Алукард Огнеяров
Кристина в лесу

Глава 1. Кристина

Наступил полдень. Кристина сидела на ярком цветастом пледе, поверх зелёной сочной травы. Тень от старого пышного каштана прикрывала её золотистую кудрявую голову от горячего пекущего солнца. Как обычно это у неё заведено в это время, она занималась плетением первого цветочного венка себе на голову на день вперёд.

Это было её тайное место. Чтобы мальчишки не донимали её со своими неинтересными играми, она всегда уходила сюда и проводила тут по несколько часов. Плела венки для себя, сестёр и подруг. Потом собирала их и возвращалась домой. Её старшие сёстры в это время вечно куда-то пропадали. Так что не было никакой возможности узнать, куда именно они девались. Подружки же расходились по домам из-за жары. У них были не такие светлые головушки и они боялись что даже через платки им напечёт. Потому и сейчас, она привычно была одна. Сосредоточенная над любимым делом.

Её пальцы ловко перебирали яркие цветы, не заминая распустившиеся бутоны, а стебельки она вкручивала и подвязывали в общий пучок будущий ободком. Время обычно пролетало незаметно. Жара спадала и она набрав в руки ещё пахнущих свежестью цветов уходила домой. Мальчишки, когда видели её с полными руками цветочных венков, никогда не приставали с предложениями побегать вместе с ними. Знали, что Кристина ни за что не согласится. Прежде чем отдаст все свои рукоделия. А на это могли уйти долгие часы. Пока она обойдёт всех и подарит пахнущие частички лета.

Подул лёгкий ветер и принёс первые душные ароматы с полей впереди. Отсюда сверху, с холма, хорошо просматривалась деревня и если бы не пышная зелень, она бы смогла видеть пожалуй всех её жителей сразу. Проходясь очередной раз глазами по макушкам вылезающих из общей зелёной и цветущей массы деревьев крыш домов, Кристина заметила яркую бабочку. Она летела на неё гонимая ветерком. Да такая яркая и цветастая, что её плед и пожалуй все цветы с округи меркли на её фоне.

По мере приближения, она становилась всё больше. Кристина никогда в жизни не видела таких огромных и красивых бабочек. Одни её крылья были несколько раз больше её раскрытых ладоней. Такие крылья пожалуй были даже больше некоторых самых больших рук у мужчин во всей деревне. Её невероятные узоры на крыльях мерцали и блестели, а множественные глаза словно моргали и смотрели на неё, счастливо и весело ей подмигивая голубыми, синими и зелёными глазами, пока бабочка безмятежно и легко парила.

Невероятная бабочка летела прямо на девочку, так что она быстро выронила свой законченный до середины венок. Выронила и пучок свежих цветов, взятый из основной массы, набранных по пути сюда. Бабочка в последний момент обогнула лицо девочки. Кристина моргнула, тут же хлопнула ресницами, оглянулась и пустилась за ней вслед. Ей очень хотелось посмотреть ещё на её невероятный узор. Запомнить его и рассказать потом о нём своим сёстрам и подружкам. Она была уверена, что её больше никогда и никто не видел. Кроме её одной. Так как об этом бы уже давно знала вся деревня. Ведь такое великолепие просто невозможно было бы утаить.

Ветер захлопал полами её платья. Кристина быстро пронеслась вслед за бабочкой, пока та летела до края леса и скрылась в его тени. Она подумала, что вот если сейчас успеет добежать, то точно рассмотрит весь её узор. Но сколько бы она не бежала, глаза на крыльях бабочки всё задорно подмигивали и подглядывали за ней сквозь ветви и листву. Она всё порывалась догнать её. Вот-вот и того гляди сейчас ухватит её незримую красу и многообразье красок. Но по мере углубления скорость её только падала, а бабочка поднималась всё выше, пока вовсе не пропала из её виду.

Когда бабочка совсем пропала из виду, Кристина остановилась запыхавшись. Теперь она пытаясь отдышаться после такого скорого бега и сама не могла бы понять, что её так привлекло в ней. Какая такая загадка узора и глаз, заставила её бежать за ней, да так долго. Обычно Кристина не ходила одна в лес. Он хоть и был поблизости. Но ей было там нечего делать. К тому же взрослые никогда не советовали детям ходить в лес. Тем более в одиночку.

Кристина часто посматривала на дубраву, но заходить желания у него не было. Сейчас она шла с интересом засматриваясь на трёхсотлетние деревья. Раньше ей доводилось только слышать о них. Видела такие толстые стволы она только на мостах через реку Кривульку, что протекала по центру, через всю деревню. В живую же они поразили её своей высотой гораздо сильнее. Но интерес к мощи природы угас быстро. Стоило только ей увидеть лесные цветы.

Это было настоящее чудо. В поле такие точно не растут. И в деревне, и вдоль дорог таких не бывает, и не найти таких даже в клумбах у домов. Не найти таких цветов даже в саду у старой девы, садовницы Охее. Кристина тут же напридумывала, каких чудесных цветов она нарвёт и возьмёт с собой, чтобы наплести самых невероятных венков. Глаза её разбежались.

– И кто бы мог подумать, что позади моей спины, лишь стоило зайти немного, водиться такая невероятная красота! – невольно восхитилась Кристина и стала собирать их.

Тщательно выбирая цвета и дёргая цветы подальше от основания бутона, чтобы было больше простора для вплетения, она чрезвычайно увлеклась. Когда её руки были полны уже подвязанных для переноски пучков. Она твёрдо решила выходить из леса. Твёрдо ступив в обратном направлении, она вскоре наткнулась на такие густо поросшие кусты красных спелых ягод малины, что в животе у неё тут же заурчало.

– Ну я только несколько ягодок съем и вот тогда пойду, – произнесла она уже прожёвывая горсть спелейшей и сладостной ягоды.

Она и подумать не могла, что в лесу водиться настолько вкусная малина. Она была конечно же слаще той что она часто ела в деревне. Во много раз слаще и при том крупнее и ароматнее. Она не могла взять в толк, что никто не ходит сюда за ними. Это было для неё слишком удивительно. Их же тут хватит на всех!

Когда она наелась, то вовремя спохватилась и не теряя чувства направления, подхватила букеты и двинулась обратно. Но вот новая напасть. Перед ней раскинулись удивительно крупные кусты земляники. Красные ягоды так и плясали под её ногами, пока она шла прямо по ним, стараясь не смотреть себе под ноги.

