Anastasia Samaeli
Детка, мы прокляты

Глава 1

Макс

Окончив самый престижный университет Великобритании, я вернулся в родной Лос-Анджелес. Наивно пологая, что моя веселая жизнь только начинается, улыбнулся, выходя из такси. Как же давно я не был дома. Современный особняк встречал меня полнейшей иллюминацией. В панорамных окнах можно было различить снующих по дому людей.

Дойдя до заднего двора, достал из кармана сигареты и прошел в беседку. Все было так же, как тогда, когда я уехал в Оксфорд. Аккуратно подстриженные кусты. Яркие цветы, что росли по бокам импровизированной аллеи, вымощенной серой брусчаткой.

В воздухе пахло свежестью и хлорированной водой из огромного бассейна. А еще в нем витал чудесный аромат такой долгожданной свободы.

В беседке стоял стеклянный круглый стол и плетеная садовая мебель. Несколько тусклых фонарей освещали двор, создавая волшебную атмосферу.

Милый дом. Как же мне тебя не хватало. В кармане узких синих джинсов завибрировал телефон. Хмыкнул, пытаясь достать надоедливый гаджет. Взглянув на экран, широко улыбнулся и принял вызов.

– Привет, Макс. Ты уже приземлился? – словно кошка промурлыкала Марси.

Девушка, что ждала моего возвращения, словно от меня зависела ее жизнь. Миловидная брюнетка что-то щебетала в трубку, заставляя улыбнуться. Мы познакомились два года назад, когда девушка с родителями приехала в Лондон на Рождество.

– Только вошел во двор, – ответил девушке, сжимая в руке смартфон. – Хотел немного посидеть в тишине.

– Прости, если помешала. Позвони, как только устанешь от тишины, ладно? – голос девчонки звучал как звонкий колокольчик.

Я сбросил вызов, даже не попрощавшись. Марси была отличной девушкой, и возможно, однажды я все же решусь сделать ей предложение.

Она была милой и ненавязчивой. Если я говорил, что устал, она тут же замолкала. Редкое качество для девушки.

Тяжело вздохнув, оглядел глазами разноцветные огоньки, что висели по краям белой крыши любимой беседки. И, закинув на плечо дорожную сумку, пошагал по брусчатке к главному входу.

Рука зависла в воздухе. Я не решался позвонить, словно боялся, что мне откроют чужие люди. Но дверь распахнулась, и мне на встречу вышел отец.

– Долго собираешься стоять на пороге? Ну, иди же сюда, оболтус.

Отец обнял меня и несколько раз хорошенько стукнул по спине.

– Как узнал, что я здесь?

– Новые технологии, мой мальчик, – деловито ответил отец, подняв вверх указательный палец. – По всему двору понатыкали камеры слежения.

– Безопасность прежде всего? – хмыкнул, проходя в огромный холл.

Мимо пробежали две девушки в форме горничных и, увидев меня, глупо засмеялись. Одна покраснела и шепнула что-то на ухо второй. Новенькие. Главное, чтобы приставать не начали.

– Камеры и прочая ерунда, твоя идея? – глядя в глаза отца, слегка скривился.

– Нет. Это мама, – старик развел руками.

– Боится, что у нее украдут садовую мебель и лопату? – засмеялся я.

– Не исключено, – отец был серьезен. – В городе полно бандитских группировок.

Мечтательно закатив глаза, прикусил губу и рассмеялся.

– Не думаю, что их интересует наш особняк.

– Кто знает? – пожал плечами отец и улыбнулся, увидев бегущую мне навстречу мать.

– Ну, здравствуй, Максимилиан. Как же сильно я скучала, – мать обняла меня и резко отстранилась. – Ну-ка, повернись? Дай мне разглядеть тебя хорошенько. Красавец. Возмужал. Можно прямо сейчас под венец.

Причитала мама, сложив ладони.

С детства не любил свое имя. Максимилиан Чейз. Сын владельца престижной нефтяной компании. Именно потому меня заставили учиться в Оксфорде. Дабы я смог получить отличное образование и стать настоящей акулой нефтяного бизнеса. И, естественно, я хотел чего-то другого. Но наша семья была знаменитой в светских кругах, и потому я был просто обязан однажды взять в руки бразды правления отцовской компанией.

Поцеловав маму, я поднялся на второй этаж, внимательно разглядывая обстановку дома. Интересно. Сколько раз за время моего отсутствия в доме менялся интерьер? Мама была помешана на моде. Во всем. Будь то обстановка особняка, одежда или цветы на заднем дворе.

Особой фантазией она не отличалась и постоянно повторяла за подругами. Если у семейства Гордон есть садовая мебель серого цвета, значит, у нас должна быть такая же, но лучше и дороже.

И в этом вся Камилла Чейз. Моя мать. Я был уверен, что камеры в саду она тоже увидела на одном из светских раутов. Снисходительно улыбнувшись, махнул рукой родителям.

– Ма. А моя комната все там же? Или твоя рука коснулась и ее тоже?

Я многозначительно обвел взглядом гостиную, выполненную в светло-зеленых тонах.

– Я лишь немного прибралась в ней перед твоим приездом, – мать невинно хлопала ресницами. – Но все осталось на своих местах.

– И на том спасибо, – кивнул и театрально поклонился. – Я, пожалуй, пойду к себе, если вы не против.

Отец мельком взглянул на маму и, кажется, побледнел.

– У меня к тебе очень серьезный разговор, сын, – странно растягивая слова, заговорил он. – Пойдем. Это не терпит отлагательств. И чем скорее ты узнаешь, тем лучше для всех.

– Ладно, – пожал плечами я и пошел по коридору, осторожно ступая по бежевой ковровой дорожке.

В комнате действительно было все как прежде. Темная дубовая кровать, застеленная черным постельным бельем. Письменный стол и стопка журналов. Полки с маленькими моделями автомобилей, которые я собирал, еще будучи мальчишкой.

На двери баскетбольное кольцо. Комната типичного подростка, каким я более не являлся. Но она была уютной, как кашемировый джемпер, и теплой, как чай с палочками корицы.

Сняв кроссовки, я завалился на застеленную кровать, широко раскинув руки.

– Милый дом. Как же я скучал по твоему величию и бесконечной суете прислуги, – тихо засмеялся и услышал стук в дверь. – Входи, папа!

Отец открыл скрипучую дверь, которую не мешало бы смазать, и, войдя в спальню, присел на край кровати. Губы вытянуты бледной ниткой. Глаза бегают. А на лбу выступили бисеринки пота. Он явно нервничал, не решаясь начать разговор.

– Папа, я не узнаю тебя. Что-то случилось? Проблемы на работе? Или у тебя любовница? – засмеялся, закидывая руки за голову.

– Побойся, Бога, Макс. Ерунду говоришь. Дело не в этом, – голос отца дрогнул.

Он нервно теребил руками край вязаного свитера с широким воротником.

– В общем, я буду краток. Через месяц ты женишься! – выпалил отец и, встав с кровати, отошел к двери.

– Прости, я не расслышал, – показалось, что из легких выкачали весь кислород. – Через месяц, я что?

Прищурился, глядя на отца, и медленно поднялся с кровати. Я молился всем Богам, чтобы это было шуткой.

Но, увы. Отец говорил серьезно.

– Ты отлично знаешь, что в нашей семье так принято. Брак по расчету даст нам возможность увеличить капитал вдвое, – отец сложил руки на груди, гордо вскинув подбородок. – Плюс слияние двух компаний станет огромным прорывом для нас.

Задыхаясь от возмущения, схватил с пола баскетбольный мяч и бросил его в кольцо. Он попал в цель, но оттолкнувшись от пола, ударил в голову отца, сбив старика с ног.

