Карина Катрыш
Немецкое счастье с русским акцентом. Дас ист фантастиш в стране голых саун, пивных фестивалей и серьезных (но это не точно) бюргеров

Посвящаю эту книгу моей маме, которая всегда говорила: «Кто, если не ты!» И верила в меня больше всех на свете.

© Карина Катрыш, 2023

© Наталия Берилова, фото, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Введение

Обо мне, о Германии, обо мне в Германии. Так я отвечала всем на вопрос, о чем книга, пока писала ее. И до последней страницы ничего не изменилось.

Меня зовут Кариша, я живу в Германии десять лет, и моей мечтой всегда было написать книгу. Ее осуществлению как раз помог факт переезда. Нет, на границе мне не выдали перо и чернила со словами: «Пиши, дочь моя!» Не гарантировали визу взамен на сборник рассказов о немецкой земле. И даже Меркель не предлагала мне пособие для иностранцев.

Поездка в Германию и новая немецкая реальность стали моей точкой невозврата, когда зона комфорта потеряна, а мозг воспринимает все происходящее ярче, четче и значительнее. Когда поход в аптеку – уже приключение, прием у врача почти равен по накалу эмоций концерту рок-звезды, а про покупку новой сим-карты можно рассказывать всем неделю. Вокруг вроде бы те же самые люди, но они настолько другие, что иногда кажется, что все слова и действия – это либо одна большая шутка, либо фильм ужасов. И еще непонятно, то ли я жертва, то ли главный злодей.

Именно в тот момент, когда эмоции настолько яркие, а чувства задевает даже слишком громкое дыхание собеседника, у меня появился блог. Сначала я робко писала о том, какие смешные эти немцы и как отлично они живут. Отлично от того, к чему я привыкла. Потом мне захотелось писать истории. Живые и увлекательные. В них немцам уже доставалось серьезно. За все: неполученные работы, сорванные встречи, потерянные деньги и некупленные булочки. А потом отлегло. И блог стал моим личным дневником, где захотелось делиться опытом, рассказывать про свою жизнь, адаптацию, семью и детей.

Так я поняла, что моя интеграция в Германии закончена, а ее результатом стал этот сборник рассказов – о немецких мужчинах, которые совсем не жадные, если только чуть-чуть, о немецких женщинах, которые невероятно хорошеют к пятидесяти годам, и немецких детях, разгуливающих зимой без шапки. Никаких осуждений и предрассудков, только мои наблюдения, настоящие истории и ирония.

А еще много юмора и моей души.

Ваша Кариша

Глава 1
Обо мне, о Германии, обо мне в Германии

В этом году исполнилось ровно десять лет, как я приехала в Германию. Страна мне очень нравилась, но я никогда не думала, что останусь здесь так надолго, обзаведусь домом, семьей и немецкими соседями. И тем более буду писать об этом веселые истории. Но от судьбы не уйдешь. Моя история переезда получилась как хорошая немецкая сосиска – вкусная, длинная, с пряным соусом и поджаренной корочкой.

Переезд в Германию

Когда люди спрашивают, что привело меня в Германию, ответ всегда неизменен – любовь! Любовь к знаниям. Потому что как еще объяснить то, что ты, двадцатилетняя (на самом деле двадцатитрехлетняя, но двадцать всегда звучит драматичнее и кинематографичнее), складываешь все накопленные непосильным трудом восемь тысяч евро в нижнее белье и в ночи, одна, с чемоданом и паспортом улетаешь в Москву? Ночуешь там в пустом аэропорту, утром уговариваешь добрую тетю из немецкого консульства дать тебе студенческую визу. Потом ловишь интернет в каком‑то торговом центре и покупаешь билет в Германию. И дальше делаешь последний рывок – еще одна бессонная ночь в аэропорту, перелет, багаж и… Привет, немецкая земля! Не ждала? Ну ничего, давай знакомиться и дружить. Я считаю, такое совершается либо по большой любви, либо по великой глупости. Свой лимит глупости я израсходовала еще на моменте ночевок в разных аэропортах. Поэтому пусть будет любовь. И если моя учеба в Германии началась в 2012 году, то любовь случилась на три года ранее…

