Евгений Базаров
Синдикат ликвидаторов 2

Глава 1

Новосибирск. Посёлок «Речпорт». Июль. 1997 год

Лёха Ломакин уже давно потерял счёт времени и понятия не имел какой сегодня день, месяц и вообще, утро сейчас или вечер… Чтобы хоть как-то сориентироваться он подошёл к окну в комнате и посмотрел на лес за дорогой. Обычно, если было раннее утро, то над лесом вставало солнце. Но сегодня как назло, небо было затянуто тучами и моросил мелкий дождик. Взошло солнце над лесом только сейчас, или уже давно, было непонятно.

Лёха попытался определить время по интенсивности движения по шоссе автомобилей, но сколько не смотрел на дорогу, так ничего и не понял.

Машин на дороге, похоже было всегда одинаково, что утром, что вечером.

Лёха с тоской посмотрел на висевшие на стене электронные часы и тяжело вздохнул…

Батарейки в часах уже давно отработали свой срок, они остановились. Большая стрелка так и застыла на цифре двенадцать, а маленькая, на цифре четыре.

«Хрен поймёшь…» – выругался Лёха и поплёлся на кухню, окна которой, выходили на посёлок.

Но и вид из окна кухни, ясности в замыленное техническим спиртом сознание Лехи, тоже не принёс.

Окно кухни на втором этаже деревянного барака Лехиной квартиры, выходило прямо на дощатый, покосившийся от времени общественный, разделённый перегородкой на «М» и «Ж», сортир. Возле которого, приютилась и общественная помойка. Помойку никто не вывозил уже несколько месяцев. Неподалёку, в тени высокого тополя, стоял вкопанный в землю столик с двумя скамейками. Обычно, за этим столиком практически день и ночь, бухали Лёхины собутыльники, но сейчас, скамейки пустовали. Леха наморщил лоб и попытался понять, по какой причине его друзья отсюда смотались: «По причине раннего утра, или по причине, дождливой погоды?»

А точное время знать было просто необходимо. Денег у Лехи понятное дело не было, и можно было бы попытаться выклянчить у бабы Сони бутылку спирта в долг, но для этого, нужно было знать точное время.

Баба Соня терпеть не могла, когда к ней ломились за спиртом ни свет ни заря и продавала его исключительно с восьми утра и до одиннадцати вечера. Если Лёха ошибётся, то не видать ему спирта на халяву как своих ушей. Были конечно и ещё точки, где можно было бы затариться круглые сутки, но исключительно за наличку, или на обмен.

Лёха снова вернулся в комнату и с тоской посмотрел на лес.

Сосновый бор был совсем рядом. Чтобы в него попасть, нужно было перейти по переходу шоссе и перешагнуть через железнодорожные пути.

Другого варианта опохмелиться кроме того, как пойти в лес и набрать грибов, которые можно потом обменять на спирт в круглосуточной точке, у Ломакина не было.

Лёха, представив какая сейчас в бору сырость, поёжился. Весь его проспиртованный организм возмущался против такого решения. Но делать всё равно было нечего и он, открыв дверцы кладовки, с тяжёлым вздохом, вынул из неё грязные резиновые сапоги и старый, в дырах, брезентовый плащ.

Постояв немного под козырьком у подъезда, Лёха ещё раз с надеждой окинул взглядом пустую улицу посёлка и согнувшись, побрел в сторону перехода.

Пропустив летящий по железной дороге товарняк, Лёха перешагнул через рельсы и спустившись с невысокой насыпи у остановочной платформы, вышел на идущую вдоль леса, размокшую от дождя проселочную дорогу.

Лес начинался сразу за дорогой.

***

Войдя под мокрые, развесистые, сосновые лапы, Ломакин задел одну из них и получил за шиворот изрядную порцию холодной, дождевой водички.

«Вот же гадство… – проворчал Лёха, натягивая на голову слетевший капюшон. – Сейчас бы найти кошелёк с деньгами, а лучше, сразу бутылку водки, – помечтал вслух Ломакин.»

