешным, а по его окончании агентство получило крупное вознаграждение. Васелиса в свою очередь также получила очень хороший процент от сделки, хотя сумма никем и не была озвучена, но многие в коллективе догадывались, какая это была цифра. Само собой, у девушки тут же оказалось много недоброжелателей и завистников, многие из которых не преминули продемонстрировать свое отношение к ней.

Васелиса хотя и старалась не обращать на обидчиков внимания, но двое из них перешли все возможные границы. Это были начальник отдела «прома» – Светлана, и один из давних менеджеров отдела продаж, так сказать «старичок» – Елена. Между Васелисой и ними началась откровенная вражда. Лариса как могла поддерживала подругу, но силы были не равными.

Как-то Васелиса после окончания рабочего дня столкнулась с ними на террасе, когда те стояли и курили. Как только эти дамочки заметили Васелису, то тут же начали упражняться в колкостях в её адрес. Не выдержав их очередных нападок, Васелиса повернулась и, подойдя, к ним вплотную, еле сдерживая себя, чтобы не размазать этих мартышек по стене, произнесла:

– Я не буду опускаться до уровня таких ничтожеств как вы, но предупреждаю, если не прекратите, вам об этом впоследствии придется очень пожалеть! – голос девушки даже звенел от возбуждения.

– Да и что ты сделаешь? Побежишь на поклон к своей начальнице, и начнешь ей «стучать», вы ведь теперь «закадычные подружки»? – спросила Елена, закатываясь со смеху.

– Да нет же, – перебила её Светлана, – наша красотка в очередной раз прыгнет в постель к генеральному и начнет ему рассказывать, как мы такие «бяки», обижаем его «бедную овечку»! – и она начала кривляться, наглядно демонстрируя, как это будет происходить.

Две дамочки так увлеклись своим «остроумием», что не сразу заметили, как лицо Васелисы побелело, а зрачок глаз расширился настолько, что казалось, они из карих превратились в угольно черные. Они обратили на это внимание, когда девушка начала говорить и, надо сказать, это зрелище и тон которым она говорила, несколько поубавило им веселье:

– Ну что же, я вас предупреждала, но видно это бесполезно, сами напросились, сами и огребайтесь! – Васелиса говорила спокойным ровным голосом, но от него мурашки бежали по коже. – Мне ничего не придется делать, но если честно, мне вас уже жаль!

После этих слов Васелиса повернулась и пошла прочь. Две девушки что-то еще пытались сказать ей в след, но слова как будто застревали в их горле.

– Васелис, Васелис постой! Ну, подожди же ты, наконец! – кто-то звал её, и она не сразу поняла, что это Лариса, которая все же умудрилась догнать Васелису и схватить ее за плечо.

Когда же Васелиса повернулась к ней, подруга резко одернула свою руку и отшатнулась от неё.

– Васелис, что с тобой? – почти прошептала Лариса.

– А что со мной? – поинтересовалась девушка вполне искренне уже обычным тоном. Казалось, она сама была несколько озадачена, если не сказать шокирована происходящим. Мысли и чувства, которые её в тот момент обуревали, не поддавались никакому объяснению и определению, их был шквал.

– У тебя сейчас было такое лицо, что мне страшно стало! Что ты такое сказала этим феям на террасе, они там стоят как опущенные?

– Ларис, извини, я не хочу сейчас ни с кем разговаривать, – сказала Васелиса, поворачиваясь, и почти бегом направилась к остановке.

Девушка не стала её догонять, мысленно согласившись, что подруге действительно лучше сейчас побыть одной.

Глава 6

У Васелисы было много работы, поэтому стычка с сослуживицами довольно быстро стерлась из памяти. После того случая на террасе прошел месяц, девушка, возможно, еще долго бы о нем не вспоминала, так как за это время больше ни разу и не увиделась с этими дамочками. Было впечатление, что они стали избегать ее.

Но однажды, придя в офис, Васелиса услышала разговоры о том, что Елена находится в реанимации. У неё случилась какая-то размолвка с женихом прямо за неделю до свадьбы, и из-за этого она наглоталась таблеток. Родители, пришедшие домой раньше времени, успели вызвать скорую и тем самым спасли ее. Но теперь ей предстоит курс реабилитации в психиатрической больнице. И тут же те, кто это обсуждал, тихо добавляли, что скорей всего её больничный будет с последующим увольнением. Кому захочется иметь сотрудника, состоящего на учете в «психушке»? А это ей точно было гарантированно, ведь известно, все кто пытался покончить с собой, еще долго потом состоят на учете у психиатра. Да и самой Елене навряд ли захочется появляться в коллективе, в котором будут знать о случившемся.

Не прошло и три дня после данного происшествия, как по офису пролетела еще более шокирующая новость.

Светлана, возвращаясь из загорода, не справилась с управлением автомобиля и улетела в кювет, при этом машина влетела в дерево. Сама она не очень пострадала, правда на данный момент находилась в больнице с сотрясением и ушибами. А вот её молодой человек в отличие от неё не был пристегнут ремнем безопасности, и поэтому при столкновении автомобиля с деревом вылетел через лобовое стекло и ударился о соседнее дерево. Сейчас он находится в реанимации, и как говорят врачи, даже если выживет, то останется калекой.

А так как оказалось, что Светлана вела машину в нетрезвом состоянии, то сейчас на неё заводят уголовное дело.

Весь офис только и делал, что обсуждал эту страшную новость. Васелисе же от услышанного стало совсем не по себе.

Мысль о том, что она хоть как-то может быть причастна к случившемся событиям, девушка старалась гнать от себя. Но эта мысль все время, не переставая, сверлила ей мозг. С одной стороны, ей от этой мысли становилось страшно, но где-то в глубине души был восторг: «Неужели это правда, она? И неужели она на самом деле так может?».

Но тут же, понимая, что подобные мысли «это нехорошо, это ужасно», она начинала гнать их от себя, а на душе становилось безумно стыдно и страшно.

Весь день эти мысли не давали Васелисе покоя. Вечером, придя домой и падая от усталости, она все так же продолжала думать об этом. Родителей не было дома, летом они почти все время жили на даче. Решив, что кружка зеленого чая её возможно взбодрит, она пошла на кухню. Но ничего не вышло. Сидя за столом и попивая чай из своей любимой чашки, она все равно продолжала думать о случившемся.

Внезапно Васелиса вспомнила, как несколько дней назад она так же сидела, и пила чай из этой же кружки, когда раздался телефонный звонок, ей тогда звонила Лариса. Еще до конца не осознавая, что делает, Васелиса пошла в прихожую, сняла с вешалки сумочку, достала из нее записную книжку и, открыв её на последней странице, начала набирать номер. В трубке долго слышались длинные гудки, они казалось, длились вечность, вдруг на другом конце провода, наконец, послышалось:

– Алло!

– Алло, это Галина Марковна? – девушка не была до конца уверена, что поступает правильно.

– Да, а в чем дело, вы знаете который час?! – голос её собеседницы был удивленно-недовольным.

– Галина Марковна, извините за столь поздний звонок, просто это очень важно, – начала быстро говорить девушка, как будто боясь, что ей не дадут сейчас договорить и бросят трубку. – Я Васелиса, помните, мы несколько недель назад вместе с моей подругой Ларисой приходили к вам?

– Ну да, помню, – голос на другом конце провода, как показалось звонившей, несколько смягчился. – А что такое произошло, что не может потерпеть до завтра?

Васелисе вдруг стало жутко неудобно, её взгляд натолкнулся на часы в прихожей, которые показывали час ночи. Она, вдруг, поняла, как нелепо звучат её слова в столь поздний час, и как более нелепо будут звучать следующие. Эта мысль сильно охладила её пыл.

– Галина Марковна, ещё раз прошу прощения, я, к сожалению, не посмотрела на часы. Даже не подозревала что так поздно, – пробормотала Васелиса, мысленно ругая себя. Но тут же, почувствовав какой-то внутренний толчок она, вдруг, спросила:

– Галина Марковна, можно я к вам завтра вечером приду на прием?

В трубке повисла секундная тишина, но уже через мгновение в ней ответили:

– Вообще-то у меня на завтра все занято… Ну приходите после семи вечера, что-нибудь придумаем.

– Спасибо вам большое, – попрощавшись, Васелиса повесила трубку.

Еще какое-то время девушка молча просидела возле телефона, уставившись в одну точку, затем так же молча встала, пошла, смыла косметику и легла спать.

На следующий день Васелиса была как в тумане и всё делала на автомате, при этом постоянно поглядывая на часы. Сколько не пыталась Лариса заговорить с подругой, та все время отвечала то невпопад, то вовсе не слышала, что ее спрашивают. Как только стрелки показали шесть часов вечера – окончание рабочего дня, – Васелиса тут же отключила комп. Попрощавшись, она быстро ушла, сославшись на какие-то неотложные дела, чем еще больше озадачила подругу.

В семь часов девушка уже была у ясновидящей. Галина Марковна вышла из дома и подала знак рукой, чтобы она входила. Во дворе еще были какие-то люди. Проходя мимо, Васелиса ощущала на себе их любопытные, а у некоторых, ненавидящие взгляды.

– Ну, давай рассказывай, что у тебя стряслось, что ты даже не замечаешь время и будишь людей по ночам? – спросила Марковна, вроде улыбаясь, и в тоже время внимательно глядя в глаза девушке.

Васелиса рассказала о последних событиях, произошедших у них в компании.

– Ну и, не понимаю, причем здесь я? – проговорила ясновидящая с явным недоумением в голосе. – Конечно, это все прискорбно, но, повторюсь, а от меня то, ты что хочешь услышать?

И вдруг её выражение глаз изменилось, сначала они стали круглыми, потом резко сузились.

– А-а, понимаю, ты хочешь спросить, не ты ли стала виновницей всех этих происшествий, вернее, не твоя ли злость стала всему причиной? – по мере того как она это спрашивала, её ответ становился все более очевиден.

– Да, вы все правильно поняли, – согласилась Васелиса, опуская глаза. И тут же резко вскинула на ясновидящую взгляд.

Какое-то время они молча сидели напротив друг друга, просто глядя в глаза.

– Ну что же, я тебе могу сказать, – наконец заговорила Марковна. Кое-какие способности у тебя действительно есть, но они не столь сильны, чтобы могли привести к такому результату. Даже я не могу это делать, а я как-никак посильнее тебя буду. Здесь, скорее всего, всему виной совпадение и твоя хорошо развитая интуиция, подсказавшая тебе, что с ними должно скоро что-то произойти. Поэтому советую тебе больше по этому поводу не беспокоиться.

Васелиса все так же молча продолжала сидеть глядя на Марковну, не совсем понимая, что говорит эта женщина. С одной стороны, ей полегчало, а с другой стороны, это означает, что она обыкновенная, ну или почти обыкновенная, что в данной ситуации было одно и то же. Радость, досада и тоска – всё смешалось в её душе в этот момент.

– Давай я лучше тебе погадаю, и скажу, что тебя ждет впереди, – продолжала говорить ясновидящая, раскидывая карты.

