Надежда Мунцева
Три Горыныча и храбрый богатырь плюс сказки и не сказки бонусом

Начало

Когда-то очень давно, настолько давно, что даже рукописи и летописи давно истлели, камни, на которых пытались что-то выбить о тех временах, осыпались, или ушли в Землю, жили, поживали на Земле три Горыныча.

Нет, на самом деле их поживало намного больше. Но на отдельно взятой территории больше трех не поживало.

Не умещались. Габариты, понимаете ли.

Так вот, рассказ пока пойдет только о трех. А дальше кто его знает?

Жили они хорошо, дружно. И отличались друг от друга прямо кардинально!

Один был романтиком. Мы его так и станем звать – Романтик.

Он плакал от счастья, застав на заре росы на травинках, мог долго, долго, не шевелясь наблюдать, как переливаются эти волшебные, радужные драгоценные капельки. Как они отражают солнечные лучи, перекликаясь с ними о радостном, утреннем пробуждении.

Он мог часами валятся на спине, раскинув в стороны лапы и крылья, наблюдая за бегом облаков, и здороваясь с облачными собачками, барашками и Ангелами.

Он слагал обо всем стихи и баллады.

От чего от него бегали не только его братья, но и все окрестные жители. Потому что, мечтал он, может и прекрасно, а вот исполнять собственные произведения…мда…подвывание как-то ни разу их не украшало!

Второй был хозяйственный, станем называть его Хозяином. Он следил, чтобы кладовые всегда были полны, чтобы поля ухожены, стада выпасены, дом отремонтирован, и половики с коврами выбиты.

И обо всем таком прочем тоже. Писать о нём долго не стану. Где вы видели подробное описание домашних хозяев? Вот то, то и оно. Я всё собираюсь написать оду домашней хозяюшке…Но то полы надо мыть, то посуду, то пироги печь…некогда, понимаете ли.

Так что, второй был Хозяин. А что это значит, мы все с вами понимаем и так.

А вот третий…ООООООООООООО!!! Третий был технически мыслящий Горыныч.

Увидел, например, как средний брат его, картошку коготками в землю вкапывает, да ими же потом окучивает и выкапывает, и придумал ему лопату с тяпкой.

А потом подумал, подумал и мотоблок придумал.

Да он ещё и не такое мог бы придумать, если бы попросили.

Вот, к примеру, зайдешь к ним в пещеру, а тебе голосок нежный и говорит:

–Здравствуй, гость незваный, и зачем тебя сюда занесло?! Не пора ли обратно?!

Или поласковей…не упомню. Писала же, давно это было.

И вот жили они, значит, поживали, хорошо, дружно. Урожаи собирали. Стихи с поэмами и песнями писали. Изобретения изобретали.

Ну, и само собой, были у них сокровища.

Они ж драконам старшие братья. Недаром трехголовые!

Это потом наших Горынычей сплагиатили, и одну голову оставили. А вот куда порядочному Горынычу одна голова? А?! Да он в неё не то, что подумать, даже наесться ей не сможет!

Пока она для его тушки порцию жует, он уже весь по новой проголодается. Плагиатили бы по умному…а то ишь… Может потому от нас драконы с Горынычами сбежали, что мы даже плагиат плагиатим не по умному? А?!

Ой, ладно, это дело совсем для другого разговора.

Так вот, сокровищ у них было огромное множество. Они ж все подземелья как свои четыре пятки знали. Вот и копили. Зачем? А они не рассказали. В секрете оный факт хранили. И зачем, и сколько.

И жили они в мире и согласии со всем окружающим их миром.

Помогали соседям, чем могли.

Стихи там, на Новый год или день рождения написать, со всей душой и восторженностью.

Поля общественные перепахать, всегда, пожалуйста.

Мельницу спроектировать, или бревнышек на строительство натаскать, им это одним левый когтем, раз плюнуть.

Дружно, короче, с людьми жили. За что был им везде почет и уважение. Какая хозяйка пироги в своей печи печет, уж обязательно троечку пирогов размером с хороший стол для троицы забацает.

Со всеми…да не со всеми.

Так всегда бывает, в любом царстве, есть какое-нибудь одно червивое яблочко.

