Айдар Фартов
Там. Часть IV

Эта девушка появилась в жизни Кайрата внезапно. Кайрат не углядел в ней угрозу семейному благополучию. Если бы знал, то обогнул базарный киоск за километр. Но случайная встреча состоялась, как вероятно, было предрешено.

Как всегда, утром он пробежался по торговым рядам. Побывал в лабазе, отоварил постоянных продавщиц: Веру, Рузалия апу, Ильсию, Наталью Павловну и остальных верных клиенток. Оставался маленький пятачок, рядом с Зинаидой, торгующей с фургона окорочками и парочка металлических киосков с сыпучим товаром, в котором изредка распространитель оставлял пакеты. Зинаида посоветовала зайти к ней завтра, так как по её мнению «…фасовки на день хватит». Кайрат с лёгкостью согласился, потому что утренняя торговля прошла отлично и его тележка заметно опустела. Парень добрался до небольшой территории с установленными киосками. Здесь в основном находились торговки, которые отоваривались у его конкурента – Павла. Однако Кайрат никогда не забывал каждый день их навещать. Кайрат денно и нощно искал новых покупательниц. Он был рад расширить круг клиентов, и всегда с радушием принимал в свои ряды новичков. Как случалось не раз, Павел прибегал сюда с большим опозданием, а выкладка товара, как известно, происходила ранним утром. Поэтому некоторым торговкам не оставалось времени, ожидать позднего появления Павла, если рядом оказывался жизнерадостный и, готовым прийти на выручку, Кайрат. Работа не могла остановиться. Рыночный конвейер крутился исправно. Витрину с сахарным песком, рисом и макаронами требовалось выстроить до первого покупателя. Этим обстоятельством Кайрат беззастенчиво пользовался. Паша не обижался. «Волка ноги кормят». Эта мудрая пословица имела под собой вполне разумное жизненное объяснение. Кто не первый, тот опоздал. Вот и сейчас, распространитель подбежал к одному из киосков и, улыбаясь во весь рот, громко крикнул, словно приезжий издалека купец:

– Пакеты! Фасовочные! «Маечки». «С ручками». На любой цвет и кошелёк. Дешёвые или…, бесплатные!

– Неужели бесплатные?

Кайрат услышал весёлый, девчачий голос из глубины киоска. Он заглянул внутрь. На него насмешливо смотрела девушка. Раньше Кайрат её не видел. Продавщицы на рынке менялись очень часто и подобный факт Кайрата не смущал. По внешнему виду она являлась ровесницей. На ней был надет китайский пуховик, а поверх него кристально белый халат. Выглядела она в нём толстоватой. Пухлые губы и вздёрнутый вверх носик делали её похожей на клоунессу из детского представления о поучительном соблюдении нравственного мерила и неизменной победе добра над злом. Не хватало лишь нарисованной мушки на щеке. Светлые, крашеные волосы эффектно выбивались из серой шапочки с логотипом популярного, спортивного общества. Подведённые тушью глаза, глядели выразительно.

– Честное слово, бесплатно! – Кайрат приложил руку к грудине, в область сердца.

– Бесплатно для всех?

– Нет, не для всех. Для избранных! – пошутил парень.

– Мне нужны пакеты!

Она обожгла его взглядом, словно пыталась прочитать мысли шустрого распространителя.

– Пожалуйста! Сколько? – задорно откликнулся распространитель, заметив плохо скрытый к нему интерес. Он счёл её нездоровое любопытство на необходимость в покупке фасовочных пакетов, в разнообразных видах, которых она наверняка не разбиралась.

– Наверное, двести? – девушка развела руки в сторону, – или сто штук?

Она на минуту растерялась. Кайрату показалось, что должен непременно оказать ей помощь.

– Ты новенькая? – спросил он.

– Да.

– Первый день вышла на работу?

– Первый, – подтвердила она его догадки.

– Как твоё имя?

– Наташа.

– Красивое имя! – отвесил вежливый комплимент парень.

– Спасибо! А тебя, как зовут? – в мгновение ока отреагировала она.

– Кайрат.

Девушка кокетливо похлопала ресницами, пытаясь произвести неизгладимое впечатление.

– Мне сказали, что пакеты продаёт Паша?

– Правильно сказали, – не стал спорить парень, – сегодня я его опередил…

Он немного подумал и любезно добавил.

– …сегодня я его опередил, чтобы познакомиться с симпатичной девушкой.

– Правда? Ой! – Наташа, взглядом оценщика драгоценных камней окинула фигуру парня и облизала губы, – ты тоже мне понравился, Кайратик!

– Вот и познакомились! – улыбнулся он.

– Показывай?

– Что показывай? – опешил Кайрат.

– Пакеты, конечно! – живо рассмеялась Наташа и как бы невзначай пропела, – своим прессом на животике потом похвалишься!

Она вышла наружу из киоска и встала возле него. Кайрат заметил, что ростом торговка насилу достаёт ему до плеча. Распространитель вынул пачку фасовки.

– Сто штук, – он помахал перед девушкой скрученной упаковкой, – могу дать двести, если необходимо?

– Двести, так двести! – она подняла голову и их лица оказались близко друг к другу. Они на мгновение застыли.

– А ты, Кайратик, красивый! – внезапно брякнула она, – похож на Юрия Шатунова из Ласкового мая.

– Оп-па! Благодарствую! Но ты тоже…, ничего! – ветреным бумерангом возвратилось к Наташе, – похожа на Катю Лель!

Ему было необходимо расположить к себе новую продавщицу. Новое знакомство сулило увеличение продажи, а значит увеличение зарплаты. Он протянул девушке две пачки по сто пакетов.

– Значит, бесплатные пакеты? – игриво наклонила голову Наташа, – верно, поняла, Кайратик?

– Абсолютно, Натушечка! – распространитель влился в шутейную перепалку, – можешь смело и, самое главное, совершенно бесплатно, пользоваться фасовкой. Но…, но только до…, обеда! После двенадцати часов дня, как в старой сказке, за пакеты придётся расплатиться!

Кайрат комично раскланялся. Девушка рассмеялась, показав белую и гладкую эмаль зубов.

– В сказке о Золушке превращения происходили после двенадцати ночи! – с точностью поправила она, – так что приходи за деньгами в полночь!

Театральная и сумасбродная дуэль продолжилась.

– В полночь? – Кайрат почесал подбородок, – непременно прискачу, моя красавица! На белом коне. Только назови адрес?

– Я недалеко живу, – Наташа коснулась его плеча, словно истосковалась по мужской ласке, – и готова расплатиться…

Кайрат подобрался. Разговор принимал более опасную, сексуальную окраску. Девушка могла сделать вывод о серьёзности намерений. Что ни говори, а о характере Наташи он не имел никакого представления.

– В обед договоримся, Наташечка! – осторожно отодвинулся Кайрат, вполне предсказуемо сделав запись в блокноте.

– Буду ждать!

Когда стрелки часов перевалили за полдень, Кайрат забежал к ней вновь. Она встретила его песенкой.

– Муси-муси, пуси-пуси,– миленький мой,

Я горю, я вся во вкусе рядом с тобой,

Я как бабочка порхаю над всем, и всё без проблем,

Я просто тебя съем…

Кайрат удивлённо раскрыв рот, дослушал нехитрый припев модного шлягера.

– Наталья, у тебя прекрасный слух! Никто и никогда не встречал меня концертом в собственном исполнении. Оказывается, на нашем зачуханном рынке появилась певица!

– Ты, Кайратик, сам утром сказал, что я похожа на Катю Лель! Я спела кусочек из её репертуара.

– Классно получилось! – Кайрат оттопырил большой палец.

Её глаза заблестели.

– Теперь твоя очередь спеть!

Кайрат пожал плечами.

– Вряд ли мой шершавый голос добавит тебе настроения.

– Ну, прошу, спой!

– Наташа, я не помню песен Кати Лель.

– Не надо Лель. Спой Шатунова?!

Она надула щёки, словно обиделась. Кайрат негромко пропел.

– Белые розы, белые розы беззащитны шипы,

что с вами сделали снег и морозы?

Лёд витрин голубых. Люди украсят вами

свой праздник лишь на несколько дней.

И оставляют вас умирать на белом холодном окне …

– Отличная песенка, – захлопала в ладоши Наташа, – пела когда-то моя любимая группа «Ласковый май».

– Да, перед Вами Юрий Шатунов собственной персоной! – Кайрат, рассмеявшись, раскланялся.

– Автограф дай!

Кайрат достал блокнот.

– Автографы будут позже, после того, как рассчитаемся за утренние пакеты! Хорошо, Наталья?

– Хорошо!

Девушка протянула пару шуршащих червонцев.

– Специально для тебя берегла, – сказала она, – подумала, что тебе будет приятно получить незасаленные деньги.

– Зря берегла, – таинственно посетовал Кайрат.

– Почему? – опешила торговка.

– Потому что не смогу потратить, пахнущие краской, деньги. Рука не поднимется. Буду хранить в кармане, пока не потреплются!

Они вдвоём засмеялись.

– Смешной ты, Кайратик! – Наташа в упор посмотрела на парня, – ты думал, что смотаюсь и останусь твоей должницей?

Кайрат спрятал блокнот в карман.

– Сказать честно, Наташ?

– Да.

Он обернулся по сторонам.

– Прецеденты были. К новым продавщицам я отношусь с опаской.

– Чем же они насолили?

– Понимаешь, Наталья! Был у меня случай. С утра меня встречает женщина. Гляжу на неё. Она не торговала раньше. По крайней мере, со стопроцентной уверенностью могу утверждать, что на колхозном базаре я её не видел. Может она была продавщицей на другом рынке, но не здесь? Подзывает меня и просит показать пакеты. Я ей делаю полную выкладку своего товара и рассказываю, что да как…

– Чем она торговала? Как и я? Сыпучий товар? – спросила девушка.

– Нет. Она торговала куриными яйцами. Около неё уже соорудили картонный домик из коробок и поставили небольшой столик.

– Понятно. Дальше?

– Женщина набрала полный комплект. Фасовки разного размера. Пакеты с ручками. В общем, подготовилась основательно. Итоговая сумма вышла на сорок один рубль. Естественно, она попросила записать долг до обеда.

– Ничего странного! Ты её в чём-то заподозрил?

Кайрат отрицательно покачал головой.

– В мыслях не возникло подозрений. Куда деваться? Работа у меня такая. Я должен доверять продавщицам. На этом строится мой маленький бизнес. Единственное, что могу сделать – это посмотреть на внешний вид человека, пытаясь распознать в нём афериста или ловкача. Если человек неприятен, то, конечно, стараюсь ограничить аппетит на пакеты. Выдаю небольшое количество. Мало ли…

– Риск – благородное дело! – усмехнулась Наталья, – но судя по твоему взгляду, не срослось.

– Именно не срослось, – с сожалением заключил Кайрат, – я рассказываю эту историю всем подряд. Настолько она въелась в мой мозг.

– Как закончилась знакомство с продавщицей…, яичек?

– Для меня оно оставило неприятный осадок. Я промахнулся в женщине. Она оказалась не мошенницей, а горькой пьяницей.

– Да, ну?

– Да, Наташа! Такая категория тоже встречается. Причём, довольно часто. Но, как видишь, я не распознал в ней алкоголичку.

– Она стояла пьяная? Не смогла тебя вспомнить? Или наотрез отказалась платить за пакетики?

– Если бы…, – с сожалением сказал Кайрат, – днём я возвратился на это место за деньгами, то обнаружил голый пятачок. Без стола, без коробок и…, без продавщицы.

– Ба! Куда подевалась? Неужели ты, Кайратик, со спокойной совестью развернулся и ушёл?

Кайрат возмущённо развёл руки в стороны.

– Разумеется, нет! Рядом торговала соседка. Я поинтересовался об утренней продавщице. В ответ на мой вопрос, торговка ответила, что «…она напилась, хозяйка точки свернула торговлю и послала на её три буквы!».

– Правильно. Все куриные яички растеряет. Хрен найдёшь, – согласилась Наташа, – могу предположить, что недостача и без того обнаружилась.

– Недостача проклюнулась у меня, – сокрушённо улыбнулся Кайрат, – ровно на сорок один рубль.

– Не нашёл её?

– Нет. На следующий день облазил весь рынок в надежде, что она появится. Но мои поиски не увенчались успехом.

– Бывает, что продавщица устраивается на другое место и к другому предпринимателю, – предположила Наташа.

– Случается. По сути, существует дефицит торговок. Но видимо, повстречавшаяся мне торговка, обладала слишком плохой репутацией, что её никто не посмел устроить к себе на работу.

– Да уж. На рынке слухи распространяются с максимальной скоростью, – девушка пристально глянула на распространителя, – вот ты, например, Кайратик, женат. Правильно?

– Да.

– Плохо! – опала, как сырая штукатурка, Наташа.

– Почему?

– Ты несвободен. А зря! Мы могли бы с тобой помутить и развлечься. Впрочем…, – она повеселела от возникшей мысли. – Жена об этом не узнает.

– О чём не узнает? – брови парня приподнялись. Девушка с ним откровенно кокетничала.

– О свидании. Пригласи меня куда-нибудь?

Кайрата польстило внимание. Но Наташе нужен другой парень. Он любит жену. Однако Кайрат не мог дать отказ. Может статься, Наташа станет его постоянной клиенткой. Он неопределённо провёл рукой по воздуху.

– Куда, Ната, пригласить? Главное, когда? Ты все дни работаешь? Я тоже вечно занят?

– У меня бывают выходные.

– В понедельник? – обезоруживающе улыбнулся парень.

– Не только. Кроме понедельника, могу отпроситься.

Кайрат шумно вздохнул.

– А я, Наташечка, не могу отпроситься. Ни на день!

– Хватит тебе заливать! – громко фыркнула девушка, – у тебя отпрашиваться не у кого…, начальников над тобой нет. Сам себе хозяин и Бог!

– Так-то оно так! – напустив скорби на лицо, ответил Кайрат, – однако мои важные начальницы – это базарные торговки. Попробуй, оставь их без пакетов хотя бы на один день! На следующее утро клиентки тебя разорвут. Или, хуже того, переметнутся к моему конкуренту.

– Зато свободного времени у тебя уйма, – не унималась девушка, – с утра пакетики раздал, а днём денежки собрал. После обеда можно заняться своими делами. Настоящий кайф! Разве не так?

Кайрат рассмеялся.

– Увы! Абсолютно не так, как ты думаешь.

– Ну, а как?

Парень облокотился о железный выступ металлического киоска.

– Во-первых, я рано просыпаюсь…, – начал он.

– Я тоже рано встаю, – перебила девушка.

– Верю, – обнадёжил Кайрат, – мы с тобой трудовые люди, Натусик! В половине седьмого на рынке. На колхозном нахожусь до девяти, затем отправляюсь на другой рынок. На улицу Пионерскую.

– Разве ты не уезжаешь домой?

Кайрат помотал головой.

– Если я вернусь домой, то, знаю по себе, не захочу возвращаться обратно на рынок. Лягу и просплю всё на свете.

– Ух, ты, мой медвежонок! – умилилась Наташа, – я тоже люблю поспать, но не удаётся.

– На Пионерской бегаю час. Затем покупаю пирожки и кока-колу. Кушаю.

– Это твой обед? – девушка внимательно слушала распорядок и маршрут распространителя, будто в дальнейшем он мог ей пригодиться.

– Вроде того. Я не могу сразу уехать оттуда.

– Почему?

Кайрат убрал локоть с козырька и стряхнул рукав.

– Потому что, моя почемучка по имени Наташа, на этом же самом рынке действуют похожие правила. Я оставляю пакеты на час. Сразу со мной никто не желает рассчитаться. Денег у продавщиц нет.

– А через час деньги у девчонок появляются? – с некоторой ироничностью в голосе спросила она, словно ей стало неприятно, что Кайрат общается с другими торговками.

– Не у всех. Некоторых я переписываю на другой день.

– Поняла. Затем ты приезжаешь сюда. Собираешь выручку, – она игриво наклонила голову, – в каком часу ты заканчиваешь сбор денег?

– Я не только собираю деньги, но и записываю заказы на завтра. Примерно в час дня или половину второго уезжаю с рынка.

Она победно подскочила.

– Ага! Что я говорила?! К обеду ты уже свободен!

Кайрат принял позу адвоката, которому судья назначил защищать безнадёжного и матёрого преступника.

– Если бы…, уезжаю за пакетами в две фирмы. Ведь мне тоже надо затовариться. Иначе нельзя! Тем более необходимо выполнять обязательства по заказам. До четырёх часов мотаюсь по городу. Только потом еду домой. И даже на этом не заканчивается моя трудовая вахта.

– Неужели? – Наташа выглядела смятой с толку.

Кайрат ткнул пальцем в её сторону.

– Угадай, Наташ, чем я занимаюсь после возвращения домой?

