Кира Ланвин
Помощница несносного дракона

Глава 1

– Прошу объясниться, – произнесла требовательно, не отводя строгого взгляда от мужчины, что стоял напротив меня, рядом с большим письменным столом.

Прямо за его плечами широкое прямоугольное окно, прикрытое невесомым, почти прозрачным тюлем, демонстрировало скрюченные черные ветки на фоне серого неба. Остатки пышной кроны трепетали покрасневшими немногочисленными листьями. Такой вид навевал тревогу, внушал тоску и сомнения. Не ошиблась ли я, придя сюда?

Я скорее перевела взгляд на собеседника.

На вид ему было около двадцати пяти, плюс-минус несколько лет. Это уже мужчина или ещё юноша? Идеально сидящий на нём черный костюм-тройка в клетку, начищенные до блеска черные ботинки и белоснежная рубашка сильно резонировали с совершенно нахальным взглядом и странной стрижкой, из-за чего возраст определить было сложно. Но судя по поведению и неточностям, что крылись в объявлении – он был самым настоящим безответственным мальчишкой.

Впрочем, его возраст не имел для меня никакого значения. Я здесь не за этим.

– Что вас смущает, госпожа Мартин? – спросил он, выгибая бровь и закладывая руки за спину.

Светло-зеленые глаза, напоминающие летний солнечный день, хитро прищурились. Это он так издевался? Но и я отступать не собиралась – мне нужна эта работа.

– Почему в объявлении вы указали так мало информации? Она совершенно не отражает сути. Если я верно поняла, помощница нужна Вам, но для чего? Обязанности описаны очень размыто, – твердо и ровно сказала я.

Мужчина подался вперед и оперся ладонями о стол. Улыбнулся, обнажив красивые, ровные белые зубы. На них можно было бы смотреть вечно. Загляденье.

– Потому что я уже месяц не могу найти того, кто мне подойдёт. Мои требования всех отпугивали. Я решил расширить поиски, – ответил он, не стирая ухмылки. – Я только недавно переехал и за работой пока не мог найти не то, что личного помощника, но даже персонал для дома. Поэтому приходится делать самому.

С трудом верилось, что этот господин хоть что-то делал сам в таком прекрасном, огромном, восхищающем воображение доме. Разве что ухаживал за собой. Я не знала, как обстояли дела внутри здания, потому что я сразу проскочила в кабинет, где мы сейчас беседовали, а вот снаружи… Некогда аккуратные небольшие деревца, большие, разных форм, цветочные клумбы, заросшие узкие мощёные дорожки, тянущиеся через весь двор, явно нуждались в заботе трудолюбивого садовника.

– Это очень безответственно, – поморщилась я. – Соискатель мог проделать длинный путь, чтобы оказаться здесь. Попасть под дождь, новым платьем собрать всю грязь из лужи, потому что какой-то наглец не притормозил и на скорости влетел в эту самую лужу. Пронести через весь город увесистый и жутко неудобный чемодан, потому что соискатель очень рассчитывал на эту работу и на проживание, информация о котором указана в объявлении. И потом в таком виде потратить время на собеседование по вакансии, о которой почти ничего не знает. Не очень приятная история, правда? – спросила я, рассказывая, разумеется, о своих сегодняшних приключениях.

Мои волосы до сих пор не просохли, а в туфлях едва ли не хлюпало. Лужа оказалась не слишком грязной, мне повезло, но подол ещё оставался влажным и неприятно лип к ногам. Если бы не нервное напряжение, которое я мастерски, надеюсь, маскировала, меня бы уже потряхивало – в кабинете было довольно прохладно, а в приоткрытое окно пробивался коварный ветер. Правда, на мандраж была и другая причина, но об этом позже. Если я прямо сейчас пойду на улицу – промерзну до костей, пока буду добираться до своего временного пристанища, ведь солнце точно не пробьётся через густые тяжёлые тучи и не согреет. А если поймаю такси – потрачу последние свои сбережения.

Уже месяц я искала работу, но пока это не принесло результатов, и темными вечерами ко мне всё чаще, острыми, кривыми когтями скреблось отчаяние. И вакансий встречалось достаточно, но всё одно: либо мне не подходили условия, либо не устраивала я. Пока мне не вручили газету, в которой жирным овалом было обведено единственное объявление. И вот он, тот самый шанс, моя последняя надежда, разворачивался сейчас совсем по-другому, нежели я себе представляла.

– Мне жаль, что потенциальному работнику пришлось такое пережить. Но я вас не держу. Ступайте, милая девушка. И держитесь подальше от луж.

Я бросила взгляд на большой, выложенный из красного кирпича и украшенный темным деревом камин. Жаль, что силой одной лишь мысли мне не удастся заставить его гореть. Но не это главное. Уходить я не хотела и не должна была отступать.

– Благодарю за прекрасное напутствие, – улыбнулась как можно милее. – Так какие обязанности должен выполнять ваш помощник?

Левая бровь господина Терренса недоверчиво приподнялась. Не думал же он, что я просто так перечислила все беды, свалившиеся на мою голову за последние пару часов. Уголки красивых губ чуть приподнялись, но сразу вернулись на место. Взгляд сделался серьёзным.

– Мой помощник должен делать всё. Потому что сам я предпочитаю, чтобы всё, что может меня отвлекать от моего дела, или зря растрачивать мою энергию – делали за меня. Мой помощник должен спокойно выполнять мои распоряжения, не оспаривать и не ставить под сомнение мои указания. При этом почти круглые сутки быть рядом, если это потребуется. А также ездить со мной в рабочие командировки и, иногда, присутствовать на семейных встречах, – перечислил мужчина без запинки, но с большим намёком, что мне такое не по плечу. – И мой помощник должен уметь всё. От заваривания чая и легкой уборки, до найма и контроля домашнего персонала, сбора информации, если потребуется, и организации мероприятий любого формата. Либо научиться перераспределять эти обязанности на других.

Господин Терренс замолчал и скрестил руки на груди. Его глаза, несмотря на царивший в кабинете полумрак, обволакивали меня сочной зеленью, и демонстрировали снисходительность. И, кроме этой раздражающей снисходительности, кое-что ещё было, я уверена. Крохотный, но яркий огонёк интереса отражался в них, подпитывая мою решимость.

– Я поняла. Благодарю за пояснения, – кивнула я.

– Что ж, не смею вас больше задерживать, госпожа Мартин, – проговорил мужчина, скрывая разочарование фокусировкой взгляда на массивной столешнице из темного дерева.

Я облизнула пересохшие губы – не успела сегодня даже стакан воды выпить. Расправила плечи и подняла подбородок выше.

– Благодарю за заботу, господин Терренс. Я согласна.

– Что? – переспросил он, не сумев подавить смешок.

– Меня устраивают ваши условия, – с вежливой улыбкой ответила я. – И сразу после чашечки горячего чая и обсуждения трудового договора, я согласна приступить к выполнению моих обязанностей, если меня всё устроит… Где у вас кухня?

Мужчина несколько мучительно долгих секунд рассматривал меня. Уверена, мои щеки сейчас походили цветом на красные треугольные флажки, что развешивают на площади во время ярмарки. Возможно, я перегнула палку и прогадала с тактикой. Но мне нельзя было упускать этот шанс. Без опыта я могла рассчитывать попасть сюда только наглостью. Поэтому я решилась быть настойчивой. А теперь с каждым мгновением я всё сильнее ощущала собственную глупость и сильный страх провала. Запасного плана у меня не было.

Я продолжала смотреть господину Терренсу в его потрясающие воображение глаза, ожидая реакции. Вдруг он качнул головой и неожиданно рассмеялся. Вот прямо так взял, запрокинул голову и захохотал. Я налепила на лицо прохладную улыбку. По крайней мере, я хотела так думать, и ждала его ответа, стараясь усмирить своё сердце. Наконец, он опустил голову, и на лице осталась задорная улыбка.

– Смело, госпожа Мартин. Меня такое не слишком трогает, но что-то в этом есть, – хмыкнул господин Терренс и развернулся.

Я не знала, как реагировать на его слова. Что это значит?

Мужчина ловким движением закрыл окно. Подошел к противоположной стене и покрутил колесико на пузатом обогревателе. Серые тэны тут же начали краснеть от центра к краям, обещая скорое согревание.

– Присаживайтесь, госпожа Мартин. Я сейчас вернусь и всё обсудим, – бросил он, проходя мимо и, уже открыв дверь, обернулся ко мне. – И возьмите плед. Не стесняйтесь.

Глубоко вдохнула носом, и ощутила невесомый аромат сандала, который, как мне показалось, очень подходил этому господину и этому дому. Откатила чемодан к стене, с облегчением отметив, что маленькие колесики не оставили следов на дорогом, ярком бордовом ковре с витиеватым орнаментом. Я помню, как родители оставили холодные полы пустыми, когда наша семья оказалась на грани банкротства, и распродали подобные ковры, чтобы хоть как-то продержаться. Сейчас, к счастью, их дело процветает, и они на куда лучших позициях, чем были даже до кризиса. Да и отец перестал слепо верить друзьям, после горького, очень отрезвляющего опыта.

Воспользовавшись предложением, схватила плед с дивана, укуталась, и села ближе к источнику тепла. Недолго думая, скинула туфли и протянула окоченевшие ступни к обогревателю. Блаженство! Я прикрыла глаза, унимая мелкую дрожь и вслушиваясь в звуки и шорохи за дверью, точнее, пока в их отсутствие. Вдруг господин Терренс сейчас вернётся и отправит меня домой? Очень даже вероятно, и крайне нежелательно. Но если он примет меня на работу, будет глупо и печально, когда я в первый же день слягу с простудой. Поэтому мне нужно согреться.

Спустя несколько минут в коридоре раздался глухой звук, словно кто-то несильно пнул в дверь. Я наспех свернула плед и поспешила туда.

– Благодарю, госпожа Мартин, – вежливо проговорил мой работодатель и прошел в кабинет, сжимая пальцами круглый поднос и кинув ругательство в дверь, которую я для него распахнула.

Белоснежный чайный сервиз с золотым узором жалобно звякнул, когда поднос приземлился на журнальный стол. Я заняла своё прежнее место, поближе к теплу.

– Вот об этом я и говорю, госпожа Мартин, – вздохнул мужчина, располагаясь в кресле рядом. – У меня столько работы, а я вынужден заниматься… – он махнул рукой на стол и ещё раз вздохнул, – … этим.

Я понимающе кивнула, а он вымученно улыбнулся, и потянулся к круглому чайнику. Это был мой маленький шанс продемонстрировать готовность к работе.

– Давайте я этим займусь, – предложила я, опередив, и уже наливая горячий черный чай в его чашку. – А вас попрошу принести договор. Мне нужно ознакомиться.

Я невольно подняла глаза на мужчину, ощутив на себе пронзительный, оценивающий взгляд. В кабинете уже стало темнее, день плавно перетекал в пасмурный вечер, и теперь глаза господина Терренса стали нефритовыми. Я спокойно выдержала взгляд и, когда он хмыкнул и отправился к рабочему столу, продолжила разливать ароматный чай, тихонько выдохнув. Мой собеседник оказался вовсе не таким простым, как мне показалось вначале.

На подносе осталась плетеная корзинка с печеньем и рогаликами, глубокая тарелка с круглыми конфетами, завёрнутыми в серебристую обёртку.

Господин Терренс сомневался. Я видела это в его сжатых губах, слегка рассеянном взгляде, неторопливых движениях. Он раздумывал. Мне лишь оставалось надеяться, что он не побоится потратить своё драгоценное время на меня, и даст возможность проявить себя в работе… а не в чём-нибудь другом. «Чего-нибудь другого» я опасалась ужасно и всей душой надеялась на то, что в голове этого мужчины не возникнет мысли о домогательствах. От Амисы, нашей служанки, я наслушалась разного. К нам она попала совсем молодой и держалась за своё место, не ушла, даже когда в самый кризис мы уволили почти всех работников и сократили оклад. Сейчас в доме родителей снова достаточно персонала, но только с Амисой я общалась близко. И вот она, долгими вечерами, порой рассказывала истории тех, кому повезло намного меньше, чем ей самой.