Так и здесь. Было там одно село, ленивое до крайности. До того все леные были, что ни в сказке сказать, ни пером описать! Скотина ревет, не доена, не кормлена, поревет, поревет, да разбежится на вольные травы. Так и появилось много диких всяких видов. А не наоборот!

Поля запущены. А они только жалуются на судьбу, да травой лебедой питаются. Лежа на холодных печах. Топить-то лень!

И завидуют. Ох, завидуют!

Тому что у соседей коровы ладные да гладкие, что поросята боками ни в одну калитку не пролезут, что картошку телегами да возами сажают, а потом раз в десять выкапывают.

А больше всего завидовали дружбе с Горынычами. Те с ними не дружили. Какая дружба с теми, кто палец о палец не ударит, а только о судьбе горькой жалуется?!

Но ещё больше завидовало это село сокровищам! И сплетни пускало, что, мол, награбленные они.

А люди вокруг хорошо живут, потому что, Горынычам поклоняются, а те им злата, серебра, да алмазов с бриллиантами тачками, пачками отсыпают.

От зависти-то, чего только не выдумают!

И выдумали- таки.

От лени да зависти иногда такие идеи в башки приходят, что потом всем миром не разгребешь!

Решили они позвать богатыря из дальних земель. Почему из дальних? Так из ближних бы им никто не поверил. Про них все правду знали.

Сказано, сделано. Заслали самого такого, который смог себя с печи спихнуть на поиски в дальние земли.

Тот и пошел. Так это, нога за ногу.

Дошел до дальних земель, вызнал, где храбрый богатырь живет, да пошел ему плакаться.

Мол, живут в их краях три вредоносных чудовища:

Все поля потравили (пастух голову активно лечил, всё неразбежавшееся до этого стада, расползлось, да потоптало)!

Девиц воруют (силком замуж за старика выдали, да и скрыли от общественности).

Храм пожгли (поп изрядно причастился, слишком изрядно, да свечи потушить забыл).

Есстесно, о том, что в скобках написано, богатырю озвучено не было.

А богатырь был не только храбрый, могучий и сильный, но ещё и сильно наивный, верил слезливым россказням. И не только слезливым. Ему вон его дружок про его же невесту невесть чего наплел, он её и бросил! А дружок на ней женился. От чего богатырь впал в человеконенавистничество, и женонеприятие.

И вот как раз в таком состояние его и застал жалобщик.

Богатырь недолго думая, хотя чего уж там, долго думать, да и думать вообще, он не горазд был, подхватил меч, натянул все доспехи, которые натянулись, и поспешил Горынычей воевать.

Одного Горыныча.

Забыла уточнить, ему про одного рассказывали.

Так подумали, что на троих он может и забоится воевать отправляться, а вот на одного запросто.

А там одного победит, куда деваться, и остальных заборет!

А все сокровища тем жителям, того самого завистливого села и достанутся.

Не всем словам верь!

Идет богатырь по Земле- матушке, передвигается. К цели. Чудищ победить. Люд спасти. Славу себе огрести. Её же очень даже огрести можно. Главное, как унести потом?!

А вокруг…ах, красота какая!

Солнышко пламенеет. Небеса в просинь синеют. Травы морской волной зеленеют.

Лепота!

Леса дальние теньком манят. Птицы щебечут. Ветерок песенки навевает. Чудо чудное!

А жалобщик, он в проводники набился, дорогу чтоб показать, рядом семенит, на жизнь жесткую жаловаться продолжает.

И лапти ему жмут. И пособий не дают. И соседи злыдни злобные. И вообще, не жизнь, а жестянка погнутая у него! И так жалобно всё описывает, так жалобно…

Богатырь от его слов, помним, он же наивный, злостью праведной наливается, черным черно в сердце его становится.

Вы это, друзья, помните, от таких жалобщиков заразиться легче легкого! Потом очищаться замучаетесь. Подалее от них, подалее!

Богатырь слушает, а сам уже приемы ближнего боя в голове прокручивает.

Вот он так по морде, да по второй! Да кулаком в третью! Да пинком под хвост. А потом ещё раз. Да много, много раз так!

А меч ему на что? Так богатырь наш ещё и честный был. Раз Горыныч с ним с голыми лапами, так он его себе представил, значит, и он без меча обойдется.

Идут они идут. У богатыря от жужжания жалобщика уже в ушах жужжание навязло. А деваться некуда. Дорогу-то богатырь не знает.