– Ну я только несколько ягодок съем тогда, – успокоилась Кристина, – Вот тогда и пойду назад, – она совсем остановилась и присела.

На этот раз она поела их меньше. С сожалением подумывая о том, что надо было ей съесть меньше малины. Довольная и сытая Кристина взяла себя в руки, вытерла красные от ягод губы, утёрла руки о траву и подхватив букеты цветов, вновь отправилась на выход из леса. Вот только просвета всё никак не наблюдалось. Вообще ей приметилась одна несущественная деталь. Уже давно пора было бы и выйти. Забежала то она не так глубоко. А просвета солнечного, за которым был холм с видом на деревню и её любимое место под пышным каштаном, всё не наблюдалось.

– Не может же так быть. Я не глубоко зашла. Как, может я так невнимательна была?

Кристина ещё раз осмотрелась, но не было ни одной веточки, ни единого дерева или кустика, за который бы мог зацепиться взгляд, чтобы признать его знакомым в качестве ориентира на выход из леса. Она так увлечённо бежала за бабочкой, что позабыла обо всём на свете, а теперь не могла сосредоточиться, куда же ей идти. Кроме чувства направления, которое начинало её постепенно подводить, у неё совсем ничего не осталось. Кроме букетов в руках и приятного наслаждения на языке от диких, но спелейших лесных ягод.

– Я заблудилась! – в ужасе призналась себе Кристина, но тут же успокоилась и опустила руки, чуть не выронив красивые букеты. – Так нет же. Вот тропка! Я не пропала. Я спасена.

Она выбежала скорее на тропу. Её очень удивило, что через столь внушительный и могучий лес, есть такая узкая и хорошо проложенная тропинка, будто по ней каждый день проезжают ярмарочные кудесники в пёстрых рубахах с рукавами до земли, на нелепых но очень смешных одноколёсных велосипедах с соломенным сиденьем. Она невольно улыбнулась, представив едущих их здесь в ряд, а у каждого в руках, чтобы не терять хватки в пути, крутятся в жонглирующих руках яблоки, груши, початки кукурузы, огурцы и прочие круглые продолговатые предметы, для удобства обращения.

Потрясая слегка головой, так что все её волнистые золотистые волосы разлетелись в стороны и тут же легли обратно на спину, она отпустила такие вздорные мысли. Посмотрела в обе стороны. Света не идёт ни с одной стороны. Куда пойти, она не знала. Но теперь это её сильно уж очень не беспокоило. Такая уверенная тропа точно не заброшена и наверняка её выведет в нужном направлении. Осталось только решить идти на право или на лево. Тропа словно нарочно была поперёк направления, в котором она изначально выход из леса. Но надеяться на него она не стала, так как когда бежала сюда этой тропы не заметила. Слишком она очевидная чтобы она могла пропустить её, даже гнавшись за чудесной и такой невероятной красивой бабочкой.

Как то Кристина слышала, что если не знаешь куда повернуть, то лучше повернуть на право. Так как левосторонний путь, почему-то не очень приветствовался всеми жителями деревни. Золотой срединный путь, про который она слышала, тут был почти не применим, поэтому она без долгого выбора, предпочла ступить направо. К тому же деревня в большую длину была действительно правее и так было больше шансов, что она выйдет к ней раньше, чем зайдёт солнце.

Она бы стала рефлексировать по поводу темноты и одиночества в незнакомом лесу, но вдруг путь ей пригородило лежащее поперёк тропы упавшее высохшее дерево. Усевшись на него она положила рядом с собой букеты и решила отдохнуть с минуту. Оставаться на тропе для неё было уже не столь страшной перспективой.

Вдруг Кристина заметила какое то малозаметное изменение, во всём что было рядом с ней. Лес словно замер, воздушные массы остановились, кузнечики словно и те на миг остановились, а птицы как будто невольно замолкли. Поймав эту перемену девочка одёрнулась. Так как прямо в каких-то пару шагах, пред ней стоял высокий незнакомец во всём чёрном. Тут же время и всё вокруг, вдруг словно вновь обрело привычный ход.

Его длинный наряд напоминал скорее безразмерный плащ. Лица она не заметила, так как голова его была укрыта глубоко в объёмный капюшон. Рукава закрывали кисти по основания пальцев. Длинные пальцы же были затянуты в перчатки из непроницаемо чёрной материи, как и всё платье незнакомца в целом. Сапогов она его не видела, так как полы доходила до самой земли но не касались её в палец, позволяя оставаться ему очень чистым. Любопытно что на нём кроме чёрного одеяния, как и собой ничего не было. Ни сумки, ни рюкзака, ни даже пояса. Плащ сидел на нём свободно и эта безмерная загадочность очень напугала Кристину. Надо ли говорить что напугала её и внезапная перемена что произошла вокруг, вместе с его самим менее внезапным появлением у неё на виду.

Глава 2. Странник

Кристина кротко и рефлекторно вздохнула, приоткрыв рот. Так как она совсем не дышала и наверно побила бы все рекорды мальчишек, когда они задерживали дыхание на местах отмели Кривульки под водой. От него шёл особый запах. С одной стороны знакомый, приятный и притягивающий, с другой стороны немного отталкивающий.

– Здравствуй, – невольно сорвалась с её губ вежливость.

– Здравствуй дитя.

– А ты кто?

– Я странник.

– От слова странный?

– Ха-ха-ха, – засмеялся он и больше ничего не сказал.

Кристине внезапно понравился его смех. Она сразу перестала его бояться.

Голос его был очень красивый, ласковый и добрый. Она прониклась к нему доверием. А ещё это его загадочное, лёгкое благоухание. Будто это был аромат жасмина. Да-да. Очень похожий аромат на жасмин. Кажется, это и был жасмин. Но только не тот жасмин, к которому она привыкла. Скорее это было что-то невероятно похожее на него. Не конкретно он. Запах этот не сведующему в цветах человеку, а тем более несносному мальчишке, почти не отличить. Она бы точно додумалась, что это выжимка, какие делает Охея для взрослых женщин, чтобы они могли больше нравиться мужчинам. Но ход её размышлений и воспоминаний о бутыльках с запахами Охеи прервал его приятный голос.

– Что ты здесь делаешь Кристина?

– Я здесь присела передохнуть с дороги.

– И всё?

– Нет. А откуда ты знаешь моё имя?

– Я знаю многое, – по голосу он сейчас наверно улыбался и Кристина представила будто это какой-то давно забытый ею знакомый, правда просить его снять капюшон она постеснялась.