– Ну вот, карты показывают, что ты скоро пойдешь вверх по служебной лестнице. Твою нынешнюю начальницу передвинут что, по сути, будет равнозначно понижению, а тебя поставят на ее место!

– Что? Как передвинут, за что? – разум Васелисы уже вообще переставал что-либо понимать.

– Точно не знаю за что, это здесь как-то не видно. Но то, что это произойдет, можешь не сомневаться! В течение двух-трех недель всё и случится, вот увидишь, – заключила ясновидящая утвердительно, даже с каким-то торжеством в голосе.

Васелиса встала, находясь всё так же в каком-то оцепенении, поблагодарила Марковну, и расплатившись, пошла к выходу.

Проходя опять мимо людей во дворе, она натолкнулась на чей-то взгляд. Глаза этого человека ей показались до боли знакомыми, но пройдя мимо него, она уже через минуту забыла об этом человеке.

Глава 7

В кабинете сидели две женщины – одна молодая, другая среднего возраста, обе находились в крайне возбужденном состоянии. Одна из них рассказывала, вторая внимательно её слушала. По мере рассказа лицо у той, что слушала, всё более и более становилось зеленым от злости. Её зубы сжались так, что, казалось, в них пломбы заскрипели и, наконец, она не выдержав, выкрикнула:

– Как передвинут, за что? – одновременно с этим подскакивая из кресла.

– Этого она мне не сказала, вернее, сказала, что карты это не показали. Но было видно, что всё произойдет в ближайшее время, буквально через пару недель, – после этих слов, девушка напротив спокойно откинулась на спинку стула.

– Ты ничего не путаешь? – та, что спрашивала, еще надеялась, что это бред сумасшедшей.

– Абсолютно ничего, если мне не верите, можете спросить у своей сестры!

Это прозвучало как выстрел. Женщина напротив заметно дернулась и как-то сразу, обмякнув, плюхнулась обратно в кресло.

– Как ты догадалась? – выдавила она из себя. Спрашивая, она уже знала, что это ни бред и ошибки быть не может.

– Ну, это как раз было не сложно, – отвечавшая явно была довольна произведенным ею фурором. Поэтому упивалась каждой минутой своего триумфа, ведь она так долго его ждала! – Во-первых, у вас одинаковое отчество, а во-вторых, да скорее это даже главное, вы с ней очень похожи, хотя это и не сразу заметно.

– Скажи, а тебе её не жалко, ведь она вроде как твоя подруга?! – хозяйка кабинета все ещё отказывалась верить в происходящее. Ей всегда казалось, что она прекрасно разбирается в людях, ведь именно это помогло ей добраться до тех высот, которых она на сегодняшний день достигла. Но, глядя сейчас на свою собеседницу, она понимала, что совсем её не знает, хотя проработала с ней не один год. Как же она могла в ней так ошибаться?

На этот раз вздрогнула и отстранилась вторая собеседница.

– Вам то какое до этого дело? – огрызнулась она.

– Ну, просто ведь ты прекрасно понимаешь, что я сейчас буду делать. А вот в чем здесь твоя выгода, мне пока не совсем понятно! Надеюсь, ты не думаешь, что я тебе за эту информацию дам денег или что-то вроде этого?! – и тут же подумала, – а может быть и впрямь она за этим пришла?

– Мне от вас ничего не нужно! – ответ прозвучал довольно жестко, даже властно.

– Тогда тем более не понятно. – Хозяйка кабинета явно не могла разгадать игру той, что пришла ей сообщить эти ужасные новости. А ведь это могло быть гораздо опасней того, что она сейчас узнала.

– А вам ничего и не нужно понимать, просто делайте то, что должны делать, только и всего, – девушка встала со стула, тем самым давая понять, что разговор окончен и, не удостоив собеседницу даже взгляда, направилась к двери.

– Ларис, – окликнула ее Ирина Марковна, – А ты все-таки гнида!

Лариса медленно повернулась в сторону своей начальницы, нехорошо ухмыльнулась и, развернувшись, вышла из кабинета. От её ухмылки мегере стало как-то совсем не по себе.

* * *

Через час после этого разговора Васелису вызвал к себе генеральный директор. Он сразу «взял быка за рога» и с порога задал ей вопрос:

– Васелис, скажи, ты знаешь, зачем я тебя к себе вызвал?

– Нет, – честно ответила девушка.

И тут же про себя подумала: «Но догадываюсь, хотя не ожидала, что все произойдет уж совсем так скоро».

– Я не знаю, что там уж между вами такого произошло, – продолжал директор, – и если честно не очень это хочу знать. Но если мне действительно придется выбирать, я думаю, ты понимаешь, кого я выберу?

– Филипп, я не совсем понимаю, к чему вы клоните? – Васелиса несколько растерялась от такой тирады.

– А клоню я к тому, Васелиса, что если мне придется выбирать между тобой и Ириной Марковной, то я выберу её, – проговорил он, чеканя каждое слово. – Она час назад пришла ко мне и ничего не объясняя, поставила перед выбором – либо она, либо ты. Слушай, давай сделаем так, я представлю, что ничего не слышал, а ты сейчас идешь к ней и стараешься все утрясти.

– Но… – начала было Васелиса.

– И ни каких «но»! Давай-давай, иди уже! – приказал он подчиненной тоном, нетерпящим возражения.

В полном недоумении Васелиса вышла из кабинета генерального директора, дошла до кабинета своего руководителя, и уставилась на закрытую дверь. Взявшись за дверную ручку, ей показалось, что она раскалена до придела, девушка даже непроизвольно от неё отдернула свою руку. Убедившись, что ей это только показалось, она нажала на ручку.

Войдя в кабинет, она увидела, что мегера сидит в нём одна и тупо смотрит куда-то на стену.

– В чем дело? Я же сказала, что занята! – взорвалась она, переведя взгляд на вошедшего.

– А… это ты, – протянула она вдруг более спокойным, даже каким-то уставшим голосом, – Ну что же проходи, коль пришла.

Васелиса все так же, не понимая, что происходит, вошла и села напротив неё, где еще недавно сидела Лариса.

– Вижу по твоим глазам, – начала Ирина Марковна даже миролюбиво, – Что ты немного в шоке. Что ж, признаюсь тебе, я тоже.

Девушка посмотрела на свою начальницу так, как смотрит психиатр на своего пациента.

– И не надо на меня так смотреть, я не сошла с ума, – мегера все же не сдержалась и перешла на крик. Чуть помолчав и успокоившись, она опять продолжила. – А чтобы тебя не мучить, сразу открою все карты.

– Ты была на днях у некой Галины Марковны – ясновидящей, так? – и не дав Васелисе даже ответить тут же заявила, – Вот только не надо ничего врать, я знаю что была! – выдержав многозначительную паузу она продолжила, – так вот, она моя родная сестра.

– Ваша сестра? – девушка думала, что сегодня после разговора у генерального ее уже ничто не удивит, ан нет, видно все только начинается. Ну конечно же, и как же она сразу-то не догадалась, ей же все время казалось, что ясновидящая кого-то ей напоминает.

– Да, да Галина Марковна моя сестра, – мегере вроде как даже стала нравиться её роль разоблачителя. – Ну, так вот, – продолжила она, – мне стало известно, что она тебе последний раз нагадала. Хоть моя сестра и чокнутая, и мы много лет с ней не разговариваем, но еще, ни разу не было, чтобы она ошиблась, – последние слова она почти прошипела. – Но постараться изменить ее предсказание возможно, и я думаю, ты понимаешь, что я все сделаю, чтобы ты здесь больше не работала.

Сказав это, она многозначительно посмотрела на девушку. – Поэтому давай ты не будешь испытывать все мои возможности, и сама уволишься по собственному желанию. А я при необходимости могу даже тебе дать отличные рекомендации, – добавила она почти дружелюбно.

– А если я этого не сделаю? – поинтересовалась Васелиса скорее всего уже по инерции, так как знала, что не хватит у неё силенок тягаться с этим монстром, тем более генеральный директор озвучил свою позицию однозначно.

– А если ты этого, девочка, не сделаешь, – прищурила глаза хозяйка кабинета, – я все равно уберу тебя отсюда и постараюсь, чтобы ни одно приличное агентство тебя к себе и на тысячу верст не подпустило! Тебе все понятно?! – глаза её превратились в щёлочки, губы вытянулись в струну, а лицо и шея пошли безобразными красными пятнами.

– Да, мне предельно все понятно, – Васелиса встала из-за стола и молча направилась к выходу. У неё комок подкатывал к горлу, слёзы непроизвольно наворачивались на глаза, она мечтала об одном: побыстрее убраться отсюда, чтобы от обиды не разрыдаться перед этим чудовищем.

– Подожди, – окликнула её Ирина Марковна. – А почему ты не спрашиваешь, как мне все стало известно?

– А о чем здесь спрашивать, тут и так все ясно. Вы же сами сказали, что она ваша сестра, – девушка была несколько удивлена этому вопросу.

– Да, она моя сестра, но я так же сказала, что мы с ней давно не разговариваем. Я все узнала не от неё, а от твоей подруги Ларисы! – директор по продажам был доволен произведенным эффектом. Услышав это, Васелиса прислонилась спиной к двери, казалось, пол уходил у неё из-под ног, она не могла поверить собственным ушам.

– Ларисы? – глаза девушки были расширены в крайнем удивлении, – Этого не может быть, Лариса ничего не знает, я ей ничего не рассказывала! – начала она защищать подругу.

– Да, ты ей не рассказывала, – с удовольствием тянула слова мегера, – А вот моя сестра ей все рассказала. Когда Лариса приезжала к ней и попросила её погадать на наши с тобой отношения, Галина отказалась, так как был какой-то церковный праздник, но сказала, что ты уже была у неё недавно сама и рассказала Ларисе, что ей накануне показали карты. А твоя замечательная подруга, – ее голос звучал с издевкой, – тут же пришла ко мне и все это выложила. Правда, не уточняя своих мотивов, – после этих слов Ирину Марковну саму несколько передернуло, она вспомнила свое расставание с доносчицей, – Но, уверяю тебя, она четко отдавала себе отчет в своих действиях. И понимание того, что я тебя после ее рассказа уволю, доставляло ей явное удовольствие, – закончила она ухмыляясь.

Васелиса больше не могла слушать всё это, ей было трудно дышать, слёзы душили её, она развернулась и, как в тумане, выскочила из кабинета.

Ноги её не слушались и она, добравшись до диванчика, стоявшего в холле, как подкошенная повалилась на него. Мимо проходившие сослуживцы оборачивались и откровенно таращились на неё. Но никто не решался подойти к ней и поинтересоваться о случившемся. Почти все были уже в курсе происходящего, они наоборот, старались быстрей обойти Васелису, как будто боялись, что обратись они к ней, и её беда может тут же на них перекинуться. Сама же девушка ничего этого абсолютно не замечала.