Но любые дороги когда-нибудь заканчиваются.

Вот и они дошли до развилки. На ней жалобщик указал в сторону прямой дороги, сказав, что дальше уж богатырь сам всё найдет, ему, страдальцу туда ходу нет. Боится очень.

А сам, он, жалобщик, свернул на соседнюю кривую дорожку. И только его званьем звали. Такую прыть проявил, смываясь, что, наверное, никогда в жизни такого не было. Скорости, в смысле.

И вот пошел богатырь дальше один.

Идет. Оглядывается. Да как-то в недоумение приходит.

Поля кругом ухоженные. Никакой нигде потравы не видать.

Стада тучные.

Крестьяне встречаются приветливые.

Засомневался он слегка. Но зашел-то уже очень далеко, надо дело довести до конца.

А где мне Горыныча найти?

В особенно стопорный ступор повергла богатыря стайка симпатичнейших девушек, выбежавших ему навстречу. Без охраны. Казалось бы, если дев крадут, да ещё злобный Горыныч, охранять такие прекрасные цветы должны усиленно и усердно.

А тут они сами по себе, свободно. И никого рядом! Даже собаку не приставили! Как так-то?! Что за безответственность?!

Богатырь прямо раздулся от собственных мыслей. Уж он бы, да таких красавиц, и днём, и ночью охранял. Ночью особенно. Ибо темны дела ночные и непредсказуемы. Вот что вы сразу?! Он же только о правильной охране сейчас подумал. А совсем даже не о том!

Но потом решился, и спросил:

– Здравы будьте, красавицы, а где бы мне Горыныча найти?

Красавицы остановились, хором поздоровались, и хором же спросили:

– Горыныча? А какого из них?

– Ка-ка-ка-как какого?! – начал заикаться богатырь.

– Ну, какого из трех? Романтик сейчас на ромашках гадает, издадут его очередной сборник стихов или нет. Вон, там, на поле. Техник новое колесо для мельницы ладит. Хозяин по-хозяйски поля обходит, проверяет всё.

Так вам какого?

Богатырь сел, где стоял. Из трех….крутенько….

А тем временем в завистливом селе довольно потирали ручки, и прикидывали, на что потратят сокровища, которые, конечно же, достанутся им, когда Горынычей победят.

Восемьдесят процентов местный глава себе отсчитал. За сообразительность. Двадцати на остальных хватит!

Остальные, узнав про такие хитрые подсчеты, дружно начали чесать в своих головах, куда и лень делась, и обсуждать, а так ли нужен им такое голова, и нужна голова голове?

За этими рассуждениями мы их и оставим. Пока. И вернемся к нашему богатырю.

«Из трех….мда,…кажется, я попал…» Бежали мысли в черепушке богатыря, медленно так, расслабленно.

Надо отдать ему должное, ни одной мысли, типа, дать деру, не проскользнуло. Назревала решимость сложить свою неразумную голову, на поле битвы. Во имя добра.

Девы смотрели на богатыря, перешептываясь:

– А симпатичненький какой…

– А чего это он так задумался?

– Чего это он сидит столбом.

Впрочем, некоторые девы, видимо особо предприимчивые, начали прихорашиваться, платья, юбки оправлять, непокорные локоны слегка взбивать. Чтоб романтичней выглядеть.

И стрелять глазками в уже почти подстреленного новостью богатыря.

А и кто это к нам пожаловал

Девицы-красавицы щебетали, глазками стреляли. Богатырь сидел в весьма задумчивой позе.

Из стоящего неподалеку дома, выглянул кряжистый мужичок. Такой…что ему тот богатырь, захоти он, на один зубок.

Но добродушное выражение лица дядечки сразу говорило, что он привык миром все решать. А сейчас его вытянуло из двора простое любопытство.

– И что это вы тут стрекочите, сороки?

Усмехаясь по-доброму, спросил он девушек.

– Да, вот дядюшка кузнец, залетный богатырь Горыныча ищет, а какого из трех и сам не знает.

Хором, со смехом ответили девушки.

– А зачем тебе Горыныч понадобился? – спросил дядечка богатыря.

Тот и начал рассказывать, как пришел к нему жалобный жалобщик, начал на жизнь горькую жестянку жаловаться, да плакаться. Да попросил избавить их, селян горемычных от потрав, да дев похитителей.