– А знаешь ли ты тогда, в правильном ли я иду направлении?

– Безусловно в правильном. А куда именно ты идёшь, если ты ещё сидишь?

– В деревню.

– Тогда позволь я сяду рядом лишь на миг. А потом я провожу тебя. Пока нам будет по пути.

– Хорошо.

Незнакомец в чёрном опустился рядом. Одежда его колыхнулась в одно облачко и тут же вновь обвисла по стройному силуэту. Насколько он был стройный, она могла только гадать, но из голоса, он представился ей именно таким. Так они и просидели без слов и разговоров. А потом он легко поднялся, перешагнул бревно, так как оно было высоким только для Кристины и повернул тёмный взор капюшона к ней.

– Пошли?

– Пошли, – согласилась Кристина и хотела взять свои букеты, но увидев их немного замерла.

Девочка не могла поверить своим глазам. Почти все букеты завяли, бутоны обсохли, а некоторые даже обрели цвет осеннего гербария.

– В чём дело?

– Цветы увяли.

– Оставь их здесь. В них больше жизни нет.

– Почему это случилось?

– Лес забрал их силу.

– Мы же так недавно тут сели, – Кристина замолчала.

– Не переживай о них, – мягким густым голосом ответил незнакомец. – Я поведу. А ты поспевай.

Девочка последовала за ним. Его плавные, мерные и наверно очень большие шаги, заставляли полы его платья буквально лететь за ним. Летела и Кристина, часто перебирая своими ещё совсем не длинными, как ей хотелось бы ногами. Лес несколько раз поменялся, а потом стал редеть. Чаще стал появляться мох. Древние деревья всё чаще уступали место небольшим изогнутым деревцам и кустарникам.

Чаще попадались ягодки. Жёлтые, оранжевые, красные, розовые, синие, голубые. Кристина видела некоторые впервые. Были ли они съестными? Если бы незнакомец не шёл так быстро, она бы трижды подумала пробовать ли их ей просто из любопытства или оставить. А любопытство её просто распирало, так что скорее всего, она бы их точно попробовала, хотя бы просто на один зуб.

Яркая перемена местности и уклон по которому они теперь шли, вывели их к самому настоящему болоту. Под ногами размякла земля. Местами зачавкала. Кристина совершенно не могла понять, как они оказались на болоте. Вместо того, чтобы оказаться на холме. Столь невероятная подмена ожиданий, приключившаяся с ней за столь короткий промежуток времени, теперь целиком отразилась на её лице. Она остановилась.

Незнакомец тоже остановился. Он мог и не услышать бесшумный топот её башмачков о мягкую влажную почку и мох, но обернулся и остановился вовремя. Она посмотрела на него своими огромными синими глазами и пожала плечами.

– Что-то не так?

– А мы точно идём в деревню.

– Абсолютно дитя. За болотом есть деревня.

Кристина бы поколебалась, но возвращаться одной обратно в тень леса, не хотелось. Обернувшись, она увидела темень. Свечеро быстро. Незнакомец вдруг остановился и повернув под углом в девяносто градусов, стал обходить болото. Кристина сразу поняла, что так он точно не приведёт её в деревню до темноты и решилась на отчаянный поступок пройтись по болоту. Кочки не казались ей такими уж ненадёжными, какими их часто описывали в сказках. К тому же на болоте росло множество цветов. И Кристина была уверена, что если уж болото держит цветы, то её саму оно точно сдюжит. В отличии от большого незнакомца в чёрном. Хотя судя по походке, но слово не шёл, а парил, слегка оторвавшись от земли. Впрочем по широким полам его чёрного платья до конца было не понять. Идёт он там или же парит.

– Почему бы нам не пойти через болото напрямик?

– На нём много духов. Не люблю когда они просят меня вернуть их к былой жизни. Предпочитаю тишину леса. На фоне неё и пения ночных птиц, их голоса не будут тревожить меня, а я не буду бередить их, своим присутствием и призрачной надеждой. Но ты ступай, если уверена в себе. У тебя лёгкая поступь. Так воспользуйся ей. Невинное дитя. Одно лишь подскажу, не рви цветов. Они не для людей на нём растут.

– Так что же, я тогда пошла?

– Ступай дитя.

Незнакомец удалялся, а Кристина не стала терзать себя лишний раз раздумьями и довольно быстро приняв решение пошла. Её твёрдая решительность сопровождалась мягким осторожным шагом. С каждым новым шагом, её уверенность что она пройдёт росла. Кочки действительно держали её и она больше не опасалась промочить ноги. Хотя мысль о сырых ногах её отчасти беспокоила больше, чем возможность упасть в воду, при неосторожном шаге мимо плотных травяных кочек.

Темнота не спешила приходить. Солнце давно облизало огнём самые острые макушки елей и возвещало о своём присутствии только ярко синим небом с первыми, неровно рассыпанными по нему блёклыми звёздами. От воды шла прохлада. Начинал клубиться туман. Каждый шаг и прыжок с кочки на кочку, сопровождался завихрениями белых узоров, вслед за лёгкой поступью, уже влажных от росы башмачков Кристины.

В его белых очертаниях, Кристина давно уже потеряла из виду тёмный силуэт незнакомца, на фоне тёмного, почти чёрного низовья леса. Он словно бы растворился на его фоне, но она точно знала, что он шёл с ней бок о бок и случись ей оступиться и упасть в чёрный омут, как он быстро, если не мгновенно окажется рядом, чтобы поднять её или упасть следом. От этих мыслей у неё шёл холодок по спине, но ей было одновременно невероятно приятно, иметь такое пристальное внимание с его стороны. Хотя ничем таким они не обмолвились и разумеется между ними не было такого уговора.

Когда прыгать стало уже совсем не возможно, в связи с удаляющимися друг от друга плотными кочками, Кристина ступила на едва держащиеся на плаву, остовы бывших берёз, поваленных и иссохшихся там, где они не касались воды. По ним она успешно дошла до довольно плотных участков тверди, густо поросших красными и синими ягодами, которые она поостереглась срывать и ложить в рот, чтобы попробовать. Она всегда остерегалась ягод с болот. Будто бы они были предназначены для кого-то совершенно другого. Но точно не для маленьких девочек, сначала заблудившихся в лесу, а потом под покровом тьмы ночной, гуляющих по болоту, всё ещё в надежде вернуться до полночи домой.