– Прости. За мяч и за то, что я скажу сейчас. Я не средство для достижения каких-либо целей. Я твой сын, черт возьми. Папа. Я не хочу жениться в принципе. А если и решусь на сей отчаянный шаг, то никак не по расчету.

– Тебе придется, Макс, – хитро улыбнулся родитель. – Иначе я оставлю тебя без денег, и ты не сможешь содержать свой клуб для избранных.

Услышав о клубе, я вздрогнул.

– Нет. Ты этого не сделаешь. Ты же знаешь, как он важен для меня.

– Значит, ты сделаешь все, чтобы его сохранить, – голос отца стал веселее.

– Но у меня есть девушка, – пытался отбиться я, используя бессмысленный аргумент.

– И что? Встречайся на здоровье с кем хочешь, – безразлично ответил отец, расхаживая по комнате. – Но женишься ты на дочери моего партнера. Александра милейшее создание. Умница, красавица. Девочка только что окончила школу. Любит стихи и животных.

– Мило! – заорал я. – И на кой хрен, мне такая скучная жена?

Я отлично понимал, что, в конце концов, я буду вынужден жениться на этой любительнице животных. Тяжело сглотнув, сел на кровать и, обхватив руками голову, заорал.

Отец продолжал стоять у двери, скрестив руки на груди. Вот она, плата за то, что родился в богатейшей семье. Отец, дед и прадед – все женились именно по расчету. И я наивно полагал, что меня эта участь обойдет стороной.

– Вот, номер Александры. Отправь ей свое фото. И будь добр, не опаздывай к ужину. Мама не любит этого, – сказал папа, показывая мне, что разговор окончен.

Он оставил лист бумаги на моем столе и вышел, громко хлопнув дверью.

Ладно, мелкая заучка. Сейчас я отправлю тебе такое фото, что ты сбежишь на край географии и будешь читать свои стихи, где-нибудь в джунглях.

Схватив телефон, сделал селфи и поиграл с изображением. С экрана на меня смотрел жирный тип с недоразвитой улыбкой. Забив номер девчонки в телефонную книгу, скинул ей "милое" фото и с довольным лицом улегся на кровать. Хотелось бы увидеть, как вытянется рожа незнакомой малявки, что должна стать моей женой. Спустя три минуты пришел ответ. Открыв файл с изображением, я уронил телефон и громко заорал:

– Аааааааа! Папааааа! Я не женюсь на этом гремлине!

Глава 2

Алекс

– Драйв, ко мне! Ну же, догоняй! – весело смеялась я, убегая по парку от огромного черного добермана.

Каждый вечер я водила его на прогулку в это место. Это был даже не парк, а скорее небольшой лес, искусственно засаженный городским муниципалитетом.

Находился он совсем рядом с нашим особняком и привлекал меня своим величием и запахом свежей хвои. Особо остро он ощущался после дождя. Но сейчас июнь и дождей не предвидится.

Здесь можно было встретить разную публику. Молодые влюбленные предпочитали скрываться за колючими кустарниками у искусственного водоема. Расстилая покрывала, они самозабвенно целовались и кормили друг друга фруктами. Однажды я встретила такую пару. Девушка так жадно целовала парня, что на секунду показалось, что она откусит ему голову и, не прожевывая, проглотит. Фу. Мерзость.

В беседке, чуть подальше от шоссе стояло некое подобие игорного стола. Пожилые леди и их спутники играли в карты и домино.

Здесь даже имелась площадка для мини-гольфа.

По утрам пустые тропинки осаждали подкаченные парни в обтягивающих трико и мокрых от пота футболках. Иногда и я примыкала к их молчаливой компании. Но спорт и я – вещи абсолютно несовместимые.

В школе я постоянно сидела на скамейке запасных, когда девушки играли в волейбол. С группой чирлидеров тоже не вышло. Сделав двойное сальто, я влетела в стену спортзала и разбила голову. На этом мои попытки стать чемпионкой хоть в чем-нибудь прекратились.

Я пыталась рисовать, но выходило жутковато. Потом записалась в школьный хор. Однажды в Сочельник мы выступали перед родителями, и я так орала, что сорвала горло. После чего меня выгнали и оттуда, обозвав канарейкой.

Затем я решила записаться в литературный кружок и даже написала стихотворение, в котором четыре раза употребила слово жопа. В общем, и поэт из меня тоже не получился.

Добежав до водоема, я уселась на траву и уставилась на водную гладь. Вода была почти прозрачной. Было видно, как стайки золотых рыбок забавно носятся друг за другом.

Достав из кармана булку, раскрошила и бросила в воду, наблюдая, как рыбы, открывая рты, хватают крошки. Именно это место я считала своим. Засаженное колючим кустарником, оно было скрыто от прохожих. Я приходила сюда каждый вечер и просто сидела на берегу до тех пор, пока солнце не прятало свои лучи за горизонтом, окрашивая небо в пурпурный цвет.

А еще я любила смотреть на облака. Вальяжно проплывая над головой, они принимали различные формы, давая разгуляться фантазии. Иногда они были похожи на огромные стоги сена, а иногда напоминали резвых коней, что неслись по небу куда-то далеко, распадаясь на кусочки.

Драйв улегся рядом, положив длинную морду мне на колени, и уткнулся мокрым носом в мою руку. Перебирая пальцами блестящую шерсть, я обняла его за толстую шею.

– Приятель, а ты зажрался. Пора сажать тебя на строгую диету.

Пес жалобно заскулил, словно понял каждое слово. Небо стало совсем темным, а над водой появился тонкий серп молодого месяца. Отражаясь на гладкой поверхности, небесный фонарик оставлял красивый серебристый свет. Вокруг стало тихо. Запели свою грустную песню сверчки. Теплый ветерок осторожно трепал мои темные волосы, словно хотел поиграть со мной. Тишина. Вот чего не хватает этому городу.

В кармане зазвенел смартфон. Сейчас он гнусно отбивал аккорды похоронного марша. Эту мерзкую мелодию я установила на звонки от мамы. Потому что каждый раз она звонила, чтобы сказать очередную гадость. Как, например, поход к ее подругам и на светские чаепития в клубе престарелых светских львиц.

Я ненавидела это общество лицемерных теток в дорогущих платьях. Каждая улыбалась, но было хорошо заметно, что это всего лишь притворство.

Достав из кармана сотовый, долго крутила его в руке, дергая головой в такт печальной мелодии. Но мать продолжала трезвонить. Значит, нужно ответить.

– Да, мама. Прости, но я не услышала звонок. Тут так шумно, – солгала я, вслушиваясь в истерический крик.

– Немедленно возвращайся домой, Александра, – мерзко верещала родительница. – У нас с отцом есть к тебе серьезный разговор.

Неохотно поднимаясь на ноги, тяжело вздохнула и провела рукой по испачканным джинсам.

– Драйв. Нам обломали вечерний кайф. Сплошное дерьмо. It's My Life, – пробормотала в рифму и, застегнув поводок на ошейнике друга, потопала домой.

Отец сидел в гостиной, закинув ногу на ногу, и делал вид, что читает газету. И я бы поверила, если бы он перевернул ее правильно. Тихо хмыкнув, отпустила Драйва и вошла.

– О чем вы хотели поговорить? – безразлично задала вопрос, усаживаясь в кресло.

Мать брезгливо осмотрела меня и поморщилась.

– Не понимаю. Почему ты одеваешься как подросток? Тебе восемнадцать. Пора задуматься о своем внешнем виде. Скоро появятся морщины и мешки под глазами, вот тогда попомнишь мои слова! Сотню раз я звала тебя в салон SPA-процедур, но ты не слушаешь!

Схватившись рукой за сердце, мать притворно закатила глаза. Актриса.

– Алекс. Разговор будет коротким, – отозвался отец, отложив газету на идеально чистый журнальный столик. – Ты помнишь моего партнера по бизнесу?