Долго рассказывал.

А тем временем в ленивом селе нарастало нетерпение.

Те мудрецы до чего досчитались, дорассчитывались, что уже возомнили себя богачами, прям нуворишами.

И вдруг кто-то кинул палку в костер:

– А ну, как, богатырь уже всех победил, сокровища нашел, да всё себе забрал?!

Куда и их вечная лень делась! Оно ж на чужое всегда рот разевать проще, чем своё, заработать, скопить, сохранить.

Как они толпой подорвались! Вы бы только видели! Бегом побежали! А голова впереди всех.

Бежит, да в голове своей крутит, что прибежит первым, да хоть горсточку побольше себе и урвет.

Остальные сзади бегут, сопят, от него отставать боятся. А вдруг им меньше достанется?!

А тем временем, там, где богатырь находился, раздавался громовой, на всю округу хохот.

Потому что, дядечка, выслушав всё, начал хохо…нет, ржать он начал. Во всю свою могучую кузнецовую глотку, привычную молот перекрикивать.

Девы подхватили колокольчиками.

Народ, живущий там, услышал, начал вокруг собираться, во всём разбираться, да к ржанию присоединяться.

– И где ж, ты, добрый молодец, потравы видел?! Ай, девы, девы, кто ж вас похищает-то?!

Богатырь уже не сидел на земле. Встал. И стоял красный, как бурак! Мялся. Смущался от собственной наивности.

Захлопали могучие крылья. И рядом с уже изрядной толпой приземлился Романтик.

Всё выслушал, всплеснул восторженно крыльями, какой сюжет! Какая трагикомедия может получиться!

И громким ревом призвал братьев.

Скоро уже катались от смеха все. И люди, и драконы. И богатырь. С юмором парень оказался.

Смеялся, смеялся, а потом как хлопнет себя по бокам, да как зальется слезами:

– Ах, я дурень невероятный! Поверил про девушку свою! Так мне может, и про неё наплели семь верст до небес и всё лесом!

И давай реветь!

А его все утешать начали.

Потом опять смеяться.

Потом кто-то вспомнил, как тоже вранью поверил, и рыдать начал.

Рыдали и ржали все вместе. По кругу. И по переменке.

Вот так, в пылу смеха и прочих эмоций, они и стояли, а кто уже и лежал, посреди своего красивого, ухоженного села.

И драконы рядом.

Там специальная площадка была, чтобы друзья дорогие, своими габаритами помещались.

И тут на них вылетела толпа, с глазами горящими, планами широчайшими.

Глаза, горящие, по сторонам рыскают. Туши Горынычей побежденных высматривают.

Энтузиазм полностью вытеснил их былую лень!

– Ну, ну! И кто это к нам пожаловал?!

Добрым, таким добрым, что любой захотел бы закопаться на месте, спросил кузнец.

А у вас горох вырос?

Толпа, влетевшая в толпу, смотрелась на общем ухоженном фоне, каким-то грязновато пыльным, обдерганным по краям половичком на чисто вымытом полу.

Глаза, рыская в поиске поверженных Горынычей, в ужасе останавливались на фигуре подбоченившегося богатыря.

Поверженные…ой, мамочки родненькие, как же иногда реальность отличается от ожиданий!

Те, кого ожидали увидеть поверженными, Горынычи то есть, сидели вокруг площади, ехидно глядя на вбежавших.

– И кто это к нам пожаловал? – повторил кузнец, – и главное, зачем?

– Так это мы, соседи ваши, – пропищал на выдохе голова ленивой деревни, – мы тут, того, это решили узнать….а!! Вот! А горох у вас вырос?

– Что прям всем селом залюбопытствовал?

– Да ты понимаешь…– заюлил голова, – так супчику горохового захотелось, уж так, что прям невмочь! Вот решили, до вас дойти, горошку попросить.

Народ уже начинал набирать обороты для следующего круга смеха. Но пока ждал продолжения.

–И что, – это одна из дев спросила, – вы такое простое, как горох не осилили? Уж проще этого ещё поискать надо!

Вломившаяся толпа совсем потерялась.

Но тут богатырю надоел этот цирк, и он выступил вперед.

– А где тот, кого вы ко мне посылали?