Незнакомец уверял, что слово странник происходит не от слова « странный», но Кристина всё равно находила его таким. Его последние слова самым странным образом отпечатались у неё в памяти и теперь придавали ей невесомости, с которой она как бабочка порхала между ягодных кустиков и цветов от одного участка тверди к другому, внутренним чутьём минуя ненадёжную зыбь.

Вид цветов завораживали. Темноты стало больше. Туман словно ещё гуще обволок всю округу, так что невозможно было теперь различить и край болота, не говоря уже об отдельных деревьях или незнакомца, кое Кристина давно потеряла из виду и теперь и примерно бы не смогла понять, в каком он сейчас направлении. Помимо окружившего её тумана, она стала терять направление. Яркие звёзды никак не помогали в ориентировании, лишь больше запутывая её. Она собиралась крикнуть странника, но крик пролетевшей над ней огромной белой совы, упредил её желание и она только набрав воздуха в грудь, шумно выдохнула.

Одно лишь радовало. Цветы пушистыми коврами сменяли друг друга так часто, что у Кристины невольно стояла рябь перед глазами. Даже в свете звёзд и поднимающейся луны, они были так ярки и прекрасно, что она заворожено смотрела на них, не волнуясь совершенно, что совсем одна и положение её, в другой раз показавшееся ей ужасным и безвыходным, сейчас околдовывало её целиком и вело дальше. Мелкие травянистые и крупные бутоны их пестрили под её ногами. Она не раз уже намеревалась наклониться и нарвать хотя бы немного, но вспоминая остро врезавшиеся слова странника, тут же отстранялась и пыталась быть холодна. Последнее давалось легко, так как прохлада совсем закралась ей под платье и уже не спешила уходить. Как бы много она не двигалась.

Очередной крик пронёсшийся над ней совы напугал её. Она было остановилась, осмотрелась и поняла насколько безвыходным может оказаться её положение в текущей ситуации. А вдруг сова захочет на неё напасть? Ей почему-то представилось, что если она не найдёт добычи, то начнёт покушаться на неё, за то что она ступила на её охотничьи угодья.

– Ууу! Уууу! Уууходи! – услышала Кристина в её уханье и в тот же миг сова замолчала, так как в её клюве она заметила большущую белую мышь, на месте которой она могла оказаться сама.

Кристина побежала ещё быстрее, чем до этого. Туман, топь, прохлада, омуты больше её не смущали. Она хотела поскорее уйти с территории грозной совы. Так как понимала, что дела её будут плохи, если она её ослушается. Когда очередное уханье совы осталось далеко позади неё, она словно вздохнула спокойнее.

Околдованная туманом, запыхавшаяся ароматами болотных цветов, Кристина остановилась и залюбовалась цветом разноцветных звёзд. Пожалуй она никогда не видела такое яркое звёздное небо. Даже самой тёмной ночью. Луна совершенно не мешала. В её блистательном сиянии, окружившим её из-за тумана, Кристина наслаждалась и одновременно пугалась столь невероятной ночной красоты.

Глава 3. Сказание барда

Одного она только не могла понять, почему звёзды светят так ярко, что просвечивают даже сквозь туман. Особенно не над головой, а прямо впереди неё. Невольно она пошла в их направлении. Туман постепенно рядел. Запахов трав и цветов становилось всё меньше. Твердь же под ногами наоборот размягчилась и под ногами зачавкала мягкая влажная трава. Это оказались вовсе не звёзды. Впереди были огоньки. Странник же сказал, что за болотом есть деревня. Другое дело что Кристина не ожидала встретить её за ним сразу же. Раньше она никогда не видела, чтобы её деревня прилегала к болоту. Тем более она даже не слышала.

Но свет манил её. Тёплые огни были явно симпатичнее, чем свет от звёзд на безымянном болоте. Пусть и с самыми невероятными цветами. Поэтому Кристина прибавила шагу, ступая вновь на кочки, чтобы не намочить ноги. Она догадалась что это был другой край болота, так как кочки сменили участки тверди так же внезапно, как и начались когда она впервые ступила на него. Странника нигде не было видно. Впрочем с его тёмным одеянием, она бы не увидела его, даже стой он где нибудь сейчас неподалёку напротив неё и махая при этом рукой.

– Возможно, если я сейчас позову его, то он услышит, – она осеклась продолжить говорить, так как сова снова Крикнула, будто услышав её и предостерегая произносить что-то при ней вслух.

Кристина перешла на бег. Уж если она её услышит, то пусть обязательно узнает, что она бежит от неё в противоположном направлении. И это не будет ей расценено как угроза, а значит Сова за ней не погониться и уж точно не воспримет как конкурента в ночной охоте за мышами.

Какие мысли только не плясали в голове у Кристины, пока она не поднялась на пригорок с сырой от росы травой до самого пояса. Пока огни не стали столь ярки, что можно было различить среди них окна ближайших домов, а свет отражённый на деревьях от больших костров. До ушей её донеслись звуки игры…. Деревня жила даже ночью. В них она попыталась скорее вникнуть, чтобы избежать момента пролетающей над ней совы. Ей даже показалось, что если сова сейчас над ней пролетит и прокричит, у неё сердце уйдёт так далеко в пятки, что она его оттуда больше никогда не достанет.

Но всё обошлось. Кажется сова сама боялась деревни и её жителей, а потому не сунулась туда ща ней. Странника же нигде не было видно по округе. По мере приближения к домам, Кристина отметила для себя одну самую большую странность, о которой внутри себя давно догадывалась, но до конца отказывалась в неё верить. Это было не её деревня.

Она внимательно изучила все дома, людей, их одежду. Всё это было похоже на её привычные виды, но было совершенно другим. Не знаю что и думать, Кристина пошла на главный шум. Он доносился с главной площади. Там в свете множества костров и небольших стеклянных высоко подвешенных ламп, свет которых она заметила ещё будучи на болоте, находилась основная публика. Она как раз застала начало представления. Поймав гармоничную мелодию струнных инструментов, дудочки и небольших кожанных барабанов, она приблизилась и увидела четырёх нарядно одетых бардов.

Их разноцветные одеяния располагали, а музыка завораживала. Как только она прошла в первые ряды, выискивая знакомые лица и не гпходя их, то они словно дождавшись её запели.

Я нынче здесь пришёл к вам люди.

Принёс с собой картины прошлых лет.

Про трон в родном краю забыл.

