Карина Вальц
Курс ядовитых поцелуев

ГЛАВА 1. Будь нашим гостем

Сегодня особенный день.

И все это чувствовали. Даже нервные первогодки, которые меньше недели назад приступили к занятиям и не успели пока втянуться в студенческую жизнь, замечали неладное. Напряжение нарастало с каждым часом, с каждой секундой и, если во время общего завтрака в Зеленом Зале царило тягучее загадочное молчание, то к обеду обстановка стала походить на какой-нибудь сюрреалистичный сон, где абсолютно все вели себя не как обычно и совершали чудные поступки.

Кориана Бельф смеялась так громко и ненатурально, что это пугало. Во время обеда ее лучшая подруга Лиза выронила из рук стакан с чаем, облила ноги и даже этого не заметила, хотя чай наверняка был горячим. Уже с утра прошел слух, что девушек просто обязаны выбрать Змеи, особенно это касалось Корианы – в девушке текла демоническая кровь и она являлась представительницей древнего и властного рода. Кому еще должно достаться заветное приглашение, если не ей? Потому за Корианой студенты следили особенно тщательно, буквально не отводя взгляда. Странный смех девушки только подкреплял чужие подозрения, хотя на ее месте я бы тоже вела себя странно: а как иначе, когда несколько тысяч человек пялятся на тебя так, будто собираются прочесть все мысли?

Справедливости ради, страдала не одна Кориана, выделяющихся личностей в Александрийской академии хватало. Все они могли уже сегодня стать Змеями, получить пропуск в будущее, серьезное и полное важных свершений. Браться-близнецы Брейсел, к примеру, золотые во всех смыслах мальчики. Или Колин Александрийский – да-да, фамилия у парня заметная и совсем не случайная. Местный сумасшедший Дориан тоже был в этом надуманном студентами списке. Дориан, который терпеть не мог людей, зато постоянно общался со всякими тварями от пауков до тараканов. Или Артур Айкул, он тоже попал в список, хотя никто бы точно не сказал, за какие заслуги – кроме неуемной тяги к неприятностям, Артур ничем выделиться за два года учебы не успел, как и его дружки Ромэн и Тео. Но все трое считались перспективными благодаря родителям, это повышало их шансы на то самое особенное приглашение.

Змеи.

О них любой житель Междумирья (за иные миры я отвечать не могу) знал едва ли не с рождения. Тайное общество, существующее не одну тысячу лет и без преувеличения заправляющее всем. Правящая элита будущего – так часто называли Змей, но так ли это на самом деле – неизвестно. Возможно, королевская чета Александрийских – Змеи, а быть может и нет. Быть может, Змеи просто управляют королем Рагнаром и его женой Софией, и сами Александрийские всего лишь красивая ширма. Никаких реальных сведений на этот счет не было, лишь бесчисленные догадки и предположения. Сфера влияния Змей тоже находилась под большим вопросом, но поговаривали, вся эта таинственность возникла не на пустом месте и Змеи – это не просто кучка властолюбивых людей, все намного сложнее.

Междумирье получило свое название не на пустом месте – это огромный по своей величине остров, он же и мост в иные миры. Именно отсюда можно попасть в мир демонов или ангелов, пройти через портал, ведущий к Лесному Народу или в подземное царство умерших душ. Иных миров бесконечное множество и большая часть из них скрывает реальную угрозу. К примеру, легко представить, что случится, ворвись в Междумирье демоны – пылающий остров, выжженный дотла за считаные минуты, миллионы погибших, а после выхода демонов за пределы Междумирья – миллиарды невинных и беззащитных людских жертв. Но ничего такого демоны провернуть не пытались, и вот это тоже считалось заслугой Змей. Их власть могла быть еще больше, чем все себе фантазировали, или их состав… скажем, одними людьми он не ограничивался. В общем, Змеи были темой для бесконечных теорий и фантазий, загадкой, которая пугала и притягивала одновременно – интересно же узнать, как там все на самом деле устроено. Но они были и несокрушимой стеной, сквозь которую невозможно было пробиться, а ведь многие пытались.

О, попыток было предпринято тысячи. Десятки тысяч. Пронырливые журналюги преследовали высокопоставленных людей Междумирья, не брезгуя запрещенными заклинаниями и любыми техническими новинками, привозимыми из самых разных миров. За любые сведения о Змеях предлагались фантастически большие награды, но все зря. Время от времени по Междумирью прокатывался громкий скандал, Змеи обвинялись в многочисленных убийствах (в половине случаев совсем уж надуманно), заговорах и подставах, но все волнения неизменно сходили на нет, ведь никто не знал, кому конкретно приписывать обвинения. В конце концов было основано общество борьбы со Змеями и последствиями от их деяний, оно получило название Противоядие и его участники неустанно искали правду. Судя по всему, пока безрезультатно.

И кто знает, чем все это закончится.

Говорят, Противоядие каждый год отправляет своих совсем юных адептов в Александрийскую академию, потому что именно тут все начинается. Академия – лучшая в Междумирье – создана Змеями для отбора свежих кандидатов. Два года Змеи наблюдают, а потом выбирают. Никто не знает, откуда взялись эти сведения, но они никогда не считались ложными.

За Красным Рассветом придут новые Змеи.

Красный Рассвет был сегодня. Так что у Корианы Бельф имелась причина бешено смеяться, как и ее подруги был повод лить себе на ноги кипяток. У первокурсников был повод глазеть по сторонам, у остальных находилась причина видеть в чужом любопытстве влияние Противоядия. Короче говоря, та еще обстановочка.

Повод нервничать был и у меня – ведь я тоже проучилась в Александрийке два года. Но мои шансы на змейство считались очень низкими. Да, особо инициативные в конце второго года обучения составляли ежегодный рейтинг потенциальных Змей и вывешивали его в Главном корпусе. Среди шестисот однокурсников я болталась на шестьдесят третьем месте, что очень слабо. Я считалась девушкой умной и инициативной, но невероятными и выделяющимися талантами никогда не обладала, плюс ко всему совсем уж бедная родословная – и вот тебе низкое место. Ведь логично считать, что самый известный тайный союз Междумирья не примет в свои сплоченные ряды дочь травницы из глубинки, ей он предпочтет дочь короля. Обычной отличнице Змеи предпочтут талантливого гения со странностями, такого, как Дориан.

Расстраивало ли меня шестьдесят третье место? Я запомнила эту цифру, так что…

Возможно.

Да.

Сегодня даже как-то особенно сильно. Я поняла это утром, когда сидела на лекции по продвинутой некромагии и смотрела, как от волнения трясется моя одногруппница Данни. В том самом злополучном списке она находилась в первой десятке, потому что была неглупа и имела влиятельных родителей – хорошие данные для будущей Змеи. Данни явно не следила за ходом лекции, мысли девушки витали далеко от влияния демонической магии на мертвые тела. А я вдруг подумала, что тоже хочу вот так трястись от волнения, гадать, станет ли для меня особенным этот день, или я так и останусь собой – девчонкой, которая всю жизнь шла к большой цели, но застряла по пути, просто потому что родилась в глубинке.

И ведь Змей не заинтересует долбаное шестьдесят третье место, им нужны лучшие.

Как Данни. Как Кориана.

Раньше я не размышляла о Змеях особенно много, но к обеду от мыслей о них лопалась голова, как будто мое двухлетнее безразличие ударило по мне волной обделенных вниманием догадок. Я думала о старшем курсе – в прошлом году ведь тоже был Красный Рассвет, Змеи сделали выбор. Интересно, кого они отметили? Если память мне не изменяет, прошлый «народный» список возглавлял Дао, все звали его Ледяным Королем. Прозвище прилипло к парню после того, как он триумфально стал лидером списка потенциальных Змей, но вот стал ли он одним из них в реальности? Дао я знала лишь заочно, но если смотреть со стороны, его поведение не так уж сильно изменилось. То же самое можно сказать о Кристине Ву и Кейлоре Гриффе – второе и третье места соответственно. Кея я знала лично, мы работали вместе и даже считались друзьями, и он точно ничуть не изменился, не вел себя странно и не совершал ничего подозрительного. Разве что рассорился с близким другом, но там своя история. С другой стороны, как еще он должен себя вести? Кричать во все горло «Я есть Змей!»? Вот Противоядию была бы радость…

Змеи, Змеи, Змеи…

Безумие какое-то!

В этом году первая тройка была предсказуемой. Колин Александрийский – то ли восьмой, то ли девятый по счету внук короля, и по совместительству тринадцатый в очереди на престол; некий Харон – загадочная личность родом прямиком из демонического мира, но с человеческими корнями (обязательное требование при поступлении в Александрийку) и Надя – ее мать из лесного народа, а отец занимает почетную должность посла. Двадцать лет назад он ушел в иной мир с рядовым заданием, а вернулся только через пять лет с подросшей Надей на руках. Говорят, его жена была не в восторге, но в итоге приняла Надю в семью, а неверного мужа простила. В конце концов, что значит неверность, если ты попал к народцу?

Наследник короля, полудемон и полу… не уверена, кем точно является Надя, но человеческая кровь в ней разбавлена очень сильно. Понятно, почему эти трое возглавили рейтинг. Понятно, почему я со своими средненькими данными болталась на шестьдесят третьем месте – никаких особенных предков у меня не водилось, только люди с тем или иным количеством волшебной крови. Этакая смесь всего подряд, как и абсолютное большинство в Междумирье.

Но все может быть не так просто.

Эта мысль терзала меня похлеще безделья на каникулах.

Учебный день пролетел очень быстро, а все лекции и вовсе пронеслись мимо меня. Как будто я пришла на утреннюю некромагию, моргнула, в голове вспыхнул калейдоскоп обрывочных познаний о Змеях, и вот уже стемнело и пора топать в сторону общежитий. Или зайти в библиотеку и позаниматься, ведь скоро все продвинутые лекции, на которые я записалась, закончатся, и начнутся практические занятия. Вряд ли этот год будет таким же легким, как и предыдущие два.

Я хорошо это понимала, но ни домой, ни в библиотеку не пошла. Вместо этого совсем уж нелогично свернула в сторону ЦВИ – Центра Врачевания и Исцеления. Несмотря на позднее время, студентов по территории бродило предостаточно – кто-то шел с лекций и практик, кто-то торопился на дополнительную консультацию. Почти все окна Центра еще светились, там тоже кипела жизнь. В Александрийской академии все учились допоздна.

Они соберутся сегодня.

Змеи соберутся.

Прибавив шаг, я прошла через большую арку и оказалась на заднем дворе корпуса. Здесь начинался большой Александрийский парк, любимое место многих студентов. Парк и в самом деле выглядел потрясающе: обилие зелени, множество живописных тропинок, лучиками они расходились от главных дорожек и могли вывести в самое неожиданное место. Нередко подобные тропы приводили туда, где ты еще ни разу не был, будь это совсем крошечный и прозрачный пруд с уютным берегом, скрытая ото всех беседка из темного камня или заросшая старым мхом статуя. От этого сам Александрийский парк начинал казаться бесконечно большим и сказочным, как творение лесного народца. Иногда мне нравилось бродить здесь, натыкаться на новые места и разглядывать древние статуи. Такие прогулки приводили мысли в порядок.

Но не в этот раз.

В этот раз я вообще не знала, зачем сюда пришла, но упорно продолжала шагать вперед. Пройдя мимо гигантского памятника Филиону Александрийскому и только мельком глянув на фонтан и сидящих вокруг него студентов (по ночам в парке толкалось много народу, а уж сколько тут пряталось по углам парочек!), я уверенным шагом заторопилась дальше по прямой, точно стрела, дороге, ведущей вглубь парка. Чем дальше я шла, тем меньше мне навстречу попадалось студентов и тем сильнее сгущалась вокруг темнота.

Торопись.

Змеи не умеют ждать.

Я ускорилась. Мысли в голове иссякли окончательно, я полностью сосредоточилась на своей Цели – как можно быстрее идти вперед. Не опоздать. Тропа, поворот, кромешная тьма, совсем ничего не видно. Пригорок и легкий спуск вниз, густая растительность, но меня ничего не остановит: уверенной рукой я сдвинула кусты в сторону и, ничуть не волнуясь о зацепившейся за что-то юбке, шагнула дальше.

И неожиданно для себя оказалась в тускло освещенном помещении с низким потолком и каменной кладкой. Я оглянулась назад и увидела лишь стену – возможно, это обманная магия или что-то вроде того. Где-то на краю сознания я понимала, что я – настоящая я – проверила бы догадку, но…

Быстрее.

Ты опаздываешь.

Вздрогнув, я ринулась вперед, к небольшой арке, спотыкаясь от спешки. За аркой прятался длинный коридор со множеством поворотов, от тусклого света и быстрой ходьбы по однообразным катакомбам кружилась голова. Каменный лабиринт вел вниз и по-хорошему должен был пугать, но только не меня. Почти перейдя на бег, я наконец достигла места назначения и ввалилась в просторный зал, очень похожий на лишенный естественного света атриум, и после узкого коридорчика с затхлым воздухом, этот зал был глотком свежего воздуха.

Явилось странное чувство, будто я всю жизнь мечтала оказаться именно здесь. В этом прекрасном, каменном, скудно освещённом пространстве. Радость буквально затопила все мое существо, настолько хорошо я себя чувствовала. Хотелось кричать и прыгать, а еще лучше – пуститься в пляс, но каким-то чудом я удержала себя в руках.

Уже скоро.

Ты успела.

Успокоение пришло так же неожиданно, как совсем недавно неведомая сила потащила меня на ночную прогулку в парк. Я наконец смогла сосредоточиться и разглядеть всю затейливую многоуровневость комнаты. И компанию из девяти человек, что стояли внизу вместе со мной и беспокойно вращали глазами. У девятки, а если прибавить меня, то у стоящей внизу десятки имелось кое-что общее – все мы учились на одном курсе. Два года Змеи наблюдают, а затем приглашают.

Ты приглашена.