Ленивцы дружно вытолкали прятавшего жалобщика из-за своих спин.

– Ты что мне плел? А? А ну, отвечай!

Но тот молчал, как воды в рот набрал.

Богатырь повернулся к Горынычам:

– И что мы с вралями делать станем?

Хозяин почесал в затылке. Романтик посмотрел на небо. Техник…о, у Техника был такой взгляд, что замышлявшие зло, поежились.

– А что делать, что делать? У них всё зло от безделья! А безделье от лени! А лень одним путем лечится!

Люди добрые, – обратился Техник к жителям села, которое долгие годы жило с ними в мире и согласии, – готовы ли вы помочь страдающим этим страшным недугом?

Лентяи, услышав слово «помочь», взбодрились. Помощь, это хорошо! Читалось на всех неумытых лицах.

– Смотря как, – раздался разумный голос из толпы дружного села.

– А вот это мы с вами сейчас и обсудим!

Итак, хочу выдвинуть предложение и вынести его на голосование.

Техник посмотрел на ленивую толпу:

– Вы не голосуете! Вы принимаете наше решение безоговорочно, не то, мы сейчас вас без всяких голосований в пещеру загоним, да заставим шахту разрабатывать.

Так сказать за нанесение урона нашей чести, моральный ущерб, и попытку внести разногласия в наше мирное существование.

Ещё и уничтожить нас хотели. То, что у вас это не получилось, не ваша вина!

Так что, стоим, молчим, слушаем!

Но сейчас, учитывая то, что по вине этих товарищей, которые нам вообще-то никак пока не товарищи, товарищ богатырь проделал долгий и тяжелый путь, просим вас, уважаемые селяне, оказать ему почет и отвести на отдых.

Суд удаляется на совещание!

А этих, – Техник сделал кивок в сторону толпы лентяев, и подозвал к себе добрых молодцов из доброго села, – охранять! А то, как бы они не дождавшись своего счастья от нашей помощи, не разбежались!

Надо им помочь от лени исцелиться.

Надо?

И все, кто жил в дружном селе, дружно ответили:

– НАДО!

– Суд удаляется на совещание. Богатырь на обед. А вам ждать!

И Горынычи встав на крыло, куда-то улетели.

Злыдней окружили добры молодцы. Не сбежать, не уползти.

А вторым кругом встали остальные добрые селяне.

Но глаза у них почему-то сейчас были совсем не добрые.

Почему бы это?

А богатыря увела в избу родительскую обедом кормить, как ни странно, самая скромная девица.

Она в него глазками не стреляла. Ей некогда было. Она знала, что к тому дело подойдет, и пока шли бары растабары успела уже и хлеба в печь поставить, опара с ночи готова, и щи ядреные из русской печи достать. Что остыли хоть маленечко. Знала, для чего!

Главное, найти на кого вину свалить!

Черная кошка со мной согласилась,

И в ожиданье вины развалилась!

В ожидание вынесения приговора в стане ленивого села начались разговоры. В их стиле.

– Эх, я весь такой невезучий! Наверное, черная кошка через моя колыбельку перепрыгнула!

– Хе! – раздался ехидный голос со стороны дружного села,– да у вас ни одной кошки нет! Кошки они уют любят, а у вас сор да мусор по всем углам!

– Значит, нашим мамам, когда они нами ходили, баба с пустыми ведрами дорогу перешла!

– Нет! Это всё черные кошки виноваты! И что, что их у нас нет! Специально в село набежали, через все колыбельки перескочили, а потом убежали!

–НЕЕЕЕ!!! Это отец от мамы к любовнице возвращался! А она ему невезения подкинула!

– Да откуда у твоего любовница?! – прокомментировал тот же ехидный голос, – любовница подарки любит, а твой папочка, своим то ни одного пряника за всю жизнь не подарил! Как ещё лень переборол, чтоб тебя сделать!

– НЕЕЕЕ! – это опять с ленивой стороны, – это бабка моя забыла скорлупу от яиц раздавить, вот бесы и набежали беситься! Потому я такой бешеный!

– Да какой ты бешеный?! – тот же насмешливый голосок, – разве что, когда за стол несешься, желательно за чужой, с ложкой!

– Короче, братва, – ленивая сторона, – нас сглазили, испортили, черными кошками и просыпанной солью затравили! Во все темная сила виновата!