Величественных залов бросил крест.

Иной бы месте на моём.

Поставил точку, а величественных событий.

Подробно расписал историю сейчас.

Но не добряк и не злодей.

Мой ровен час, история моя важней.

Раздумья скорбного оставлю на потом.

Поведаю вам главного, что нёс сюда с собой.

Билет на мой рассказ не нужен будет,

Только слушай и за сердцем замечай.

Найдёт здесь правду тот, кто сердцем чист

И смотрит чистым взглядом.

Не упрекнёт меня простой народ за вымысел.

Если он будет под стать описываемых мной господ.

Кристина только собралась уходить, как вдруг бард запел буквально про неё.

Шла девочка красивая с голубизною чистой глаз. Кристина.

С деревни дальней, неизвестной в окрестным нам местах.

Но встретила она лишь смерть в лесу.

Та обошла её. Не имела смерть свою косу.

Она её точила, но увы, оставила где-то на пути.

Теперь зашла к нам сегодня вечером на огонёк.

И будьте осторожны люди, не ходите ей сегодня поперёк.

Она у нас гостит, а девочка за ней пришла.

И ищет правды, хоть не знает зачем здесь она сама.

Никак нам всем не миновать стыда.

Когда б мы все помочь ей замогли.

Смешались наши умыслы, так как не все они у нас чисты.

Стыда и правды не увидеть нам сегодня.

Лишь слушать мою песню до конца,

Сегодня только это всем нам можно.

Сейчас я расскажу вам как когда-то

Расставшись с полем брошенных мечей, щитов.

Я взял лорке и струны натянул.

С тех пор оно моё орудие в единстве.

Но режет рубит хлеще тончайшей сабли-невидимки.

Послушай же, любимый мною здешний люд.

Как грустно девочке одной,

Она здесь не найдёт приют.

И сколько бы с ней добро мы не обошлись.

Её нам не застать, такой её и смерти, вопреки каприз.

Но если ты считаешь, что смерть пришла за ней.

Ты ошибаешься, нам нужно всем быть с ней.

Из глаза в глаз следить по сторонам.

Чтобы никто не пал от рук её сегодня наповал.

Достойнешая суть моей стези, обрушить правду.

Пока не поздно всем понять, и не лишиться всех друзей.

Пока пою я у огня, смерть не придёт сюда одна.

У неё свои дела. Она сейчас у кузнеца,

В огне кующего для неё с куска булата.

Разящую косу достойной чёрных рук.

Без умаленья сносящей души в вечный свой приют.

У нас спасенье есть сегодня, дослушать песню до конца

А самое смиренно главное, не отходить друзья вам от костра.

Для это я здесь сейчас и будут веять холода.

Покуда не отзвучит моя последняя струна.

Холодного рассвета тень, не упадёт душа одна.

Покуда вы будете слушать лишь меня.

Потом под утро я уйду, а вы останетесь и дальше заживёте.

В своём чудесном и милом сердце моему, родному краю.

Пока я здесь пою, средь вас друзья, есть одинокая малютка.

Синеглазая и златокудрая. Но не смотри по сторонам.

Её не видишь ты среди других детей, она от нас почти не отличима.

Лишь свет больших очей, способен её выдать, да большое сердце.

Но пока не об этом. Сегодня не гремим о ней, ведь она средь нас.

И снова ищет смерть. Родителя с ней нет, а потому.

Она привязалась к ней и несмотря на пламя круг, она ей новый друг.

Все здесь друзья, привыкшие трудиться,

К безделью не привыкшие мужи и дамы лоска злата не видавши.

Под грузом собственных румян, платья и маскарада.

В след вечера и до утра, сравняться в блеске света короля.

Кто ей поможет, если вам сопутствувует удача, помочь малышке.

В чём та пожелает, пользу получить, на случай обращенья.

Тому я лично прославляю сделать первый шаг навстречу ей.

Да будет вместе с ним моя удача тоже,

Поможет если он она малышке, в её угоду.

Судьба даруют неимерно долгих лет жизни

Как два солнца в жизни, падёт на него счастье.

Благословенный дар, славнейшая судьбы награда.

Одно лишь обстоятельство, знакомство с этим чудесным чадом.

Поскольку в прошлом, имею я дворцовый сан.

Вам по чести отсоветуюсь, как на духу.

И хоть всех слов не хватит описать суть моей баллады.

Событья чьи, теряются в реальности и вымысле всех этих слов.

Повествованием будет само действие, оно не замедлит себя ждать.

Средь вас найдутся желающие его прервать и соль события украсть.

Но порядок во всём сам ни на миг не нарушается.

Когда смерть ходит под боком, любые шутки с судьбою плохи.

Долг каждого из вас останется ей не мешать.

А по возможности помочь, но не нарушив хрупкий сил баланс.

На этом я закончу, как небо вручившее мне в руки дар.

Держать в руках меч, музыку слышать, устами песнь слагать.

Не смотрите на меня надменно, я не предсказатель.

И не берусь вам дать добра указ, я лишь могу тонко намекать.

Что вижу, о чём знаю, о чём могу я сам гадать.

На том я вас благодарю, а вы не обессудьте строго.

Мою строгую для вас, неготованную судьбу.

И как ни обнищает царская казна вовек.

Вовек и я для вас останусь лишь слугой.

Держателем строгим век народа, длинною в век.

Вдруг Кристине стало немного страшновато, от того что спел бард. Она немного отстранилась и хотела было пойти назад, но вдруг обнаружила плотную стену из тел жителей. Словно они все внезапно поняли и заметили, что это была именно она. Хоть она и словом не обмолвилась и была очень похожа внешностью на других девочек, её необычный в целом внешний вид тем не менее внезапно привлёк общее внимание. А на фоне затихнувшего барда, кстати тоже вместе с другими музыкантами вглядывающегося в неё, ей стало совсем не по себе. Её не столь пугала толпа, сколь странное выражение лица барда.

Он наверно собирался печь ещё один куплет, но увидев её порвал струну и открыв рот, обомлел сам. Словно это он оказался напуган больше чем она, и к нему теперь приковалось столь странное и пристальное внимание публики.

– Это она, – заходили толк среди толпы. – Это она. Она самая! Это она!