Чуть выше по всему периметру каменного помещения тянулся клуатр с неровными, словно выбитыми вручную, колонами, и оттуда за нами наблюдали. Сотни невидимых глаз, спрятанных за темными капюшонами. Сотни фигур, скрытых за черными бесформенными хламидами. А еще выше, почти под самым потолком, нависали четыре балкона, но там никого не было. Пока.

Это Змеи.

Никаких сомнений.

Значит ли это, что я получила приглашение?…

Да.

ГЛАВА 2. Найди ответ, если он есть

Всего нас собралось двенадцать человек, следом за мной прибыл полудемон Харон и местный плохой парень Артур Айкул. Как только Артур шагнул в каменный зал, арка за его спиной исчезла и превратилась в старые камни. Нас попросту заперли. Казалось бы, это неплохой повод напрячься, но только не для моего затуманенного рассудка. С моим восприятием творилось неладное, я это знала, но, как и в случае с исчезнувшей аркой, легко отпустила эту мысль. Оказаться в каменном мешке – разве кто-то станет волноваться из-за подобной ерунды?

Ведь рядом сами Змеи.

К тому же, безразличной оказалась не я одна. Исчезнувшая арка никого из однокурсников не встревожила.

Из одиннадцати человек, что стояли рядом со мной, знакома лично я была лишь с двумя – с дочерью посла Надей и Артуром. Колина Александрийского видела только издалека, но знала, кто он такой, собственно, как и все в академии. Тоже и насчет рыжих близнецов Брейсел, по именам я их не различала, но частенько видела две яркие рыжие макушки на лекциях. Полудемон Харон обрел популярность в конце прошлого учебного года, когда был обнародован список, так что и этого мрачного парня я не могла не знать в лицо. Но вот остальные были для меня загадкой, и больше всего вопросов вызывал тип лет на десять старше. Сомневаюсь, что он учится с нами на одном курсе, я бы заметила его раньше.

Как только арка превратилась в обычную стену, по клуатру сверху пронесся тревожный шепоток, он был словно вступлением, предвестником грядущего. Я украдкой посмотрела на Артура – он стоял с совершенно равнодушным видом и как будто даже скучал, но взгляд его был направлен вверх, в сторону четырех балконов, которые внезапно перестали пустовать.

Тени, появившиеся наверху, казались потусторонними и мало похожими на людей. Это просто игра света, высоты и черной одежды. Надеюсь.

– Уверен, объяснять, кто мы и зачем здесь собрались – лишняя трата времени, – безо всяких приветствий начал вещать низкий мужской голос. Мягкими раскатами он прошелся по стенам и окутал помещение, казалось, он звучит отовсюду сразу. Сказать, какой именно тени принадлежит этот голос, я не могла. Опять игра света и помещения. Точно игра.

После эффектной паузы обладатель бархатного голоса продолжил:

– Время бесценно для вас, но в этот раз оно работает против. Все просто: три дня и три ночи будет у вас на выяснение единственно верной правды. Три дня и три ночи на поиски истины. Три дня и три ночи на обретение новой жизни.

Со Змеями.

– Среди вас есть человек, которого мы не приглашали, – подхватил женский голос с интересной хрипотцой, – и этот человек пришел сюда сам. По собственной воле, не испросив дозволения. Нагло и бесцеремонно. Мы можем не знать его мысли и цели, зато мы знаем его. Мы точно знаем, кто он. Но это неважно.

– Иногда воля случая открывает невероятные возможности, а наш долг – принять новое, не сопротивляться и наблюдать, к чему это приведет. Поэтому все вы равны в наших глазах, шанс будет у каждого. Даже у наглого самозванца. С какими умыслами этот человек пришел к нам – уже неважно, важно, кем он сможет стать с нами, когда сменит кожу. Когда переродится в кого-то нового. – Голос номер три, уверенный и мощный.

– Но каждый год нас становится больше на десять человек, без исключений. Мы никогда не нарушаем традиций, ведь традиции держат наш мир. Найдите лишнего, найдите недостойного, найдите змею без клыков. И помните, что это могут быть разные вещи, – опять заговорила женщина.

– Решение за вами. Новое поколение имеет голос, мы прислушаемся.

– У вас три дня и три ночи.

– Выбор должен быть сделан.

– Воля нового поколения исполнена.

По залу прошел холодный ветерок, он закружился от центра вверх и унес вместе с собой тени с балконов, они растворились и ушли в темноту. Поток ветра резко обрушился вниз, ударил по полу и разбежался по сторонам, туша свет. Но никто из нас и пикнуть не успел, как факелы вновь зажглись, демонстрируя абсолютно пустое помещение с аркой-выходом. Наблюдающие за нами «капюшоны» растворились вслед за «Большой Четверкой», оставив нас одних. Шокированных, растерянных и теперь сильно напуганных.

Это были Змеи.

– Так… кто-нибудь что-нибудь понял? – первым заговорил рыжий близнец, медленно скользя взглядом по лицам остальных присутствующих. Сложно сказать, что он надеялся там увидеть, выглядели все примерно одинаково: шокировано и растерянно.

– Почти уверен, что нам только что навязали какой-то идиотский квест, – протянул Артур, с интересом разглядывая потолок. Ладно, не все выглядели одинаково, Айкул как обычно отличился. – Что-то вроде «найди крайнего», «затычь пальцем ближнего».

– Но нас двенадцать, – сказал рыжий близнец.

Он был прав, но каждый пожелал убедиться в этом лично. Даже я еще раз пересчитала присутствующих – ну точно, двенадцать. Лишний один, потенциальных избранных десять… Есть ли шанс, что Змеи настолько плохо считают? Математику мы в Александрийке не изучаем, только магию, вряд ли у старшего поколения было иначе.

Я об этом лишь подумала, а вот один из рыжих озвучил вопрос.

– Нас двенадцать, потому что Жак – не студент. Он меня охраняет, – с явной неохотой сообщила дочь посла Надя. – Не собираюсь вдаваться в подробности, но Жака можете смело вычеркнуть.

– Вот как? А может, как раз его мы и должны найти? Человек, которого не приглашали, но он все равно пришел – весьма подходит твоему охраннику! – выступил королевский наследник Колин. – Да и что за тупость – ходить с охранником?! Ты что, принцесса демонов в мире ангелов?

За это он незамедлительно получил порцию насмешек:

– Кажется, мальчику обидно: он настолько неважен для Междумирья, что ему и охраны не выписали!

– Колин Тринадцатый Бесполезный.

– Тринадцатый? Я думала, сто девятнадцатый…

– Что там с ее охранником?

– Он охраняет то, что я думаю?…

«Остроумные» вопросы сыпались со всех сторон и конца и края этому не предвиделось. Даже на первом курсе такого торжества остроумия не водилось. Думаю, все дело в волнении и страхе перед неизвестностью, легче всего их скрыть при помощи бесполезных острот.

Мне самой происходящее не нравилось совершенно. Хотелось выбраться из этих каменных катакомб и оказаться на свежем воздухе. Хотелось, чтобы все говорили друг с другом без той враждебности, что физически ощущалась в воздухе, я опасалась, что в итоге завяжется драка. А разве этого ждали от нас Змеи? Они требовали найти того, кого не пригласили. И тут уместно решить: а приглашали ли меня саму? Все, что я могла сказать: я должна здесь быть. Должна и точка! Никто не переубедит меня в обратном. Особенно кучка сварливых однокурсников.

А шестьдесят третье место… оно не так уж и далеко от третьего.

С другой стороны, уверенность никак нельзя выдать за приглашение. Ни письма, ни даже СМС я не получала, хотя в Междумирье к гаджетам относились с большой осторожностью – слишком уязвимые для чужого магического вмешательства объекты. К тому же дорогие и недолговечные.

– Вы ищете одного человека, вашему кругу неподходящего. И это не я, – придушенным шепотом сообщил тот самый Жак, но все почему-то его сразу услышали и заткнулись. Потому что Жак походил на человека, к которому лучше прислушаться, пусть он и еле шепчет, да и вообще… даже ростом не вышел.

Но низкий рост для охранных качеств не помеха.

Жак повысил голос, чтобы никто не успел прокомментировать его слова:

– У меня есть доказательство, – он закатал рукав темной рубашки, прижал два пальца другой руки к оголенному предплечью и прикрыл глаза. Потом слабо дернулся, точно от укола, и распахнул глаза – они стали светиться слабым зеленым светом. А на предплечье, там, куда он прижимал пальцы, начал проявляться рисунок. Зеленой полосой он пробежался почти от самой ладони до локтевого сгиба, рисунок формировался быстро, обретая четкие детали и линии. Уроборос в виде бесконечности, змея, поедающая свой хвост. Глаза змеи загорелись зеленым, точно как и у самого Жака, и погасли. Змейка почернела и застыла на своем месте.

Жак Змея.

Все мы смотрели на руку Жака со смесью зависти, восхищения и непонятной жадности. Все эти чувства я тоже ощущала, а правая рука буквально зачесалась от острой нехватки точно такой же странной татуировки. Мне с трудом удалось побороть бешеное желание вцепиться в руку Жака, рассмотреть змейку получше, проследить за каждым причудливым штрихом. Разум победил, но только потому, что я понимала – Жак не просто так назначен охранником Нади, он опасен. Думаю, остальные руководствовались теми же соображениями, ведь судя по пылающим взглядам, не одна я мечтала оторвать чужую руку с корнем, лишь бы увидеть змейку поближе, разглядеть любую ее деталь. Присвоить себе.

Жак стряхнул с нас наваждение, закатав рукав обратно.

И первым опять заговорил рыжий близнец, тот самый, что взял на себя инициативу с самого начала:

– Кхм… ну отлично, раз тут все прояснилось… может быть, Жак объяснит нам подробности задания? – Он с надеждой взглянул на Надиного защитника.

– Нет.

– Но если…

– Нет.

После столь категоричного и жесткого ответа рыжий на удивление быстро взял себя в руки и отступил. Это даже восхищало, ведь у меня до сих пор перед глазами стояла та татуировка, зеленые глаза и жаждущие взгляды остальных. Опасные взгляды. И глубоко в душе обосновалось чувство надвигающейся угрозы. На что способны люди с такими взглядами?

Все вокруг опасны. Они угроза.

– Хорошо. Да, хорошо… Жака можем исключить, значит, нас и в самом деле осталось одиннадцать. Может, кто-нибудь поделится соображениями? Может, было что-то подозрительное во время собрания или… что-то еще.

– Думаю, среди нас шпион Противоядия. Давно не секрет, что они мечтают выведать о Змеях все, – заявила эффектная блондинка, очень красивая и как будто знакомая. Ну это неудивительно, наверняка за два года учебы мы с ней не раз сталкивались на лекционных занятиях. Александрийка большая, но не бесконечная.

– И кто у нас шпион Противоядия?

– Не знаю. Но сомневаюсь, что он из богатой и знатной семьи.

Ее заявление вызвало одобрительную реакцию у «богатой и знатной» половины, а вот остальные, включая меня, закатили глаза. Ох уж эти рассуждения богатеньких красоток. Но один плюс в ее комментарии, несомненно, был: я смогла узнать, кто же находится на «бедной стороне». Это я, демонический тип Харон, неизвестный смуглый парень и симпатичная девушка, стоящая как раз рядом с блондинкой. Негусто.

За нашу «бедную» четверку выступил Харон:

– Почему? Поясни. – Сказал он это коротко, просто и даже без особой интонации, но все равно в его вопросе незримо таилась угроза. Просто он так выглядел. Уверена, даже когда он спит, находиться с ним рядом страшновато. Демоническая кровь – совсем не водица.

Вот и блондинка охнула под взглядом полудемона, но взяла себя в руки. Гордо задрав подбородок, ответила:

– Легко. Зачем мне, или, к примеру, Артуру, работать на Противоядие? За деньги? Это просто смешно! Никто не в силах купить нас.

– Не за деньги.

– Тогда за идею? Еще смешнее!

– Ну да.

Повисла тишина, которую я бы назвала напряженной. Харон больше ничего не сказал, его зловещее «ну да» повисло в воздухе магическим сгустком. Блондинка невольно сделала шаг назад.

– У людей вроде нас, как известно, с идеями негусто, а так же с мыслями и мозгами, – услужливо разрядил обстановку Артур. – А вообще, ребята, здорово, что все мы здесь сегодня собрались, люблю я враждебную атмосферу… но сегодня настроение у меня не то. Давайте вы останетесь, организуете свой змеиный клубок… а я буду дальше отдыхать и не забивать себе голову. – Артур широко улыбнулся, наслаждаясь произведенным эффектом, подмигнул блондинке и потопал к выходу.

– Эй! – позвал его рыжий. – Ты куда?

– Не хочу вступать в Слизерин. И избавляю вас от проблем – не благодарите!

– Ты… ты отказываешься?

– Ага. Три дня и три ночи не понадобилось, видишь, какие вы все молодцы, вычислили предателя без зубов. Команда мечты, сплотились плечом к плечу и сделали невозможный выбор! Так можете все и рассказать, я кивну в нужный момент, обещаю! – Артур наконец сделал ручкой и скрылся из виду, только его шаги гулкими раскатами отражались от каменных стен и напоминали о его неожиданном уходе.

– Придурок, – прошипел в след Артуру рыжий близнец и развернулся к нам. – Что ж, проблема решена? Может, стоит нам всем познакомиться?

Предложение было принято с неожиданной подозрительностью, но в результате мы все выдали свои имена. Так я узнала, что смуглого парня со светлой копной волос и яркими глазами зовут Дориан, и мы с ним были настолько похожи, что остальные приняли нас за брата и сестру. Все-таки смуглая кожа, светлые глаза и волосы – довольно редкое сочетание. Дориан улыбнулся мне, когда представлялся, но мне его улыбка не показалась искренней.