– Какого из них? – уставилась на отца, не понимая, какое я имею отношение к семейному делу.

– Чейз. Майкл и Камилла – милая семейная пара, что не так давно присоединялась к нам за ужином.

Я медленно кивнула, пытаясь вспомнить, о ком он говорит. К нам постоянно приходили его деловые партнеры, уважаемые клиенты и просто богатые люди. Чаще всего меня им даже не представляли, и потому я не знала их имен. Но сейчас важно было совсем не это. Я хотела знать, что связывает меня с четой Чейз.

– Так что с ними, пап?

– Вернулся их сын. Парню двадцать два года. Он умен, красив и ищет невесту.

Волосы на затылке странно зашевелились. Ох, не нравится мне это. Очень не нравится.

– А я при чем?

– А ты, моя дорогая, станешь его женой через месяц.

Брови взлетели вверх, а глаза грозились выпасть из глазниц.

– Я стану кем? Ты с ума сошел? Я только что закончила школу. Я даже не получила ответа из колледжей, куда отправляла свои оценки. И вообще. Я не хочу замуж в принципе!

Топнула ногой, подперев руками бока.

– Женщине не обязательно получать образование. Тем более тебе. Ты обеспечена до конца дней, но при условии, что станешь послушно выполнять мою волю.

– Мы что, переместились в Средневековье? Это сексизм! Насилие над личностью! Семейное рабство! Унижение достоинства, в конце концов! – орала я, отлично понимая, что все уже давно за меня решили.

Оставалось лишь молиться, чтобы этот парень был красавчиком атлетического телосложения.

Забежав в спальню, я упала на кровать и зарыдала. Старый козел, которого я зову отцом, испортил мне жизнь. Для того, чтобы мое семейство обзавелось несколькими лишними миллионами, я должна отдать себя в лапы неизвестно кому.

Дверь скрипнула, и в комнату вошла мать. Виляя бедрами, она медленно подкралась и села на край кровати. Следом зашел отец.

– Я дал Майклу номер твоего мобильного. Его сын пришлет тебе свое фото, – твердым голосом провозгласил мой папа. – Этого вполне достаточно. Отправишь ему свое. И выбери что-нибудь достойное.

– Например, фотографии с выпускного. Ты такая миленькая в этом откровенном платье. Парень будет в восторге! – пропела мама, мечтательно закатив глаза.

Телефон хрюкнул, оповещая о входящем сообщении. Я открыла файл, побледнела и, кажется, лишилась дара речи. С экрана на меня смотрел жирный дебил, улыбающийся во весь свой отвратительный рот.

Залезла в интернет и скачала фото какой-то любительницы панк-рока с ирокезом и пирсингом на всем ужасном лице. Получай, кабан! Отправив картинку, я показала матери своего суженного.

Лицо родительницы приняло неестественно пепельный оттенок.

– Милый, ты давно видел Максимилиана? – хлопая накладными ресницами, спросила мать.

Отец взглянул на фото и попятился. Видимо, давно.

– Максимилиан? Вы серьезно? Этого веселого поросенка зовут Максимилиан? Господи! За какие грехиииии! – голосила я, упав на кровать.

Мать легонько коснулась моего плеча.

– А по-моему, он весьма привлекателен.

– Правда? – сжав кулак, замахнулась. – Он нас всех сожрет! А когда с нами будет покончено, начнет жевать мебель и стены!

– В каждом человеке есть изюминка, Алекс, – тихо сказал отец и скрылся за дверью.

– О да! У этого свинорыла этих изюминок целых три! Это три его подбородка! – продолжала орать и, стянув с ноги кроссовок, запустила в отца. Но он успел спрятаться.

Мать погладила мои волосы и воровато оглянулась. Убедившись, что отца нет поблизости, она заговорщически прошептала:

– Совсем не обязательно с ним спать. Главное, чтобы вас поженили, а потом хоть трава не расти. Найдешь себе симпатичного парня и гуляй сколько душе угодно.

Встав с кровати, она подмигнула мне и выскользнула за дверь, словно огромная змея в бордовом платье из дорогого бархата.

Интересно, как часто она ходит на сторону, если ее брак с отцом носить чисто формальный характер?

Но ее слова прочно засели в голове.

Нет уж, свинота Максимилиан! Моим первым тебе не стать!

Глава 3

Макс

До самого утра не мог уснуть. В голове звучали слова отца о том, что он лишит меня единственного удовольствия. Клуба, который я организовал для узкого круга друзей. Единственного места, где я чувствовал себя действительно свободным. За четыре года моего отсутствия там многое изменилось. Появились новые лица. Но я продолжал ежемесячно перечислять хорошие суммы на развитие своего тайного убежища.

Отец знал о нем, но, к счастью, не проявлял интереса к моей личной жизни. До сегодняшнего вечера.

В принципе, я с детства знал, что мне предстоит жениться на девчонке из высшего общества. Но я старательно гнал от себя эти мысли на протяжении многих лет.

В выпускном классе встречался с одноклассницей, чья семья была обычной. Они жили в небольшом милом домике, где было всего четыре крохотных комнатки. Но даже тогда я знал, что эти отношения – нечто мимолетное. Хотя красивая девушка мне нравилась. В постели она не уступала порнозвездам и всегда была готова открыть для меня свои жаркие и такие необходимые объятья.

Но, уехав в Лондон, я прекратил общение, предложив остаться друзьями. Ни я, ни она ничего не обещали друг другу. Она звонила иногда. В основном по праздникам, чтобы просто поздравить. Этими звонками все и ограничивалось.

А потом появилась Марси. Она гостила у родственников на Рождественских каникулах и пришла на вечеринку в дом Братства со своей кузиной. Именно там мы и встретились.

Я сразу обратил внимание на жгучую брюнетку. Девушка сидела в дальнем углу комнаты, отрешенно глядя в окно, и совсем не принимала участие во всеобщем веселье. Подошел к ней и протянул стакан с крепким спиртным напитком. Та улыбнулась, и в комнате вдруг стало светлее.

– Я Марси, – смущенно потупив взгляд, почти прошептала красавица.

И лед в моем сердце дал трещину. Она была немного странной и грустной, чем, собственно говоря, и покорила.

Предложил ей сбежать с шумной вечеринки и протянул руку. Краснея, она вложила в нее свою теплую ладошку и снова улыбнулась. Мы гуляли по ночному заснеженному Лондону, кутаясь в теплые куртки. Марси постоянно скользила на обледеневшем асфальте и хваталась за мой воротник.

В тот же день я впервые поцеловал ее. Пухлые губы манили, как магнит. Стоя возле моста, я обхватил руками ее покрасневшее от мороза лицо и заглянул в голубые глаза. Девушка замерла в ожидании.

Снежинки падали на ее волосы, словно маленькие звездочки, и тут же таяли, оставляя мокрые холодные капельки. Атмосфера праздника витала в воздухе, и все вокруг как будто замерло.

Лишь редкие прохожие, что торопились поскорее добраться до дома, нарушали чарующую тишину. Я растворился в завораживающем моменте. Заблудился и утонул в глубине этих глаз.

Возможно, и не было никакого притяжения. Быть может, выпитый до этого алкоголь дал о себе знать, но я хотел ее. Осторожно приблизившись к бледному лицу, я коснулся губами ее красивой скулы. Она прикусила губу и запустила тонкие пальцы в мои волосы. Дыхание стало тяжелым. Сердце бешено колотилось о грудную клетку. Обхватив ладонью затылок девушки, накрыл милый ротик грубым и настойчивым поцелуем. Сначала она попыталась оттолкнуть, но тут же сдалась во власть волшебных ощущений. Мы целовались так отчаянно, словно это было чем-то очень важным.

Казалось, что если я сейчас остановлюсь, то мое сердце разорвется на мелкие кусочки. Она нервно сглатывала, принимая мои смелые и даже немного грубые ласки.