Кристина готова была провалиться на месте, лишь бы не стоять сейчас в свете ярких костров у всех на виду. Ни одно лицо, ни доброе ни злое ни удивлённое, ни всем своим видом показывающее желание помочь, не вызвали у неё доверия. Случилось то чего она стала опасаться ещё больше, чем внимания. Толпа стала смыкаться вокруг неё, не оставляя выхода чтобы сбежать. Кристина заметалась, но умудрилась в последний момент, когда к ней уже протянули руки, углядеть тёмное пятно между двумя рядом стоящими кострами.

Улучив момент, когда языки разойдутся на мгновение в стороны, она рванула туда. Оказавшись под сколоченным из тонких брёвен полом, она высмотрела в темноте самый неприметный выход и проскользнув через заросли травы, оказалась на другой стороне сцены. Словно вышедшая из под пламени чужих прожигающих платье взглядов, она сразу почувствовала себя легче и лучше и бросилась наутёк, по первой же улочке, между домами.

Толпа за ней заревела. Они кричали, искали её, переговаривались и перекрикивались, но понять куда она пропала пожалуй не смогли. А если и смогли бы, то разве догнали бы они её сейчас? Когда она со всех ног припускала прямо по улице, потом налево, ещё прямо пару домов, потом ещё раз налево, ещё раз прямо несколько домов. Погоню она слышала, но на её пользу, никто не знал, куда именно она бежит и где свернула. А разобрать в потёмках вокруг некоторых неосвещённых ни изнутри ни снаружи фонарями домов, её было на редкость трудно.

Глава 4. Кузнец счастья

Шум голосов, рвущих глотки остался позади. В многоголосье уже было не понять, желают ли ей жители добра или хотят разорвать её на части. Сердечко Кристины сжалось, тем не менее ей показалось, что она прилично оторвалась. Самым неожиданным факто было то, что деревня оказалась куда большей чем она могла подумать. Даже её родная деревня не была столь грандиозно большой.

Вдруг выбежав из поворота, на неё из освещённого единственным фонарём переулка, вышла высоченная тёмная фигура. Кристина не успела остановиться или обойти её, потому со всей энерцией налетела прямо на неё, чуть не сбив с ног.

– Ба! – только и сказала фигура низким мужским голосом.

Правда фигура осталась непоколебимой, словно старый мощный дуб. В отличии от Кристины, отлетевший от неё в обратную сторону и упавшей на пятую точку опоры. Потирая ушибленный лоб, она потеряла дар речи. Ей показалось, что это конец и её сейчас же схватят. Непонятно только за что схватят и зачем.

– Ты совершенно случайно не та девочка, по имени.… Как там тебя. Кривина. Кризольда. Кризальдина. Кримальвира. Кри…

– Я Кристина, – поднялась расстроенная девочка, потирая лоб, но ссадина на лбу была ничем на фоне того, как он исковеркал её имя.

– Ну да. В общем, мой щедрый заказчик велел тебе. Точнее мне, проводить тебя.

– Высокий такой? Как ты. В чёрном весь.

– Да. Самый мой щедрый и необычный заказчик. Ладно. Хватит тут в темноте стоять. Моя кузница через дом. – он вдруг повернул голову и прислушался к шумам и многоголосью жителей. – Чего это сегодня все разбежались и шумят? Ты случайно не знаешь?

– Нет, – пожала плечами девочка, зарумянившись, но темнота скрыла её смущение и кузнец ничего не заметил.

– Айэм за мной, – кузнец пошёл, а Кристина пошла за ним.

В кузнице было темно. Лишь неяркий, но очень тёплый свет из тигля облачал её в контуры с аккуратно расставленными по краям и повешенными на стенах множественными инструментами. Да в центре стояла огромная наковальня, с воздужённым на неё, просто сверхъестественно большим для маленьких рук Кристины молотом. Пока она завороженно стояла на входе, кузнец успел зажесь несколько красивых цветных ламп и стало так ярко, что она и не поверила, как светло может быть в кузнице.

– Да Кристина. В кузнице довольно светло. Не удивляйся. Свет не нужен только в процессе ковки, чтобы по цвету металла определять его температуру. А всё остальное время у меня светло. Кстати закрой за собой дверь. Не люблю когда шумно. После звона металла весь день в ушах, начинаешь цинить тишину.

– Ага, – кивнула Кристина и прикрыла за собой дверь. – А что сказал тот заказчик в чёрном?

– Сказал то он немного. Другое дело как он это сделал. Вообще если начать издалека, то это самый странный заказчик из всех кого я знаю. Мало того его не устроила моя уже готовая классическая коса, которую я зарекоммендовал, как самую лучшую на всю округу, для покоса любой травы и мелкой поросли. Так он ещё и принялся меня учить, как мне её ему выковать правильно. Ты можешь себе это представить? – Кристина помотала головой из стороны в сторону, потому что действительно не представляла как незнакомец в чёрном стоит тут и учит кузнеца кузнечному ремеслу. – Так вот. Он мне даже чертёж свой сделал. Будто я совсем недалёкий малец. Словно у меня борода до пупа не настоящая, а мозоли на руках свежие. Сам ещё кстати, на косаря он совсем не похож. Совсем от слова не поход абсолютно. Куда ему коса, да такая вычурная, я лично не могу представить. Да что я говорю. Давай я тебе сам покажу. – он стал рыться в чертежах на соседнем столе, выискивая нужный, – Вот, сама посуди. – он раскрыл чертёж. – Ну куда это годиться?

– А ты прав. Довольно необычная коса. Никогда таких не видела.

– А я о чём толкую. Чудак он. На затейника коллекционера не похож, а сам попросил совершенно непонятное нечто. От косы там только плавный загиб заточки на кромке. Всё остальное сплошной кошмар наяву косаря. Нормального косаря я имею ввиду. Так я его спросил же самое главное, неделю назад, когда он ещё заказ мне оставлял. Зачем тебе такое нечто надо? Не похож ты на непрактичного господина. А он заверил меня, что ему она нужна исключительно для покоса. В общем так.

– А какое он оставил для меня сообщение дядя кузнец?

– Арис меня зовут.

– Дядя. Слово то какое смешное. – он засмеялся, да так низко и громоподобно, что пожалуй затряслась даже сама наковальня, а Кристина почувствовала по каменному полу дрожь.

– Просто Арис. – вошла вдруг в кузницу через вторую дверь очень красивая женщина. – Зови его просто Арис. – Арис перестал смеяться и тепло посмотрел на женщину.

– Это Шейла, моя жена. – обратился он к Кристине.

– Очень приятно Шейла, меня зовут Кристина.