– Как же так, – думала Васелиса сидя на диванчике, – как же так, ведь Лариса ее подруга, которой лучше и надежнее у неё до этого не было! Нет, этого не может быть, здесь явно какая-то ошибка, – начала себя убеждать девушка. – Наверное, Марковна сказала Ларисе, что нужно так сделать! Я уверена, однозначно есть какие-то причины, которые пока мне не известны, но они, наверняка, есть и очень веские. Надо сейчас же пойти к Ларисе и все выяснить! Ну как же эта мысль мне сразу не пришла в голову? – как только она это подумала, Васелисе сразу же стало легче на душе, и как будто даже сил прибавилось. Вскочив, она бросилась искать подругу.

На рабочем месте её не оказалось, но, оглянувшись вокруг, девушка увидела, что почти никого в отделе не было, сообразив, что уже время обеда, а значит все в столовой, она побежала туда. У раздачи, как обычно в это время, было много народу, странно, что Лариса пошла сейчас обедать, – успела подумать девушка, обычно они с Васелисой ходили позже, когда было меньше людей. Заметив посередине очереди свою подругу, Васелиса подошла обратившись:

– Ларис…

– А, это ты Васелис? – отозвалась девушка наигранно-удивленно. – А что ты пришла, тебя же уволили? – Лариса задала свой вопрос бесцеремонным тоном и нарочито громко, будто специально старалось, чтобы её услышали все в столовой. Голоса в очереди стали стихать и было видно, что все прислушиваются к тому, что она говорит.

– Я, конечно, тебя понимаю, – продолжала Лариса, играя голосом, – они большие «бяки»! Но и их тоже можно понять, ведь у генерального терпение тоже не безграничное, а ведь иногда мозгами тоже работать надо, а не только… ну, ты меня понимаешь, – произнося последнюю фразу, она мерзко захихикала. – И Ирину Марковну я тоже понимаю, она устала покрывать твои косяки. Сколько их только при последней акции было, а главное, переделывать пришлось всем, а вот агентские почему-то получила только ты! – последние слова она уже произносила в полной тишине, и по лицам присутствующих было видно, что они крайне удивлены происходящему, но полностью согласны со славами Ларисы. И, видать, эта смазливая выскочка совсем зарвалась, раз уж от неё отказалась лучшая подруга.

– Лариса, да о чем ты? Как ты можешь? Какие косяки? – Васелиса в тот момент осознала, что ее переживания в кабинете руководителя ничто по сравнению с тем, что она слышит и чувствует сейчас.

– Знаешь, Васелис, теперь это уже не важно. Главное, справедливость восторжествовала! – эти слова её бывшая подруга говорила, глядя ей прямо в глаза, при этом ни один мускул не дрогнул на её лице. – Мне, если честно, уже давно было стыдно называть тебя своей подругой, я все же надеялась, что ты как-то изменишься, но, к сожалению, этого не произошло, – сказала она разочарованно. – Поэтому, я считаю, они приняли единственно правильное решение – уволить тебя, так как ты негативно влияешь на психологическую обстановку в коллективе! И, несмотря на то, что я твоя подруга…

– Да какая ты подруга, – не выдержав, вскрикнула Васелиса, – Гнида ты!!! – прокричала она и, боясь, что уже точно не сможет сдержаться и расплачется, выбежала из столовой.

Взяв всю волю в кулак, и с невозмутимым видом, не замечая косых взглядов в свою сторону, Васелиса в течение одного дня оформила все необходимые документы для увольнения. Попросив Филиппа только об одном, чтобы ее сегодня же рассчитали.

Увидев её состояние и поняв, что отговаривать бесполезно, генеральный директор сделал необходимые распоряжения.

Глава 8

Прошла неделя, как Васелиса ушла с работы. Ее родители из-за того что жили на даче даже не догадывались об этом. Девушка почти три дня ходила в каком-то отупении, ее убивало не увольнение, нет, она никак не могла понять, а вернее принять такое предательство от человека, который еще недавно казался надежным другом.

А так же она никак не могла взять в толк, зачем Галине Марковне понадобилось все рассказывать Ларисе. Васелисе почему-то казалось, что ясновидящие, гадалки и подобные им люди, они как священники при покаянии не имеют право рассказывать посторонним, что им стало известно. И ведь самое обидное – некому на них пожаловаться, нет таких органов, которые могли бы их как-то наказать.

На четвертый день после увольнения у Васелисы вдруг появилась бредовая идея, которую она изначально даже не приняла всерьез. Но, после того, как через день она опять к ней вернулась и по мере размышления над ней, она все меньше и меньше казалась ей бредовой.

На седьмой день Васелиса встала рано утром, быстро собралась и поехала на ТЭЦ, где находился самый большой рынок города. И именно здесь она чаще всего встречала тех, кто, как ей казалось, сможет ей помочь. Приехав на рынок, девушка уже через пять минут увидела одну из них, это была молодая цыганка, которая приставала к прохожим, предлагая погадать.

– Здравствуйте, – обратилась к ней Васелиса.

– Здравствуй, красавица, – обрадовалась цыганка, – погадать хочешь, любимый бросил? Дай ручку погадаю, всю правду расскажу, вот увидишь, ничего не утаю! Только сперва позолоти мою ручку, – цыганка, улыбаясь, протянула Васелисе ладонь.

– Нет, цыганка, не угадала, мне не гадание нужно, а помощь. Отведи меня к старшей, обещаю, в накладе не останешься.

Молодая цыганка сразу после этих слов помрачнела и, уставив руки в боки, тут же начала кричать на весь рынок:

– К какой такой старшей, ты чего мелешь? Нет у нас никакой старшей! Не хочешь гадать, так убирайся давай, а то точно сейчас кой-кого позову, мало не покажется!

В это момент рядом с ними как из-под земли появилась еще одна цыганка, потом ещё, и вот уже через минуту Васелису обступили со всех сторон. Каждая из цыганок что-то говорила, махая на Васелису руками и постепенно вытесняя девушку за территорию рынка. Она как могла от них уворачивалась, изредка закрывая лицо руками, боясь, что ей покалечат глаза. Внезапно какая-то непонятная ярость обуяла девушку и, резко отдернув руки от лица, Васелиса проговорила незнакомым для нее голосом:

– Стоп!

Толпа женщин резко остановилась. Цыганки начали переглядываться между собой, они никак не могли понять, что же заставило их остановиться.

– Отведите меня к старшей! У меня к ней дело! – приказала девушка резким и не терпящим возражения тоном.

Ее голос звучал так, как у человека, привыкшего к повелеванию. И что странно, помимо интонации у девушки и речь изменилась. В ней появились иные речевые обороты, совсем не свойственные Васелисе.

– Ну что уставились!.. Повторяю, отвести меня к старшей!

Все цыганки повернули головы к одной из них. Та, на которую все посмотрели, отделилась от толпы, подошла ближе к Васелисе и внимательно посмотрела ей в глаза, но тут же их опустила, не выдержав её взгляда.

– Пойдем, – сказала она лаконично, и, повернувшись, куда-то направилась. Девушка последовала за ней.

Васелиса не замечала, как долго они шли и собственно куда шли, все происходило как будто во сне. Так же она даже не удивлялась переменам в себе и в своем поведении, у неё было ощущение, что все так и должно было быть, и никак иначе.

Наконец, цыганка остановилась возле какого-то частного дома, жестом показав девушке остановиться и подождать, сама же вошла в него. Васелиса поняла, что они на месте. Ждать пришлось недолго, уже через несколько минут та же цыганка выглянула из дома и поманила девушку за собой.

Войдя, Васелиса увидела двух женщин: одна из них была та, что привела её, а вторая годилась ей в бабушки и, по всей видимости, была хозяйкой дома. Какое-то время две цыганки молча смотрели на девушку, наконец та, что была старше, заговорила:

– Мне сказали, что ты меня искала. Зачем я тебе понадобилась? – проговорила она, присаживаясь и жестом указывая Васелисе на стул. Вторая цыганка в это момент вышла в другую комнату.

Присев, девушка внимательно посмотрела на старую цыганку, у неё почему-то появилось четкое ощущение, что это именно та, которая ей нужна, и тогда она начала рассказывать все подробно и по порядку. Когда она закончила, хозяйка дома некоторое время сидела молча, всё так же внимательно рассматривая Васелису, как и вначале их разговора, через время она, наконец, спросила:

– Я так и не услышала из твоего рассказа, чего ты от нас хочешь?

– Я хочу, чтобы вы её наказали. Я знаю, что это в вашей власти! – девушка говорила уверенно.

– Кого её? Выражайся ясней!

– Галину Марковну – ясновидящую, – пояснила Васелиса невозмутимым голосом.

– То есть, ты хочешь, чтобы мы наказали ясновидящую за то, что она нарушила закон молчания о полученной ею информации, я тебя правильно поняла?! – уточнила пожилая женщина.

– Да, вы меня правильно поняли!

– А с чего вы взяли, вернее кто вам сказал, что цыгане вам в этом смогут помочь? – цыганка задала свой вопрос, слегка ухмыляясь и прищурив глаза.

Васелису это не смутило, она даже не обратила внимания, на то, что цыганка вдруг начала обращаться к ней на «вы».

– Никто мне ничего не говорил, просто я знаю и все! – произнесла девушка опять не свойственным ей властным тоном.

Старая цыганка опять, на какое-то время замолчала, изредка поглядывая на девушку и при этом явно о чем-то размышляя.

– Э-э нет, – сказала она, наконец, – такое невозможно знать «просто», такое нужно откуда-то узнать, – помедлив она продолжила. – А ты, видать, и на самом деле не знаешь, откуда тебе это известно, что уже странно. Ну, ничего, разберемся, – пообещала она многозначительно.

– С чем разберётесь?

– А со всем разберёмся, и с этой ясновидящей, и откуда у тебя эти знания, – отвечала цыганка уже весело улыбаясь, казалось, она даже разом помолодела. – Про ясновидящую уже можешь забыть, хоть и были у неё средненькие способности, так и ими она больше обладать не сможет. А вот по поводу знаний… Ты не против, если с тобой наша гостья поговорит? – спросив, женщина опять устремила свой цепкий взгляд на девушку.

– Абсолютно не против.

– Ну и отлично. А вот, кстати, и она, – радушно протянула женщина, показывая на кого-то рукой, устремляя взгляд поверх головы своей посетительницы.

Васелиса услышала как за её спиной хлопнула дверь, обернувшись, она увидела девушку и, что странно, её лицо показалось ей знакомым.

– Васелиса, а что ты здесь делаешь? Вот уж где не ожидала тебя увидеть! – с удивлением воскликнула вошедшая, назвав её прежним именем.

– А мы разве знакомы? – Васелиса была в недоумении.

– Ну, в общем, то да. Вернее когда-то давно встречались, – пояснила гостья, почему-то немного смутившись.

– Меня зовут, Рада, – продолжила она. – Я прошлый раз не успела представиться. Помнишь, тебе было 13 лет, ты шла в библиотеку и встретилась с четырехлетней девочкой, которая начала тебя донимать вопросом: «Кто ты?».