Мы провели вместе ночь. Но утром, когда я увидел ее в своей постели, почувствовал неприятное разочарование. Не знаю почему. Но то, что происходило ночью при свете дня, не вызывало такой бури эмоций. Я впервые пожалел о том, что сделал.

Это был наш единственный раз. После этого она часто звонила, и мы подолгу говорили. Я не любил ее, но и не мог сказать, что совсем не испытывал к ней чувств.

***

Вернувшись в реальность, тряхнул головой, пытаясь выбросить из нее образ брюнетки. Мысли о друзьях и "призрачной" свободе не могли стереть из памяти образ тролля с пирсингом в губе. Умница и красавица Александра была страшнее самой темной ночи. И с этим вот убожеством мне предстоит пойти под венец.

Когда первые лучи солнца лениво показались из-за горизонта, я сжал в руках подушку и провалился в цепкие объятия Морфея.

Мне снилось, что стою я на белой ковровой дорожке совершенно один, в смокинге и белой рубашке. Кроваво-красная роза торчит из кармана. Вокруг неестественно тихо. За спиной шумит океан. Волны нашептывают чарующие истории, и соленые брызги попадают на лицо, стекая тонкими струйками по гладко выбритым щекам. Я немного дрожу и смотрю куда-то вдаль. Птицы поют так нежно и красиво, словно я попал в волшебную сказку.

И вдруг небо становится черным. Ветер воет так громко, словно сотни волков собрались на берегу. Роза выпадает из кармана и, медленно падая на белый ковролин, разбивается на сотни осколков. Будто она изо льда или стекла. А на ее месте разливается красная жидкость. С неба падают желтые листья. Они кружатся и образуют огромную воронку, из которой выходит страшное чудовище, лишь отдаленно напоминающее девушку.

Черное свадебное платье и фата, что закрывает лицо монстра. Я хочу бежать, но ноги будто приросли к земле. Монстр не идет. Он парит над землей, точно призрак. И когда он приближается все ближе, я в ужасе закрываю глаза.

– Открой глаза, мой милый, – страшным голосом шипит чудище.

Я медленно подчиняюсь и вижу перед собой девушку с фото. Она смеется и тянется ко мне за поцелуем. Я пытаюсь отбиться от нее свадебным букетом, что непонятно каким образом оказался в моей руке. Невеста клацает огромными зубами и смеется.

– Ха-ха-ха! Тебе не уйти от меня. Мы одно целое, Макс, – хрипло насмехается и впивается в мой приоткрытый рот поцелуем.

Волны ударяются о скалы, и снова крупные капли попадают на мое лицо.

– По-мо-ги-те! – кричу я, но голос слишком слабый.

И когда гремлин хватает меня когтистыми лапами, я просыпаюсь.

– Твою мать! Нет! Я придумаю что-нибудь, но свадьбы не будет. Я уничтожу тебя, маленькая уродина, – прошептал, поднимаясь с кровати.

На лице действительно остались мокрые соленые дорожки. Только это не воды океана. От страха я просто плакал во сне.

Выглянул в окно. На улице уже стемнело. Значит, проспал я целый день.

Зашел в душевую и попытался выровнять сбившееся дыхание после страшного сна. Теплая вода нежно касалась кожи. Мышцы расслаблялись. Закрыл глаза. А вдруг девчонка не такая? Что, если и она прислала фото пострашнее, чтобы отшить меня? Ведь я отправил ей жутковатого кабана.

Не важно, как она выглядит. Само осознание того, что я должен на ней жениться, разрывало на части. И оставался лишь месяц, чтобы насладится такой необходимой свободой. Возможно, мне удастся увидеть эту девушку раньше. Уверен, что и она не в восторге от таких перемен. Тем более, что ей всего-то восемнадцать.

Вышел из душа и надел спортивный костюм. Сейчас я хотел лишь одного. Отправиться в клуб. А еще предстоял неприятный и даже болезненный разговор с милой Марси. Не хочу давать ей надежду. Не хочу мучить. Она должна знать правду.

Выбежал из комнаты и сразу же наткнулся на мать.

– Выспался? – мило улыбнулась мама. – Ты уходишь?

– Таков был план. Хочу встретиться с друзьями. Я не видел их четыре года. И, судя по всему, скоро вообще не увижу! – резко ответил и, сложив руки на груди, уставился на мать, ожидая истерического припадка.

– Ладно, – спокойно ответила мама. – Сходи, развейся.

Да ладно! С чего бы ей так быстро соглашаться?

– В чем подвох, мама?

– Я хотела, чтобы ты отправил Александре что-нибудь в подарок, – невинно моргая ресницами, мама ударила в ладоши. – Девушки любят знаки внимания. Я подумала, может, подарим ей дорогое колье?

– А можно я сам решу, что подарить моей очаровательной невесте? – громко заорал, сжимая кулаки. – Кстати. Ты хоть раз ее видела? Какая она?

– Я не помню, если честно, – пожала плечами мать. – Видела ее мельком. Но она показалась мне милой и какой-то одинокой, что ли.

– Еще бы! – злорадно рассмеялся. – С таким лицом как у нее, одиночество должно быть ее вечным спутником.

Протянул маме телефон и показал снимок.

Мать побледнела и сжалась в комок, разглядывая страшилище, что смотрело на нее с экрана.

– Возможно, так она самовыражается? – голос матери слегка дрогнул. – Но если снять с нее все эти железки, вымыть лицо и причесать, то она будет довольно милой.

– Я предлагаю ее сжечь, как ведьму на костре, – продолжал зловеще хохотать. – И устроить вокруг пожарища ритуальные танцы с барабанами, – выпалил я и, забрав у матери смартфон, выбежал из дома.

Будет тебе подарок, чудище размалеванное. После разговора с матерью я был уверен, что Гремлин прислал мне реальное фото.

Вышел на улицу и вдохнул слегка прохладный июньский воздух.

Лос-Анджелес. Город тысячи огней. Город, где никогда не спят.

По дороге заглянул в букинистическую лавку. Купил огромную книгу рецептов и открытку с видом какого-то леса. Нужно держать марку. Раз я жиртрест, пусть так и останется. Это война, черт возьми. А на войне все средства хороши. Как и в любви.

Весело шагая по улице, заметил небольшую церквушку.

Через пятнадцать минут я вышел оттуда с огромным деревянным крестом. Достав из кармана джинсов шариковую ручку, которую носил с собой по привычке, сел на скамью у парка и подписал открытку. Всего два слова: "Изыди, нечисть".

После чего, довольно потирая руки, набрал номер матери и, узнав адрес своей страшной невесты, отправил ей свои подарки на такси. Причем сложил это в красивую коробку, завязав черным бантиком.

Игра началась!

Глава 4

Алекс

Схватив поводок, громко позвала Драйва и выбежала на улицу. Плевать на то, что глубокая ночь. Не важно, что ужасно боюсь темноты. Любимый лес сейчас казался страшным. Где-то ухнула сова, и сверчки старались перекричать друг друга. Кусты напоминали страшных монстров, а огромные деревья – великанов. Такие большие, что их стволы врезались в ночное небо, усыпанное звездами, и скрывались далеко за пушистыми облаками. Тяжело дыша, я озиралась по сторонам, но продолжала идти к водоему. Лишь там я могла успокоиться и немного подумать.

Сев у берега, положила подбородок на согнутые колени. Месяц спрятался за тучкой, и вода казалось черной. Лишь небольшие круги появлялись на гладкой поверхности, увеличиваясь и растворяясь.

Кусты зашевелились. Драйв оскалился. Гладкая шерсть огромного пса встала дыбом. Он пригнулся, готовясь к прыжку. Медленно отталкиваясь ногами о рыхлую почву, я двигалась к собаке. Послышалось чавканье. И вдруг из-за веток показался огромный пятак. И через секунду из кустов вышла жирная дикая свинья.