2009 год – год пандемии свиного гриппа, переизбрания Ангелы Меркель на второй срок и победы белоруса Рыбака на Евровидении. Мне этот год запомнился другим. Тогда случилась моя первая заграница. Это была Германия. Вдруг. На летних каникулах мы «небольшой уютной компанией из двадцати студентов» поехали на языковые курсы немецкого на самый запад страны. Я помню, что в программе курса черным по белому было написано: «Поездки на выходных в Париж, Амстердам и Брюссель». Все, больше ничего не помню, мое сердце остановилось, мое сердце замерло. Потому что какой русский человек не мечтает вдохнуть запах Парижа, отведать круассана и привезти маме бережно замотанную в газетку луковицу тюльпана из самой Голландии? Да, тюльпана, а не то, что подумал внимательный таможенник на въезде в страну.

А та самая любовь случилась не на Эйфелевой башне, не в музее шоколада и даже не после пятой кружки пива. Она случилась в обычном немецком парке возле университета. Студенты сидели на траве и обсуждали экзамены, кто‑то ехал на велосипеде в библиотеку, кто‑то наслаждался мороженым после лекций. И тогда мне эта картинка показалась такой красивой и желанной. Я тоже так ХОЧУ! Стать студенткой европейского университета. Тоже лежать на траве в парке, слушать лекции на английском, сдавать или не сдавать экзамены, иметь друзей со всего мира, а вечером ходить с ними в бар. Я записала эту самую мечту ровным почерком в блокнот и лелеяла следующие три года, откладывала деньги. Правда, тогда я еще не знала, что к мечте в нагрузку идет жизнь с половиной Китая в общежитии, развод на деньги от иранской арендодательницы и тотальное безденежье.

Но мечта есть мечта, и она должна сбываться, решила я и с настойчивостью танкера к ней шла – шла и дошла!

Мои родители отнеслись к идее переезда и учебы в Германии по-разному. Мама – с энтузиазмом и радостью, но взяла с меня обещание вернуться после окончания учебы. Папа спросил тихо и лаконично: «А зачем?»

Тут мы с мамой рассказали что‑то про карьеру, большую компанию в Москве и успешное будущее. Папе такой расклад понравился, план был утвержден окончательно и бесповоротно. Уезжала я из Ростова впопыхах, в суматохе собирала чемодан, за дверью уже стояли новые жильцы моей квартиры, рядом сидели родители и не понимали, что происходит. Да и я не понимала. Но мне было весело и интересно, а родителям – грустно и волнительно. Ведь я уезжала в новую жизнь, а они оставались. Без меня. Через несколько лет мама мне так и сказала: «И все‑таки ты меня обхитрила! Обещала вернуться – и не вернулась». Но тогда, в 2012‑м, я не знала, что так будет. Меня ждали приключения, авантюры и дух свободы.

Поэтому привет, 2012‑й, привет, Германия, привет, студенческая жизнь!

Первый год в Германии прошел под девизами «слабоумие и отвага», «вижу цель, не вижу препятствий» или «а вы точно продюсер (нет, профессор)?»

Приехала я учиться в университет Гамбурга на магистра международного бизнеса. Я намеренно выбирала магистерскую программу (а не бакалавриат): учиться всего два года (четыре семестра), можно сэкономить деньги на учебу, а по факту – тот же немецкий диплом, даже его высшая ступень. Так мне кто‑то рассказал, мне понравилось, я поверила – полное удовольствие за полцены. Нужно брать.

Документы на поступление отправила в марте, а в мае меня уже зачислили в желаемый университет на желаемую программу. «Ой, как у вас тут все легко, немцы!» – подумала я. «Ха-ха», – ответило немецкое консульство и очень задержало мне выдачу визы и отъезд в Германию. И перед тем, как рассказать про мое первое знакомство с немецкой бюрократией, констатирую: поступить в немецкий университет на магистерскую программу и правда проще, чем кажется. Из документов – диплом с хорошими оценками (он‑то все и решает), рекомендация от преподавателя из университета и пара заполненных местных форм. Из экзаменов – сертификат о знании языка с достаточным количеством баллов. Что‑то из этого заверить, что‑то перевести, помолиться и отправить в университет почтой. Мне хватило одного дня на подготовку документов, двух попыток на сдачу языкового экзамена и счастливого случая с доставкой этого всего в университет – один знакомый дядя летел в Германию и довез мои документы прямо до почтового ящика университета.