Глаза у торговки обежали круг, будто лошадка из заводной, настольной игрушки в интеллектуальной передаче «Что? Где? Когда?».

– Дрыхнешь? – она поправила шапочку и причёску.

– Не-пра-виль-но! – нараспев и по слогам ответил Кайрат.

– Садишься кушать?

– Ну…, – парень мгновение помолчал, – Без обеда, конечно, не могу. Вернее, к четырём часам дня принятие пищи можно уже обозвать поздним обедом. Кушать, страсть, как хочется. Но я имел в виду совершенно иное.

– Я не знаю, – жеманно подняла руки девушка, – сдаюсь тебе в плен!

– Приказ: пленных не брать! – отшутился Кайрат.

– Я не представляю, чем ты занимаешься! – девушка недовольно тряхнула чёлкой.

– Ответ простой! Начинаю готовить тележку на следующий день. Наполняю мешок фасовкой и пакетами с ручками. Но прежде, чем запихнуть, считаю пакеты вручную. Потому что они в больших пачках и больших количествах. Комплектую и складываю стандартные упаковки, удобные для продажи. На рынке, как правило, нет времени считать. Девчонки торопят. Здесь каждая секунда дорога.

Наташа жевала губу.

– Продавай оптом, – изрекла она.

– Я бы с радостью…, вот только продавщицы думают по-своему. Им наоборот надобна минимальная комплектация.

– Да. Мне тоже так удобнее, – согласилась с доводами Наташа, – дешевле получается.

Кайрат посмотрел на часы.

– Ой! Натусик, я поскакал! Потерял море времени.

– Завтра я тебя жду, Кайратик!– сказала она и театрально вздохнула.

Кайрат махнул рукой и побежал дальше. В блокноте оставалось пара должниц, которые должны рассчитаться с ним.

– Что такое? – Кайрат с удивлением приближался к безлюдному рынку.

Обычно в половине седьмого утра базар кипел и бодро просыпался. Сегодня же распространитель не услышал скрипучего звука не смазанных колёс больших тележек, наполненных мешками с товаром. Не слышал крика и матерных слов сонных грузчиков и продавщиц. Также исчезли многочисленные фургоны и фургончики, доставляющие товар для продажи. Базар опустел, будто объявили эпидемиологическую тревогу.

– Куда все подевались? – парень дёрнул ручку двери лабаза. Помещение оказалось закрытым.

– Вот это номер! – занервничал Кайрат. Он оглянулся и посмотрел на полную мешковину с товаром. – Кому нужны пакеты? Никого нет!

Парень решил обойти территорию рынка. Он надеялся встретить знакомых продавщиц, готовых объяснить ему, что происходит. Повернув за угол здания, он наткнулся на Варвару Александровну и Пашу.

– Доброе утро! – первым подал голос Кайрат.

– Не похоже на доброе! – хмуро отозвалась Варвара Александровна. – Абракадабра полная! Вакханалия!

– Привет, Кайрат! – Пашка выкинул сигарету и сплюнул, – соглашусь с Варварой Александровной – не похоже на доброе утро!

– Что произошло? – Кайрат кивнул в сторону пустых прилавков. – Проверка?

– Хуже! – насупился Павел. Он кивнул в сторону Варвары Александровны. – Расскажите ему, что Вы слышали?

Кайрат с тревогой посмотрел на коллег.

– Объясните, в чём дело?

– Хозяин рынка поменялся, – ошарашила невысокая женщина, – теперь нас всех вышвырнут отсюда.

– Не может такого быть! – обомлел Кайрат, которого словно ударили обухом по затылку.

– Может…, – с горечью подтвердил Павел.

Кайрат переводил взгляд с Паши на Варвару Александровну и наоборот.

– Чтобы всех вышвырнуть, нужно сначала набрать новых продавщиц, – критично заметил Кайрат.

– Продавщиц никто увольнять не собирается, – возразил Пашка, – их изменения не коснутся.

– Ничего не понимаю, – беззащитно поднял руки Кайрат.

Женщина переступила с ноги на ногу.

– Трещотки останутся на своих местах. Базар предполагают открыть. Но хотят навести порядок в документации. Также должны выкинуть остальных, кто не платит мзду и зарабатывает деньги на халяву.

Паша продолжил.

– Под этот список попадают те, кто разносит обеды, разливает чай, ну и, естественно…, пакетчики!

– То есть мы с вами! – опустошённо закончил Кайрат.

Внезапно его осенило. Кайрат воодушевился от пришедшей в голову спасительной мысли.

– Но, как продавщицы станут торговать без фасовки? Для них пакеты являются главным упаковочным материалом? Разве новые хозяева не понимают простой логики? Торговля остановится!

Паша затравленно глянул на женщину, будто ему дали пять минут, чтобы он успел спастись от злобных бульдожек. По его лицу стало ясно, что Павел нисколько не воодушевился Кайратовским оптимизмом. Варвара Александровна категорично отмела доводы, словно с треском раздавила кукурузные хлопья.

– Не остановится! Разве они сами не могут оптом закупить пакеты? Для них это будет прекрасный левый заработок. Непыльное дельце!

Кайрат с сожалением признал, что Варвара Александровна права. Действительно, новоявленным владельцам будет выгодно сбывать полиэтиленовую продукцию через свою проверенную сеть. Пожалуй, им не придётся прилагать больших усилий, чтобы наладить торговлю. Они переступят самую сложную ступень. Ступень поиска и нахождения своего круга клиенток, которую проходили он и Паша. Но, как жить дальше? Чем заниматься? Это катастрофа! Ведь, казалось, только вчера жизнь наладилась и приняла достойную форму существования.

– Что, Кайрат, будем делать? – словно из небытия несчастным голосом послышался вопрос Павла.

Кайрат будто очнулся. Он посмотрел на сухонькую, но не потерявшую боевого настроя Варвару Александровну и долговязого Павла. Его охватила злость на новое руководство, которое решало судьбу простых людей.

– Вам Варвара Александровна указали на дверь?

– Чего? – переспросила женщина.

– Вас послали к чёрту? Вас выпихнули из рынка?

– Нет, – с вызовом приосанилась она.

Кайрат повернулся к Паше.

– А тебе? Предупредили, что торговать пакетами больше нельзя? Кто-нибудь лично об этом сообщил?

– Нет! – Павел повторил отказ Варвары Александровны.

Кайрат утвердительно кивнул.

– Вот и мне никто и ничего не говорил. Так что…, будем думать, что это из разряда сплетен. У страха, как говорится, глаза велики. Будем разносить пакеты, как ни в чём не бывало.

Паша кинул угнетённый взгляд.

– Михалыча предупредили!

Кайрата будто обожгло.

– Кто?

Павел пожал плечами.

– Хрен в кожаном пальто! Подходил какой-то парень и велел Михалычу закругляться с торговлей. Напугал его, что в следующий раз отнимет пакеты.

– Ты, Пашка, откуда знаешь? Ты же с ним не общаешься?

В разговор вступила Варвара Александровна.

– Мои трещотки в лабазе оказались случайными свидетельницами разговора между Михалычем и этим кренделем. Трещотки доложили мне об угрозах Михалычу.

– Хреново, – насупился Кайрат.

– Вот и я говорю, что дело дрянь! – хмыкнул Павел.

Возле них, не спеша, прошамкала тётя Таня. Она дружелюбно кивнула распространителям.

– Тётя Таня, подожди! – Кайрат сделал шаг в её сторону.

Пожилая торговка остановилась.

– Тётя Таня, Вы не слышали? Рынок откроется? – спросил Кайрат.

Троица распространителей притихла. Они хотели услышать новости. Сейчас информация собиралась из крохотных крупиц, словно лесная земляника в трёхлитровую банку.

– А, как же? – открыла щербатый рот тётя Таня, – завтра в обычном режиме. Сегодня санитарный день!

– Спасибо! – поблагодарил Кайрат.

– Завтра забежишь ко мне, Кайратик! Пакетики нужны, – она поправила косынку и пошла прочь.

– Мне тоже пора идти, – отпросилась Варвара Александровна, – проверю лабаз и трещоток. Может, двери открыли?

– Хорошо! – откланялись парни.

Они остались вдвоём.

– Слушай, Паш! Знаешь, о чём подумал? – прищурился Кайрат.

Конкурент прикурил.

– О чём?

– Если нас прищучат на рынке, то пойдём просить помощи.

Павел ухмыльнулся.

– Кай, ты в своём уме? У кого ты надеешься, просить помощи? У новых, алчных хозяев рынка? Никому мы не нужны. Вернее, даже мешаем.

– У нас есть другой прихват, – подумав, ответил Кайрат.

– Говори?

– Крыша! Димоныч, – напомнил Кайрат имя бандита, которому они ежемесячно платили взносы. – Чем не подмога?

– Хм…, – затянулся сигаретой Паша, – деньги платим исправно. А ведь, Кай, ты прав! Димоныч должен нам помочь. Но я полагаю, что надо сходить прямо сейчас, не откладывая визит.

Они, как по команде, повернули головы в сторону киоска, в котором обычно ошивались рыночные, криминальные элементы, называющие сами себя «крышей».

– Пошли, – напарник был настроен решительно. Ему не терпелось заручиться поддержкой вездесущего Димоныча, который обещал им подмогу.

Кайрат двинулся первым.

– Айда!

Ребята огорчились, когда у них не вышло открыть железную дверь, так как та была закрыта на замок. Утром никто в магазинчик явно никто не заходил.

– Чёрт! Сука! – пнул ботинком от бессильной злобы Павел. – Когда понадобилось содействие, Димоныча не найдёшь!

Павел посмотрел на кончик обуви, словно желал повторить избиение двери, но уже другой ногой.

– Тихо, как на кладбище в рождественскую ночь, – сказал Кайрат.

– Подождём? – спросил нахохлившийся Павел, когда экзекуцию над дверью он решил не проводить.

– А смысл? – вопросом на вопрос отрикошетил Кайрат.

– Как? Смысл самый наиважнейший! Пускай нас защищает, или мы…, не станем больше ему платить.

– Пашка, ты сам веришь в то, что произнёс?

– Нет! – вздохнул долговязый парень.

– Конечно, нет! Нас в любом случае будут доить. Хорошо, что сумма не слишком обременительная и не шибко бьёт по карману.

Павел сник.

– Я готов платить. Лишь бы нас не попросили отсюда, – грустным голосом изрёк Павел.

– Приятного мало, что для распространителей могут закрыть вход на рынок, – согласился Кайрат, – дело – швах!

– Хуже, чем швах! Без работы и без денег. Только повеситься!

Кайрат вздрогнул и закусил нижнюю губу.

– Я надеюсь, что дело до этого не дойдёт…, очень надеюсь!

– Ну, что? По домам? – Павел оглядел огромную рыночную площадь, которая превратилась в неживой пустырь.

– Тут делать нечего. Торговли никакой. День потерян!

– Завтра появишься?

– Другого пути нет?! Обязательно приду, – без возражений признался Кайрат, – завтра за два дня надо отторговать.

– Покрыть убытки?

– Хотя бы вернуть свои деньги.

– Тогда пока! – протянул ладонь Павел.

– До встречи!

Они расстались. Кайрат направился к стоянке, где оставил машину. Открыв ключом багажник, распространитель положил внутрь тяжёлую мешковину с пакетами. Затем он уселся на водительское место. Его мозг усиленно думал.

«Дело дрянь! – словно искра сверкнула тревожная мысль, – если слова Варвары Александровны окажутся правдой, тогда придётся, выкручиваться. Ох! Не вовремя вплыли проблемы. Море долгов и непроданных пакетов. Чем буду заниматься?».

Его настроение резко ухудшилось. Кайрат помрачнел.

«Значит, Михалыча уже предупредили! Следовательно, нежелательно строить иллюзии и по поводу нас с Пашей. Вполне возможно, мы следующие по списку! Гады и уроды! Чем мы не угодили новым барыгам? Варвару Александровну вряд ли тронут. Над бабушкой должны смилостивиться. Впрочем, кто знает, что у них на уме?».

Кайрат посмотрел на своё отражение в салонном зеркале. Волосы были взъерошены, а глаза смотрели с непреодолимой тоской.

«…только повеситься!» колокольным набатом гулко прозвучали в ушах Пашкины слова.

– Бред и пустословие! – вслух одёрнул себя Кайрат, – держаться и не ныть! Волка ноги кормят!

Парень откинулся на сидении и посмотрел на часы. Они показывали без десяти восемь утра.

– Сегодня я не заработал ни рубля! – печально отметил распространитель, – одна надежда на другой рынок. Хотя, на Пионерской никогда не было сумасшедшей торговли. Впрочем, – не беда! Лишь бы наладилось. Если запретят торговать пакетами, тогда всё…, конец!

Он прикрыл глаза и зашептал молитву.

– Милостивый Аллах! Пусть моя торговля на рынке наладится! Дай мне возможность реализовать пакеты, как прежде. Не оставляй меня от своей помощи. Верю, в твоё единство и преклоняюсь перед тобой!

В пассажирское окошко тихонько поскреблись. Кайрат открыл веки и повернул голову направо. На него, улыбаясь, глядела Наташа.

– Заходи! Дверь открыта, – пригласил Кайрат.

Дверной механизм негромко щёлкнул. Наклонившись, Наташа запела:

– Я спешила, я летела к тебе,

Я знала, что ты один.

Рисовала, представляла себе,

Сюжеты тех картин….

Кайрат дослушал нехитрую песенку. Он слабо улыбнулся в ответ.

– Садись, Наташ! Я смотрю, у тебя настроение брызжет через край? К чему бы такой утренний концерт?

– Встретила тебя…, поэтому распелась, – она села на пассажирское кресло и осмотрелась. – Какой крутой мерседес? Куда поедем?

– Куда тебе надо? – добродушно поинтересовался парень, – у тебя выходной день?

Она жизнерадостно кивнула.

– Пришла на рынок. Хозяйка говорит, что работать не будем. Тары-бары…, я обрадовалась! Надоело обхаживать назойливых покупателей. Всё им не то, всё не этак! Опротивели! Бе!

Она высунула розовый язык, показав, насколько ей опостылела зловредная, рыночная клиентура.

– А, завтра? – спросил распространитель.

– Что? Завтра?!

– Рабочий день?

– Да! – она сморщила носик, но через мгновение её глаза радостно заблестели, – завтра – это завтра! Сегодня я свободна!

– Куда путь держишь, Натусик? Домой?

– Нет. Домой не хочу. Ты, Кайратосик, куда собираешься?

– В сауну, – пошутил парень.

– Ого! Какого рожна мы до сих пор на стоянке? Поехали в сауну, – возбуждённо среагировала Наташа.

Столь откровенное рвение девушки поставило молодого человека в тупик.

– Увы! Натусик, я не вожу с собой плавки, – он по-киношному заломил руки.

– Не беда! Я тоже не в купальном костюме. Мы обойдёмся без лишнего аксессуара! – Наташа кинула томный взгляд. – Зачем нам надевать лишнюю одежду? Ну, как? Едем, Кайратосик?

Его охватил спортивный интерес. Ему показалось, что девушка забавляется над ним и решил проверить. Он развернулся к ней корпусом.

– Натусик, хочешь, чтобы я попарил тебя на жаркой лавочке?

Она стушевалась под его прямолинейным взглядом, тем не менее, быстро взяла себя в руки.

– Я толстая, – внезапно ляпнула Наташа. – Посмотри, как у меня свисают бока!

– Ну, что ты? Через одежду нисколько не видно!

Рука Наташи пробежалась по талии, словно стараясь, убедить собеседника в правдивости слов. Она стала игриво кокетничать.

– В сауне увидишь, – недвусмысленно намекнула она. Её красные губы расплылись в вертлявой улыбке. – Тебе нравятся пухлые девахи?

Кайрат повторил обследование. Он провёл ладонью по куртке девушки, в месте, где должна быть талия. Через материю одежды парень нащупал жирные складки кожи. Он не высказал вслух недовольства, потому что девушка не пробуждала у него никаких эротических чувств. По сути, парень старался не замечать физических недостатков у чужих девушек, до которых ему было начхать. Однако подумал, что Наташе не мешало бы сесть на строгую диету. По крайней мере, она не умерла бы с голоду, если полгода питалась только укропом и садовой петрушкой.

– Натусик, ты не полная! Абсолютно стройненькая, – обманул он, не чураясь собственной лжи, словно бессловесное зеркало.

– Правда? – преисполнившись радостью, воскликнула торговка.

– Ты мне не веришь? – Кайрат сделал большие, изумлённые глаза.

– Верю! – разрумянилась она, готовая его расцеловать, – поехали в сауну!

Казалось, что девушка распалилась хвалебными одами в её честь. Кайрат угадал и верно прочувствовал состояние души новой знакомой. Теперь Наташа считала себя тонкой персидской соблазнительницей и на фоне его лестных заявлений вошла в раж. Она схватилась за края пуховика. Ещё немного и девушка разделась бы в машине, чтобы продемонстрировать ему бесформенную тушку тюленя. Кайрату стало ясно, что она давно не слышала ласковых слов от противоположного пола. Именно подобный факт оправдывал её нелепые и сумбурные действия.