– Пейте, госпожа Мартин, согревайтесь. Я не хочу, чтобы Вы разболелись, – кивнул господин Терренс, когда вернулся, и присел в кресло.

– Благодарю за заботу, – проговорила я и поднесла чашку к губам.

Но не успела ничего сделать, заметив серьёзный, даже предупреждающий взгляд. Мне стало не по себе, но я постаралась это скрыть. Только вопросительно выгнула брови.

– Послушайте, госпожа Мартин. Я не хочу напрасно тратить время, ни своё, ни ваше. Поэтому вы должны знать, что я на самом деле рассчитывал, что эту должность займёт мужчина. Работы будет много, очень много, как и ответственности. И я должен понимать серьёзность Ваших намерений. Скажите, для чего вам это? Неужели не найдется другой работы для такой прекрасной девушки? Буду честен – вы не похожи на человека, который остро нуждается в деньгах или готов выполнять множество поручений. Так зачем вам это? Где гарантия, что через день вы не сбежите отсюда?

Справедливо. Я отставила чашку и глубоко вдохнула. Я предполагала, что он задаст подобный вопрос. Но не могла сказать, что успела как следует к этому подготовиться.

– Вы правы, господин Терренс. У меня почти нет опыта. И да, я родилась и выросла в обеспеченной семье. Но вам наверняка известно, что во многих семьях ещё остаётся традицией попечение девушек до того момента, как они выйдут замуж, – начала я и, дождавшись кивка, продолжила: – Так вот, я уехала от родителей и живу отдельно, обеспечиваю себя сама. Я несколько месяцев подрабатывала в пекарне, но месяц назад она закрылась, да и платили там крохи. Мне этого мало. Я хочу накопить деньги для того, чтобы поступить в престижный университет и самостоятельно оплачивать свою учебу.

Мужчина вздохнул. Кажется, своей речью, я только усилила его сомнения.

– Госпожа Мартин, поверьте, эта работа не стоит ваших нервов. Честно. Вы можете найти более спокойное место и успеть накопить на учебу. Да и, если постараться, можно учиться бесплатно. Разве не так?

Я напряглась. Об этом эпизоде своей жизни я не хотела распространяться. Но нужно что-то делать, пока он не выставил меня на улицу. Губы неприятно закололо, словно изнутри по ним застучали хлесткие капли внезапного ливня.

– Знаете, похоже, мне придётся рассказать вам один крайне унизительный фрагмент моей биографии. Только ради этого места, – я глубоко вдохнула и обронила, не вдаваясь в подробности: – В этом году моя попытка не увенчалась успехом. Но, поверьте, я приложила очень много сил. И на следующий год сделаю также, но мне нужна денежная гарантия, ведь что угодно может пойти не так.

Мои слова не вызвали в мужчине никаких эмоций, по крайней мере, внешне они никак обозначены не были. Я сидела с прямой спиной, напряженная, ногтем большого пальца ковыряла стык покрытия на углу столика.

– Есть ещё что-то? Ведь сумма, обозначенная в графе заработная плата, значительно выше, чем требуется на обучение. Жилье я предоставлю, как и питание, проезд. Что ещё, госпожа Мартин? – спросил он пытливо, не сводя с меня глаз.

Я отвела взгляд. Я знаю, что могла бы ответить. Женские штучки, вещи, украшения, развлечения, или что там ещё может интересовать девушек моего возраста? Сложный для меня вопрос, ведь из-за того, что пару лет назад мы оказались на грани банкротства и подверглись общественному позору из-за истории старшей сестры, мы автоматически вылетели из всех клубов. Немногое потеряли – общаться с лицемерами, что вмиг отвернулись в трудный для нас момент – пф, больно надо. Но по этой причине последние несколько лет я с сестрой Лоей провела дома. На домашнем обучении. Только из газет и от служанок узнавала о том, что происходит в обществе. Кое-что ещё рассказывал папа, но вовсе не светские сплетни, а о ситуации на рынке и конкурентах. Признаюсь, это было интересно, и если бы не напряжённые отношения с отцом, я слушала бы это с удовольствием и вникала в каждое слово, без присущей мне раздражительности на речи родителя.

Поэтому сейчас я ощутила, как леденеют конечности. Собеседование затянулось, и каждую минуту лишало меня сил. Чтобы прекратить эту пытку, я решила признаться.

– Близкий человек находится в затруднительном положении. Физически и материально. Кроме меня никто ему не помогает. Помощь обходится очень дорого, – буквально выплюнула я каждое предложение, с трудом подавляя гнев, мгновенно вспыхнувший в груди. Я подняла глаза и очень серьезно просмотрела на собеседника. – Этого достаточно, господин Терренс? Мне кажется, на сегодня довольно откровений.

Мне хотелось перевернуть стол, услышать звон бьющегося стекла, увидеть ошарашенное лицо, и выскочить из этого дрянного кабинета. Но было то, что сдерживало меня от резкого порыва, кроме денег, разумеется. И кроме того, что от меня зависит чужая жизнь. И причина эта – интерес, который, как мне казалось раньше, безвозвратно потух. И даже малюсенькая щепотка азарта с прицепом амбиций. Смесь этих факторов дала мне надежду. Мне даже показалось, что я живая и энергичная. И это стало неожиданностью, ведь уже долгое время я ощущала себя пустой. И теперь я хотела во что бы то ни стало получить эту должность.

– Достаточно ли? – спросил мужчина, чуть выгнув брови, а я в это время задержала дыхание. – Я должен понимать, кто будет круглосуточно рядом со мной, кому я должен буду доверять как себе. Да и, в конце концов, мы будем спать в соседних спальнях. Конечно, я должен понимать ваши мотивы, госпожа Мартин, – пояснил он, отправляя своими словами кровь к моим щекам. И добавил уже мягче. – Читайте договор. После обсудим ваши пожелания.

Он подвинул мне листы с напечатанным текстом. Я едва не подпрыгнула на месте от радости! Но быстро выдохнула, вдохнула и положила бумаги на колени. Сделала несколько маленьких глотков теплого, ароматного, но сейчас для меня почти безвкусного, чая и принялась читать. Лицо продолжало гореть. Удивительно, но все то время, пока мои глаза бегали по строчкам, господин Терренс молчал. Сначала он сидел в кресле, потом забрал чашку и отправился за свой стол, не отвлекая меня. Я вдруг не удержалась.

– Мы что же, через стенку будем спать? – выдала удивлённо, обернувшись к мужчине.

– Через две, – ответил господин Терренс, не поднимая глаз от бумаг на его рабочем столе. – Спальни напротив.

Это успокаивало, но не слишком. Я почему-то думала, наши комнаты будут в противоположных концах дома. И почему я так решила?

– А зачем так близко? – уточнила я, и вопрос прозвучал глупо.

Мужчина вздохнул. Поднял голову, поймал мой взгляд.

– Чтобы не бегать по всему дому и не искать друг друга, если возникнет что-то срочное. И ещё, так безопаснее. Нам с вами предстоит ответственное дело – через три месяца состоится крайне важное мероприятие, и мы должны сделать всё, чтобы не только организовать его, но и сделать так, чтобы всё прошло мирно. Не все сходятся с моими целями, кто-то жаждет крови и может попытаться навредить мне или вам, – поделился он, пристально глядя на меня. – Готовы к такому?

Чего-чего? Какая кровь? Куда я лезу? Мне кажется, он нагнетал, запугивал, решил провести контрольную проверку. Вот же ж…

Сидела бы спокойно, вязала, вышивала, светские новости слушала, детей рожала, мужа радовала, которого непременно найдут заботливые родители… Идеальная картинка для многих, для меня – уныние и боль. Я такого себе не хочу. Не сейчас, не в этом возрасте, не с этой душевной раной. Когда-нибудь потом. Либо не в этой жизни. А это значит…

– Буду готова, – кивнула, чуть подумав, вновь ощущая искрящийся огонек внутри. – То, что вы делаете, законно? – уточнила на всякий случай. В криминал я ввязываться не желала.

– Рад, что вы спросили, – кивнул господин Терренс, смерив меня долгим взглядом. – Более чем. Всё, чего я хочу – это мир. И сделаю все, что от меня зависит, чтобы ни одна из сторон не пострадала на мероприятии.

– Тогда я точно с вами, – кивнула я, окунаясь в легкий страх и восторженное предвкушение. Кажется, я всё-таки спятила.

Думаю, в этот момент мои глаза отразили мой настрой – мужчина, наконец, кивнул и продолжил заниматься своими делами. Я дочитала договор, больше похожий на то, словно я отправляюсь в добровольное рабство, но с хорошими условиями. Меня всё устраивало, но было то, что следовало обозначить сейчас.

– Господин Терренс, – позвала я.

– Ознакомились? Есть вопросы, пожелания? – спросил мужчина, уже проваливаясь в кресло напротив.

Я положила договор на свободное место, подальше от подноса и, незаметно языком прорисовав восьмерку на задней стороне передних верхних зубов – такой странный способ успокоиться, выдала то, что считала важным.

– Да. Есть. Во-первых, мы с вами лишь деловые партнёры. Меня интересует только такое партнёрство, без всякого лишнего. Вы же понимаете, о чем я? – уточнила я, силясь выдержать смешинки, вдруг запрыгавшие в глубокой зелени глаз господина Терренса.

Он прикрыл губы ребром ладони. Он что, пытается не рассмеяться?!

– Даже не представляю, о чем вы, госпожа Мартин, – проговорил он.

Лицо уже не просто щипало, оно горело. Как и шея. Ну что за невыносимый человек? Ещё минуту назад я радовалась его серьёзности и тому, что с похожими взглядами нам будет проще сработаться. А сейчас что произошло? А сейчас он вдруг решил притвориться кем-то, кем не является. И я это озвучила.

– Знаете, Вам не идёт притворяться глупым. Вы прекрасно понимаете, что я говорила о близости. Вот этого мне не надо, ясно? И вы должны пообещать, что не переступите границу. Договорились? – потребовала я.

Он отнял руку от лица, глаза потемнели, а губы изогнулись в хитрой ухмылке. Это ещё что?

– Как скажете, госпожа Мартин. Позволите добавить уточнение? – все с той же ухмылкой спросил мужчина, словно не он тут был хозяином положения. Я едва не закатила глаза, одернув себя в последний момент и кивнув. – Справедливо будет уточнить, что если что-то и будет между нами, то только по обоюдному согласию. Договорились?

Я просто прикрыла глаза на долгую секунду. Образы не заставили себя ждать. Господин Терренс, несомненно, очень привлекательный мужчина, и все же я здесь не за этим. Но картинки в моей голове уже выстроились в пикантную сцену, заставив уставиться в пол… Да откуда они взялись?! Это тот самый случай, когда бурная фантазия играет против меня. Стоп, хватит, нельзя даже мыслей допускать о таких глупостях – это непрофессионально. И я поспешила ответить, чтобы закрыть уже эту тему.

– Вы правы, господин Терренс. С этим я согласна, – выпалила я, и быстро продолжила: – У меня есть ещё одно пожелание, – сказала я и, не дожидаясь реакции, добавила: – Каждые десять дней мне нужно два выходных подряд. На эти дни я буду уезжать.

Мужчина чуть наклонил голову в сторону.

– Ровно каждые десять дней не получится. Я могу вам гарантировать два дня подряд, но плавающие. Через неделю, потом через две, через восемь дней, и так далее. Всё будет зависеть от дел, планов.

Я кивнула. Даже не рассчитывала, что он согласится. Поспешила ответить:

– Да, конечно, благодарю.

– Что-то ещё, госпожа Мартин? – спросил мужчина.