На этом чудеса закончились и началась работа под названием «пустите, люди добрые, меня в Германию». А точнее, оформление немецкой студенческой визы. И тут стало очевидно, что проще поступить еще в пять разных университетов, чем получить эту заветную разрешительную вклейку в паспорт. Не помню, сколько часов я провисела на телефоне, чтобы просто записаться в посольство. Это было первое испытание на прочность и ответ себе на вопрос, точно ли я так сильно хочу поехать туда учиться.

Учеба у меня начиналась с месяца языковых курсов. Они были бесплатные и сразу с теми студентами, с кем мне было уготовано судьбой провести следующие два года обучения. Судьба‑то готовила, но не визовый консультант Виктория. Ей не нравились то мои документы, то фото, то деньги не на том счете. 5 сентября 2012 года мне кое‑как удалось вырвать свою визу зубами у Виктории, Ольги и охранника Геннадия и улететь в закат. Нет, в Германию, конечно.

Ну все, теперь все точно будет хорошо и никаких неожиданностей со мной больше не приключится! Ха-ха-ха!

Студенчество

Я никогда не скрывала, что первый год в Германии жила значительно хуже, чем на родине. Да и второй тоже. И половину третьего. Настоящая свобода пришла только после окончания университета и получения первой взрослой работы. И взрослой зарплаты. Знала ли я, что так будет? Нет, даже не подозревала. В Ростове у меня с подружками было свое туристическое агентство, отдельная квартира и почти купленная машина. Я знала, что снова стану студенткой и все изменится, но меня это не огорчало. Я же ехала за мечтой, в которой все хорошо, ангелы освещают мой путь, шлют мне лучики счастья, а еще я наделена сверхспособностью притягивать только добро. Ну разве с таким человечком могут произойти неприятности? Может ли все пойти не по плану? Может!

Сначала в мою розовую реальность больно ворвалась учеба. Потому что вдруг выяснилось, что я сюда приехала не на травке в парке лежать, а учиться. Какая неожиданность, однако. И российский красный диплом – это, конечно, хорошо, знание английского – тоже неплохо, но оказалось, что прежде нужно понять, как устроена система образования и сам процесс обучения. Это у нас пришел на все готовое – вот тебе, студент, список предметов, ходи, пожалуйста, на лекции и потом сдай вот эти экзамены. И студент вальяжно: ну так и быть.

В Германии по-другому. Вся учеба состоит из кредитов и модулей, и речь не об ипотеке. Кредиты – это пункты в диплом за успешно пройденные предметы, а модули – это группа предметов общей тематики. Есть несколько обязательных предметов, но подавляющее большинство как бы по выбору, но не так, чтобы и по выбору. Объясню. Например, в нашей программе нужно было набрать 120 кредитов в десяти модулях. Каждый предмет оценивался в определенное количество кредит-пунктов и мог быть вписан в какой‑то из модулей. Каждый семестр нам давали список предметов, из них можно было самому составить себе расписание, главное, в голове держать все эти кредит-пункты и модули. То есть нужно заранее быть стратегом и тактиком. Признаюсь, у меня было всего три учебных семестра, и только к третьему я поняла, как все работает. Но, к своему счастью, пунктов для диплома наскрести успела.

Помимо всех этих пунктов само обучение – это отдельная игра. И ее правила тоже пришлось выучить. Лекции – это не соревнование по скорости письма и самым красивым конспектам. Немецкий профессор присылает свои лекции в электронном формате накануне. Никаких секретов, вот они, нате. Шах и мат. И вроде какой смысл тогда идти на лекцию? А смысл есть, и он самый сакральный: на других посмотреть, себя показать. Обычно профессор ведет лекцию и параллельно дискутирует со студентами, дает какие‑то дополнительные комментарии и рассказывает неочевидные факты. Вот тут скорость письма как раз и решает. Потому что экзамены часто строятся на этих фактах, написанных мелким почерком и проговариваемых устно лектором тихим голосом.

