Муни Витчер
Нина и сила Абсинтиума
Книга шестая

Коле Ляпаненко,

который умеет улыбаться жизни

Moony Witcher

Nina e il potere dell’Absinthium

© 2014 Giunti Editore S.p.A., Firenze-Milano, Italia

© Николаев В. М., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке.

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2021

Machaon ®

Иллюстрации Маттео Ваттани

Иллюстрация на обложку Анастасии Нестеровой

* * *

У каждого из нас всего одна жизнь:

И если бы мне постоянно везло,

Если бы я добилась славы,

Я все равно почувствовала бы свою жизнь прожитой напрасно,

Если бы хоть на один день

Лишилась возможности созерцать Вселенную.

Маргерит Юрсенар

Глава первая
Суспензия Оживляющая

Бледно-голубой свет Акуэо Профундис ледяным лезвием полоснул по глазам Рокси. Девочка тяжело дышала. С трудом приподняв веки, она как сквозь туман увидела лица своих друзей, которые стояли в двух шагах от нее. Рокси слышала их голоса, но не понимала, о чем они разговаривают. В голове шумело от слабости. Сделав усилие, она проглотила слюну, наполнявшую рот, и с удовольствием ощутила приятный вкус Мрака Разгоняющего – эликсира, которым напоил ее Фило Морганте с помощью Бокала Вибрирующего. Подвигала плечами: боль в спине, кажется, прошла. Но вот пошевелить ногами у нее не получилось, сколько бы она ни пыталась. Почувствовала в руке свой Талдом и прижала его к груди: магический жезл Шестой Луны был единственным алхимическим инструментом, с которым она не рассталась бы даже в самом беспомощном состоянии. Страх грыз ее душу: она очень боялась, что не выкарабкается.

Девочка опять посмотрела на друзей, которые неожиданно умолкли. Рокси была уверена, что они делают все, что в их силах, чтобы спасти ей жизнь, и сейчас, охваченная волнением, пыталась понять, чем они заняты. А те медленно и осторожно передавали из рук в руки блюдо, высеченное из грубого красно-розового камня, – Сперантио. Блюдо было таким ценным и хрупким, что ребята даже прекратили дышать из боязни уронить его на пол Акуэо Профундис, отчего оно точно разбилось бы вдребезги. По борту блюда тянулась фраза, хорошо читаемая благодаря тому, что слова, ее составляющие, были выполнены черной краской, нисколько не выцветшей за много веков. Это был текст молитвы, которая, если прочитать ее громко вслух, помогала вернуть к жизни того, о ком молились.

Ребята по очереди начали произносить по слогам слова древней молитвы, вырезанной на магическом блюде:

Первой, кто нарушил тишину, наполнявшую тайную подводную лабораторию, была Джолия – родившаяся много веков назад черепаха-призрак. Едва сдерживая волнение, она на прекрасном ксораксианском языке прочла слова, составлявшие фразу.

– Хеспедита нун куато мемерита силоние. Ватия ин коранте лирата суплимия… – выводила она с торжественным придыханием. Потом вдруг замолчала и, покачав головой, пожаловалась: – Оима Каба… Оима Каба… Устала, силы на исходе… Дальше сами. Но помните, фраза, нанесенная на это очень древнее блюдо с острова Пасхи, не просто слова, они обладают священным смыслом. Поэтому старайтесь читать их отчетливо и без ошибок. А ты, моя дорогая, – Джолия повернула морщинистую мордочку к столу, на котором лежала Рокси, – внимательно слушай, что они читают. – Сейчас обычно язвительная и ворчливая черепаха была так встревожена состоянием Нининой подруги, что старалась обращаться с ней как можно ласковей. – Расслабься, девочка моя, и думай только о том, что ты скоро поправишься.

– Я постараюсь… – жалобным и слабым голосом, как легкое дуновение ветерка, пообещала Рокси, силясь улыбнуться.

Джолия, державшая блюдо передними лапами, передала его Додо.

– Спа…спа…спасибо, но что оз…оз…означают эти сло…сло…слова? Я хорошо зна…зна… знаю алфавит Шестой Луны, но не по…по…понимаю, что написано, – проговорил он, заикаясь как обычно.

Черепаха задумалась на мгновение, затем, откашлявшись, повторила:

– «Хеспедита нун куато мемерита силоние. Ватия ин коранте лирата суплимия» означает: «Не спеши уходить в безмолвную память. Следуй за рождающим отзвук сердцем молитвы».

Додо покрепче сжал Сперантио, подумал над важностью смысла фразы и, стараясь не заикаться, громко произнес ее без единой ошибки.

Затем наступила очередь Фьоре, которая была готова без раздумий пожертвовать своей жизнью ради жизни подруги, не раз спасавшей ее в опасных схватках с князем Карконом, владельцем дворца Ка д’Оро. Юная романтичная алхимичка с выражением прочла фразу и сразу же передала блюдо бородатому призраку Фило Морганте.

Старик снял свою пурпурную шляпу и с торжественным выражением лица произнес слова молитвы.

Последним в цепочке был андроид Макс 10-п1, который своим скрипучим металлическим голосом с печальным видом прочел молитву.

После чего все пятеро замерли в ожидании реакции на свои действия, изо всех сил желая, чтобы Рокси прямо сейчас встала со стола, на котором лежала распростершись.

Эхо магических слов затихло, угаснув в воздухе Акуэо Профундис. Черный дым тоненькой нитью потянулся из центра каменного блюда к прозрачному потолку лаборатории и беспокойно заметался, словно искал возможность проникнуть сквозь стеклянные стены и рассеяться в водах венецианской лагуны. Внезапно грохот сотряс лабораторию, густой дым обезумевшим облаком заметался по комнате, сопровождаемый сильным запахом плесени. Все подняли взгляды к потолку, побледнев от ужаса и задыхаясь от вони.

Макс, продолжавший держать в руках Сперантио, услышал звонкое потрескивание. Блюдо начало покрываться сеткой тонких трещин, которые паутиной опутали его до самых краев. Одновременно из центра Сперантио повалил дым, образовав в воздухе всего одно слово. И это слово было:

Джолия закрыла глаза и запричитала:

– Оима Каба… Оима Каба… Этого не может быть!

– Смерть! Смотрите, там написано СМЕРТЬ! – закричал дребезжащим голосом Макс. – И что делать мне? Блюдо потрескалось и вот-вот рассыплется!

Джолия громко затопала по блестящему полу, спеша к нему на помощь:

– Стой спокойно, Макс, сейчас я у тебя его возьму!

Но старая черепаха не успела: Сперантио красной пылью просыпалось сквозь металлические пальцы Макса.

– Все кончено… магия слов не работает, – прошептала готовая разрыдаться Фьоре. – Рокси… Рокси… не выживет!

Джолия обнюхала осыпавшуюся на пол горстку красно-розовой пыли – все, что осталось от Сперантио.

– Пыль… Почему пыль? Как могло такое случиться с древним блюдом? Откуда в нем взялся черный дым? И к чему это ужасное слово «смерть»? – горестно причитала она.

Фило Морганте склонился над подругой и, гладя ее по панцирю, пытался успокоить:

– Скорее всего, Сперантио уже потеряло свою магическую силу. А может, фразу, вырезанную у него на бортике, должно произносить не в помещении, а на открытом воздухе. Или же…

Черное облако дыма пронеслось по лаборатории злобным призраком и будто ластиком стерло мрачное слово.

– Нет, это моя ошибка! – перебила его расстроенная до слез черепаха. – Мне надо было использовать другой предмет… другую формулу… Как жаль!.. Я думала, что смогу спасти девочку.

– Не надо так убиваться, тебе не в чем себя обвинять. Мы сделали все что могли… Но мы не должны опускать руки и будем надеяться, что наша молитва все-таки сработает.

Последнюю фразу добрый призрак произнес громко, поворачиваясь к бедной Рокси, которая внимательно прислушивалась ко всему, что говорят ее друзья.

– Хорошо, что мой Мрак Разгоняющий снял у нее боль. А плохо, что вылечить ее он не может, – горестно посетовал Фило Морганте, машинально крутя в руках Бокал Вибрирующий, с помощью которого недавно напоил Рокси изобретенным им лекарством, и с отчаянием посмотрел на Джолию.

Черепаха, огорченная тем, что случилось с блюдом и не сработала его магия, в сердцах яростно, словно кнутом, била хвостом о пол.

Рокси тяжело вздохнула, закрыла глаза и опять попыталась пошевелить ногами. Тот же результат. Протянула руку с Талдомом к друзьям.

– Я больше не смогу ходить. Никогда! – с бызысходностью в голосе выговорила она, и слезы ручьями потекли по ее лицу.

Фьоре погладила ее растрепавшиеся кудри:

– Успокойся, Рокси. Видишь, Фило Морганте своим препаратом убрал у тебя боли в спине. Мы прочли древнюю молитву блюда Сперантио… Подождем немного… Но даже если молитва не поможет, ты не должна терять надежды. Мы найдем другое средство… или изобретем новый препарат, и ты вновь станешь сильной и здоровой, как прежде.

– Я ненавижу Каркона! Ненавижу его мерзкую Алхимию Тьмы! Я ведь могла победить Густава Готембауэра, этого каменного Воина, хоть он и правда очень сильный, но увлеклась, потеряла осторожность, и он загарпунил меня… сзади, в спину! – продолжала всхлипывая Рокси.

– Да, этот Воин Каркона, охранявший вторую единицу Золотого Числа, здорово владел крюками. А Замок на Воде оказался настоящей ловушкой. Но все равно Нине… с моей скромной помощью… удалось уничтожить его, – подала голос Джолия и поморщилась, вспомнив о ране в своей спине, нанесенной крюками Густава Готембауэра.

– Я знаю… знаю, что умру… умру, так и не обняв своих родителей. – Рокси была настолько расстроена, что уже не слушала никого. Казалось, что ее обычная храбрость покинула девочку, испарившись словно дым. Прижав Талдом к груди и собрав последние силы, она выкрикнула с отчаянием в голосе: – Нина! Где ты? Помоги мне!

Внезапно голубоватый свет лаборатории погас и вновь загорелся, непрерывно мигая. Макс поспешил к компьютеру, чтобы проверить, нет ли угрозы прямой связи с Шестой Луной. Пробежал пальцами по клавиатуре.

– Видимо, это пгосто падение напгяжения. К счастью, ничего не повгедилось, – успокоил он друзей.

Едва робот закончил фразу, как тяжелая дверь Акуэо Профундис открылась, и в лабораторию… вошла Андора. Низко опустив голову, она остановилась, боясь посмотреть на собравшихся в комнате, и прежде всего на Макса. Она сбежала, не оставив ему весточки, и сейчас боялась, что он ее не простит.

Следом за ней появилась Нина, поддерживающая Ческо, лицо которого было искажено от боли.

– Это вы! – обрадовалась Фьоре. – Наконец-то!

Джолия и Фило застыли от неожиданности, зато Додо молнией рванулся навстречу Ческо:

– Дру…дру…дружище! Что с то…то…тобой случилось?

Макс медленно покрутил ушами-колокольчиками и широко открытыми глазами уставился на Андору.

– Пгедательница!.. Ты… ты пгедательница! – не сдержавшись, крикнул он.

Андора, клон настоящей Нининой тети, сделала несколько шагов вперед не поднимая глаз:

– Прости меня… прости. Я исчезла, не предупредив тебя, потому что у меня для этого не было времени: я очень спешила на помощь Нине.

Фьоре подошла к ней:

– А как ты себя чувствуешь? Ты не ранена?

– Нет, со мной все в порядке. А вот Ческо нуждается в лечении. Мы спаслись благодаря гигантским пузырям Сбаккио. Без них нам бы не удалось сбежать из дворца Ка д’Оро, – ответила Андора, так пока и не набравшись храбрости посмотреть на Макса.

Фило Морганте надел свою шляпу, откинул плащ за спину и подозвал Ческо:

– Иди сюда, сядь, я посмотрю, как тебя лечить.

Мальчик, морщась от боли, тяжело опустился на стул, стоящий рядом со столом, на котором лежала Рокси. Двое ребят обменялись сочувствующими взглядами.

– Каркон – гнусный червяк! – вскричала Джолия, и ее алхимический ошейник запульсировал всеми цветами радуги.

– Ничего, ему тоже от нас досталось! Не уверена, что сейчас Вишиоло и близнецам удастся быстро привести его в порядок! – ответила Нина, подходя к Рокси и с нежностью глядя на нее.

– Молодец, что ты вытащила Ческо из лап Каркона. Как тебе это удалось? – Рокси на время забыла о своем плачевном состоянии, представив себе, что ее товарищ по многим опасным приключениям мог бы погибнуть в застенках дворца князя.

– Это было нелегко. Каркон пытал его, подвесив как маятник в Комнате Планет и надев ему на руки огненные браслеты, – объяснила подруге девочка Шестой Луны.

– Я уже думал, что на этот раз мне не выбраться живым, – добавил Ческо, пока Фило осматривал его руки и лицо. – Дверь Каоса действительно производит большое впечатление!

– Вы видели Дверь Каоса?! – вскричали в унисон изумленные Джолия и Фило.

– Как вас! Ослепительная магма внутри ее закручивается энергетическим вихрем, напоминающим фейерверк, который вращается с бешеной скоростью. Если нам не удастся найти цифры 6 и 8 Золотого Числа, быть беде! Тьма поглотит Землю и все звезды! – сообщила Нина и обняла Рокси.

– А Ливио Борио? Он тоже был там? – спросила с тревогой девочка, делая усилие, чтобы поднять голову.

– Был… и даже напал на нас. Попытался убить Ческо. – Лицо Нины помрачнело.

Заметив это, Джолия поспешно сменила тему:

– Теперь все позади. Успокойся и поподробнее расскажи, что случилось во дворце Ка д’Оро и как вам удалось оттуда вырваться.

Нина, не упуская ни одной детали, поведала о том, что́ выпало на их долю во дворце Каркона. Слушая ее, Макс раскачивался всем своим металлическим телом, а когда Нина закончила говорить, быстро-быстро закрутил ушами-колокольчиками и, трепеща, взял за руку свою обожаемую Андору:

– Я пгощаю тебя. Как сильно ты гисковала! Ты дегжалась отважно. Но обещай, что больше никогда не исчезнешь, не пгедупгедив меня! Я думал, что уже потегял тебя навсегда.

Андора подняла лысую голову и с любовью обняла его:

– Обещаю. Я не смогу жить без тебя.

Джолия, которая терпеть не могла сантиментов, демонстративно закашляла и криво ухмыльнулась:

– У нас нет времени на обмен любезностями. Надо думать, как лечить Рокси. Да и Ческо нуждается в нашей заботе. Не будем забывать и о Карконе. Негодяй скоро наберется сил и даст знать о себе. Да, конечно, вы его ранили! Молодцы! Но вы ведь хорошо знаете, что он уже многократно возвращался в прежнее состояние. У него для этого есть тысяча способов. Не стоит забывать и Ливио. У этого молодого человека явно вместо крови в жилах течет яд, и он наверняка попытается отомстить за смерть своего отца.

Нина покраснела. Это не ускользнуло от внимания Ческо, и Фило, бросив на нее подозрительный взгляд, спросил в упор:

– Ты ведь поступишь с ним так же, как с его отцом, я не ошибаюсь?

– Ну… если… но я надеюсь, что он не ввяжется в схватку с нами. Побоится. Он видел, как огни Дивампов превратили в пепел Джакопо Борио у ограды сада виллы «Эспасия». Алхимическое пламя магических факелов настроено на уничтожение коварных призраков. А Джакопо был худший из них, такой же злодей, как и Каркон. Джолия права, кто бы что ни думал, но у отца и сына действительно вместо крови яд. Они призраки, явившиеся из Тьмы. И туда вернутся, проклятые всеми нами. Мы сильнее их! – ответила Нина, стараясь не встречаться глазами с Ческо.