Братьев-близнецов звали Мик и Дик. Мик, или Микаэль – тот, что инициативный, а Диккенс – его копия со скучающим выражением лица, он будто не хотел здесь находиться. Черноволосую красавицу, что подобно мне стояла в стороне и отмалчивалась, звали Валлина, тихую симпатичную девушку с короткой стрижкой – Лена, а стоящую подле нее эффектную блондинку – Арлин. Не зря она показалась мне смутно знакомой, потому что Арлин Шадо – наша местная знаменитость и почти звезда масштаба Междумирья.

Все новые для себя имена я хорошо запомнила. Завтра у меня будет интересный день – во-первых, не мешало бы выяснить, что из себя представляет каждый будущий Змей. Дальше – узнать, что же со всеми нами произошло, я чувствовала, со мной творится неладное, и остальные страдают от той же напасти. Сумасшедшее желание стать как Жак, получить такую же метку, жадные-кровожадные мысли, толкающие на нетипичные поступки… С самого утра я пропустила мимо ушей все лекции, забила на подготовку к завтрашнему дню – а ведь я так никогда еще не делала. Поход в парк тоже необъясним, как и многое другое.

Хотя второй пункт не особо важный, лучше сосредоточиться на первом, удобно знать, с кем имеешь дело. Кто несет угрозу.

А еще просто необходимо навестить Артура. Ведь он единственный, с кем я на самом деле могла поговорить, не опасаясь злого умысла или камня за пазухой. Артуру я доверяла, даже несмотря на то, что мы не разговаривали уже больше года.

ГЛАВА 3. Прошлое – окно в настоящее

Междумирье – чудное место, в котором возможно многое, если не все. Путешествия в иные миры, магия, невероятные события, резкие смены климата, фантастические твари, время от времени рвущиеся к нам из многочисленных порталов, интриги в королевском дворце, тайны Александрийской семьи, Змеи… дивный огромный мир, за которым интересно наблюдать и к которому так хочется хотя бы прикоснуться.

Но это трудно сделать, когда жизнь твоя проходит в далекой глухомани, а все, о чем приходится беспокоиться – это как бы свести концы с концами и не умереть от голода. А магия… не такая уж и удивительная, эта магия, когда есть нечего. И магия где-то там, а мы здесь, на опушке леса.

Моя бабушка и мама работали всю жизнь, собирая травы и продавая незамысловатые отвары, из тех, что пользовались большим спросом. Как только я научилась ходить, тоже влилась в семейное дело, помогая в сборе простых листочков, ягод и веток. Едва мне стукнуло десять, я поняла, что прожить так всю жизнь попросту не смогу, а дальше смотреть на бабулю, которая без единого дня передышки ежедневно уходила в лес с первыми лучами солнца и не возвращалась, пока не стемнеет, казалось пыткой. Само собой, я была слишком маленькой, чтобы хоть как-то исправить ситуацию, но в моей детской голове уже начали прокручиваться варианты возможного будущего. Такого, в котором я обязательно смогу позаботиться о родных, такого, в котором они смогут увидеть мир вместе со мной и им не придется больше горбатиться за жалкий кусок хлеба. Все это я неизменно озвучивала родным, но они лишь устало улыбались:

– Ох, Фифи, ты – само очарование. Пойду я, пожалуй, полежу немного, а то завтра обещают жаркую погоду… – это мама.

– Бедный ребенок, не стоило таскать тебя с собой с молодых ногтей в лес, мы лишили тебя детства. Наверное, поэтому в десять лет в твоей прекрасной голове бродят такие неподходящие возрасту мысли. Идем, поможешь лучше бабушке заварить чай, а то у меня сегодня рука ноет…

С тех пор подобные мысли я держала при себе. Но ни за что от них не отказывалась, особенно после наступления нелегких для семьи времен: на Междумирье опустилась долгая и холодная зима. Точнее, Междумирье в один прекрасный день ввалилось в эту самую зиму. Для тех, кто зарабатывает на жизнь сбором трав, это нелегкое время. Почти год температура не поднималась выше нулевой отметки, а иногда падала ближе к опасному для жизни минусу. До сих пор помню ту зиму и боюсь ее. Боюсь, что такая зима может наступить опять, ведь погода в Междумирье менялась вместе с положением острова: сегодня он в жарких тропиках, через месяц – в жутком холоде у ледника. В основном, конечно, климат держался благоприятный, а остров не перемещался так часто, но все мы знали: та зима может повториться. И для некоторых это ерунда, мешают жить лишь скользкие улицы и не самый приятный мороз, но для некоторых зима – это медленная голодная смерть.

Ту зиму мы пережили. И я твердо решила, что следующая пройдет для нас незаметно. Бабуля будет думать не о голоде, а о белоснежных зимних просторах и их красоте. Мама наденет по-настоящему теплые вещи и с удовольствием прогуляется на улице, вдыхая морозный воздух. Зайдет в ресторан, чтобы перекусить и погреться, и не будет думать, что в ресторане дорого.

Мама до сих пор не видела ресторан даже издалека.

Я точно не знала, кем собираюсь стать в будущем, главным условием был хороший заработок. Поначалу я собиралась подобрать себе какую-нибудь работу с перспективами, закончить короткие курсы (что-нибудь популярное и востребованное, вроде применения демонической магии на практике), но быстро выяснилось, что простых курсов недостаточно для нарисованного моей фантазией будущего. Тогда-то моей целью и стала Александрийская академия – учебное заведение для элиты, для самых умных, целеустремленных и устойчивых. Для одаренных магов. Выпускников Александрийки расхватывали с руками и ногами, лучше них не было никого, а значит, туда мне и дорога. К лучшим. А после – в город, туда, где порталы, рестораны и другая реальность.

Жизнь моя сильно осложнилась: приходилось просыпаться еще раньше бабушки, преодолевать несколько километров ради более уважаемой школы, посещать сразу несколько дополнительных курсов, выжимать из своего среднего магического потенциала максимум, развивать его тяжким бесконечным трудом. А еще работать после возвращения домой, чтобы хоть немного помочь родным. Иногда мне становилось стыдно за столь скудную помощь, и, хотя мама с бабулей в один голос уверяли, что я не обязана заниматься семейным делом и моя задача учиться и заботиться о собственном будущем, я знала, что они во мне нуждались.

Само собой, до моего попадания в Александрийскую академию о парнях речь вообще не шла. Времени у меня не было, да и желания тратить силы на всякие глупости. А еще пример такой вот «глупости» всегда маячил рядом, я видела его, смотрясь в зеркало. Да-да, я стала последствием маминой ошибки, хотя она это и отрицает. Но я знала: когда-то она тоже мечтала выучиться, и была близка к цели, но на пути ее выросла великая любовь, порушившая все планы. Такого я себе позволить не могла, тем более до заветного поступления.

Но становиться совсем уж чокнутой затворницей тоже не собиралась, просто решила подойти ко всему с умом. Несколько легких романов во время учебы – это я могла себе позволить. Главное, чтобы эти самые романы не отвлекали от получения знаний и не сильно обременяли. В идеале я думала найти себе какого-нибудь очень умного старшекурсника, разговаривать с ним об учебе, вместе заниматься, тянуться за ним… идеальные отношения. Мужская версия меня же, выгодный союз двух серьезных людей. Но такой вариант развития событий казался слишком безупречным, чтобы стать реальностью, поэтому я рассматривала разные возможности.

Конечно, все обернулось иначе.

Во-первых, Александрийская академия оказалась вовсе не тем, чем я ее считала. То есть, здесь все много и упорно учились, но я готовилась совсем к другому. Возможно, сказалось неверие окружающих меня с самого детства людей: все наши соседи, мамулины и бабулины подруги, до последнего не верили, что я смогла. Что меня взяли в саму Александрийку. Слишком она известна, слишком хороша для кого-то из нашей глухомани. Конечно, сама я так не считала, но давление окружающих сказалось: подсознательно я готовилась постоянно отставать и с трудом вытягивать учебу, быть посмешищем и слабым звеном. Но в итоге запросто справлялась даже с продвинутыми курсами. Магия, если ее постоянно развивать, может расти и крепнуть, то, что казалось невозможным пять лет назад, легко дается после упорной учебы. Магический потенциал наращивается, словно мышечная масса, закрепляясь внутри, становясь чем-то осязаемым, добавляя мощи.

Так как училась я легко и с большим удовольствием, у меня появилось то, чего никогда не было прежде: свободное время. Я сразу нашла себе подработку в Центре Врачевания, а там неожиданно познакомилась со своим нафантазированным идеалом.

С Кейлором Гриффом.

Конечно, не все в нем походило на мечту, но он находился к ней так близко, что иной раз мне казалось, что именно о Кее я и мечтала. Он был на год старше, один из лучших на своем курсе, очень умный, серьезный и всегда при своем мнении. А еще высокий, с неплохой фигурой, красивым правильным лицом и шикарной улыбкой. Единственный минус, что я в нем нашла – его семья. Слишком обеспеченная, с богатой родословной и понятными амбициями относительно потомства. Я никогда не была наивной дурочкой и понимала, что подобное семейство не позволит Кею связаться со мной надолго, или как минимум создаст кучу проблем. Потому в своих мечтах я представляла парня попроще. Но такими подарками судьбы не разбрасываются, тем более Кей сразу намекнул на свою симпатию, и мы постепенно начали сближаться.

Как и все серьезные люди, мы не торопились. Несмотря на обеспеченность своей семьи, Кей тоже подрабатывал в Центре Врачевания и собирался в будущем лечить людей. Ничего другое его не интересовало, он уверенно шел к своей цели и тоже много учился. И говорил о врачевании так много и растянуто, что я сразу вычеркнула сию специальность как подходящую для меня. После работы мы обычно прогуливались в парке до самой темноты, он провожал меня до корпуса общежития, где я обитала, и отправлялся к себе. Если вдруг мы работали в разные смены, то Кей обязательно заходил ко мне и подробно описывал произошедшее в Центре Врачевания за день, что я отсутствовала, или расспрашивал о моем дне, если вдруг не работал он. В общие выходные мы встречались в библиотеке, несколько раз выходили в город. Все шло по моему плану мечты, но как будто как-то не так, я и сама не могла понять, в чем дело. Идеальный парень рядом, заинтересован, все отлично.

Но какое-то неправильное «отлично».

История об «идеальном романе» совершила неожиданный кульбит, когда во время одной из наших степенных прогулок Кей представил меня друзьям – мы случайно встретили его компанию в местном баре, у Кея просто не было выбора.

Его друзья не понравились мне совершенно, все как один избалованные богатенькие детишки, именно такие, какими я их представляла. Наглые, с глупыми шутками и сытыми физиономиями, без особой цели в жизни. С такими даже разговаривать не хотелось. Но пришлось, как мне казалось – ради Кея. Конечно, на тот момент я уже начала осознавать, что мечта моя имеет не только светлые стороны, а точнее, что я не очень-то подхожу собственной мечте. Даже странно, что так бывает, странно и обидно.

Впоследствии я думала, можно ли было все изменить? К примеру, познакомь Кей меня с друзьями позже, когда серьезность наших отношений не оставляла бы сомнений? Или я все равно поддалась бы тому сумасшедшему, нелогичному чувству, что поставило всю мою жизнь с ног на голову?

Не знаю. Честно говоря, я немного боюсь правдивого ответа.

Не понимаю, как так вышло. Вместо серьезного идеального Кея место рядом со мной в одно мгновение занял Артур Айкул. Человек-катастрофа, господин проблема, мистер дурацкие шуточки и бесцельное существование. Своей работой Артур считал подначивание ближнего, на учебу принципиально поплевывал, считая утренний (или даже обеденный) сон необходимостью, а цель у него была одна – позлить папочку. Ох уж эти проблемы богатых деток. Если мне удавалось затащить Артура в библиотеку, он счастливо там засыпал, а иногда прикидывался спящим и нарочно громко храпел, чтобы позлить «этих смешных ботанов». В свои личные достижения он записывал выговоры и попытки отчисления и гордился каждым учебным провалом, потому что это так злило его отца.

Артур вел жизнь пятилетки и гордился этим, нес как знамя.

Иногда мне казалось, что и со мной он связался, только чтобы позлить папочку. Когда я все же решилась и спросила об этом прямо, Артур честно ответил:

– Возможно, Фифа, возможно. Но какая теперь-то разница?

Никакой, с этим не поспоришь.

Ах да, ко всему вышесказанному, он упорно звал меня Фифой, хотя имя мое Филиппа. Имя неудобоваримое, согласна, потому использовала я его редко, предпочитая зваться Эвой. Эва – мое второе имя, красивое, вполне себе звучное и напоминающее о бабушке. Но Артур уперся именно в Фифу и мое недовольство по этому поводу его только радовало.

Впрочем, все это не отменяло того факта, что рядом с Артуром я словно неслась по другим мирам, узнавая самые лучшие их стороны. Вместо чинных прогулок мы носились, словно дети и смеялись до слез. Никогда в жизни я такого не испытывала. Сама себе я стала казаться невероятно легкой и веселой, такой, какой никогда в жизни мне быть не приходилось. Я часто соглашалась на глупости, жила не одной лишь учебой, хотя и о ней никогда не забывала.

Несмотря на все явные недостатки (Артур их не то чтобы не скрывал, а с гордостью демонстрировал и даже преувеличивал), меня тянуло к нему так сильно, что я с готовностью отошла от своего плана по идеальному парню. Притяжение возникло с самой первой нашей встречи: взаимные придирки, шутливые остроты и постоянное желание задеть друг друга только другими воспринимались как неприязнь. Я-то сразу поняла, в чем дело, да и Артур быстро перестал корчить нарочито-недовольную физиономию, сменив ее на широкую улыбку. И, если с Кеем мы степенно дружили и разговаривали о врачевании не один месяц, то с Артуром такого ни за что бы не получилось. Помню, на какой-то рядовой вечеринке он встретил меня у кромки леса и выдал:

– О, заучка! А ты чего здесь? Библиотека сгорела?! – засмеялся и быстро добавил: – Ты рано, я думал, придется ждать дольше.