– Хр-хр-хр, – послышался мерзкий звук.

Кабан заметил меня, и показалось, что он улыбнулся.

– Максимилиан, ты ли это? – заорала я, и бросилась бежать.

Я даже не поняла, когда именно успела вскочить на ноги. Сердце бешено стучало о ребра. Дыхание стало тяжелым и прерывистым. Выбежав на пустую тропу, я стартовала в сторону особняка. Драйв визжал, как маленький щенок. Трус! Свинья догоняла и громко хрюкнула.

Заговор! Никогда раньше в этом парке не встречали диких животных. Но мне повезло дважды за сегодняшний день. И оба раза меня преследовали свиньи.

Перепрыгивая через забор, упала на колени и порвала новенькие джинсы.

– Черт! Колено разбила! – пробормотала и, скривив лицо, открыла псу ворота.

Свинья остановилась и посмотрела прямо мне в глаза.

– Хрен тебе! Максимилиан Чейз! – хохотала, глядя на жирного борова.

Забежав домой, съехала по стене на пол и тихо заплакала. Неужели меня так сильно напугало фото? Я уже не была уверена в том, что кабан был настоящим. Но в тот же момент во дворе соседнего особняка кто-то заорал.

Я выбежала на задний двор и замерла, глядя через забор на соседскую лужайку. Кабан носился и топтал цветы, а хозяйка дома бегала за ним с лопатой. Господи. Ну что за день такой?

Вернулась в дом и зашла на кухню. Мать сидела в гостиной в вечернем платье. Идиотизм. Она даже в доме наносила на лицо тонну макияжа и надевала платья в пол. Будто кто-то видит.

И такими были многие представительницы местной элиты.

Выпив стакан теплого молока, я пошла к себе и стянула грязные вещи.

Моя спальня была самой уютной комнатой в особняке. Выполнена в бежевых тонах, она казалась нежной и всегда была идеально чистой. Справа письменный стол и макбук, а слева огромный шкаф во всю стену. Чуть подальше от стола стоял белый туалетный столик. И, конечно же, огромная кровать посередине.

Зашла в душ. Наспех помылась и, надев короткий махровый халат цвета спелого персика, села за стол.

Интернет! Вот оно! Я могу найти фото этого Чейза в интернете. Но меня ожидало огромное разочарование. Ни на одном из сайтов я не нашла этого жирдяя. На всех фото были лишь его родители. На одном сайте я даже нашла его комнату. Но самого Максимилиана словно не существовало.

В принципе, как и меня. Я не пользовалась социальными сетями и никогда не участвовала в семейных фотосессиях. Отец объяснял, что это вынужденная мера для моей же безопасности. И в чем-то он был прав.

Буквально два года назад произошла одна страшная история с дочерью одного из отцовских деловых партнеров. Девушка выставила снимки на один из сайтов знакомств. Познакомилась с кем-то, после чего исчезла.

Через месяц с ее отцом связались неизвестные, требуя многомиллионный выкуп.

Девушка вернулась домой и по сей день боится покинуть свою комнату. После этого все богатые дети убрали свои фото и больше не "светились".

Хотя глупость редкая. Захотят меня похитить, им не нужны будут снимки. Достаточно просто проследить за домом. Но родительские приказы я всегда выполняла, какими бы абсурдными они не казались. И лишь сейчас мне захотелось наплевать на все и сбежать.

До утра не могла уснуть. Перед глазами постоянно маячило лицо свинорыла Чейза. На секунду представила, что он лежит рядом и поежилась. Отвратительно! А ведь женитьба – это не только торжество. Это первая брачная ночь. И вторая, и тридцать пятая, черт возьми.

И каждую ночь это сальное рыло будет лапать меня своими пухлыми пальцами. И придется терпеть тошнотворные ласки.

Да я не целовалась ни разу! А теперь мои чувственные губы будет терзать этот хряк весельчак.

В итоге я так и не уснула. Тихо лежала в постели и скулила, как побитая собака.

Утром позвонила подруге, с которой училась в одном классе. После выпускного прошло пару недель, но я соскучилась по взбалмошной девчонке.

Блондинка, что выкрасила волосы в розовый цвет и ярко красилась, очень не нравилась моей чопорной и напыщенной матери. Но других подруг у меня не было.

– Привет. Я разбудила тебя? – дрожащим голосом задала вопрос.

– Нет. Я только что вернулась домой, – лениво растягивая слова, ответила Надин и громко рассмеялась.

– Где была?

– В одном потрясающем месте. Но никому, ладно? – заговорщически прошептала Надин. – Местечко секретное. Публика там не стандартная. Слыхала об уличных бандах? Таких несколько. Есть одна самая крутая. Называется "Проклятые".

– А это не опасно? – с интересом спросила, закусив губу.

– Для меня нет, – фыркнула подруга. – Я же говорю. Это клуб для особой публики. Богатеньких девочек и мальчиков туда не пускают.

Но мне прямо сейчас захотелось туда попасть и увидеть совершенно другую сторону жизни. Как говорил отец, ее паршивую изнанку. Сжимая кулаки, я приняла решение попасть туда, чего бы мне это не стоило.

– Надин. А возьми меня с собой в следующий раз, – чуть не плача попросила девушку. – Пожааааалуйста. Никто не узнает, что я представительница "золотой молодежи".

Подруга помолчала несколько минут, но потом, тихонько засмеявшись, спросила:

– Что должно произойти, чтобы Александра Янг решилась на столь отчаянный поступок?

– Приходи, расскажу!

Я снова заплакала. Надин пообещала прийти вечером и сбросила вызов.

Немного почитав любимый роман, я все-таки уснула. И приснилось мне нечто ужасное.

Стою я на белой ковровой дорожке в свадебном платье. Вокруг ни души. Нервно сжимаю в руках свадебный букет, состоящий из черных роз. Нервничаю. Ноги дрожат, и я пытаюсь не упасть. Золотые рыбки подпрыгивают в искусственном водоеме и плюются прозрачной водой.

И вдруг из-за куста выходит дикий кабан в галстуке – бабочке. Пятак начищен до блеска. Он виляет жирным задом с забавным скрюченным хвостом и говорит страшным человеческим голосом:

– Теперь ты моя, Александра!

Я бью борова букетом, но его пятак утыкается мне в бедро. Свинья жрет кружево чулок и отвратительно чавкает.

– Моя! Хр-хр! Теперь ты будешь такой, как я, – улыбнулся дикий вепрь.

– Говорящая свинья! – ору я, и просыпаюсь от того, что кто-то трясет меня за плечо.

Открываю глаза и вижу мать.

– Свинья сожрала мои чулки, – тихо всхлипнула, закрыв лицо ладонями.

– Ой, предсвадебная лихорадка. Это так мило, – сложив руки, словно для молитвы, мурчала мать.

Какая лихорадка? Что в этом милого? Вот если бы я выходила замуж по огромной любви, тогда бы это было мило. Сейчас гнусно и мерзко.

Мать протянула мне красивую коробку и, махнув рукой, вышла за дверь.

Развязав черный бантик, я достала кулинарную книгу и крест. На самом дне коробки лежала симпатичная открытка. Красивым почерком аккуратно были выведены всего два слова: "Изыди, нечисть".

Это я нечисть? Да что он себе позволяет? Свинка Пеппа в мужском обличье.

Вскочив с кровати, открыла макбук и нашла сайт продуктового магазина. Заказав пятьдесят упаковок пельменей, узнала у отца адресок Чейза и попросила доставить все это прямо к ним. Но на этом месть была не закончена. Узнав на сайте о том, что могу отправить открытку, попросила написать на ней всего три слова: "Подавись, жирное чмо".

И с довольным видом захлопнула гаджет.

Через час ко мне пришла Надин.

