Владимир Шорохов
Поймать тень

1. Покушение

Другие книги автора

– Не мы первые научились создавать синтетические эмбрионы, обходя законы природы. Поэтому мы не используем сперму и яйцеклетку. Мы просто берём из вашей кожи стволовые клетки – и на их основе создаём вот это! – мужчина, стоявший у микрофона, с гордостью повернул голову и посмотрел на огромный экран, на котором появилось изображение человека. – Это – будущее! Это – вы! Это – весь ваш род в вашем лице! – воскликнул говоривший.

В зале раздались аплодисменты. С минуту докладчик стоял молча, дожидаясь того, пока эмоции утихнут. После этого он продолжил:

– А что такое есть мы с вами? – и он достал из кармана пробирку. – Вот! Здесь – все наши чувства. Именно они нас делают такими, какие мы есть. Мелатонин – это наш сон. Аденозин – нейромедиатор приятной усталости. Эндорфин – естественный анестетик организма. Серотонин – это наше хорошее настроение. А дофамин – это наши сокровенные желания.

Мужчина замолчал. Улыбнувшись и посмотрев на пробирку, он добавил:

– Анандамид – это безмятежное ощущение счастья, фенилэтиламин – это наша влюблённость, норадреналин – наши бодрость, гнев и активность, адреналин – страх, а ацетилхолин – это концентрация внимания. Всё это, – он поднял руку вверх, – мы можем создавать! Нам остался последний шаг до совершенства – и тогда человечество будет уже не узнать! Вы…

Мужчина, стоявший на трибуне, собрался сказать что-то ещё, но в этот момент его голова резко откинулась назад, а на экране, на котором светился слайд с идеальным человеческим телом, появились брызги крови.

Никто не услышал выстрела, да и кровь заметили не все. К докладчику мгновенно бросилась охрана. По залу пробежала волна испуганного шёпота. После этого раздался крик, а вслед за ним – истерический визг.

– Что это было?! – ещё не до конца поняв, что произошло, взволнованно спросил видео-оператор Гуннар. Камера, с которой он работал, замерла.

– Приблизь вот это! – крикнула ему Ника – тележурналистка, которая вела репортаж с этой научной конференции, посвящённой биологическому развитию человечества.

– Ага… – быстро взяв себя в руки, отозвался Гуннар. Он поднял камеру под потолок и уже оттуда направил её объектив на экран, с которого стекали струйки крови.

– Это же покушение! Его убили! Вот же ж твою мать! – выругалась Ника и, приблизившись к экрану, на котором отражалась картинка с камеры, втянула носом воздух – так, словно через стекло она могла ощутить приторный запах крови. Экран моргнул и погас. – Ты успел это снять?! – выкрикнула она.

– Они включили глушилки, – с возмущением отозвался Гуннар.

– Да наплевать на камеру и на то, что она разобьётся! Ты это записал?! – уже гораздо тише и с надеждой в голосе спросила Ника и, оторвав взгляд от ряби на экране, посмотрела на оператора.

– Запись есть, – с нескрываемой радостью сообщил Гуннар и, вынув из терминала карту памяти, протянул её журналистке.

– И чтобы никаких дубликатов! – на взводе сказала она и, схватив карту, поспешила к выходу.

Прошло всего лишь несколько минут, а над крышей отеля «Trois Couronnes», в котором проходила конференция, уже засвистели лопасти вертолёта.

«Быстро же они», – успела подумать Ника за мгновение до того, как её поймал мужчина в штатском. Сунув под нос журналистке «корочку», которую она даже толком не успела рассмотреть, он выхватил у неё сумочку.

– Что Вы себе позволяете?! – возмутилась она, но тут к ней подошёл второй мужчина и протянул ей бланк. Не нужно было долго мучиться в раздумьях, дабы понять, кто они такие.

– «О неразглашении…» – прочитала Ника вслух.

– Подписывайте! – жёстко потребовал тот, что держал бланк, и всучил ей ручку.

– А если не подпишу? – на всякий случай спросила она, но сотрудник, вероятно, подобного вопроса ожидал и с ловкостью фокусника достал из кармана ещё один бланк.

– «Содействие органам госбезопасности…» – уже не так уверенно прочитала Ника и, увидев название своей телекомпании – «Rouge TV», взяла ручку.

– А вот это я заберу. Вы же не против, правда? – не без издёвки проговорил тот, что рылся в её сумочке.

– Да без проблем, – отозвалась Ника. – Там мои фото. В ванной. Надеюсь, они Вам понравятся.

– Вы ничего не видели. Ясно? – забрав подписанный ею бланк о неразглашении тайны, произнёс мужчина в штатском и, аккуратно сложив его, спрятал в нагрудный карман.

– Да что б вас всех!.. – зло прорычала она, забирая свою сумочку.