– Натусик, предлагаю наш поход в сауну перенести на другую дату? – мягко предложил Кайрат, будто разврат и распутство входило в его планы, – надеюсь, ты не против?

– Почему?

– Мне надо работать!

– Хорошо, – чрезвычайно кротко согласилась Наташа, чем вызвала у него маразматическое ощущение предательства по отношению к ней.

– Я тебя довезу, куда скажешь? – распространитель подумал, что успеет посетить другой рыночный комплекс.

Он крутанул ключ зажигания.

– Мне надо в центр, – подумав, ответила девушка.

Кайрат обрадовался подобному раскладу. Его маршрут пролегал, как раз по центру города и ему не придётся наворачивать дополнительные круги по окраинам.

– Проедем через центр, – обезоруживающе улыбнулся он, – это недалеко отсюда!

Машина вырулила, с примыкающей к лабазу, улочки и повернула на перекрёстке. Кайрат время от времени кидал взгляд на попутчицу.

– Ты живёшь в центре, Наташа? – простодушно спросил Кайрат.

Она отрицательно покачала головой.

– Нет.

– Дела…, нарисовались…, в центре?

– Хочу прошвырнуться по магазинам и посетить подругу. Она живёт недалеко. На улице Островского.

Кайрат восхищённо поцокал языком.

– Блатная у тебя, Натусик, подруга!

– Почему? – она заморгала куцыми ресничками.

– Потому что живёт в центре.

Девушка махнула рукой.

– Ай! Она живёт в старой, деревянной трущобе вместе с семьёй. Их должны скоро выселить. Но пока не выселяют. Только обещают. Так что, Кайратосик, завидовать нечему. Туалет у них во дворе. Воды в доме нет. Ходят на колонку. Пока по крутой лестнице поднимешься на второй этаж, семь потов сольёшь. Наоборот, ей можно лишь посочувствовать.

Внезапно Наташа таинственно ему подмигнула.

– Это тебе можно позавидовать.

– Разве? – с интересом задал вопрос Кайрат, – интересно, чему?

– Снимаешь квартиру. Живёшь с женой. Машину купил, – будто по бумаге списком зачитала она, – положительный пример благополучия семейного человека!

– О-го-го! – подивился столь тщательному изучению своей жизни Кайрат. – Не скроешься от глаз. Откуда у тебя информация?

– Оттуда…, – неопределённо сказала она, словно у неё спросили химический состав таблетки цитрамона, – порасспрашивала.

– Что ты ещё обо мне знаешь?

– Знаю номер твоего телефона, – прочирикала девушка.

Кайрат повернул на светофорную стрелку и стал приближаться к одной из центральных улиц города.

– Я смотрю, Натусик, ты времени зря не теряла. На мою скромную персону сколотила содержательный архив, – фыркнув, заметил парень.

– Ты у меня вот где! – она показала сжатый кулачок и прыснула от смеха, заметив его оторопелый взгляд.

Кайрат поглядел на улицу, выискивая место для недолгой остановки, с намерением высадить Наташу.

– Где тебя оставить? – он вырулил к тротуару и медленно плёлся возле дорожного бордюра, готовый незамедлительно исполнить приказ, чтобы припарковаться.

– Я думаю, что моя подруга уже ушла, – с воображаемой обидой выпятила губу девушка, – а магазины ещё закрыты.

– Твоя подруга работает?

– Да. Она отводит Тимошку в детский садик, а потом бежит на службу.

Кайрат постучал пальцами по рулю, соображая, как поступить. Судя по поведению, Наташа не торопилась, покидать автомобиль. Зачем, заведомо зная, что подруги не будет дома, а магазины закрыты, она напросилась ехать с ним? Понятно, что таким образом девушка желала общения. На базаре, с неимоверным количеством отвлекающих факторов, случайных свидетелей и ограниченным временем беседа не затягивалась. А сегодня ей открылся прекрасный шанс. Впрочем, для Кайрата это не обременительно. Он даже оказался рад подобному повороту. Разговор с ней отвлекал его от свалившихся рыночных проблем.

– На улице холодно. Пока дождёшься, открытия магазина – окоченеешь! – жалобно захныкала девушка.

– Поехали со мной! – совершенно неожиданно крякнул Кайрат.

– Поехали! – подпрыгнула на сидении Наташа. – Куда?

– Наш путь лежит прямиком на улицу Пионерская, – как вождь мирового пролетариата указал парень в лобовое стекло.

– С тобой хоть на Комсомольскую! – хихикнула выходная продавщица.

Парень включил сигнал поворотника и, глянув в боковое зеркало, занял среднюю полосу движения.

– Теперь расскажи о себе? – попросил он.

– Работаю на рынке. Живу в Казани, – она положила руки себе на колени. – Что тебя больше интересует?

– Ты родилась в Казани?

– Нет. Я из соседнего региона. Приехала в Казань. Надеялась, найти работу. У нас вообще никаких вариантов нет. Безработица страшная!

– Снимаешь квартиру?

– Да. Вместе с двумя девчонками.

Кайрат качнул головой, показывая, что понимает.

– Так дешевле?

– Ещё как! – её руки, как шлагбаумы поднялись и опустились вновь на коленки, – делим общую сумму на три.

– Сколько комнат в квартире?

– Одна! – она выглядела удивлённой. – Знаешь, цену за двухкомнатную хату? Я не потяну многокомнатную.

– Догадываюсь…

Кайрат чуть притормозил, чтобы объехать выбоину на асфальте.

– Как же вы умещаетесь?

– Ой! Тяжело, конечно. Но уже привыкли.

– На кухне, наверное, толкаетесь? – усмехнулся парень, – наиболее конфликтная зона! Готовка и мытьё посуды.

– Нет.

Кайрат мимолётно скосил глаза на попутчицу.

– Где?

– В ванной комнате. Нужно помыться. Высушить и уложить волосы. Сделать причёску. Накраситься и принарядиться. Времени занимает целую уйму. Бывает, что по полчаса находимся в ней.

– Полчаса?! Ого! Даже странно, что вы не передрались!

– Стычки в самом начале были. Но мы пришли к выводу, что дальше тихая война между нами продолжаться не может и нашли выход. Мы повесили что-то вроде графика посещений. Я, например, всех раньше просыпаюсь, потому что тороплюсь на работу. Анжелка поднимает задницу позднее. Мы варьируем с разными промежутками времени. Теперь у нас в квартире покой и порядок.

– Нашли, значит, золотую середину?

– Пришлось.

– Как питаетесь?

– В смысле? – Наташа время от времени поглядывала на торопящихся уличных прохожих.

– В смысле кушаете раздельно или складываете продукты в одну общую корзинку и поедаете вместе?

– Ай! Анжелка соблюдает диету, чтобы похудеть. Римку по вечерам парень забирает. Они кушают в кафешках.

– А ты?

– Я тоже стараюсь не переедать, – она затихла, а потом громко вздохнула, – но у меня не хватает силы воли!

Кайрат искренне расхохотался.

– Наташка, а ты начни с понедельника!

– Пробовала, – девушка кинула хмурый взгляд на свои ляжки, – и с понедельника, и с первого числа нового месяца и даже с Нового года. Держусь сутки…, абсолютно ничего не ем. Потом начинаю себя хвалить, что я молодец и…, срываюсь! Целый день жру, не переставая, и не отхожу от холодильника. В общем, надеваю лавры победительницы! Но, кажется, рановато!

– Победителей не судят! – гоготал Кайрат, – не беда! Многим парням нравятся девушки в теле.

– Ну, я слышала фразу, по поводу худых…, типа, что парни не собаки, чтобы на кости кидаться.

– Вот видишь! Заметь, это известная народная молва утверждает, и можешь ей доверять. Люди так просто не скажут!

Наташа слащаво улыбнулась.

– А тебе нравятся пухленькие девчонки?

«Бр-р! Абсолютно не нравятся бочонки, перекатывающиеся на коротких ножках!» – подумал парень, но вслух уклончиво произнёс, – полнота тоже, Натусик, бывает разная. Некоторым она не идёт, а некоторым очень даже подходит. Вот ты…, относишься к разряду девчонок, которых полнота красит. Ты выглядишь для противоположного пола привлекательно!

Внезапно он кинул оценивающий взгляд на девушку.

– И вообще, ты, Наташа, не толстая! Откуда ты это взяла?

– Вот в сауну пойдём. Сам увидишь, когда разденемся! – будто печать шлёпнула знакомая.

– И в сауне не скажу, – заверил успокаивающе Кайрат. – Кто вообще сказал, что ты толстая?

– Муж.

– Кто?!

– Муж!

Кайрат чуть не выпустил из рук руль. Он оторопело глянул на попутчицу. Она планировала идти с ним, намекая, что в сауне состоится близость, а у самой есть муж?! Обманутая девушка определённо желает отомстить муженьку! Кайрат украдкой вновь посмотрел на круглое лицо девушки. На ярую изменщицу, затуманенной злобой, она не похожа. Впрочем, может Наталья осталась вдовицей в таком молодом возрасте? Скорее всего, произошла страшная трагедия в жизни молодки! А теперь она мается от горечи утраты. И я, пожалуй, характером или поведением, или внешностью, напоминаю Наташе мужа?

– Где он? – вкрадчиво спросил Кайрат, чтобы не задеть тонкие нервы девушки. Он побаивался, что Наташа, вспомнив о погибшем муже, начнёт рыдать. – С ним что-то случилось?

Лицо девушки скорчилось от чувства брезгливости, словно на сковородку кинули тухлую рыбу.

– Почём я знаю!

– А он…, как бы это сказать? – зашёл Кайрат с другой стороны, – ну…, невредимый? Живой?

Девушка посмотрела на него красноречивым взглядом, по которому Кайрат разглядел, что смерть избранника была бы лучшим средством от её головной боли.

– Конечно! Цел и невредим! – Наташа выплюнула предложение с ненавистью, – видеть его не хочу!

– Понятно. Вы поссорились, и ты сбежала в город! Разговоры о безработице ты сочинила для публики?!

– Как бы ни так! – с лёта отмела девушка догадки парня.

– А…, как?

Она недолго помолчала, затем повернулась к водителю.

– Азат мне с самого начала не нравился, – начала Наташа, – но увязался. Стал оказывать знаки внимания. Провожал до дома. Случалось, что часто встречались в общей компании. Приглашал пить пиво. Хотя всегда напивался первым. Потом сделал мне предложение. Повёл домой, чтобы познакомить с мамой. При знакомстве наквасился, как свинья. Смешно вспоминать и…, грустно. Его мама меня провожала вместо него!

– Мама провожала? – округлил глаза Кайрат.

– Да, – Наташа оскалилась, показав острые зубки, – в тот памятный вечер она проводила меня до дома. Он лыко не вязал. Даже стыдно, кому рассказать! Плюхнулся мордой в тарелку и захрапел. Я смутилась. Мама заметила. Ей тоже было стыдно передо мной за окосевшего сыночка. Но она оказалась терпеливой и ласковой женщиной. В какой-то момент мы с ней сдружились, так как одновременно решили, что Азата надо вытягивать из алкогольной трясины, в которой он не только барахтался, а верно тонул. Она чувствовала усталость, потому что её методы не приносили плоды, а у меня возникла наивная уверенность, что я справлюсь с заданием в два счёта. Будущая свекровь воспламенилась моим молодым задором.

– Ты согласилась выйти за него замуж? – Кайрат был потрясён ненужным жертвоприношением.

– Да, – сокрушённо произнесла она. – Вышла, дура, замуж! Тысячу раз жалела и корила себя.

– Не понимаю, Наташа, твоих причуд!

– В то время я и сама не понимала, откуда в мою голову пришла эта сумасбродная идея. Я верила, что мы заживём счастливо и, что я перекрою Азата на свой лад. Он перестанет глушить водку и пиво. Исправится. Станет прилежным мужем и хорошим отцом. Увы! Мои мечты не сбылись.

Кайрата вдруг пронзила мысль.

– У тебя…, у вас есть ребёнок? – спросил он.

– Сын.

– С кем ты его оставила? С Анжелкой или Римой?

Она несчастно вздохнула.

– Я не взяла сына с собой. Он остался дома.

– Со свекровью?

– Да. И с моими родителями. Они устроили внука в детский сад.

Кайрат молчал, переваривая информацию. Он не одобрял действий Наташи, кинувшей ребёнка на попечение родителей, а самой выбывшей в чужой город, но в тоже время понимал, в какой безвыходной ситуации оказалась девушка.

– Повезло тебе! – внезапно сказал он.

– Повезло?! – удивилась девушка. – В чём?

– Родители предложили помощь. Плюс свекровь не отвернулась от тебя. Надеюсь, что твоему сыну более комфортно с любящими дедушкой и двумя бабушками.

Наташа закусила губу. Сейчас она выглядела любящей матерью, жизненные обстоятельства, которой вынудили ненадолго расстаться с родной кровинушкой. Похотливая, полноватая девушка-женщина отступила на второй план.

– Я очень надеюсь!

Кайрат заехал на стоянку перед рынком, который в десять раз был меньше колхозного базара. Он отыскал место, чтобы припарковаться и втиснулся между двумя машинами.

– Слушай, Натусик! Я обегу с пакетами рынок. Если хочешь, оставайся в машине, если хочешь, походи по рынку? Что выберешь?

Он открыл дверь и в салон ворвался пронизывающий весенний ветер. Видимо, погодный фактор сыграл ключевую роль. Наташа поёжилась.

– Лучше послушаю музыку! – она ткнула на панельную кнопку выключенного радиоприёмника, – поставь эф эм!

Кайрат помог ей вдохнуть жизнь в приёмник. Красная лампочка загорелась. Ведущий на радиоволне предложил найти спрятавшегося ведущего в городских, уличных джунглях.

– Вот кнопка громкости, здесь настройка частоты, – объяснил он, – я ненадолго отлучусь.

Затем подмигнул.

– На здешнем рынке разговор короткий. Продавщиц мало! Так что не скучай! Через двадцать минут, в крайнем случае, полчаса, вернусь.

Распространитель открыл багажник и достал навьюченную тележку с пакетами. Поправив холщовый мешок, поплёлся на рынок. Торговля была вялотекущая. Он реализовал две тысячи пакетов. Записал должниц в блокнот, пообещав, что вернётся за деньгами через час. На обратном пути, остановившись возле весёлой женщины тёти Вали, купил пирожков с капустой, а также пару треугольников с мясом. Ближе к выходу из рынка, уже в другом киоске, Кайрат отоварился парочкой банок кока-колы. Затем распространитель возвратился к машине.

– Привет! Папа пришёл! – пошутил он, садясь на водительское место. Кайрат протянул пакет с пирожками Наташе.

– Я хотела сесть на диету! – жалобно сказала она, увидев румяные пирожки, – ты меня искушаешь.

Кайрат положил ей на джинсы банку газировки.

– Разве тебе не хочется расправиться с этим…, чудом кулинарии? – спросил он, вытаскивая аппетитный пирожок, – начнёшь голодать завтра. А сейчас заморим червячка. От пирожка и треугольника не потолстеешь. Это говорит тебе опытный диетолог! Я сам каждый день покупаю у тёти Вали пирожки и обедаю в машине. Посмотри, разве меня разнесло?!

В салоне вкусно запахло выпечкой. Дразня девушку, он приблизил румяный пирожок к самому носу и Наташа сдалась. Они принялись вдвоём кушать, запивая мучное изделие сладкой колой. Радиоприёмник поддерживал их трапезу, в том смысле, что позволил не отвлекаться разговорами от принятия вредной для желудка, но, смачной для языка, пищи.

– Вкусно! – работая челюстями, прокомментировала она, – действительно, пирожки обалденные!

– А я, что говорил? Не обманывал тебя!

Когда с коротким обедом закончили, Наташа отыскала в своей сумочке салфетки. Кайрат вытер жирные губы после масляного теста.

– Как торговал? – поинтересовалась она.

– Не очень, но здесь всегда так. На призовые места не рвусь.

– Сейчас, куда поедем? – настроилась путешествовать Наташа.

– Никуда! Разве ты торопишься?

– Нет. У меня выходной! – она радостно подняла руки вверх и запела. – Уси-пуси, миленький мой!

Улыбнувшись, Кайрат вскинул руку и посмотрел на циферблат часов.

– У нас ещё уйма времени. Целых сорок пять минут. Что-то мы быстро расправились с пирожками.

– Что должно произойти через сорок пять минут? – она томно глянула на парня и округлила губки, – ты меня поцелуешь?

– Я понял, что Азат тебя уже давно не целует? – отвлечённо предположил парень.

– Угу! – она поджала губы, – мне на него наплевать.