– Это всё, – ответила я, решив, что наглости на сегодня тоже достаточно.

Господин Терренс поднялся. Забрав договор, внес правки. Оставил свою подпись, я свою.

– Что ж, госпожа Мартин, надеюсь на плодотворное сотрудничество, – сказал он, и добавил серьезно: – Буду рад убедиться, что не зря дал вам этот шанс.

Я протянула руку и, когда его теплая сухая ладонь коснулась моей, энергично пожала. Глядя в удивленные глаза, сказала твёрдо:

– Сделаю всё возможное, чтобы оправдать ваши пожелания.

Первой разомкнула рукопожатие, когда оно затянулось на несколько мгновений дольше, чем того требовали рамки приличия. Что ж, пусть наши надежды оправдаются.

***

Знай я наперед, что меня ждёт и что произойдет на мероприятии, подготовкой к которому мы будем заниматься, я бы немедленно забрала свои слова и обещания. Разорвала бы договор и бежала отсюда без оглядки, несмотря ни на дождь, ни на потерянные перспективы, ни на обещанные деньги. Я бы многое отдала за это знание, за мимолётный взгляд в не такое уж далёкое будущее. Но, увы, мне это не дано. Поэтому я продолжала стоять напротив господина Терренса, стараясь придать себе невозмутимый вид, хотя на деле ликовала. Думала, что, наконец, сделала всё правильно. Надеялась на лучшее.

Глава 2

Господин Терренс вызвался показать мне дом. Только попросил прежде переодеться, потому что «Сил моих больше нет смотреть на то, как Вы мёрзнете». Поэтому первым делом он проводил меня в мою спальню, сразу же показав, где будет спать сам. Двери его комнаты находились чуть по диагонали, но достаточно близко к моей. Это и настораживало и успокаивало одновременно.

– Вы же предполагали, что на этой должности будет мужчина. Неужели и он спал бы рядом с вами? – вырвалось у меня.

– Это к чему вопрос? – нахмурился мужчина и даже голову набок склонил. – На что это вы намекаете?

Я мысленно ойкнула и отступила на шаг назад, врезавшись в прохладную стену лопатками. Дрянной язык. Или это все эйфория после стресса?

– Ничего плохого и в мыслях не было, господин Терренс, честное слово! Я лишь хотела понять, насколько опасно в действительности находиться в этом доме. То есть, если бы вы даже мужчине отвели комнату рядом, значит, уровень опасности зашкаливает! И надо быть предельно осторожной. А если нет, то…

Мужчина махнул рукой, чтоб я прекратила. Я мигом закрыла рот. Даже жарко стало.

– Будь на вашем месте мужчина, он спал бы на другом этаже. Да и не скажу, что мы часто будем бывать в этой части дома. Довольны?

– Да, спасибо за ответ! – выпалила я, схватила чемодан и закатила его в комнату. – Я быстро! – добавила, закрывая дверь и сразу убеждаясь, что на ней есть защёлка.

Не хватало вылететь с работы в первый же час! Нужно собраться и включиться. Самое страшное позади, да, но самое сложное только впереди. Я должна сосредоточиться и не говорить глупостей.

Небольшая комната вмещала все самое необходимое. Двуспальная кровать, широкий шкаф, письменный стол, настольная лампа, стул, стеллаж с книгами, небольшое зеркало, окно, тюль, плотные портьеры, аккуратная люстра, зелено-синий ковёр на деревянном полу. Кремовые стены. Ничего лишнего, но при этом довольно уютно – не сравнится с каморкой, в которой мне пришлось жить последние месяцы. Там ещё осталось несколько оплаченных дней, но возвращаться туда я не хотела ни при каких обстоятельствах.

Я раскрыла чемодан прямо на полу, вытащила белую блузку с коротким рукавом, теплый кардиган, темно-синюю юбку в пол, чулки и новую пару туфель. Очень быстро переоделась, расчесала волосы и почувствовала себя человеком. Сложила вещи на стул, решив разобраться с ними после того, как рабочий день закончится. Взяла маленькую сумочку, в которой хранился кошелёк и разные мелкие вещи вроде зеркальца и шпилек для волос. Выдохнула. И когда распахнула дверь, едва не врезалась в господина Терренса, рука которого остановилась, так и не достав до дверного полотна.

– Готовы? – спросил он, опустив руку и оглядев меня с головы до ног.

– Конечно, – ответила я, желая, чтобы мы уже пошли, а не играли в разглядывание меня.

Мужчина протянул мне блокнот и ручку, а сам пошёл по коридору. Я последовала за ним. Четыре спальни, в каждой из которых отдельная ванная комната. Кабинет, рядом что-то вроде гостиной, ещё один санузел и гардеробная – пояснил господин Терренс, шагая впереди и указывая на двери и помещения.

– Дом большой, но мы будем использовать только левое крыло и первые два этажа, – бросил он, остановившись на ступеньках, ведущих вниз. – На сад мне плевать, до весны ничего с ним не случится, а вот дома должен быть порядок. Мы будем много времени здесь проводить, так что ничего не должно отвлекать. Вот эти две комнаты можно отдать персоналу. Как думаете, двух будет достаточно? – спросил на ходу, уже будучи на первом этаже.

Я осмотрелась, заглянула в каждую. Прикинула. Мужчина развернулся ко мне, ожидая ответ.

– Более чем. Один человек будет ответственным за кухню, закупку продуктов, приготовление еды. Второй будет отвечать за порядок. Но, я бы взяла ещё одного человека, с вашего позволения. Поэтому, может понадобиться третья комната.

Левая бровь господина Терренса изогнулась.

– Не сочтите за наглость, но мне тоже понадобится помощник, чтобы я могла всегда быть рядом с вами и не отлучалась по всяким мелочам. Если, конечно, вы не против, и если бюджет позволит. Он может так же вести учет средств, если это потребуется, выдавать зарплату.

Мужчина смерил меня долгим взглядом. Мне пока были непонятны его настроения. От слова совсем. Я отвела руки за спину, сцепила их. Интересно, что он пытался увидеть? Признаки сумасшествия? Надеюсь, что нет. Однако на его лице отразилось что-то вроде одобрения и мои руки тут же расслабились.

– Пусть будет ещё один. Только чтоб не мешался, – сказал мой наниматель и последовал дальше. – Тут кухня.

Дальше он показал все остальные помещения, о которых я должна была знать. Создалось впечатление, что дом долгое время пустовал. Кое-где было всё в пыли, в некоторых комнатах мебель спрятана в чехлы, а ковры свёрнуты в рулоны. Немного пахло сыростью, но больше пылью. Надо бы всё отмыть и проветрить как следует.

– Господин Терренс, простите, а как вы тут месяц без всего обходились?

Мужчина посмотрел по сторонам, словно сам впервые здесь. Оценил обстановку.

– Я почти не бывал здесь, в основном жил в отеле, но это не слишком удобно. Поэтому решил перебраться сюда. Это дом родителей, но они его давно не используют. Точнее, с момента покупки не использовали ни разу.

– Понятно.

Когда закончили с осмотром, вернулись в кабинет. Господин Терренс прошел за свой стол, сел в кресло и, положив локти на стол, сцепил пальцы. На фоне унылого пейзажа его глаза казались яркими всполохами. В них хотелось смотреть, словно именно там, в глубине этих глаз, плескалось теплое лето и обещание чего-то чудесного. Я так и застыла посреди кабинета, не зная, куда себя деть. Изучала его и ждала указаний, пока не понимая, как ещё проявить инициативу.

– Госпожа Мартин, как мы уже договорились, не будем терять времени зря. На текущий момент мне важно, чтобы вы занялись поиском персонала. Но прежде всего – нам нужен ужин. Справитесь?

Я присела за стол, по другую сторону от мужчины. Положила на столешницу блокнот. Чувствовала себя намного увереннее в сухой одежде и менее нервозно.

– Предпочтения? – спросила я, и приготовилась записывать. – В еде, – уточнила, на всякий случай.

Уж с работниками я сама разберусь, а вот в еде лучше не гадать. Уголки его губ изогнулись в улыбке, но я не поняла, что она значит. Лишь вежливо улыбнулась и ждала ответа. К счастью, ничего сверхъестественного ему не требовалось. Главное, чтоб было вкусно и много. В этом я была с ним солидарна, но промолчала. Потом спросила о заработной плате для персонала. И уточнила номер телефона, который могу указать для соискателей. Мало ли, кто-то решит позвонить прежде, чем наведается сюда. Эти устройства с неудобным набором цифр пока редкость, но всё же, с каждым месяцем всё больше людей имеет возможность воспользоваться ими.

Когда я закончила с записями, господин Терренс положил передо мной пачку банкнот и ключ от дома.

– На текущие расходы, – пояснил он. – И зафиксируйте где-нибудь сумму.

Я пересчитала деньги и чиркнула в блокнот цифры. Не задавая лишних вопросов, положила банкноты в сумочку. А перед тем, как покинуть кабинет, я переставила посуду, оставшуюся после чаепития, на поднос и захватила его с собой. Отнесла в кухню, поставила рядом с раковиной, вернулась за пальто и зонтом. Что ж, пора и приступать к работе.

Стоило мне открыть дверь, как в лицо ударил ледяной ветер. Змеёй проворно скользнул по шее и устремился к спине. Я плотнее сжала воротник, жалея, что не купила перчатки и оставила платок в чемодане. Октябрь здесь оказался непредсказуемым, промозглым и очень неприятным. Не сравнится с той мягкой осенью, что была в моём городе. Да что там, у нас даже почти снега не было, тогда как тут обещали холодную снежную зиму.

Перешагивая через мелкие лужи, что расползлись по дорожке, я быстро преодолела территорию сада и вышла на оживленную улицу. Первым делом решила отправиться в магазинчик с выпечкой, который видела накануне. Времени ещё достаточно, я должна всё успеть. И надеялась, что мой визит не будет напрасным.

Мои надежды оправдались! Продавщица оказалась разговорчивой и отзывчивой. Я расспросила, где тут ближайшие салоны и другие магазины. Узнала, где рекламное агентство. Купила сахарную булочку – в кабинете я к сладостям так и не притронулась, и теперь желудок настойчиво напоминал об этом упущении. Надкусывая на ходу выпечку, завернутую в хрустящую бумагу, поспешила в первое место.

Рекламное агентство. Заказала карточки, на которых должны указать краткую информацию для работников, номер и адрес. Женщина с высокой прической и алым платком на шее, стоящая за стойкой и принимающая заказы, сообщила, что они будут готовы примерно через час. Я внесла деньги и поспешила на поиски заведения, в котором вкусно готовят. Повезло, что дом господина Терренса находился почти в центре города. От него все нужные места были недалеко, буквально в пешей доступности.

Бодро шагая по улице и оглядываясь по сторонам, я глазам своим не поверила, когда увидела название ресторана, одно из представительств которого находилось в моем городе. Папа часто встречался в нем с деловыми партнёрами, а это могло значить лишь одно – место точно было на высшем уровне. Я направилась прямиком туда. Тяжелую дверь мне открыл сотрудник заведения в темно-зеленой форме, вежливо поприветствовав. Верхнюю одежду тут же забрали в гардероб. Администратор встретила лучезарной улыбкой, которая совсем не выглядела искусственной, проводила за столик и оставила меня. Когда я выбрала блюда, словно из ниоткуда появился официант и записал все пожелания. Я сообщила, что заберу еду с собой, а молодой человек заверил, что с этим проблем не возникнет, и в течение сорока минут всё будет готово. А пока, чтобы я не скучала, мне принесли горячий фруктовый чай. То, что нужно, после съеденной на ходу булочки.

Я достала блокнот с ручкой и стала записывать то, что, на мой взгляд, требовалось от работников. Что нужно будет сделать в первую очередь, на что обратить внимание. Из общения с Амисой я знала, как были распланированы её день и работа, да и сама я не раз наблюдала, чем занимаются слуги, какие указания получают от моих родителей. Оставалось только согласовать все с господином Терренсом, если он сочтёт это достойным его внимания.