– Ди…Ди…Дивампы теперь по…по…погаснут, да? – спросил Додо с испугом.

– Да, их магическое действие подошло к концу. Когда совсем недавно я, Ческо и Андора пролетали на пузырях над калиткой виллы, на их месте мы увидели только маленькие угасающие угольки. Но я убеждена, у нас нет повода беспокоиться из-за этого, – заверила его девочка Шестой Луны и повернулась к Джолии, которая задала ей вопрос:

– Мне кажется, дорогая, ты еще что-то важное хочешь сказать мне?

– Да, поскольку Дивампы больше не опасны ни для тебя, ни для Фило Морганте, у нас осталась еще одна проблема… – начала Нина.

– Какая? – перебила ее Фьоре.

– Людовико Сестьери! Он все еще спит в Зале Дожа!

– О Господи! Совсем забыла о том, что мэр Венеции находится под действием моего гипноза! – воскликнула Джолия.

– Давайте сначала позаботимся о Рокси и Ческо, – пробурчал Фило Морганте, – затем обсудим, как нам лучше подготовиться к возможной встрече с Карконом и его сообщниками, и лишь после поговорим о мэре.

Из кармана подкладки своего длинного плаща он достал пузырек с голубой жидкостью и протянул его Ческо:

– Выпей одним глотком. Увидишь, тебе сразу станет лучше.

– Что это? – спросил слабым голосом мальчик.

– Кокумента Таинственная, энергетический напиток моего изобретения. Смесь Кокоса Тыквенного и Перца Пробирающего. Самое то для таких случаев, как твой, – объяснил бородатый призрак.

Ческо бросил взгляд на Рокси:

– А ей это не может помочь?

– К сожалению, нет… Ей только энергетика недостаточно… – печально покачал головой Фило.

Ческо в один присест вылил содержимое пузырька в рот, и буквально минуту спустя его лицо порозовело.

– Теперь займемся тобой! – Фило повернулся к Рокси. – Ты ведь не хочешь сдаться на милость Каркона? Я правильно думаю?

Ческо подошел к столу, на котором лежала Рокси, и, желая как-то поддержать ее, погладил девочку по щеке. Но та закрыла глаза, готовая разрыдаться.

– Никаких слез! Мы справимся и с этим! Вместе. Как всегда. Думай только о том, что ты поправишься. И знай, ты нам очень нужна. И ты встанешь с этого стола! – Нина старалась подбодрить Рокси, надеясь, что алхимическая сила, бродящая в ее венах, поможет восстановить подруге веру в себя.

– Я не знаю, смогу ли… – прошептала Рокси, пытаясь подняться.

Нина бросила взгляд на ладонь своей руки: звезда была черной. Все еще черной!

– Видишь, мы не должны терять присутствия духа. Каркон скоро даст о себе знать, – добавила сердито, потирая звезду – символ ее принадлежности к семье алхимиков.

Рокси крепко сжала веки, чтобы сдержать слезы. Остальные стояли молча, с состраданием глядя на подругу.

Внезапно компьютер ожил и на его экране возник прекрасный образ Этэрэи, а затем чудесной музыкой в ушах друзей зазвучал ее телепатический голос.

Джолия широко раскрыла глаза, а Фило и юные алхимики вытянулись по стойке «смирно». Рокси через силу улыбнулась, не скрывая радости от звука голоса Матери Алхимиков. Макс обнял Андору, и оба уставились в экран. Нина прижала Талдом к груди.

Лицо Этэрэи колыхалось на экране, ее волшебные глаза были подернуты печалью.

Мои обожаемые юные алхимики,

Храните мое Красное Сердце,

Оно наполнено надеждой.

Вы оставили его в Секретузии,

И я знаю, что придет час,

Когда вы вернете Сердце мне.

Сейчас не беспокойтесь об этом,

У меня еще достаточно жизненной энергии.

Сила в универсальной гармонии,

Ее стало больше, потому что вы нашли

Две цифры Золотого Числа.

Настолько же ослабла Дверь Каоса.

Но путь к победе над Злом длинен и извилист.

Утройте ваши усилия.

Алхимия Света нуждается в вас.

Судьба носит имя Нины.

Тебе, девочке Шестой Луны,

Предстоит совершить самое трудное.

Будущее Ксоракса в твоих руках.

Ты уже спасла

Нашу магическую планету,

Отыскав Четыре Тайны.

Но Каркон не остановится

В своем стремлении разрушить ее.

Останови его!

Нина сделала шаг вперед, сжимая в руке магический жезл. Посмотрела на сверкающее изображение, струящееся на экране, и так же телепатически ответила:

«Этэрэя, это я, Нина 5523312. Я тебя не подведу. И мои друзья тоже не разочаруют тебя. Но, чтобы продолжить поиск остальных цифр Золотого Числа, мы сначала должны вылечить Рокси. Она не может ходить, не может встать. Даже Джолия и Фило Морганте не сумели вылечить ее. Помоги нам, прошу тебя!»

Сияние экрана пронзило стеклянные стены Акуэо Профундис, осветив воду лагуны, окружающей лабораторию. И вновь в ее мозгу зазвучал ясный голос Матери Алхимиков:

Каждое действие,

Направленное на достижение нужного результата,

Должно быть продумано.

Чтобы спасти Рокси 9009114,

Понадобятся дружба, все ваше умение

И Суспензия Оживляющая —

Единственный алхимический препарат,

Который сможет поднять ее на ноги

И вернуть ей способность ходить.

Создать формулу препарата будет нелегко.

Но вы уже опытные алхимики

И должны постараться.

– Суспензия Оживляющая… – повторили все хором.

Нина повернулась к Джолии и Фило:

– Вы что-то знаете об этом препарате?

Оба призрака на мгновение задумались, и наконец Джолия ответила:

– Да, его формула подробно описана в «Альма Магна», но она, как вам известно, хранится в Мирабилис Фантазио. У вас туда нет доступа… Однако…

– Однако? – опять хором переспросили ребята.

– Все ингредиенты для его изготовления находятся в труднодоступном месте, и неизвестно, сможем ли мы добыть их. И я вспомнила, что его формула описана не только в «Альма Магна», но еще в какой-то книге.

Нина повернулась к экрану:

«Этэрэя, где то место, в котором хранятся ингредиенты Суспензии Оживляющей? Что это за ингредиенты? И что это за книга, где мы можем найти формулу?»

Этэрэя ответила, слегка опустив веки:

Эти вопросы ты задашь

Говорящей Книге.

Но не забывай о Карконе.

Он скоро начнет действовать.

Девочка Шестой Луны почувствовала, как сильно забилось ее сердце: «А мой дедушка… он не может помочь нам?»

Лицо Этэрэи пошло волнами, словно тронутое морем света:

Профессор Михаил Мезинский

Сейчас в Мирабилис Фантазио.

Вместе с другими ксораксианскими алхимиками

Занят важнейшим делом: поиском средств

Для противодействия дальнейшему расколу Золотого Числа.

Гармония и Красота Вселенной

В серьезной опасности.

Но ты хорошо знаешь, что твой дед Все равно сможет тебе помочь.

Поэтому успокойся и уступи место

Джолии 0000006 и Фило Морганте 4546733.

Нина кивнула и отошла в сторону, освобождая место перед экраном.

Джолия деловито проковыляла к компьютеру, а рядом, поправив плащ и шляпу, с серьезным лицом встал Фило.

«Мы внимательно слушаем все, что ты хочешь сказать нам, Мать Алхимиков», – сказали они телепатически.

Экран подернулся серой сеткой, сквозь которую проступило белое как снег лицо Этэрэи.

Поскольку вы алхимические призраки,

Действие Джиролумы заканчивается.

Вам необходимо вернуться на Ксоракс.

И немедленно!

Вы нужны в Мирабилис Фантазио.

Черепаха опечалилась, а Фило вытянулся в струнку. Такого финала они совсем не ожидали!

«Немедленно? – переспросила черепаха. – Но Нина и ребята нуждаются в нас…»

«Может, нам все-таки стоит задержаться здесь еще немного?» – осмелился возразить Фило Морганте.

На что последовал суровый ответ Этэрэи:

Это приказ!

Свет на экране и в лаборатории потускнел, и образ Этэрэи начал медленно гаснуть. Все присутствующие смотрели на нее. Голос Матери Алхимиков вернулся в их мозг:

Ничего не бойтесь!

НИЧТО не сможет победить.

И запомните:

МЫ ЕСТЬ ВСЕГДА.

МЫ ПРОШЛОЕ И БУДУЩЕЕ.

МЫ ИСТОЧНИК РАДОСТИ.

ШЕСТАЯ ЛУНА – ЭТО КРАСОТА И ЛЮБОВЬ.

Делайте то, что я вам сказала.

Создайте Суспензию Оживляющую для Рокси.

Отыщите цифру 6 Золотого Числа.

Нанесите поражение Каркону.

Я верю в вас.

И еще. Скоро у вас будут другие помощники,

Которые сменят Джолию и Фило Морганте.

После того как оба вернутся на Ксоракс,

Два новых призрака прибудут к вам вечером.

Это все, что я могла вам сказать.

Ваше солнце взошло.

Новый день ждет вас.

Будьте осторожны и слушайте говорящую Книгу.

Экран погас. Мелодичный голос Этэрэи затих в ушах ребят. Ческо взял Фило за руку:

– Как жаль, что ты и Джолия должны покинуть нас! Я этого не хочу!

– Я то…то…тоже не хочу, – повторил Додо, глаза которого наполнились слезами.

– Пожалуйста, не улетайте от нас! – взмолилась Фьоре.

– Не огорчайтесь, ребята. Нам тоже очень жаль расставаться с вами. В конце концов, вы оказались не такими уж занудами, – пошутила черепаха, старясь не показать, насколько она сама расстроена.

– Можете быть уверены, что два других призрака, которых пришлет Этэрэя, смогут помочь вам не хуже нас, – добавил Фило, почесывая свою густую белую бороду.

Нина нагнулась и обняла Джолию.

– А кто прибудет вместо вас? Ты знаешь их? – спросила она, ласково гладя ее по панцирю.

Черепаха напряглась, она не любила нежностей.

– Прекрати! Прекрати меня гладить! Нет, я не знаю, кого пришлет вам Этэрэя. Но наверняка это будут отличные алхимики. Не сомневайся. Убеждена, что они мастера своего дела, – сказала она, пряча голову под панцирь.

Нина улыбнулась, провела рукой по алхимическому ошейнику Джолии и чмокнула ее в нос.

Черепаха чихнула, вызвав всеобщий смех.

Фило, как ни пытался, не смог разрядить обстановку шуткой, поскольку был расстроен не меньше ребят. Запахнув плотнее свой плащ, он приготовился к отлету на Шестую Луну.

– Побудь с нами еще немного! – воскликнул Ческо.

– Не удерживай меня. Ты слышал, что сказала Этэрэя: это приказ! – вздохнув, ответил бородатый призрак.

– А что нам делать с мэром? – вспомнила о спящем Людовико Нина.

– Оима Каба! Верно! Он же под моим гипнозом, а у меня нет ни минуты времени! – заохала Джолия.

– Он что, так и останется спать до конца своих дней? – перепугалась девочка.

– Нет-нет. Слегка брызните ему в лицо Ацетоном Борным, и действие гипноза должно сразу же закончиться. Он проснется, и очень скоро к нему постепенно вернется память. Наберитесь терпения, когда будете объяснять ему ситуацию. Не сомневаюсь, у вас все получится. Мэр немного трусоват, но никогда не перейдет на сторону Каркона, – проговорила старая черепаха, роясь в своем громадном мешке, полном алхимических предметов. Достала из него миниатюрную ампулу с крышкой-распылителем и положила ее на пол. – Вот здесь нужная доза Ацетона Борного.

Нина подняла ампулу:

– Спасибо, я сделаю все, как ты сказала.

– Нам вас будет не хватать. Очень, – шмыгнула носом Фьоре.

– Оч…оч…очень! – поддакнул Додо с блестящими от слез глазами.

Прежде чем исчезнуть в водовороте искр, оба призрака попрощались с Рокси:

– Доверься своим друзьям. Они тебя никогда не покинут и помогут выкарабкаться.

Фило поднял свой древний Талдом, и одновременно замигали всеми цветами радуги драгоценные камни на алхимическом ошейнике Джолии. Сверкающий ярким светом вихрь поглотил их и унес в пространство, где господствуют звезды и кометы.

Макс и Андора стояли обнявшись, молясь о том, чтобы путешествие алхимиков прошло без проблем.

Нина сунула в карман ампулу с Ацетоном Борным и окликнула друзей, все еще пребывающих в печали:

– Все! Теперь за дело. Поднимемся в лабораторию виллы. Я должна срочно поговорить с говорящей Книгой. Она скажет нам, где искать нужные ингредиенты для Суспензии Оживляющей. Как быть с мэром и Карконом, подумаем позже.

Рокси снова сделала попытку подняться:

– Вы ведь спасете меня, правда?

Ческо и Додо подошли к ней:

– Не сомневайся. Прямо сейчас этим и займемся. А пока мы оставляем тебя в компании Макса и Андоры.

– А что, хогошая компания! – улыбнулся симпатичный робот.

– Возвращайтесь скорее и, если сможете, принесите что-нибудь поесть для Рокси и банку земляничного варенья для Макса, – попросила Андора.

– Хорошо, так и сделаем. – Фьоре послала подруге воздушный поцелуй, на что та ответила, помахав рукой с зажатым в ней Талдомом.

Как только дверь Акуэо Профундис открылась, четверка друзей уселась на тележку, стоящую на рельсах. Нина повернула рычаг, в мгновение ока они пролетели туннель и остановились у лестницы, ведущей из подземелья в виллу «Эспасия». Поднимаясь по ста ее ступеням, каждый из друзей думал только о том, как спасти Рокси.

Люк в полу лаборатории с нанесенной на него алхимической звездой откинулся, и первой в комнату поднялась Нина.

– Давайте быстрее, – поторопила она остальных.

Запах трав, магических препаратов и смесей защекотал ноздри ребят. В котле, висящем над огнем каминчика, как всегда, кипела смесь из сапфира и золота.

Додо и Фьоре подошли к столу для экспериментов и стали рассматривать рисунок Золотого Числа, приколотый к стене, одновременно подумав о том, что нужно как можно скорее отыскать его недостающие цифры. Погруженные в раздумья, они уселись за стол, положив локти совсем рядом с говорящей мисочкой Соли Морской.

– Ну наконец-то! А то мне уже надоело торчать тут одной! – сказала она, весело топоча ножками.

– Тихо, мисочка! Не мешай думать, – охладила ее радость Фьоре, погрозив указательным пальцем.

Мисочка обиделась и, отойдя подальше, улеглась рядом с погасшей свечой.

Нина положила правую руку с почерневшей звездой на обложку Магической Системы Вселенной и задала первый вопрос:

– Книга, Этэрэя сказала мне, что для спасения Рокси необходима Суспензия Оживляющая. Где я могу найти ингредиенты для ее создания?

Тяжелая обложка Книги медленно откинулась, и стала видна подсвеченная зеленым жидкая страница.

Трудна и сложна

Таинственная формула.

В секрете хранится ее композиция.

Но не только в «Альма Магна» есть Ответ на твой вопрос.

Я помогу тебе,

Слушай меня внимательно.

О ней все знает маг,

Когда-то живший на берегу озера.

С этим магом ты знакома.

Только поэтому я помогаю тебе.

– Маг, с которым я знакома?! Кто это? – спросила удивленная девочка Шестой Луны.

Его зовут Тадино,

И он очень знаменит.

– ТАДИНО ДЕ ДЖОРДЖИС?! Но он же давным-давно умер! И сейчас живет на Ксораксе! – поразилась Нина.

Правильно.

Речь именно о нем.