– Вы развелись?

– Официально, я замужем.

– Разве? – его бровь взметнулась ввысь. – Почему?

– Потому что этот…, урод сидит в тюрьме, – с надрывом выплеснула она горькую правду, – я лишь жду его освобождения, чтобы тут же подать заявление на развод. Считаю, что с моей стороны все обязательства выполнены, и не должно возникнуть никаких претензий. Азата больше не люблю!

– Разве нельзя развестись без него?

– Можно, но он попросил меня об отсрочке.

– Значит, он надеется на примирение?

– Какое примирение? – она нервно рассмеялась, – ему не хочется терять гарантированную тарелку супа, которую я сварю. И деньги на пиво, которые он самоуправно вытащит из моего кошелька.

– Может, он не хочет лишаться сына?

– О сыне он вообще не знал, и знать не хотел. Не подходил, не укачивал. Игнорировал. Жил в пьяном угаре, со своими дружбанами. Поколачивал меня, чтобы «…баба знала своё место по жизни!».

Кайрат неодобрительно поцокал языком.

– Как в тюрьму попал? За что?

– За пьяные драки, естественно. Когда Азат выпивал, то становился агрессивным и неуправляемым. В первый раз мои родители его вытащили из КПЗ, куда Азата привезли из кафе. Он напился и избил хлипкого мужчину, который имел несчастье быть в это время.

– Оказался не в то время и в не том месте, – пожалел Кайрат случайного посетителя.

– Вот именно. Но Азат забеспокоился, потому что в милиции приняли заявление от потерпевшего и завели уголовное дело. Ходил надутым индюком, а когда дело запахло керосином, то спесь сразу слетела.

– Конечно, по-другому запоёшь. Ему светил тюремный срок?

– Да. За хулиганство, – подтвердила Наташа, – каким-то образом Азат написал и передал мне письмо. В нём он слезно умолял принять меры, чтобы его вытащили из камеры. Обещал, что «…ять буду, но такого больше не повторится!». Мои родители сжалились. Папа начал искать знакомых, и нашёл. Подключили их к делу.

– Заплатили?

– А, как же? Конечно, родители выплатили некоторую сумму. Мы ходили к потерпевшему в квартиру. Я ужаснулась, когда увидела его, раздутую от синяков и ссадин, физиономию. Мощно ему досталось. Глаз заплыл и сплошные кровоподтёки по всему лицу. Азат поколотил со всей дури. Без мозгов, в общем, мой муж!

Кайрат, молча, осудил поведение бестолкового супруга.

– Папа, мама и я стали уговаривать мужичонка, забрать заявление. Объяснили, что Азат недавно женился и у него родился сын. Сказали, что это первый случай и произошла досадная оплошность. Я плакала.

– Что ответил побитый мужчина? Не послал всех вас?

Девушка отрицательно покачала головой.

– Нет. Он оказался порядочным человеком. Терпеливо выслушал. Пригласил пройти в квартиру и даже предложил чаю.

– Действительно, порядочным оказался.

– Вот именно. На счастье шалопутного Азата, – с волнением в голосе сказала Наташа, – он сжалился надо мной.

– Побитый забрал заявление? – спросил Кайрат.

– Да. Забрал. Но дело до судебного разбирательства всё равно дошло. Получилась оказия!

Кайрат кинул удивлённый взгляд.

– Каким образом?

Наташа криво усмехнулась.

– На суде секретарша стала зачитывать процессуальный протокол. Самым тяжёловесным обвинением в деле оказались проклятые синяки и царапины. Их невозможно было обойти вниманием, так как они официально числились в судебной, медицинской справке. Они притягивали внимание судьи, членов комиссии и у остальных присутствующих.

– Интересная заварушка! – вымолвил Кайрат. – Как же Азат улизнул от ответственности?

Наташа вздохнула.

– Синяки не спрячешь под слоем пудры и не замажешь тональным кремом. Особенно, когда морда раздутая, будто тебя укусил рой пчёл. Однако Азата не осудили. Он вышел сухим из реки, не замочив ног. Подробности истории таковы. В помещении кафе Азат гнался за потерпевшим и, поймав, бил несчастного по лицу. Мужичонка, получив порцию тумаков, каким-то образом вырывался и вновь бегал вокруг барной стойки и столов, пытаясь спрятаться от разгневанного Азата. Они совершили несколько кругов, словно легкоатлеты.

Наташа нервно постучала острым ногтём по дверной обшивке.

– Именно в этой последовательности произошли обстоятельства! По крайней мере, в первоначальной версии она звучала подобным образом.

– Если тебе неприятно вспоминать, то не рассказывай? – осторожно проговорил Кайрат. – Однако мне интересно, как прекратили преследование? Ведь по сути – это уголовная статья за хулиганство с причинением телесных повреждений?

– Чтобы выгородить моего мужа, дело полностью перевернули с ног на голову. Персона Азата исчезла из обвинительного заключения. Его словно не было ни в кафе, ни на улице. Чудесным образом он растворился из сцены мордобоя.

– Вот как? Дальше?

– А, дальше начинается самое интересное…, – хмыкнула Наташа, но глаза у неё блеснули огоньком, – мужчина оказался сам виновен в неприятностях. Оказывается, что он самостоятельно и по небрежности получил фишку под глазом.

– Бил себя по лицу? – усмехнулся Кайрат.

– Представляешь, в протоколе указали, что пьяный потерпевший нарезал круги по помещению кафешки и самолично бодался со стульями и столами!

Кайрат недоверчиво кивнул.

– Ты хочешь сказать, что на суде объявили, что алкоголь сыграл с несчастным мужиком злую шутку?

– Именно!. Мужичонка превратился в неадекватного человека, плохо державшегося на ногах. И на фоне повышенного уровня алкоголя в крови, у него возникло навязчивое и неуравновешенное психическое состояние, выразившееся в том, что ему померещилось, будто за ним гонятся, чтобы убить! Если говорить протокольным и сухим языком: он сам виноват!

– Лихо закрутили! – рассмеялся распространитель.

– Азат оказался на свободе, но…, – она обречённо махнула рукой, – во второй раз подобный расклад не прошёл. Родители и я плюнули на пустоголового Азата. Он опять напился и подрался. В этот раз ему дали реальный срок за хулиганство.

Кайрат хмыкнул.

– У тебя не муж, а какой-то…, какой-то…, пьяный десантник! – нашёл подходящее сравнение парень.

– Ох! Верно, – Наташа оживилась, переключившись на отвлечённую тему, – десантники – это вообще стихийное бедствие! Особенно, когда они набираются водки.

Кайрат посмотрел на часы. У него ещё оставался запас времени.

– Я был свидетелем их разноса на колхозном рынке, – вспомнил парень, – не забуду никогда, как второго августа по воздуху летали гири и арбузы. Они вели себя разнузданно и вызывающе. Полностью были уверены в своей безнаказанности. Каким образом обошлось без жертв, одному Аллаху известно! Ворвались толпой, словно разбойники, в лихих полосатых тельняшках. Принялись крушить лавки жалких и горемычных продавцов. Представляю, сколько торговцы потеряли товара и, соответственно, прибыли. Печальное зрелище и постыдное поведение для недавних защитников Родины!

Кайрат сморщился, показывая презрение.

– Сейчас руководство рынка приняло решение объявить второе августа выходным днём! – подсказала Наташа.

– Я, конечно, соглашусь с руководством рыночного комплекса…, они пытаются своими действиями остановить вакханалию на контролируемой территории…, – задумчиво проговорил парень.

– Злоба десантников в основном выливается на торговцев с юга. Русских и местных вояки не трогают.

– Согласен. Но есть и другая сторона конфликта.

– Какая?

– Деликатная и материальная, – глубокомысленно произнёс Кайрат, – скажу откровенно, мне тоже не нравятся наглые азеры и остальные продавцы, которых обзывают «чурками». Но в данной ситуации моя сущность принимает их сторону. Их обижают несправедливо! Правда должна восторжествовать! Спроси меня, почему – отвечу! Они платят аренду за каждый день торговли…, подчеркну, за каждый! Плюс к тому налоги. Вдобавок сезонный товар, который портится, и гниёт в жаркий летний день. Я не понимаю! Зачем…, слышишь, Наталья, зачем они должны терпеть убытки?! Разве базарное руководство их освобождает от оплаты одного дня аренды, при котором закрываются ворота комплекса и, которое выпадает на второе августа?

– Конечно, нет! – девушка даже улыбнулась от такого нелепого предложения, – разве администрация откажется от лишнего рубля?!

– Вот именно! А за склады начальство рынка делает им скидку? Хотя бы мизерную? Небольшую?

Она также отрицательно покачала головой.

– А, налоговая инспекция? – с жаром продолжал Кайрат, – случайно не говорят им, мол, Вы, несчастные – разнесчастные ребятишки, за то, что второго августа не выходили на работу – не платите налог!

Наталья криво усмехнулась.

– Вот видишь, – подытожил Кайрат, – со всех сторон южане в убытке. Конечно, я утрирую. Но в сложившейся ситуации торговцы мне более по душе, чем, беснующиеся в ограниченный праздник, пьяное быдло!

– Тогда, при чём, здесь руководство базара? Виноваты не они.

– А, кто? – отпрянул Кайрат.

– Правительство и государство!

Затем девушка пояснила.

– Правительство поддерживает пьяные марши и дебоши, считая десантников элитой армии. Исходя из этого, мы видим, как они развлекаются. Ставят город на уши, задирая прохожих и бомбардируя окрестные рынки. Оккупируют кафе, шугая горожан и ныряют в фонтаны. Без границ и грамма совести! Разве таким должно быть победоносное элитное подразделение?

Кайрат потрогал лоб.

– Да. Я думал об этом. Ты абсолютно права. Тем не менее, я знаю, как поставить жирный крест на уличных беспорядках. По крайней мере, можно уменьшить процент разгула стихии из состава нетрезвых тельняшек.

– Убрать из календаря день ВДВ? – она выдвинула ультимативный вариант, – и проблема решится.

– Нет. Это не выход. Тогда мы лишим праздника настоящих бойцов. Смелых, мужественных и…, человечных! А также окажемся предателями по отношению к тем, кто погиб.

Наташа пожала плечами.

– Тогда понятия не имею, Кайратосик! Как?

– Вообще, откуда появилась дата – второе августа? Почему празднуют день десантуры именно во второй день последнего, летнего месяца? Знаешь, Наташа?

Она отрицательно мотнула головой.

– Я узнавал. Только не знаю, правдой является моя информация или нет? Этот день считается началом…, точнее фактически днём рождения воздушно-десантных войск, потому что именно в этот день произошла первая победа десантников…, или первая высадка с самолёта на местность.

Кайрат потёр указательным пальцем лоб.

– Точнее сказать, Наташа, не могу. Так вот моё предложение по наведению порядка в городе звучит примерно так. Нужно не убирать из календаря день ВДВ, а просто перенести на другое число. Например, на второе января!

– Оригинально! – хихикнула Наташа.

– Законодательному органу необходимо официально издать указ и назначить дату празднования на второе января. Неужели из обширной истории воздушно-десантных войск не найдётся какой-нибудь смелый поступок, совершённый орденоносным элитным подразделением, произошедшим второго января? Я в это не верю.

Наташа глянула из-под чёлки.

– Ну, почему, Кайратосик? Почему именно второго января?

Кайрат хитро улыбнулся.

– Во-первых, цифра два изначально пришлась по нутру нашим, бурно выпивающим, тельняшкам. Представляю, как у них начинает выделяться слюна и желудочный сок от лицезрения загнутой, школьной отметки. А, во-вторых…, второго января рынок практически находится на новогодних каникулах и, естественно, закрыт. Покупателей мало и торговцы с радостью отдохнут от суеты. Как говорится: и волки сыты, и овцы целы!

Наташа прищурила глаз.

– В-третьих, пускай вояки купаются в замёрзшем фонтане и расшибают себе лбы о ледяные глыбы.

Они весело рассмеялись.

– Завидная тренировка! – сквозь хохот выдавил Кайрат, – они же разбивают о головы бутылки! А на зимних посиделках вместо стекляшек будет природный материал – твёрдый лёд!

– Твоё предложение необычное. Но рассмотрения не требуется. Вполне разумная и последовательная рекомендация! – высказала девушка своё мнение, – можно сразу претворить в жизнь! Хуже не станет! По крайней мере, горожане вздохнут свободнее.

Он по-дружески погладил девушку по плечу.

– Я рад, что ты меня поняла! – с воодушевлением рубанул он, – ты приняла мою идею на ура!

– Я прекрасно, Кайратосик, тебя понимаю! Другого способа избежать кучи – малы на рынках нет! – сказала она, проследив взглядом за рукой парня.

Кайрат покрутил мягкую оплётку неподвижного рулевого колеса.

– Я не хочу обижать смелых парней, которые служили в десантных войсках. Вероятно, поодиночке, они неплохие ребята. Семейные и трудолюбивые.

– Ох! Спорный вопрос! – огорошила Наташа, – например, я знаю одного из таких, который больной на всю голову.

Кайрат удивлённо замер.

– Что ты имеешь в виду?

– У меня есть знакомый парень…, – начала девушка.

– Уже интересно! – заинтересовался он. – Кто же он?

– Родственник. То ли троюродный братишка, то ли племянник. Я с ним не общаюсь. Как уже сказала, у него шифер от чердака съехал. Неадекватный человек. Наподобие моего бывшего муженька Азата.

– Такой же любитель выпить и подраться?

– Вроде того. Руслан служил в армии. Как раз в воздушно-десантных войсках. Поэтому второго августа считает себя главной особой в городе. Никогда не пропускает профессиональную дату. Каждый год встречается с сослуживцами и напивается до потери пульса. Отмечает до бессознательного состояния.

– Весело! – мрачно отозвался Кайрат.

Наташа эмоционально продолжила.

– Ещё как весело. Он поделился со мной рассказом, как прошла армейская посиделка. У меня от страха волосы между ног вздыбились.

Кайрат украдкой улыбнулся. Темпераментная Наташа не выбирала выражений, допуская вольные высказывания.

– Об этом чуть позднее! – пошутил парень.

– О чём? – осёклась Наташа, словно сев в такси обнаружила отсутствие кошелька.

– О волосах.

Девушка расслабленно скинула ладошкой.

– Говорю, как есть! Руслан понарассказывал ужасов! Я удивилась, как их всех не повязали и не загребли менты.

– Интересно, что они затеяли? Потасовку?

– Лучше расскажу по порядку? – оживлённо попросила она, – иначе ничего, Кайратосик, не поймёшь!

Парень посмотрел на часы. Он утвердительно кивнул. Через десять минут ему предстояло вернуться на рынок за деньгами. Получив согласие, Наташа стала говорить.

– В общем, день десантника подходил к концу. Наступил вечер. Руслан и его армейские сотоварищи были изрядно навеселе. Они штурмовой группой засели в уличном кафе и, естественно, дополнительно заказали выпивки и закуски. К ним, возможно, кто-то ещё присоединился из пьяной братии тельняшек. Получилось эдакая шумная и лихая, разудалая компания, засевшая в центре города в одном из видных заведений быстрого питания. Когда люди пьют водку, то время, сам понимаешь, летит незаметно. Постепенно сгустились сумерки, а затем стемнело. Настала пора закрывать двери гостеприимного кафе.

– Да-да! Я могу представить, как обрадовались официанты, когда пришло время собираться домой.

Наташа скривила губы.

– Уставший персонал готовился навести порядок и уйти, но только не десантники. У них свистела губа, и не возникло желания расходиться по домам. К ним подошёл парень-официант и попросил: «Ребята, наше рабочее время закончилось! Мы должны закрываться. Пожалуйста, освободите столик!». Руслан мне рассказывал, что они гавкнули официанту примерно следующее: «Пошёл на хер!». Только в более грубой форме.

– Наглецы! – посетовал Кайрат.

– Это ещё цветочки! – продолжала Наташа, – официант потоптался на месте и выдавил: «Тогда я позову директора!». Руслан и остальная братия отмахнулась: «Зови!». Через какое-то время к ним вышел директор кафе. Он с приветливой улыбкой подошёл к проблемному столу, сказав: «Ребята, поздравляю вас с прошедшим праздником, но, к сожалению, наше кафе закрывается. Приходите к нам завтра!». Группа десантников снова повторила: «Пошёл на хер!».

– Ну, здесь Руслан и его друзья явно не правы! Надо уважать людей, тем более тех, кто к тебе благосклонен.

– Ну, недалёкие, тупорылые скоты! – наградила нелестной характеристикой девушка, – к ним по-человечески, а они по-звериному.

– Что придумал директор? Вынул базуку или обошёлся внушением?

– Директор им ответил: «Тогда я вынужден позвать милицию!».

– Я его понимаю. У него не было другого выхода, – с некоторой злостью бросил Кайрат. – Десантники лишились возможности договориться по-доброму. На ровном месте разожгли конфликт.