Интересный мужчина этот господин. Я искренне надеялась, что о возможных неприятностях и опасности он щедро преувеличил, проверяя меня. Да и для пущей важности, возможно, наговорил этого. Но, в любом случае, я очень обрадовалась, когда всё получилось. Маленькая победа на пути к большой цели. Ещё один шажок к мечте. И если я справлюсь со всем – появится возможность вытащить близкого человека из бездны, излечить мучительную болезнь, отравляющую разум…

Я тряхнула головой, отгоняя болезненный образ, заставляющий пальцы дрожать. Мне нужно сосредоточиться на главном, не впадая в уныние. Я справлюсь. Я нарисовала в голове прекрасные перспективы, вдохновляющие, будоражащие. Зацепилась за них, выныривая из омута нахлынувшей тоски. Всё не зря. Я на верном пути и сложности меня не пугают. Конечно, всё получится! Главное, двигаться и не опускать руки.

Полная решимости и энтузиазма, стала записывать пометки, что нужно будет сделать в ближайшее время. Растворилась в нежной музыке ресторана, перенося задумки на бумагу. А когда мысли закончились, просто откинулась на спинку удобного кресла. Задумчиво крутила ручку, глядя сквозь бар в другом конце зала, не скрытый от меня перегородками, когда вдруг ощутила что-то странное, какое-то неудобство. Оно так резонировало с моим приподнятым, почти радостным настроением, что я стала вертеть головой в поисках причины этого дискомфорта.

На меня смотрел мужчина. Он сидел правее, рядом с окном. На фоне пурпурной плотной шторы и серости улицы, пробивающейся слабым светом в ресторан, его лицо было поразительно бледным. Почти безжизненным. Светлые волосы цвета спелой пшеницы были аккуратно уложены на бок. Черные глаза смотрели внимательно, даже строго, темные брови задумчиво сдвинуты. Щеки впалые, губы сжаты. Наверное, сейчас я рассматривала его с таким же выражением, пыталась понять, знакомы ли мы, а если нет, то к чему такой пристальный взгляд?

Секунды тянулись, но никто не пытался отвести глаз. Лицо мужчины казалось смутно знакомым, поэтому я продолжала напряженно рассматривать его, надеясь, что вот-вот вспомню…

– Ваш заказ, – вдруг прозвенел голос рядом, обрывая замешательство, связанное с мужчиной, что никак не желал отвернуться.

Я вскинула голову и уставилась на официантку. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, где я нахожусь и для чего ко мне подошла эта девушка. Я поднялась на ноги, улыбнулась растерянно.

– Что-то не так? – спросила официантка вежливо.

– Простите, я задумалась, – улыбнулась я, принимая из её рук большой бумажный пакет, который оказался почти горячим от контейнеров с едой. – Спасибо!

Когда я обернулась, мужчины с пронзительным взглядом уже не было за столиком. В зале я его тоже не заметила. Я выдохнула несколько разочарованно – загадка не разгадана, и теперь легкая тревога и любопытство крутились в районе груди, мешая.

Под теплые пожелания от работников ресторана, я покинула красивое, уютное помещение. Дверь, которую придержали для меня, закрылась за спиной. Холодный порывистый ветер, кусающий шею и запястья, ощущался уже не так остро – пакет, прижатый к груди обеими руками, согревал надежно. Вдыхая свежий октябрьский вечерний воздух, пропитанный дождями и пряностью листьев, я чувствовала поверхностное умиротворение прямо сейчас, но знала, что под ним таится разное. Очень много всего.

Я отправилась в типографию, надеясь, что из тяжелых серо-фиолетовых туч не польет дождь. Объемная ноша в руках мешала обзору – я не видела, что у меня под ногами, только старалась заранее отходить в сторону от луж, которые замечала издалека. Шагала аккуратно, но всё же оступилась и резко вдохнула, понимая, что падаю.

Сильные руки не дали мне упасть, удержали сзади, схватив за плечи. Я даже обернуться не успела, когда передо мной вдруг возникли карие, почти черные глаза.

– Это Вы, – задумчиво произнес мужчина, которого я видела в ресторане, вновь пристально разглядывая меня – Вы в порядке?

– Да, благодаря вам! Спасибо! – ответила я, скромно улыбнувшись, и добавила уже нахмурившись. – Простите, мы знакомы? Такое чувство, что я видела Вас раньше, но вспомнить не могу.

Мужчина покачал головой. И снова во мне, от его пытливого взгляда, зародилась тревога. Кто же он?

– Думаю, я бы Вас запомнил, – ответил он серьезно. – Вам помочь?

Вся улица стала серо-фиолетовой, с островками желтого света фонарей, отражавшегося в мокрой брусчатке. Сумерки сгущались – в октябре здесь темнело рано. Пора бежать, пока не закрылись все нужные мне места, и господин Терренс не уволил меня за бестолковость.

– Я справлюсь, благодарю, – ответила я, не очень желая, чтобы этот мужчина тратил своё время на меня. Да и тревога острым камушком барахталась в груди.

– Простите, не сочтите за грубость, но как Вас зовут? – спросил он, теперь глядя растерянно, словно если я сейчас ускользну, то это будет его мучить.

– Хели Мартин, – ответила я. – А Вас?

Мне показалось, его глаза удивлённо округлились.

– Минуту, я сейчас, – вдруг бросил он и быстро удалился в противоположном направлении.

Эм. Странная реакция. Но не успела я начать нервничать, как мужчина снова возник рядом.

– Раз Вы отказались от помощи, давайте хотя бы лишим Вас источника проблем.

– Это ещё что значит? – озадаченно спросила я, запрокидывая голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

Мужчина тут же поднял вверх сумку с ручками и покрутил ею перед моими глазами.

– Отличное решение! – обрадовалась я, перекладывая неудобный пакет в чудесную сумку. – Спасибо!

– Приятного вечера, Хели, – ответил мужчина. – И да, меня зовут Ник Палмьер.

Он не улыбнулся, но взгляд сделался мягче. Я кивнула. В голове прокрутила имя, но нет, такого я точно не слышала. Значит, просто показалось.

– Взаимно, Ник, – ответила я.

Побежала дальше и оглянулась. Мужчина остановился рядом с витриной антикварной лавки, развернулся к ней, но смотрел на меня.

До чего же странное знакомство! Не понимаю. Я редко обращаю внимание на кого-то в общественных местах, а тут глаз не могла отвести. И не из-за симпатии или подобного. Всё-таки какое-то очень смутное, но важное воспоминание пока скрывалось от меня. Нужно постараться и вспомнить. Или это уже не имеет значения? Сомневаюсь, что мы увидимся вновь.

Я торопилась. Очень не хотелось, чтобы еда остыла. И уже не терпелось нормально поесть, а не перекусить на ходу.

В агентстве все уже было готово, и без очереди я быстро забрала заказ. По пути к дому господина Терренса забежала в парикмахерскую, пекарню, маленький книжный магазин, а также в продуктовую лавку и оставила везде карточки с данными для соискателей. Где, как не в таких местах, искать работников? К счастью, и там не пришлось задерживаться, лишь обмолвилась несколькими фразами.

Я влетела в сонный, мрачный дом, заперла за собой дверь. Включила свет рядом с лестницей и помчалась на второй этаж. Ворвалась в кабинет господина Терренса, застав его стоящим у стеллажа с папкой в руках. Он ошарашенно смотрел на меня, словно совсем не меня ожидал увидеть. Или меня, но не в таком виде.

– Господин Терренс, ужин! – объявила я, аккуратно поставив сумку на журнальный стол. – Очень надеюсь, что ничего греть не придется.

Мужчина уже пришел в себя и теперь смотрел на меня так, словно едва сдерживает смех.

– Что такое? – хмуро спросила я, подозревая неладное. Неужели что-то не так с моим лицом или одеждой? Так пусть скажет это.

– Довольно быстро, госпожа Мартин, – сказал он, приближаясь. – Вы так шумели, что я подумал, что кто-то решил совершить набег, напасть на дом, – добавил он. – Но после решил, что грабители, вероятно, действовали бы бесшумно. А это оказались Вы.

В зелени глаз прыгали изумрудные смешинки. Но мне ни чуточки не было смешно!

– Впредь буду внимательнее относиться к звукам, которые создаю, – сказала я, глядя серьезно. – Вы будете ужинать здесь или накрыть в гостиной?

– Поужинаем здесь, – ответил мужчина, останавливаясь рядом и заглядывая в сумку. – Буду ждать Вас через пять минут.

Ему не пришлось повторять дважды. Я гордо прошествовала к двери и, уже в коридоре, не удержавшись, топнула несколько раз. Ерунда такая, но меня почему-то задело то, что он подметил шум от меня. Ну надо же, какой нежный слух! И в договоре я не видела пунктов, связанных с тишиной. Но испытывать его терпение я не стала. В своей комнате быстро сняла верхнюю одежду, вымыла руки и побежала обратно.

Когда я вернулась в кабинет господина Терренса, журнальный стол, за которым мы беседовали ранее, был красиво уставлен едой. Усладой для глаз стало и то, как мой наниматель раскладывал приборы, сняв пиджак и закатав рукава рубашки. Я даже замерла на пороге, разглядывая приятную картину. Но как только господин Терренс обернулся с какой-то странной ухмылкой, я смутилась.

– Проходите, госпожа Мартин. Не правда ли, приятно смотреть, как другие работают? – проговорил он, присаживаясь в кресло.

Я хмыкнула и заняла место напротив. Очередное испытание или попытка найти общий язык?

– Не могу не согласиться, – ответила я, чуть прикусив губы, чтобы не заулыбаться. – У Вашего дома удивительно удобное расположение. Все, что нужно, находится рядом.

– Согласен. Именно поэтому я здесь, а не в отеле, – ответил господин Терренс. – Приятного аппетита.

Я поблагодарила, пожелала того же в ответ, и взялась за вилку. Наконец-то нормальная еда! В последние месяцы приходилось сильно экономить, в том числе и на питании. Что странно: прямо сейчас, здесь, в новом для меня месте, с незнакомым человеком, я впервые чувствовала себя комфортно с того момента, как покинула родительский дом. Мне даже не мешал любопытный взгляд господина Терренса, который несколько раз ловила на себе. Ох, если и дальше будут вот такие уютные эпизоды, я останусь тут надолго. Так. Я оборвала тёплые мысли – нельзя терять бдительности.

Когда с ужином было покончено, захотелось спать. Я подавила зевок и довольную улыбку. Села удобнее и ждала указаний. Да, рядом стояла посуда и надо бы убрать всё, но я решила не спешить. Инициатива бывает наказуема, а ещё, надо пользоваться возможностью отдохнуть. Тем более после слов господина Терренса о том, что работать придётся много. Так что я просто наблюдала за моим нанимателем, который откинулся на спинку кресла, вытянул ноги и поднял руки вверх, потягиваясь.

– Пять минут, и за работу, – сказал он, прикрывая глаза.

Я не стала повторять за ним, но голову на подголовник опустила, разглядывая то его, то кабинет. Тишина была приятной, хотя где-то в груди уже колебалось что-то вроде волнительного ожидания. Что же дальше? Справлюсь ли я? Не рано ли успокоилась?

– Готовы, госпожа Мартин? – услышала через какое-то время.

Господин Терренс поднялся и прошел к своему столу. Раскрыл папку с бумагами, лежащую на других папках, что-то проверил.

– Конечно. Унесу посуду и вернусь, – предупредила я.

А весь оставшийся вечер и часть ночи, до самой полуночи, я разбирала бумаги. Как раз все те папки, что лежали на правой стороне стола господина Терренса.