– Так это была ты? – удивилась Васелиса еще больше. Но повнимательнее рассмотрев девушку, убежденно заявила:

– Нет, это не можешь быть ты! Той малышке сейчас должно быть примерно лет четырнадцать-пятнадцать, а тебе меньше двадцати пяти не дашь, а то и больше, – Васелиса нахмурилась, посчитав, что это какой-то глупый розыгрыш.

– Согласна, – не сдавалась вошедшая, – но на то, как я выгляжу, есть свои объяснения и возможно я тебе их как-нибудь дам. А пока тебе придется мне поверить на слово, – непонятно почему, но что-то заставило Васелису поверить во всё сказанное.

– Надо же, – думала в тот момент Васелиса, – я очень часто вспоминала тот случай и все представляла, как мы опять встретимся и я, наконец, смогу выяснить, что же имела ввиду та малышка. И вот на тебе, встретились, а я даже не знаю, с чего начать.

Две девушки просто стояли, и молча рассматривали друг друга. Со стороны могло показаться, что они одногодки, но не только это их объединяло, они обе были очень красивыми, хотя каждая по-своему.

У обеих были длинные темные волосы, но на этом их сходство во внешности заканчивалось. Рада была смуглой, Васелиса белокожей, у Рады были зелено-голубые глаза, а у Васелисы карие. У Рады фигура была женственной, как говорят мужчины с «аппетитными формами», у Васелисы же фигура была более спортивной, но в тоже время гибкой и грациозной, как у кошки.

– Слушай, а куда ты потом исчезла? – нарушив молчание, Васелиса наконец задала вопрос столько лет её мучавший. – Я за тобой почти сразу же побежала, только так тебя и не нашла.

– Да долго объяснять, куда. Потом как-нибудь при случае расскажу, – девушка явно уклонялась от прямого ответа.

– Знаешь, – продолжила Васелиса, – А я ведь часто вспоминала нашу ту встречу и не раз представляла, как мы опять с тобой увидимся. Я ведь тогда напугалась до смерти, когда побежала за тобой и попала в тот странный, чересчур тихий и пустынный двор. Еще эти металлические тени вокруг. Б-р-р, до сих пор вспоминаю, и мурашки по коже, – девушка даже поёжилась как от холода, ей действительно стало не по себе, когда она это вспомнила.

– Подожди, подожди, как ты сказала? «Тихий и пустынный двор с металлическими тенями вокруг?», – у Рады даже глаза расширились от удивления. – Вот это уже интересно.

– Что интересно? – не поняла Васелиса.

– Нет, я, конечно же, еще тогда поняла, – призналась Рада, – что ты не простой человек. Но чтобы с первого раза, причем самостоятельно, без какой либо помощи смочь зайти в «параллель»! Это тебе уже не просто Измененный, это уже определенный уровень. А твоё «знание», что нужно было обратиться к цыганам, только подтверждает мои догадки. Странно конечно, что ты сама о себе ничего не помнишь. Хотя с Измененными такое иногда случается. Зато это сразу доказывает, что ты не можешь быть Пришлой, они при своем перерождении всегда помнят себя предыдущих.

– Слушай Рада, ты опять говоришь загадками. А как-то проще можно? – попросила Васелиса, не выдержав.

– Проще? Можно, но не сейчас. Ты пока иди домой, а завтра встретимся, и обо всём поговорим. Оставь мне свой номер мобильника, я тебе позвоню.

Оставив Раде свой номер, Васелиса ушла.

– Что скажешь? – обратилась старая цыганка к Раде, после ухода Васелисы.

– А что говорить, пока нечего. Все что я могла сейчас сказать, ты услышала. Одно радует, не придётся её искать, это именно та девушка, которую я сегодня просила тебя помочь мне найти, – Рада действительно, была очень обрадована такому повороту событий.

– Я так и подумала, как только её увидела. Только ты так и не сказала, зачем она тебе! – в голосе пожилой женщины слышалось беспокойство.

– Бабуль, я всё тебе расскажу, только не сейчас, хорошо? Я очень устала! Десятки миров за такой короткий временной промежуток, это даже для меня многовато. Пойду, отдохну, завтра поговорим. Надеюсь, ты помнишь, зачем я так мчалась сюда?

– Помню, помню, еще бы мне не помнить, – с недовольством пробурчала её бабушка, – Ты права иди, отдыхай, силы тебе еще понадобятся.

Глава 9

На следующий день Васелиса, как только проснулась, сразу стала ждать звонка от Рады. Благо, долго мучиться не пришлось, уже в обед она позвонила. Девушки договорились встретиться в шесть вечера в городском парке. Еле дождавшись пяти часов, Васелиса поехала на встречу.

Когда она подходила к главному входу, то еще издали заметила Раду. Хотя её, конечно, сложно было не заметить: обладая такой яркой внешностью, девушка буквально приковывала к себе взгляды окружающих.

– Привет! Давно ждешь? – поинтересовалась Васелиса, поравнявшись с Радой.

– Нет, сама только что подошла. Давай присядем, я тут в глубине парка лавочку увидела свободную, если поторопимся, то успеем занять.

– Скажи, Васелис, – обратилась Рада, присаживаясь на лавочку, при этом поставив ударение на «и» как звали ту еще в детстве. – Ты…

– Васелис, – перебив, поправила её девушка, поставив ударение на букву «е». – Меня сейчас так зовут.

– Ва-се-лис, – повторила Рада, с таким видом, как будто бы пробуя имя на вкус. – Ну, конечно же, именно так тебя и зовут на самом деле! – воскликнула она обрадовано. – Мне ещё в прошлый раз показалось, что с твоим именем что-то ни так. Но выяснять, не было времени. А как ты узнала?

– Да случай помог, – уклончиво ответила Васелиса. – Ты лучше скажи, что ты хотела спросить?

– Я хотела спросить? – не успев переключиться, переспросила девушка. – А, ну да, – вспомнила она. – Я хотела у тебя узнать, ты так для себя и не решила «кто ты»?

– Нет, так и не решила. И если честно, то я до сих пор не понимаю значение этого вопроса. Мне иногда кажется, что я не такая как все и чем больше я над этим начинаю размышлять, тем больше я это осознаю. Но тогда мне пришлось бы признать, что всё, что вокруг меня происходит, правда, а не игра моего воображения. А тогда это ужасно!

– Ну почему же сразу ужасно? – не поняла Рада.

– Да потому, что тогда это значит, что я виновата во всем, что происходит с людьми, которые имеют ко мне какое-то отношение. Хорошо если с ними происходит хорошее, а если плохое? Иногда мне кажется, что я обладаю какой-то очень мощной силой, но которая чаще всего проявляется, когда я злюсь. А значит, я себя не контролирую и последствия моей злости, порой, просто чудовищны. Как-то однажды я решила для себя, что ничего этого нет, и это только мне мерещится, а всё происходящее – нелепые совпадения. И, надо заметить, у меня получилось себя в этом убедить. После этого действительно ничего особо необычного не происходило, даже если я злилась. Но вот недавно это опять проявилось.

– Что именно?

– Недавно я разозлилась на двух девушек. Они очень долго меня донимали, но у меня все время получалось держать себя в руках и не обращать внимания на их унизительные реплики. Но однажды, после их очередных выкрутасов в мой адрес, я сорвалась. Я даже не успела понять, что произошло, как какой-то непонятный поток ярости и агрессии захлестнул меня. Было ощущение, что мое сознание разделилось. С одной стороны, я видела себя рядом с обидчицами и как что-то им говорю со злостью. Но в тот же момент я буквально физически ощущала, как начинаю стягивать с этих девушек что-то похожее на полупрозрачные покрывала, скручивая их с ужасной силой, и готова их сорвать. Но, в последний момент, пересиливаю себя и отшвыриваю эти покрывала обратно. После чего я тут же почувствовала, что мое сознание опять стало едино.

– А эти девушки, как ты думаешь, что-то почувствовали? – поинтересовалась Рада, внимательно выслушав рассказ.

– То-то и оно, что мне кажется, они тоже что-то ощущали, потому, как вид у них после всего случившегося был очень жалким, – девушка перевела дыхание. – А еще через какой-то промежуток времени одна из них попала в реанимацию, а далее в психушку. Ну а вторая, скорее всего, на долгий срок сядет в тюрьму. Я, честно, не желала им этого и мне их искренне жаль. Но ещё больше мне становится страшно за саму себя, ведь мало обладать силой, главное уметь ею управлять. А я себя ощущаю как слон в посудной лавке, который из-за своих габаритов и неповоротливости может наделать много бед.

На этом месте Васелиса замолчала. Какое-то время она сидела молча, уставившись в одну точку. Рада тоже ничего не говорила, терпеливо ожидая продолжения. Она понимала, что рядом сидящая девушка еще не всё сказала.

– А не так давно, – продолжила Васелиса через время, – случилось то, что я думаю, тебе уже известно от той старой цыганки.

– Только вкратце, – подтвердила Рада, – но если тебе не сложно, я хотела бы это ещё раз услышать от тебя самой. Узнать, как ты это видишь.

– Ну что ж, мне не сложно, могу повторить. Я обратилась по настоянию своей подруги, вернее я считала её своей подругой, – на этом месте Васелиса даже поморщилась как от зубной боли, – к одной так называемой ясновидящей, предсказавшей мне яркое безоблачное будущее, но которого так и не произошло, а даже наоборот, я потеряла работу. И вот, сидя несколько дней дома, ни с кем не общаясь, я опять стала вести себя не совсем адекватно. Мне до сих пор непонятно, откуда у меня возникла мысль, что нужно идти к цыганам, контролирующим законность действий людей с паранормальными способностями. А что было дальше, ты и сама знаешь, – оборвала свой рассказ Васелиса, вскочив с места и готовясь уйти.

– Постой, – Рада ухватила ее за рукав. – Тебя беспокоит, что если то, что ты о себе думаешь, окажется правдой, тогда что же будет с твоей подругой, которая тебя предала, на которую ты так же разозлилась, как и на тех девушек, а возможно и ещё сильнее? – девушка, крепко держа Васелису, не отпуская, продолжила. – Как я тебе уже однажды сказала, я не вижу, кто ты и не вижу твое будущее, а вот прошлое и будущее той девушки знаю. Как её зовут, Лариса?

Васелиса во все глаза смотрела на девушку, державшую её за рукав, и мысленно соглашаясь с каждым сказанным ею словом. Но как только Рада назвала имя её бывшей подруги, Васелиса не выдержала, и, закрыв руками лицо, села назад на лавочку расплакавшись.

– Скажи, за что она так со мной? – послышался её вопрос сквозь слезы. – Ведь я верила ей, а она, оказывается, все это время меня ненавидела! – именно сама это мысль причиняло девушке нестерпимую боль.