– Руслан и остальные участники переглянулись, когда возле кафе остановился милицейский бобик. Из него вышли два человека в форме.

– Наверное, они испугались? Впрочем, пьяному море по колено.

– Точно подметил, – указательный палец девушки взметнулся ввысь, – Руслан и компания находились в том состоянии, когда бравада зашкаливает, а страх за наказание отсутствует.

– Но я надеюсь, в третий раз они не применили своё ругательство?

Наташа многозначительно хихикнула.

– Милиционеры подошли к десантникам. Один из стражей порядка, наверное, старший по званию, твёрдо сказал: «Парни, кафе закрыто! Время позднее. Собирайтесь!». Компания в ответ: «Иди на хрен!».

– Десантники перешли черту, – Кайрат скрестил руки в замок, – игра с огнём! Милиционеры на службе. Они вполне же могли применить силу! Руслана забрали в отделение?

– Нет. История ещё не окончилась.

– Они помирились с представителями закона? История имеет счастливый конец?

– И да, и нет! Милиционеры действовали по ситуации, Кайратосик! Куда они, вдвоём попрут против десятерых матёрых боевиков? Расклад сил явно не на их стороне. При возникшей драке, милиционерам попало бы по полной программе. Ведь, судя по перекошенным лицам, десантники были настроены агрессивно.

– Тем более в милицейский УАЗик не втолкнешь десятерых растолстевших мужиков. Но я не могу допустить, что милиционеры пожурили пальчиком и с чистой совестью ушли.

– Менты никуда не ушли. Старший по званию, демонстративно оглядел компанию и вынул, потрескивающую динамиком, рацию. По громкой связи он вызвал подкрепление. Наступила тишина. Но она была зловещей и не предвещающей ничего хорошего. Нервы у той и другой стороны были на пределе.

– Но, наконец, Руслан протрезвел? Понял всю серьёзность ситуации? – не выдержал Кайрат.

– Ни черта они не поняли. Знаешь, что заявил мне Руслан?

– Что?

– Он сказал, что у кого-то из присутствующей братии был именной пистолет. И они хотели пустить его в дело против стражей порядка, если те от них не отвяжутся.

Глаза у Кайрата расширились.

– Во, дураки!

– Не дураки, а бестолковые раздолбаи!

– Мозги целиком отключились, – искренне удивился человеческой глупости Кайрат. – Подкрепление приехало?

– Подъехало чересчур крутое подкрепление. Такое, что у десантников вывалилась челюсть.

– Сразу два или три УАЗика, полных милиционерами?

– Не-а, – хихикнула Наташа.

Кайрат выпятил нижнюю губу.

– А, что?

– Подъехал большой фургон «Урал».

– Ого! – бахнул Кайрат.

– На маленьком, тонированном окошке большого фургона Руслан заметил решётку. Задняя дверь открылась и оттуда стали выскакивать здоровенные детины в чёрных бронежилетах и с автоматами на плечах.

– ОМОН? – догадался Кайрат.

– Именно они! – кивнула девушка, – раскрыв рот, Руслан и его товарищи смотрели, как омоновцы, по беззвучной команде, рассредоточились по овальной траектории, пытаясь взять их в кольцо и, заняв более выгодную позицию. Все локальные перемещения, проводили, молча, и предельно сконцентрировано. Отточенной технике ведения боя можно было позавидовать. Видимо, омоновские ребята не раз привлекались для подобных стычек. Расстановка сил резко изменилась.

– Руслан послал ребят в бронежилетах на хрен? – губы Кайрата расплылись в улыбке, – или он очухался?

– Само собой, разумеется! Никто не рискнул бы оскорбить крепких ребят с автоматами. Себе дороже! Омоновцы размазали бы их о столики. Тем более парни выполняли задачу по ликвидации уличных беспорядков, в которую, по излишней тупости, влезла компания Руслана.

– Но концовка-то, какая? Как они разошлись? Уложили твоего родственника мордой в асфальт?

– Десантники подняли руки вверх в знак примирения, – язвительно ответила Наташа, – Руслан и компания без лишних вопросов начали пробираться к выходу.

– Возымело, стало быть, на них сие представление от непоколебимых бронежилетов?! Решили взяться за ум!

– Против силы нашлась другая сила и наши бравые ребята сдулись, – подвела черту девушка, – но я думаю, что десантников отпустили без последствий в честь праздника. Им, по сути, повезло.

Кайрат вскинул левую руку и посмотрел на часы.

– Натусик, я ненадолго тебя покину. Соберу деньги с должниц. Слушай любимое радио.

Она привычным движением, словно делала это каждый раз, с легкостью включила приёмник. Кайрат украдкой улыбнулся. Смешно было наблюдать, как девушка уверенно хозяйничала в его машине.

Сбор долгов занял времени меньше, чем Кайрат мог себе представить. В кармане у него набралась мизерная сумма, и пока распространитель шёл к стоянке, против воли вновь вернулся неутешительными мыслями к безрадостным событиям. Он вспомнил, что у него полный багажник непроданных пакетов и, что ещё страшнее, неизвестность в дальнейшем. С озабоченным и нахмуренным видом, он сел в машину.

– Кайратосик, набрал много бабок и не знаешь, как потратить? – сунулась с несуразной шуткой Наталья. – Могу помочь?

Вначале парня разозлило её женское пустословие, но, глянув в круглое, добродушное лицо, осёкся.

– Если бы, Натусик! – понуро ответил он. – Долгов море, а торговли никакой! Горю синим пламенем!

– Сегодня у всех торговли никакой, – заметила она, – колхозный рынок закрыт. Такой хреновый денёчек! Но завтра всё поменяется в противоположную сторону. Устанешь торговать!

Кайрат прислушался. Слова девушки казались простыми и незатейливыми. Однако то, что они были сказаны будничным голосом, и в них не сквозило ни грамма неуверенности в завтрашнем дне, заставили парня отбросить обречённость. Он подумал, что, вероятно Наташа права. По крайней мере, очень хотелось в это верить.

– Бочонок мёда тебе в сахарные уста, Наташечка! – повеселев, сказал Кайрат, – желаю, чтобы свершилось, по-твоему.

– Я всегда говорю истину! Как золотая рыбка! Мои предсказания сбываются.

Кайрат не успел ничего предпринять, как Наташа смело чмокнула его в губы. Её губы оказались холодными и пухлыми, будто ватрушка из теста. Он удивлённо посмотрел на девушку.

– Что…, такое?

– Кайратосик, ты только что сам сказал, чтобы было по-моему! – целомудренно захлопала ресницами девушка, – сбылось одно из моих пророчеств!

Парень механически облизал губы.

– Ну, ты, Натаха, искусительница! – только и смог выдавить он растерянно, – вернее, разбойница!

– Как десантница? – искренне рассмеялась она.

– Точно.

– Только не вызывай ОМОН? – девушка молебном порыве покачала двумя лодочками ладошек, – и не отправляй меня в милицию!

Кайрат заметил, как светятся горящим светом её глаза. В это мимолётное мгновение она показалась ему привлекательной.

– Кстати, у меня тоже был привод в милицию, – открылся он, – даже прокатился в кутузке, в отдел.

– Неужели? – её голова кокетливо наклонилась. – Надо же?! Не думала, что ты рецидивист.

Кайрату удалось плавно тронуть с места автомобиль, что вызвало в нём бурю восторга. До этого дня попытки умерить пыл своенравной педали сцепления оказывались настолько редкими, что болезненно отражалось на его стремлении стать первоклассным водителем.

– В дороге расскажу, – самозабвенно и пафосно пообещал он,– для начала выедем со стоянки.

Наташа прибавила громкость радиоприёмника, по которому звучал старый шлягер. Попутчица стала подпевать.

– Ну, кто тебе сказал? Кто придумал, что тебя я не люблю!

Последние слова из куплета, девушка пела, глядя на него заигрывающими глазами. Время от времени Кайрат отвлекался от дороги, чтобы посмотреть на её танцующие плечи. Он широко улыбался.

– Я каждый жест, каждый взгляд,

твой в душе берегу, твой голос в сердце моём.

Звучит звеня. Нет, никогда я тебя,

разлюбить не смогу, и ты люби ты всегда.

Припев песни Кайрат и Наташа громко пропели вместе. В салоне началась настоящая дискотека. Когда песня закончилась, Наташа вытянула вперёд раскрытую ладонь. Кайрат дружески хлопнул. Они вдвоём засмеялись.

– Ты не только рецидивист, но и певец! – шутливо оценила девушка.

Кайрат притормозил на светофоре. Загорелся зелёный сигнал. Машина во второй раз мягко тронулась, не делая резких тычков. Двигатель работал приятным, урчащим звуком, будто диванный кот.

– Кайратосик, ты обещал мне рассказать об экскурсии в милицию?

– Обещал, – смиренно ответил он. – Это произошло, когда я учился в институте. На втором курсе. Угадай, Наташ, что делают студенты первого сентября?

– Идут учиться! – последовал быстрый ответ.

– Идут, но, как правило, не учатся.

– Первое сентября – день знаний! – нравоучительно запустила Наташа.

– А ты заметила, как интересно складываются праздники в нашей стране? Первого сентября, как ты правильно отметила – День знаний, но никто не учится. А в день труда…, соответственно…

Она возбуждённо подпрыгнула на кресле.

– Первого мая!

– Абсолютно точно, Наташа, в день труда никто не работает!

Она прыснула.

– Не обращала внимания! Действительно занятно!

– Ну…, это так…, личные наблюдения, записки на полях. К моей «экскурсии» не относятся. Возвращаемся к вопросу. Так, Наташ, что делают студенты, в первый день осени?

Она очертила глазами кружок, затем развела руки в стороны.

– Чёрт, его знает!

– Ну, Наташка, ответ очень лёгкий. Студенты первого сентября пьют пиво. Чем ещё заниматься в День знаний?! Право, не корпеть над учебниками с тетрадками.

Она опрокинула голову и рассмеялась.

– Верно! Как я не догадалась?!

Кайрат продолжил рассказ.

– Как заведено, мы с однокурсниками встретились возле института, побывали на официальной части торжественного построения.

– Что-то я не верю, чтобы второй курс пошёл на утреннюю перекличку? – с сарказмом сказала она. – Кроме испуганных студентов первого курса остальным подобные собрания на фиг не нужны.

– Натушечка, твои мысли движутся в правильном направлении, – усмехнулся Кайрат. – Однако, кроме парней – первокурсников, на ранней линейке присутствуют девушки…, длинноногие студенточки с того же первого курса…, они переминаются в нестройном ряду и возникает житейская ситуация, когда их можно посмотреть всех сразу. Оптом! Чем мы и занимались во время высокопарной речи ректора и декана. Затем обсуждали новых, поступивших в институт, девчонок.

– Кобели! – без злобы обложила Наташа. – Вылупили зенки на зашуганных девчат. Смутили первокурсниц. Затем, наверное, талдычили, у кого из них попа пышнее и титьки больше?!

– Не без этого, – скромно потупился Кайрат, словно его разоблачили.

– Шельмецы!

Она оглянулась в окно.

– Кстати, Кайратосик, куда мы едем?

– Отвезу тебя домой.

– Ты знаешь, где я проживаю? – сделав изумлённые глаза, спросила Наташа.

– Нет. Но я надеюсь, ты откроешь тайну?

– Хочешь, всю себя подарю?

– Я не заслужил принять такой дорогой подарок, – весело пошутил Кайрат.

Девушка назвала название улицы.

– Понял, – прикидывая наименее короткую дорогу, откликнулся Кайрат, – снимаешь квартиру в Адмиралтейке?

– Да. Рядом с речным техникумом.

– Доставлю в лучшем виде, – пообещал Кайрат.

– Кайратосик, расскажешь, наконец, о твоём увлечении?

– Какими увлечениями? – не понял он.

– Увлечениями пивными напитками, которые приходятся на первое сентября? Ты два раза начинал трубить, и оба раза тебя уносило в словесные джунгли.

Кайрат засмеялся.

– Прости, я уже забыл.

Он переключил скорость и объехал троллейбус.

– В общем, мы побыли на собрании и поехали в центр. Настроение у всех праздничное. Тем более погода дарила нам последние ясные и тёплые деньки. Об учёбе думать не хотелось, потому что одногруппники находились под впечатлением прошедшего лета. Новостей скопилось целая куча, и мы говорили одновременно. Причём, каждый вдобавок умудрялся подслушивать остальных и при случае вставлять реплику.

– Дружная у вас была группа, – уважительно похвалила Наташа.

– Очень дружная, – согласился Кайрат. – Предварительно мы заскочили в пивной магазинчик и набрали обойму бутылок с пивом. В парке отыскали свободную скамейку и расположились, как на пикнике. Беседа пошла душевнее. Стали травить анекдоты. Затем кто-то вспомнил, что на городской площади состоится концерт, посвящённый дню знаний и якобы должна выступить популярная группа. Мы негласно договорились, что вечером встретимся на площади и продолжим праздновать. Говоря по существу, мы наслаждались безоблачным положением и прекрасной студенческой жизнью. Однако после второй бутылки пивка появилась проблема. Проблемка-то пустяковая, но её требовалось решить, как можно скорее!

Кайрат хитро глянул на девушку.

– Захотелось в туалет? – подкинула, знакомая с последствиями излишней жидкости в организме, сведущая Наташа.

– Ещё как захотелось. Сильно и незамедлительно. Мочевой пузырь требовал экстренного вмешательства, молчаливо заявляя, что если хозяин не обратит должного внимания, то пузырь решит вопрос самостоятельно. Тогда подобная выходка выльется уже в большущий, мокрый позор!

Наташа фыркнула, будто лошадка в конюшне. Кайрат продолжил.

– Группа дружная, как ты заметила. Поэтому я стал искать себе попутчиков в надежде обнаружить маленький домик. Желающих освободить место для новой порции пива нарисовалось зараз. Пузыри есть у всех студентов! Мы пошли по парку, будто стая сельчан, ищущих в городе дом колхозника. Увы! Наши поиски не увенчались успехом. Нигде очертания туалета не вырисовывалось.

– Ну, мальчишкам легче справить маленькую нужду, – словно кидая козырные карты, проговорила Наташа. – Встал под деревцом, отвернулся, достал пипирку из ширинки и лей на здоровье!

– Мы сидели на открытом месте. Позади, на пригорке проходила дорога с движущимися автомобилями. Рядом со скамейкой шла широкая асфальтовая дорожка. По ней гуляли праздные прохожие. Место было людным и неприкрытым.

– Что же ты придумал?

– Терпеть сил не осталось! Казалось, что мочевой пузырь разорвёт в клочья. Мы с ребятами обнаружили одноэтажный, кирпичный, хозяйственный корпус. Так как другого места не было и в помине, то мы единогласно выбрали его в качестве места для разрядки.

Кайрат бодро улыбнулся.

– Повторюсь, Натусик, что группа у нас дружная! Так и в этот раз мы встали тесно, плечом к плечу, будто бусинки на ниточке…., и принялись за дело. Признаюсь, что я прикрыл глаза от наслаждения…, от простого человеческого счастья, на которое мы не обращаем элементарного внимания. Но весь кайф сломали милиционеры. Настоящие козлы! Не зря их так прозвали.

Наташа засмеялась свободным и непринуждённым смехом. Кайрат дождался, когда она вновь станет слушать.

– Я настолько увлёкся процессом, что не сразу услышал резкое предупреждение товарищей. Они закричали «Атас!» и, словно по команде, звонко и друг за дружкой стали закрывать молнии на ширинках. Друзья кинулись врассыпную. Я посмотрел направо. Ко мне резво приближались два жизнерадостных и толстых милиционера. У одного из них в руках находилась резиновая дубинка. Но, понимаешь, Натусик, я не мог остановить процесс удобрения землицы! Струя текла по-весеннему, рассыпаясь в лучах солнца на мириады разноцветных, лазурных капелек. Игра света и завораживающая картина!

– А ты, оказывается, сортирный лирик! – молвила она, хихикнув, – тебя поймали с поличным? С пиписькой наголо и со спущенными штанами?

– Почти. Однако когда стражи порядка оказались совсем близко, я рванул от них в противоположную сторону, на бегу застёгивая злосчастную ширинку. Должен признаться, они долго за мной гнались. Оказались настырными. А у меня ноги не слушались. Я был в расслабленном состоянии. Хотя всеми фибрами неиспорченной дыхательной системы пытался, улизнуть от них. Но в конечном итоге меня поймали и повели к дежурной машине. Открыли позади УАЗика дверь с решёткой и усадили на узкую лавку. Я не сопротивлялся.

– Разве друзья настолько испугались, что не попытались, договориться с ментами? – Наташа не могла допустить, что её мысль насчёт дружной группы будет развеян, – разочаруюсь и не поверю!