– Для начала их лучше рассортировать. Тут предложения компаний, которые будут задействованы в организации встречи. Декораторы, рестораны, обслуживающий персонал и прочие. Вообще, я не должен был вот этим заниматься, но у моего отца своеобразное чувство юмора.

– И в чем заключается этот юмор? – уточнила я, устраивая вокруг своего места эти самые бумаги.

Мы сидели на небольшом расстоянии друг от друга. Благо, стол был большой и никто никому не мешал. Зато была возможность в любой момент задать вопрос.

– Как бы вам объяснить, – вздохнул господин Терренс, большим пальцем потирая подбородок. – Скажем так. Я предполагал, что буду отвечать за безопасность. В каком-то смысле так оно и есть. Вот только я планировал делать это физически. То есть буквально проверить здание, в котором будет проходить мероприятие, проверить гостей, убедиться, что все находятся в безопасности, что нет угрозы извне или изнутри. И следить за порядком. Это мне знакомо, я умею это, я учился этому. А в итоге…

Он поднял какой-то буклет, посмотрел на название.

– Цветочные композиции, – прочитал он и перевёл полный досады взгляд на меня. – Это мне в довесок подкинули, ко всему прочему. Декор, музыку. Так что, будем разбираться вместе.

– Но зачем? Почему именно Вы должны этим заниматься? – удивилась я. – Я пока не могу понять.

– От чего Вы сбежали, госпожа Мартин? – вдруг спросил мужчина.

Кажется, я начинала понимать. Но пока сомневалась, в верном ли направлении движутся мои мысли.

– Родители и я разошлись во мнении, какое будущее будет для меня лучшим. Чтобы отстоять свое мнение и выбор, я уехала, – ответила честно.

Господин Терренс улыбнулся.

– Так я и понял. И я бы поступил точно также, и поступал. Но… Сейчас я вынужден делать то, что нужно, а не что хочу. Я решил, что будет лучше, если Вы будете знать об этом.

Я кивнула. Откровение за откровение. Что ж.

– Я поняла, благодарю за честность. Значит, будем вникать в это вместе, – ответила я, и протянула руку. – Хели, господин Терренс. Можете обращаться ко мне Хели.

Мужчина коснулся моей руки. Зелень в глазах стала насыщенной, яркой. Губы растянулись в нахальной улыбке, что так ему подходила и превращала в одного из тех юношей, что разбивают девичьи сердца по одному щелчку пальцев.

– Как скажете, Хели. Можете обращаться ко мне Роб, – сказал он и добавил шепотом: – Когда мы наедине.

Кажется, впервые за долгое время, я разрешила себе улыбнуться.

Глава 3

Я подскочила в кровати от настойчивого громкого стука. Я вообще спала? За окном ещё было совсем темно, и я испугалась, что случилось что-то плохое. Поднялась, накинула длинный халат, кое-как запахнув его на себе, и поспешила к двери.

Роб выглядел собранным и совсем не сонным, словно и не ложился вовсе. Только свежий костюм и тёмно-синяя рубашка говорили о том, что он как минимум успел переодеться. Но на то, что сна не хватило, отчетливо намекало хмурое выражение лица.

– Госпожа Мартин, – кивнул мой наниматель, быстро оглядев меня с головы до ног. – Пора вставать.

– Да, конечно, – ответила ещё несколько ошарашенная после внезапного подъема. – А который час?

– Половина шестого. Жду вас в кабинете, – ответил господин Терренс без тени улыбки и ушел.

Ох. Значит, я проспала часов пять. Ну, в целом неплохо. Правда, почему-то думала, что мы будем вставать на пару часов позднее. Точнее, надеялась на это.

Я быстро собралась и пришла в кабинет. Волосы пришлось собрать в низкий узел – сильно торопилась. На всякий случай надела теплое синее платье в пол с длинными рукавами и тонким поясом на талии. Господин Терренс уже собирал в кейс какие-то бумаги, сосредоточенно выбирая из той кипы, которую я вчера перебрать не успела. Даже совестливо как-то стало, но лезть с помощью не решилась. Кое-кто явно не выспался или просто был не в настроении. Либо, и то и другое.

– Господин Терренс, может, кофе? – предложила я.

Не поднимая головы, он буркнул что-то, что я приняла за положительный ответ и поспешила на кухню. Поставила кофе на плиту, быстро соорудила из того, что осталось от вчерашнего ужина, аппетитные бутерброды. Как хорошо, что догадалась в ресторане заказать нарезки из овощей, мяса и сыра. Кто как, а я без завтрака ощущала себя совершенно уныло и даже ранним утром ела с удовольствием. Пока всё подготавливала, поймала себя на том, что очень надеюсь, что в ближайшее время найдется прекрасная девушка или женщина, которая возьмёт обязанность по приготовлению пищи на себя. Всё же я в этом не особо смыслю.

Я закончила с приготовлениями и уже поставила всё на поднос, когда на кухне появился господин Терренс.

– Вы вовремя, – заметила я, наблюдая, как он рывком отодвигает стул и садится за стол, растирает лицо ладонями. – Значит, позавтракаем здесь.

– Да, перекусим и поедем. Нужно заглянуть в несколько мест, расскажу по дороге.

– Спасибо, – произнес Роб и, кажется, настроение его улучшилось на одно деление.

Я поставила перед ним чашку с ароматным кофе и тарелку с бутербродами. Налила и себе прекрасный напиток, но садиться не стала. Быстро перекусила, размышляя, потихоньку допивая кофе.

– Господин Терренс, как Вы считаете, может, мне следует остаться здесь? Вдруг позвонят соискатели. Или придут. Вчера я успела отнести объявления, думаю, кто-то должен откликнуться.

Мужчина встал, застегнул пуговицы на жилете.

– Поедете со мной. Не волнуйтесь, мы вернёмся часа через три. Уверен, во время нашего отсутствия ничего важного не произойдет, – ответил Роб и добавил, хмыкнув: – Да и если человек на самом деле захочет получить работу, его ничего не остановит.

– Наверное, – ответила я. – Тогда возьму верхнюю одежду.

Когда я спустилась, господин Терренс ожидал меня у выхода. Строгое черное пальто смотрелось на нем очень эффектно. Особенно в сочетании с его чуть угрюмым, но всё равно привлекательным выражением лица. Кейс идеально вписывался в эту приятную картину и дополнял образ. Глядя на Роба в таком виде, никогда бы не подумала, что этот человек не на своем месте или что ему претит заниматься тем, что сейчас лежит на его плечах.

– Прекрасно выглядите, госпожа Мартин, – кивнул он, лениво наблюдая за мной.

– Взаимно, господин Терренс. Вижу, кофе сотворило чудо, – ответила я, маскируя официальным тоном смущение.

– Наверное, Вы правы. Чувствую себя намного лучше, – ответил он и открыл дверь, пропуская меня вперёд.

Сонный сад медленно пробуждался, реагируя на восход. Потяжелевшие листья сирени дрожали каплями ночного дождя от тихого ветра. Дорожка блестела в свете уличного фонаря, и приходилось шагать аккуратно, чтобы не поскользнуться. Тишину разбавляли лишь звуки от наших шагов и птичьи голоса. Я куталась в пальто, прячась от прохладного влажного воздуха. К счастью, пешая прогулка закончилась очень быстро – мы подошли к чёрному автомобилю. Господин Терренс открыл для меня дверь и, дождавшись, когда я заберусь в теплый салон, прикрыл дверь.

– Когда вы успели прогреть автомобиль? – удивлённо спросила я, как только Роб оказался на месте водителя. – Вы вообще спали?

Мужчина неопределенно качнул головой.

– Не так много, как хотелось бы, и всё же чуть больше, чем совсем нисколько, – ответил он, выворачивая руль.

Когда мы выехали на освещенную дорогу, я не смогла больше молчать – так в сон клонило, что лучше было говорить, лишь бы не отключиться внезапно.

– Куда мы едем? И что от меня потребуется?

Роб вздохнул. То ли от усталости, то ли от безысходности.

– Сейчас съездим в место, где всё будет проходить. Это в другом конце города. Встретимся там с владельцем помещения. Вчера утвердили предварительный список гостей и их количество, поэтому будем обсуждать их размещение. Помимо переговоров, что будут проходить в день икс, будет и развлекательная программа. Вот об этом всём и поговорим.

Я слушала внимательно. Когда Роб закончил, я расправила плотную синюю ткань платья на коленях, прежде чем заговорить.

– Господин Терренс, если это настолько важное мероприятие, то почему оно будет проходить где-то на окраине, а не здесь, в центре города? Сомневаюсь, что дело тут в ограниченном бюджете.

Роб не сводил глаз с дороги, контролируя движение. Иногда встречались другие автомобили, но в это время улицы в основном были пусты.

– Во-первых, это идеальное место, чтобы не привлекать лишнее внимание, которое совершенно ни к чему. Во-вторых, там проще с вопросами безопасности. Но много, конечно, нюансов и сложностей с другими моментами.

– Вот и я об этом… – ответила я, понимая, что все преимущественного сосредоточено в центре. А на окраину надо все и всех доставить. – А почему нельзя привлекать внимание? Это же важное событие. Такие всегда освещаются прессой. Уверена, это не станет исключением, как бы далеко не находилось место проведения.

– Терпение, госпожа Мартин. Вы скоро всё узнаете, не спешите. Пока мне от вас требуется лишь присутствие и письменные заметки, которые вы сделаете в ходе сегодняшней встречи. Справитесь?

– Конечно, – ответила я и отвернулась.

Меня немного настораживала таинственность, связанная с этим секретным мероприятием. Она же и разжигала любопытство. Что ж. Теперь я очень надеялась, что в ближайшее время выясню, что к чему. А пока решила не доставать господина Терренса расспросами, раз он не настроен на диалог.

Так вышло, что до конца пути мы больше не обмолвились и словом. Эта затянувшаяся пауза заполнилась воспоминаниями о моём женихе. О Лэме. Как только перед глазами вспыхнуло его осунувшееся, посеревшее лицо, которое с каждым разом становилось всё болезненнее, мои плечи опустились, а руки сжались. Мне было стыдно за то, что я старалась это не вспоминать. Я всё так же любила Лэма, но как только думала о его хвори, теряла надежду и все силы. Отчаяние пускало корни, которые с каждой неудачной попыткой помочь жениху становились всё крепче и сильнее. Поэтому я отвлекала себя на что угодно, что могло помочь мне удержаться на плаву и не свихнуться. Я чувствовала огромную вину и за то, что в какой-то степени я тоже была причастна к тому, что с ним случилось. Это медленно убивало. Как и тот факт, что он отказался от меня, от нашей свадьбы, потому что я была для него живым напоминанием о том вечере, когда он впервые встретил дракона. О том вечере, который для него, моей сестры, и его друзей чуть не стал роковым. Однако я по-прежнему надеялась, что смогу помочь Лэму. И когда всё наладится, его решение изменится, и мы продолжим жить так, как планировали. Как хотели до того, как чертов дракон влез ему в голову и заставил напасть на мою сестру.

Около часа потребовалось на то, чтобы добраться до большого двухэтажного здания, что находилось в стороне от других строений, на заросшем густой высокой травой поле. Я недоуменно взглянула на господина Терренса, но тот был занят тем, что искал пригодное место для парковки и за моей реакцией не наблюдал. Мне вдруг стало не по себе. Заброшенное, жуткого вида здание не то, что на окраине, а в самой настоящей глуши, к которому даже нет нормального подъезда. Ну и ну! Мой наниматель мне, конечно, симпатизировал, но прямо сейчас вдруг стало страшно. А что, если он маньяк и решил прикончить меня и бросить в таком неприметном, забытом всеми месте? Я стала прокручивать в голове способы самообороны, но в мыслях назойливо крутилось одно слово и действие – бежать! Но это же ещё надо удрать от него, а для этого может потребоваться сила, ловкость, сноровка или какой-нибудь предмет и верное его использование. Кажется, в моей сумке, кроме шпилек для волос и тонкого длинного шарфа ничего подходящего для такого случая не было. Вот же ж!