– Мда….солью бы им мозги промыть не помешало, точно!! Эй, страдальцы, а вы себя за шиворот да к делам притащить не пробовали?

– Ой! Да куда уж нам уж! Всё одно ничего не выйдет! Или дорога не туда не повернет, или засуха нагрянет, или дождями зальет!

Во всем приметы виноваты!

С дружной стороны раздалось дружное хмыканье.

– Вот интересно, вроде мы в одном мире живем, а как будто из разных вселенных! Вы что думаете, у нас соль не просыпается, да кошки дорогу не перескакивают?

Так мы соль уберем, кошке молочка нальем, и дальше дела делать идем!

И ни на кого не оглядываемся!

– Да…вам хорошо! Вы смелые, да сильные! А мы…

– А вам кто мешает?!

Ленивая сторона задумалась. А ведь на самом деле, никто кроме них самих им не мешает. Но признаться в таком…это же, выше всех ленивых сил! Это ж тогда придется…ой, как много придется!

Пока стороны перекидывались аргументами и контраргументами, в центр вышла симпатичная, очень симпатичная, очень черная кошка, и развалилась прямо посреди всего.

Тем временем Горынычи закончили совещаться, и народ услышал хлопанье крыльев.

Ленивая компания, подавленная смущающим поведением кошки, решила, что это очень страшный знак, и затихла в дрожащем ожидании.

Решение чуть не пострадавшей стороны, и что будет с богатырем

К мудрым решениям Горынычей, народ, живший с ними в мире и согласии, уже давно привык. Им сверху виднее!

К тому же в данной ситуации главными, чуть не пострадавшими были именно они. А кого собирались победить, и чьи сокровищницы разорить? Их!

Потому и главный голос отдали им. Голоса. Девять. По числу, общему, голов.

Три Горыныча. Девять голов. Простая арифметика.

Крылатые братья приземлились на своей площадке.

Откашлялись. Нет, нет! Трава не задымилась. Это вам показалось!

И вынесли вердикт:

Всех ленивцев на исправление!

Дома новые построят себе сами. Около здесь.

Под строгим присмотром Техника. По всем техническим параметрам. И в лучших традициях. Пока, лето же ещё на дворе, поживут в палатках. Ничего! Не сахарные. Поди, палатки-то комфортней их рассохшихся лачуг будут.

А распорядок дня будет такой:

Построение. Перекличка.

В 6.30! По местному времени. Проспавшему тройной наряд в виде тройного количества картошки на обед. Ничего. Что в суп не влез, то на чипсы можно переработать.

Скажу вам по секрету, что сначала проспавших было столько, что впору чипсами начать торговать! Потом, ничего, втянулись.

Затем завтрак, и на работу.

Для себя. Любимых.

Это для одной части ленивого населения.

Вторая часть будет ежедневно, под присмотром Хозяина, вскапывать и обрабатывать участки земли для будущих огородов.

А вот вечером, о, вечером!

Для всех!

Лекция в исполнении Романтика о смысле жизни, правилах любви и взаимоуважения, и прочих духовных ценностях.

Народ повздыхал, повздыхал… а куда деваться?! Сами накосячили. Да и Горынычи бдят. Куда уж денешься…

Но знаете, я вам заранее поведаю.

Они так втянулись во все дела. Так радовались первому дому поставленному своими руками, так были счастливы, когда вокруг домов расцвели палисадники и начали приносить урожай огороды, что свою прежнюю жизнь вспоминали как страшный сон.

Но это всё будет потом.

А пока предстояли долгие труды. Не обошлось и без стонов. Сразу-то от них не избавишься. Сами понимаете.

Но дело осилит трудящий!

Короче, на собрании всё решили, постановили, а после к установке палаток приступили.

Но таки сделали исключение.

Для головы и того, жалобщика.

Ибо они зачинщики безобразия были.

Голова так вообще должен был личным примером пример показывать, а на чужое добро рот раскрывать, правда же?

И вот их двоих поместили в клетку.

И выставили на всеобщее обозрение. Где они заросли шерстью, и постоянно чесали то, что сидящие в клетке чешут.

Но вы не подумайте, что им дали сидеть без дела. Ха! Это ж что ж за отработка была бы?!

Нет!