– Значит, он один из двух призраков, которых Этэрэя пошлет сюда? – спросила с надеждой девочка.

Нет, моя юная алхимичка,

Решение не в этом.

– А в чем? Книга, объясни мне понятнее, – настаивала Нина.

Оно в его доме, который служил ему лабораторией.

Тебе надо туда попасть.

Но от дома не осталось и следа.

И отыскать его будет нелегко.

С 1600 года там есть кое-кто,

Кто хранит и защищает тайны Тадино.

Чтобы все стало понятно,

Нужно поговорить с водой озера.

– Ничего не поняла, – с недоумением развела руками Нина. – Где это озеро? И если дома и лаборатории Тадино больше не существует, кто там может находиться? Тем более что прошло так много веков! И что означает «поговорить с водой»?

Жидкая страница Книги подернулась рябью, и по ней побежали светящиеся слова:

Успокойся!

И прекрати задавать столько вопросов сразу.

– Извини, ты права. Тогда расскажи мне об озере.

Атлас «Дороги Мира» укажет тебе путь к нему.

Но общаться он станет лишь с двумя из вас.

– С двумя из нас? Ты хочешь сказать, что мы не сможем отправиться туда все четверо?

Это условие, которое вы должны принять,

Если хотите, чтобы Рокси выздоровела.

В путь отправятся только Фьоре и Додо.

Так предопределено, и другого решения не будет.

Они должны будут выпить препарат номер 8.

Это все, что тебе сейчас нужно знать!

Нина повернулась к Додо и Фьоре:

– Слышали? Только вы выпьете препарат номер 8, пообщаетесь с атласом «Дороги Мира» и отправитесь искать лабораторию Тадино.

– Выпить препарат номер 8 означает вернуться в прошлое. Это число символизирует совершенство и бесконечное существование Вселенной, – не удержалась от того, чтобы продемонстрировать свою образованность, Фьоре.

– Ты пра…пра…права. Не случайно же эта ци…ци…цифра входит в состав Золотого Чи… Чи…Числа, – попытался не отстать от нее Додо.

– И ты тоже прав, Додо. Действительно, не случайно восьмерка – одна из цифр драгоценного Золотого Числа. Так что давайте займемся приготовлением препарата. Мы как-то раз уже принимали его, помните? – спросила Нина.

– Как можно забыть наши приключения в Египте и Мексике! – Фьоре была в восторге от предстоящего путешествия, на ходу планируя каждый его шаг. – Мы выпьем препарат номер 8, Ямбир доставит нас в нужное место, мы отыщем лабораторию Тадино, войдем туда, изготовим Суспензию Оживляющую, вернемся с ней обратно, спасем Рокси, а потом все вместе отправимся искать цифру 6 Золотого Числа! Как здорово! Прекрасный вызов… брошенный числами! – У нее уже голова шла кругом от мысли о предстоящих путешествий и новых победах.

– Неудивительно: алхимия шагает в ногу с математикой. И в этом нет ничего странного. Вся Вселенная построена из цифр и геометрических форм, жидкостей и металлов, души и сердца. – Нина вспомнила уроки деда Миши и вздохнула.

Ческо положил руку на плечо Додо, стараясь подбодрить его:

– Хотя вы и улетите далеко в прошлое, знайте, что я и Нина всегда рядом с вами.

– Ну что, за дело? Готовим препарат номер 8. Для этого нам понадобится Чинабро, Жидкость Фиолетовая и цветы Мисиля. Формула сложная, но я ее хорошо помню. А после вы можете использовать Ямбир. – С этими словами Нина достала из кармана комбинезона благоухающий ладаном медальон Шестой Луны.

– Как прекрасен Ямбир! – воскликнула Фьоре, осторожно беря медальон.

– Только не потеряй и не повреди его, прошу тебя! – Нина с болью в сердце рассталась с драгоценным медальоном.

– Не беспокойся, я буду обращаться с ним очень аккуратно, – заверила ее Фьоре. – Мне хорошо известна историческая и магическая ценность Ямбира.

– Вы отправитесь на озеро, где-то недалеко от которого находится лаборатория Тадино Де Джорджиса. Никому не известно, в каком она сейчас состоянии. Непонятно и то, кого вы найдете в его лаборатории. Говорящая Книга сказала, что там кто-то до сих пор сторожит секреты Тадино. – Девочка Шестой Луны даже прикрыла глаза, пытаясь представить себе то место, куда отправляются ее друзья.

Додо потрогал Ямбир, который держала в руке Фьоре:

– На этот раз нас будет то…то…только двое. Как-то стра…стра…страшновато.

– Ничего, соберем все свое мужество и справимся, – ободряюще улыбнулась ему девочка.

Нину тоже не оставляло беспокойство, и она вновь принялась расспрашивать говорящую Книгу, надеясь получить более полные ответы:

– Книга, ты не могла бы сказать, какие ингредиенты входят в состав Суспензии Оживляющей. Додо и Фьоре нужно это знать!

Точная формула препарата

Описана в «Книге Березы».

Когда Додо и Фьоре найдут ее,

Они должны внимательно прочитать формулу.

Чтобы попасть в лабораторию Тадино,

Нужно перепрыгнуть через ступеньку,

После чего они встретятся с двумя служителями,

Сидящими в креслах.

– Два служителя? Это те, что уже много веков следят за лабораторией?.. Моя дорогая Книга, в твоих словах, как всегда, много загадочного, и это заставляет меня сходить с ума. Додо и Фьоре должны добиться результата, но у них для этого слишком мало информации. Ждут ли их опасности? Должны ли они взять для своей защиты еще что-то, кроме Талдомов? Что еще из написанного в «Книге Березы» может им пригодиться? Прошу тебя, дай мне ответы, которые могут оказаться им полезными, – умоляла Нина, серьезно встревоженная и раздраженная.

Им надо взять с собой Соль Морскую.

Мисочка понадобится для дела.

Для какого, они поймут на месте,

Как только их сердца вспомнят о дружбе.

«Книга Березы» написана самим Тадино.

В ней скрыта ваша судьба.

Фьоре подошла к Нине, сжимая в руках Рубин Вечной Дружбы. Девочки обменялись заговорщицкими взглядами: обе помнили, что этот драгоценный камень символизирует их глубокую и неразрывную связь.

После чего Фьоре повернулась к говорящей Книге.

– Мы постараемся сделать все, что в наших силах. Жизнь Рокси для нас важнее всего на свете. Вот увидишь, мы найдем и озеро, и лабораторию Тадино и прочтем «Книгу Березы», – заверила она Магическую Систему Вселенной.

Книга вздохнула, отчего к потолку поднялось маленькое облачко ароматного пара. Жидкая страница разгладилась, и вновь зазвучал глухой голос Книги:

А теперь я должна дать задание

Тем, кто останется на вилле.

– Остаемся я и Ческо. Говори, мы внимательно слушаем тебя, – сказала Нина.

Зло скоро вернется,

Приведя в смятение город.

Вы должны разбудить мэра.

Он знает, что делать.

Будьте наблюдательны и внимательны,

Используйте все свое умение,

Чтобы не сожалеть о том, что случится.

Ческо встал рядом с Ниной.

– На этот раз Каркону не поздоровится, – решительно сказал он. – Я очень зол на него… И на Ливио…

– И на Ливио? – обернулась к нему Нина. – Ты собираешься убить его?

– Если представится возможность, да! А ты нет? – Ческо с подозрением посмотрел на нее.

– Конечно да… Мы должны уничтожить всех сообщников князя. Чтобы никто не смог помешать нам отыскать недостающие цифры Золотого Числа. Этэрэя поручила нам это, значит, мы сделаем все, что необходимо, – ответила она, отводя взгляд.

Обложка говорящей Книги, скрипя, закрылась, оставив четверку друзей в раздумьях и сомнениях.

– Тогда давайте вернемся в Акуэо Профундис и доверимся указаниям «Дорог Мира». – Фьоре слегка побаивалась неизвестности предстоящего путешествия, но желание спасти подругу было сильнее страха.

– Нет, сначала вам надо приготовить Чинабро, – остановила ее Нина. – У нас он закончился, а без него полет невозможен. Зато есть все остальное: шесть бутылок препарата номер 8, Жидкость Фиолетовая и цветки Мисиля, они где-то рядом с атласом.

Додо тем временем силился вспомнить формулу Чинабро.

Фьоре погладила его по огненно-рыжим волосам:

– Давай, давай, я уверена, что ты сможешь изготовить препарат без нашей подсказки.

Мальчик встал и начал собирать необходимые компоненты Чинабро: взял Ртуть Металлическую, щепотку Серебра Живого и немного Серы и бросил все в котел, висящий над огнем камина.

– Теперь нужно ждать два часа, пока смесь не прокипит и не превратится в пасту охристого цвета, – напомнила ему Нина, заглянув в котел, над которым поднимался ароматный густой дымок.

К краю стола притопала, стуча короткими ножками, Соль Морская.

– Мне тоже готовиться к отъезду с вами? – спросила она тоненьким голоском.

– Конечно! – Фьоре пощекотала мисочке бок. – Куда нам без твоей помощи!

Ческо откровенно зевнул, и Нина прикрыла ему рукой рот.

– Ты устал, – сказала она сочувственно. – Может, поспишь, пока смесь кипит?

Мальчик кивнул и уселся на табурет.

Нина тоже чувствовала себя разбитой: прошло уже много времени с тех пор, как она отдыхала. Девочка посмотрела на циферблат, он показывал 18 сентября 7 часов 41 минуту 36 секунд. Она подумала о своих родителях, об их круизе по Карибам. Испытала ностальгию по маминым ласкам, и ей захотелось услышать ее голос.

– Родители! – воскликнула громко Нина, звонко шлепнув ладошкой себя по лбу.

– Что случилось? – всполошились друзья.

Девочка Шестой Луны обвела их озабоченным взглядом:

– Родители! Не мои, мои в отпуске, а ваши! Мы должны как-то успокоить их. Они не видели вас много часов и наверняка беспокоятся, где вы, чем заняты и все ли с вами в порядке.

Додо задрожал как ветка на ветру, Фьоре закусила губу, а Ческо вскочил с табурета:

– Ты права! Но сначала нам нужно придумать убедительное объяснение для родителей Рокси, которая в сражении с каменным Воином потеряла свой мобильник! И вообще, звонить придется кому-то из нас, она же не в состоянии подняться и перебраться на виллу, чтобы поговорить по телефону!

Нина почувствовала, как ее мозг поджаривается, будто картофелина в масле:

– Ради всего шоколада в мире! Нам нужно придумать самую правдоподобную ложь… Я думаю, лучше всего, если родителям позвонит Люба. Она может сказать, что… что Рокси занимается.

– Занимается?! – удивились ребята.

– А почему нет? Это самое простое. И действительно похоже на правду. Они же знают, что мы увлекаемся алхимией и изучаем исследования моего деда Миши. Люба нам поможет, я уверена. – Нина рассчитывала на способность русской няни уговорить кого угодно, ей наверняка поверили бы.

Додо, стоявший у дымящегося котла, громко чихнул, Фьоре принялась задумчиво пальцами выстукивать какую-то мелодию по столешнице, Ческо нервно поправил очки.

– А что, хорошая идея! – настаивала Нина.

– Согласен, не плохая, – пожал плечами Ческо. – Остается надеяться, что они поверят Любе.

Нина решительно направилась к двери лаборатории, доставая из кармана стеклянный шар, которым она открывалась.

– На самом деле мы будем искать решение для исправления ситуации, – сказала она.

– Какой ситуации? – удивились ребята.

– Венецианцы своими глазами видят, во что превратился дворец Ка д’Оро. Разве не так? Здание опутано колючей проволокой, среди древних стен ползают змеи Зла. Горожане наверняка думают, что Каркон вернулся в город. Мы уже не раз наносили ему поражение, когда отнимали у него Четыре Тайны, а сейчас задача – уничтожить его раз и навсегда. Вот мы и решаем, как это сделать! И это то, что должны узнать наши родители и жители города. Включая мэра! – закончила девочка Шестой Луны. Ее синие глаза сверкали как звезды, а решимости не умаляла широкая улыбка.

Ческо смотрел на нее сияющими глазами. Додо и Фьоре согласились, что план самый правильный.

– Так и сделаем. Венецианцы нас точно поддержат. Они нам поверят. Но… – не закончил фразу Ческо.

– Но что? – спросила Нина.

– Но мы при этом не должны раскрывать алхимические тайны. И ни слова о Золотом Числе! Спасение мира и Ксоракса зависит от нашей воли и нашего единства, – закончил он с твердостью.

Нина пожала ему руку:

– Вместе мы непобедимы. К тому же скоро к нам присоединится Рокси.

Она вновь похорошела и обрела уверенность в себе, как это было прежде.

– Сейчас пойдем и разбудим Людовико Сестьери. С Любой поговорим позже. – С этими словами она потянула Ческо к двери лаборатории.

Фьоре и Додо остались у дымящегося котла ждать, когда смесь ингредиентов для приготовления Чинабро загустеет. Теперь в их сердцах больше не было страха перед полетом в прошлое без Нины и Ческо. Даже если их и одолевали сомнения, то и они отступили перед энтузиазмом, с которым ребята готовились к новому волнующему приключению.

– Уже семь пятьдесят пять. Еще пара часов, и кто знает, где мы окажемся! Будем надеяться, что нам удастся найти формулу для создания Суспензии Оживляющей. Мы должны спасти Рокси! – проговорила Фьоре, помешивая длинной палкой булькающую смесь.

Когда Нина и Ческо вошли в Зал Дожа, они нашли сладко похрапывающего мэра все в той же позе: голова склонена на правое плечо, тело расслабленно расплылось в кресле. Полумрак, наполнявший комнату, располагал к хорошему отдыху.

– До чего же сильный эффект производит гипноз нашей Джолии! – поразился Ческо.

– Да уж! Попробуем вывести его из этого состояния. Надеюсь, что с этим у нас не возникнет проблем. Что будет непросто, так это сказать ему всю правду. Мы должны быть уверены, что он не предаст нас, как его предшественник, мерзкий маркиз Лорис Сибило Лоредан.

Нина достала из кармана комбинезона маленькую ампулу с Ацетоном Борным, которую ей дала черепаха. Проверила пробку-распылитель, потом решительным движением нажала на нее, обрызгав лицо мэра. Тот мгновенно проснулся, подскочив в кресле.

– Где я? Что случилось? – пробормотал он вскакивая.

– Успокойтесь, господин мэр, – улыбнулась ему Нина, убирая ампулу в карман.

– Да, да, не беспокойтесь. Вы находитесь на вилле «Эспасия», точнее, в Зале Дожа, где можете полюбоваться тысячами редчайших книг, – подхватил Ческо, показывая на книги, закрывающие стены комнаты до самого потолка.

Людовико Сестьери, пошатываясь, обернулся кругом, потом, почувствовав влагу на лице, спросил:

– Чем это вы меня обрызгали?

– Ничем. Вы просто вспотели… очень долго спали. Видимо, переутомились. – Нина была сама любезность.

– Я спал?! Который час? – спросил мэр, подозрительно глядя на ребят.

– Половина девятого, – ответил Ческо, приторно улыбаясь ему.

– Я что, провел всю ночь в этой комнате? – Стараясь сохранять лицо, мэр поправил свой шелковый красный галстук. – Ничего не помню. Как я сюда попал?.. Мне что-то не по себе.

Нина распахнула дверь:

– Прошу в Зал Розовых Углов! Там вас ждет обильный завтрак.

Большой любитель поесть, мэр воспрял духом, сразу же почувствовав себя лучше от одной только мысли о плотном завтраке со сладостями.

В холле, посреди большого персидского ковра, возлежали Красавчик, огромный черный дог, и рыжий кот Платон. Оба моментально вскочили при виде Нины, воспринимая ее появление как праздник.