– Не волнуйтесь, госпожа Мартин, уже скоро здесь будет самая лучшая дорога. А пока придется немного потерпеть, – проговорил господин Терренс, выворачивая руль и, наконец, останавливая автомобиль.

Я кивнула, но ничего не ответила. Если прямо сейчас я осторожно достану шпильку, у меня будет хоть какое-то оружие. Или лучше переждать? Я оглянулась по сторонам, но никакой дорожки к темному зданию не обнаружила. Радовало лишь то, что уже достаточно рассвело и, если что, не придется бежать в темноте. Хотя, это может стать проблемой, ведь в светлое время суток спрятаться сложнее…

– А это госпожа Линни. В ближайшие месяцы нам предстоит с ней очень плотно работать. И, кажется, она не в лучшем расположении духа.

Я вскинула голову и увидела со стороны Роба, почти у двери, высокую женщину с короткими рыжими волосами и нахмуренными бровями. Ужасное предчувствие отпустило, и я быстро вытащила руку из сумочки, заодно прихватив и провалившееся в пятки сердце. Суровая женщина пугала меня куда меньше, чем возможность быть похищенной маньяком.

– Поняла, спасибо, – ответила я, делая глубокий вдох и медленно выдыхая.

Мы вышли из автомобиля и эта госпожа Линни тут же, как помоями, окатила меня брезгливым взглядом. Я даже моргнула от неожиданности. Обошла машину и приблизилась к новой знакомой. Мой наниматель что-то сосредоточенно высматривал в стороне, а женщина сжала губы и отвернулась.

– Доброе утро, – бросила я в воздух, ни к кому особо не обращаясь и даже не пытаясь понять, в чем причина такого ко мне отношения.

– Господин Терренс, не моё дело, но я выскажусь. Госпожа Нэвер будет в ярости. Вы же, вроде как, официально помолвлены. Если ей кто-нибудь сообщит… – проговорила Линни, глядя в спину Робу.

Кгхм.

– Глупости, – без эмоций ответил господин Терренс, разворачиваясь к нам. – Это моя помощница – Хели Мартин. А это Ана Линни – она тут всем руководит. И да, Ана, если у Кристины возникнут вопросы, мы их решим без посторонней помощи и мнений. Благодарю.

Кажется, госпожа Линни пропустила его слова или не стала вникать в сказанное, и как ни в чем не бывало продолжила:

– Помощница? Кого вы обманываете? Зная вас…

– Вы меня не знаете, – отрезал господин Терренс, пристально глядя на женщину чуть сощуренными глазами.

Я шагнула назад, ощутив вдруг что-то странное и даже пугающее. Нет, мне это точно привиделось, но до чего же реальным показалось! Просто не может такого быть, чтобы небо вдруг на мгновение почернело, а меня едва не подкосил резкий порыв ледяного ветра. Однако, ещё недавно румяные щеки госпожи Линни побледнели, и она резко обняла себя, отводя глаза.

– Простите, господин Терренс, – кивнула она и встретилась со мной, на этот раз, спокойным, ничего не выражающим взглядом. – Доброе утро, госпожа Мартин. Буду рада сотрудничеству.

Я кивнула и крепко пожала протянутую, чуть дрожащую ладонь. Чувствовала теперь себя странно, но времени на размышления не было.

– Как продвигается работа? – спросил Роб, обращаясь к Ане, а я сразу достала блокнот и ручку.

– Сейчас я все расскажу и покажу. Пойдемте.

Я с опаской представляла, как мы будем продираться через пожухлую траву и очень удивилась, увидев за зарослями вполне добротную дорогу на которой смогут разъехаться два автомобиля. Без травы, утоптанную и ровную. Надо же. Господин Терренс не преувеличивал – подготовка действительно ведётся полным ходом.

Ана шагала чуть впереди, Роб и я за ней. Чем ближе становилось здание, тем отчетливее я видела, что там кипит работа. Даже солнце ещё не успело толком подняться, а люди уже что-то носили, устанавливали стремянки, ходили туда-сюда.

– Госпожа Мартин, сейчас мне нужно будет отлучиться ненадолго. Вы пока осмотритесь, пообщайтесь с Аной, она Вам расскажет об этапах подготовки здания, о том, что уже сделано и о том, что требуется. Зафиксируйте всё, позже расскажете мне, – поручил мне Роб, когда мы втроём остановились рядом с главным входом.

– Конечно, – ответила я, не слишком желая общаться с этой женщиной, но понимая, что мне не отвертеться.

Господин Терренс сразу ушёл. Он определенно был чем-то обеспокоен, но понаблюдать за ним не удалось. Он прошел вдоль стены, внимательно высматривая в ней что-то, обогнул здание и скрылся из виду. Надо будет у него потом выспросить, что же его так заинтересовало.

Я натянула слабую улыбку и повернулась к моей проводнице. Похоже, госпожа Линни тоже была не в восторге от моей компании, но промолчала. Только одарила меня своим фирменным взглядом полным неприязни, попросила следовать за ней и начала такой подробный отчет, что я еле успевала записывать. Мне приходилось постоянно останавливаться, осматривать то, на что она указывала и фиксировать всё в блокнот. Надо отметить, что внутри помещение выглядело уже очень хорошо. Не знаю, как они это сделали, но главный зал, где будет проходить развлекательная программа, был прекрасен. Сводчатые потолки, стены цвета слоновой кости с красивым, витиеватым орнаментом, большая сцена, блестящий пол. Кое-где в зале ещё трудились люди, счищая лишнюю краску, нанося рисунки, выкладывая плитку. Грядет по-настоящему важное событие для этих людей.

Я решила попытать счастье и осторожно прервала речь госпожи Линни, которая не прекращала говорить, показывая мне все важные помещения.

– Господин Терренс частично рассказал мне о мероприятии, но не уточнил, кто именно будет присутствовать и по какому поводу. Возможно, вы сможете меня просветить? – спросила прямо.

Женщина закатила глаза.

– Оказывается, всё ещё хуже, чем я думала, – сказала она и шагнула ко мне. – Послушай, цветочек, бежала бы ты отсюда. Поверь, с господином Терренсом у тебя ничего не выйдет. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Беги, пока не поздно, иначе потом будешь горько плакать.

Я думала, эту тему мы благополучно миновали. Оказалось, что нет, а жаль.

– Оставьте свои домыслы при себе, – холодно проговорила я, опустив руку с блокнотом и прямо глядя в глаза. – Вас не касаются мои отношения с кем-либо, а уж мои слезы и подавно. Благодарю за предупреждение, но я разберусь сама. А теперь, может, ответите на озвученный мною вопрос? Что за встреча здесь планируется?

Мой ответ, очевидно, не слишком понравился госпоже Линни. Вместо презрения или снисходительности теперь в её взгляде отчётливо читалась насмешка.

– Занимайтесь тем, что Вам поручили и не суйте свой нос в чужие дела, – с довольным видом проговорила она.

Нет, так нет, а попытаться стоило. Я пожала плечом.

– Как скажете. Так на чём мы с вами остановились? Кажется, вы отчитывались о нехватке материалов для завершения ремонта в кухонной зоне. Продолжим?

Женщина просверлила меня долгим взглядом и, наконец, повела меня дальше. Не знаю, чем я ей так не угодила, но не хотелось бы разжигать ещё больший конфликт. Только одно я не могла понять – зачем нанимать человека со стороны, если не готовы посвящать его во все детали? Ни за что не поверю, что им бы не удалось найти того, кто знает обо всех нюансах. С другой стороны я рада, что господин Терренс дал мне шанс. Поэтому постараюсь пока больше не докучать подобными вопросами.

Через некоторое время Роб вернулся. Хмурый и, вероятно, злой, судя по тем интонациям, которые прослеживались в его словах, обращённых к группке мужчин. Я хотела подойти ближе, чтобы понять, в чём дело, но одного взгляда сощуренных зеленых глаз на меня хватило, чтобы понять – лучше держаться в стороне. Так я и поступила. Госпожа Линни закончила доклад и занималась своими делами, оставив меня рядом с красивым залом. Там я и сидела, дожидаясь господина Терренса.

– Возвращаемся в город, – бросил Роб и направился к выходу.

Я поспешила за ним. На обратном пути передала всё, что рассказала мне госпожа Линни, параллельно внося уточнения и новые задачи от господина Терренса.

– Госпожа Мартин, не обращайте внимания на Ану. Иногда она бывает слишком резкой, но работник она очень ценный. Более двадцати лет госпожа Линни работала на моего отца и вела масштабные проекты. Так что нам очень повезло, что она согласилась принять участие и в этом.

Я кивнула, и так уже решив, что не стану реагировать на слова излишне болтливой Аны.

– Кажется, она о вас беспокоится, – предположила я.

– Ну или пытается поучать, как это было раньше. Как никак, она меня знает с момента моего рождения и считает своим долгом дать наставления и советы. И, надо признать, некоторые из них бывают полезными. Но большинство, всё же, лишние.

– Я учту, спасибо за пояснения. Куда теперь?

– Сначала две встречи, потом отвезу вас домой, заберу документы и оставлю вас на пару часов. Как раз успеете пообедать и заняться персоналом, если найдутся те, кто откликнется. Вернусь позднее, и продолжим работу в кабинете.

Глава 4

Сделали так, как озвучил господин Терренс.

Обе встречи прошли довольно быстро. Мне, в основном, приходилось всё записывать, пока Роб уходил и решал там же более важные дела. Либо записывала за ним то, что требовалось. Не слишком интересная работа, надо сказать, но господин Терренс заверил меня, что это лишь начало и хороший способ наиболее легко ввести меня в курс дел. И он был прав. Слушая и фиксируя всё, я также обдумывала ответы на вопросы, которые задавал мне Роб. Возможно, это тоже было для того, чтобы я быстрее адаптировалась, либо ему, и правда, было интересно узнать моё мнение. В общем, всё лучше, чем сидеть за бумагами, которых даже за утро в кейсе моего нанимателя накопилось немало. Не удивлюсь, если и почтальон «порадует» новыми письмами сегодня или завтра.

В обеденный перерыв я отправилась в ресторан. Роб сообщил, что перекусит в другом месте, но об ужине лучше позаботиться заранее. Соискателей, увы, я так и не застала, хотя уже так желала переложить одно непростое дело на умелые руки другой женщины. Увы. Да и как подгадать, когда кто-то позвонит или придёт? Оставлять себя без еды и просиживать свободный час в кабинете я тоже не собиралась. Поэтому оставила в дверях записку с просьбой подождать, если кто-то придёт, и поспешила в уютное заведение, что облюбовала накануне.

И я была крайне удивлена, когда на том же месте, что и вчера, обнаружила Ника. Он ещё не приступил к еде, а просто смотрел куда-то вдаль нахмурившись. Видимо, о чем-то крепко задумался, и это что-то не вселяло радости. Но как только я появилась в поле его зрения, взгляд мужчины стал осмысленным. Уцепился за меня так, словно только меня и ждал. Я вежливо улыбнулась, пока не успев занять место, и господин Палмьер кивнул на свой столик. А когда я засомневалась, встал.

– Госпожа Мартин, – услышала его чуть взволнованный голос. – Не составите мне компанию?

Это волнение и некоторая растерянность заставили меня сделать шаг навстречу, а потом и вовсе приветливо улыбнуться и присесть напротив Ника. Ладно. Я хотела побыть одна, поразмышлять, но и от компании отказываться глупо.

– Благодарю за приглашение, – сказала я, разглядывая мужчину.

– Прекрасно выглядите, – заметил Ник. – Не ожидал увидеть вас вновь.

Сегодня он выглядел лучше, чем вчера. Возможно, этот человек, и правда, совсем недавно оправился от тяжелой болезни и теперь стремительно восстанавливается. По крайней мере, именно такое впечатление создалось у меня.