– Правильно, что не поверишь, – отвёл излишнюю неуверенность Кайрат, – они очухались. Подошли к милицейской машине. Я их видел через крохотное окошко. Начали доказывать мою невиновность.

– Одногруппники, наверное, видели погоню за тобой?

– Думаю, да!

– Они не смогли уломать злобных милиционеров?

– Друзья их спрашивали, что я сделал противозаконного. А милиционеры ответили, что я побежал. Якобы этот факт сыграл со мной злую шутку. Теперь они должны меня доставить в отдел и проверить.

Наташа вздохнула. Она не понаслышке была знакома с обязанностями работников внутренних дел.

– Тебя отвезли в отдел?

– Да, – парень криво усмехнулся, – прокатился на милицейском бобике. С ветерком!

– Наверное, просидел весь вечер в клетушке?

– Знаешь, не просидел! Через два часа отпустили. Обошлось.

– Даже странно, – выпятила губу девушка.

– Со мной обошлись иначе. Всё-таки у меня до этого дня не было приводов в милицию. На учёте я не состоял. Лейтенант спросил, по какой причине рванул? Я заявил, что увидел сотрудника, который бежал наперевес с дубинкой и подумал, что он хочет меня огреть. На самом деле, мало ли, что у толстячка в форме на уме?!

– Звучит правдоподобно, – призналась Наташа.

– Это истинная правдой. Я не лукавил и не думал, обманывать лейтенанта. Сказал, как есть на духу.

– И, что? Отпустили?

– Ну, да! За так и прыщ не вскочит. Выписали протокол и штраф. За нарушение общественного порядка. Пришлось просить денег у матери. Тогда у бедного студента личных сбережений не имелось.

– Ты ей рассказал об этом?

– Разумеется. У меня нет секретов от мамы.

– Она ругалась?

Кайрат задумался, припоминая.

– Пожурила по-взрослому. Вообще по характеру мама – спокойный человек! Не помню у неё вспышек ярости.

Девушка пошутила.

– Выходит, ты заплатил за сидячую поездку на служебном автомобиле! А, как ты хотел? За всё нужно платить.

– Я не стремился, покататься, – словно ракеткой отбившим мяч, отвесил Кайрат, – оставили бы меня в покое.

Он повернул налево возле речного техникума, следуя дополнительной, светофорной стрелке, показывающей зелёный цвет.

– Куда, Наташа, ехать дальше?

– Проедешь офисное здание. Вот он…, ребром торчит, возле парковки. Следом две пятиэтажки, – подсказала Наташа, – хрущёвки. После него заезжай во двор. Рядом с одноэтажным магазином. Внутри двора развернёшься. Места хватит.

– Хорошо, – коротко ответил Кайрат, осматриваясь на малознакомой местности и, остерегаясь, пропустить нужный поворот.

– Ты, Кайратосик, здесь в первый раз? – приглядывая за его движениями, спросила девушка.

– Отчего так решила?

– Оглядываешься, словно в лесу и боишься заблудиться.

– Не в первый, конечно, но практически здесь не езжу, – признал Кайрат. – Очень редко посещаю твои места.

– Не трусь! Со мной не заплутаешь! – приплюсовав высокомерные нотки, уверила Наташа.

– Нисколько не сомневаюсь в твоей правдивости, – он увидел небольшой магазинчик и повернул направо внутрь двора.

– Вот я и приехала! – отсалютовала девушка, – пасибочки, Кайратосик!

Авто развернулось.

– Вот мой подъезд! – её палец предельно точно указал на крайнюю, повисшую на одной петле, дверь. – Жду в гости!

– Спасибо за приглашение! – любезно поблагодарил парень, размышляя, что вряд ли воспользуется радушием пухлой хозяйки.

– Если хочешь, пошли сейчас? – она игриво облизала губы, – угощу тебя чаем!

– Спасибо, Наташ! – повторил он более твёрдо, – но сегодня у меня дела…, тем более настроение не гостевое!

– Но ты придёшь ко мне? – девушка так же, как и он, проявила характер. – Придёшь? В другой раз?

Кайрат сделал попытку, поймать её на противоречии.

– Когда? Ты, Наташка, всегда на работе? У тебя понедельник выходной. Свободен всего один день!

Его эксперимент оказался мыльным пузырём, разлетевшись по воздуху. Она насмешливо и дерзко глянула ему в глаза.

– Ради такого случая, возьму отгул, или поменяюсь с напарницей. В какой день мне приготовиться?

– Через неделю или две! – сорвалось у него с языка, чтобы она отстала. Её присутствие и настырное намерение рандеву начало его тяготить.

– Отличненько! – необычайно резво она выпрыгнула из салона. – Не забудь о своём обещании!

Кайрат хотел возразить, что это не обещание, а предварительное, не обязывающее ни к чему, согласие, но не успел. Она послала воздушный поцелуй и захлопнула дверь. Кайрат наивно подумал, что Наташа тут же забудет об их договорённости.

– Парень, метнись сюда!

Кайрат оглянулся. Распространитель заметил плотного и абсолютно лысого мужчину в свободном свитере и злобным взглядом. Кайрат торговал в лабазе, около рыбных рядов и только что отдал двести пакетов продавщице минтая и скумбрии.

– Вы, мне?! – переспросил распространитель, а про себя подумал.

«Он видел, как она взяла фасовку. Чёрт! Значит, дошла очередь до меня!».

– Да, – грозно бросил мужчина, – тебе!

Кайрат обречённо выполнил приказ. Прятаться и убегать, с полной тележкой товара было бессмысленно.

– Мы тебе говорили, чтобы здесь больше не торговал? – скрепя зубами, проскрежетал мужик.

– Нет. Я вижу Вас в первый раз! – честно ответил Кайрат.

Мужчина переступил с ноги на ногу, будто боксёр стремящийся выполнить свой коронный, боковой хук.

– Айда со мной! – велел он распространителю.

Они вместе пересекли торговую, рыбную территорию и вышли в главный зал помещения рынка. Затем подошли к какой-то двери, в дальнем уголке здания. Мужчина в свитере открыл дверь и первым перешагнул порог. Следом вошёл Кайрат. Он осмотрелся. Комната оказалась большой и правильной прямоугольной формы. Возле двери на расхлябанном и шатающемся стуле сидел молодой парень, по возрасту чуть старше Кайрата, а по внешнему виду напоминающим беспризорника. У него во рту была жевательная резинку, из которой он выдувал пузыри. Время от времени пузыри лопались, оглашая помещение звуком холостого выстрела. На другом конце комнаты картина диаметрально изменилась. Стоял массивный, полированный стол невероятных размеров. А за ним восседал коренастый мужчина в светлой рубашке. Судя по поведению, он являлся главным в этой компании. Кайрат не встречался ранее ни с кем из них. Коренастый обратил внимание на вошедших, глянув исподлобья.

– Вот, Паштет, ещё одного бегуна поймал, – пожаловался лысый, смягчив тон. – Как меня утомила эта бесконечная охота! Надо придумать что-то глобальное, чтобы покончить с ними раз и навсегда! Поставить капканы!

«Интересное прозвище для главаря, – подумал распространитель. – Паштет…».

Паштет криво усмехнулся. Его змеиные глаза смотрели, не мигая.

– Капканом являешься ты – Лохматый!

«Какие оригинальные имена у новых хозяев рыночного комплекса, – с отвращением усмехнулся про себя Кайрат, – хочется узнать, они имеют представление, о том, что у людей существуют фамилии и отчества?».

Затем Паштет нахально посмотрел на Кайрата, будто хотел, предложить измену Родине. Его голос не сулил ничего хорошего. Он говорил вкрадчиво и медленно, словно вколачивал гвоздь в древесину.

– Мы, братишка, тебя предупреждали, чтобы ты не появлялся на рынке? Зачем нас не послушался? Считаешь себя бессмертным? Или хочешь остаться в памяти неизвестным героем?

Кайрат повторил текст, который произнёс пару минут назад.

– Меня никто не предупреждал!

Паштета его слова не вдохновили. Он, как раскалённый утюг, давил своим положением и массой.

– Я не собираюсь грозить пальчиком. Если ты не слушаешь меня, то я вынужден принять меры.

Он кинул многозначительный взгляд на полную тележку с товаром. Затем презрительно кивнул Лохматому.

– Ты видел именно этого парня пару дней назад? Ты с ним говорил?

Лысый мужчина пристально рассмотрел распространителя.

– Хрен его знает! – через несколько секунд выдохнул он, – вроде похож, но тот, кажись, был выше ростом.

– Вроде?! – сквозь зубы цыкнул главный, – ты пьяным ходишь на работу? Не можешь запомнить морды?

– Паштет, их всех разве упомнишь! – съежился коренастый.

Зависла пауза в тишине, в которой раздался щелчок очередного лопнувшего пузыря из жевательной резинки молчаливого зрителя.

– Слушай, бегунок! – Паштет привстал из-за стола, – заставляешь меня прибегнуть к карательным мерам. Оставляй телегу с пакетами и, пошёл вон отсюда! Я конфискую товар. Думаю, что ты всосал, насколько влип? Мне осточертело гнаться за каждым из твоих собратьев. Было сказано, что в услугах пакетчиков мы не нуждаемся.

Кайрат оцепенел. Чёрт с ним, если не позволяют торговать, но в пакетах у него вполне существенная сумма. Он не может «подарить» тележку.

– Я не буду больше торговать здесь! – голос Кайрата дрогнул, – рынок буду обходить стороной!

– В натуре? Не гонишь? – сорвался тюремный жаргон криминального Паштета, – даже не думай меня наколоть! Ты отвечаешь за слова?

Кайрат понуро опустил голову.

– Да.

– Смотри сам! – жёстко предъявил Паштет. – Я тебя запомнил! Следующая встреча будет более печальной…, для тебя!

Кайрат взялся за ручку хозяйственной тележки. Пока шёл к выходу, он чувствовал, как его спину буравили три пары бессовестных глаз. Закрыв дверь, Кайрат крепко задумался.

«Ну, вот и всё! – он шагал по рыночному комплексу, растерянный и сбитый с толку, – закончился бизнес. Дальше, что? Куда? Что делать с долгами и кучей непроданных пакетов? Нужно, как можно скорее избавляться от товара. Распродать, обналичить и покрыть долги. За квартиру и машину.

– Кайратик, ты ко мне подойдёшь с пакетиками?

Распространитель скосил глаза. Интеллигентная Наталья Павловна деликатно ожидала его ответа.

– Добрый день! – поздоровался Кайрат.

– Здравствуй, дорогой! – живо откликнулась она, – ты оставил пакетики? Я искала тебя.

Кайрат жуликовато осмотрелся вокруг. Лохматого и Паштета вокруг не наблюдалось. Тем не менее, Кайрат подумал, что лучше перестраховаться. Он не хотел, чтобы его тут же заграбастали во второй раз. Предупреждения Паштета носили угрожающий характер. Было ясно, что в следующий раз вряд ли у него появится нотка сочувствия. Парень опасался вновь попасться им в преступные руки.

– Наталья Павловна, отойдём в сторонку, – на свой страх и риск тихо попросил Кайрат, словно речь шла о государственном перевороте. Он отточенным движением вынул из холщовой сумки две пачки фасовочных пакетов.

– Спасибо. В обед подойдёшь, Кайратик? Рассчитаемся.

– Да, – послушно кивнул парень.

Он почти бежал. Ему надо по максимуму распространить товар. Как можно скорее.

– Рузалия апа, доброе утро! – он мельком глянул на торговку и тут же стал крутить головой вокруг себя, словно пугливая газель, пьющая воду в, кишащей крокодилами, речке.

– Салям, Кайратик! Что запыхался?

– Тороплюсь.

– Привет, Кай! – подключилась соседка Вера. – Представляешь, какие требования выдвинули нам хозяева?

– Привет! Какие?

Вместо ответа Вера нырнула под прилавок. Кайрат опешил, когда увидел у неё в руках целую упаковку пакетов.

– Кто принёс, Вера? Где купили? – испытал разочарование распространитель.

– Это новшество придумали для всех торговок, – вмешалась Рузалия апа,– теперь хозяин сам будет снабжать нас пакетами, а в конце недели произведёт расчёт. Нас даже не спросили. Приказали.

Сердце Кайрата от тоски ухнуло вниз. Его базарной деятельности пришёл конец.

– Якобы, это новшество – требование новой администрации рынка! – продолжила Вера.

–Ясно, – скис Кайрат, – захотели заработать. На мелочёвке. Отняли у нас кусок хлеба, блин!

– Пакеты дурацкие! Не открываются. Склеенные, тонкие, – пожаловалась молодая Вера, – впарили нам. Даже не посоветовались!

– Качество никудышное, – в тон ей поддержала Рузалия апа, – не такая толстая плёнка, как у тебя!

– Они продают свои пакеты по всему рынку или только в лабазе? – с надеждой в голосе спросил Кайрат.

Вера неопределённо пожала плечами.

– Я тоже не знаю, – прикусила губу Рузалия апа.

– Вероятно, предупредили не всех, – подумал Кайрат, – Наталья Павловна ничего не сказала об этом. Купила, как ни в чём не бывало. Впрочем, возможно это временное явление и скоро она, как Вера и Рузалия апа, станет отовариваться у хозяина торговой точки?

Кайрат потоптался на месте. Он выдавил скупую улыбку и отправился на улицу. Издалека Кайрат заметил фигуру Лохматого, сверкающего на солнце лысиной, будто серебристая рыбья чешуя. Наверняка тот исполнял приказ Паштета, чтобы изловить следующих жертв, торгующих упаковочными материалами. Кайрат обошёл его, прячась за случайными покупателями. Перебежав дорогу и трамвайные рельсы, распространитель очутился на второй половине комплекса. Он оглянулся, чтобы убедиться, что за ним не гонится Лохматый и перевёл дыхание.

«Калитка, Кай, закрылась! Недолго музыка играла! – с досадой резюмировал он. – Что делать дальше? Торговать нельзя! Куда деть пакеты? А, дальше? Чем я займусь завтра…, послезавтра…., через месяц?! Откуда возьму деньги? Как прокормлю семью?».

Он вспоминал.

«Как же долго я строил звенья дружбы с продавщицами, обзавёлся постоянными клиентами и заказами…, как замечательно шла продажа пакетов…, как прекрасно была поставлена на поток торговля и, как…, бесславно её перечеркнули Паштет и Лохматый, – крикнул в сердцах Кайрат. – Будьте прокляты, новое руководство базара!».

Парень ощутил пустоту в душе.

«Потом остаётся только повеситься!» – внезапно вспомнились мрачные изречения Паши, – «…только повеситься!».

Кайрат помотал головой, как дачник, пытающийся отогнать летающего комара и мешающего поливать грядки.

– Кайратосик, приветик!

Он не заметил, как очутился возле Наташи. Она держала в руке совок, насыпая сахарный песок в пакет, чтобы обслужить женщину в плаще салатного цвета.

– Привет, Ната, – парень остановился и безучастно стал смотреть, как стрелка весов качается, словно лодка на волнах.

– Ровно два килограмма! – девушка взяла калькулятор и назвала общую сумму приобретённых покупок.

Женщина рассчиталась и, сложив пакеты с развесными продуктами в сумку, отчалила от прилавка восвояси.

– Что завял, как занюханный тюльпан? – хихикнула Наташа, – наверное, скучал по мне?

Кайрат скривил рот. Он был в состоянии, когда шутки казались ему чем-то лишними и раздражающими. Он не сразу обнаружил, как Наташа вышла из-за прилавка и, подобно осеннему грибу, выросла рядом с ним.

– Что молчишь? – выдохнула она.

– Что сказать?

– Почему ты не предлагаешь мне пакетики? – её глаза выражали удивление. – Почему ты не поцелуешь меня?

Наташа не стала дожидаться, пока Кайрат исправит свою оплошность и сама дотянулась губами до кайратовских губ. Кайрат вздрогнул. Для него поцелуй стал неожиданностью.

– Пакеты, Наташа, нужны? – рассеянно соскочил вопрос.

Она захихикала.

– Конечно! Двести штук.

Кайрат достал из тележки заказ. Распространитель с грустью отметил, что ко времени, когда он добегал до Наташи, его сумка практически опустошалась. Сегодня же, наоборот, казалось, что он только приехал на рынок и её киоск стал первым в торговом списке.

– Что такой…, варёный? – она наблюдала, как Кайрат хмуро записал долг. – Плохо покупают?

– Вообще не заработал ничего!

– Скоро Первомай! Закипит торговля.

Кайрат огрызнулся.

– До Первомая ещё целый месяц.

– Уже меньше.

– Мне вообще торговать не дают, – открылся он.

Её реснички под слоем туши невольно раскрылись.

– Как?

– Запретили!

– Кто?

– Дед Пихто…

Девушка нахмурилась, но через мгновение её лицо прояснилось.

– Кайратосик, ты мой сладенький леденец! Раскрой мне, тупой и глупой курочке, свои проблемы?