Экзамены – это тоже отдельная история со своими взлетами, падениями и слезами. Секрет: за всю учебу в немецком университете у меня было три пересдачи. Для отличницы в пятом поколении, медалистки и очень дотошной дамочки это удар в самую печень. Потому что не для того ты едешь со своими последними тысячами евро, чтобы потом получать от профессора и жизни «неудовлетворительно». Но зато желание полежать на травке точно отпадает. Хочется только в библиотеку и учить, учить, учить. Также очень отрезвляет тот факт, что максимум три пересдачи – и если не сдашь в последний раз, то привет, отчисление с запретом когда‑либо учиться по этой специальности. Ой, точно учиться и учиться.

Экзамены в Германии могут быть разного формата: групповой проект, реферат, а также письменный или устный экзамен. Иногда форму экзамена студент может выбрать сам, иногда это решает профессор. У нас очень любили групповые проекты – ведь все сразу не могут быть дураками, правда? Ну и сам формат приятный: сплошной вкус свободы, и кажется, что ты и правда что‑то решаешь, – все вместе придумываете, работаете на результат. Мне очень повезло, во время учебы мы не просто готовили проекты для преподавателя, но и решали практические задания для конкретных фирм и с их представителями – BMW, Commerzbank, Zenith. И это было для меня как раз тем, о чем я тогда мечтала и ради чего ехала. Такие проекты обычно занимали много времени, но и оценивались хорошо. Поэтому беспроигрышный вариант.

Также мои однокурсники любили сдавать экзамены рефератами. По одному такому реферату я как‑то и получила первую и последнюю единицу (1.0) в моей учебной карьере. 1.0 в немецкой системе – это наивысшая оценка, говорящая, что выше только звезды и Ангела Меркель. Письменные экзамены – это тоже всегда русская (немецкая) рулетка. Нужно понять, чего от тебя ждет преподаватель. Одному нужны его конспекты один в один, другому важны выводы студента, третьи хотят все свои профессорские рассуждения на лекции прочитать. Вот на трех таких письменных экзаменах я как‑то и пролетела. Не сдала, в общем. После них были пересдачи – устные. Даже такого предмета, как бухучет, где жестами, на пальцах и палках приходилось решать задачи. Но такой регламент – пересдачи только устно. Так проще, говорят немцы. Ага, так же проще, как есть суп палочками, заходить в дом с крыши и объяснить китайским соседям по общежитию, что арбуз – это биомусор. Почти нереально.

Зато были и приятные моменты – мне очень повезло с однокурсниками. У нас набралась чудесная группа из двадцати немцев и двадцати иностранцев. Без скромности скажу, это был тот случай, когда в одном месте оказались все нужные люди с одной целью. География прекрасная: Италия, Грузия, Чехия, Турция, Иран, Филиппины, Россия, Беларусь, Канада, Франция. Немцы тоже были из всех регионов страны. Очень приятные и заинтересованные в общении с иностранцами, а это, знаете ли, уже большая удача – встретить таких людей. Наших талантов хватало на все проекты, совместные презентации, экзамены. И на досуг оставалось.

Немецкая учеба далась мне не так легко, она была очень непохожа на то, к чему я привыкла. Много самостоятельной работы, новых, непонятных и местами сложных слов в иностранных языках (немецкий и английский), а также другой логики. Но я не мазохист, удовольствия от учебного процесса было больше, поэтому мысль «да ну его» меня не посетила ни разу. По учебному процессу. Но были и другие сложности.

И одна из них – жилищный вопрос. Как студентка я, конечно, сразу стала претендовать на общежитие. По опыту прошлых коротких поездок я знала, что они в Германии вполне приличные: у каждого студента своя отдельная комната, кухня на этаже, санузел – как повезет, может и личный быть, и на двенадцать человек. Но в целом немецкие общежития внушали мне доверие. Хочу так жить, претендую. Но я‑то на них претендовала, а они на меня – нет. На первый месяц удалось снять комнату в общежитии у студентки, уехавшей на каникулы. А дальше все – мест нет, вы в листе ожидания, фрау Кариша.

Второй вариант – немецкая общая квартира WG (Wohngemeinschaft). Это когда несколько студентов снимают большую квартиру, где комната у каждого своя, остальная площадь – общая. Тоже принцип общежития, только чуть подороже и, возможно, комфортнее. Мне такой вариант тоже нравился – язык быстрее выучу, с немцами подружусь, стану своей, никто и не отличит от немки. Я всегда была жадной до жизни и эмоций. Отправила заявки на все объявления в Гамбурге. Сижу, жду. Пригласили посмотреть одну комнату в квартире, там уже жили трое немецких ребят, что‑то про борщ пошутили, честно сказали, что им лень меня немецкому учить и на английском говорить – тоже лень. Не взяли.