У них в клетке установили громадную ванну, провели воду, и сделали их ответственными за стирку!

И каждый день, да, да, каждый день, парочка, почесываясь, стирала то, что запачкано во время работы. И не только. Стирала, короче. И параллельно думала о том, почему они тут оказались.

А помогал им в этом не занятый днём Романтик. Он им такие лекции параллельно читал, что они жизни не рады были!

К слову сказать, те, что были на труды направлены, тоже не всегда знали, что труднее:

Труд трудить, или занудные лекции Романтика выслушивать…мда….

Но всё равно, никому, никуда деваться не было!

А что ж богатырь?

А ему так понравились щи со свежеиспеченным хлебом, что он тоже решил осесть в этом селе. На ПМЖ.

Ему обрадовались. А что? Мужик статный. Могутный. Всё может. Ни от какого дела не бегает.

А больше всего ему обрадовался Техник. Этому Горынычу как раз такой, безбашенный, нужен был. Вместе эксперименты экспериментировать.

Шлем, к примеру, проверять, противоударный.

Или тележку самоходную налаживать.

С этих пор из окон его лаборатории часто были слышны крики:

– Да куда ты её?! КУДА?! На меня заворачивай! Эх, ты оглашенный!

И было непонятно, кто на кого орет. Да это и не важно. Главное, что они очень даже друг друга понимали.

И поздними вечерами, утомившись, выходили на крылечко, чтобы попить квасу, посмотреть на звезды…

И нет! Спать они сбегали не от стихотворных подвываний Романтика, а просто потому что время настало.

Но очень часто Техник был вынужден любоваться на звезды один. Или с братом, читающим ему стихи. Куда от родной крови денешься?!

Потому что богатырь помывшись, приодевшись, куда-то убегал, предварительно, с согласия Хозяина обдергав клумбу.

Хозяин даже специально для него цветник отдельный развел. Но там цветы ещё подрастали.

Поэтому пока весь удар на себя брали клумбы.

Куда же сбегал богатырь?

Следы четко вели в сторону того дома, где всегда в печи парились вкусные щи, борщи, рассольники и солянки. Лепились пельмени, манты и пироги.

И откуда всегда пахло свежеиспеченным хлебом.

Но если вы думаете, что его туда вели гастрономические намерения, то нет в вас, ни капли романтики!

Ибо именно с этого момента и начинается настоящая история богатыря.

И ещё, знаете, что? Он был очень благодарен тому самому жалобщику, и голове всё замыслившему, которые послужили её невольным начинателем.

Странны пути судьбы, ох, странны!

Оставим пока богатыря в покое, потому что

Да, да! Оставим пока богатыря в покое. Во-первых, подглядывать нехорошо! Вот вам бы понравилось, если бы вам или вы нашептывали на ушко всякие нежности, а может, и не только нашептывали, а тут толпа читателей, свидетелей: «И что это вы тут делаете?!»

Вряд ли. Потому, пусть пока богатырь протаптывает дорожки и упражняется в высоком слоге.

А я вам сейчас такое поведаю…ох, такое…

Ничего не предвещало ничего!

Ничего особенного. Нет, конечно, всякое такое было в планах.

Стоны от натуженной во время вскопки огородов и стройки спины.

Охи, из-за не того размера гвоздей.

Вопли от промаха молотком мимо гвоздя по пальцу.

Всё это было в планах. Обычная рутина.

Но в это утро все планы нарушились.

Ибо перед всеми присутствующими, а тем, кто ещё не присутствовал, громко кричали о срочности присутствия, предстал порхающий в цветочках Романтик. Громко горланящий любовный романс.

И его совсем не смущало, что романсы положено не горланить, а мелодично выводить. Желательно, попадая в тональность.

А цветочки у него были на всех трех головах.

А порхал он по везде! И видели его везде и все. И слышали тоже.

Народ не мог работать, ибо такое зрелище…мда, Романтик, конечно, часто подвывал свои стихи.

Но так…порхая, взлетая, падая камнем, и вновь взмывая под облака, он подвывал впервые.

Обычно на его дикцию был наложен налет грусти, и печального тона одиночества.

А тут…нет, это утро явно решило сделать себя!

Хозяин еле сумел догнать взмывшего под самое седьмое небо Романтика, схватить его за его романтически настроенный хвост, приземлить, и задать вопрос:

– Брат, что с тобой?!