– Молодцы, молодцы, но посидите тихо. Не беспокойте синьора мэра.

Пока девочка старалась утихомирить прыгающих от счастья животных, из кухни, заспанная, в непременных бигуди, выплыла Люба.

– Дорогая Безе, у нас очень важный гость, – подмигнула ей несколько раз Нина.

Русская няня мгновенно повязала фартук и, покраснев как помидор, отвесила поклон:

– Глубокоуважаемый мэр, какая честь! Я немедленно приготовлю вам завтрак.

Затем ошпарила взглядом Нину и чуть слышно прошептала:

– Как тебе не стыдно! Продержать уважаемого человека всю ночь в Зале Дожа!

Девочка изобразила виноватую улыбку, а Ческо, взяв мэра под руку, повел его в Зал Розовых Углов.

Теперь Нина наконец получила возможность говорить с Любой открыто.

– Пожалуйста, ни о чем меня не спрашивай, – первое, о чем она попросила Любу.

– Как всегда! Ты меня сведешь с ума! Прежде чем заняться завтраком, я должна сказать тебе, что вчера несколько раз звонили родители твоих друзей. Они хотели знать, что происходит с их детьми. Никто из них не вернулся домой! Я была вынуждена сказать, что ребята заночевали здесь! Но я…

Няня была так возбуждена, что у нее дрожали руки.

– Если они позвонят еще раз, ты должна сказать им, что мы занимаемся, – улыбнулась ей Нина.

– Занимаетесь?! Но они в это ни за что не поверят! – возразила Люба.

– А ты постарайся убедить их! Поклянись, что это так и есть! – настаивала Нина.

– Ладно, попробую, – сдалась Люба. – Ты совсем как твой дед!

Девочка Шестой Луны повисла у нее на шее и поцеловала в щеку:

– Спасибо, ты у меня уникум! Скажи им, что мы разрабатываем план приведения в порядок дворца Ка д’Оро. Хорошо?

– Моя девочка, я не ослышалась? – Люба от удивления открыла рот. – Вы собираетесь привести в порядок дворец Ка д’Оро?

– Да, так ты и должна им сказать. Весь город видит, в каком плачевном состоянии он находится. И все понимают, что князь Каркон до сих пор представляет угрозу для нашего города, – объяснила Нина, беря няню за руку.

– Опять он? Но разве вы не превратили Каркона в статую вместе с его отвратительными сообщниками? Я своими глазами видела эти статуи на площади Сан-Марко… Я не могла ошибиться!

– Успокойся, Безе, не нервничай. Да, князь выжил! Но на этот раз мы его обязательно уничтожим, поверь мне! И в этом нам поможет мэр, понимаешь?

Никогда прежде Нина не разговаривала так с Любой, но в сложившихся обстоятельствах она не могла вести себя иначе.

– Нет, это невозможно! – Безе в отчаянии схватилась за голову. – Ты хочешь сказать, что этот негодяй опять угрожает нам?

– Ты хотела услышать немного правды? Я тебе ее открыла. Теперь ты понимаешь, почему я стараюсь ничего тебе не рассказывать? Ты сразу пугаешься до смерти, начинаешь переживать!

– Хорошо, хорошо, я сейчас успокоюсь. Только пообещай мне, что будешь осторожна. Если с тобой что-нибудь случится, я себе этого никогда не прощу! – Русская няня с любовью посмотрела на Нину, вспомнив ужасный конец профессора Михаила Мезинского.

Словно прочитав ее мысли, Нина поспешила утешить няню:

– Не думай о плохом, дед всегда рядом со мной. Он в моем сердце и в моей голове. А сейчас иди на кухню и приготовь чего-нибудь сладенького… на твое усмотрение. Мэр с ума сходит по сладкому. Все будет в порядке. – Сказав это, Нина взяла на руки мяукающего Платона.

Собравшаяся было уходить Люба с беспокойством посмотрела на нее:

– Ты что-то очень бледная. Выглядишь уставшей. Сколько времени ты уже не спишь? Нельзя так относиться к себе. Ты очень упрямая. Надо же, притащить сюда мэра! По-моему, он сам обалдел от этого. Кстати, куда подевались тот синьор в красной шляпе, с длинной белой бородой, и гигантская черепаха? Только не говори мне, что это были галлюцинации! Я их видела на самом деле!

Нина погладила рыжую шерстку кота и строгим голосом ответила:

– Моя любимая Безе, не мучь себя понапрасну. Я хорошо знаю, что делаю. А тебя прошу только помогать мне, не задавать вопросов… и улыбаться.

С этими словами Нина быстро вышла, оставив последнее слово за собой.

Глава вторая
Медный медальон

Людовико Сестьери окончательно пришел в себя от одного вида сладостей, которые стояли на изящно накрытом столе. Мэр нес ко рту уже пятый эклер, когда настойчивые звонки в дверь нарушили тишину виллы «Эспасия». Люба, входящая с блюдом яблочных пирожков, подскочила от неожиданности.

– Звонят! Кто это может быть в такое время? Всего лишь половина девятого! – удивилась русская няня, ставя на стол только что испеченные сладости.

Нина и Ческо переглянулись, опасаясь неожиданного прихода Роксиных родителей. Девочка побежала к входной двери. За ней помчался Красавчик. Ческо остался тактично сидеть рядом с мэром, чтобы тот не встревожился, но профессор Сестьери продолжил безмятежно дегустировать Любины лакомства.

Открыв дверь, Нина очутилась нос к носу с Карло Бернотти. Добрый садовник стоял красный как рак и заикался, почти как Додо, сжимая в руке местную газету «Венецианский гондольер».

– До…до…добрый день, Нина! Я принес га…га…газету… немедленно прочти ее. Там но…но…новости… очень тревожные! – лепетал он возбужденно.

Нина взяла у него газету и с ужасом заметила заголовок на первой странице, набранный крупным шрифтом, а под ним – фотографию дворца Ка д’Оро. Ниже шел текст статьи за подписью известного журналиста Пьетро Зулина.

Нина остолбенела с газетой в руках, не в состоянии произнести ни слова. Этот Пьетро Зулин написал черт знает что!

– Все так серьезно? – спросил садовник, заметив реакцию Нины.

– Очень. Очень серьезно. В этой статье упоминается мое имя… в связи с исчезновением мэра, – сказала она, обернувшись к подошедшей Любе.

– Ты о чем, моя девочка?

Нина показала ей первую страницу газеты. Няня почувствовала, как у нее подкашиваются ноги, так что Карло Бернотти был вынужден поддержать ее, чтобы она не упала. Девочка Шестой Луны бегом вернулась в Зал Розовых Углов, за ней, испуганно подвывая, вновь увязался Красавчик.

Остановившись перед мэром и Ческо, который вопросительно посмотрел на нее, пытаясь понять, что произошло, Нина перевела дыхание и, скрывая досаду, протянула газету мэру.

– Дорогой мэр, от журналистов иногда невозможно скрыть правду, – сказала она.

Людовико вытер рот салфеткой и отправил в рот последний кусок яблочного пирога. Подняв глаза на девочку, выхватил газету из ее рук. Пробежав глазами статью, он закашлялся и побледнел:

– Что?! Я исчез?! Венеция во власти магии?!

Ческо поправил очки, пригладил рукой волосы и встал. Он не знал, как ему реагировать. Нина закрыла дверь комнаты и попыталась успокоить мэра:

– Уважаемый мэр, выслушайте меня. У вас нет причин для беспокойства. Сейчас я объясню вам, как на самом деле обстоят дела.

Пузатый первый гражданин взорвался:

– За кого вы меня принимаете?! Что это за игры?!

– Нет никаких игр. В этой статье только малая часть правды. Да, некоторые горожане думают, что вы… исчезли… Но вы скоро вернетесь в мэрию, успокоив этим всех жителей города! – начала Нина, а затем рассказала, что случилось в последнее время, скрыв при этом трагическую судьбу Золотого Числа.

Когда мэр услышал о том, что Каркон и его сообщники вернулись к жизни в результате отвратительного колдовства, его пробил пот, словно он сидел под палящим солнцем. Кто знает, каких еще мерзостей стоит ждать в ближайшее время от этого чудовища! То, что Каркон вернулся в свой дворец, мэру было ясно!

Действие алхимического гипноза Джолии полностью прошло, и к Людовико Сестьери медленно возвращалась память. Он вспомнил, как ужасно закончил его предшественник, Лорис Сибило Лоредан, лучший и преданный друг Каркона. Почивший ЛСЛ погиб в ослепительной вспышке взрыва на острове Клементе!

«Меня ждет тот же конец!» – подумал он, охваченный тоской. Затем ему на память пришел странный персонаж, с которым он встретился в базилике Сан-Марко.

– Куда подевался тот странный мужчина в плаще и красной шляпе? – спросил мэр, вытирая платком капли пота, стекавшие по лицу. – Это ведь он привел меня сюда, на виллу «Эспасия»!

– Фило Морганте?.. Он улетел, – коротко ответил Ческо.

– А черепаха? Да-да, я помню, что видел огромную говорящую черепаху, которая ползала по Залу Дожа! – продолжал лепетать мэр, окончательно расстроенный.

– Ее звали Джолия. Она тоже улетела, – объяснила Нина, стараясь выглядеть убедительной: нужно было, чтобы Людовико ей верил.

Мэр положил в рот два пирожных и замер, пристально глядя на нее.

– Я схожу с ума… да, да… нет, я уже сошел с ума, – пробормотал он с полным ртом.

Нина налила горячего кофе и, протянув ему чашку, продолжила объяснять ситуацию:

– Я понимаю, в том, что я вам рассказываю, вы не видите никакого логического смысла, но поверьте мне, мы сможем решить любую, даже самую сложную, проблему, если вы будете меня слушаться.

– Ну не наглая девчонка! – возмутился Людовико. – Ты думаешь, я полный идиот? Кстати, что ты можешь мне сказать о тех двух типах, якобы отце и сыне, которые выдавали себя за специалистов по искусству и реставрации? Они пообещали мне привести в порядок дворец Ка д’Оро, а потом куда-то исчезли… как призраки! Я это хорошо помню… это случилось, когда я был в базилике вместе с карабинерами! – У мэра развязался язык и он болтал без остановки.

– Это были Джакопо Борио и его сын. Они дальние родственники Каркона. И они на самом деле коварные призраки, – подал реплику Ческо.

– Правда, Джакопо уже даже и не призрак… он окончательно умер! – внесла правку Нина. – А вот Ливио, его сын, остался. Его главное оружие – техника Убеждения!

– Призраки… один из которых умер окончательно… Что это значит? – Людовико, кажется, потерял способность понимать что-либо.

– Джакопо Борио мы уничтожили. А до Ливио пока не добрались, – уточнил Ческо.

– Но он призрак? А если призрак, то не может же он существовать… во плоти!.. Ничего не понимаю! Мне он показался симпатичным молодым человеком с живым, выразительным взглядом. Признайтесь, вы оба просто разыгрываете меня? – простонал мэр.

Ческо принялся успокаивать несчастного Людовико, уже совершенно тронувшегося умом.

– Призраки существуют и могут использовать разнообразные техники и приемы, чтобы появляться и исчезать, – терпеливо объяснял он. – Но вам ничего не грозит, так что не волнуйтесь.

– Но и вы тоже… вы ведь, ребята, тоже настоящие… колдуны?.. Я должен немедленно покинуть этот дом! Меня предупреждали, что злополучная внучка профессора очень опасна! – Произнося эти слова, мэр вскочил, чтобы броситься к двери, но Нина задержала его. Он резко обернулся, сурово глядя на нее: – Тут происходят невероятные вещи! И опасные… Что случилось с твоей подругой, той, у которой светлые кудри? Я видел ее! Она была без сознания! Это я тоже прекрасно помню. Чем вы тут занимаетесь? Проводите черные мессы или сатанинские обряды?

Нина и Ческо с недоумением переглянулись.

– Не произносите такого даже в шутку! Мы такими глупостями не занимаемся! – сухо сказала Нина. – Рокси действительно получила ранение. Я не могу сказать вам где и когда. Но знайте, в том, что с ней случилось, виноват Каркон. Это один из его Воинов изувечил ее!

– Воин Каркона?! Откуда у него воины?! Нет, вы просто обезумели! – вскричал Людовико, у которого от таких новостей глаза полезли на лоб.

– Да-да, Воин Каркона. И это все, что мы можем вам сказать. Но сейчас Рокси в безопасности, и мы лечим ее. Только очень прошу… даже умоляю, ни слова ее родителям! – вступил в разговор Ческо. – И еще, умоляю вас, верьте нам… и не задавайте больше никаких вопросов.

– Верить безумцам! Да вы здесь все просто сумасшедшие! – Мэр распалялся все сильнее.

– Пожалуйста, выслушайте меня, – просила его Нина. – Мы можем помочь вам справиться с Карконом. Доверьтесь нам.

– Довериться?! Вам?! Совсем спятила! Да если я доверюсь вам, точно окажусь в дурдоме! Я хочу немедленно вернуться в мэрию и переговорить с Пьетро Зулиным. Пусть журналист своими глазами увидит, что я жив, здоров и никуда не делся! – отрезал мэр, собираясь этим поставить точку в общении с ребятами.

– Ну и как вы намереваетесь решить проблему дворца Ка д’Оро? Будете встречаться и договариваться с Карконом? Хотите, чтобы венецианцы действительно оказались в лапах мерзкого колдуна? – Нина, не сдаваясь, предприняла еще одну попытку достучаться до мэра.

– Да, я действительно не знаю, что мне делать с князем, – признал мэр, обескураженно качая головой.

Ческо взял его за руку:

– Мы поможем вам. Но и вы тоже должны помогать нам. Если мы с вами не заключим союз, тогда, можете быть уверены, все кончится очень плохо! Плохо для всех! Я чудом вырвался из когтей Каркона, он пытал меня…

– Пытал тебя? Почему? – Людовико закрутило в водовороте недоверия и страха.

– Потому что он злодей! И хочет установить повсюду господство Зла! Он – бессердечный негодяй. Мы уже несколько раз сражались с ним. И всегда побеждали. Но сейчас мы хотим уничтожить его навсегда. Мы должны сделать это! Мы хотим сделать это! – отчеканил Ческо с решимостью в голосе.

Людовико растерянно смотрел на ребят. «Может быть, действительно довериться им? Нельзя допустить, чтобы Венеция оказалась во власти ужасного Каркона!» Мысли путались в его воспаленном мозгу. С обреченным видом он опять достал из кармана брюк белый носовой платок и промокнул залитое по́том лицо.

– Хорошо. Объясните мне, что вы хотите сделать. Только не врите!

– Еще немного, и у нас будет план того, как изолировать дворец Ка д’Оро, чтобы он не угрожал спокойствию наших граждан. Главное, чтобы никто не мог приближаться к этому зданию. Поэтому очень важно, чтобы вы срочно издали специальный декрет, – потребовала Нина, глядя ему прямо в глаза.

– Декрет? – удивился мэр.

– Да, декрет, в котором объясните горожанам, что… – Ческо не смог закончить фразу, поскольку мэр с горячностью перебил его:

– Объяснить им, что город во власти магов?! Такое уже было! Вы забыли, что мой предшественник обклеил все стены указом против магии? Да, теперь мы знаем, что это была уловка мошенника и мага-дружка Каркона. Но если сейчас я издам указ, в котором будет сказано, что магия опять… Вы представляете, что подумают венецианцы? Они возненавидят меня! Они будут смеяться надо мной или, чего хуже, потребуют моей отставки! – Мэр обессиленно оперся о стену.

– Нет, на этот раз они поверят вам. Искренность – признак честного человека! – поспешила заверить его Нина.

Людовико Сестьери понял, что другого выхода у него нет, и сдался:

– Ладно. Я согласен. Но скажите мне, как вам удастся изолировать дворец Ка д’Оро?