– Милое дитя, – подошла к Кристине Шейла, умилённая её застенчивым видом. – Что тебе у нас надо?

– Я ищу незнакомца в чёрном. Он велел кузнецу Арису, что-то для меня передать.

– Что именно? – хмуро сведя брови посмотрела на мужа Шейла.

– Да ничего особенного. – заложил огромные мускулистые руки за голову Арис. – Сказал только одно: «Передай девочке, что зайдёт к тебе вскоре от меня, что буду в соседней деревне по делам. Она сможет найти меня там завтра до вечера».

– Всё? – спросила Шейла.

– Да на этом всё.

– Тогда мне надо идти. Благодарю вас кузнец и шейла. Я пожалуй пойду. – Кристина подошла к двери, но тот час услышала за дверью чужую короткую беседу.

– Эй, Гуря! Гуря! Ты не видел ли здесь её случайно!

– А ты чего здесь сам на пол морды выперся, ты дурак или как?

– Мой сарай рядом с твоим стоит. Нам с тобой ссориться нельзя! Был бы ты повежливее.

Кристина сразу, передумала выходить. Потому что поняла, что её продолжают искать. А эти милые люди за её спиной, ещё не о чём не подозревают и ведут себя вполне адекватно и от них ей если честно, совсем не хотелось никуда бежать. Тем более тёмной ночью. Где всюду её видит белая огромная сова и пугает своим ночным криком.

– Ну куда же ты пойдёшь в ночь милое, милое дитя.

– Да, это не очень хорошее решение. Там сегодня все словно с цепи сорвались. Подожди лучше до утра, да хоть бы и здесь.

– Совсем достучался молотом своим? – возмутилась резко Шейла, а девочке по-доброму сказала. – Оставайся у нас до утра. Я выделю тебе отдельную комнату. Ты такая бледная. Такая грязная. Словно ходила пол ночи по лесу и болоту. Что с твоим платьем? Ты же наверно очень голодная? Оставайся пожалуйста у нас, а утром я сама тебя провожу до края деревни или если захочешь провожу до соседней.

– А хоть бы и так. – согласился Арис. – Я за. Люди сегодня действительно себя странно ведут.

– Полнолуние на них так влияет. Ну что скажешь, Кристина?

– Ну если мы только успеем в неё до вечера следующего дня. Мне очень нужно его догнать.

– Вот и хорошо. Пошли со мной. А ты Арис, закрой ка все двери в доме. В полнолуние люди сами не свои. Особенно когда к нам приезжают эти королевские барды, со своими странными песнями и горланят их потом ночами напролёт, за корку хлеба и толику одобрения.

– Хорошо Шейла.

– Пошли милое дитя. – Шейла повела Кристину в дом. – Есть то ты хочешь наверно?

– Я не голодна.

– Ну, правда. Какая на ночь еда. Ну давай я хотя бы посмотрю тебе новое платье. Это совсем никуда не годится. Внизу край оборван. Всё замызгано самой настоящей грязью. И куда только смотрит твоя мать. Я не осуждаю, но в таком виде ходить по улице, такой красивой девочке никак нельзя. Ты уж мне поверь.

– Я верю. Но не хочу показаться навящевой.

– Ох. – Шейла засмеялась. – А по-моему это я навящевая, а ты сама скромность.

Шейла долго подбирала ей платье. Вынимая различные платья и наряды из комода. Часть были её, часть её повзрослевших и вышедших замуж дочерей, а потому с ними не живущих. Когда подходящее было подобрано, тоже пёстрое и нарядное, она долго укладывала её спать. Набивая перину и заботясь, чтобы всё у неё было обеспечено для сна в лучшем виде.

Когда Шейла ушла, Кристина совсем не хотела ложиться и спать. Так сильно она была перевозбуждена. Но у Шейлы было столько забот с ней, что она не хотела оставлять её труд без внимания и на несколько минут решилась прилечь и закрыть глаза. Следующее мгновение, солнечный свет уже бил ей в лицо. А она не могла поверить, что остаток ночи пролетел так быстро. Вскочив с кровати Кристина облачилась из пижам в новенькое платье и выскочила из комнаты в общий зал. Шейла уже суетилась по дому, а Арис ходил от одного округлого окна к другому, попеременно зевая и потягиваясь невероятно могучим телом.

– Доброе утро Кристина. Как тебе спалось милое дитя?

– Я уснула так мимолётно, что не успела уследить когда наступило утро.

– У нас всегда так. Арис даже отказывается иной раз ложиться, чтобы не пропустить это самое утро.

– Я и Шейлу иной раз отговариваю ложиться. Настолько это бесполезное занятие сон.

– Но ты столько стучишь там молотом. Ты же очень устаёшь и должен хоть немного полежать?

– Положим, молотом стучит больше мой подмастерье, я не так часто. К тому же я ничуть не устаю, потому что это мне очень нравиться. Ты же когда шьёшь днями и ночами, я не прошу тебя пойти и прилечь.

– Благодарю вас за всё. Так я пойду.

– А как же завтрак? Стол накрыт. Полон ягод, орехов, мёд налит. Вкусности я разложила. Такая красивая девочка наверняка очень любит сладости?

– Ну только если съем немного ягод.

– Ну тогда садись за стол и пойдём вместе, как скажешь сама.

Трапеза Кристины длилась какой-то уж очень короткий миг, так что с Шейла и Арис, только любовались, как она уплетает ягоды. Затем она встала и всем своим видом, показала что готова. Она бы съела ещё, но скромность соперничала с аппетитом, а он в свою очередь с желанием скорее добраться до соседней деревни, чтобы догнать незнакомца. Кристине сердце подсказывало, что всё путешествие началось наверно не с того места, где она зашла в лес (хотя конечно с него тоже), а с незнакомца в чёрном. Это значи, оно должно закончиться тоже на нём. Как именно она не знала. Но была уверена ситуация ей подскажет лучше, чем любые её домыслы.

Они все вместе вышли из дома. Деревня была совершенно пуста. Столь раннее утро пробудило только их и птиц. Кристина даже не сразу смогла опознать тот жуткий угол, где вчера в потёмках налетела на кузнеца. Деревня не казалось ей уже столь ужасной. А идя бок о бок с Арисом и Шейлой, она чувствовала себя в абсолютной безопасности.