В дальнем коридоре появился фельдшер с носилками. Следом за ним – с портативным дефибриллятором и большой сумкой с медикаментами – спешил врач-реаниматолог.

Ника никуда не ушла. Она уже достала было телефон, чтобы сделать запись, но перед ней тут же выросла фигура охранника.

– Всё-всё, я поняла, – увидев его угрюмое выражение лица – такое, как будто он вот-вот вцепится ей в горло, Ника сделала несколько шагов назад.

Уже через минуту в поле общего зрения появились носилки, на которых лежал серебристый пакет с очертаниями человека внутри. «Мёртв», – подумала Ника и уже хотела позвонить на студию и дать голосовое интервью, но, вспомнив о том бланке, который подписала, она смогла лишь только злобно прошипеть.

Фельдшер вместе с охранником пронесли носилки через коридор. На лестнице их подхватили другие руки, и уже через пару минут носилки с лежавшим на них бездыханным телом профессора закрепили на борту вертолёта.

Как только захлопнулась дверка геликоптера, и его двигатель взвыл, охранник, который до того не позволял открывать серебристый мешок (может быть, он опасался лишних свидетелей, а может, хотел скрыть то, что произошло с Велесом в действительности), потянул молнию за бегунок. Реаниматолог с фельдшером засуетились. Не обращая на них никакого внимания, один из охранников достал из кармана пиджака футляр из-под сигары и, вынув оттуда шприц, сделал профессору укол.

– Что это? – стараясь перекричать шум винтов, поинтересовался врач.

– Ваша работа закончена, – так же громко отозвался охранник, застёгивая мешок.

– Что Вы делаете?! – возмутился фельдшер, видя, что руки профессора судорожно задёргались.

Разумеется, это означало только одно – что он был жив, и его ещё можно было спасти.

– Не трожь! – прокричал второй охранник и, толкнув фельдшера в грудь, приказал ему пристегнуться.

– Вот, – первый охранник, только что закрывший мешок, спрятал в карман футляр из-под сигары и тут же достал из другого кармана бланки о неразглашении. – Подписывайте! – выкрикнул он и подал каждому из медиков по листку.

Вертолёт оторвался от земли. На него был направлен с десяток камер новостных телеканалов. Сделав плавный разворот и чуть наклонившись вперёд – так, словно он хотел аккуратно подстричь своими лопастями верхушки деревьев, геликоптер устремился в сторону Лозанны.

– Ты разве не уехала? – увидев Нику в фойе, удивился Гуннар. И, поставив на пол чемодан с оборудованием, с удручённостью добавил: – Они сожгли камеру.

Девушка злилась из-за того, что профукала свой репортаж. И надо же ей было появиться именно в тот самый момент, когда шла эвакуация раненого, а может – уже и умершего профессора Велеса!..

– Начались экстренные новости. Посмотрим? – предложил Гуннар и вместе со всеми, кто был в фойе, поспешил к телевизору.

«Это должны были быть мои новости!» – скрепя зубами, подумала Ника и демонстративно отвернулась от экрана.

– Добрый день, дамы и господа! – раздался знакомый голос… профессора Велеса.

– Какого чёрта?! – Ника была предельно изумлена, что весьма красноречиво отразилось на её лице.

– Наверное, все вы уже слышали о том, что произошло. Но я очень прошу вас не переживать за меня. Я жив и здоров. Я…

– Нет! Нет!.. – тихо, чтобы никто её не услышал, прошептала Ника и, завертев головой, выхватила из толпы зевак своего оператора.

– Поразительно! Он что, правда жив?! Невероятно! – Гуннар часто заморгал и нехотя поплёлся за своей начальницей.

– Но ведь его же убили! – стараясь не привлекать к себе внимания прилипших к новостям людей, сообщила она как неопровержимый факт.

– И тем не менее, ведь это же – он, – и оператор кивнул в сторону экрана.

– Странно… – она вспомнила серебристый мешок на носилках и охранников, которые, как верные псы, окружили тело. И ещё она вспомнила кровавые следы на большом мониторе. «Ему наверняка попали в голову. А этот – с экрана – теперь говорит, что ничего страшного не произошло. Но ведь профессор же мёртв!» – в недоумении Ника отпустила руку Гуннара. Поняв, что, если бы она дала свой репортаж в эфир, то выглядела бы полной дурой, журналистка наконец с облегчением вздохнула.

Мимо пробежало несколько человек в строгих костюмах – явно из службы охраны института профессора Велеса.

– Точка, откуда был произведён выстрел, обнаружена, – передал один из них в скрытый микрофон.

– Сообщите координаты, – последовал ответ.

– Угол Шатс и Фур, музей игр «Swiss Museum of Games». Постараемся успеть.

– Принято.