– Дайте нам пару часов – и убедитесь, что поступили правильно. Поверьте, у вас не будет повода пожалеть об этом, – улыбнулся ему Ческо.

Когда дверь Зала Розовых Углов распахнулась, Люба и Карло ждали, стоя в холле.

Мэр медленно побрел к выходу, попрощался, не поднимая головы, и, бормоча что-то себе под нос, покинул виллу «Эспасия».

Люба не успела задать вопрос Нине, как зазвонил телефон.

– Алло? – ответила она, снимая трубку.

На другом конце что-то сильно затрещало, и затем издалека сквозь помехи послышался женский голос:

– Привет, Люба, это Вера. Нина дома?

Русская няня моментально передала трубку девочке Шестой Луны:

– Это твоя мама.

Разговор продолжался недолго, потому что было очень плохо слышно. Нина все время повторяла, что у нее все хорошо, не давая время Вере задавать неудобные вопросы.

– За меня не беспокойся, мама. Мы с ребятами все время занимаемся. Так что все в порядке! – привирала Нина, опустив глаза. – Не думайте обо мне, развлекайтесь, наслаждайтесь путешествием.

– В этом раю мы только этим и занимаемся! – старалась перекричать шумы в трубке Вера. – Через пару дней войдем в Карибское море. Прошу тебя, малышка, позвони тетям в Мадрид, а то они беспокоятся о тебе!

– Хорошо, обязательно позвоню. Чао, мама! Поцелуй папу!

Нина положила трубку под настороженными взглядами Любы и Карло. Спустя несколько секунд мертвой тишины, оба вздохнули с облегчением. Слишком много усталости накопилось за последние дни, до предела натянув нервы, и не только у русской няни.

Нина же, вернувшись мыслями к тому, что за эти дни произошло и с чем ей еще предстоит встретиться, испытала чувство досады и злости. Подняв голову, она встретилась с внимательным взглядом Любы.

– Никаких вопросов, прошу тебя! – сказала девочка. – Если позвонят родители моих друзей, ты знаешь, что им сказать. Ни ты, ни Карло не открывайте никому дверь. Хорошо?

Люба согласно кивнула, Карло вздохнул, и оба они пошли на кухню. За ним последовали голодные кот и пес.

Возвращаясь в лабораторию через Зал Дожа, ребята увидели на переплете толстенной книги, стоящей на верхней полке шкафа, двух маленьких улиток с желтыми в синий горошек ракушками.

– Липкие улитки? Что они делают среди книг? – спросил Ческо, задрав голову.

– Клянусь всем шоколадом мира, они кормятся страницами моих древних бесценных документов! – испугалась Нина.

Ческо схватил лестницу и взлетел по ней, словно у него горело под ногами. Добравшись до улиток, он замер, видя, как их крошечные глазки на кончиках тонких, колышущихся антенн повернулись к нему.

Мальчик протянул руку, чтобы взять улиток, но, едва он коснулся антенн, улитки втянули головки в ракушки и поползли к краю шкафа.

– Ну что, поймал их?! – крикнула в нетерпении Нина.

Мальчик схватил рукой обе раковины и сразу же почувствовал, как защипало его ладонь. Слизь от улиток потекла сквозь пальцы. Липкие густые капли упали на пол, образовав совершенный равносторонний треугольник. И в ту же секунду улитки превратились в огонь, полыхнувший двумя маленькими оранжевыми язычками пламени.

Ческо, испугавшись, разжал ладонь и затряс рукой, чтобы остудить ее, а два огненных язычка заколыхались в воздухе, несколько раз перекрестившись между собой. Нина снизу смотрела за этим, не веря своим глазам.

Затем оба огонька слились в искрометном танце и, внезапно вновь разделившись, принялись летать зигзагами среди книжных шкафов. Один замер у третьего шкафа, точно напротив небольшой книжки с черной обложкой, а второй продолжал свой танец вокруг рукоятки старинного ножа для разрезания бумаг, торчавшего среди книг пятого шкафа.

Ческо, замерев на ступеньке лестницы, ощущал себя полным болваном.

– Две улитки, два огонька и треугольник… Это алхимические знаки, – выговорила наконец Нина дрожащим голосом.

Пламя, висевшее у третьего шкафа, обволокло книжечку с черной обложкой и сбросило ее на пол рядом с треугольником. Следом другое пламя, закрутившись вокруг рукоятки ножа, швырнуло его к ногам девочки Шестой Луны.

Ческо спустился с лесенки, вытер руки, испачканные липкой слизью, и с любопытством уставился на маленький черный томик, не прикасаясь к нему. Нина, напротив, подняла нож.

Оба огонька сместились к центру комнаты, слились в одно ослепительное пламя, которое мгновенно исчезло, рассыпавшись по всей комнате тысячью голубоватых искр.

– Открой скорее эту книгу! – велела Нина другу. Мальчик поднял книгу с пола и откинул обложку. За ней была серая страница, на которой отчетливо читалась красная надпись:

TRIANGOLUS INQUINATUS

– Это латынь. Переводится как «загрязненный треугольник». – Ческо не составило труда перевести оба слова.

– Это наверняка относится к треугольнику, образованному слизью улиток, – сморщилась Нина.

Мальчик перевернул серую страницу и с изумлением увидел черно-белую фотографию фасада дворца Ка д’Оро, обмотанного колючей проволокой. Внезапно изображение ожило и послышалась мрачная музыка, звучавшая, скорее всего, в комнатах Каркона. Нина протянула руку, чтобы дотронуться до фотографии, но чей-то глубокий вздох за ее спиной не позволил ей сделать этого. Нина мгновенно выхватила Талдом, готовая пустить его в ход. Подозрительный вздох сменился звучащим с трудом, каким-то очень хриплым древним голосом, доносящимся будто из глубины веков.

– Наконец-то пришло время использовать и меня тоже. Спрячь в карман свой золотой жезл. Я не угроза для тебя, а помощь. – Слова накатывались волнами воздуха.

– Кто ты? Покажись! – крикнули вместе ребята.

– Я у ваших ног. Давно никто не просил моего совета, – продолжал странный голос.

Нина и Ческо обвели взглядом пол. Кроме неподвижно лежавшего ножа для разрезания бумаг и липкого треугольника, там ничего не было.

– И кто из вас говорит? – спросил, обращаясь к ним, изумленный мальчик.

– Это я говорю. Черная и маленькая, но сильная и мудрая. Я могу быть полезной не меньше, чем ваша говорящая Книга, – дружески хохотнув, ответила книжечка.

Нина и Ческо рассмеялись шутке.

– Не вижу ничего смешного. Перелистайте мои страницы, и найдете там ответы, которые ищете. – На этот раз маленькая книжка была серьезна.

– Может быть, ты поможешь нам отыскать недостающие цифры Золотого Числа? Или хотя бы укажешь, где находится цифра 6? Этэрэя велела нам поскорее найти ее… Мы знаем, что для начала нужно вернуться в Секретузию и нырнуть в одну из ванн с воском. Не могла бы ты сказать, где мы после этого окажемся? – Не надеясь на точные ответы, Нина тем не менее не удержалась задать черной книжке мучающие ее вопросы.

– Нет-нет! Я решаю только проблемы, которые касаются колдовства, чар, заклятий. Золотым Числом я не занимаюсь. Подумайте хорошенько, может быть, вам нужно срочно что-нибудь заколдовать? – задала свой вопрос книжка.

– Заколдовать?.. Ну конечно! Дворец Ка д’Оро! – воскликнул Ческо. Смахнув волосы, закрывшие стекла очков, он замер в ожидании реакции книжки.

– Нет проблем! – ответила та. – Возьмите нож для разрезания бумаг и воткните его в фотографию. Только сделайте это вместе! – распорядился громко прозвучавший голос.

Ребята мгновенно выполнили указание. Едва они воткнули нож в фотографию, как тот исчез в глубине страницы, и в мгновение ока колючая проволока проклятого дворца распалась на мелкие кусочки, которые осыпались на землю, превратились в воду и растеклись многочисленными ручейками.

– Невероятно! – воскликнули юные алхимики.

– Вам понравилось? – Книжечка была явно довольна произведенным эффектом. – А теперь, Нина, положи руку с почерневшей звездой на липкий треугольник.

Ни мгновения не раздумывая, Нина выполнила и это указание древнего голоса. Как только она приложила ладонь к треугольнику, слизь затвердела и слегка пожелтела. После чего треугольник беззвучно оторвался от пола и завис над фотографией.

– А дальше? – Ребятам не терпелось знать, что происходит.

– Теперь по очереди трижды подуйте на треугольник, – велел голос.

Первой подула Нина, затем Ческо… И странный геометрический объект растворился в фотографии.

– Но на этот раз в изображении ничего не изменилось! Как это понимать? – спросила Нина, захваченная зрелищем.

– Это вы здесь не замечаете изменений, а венецианцы видят, что дворец Ка д’Оро в отличном состоянии. Так будет в течение сорока восьми часов. Магический треугольник из слизи улиток порождает ложные иллюзии. Поэтому всем будет казаться, что жилище князя выглядит как в лучшие времена. Это так называемая магия-ложь, – объяснила книжка.

– Магия-ложь? И такая бывает? – удивились ребята.

– Бывает. Правду знаете только вы двое, другие горожане будут находиться под действием иллюзии. В их глазах фасад дворца предстанет ухоженным, без колючей проволоки. Но внутри все останется как прежде: Каркон продолжит плести интриги и задумывать мерзости. Вам придется напрячь все свои алхимические способности, чтобы нанести поражение Магистру Магикум! А пока мэр успокоится, видя иллюзорное состояние дворца, и вы сможете продолжать искать остальные цифры Золотого Числа. Но все время помните, что Каркон и его сообщники не оставят вас в покое. Скорее наоборот! Так что будьте очень осторожны. – Голос начал отдаляться, словно растворяясь в вечности.

И прежде чем умолкнуть окончательно, голос книжки распорядился:

– Нина, быстро переверни меня и возьми Тэнуэранте, прикрепленный с обратной стороны моей обложки. Это медальон из меди 7471104. Как тебе известно, этот алхимический металл придает его владельцу жизненную силу. Не пытайся открыть медальон. Для этого будет свое время! На медальоне выгравировано слово. Только тебе разрешено прочитать его. Только тебе!

Нина мгновенно перевернула книгу и сняла с обложки маленький медальончик, державшийся на ней словно магнитом. Медальончик сиял мягким зеленым светом. Нина нашла выгравированную надпись. Она была на латыни:

ABSINTHIUM

Девочка Шестой Луны почувствовала, как озноб сотряс все ее тело, глаза закрылись, и цепочка видений пронеслась пред ее внутренним взором: отвратительная физиономия Каркона, затянутое мрачными тучами и разрываемое молниями небо, морщинистые лапы с мощными когтями, гигантские каменные крылья…

Затем ослепительный свет словно шпага пронзил ее мозг, и из водоворота красок выглянуло нежное и умоляющее лицо Ливио. Тяжело дыша, Нина открыла глаза, не понимая, что с ней происходит. Она посмотрела на Тэнуэранте, который держала в руке, покрутила туда-сюда и разглядела шов на его бортике: это означало, что медальон состоял из двух частей и мог открываться. Но черная книжка запретила сейчас открывать его. «Для этого будет свое время», – сказала она.

«Абсинтиум означает… полынь», – сообразила Нина и тотчас вспомнила, что полынь – горькое растение, но какими алхимическими свойствами оно обладает, девочка не знала. Не является ли Абсинтиум тоже галлюциногеном? Если да, то что вызывает такой поразительный эффект – эта надпись или какая-то магическая субстанция, которая находится внутри Тэнуэранте?

Ческо с беспокойством наблюдал, как Нина крутит в руках странный миниатюрный предмет и бормочет себе под нос слова, смысл которых невозможно было разобрать.

Наконец девочка положила медальон в карман и увидела, как лежащая перед ней черная книжка, постепенно становясь прозрачной, исчезла без следа, не оставив ей никаких других пояснений.

Ческо обнял Нину:

– Что это за штука у тебя в руке? Что на ней написано? И что тебя так озаботило?

– Это… просто медальон, но я не могу сказать тебе, что на нем выгравировано. Поверь мне, не могу, – ответила она, отражаясь в больших темных глазах своего лучшего друга.

– Мне не хотелось бы, чтобы у нас были тайны друг от друга! – воскликнул он с досадой.

– Не существует тайн, которые могут разделить нас, но только тайны помогают нам находить верные решения. Это одно из правил Алхимии Света. И оно тебе известно, – ответила Нина, опуская глаза.

– Ладно. Но, если с тобой случится что-нибудь серьезное, я не смогу себе этого простить, – буркнул Ческо, отходя с недовольным видом.

– Ты уходишь? – всполошилась Нина, протягивая к нему руку.

– Да. Мне пора к мэру. Нужно предупредить его, что с дворцом Ка д’Оро все в порядке. Или хотя бы убедить его, что так на самом деле, – объяснил он, подходя к двери Зала Дожа.

Нина улыбнулась и порекомендовала Ческо не посвящать мэра в детали ситуации с дворцом Ка д’Оро.

– Теперь Пьетро Зулину, журналисту «Венецианского гондольера», придется писать, что в предыдущей статье он ошибся и с дворцом все в порядке. Пусть мы и знаем, что это не так. Если мэр спросит тебя о Карконе, постарайся сменить тему… и прошу, возвращайся сюда поскорее, – закончила она, послав Ческо воздушный поцелуй.

Ческо, не обернувшись, быстро покинул виллу «Эспасия». За ним, не обращая внимания на грозные окрики Нины, увязался Красавчик. Минуту спустя мальчик и собака уже садились на катер, направляющийся в сторону мэрии.

Нина некоторое время постояла в тишине Зала Дожа, затем уселась в кресло рядом с зеленой лампой и стала внимательно изучать Тэнуэранте.

«Я уверена, что он мне понадобится, хотя не знаю, когда и в каких обстоятельствах. И я должна разобраться, какое действие оказывает полынь. Жуткие картины, которые я видела, меня очень напугали. И еще… лицо Ливио… у него был печальный взгляд, и казалось, он просит меня о помощи. Как такое возможно? Он мой враг. Он собирался убить Ческо! А я… я… он притягивает меня! Нет… нет… так нельзя! Это нечестно!» – думала она, испытывая вину перед Ческо.

Платон замяукал и запрыгнул на колени Нины.

– Я справлюсь и с этим. Я не имею права на ошибку. А если опять столкнусь с трудностями, я знаю, что всегда могу рассчитывать на своих друзей, – сказала коту девочка, поглаживая его рыжую шерстку.

Девочка Шестой Луны встала из кресла, вынула из кармана комбинезона стеклянный шар и открыла им потайную дверь алхимической лаборатории. Платон засеменил следом за своей любимой хозяйкой.

Первый, кого увидела Нина, когда вошла в лабораторию, был Додо, который, обливаясь по́том, стоял перед камином. Щеки мальчика стали одного цвета с его рыжими волосами. В руке у него был черпак, которым он непрерывно помешивал кипящий в котле Чинабро: густая смесь охристого цвета была почти готова.

– Про…про…прошло почти два часа! Я мо… мо…молодец, правда? – спросил он, довольный собой.

Нина бросила взгляд на часы, висящие на стене:

– Молодец… Уже почти десять. Еще несколько секунд, и можешь наливать Чинабро в бутылку.

– Эта наверняка по…по…подойдет. – Додо взял с полки синюю бутылку из Керамики Прочной, материала, выдерживающего большие температуры, и черпаком принялся переливать в нее Чинабро. Когда бутылка наполнилась до самого верха, он заткнул ее пробкой из Сахара Чертис.

– Теперь я спу…спу…спущусь в Акуэо Профундис. Фьоре, наверное, за…за…заждалась меня.

– Вы ведь справитесь без меня, правда? – спросила его Нина.

Додо согласно покивал головой и, довольный, улыбнулся.