Пока они шли, она всю дорогу думала об этой паре. Смотрела на них, слушала о чём они толкуют и дивилась их доброте и благородству. Арис ей теперь казался не просто каким-то кузнецом, а настоящим кузнецом собственного с Шейлой счастья. Кристина даже позволила себе немного улыбнуться, посмеяться с ними, слушая их короткие рассказы, о том кто где живёт и у кого какой странный дом. Так они и дошли вместе до противоположного края деревни.

Глава 5. В лес

По пути кузнец, спрашивал, зачем Кристине искать странного заказчика в чёрном, когда они бы сами могли её помочь в любом вопросе, но она была непреклонна. Кузнец выразил своё отношение к незнакомцу как к весьма вежливому и любезному господином, но предостерёг её его опасаться, так как было в нём что-то такое, чего он никак не мог в нём понять.

– Ты же видела его? Шейла.

– Да видела я его, – сказала Шейла. – От него непрестанно веяло холодом. Я тоже советую тебе быть с ним крайне осторожной. Арис, давай мы проводим её через лес. Я слышала, там последнее время творится всякое. Нечистое.

– Отчего бы не проводить. А насчёт всякого. Слушай ты меньше, что говорят праздные языки. Я тоже слышал, пропадают люди, но мне это видится иначе. Кого медведь задрал, кто на волна вышел, а кто и заблудился. По собственной глупости это.

Кристина только согласно кивала. Она сама не знала чего и ожидать. Когда кузнец с женой довели Кристину до конца деревни, то им навстречу, на самой краю попалась идущая навстречу группа молодых и старых мужчин. Все они были не в себе. Изрядно вымотаны, слегка ободраны и в пыли. Под глазами у них всех залегли небольшие круги, словно они совсем не спали, а бродили всю ночь по округе в темноте, кого-то выискивая. Кристина сразу заподозрила кого именно они искали, потому ещё на подходе к ним стала отставать от Ариса с Шейлой. В итоге это привело к тому, что она спряталась за придорожными кустами, что осталось незамеченным её спутниками, так как их взоры были устремлены на пылящую группу.

– Доброе утро мужчины, – сказал кузнец когда они приблизились к ним.

– Доброе утро кузнец, – сказал один мужчина, идущий во главе с сильно помятой шляпой и снимая её на ходу. – Моё почтение тебе и твоей жене, – кузнец благосклонно кивнул в ответ. – Не видел ли ты здесь девочку такую маленькую. Она должна быть здесь одна.

– Про какую девочку ты говоришь? – спросил кузнец, но обернувшись, понял, что Кристина пропала, буквально на ровном месте, однако пропажа его не смутила.

– Золотистые волосы, большие васильковые глаза. Росту вот такого. Она совсем одна.

– Зачем же вы её ищите? – сложил большие руки на могучей груди кузнец и группа мужчин, слегка помешкала, а некоторые отошли назад.

– Мы хотим её помочь в одном деле.

– В каком таком деле?

Дальше Кристина уже не слышала их беседы, уходя кустами прочь в сторону леса. Она почему то думала, что сейчас на могучего кузнеца набросятся мужчины и завяжется свара. Но этому было не суждено состояться, так как она просто это себе ярко вообразила. Тогда как на деле, Шейла просто отправила всех её искателей в другой край деревни. Натурально сбив с её следа.

Ей конечно не хотелось вот так покидать их не попрощавшись, но тот тон с которым говорили с кузнецом мужчины начинал её смущать. К тому же она не хотела, чтобы из-за неё кто нибудь из них пострадал. Ей было проще уйти, чтобы не возникнул конфликт, чем быть его главной причиной с неизвестной развязкой. Хотя она конечно была уверена, что кузнец не просто сдюжит против всех них, но и сдюжит, будь их в двое или втрое больше.

Когда Кристина стояла на самой опушке леса, то всё посматривала на кузнеца с женой. Шейла стояла и попеременно смотрела на лес, словно догадываясь куда ушла Кристина, но отчего-то её взгляд метался и они так и оставались на месте, ожидая пока она объявиться. Мысленно поблагодарив их за то что проводили, Кристина осмелилась войти в лес.

Они сказали что путь до соседней деревни не большой, главное держаться основной дороги. Потому Кристина была уверена, что на этот-то раз, она точно не заблудится. К тому же дорога, к которой она подошла и теперь оглядывала в обе стороны, была такая широкая и хорошо накатанная повозками и тележками, что чувствовался от неё настоящий запах лошадей.

Не тот застоявшийся тяжёлый дух старых конюшен, а тот когда гладишь чистоплотную лошадь по голове, пока она съедает из другой твоей руки угощение, попутно щекоча влажным губами ладонь. Кристина улыбнулась, вспомнив это и зашла в лес.

– Снова я в лесу, – произнесла девочка и зашла в тень от вековых деревьев.

У Кристины вертелось на уме лишь одно: хорошая ли это была идея. Одной отправиться в лес вновь, вслед за таинственным незнакомцем в чёрном. Страшного совершенно ничего не было. Только тени всё сгущались и сгущались. Да очень вскоре, хорошая, протоптанная лошадьми дорога, стала уходить у неё из-под ног.

Сначала лес становился всё влажнее и влажнее, пока земля вконец не оказалась раскисшей. Так что ноги Кристины стали увязать в свежей грязи. Она пыталась идти по краю дороги, но бурелом и плотные заросли испачканные брызгами грязи, оказались ещё более трудным испытанием, чем просто прилипающий шаг.

К этому добавилось то что её стал слышаться цокот. Но только не цокот копыт, а иной, особенный звук, будто похожий на крик неведомой птицы из чащи леса. Кристина несколько раз усомнилась что это может быть птица, потому что цокот шёл то спереди, то сзади и звук каждый раз доносился снизу, чтобы было не совсем свойственно птицам. Которые кстати говоря, совсем затихли последнее время.

– Такая раскатанная дорога и ни одной живой души, – посетовала Кристина, чавкая башмачками по новым лужицам ещё не загустевшей глины, вперемешку с осыпавшимися веточками и хвоей.

– Цок-цок… – коротко и едва слышно донеслось прямо позади неё, а потом человеческим голосом. – И не говори.

Кристина вздрогнула и резко обернулась. Позади неё стояла старенькая бабушка с тросточкой в руке, узелком за спиной и платочке на голове. Такая махонькая, сухонькая и милая, что Кристина была её даже выше на пол головы. Она её не напугалась, но сильно насторожилась, потому что никак не могла понять, как же так вышло, что она догнала её при том, что сейчас шла к ней ещё медленнее, чем шла она сама.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.