– Ты остаёшься здесь – ждёшь группу зачистки, – приказал начальник службы безопасности Дарко – своему подчинённому, после чего тот сразу же убежал в зал, в котором было совершено покушение.

Оставшиеся сотрудники охраны, сев в машину, умчалась в сторону лодочной станции Port de La Tour-de-Peilz. Минуты через три они уже были на месте.

Сверившись с показаниями специального прибора, Дарко оглядел двухэтажное здание. Один из охранников побежал в сторону улицы Бур-Десу, другой – к башне, третий – к лодочной станции, а остальные, выхватив короткие пистолеты-пулемёты FN P90, ворвались в здание.

Дарко уже приблизительно знал, где находился снайпер; если он умный – а он наверняка был профи – то его след уже давно простыл. И всё же нужно было всё обследовать. А вдруг повезёт – и ему удастся найти хотя бы один волосок, упавший с головы убийцы, а после этого, расшифровав ДНК, быстро его вычислить!..

– Чисто, – тихо произнёс один из охранников и, чуть пригнувшись – словно камышовая кошка, перебежал зал.

– Чисто, – последовал отчёт ещё одного охранника, который тем временем уже поднимался на второй этаж.

За ним так же бесшумно проследовал и Дарко. Он осторожно повернул дверную ручку, однако же дверь не открылась. Он кивнул своему подчинённому, и тот одним ударом ноги вышиб замок.

– Лежать! – раздались ожесточённые вопли ворвавшихся в помещение.

Но ложиться было совершенно некому.

– Что это?! – посмотрев на огромную кровавую массу, в которой утонула одежда, с брезгливостью спросил один из охранников музея.

– Вышел! – приказал Дарко. – Никого не впускай и молчи.

– Есть, босс, – с трудом сдерживая рвотные позывы, охранник покинул комнату.

Дарко закрыл за собой дверь.

– Barrett M82…

Он хорошо знал эту снайперскую винтовку. Она, хоть и была устаревшей, била далеко и точно в цель.

Стараясь не наступать на жижу – это было единственным, что осталось от убийцы – Дарко подошёл к окну. Он достал телефон и, набрав номер, спокойно произнёс:

– Требуется дезинфекция. Жду.

Отключившись и набрав другой номер, он проговорил:

– Это я.

– Слушаю, – в трубке раздался уставший голос профессора Велеса.

– Это копия, – констатировал Дарко.

– Ты в этом уверен? – в голосе отчётливо слышался страх.

– Я как раз напротив него, – сообщил сотрудник службы безопасности, – вернее, того, что от него осталось, – уточнил он. – Похоже, расчёт был идеальным. Шанса выжить у него не было ни одного.

– Мы-гхы-гхы… – от отчаяния профессор не смог сдержать рыданий.

– Я всё сделаю. Не переживайте, об этом никто не узнает. Дезинфекция уже в пути, – уверил его Дарко.

– Держи меня в курсе, – и в трубке раздались короткие гудки.

К музею подъехали полицейские, но служба охраны президентского корпуса даже близко их не подпустила.

Однако же на этом неприятности не закончились. Уже через день все новостные каналы пустили в эфир фотографию молодого офицера, который, по общему мнению, и был тем самым снайпером, что совершил покушение на главу корпорации «Wellcome Centre for Human Genetics».

– Это как понимать?! – узнав об этом, с раздражением спросил Велес у Дарко, который только что отчитался о ходе расследования.

– Думаю, им, – он имел в виду полицейских, – удалось найти что-то из останков снайпера. Дезинфекция была хоть и тщательная, но всё же вероятность обнаружить ДНК убийцы не составила труда. Я найду его первым, – заявил Дарко и, забрав папку с отчётом, покинул кабинет.

«Откуда взялся биопринтер «Стрибог» двенадцатого уровня?! Ведь их же не существует! – в негодовании раздумывал профессор. – Они – только мои. И код доступа – у меня одного. А если где-то появилась копия, то, значит, где-то есть ещё и сам принтер», – и он сжал кулаки с такой силой, что его пальцы захрустели.

2. Кто же пытается до меня добраться?..

«Экстренные» новости в течение дня повторялись с завидной периодичностью; так, теперь уже каждый человек – от Лихтенштейна до Пизы – знал предполагаемого снайпера в лицо.

Мужчина, стоявший у барной стойки, опустив глаза, посмотрел на свой бокал с пивом, который он заказал пару минут назад. Густая пенка опустилась, и стал отчётливо виден тёмный цвет напитка. Мужчина сделал глоток, но, нисколько не ощутив вкуса, поставил бокал обратно на столик. Рассчитавшись с уже немолодой барменшей, руки которой были покрыты сплошным ковром татуировок, он поблагодарил её за напиток и не спеша вышел на улицу.