– Я знала, что ты будешь ждать.

– Тогда какого демона ты так долго?!

В ответ я уверенно притянула его к себе и поцеловала первой. Потому что иначе уже не могла, да и не хотела. А Артур, конечно, не сопротивлялся. Химия между нами била ключом и не поддавалась описанию, у меня снесло крышу напрочь.

Мне нравилось, каким уверенным и открытым он был, как легко и непринужденно говорил правду и совершенно не переносил ложь. Как ревностно защищал друзей и близких, как умел понимать мое настроение и развеселить в непростой момент. Или молча обнять и просто находиться рядом. Каким задором иной раз светились его глаза. Артур всегда был готов на по-глупому широкие жесты, к примеру, однажды он всерьез предложил купить моим родным дом рядом с Александрийкой. Само собой, я отказалась, но по-дурацки прослезилась от переполняющих чувств, ведь понимала: Артур не шутил, предложение было настоящим, искренним.

У моего неидеального парня было много идеальных качеств.

После случившегося Кей и Артур перестали разговаривать. Они не считались друзьями близкими, но случай со мной совсем отвернул их друг от друга. Я честно извинилась перед Кеем, и он сказал, что совсем на меня не злится, хотя я и нравилась ему очень сильно. Просто он не хотел спешить, хотел, чтобы все у нас было правильно, красиво и надолго. Быть может, даже навсегда. А еще он сказал, что «мы» еще можем случиться, но только когда я одумаюсь и возьму себя в руки. И извинюсь, все осознав. Но я-то знала, что обратного пути уже нет.

Даже несмотря на то, что я понимала – рано или поздно мне на самом деле придется взять себя в руки. Я тонула в этом легком и веселом чувстве, но разум-то никуда не делся и время от времени давал о себе знать.

Дурацкий разум.

Все случилось в конце года, когда настала пора экзаменов, зачетов и защиты полученных навыков. Я все сдала досрочно без особых усилий, и пообещала на будущий год взять побольше продвинутых курсов, хотя и так опережала всех однокурсников по их количеству. Артур же провалился везде. Он не был глупым или слабым, все его провалы были идиотским бунтом, ведь он не хотел учиться, его заставили. Тогда я пришла к нему и прямо спросила:

– Значит, ты не передумал и все еще хочешь уйти? Бросить учебу?

– Я не передумал.

– Хорошо. Тогда я думаю, нам стоит попрощаться заранее. Завтра я уезжаю домой, а когда вернусь…

– Я поеду с тобой, – перебил Артур, твердо глядя мне в глаза. – И даже не думай говорить то, что собралась сказать, Фифа.

– А что я собралась сказать?

– Что прощаешься насовсем. Из-за того, что я не такой, каким ты желаешь меня видеть, из-за того, что я вдруг не соответствую твоим высоким ожиданиям.

– И почему мне не стоит этого говорить, Артур?

Нет, я честно пыталась не быть девушкой-пилкой, которая пытается изменить плохого парня. Я все это время пыталась. Но вот в чем дело: даже отцу Артура надоели его выходи, он пообещал: если Айкул-младший провалится, то отправился в ссылку в другой мир, в другое учебное заведение. Для проблемных магов. На много-много лет. А значит, никакого будущего у нас быть не может.

Артур нервно тряхнул головой:

– Потому что без тебя… не хочу думать, что будет. Когда в жизни неожиданно появляется что-то хорошее – разве можно это просто так отпустить, Фи?

– Не я отпускаю тебя. Ты сам все рушишь, выдумав себе какие-то идиотские причины! – я повысила голос, потому что нелогичные поступки Артура раздражали и ставили в тупик. Тут уже не до легкости и веселья. – Ох, бедный мальчик с властным папочкой, его заставили учиться там, где ему не хочется! Мальчику хочется чего-то другого, а чего – неведомо! Хотя погоди-ка! Мальчику хочется валять дурака и отрываться со своими тупыми дружками, делая в жизни ровным счетом ни-че-го! И как ты думаешь поехать со мной? Как я представлю тебе маме? Знакомься, мамуля, это Артур, он будет спать до обеда, а по вечерам тусить с нашим пьющим соседом, потому что больше не с кем, ведь мы живем в такой глухомани! А он у меня так любит потусить, мой Артурка! Правда, он отличный парень? – Меня несло, и я не могла уже остановиться. Обида от того, что Артур даже не подумал сдать экзамены хотя бы ради нас, застилала глаза. – Ты ей точно понравишься! А уж когда расскажешь ей, как трудился, чтобы поступить… напомни, что ты для этого сделал? Нехотя дотащился до главных ворот? А некоторые, между прочим, всю жизнь работают, чтобы получить хоть что-то! Малую толику того, что доступно тебе с рождения! А ты готов все это упустить из-за идиотского конфликта с отцом! Ты готов даже в ссылку отправится, чтобы доказать… я не знаю, что! Ты валяешь дурака вместо того, чтобы использовать свои возможности. Это… разочаровывает.

От моих злобных и обидных слов Артур застыл.

Его подвижные черты будто окаменели, ожесточились.

– Уйди.

– Я…

– Прощай, Филиппа.

– Надеюсь, ты подумаешь и поступишь правильно, Артур. Не ради нас, ради себя. Ссылка в другой мир ударит по тебе больнее, чем твои провалы по отцу.

Он ничего не ответил, просто ждал, когда я уйду.

На следующий день я с тяжелым сердцем вернулась домой, и за время, проведенное с родными, окончательно пришла в себя, протрезвела. Иногда истории любви выдаются короткими и яркими, и это не делает их незначимыми, наоборот, они остаются в виде веселых и прекрасных воспоминаний. Возможно, именно это мне и было нужно – хороший опыт, показывающий, насколько я была права раньше, мечтая о целеустремленном и собранном парне, так мне подходящем.

Неподходящие приносят только боль.

Когда я вернулась в Александрийку после летнего перерыва, узнала, что Артура не отчислили и он продолжит учиться. Втайне я надеялась, что он заглянет ко мне или найдет где-нибудь на территории, но он не предпринял ни единой попытки. А когда мы случайно встретились на Драконьей Площади во время общего сбора студентов, Артур мне слабо кивнул и отвернулся. Этот кивок стал его фишкой и тем максимум, что он себе позволял. И это так меня раздражало, что я частенько отворачивалась еще до того, как он успеет меня заметить, лишь бы не видеть этот его дурацкий бесцветный кивок. Несколько раз я порывалась с ним заговорить, но так и не решилась.

Я даже не извинилась за те злые и несправедливые слова.

С Кеем мы продолжили вместе работать и считались друзьями. Иногда гуляли вместе, но за целый год он так и не сделал шага вперед. И я была этому рада. Потому что даже целый год не смог исцелить меня до конца.

ГЛАВА 4. Вступи в игру

На утреннем занятии по ментальной магии я заметила Надю. Жака рядом с ней не наблюдалось, или может это я его не заметила. Раньше ведь не замечала. Надя поймала мой взгляд и нервно улыбнулась, хотя обычно девушка с удовольствием махала мне и кричала «привет!» через всю аудиторию или тренировочный центр, или вовсе бежала навстречу. В этот раз она тоже двинулась в мою сторону, но все с той же нервной улыбкой на губах и с подозрением озираясь по сторонам, словно за нашу встречу нас могли наказать.

Не сговариваясь, мы устроились в конце тренировочного центра, вдали ото всех.

– Ты как? – шепнула Надя. – Пришла в себя после вчерашнего? Меня до сих пор колотит, так все странно и пугающе…

– Пока ничего не произошло, – ответила я, осознавая, что к практике совершенно не готова. Что там мы должны сегодня по программе изучать? Построение иллюзий или внушение? Никогда прежде не была такой несобранной. Может, только года в три.

– Пока да, но через три… два дня… как думаешь, поступок Артура на нас отразится? Может и хорошо, что он ушел сам, нас осталось десять, а так было и задумано, но меня не покидает тревожное чувство… неправильности, понимаешь?

– Что ты имеешь ввиду?

– Я… – Надя наклонилась ниже ко мне, наши лица почти соприкасались, – …не уверена, что с ними все так просто. Говорят, чтобы стать одним из них, недостаточно быть лучшим, надо пройти много испытаний. Невыносимых, таких, после которых уже не стать прежним. Чтобы стать одним из них, надо сменить кожу. Переродиться.

– Это тебе Жак рассказал?

– Что? Нет, конечно, нет. Жак – он молчун.

– Тогда откуда ты это взяла?

Надя внимательно посмотрела на меня и пояснила:

– Эва, в наших кругах о Змеях говорят очень часто. С самого детства мы чутко ловим все подробности, обрывки фраз… этого недостаточно, чтобы говорить о чем-то с уверенностью, но я не сомневаюсь: нас ждет что-то ужасное. И я не уверена, что Артур сделал нам или себе одолжение. Может, даже наоборот, все усугубил.

В тренировочный центр вошел преподаватель, Магистр Онник. Как и многие в нашем мире, Онник имел предков-демонов, само собой, ронвэйцев. Потому иллюзии и всякие ментальные штучки давались ему лучше остальных видов магии. Но уверена, со временем Надя его переплюнет, потому что демоны могут вводить других в заблуждение, а лесной народец этим просто живет. Каждое существо из мира, откуда явилась Надя, знает толк в создании иллюзий. Обман – их суть.

После занятия Надя шепнула мне:

– Зайди ко мне во время обеда, хорошо? Поговорим. – И исчезла из виду, как только я согласилась.

Перед обедом пришлось отсидеть историю Междумирья – обязательный курс, растянутый на несколько лет. Мы пережили столько войн и сражений, что невозможно пройтись по ним мимолетно. Сегодня мне казалось, что нет ничего скучнее и тягомотнее этой дурацкой истории. Да и есть ли в ней правда, если Змеи даже не упоминаются?

Как только начался перерыв, я вылетела из аудитории со скоростью света, а покинула территорию Александрийки еще быстрее.

Надя, как и все богатенькие детишки, жила не в студенческом общежитии, а в районе с говорящим названием «Академическая Набережная». Собственно, здесь обитали только обеспеченные студенты, да некоторые работники академии, к примеру, наш ректор с целой семьей. Или Магистр Онник с супругой. С территории Александрийки легко было попасть на набережную, а от нее-то и начинался заселенный район, напичканный всеми благами цивилизации. Этакий мини-городок, где все друг друга знали.

Жилье Нади я нашла быстро, потому что уже здесь бывала. Надя встретила меня с той же нервной улыбкой, что и утром, и пригласила войти.

– А где Жак? – первым делом спросила я. Не любопытства ради, а потому что заметила целый ворох мужских вещей, заботливо сгруженных в одну кучу на консоли.

– Живет по соседству, разумеется. Сейчас он прямо за этой стеной, – Надя ткнула пальцем куда-то вправо и закатила глаза. – Ничего не говори, ладно? Сама не понимаю, зачем он мне нужен, но радуюсь, что он хотя бы не спит в моей кровати.

Так ли уж и не спит? Если Жак живет по соседству, почему разбрасывает свои шмотки здесь? Само собой, ценные мысли я оставила при себе.

– И давно Жак… живет по соседству?

– Уже много лет. Кстати, я заказала нам обед, скоро его должны доставить.

– О! Спасибо, я отдам…

– Ох, Эва! Забей и лучше присядь, я тебе кое-что покажу.

Признаться честно, Наде удалось меня заинтриговать, и я послушно присела на небольшой светлый диванчик. Надя устроилась рядом и сунула мне в руки ворох бумаг. Первая страница повергла меня в шок, да и остальные не успокоили.

– Зачем это, Надя?

– Просто посмотри внимательно и скажи, что думаешь.

У меня честно не было слов. Скорее всего, Надя не спала всю ночь и занималась… не знаю, как это назвать. Составлением досье? На каждого потенциального Змея у нее оказалась какая-то информация.

Первым делом я нашла собственные данные:

Филиппа Эва Хаст, 20 лет.

Номер в списке 63, значительно занижен из-за низкого происхождения;

Мать – травница в отдаленном селении (уточнить);

Отец – неизвестен (уточнить);

В текущем году изучает сразу десять продвинутых курсов, недосягаемый рекорд вреди студентов;

Специальность не выбрана (уточнить);

Первые два курса закончила с лучшей успеваемостью на потоке. Продвинутых курсов за два года – тринадцать, рекорд университета;

Работает в Медицинском Центре. Нареканий никаких, способности к целительной магии – высокие;

Победа на конкурсе демонической истории;

Победа на лингвистической Олимпиаде (Дориан Эмброуз не участвовал);

Приз за выживание в Темном Лесу;

Победа в «Расследовании Некромага»;

Территорию Александрийской Академии покидает нечасто;

Бедна, семья остро нуждается в средствах;

Полугодовая связь с Артуром Никласом Айкулом. Выгода? (уточнить);

Итог: ?

Вопросительный знак вместо итога не предвещал ничего хорошего. Но я не стала паниковать раньше времени и принялась изучать остальные «досье». Артур… читая про него, я почувствовала дурноту и с трудом поборола желание смять этот ужасный листок с сухим жестоким текстом, который никоим образом не говорил о настоящем Артуре. За мной наблюдала Надя, не стоило давать ей повода для новых записей в «досье».

– Читай дальше, Эва, – все-таки посоветовала Надя. – Знаю, на себя смотреть тяжелее всего.

– Неужели?

– Мы все через это прошли, не считай, что ты особенная.

Впрочем, она не врала, ведь даже на себя посольская дочка обзавелась файлом:

Надя Вальд, 20 лет.