– Да, ты права, – подтвердила Рада, когда Васелиса успокоилась. – Она тебя жутко ненавидела и чем больше ты ей доверяла, тем сильнее росла её ненависть. А всё почему? Да потому что, как ей казалось, тебе все достается даром, а происходит это, по её мнению, из-за твоей привлекательности. И тебе, в отличие от неё, не приходится столько тратить сил и энергии, чтобы не замечать брезгливые взгляды окружающих в свой адрес. Но Лариса не знает одного: всё, что происходит с ней, – это только следствие, а первопричина всех её бед, в том числе и своего нынешнего внешнего вида, кроется в действиях её прошлой жизни. В своей прошлой жизни она была милым и очень умным ребенком, который вырос в очаровательнейшую, но безумно жестокую стерву. Она крутила мужчинами, как хотела, не задумываясь, что своими забавами разрушает чужие семьи, чужие судьбы. Более того, ей это доставляло наивысшее удовлетворение! При этом ей нравилось издеваться и морально унижать неуверенных в себе людей. Они чаще всего были либо сильно располневшими, либо с посредственной внешностью. Хуже того, она заставляла полных или же внешне малопривлекательных людей, но при этом находившихся в гармонии со своей внешностью и внутренним миром, начинать ненавидеть и призирать себя и свой облик. И чем более жестоко у неё это получалось, тем сильнее ей это доставляло удовольствие. Она была Измененной – Мароченной, странно конечно было бы от нее ждать какой-то особой теплоты, но даже для таких как она, эта женщина смогла перейти все границы! Поэтому Погранитами было принято решение уничтожить зарвавшегося Измененного, неоднократно получавшего предупреждения за свои неконтролируемые деяния. Они же и привели приговор в действие. В наказание при следующем своем перерождении она получила тело, несоответствующее её внутреннему состоянию, плюс утрату всех своих былых магических способностей. Теперь ей необходимо прийти к внутренней гармонии. А для этого ей необходимо не просто смириться со своим внешним видом, но что самое главное, – принять и искренне полюбить себя такой, какая она сейчас. Только после этого она будет по-настоящему счастлива. Отвлекшись от своей внешности, она наконец сможет заняться своим внутренним развитием и как следствие даже восстановить свою Силу и вернуть свои магические способности. Что является немаловажным для Мага! Сейчас же она ещё этого полностью не осознает. Но, как ни странно, то, что она сделала с тобой, для неё имеет обратный эффект. Вместо ожидаемого удовлетворения от твоего поражения, она уже через день почувствовала себя так омерзительно, как никогда раньше. Причем, надо отметить, это произошло само собой, без какого-либо нашего воздействия.

Васелиса слушала, ни разу не перебивая.

– И если тебя это успокоит, – Рада ободряюще улыбнулась, – благодаря этой истории, произошедшей между вами, её душа встала на путь потока вверх, механизм уже запущен и практически назад дороги нет. Будучи раз Измененной, она уже не сможет стать совсем обыкновенным человеком. Но у Ларисы появился шанс искупить все прошлые грехи и стать гармоничной уже при этой жизни, а возможно и Радужной.

Рада замолчала и посмотрела на Васелису. Полученная информация буквально пригвоздила девушку к месту, она не укладывалась у неё в голове. Всё ею услышанное было из разряда фантастики, либо бредом сумасшедшей. Вот только Рада не производила впечатление ненормальной.

– Кто вы? – тихо прошептала Васелиса.

– Со мной как раз всё понятно, – ответила ей Рада, кладя свою руку на её ладонь, – А вот кто ты, это загадка. Знаешь, я как-то слышала стихи, которые мне сразу врезались в память, называются «Кокон»:

Все бабочки, порхая, тонко видят,
Любви Божественной, прикосновения тона,
Кровей прилив в аккорде заспанного тела,
Сердцебиения густые облака…

Бесшумно скидывали одеяло с нежной плоти,
Из гусениц в шедевры мастерства…

А мне, в порыве теплого воспоминанья,
Недостаёт послушной кисти и холста.
Чтоб краской разметать душевные дерзанья.
Кем станет «бабочка» когда придёт пора?!..

– Вот так же и я, – продолжала Рада, – глядя на тебя, задаюсь тем же вопросом: «Кем же ты станешь»? Твое сознание сейчас на самом деле похоже на кокон, внутри которого идут сильнейшие процессы. И мне очень любопытно, что же получится в итоге! – говоря это, девушка выглядела серьёзно, но как бы внутренне улыбаясь.

– Ты издеваешься? – криво усмехнулась Васелиса.

– Почему издеваюсь? – Рада убрала свою руку и внимательно заглянула в глаза своей собеседнице, – так, все ясно, пора на сегодня заканчивать. Ты вышла из потока, а, значит, не готова адекватно воспринимать информацию. Сделаем так, у меня на сегодня есть еще важные дела, которыми я сейчас и займусь. Ты же едешь домой, попьешь чайку с чем-нибудь сладеньким и потом хорошо выспишься. А завтра я тебе позвоню, и если захочешь, мы сможем встретиться. Идет?

– Идет, – отозвалась Васелиса, вдруг действительно почувствовав, что сидит как «выжитый лимон».

– Ну, тогда до завтра, – на прощание Рада дружески похлопала её по плечу.

После того как они расстались, Васелиса поехала домой, как ей велела Рада. Сама же Рада села в трамвай и поехала по указанному накануне бабушкой адресу. Конечно, можно было упростить задачу и добраться до него привычным способом – мгновенным перемещением в пространстве. Но Раде нравилось хотя бы иногда передвигаться так, как это делали обыкновенные люди. И если время позволяло, она себе не отказывала в этом удовольствии. К тому же он мог уловить её магические действия и успеть среагировать на них, а так у неё есть, пусть даже не большой, но шанс, что он не заметит.

Приехав по адресу, она вошла в подъезд, поднялась на второй этаж и нашла нужную дверь. Какое-то время Рада постояла возле неё, как будто бы раздумывая, потом все же решительно подняла руку и надавила на кнопку звонка. За дверью послышалась мелодичная музыка, но её так никто и не открыл.

– Не может быть, – подумала девушка, – неужели она опять опоздала?

И опять надавила на звонок. Минут пять она не отрывала от кнопки пальца, пока не открылась дверь соседней квартиры и из неё выглянула старушка.

– Ты чего здесь хулиганешь?

– Скажите, вы случайно не знаете где ваш сосед?

– А тебе он зачем? – старушка, заинтересованно прищурившись, вышла на площадку, – он, конечно, парень видный, но зачем дверь то ломать? Нет его! Съехал, часа два как назад.

– Как съехал? Куда? – не могла поверить Рада.

– А я почем знаю! Сказал, что срочно надо уехать, оставил ключи, чтобы я Тамарке, его хозяйке тобиш, их передала. И съехал.

– Так может он еще вернется? – в голосе девушки звучала надежда, но сама она уже знала, что этого не случиться.

– Нет, это навряд ли. Сказал, чтобы Тамарка себе нового жильца подыскала. Слышь, так он тебе зачем? Иль что случилось, ты девка прям с лица сошла, – забеспокоилась соседка.

– Да нет, все в порядке, ничего не произошло, – но тут же про себя добавила, – пока не произошло.

Было видно, данная ситуация старушку очень развлекает. На улице стояло теплое лето, все её подружки по лавочке разъехались, кто на дачу, кто в гости к детям. Её же дети жили далеко, сами они редко приезжали, а дачи у неё отродясь не было. Вот и приходилось ей сидеть дома, – даже словом перемолвиться не с кем. Вот и сосед – в кои-то веки – заскочил к ней, и то на секунду. Всучил ей с порога ключи и тут же убежал. А тут хоть мимолётное, но развлечение, той же Тамарке будет что по приезду рассказать.

Старушка явно не хотела расставаться со своей спасительницей от одиночества, тем более девушка, стоящая перед ней, была настолько пригожей, что она таких никогда даже на картинках не видела. «Надо же, – думала пожилая женщина, – её соседа красавцем особо не назовешь и впечатление он производил вполне степенного человека, а подишь ты, какая его краля разыскивает. Хотя надо признать, – продолжала она размышлять, – было в нём что-то такое, что даже она, прожив столько лет на белом свете, и то не смогла бы объяснить и как-то описать словами. Вот как это понимать: всего лишь за какой-то месяц его проживания в их доме его стали обожать все женщины в округе, и она сама не была исключением! Плюс ко всему, заслужил уважение мужиков, а хулиганы, даже отъявленные, сторонились его как чёрт ладана. Вот только почему-то совсем маленькие дети его тоже побаивались, как будто видели в нём то, что взрослые не замечали. Но последняя мысль, если и приходила ей когда в голову, то тут же испарялась, как и не было. Поэтому пожилую женщину сильно удивила такая неучтивость со стороны соседа, когда он так поспешно ретировался. Ничего подобного за ним ранее не наблюдалось, он всегда был очень обходителен, когда они частенько встречались на лестничной площадке.

– Может ему что передать, если вернется вдруг? – старалась продолжить разговор соседка.

– Нет, ничего не нужно, – Рада была очень расстроена полученным известием, ей даже не удавалось это скрыть.

Развернувшись, она не стала вызывать лифт, чем ещё больше заинтриговала любопытную старушку, а стала спускаться по лестнице.

– Ну как же так?! – думала Рада, спускаясь, – ведь все было просчитано и утечки информации тоже быть не могло! Свой энергетический фон она приглушила по максимуму, еще до перехода в этот Мир. Как же он тогда узнал?

Дойдя до первого этажа и хлопнув парадной дверью, девушка сделала вид, что вышла на улицу. Проделала она это для того, чтобы удовлетворить любопытство соседки, которая, как она знала, всё еще продолжала стоять на площадке, ожидая именно этого. Девушка давно взяла за правило как можно реже и меньше проявлять свои магические способности на людях. На самом же деле, одновременно с ударом двери Рада переместилась в дом к бабушке, которая сидела за столом и пила кофе.

– Опоздала? – спросила старая цыганка, подняв на внучку свои мудрые глаза.

– Опоздала, – подтвердила Рада присаживаясь на стул напротив, где её уже ждала чашечка с горячим ароматным кофе, приготовленным так как она любила – на песке. Но это только подтверждало, что бабушка не верила в успех её затеи.

– Ну почему я все время опаздываю, и как он только успевает? – вырвалось у девушки, ей было так обидно, что она готова была расплакаться, подобно обычному человеку.

– А ты не догадываешься? – голос старой цыганки звучал устало.

Рада ничего не ответив, отвела глаза. Это, скорее всего, был риторический вопрос, так как они обе понимали, почему всё так происходит. А ведь она так надеялась, что в этот раз всё предусмотрела и сегодня у неё обязательно всё получится. Рада даже настроилась на то, что если договориться не удастся, пойти на крайние меры! Но убедиться в том, что она на это бы действительно решилась, у неё не представилось возможности. А если честно самой себе признаться, то где-то в глубине души она этому даже оказалась рада.