Несколько мгновений мужчина постоял на месте. После этого он подошёл к своей потрёпанной временем машине – «Volkswagen» «Touareg», открыл дверь, уселся на сидение и уже хотел было включить кондиционер, но… Но тут Зорэн вспомнил, что тот ещё в четверг забарахлил и теперь напрочь отказывался запускаться.

– Ладно, браток, – вытерев пот с лица, он повернул ключ зажигания, завёл машину и тронулся.

Отель «Agriturismo Curt d'Amun» остался позади. Далее Зорэн проехал мимо Сампере. Затем его машина повернула направо и, виляя по дороге, проехала вдоль деревушки Stentivi – можно сказать, затерявшейся в горных лесах. Здесь Зорэн родился и вырос. Эти места он покидал только тогда, когда учился. А после того как отслужил в армии, он, тогда ещё – молодой человек, вернулся в гостевой дом «Campeggio Cianabie», принадлежавший его отцу, и стал управляющим этого заведения.

«Touareg» остановился под навесом. Водитель вышел, достал из багажника коробку с продуктами и, отнеся её в холл, направился в сторону одиноко стоящего домика.

– Привет! – поздоровался он с соседом, который, нагнувшись, ковырялся у себя в огороде.

– Привет, – столь же многозначительно отозвался сосед.

– Я тут по пути заезжал в «Agriturismo Curt d'Amun». Там у них вечно работающий бар. И знаешь, что примечательно?

– Нет, – мужчина, перестав ковыряться в земле, выпрямился и, вытерев ладони об штаны, протянул руку, чтобы поприветствовать друга.

– Там тебя по телевизору показывают. Фото, правда, старое, но тот, кому надо, узнать сможет. – Проговорив это, Зорэн замолчал, чтобы посмотреть на реакцию Камила, но тот, похоже, даже не удивился. – Говорят, ты стрелял в главу корпорации «Wellcome…», которая, насколько мне известно, занимается генетикой человека.

«Вот оно, значит, что… Решили от меня избавиться», – подумал Камил. Он давно догадывался о том, что его карьера могла закончиться чем-то подобным, хотя вот уже пять лет, как он отошёл от той службы, на которой выполнял всяческую грязную работу. Он делал абсолютно всё, что ему приказывали, – и даже спустя много лет у него не было жалости к тем, кого он убивал, – за исключением лишь одного случая.

Тогда Камилу дали задание убрать объект GH24X7; никаких имён – только код. Он сделал всё как надо – перерезал горло, – чтобы полиция решила, что это мафия Ндрангета, которая в последнее время только так и поступала. Однако через день Камил узнал, что та женщина была беременна. В темноте спальни он не рассмотрел её живота. А если бы даже и рассмотрел, то всё равно бы выполнил задание. Однако же, узнав о том, кого именно он в тот раз убил, Камилу стало не по себе: у него появилось такое ощущение, как будто бы он со смаком наглотался отборного дерьма.

– Может, это какая-то ошибка? – предположил Зорэн.

– Наверное, – невозмутимо ответил Камил. – И что же он натворил? Убил кого-то?

– Нет. Говорят только, что стрелял, но, похоже, промазал.

«Я бы не промазал, – подумал Камил и, повернувшись, посмотрел на грядку, на которой он ещё на прошлой неделе высадил томаты. – Надо бы полить. А ещё…»

Он понимал, что всё это уже бесполезно. Бежать. Опять бежать. Опять скрываться. Опять, как затравленная крыса, забиться в нору и думать о том, когда же наконец про тебя забудут… Именно поэтому Камил и не завёл семью. А ведь когда-то у него была такая возможность. Наверное, он любил Веку слишком сильно. И именно поэтому, бросив её, он и уехал в горы.

– Бери мою машину, – предложил Зорэн. – У неё ходовая что надо. Если где-то её оставишь, сообщи.

– Спасибо за предложение, – отозвался Камил и взглянул на свою старенькую «Ладу» «Бронто». Она была изрядно потрёпана, но – только снаружи. Зато вот её движок дал бы фору любому внедорожнику.

– За церковью Beata Vergine Maria есть пара домиков, – проговорил после некоторой паузы Зорэн. – Туда никто не сунется. Да и дорога плюс к тому в один конец… Отсидись. Уж не знаю, что там показывают в этих новостях, но, думаю, тебе лучше…

– Спасибо, но, я думаю, не стоит, – ответил бывший снайпер. – Я лучше съезжу в полицию и с ними поговорю.

– Ладно, не буду учить тебя жить, – Зорэн вздохнул. – Но, если что…

– Я позвоню.

После того как Зорэн ушёл, Камил отправился сполоснуть руки. «Если они по «ящику» показывают моё фото, значит, они не знают, где я. Однако, если всё это началось ещё с утра, выходит, у меня не так много времени…»

– Пора, – сказал он вслух и с какой-то стариковской жалостью посмотрел на свой огород.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.