– И запомни, если с вами случится что-то, воспользуйтесь Рубином Вечной Дружбы. И ничего не бойтесь. Мы с Ческо будем думать о вас. Главное, постарайтесь побыстрее отыскать формулу Суспензии Оживляющей для Рокси. – Нина улыбнулась в ответ и погладила мальчика по рыжим волосам.

– А по…по…почему ты одна? – спросил озабоченно Додо, останавливаясь на полпути. – Где Че…Че…Ческо?

Нина объяснила ему, что их друг отправился к мэру, который расстроился, прочитав статью, опубликованную в газете «Венецианский гондольер», где написана лишь часть правды о Карконе и дворце Ка д’Оро.

– Нам это не гро…гро…грозит опасностью? – встревожился Додо.

– Не больше, чем всегда, – успокоила его Нина. – Благодаря помощи желтых улиток, черной книжки и липкого треугольника, дворец Ка д’Оро заколдован. Но ты сейчас не должен думать об этом. У вас с Фьоре есть дела поважнее.

– У…у…улитки, кни…кни…книжка, тре… тре…треугольник… Ты о чем, я не понял?

– С вопросами потом, Додо. Время уходит. Тебе надо спешить. – Нина подтолкнула мальчика к двери.

– Это пе…пе…первый раз, когда мы отправляемся в путешествие без те…те…тебя и Ческо. Фьоре молодец. Но…

– Никаких «но». Я уверена, что у вас все получится и без нас и вы вернетесь с лекарством для Рокси. – Девочка Шестой Луны отвернулась к столу для экспериментов, увидела, что мисочки Соли Морской больше нет, и вопросительно посмотрела на Додо.

– Ее взя…взя…взяла Фьоре, которая ждет, чтобы приготовить пре…пре…препарат номер 8 и улететь. Бе…бе…бегу. Пока!

Нина не сводила с Додо глаз, пока люк за ним не закрылся. Жизнь Рокси была в руках этого робкого мальчика и Фьоре. Тогда как судьба Венеции – в руках ее и Ческо! Она обвела взглядом лабораторию, погладила колбы, перегонные кубы, банки и вазы, полные разноцветных жидкостей. Запах только что приготовленного Чинабро сменился запахом смеси сапфира и золота, непрерывно кипевшей в котле.

Платон, лежавший свернувшись рядом с Пирамидой Дракона, вскочил и перепрыгнул на стол для экспериментов.

Нина с грустью погладила его:

– Ах, Платоша, такое ощущение, что меня все бросили. Странное чувство потери и горечи. Может быть, я просто устала?

Задумчиво подняла крышку Пирамиды, хотя знала, что она пуста: Зубы Дракона закончились.

«И это притом, что, клянусь всем шоколадом мира, у дракона зубов полным-полно!» – с огорчением подумала она. На всякий случай пошарила внутри Пирамиды и обнаружила там полоску розовой бумаги. Это была записка:

Оставляю здесь семь Зубов Дракона.

Надеюсь, их будет достаточно для полета на Ксоракс, который тебе предстоит.

С любовью

Фило Морганте 4546733

Нина была растрогана до слез: «Благодарю тебя, мой дорогой призрак в красной шляпе. Перед отлетом ты сделал мне огромный подарок!»

И тут же подумала о том, кого на этот раз послала ей на помощь Этэрэя. Каких призраков? Окажутся ли они такими же добрыми и умелыми, как Фило и Джолия? «Может быть, они объяснят мне, для чего служит Тэнуэранте… и, самое главное, какое действие оказывает Абсинтиум!» Она достала медальон из кармана, чтобы еще раз полюбоваться им. Инстинктивно положила на толстую обложку говорящей Книги ладонь со звездой, которая так и оставалась черной.

– Книга, может, ты мне расскажешь о свойствах Абсинтиума?

Обложка откинулась, и громко зазвучал хрипловатый голос:

Об Абсинтиуме я могу открыть тебе только одно:

Это смертоносная субстанция.

Если у тебя есть Тэнуэранте,

Будь очень осторожна с ним.

Открыть его ты можешь лишь в одном случае:

Если твоей жизни будет угрожать крылатое чудовище.

Нина вздрогнула:

– Крылатое чудовище?

Это все, что я могу сказать

О приключениях, которые тебя ждут.

Цифра 6 Золотого Числа хорошо охраняется.

Помни все, что я сказала…

Нина расстроилась: говорящая Книга не пояснила, кто такое это крылатое чудовище, где и когда она может встретить его. Но Нина также знала, что, если Книга не дала ответа, настаивать бесполезно. Она глубоко вздохнула и продолжила задавать вопросы, но не такие сложные.

– Книга, раз уж ты не можешь сказать мне ничего больше о крылатом монстре, то хотя бы намекни, кто такие новые призраки, которые, по словам Этэрэи, должны прибыть на виллу сегодня вечером.

На жидкой странице появились два имени, и на этот раз голос Книги зазвучал весело:

Камостилла Картути Миконди

и Эдоардо Дель Гуроне.

Не пугайся их появления.

– Мне знакомы эти имена. – Нина была удовлетворена ответом. – В некоторых книгах моего деда я встречала описания их героических деяний. Эдоардо был отважным рыцарем. В 1500 году его убил аббат Сикурио Фасторио, который желал завладеть принадлежащим рыцарю Алхимическим Мечом. А Камостилла – одна из моих предков. Если я не ошибаюсь, она жила в 1700-х годах и была известна своей красотой и умом. Все знают ее научный трактат «Тайны цветов», а также дневник «Записки о жизни». Его текст нанесен на стенки Биккьо, изобретенного ею кубка, который хранится у меня в сейфе!

Девочка Шестой Луны бросила взгляд на сейф, стоящий рядом с книжным шкафом. Ей захотелось немедленно достать из него этот очень древний кубок. Но мысль о том, что прибывающие призраки – одни из самых сильных алхимиков, отвлекла ее.

Неожиданно Книга колыхнула жидкой страницей и спросила:

У тебя еще осталась Джиролума?

Нина нашла глазами бутылку с магической желтоватой жидкостью, которая заправляла призраков энергией и позволяла им оставаться видимыми в течение многих часов.

– Да, дорогая Книга, Джолия и Фило выпили не всё. Им не дало бы сделать это их благородство. Так что ни у Камостиллы, ни у Эдоардо не будет проблем. Что меня действительно тревожит, так это возможность появления Каркона и будущее Додо и Фьоре, которые вот-вот отправятся в путешествие, наверняка полное опасностей.

О Карконе могу сказать:

Его жажда мести не знает отдыха.

Он всегда будет носить на себе ожоги

От кипящего масла, которым ты его щедро облила.

Поэтому будь осторожна,

Его ответ станет жестоким.

За Додо и Фьоре можешь не бояться.

В лаборатории Тадино

Они узнают все, что им нужно,

А если встретятся с трудностями,

Попросят помощи у алхимии.

На этих словах тяжелая обложка говорящей Книги захлопнулась, оставив Нину в не меньшей тревоге, чем прежде. Действительно, вряд ли Каркон, изуродованный кипящим маслом, вылитым на него Ниной, когда она вырывала из его лап Ческо, не захочет отомстить ей за это. Так что впереди новые битвы с коварным алхимиком, и самую серьезную опасность представляет его могущественная Дверь Каоса, находящаяся в Комнате Планет дворца Ка д’Оро. Ее бешено вращающаяся огненная спираль являет собой Ничто. Каркон прекрасно знал, какую угрозу представляет для всех Дверь Каоса.

Нине нужно действовать как можно быстрее. Она проверила, лежит ли в одном из карманов ее комбинезона Клавис Музивум. Без этого ключа с серебряными завитками было невозможно проникнуть в подземелья базилики Сан-Марко, войти в Секретузию и, нырнув в одну из ванн с кипящим воском, оказаться в пока неизвестном ей месте, в котором Каркон спрятал цифру 6 Золотого Числа.

«Я должна добыть эту цифру, чего бы мне это ни стоило!» – подумала она, поднимая глаза на циферблат. На нем было уже 10 часов 45 минут и 6 секунд, а от Ческо до сих пор никаких новостей. Только бы с ним не случилось какой-нибудь неприятности! Ей захотелось вскочить и побежать в мэрию, но она сдержала себя: сначала нужно убедиться, что у Додо и Фьоре все идет по плану. Она спустилась в люк к подземному туннелю, села в тележку и мгновение спустя уже входила в Акуэо Профундис.

Там она увидела Макса и Андору, сидевших рядом со слабой и очень бледной Рокси.

– Держись, подруга! – прошептала ей на ухо Нина и погладила ее холодные руки.

Рокси открыла глаза.

– Стараюсь. Буду ждать возвращения Фьоре и Додо. Они только что улетели. Было здорово видеть, как они исчезли в разноцветном облаке. Ребята вернутся, правда? И принесут Суспензию Оживляющую.

Нина вздохнула, а вместе с ней Андора и Макс, едва сдерживающие слезы. Тоска и страх, что Рокси не выкарабкается, отравляли их души.

– Не волнуйся, они, конечно, вегнутся с победой. Додо и Фьоге выпили пгепагат номег 8, а Ямбиг доставит их, куда указали «Догоги Мига»… Ского они пгиземлятся у дома Тадино Де Джогжиса, – заверил ее добрый робот, вращая ушами-колокольчиками.

– Они молодцы! – Андора тоже старалась успокоить девочку. – Сделали все, что предписано. Я видела, как Фьоре приложила Ямбир к «Дорогам Мира», сжевала щепотку цветов Мисиля, а затем выпила Чинабро, приготовленный Додо. А когда они взяли бутылку препарата номер 8, из атласа выпала страница, на которой было указано место, где находится озеро и лаборатория Тадино. Ребята выпили препарат, оторвались от пола, сначала Фьоре, а следом Додо, который прижимал к себе мисочку Соли, и разноцветное облако унесло их в прошлое.

Нина посмотрела на полку. Действительно, в банке с цветами Мисиля, стоявшей рядом с атласом «Дороги Мира», осталась только половина содержимого, а из шести бутылок с препаратом номер 8 – только пять, значит, одна была выпита.

– Сейчас они уже летят на кгыльях Гуги, нашего волшебного дгуга, котогый доставит их пгямо туда, куда им надо, – добавил Макс.

– Моя дорогая Рокси, Додо и Фьоре не могут не сделать того, что должны. Для них и для всех нас ты – самая любимая подруга, – сказала девочка Шестой Луны.

Рокси прикрыла глаза и прижала к груди свой Талдом:

– Дружба может спасать жизнь, правда?

– Еще как! А мы друзья на всю жизнь! – ответила Нина и поцеловала ее в щеку.

– А где Ческо? – спросила вдруг Андора.

– У мэра, – объяснила Нина, не показывая своей тревоги.

– Каркон не оставит нас в покое, – произнесла Рокси слабым голосом.

– Я знаю. Но мы способны защитить себя. Как всегда, – ответила твердо Нина, успокаивая подругу.

– Вы опять пойдете с ним в Секретузию и прыгните в восковую ванну? – спросила Андора, искренне переживая за ребят.

– Обязательно! И отыщем цифру 6 Золотого Числа. Это отнимет у Двери Каоса еще какое-то количество силы, а князь снова потерпит поражение! – Нина отпустила руку Рокси и направилась к выходу.

– Ты уже уходишь? – спросила Рокси.

– Не хочется, но надо. Я все время буду думать о тебе, – улыбнулась в ответ Нина и покинула Акуэо Профундис с грустью в сердце.

Еще поднимаясь по ступенькам, которые вели к люку лаборатории виллы, она услышала мяуканье Платона. Кот был сильно возбужден и царапал дверь.

– Что случилось? – Нина взяла его на руки и только сейчас услышала настойчивый звонок в дверь дома.

Выбежав из лаборатории, она пулей пронеслась через Зал Дожа и уже в холле увидела, как Люба, открыв дверь виллы, замерла на пороге.

– Кто-то оставил у порога розу! – воскликнула русская няня, поднимая лежащий на коврике цветок.

Нина подошла к ней:

– Дай ее мне… это наверняка для меня.

Безе с лукавой улыбкой протянула ей розу:

– Смотри-ка, у тебя появился тайный воздыхатель?

Нина нахмурилась и, взяв розу, заметила среди лепестков полоску голубой бумаги. Отвернувшись от Любы, она осторожно, чтобы та не заметила, вытащила полоску. Написанные на ней от руки фиолетовыми чернилами буквы были очень мелкими:

Я тот, кто тебе нужен. Ты не сможешь тот, кто тебе нужен. Ты не сможешь жить без меня.

Ливио Борио из дворца Ка д’Оро

Как всегда, любопытная русская няня попыталась заглянуть через плечо девочки, ей тоже хотелось знать, что написано на бумажной полоске.

– Безе, оставь меня одну, – попросила Нина, поднося розу к губам.

Люба фыркнула и, громко шлепая тапками, отправилась в кухню.

Аромат розы был насыщенным и сладким. Нина почувствовала, как сильно забилось ее сердце. Она перечитывала слова Ливио, и мысли путались в ее голове. Постояв немного на пороге, она вышла и огляделась. Сентябрьский ветерок взлохматил ей волосы, опьяняющий запах розы окутал ее словно объятиями. На железном мостике, соединяющем парк виллы и улицу Креста, она увидела фигуру, изящную и неподвижную как статуя. Только черный плащ колыхался от легкого дуновения ветра.

– Ливио… – прошептала она испуганно.

Юный призрак галантно поклонился и облачком растворился в небе.

Растерянная Нина от гнева крепко сжала колючий стебель цветка, и капельки крови выступили в самом центре правой руки. Черное как зола родимое пятно в форме звезды, знак принадлежности к Алхимии Света, покрылось красным, под цвет розы.

Нина бросила цветок на землю и растоптала его. Затем разорвала на тысячу кусочков записку Ливио и, словно разъяренный тигр, закричала изо всех сил:

– Ты меня никогда не получишь! Никогда! Ты мне не нужен!

Платон опять жалобно замяукал, подняв мордочку к небу. Кот терпеть не мог, когда его хозяйка страдала.

Растрепанная, со злым лицом Нина решительно направилась к калитке. Поднялась на мостик. Дивампы уже утратили свое действие, и любой карконианский призрак мог без боязни приблизиться к вилле. Она внимательно огляделась, но Ливио и след простыл: улица Креста была пустынна. Платон продолжал мяукать, задрав хвост антенной и вздыбив шерсть.

Нина ощутила за спиной чье-то присутствие и медленно обернулась. Ливио стоял перед ней, появившись неожиданно, как и надлежало настоящему призраку. Как всегда, в черном плаще с надвинутым на глаза капюшоном. Он заговорил глубоким спокойным голосом, как предписывала ему техника Обольщения.

Платон, казалось, обезумел, но Ливио было достаточно махнуть полой плаща, чтобы кот стрелой унесся в дом.

– Никто не сможет защитить тебя. Не думала же ты, что это может сделать твой несчастный кот? – сказал он ухмыляясь.

– Я способна сама защитить себя, – ответила Нина, принимая позу атаки.

Ливио словно не заметил этого.

– Между льдом и огнем лежит тепло жизни. – Он снова ухмыльнулся. – Ты что предпочитаешь? Холод, пламя или ласку любви?

Эта фраза поразила Нину как ядовитая стрела. Она широко раскрыла глаза, уставившись на обворожительного врага, но видела только мерцание его бездонных и черных как ночь зрачков.

– Меня не трогает то, что ты говоришь… не убеждает. Хочешь подражать Голосу Убеждения? Но ты слабак по сравнению с монахом без лица и тени. А я его уничтожила! Я поместила его в каменную вазу, превратила в камень. Он так и не вернулся к жизни. Рассчитываешь, что твоя болтовня о любви, холоде и пламени произведет на меня впечатление? Ошибаешься! Сильно ошибаешься! – ответила Нина твердо.