Романтик, романтично, счастливо вздыхая, открыл свой айяйяйфон, и показал брату, а так же всем желающим, коих мгновенно собралось вокруг великое множество, топоры, молотки и лопаты, получили неожиданный перерыв, фото во весь экран.

Гифку.

С гифки нежно кокетливо хлопала длиннющими ресницами Горыночка.

Горыночка?!

Да все три брата уже столько веков искали и не могли найти себе пару! Все куда-то сбежали, улетели! А тут прям вот прям!

Ай!

– Ты где её нашел? – выдохнули в шесть голосов Хозяин с Техником.

Романтик сначала хотел было сохранить интригу, но потом, увидев их горящие глаза, оценил все риски и выдал секрет:

– Я тут на драконете зарегился, пару месяцев назад, вам не сказал, потому что не верил, что толк выйдет! Но толк вышел!

Братцы, за тридевять земель, за высокими горами, за широкими полями, за глубокими морями, живут наши сородичи! И там, вот не поверите, много юных, прекрасных, одиноких, прошу заметить, Горынычек!

– Так что же ты молчал?! – взревели оповещенные братья.

– Так я от счастья и говорить не мог, только порхал! Сам несколько минут узнал.

– Ладно, прощен! Люди добрые, придется нам вас покинуть на некоторое время, согласитесь ли вы, чтобы за нас распорядителем богатырь остался?

Люди понимающе улыбаясь, переглянулись. Богатыря вытолкнули вперед.

– Согласны!

– Тогда…

И Горынычи, не закончив во всю скорость своих крыльев, махнули в сторону своясь.

Спустя короткое время население было ослеплено блеском сверкающей, явно начищенной горынычевым пламенем, чешуи, слегка оглушены треском и яростным хлопаньем крыльев над их головами.

И ещё долго махали вслед уменьшавшимся в Небесам трем точкам.

– Что ж, братья и сестры, – вздохнув выдал новый командир, богатырь, – им хорошей дороги, а нам трудов продолжения!

И вы знаете, никто, вот даже ни один голосок не стал возражать.

Потому что в списке обыденных дел, забыла вначале упомянуть, прочно обосновались восторженные вздохи.

Вечерами. После окончания дневных трудов.

Всем так нравилось любоваться тем, что они успели за день наделать, что какие уж тут возражения?!

Умный богатырь

Да, да! Нашему богатырю достался приз. Он был не только храбрым и сильным, но и умным. Редкое сочетание, скажите? Согласна. Но бывает и такое.

И он прекрасно понимал, что одного махания мечом для хорошей, семейной жизни мало.

И потому, хоть дорожка к приглянувшемуся порогу становилась всё утоптанней и утоптанней, предложения он делать не спешил.

Что он мог сейчас предложить своей будущей жене? Мускулы? Они со временем, как ни тренируйся, обмякнут. Время оно такое, любые мускулы победит.

Храбрость? Ею не наешься.

Вот и чесал маковку до начеса вечерами. А потом пришел к Горынычам и всё рассказал.

Мол, так и так. Жениться хочу. Она тоже будет согласна.

Но чем я семью кормить стану?! А?! Профессии нет. Девять классов в три ряда. И всё.

Как-то не задумывался раньше об этом. На чужого дядю пахать, за его интересы мечом махать, не шибко радует.

Нужна профессия!

О!

Вы бы видели, как обрадовались Горынычи! Ученик! Это же классно! А если он ещё и учителей своих превзойдет, то честь им и слава в веках!

И началось.

Романтик стал учить его риторики и чистописанию.

Хозяин агрономии, бухгалтерии и экономике.

А уж Техник разошелся не на шутку!

И как дом благоустроить, чтоб жене воду не таскать, печи не топить, научил.

Как свет добывать из ветра и воды, поделился.

Как сделать так, чтобы всё в доме работало как самые точные часы, не утаил.

А потом, вот потом и стали они все втроем думать, какое дело богатырю подойдет.

Впрочем, когда он поставил свой дом, да всё в нем наладил, да огород с палисадником вокруг разбил, да название красивое, красивым почерком на воротах написал, вопросов не осталось.

Строительство. То что батька прописал!

И стал думать богатырь, что для такого дела ему сотрудники нужны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.