Номер в списке 3, может быть завышен благодаря происхождению;

Мать – представитель лесного народа из мира Хай-Брейсел, предположительно – женщина-элле (уточнить невозможно);

Отец – посол, сотрудничает с миром Хай-Брейсел больше двадцати лет. В Междумирье имеет огромный вес, вклад в сотрудничество с лесным народом неоценим;

Специальность – менталистика, демоническая магия Ронвэ и лесное ведовство;

Изучает один продвинутый курс, профильный;

Учеба на среднем уровне, дополнительных занятий нет, к общественно-полезной деятельности внимания не проявляет;

Имеет телохранителя, который постоянно находится рядом. Незаметный контакт с чужаком практически невозможен;

Семья крайне обеспечена;

Проблемы с приемной матерью, шаткое положение в семье;

Одиночка (причины неизвестны);

Итог: не представляет угрозы, не может быть шпионом. Высокие шансы на настоящее приглашение, низкие – на контакт с недоброжелателем. Предполагаемая ценность средняя.

И так про каждого, жизни одиннадцати человек словно на ладони. Самые основные достижения и более очевидные факты, те, которые не скроешь.

Да уж, все мои однокурсники были личностями особенными. Они смотрелись Змеями. Их легко было представить Змеями. Всех, кроме меня. У меня никаких заслуг и особенных родителей не водилось. То есть, моя мама, конечно, личность неординарная, но она – обычная травница в небольшой деревеньке. Как и бабушка. Они ни разу в глаза не видели короля Филиппа, городские порталы, ведущие в другие миры и потусторонних тварей, и уж точно понятия не имеют о политических делах Междумирья. Самое большое дело, в котором они были замешаны – это когда наш сосед Ленни пытался отравить жену лекарством, которое до этого выпросил у бабушки. Мама тогда провела блестящее расследование, и гад был выведен на чистую воду. Помню, скандал был… ух! После этого мамулю все опасались и считали шибко проницательной и умной. Но я сильно сомневаюсь, что дело было громким настолько, что Змеи обратили внимание на меня, приравняв к детишкам всяких шишек и неординарным личностям вроде Дориана Эмброуза.

– И ты… позвала меня, чтобы «уточнить»? – ткнула я за злосчастные заметки в скобках. – Вот только мне нечего добавить, все так и есть: отдаленное селение, неизвестный отец, семья нуждается…

– Не злись, Эва.

– И не думала.

– Просто вчера мы с ребятами решили, что надо сделать хоть что-то. Не полагаться на удачу, понимаешь? Артур ушел, но кто знает, что у него в голове? Он может и передумать, и тогда…

– Нам придется искать лишнего.

– Точно! – Надя обрадованно заулыбалась, думая, что я приняла ее доводы.

– Ты составляла эти списки с ребятами. С кем? – поинтересовалась я, отметив, что пункт «одиночка» в Надином досье наталкивает на размышления. На самом деле, я бы назвала ее всеобщим другом, Надя была из тех, кто знает всех и вся, и умудряется найти общий язык с каждым. Настоящая дочь посла, чего уж там. Но возможно, «одиночка» означало, что на самом деле эту девушку никто не знал. Всеобщие друзья редко имеют настоящие крепкие связи.

– С Миком и Колином. Дик тоже присутствовал, но особого участия не принимал. Валлина тоже была с нами. Мы хотели быть честными, поэтому тут есть информация на каждого. И мои данные – дело рук Мика, чтобы все было максимально честно.

– Хм-м…

– И ты права, я позвала тебя, чтобы дополнить часть с тобой. Ты же понимаешь, что… что у тебя много выгодных для Змей козырей, Эва, но нужно что-то еще. Твой отец неизвестен, но у тебя так много талантов, что я подумала, тебе есть, что нам рассказать. Чтобы упрочить позиции.

Все ясно, Надя рассчитывала на тайну рождения, которой не было.

– Напиши, что он эльфийский принц, – улыбнулась я. – Ты права, мои способности от него.

И уж точно не от того, что я с малых лет училась, не жалея сил, работала и упорно двигалась вперед. Наде такое и не снилось, она вон с трудом справляется с одним продвинутым курсом, и это с такой-то наследственностью!

– Это же серьезно, Эва, – укорила меня «одиночка» и дочь посла. – Никто не знает, что будет через два дня, лучше подготовиться как следует, минимизировать риски. Сделать все, что от нас зависит, понимаешь? Мы хотим собраться завтра и все обсудить еще раз, а то вчера мы все были немного на взводе и мало что соображали. Ссорились, как дети. Ты придешь на собрание?

– Конечно.

– Хорошо. Я найду тебя завтра и сообщу подробности встречи.

– Приглашены все?

– Да. Кроме Артура. Завтра все вместе и решим, стоит ли его вмешивать.

– Его уход тебя тревожит?

– Нас всех, Эва. Тебе трудно понять, но мы все с самого детства готовимся вот к такому моменту, и знаем – со Змеями просто не бывает. Считай, что ночью твоя жизнь поменялась навсегда. Отсчет уже пошел. Да и к тому же… – Надя замялась и неуверенно посмотрела на меня, явно не желая продолжать.

Я надавила:

– К тому же?

– Знаю, вы с Артуром когда-то встречались. Не уверена, что тебе стоит…

– Это давно в прошлом. Говори.

– Зря я вообще это начала, но ладно. Подумай, Эва, вспомни сегодняшнюю ночь и хорошо подумай: а могла ли ты так свободно отказаться от всего и уйти? Хотя бы на секунду у тебя возникло такое желание?

Не могла. Ни за что

Надя продолжила:

– А вот Артур плюнул на все, как ни в чем не бывало. И ушел, как будто это было легко и просто, и даже не обернулся. Как у него это получилось?

– Не каждый мечтает стать Змеем.

– Не глупи. Ты знаешь, о чем я.

Трудно не догадаться. Всеми нами заправляло нечто необъяснимое, странная сила, притащившая в то подземелье. Что-то похожее на ментальную магию, но агрессивнее и сложнее. Интересно, что это…

А, неважно. Потом выясним, когда-нибудь.

Нам наконец принесли заказанный Надей обед, и мы вместе перекусили. Честно говоря, еда – это последнее, о чем я думала, но пришлось усердно наворачивать деликатесы, дабы воспользоваться случаем и расспросить посольскую дочку о Змеях. Она не раз намекнула, что в ее кругах кое-какая информация о них имеется, а мне требовалось восполнить пробелы.

Узнала я от Нади не так уж и много. Знак Змей, что продемонстрировал нам Жак, девушка видела впервые, но слышала о нем не раз. Вполне возможно, знак станет наградой за прохождение грядущих испытаний. О составе самих испытаний Надя могла только гадать, но утверждала, что они будут ужасными, меняющими человека навсегда. А еще без таких препятствий Змеем не стать. Смена кожи обязательна.

– А родители не намекали тебе, что это за испытания? Я к тому… ну, твой-то отец точно должен быть Змеем. Или родители Колина, к примеру.

– Нет, Эва. Ни слова, ни намека, ничего. И от этого только страшнее…

Примерно на такой позитивной ноте я и покинула Надю. Мысли мои метались в разные стороны, я то ругала Надю за попытку меня запугать, то находила во всех ее словах рациональное зерно. Змеи ведь приложили свою руку… чешую к созданию Александрийской академии, выстроили собственный Паноптикум, где наблюдали за будущим поколением. Или заставляли так думать. Вот и сейчас: все может быть на самом деле просто, этакий эксперимент, за которым забавно понаблюдать. Быть может, детишки просто наломают дров на пустом месте, разведут панику там, где не следует. Или детишки на самом деле должны паниковать и искать правильный ответ на двусмысленный вопрос. И неизвестно, что будет в случае неправильного ответа. Игра, правил которой мы даже не знаем, но играть обязаны. Иначе что?

Смерть.

Уж не знаю, как там все задумано, но мы в панике. Времени и в самом деле остается все меньше. День почти прошел, осталось всего два. А змея без клыков не найдена.

ГЛАВА 5. Усложни правила

После Нади я не стала покидать территорию Академической Набережной и твердым шагом отправилась на хорошо знакомую улицу. Раньше я бывала здесь каждый день. Да чего уж там, я практически здесь жила и на глаза собственной соседке по комнате показывалась лишь по особым случаям. У нас с Аишей вообще непростые отношения, уверена, мое отсутствие ее только радовало. По крайней мере, сейчас она частенько спрашивает, не пора ли мне «найти еще одного хахаля» и «перестать ее нервировать своим присутствием».

А путь мой лежал, конечно, к Артуру. Я хотела заглянуть к нему еще вчера ночью, после нашего странного собрания, но вместо этого побрела к себе, решив, что ночной визит будет выглядеть неуместно. Как и утренний – неприлично будить человека, склонного спать до обеда. Уверена, не попади я к Наде, придумала бы что-нибудь еще, но сейчас не время для трусливых пряток. Артур был единственным, с кем я могла поговорить, ничего не опасаясь. А еще после увиденного в файлах Нади я просто не могла не зайти к нему.

Некоторое время я потратила на топтание у порога и любование закрытой дверью. Такая неуверенность на меня не слишком похожа, да и вина явно не из тех чувств, что терзают меня постоянно, но после увиденного именно ее я и ощущала. Дурацкую, запоздалую и уже никому не нужную вину.

Впрочем, я смогла взять себя в руки и даже изобразить приветливую улыбку, когда Артур открыл дверь.

– Привет!

Мой визит точно оказался неожиданностью, потому что Артур молчал аж целых несколько секунд. Для него это продолжительная потеря речи. Кинув поспешный взгляд себе за спину (я сразу решила, что у него сейчас тусуется его дружок Тео), Артур тяжко вздохнул и заявил:

– Мой ответ нет, Фифа! Если ты опять явилась пригласить меня на танцульки, я отказываюсь! Нет, нет и нет!

Что ж, не такого приветствия я ждала, но игру поддержала:

– С чего ты взял, что я хочу пригласить тебя? Я пришла за Тео! – я попыталась пройти вперед, но Артур меня не пустил.

– Его здесь нет.

– Открой дверь, я хочу проверить.

– Открой дверь, открой душу… все вы, женщины, одинаковы! – закатил он глаза и неожиданно принял серьезный вид: – Фифа, не порть мой день. Проваливай.

– Не уйду, пока не поговорим.

– Сейчас мне немного не до тебя, – он опять бросил взгляд назад и даже кому-то подмигнул. Что ж, возможно, я ошиблась насчет Тео. – Приходи завтра… или в следующем месяце, обещаю уделить тебе минутку. Но лучше не торопись и для визита выбери следующий год.

Да уж, в моих фантазиях я легко попадала к Артуру и так же просто заводила душевную беседу. Мы не общались год, но мне всегда казалось, что стоит мне подойти к нему, заговорить первой, и все сразу наладится, мы легко станем друзьями или хотя бы приятелями. И он перестанет так по-дурацки кивать при редких встречах. Оказалось, не так уж он настроен на перемирие. Но теперь я лучше понимала его обиду.

– Я… хорошо. Но нам правда надо поговорить, Артур.

– Я понял.

– Завтра я приду. Утром.

Он ничего не успел ответить, дверь неожиданно распахнулась, а рядом с парнем нарисовалась черноволосая красавица, которую я сразу узнала. Роми Мо – прошлогодняя выпускница, лучшая на своем курсе. Сейчас она занимала должность ассистента Магистра Дамиуса и время от времени превращала некромагию в шоу своего имени, потому что в присутствии Роми добрая половина студенческого потока не могла сосредоточиться. И причина не только в экзотичной и дикой красоте Роми, но и в ее способностях: еще во время учебы девушка спокойно могла командовать целой ватагой мертвых. Поговаривали, сам Дамиус потерял голову от ее возможностей (или красоты), потому и позвал к себе в ассистенты. Некоторые и вовсе сочувствовали некромагу, мол, страдает мужчина от неразделенной любви, слезы одинокими ночами льет.

В общем, Роми девушка впечатляющая, но никакие ее таланты не сразили меня так, как присутствие у Артура дома. Эти двое существовали в разных мирах, настолько далеких, что вообще не должны были и подозревать о существовании друг друга. Но вот Роми стоит рядом с Артуром у порога и приветливо улыбается мне. И даже что-то говорит:

– Эй, а я тебя знаю. Ты же Эва, посещаешь продвинутый курс у Синнера.

– Это я.

– Он часто тебя хвалит, а это такая редкость. Ты, наверное, большой талант.

– Я… думаю, мне пора.

– Эва, не торопись, я все равно уже ухожу! – все так же радостно воскликнула Роми, положила руку на плечо Артура, потянулась вперед и поцеловала его в щеку. Он воспринял это без особой радости, скорее как должное. – Оставайтесь, детишки, и обсуждайте свои важные дела. Артур, будь повежливее с девушкой, она большая умница! – с этими словами Роми нас покинула, эффектно продефилировав мимо меня. Я восхищенно смотрела ей вслед: ну как, как можно быть настолько идеальной? Длинные черные волосы Роми блестели и лежали волосок к волоску, узкие темные глаза светились загадочной хитринкой, а улыбка обещала опасное приключение, которое манило похлеще возможности вступить в змейские ряды. Да и обычная форма ассистента смотрелась на ней впечатляюще, словно платье принцессы. Идеалы все-таки существуют.

– Да она ведьма! – пробормотала я, когда Роми удалилась.

– Скорее демоница, по крайней мере, какая-то ее часть.

– Ты что, спишь с Роми Мо?!

– Ммм, Роми! – Артур блаженно закатил глаза. – Прекрасная дива, услада для глаз и ушей – она почти всегда молчит и знает, как сделать так, чтобы заткнулся и я. А еще не задает глупых вопросов.

– А еще она для тебя слишком шикарна.

– Ну конечно. Так что, ты так и будешь стоять у порога, или наконец зайдешь и мы займемся чем-нибудь полезным? Например, поищем мою затюканную и уничтоженную самооценку…

– Уверена, твою самооценку ничем не сразить, – ответила я, шагая вперед. Последний раз я была у Артура больше года назад, но всего один шаг легко переместил меня в прошлое. Здесь ничего не изменилось, да и сам Артур казался все таким же: с ленивой улыбкой, задорным взглядом и вечно растрепанными отросшими волосами. Артур никогда не был первым красавчиком, по которому сохла каждая девчонка академии, но для меня он был таким… своим. Причем с самого первого взгляда, даже в те времена, когда я еще пыталась совладать с собой и отрицать любую симпатию к кому-то вроде Артура Айкула.