– Хотя увидеться все равно нужно, – думала Рада, молча отпивая кофе из чашечки, которая была из любимого старинного бабушкиного сервиза. Бабуля его доставала редко, только по особым случаям или когда нужно было успокоиться, поднять настроение и начать думать конструктивно. – Что ж, придется все начинать заново, – решила девушка, – а ведь столько работы было проделано и потрачено огромное количество энергии, чтобы эта встреча состоялась и все впустую! Нет, нельзя раскисать, – тут же одернула она себя. Он где-то в этом мире, и еще долго будет здесь находиться, это она чувствовала хорошо. Одно радовало – не только он мог ее чувствовать, но и она его тоже, а это давало надежду, что все же она сможет его найти, а вернее поймать. Это было её долгом! Ведь он был вне Закона Равновесия, а она была представителем этого Закона.

Глава 10

На следующий день, когда Васелиса встретилась с Радой, девушки между собой уже болтали как давние подруги. Разговор шел легко, но он мог быть о чем угодно, только не о вчерашней встрече.

– Скажи, что ты собираешься дальше делать? – вдруг обратилась Рада к Васелисе.

– В каком смысле? – не поняла вопрос девушка.

– Ну, как жить, где, чем заниматься?

– Да я как-то об этом еще не думала, – в голосе слышалось напряжение, – Если честно, ничего не хочу. За последний проект я получила хорошие деньги, мне их надолго хватит, а дальше будет видно.

– Нет, так дело не пойдет. Всегда нужно чего-то желать! Пока желаешь – ты живешь, уж поверь мне в этом! У меня есть к тебе предложение. Как ты смотришь на то, чтобы уехать из этого города? – Рада даже замерла в ожидании ответа.

– Смотрю положительно, – Васелиса любила свой Красногорск, но в свете последних событий он стал её ужасно тяготить. С каждым днём он становился для неё всё более невыносим. – О чём-то подобном я уже задумывалась. Намереваясь именно с этого всё и начать.

– Отлично, – обрадовалась Рада, – я переезжаю на юг России в г. Аломдар. Если есть желание, можешь поехать со мной. Жить там есть где, со временем найдешь работу. Думаю, рекламные агентства там тоже имеются, – предложила Рада улыбаясь.

– Здорово, я согласна! Единственное что беспокоит, как на это посмотрят мои родители, – в глазах девушки действительно возникла тревога.

– О родителях не беспокойся, они не будут против, – с уверенностью и в то же время загадочно подмигнув, пообещала её собеседница.

Васелиса с сомнением посмотрела на Раду, но увидев её взгляд, как-то сразу же поверила, что действительно будет так.

На самом деле всё именно так и произошло. Родители Васелисы очень спокойно отреагировали на решение дочери уехать за четыре тысячи километров. А после того, как они познакомились и поговорили с Радой, даже похвалили дочь за такое решение. Поведение родителей немного озадачило девушку, но сильно обращать на это внимание она не стала, так как вся была в предвкушении переезда.

Уже через неделю девушки оказались в г. Аломдаре. Васелиса несколько раз попыталась вывести Раду на разговор – кем же она сама является, но та все время «технично» уходила от ответа, и ей пришлось сдаться. Был разгар лета и как только они определились с жильем, то сразу же поехали на Побережье. Им посоветовали станицу Просковеевку, там обычно было мало отдыхающих, прекрасное чистое море и изумительная природа. Приехав туда, девушки действительно влюбились в это место, все было именно так, как им описывали. А скала «Парус», которая, казалось, вырастала из моря, вызывала неподдельное восхищение.

Несмотря на то, что отдыхающих на самом деле было мало, девушки не страдали в одиночестве, возле них все время была масса поклонников. Ведь двух таких божественно обворожительных красоток не часто встретишь, тем более в таких малолюдных местах. Но если Васелисе было приятно такое внимание, то Раду, казалось, это тяготило. Она частенько куда-то пропадала, при этом ничего не объясняя подруге. Как-то вечером сидя в номере, Васелиса не выдержала и спросила:

– Куда ты все время уходишь?

Немного помедлив, девушка ответила: – Я ищу одного человека.

– Ищешь человека? – переспросила Васелиса, заинтересованно и хитро улыбаясь, – Как интересно! А это мужчина или женщина?

– Это мужчина, но это не то, что ты думаешь, – разочаровала её Рада.

– Не то, что я думаю? – Васелиса сделала обиженное лицо, – ну и очень жаль, что это не то, что я думаю! Слушай, Рад, а ты веришь в любовь? – подруга выглядела уже серьёзно, – Я вот как-то все раньше думала, что это всё чушь, но тут на море стала над этим задумываться. Возможно, сама природа располагает к этому. И вот что я поняла, я ведь никогда никого не любила! Ну, конечно, были там какие-то влюбленности, но это всё не то. А вот так, чтобы по-настоящему, чтобы, аж дух захватывало, такого не было. Только в книжках об этом и читала, – девушка удручено вздохнула. – Рада, скажи, а ты когда-нибудь кого-нибудь любила, ну вот всей душой? – у Васелисы даже глаза расширились и заблестели от любопытства, став при этом похожи на две темно-спелые смородины.

Глаза цвета «сиамской кошки» посмотрели внимательно на «карие бусины» при этом, на какое-то время, на них задержавшись, будто решая для себя что-то.

– Да, любила! – наконец выдохнула Рада.

– Вот это здорово! А как это было? – молодая девушка даже заёрзала на месте в предвкушении рассказа.

– Я не хочу об этом вспоминать! – отрезала Рада, резко отвернувшись.

Васелисе показалось, что в глазах подруги блеснули слезы.

– Но почему? – не сдержавшись, спросила она с сочувствием. – Он тебя чем-то сильно обидел или повел себя не достойно?

– Нет, не в этом дело! – голос Рады был очень печальным.

– А тогда в чем же?

– Мне больно об этом вспоминать!

– А-а… понятно, – произнесла девушка, хотя было видно, что она ничего не понимает.

– Да что ты можешь понять? – услышала в свой адрес Васелиса.

Две девушки какое-то время сидели в тишине, наконец, одна из них, как будто бы очнувшись от своих мыслей произнесла:

– Хорошо, я расскажу тебе, возможно, мне действительно это нужно кому то рассказать и может быть хоть тогда боль немного уменьшится… Да и тебе многое станет ясно из моего рассказа, например кто такие Пришлые и Изменённые. Мне всё равно рано или поздно пришлось бы объяснять тебе это. А так, моя история, думаю, послужит в качестве наглядного примера. Конечно же, вопросов после рассказа будет еще больше чем до него. Но ведь когда то нужно начинать рассказывать, – всё это Рада скорей всего говорила для себя. Чтобы как-то собраться с мыслями и с чего-то начать, так как Васелиса из бурчания подруги мало что понимала.

– Все-таки как странно, – заметила Рада, – сколько времени прошло, а кажется, всё это произошло только вчера. Вот и сегодня такой же теплый солнечный день, также как и тогда всё утопает в зелени. Вот только было это, о чём я хочу тебе рассказать, около 150 лет назад.

– Не поняла, как 150 лет назад? – Васелиса решила, что ослышалась.

– Да, да… не удивляйся. Как и почему, я расскажу тебе позже, если захочешь, конечно, хотя кое-что тебе уже станет понятно и из этой истории…

– Слушай Рада, подожди, ты хочешь сказать, что знаешь, что было так давно? Ты изучала историю, или тебе это кто-то рассказал? – поинтересовалась Васелиса в надежде, что вот всё и объяснилось.

– Ничего я не изучала, и никто мне ничего не рассказывал, – Рада уже начала раздражаться, от того что её постоянно перебивают. – Так ты будешь слушать или нет?

– Конечно буду, только вот начало не совсем понятное, – Васелиса примирительно пожала плечом.

– А ты слушай, не перебивая, и все станет понятно. Когда закончу рассказывать, можешь задавать вопросы, – предложила Рада уже более спокойно.

– Хорошо, хорошо! Обещаю, пока ты не закончишь, больше ни разу тебя не перебью! – пообещала Васелиса, усаживаясь удобнее.

– Итак. Примерно сто пятьдесят лет назад, ну может быть чуть больше, – поправилась Рада, – я родилась в цыганской семье. Хотя я почти всегда рождалась в цыганских семьях, – уточнила она. – Так вот, мне в тот период времени, который я тебе хочу описать, уже исполнилось 23 года, и звали меня тогда Рафаэлла.

Наш табор стоял на Юге России, на берегу реки Кубань. А точнее, на территории поместья Екатериновка. Мы были благодарны хозяину тех мест, который, после разговора с нашим цыганским бароном, разрешил нам остаться на своей земле. Граф Красноградов – так звали хозяина этого поместья. Этот человек был неординарной яркой личностью. Так как граф в моем рассказе один из главных героев, то следует рассказать о нём подробней…

Род Красноградовых относился к старинному, знатному роду, который не раз доказывал свою верность и преданность Российскому престолу. С незапамятных времён они проживали в Петербурге.

Графа Красноградова звали Роланд. Такое необычное имя ему дала матушка, которая обожала все заграничное, и к тому же она в девичестве воспитывалась в английском пансионе. Отец графа не решился с ней спорить по поводу имя наследника т. к. уже из жизненного опыта знал, что это бесполезно. Так и появился граф Роланд Петрович Красноградов.

Будучи ещё ребенком, граф выделялся среди детей своими лидерскими способностями. Из-за своего необычного имени, над которым потешались сверстники, Роланду пришлось рано научиться стоять за себя. Так, зарвавшемуся обидчику он даже мог надавать тумаков, хотя такие действия осуждались его родителями. Подобным образом отстаивать свое достоинство было не принято в том обществе, к которому принадлежала его семья.

Родители ему дали отличное образование, помимо Петербуржского университета он еще несколько лет обучался в Англии, где получил диплом юриста. Но данная профессия его не слишком привлекала, скорее всего, это был выбор отца, чем его. Когда он вернулся домой в Петербург, родители ему предложили отдохнуть после стольких лет учебы, а заодно и определиться с родом своих дальнейших занятий.

Нельзя сказать, чтобы граф был ветреным человеком, но особо чопорным и серьезным он тоже не желал быть. Роланд старался брать от жизни всё. Так, в отношении с женщинами он был галантен, но при этом ни к кому не привязывался и однозначно давал понять, что жениться он ещё не намерен.

Через год после возвращения Роланда из Англии, родители графа отправились в морской круиз, вернуться из которого им было не суждено – корабль потерпел крушение. Не успел граф отойти от этой трагедии, как через месяц пришло другое сообщение: скоропостижно скончался троюродный дядя Роланда по материнской линии, о существовании которого граф даже и не подозревал до этого момента.

После смерти дяди оказалось, что граф является единственным наследником огромного, но пришедшего в запустение поместья, расположенного на юге России. Приставы обязали графа Красноградова приехать в это поместье для вступления в права наследования.

Приехав из столицы и осмотрев свои владения, Роланд сначала хотел продать неожиданно свалившиеся на него земли. Но потом, поразмыслив, решил хотя бы немного привести их в порядок, чтобы не стыдно было выставлять на продажу. Но на деле времени на это ушло гораздо больше, чем он изначально планировал. К тому же смена места жительства и занятие поместьем помогли ему легче перенести смерть родителей. Кроме того, граф к своему удивлению начал замечать, что ему стала нравиться та размеренная и неспешная жизнь, протекавшая здесь. А главное – он начал ощущать гордость за результаты, полученные от проделанной работы по восстановлению поместья. В столице ему не представлялось подобной возможности, там он вел роскошную, но в целом бессмысленную жизнь. А здесь у него появилась цель, и по мере ее достижения он взрослел, и жизненные приоритеты его так же менялись.