Еще было приглашение от веганского WG, но там я тоже не особо ко двору была. И ребята из нудистского WG очень звали, но каждый день лицезреть чьи‑то колокольчики да ромашки мне не захотелось.

Ситуация становилась напряженной, и тут мне попалась комната в каком‑то частном общежитии. С легкой плесенью, в очень отдаленном районе города и с хитрой хозяйкой-иранкой по фамилии Наврот. Беру! Я как раз будто бы такую и ждала. На самом деле нет, но искать больше времени у меня не было. Так, с плесенью и дамой Наврот, мы прожили вместе три месяца – до того, как мне предложили общежитие от университета. Новое, сверкающее, только от застройщика и в самом центре города. С электронным ключом и студенческим баром на первом этаже. Мечты сбываются! Только не у фрау Наврот. Фамилию же оценили? Отпускать она меня не захотела. Точнее, мою квартплату. Вот тут я и столкнулась впервые с тем, что в Германии жизненно необходимо знать свои права. Я свои тогда не знала и платила две аренды следующие три месяца. А еще постоянно получала угрозы от моей иранской хозяйки, что она меня и из страны выгонит, и университета лишит, и в полицию на меня заявит, и нигде мне больше жизни не будет. Вот такие они, могущественные иранские заведующие общежитием. Что нет, я узнала позже, но пусть эта история имеет место быть. Ведь именно такие люди и события формируют характер.

Думаю, уже вполне ожидаемо, что и мое финансовое положение после переезда не цвело розами и не пахло ландышами. У учебы в Германии есть один бесспорный плюс – она бесплатная. Почти бесплатная. Есть только небольшой семестровый сбор, за который дают проездной по городу, а иногда и на весь регион, льготное питание в столовой, право пользоваться университетским общежитием и библиотекой. Размер такого сбора каждый университет устанавливает сам. Кому‑то и 100 евро достаточно, а другим – таблеток от жадности и 1500 евро подавай. У меня было 350 евро в семестр. И на этом все.

Платить больше ничего никому не нужно. Только чтобы приехать в Германию по учебной визе, нужно доказать, что ты не гладиолус, а уважаемый взрослый человек. Или ребенок взрослого и хорошо зарабатывающего человека. Доказать легко – просто показать на счете восемь тысяч евро. Ах, какая мелочь, ни разу не подумала я, дочь обычного инженера и такой же обычной экономистки. Но то, что для нас – ого-го, для Германии – небольшая сумма, всего каких‑то ежемесячных 670 евро. Это тот самый базисный базис и минимальный минимум, на который, как посчитали немцы в 2012 году, студент может жить и не тужить и главное – не ходить по фондам и ничего ни у кого не просить на свое содержание.

В итоге нужно было иметь сумму для оплаты семестрового сбора и деньги на проживание на год вперед. Это как раз те самые восемь тысяч евро, которые я бережно транспортировала в лифчике. Сначала их нужно было показать в московском посольстве на российском счете, а по приезде положить в немецкий банк на блокированный счет.

Блокированный счет – это отдельный вид удовольствия. Его придумали, чтобы студенты сразу не потратили все эти деньжищи и чтобы исключить возможность махинаций со стороны самых хитрых. То есть кладешь на счет всю сумму сразу, банк ее блокирует и выдает в месяц ровно 1/12 (670 евро) и ни центом больше. В красивом и недешевом Гамбурге эта сумма была весьма символична и быстро растворялась в пучине страстей. На одно общежитие у меня уходила ровно половина, еще 80 евро – на обязательное страхование, также нужно было отложить немного на семестровый сбор, и вот осталось евро 200 в лучшем случае. Это и еда, и учебные принадлежности, и одежда. А когда иранка присудила мне двойную арендную плату и вогнала в долги, было решено: нужна подработка.