В лесу и правда было совсем не уютно, да и не видно почти ни хрена. Глаза со вчерашней пьянки слезились и их застилал туман, но не тот, что стоял в лесу после дождя, а туман сивушный, который появляется на утро, после употребления технического спирта.

Но, Лёха к этому туману уже привык, чай не в первый раз… Главное, до опохмелки дожить…

Наклонившись почти к самой земле, Лёха ковырял ножом каждую кочку и понемногу то там, то здесь, находил скользкие маслята, которые срезал и складывал в пластмассовое ведерко.

Нащупав очередной бугорок, Лёха ковырнул его ножом и увидев ножку гриба, попытался его срезать. Но гриб зараза, почему-то срезаться не желал.

Встав на колени, Лёха обхватил гриб пальцами и потянул.

Гриб не поддавался и Лёха дернул изо всех сил и… выдернул из земли кисть человеческой руки, которую он тянул за большой палец.

С перепугу Лёха вцепился в эту кисть и ему показалось, что это не он схватил покойника за руку, а наоборот, покойник его.

– Отпусти… Сукааа… – диким голосом заорал Лёха.

Ужас сковал Лехино сердце и ослабленное алкоголем, оно навсегда остановилось.

***

Сразу после дождя, в лес хлынул народ. Самое время для сбора грибов. Пока неженки будут ждать когда в лесу подсохнет, те кто по шустрее, уже всё соберут.

– О господи! – шарахнулась в сторону Танька. – Смотри, Нин, тут мужик какой-то лежит… – показала ножом на уткнувшегося лицом в траву мужика Танька.

– Да он похоже того, мёртвый… – почему-то зашептала Нинка. – Пойдём отсюда, надо ментов вызывать…

– А может, ну их на фиг, ментов этих… Затаскают потом…

Да ты что… А если узнают, что мы видели, да не сообщили… Нет уж, нужно вызывать.

Танька и Нинка тоже были из этого посёлка и если бы Ломакин лежал лицом в верх, они бы его конечно признали.

– Жуть то какая… – рассказывали собравшимся у остановочной платформы электропоездов в ожидании милиции бабам, девки. – Мы идём такие, а он лежит…

– Ага… Синий весь… И руки так, тянет…

Их ужастик, прервал звук сирены подъезжающего со стороны улицы Звездная, милицейского УАЗика.

Увидев милицейскую машину, Танька спрыгнула с платформы и выбежала на дорогу.

– Сюда… Я здесь… – закричала размахивая руками, Танька.

– Кто труп обнаружил? – спросил у Таньки, мужчина в гражданской одежде.

– Я… И вон, Нинка…

– А где покойник?

– Он вон там лежит, совсем рядом… – показала Нинка рукой в сторону леса.

– Вы с нами пойдёте, а остальные, чтоб даже не думали соваться, – предупредил зевак опер.

***

Поза у покойника была какая-то неестественная. Он стоял на коленях поджав под себя руку и уткнувшись носом в землю. Рядом валялось перевёрнутое ведро с грибами.

– Грибник, – сказал мужчина в гражданке. – Видимо за грибом потянулся, стало плохо и умер. Ну и хорошо, если так… Может, обойдётся без криминала.

Опер нагнулся и схватив покойника за плащ, попытался его перевернуть.

Труп завалился на бок и все присутствующие увидели, что его рука крепко сжимает торчащую из земли, кисть руки другого покойника… Самого покойника видно не было, потому как он был прикопан и замаскирован хвоей и листьями.

Танька и Нинка завизжали. Да и сам опер, от неожиданности едва не вскрикнул.

– Это Лёха Ломакин… – прошептала Нинка. – Мой сосед…

– Вызывай группу, – распорядился опер.

Сержант, водитель УАЗика, побежал к машине.

***

Группа работала уже часов девять и всё ещё продолжала находить трупы.

– Это восьмой. Кажется, всё, товарищ майор, – доложил эксперт прибывшему из управления майору Волкову.

– Что значит, кажется? – нахмурился Волков.

– Извините, товарищ майор, не кажется… Это последний труп… по крайней мере здесь.