Так, пришло время, когда у него появилось огромное желание жениться. Его поместье находилось недалеко от города Аломдар, где жило достаточно много знати. Окончательно осознав свое желание, он начал принимать приглашения семей, где были дочери на выданье. Но, к сожалению, сколько бы он не знакомился с девушками, ни разу у него не возникло желание назвать кого-то из них своей суженной.

Однажды, он принял приглашение на ужин банкира Скотобузова. Приглашенных было немного, только сливки общества. И вот, когда ужин подходил уже к концу, за столом возник необычный разговор о колдовстве и гаданиях.

Граф Красноградов всегда придерживался мнения, что ничего подобного в жизни не существует, а люди, утверждающие, что обладают подобными способностями, не более чем шарлатаны. Хотя он допускал, что некоторые из них могут обладать гипнозом, благодаря которому способны внушать простодушным клиентам, что им вздумается. Но как только он высказал свою точку зрения, хозяйка дома сразу же возразила ему:

– Милый граф, не могу с вами согласится, как же вы тогда объясните тот факт, когда так называемые шарлатаны предсказывают человеку его судьбу? А впоследствии их предсказания сбываются! Я сама была свидетельницей подобного, – добавила банкирша увесисто. – Будучи молоденькой девушкой, мы с подружкой решили узнать, что нас ждет в будущем и отправилась в цыганский табор к гадалке. Она предсказала мне, когда я выйду замуж, кем будет мой муж и что у нас родится дочь, которая выйдет замуж за графа, – последнее она произнесла, подняв бокал и лукава улыбаясь. – Причем то, что она нагадала моей подружке, тоже сбылось, – сказала она в довесок.

– Не знаю, госпожа Скотобузова, что вам на это ответить, – было видно, что графа не смутил рассказ банкирши. – Сам я никогда не обращался к подобным людям. Но уверен, если бы даже обратился, то только бы убедился в правоте своих слов, так как никаким внушениям и гипнозу я не подвержен. Поверьте, это было проверено мною не раз, когда я был еще студентом. А, значит, у этих жуликов ничего бы не получилось.

– Ну что же граф, это легко проверить, конечно же, если вы не боитесь, – уточнила г-жа Скотобузова, с притворными беспокойными нотками в голосе.

– Отнюдь, чего мне боятся? Я к вашим услугам, госпожа. Только не понимаю, каким образом вы собираетесь это проделать?

– Табор, который разместился на ваших землях – именно тот, в который мы ходили с подружкой. Вы можете обратиться к их уже знаменитой гадалке. А после того как вы с ней пообщаетесь, мы рады будем услышать ваше окончательное мнение о подобных людях, – и она заговорщицки переглянулась с присутствующими.

На время за столом воцарилось молчание, все ждали ответ графа. Графу неприятен был этот разговор, еще меньше ему хотелось выставлять себя на посмешище, но выбора не оставалось, нужно было принимать вызов.

– Ну что же, господа, я завтра же съезжу в этот табор, а вечером всех присутствующих жду у себя в гостях! Уверен, ничего нового я вам не смогу рассказать, но чтобы доказать правоту своих слов, согласен на этот, с позволения сказать, эксперимент, – после чего граф с достоинством раскланялся.

И как обещал, на следующее утро, вместо своей обычной конной прогулки, граф отправился в цыганский табор.

– Гадалка, к которой поехал граф Красноградов, была моей бабушкой, – пояснила Рада. Васелиса больше не перебивала ее, а слушала затаив дыхание, ей казалось, что она каким-то таинственным образом перенеслась в то время и наблюдает за всем происходящим со стороны.

– Ну так вот. В тот день бабушка все пыталась меня чем-нибудь занять и отправить подальше от своей кибитки. Она уже тогда знала, о том, что будет происходить дальше. Но желала хотя бы попытаться как-нибудь это изменить, принимая во внимание возможную бесполезность этой затеи и понимая, какую опасность она для нее может нести.

Надо заметить, на тот момент в меня уже много было влюблено мужчин. Очень многие хотели, чтобы я стала их женой. Но никто из них не мог похвастаться взаимностью. Мне не встретился тогда еще ни один мужчина, за которым бы я пошла хоть на край света. А просто так выйти замуж и жить без любви я не желала.

Моя мать уже даже начала ворчать, что она так и не дождется внуков, на что бабушка ей все время говорила:

– Дай ей еще немного погулять, все у неё будет, – но вот только утверждалось это всё почему-то без радости в голосе.

Я ни раз просила бабушку объяснить свои слова, вернее ту грусть в глазах, которая появлялась всякий раз, когда она это говорила. Я могла видеть судьбы других людей, а вот своя судьба была от меня скрыта. В то время как моя бабушка её знала и видела хорошо, но так ни разу и не согласилась открыть мне её.

Сейчас я понимаю, почему она так поступала, а вот в то время очень обижалась на неё за это.

Часть вторая

Глава 1

– Рафаэлла, внученька, принеси мне воды из ручья, – попросила бабушка, кутаясь в шаль, что было очень странно, обычно она предпочитала прохладу, а сегодня к тому же был очень жаркий день.

– Бабуль, я же тебе только утром приносила целый кувшин воды, неужели ты уже всё выпила? – внучка была в недоумении.

– Да нет, конечно, просто я его случайно разлила, – ей было явно неловко за свою оплошность, – сама не понимаю, как это получилось, видно уже старею, раз кувшины под ногами не замечаю, – старая женщина сделала вид что улыбается, при этом еще глубже кутаясь в шаль.

Обернувшись, на привычном месте в углу кибитки Рафаэлла действительно увидела пустой кувшин, вот только ни лужи, ни мокрого пятна возле него она не заметила.

– Наверное, уже успело высохнуть, – решила девушка. – Жара-то какая сегодня!

И подхватив кувшин, побежала к ручью.

Но, выскочив из кибитки, она с разбега налетела на молодого человека, будто выросшего из-под земли. Хотя в отношении её он подумал то же самое, и это можно было прочитать на его лице.

Отступив от мужчины на пару шагов, Рафаэлла мысленно отметила его явную принадлежность к высшим слоям общества. Его внешний вид только подтверждал это: костюм, сшитый по моде из дорогого и приятного на ощупь материала (это она смогла ощутить, когда налетев на него, руками уперлась в его грудь), сидел на нем как влитой. Сразу видно, сшит на заказ, причем у очень хорошего мастера.

Молодой человек был выше среднего роста, широкоплечий, подтянутый, уверенный в себе. При этом он обладал какой-то мальчишеской бесшабашностью, проявлявшейся в его жестах и мимике. Но больше всего внимания она обратила на его глаза. Они были ярко-голубые, почти синие, окаймленные длинными, темными ресницами. Глаза очень выделялись на его смуглом лице. При этом волосы у него были светло пепельного цвета, что так же создавало контраст при его загорелой коже. Стройное и мускулистое тело указывало на то, что этот господин ведет здоровый образ жизни. Наверняка, – предположила девушка, – несколько часовые каждодневные конные прогулки, а также занятие спортом и дали такой прекрасный результат.

Казалось, они смотрели друг на друга вечность, он никогда не видел такого прекрасного создания. Девушка хотя и была одета в цыганский наряд, но на цыганку мало была похожа. Её кожа белела как снег, а огромные, темные глаза смотрели на него с удивлением и неподдельным интересом. Она явно разглядывала его, при этом, нисколько не смущаясь своего поведения. Что для графа, конечно же, было несколько непривычно, но в тоже время, как он про себя отметил, ему это было приятно. Она совсем не была похожа на тех расфуфыренных жеманных девиц, которых ему приходилось видеть за обедами и на балах. Но при этом, в ее осанке и движениях угадывалось порода.

Мужчина, столкнувшийся с молодой цыганкой, был уже известный нам граф Роланд.

Стоя перед незнакомкой, он вдруг ощутил такую волну нежности и страсти к ней, что готов был многое отдать за лишний миг, проведенный рядом с этим восхитительным существом. Ни чего подобного с ним ещё не бывало. Мысль что в любую секунду это все может оборваться заставила его произнести:

– Вы случайно не знаете, как мне найти вашу знаменитую гадалку? – сам вопрос прозвучал как-то нелепо, но графу было всё равно, лишь бы потянуть время.

– Вы к моей бабушке? – голос девушки почему-то дрогнул.

– Если она та самая известная гадалка, то к ней, – несколько опомнившись, ответил Роланд.

– Ну что же, проходите, она у себя, – Рафаэлла указала на кибитку, из которой только что выскочила.

Поблагодарив, Роланд собрал всю свою силу воли, чтобы сдвинутся с места, и как в тумане побрел в указанном направлении.

Откинув полог кибитки и получив разрешение войти, он сел именно туда, где ещё недавно стоял кувшин и стал ждать, сам не понимая чего.

Так сидя в углу кибитки, он думал о том, что сейчас его огромным желанием было побежать за той девушкой и поближе познакомится с ней. Да что там познакомится, он готов был сделать ей предложение, но боялся своей поспешностью напугать её. Чувства, которые вспыхнули в его душе к этой молодой цыганке, были несравнимы ни с чем! Весь мир как будто заиграл новыми красками, ему было радостно и в то же время безумно страшно. Радостно, что он, наконец, испытал то чувство, о котором только слышал и читал в книжках. А страх был за то, что это может оказаться только мигом в его жизни и он может потерять эту девушку. Ведь он даже не знает, свободна ли она.

От раздумий его оторвала гадалка, попросив его встать и подойти поближе. А ведь он даже забыл о ней, пока размышлял о случившемся.

– Что же, красавец, я вижу, ты уже познакомился с моей внучкой? Не скрою, я хотела этому помешать, и ждала тебя не раньше вечера, но, как видно, и я могу ошибаться, – в словах старой женщины сквозила печаль.

Вдруг она резко подошла к нему, схватила за руку, и умоляюще заглянув ему в глаза, произнесла:

– Уходи, слышишь? Прошу тебя уходи и никогда не приходи сюда больше!

Было ощущение, что взгляд цыганки, пронизывал графа насквозь, от этого ему стало жутко.

С трудом отведя от нее взгляд и оглядевшись, Роланд заметил, как краски вокруг стали более яркими, и все предметы начали отливать металлическим отблеском. В окружившей их липкой тишине, голос цыганки звучал как церковный набат. Графа охватила вдруг такая непреодолимая тоска, еще чуть-чуть и он может оказаться на грани сумасшествия.

– Ты забудешь её и никогда не вспомнишь, – с жаром продолжала цыганка, не отпуская его руки. – Ты проживешь в свое удовольствие, женишься на красавице, дочери банкира, она нарожает тебе уйму детишек. Уходи прямо сейчас и не оглядывайся, – добавила она властно.