Кайрат невольно улыбнулся.

– Скоро, Наташка, меня не будет на рынке!

– Да, ты что? – ахнула торговка, – нашёл другое занятие?

– Нет.

– Кто же станет меня снабжать пакетиками?

Кайрат пожал плечами.

– Не знаю.

– Я к тебе привыкла. Мне не нужны другие!

Она стала говорить, как попадья, мужа которой под револьвером увели большевики. Затем Наташа проводила взглядом женщину, рассматривающую прилавок. Не узрев в ней потенциальную покупательницу, девушка вновь повернулась к Кайрату.

– Ну, почему ты так решил, Кайратосик?

– Ты слышала, что сменилось руководство колхозного рынка?

Она закивала.

– Естественно. Рынок закрывался на пару дней. Мы с тобой ещё катались на машине. Разве ты забыл?

– Не забыл. Но после открытия нам, всем распространителям пакетов, запретили суваться сюда.

– Мне кажется – это сплетни! Неужели продажа пакетов приносит баснословные деньги?

– Баснословные доходы, конечно, не приносит, но на жизнь вполне хватает.

– Ну и торгуй спокойно. Кто тебе вообще сказал об этой глупости? – настырно потребовала девушка.

– Лохматый и Паштет.

– Какой ещё лохматый паштет? – скривила губы Наташа. Её глаза пылали праведным гневом.

Кайрат криво усмехнулся.

– «Не лохматый паштет», а Паштет и Лохматый. Два типа, пришедшие на рынок и возомнившие себя командирами. Паштет из них самый главный. Он предупредил меня, чтобы я здесь не ошивался.

– Ну, и что он сделает? – уперев руки в бока, брызнула Наташа, – если увидит тебя на рынке?

– Грозился отнять товар. Вернее, всю тележку с пакетами. И стращал, что следующая встреча будет для меня плачевной. Он дал Лохматому задание осматривать всех, кто распространяет пакеты.

Наташа сникла.

– Вот дела! Я так поняла, Лохматый, тоже работает в их банде?

– Угу! Но он больше похож на пешку. Пехота. Исполняет приказы главаря. Но харя вполне…, бандитская.

– Откуда ты узнал, что его зовут Лохматый?

– Между собой они по кличкам обращались, – ответил Кайрат, – а прозвище «Лохматый», вероятнее всего, приклеилась за абсолютно лысую голову. На ней нет ни одной волосинки.

Наташа задумчиво посмотрела на Кайрата.

– «Лохматый» на тюремном жаргоне имеет ещё одно значение. И не обязательно, что он лысый.

Кайрат не стал расспрашивать, откуда она это знает. Её муж Азат сидел в тюрьме, и сама Наташа не была похожа на пай – девочку с белыми бантами.

– Я не силён в тюремных терминологиях, – признался Кайрат, – сделал поверхностный вывод из внешнего вида человека. У Лохматого образцово лысый череп. Может смотреться, как в зеркало.

– Слово «лохматый» означает «насильник».

– Ого! – свистнул Кайрат.

– Скорее всего, он тянул срок за изнасилование!

– Что и требовалось доказать…, – его взгляд стал стеклянным, – на смену криминальной власти пришло преступное сообщество!

– Неужели кличка директора рынка – Паштет?

– Я не могу с точностью утверждать, но Лохматый затащил меня в какой-то кабинет, чтобы наехать по полной программе. Если честно, не хочу с ними связываться. Тем более Паштет намекнул, что, якобы, меня уже предупреждали, и я не внял их указаниям. Хорошо, что смог доказать им обратное.

– Наверное, тебя с кем-то спутали? – предположила Наташа.

– Бесспорно, спутали. Говорю тебе правду, что видел их в первый раз. Их свирепые рожи точно запомнил бы.

– Я верю! Хорошо, что обошлось, – она погладила парня по плечу.

– Хм…, обошлось? Разве обошлось?! – распространитель уткнулся растерянным взглядом себе под ноги, а затем с силой рубанул рукой воздух. – Палка о двух концах! Наташа, я не стал бы утверждать, что мне повезло и дело приняло благоприятный поворот. Не обошлось, чёрт побери! Теперь мне закрыта дорога на рынок. Я не могу продавать пакеты…, меня пасут ублюдки типа Лохматого.

Девушка присела и подняла голову, чтобы заглянуть в его глаза.

– Можно найти какой-то выход?

– Какой, Наташа, выход? Его попросту нет!

– Но я же взяла у тебя двести пакетов…, – она кинула надежду.

– Ну и что? – сгримасничал парень.

– А, то…, другие девчонки, которые тебя знают, также будут покупать пакеты, как и прежде.

– О чём ты говоришь?! В лабаз мне дорога закрыта. Торговок заставляют, покупать пакеты у хозяина.

– Но есть ведь ещё торговые ряды на улице! – подкинула девушка, словно играла в лото и доставала бочонки с цифрами.

– Ну, дойдёт этот приказ и до уличных торговцев, – хмуро посетовал Кайрат. – Дело за малым…, Паштет швырнёт клич и …

– Уф! – она недовольно тряхнула головой, – лично я буду покупать пакеты только у тебя! Мне по барабану, что взбрендит в их воспалённое сознание.

– Но твоя хозяйка станет ругать?!

– Не волнуйся, Кайратосик, я отыщу способ обмануть. Буду покупать пакеты у вас двоих – у тебя и хозяйки. Даже, если весь рынок запугают, я всё равно не брошу, отовариваться.

– Спасибо, Ната! – сквозь уныние улыбнулся Кайрат, – я очень ценю твою доброту и преданность.

Он подумал, что таскать пакеты лишь для одной Наташи – дело проигрышное. Она же не станет покупать тысячами штук! Тем не менее, Кайрат внимал каждому её слову. Ему требовались вмешательство и советы постороннего человека. Человека, который радел и переживал за него. Наташа, как и он, «варились» в котле, под названием «колхозный рынок». Она прекрасно разбиралась в подводных камнях.

– Тащи свои пакеты каждый день, – она на секунду замолчала. – Приходи ко мне!

Сердце Кайрата растаяло. Он коснулся губами её щеки. Девушка благодарно улыбнулась.

– Кстати, Кайратосик, с тележкой ходить по рынку опасно. Если увидят Лохматый или Паштет, то не успеешь спрятаться, – благоразумно заметила она, – тележка громоздкая и неудобная, соответственно, может выдать.

– Верно! – как осенний листок, подхваченный ветром, прошуршал Кайрат, – мне нужна небольшая и малозаметная сумка.

– Ты прав! Для тебя есть разные варианты.

– Какие?

– Во-первых, товар оставляешь в машине, а девчонкам приносишь пакеты маленькими порциями. Во-вторых, тележку осторожно приносишь ко мне, а я буду передавать пакеты всем желающим!

Кайрат воспрянул. Слова Наташи его обнадёжили.

– Действительно, зачем мне громоздкая тележка? – подумал он. – Спрячу в сумку тысячу пакетов и раскидаю по-быстрому. Затем вернусь к машине и возьму новую партию. Мне в любом случае необходимо избавляться от тяжеловесного якоря в виде пакетов. По крайней мере, товар нужно продать, а, получив наличность, рассчитаться с долгами.

– Оценил мой способ доставки? – подала голос Наташа.

Кайрат кивнул.

– Да. Завтра попробуем, Натусик!

– Хорошо. Вообще, сколько у тебя пакетов? – вдруг спросила она, – меня интересует общее количество.

– В багажнике машины или…, вообще?

– Вообще. В твоей квартире?

Кайрат начал припоминать количество мешков с товаром, сложенных в углу прихожей.

– Если считать фасовочных, то, тысяч семьдесят или чуть меньше…, ещё пакеты с ручками…, их около тысячи.

– Ого! – стушевалась Наташа. Она явно не ожидала услышать подобные масштабы запасов.

– Ты что-то придумала?

– Хотела забрать товар полностью.

– Да, ты что?! – Кайрат рассмеялся над нелепыми словами продавщицы, – семьдесят тысяч пакетов тебе хватит на год.

– Погоди!

Девушка вернулась на рабочее место и достала калькулятор.

– Двести пакетов в день, – она стала тыкать в кнопки, – в неделю, грубо говоря, тысяча штук. Значит…, это будет, это будет…

– Будет семьдесят недель! – прервал расчёт Кайрат.

– Сколько недель в году?

– Пятьдесят два.

– Плохой результат! Выходит, что я буду обеспечена пакетами почти на полтора года, – отложила калькулятор Наташа.

– Увы! Причём, эти данные достоверны, если ты будешь работать без выходных. То есть непрерывно. Но это невозможно. Ты же не робот!

– Я – человек! – с состраданием выдавила торговка, будто пожалела о происхождении гомо сапиенс, – тем более, никогда не предугадаешь характер торговли. Иногда выручки попросту нет.

Кайрат тяжело вздохнул.

– Тупик! Постараюсь сам распродать, по-тихому, всю партию.

– Я буду помогать, Кайратосик! – без тени сомнений призналась она.

– Спасибо, Нат! – воровато оглянувшись, Кайрат поспешил по своим делам.

– Кай, сегодня мама лучше выглядит! – Лиля скинула обувь в прихожей, и устало пошевелила пальчиками ног.– Как ты считаешь?

Кайрат повесил ветровку на вешалку и хмуро прошёл в комнату. Там он обессилено сел на диван и расстегнул ворот рубашки.

– Да. Смотрится лучше, чем в больнице. Однако она не совсем здорова. Маме надо долечиться!

– Ей закрыли больничный лист? – она выглянула из прихожей.

– Ты же сидела рядом, – несколько раздражённо ответил Кайрат. – Разве ты не слышала, что мама говорила?

– Видимо пропустила, – Лиля подошла к нему и спокойно посмотрела на мужа.

– Больничный закрыли, – сквозь зубы процедил он. – Завтра ей надо быть на работе.

– Мама ещё очень слаба, – нахмурилась Лиля, – ей не мешало бы побыть недельку на домашнем режиме.

– Я не доктор и не могу продлить ей больничный лист. Это не в моей власти! Что ты терзаешь меня глупыми рассуждениями? – огрызнулся Кайрат, – не могу взять в заложники этого долбанного врача и заставить его быть милосердным.

Парень рывком достал трико и стал стягивать джинсы. Переодевшись, Кайрат сходил в уборную и помыл в раковине руки.

– Ты не хочешь со мной разговаривать? – осторожно спросила Лиля, когда муж вернулся. – Всё наладится!

– Когда? – с вызовом крикнул Кайрат. – Когда наладится? Ты знаешь дату и время, чёрт побери? Завтра? Послезавтра? Через месяц или десять лет?! Сколько ждать? Всю жизнь?!

Установилась мёртвая тишина. Замкнувшись, Лиля вышла из маленького зала на кухню. Кайрат встал у окна и, прикрыв глаза, потёр лоб. Он думал. Думал обо всём и сразу. Мысли рывками цеплялись за края бесконечных проблем и, не удержавшись, тут же переносились на следующую. Кайрат вспомнил маму. Она осталась в посёлке. Бледная и слабая. Две недели родной человек пролежала в больнице с двухсторонним воспалением лёгких. Кайрат обвинил себя в том, что не распознал и не придал значения маминому кашлю, разрывающие бронхи и лёгкие напополам. Да, позднее, когда мама начала жаловаться на боли в правом боку, он ставил ей горчичники, покупал лекарство от кашля, кипятил молоко. Таблетки обладали неким психологическим воздействием, заставляя верить в их чудотворность, но, к сожалению, нисколько не облегчали состояние больной. Слабо улыбаясь, с виноватым выражением на лице, мама заверяла сына, что ей стало легче и скоро она поправится. Мама не хотела брать больничный лист, мотивируя тем, что подобное решение существенно скажется на зарплате. Он совершил ошибку, оттого что не пытался её отговорить. Впрочем, сын понимал, что означает отсутствие на работе. Более двух лет он провёл на рынке в режиме бесконечной гонки за деньгами. Установившийся, бешеный ритм опечатался в память, отодвинув текущие задачи и, прикрыв ширмой, остальные семейные радости. Но у матери имелся в наличии ещё один нюанс. Руководство зверосовхоза смотрело на отсутствующих по болезни работников со скрытой подозрительностью, полагая, что те их обманывают и не допускали тот факт, что работник в действительности может захворать. Болезнь прогрессировала и, в конце концов, как и следовало ожидать, мама слегла с температурой. Пришедшая по вызову женщина – врач, приблизив фонендоскоп, подняла удивлённые глаза. Резкий свист и хрипы указывали на то, что болезнь запустили. Она срочно выписала направление в городскую больницу, на немедленную госпитализацию. В этот раз мама не спорила с мнением специалиста. Она чувствовала, как с каждым днём усугубляется её самочувствие. Таблетки уже не помогали. Требовалось срочное вмешательство классифицированной медицинской помощи, с применением внутримышечных уколов пенициллина и с полным, назначенным терапевтическим врачом, курсом лечения. Смирившись, мама согласилась лечь в больницу. Кайрат отвёз её в приёмное отделение двенадцатой, городской больницы и передал в руки суетливых врачей. Каждый день он посещал её. Часто к нему в компанию присоединялась Лиля, по вечерам, когда она возвращалась с работы. Стебелёк собирала нехитрую снедь в сумку, и они вдвоём отвозили продукты к матери. После первых дней интенсивного лечения, маме стало лучше. Кайрат заметил, как тронул нежный румянец щёки и живительным светом загорелись её глаза. Она стала меньше кашлять, причём исчезла эдакая надрывность, когда возникала обеспокоенность за несчастные бронхи, которые она словно пыталась выплюнуть их наружу. Мама гладила Лилю и сына по плечу, выражая любовь и признательность. Она журила, за полную продуктами сумку, и порывалась большую часть привезённой еды забрать обратно. Мама уверенно утверждала, что «…в больнице кормят превосходно!». Однако Кайрат не слушался и настырно гундел, напоминая советы врача «…больной надо нормально питаться!».

Кайрат отрешённо смотрел в окно. На кухне журчала вода. Вероятно, Лиля мыла посуду. Его мысли вернулись к матери. По окончании двух недель мама прошла флюорографию, по результату которой врач подтвердил её выздоровление, но впредь посоветовал беречься, чтобы избежать новых простудных заболеваний. Он предупредил, что существует вероятность того, что болезнь может вернуться, по причине слабости организма. На рентгеновском чёрно-белом снимке, он показал ей узелок, оставленным коварным воспалением на беззащитных лёгких. Пожилой профессор велел избегать сквозняков и, по мере возможности, всячески оградиться от физической работы, заставляющей тело потеть. Мудрый врач поинтересовался, где она работает, а получив в ответ «на звероферме, забочусь за кроликами», замолк. Он сокрушённо покачал седой головой, прекрасно разбираясь в том, что служебные обязанности женщины преимущественно проходят в обдуваемом всеми ветрами дырявом корпусе фермы. С этим он ничего не мог поделать. Однако профессор дал недавней больной совет, вкладывая в слова благородный смысл. Он подсказал, открыть новый больничный лист у своего терапевта в районной поликлинике. Профессор был уверен, что местная докторша поддержит городского коллегу и добавит неделю к домашнему лечению, позволив окрепнуть, измученному уколами, организму немолодой женщины. Однако медицинский светила просчитался. Терапевша не прониклась добросердечием, а отнеслась к пациенту сухо и казённо. Человек, называющей себя врачом, а, по сути, являющейся бессердечной тварью, нудно прочитала лекцию о том, что маме не положено продлевать больничный лист на том основании, что есть выписка из больницы, где указано, что она полностью выздоровела. Врачиха напомнила о формулярах и нормативных актах, которые она должна соблюдать в учреждении медицинского обслуживания. Она потрясла перед лицом сникшей женщины выпиской и рентгеновским снимком, а затем торопливо перенесла информацию в тетрадку истории болезни. Затем, нарочито лениво кинула объёмную тетрадь на стол и, приказала по пути сдать документацию в регистратуру. Когда Кайрат узнал об этом, он возмутился равнодушием и наплевательским отношением сотрудницы местной поликлиники. Тем не менее, завтра маме предстояло выходить на работу. На работу, полную физических нагрузок и тяжёлых условий труда. Кайрат разделял мнение профессора и его пугало, что мама вновь ринется исполнять обязанности, позабыв о мерах предосторожности. Кайрат, как любящий сын, поделился с ней своими волнениями. В ответ она заверила, что всё обойдётся и ему нечего беспокоиться.

– Я здорова и постараюсь не болеть, – пообещала мама за чашкой чая, стараясь придать голосу твёрдости, – буду очень аккуратной и осмотрительной. Не стану напрягаться и простужаться.