– Ну давай, рассказывай, что стряслось, – с порога выпалила подруга.

Вместо ответа, я протянула ей смартфон со снимком Чейза.

Надин взглянула на фото и засмеялась.

– Это что за свиноподобная очаровашка?

– Мой будущий муж, – спокойно ответила я и ждала реакции.

Подруга всхлипнула.

– Ха-ха-хр! Ха-ха-хр! – ржала она, весело похрюкивая после каждого "Ха". – Прости. Я просто не знаю, почему смеюсь именно так. Видимо, на подсознательном уровне, – из глаз подруги брызнули слезы. – Это шутка, так ведь?

– Если бы! – всхлипнула я и уткнулась мокрым лицом в плечо девушки. – Это правда, Надин. И у меня всего лишь месяц, прежде чем я попаду в лапы этого урода. Потому и хочу пойти с тобой.

– Мда. Я рада, что мои родители обычные работяги, – продолжала хохотать Надин. – И мне не придется выходить замуж за того, кого они выберут.

– Я завидую тебе, – тихо прошептала, глядя в зеркало. – А у тебя как? Познакомилась с кем-то?

– Ну, как тебе сказать. Пока нет, но цель намечена. Тот клуб, о котором я рассказывала тебе. Банда. Ее лидер вернулся, – Надин изобразила пальцами сердце со стрелой и закусила нижнюю губу. – Алекс, он просто сногсшибателен. Но своенравен и даже немного жесток. Если повезет, то я уложу его на лопатки, – подмигнула подруга и упала на мою кровать, мечтательно закатив глаза.

– Так ты возьмешь меня с собой? – я сложила руки, сделав самое невинное личико

– Возьму. Куда я денусь. Но запомни, – Надин погрозила мне пальцем. – Блэк мой.

– Кто такой Блэк? – пожала плечами, уставившись на девушку.

– Это прозвище их лидера, – ответила Надин и вытащила изо рта жвачку. – Настоящих имен не называет никто. Придумай себе псевдоним.

– Сандра подойдет?

– Наверное, – пожала плечами одноклассница.

– А ты как себя называешь?

– Бестия! – громко засмеялась подруга.

– Тогда я буду Деткой, – улыбнулась я и упала рядом с Надин.

На телефон пришло SMS от ненавистного жениха.

"Я оценил твою шутку, Гремлин. Но пельмени выгрузили на газон с цветами моей мамы. И за это я тебя накажу".

Глава 5

Макс

Снова сижу в беседке. В руках пачка сигарет и бутылка светлого пива. Мысли путаются. Осознание собственной беспомощности сводит с ума, заполняя каждую клетку уставшего тела противной и липкой субстанцией. Все, о чем мечтал, чего хотел, было уничтожено в один миг.

По холодному стеклу зеленой пивной бутылки медленно скатилась капля воды. Жаркий июньский воздух слегка разбавлен вечерней прохладой, проникает в легкие, словно серая дымка. Под ногами струится негустой, но заметный туман. Словно кто-то пролил на траву молочную пену.

Свадьба! Одно слово приводит в ужас. Отчаянно сжимаю зубы, понимая, что время играет против меня. Телефон лежит на стеклянном столе, разрываясь от звонков. Весь день беззвучный режим. Потому что не хочу его слышать, создавая иллюзию того, что все хорошо. Марси не перестает набирать мой номер и уже немного раздражает. Но вечно бегать от реальности не получится. Снова звонит. По экрану носится зеленая трубка. Пальцем тяну ее влево и, приняв звонок, включаю динамик.

– Привет, Марси, – все, что могу сказать.

Девушка шумно выдохнула, и казалось, что вижу перед собой ее лицо. Знаю, что нервничает и плачет. Чувствую ее боль. Но не могу помочь.

– Макс, а твоя тишина затянулась, – нежно прошептала брюнетка.

– Знаю, – тихо ответил, отхлебнув из бутылки.

– Даже не скажешь такое простое и необходимое прости? – голос Марси был спокойным, но уловил недовольные нотки.

– Не телефонный разговор, милая. Приехать не хочешь? – просто задал вопрос, отлично понимая, что сейчас она уже прикидывает какое белье на себя натянуть.

Но я ее не хотел. Словно девчонка по имени Александра проникла под кожу и потекла горьким ядом по кровеносным сосудам. Как будто гремлин заразил меня импотенцией. Стало смешно. Вспомнил сон и черное платье.

– Марси, Марси, что нам делать, милая?

Чувствую, как девушка напряглась. Сквозь километры, разделяющие наши дома, я слышал, как бешено колотится сердце брюнетки.

– Макс, ты меня пугаешь. Знаю, что ничего не обещал мне, – она тяжело вздохнула. – Помню, что всего одну ночь провели вместе. Зато какую. Что-то случилось?

– Да, – абсолютно спокойно ответил, словно все хорошо.

– Просто расскажи, – прошептала девушка. – Я обещаю слушать. Хочешь расстаться?

– Да, – снова никаких эмоций.

Девчонка всхлипнула и нажала на отбой.

Не хочу обижать. Не могу делать больно.

Откупорил еще холодную бутылку и, обхватив губами стеклянное горлышко, сделал несколько больших жадных глотков. Ничего не чувствую. Совсем ничего. Пачка сигарет словно кричала, чтобы закурил. Чувствуя себя сумасшедшим, схватил ее и сжал в руке. Достал одну. Закурил. Едкий дым обжигал горло, пробираясь все в те же легкие, заполняя пустоту.

Задумался. А чего я вообще хотел? Разве, я представлял себе будущее с Марси? Разве, любил кого-то? Нет. Значит и бояться не стоит. Женюсь. Ради мамы, что всеми силами старалась поддержать. Ради отца, что давал мне все, в чем я даже не нуждался. Плевать, как выглядит девушка. Чувствовал, что она не такая как чудище с фото. Знал это. Почему? Без понятия. Просто знал.

Скрипнула калитка, и во двор зашла Марси. Спортивный костюм. Волосы собраны в хвост. Глаза красные. Значит, плакала.

– Если гора не идет… – улыбнулась, говоря глупую фразу.

– Не продолжай, – резко перебил ее. – Марси, зачем ты здесь?

– Хотела быть рядом.

– Я женюсь, – улыбнулся, глядя мимо нее.

Девушка хихикнула и попятилась.

– Странное совпадение, – смущенно отвела взгляд Марси.

– В смысле? – теперь мне стало интересно, о чем она говорит.

– Я выхожу замуж, Макс. Через неделю, – облизнула губу, глядя мне в глаза. – Парень неплохой. Даже приятный.

Опустила глаза, словно чувствуя вину передо мной. Вот только я не мог понять, зачем звонила.

– Ты счастлива?

– Нет. Потому что люблю другого. Я тебя люблю, но против отца не пойду. Давно нужно было поговорить, но ты не отвечал.

– Тогда прощаемся?

– Не хочу, Макс. Есть другая идея. Мой жених парень не глупый и тоже не в восторге от сложившейся ситуации. Мы поговорили с ним сегодня. Я говорила о тебе. Он рассказал о девочке, которую любит. Брак – формальность. Как только бумаги будут подписаны, мы разбежимся с ним. Почему ты не можешь сделать то же самое?

– Я не думал об этом, – честно ответил брюнетке.

– А что говорит твоя невеста? Ты любишь ее?

Подавившись пивом, уронил бутылку. Горьковатый напиток растекался под ногами пенной лужей.

Достал смартфон и протянул девушке.

– Вот это можно любить?

Марси внимательно посмотрела на фото и громко засмеялась.

– А она не дура, – хохотала брюнетка. – Вот только это не ее фото. Оно бродит по сети уже лет десять.

Так и знал. Чертовка просто поиздевалась.

– Так, что делать будем? – взглянул на брюнетку с какой-то надеждой.