Граф послушно начал разворачиваться к выходу. В этот момент только одна мысль пульсировала в его голове:

– Нужно сделать всё, так как велела гадалка!

Психика графа была устойчива к каким-либо внушениям, но в этот раз он остро ощущал, как выполняет чужую волю, и в то же время ничего не мог с этим поделать.

– Бабушка, я не позволю тебе это сделать, – раздался голос за его спиной. Обернувшись, он увидел кому тот принадлежал. Образ стоявшей там девушки был ему до боли знаком, только он никак не мог вспомнить, где он мог ее видеть?

– Равновесы накажут тебя за вмешательство в ход жизненных событий, тем более за такое сильное. Они тебя уже один раз наказали, и второй раз не заставят себя долго ждать. Я этого не допущу! Понимаю, ты хочешь как лучше, но прошу, не надо этого делать.

С этими словами она подошла и положила одну руку на плечо поникшей старой цыганке, а вторую на плечо молодого человека. Перед тем как это сделать, она выронила кувшин полный воды. Но странно, вода не вылилась из него, а превратившись в тягучую, плотную массу медленно стала растекаться по полу.

Как только она коснулась рукой Роланда, все вокруг стало привычным, в тех же красках и без металлических теней. А резко нахлынувшие звуки, даже на время оглушили.

– Рафаэлла, внученька, ну зачем ты это сделала? Даже если Равновесы и накажут, то только меня и это будет ничто по сравнению с тем, что может произойти, – женщина была сильно расстроена тому, что не смогла завершить задуманное.

– Нет, бабушка я не хочу, чтобы ты из-за меня пострадала. Все что мне суждено пройти, я пройду и постараюсь понять и принять, – и это из её уст звучало как приговор, который обжалованию не подлежит.

Гадалка ещё что-то хотела ответить, но ей помешал граф. За то время пока две цыганки между собой спорили, он постепенно пришел в себя.

– Позвольте, уважаемая, я никуда не уйду, – заявил Роланд с вызовом, обращаясь к той, к кому он пришел. Я никуда без вас не уйду! – уже более мягко повторил он, повернувшись к Рафаэлле, беря ее за руку. Ему, наконец, удалось вспомнить, где он ее видел, ведь она та самая девушка, с которой он столкнулся перед кибиткой. Единственное ему было не понятно, как он смог о ней забыть?!

Что-то смутное постепенно начинало проясняться.

– Вам это и не придется делать, – ответила Рафаэлла, улыбаясь. – Вы тот, кто предназначен мне судьбой!

За миг до этих слов она увидела то, что так долго было скрыто от нее – свою судьбу. Правда, ей удалось увидеть не всё, всего лишь несколько лет вперед. Но и этого было достаточно, чтобы утверждать, она родилась под счастливой звездой!

– Значит ли это, что вы примете мое предложение выйти за меня замуж? – граф с замиранием в сердце произносил странные для себя слова, отдавая полностью себе отчет, что говорит их девушке, которую знает всего лишь несколько минут. Но при этом он был в полной уверенности, если потеряет её, то будет жалеть о случившемся всю оставшуюся жизнь. И на этот раз, он готов был поклясться чем угодно, не было никакого таинственного вмешательства извне. Его действия были продиктованы именно его решением и искренним желанием.

– Рафаэлла, не делай этого! – прокричала её бабушка, попытавшись еще раз вмешаться.

– Да милый граф, я согласна! – лицо девушки буквально светилось от счастья.

Роланд был так рад услышанному, что даже не придал значения тому, откуда она могла знать о его титуле.

– Значит, Вас зовут Рафаэлла? – спохватился граф, он ведь даже не знал, как её зовут. – Какое необычное имя, оно цыганское?

– Нет, оно не цыганское, имя действительно необычное, его где-то услышал мой дед и сказал, что как только у него родится внучка, он обязательно её назовет Рафаэлла.

– Как интересно. А меня зовут Роланд – представился граф, – И своим именем я обязан матушке, любившей все английское. Рафаэлла, я хотел бы попросить разрешения у ваших родителей на нашу свадьбу. Я, конечно, не знаю, может быть у вас другие обычаи?

– Вовсе нет, – успокоила его девушка, – В этом наши обычаи схожи.

– Ну что же, тогда прошу показать, куда мне идти! – весело произнес граф, откидывая полог кибитки.

Если бы они обернулись, то увидели, как текут слезы горя и печали по лицу бабушки Рафаэллы. Но оба были так счастливы, что вышли не оборачиваясь.

Цыганский барон, с которым не так давно общался граф Красноградов, оказался отцом Рафаэллы. Выслушав молодых, барон, безусловно, был удивлен их желанию. И он не пришел в восторг от предстоящего брака своей дочери с этим молодым человеком. Молодой человек вызывал в нем симпатию, к тому же слава о графе как о порядочном, образованном и состоятельном человеке далеко ушла за приделы его владений. Но все же он надеялся, что будущий муж Рафаэллы будет цыганом. Изначально он даже был готов тут же отказать графу. И только из чувства благодарности в адрес Роланда, за его разрешение их табору разместиться на своей земле, цыган этого сразу не сделал. По совету жены он решил отдельно поговорить с дочерью. Во время их беседы он увидел, каким счастьем и радостью светятся ее глаза, такой свою дочь он еще никогда не видел. И это сыграло решающую роль! Подводя её к графу, отец спросил:

– Граф, вы отдаете себе отчет в том, что вы делаете? Ведь вы знатный человек, а моя дочь все же простая цыганка, пусть даже и дочь цыганского барона. Вы же понимаете, как негативно отнесутся в вашем кругу к этому браку? – мудрый цыган напряженно ждал ответа.

– Я полностью отдаю себе отчет в своих действиях, – заверил его молодой человек. – Я понимаю, каким странным выглядит мое поведение, ведь еще вчера я не знал вашу дочь, а сегодня уже прошу её руки. Но поверьте, я влюбился в неё с первого взгляда! И чувствую, она имена та женщина, которую я так долго искал!

– Ну что же, граф, я согласен на ваш брак с моей дочерью, – не просто ему дались эти слова. – Но вы должны пообещать, что никогда не попрекнете Рафаэллу её происхождением и никому этого не позволите!

– Я клянусь вам, ни сам, ни кто-либо другой не посмеет это сделать! – с жаром поклялся граф Красноградов, – я всегда буду любить её и никогда не обижу вашу дочь!

Глава 2

Вечером того же дня граф объяснил собравшимся в его доме гостям, что так и не смог толком пообщаться с гадалкой, поэтому ему нечего им сказать на этот счет. Но зато в таборе он нашел себе жену и скоро состоится их свадьба. И только из-за того, что по цыганским обычаям он до свадьбы не может видеться со своей невестой, именно это не позволило графу Красноградову вывести ее в «свет». Но он обещал, сразу после женитьбы это недоразумение будет исправлено.

Гости были шокированы услышанной новостью. А гос-жа Скотобузова была жутко раздосадована, она ведь так надеялась выдать за графа свою дочь, а тут такой поворот. Причем она, можно сказать, графа своими руками к этому подтолкнула.

Вскоре весь «свет» Аломдара узнал о предстоящей свадьбе графа Красноградова с простой цыганкой. Почти все осуждали его, называя будущий брак «мезальянсом». Но это нисколько не смущало Роланда. Он давно привык не обращать внимание на мнение так называемого «высшего общества», величая его среди своих друзей сбродом безграмотных и напыщенных индюков и индюшек. И это было похоже на правду. В их небольшом городке, далеком от столицы, редко можно было встретить грамотного и порядочного человека. А вот завистливых и готовых очернить любого, кто хоть как-то выделялся из толпы, было хоть отбавляй.

Хотя в этом «свет» данного городка не очень-то отличался от «столичного».

Венчание решили проводить в церкви, расположенной на окраине Аломдара, дабы не привлекать к себе внимание. Этому способствовало и то, что на тот момент церковь еще не до конца была построена. Шла внутренняя отделка, поэтому посетители там были редки. Поначалу отец Петр предлагал повременить со свадьбой и дождаться окончания строительства, но граф ни о чем таком и слышать не хотел. А так как из собранных средств на постройку церкви львиная доля была пожертвована графом, то батюшка не посмел ему отказать в проведении обряда венчания. Но мысленно все же был крайне недоволен решением Роланда женится на простой цыганке. По его мнению, Рафаэлла, будучи внучкой известной колдуньи, принесет графу только одни несчастья! И хотя её бабка ни в чём предосудительном не была замечена: мор, и проклятья ни на кого не посылала, после её лечения никто не помер. Но служитель церкви был твердо убежден, все, что противоестественно, идет от лукавого. А раз Рафаэлла была её внучкой, значит, она тоже обладала способностями своей родственницы. И от такой, не ровен час, можно ожидать чего угодно. Подобные мысли не давали ему покоя, и он искренне переживал за непутевого графа.

Хотя не все опасения отца Петра были безосновательны. Кое-что Рафаэлла действительно скрывала. Поэтому накануне свадьбы, несмотря на запрет, она тайно пробралась в усадьбу. Войдя в кабинет к Роланду, когда он был там один. Если бы отец Рафаэллы узнал об этом, то тут же бы отрекся от своей дочери. Но даже это её не остановило! Ей было необходимо ещё до свадьбы во всём признаться своему жениху.

На этот раз бабушка не стала противиться решению своей внучки, пообещав не выдавать её. В тайне она надеялась, когда граф узнает обо всем, он сам откажется от своего предложения. Это было бы, конечно, большим позором для её внучки. Но всё же, это лучше чем то, что в случае их женитьбы её ожидало.

Увидев в своем кабинете Рафаэллу, граф очень удивился. Но тут же обеспокоился, поняв, что заставить цыганку нарушить запрет своего рода могло только что-то из ряда вон выходящее. И он даже боялся подумать, чтобы это могло быть.

– Роланд, не беспокойтесь, меня никто не видел, – тут же заговорила девушка, уловив в его взгляде тревогу. – Граф, Роланд, мне нужно вам кое в чём признаться, вернее открыться, – на мгновение она замерла, но уже в следующий миг с видом человека, решившегося на опасный прыжок через пропасть, продолжила, – и если после этого вы передумаете на мне жениться я не обижусь, я пойму.

– О чем вы таком говорите, Рафаэлла? – произнесенные ею слова его обескуражили. – Ничто и никто не заставит меня отказаться от вас. Это я все время боюсь, как бы вы не передумали выходить за меня замуж. Ведь цыгане вольные птицы и им очень тяжело решиться на оседлую жизнь.

– Все это так, но я осознанно иду на это, потому как очень люблю вас и не представляю свою жизнь без вас. Но при этом я хочу, чтобы и вы сознавали, на что идете, зная всю правду обо мне.

– Рафаэлла, любимая, – перебил он её, – Даже если вы мне сейчас признаетесь, что у вас до меня был тайный жених, даже это не повлияет на мое решение жениться. Я как любил, так и буду продолжать любить вас!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.