Ливио взял руки девочки и нежно сжал их.

– Смотри, ты поранилась шипами розы, которую я тебе подарил. Как ты неосторожна! Кровь запачкала ладонь твоей руки. А это что на ней? Черная звезда? Такая татуировка? – Призрак с удивлением рассматривал звезду, не понимая природы ее происхождения.

– Ничего особенного… это моя родинка, иногда она темнеет, – ответила Нина, безуспешно пытаясь вырвать руку.

Интуиция подсказывала Ливио, что звезда несет какой-то важный смысл.

– Ты что-то скрываешь от меня, я это чувствую. Посмотри мне в глаза и скажи правду! – настаивал он.

Девочка Шестой Луны дрожала, хотя пока ей удавалось сохранять присутствие духа. Она вовсе не собиралась открывать Ливио, что этот генетический признак – свидетельство ее принадлежности к Алхимии Света!

– Ты боишься меня? Но я не представляю для тебя никакой опасности. Я призрак… хотя и во плоти. Скажи откровенно, на тебя не производит никакого действия контакт моей кожи с твоей? – спросил он обволакивающим голосом, приближая к ней скрытое капюшоном лицо.

Нина оцепенела. Ей действительно было приятно ощущать свои руки в руках Ливио. Кровь ударила в голову, заставила девочку покраснеть.

– Я же вижу, тебе нравится, когда я сжимаю твои руки, – прошептал он, еще больше сокращая дистанцию между ними.

– Прекрати! Оставь меня в покое! – закричала Нина, отступая и надеясь, что он больше не попытается подойти ближе.

Но она ошибалась. Юноша поднес руку Нины к губам и поцеловал ее ладонь.

– Какая вкусная у тебя кровь! – опять прошептал он.

Нина почувствовала одновременно отвращение и удовольствие. Она замерла, не понимая, что с ней происходит. Мысли в ее голове шли кругом, горло пересохло.

– Ты знаешь, я мог бы испепелить тебя в одну секунду. Без труда. Я намного могущественней Голоса Убеждения. Поверь мне, ты не сможешь сбежать от меня. Я желаю тебе добра. Ты выбрала неправильный путь. Алхимия Света несет только иллюзии. Настоящая глубокая любовь – это Тьма. – Говоря это, Ливио отпустил руку Нины и обнял ее.

Все внутри девочки Шестой Луны сжалось, голова закружилась. Она была во власти его слов, его уверенно обнимавших рук. Нина замерла, захваченная до сих пор неизвестными ей ощущениями. Закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться. Затем с силой, которая у нее еще оставалась, она оттолкнула Ливио и закричала:

– Я никогда не перейду на сторону Зла! Спроси Каркона, на что я способна. И узнай, как он себя чувствует. До сих пор воет от боли из-за масла, которым я ошпарила его гнусную рожу?

– Строишь из себя героиню? – Ливио зашипел, как змея, готовая к атаке. – С ненавистью отталкиваешь меня? Все это напрасно. Ты можешь ранить Каркона еще тысячу раз, но он не сдастся. И я тоже. Ты в моих сетях. И тебе от меня никуда не деться!

– Дворец Ка д’Оро заколдован мною! Колючей проволоки на нем больше нет! Ведь из-за этого ты явился сюда! Захотел выведать, как я это сделала! – рассмеялась ему в лицо Нина, получив подтверждение того, что магия треугольника сработала, как и обещала черная книжка.

– Да, ты права. С сегодняшнего утра фасад дворца выглядит как прежде. Здорово тебе удалось привести в чувство венецианцев, перепуганных статьей Пьетро Зулиным! – искренне восхитился юноша, демонстрируя, что он знает о статье, опубликованной в «Венецианском гондольере».

– Призраки тоже читают газеты? – с иронией заметила Нина.

– Мы знаем все, что нам надо. Эта статья на самом деле перепугала жителей города. Ты уверена, что сможешь долго морочить им голову своим колдовством? – фыркнул Ливио.

Но Нина уже полностью пришла в себя и теперь забавлялась, насмехаясь над своим врагом, вымещая на нем досаду за то, что ему только что удалось смутить ее:

– В отличие от тебя и других призраков-сообщников Каркона, которые знают то, что им нужно, я делаю то, что считаю нужным!

– Хм, мэр будет этим доволен. Ты взяла на себя его головную боль. Но это ненадолго. Я знаю, что ты послала своего ничтожного дружка поговорить с Людовико Сестьери! Я видел, как он входил в мэрию.

Унизительный тон, с которым он произнес эту фразу, разозлил Нину.

– Ческо для меня не просто друг, и тебе это известно! Раз уж ты следил за ним, стараясь разнюхать, что он делает, то должен знать, что он способен на многое, в том числе доставить вам большие неприятности! – вспылила она, засовывая руки в карманы. Нащупав Талдом, Нина сжала его, готовая в любую минуту использовать.

– Не зли меня. Если твой Ческо только руку на меня поднимет, я раздавлю его как червяка! Смешно было смотреть, когда он висел, как палка колбасы, в Комнате Планет, до смерти перепуганный огненной спиралью Двери Каоса. Твой Ческо – сопляк! – В раздраженном голосе Ливио проглядывалась плохо скрываемая ревность к удачливому сопернику.

– Ты ничего не знаешь о нем. Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о моих друзьях. Держись подальше от нас, Ливио, а то кончишь так же, как твой папочка.

Девочку Шестой Луны охватила ярость. Любовь к Ческо и уроки деда вернули ее в реальность. Убедительный голос Ливио и его техника Обольщения не действовали на нее, даже если она не могла скрыть от себя самой, что он притягивал ее.

– Умру, как мой отец? Значит, это ты убила его? Неужели ты способна на такое? – Ливио приложил руку к сердцу. Голос у него стал хриплым, дрожь сотрясла все его тело.

Нина протянула руку к Ливио, словно стараясь смягчить боль, охватившую ее противника. Джакопо Борио был сожжен огнем Дивампов, и его тело призрака превратилось в черный дым в ночном небе. Несмотря на то что он был врагом, которого надо было уничтожить без сомнений, Нина испытала сочувствие к страдающему от горя юноше.

– Если бы я не убила твоего отца, то он наверняка убил бы меня. Я была вынуждена защищаться. И от тебя тоже. И сейчас, когда ты вернулся сюда и пытаешься перетащить меня на вашу сторону с помощью обольщения, какого ответа ждешь от меня? Мы враги. Мы принадлежим к разным мирам. Рано или поздно один из нас должен сложить оружие. И это буду не я!

– Да, в чем-то ты права: мы разные… но и очень похожие, – ответил невозмутимо юноша. – Задумайся над моими слова…

– Чем сильнее ты пытаешься залезть мне в душу, тем сильнее я себя чувствую, – прервала его Нина. – Ты даже представить не можешь, какой сильной могу я быть!

– Мы с Карконом просто умираем от страха от твоих ведьминских штучек, – съязвил Ливио. – Хотя то, что тебе удалось убить моего отца, – очень серьезно. И я тебе этого никогда не прощу. Но твой фокус с колючей проволокой вокруг дворца Ка д’Оро не стоит и выеденного яйца. Так же как и раны, которые ты нанесла князю. Ты выиграла только первую битву, война на этом не закончилась. И очень скоро узнаешь, что может сотворить с тобой Каркон. Ты должна понять одну вещь, Нина…

– Ну и какую же? – вновь перебила она.

– Мы созданы друг для друга. Не забывай о моих чувствах к тебе, – ответил он.

Порыв ветра приподнял капюшон над лицом юноши, и его огромные глаза, сверкнув на солнце, пристально уставились на девочку.

У Нины перехватило дыхание, ее завораживал этот магнетический взгляд. Преодолевая морок, она ответила:

– Не пытайся запугать меня. Страх делает слабым. Сил, которые я унаследовала от деда, достаточно, чтобы не бояться. Дед был добрый, потрясающий человек, но Каркон убил его без сожаления. Да, я знаю, что Каркон на этом не успокоится. Но ничто и никто не сможет остановить меня. Ни ты, ни твоя фальшивая любовь! – Сказав это, Нина попыталась оттолкнуть его в сторону, но ее рука прошла сквозь черное облачко: дерзкий враг исчез, оставив в воздухе сильный запах роз.

Глава третья
Служители и «Книга Березы»

– Мой господин, постарайтесь лежать не двигаясь. Это последняя припарка. После нее вы перестанете чувствовать боль. – Косоглазый слуга, услужливо колдуя над ранами Каркона, всячески старался погасить гнев хозяина.

С перекошенным от ярости ртом, раздутыми от гнева ноздрями и налитыми кровью глазами Магистр Магикум уже несколько часов терпел врачевание своего преданного горбуна. Вонючий запах серы, исходящий от заживляющей алхимической мази, заполнил все помещение Изолятора. Князь не смог дальше выносить ухищрения своего лизоблюда.

– Хватит! – заорал он. – Сейчас мне не до твоих примочек! Моя копия Ямбира раскалилась как печка!

– Я понимаю, мой господин, но раны еще гноятся. Кипящее масло, которым ошпарила вас мерзкая девчонка, оставило глубокие шрамы. Если их сразу не залечить, они будут кровоточить, – склонил голову Вишиоло. – А как вы узнали, что магический медальон раскалился?

– Глупый червяк, медальон у меня в кармане! Он горячий, а это значит, что Нина использовала настоящий Ямбир, чтобы отправиться в прошлое. Но на этот раз у нее ничего не получится: то, что я сотворю с ней, компенсирует страдания от ран, которые она мне нанесла! Я изуродую ее белоснежное личико. Она у меня будет долго мучиться, пока не умрет. Она должна умереть! – Брызжа слюной, Каркон вскочил, подхватив свой фиолетовый плащ.

Задыхаясь от ярости, он вылетел из Изолятора, вихрем пересек внутренний двор дворца Ка д’Оро, гремя, как надвигающийся ураган.

– Нина скоро узнает, что такое настоящее Зло! Никакое бегство в прошлое не спасет ее! – кричал он, щупая раскаленную добела копию Ямбира, которая жгла его ногу сквозь карман плаща. Внезапная вспышка яркого света ослепила князя: у двери в Комнату Планет возник вихрь дыма, из которого с нахальной улыбкой вынырнул Ливио. – Где ты шляешься? – набросился на него Каркон.

Юноша откинул капюшон на плечи.

– Проводил операцию Убеждения и Обольщения, – ответил призрак, не переставая улыбаться.

– Ты виделся с Ниной? – оскалил клыки Каркон.

– Разумеется. Она должна чувствовать, что земля горит у нее под ногами. Я сказал ей, что все ее колдовство – пустая трата времени. Дворец лишь кажется очищенным от колючей проволоки, но мы-то хорошо знаем, что никто не сможет проникнуть сюда и доставить нам неприятности! Я мог бы убить ее, но не сделал этого. Это было бы просто. И несправедливо. Она должна сначала помучиться. Я не прав? – Ливио с отвращением посмотрел на обезображенное лицо князя, старясь не выказать своего чувства.

– Да, она еще будет умолять меня о смерти. Мелкие колдовские проделки, на которые только и способна эта девчонка, не спасут ее от моего гнева. Возомнила, что с их помощью она может портить фасад дворца! Ответом будет наша крайняя жестокость! Глупая внучка профессора Миши сбежала, но… – Каркон осекся. Погладил морщинистой рукой свое алхимическое оружие и с подозрением уставился на Ливио. – Как же ты мог встречаться с ней, если она исчезла, использовав Ямбир? – спросил князь, демонстрируя ему полыхавший, словно огонь, магический медальон.

– Мой господин, клянусь, я сказал правду. Я расстался с ней несколько секунд назад. Мы разговаривали на улице, прямо перед виллой «Эспасия»! – ответил юноша.

– Ага! Значит, кто-то другой воспользовался Ямбиром! Ну конечно! Это кто-то из ее наглых дружков! – заскрежетал зубами Каркон.

– Может быть. Но только точно не Ческо. Он отправился к мэру, – пояснил Ливио.

– Стало быть, двое других. Надо же, ради Нины они готовы рисковать собственными жизнями!

Князь опустил горячий медальон обратно к себе в карман и, прикрыв глаза, подумал со сладострастьем о том, какой ужасный конец он уготовит юным алхимикам Шестой Луны.

Ливио надменно поднял голову.

– Наверное, Нина послала их неизвестно куда и неизвестно зачем. Может быть, она воспользовалась Ямбиром, чтобы найти какую-нибудь секретную формулу. К тому же Нина ни за что не откажется от поиска остальных цифр Золотого Числа. К счастью, они хорошо охраняются Воинами. Ведь так? – спросил призрак, пригладив рукой свою пышную черную шевелюру.

– Да, это так. Первых два каменных Воина потерпели поражение, потому что были застигнуты врасплох. Остальные теперь начеку, в полной боевой готовности! Хорошо бы узнать, куда отправится Нина и какую цифру будет искать на этот раз!.. Проклятый Клавис Музивум! Без этого ключа нам не спуститься в подземелья базилики и не проникнуть в Секретузию, чтобы последовать за маленькой ведьмой! – Произнеся эту фразу, Каркон вошел в Комнату Планет, терзаемый жаждой мести. Он бросил беглый взгляд на Вращающиеся Сферы, подвешенные к потолку на крепких тросах из тензиума, и убедился, что все идет как надо.

Магма Двери Каоса не прекращала своего головокружительного вращения, и ее яркое сияние отражалось в стенах комнаты. Перед глазами бесноватого князя сверкал как брильянт величественный вход во Мрак Зла.

Алвиз и Барбесса, коварные андроиды-близнецы, сидели на лавке, не сводя завороженных глаз с адской двери, содержащей в себе вселенское Ничто.

Идущий следом за князем Ливио проговорил чуть слышно:

– Я могу проникнуть в Секретузию.

Каркон обернулся, его белые мутные глаза сузились:

– Ты? Нет, у тебя ничего не выйдет!

– Я знаю, что без Клависа Музивум я рискую головой. Но мне известен алхимический секрет, придуманный Лорисом Сибило Лореданом, который закрывает возможность проникновения в Секретузию без этого магического ключа. И хочу попытаться обойти его. Как призраку мне, может быть, даже удастся выжить.

Ливио старался быть убедительным. Мысль о том, что он очутится один на один с Ниной в Секретузии, манила его, не сомневающегося в том, что в алхимической обстановке подземелья с бурлящим, исходящим паром воском девочка наверняка потеряет самообладание и окажется послушной его воле.

Каркон почесал бородку:

– В одиночку ты не сможешь сделать это. Будет полезно дать тебе помощников!

– Помощников? Других призраков? – Этого Ливио хотелось меньше всего.

Каркон подошел к Двери Каоса, осветившей его обезображенную кипящим маслом физиономию. Было такое впечатление, что раны раскалены ярче огня, пылавшего в гигантской арке.

Всем телом князь ощутил сильную энергию, исходящую от огненного водоворота, и самодовольно подумал, что он действительно самый могущественный алхимик всей Вселенной.

С кривой улыбкой на уродливом лице он обратился к Ливио:

– Ты и твой несчастный отец прибыли помочь мне. Нине с той же целью прислали двух очень сильных призраков: черепаху Джолию и Фило Морганте. Но они не способны долго сопротивляться исчезновению, потому что не знают магической формулы, которая позволяет им долго оставаться среди нас, живущих. Вы же с отцом пользовались превосходной магией.

– Это верно. Поэтому-то я и не беспокоюсь, как долго могу оставаться призраком в мире живых людей, – ответил Ливио с гордым видом.

– Я нисколько не сомневаюсь в том, что у маленькой ведьмы появятся новые помощники-призраки, которые будут готовы бросить нам вызов! – От мысли об этом Каркон пришел в бешенство.

– Я тоже не сомневаюсь, Магистр Магикум. Ты считаешь, у нас есть повод беспокоиться? – Ливио нахмурил лоб, попытался представить себе планы князя.