И вот эта самая чудесная часть немецкого студенчества – возможность работать и самому финансировать свою учебу. По приезде в Германию я сразу решила, что первые полгода на работу не пойду. Нужно адаптироваться к учебе, немецкий улучшить, да и у меня же целых восемь тысяч евро на счету лежит. Ведь на эти огромные деньги я и буду жить, в путешествие отправлюсь, европейскую экономику подниму. В общем, заживем, корову купим.

Примерно к третьему месяцу стало ясно, что моих денег хватает только на то, чтобы положить макароны и кетчуп в продуктовую корзину. А путешествия по Европе мне только снятся. Так я узнала, что многие мои коллеги-студенты работают. Ну и я пойду, немецкий уже вон какой стал – сама себе сосиски покупаю. Первая моя подработка была от университета – далеко ходить я не стала – отправилась на конференцию по альтернативной энергетике. За три дня работы в гардеробе, баре и ассистенткой на лекциях я получила свои первые 220 евро в Германии. Собиралась их прокутить, но потом забыла и просто прожила, на сосиски спустила, чтоб их.

Работать на конференции, конечно, хорошо, но утомительно, поэтому следующий этап – постоянная подработка в офисе. И тут я была полностью очарована количеством вакансий для студентов в Гамбурге. Получалось, что можно было не только учиться, но еще и пару дней в неделю ходить в офис и работать по будущей специальности. Набираться опыта и финансов одновременно. Эта картина мира мне понравилась. Поэтому в следующий семестр я освободила себе два с половиной дня и принялась искать такую работу. Вакансий было много, приглашений на собеседования тоже, подписанных контрактов ровно ноль. Я грешила то на свой немецкий, то на отсутствие немецкого опыта, то просто грешила. Но через три месяца я нашла свою первую настоящую, хоть и студенческую работу на чужбине – студент-ассистент в отдел маркетинга шинной компании. Там в основном работали русские немцы, переселенцы и экспаты, то есть все русскоговорящие. Но я решила, что нужно удовлетворить сначала свои первичные потребности в сосисках, а потом можно уже и языком заняться. Да и платили в этой компании неприлично хорошо – 10 евро в час, а в месяц набегали 720 евро. Так хорошо в Германии я еще не жила! Вот теперь можно и про язык подумать.

Немецкий язык

И тут я решила написать про наши отношения. Про то, как мы впервые встретились и совсем не понравились друг другу, как потом появилась симпатия, переросшая в дружбу, и затем, кажется, и что‑то серьезное промелькнуло между нами. Про наши притирки, разногласия, ссоры и жаркие примирения. Короче, про меня и немецкий язык.

История с немецким началась в мои десять лет, когда я перешла в пятый класс и обнаружила, что теперь два раза в неделю утром мне будут говорить «гутен морген». Ну что ж, пусть будет так, никто не обещал, что жизнь – это легко. Здесь мы с моим немецким прошли рука об руку семь лет, я даже научилась читать и писать и заработала «отлично» в аттестат. На этом, пожалуй, разойдемся, решила я. К чему эти бессмысленные затянутые отношения. Но ему, хитрюге, удалось проскользнуть за мной в университет. Специальность у меня была «мировая экономика», нужен был второй иностранный язык. И вот уже «гутен морген» мне говорили трижды в неделю. И хотя язык я учила долго, тексты экономические переводила, читала статьи из журналов, немецкий лучше знать я не стала. Потому что: а) в обучении был упор на письменной части, а не на устной; б) язык не очень‑то мне нравился. Однако тут случилась та самая судьбоносная поездка в Германию, и я поняла: немецкий, а ты ничего, давай дружить! Ну и так как план по взятию немецкого университета в плен уже зрел, то перед отъездом я еще год занималась с репетитором. Сдала языковой экзамен на все четверки и отчалила в Германию.

Там‑то я и поняла, что знаю формы всех прошедших времен – хоть во сне разбуди, расскажу. И что девочка в немецком среднего рода, а молоко – женского. Еще могу прочитать «Лорелею» Генриха Гейне наизусть. А вот заказать шницель – не могу. Спросить, где библиотека, тоже страшно. Или купить сим-карту – только на английском. К счастью, моя магистерская программа как раз и предполагала, что мы, мягко говоря, не гении в немецком языке (только в английском немного). Поэтому первый год нам давался на совершенствование языка, предлагались языковые курсы и все лекции только на английском. Но мне хотелось всего и сразу, поэтому я пошла еще на дополнительные курсы в языковую школу.