– Благодарю. И взаимно, – ответила я и повернулась к официанту, чтобы озвучить заказ.

Всё согласовав, я снова развернулась к господину Палмьеру и увидела, как он что-то искал в небольшой, уже изрядно потрепанной записной книжке в кожаном переплете. Она плохо вписывалась в его образ, если честно. Но заставила моё любопытство оживиться. Кто он, чем занимается, что записывает в эту, несомненно важную, книжицу. Почему один здесь и отчего его внешность мне кажется знакомой?

– Ник, – обратилась я, как обычно, решив говорить прямо. – Я не слишком люблю говорить о погоде и прочих формальностях. Расскажите, чем вы занимаетесь? Вы давно в этом городе?

Лицо мужчины посветлело, заломы исчезли. Оказалось, он моложе, чем мне показалось вчера. И привлекательнее. Только взгляд у него иногда становится острым, цепляющимся, недоверчивым. Не каждый выдержит.

Я сидела прямо и наблюдала за тем, как этот человек, казалось, решился что-то ответить, но после помотал головой, чему-то усмехнувшись. Попробовал снова, но тоже, видимо, не то. Посмотрел на меня так обескураживающе. С какой-то тоской, и в то же время с легкостью. Уголки губ чуть приподнялись в подобии грустной улыбки.

– Признаюсь, сейчас, Хели, я нахожусь в поисках. Пока не решил, что буду делать дальше, как и где жить. А Вы?

– Я в Денвере несколько месяцев, – ответила я, положив руки на стол. – Сейчас у меня обеденный перерыв, а дальше работа. Очень сомневаюсь, что Вас заинтересует мое предложение, но всё же решусь его озвучить, – предупредила я, а левая бровь господина Палмьера чуть изогнулась.

– Как интересно, – хмыкнул он. – Продолжайте.

– Если Вы нуждаетесь, что сомнительно, в работе, то я могу узнать у моего работодателя, не требуется ли сотрудник. У него, насколько мне известно, хорошие связи.

Ник, как я и ожидала, рассмеялся. Коротко, легко, всего на несколько мгновений, но это было красиво.

– Благодарю, Хели, за предложение и Вашу заботу, но я подумывал о собственном деле. Только пока не определился с направлением.

Я чуть пожала плечами.

– Тогда желаю вам удачи, Ник. Пусть всё получится, – ответила я искренне и продолжила: – И всё-таки Вы давно в Денвере?

Официант принес горячие напитки и заполнил круглую белую чашку с золотым узором ароматным клубничным чаем.

– Около недели назад я приехал сюда, чтобы начать жизнь с чистого листа.

Вскоре принесли еду. Больше мы почти не говорили, только изредка обменивались простыми фразами и вежливостями. Обедать в компании господина Палмьера оказалось довольно приятно. Если не считать уколов совести, которые то и дело толстыми иголками втыкались в спину, когда я думала о Лэме. Да, мой жених отменил свадьбу, но я всё равно ощущала вину за то, что вот так открыто общаюсь с мужчинами. Про то, что я теперь живу в доме своего начальника – вообще молчу. Лэм будет не слишком доволен, когда узнает.

Уже перед тем, как вернуться в старинный дом с полной сумкой готовой еды, Ник предложил проводить меня. Я вежливо отказалась, на что он сообщил, что каждый день приходит в этот ресторан в определенные часы. Сказал, что будет рад меня видеть. Я, в свою очередь, ответила, что мой график нестабилен, но если будет возможность, обязательно загляну туда ещё. На этом и расстались.

Возле дома я встретила женщину. Она склонилась над погибающим кустарником, названия которого я не могла вспомнить, и ловко обматывала надломленную ветку невесть откуда взявшейся тканевой полоской. Услышав мои шаги, она обернулась и заговорила первой.

– Здравствуйте! Это вам требуется кухарка? Не занято ещё место? Я и за садом могу просматривать, глядите, всё ведь к зиме надо готовить, погибнут же несчастные, – заговорила она быстро, глядя то на меня, то на многочисленные растения.

– Добрый день! Место свободно. Давайте зайдём в дом и всё обсудим, – ответила я.

Женщина отряхнула руки и пошла за мной. Не успели мы пройти на кухню, которую я хотела показать ей сразу, как женщина бросилась к умывальнику, а после принялась рассказывать, что умеет готовить, как сильно любит работать, и как ей нужны деньги для того, чтобы воспитывать двух сыновей. Мне она понравилась сразу, и я готова была хоть сейчас принять её на работу, но нужно было согласовать кандидатуру с господином Терренсом. Поэтому я озвучила условия, услышала её едва ли не восторженный вздох и обрадовалась, что женщину всё устраивает.

– Меня Тори зовут, – представилась она, наконец, скинув теплое пальто из очень грубой ткани. – Я могу прямо сейчас приступить к работе. За такое вознаграждение могу и за домом присматривать, чистоту наводить. Вы только скажите, я все сделаю.

Я поспешила успокоить торопливую Тори.

– Нет, что Вы, не нужно. Этим будет заниматься другой человек. Но если захотите работать в саду, думаю, можно будет отдать вам оклад садовника. Но только если Вы сами хотите и если, конечно, осилите.

Женщина хлопнула руками по юбке.

– Я все могу, не волнуйтесь. А деньги, и правда, нужны, и лишней ни одна копейка не будет. Мальчишки растут – такие сорванцы! Вещей на них не напасёшься, и едят за четверых.

Я кивнула. Тори нравилась мне все больше и больше. Но это на словах. И я надеялась, что и к работе она подойдёт со всей ответственностью.

– Тори, давайте дождемся хозяина дома. Он с Вами побеседует и даст окончательный ответ. Хорошо?

Женщина лукаво улыбнулась.

– Это хорошо, когда мужчина в доме главный, – довольно проговорила она. – Он ваш супруг? Или отец?

Супруг? Точно не в этой жизни.

– Нет, он мой начальник. Я тоже здесь работаю, помогаю, выполняю некоторые поручения.

– О-о-о, – многозначительно протянула она и присела на стул. – Тогда подождем.

Я убрала готовые блюда и хотела подняться в кабинет, но услышала стук в дверь.

Господин Терренс точно не утруждал себя предупреждением о том, что он вернулся. Значит, это кто-то другой. Я поспешила открыть, оставив Тори на кухне. Не успела я покинуть помещение, как услышала звон приборов, включенную воду. Похоже, Тори решила не терять времени зря.

– Здравствуйте! Я по объявлению! Вам ещё требуется кухарка? – раздался звонкий женский голос.

Черноволосая девушка, немного старше меня, стояла на крыльце и зябко куталась в палантин, обёрнутый вокруг тонкого пальто.

– К сожалению, место уже занято, – ответила я, понимая, что вру, ведь Тори я ещё не согласовала.

Девушка, не скрывая досады, вздохнула. Но тут же, не теряя энтузиазма, она спросила:

– Я видела, сюда ещё горничная требовалась. Возьмёте меня?

– Это место пока свободно, – ответила я и пригласила её внутрь.

Пока я беседовала с красивой девушкой по имени Элла, Тори организовала нам всем чай.

– Скажите, как скоро господин Терренс приедет? – спросила Элла, переложив блестящие черные густые волосы через плечо.

– Точно не знаю, но, думаю, в ближайший час. Если у вас нет времени его ждать, можете подойти вечером, он будет на месте.

– Я подожду, – ответила Элла, ещё раз обвела меня оценивающим взглядом с ног до головы и спросила: – А Вы, госпожа Мартин, его девушка?

Этот вопрос вкупе с её взглядом мне совсем не понравился. Когда подобное озвучила Тори, которая почти в матери мне годится, меня ничего не смутило. Но эта девушка, похоже, знала Роба. Или нет? Ладно. Ответственность за принятие решения любезно возложу на плечи господина Терренса. Главное же, чтоб Элла с работой справлялась и не мешала мне. А то, как она смотрит, дело десятое.

– Помощница, – ответила я коротко и вышла из кухни.

Мне самой было не по себе от того, как сильно я ждала, что в дверь постучат, и появится ещё один соискатель. Тогда с почти чистой совестью я смогла бы отказать Элле. Это ужасно, но почему-то она мне не понравилась. Ну и ерунда! Я отругала себя за предвзятое отношение, основанное лишь на внешнем виде и на взгляде девушки, который после моего ответа стал снисходительным. Может, мне вообще всё это привиделось или я неверно расценила.

Я поднялась на второй этаж, взяла половину стопки документов и спустилась вниз. Хотелось уже скорее разобраться с бумажками. Да и, если уж быть совсем честной, скоротать время ожидания.

Только я занялась делом, из кухни высунулась Элла, вошла в гостиную, где сидела я, и заняла место в кресле напротив.

– Значит, ты просто работница, – задумчиво проговорила она, наблюдая за моей реакцией.

– Да. А ещё я решаю, кто останется здесь, а кто отправится домой. Это ясно? – спокойно уточнила я, возвращаясь к работе. – Будете мне мешать – отправитесь на выход.

Девушка молча поднялась и отправилась на кухню. Там продолжала кипеть жизнь. Вот Тори – лучший человек на свою должность. Да на любую. Уже половину кухни отмыла и не собиралась останавливаться. Если Роб разрешит, с сегодняшнего дня поставлю её на оклад. Будет огромной глупостью упустить такого работника.

Через несколько минут я услышала довольный голос Тори и подняла голову. Надо же! Рядом с ней стояла Элла, бережно протирала полотенцем тарелки и составляла их на стол. Мудрое решение. Пожалуй, один шанс она заслужила.

Не успела я вновь погрузиться в бумаги, как в доме появился господин Терренс. Он стремительно пересёк гостиную и уже встал на первую ступеньку, когда я опомнилась и окликнула его.

– Господин Терренс, постойте.

Он обернулся, и я заметила мелькнувшее удивление на его лице, словно он забыл, что в этом доме, кроме него, может быть кто-то ещё. Но вот эта эмоция исчезла, сменившись раздражительной хмуростью.

– Почему Вы не в кабинете? – подозрительно спросил он. – Уже отлыниваете?

Я уже была на ногах. Схватила со стола несчастные бумажки и помахала ими в воздухе. Захотелось сказать что-то едкое, но удалось сдержаться.

– Я принесла нам ужин и продолжила работу. А ещё в кухне Вас ожидают две прекрасные дамы для согласования их кандидатур на должности горничной и кухарки.

Бровь у моего начальника забавно выгнулась. Точно заинтересовался.

– Даже так? Что ж, тогда я задержусь, – ответил он и прошел прямо на кухню.

Я не пошла за ним, но маячила за его спиной, волнуясь. Вдруг ему не понравится Тори? Или он не понравится ей? Я ходила взад и вперёд, готовая в любой момент замолвить за неё словечко. Но вот Роб вышел в гостиную и поманил меня к себе.

– Вы сами их отобрали? – спросил он, чуть наклонив голову вбок.

– Больше никого не было. Я, если честно, ожидала большего притока. Но пока так. А что? – старательно не давая своим рукам сцепиться проговорила я.

– И Вас они обе устраивают?

Соврать? Сказать правду?

– Тори мне очень понравилась, – прошептала я заговорщически. – По поводу Эллы есть сомнения, но за неимением других соискателей…

– Я понял, – хмыкнул господин Терренс.

В этот момент выглянула Элла. Она посмотрела на меня так жалобно, даже ладони сложила вместе, словно собиралась помолиться. Роб этого не видел, но, мне кажется, он и сам прекрасно понимал, кто и зачем пришел сюда. Однако светлая моя часть сейчас явно перевешивала, и я не смогла промолчать. Я перевела взгляд на моего начальника и очень грустно вздохнула, готовя новую речь.

– Я так понимаю, госпожа Мартин, вы хотите дать шанс обеим дамам? – спросил он с какой-то странной улыбкой, что даже стало как-то волнительно за Эллу.