До сих пор не понимаю, как объяснить это чувство притяжения, даже сейчас мне нестерпимо хотелось его обнять. И сказать, что я соврала: это он слишком хорош для Роми, она попросту не способна оценить все то прекрасное, что в нем есть. В свое время я тоже оказалась не способной и слепой.

Артур прошел в гостиную и с размаху вместе с ногами завалился на диван. Закинул руки за голову, прикрыл глаза и сообщил:

– Рассказывай, зачем пришла. Не буди, когда закончишь, просто закрой за собой дверь.

В таких случаях приходится начинать с места в карьер:

– Ты не говорил, что винишь отца в смерти матери. А еще я считала тебя единственным ребенком в семье и слегка удивилась, когда узнала, что вас трое… как так вышло, Артур?

Сонливость Артура улетучилась без следа. Он привстал и даже открыл один глаз:

– Не строй из себя незнайку, я точно уверен, что ты в курсе, как и что происходит в сфере человеческого размножения. Мы все выяснили опытным путем.

– Ты ведь понял, о чем я.

– Ага. И раньше ты моим семейством не особо интересовалась. Решила наверстать упущенное? Я польщен. Как говорится, никогда не поздно, хотя ты очень припозднилась. Очень!

– Не спросишь, откуда я все это узнала? – я устроилась в кресле напротив, потому что топтаться и дальше возле Артура было глупо, а я и так чувствовала себя не особо уверенно. Разговор шел совсем не так, как я надеялась, никакой беседы по душам и приятельства. Только… старые обиды.

– Признаю, тебе удалось меня заинтриговать. Говори быстрее, пока я опять не заскучал. Роми, демоница, все соки выжала…

– У Нади есть досье на каждого из нас. Все: родители, способности, достижения… даже про будущую пользу имеются рассуждения. Говорит, досье создано совместными усилиями кандидатов в Змеи.

– Надеюсь, я единогласно признан безнадежно бесполезным и непригодным даже для знакомства с деревенскими мамочками? – Артур говорил с ноткой веселья и насмешки, но я все равно вздрогнула.

– Там… в досье написано много… плохого. Якобы ты единственный сын Дэмиана Вэрнеса, остальных своих детей он усыновил. Подбирал самых сильных и воспитывал… жестоко. Стравливал вас между собой, пытаясь сделать сильнее сверстников. И…

– Заключил сделку с демоном, дабы прокачать средние таланты единственного настоящего сынули? Ну да, сама знаешь – проблемы богатеньких мальчиков и их властных папочек. Такие похожие друг на друга, такие банальные. Тебе из твоей деревни виднее, что и как.

– Ты ничего такого не говорил мне, Артур. Я не могла знать…

– Ну раз ты повторяешься, Фифа, или как ты там себя называешь – Эва? – то повторюсь и я: ты ни разу не спрашивала. Стоило мне упомянуть папочку, как ты закатывала свои дурацкие глаза и намекала, что я утомил тебя всякой никчемной ерундой. А вот сейчас ты утомляешь меня… не понимаю, зачем ты здесь. С опозданием прибежала меня пожалеть? Не похоже на тебя.

– Думаешь, твой отец Змей?

– А что, таких подробностей в досье нет? Ты должна бы знать, что учился он в Александрийке, а здесь как раз гнездятся молодые подколодные. Дальше продолжать, или включишь сыщика?

– И отказался ты из-за него.

Артур смерил меня внимательным взглядом и после небольшой паузы выдал:

– Не совсем.

– Тогда почему?

– Интересный вопрос. Может, я решил, что весь этот балаган с черными балахонами и загадочными взглядами не для меня. Никогда не любил игры с подземельями и подвалами, я, знаешь ли, на редкость традиционен, мне нравятся адекватные игры. Бутылочка та же может быть забавной, или иллюзии на раздевание…

– Ты ведь понимаешь, что значат Змеи.

– Для тебя.

– Для всех, Артур. У тебя еще есть время передумать.

– Окей, допустим, я так и сделаю, хотя и не представляю, с чего меня вдруг так понесет… но все равно, допустим. Тогда нас снова станет одиннадцать. И как думаешь, кто займет место аутсайдера? Даю подсказку: кто-то с позорным номером шестьдесят три. Но уж я-то знаю эту позорницу, она в лепешку расшибется ради больших возможностей! – Он неожиданно рассмеялся и добавил: – О, я уверен, ты готова была придушить того, кто запихнул тебя на столь низкое место! Жаль, я не видел твоего лица, когда ты просматривала список – это наверняка было что-то! Выскочка выскочила, да не допрыгнула.

– Значит, твой уход – подачка мне?

– Мой уход – нежелание иметь что-то общее с любым из вашей будущей ядовитой шайки. Серьезно, там каждый меня раздражает. Все, Фифа, ты мне надоела. Проваливай. – Артур демонстративно отвернулся, обозначая, что разговор окончен.

Я тяжело поднялась.

– Подумай еще раз, хорошо? И… у тебя просто может не быть выбора. Неужели ты этого не чувствуешь? Потому что я со вчерашнего дня это ощущаю: тягу и неизбежность. Это судьба, предназначение, если хочешь.

Артур промолчал, и я поплелась к выходу. У самой двери притормозила и сказала:

– Если передумаешь, близнецы собирают всех завтра. Тебя никто не ждет, но… но будет правильно, если ты придешь. Еще ничего не решено, у тебя есть время пересмотреть решение. Хорошо подумай, Артур.

Ответом мне опять была тишина. Видимо, Артур решил, что его молчание меня ускорит, что и произошло. Посмотрев на него еще раз, я распахнула дверь. За ней с поднятой рукой, словно как раз готовился постучать, стоял лучший друг Артура – Тео Лоттер. Тот еще тип, если честно. Тот самый случай, когда смазливая мордашка самым банальным образом сочетается с полным отсутствием мозгов, и заметно это с первого взгляда. Или с первого слова.

– О, Фифыч?! – брови Тео поползли вверх с поразительной скоростью. – А ты чего здесь забыла?! Давно я тебя не видел… – он отодвинул меня в сторону и высмотрел Артура: – Ох, друг, ты живой! А то я испугался твоего сообщения! От кого я должен был тебя спасти?

– От скуки. Как говорится, друг познается в беде, делая из беды катастрофу. Ты вот только появился, а скука уже испарилась.

– Да не за что! – весело отозвался Тео и с разбегу плюхнулся на диван рядом с Артуром. – Чем займемся? Погнали на холмы, там сегодня туса намечается, девчонки городские подгребут…

Все, что мне оставалось – это закрыть за собой дверь. Значит, Артур не просто пытался меня выставить, но еще и Тео себе в помощь призвал. Конечно, помощник он такой себе, но присутствия Тео я в любом случае долго бы не вынесла.

Да уж, забавно. Что я там всегда думала? Артур и я – такая легкая и веселая сказочка, мы всегда можем вернуться к прошлому, стать друзьями… так я и планировала, со временем. Я хотела отпустить его окончательно, и только тогда попытаться наладить приятельские отношения. Сделать это сразу я бы никогда не смогла, да и что у нас получилась бы за дружба? Натянутая и дурацкая.

Но теперь, когда мне почти удалось его отпустить, в нашей жизни появляются Змеи. А еще я узнаю, что все время, что мы с Артуром провели вместе, лишь я была собой, легко открывалась и трепалась обо всем на свете. Артур всегда был рядом, слушал, умел развеселить, поддержать… и ничего не рассказывал сам. Потому что я не спрашивала. И не пыталась его понять, считая избалованным и упрямым. Построив его образ и не желая его углублять, как будто боясь этого. Он и так нравился мне слишком сильно, при всех своих недостатках, а если бы исчезли и они… Очевидно, я была ужасной девушкой, а из ужасных девушек получаются такие себе друзья. Артур это понимает, да и один ужасный друг у него уже есть, к чему ему второй.

И еще… проблемы в семьях вроде Артуровой могут быть масштабными, странными и неприятными. И куда более ужасными, чем трудная и полуголодная зима. В ту зиму я хотя бы находилась в окружении любящей родни. До сих пор помню, как часто мама и бабуля меня обнимали и обещали, что все будет хорошо. Я им верила, потому что они были моим всем. У Артура все по-другому. У Нади тоже. У Колина Александрийского детство так же не самое радужное, даже несмотря на то, что его дед – сам король Рагнар.

Об этом я и размышляла до конца дня.

Учеба, разумеется, снова пролетела мимо меня. Если так пойдет и дальше, все свои продвинутые курсы я с прежней легкостью уже не сдам.

Но все это потом. Сейчас неплохо было бы узнать о магии, притянувшей нас в подземелье. Она явно сложнее ментальной, в некоторые моменты она агрессивна и мешает думать трезво, а в некоторые как будто не особо влияет на жизнь. Такого я на себе еще не испытывала.

Но это не так важно.

Это невыносимо. Злая, я вбежала в комнату, выдернула листок из блокнота и жирными буквами написала: «ты обязана это выяснить!». Слова подчеркнула несколько раз.

Листок смяла и выкинула за ненадобностью. Аиша на мои ужимки лишь фыркнула, и заявила, что с каждым годом я становлюсь все несноснее.

ГЛАВА 6. Смотри в оба

Построение порталов – совсем не тот предмет, на котором можно отвлечься. Хотя бы потому, что в группе вместе со мной обучалось лишь пять человек. Не сравнить с мегапопулярной некромагией, где даже на продвинутых курсах запросто собиралась сотня студентов ежегодно. Говоря проще, на порталах можно думать только о порталах.

Раньше у меня с этим проблем не возникало, но теперь, конечно, все изменилось. Во-первых, передо мной маячил затылок Ледяного Короля, Дао Минника. В прошлом году парень возглавлял заветный рейтинг будущих Змей, а если учесть, что неведомый автор сего списка угадал с нашей тройкой, то сомнений нет, Дао уже год как является Змеем. Быть может, именно поэтому бедняга оказался на продвинутом курсе, хотя с порталами у него явно не все гладко. Вполне вероятно, кто-то посоветовал ему записаться на такой сложный курс.

Могут ли Змеи влиять на будущие решения?

Будто почувствовав мой взгляд, Дао обернулся. Я ему подмигнула и ловко выполнила задание: переместила яблоко с одного края стола на другой, не повредив при этом фрукт. Этот навык мы защищали на прошлом экзамене, и Магистр Лимо настоятельно советовал закреплять пройденное во время перерыва от учебы. Честно говоря, дома от скуки я пошла дальше и заменила яблоки полевыми грызунами. И расстояние тоже увеличила. Но лучше Магистру об этом не знать. И смотрящему на меня бесцветными глазами Дао тоже.

Магистр Лимо славился добродушием и отпустил нас раньше, чем полагалось.

– Бегите дети, – сердечно улыбнулся он, – говорят, скоро мы приземлимся где-то в Северном море, таковы прогнозы прорицателей, значит, ждет нас по-настоящему осенняя пора. Гуляйте, пока на улице тепло.

– Будет перемещение? – заволновалась Рита. – А когда?

– Может, несколько дней, может несколько месяцев – сами знаете, какими неточными могут быть эти прогнозы. Но вообще обещают со дня на день…

– То есть, мы можем плюхнуться в Северное море уже завтра?!

– Ну…

– А это вообще где?

– К чему эти постоянные перемещения? – возмутился парень по имени Чед. – Стояли бы на одном месте, да и стояли. Лично меня все устраивает! Солнечно, девчонки в юбках вокруг, пот струится по разным местам, ха-ха-ха!

– Что поделать, – развел руками Магистр, наверняка жалея о том, что вообще поднял эту тему. – Люди не в состоянии контролировать все. А Междумирье всегда жило своей жизнью.

– И ты всегда можешь сойти, Чедди! Все устраивает? Так и оставайся здесь, сваливай на ближайший берег, обливайся потом! – Разрешил Дао, затем кивнул Магистру Лимо и покинул аудиторию.

Остальные потянулись за ним, все еще возмущаясь полученным новостям. Чед покраснел от злости и обозвал Дао наглым засранцем, правда, когда Ледяной Король уже удалился и слышать оскорбление не мог. Я попрощалась с Магистром Лимо и последовала за ребятами.

Погода на улице и в самом деле радовала, хотя небольшую прохладу я тоже любила. И Междумирье уже бывало в Северном море – тогда часто шел дождь, небо казалось непроглядно серым, но это отчего-то мне ужасно нравилось. Правда, я тогда была совсем еще малышкой, так что кто знает, что я скажу теперь. Вот уже два года в Междумирье палило солнце, ветер радовал редко, а дождь являлся исключительно по ночам и очень несмело. Студентам разрешалось ходить в рубашках с коротким рукавом и игнорировать обязательные галстуки, в особо жаркие времена на форму и вовсе никто не смотрел. Теперь же девушкам придется красоваться в шерстяной юбке до колена и со старомодными складочками, а парням надевать галстуки. Погодой уже не отговоришься. Интересно будет понаблюдать за изменениями. Грядет война, не иначе.

От мыслей о ближайшем будущем меня отвлек грубый толчок в спину. По инерции я пролетела вперед и успела выставить перед собой смягчающий падение щит, что позволило сохранить руки и физиономию в целостности. Я мягко проехалась по земле, живо перевернулась и вскочила обратно на ноги, злая и готовая наказать обидчика: толчок явно был намеренным и сильным ровно настолько, чтобы сбить меня с ног.

– Эй! – рявкнула я шустро убегающему парню с белобрысым затылком, и с силой топнула ногой по земле. От моей ступни змейкой поползла небольшая трещина, преследуя обидчика. На мгновение мелькнула шальная мысль, что напал на меня сам Ледяной Король, но мысль как мелькнула, так и пропала. Дао был намного выше и крупнее удирающего паренька.