– Будем вместе, – улыбнулась Марси, поправляя ровные волосы. – Просто бросим свои нелюбимые половинки.

Обвила рукой мою шею. Второй коснулась щеки, осторожно проводя тонкими пальцами. Приятное тепло разливалось под кожей, словно пузырьки от газировки, щекотно лопаясь в бурлящей крови.

– Значит, решено, – не совсем уверенно пробормотал. – Я брошу ее после свадьбы и буду с тобой.

Сам не понимаю, зачем это говорю. Ведь не люблю брюнетку.

Хочу? Да! Люблю? Ни капли.

Крик матери разорвал вечерний воздух, как упаковку из-под чипсов. Прямо у дома остановился небольшой пикап. Трое бравых ребят высыпали на газон с цветами какие-то пакеты. Подошел поближе и увидел пельмени. Один из парней протянул открытку.

Всего три слова: "Подавись, жирное чмо".

Стало смешно и безумно интересно. Девушка не так проста.

Обняв Марси, уткнулся ей в шею. Загадочная Александра сумела меня рассмешить. Но это еще не все. После того, как тайна страшного фотоснимка была разгадана, мне захотелось увидеть эту девчонку. Которая испортила любимые цветы матери.

Марси легонько коснулась губами моей небритой щеки и, сев за руль серебристой BMW, умчалась домой.

Достал смартфон и написал SMS милой поэтессе.

"Я оценил твою шутку, Гремлин. Но пельмени выгрузили на газон с цветами моей мамы. И за это я тебя накажу".

Забежал в дом, совершенно забыв о безобразии, что натворила девчонка у моего дома. Спать. Это единственное, чего хотелось прямо сейчас. Упал на кровать лицом в подушку и услышал звук входящего сообщения.

"Максимилиан. Я думаю, нам нужно поговорить. Я не хочу выходить замуж. Мне совершенно плевать, как ты выглядишь, но свадьба не входила в мои планы. Мне восемнадцать. Я бы хотела учиться. Но это замужество испортило всю жизнь".

Улыбнулся, понимая, что ей так же паршиво, как и мне. Жалко девочку. Пальцы уже стучали по экрану, набирая текст.

"Я тоже не в восторге, от перспективы быть окольцованным. Через три недели помолвка. Встретимся у тебя дома, там и поговорим. У меня девушка есть. Довольно давно. Фотку не проси. Увидишь меня – влюбишься".

***

Утром вошел в подвал огромного здания, что находилось в промышленной зоне. Именно здесь был мой собственный рай. Клуб для девчонок и парней, которых жизнь не пожалела. Тех, у кого не было денег на обучение. Детей, что росли без родителей. Собрав их в клубе, я давал им возможность ощутить себя нужными. Не пойти по кривой дорожке. Хотя иногда ребята промышляли грабежами и мелкими кражами. За что с позором вылетали из места под названием " Проклятые".

Войдя в большое помещение, заметил, как пусто тут стало. Огромный слой пыли покрывал бильярдный стол и диваны. Словно тут давно никого не было. В углу сидел мой давний приятель Зак и рассматривал в телефоне чьи-то фото.

– Зак, здороваться не учили? – крикнул в ухо другу. – Где все?

– Блэк! Привет, братишка, – Зак обнял меня и больно стукнул по спине. – Подтянутся к вечеру. В основном зависаем на улицах, потому в клубе полнейший бардак.

В пустом коридоре послышался стук каблуков. Металлическая дверь скрипнула, и в помещение вошла Дрю. Та самая одноклассница, с которой я встречался в старшей школе.

– Привет, Блэк. Не поверишь, но я скучала безумно. Ты изменился, – плавно ступая по каменному полу, пропела девушка.

– И ты изменилась, – хмыкнул, разглядывая Дрю. – Что за мода красить волосы в розовый цвет?

– В Лондоне таких нет? – голос девушки был весьма соблазнительным.

– Не приходилось встречать, – сглотнул, понимая, что хочу ее, как раньше. – Мне больше нравится натуральная красота. Во всем.

– Привыкнешь, – прошептала одноклассница.

Дрю медленно обошла диван и приблизилась ко мне вплотную. Запах ее духов сводил с ума. Мне вдруг захотелось снова погрузиться в те ощущения, которые она дарила ночами.

– Зак. Комната все еще свободна? – пытаясь унять жар в паху, задал вопрос.

Парень лукаво улыбнулся и кивнул.

– Свободна и чиста, как попка младенца. Оторвись, Блэк. Выглядишь напряженным. А Дрю мастер снимать душевную боль.

В висках стучало. Кровь бурлила в натянутых венах. Затащил девушку в комнату и захлопнул дверь.

– Раздевайся, Дрю.

– Как грубо, Макс. Но мне нравится.

Сейчас она казалась до смешного пошлой. Но я действительно хотел ее. Тонкие пальцы с длинными ногтями нащупали пуговицу на моих джинсах. Девушка ловко справилась с ширинкой и опустилась на колени, касаясь теплым языком горячей возбужденной плоти.

– Сделай мне приятно, Дрю.

– А ты будь моим. Всегда. Не только сейчас.

Резко подняв ее за волосы, завладел пухлыми губами.

– Заткнись, Дрю. И поработай ртом. Только чуть ниже.

Она громко засмеялась и, снова встав на колени, обхватила губами влажную головку.

То, что нужно. То, что сейчас необходимо.

Глава 6

Алекс

Ровно в десять вечера я стояла у зеркала, пытаясь унять предательскую дрожь, что мелко пробивала каждый миллиметр моего разгоряченного тела. Мышцы напряглись от странного возбуждения. Нервно сглатывая, я рассматривала свое отражение, предвкушая нечто запретное, опасное и даже страшное.

С утра подруга провела по телефону краткий инструктаж. Свой телефон пришлось оставить дома, заменив на более старую модель. Даже номер сменила по совету Надин. Рука потянулась к любимому смартфону. Открыла папку с входящими SMS. По непонятной причине стало грустно. Загадочный Максимилиан мне больше ничего не написал. Я была уверена, что его фото не настоящее. И очень хотела увидеть того, кого пророчили в мои мужья. Тяжело вздохнув, пробежала пальцами по сенсорным клавишам.

"Привет. Просто хотела узнать, как дела. Как твоя девушка"?

Ответ пришел моментально.

"Гремлин, оставь меня в покое. Я сейчас не один".

"Сдохни, свинорыл окаянный!"

Написала ответ и бросила смартфон на подушку. Какого хрена я вообще написала ему? Не все ли равно, чем занимается этот дебил и с кем. Он мне не муж. Хотя станет им. Но не надолго.

Еще раз окинув себя оценивающим взглядом, решила, что выгляжу как девочка из низших слоев населения США. Значит, в клуб меня пустят.

Солгав родителям, что останусь ночевать у Надин, я вышла из спальни. К счастью, мама была на очередном чаепитие. Вот только приходила она оттуда в стельку пьяной. Какой же чай пили чопорные тетки? Отец разбирал счета в кабинете. Заглянув в приоткрытую дверь, я сделала самое невинное лицо. С ним этот фокус работал безотказно.

– Папуль! Ты такой красивый, мммм. Я пойду. Обещаю вести себя прилично, и ровно в полночь спать в своей постели и видеть разноцветные сны.

Отец, не глядя на меня, кивнул.

Выскользнув из особняка, я выбежала за ворота и вдохнула знакомый запах свежей хвои и лета, что витал вокруг, окутывая чарующим теплом.

Подруга уже ждала у подъездной аллеи, нервно теребя в руке сотовый.

– Сколько можно? – шипела Надин. – Запрыгивай скорее. Сегодня вечеринка в клубе. Блэк ненавидит, когда опаздывают без причины.

Я пожала плечами и нервно поправила волосы.