– Думаю, что да, – ответила я, изумившись чуткости этого мужчины. – Вас ведь это ни к чему не обяжет. И мне не придется отвлекаться на разное, – добавила я, неопределенно обведя рукой пространство гостиной.

Господин Терренс вернулся к Элле и Тори, сообщил им радостную новость и отправился в кабинет. Я осталась, чтобы показать новым работницам дом, их комнаты, и дать поручения на случай, если решат остаться и поработать сегодня. А заодно и составить задачи на завтра.

– Госпожа Мартин, жду вас наверху, – обратился ко мне Роб с верхней ступеньки лестницы. – Вечер у нас с вами предстоит насыщенный.

– Поняла, господин Терренс, – ответила я, убирая бумаги, которыми толком не успела позаниматься.

Тори и Элла решили, что сегодня останутся на пару часов, а завтра уже выйдут на весь день. Точнее, Тори выйдет, а Элла сказала, что хотела бы жить здесь, но вечер потратит на то, чтобы подготовить отведенную ей комнату для более-менее уютной жизни. Я только пожала плечом – пусть занимается чем хочет, её право.

Показав дом, я составила список всего необходимого для кухни, столовой, и для поддержания в доме порядка, который мне любезно надиктовали. Я сомневалась, что господин Терренс отпустит меня за покупками, поэтому распределила товары на два списка и отдала девушкам. Договорились, что за покупками они отправятся прямо сейчас. Я выдала им сумму, которой примерно должно было хватить на товары, и они ушли. За деньги я не слишком переживала, но даже если и случится что-то, возмещу из своего оклада. Ну или сделаем, как скажет господин Терренс. Однако я была почему-то уверена, что обманывать девушки не станут, хотя бы потому, что эта сумма того не стоит.

Следующие пару часов я и страшно серьёзный, сосредоточенный господин Терренс, кропотливо разбирали всё, что накопилось за день, а после занялись моими записями и тем, что требовалось подготовить с нашей стороны для госпожи Линни и других людей, с которыми сегодня состоялись встречи.

– Госпожа Мартин, Вам не жарко? – в какой-то момент спросил мой начальник.

Я дописала заметку и оторвалась от своего блокнота. Даже поморгать пришлось, так устали глаза от собственного почерка, искусственного света, а ещё… Я не заметила, когда господин Терренс успел снять пиджак, закатать рукава и расстегнуть часть верхних пуговиц рубашки. Он расслабленно откинулся на спинку кресла, водрузил руку на подлокотник и подпёр подбородок костяшками левой руки. Его короткие чёрные волосы были в красивом беспорядке, а в зелени глаз плясали озорные огоньки.

– Что с вами? – спросила я, слегка растерявшись от такой кардинальной перемены его настроения.

Он чуть наклонил голову и заговорил так тихо, что мне пришлось податься вперёд, ещё ближе к нему. Мы и так сидели рядом, а теперь я и вовсе едва не касалась щеки господина Терренса своим носом.

– Неужели вы ничего не заметили? – спросил он, сдерживая улыбку.

Я быстро оглянулась по сторонам, взглянула на моего начальника, но ничего особенного не заметила, кроме его странного поведения.

– Мне кажется, господин Терренс, что Вам нужно поспать, – шепотом проговорила я, с упоением втягивая пропитанный кедром воздух.

Роб тихо и медленно вздохнул, рассматривая меня, а после вновь наклонился ко мне.

– Милая Элла вот уже час наблюдает за нами. Сначала подслушивала, а после чуть приоткрыла дверь и подглядывает.

Тори и Элла быстро вернулись с покупками, сообщив, что некоторые товары купят завтра. После Тори ушла, а Элла отправилась в свою комнату, и я о ней совершенно забыла. Видимо, зря.

– И зачем ей это? – удивилась я, продолжая смотреть на господина Терренса. – Надеюсь, это никак не связано с Вашей… – я махнула рукой на стол, – работой?

Мужчина провел рукой по волосам, а взгляд сделался совсем хитрым.

– Мне кажется, её куда больше интересует моя личная жизнь, нежели какие-то бумажки.

Мои брови взлетели на секунду, но я тут же взяла себя в руки. Конечно, я предполагала, что Элла заинтересуется в хозяине дома, но чтоб вот так сразу?

– Не льстите себе, господин Терренс. Вы, конечно, ничего, но мир вокруг вас не крутится, – без улыбки заметила я, прислушиваясь, действительно ли девушка за дверью. – Так почему же мы так тихо разговариваем? Что вы задумали?

Роб кашлянул в кулак, едва не рассмеявшись. Покачал головой. Вот только озорство из глаз никуда не исчезло.

– Ну что вы, госпожа Мартин, это не лесть, а факт. Уверен, всё так и есть. Поэтому, если вас не затруднит, можете мне подыграть?

Я прищурилась и с подозрением уставилась на моего начальника. Это ещё что такое?

– Так, господин Терренс, мы теряем драгоценное время, а я сегодня планировала пораньше разделаться с делами. Что я должна делать?

Мужчина положил свою руку на стол, так близко к моей, что я даже ощутила его тепло. Хмуро посмотрела на Роба.

– Давайте сделаем вид, что у нас с вами завязался роман. Не хочу, чтобы эта девушка пришла ко мне этой или следующей ночью.

Наверное, я должна была промолчать, но мне сразу вспомнились слова госпожи Линни, и я не смогла удержаться. Не зря же я гадости от нее выслушивала.

– Правда? А как же Ваша репутация, о которой говорила Ана? – спросила спокойно, но капелька язвительности всё же просочилась в голос.

Я не очень понимала, что на меня нашло, чтобы говорить такое. И по тому, как потемнели глаза господина Терренса, поняла, что ступила на скользкую дорожку. На фоне сумеречного неба его лицо стало выглядеть особенно зловещим.

– Господин Терренс, простите за мой бестактный вопрос. Я немного поддалась вашему настроению и забылась, – сказала я громче, мгновенно выпрямляя спину.

Теперь и Роб чуть сощурился, смотрел оценивающе какое-то время. Я начала нервничать. Будет очень глупо вылететь с работы вот так. Невероятно глупо. А ещё совсем не хотелось задеть человека, но я это, похоже, уже сделала. И теперь просто сидела напряжённо и следила за каждым движением господина Терренса.

– Ана мало что знает обо мне, госпожа Мартин, хоть и думает иначе. Не обращайте внимание на её выпады, рано или поздно она успокоится и отстанет, – проговорил Роб выпрямляясь и вновь принимая серьезный вид. – Отвлеклись, а теперь за работу. Элла останется сегодня без шоу, – добавил он так громко, что за дверью что-то стукнуло и быстро стихло. – Уверен, она ещё вернётся.

– Возможно, – ответила я и уткнулась в бумаги, продолжая ругать себя за глупость, которую озвучила.

Глава 5

Неделя получилась насыщенной, бессонной и наполненной бесконечной работой. К письменной волоките и ведению записей добавились частые встречи, на которые меня с собой брал господин Терренс. Ещё он поручил мне сотрудничество с цветочной лавкой и кондитерским магазином, а также пообещал, что вскоре на мои плечи лягут и другие обязанности. Временами мне казалось, что я просто не осилю больше, но, на удивление, чем сильнее я была загружена, тем меньше было грустных мыслей, и тем скорее я со всем справлялась.

Ах да, помимо прочего, моему начальнику непременно хотелось, чтобы каждое утро я лично готовила ему кофе. Хотя, надо сказать, других желающих это делать не нашлось. Мы с ним были ещё теми ранними пташками, и не все могли жертвовать своим сном. Тори приходила позднее и готовила чудесную еду – я всё не могла нарадоваться этой прекрасной женщине и её кулинарным способностям. Что же касается Эллы, она честно встала в первое же утро – хотела угодить господину Терренсу, но попала под его горячую руку, точнее, под острые замечания о бестолковом мельтешении и перемещениях по кухне и вылитый прямо в раковину кофе. Больше по утрам её никто не видел. В остальном она неплохо справлялась и почти не попадалась на глаза, приводя дом в порядок. Это несколько удивляло, ведь я думала, она будет пытаться как-то обратить на себя внимание хозяина дома. Но нет. Ничего такого не было, кроме болезненно-влюбленных взглядов, которыми она всегда провожала господина Терренса, и из-за которых мне даже было её как-то жалко.

Сегодня я, как обычно, вскочила с кровати спустя четыре часа сна и побежала собираться. Умылась, причесалась, оделась и направилась к господину Терренсу. Каждое утро я приходила в его спальню, чтобы проверить, не спит ли он, и вместе спуститься вниз. Это была его просьба – проверять, потому что время от времени он беспокоился, что провалится в сон сразу на пару суток от хронического недосыпа. Но каждый раз, когда я открывала дверь его спальни, он уже был одет и готов к выходу.

Однако в этот раз пошло что-то не так.

Я коротко постучала и привычно толкнула дверь, шагнула внутрь. И от неожиданности прикрыла рот рукой. Ровно в тот же момент, как я вошла, господин Терренс, совершенно голый, вышел из ванной комнаты и мы едва не столкнулись. Глаза сами собой скользнули по привлекательному телу, и я поспешила отвернуться, ощущая, как лицо начинает гореть. Напоследок я успела заметить, как левая бровь Роба выгнулась.

– Госпожа Мартин, доброе утро. Не ожидал Вас сегодня увидеть, – услышала спокойный, даже не хмурый, голос начальника.

Стукнула дверца шкафа, зашуршала одежда, пока я пыталась сообразить, что означают его слова. Он же не мог меня уволить без моего ведома?

– Доброе утро, господин Терренс. Прекрасно выглядите, – выдала я и прижала прохладные ладони к горячему лицу. – Простите, что помешала, думала, Вы уже готовы. Скажите, почему Вы думали, что я не приду?

Услышала шаги позади и ощутила, что Роб остановился совсем близко, почти касаясь меня.

– Позволил себе две лишних минуты сна. Госпожа Мартин, кажется, Вы забыли, что у Вас сегодня выходной.

– Неужели сегодня уже пятница? – удивилась я и частично развернулась к уже одетому и совершенно невозмутимому Робу. – Простите! Я совсем забыла. Уже ухожу!

– Жаль, – проговорил он и чуть наклонил голову в бок. – Я уже решил, что Вы решили побаловать меня своим кофе.

Наконец, я смогла расслабиться, ощутив себя более-менее привычно и тщательно отгоняя картинки увиденного, что так ярко стояли перед глазами и от которых щеки и шея продолжали гореть. Чёрт!

– Конечно, я сделаю, – кивнула я и поспешила вниз, подальше от этой комнаты.

Пока варился кофе, я не могла найти себе места. Мерила шагами кухню, от стола к плите и обратно. Сегодня, уже сегодня я поеду к Лэму. Вещи я подготовила заранее, положила всё самое необходимое, чтобы хватило на поездку – сегодня и завтра. К ночи уже вернусь. Теперь осталось только намекнуть господину Терренсу об авансе или расчете за отработанные дни. После того зрелища, что предстало мне в его спальне, просить об этом было вдвойне неловко. Однако без денег ехать было бессмысленно – нужно было оплатить дальнейшее лечение Лэму. Только благодаря Коулу – мужу старшей сестры, удалось найти хорошего доктора, который работал как с драконами, так и с людьми, в том числе и с магическими травмами. Если выеду в ближайшее время, успею застать врача и поговорить с ним, узнать, есть ли прогресс.

Господин Терренс пришел ровно в тот момент, когда чашка с горячим напитком коснулась холодной столешницы.

– Вы как всегда вовремя, – заметила я, задумчиво глядя на то, как кофе в моей чашке смешивается с молоком.

– Возьмите, госпожа Мартин, – услышала я и подняла голову. – Тут расчет за неделю и аванс. Вы хорошо потрудились, – добавил Роб и его губы чуть изогнулись в улыбке. – Пересчитайте. Надеюсь, этого хватит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.