– Я уже связался с моим верным другом и дальним родственником. Он умер много веков назад, но горит желанием вернуться, чтобы помочь мне, – ответил с готовностью Каркон.

– И он тоже твой… наш родственник? – Юноша был не столько удивлен, сколько обескуражен скорым появлением вероятного соперника, который сможет оказаться эффективней, чем он. Нет, Нина должна стать только его жертвой. Только его одного! – Я знаю его? Он такой же молодой, как и я? В какое время он жил? – с тревогой в голосе сыпал он вопросами.

Каркон уселся рядом с Барбессой и Алвизом, которые с любопытством посмотрели на него.

– Нет, он не молод. И не исключено, ты слышал о его славных делах. Кстати, он будет не один. Я призвал еще одного моего преданного сторонника. Он тоже будет мне полезен, – ответил Каркон, задумчиво глядя на огонь.

– Значит, их будет двое! – Ливио с трудом скрывал досаду. – И кто этот второй?

– Как и первый, прекрасный алхимик и замечательный колдун. Оба скоро будут здесь. На этот раз проклятой девчонке не отвертеться, она ответит мне за все свои мерзости! – завопил вдруг Каркон, рубанув воздух Пандемоном.

Алвиз посмотрел на сестру-близняшку и прошептал:

– Еще два призрака… Дело запахло керосином.

Барбесса поднялась и пересела поближе к Ливио, кокетливо поиграла жидкой косичкой и сказала, обращаясь к юноше:

– Если ты соберешься доставить неприятности Нине и тебе понадобится помощь, можешь рассчитывать на меня. Я сильная и смелая.

Молодой призрак погладил ее по лицу. Кожа у нее была мягкой, но на ощупь чувствовалось, что она искусственная. Рядом с ним сидел тщеславный, коварный и бездушный андроид-девочка с кошачьим сердцем.

– Спасибо. – Ливио натянуто улыбнулся ей. – Твоя помощь, конечно, бесценна, но с Ниной я справлюсь и один. Ее сердце испытывает человеческие чувства, поэтому мне легко выявить ее слабости.

Эти слова разозлили Барбессу, которая с высокомерием посмотрела на Ливио и подумала, что рано или поздно найдет способ очаровать юного призрака. Она и мысли не допускала, что Нина может быть красивее и привлекательнее. Нина всего-навсего простая девчонка, а не андроид, как Барбесса!

– Так все-таки, мой господин, кто эти два призрака, которых вы ждете? Я могу узнать их имена? – настойчиво гнул свою линию Ливио.

– Потерпи. Ты узнаешь очень скоро, – ответил Каркон сухо. Еще раз бросил взгляд на Дверь Каоса и направился к выходу, приказав близнецам не сходить с места: – Охраняйте Дверь! Никого не впускать сюда без моего разрешения! – Поднял Пандемон Морталис к потолку и продолжил: – Ливио, выбрось из головы Секретузию! Поработай еще немного над усилением в себе качеств Голоса Убеждения. Ты уже проделал хорошую работу и, я уверен, в конце концов сможешь убедить Нину. Монах без тени и лица был очень талантливый и сильный маг. Поскольку мы не можем вернуть его к жизни, ты должен тренироваться и стать не хуже его! А я пошел думать о том, как остановить друзей этой нахальной девчонки! Мне надо узнать, куда они направились, и моя копия Ямбира подскажет мне это, как только я проконсультируюсь с компьютером!

Каркон дунул в потолок, и жар его отвратительного дыхания испепелил несколько мух.

Юноша склонил голову в знак покорности, однако в душе был убежден, что его техника Обольщения более перспективная и эффективная против Нины, чем техника Голоса Убеждения. Целью Ливио было влюбить в себя Нину, чтобы перетащить ее на сторону Алхимии Тьмы. Если бы девочка Шестой Луны встала под знамена Зла, исчезло бы последнее препятствие на пути Ливио к абсолютной власти. Власти, равной той, которую имел только князь Каркон!

Молодой призрак, не прекращая думать о Нине, отправился в Зал Пыток для совершенствования в технике Убеждения.

Тем временем князь, спустившись в подземелья дворца, заметил, что черная дверь в его смертоносную для всего живого лабораторию, с начертанной на ней огромной буквой «К», приоткрыта, а в щель проникает слабый свет свечи.

– Да, мой господин, мы тебя уже заждались! – Два голоса глухо прозвучали в плотном, затхлом воздухе комнаты. Призраки прибыли точно в назначенное время.

Каркон вошел в лабораторию и прикрыл за собой дверь. Довольный, он обвел глазами гостей, которые поклонились, приветствуя его. Сатанинский смех прозвучал раскатом грома, пламя свечей заметалось как обезумевшее. Теперь Каркон окончательно поверил, что Нине придет конец. Он не позволит ей отобрать у него цифры 6 и 8 Золотого Числа и тем самым лишить оставшейся энергии Дверь Каоса!

В ту же самую секунду неожиданная дрожь волной прошлась по телу девочки Шестой Луны, а без того черная звезда на ее правой ладони стала еще чернее! Ожидание, что вот-вот случится что-то серьезное, не оставляло ее с тех пор, как она встретила Ливио.

– Он пришел сюда, не испугавшись риска. И мог убить меня. Но не убил. Почему? Он провоцировал меня, пытался залезть мне в душу, оскорбить мои чувства, – проговорила она тихо вслух. И тут же вскричала, сердясь на себя: – Но и я тоже могла убить его! И тоже не сделала этого!

То, что она не проявила достаточной твердости, общаясь с юным карконианским негодяем, расстроило ее. Нине так сильно захотелось, чтобы поскорее вернулся Ческо и успокоил ее, дал ей почувствовать свою искреннюю любовь.

Она взяла на руки Платона, у которого на спине все еще дыбилась шерсть, вставшая при появлении Ливио. Открыла дверь стеклянным шаром и вошла. Ей казалось, что среди колб, бутылей, чашек и перегонных кубов она будет чувствовать себя спокойней и уверенней. К тому же мысль о скором появлении Камостиллы и Эдоардо немного улучшила ее настроение.

Но не только Ливио являлся причиной смятения ума и кружения мыслей в Нининой голове. Ее ни на минуту не отпускало беспокойство о Додо и Фьоре. Удастся ли им отыскать формулу Суспензии Оживляющей? Наверняка это будет нелегко сделать в загадочной лаборатории Тадино Де Джорджиса, полной алхимических тайн и магических изобретений. И кто такие те два служителя, которые там до сих пор пребывают? Говорящая Книга, как нередко с ней бывает, дала ей так мало информации!

Уставшая, Нина села на табурет у лабораторного стола, положила на него руки, опустила на них голову, закрыла глаза и стала думать о том, что скоро здесь появится Ческо и обнимет ее. Платон клубком свернулся рядом и замурлыкал. На циферблате было 12 часов 4 минуты и 17 секунд. Вот так и закончилось утро на вилле «Эспасия»: в атмосфере интриг, гигантских проблем и желания решить их как можно быстрее и наилучшим образом.

А в эту минуту далеко от Венеции и в далеком прошлом двое Нининых друзей благодаря препарату номер 8 и указаниям атласа «Дороги Мира» парили, сидя на спине Гуги, над живописной землей древней Италии. Конечной целью их путешествия было прелестное местечко Кастильоне, расположившееся на берегу озера Тразимено. Обдуваемые теплым свежим ветерком Фьоре и Додо осматривали с высоты его безмятежную гладь. Озеро окружали зеленые холмы и сверкающая разными красками незнакомая им растительность.

– Какое красивое место! – восхитилась Фьоре, любуясь живописной местностью. – Каким мирным все здесь выглядело в семнадцатом веке!

На самом деле этот чарующий пейзаж был полон горьких сюрпризов, ожидавших двух юных алхимиков.

Смертельная ловушка, которую задумал устроить им Каркон, должна была начать действовать с минуты на минуту. А пока князь с налитыми кровью глазами обезумевшим зверем метался по своей мрачной лаборатории в подземелье дворца Ка д’Оро, дергался как припадочный и колотил кулаками ее заплесневевшие стены. Компьютер до сих пор не дал ему никакой информации о месте пребывания Додо и Фьоре, хотя копия Ямбира уже пылала словно магма.

Неожиданно компьютер пискнул, и на экране возникла географическая карта Италии. На ней красным цветом было обведено место, которое его интересовало.

– Вот оно! Наконец! Озеро Тразимено! Теперь мы знаем, где искать дружков этой девчонки! – возликовал князь, поудобнее устраиваясь в своем фиолетовом кресле.

Оба гостя молча уставились в экран в ожидании распоряжений Каркона.

Тот остановил взгляд на своем древнем родственнике, призванном на помощь из Мрака:

– Аббат Сикурио Фасторио, я поручаю это дело тебе. Найди этих сопляков и разберись с ними! И никакой жалости! Мы с тобой одной крови, так что ты обязательно победишь!

Высокий, худой призрак оправил свой коричневый плащ, больше похожий на изъеденную молью монашескую сутану, и откинул на плечи капюшон, глядя на князя темными и острыми как иголки глазами:

– Озеро Тразимено? Я хорошо знаю те места. Я родился и служил неподалеку от него и часто в своих поездках по церковным делам останавливался в деревнях на его берегу. Что ж, мне будет приятно поиграть с этими алхимическими дурачками. Тебе известно, мой дорогой Каркон, как я люблю преподносить сюрпризы.

Князь встал из кресла и, подойдя к аббату, положил свои чудовищные руки на его лысую потную голову:

– Сыграй с ними в шахматы. В этом тебе нет равных.

– Жалко, у меня сейчас нет моей черной шахматной пешки и золотых монет… Символов моей магической силы и веры! Моего почерка! Почерка алхимического убийцы. Разумеется, я всегда действовал согласно вере! Я же все-таки священник! – добавил призрак и ухмыльнулся, не разжимая едва заметных губ.

Каркон похлопал его по плечу:

– Да, я знаю, что ты умер от горя из-за потери своей любимой пешки и монет. Хотя тебе все же удалось убить нашего врага, храброго рыцаря, несмотря на то что с ним был его магический Алхимический Меч!

Лицо аббата Сикурио Фасторио помрачнело:

– Не напоминай мне об этом рыцаре! Ненависть, которую я до сих пор испытываю к нему, по своей силе равна только силе моей любви к Алхимии Тьмы! Я убил рыцаря, но его конь так взбесился, что я никак не мог успокоить его и был вынужден бежать прочь, спасаясь от ударов его мощных копыт, потеряв по дороге мешочек с пешкой и монетами. Бежать было тяжело: в то время мне было уже семьдесят лет и я спасся лишь чудом, хотя и потерял свои любимые алхимические предметы и не сумел завладеть магическим мечом рыцаря.

– Тебе пора выбросить эту историю из головы, с того времени прошло много веков. А если тебя до сих пор гложет жажда мести, направь ее на друзей Нины Де Нобили. Эта девчонка представляет угрозу для нашего дела. Ей удалось отнять у меня Четыре Тайны, а теперь она пытается восстановить Золотое Число. Мы не должны допустить этого ни в коем случае! – закончил Магистр Магикум, наливаясь гневом.

– Быть по-твоему. Я готов перенестись туда, куда указал твой компьютер. Вернусь скоро и с победой. На всякий случай я прихвачу с собой мой верный Орибанто, хотя не думаю, что мне придется им воспользоваться. – С этими словами призрак извлек из внутреннего кармана своего плаща светящийся цилиндр.

– Орибанто! – воскликнул Каркон радостно. – Я уже и забыл о своем замечательном алхимическом изобретении, аббат!

– Он всегда со мной. Я пользуюсь им, только когда мне грозит серьезная опасность. Орибанто создает вокруг меня защитный барьер и способен испускать лучи, испепеляющие всех и вся. – Призрак спрятал цилиндр обратно в карман и отвесил прощальный поклон Каркону, который поднял вверх свой Пандемон в знак несомненной победы.

Сикурио Фасторио выпрямился и обратился ко второму призраку, который прибыл вместе с ним и до сих пор не произнес ни слова:

– Многоуважаемый маркиз Амберо Колис Новис, оставляю тебя в прекрасной компании. Каркон наверняка приготовил задание и для тебя, которое тоже позволит немного развлечься! – Это были последние слова аббата, прежде чем он исчез в облаке серебристой пыли.

Маркиз Амберо Колис Новис никак не среагировал на прощание аббата. Стоя вытянувшись у гигантского канделябра с горящими свечами, он преданно смотрел на князя, ожидая его указаний.

– Мой дорогой Амберо, аббат прав, у меня и для тебя есть замечательное дело, – сказал Каркон, наливая ему в хрустальный кубок немного приторного напитка.

Маркиз, довольный тем, что его призвали из загробного мира, чтобы поучаствовать в борьбе с Добром, выпил содержимое кубка одним глотком.

– Я в твоем распоряжении, князь. Уже много веков я не брал в руки оружия, и во мне накопилось столько злобы, что я смогу удовлетворить любое твое желание мести, – ответил маркиз, взмахнув полой своего пурпурного плаща.

– Вот и прекрасно! – Каркон положил ему руку на плечо. – У тебя тоже будет возможность развлечься. Очень хочется посмотреть на твои бесчисленные изменения внешности! Надеюсь, что, став призраком, ты не утратил способностей в этом? – спросил он ухмыляясь.

– Разумеется, нет. Все при мне. Я смогу удивить тебя, а главное – удивлю наших врагов! – ответил маркиз, поглаживая золотой медальон, висевший на его широкой груди.

– Я полагаю, тебе придется удивлять их неоднократно, – хихикнул князь.

– Готов сделать это прямо сейчас! – Маркиз нетерпеливо сжал медальон с огромным изумрудом, сиявшим в самом его центре. От предвкушения огромные серые глаза маркиза сияли как лампочки.

И оба принялись обсуждать план предстоящих козней против Нины.

А тем временем аббат Сикурио Фасторио уже прибыл к месту назначения: его перемещение туда заняло всего несколько минут.

И в этот же момент волшебная птица Ксоракса, под мелодичное пение мягко спланировав, приземлилась на берегу озера Тразимено, точно на границе тростниковых зарослей. Поджав свою единственную ногу, птица улеглась, ласково глядя на Фьоре и Додо.

Первым на землю, прижимая к груди мисочку Соли, спрыгнул Додо, мгновение спустя рядом стояла Фьоре. Погладив Гуги по мягким перьям, она прошептала ей:

– Будь умницей. Подожди нас, мы постараемся вернуться как можно скорее.

Помахав птице рукой, Додо начал пробираться сквозь высокие стебли тростника, пока не вышел на небольшую поляну, где положил мисочку на землю. Мисочка наконец встала на ножки и ворчливо спросила:

– Ну и что это за место?

Фьоре осмотрелась и начала быстро листать карты атласа.

– Ага, вот это озеро… А вот тут обозначено, где находится жилище Тадино Де Джорджиса. Его лаборатория, несомненно, где-то рядом. Теперь нам нужно найти высокое дерево, толстые корни которого торчат из земли. Оно растет на берегу озера, так что мы должны увидеть его, – сказала девочка, показывая Додо точку на карте.

Додо, напрягая зрение, принялся оглядывать берег:

– Вон там, вда…да…дали, рядом с ро…ро… рощицей я вижу какое-то то…то…толстое дерево. Может, это оно?

Тут Фьоре вспомнила слова говорящей Книги о том, что, чтобы обнаружить место нахождения лаборатории старого мудреца, необходимо «поговорить с водой озера». Обернувшись к Додо и разминающей ножки мисочке, она поделилась с ними своим недоумением.

– Что, по-вашему, может означать «поговорить с водой»? – спросила она, оглядывая сверкающую поверхность озера Тразимено.

– Кто из нас троих алхимики? – подала голос Соль Морская. – Вот вы и соображайте.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.