Да и умнее тоже. Когда толкаешь кого-то в спину вот так, стоит получше продумать толковый план отхода, обычное удиралово редко с кем сработает. Трещина очень быстро настигла парня – в конце концов, человек не может быть быстрее магии. Я вытянула вперед руку, отточенным жестом развела в стороны указательный и большой пальцы, разлом под ногами парня стал прибавлять в ширине. Ноги моего обидчика тут же подкосились, и он полетел вниз, отчаянно пытаясь уцепиться за край обрыва. Но ни физической, ни магической подготовки ему на это не хватило, так что в конце концов он свалился на дно созданной мною ямы. Нет, это определенно не Дао.

Первокурсник – это я поняла уже подходя к своей ловушке. Хотя бы по тому, как легко мне удалось его словить, никто другой бы так запросто не попался, да и на первом курсе люди уже знают об основах оборонительной магии достаточно, чтобы защитить себя в подобной ситуации. Так что мне достался не особо умелый первокурсник.

Я подошла к краю обрыва и широко улыбнулась:

– Привет. Как жизнь?

– Хорошо, – послушно и как-то бесцветно ответил парнишка. Выглядел он совсем юным и беззащитным, хотя и был младше меня всего на два года.

– Зачем меня с ног сбил?

– Хорошо.

– Хорошо? Да не особо, я же тебя поймала.

– Случайно.

– Случайно сбил или случайно попался? – вздохнула я, прекрасно понимая, что толковых ответов не получу. – Имя-то хоть свое помнишь, мистер «случайно»?

– Имя помню. Юпп. Юпп Лавур. – Он поднял на меня свои невыносимо голубые глаза. Симпатичный малый, даже очень. И глаза у него бездонные, такие и под внушением выглядят так, словно за ними прячется полмира.

– А с кем разговаривал перед тем, как на меня нападать, помнишь?

– Ни с кем.

– А если хорошенько подумать?

Юпп пожал плечами, тяжко вздохнул и уставился под ноги. Его плечи поникли и казалось, он вот-вот начнет всхлипывать. Особо жалостливой меня назвать трудно, но в конце концов, парень виноват лишь в том, что легко поддался внушению. Чувствует себя бедняга наверняка ужасно: под внушением находиться ой как неприятно, ты словно заперт в клетке собственного тела, которое действует само по себе. Ты знаешь это, но никак не можешь повлиять на происходящее, остается быть пассажиром и безвольно наблюдать за всеми ужасами, что сам и творишь.

Я подала парнишке руку:

– Давай, я тебя вытащу.

Он моей помощи не обрадовался, но руку в ответ протянул и позволил достать себя из ямы.

– Стой здесь, – приказала я. – Сейчас все за собой подчищу и провожу тебя до Центра Врачевания. Там тебе помогут и запишут на лекцию по самозащите… внушение дело такое, можно сильно пострадать, и другим навредить.

Юпп ничего не ответил, но судя по всему, убегать больше не собирался. Ему явно внушили толкнуть свою жертву и убраться, дальше указаний не было. Странно как-то. Еще раз глянув на Юппа, я сосредоточилась на устранении последствий нашей стычки. Убрать за собой причиненный ущерб – обязательное правило, за нарушение которого можно запросто схлопотать наказание в виде бесплатной работы на благо академии. Знала я одного парня, у которого часов наказания за один первый курс накопилось столько, что никогда не отработать. Он к тому времени попросту закончит академию. Если вообще доучится.

Оглядев дело рук своих, я убедилась, что газон вновь стал идеальным, и никто не скажет, что тут кто-то использовал магию, я подхватила под руку ожидающего меня Юппа и отвела его в ЦВИ. Там с рук на руки сдала дежурной сестре Юлиане, она обещала о парне позаботиться. На этом свою миссию я посчитала завершенной, хотя вопросы, само собой, остались. Странный получился эпизод с первокурсником.

Впрочем, скоро кое-что прояснилось. По крайней мере, я могла точно сказать, что Юппа подослали именно ко мне и у него была цель – подбросить замысловатую записку, которую нашла я только вечером:

«Хочешь спастись? У меня есть ответы.

Город.

Драконы не спят в полночь»

Интересно.

Мне назначают встречу? В городе, в полночь. А «Драконы не спят» – это забегаловка, куда никто из наших обычно не суется. Она располагается в отдаленном районе и заправляют там исключительно местные, студентов Александрийки они считают избалованными наглыми чужаками, что лезут в чужие владения. О «Драконах» я знала по одной простой причине: Артур вместе со своим дружком Тео огребли там на первом курсе. Мне пришлось под покровом ночи лечить их в Центре Врачевания и уговаривать Юлиану никому об этом не рассказывать. Веселенькая была ночка. Одна из многих.

В общем, всегда мечтала оказаться в этих «Неспящих Драконах» в полночь.

А записку явно подбросил какой-то ненормальный. Или кто-то, считающий что ненормальная я, раз впечатлюсь запиской и побегу в полночь навстречу приключениям. От последних уж точно придется спасаться. И забавно, а ведь я могла решить, что письмо подкинула мне Надя (правда, не знаю, как бы я объяснила странное содержание) и на самом деле явиться на эту встречу. Хорошо, что мы с Надей виделись днем и она сообщила, что близнецы приглашают всех к себе после ужина.

Глупое послание полетело в мусор.

– Достала ты бумагу переводить, – прокомментировала мои действия Аиша.

– Что-то не нравится – ты всегда можешь сменить соседку, – буднично напомнила я и ушла ужинать.

ГЛАВА 7. Слабое звено. Бесценное звено?

Ровно сутки. Двадцать четыре часа, чтобы что-то решить. Уходит ли Артур? Возможно ли это? Чего от нас хотят Змеи? Если мы ошибемся, какие нас ждут последствия?

Ненавижу неопределенность.

Но, в конце концов, Змеи были вполне конкретны: среди одиннадцати человек есть тот, кого не приглашали. И найти надо лишнего или недостойного, то есть змею без клыков, а это разные вещи. Немного запутанно, конечно, но ладно. По такой логике Артур может быть змеей без клыков, он же сам сдался и выбыл из гонки. Но с другой стороны, если он… уполз, это не значит, что он не ядовит. Просто кошмар, о чем я думаю.

О Змеях, всегда о них.

И лишний вполне может оказаться достойным. Тот, кого не пригласили. И Змеям все равно, если в конце концов именно он станет одним из них. Даже если это шпион Противоядия? Они сказали это не прямо, но вполне доходчиво. Как такое возможно, почему Змей не особо волнует шпион? Выбор за новым поколением, оно решает – так они заявили. И новое поколение отвечает за последствия своих решений, наверняка это так. Надя говорила, что простоты ждать не стоит, и в этом я склонна ей верить. Но в таком деле главное все не переусложнить, об этом я тоже размышляла довольно часто, потому что все вышеперечисленное уже казалось ужасно запутанным.

Лучше вспомнить о досье десяти человек. Опустим пока ушедшего Артура.

С Надей все ясно, со мной тоже. Тринадцатый наследник Колин так же без сюрпризов: с предками все прозрачно, с учебой у парня так себе, но все его братья-сестры-предки явно Змеи, так что и Колину туда прямая дорога.

Дальше куда любопытнее.

Микаэль и Диккенс Брейселы носят интересную фамилию, похожую на название мира, откуда прибыла Надя. Мик и Дик имеют способности лесного народа, хотя и разные. Мик – сильный менталист, он настолько хорош, что с этого года помогает Магистру Оннику. Ассистентом Мик стать не может, потому что еще учится, но неофициально парень занимает как раз ассистентскую должность. Это круто. Мик из хороший семьи, его родители отвечают за безопасность короля, а сам парень силен. Однозначно такого Змеи бы захотели пригласить в свои ряды.

С Диком все иначе. Семья, конечно, та же самая, но до успехов собственного близнеца Дику как до Хай-Брейсела пешком. Дик тяготел к иллюзиям, но серьезно ими не занимался, учился из рук вон плохо и поговаривали, что половину его экзаменов сдавал Микаэль, выручая братца. Удобно иметь под рукой умного близнеца.

Дальше из богатой компашки выделим Арлин Шадо. Ее мать знаменитость и служит лицом единственного канала Междумирья. Она сообщает новости, выступает от имени королевской семьи, делает важные объявления, и, предположительно, спит с королем Рагнаром уже миллион лет. По некоторым слухам, Арлин у нас тоже голубых кровей. Неофициально. Учится девушка успешно, хотя и звезд с неба не хватает.

Лена Гирвин – подруга Арлин с самого детства. Родители ее не так богаты, но они охраняют портал в демонический мир, а значит, их способности и важность для общества неоспоримо высоки. Из-за яркой подруги Лена всегда задвинута на второй план, но это ее устраивает. Лена, как и я сама, со специальностью не определилась.

Валлина Вэрнес – дочь погибшего магната Орина Вэрнеса. Он отвечал за перевозку людей из внешнего мира в Междумирье и обратно, а это очень прибыльное и важное дело. Внешний мир, лишенный магии, не в состоянии предложить быстрое исцеление раненым и сильно больным людям, и многие находят выход и используют не совсем традиционную медицину. Орин Вэрнес им в этом помогал, прокладывал путь. Валлина унаследует империю отца. Сама она изучает целительство и врачевание, и довольно успешно. Идеальный кандидат в Змеи.

Кажется, с богатыми детками разобрались. Колин, Мик, Валлина, Арлин и Надя – неоспоримые кандидаты Змей. Лена и Дик немного отстают.

Итак, Харон. Демоническая сущность с самой каплей человечности. Всю свою жизнь он провел в ином мире, более жестоком, со своими порядками и законами. Но учиться был отправлен сюда только из-за человеческих корней. Больше о Хароне никто и ничего не знает. Но все его опасаются, потому что его демоническая часть целиком и полностью является наследием Андраса. Демон гнева, войны, разрушений, ненависти и боли. Пессимистичное сочетание.

Особенно если вспомнить, что отец Артура заключил сделку с демоницей, которая тоже была потомком Андраса. И неизвестно, как это отразилось на Артуре. Никто этого не знает.

Впрочем, речь сейчас о Хароне. А он определенно идеальный Змей. Если слухи о них правда, людей набирают в Междумирье, сами же Змеи могут быть… разными. Демонами, духами, да хоть ангелами. Харон – нечто среднее, отличное связующее звено между далекими мирами. Дитя двух миров.

И остался у нас Дориан Эмброуз. Тип, внешне так сильно напоминающий меня, забавная шутка судьбы. Небогатая семья, ничего интересного. Зато сам Дориан билингва. Но вот второй язык его совсем не человеческий, он понимает и умеет общаться со всякими тварями и управлять ими. Так что приставка «би» мне кажется приуменьшением, ведь Дориан знает сотни языков. И учит еще больше в Александрийке, совсем игнорируя магию. Даже несмотря на последний факт, Дориан хороший кандидат.

И какие у нас выводы: Харон и Дориан хороши. Я уступаю.

Из десяти человек трое имеют шаткое положение. Если Артур надумает вернуться, он в эту тройку не попадет. С его отцом считаются даже демоны, а это дорогого стоит. К тому же, сам Артур – участник сделки с неизвестными последствиями. Честно говоря, я ни разу не видела, чтобы парень использовал магию. Быть может, это неспроста. Ох, какой же я была слепой, просто поразительно. Так игнорировать очевидное – это талант.

А что до нашей тройки… как по мне, «змеей без клыков» является Дик. А вот незваной гостьей легко можно назвать меня саму. Шестьдесят третий номер в рейтинге, дочь травницы и обычная отличница без супер-демонических корней… такой может быть прилежная шпионка Противоядия, к примеру. Нищета может толкнуть на многое, а мозгов у меня достаточно, чтобы вычислить потенциального Змея (Колина, к примеру, хотя надо постараться, чтобы его не вычислить), проследить за ним и попасть на общее собрание. Кстати, удивлена, что так никто не догадался поступить. Учитывая наличие списка кандидатов, за Колином должны были наблюдать сотни студентов.

Итак, задание Змей.

Лучше аккуратно сосредоточить остальных на поиске «змеи без клыков». И, пусть моим кандидатом и был Дик, выступать против него – верх идиотизма, ведь за ним стоит ушлый командир-братец, с которым опасно связываться. Значит, ставить будем на Лену Гирвин.

Примерно с таким настроем я заходила в симпатичный домик на окраине Академической Набережной. Близнецы Брейсел решили не мелочиться и поселились сразу в двухэтажном жилище.

– Удобно закатывать вечеринки, – быстро пояснил мне открывший дверь Дик и подмигнул. – А ты ничего такая, можешь залетать иногда… ну потом, когда все станет поспокойнее. Ща Микки ходит как демоном зашуганный, никакого веселья…

– Ты случайно не знаком с Тео? – спросила я, чутко уловив сходство.

– Лоттером-Плевоттером? Мой бро! Жаль, его с нами нет.

– Это точно.

Тогда слабое звено искать бы не пришлось. Слабоумные Змеям явно ни к чему.

– Зато Артурчик нарисовался. Он тоже бро, но Тео совсем свой чувак. Простой и понятный, сечешь? А ты чего застыла? Давай, давай, проходи… почти все уже собрались. Налить чего?

– Воды.

– Воды нет, – отчаянно замотал головой Дик. – Только винишко для девочек и травяная настойка для мальчиков. Есть у демонов дрянь – гуляй-трава, вот если ее добавить в настойку, выходит полный улет, сечешь? Я часто экспериментирую с составом, у меня типа талант, и в этот раз должно выйти что надо. Если хочешь, я в вино могу сыпануть чутка. Попробуешь?

– В другой раз, Дик.

– Как знаешь. Топай тогда наверх, я пока здесь потусуюсь. Только это, Микки не говори про настойку, хорошо? Это типа наш секрет, общий. Сечешь?

– И как же я должна была пить твою настойку? – зачем-то спросила я.