Кайрат грустно улыбнулся словам матери. Термина «не напрягаться» при её бешеной нагрузке и аврального режима просто не существовало. Она трудилась, как паховая лошадь. Без минуты отдыха и случайного перерыва. Да, рабочие, бывало, поднимали волнение, пытаясь протестовать против рабских условий. Руководство совхоза активно искало зачинщиков и смутьянов, но их поиск терпел фиаско. Рабочие, как один, были настроены решительно, проявив несгибаемую волю. Администрация, видимо, испугавшись, что протесты примут массовый оборот пошли на уступки и позволили удлинить обеденный час. Благодаря новшеству, мама успевала забежать домой. Однако на этом закончились радости для трудящихся. Тем не менее, у мамы была работа. А его обязанности, как распространителя канули в лету. Он остался не у дел и без работы.

– Сволочи! – ругнулся Кайрат. – Вышвырнули, как блохастого щенка. За шкирку и через порог!

Кайрат вернулся мыслями к последним событиям на рынке. Уже десять дней он изредка появлялся на базаре. Смелым планам не суждено было сбыться. От прежнего присутствия на рынке, занимавшего ежедневно более шести часов дневного времени не осталось и следа. На следующий день после посыпавшихся угроз от Лохматого и Паштета, он стал осторожен. Оставив машину на стоянке, Кайрат взял небольшую пачку пакетов в триста штук и положил в неприметную маленькую сумку. Тележку парень оставил в багажнике. Быть заметным с огромным багажом товара он не рискнул. Кайрат не хотел, чтобы Паштет выполнил обещание и отобрал пакеты. Распространитель каждый раз видел коренастую фигуру Лохматого, детально обходящего территорию. Казалось, что Лохматый будто специально его ищет. Также Кайрат издали заметил того парня, который сидел в комнатушке и выпускал пузыри из жевательной резинки. Так же, как Лохматый, он тоже, горящим взором немецкой овчарки, высматривал людей. Это было похоже на облаву, применяемую охотниками за глупой дичью. Не оставалось сомнений, что шестёрки из команды Паштета выполняют его грозные приказы. Доступ к торговкам в лабазе и на улице был перекрыт. Кайрат оставил затею незаметно снабдить пакетами торговок. Слишком рискованным оказалось данное мероприятие. Он решил перейти на другую половину рынка, где контроль Паштета был ослабленным. Кайрат быстрым шагом направился к Наташе, крадучись и с предельной осторожностью. За рядами, торгующими семечками, его негромко окликнули. Кайрат покрутил головой, отыскивая источник звука. Он увидел Пашу, выглядывающего из-за угла. Заметив, что Кайрат его обнаружил, Паша махнул рукой, подзывая.

– Привет! – Пашка протянул руку.

– Здорово! – Кайрат по привычке покрутил головой вокруг.

– На войне, как на войне?

Он последовал примеру Кайрата. Его взгляд был сфокусирован на то, что творилось вокруг. Паша внимательно всматривался в физиономию каждого мужчины, приближающегося к ним.

– Зачем прячешься? – полюбопытствовал Кайрат.

– А ты, зачем? – отфутболил близкий конкурент.

Кайрат недовольно скорчил лицо.

– Паштет и Лохматый достали! Меня поймали. Стращали. Велели больше на рынке не якшаться и не торговать!

– Когда поймали? – Паша проводил подозрительным взглядом двух грузчиков, толкающих большую тележку с коробками.

– Вчера. До тебя очередь не дошла?

Паша криво усмехнулся и сплюнул.

– Дошла. Меня запугали на прошлой неделе.

Кайрат встрепенулся.

– Теперь я понимаю, – словно разговаривал сам с собой, проговорил Кайрат, – Паштет спутал меня с тобой.

– С кем?

– С тобой! Когда Лохматый притащил меня в кабинет к Паштету, то главный бандюган заявил мне, что он уже предупреждал. Значит, Паштет тебе внушал мысль о недопустимости торговли?

– Увы! – открылся Павел, – мне запретили торговать и разносить пакеты.

– Мне тоже запретили!

– Они хотели, отнять пакеты. Уроды! Кое-как унёс ноги. В лабазе всем торговкам выдали фасовку. Они подмяли под себя наших клиенток.

Кайрат сурово поджал губы.

– Я знаю. Мне сообщили Рузалия апа и Вера. Хозяйка точки оперативно припёрла им пачку. Сегодня даже не смог попасть в лабаз. Люди Паштета крутятся внутри, как вокзальные шалавки и за всем бдят. Ты ходил к Димонычу? – Кайрат, словно часовой, не забывающий о караульных обязанностях, оглянулся вокруг.

– Ходил.

Кайрат резко обернулся. В его глазах затеплилась надежда.

– Димоныч пообещал урегулировать вопрос?

– Его больше не будет на колхозном рынке.

– Как? Почему?

– Димоныч пропал. Исчез. Провалился. Скрылся с горизонта, как перхоть после душа. Не найти!

– В киоске смотрел?

– Нигде нет.

– Ну, Паш, что делать?

– Ума не приложу. У тебя много товара осталось?

– Больше пятидесяти тысяч фасовки. Могу тебе возвратить долг пакетами? – грустно пошутил Кайрат.

– У меня тоже гора пакетов. На черта мне вторая куча?!

– Тогда тебе придётся чуток подождать. Ты не против?

– Понимаю, Кай! Конечно, подожду. Ты знаешь место, куда можно сбросить товар?

– На рынок «Пионерской» буду скидывать. Торговля, конечно, слабенькая, но по тысяче штук каждый день «уходит». Постараюсь не задерживать с оплатой. Спасибо, Пашка, за понимание!

После того, как Кайрат приобрёл автомобиль и осуществил дорогой ремонт, денег на товар у него не осталось. Он заключил с Павлом устное соглашение, по которому Паша снабжал его пакетами. Таким образом, Пашка протянул руку помощи товарищу, предоставив партию пакетов на реализацию. Из ста тысяч штук, завезённых в квартиру, Кайрат успел продать тридцать. Остальное, тяжёлым грузом, остались.

– Я по магазинам пробегусь! Пакеты тоже им нужны, – словно советуясь, поделился Паша, – в один из них уже заходил и предлагал.

– Ну, и как? Результат есть?

– Ни хрена!

Кайрат скорбно покачал головой. Конечно, чтобы сдать пакеты незнакомым продавщицам, нужно вновь выстраивать отношения и каждый день мелькать перед глазами.

– Куда, Кай, ты направляешься?

– К Наташке. Торгует сыпучкой. Знаешь её?

– Это та…, толстоватая…, в самом начале ряда? – руки Павла очертили грубую кривую в области талии.

– Да.

– Она у меня не покупает. Твоя клиентка.

– Мы с ней договорились. Наташка станет покупать пакеты у меня и у хозяйки.

Павел выбросил окурок на асфальт и раздавил грязной подошвой.

– Неплохо придумали.

– Как денег наберу, Паш, сразу звякну, – Кайрат поднёс пустую ладонь к уху, показывая, будто у него в ладони трубка телефона, – приложу усилия, чтобы ускориться.

– Хорошо! Буду ждать с нетерпением!

Кайрат прекрасно понял последние слова Павла, который опасался невольно обидеть Кайрата, но мягко намекнул, что должок желательно вернуть поскорее.

– Привет, Наташка! – перед тем, как приоткрыть сумку Кайрат скосил глаза направо и налево, будто определял длину улицы.

– Приветик, Кайратосик! – девушка распахнула ресницы.

– Держи триста штук.

Она соблюдала секретность процедуры, моментально спрятав пачку под прилавок.

– Почему триста? – удивившись, спросила она. – Мы договаривались на две тысячи штук?!

– Принесу позже ещё. Эти пакеты предназначались для лабаза, но там облава. Не получается незаметно туда пролезть!

– Поняла. Когда принесёшь остальные?

Распространитель кивнул головой.

– Сейчас…подожди.

Развернувшись, Кайрат поспешил на стоянку. Через двадцать минут, он снова оказался возле Наташи.

– Бери, – тайная операция передачи фасовочных пакетов повторилась с точностью куска карбида, шипящего в луже дождевой воды.

– Отлично! – она воодушевлённо посмотрела на него, – я предложу пакеты остальным девчонкам. Через два дня приходи за деньгами и приноси ещё. В крайнем случае, я тебе позвоню, или скину смс-ку.

– Наташ, я крайне тебе признателен!

– Пустяки! – скромно прищурилась она.

– Кай, я сварила суп!

Он оторвался от воспоминаний, произошедших на днях. Парень глянул на жену. Стебелёк стояла, держа в руке тарелки.

– Садись за стол! – Лиля ждала ответной и покладистой его реакции.

В последнее время её тяготило, что супруг стал слишком нервным. Она знала о неприятностях на рынке и старалась, усмирить вспышки гнева проявлением ласки. Вот и в этот раз Лиля решила не напоминать о недавней перепалке, чтобы не усугубить положение.

– Кай, суп сварился. Поешь, пока горячий! – ласково попросила она.

– Я не хочу! – буркнул он, вновь отвернувшись к окну.

Опустив руки, Лиля разочаровано выдохнула. Тарелки жалобно звякнули, будто пожалели милую хозяйку. Лиля вздрогнула от неожиданности, когда в тишине настойчиво пискнул мобильный телефон мужа. Кайрат отыскал взглядом аппарат и взял его в руки. Лиля украдкой посмотрела, как он открыл сообщение и пробежался глазами по мелким строчкам. Кайрат чему-то злорадно усмехнулся. Лилю пугала подобная перемена с ним. Он становился чужим, когда принимал и читал неизвестные смс-ки. Она не имела представления, кто ему пишет. Лиля вышла из комнаты, но, уходя, заметила, как Кайрат принялся, набирать текст. Она поняла, что муж отвечает неизвестному абоненту, но отогнала прочь неприятные мысли о том, что Кайрату пишет знакомая девушка. Тем не менее, сомнение, будто картофельная червоточинка, тревожно закралась в её сердце.

За окном буйствовала настоящая весна. Деревья оделись в листочки, нежно-зелёного цвета, радуя глаз. На клумбах расцвели первые, яркие цветы. Асфальтовые дорожки высохли, и появилась первая пыль, которая не раздражала горожан, а скорее наоборот являлась вестником предстоящей летней жары. Люди хотели тепла и солнечного света. Пролетели майские, садово-огородные и шашлычно – разгульные выходные. Кайрат с матерью высадили картофель, так как погода благоволила сеятелям. Кайрат чаще задерживался в посёлке, усердно помогая, матери по хозяйству. Она до сих пор была слаба после перенесённой болезни, но не показывала виду. Любящий сын старался огородить её от тяжкой домашней работы. В город он возвращался вечером, как обычно молчаливый и отрешённый. Попутным делом парень искал работу, высматривая и выспрашивая знакомых об открытых вакансиях. Кайрат окончательно смирился с тем, что путь на рынок закрыт. Гора с пакетами на съёмной квартире очень медленно таяла, лишь благодаря усилиям Наташи и её неиссякаемому мастерству в торговом деле. Кайрат пытался, ускорить продажи. Он ни в коей мере не отказался от посещения второго рынка по улице Пионерской, лишь бы спихнуть опостылевший упаковочный материал. Однако по реализации товара не мог догнать ушлую Наташу. Со стороны казалось, что это не она, а он помогает избавиться ей от надоевших фасовочных пакетов. Освободившиеся от торговли деньги, он отдавал Павлу, на оплату долгов. Как правило, Наташа скидывала ему смс-ку. В ней она сообщала, что «…пакетики продала. Деньги у меня. Жду тебя!». Количество ежедневных сообщений превышало все допустимые нормы. В большинстве своём они не касались деловых разговоров. В них Кайрат читал всякие мыслимые и немыслимые глупости и пошлости нескромной девушки. В некоторых она сообщала «…я принимаю ванну. Жаль, что тебя рядом нет!», «Хочу дотронуться до твоего «мальчика»!», «я по тебе очень и очень скучаю!», или «Милый Кайратосик, мои сосочки напряглись, ожидая нашей встречи!». Читая подобные недвусмысленные намёки и предложения, Кайрат потешался. Он отвечал ей схожими словами, будто играя в интимную игру. Впрочем, у Кайрата не возникало мысли переступить опасную черту супружеской измены. В семь часов утра Наташа будила его нежным телефонным приветствием «С Добрым утром, дорогой!». В обед она желала ему «Приятного аппетита, милый!». Вечером неизменным приходило сообщение «Спокойной ночи, Кайратосик! Пусть я приснюсь тебе в эротическом сне!». Слишком часто она напоминала о его обещании прийти в гости. Вначале он отнекивался и отшучивался. Тем не менее, он не мог разорвать с ней отношения. Торговка здорово выручала, и он искренне принимал её помощь.

В конце концов, Наташа вынудила парня посетить её квартиру под предлогом необходимости принести дополнительную партию пакетов и денежного расчёта по старым долгам. Они договорились, что Кайрат придёт в свободный день, когда она не будет занята на рынке. Однако, вопрос, в какой день это произойдёт, остался висеть в воздухе. График рабочих и выходных дней продавщицы Наташи зависел от множества факторов, даже самых бестолковых и нелогичных, которых невозможно было предугадать. Например, от настроения хозяйки точки, подводящей окончательную черту в конечном решении.

Кайрат вышел из поселкового дома, попрощавшись с матерью. Он приближался к машине, когда в кармане завибрировал сотовый телефон. Парень не удивился. Кайрат безошибочно догадался, от кого прилетела смс-ка. Экран осветился приятным зелёным светом.

«Милый Кайратосик, через четыре дня настанут выходные, и, наконец-то, мы встретимся!», – жизнерадостно написала Наташа.

Парнишка остановился. Нажав в телефоне на команду «Ответ», парень набрал текст. Его встречное предложение выражало согласие и лживый восторг от предстоящего свидания.

«Привет! С нетерпением жду встречи! Пакеты принесу! Напиши точнее, в котором часу?».

Парень ткнул пальцем на другую кнопку, отправив сообщение по адресату. Неожиданно он услышал голос.

– Какие мы деловые! С телефоном умеем обращаться!

Кайрат оторвался от экрана мобильника. Он увидел Старика и неизвестного парня. Одноклассник был навеселе и плохо держался на ногах.

– Привет, Старичелло! – Кайрат подошёл ближе. Он протянул руку другу, а потом парню.

–Знакомься, Вадим! – Айдар повернулся к парню. – Перед тобой мой самый лучший дружбан и соратник – Кайрат!

– Как я, или лучше меня? – не к месту ляпнул парень, поставив нетрезвого Старика в тупик, бестолковым вопросом.

Кайрат пристально разглядел нового знакомого. Вадим был среднего роста, с удлинённым лицом и чёрными волосами. Его можно было бы назвать симпатичным, если бы не неестественно крохотный нос. «Благодаря» этому физическому дефекту, Вадим был похож на обезьяну. На нём была чёрная футболка с короткими рукавами и синие, похожие на школьную форму, брюки. Его глаза смотрели на мир циничным и высокомерным взглядом.

– Мы с Каем учились в одном классе, – через долгий промежуток времени отыскал ответ Старик, – сидели за одной партой!

– Значит, вы однопартитутки! – без зазрения совести объявил тот, косо посмотрев на Айдара.

– Ага! – обрадовался Старик, которому пришлось по душе сравнение Вадима. – Партитутки!

Кайрату не понравился новый знакомый. Вадим нашёл не самую лучшую фразу для сравнения дружбы между Кайратом и Айдаром. Его хамоватый и назидательный тон разбудили у Кайрата желание треснуть наглеца по морде. Вадим вёл себя вызывающе некрасиво.

– Что празднуешь, Старик? – поинтересовался Кайрат у товарища, игнорируя невежливого типа.

– Мы с Вадимом выпили водки, – Айдар икнул.

– Вижу, что не молока! – Кайрат нахмурился.

– Хи-хи! Молока…, – Айдар вытер рот тыльной стороной ладони, словно молочный продукт оставил след на губах, – мы хотели купить полулитру, но у нас нет денег. Соображаешь?

Кайрат кивнул.

– Конечно, соображаю…, скажу больше, Старичелло…, я тебя прекрасно понимаю. Потому что сам оказался в похожей ситуации.

– Как? – глаза Старика округлились. Казалось, что он был потрясён, – Кай, даже у тебя нет денег?

– Вот такая хреновая ситуация, – признался Кайрат, – мало того, нарисовались долги.

– Долги есть у всех. Тачка твоя? – подал голос Вадим.

– Конечно, его! – опередил с ответом Старик.

– Моя, – подтвердил Кайрат, размышляя, куда клонит Вадим.

– Хорошо, – внезапно задумался новый знакомый.

Старик хлопнул Вадима по плечу.

– Ты хочешь привлечь его в дело?

– Вероятно…, – загадочно ответил Вадим. Он сунул руки в карманы брюк и пытливым взглядом осмотрел машину.

– Что вы задумали? – забеспокоился Кайрат. Он ощутил угрозу, которая медленным ядом истекала из человека, стоящего рядом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.