– Судя по тому, как ты его описываешь, этот Блэк настоящий псих.

– Нет. Он бесподобен, – снова закатила глаза подруга, мечтательно улыбаясь. – Если бы ты видела его глаза. Темно – зеленые с мелкими золотыми вкраплениями.

– И что? У такого замечательного парня нет девушки? – съязвила, отвернувшись к окну.

Лицо Надин стало грустным. Она смущенно отвела взгляд и, казалось, что вот-вот заплачет.

– До сегодняшнего дня не было. Но когда я пришла помочь с уборкой, он был в спальне со своей подружкой, – голос одноклассницы дрожал, а глаза наполнились слезами. – Не знаю. Но она красотка, черт возьми. Там такие буфера, закачаешься. Размалеванная, вся в татушках. Короче, стерва она.

Стало жаль бедняжку Надин. В школе она всегда оставалась в стороне, в то время как все мальчишки крутились рядом со мной. Но мое воспитание было слишком строгим. Я не позволяла себе даже невинного поцелуя. А Надин, наоборот. Была довольно опытной в делах сердечных и давно перестала быть девственницей. Даже рассказала мне, как именно лишилась ее. В мельчайших анатомических подробностях. И после этого мне вообще расхотелось заводить отношения.

Перед лицом снова возник образ дикого вепря, и я поежилась. Фу-фу-фу!

Таксист высадил нас у какого-то серого строения в переулке, где бегали крысы. Вокруг воняло какой-то тухлятиной и на грязном асфальте валялся мусор. Не так я себе представляла клуб. Стены здания были разрисованы яркими граффити. И огромными буквами во всю стену было написано: "Проклятые. Добро пожаловать в Ад".

Неприятный холодок пробежал по спине, медленно поднимаясь от самого копчика до затылка. Волосы зашевелились. Обхватив руками плечи, я неохотно вошла в темное помещение.

Пустой коридор вел в подвал, откуда была слышна громкая музыка. Успев пожалеть, я дернулась к выходу и наткнулась на чью-то грудь.

Симпатичный парень стоял у стены и, сложив руки на груди, с интересом осматривал меня. Взгляд паренька задержался на шнуровке моей белой майки. Вспомнив о красотке, о которой говорила Надин, я прикрыла свою грудь второго размера и выдавила из себя полуулыбку.

– Далеко собралась? – приятный голос парня ласкал слух.

Надин молча сверлила взглядом незнакомца.

– Значит, ты и есть подружка Бестии? – усмехнулся симпатичный брюнет. – Детка, если не ошибаюсь.

– Она самая! – с вызовом ответила я, но, сделав шаг в сторону, испуганно вцепилась в руку Надин.

– А ты, должно быть, Блэк? – спросила парня, внимательно разглядывая его лицо.

Совсем обычный. Ничего примечательного я не заметила.

Парнишка улыбнулся и отрицательно покачал головой.

– Я Зак. Правая рука мистера Блэка. Идемте. Вечеринка только началась. Для девчонок наняли бармена. Как насчет "Секса на пляже", Детка?

– Чего? – чуть не задохнулась от возмущения. – Охамел, что ли? Я тебя впервые вижу!

– Это название коктейля, – больно ущипнув меня за кисть, прошипела Надин.

– Чудная ты, Детка, – засмеялся парень и распахнул огромную металлическую дверь.

Мы вошли в душное помещение. Вокруг было полно девушек и парней. Кто-то танцевал. Некоторые, уединившись в углу, ласкали друг друга, совсем не стесняясь того, что на них смотрят. Надин затерялась в толпе, и я осталась одна. Пробивая себе дорогу к барной стойке, я споткнулась и упала в руки какого-то парня в белой ветровке с капюшоном.

– Новенькая? – надменным тоном спросил парень.

Я, подняв голову, заглянула в его глаза.

Зеленые с золотыми вкраплениями. Дыхание перехватило, и я замерла, нагло разглядывая красивое лицо. Волевой квадратный подбородок. Небрежная щетина и слегка приоткрытые губы.

– Я подруга Надин, – пискнула, будто мышь. – Она потерялась в толпе, и я осталась одна.

Парень с интересом рассматривал меня, а затем схватил за руку и потащил подальше от толпы. Мы прошли по длинному коридору и остановились возле ободранной деревянной двери. Красавчик открыл ее и подтолкнул меня вовнутрь.

– Заходи. Будем знакомиться, Детка.

– Т-ты Блэк?

– С утра был им. Расскажи о себе, Детка. Откуда ты. Что умеешь?

– Ээм. Я из Лос-Анджелеса. С-сирота я в общем. Живу в приемной семье, – заикаясь, нагло лгала я, стараясь не краснеть. – Родилась у алкашей и не видела их никогда. П-подворовываю. Так, по мелочи. Телефоны, кошельки.

– Да не трясись ты. Я тебя не съем, – рассмеялся красавчик. – Значит, сирота? Жаль это слышать. Нелегко, наверное, жить в приемной семье?

– О да! – продолжала лгать, войдя во вкус. – Отчим – человек страшный. Вчера лапал меня.

– Я могу поговорить с ним. Конечно, если решу, что ты можешь остаться в клубе. Во-первых, с кражами придется подвязывать. Я этого не люблю, – парень остановил взгляд на моих губах и тяжело сглотнул. – Во-вторых, я лично снимаю пробу с новеньких.

Ноги приросли к полу. Я схватилась пальцами за шнуровку, пытаясь обнажить грудь. Блэк сложил руки в ожидании, но тут же громко захохотал.

– Шучу я. Да, Детка, мы прокляты! – смеялся красивый парень.

Развернувшись спиной, он открыл маленький холодильник и, достав две банки пива, протянул мне. Я заглянула в морозильник и увидела несколько пачек пельменей. Таких же точно, что отправила слонопотаму Максимилиану.

Сделав маленький глоток, слегка поморщилась. До этого я ни разу не пила. Вообще.

Блэк сверлил меня взглядом. Словно знал, что я вру. Опрокинув в себя еще пару хороших глотков горьковатой янтарной жидкости, почувствовала приятное тепло, разливающееся по телу. И глупо хихикнув, зажмурила глаза. Громкая музыка била по ноющим вискам. Голова закружилась, и я потеряла сознание. То ли от пива, то ли просто от осознания того, что делаю нечто запретное.

Очнулась в темноте. Было неестественно тихо. Судя по всему, я проспала всю вечеринку, на которую так сильно хотела попасть. Но хуже всего было даже не это. Рядом со мной кто-то лежал. Более того, этот кто-то придавил меня ногой и, уткнувшись в мою шею, крепко спал.

Попыталась встать и почувствовала, как цепкие пальцы потащили меня обратно. Я взвизгнула и укусила неизвестного за руку. Раздался хрипловатый и очень приятный смех прямо у моего уха.

– Не бойся, дура. Ты просто отрубилась. Я не трогал тебя. Ты не в моем вкусе. Грудь совсем маленькая. Да и на вид тебе лет шестнадцать. Просто полежи рядом. Ты пахнешь приятно.

Я осторожно устроилась в объятиях Блэка. Плевать. Завтра мне станет стыдно. Перед ним. Перед подругой, которая, вероятнее всего, искала меня и решила, что я сбежала. Но в сильных руках парня было так уютно и комфортно.

Теплые пальцы коснулись моей скулы. Его дыхание приятно обжигало и без того горящее лицо. Он нежно коснулся моих губ своими. Я обхватила парня за затылок и попыталась ответить на поцелуй. И по-моему обслюнявила его.

Он тихо засмеялся, отстраняясь. И достал из-под подушки смартфон. Набрал чей-то номер.

– Зак, дружище. Отвези девочку домой. Ей пора.

В общем, меня отвергли. Но Блэк мне очень понравился. Зак подбросил меня до парка. Не показывать же ему особняк.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.