– Обычно пить, – удивленно округлил глаза парень. – Просто тайком и очень быстро. Ни разу что ли на лекциях не промышляла? История же такая скучная, как без настоечки ее пережить…

– Лучше я пойду.

– Ага, давай, Эмма. Если нужда торкнет, ты мне подмигни – мигом сообразим тебе чего-нибудь покрепче. Сечешь?

Поправлять Дика я сочла излишним, просто поблагодарила за щедрое предложение и поспешила наверх. Если Артур здесь, даже не представляю, как Микаэль убедит остальных, что его братец достоин стать Змеем. Он же ходячая катастрофа и мог пригодиться разве что в роли клоуна. Нет, все-таки мои выводы были верны и «без клыков» тут явно Дик Брэйсел. А еще он мог явиться на собрание вслед за братцем. Или Мик попросту взял его с собой, что более вероятно. На шпиона Противоядия Дик не тянет никак, но и на приглашенного тоже мало походит.

Если задуматься, задание Змей не такое уж и сложное.

На втором этаже я сориентировалась быстро, услышав знакомые голоса. Справа от лестницы начинался широкий коридор, а в самом его конце – арка, ведущая в подобие гостиной. Комната была по-настоящему огромной и погрязшей в хаосе. Я даже не сразу заметила, что здесь есть мебель, настолько она была завалена подушками, вещами и другими предметами былой обстановки, да и просто каким-то пестрым тряпьем. Самым аккуратным местом я бы назвала закуток справа, там стояла впечатляющая барабанная установка, а вокруг нее примостились целых три гитары. В этом доме явно обитает музыкант. Хотя Брэйселы – потомки лесного народа, значит, с музыкой могут дружить оба.

За барабанной установкой сидел Артур, рядом с ним топтались Арлин и Лена. Харон с мрачным видом восседал на единственном кресле, а Надя, Колин, Валлина и Микаэль словно нарочно устроились от полудемона как можно дальше. Жак отсутствовал, или просто решил подождать Надю где-нибудь внизу. Я пришла предпоследней, не хватало лишь Дориана. Ну и Дика, но тот болтается на первом этаже и встречает гостей.

Мое появление было воспринято с заметным напряжением. Я понимала его суть, ведь мысли остальных явно двигались в том же направлении, что и мои собственные. Если Артур передумал, а Дик здесь «змея без клыков», но за спиной его внушительный зубастый брат, то… я могу занять роль «неприглашенной».

Но ты достойнее любого из них.

– Тарам-пам-пам-пам! – Артур торжественно ударил палками по установке, звук получился мощным и противным. Арлин отпрыгнула в сторону и зажала уши, Артур обрадованно заулыбался.

– Прекрати так делать, – осадил его Микаэль. – Голова от твоей бездарности уже болит.

– Зануд никто не любит, Микки. Спустись что ли вниз, выпроси у брата немного заначки. Она отлично расслабляет! Сечешь?

– Что?! – Микаэль побледнел и в мгновение ока вылетел из гостиной. Секрет рыжего Дика очень быстро перестал быть таковым.

За стукачество Артуру тут же достался шквал недовольных взглядов, и парень картинно закатил глаза:

– Поверьте, если бы я сейчас мог злобно посмотреть на себя, я бы так и сделал!

– Не стоит настраивать всех против себя, Айкул, – посоветовала Надя. – Ты и так здесь не самая желанная персона.

– Ты разбиваешь мне сердце, женщина! – в доказательство своих слов Артур опять начал лупить по установке и действовать всем на нервы. Я, наверное, чокнутая, раз потеряла голову от такого засранца, хотя обычно Артур себя так не вел. Это больше похоже на раздражающего Тео.

Вскоре в гостиную вернулся Микаэль, таща за собой довольного близнеца, а с ними появился и Дориан, он громко поздоровался со всеми и украдкой подмигнул мне. Артур устроил торжественный проигрыш в честь прибытия последнего «чешуйчатого» и на сей раз его осадил Дик.

– Ты все неправильно делаешь, бро! Давай я тебя научу… – Дик взял в руки гитару и начал творить чудо. Простой музыкой услышанное я бы никогда не назвала. Сказка, магия, волшебство… Словно завороженные, мы собрались вокруг Дика, ловя каждый звук и боясь лишний раз вздохнуть. Разрушать музыкальное волшебство не хотелось, а мысль о том, что Дик может взять и остановиться, пугала до дрожи.

– Вот так надо играть, чувак! – Дик наконец остановился и отложил гитару. Мы все разочарованно выдохнули. Магия разрушилось, и от этого было больно, как будто у тебя вдруг отняли что-то ценное, вроде воды в пустыне или магии в демоническом мире.

Дик… что ж, он удивил.

– Сыграй нам еще раз, – тихо попросила Лена, смотря на рыжего близнеца влюбленными глазами.

– Да не вопрос, детка!

– Он сыграет потом! – остановил Дика Микаэль. – Сейчас у нас не вечеринка, мы собрались с определенной целью. Так давайте не будем отвлекаться!

– И что ты предлагаешь? – подала голос черноволосая красавица Валлина. Выглядела она вечно недовольный, хотя может, у нее просто лицо такое.

– Предлагаю обсудить…

– Эй, прости, а кто назначил тебя главным? – влез неугомонный Артур. Цеплять кого-то умного и серьезного вроде Микаэля – это его хобби. Да и сегодня парень явно в ударе, а такое его настроение всегда приводило к драке или неприятностям. Возможно, Артур тоже немного не в себе. Как и я вот уже несколько дней. Да и остальные… стоит ли поднять эту тему?

А, неважно.

– Я себя назначил. А что, есть возражения?

– А ты как думаешь? Или ты у нас важный и тупой?

– Заткнись, Айкул. Тебя вообще никто не звал, так что стой в стороне и помалкивай. Уверен, ты с нами все равно ненадолго! – Микаэль начал выходить из себя.

– Давайте не будем начинать вечер со ссоры, – примирительно заметила я.

– Это ты ведь его позвала?

– Что?

– Точно, ты. Зря. Твоя ошибка, Эва.

– Это я его позвал! – сообщил вдруг Колин, а Валлина добавила:

– Я тоже приглашала Артура.

– Артик мой бро, я тоже его зацепил. Бро всегда поступают как бро, иначе какие они бро? Хреновые, ага! Сечете? – С чувством заметил Дик и хлопнул в ладоши: – Ну так что, сыграть вам что-нибудь? Релаксирующее могу забацать, мигом все успокоитесь и прослезитесь.

– Забудь об этом!

– Лучше налей брату настоечки, пусть расслабится, – посоветовал Артур.

– Предлагаю не тянуть и просто… нам было сказано прозрачно: найти лишнего или неприглашенного. Мы сделали, что могли: составили на каждого досье со всеми сильными и слабыми сторонами, взвесили за и против, оставили время на размышления. Теперь мы все знаем друг друга довольно хорошо, уверена, каждый решил для себя, кого он не хочет видеть в будущем со Змеями. Давайте просто… – Надя осеклась, но быстро собралась с духом: – Давайте просто устроим голосование, анонимное. Оно все решит.

– Я против Микаэля. Он все равно слабое звено: без чувства юмора, плохой собеседник…

– Айкул, анонимное – значит не кричать вслух.

– Мне скрывать нечего.

В отличие от Артура, остальные особой смелостью не отличались. Надя раздала всем по листку, предложила вписать неугодное имя и кинуть бумагу в вазу. С задачей все справились быстро, а Мик разобрал голоса. Получилось, трое против меня, трое против Лены, двое против Дика, двое против Дориана и один против Микаэля.

Опасно.

– И никого против меня?! – оскорбился Артур. – Валюха, и ты, Брут?

В ответ Валлина показала ему средний палец и тепло улыбнулась.

– Эй, Дик. Думаю, девушки не откажутся от бокала вина. Сгоняй вниз, принеси что-нибудь получше, – с энтузиазмом предложил Микаэль, и, как только брат скрылся из виду, с серьезным видом повернулся к нам: – А теперь серьезно: кто голосовал против моего брата? – его взгляд скользил по нашим лицам, будто пытаясь выцепить смельчака. – Впрочем, неважно. Скажу вам всем: Дик совсем не то, чем кажется. Он куда сильнее любого из вас, сегодня он показал лишь жалкую малость от своего таланта. Его магия сложна и опасна. Просто лесной народ… любит все усложнять. Чем больше способности, тем труднее приходится человеку. И Дик вынужден… иногда уходить от реальности. Но он Змей по праву. Он им нужен больше любого из нас.

– Братская любовь, да? – усмехнулся Дориан.

– К слову о братьях… вы с Эвой случайно не родственники? Так похожи…

– Мы не родственники.

– А где твой отец находился двадцать лет назад? – без особого такта спросила Надя у парня.

– Сбежал во внешний мир. Он до сих пор там, отказался от магии и завел другую семью. Говорит, обычная жизнь нравится ему больше той, что предлагает Междумирье.

– Правда?!

– Быть не может.

– Это здорово, – то ли это был сарказм, то ли Арлин на самом деле так считала. По ней так и не определишь, казалось, все ее слова сочатся ядом.

– Ага. Даже пригашал в гости. – Дориан улыбнулся, поймал мой взгляд и опять подмигнул: – А Филиппа красавица, да?

– Говорят, самые ядовитые змеи имеют яркую окраску, – ожил заскучавший Артур. – Прочитал вчера в «Змействе для начинающих».

– Это что, попытка задеть девушку? – натужно рассмеялся Микаэль, парень явно ждал шанса поддеть оппонента, и прицепился к первой же фразе. – Бедного Артурку бросили? Вот уж не знал, что у вас все было настолько серьезно…

– Ага, так серьезно, что мы даже не улыбнулись ни разу.

– Думаю вам, ребята, пора поцеловаться или вроде того, – озвучила Арлин общие мысли. – Ваша страсть немного уляжется, а мы продолжим что-то решать. Хотя мне кажется очевидным, что именно Филиппа, или Эва, или как ее там зовут… она – нищая шпионка Противоядия. Или просто мерзкая проныра. Эти бедные готовы на все, чтобы поломать нам жизнь. Зависть – самый мощный двигатель человечества.

Ожидаемо.

Борись!

– Эта бедная здесь, и ты можешь к ней обращаться, – разрешила я, удивляясь закипающей внутри злости. Замечания всяких Арлин и ей подобных никогда меня не трогали, и вот тебе на.

– Да ты все поняла и так.

– Нет, я не поняла, чем ты лучше меня.

– Да всем.

– Не похоже на весомый аргумент, Арлин, или как тебя там… твои успехи так ничтожны, что от сочувствия я бы расплакалась, а похвастаться ты можешь только своей матерью, ее сомнительными достижениями. Это многих здесь касается, кстати. Но что насчет ваших собственных заслуг, ребята? Что сделала в этой жизни конкретно ты, Арлин? Родилась?

Харон, хмурая Валлина и Дориан одобрительно закивали, им моя речь пришлась по душе. Интересно, у Харона вообще есть душа?

– Ну ты и дурочка, Филиппа. Пора понять, что твои дурацкие достижения никому не сдались, есть вещи поважнее, тебе просто этого не понять. Ты ведь выросла в своей глуши и о мире ничего не знаешь. Наивная маленькая дурочка, – Арлин нервным жестом пригладила белоснежные волосы и оскалилась: – Так что прощай, детка, прощай! Мы забудем тебя очень быстро. И Артур будет самым первым.

– Эй женщина, у меня нет склероза, – отозвался Айкул.

Дик появился очень вовремя. Я уже была готова накинуться на Арлин и выдернуть все ее дурацкие волосы с корнем. Это, конечно, нечестно, нападать на более слабого, но раз этот самый слабый нарывается столь отчаянно…

– Я что-то пропустил? – расстроенно спросил рыжий.

– Да. Фифа рвет и мечет, хочет свое вино. Протягивай бокал осторожнее, а то отхватит полруки…

Трясущейся рукой я приняла бокал от Дика (он опасливо дернулся) и залпом опрокинула в себя сладкую красную жидкость. Гадость редкая, терпеть не могу все сладкое.

Позже мы все немного успокоились и повторили голосование еще трижды. Каждый раз я набирала не меньше шести голосов против. Больше половины. Споры не прекращались, улыбки Арлин и ее подруги Лены становились все шире, взгляд Артура кричал «ну я же говорил», а Змеи опасно отдалялись. Мои шансы пополнить их ряды таяли на глазах.

Но когда тебя прижали к стене, это не страшно. Можно оттолкнуться от этой самой стены. Можно хотя бы попытаться. Доказать, что у меня есть клыки.

Борись до конца!

ГЛАВА 8. Не позволь ему убежать

Ночь я провела без сна, чем очень нервировала Аишу. Она то и дело просыпалась и постоянно косилась в мою сторону. Может, боялась, что я стащу ее форменную юбку до пят – специальный заказ, между прочим. Пока все остальные мечтали надеть что-нибудь покороче, Аиша готовилась к перемещению уникальным методом. Одевалась любимая соседка всегда странно, как будто нарочно выпячивая напоказ внутренние заскоки.

Впрочем, до Аишиного сна мне дела не было. Нравится ей каждые полчаса открывать глаза и проверять меня – пожалуйста. У меня же осталось меньше суток, чтобы придумать… не знаю, что придумать. За ночь я выяснила одну презабавную истину: когда с идеями напряг, а придумать что-то необходимо, время бежит неумолимо быстро и весело ухмыляется тебе, неудачнику. И кричит «эгегей, я ухожу!». А еще от бессонной ночи может поехать крыша, раз начинаешь думать о таком.

– Мои нервы – твои проблемы, – сообщила с утра Аиша. – Запомни.

Соседка ушла, а я осталась сидеть на кровати. Время бежало и бежало. Все быстрее. И что мне делать? Попробовать перетянуть избранных на свою сторону по одному? Гиблая и сомнительная затея. На одно трусливое мгновение я подумала, что можно уговорить Артура снова уйти, но я быстро откинула эту мысль. Нет уж.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.