Там я узнала, что таких негениев, как я, хватает и в других сферах, многие из них уже работают. А главный секрет успеха – это отпустить страх сделать ошибку, ну и бокальчик вина в руке. Так первые полгода я и учила язык.

А затем настало время выхода из зоны комфорта на безалкогольной основе – поиск работы. На собеседованиях я пошла во все тяжкие – делала ошибки, разговаривала, и снова делала ошибки, и снова говорила. Со временем ошибок стало меньше, а удовольствие от языка и осознание, что я могу на одном дыхании сказать Geschwindigkeitsbegrenzung (ограничение скорости), взяли верх.

Первая моя работа, а точнее, практика, полностью на немецком, с немцами была в компании «Lufthansa». Да, той самой. Это место мне досталось вполне случайно и после работы в русскоязычной фирме. Именно поэтому мой немецкий оставлял желать лучшего. Коллеги это понимали, но упорно не переходили на английский. И мучили меня своим языком Гете. А больше всех мучил мой куратор практики. Кажется, он тогда решил: а что, если научить эту русскую хорошему немецкому? Поэтому у нас с ним сложился такой негласный ритуал: каждое утро он заходил ко мне в кабинет (да, у меня был кабинет), брал стул, садился рядом, и мы разговаривали. Просто разговаривали обо всем на свете. Сначала я изображала верного молчаливого пса – кивала, улыбалась, делала удивленные глаза там, где нужно, и не произносила ни слова. Потом я стала робко бросать односложные фразы. Потом уже и не робко. А к концу практики у нас сложился вполне приличный диалог на равных. Поэтому херр Берн стал моим проводником в светлый мир немецкого без страха, стыда и ошибок. Почти без ошибок.

На сегодняшний день ситуация следующая: сказать могу все, что хочу, понимаю все, знаю бизнес-немецкий и как зовут героев детских сказок. А вот артикли, бывает, путаю, пословиц знаю мало, ругаюсь на русском. Но главное – язык стал не целью, а средством коммуникации.

Бывают ли курьезы из-за языка? Конечно, но и у них есть свой шарм. Так, однажды в магазине нижнего белья я не поняла, чего хотела консультантка, и случайно показала ей (к счастью, это была девушка!) свою грудь. Очаровательно же? Да!

Или как‑то мы с подругами купили двадцать килограммов бананов. Очень случайно и вкусно, но очень непрактично.

Раздали всем соседям, испекли банановый хлеб, банановый пирог, банановые чипсы, банановое печенье и банановые чебуреки. Сил не было видеть эти бананы, но зато на таком банановом фоне решили взяться за свой немецкий, чтобы впредь понимать, что предлагают. А самые курьезные случаи происходят с ударением в немецких словах и с мужем. Мужа я не ударяю. Только слова произношу так, что по прошествии семи лет он все еще помнит и хихикает.

Но иногда и сам язык подставляет подножки. Как‑то я оказалась на детской площадке с дочерью и несколькими немецкими мамами. Семь лет в Германии, немецкий диплом, карьера в фирмах, мать, наконец, – все ходы просчитаны, вероятность сесть в лужу стремится к нулю, думала я. Но нет, тут мимо пробегает собачка, и я кричу своему ребенку: «Дас ист ав-ав!» (Это ав-ав, то есть собака).

Немецкие мамы переглянулись, на их лицах было написано: «Кто ее вообще сюда пустил». Так за милой объяснительной беседой мы выяснили, что высшее образование и курс бизнес-немецкого бесполезны в вопросе бытовых тем. Животные на немецком говорят совсем на другом языке – зверином немецком. Надеюсь, его скоро тоже будут преподавать в университетах, чтобы образованные люди не позорились, как я тогда.

Итак, немецкая собака говорит «вау-вау» (удивляется, может, чему‑то), а кошка – «мьяу-мьяу» (просто у нее легкий немецкий акцент). Немецкие курица и петух тоже ушли недалеко со своими «гаак-гаак» и «кике-рике». Но самую свинью подкладывает свинья со своим немецким «оиньк-оиньк». Считаю, в университете должен быть отдельный предмет – свинофонетика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.