Волков уже второй год трудился замом по розыску в областном управлении и месяц назад, сменил таки капитанские погоны, на майорские. Жизнь вроде налаживалась и впереди были сплошь радужные перспективы, и вот на тебе… Восемь трупов и все в одном месте и в один день…

– Нужно обыскать весь лес, в радиусе ста метров. Мало ли… – распорядился майор.

Чтобы обследовать весь квадрат, потребовалась неделя и было обнаружено кое-что, интересное.

Убили этих людей месяц назад, в начале июня или в самом конце мая и убили их всех здесь, в одном месте… Всех разом, то есть, одновременно…

Судя по найденным гильзам, их мог расстрелять снайпер. Но это не точно… Стреляли с близкого расстояния… Жертвы даже не метались по лесу пытаясь спрятаться от убийственного огня и полегли все разом, кроме одного…

Один из них, видимо пытался укрыться от пуль за деревом… Убийца вёл огонь в том направлении и там есть следы крови.

А потом, он, или они… перетащил все трупы в одно место и закопал. Но видимо, времени у него было очень мало и закопать трупы поглубже, он не смог. Так, прикопал немного и забросал чем попало.

Все убитые были здоровые молодые парни, не больше тридцати пяти лет. Ни оружия, ни документов у них при себе не было. Возможно, их забрал киллер.

Поскольку совсем рядом находится улица Звездная и колония, и при этом, никто выстрелов не услышал, огонь скорее всего, вели из винтовки с глушителем.

Последующая экспертиза и осмотр местности, ясности не внесли.

Ниодин из убитых судимости не имел и в базе и картотеке, не числился. Никто этих ребят не знал.

Опера за неделю перетрясли весь криминальный мир города, но те как один, твердили о том, что понятия не имеют ни о какой стрелке, где могли бы положить за раз столько пехоты. Всех местных членов группировок, опера знали как облупленных, но погибшие были точно не местными и если и состояли в каких-либо группировках, то точно не в Новосибирских.

Если бы здесь постреляли например каких-нибудь Кемеровских, или Москвичей, то на этом бы дело не закончилось и ответка бы за прошедшее время, точно бы прилетела. Но в том-то и дело, что ничего такого не происходило и даже не намечалось.

В общем, ни опера, ни бандиты, ничего об этом побоище, не слыхали. Кто они и что делали в лесу, было неясно.

Да и вообще, если б здесь были тёрки, то стрелял бы ни один человек.

Если бы это была стрелка, была бы и перестрелка. Но в этом случае, огонь вёл один и все были убиты из одного оружия.

«Глухарь», – уныло подумал Волков и покосился на входную дверь кабинета.

За дверью, явно кто-то топтался и не решался войти.

– Да входи уже, чего ты там скребешься, – проворчал Волков.

Дверь открылась и в кабинет вошёл оперуполномоченный, старший лейтенант, Тропинин Егор Евгеньевич.

– Ну, что там у тебя Егор… есть что… или так… пустой разговор? – поинтересовался Волков, уже ни на что не надеясь.

– Кое-что есть, товарищ майор. На теле двоих убитых, эксперты обнаружили следы давних огнестрельных ранений и следы операций. Скорее всего, это либо бывшие, либо действующие военные.

– Этого нам ещё не хватало. Хотя, сегодня кто только на бандитов не работает… – Волков предложил Тропинину присесть на стул.

– Может, их все же наши бандюки положили? – выразил надежду Тропинин.

– Вряд ли… Я вчера встречался с основными из Ленинских и Первомайских. Все они как один божатся, что это не их рук дело… Они никого не убивали и их пацанов, тоже никто не убивал…

– И вы им верите, товарищ майор? – спросил Тропинин.

– Верю я фактам, старлей. А факты говорят о том, что погибшие в лесу парни, не местные… Волков постучал по столу авторучкой и продолжил: «Но с другой стороны, заманить на стрелку в лес… не местных, практически не реально. Они же не идиоты… А если бы согласились, так наверняка бы и подстраховались и не дали бы себя просто так перещелкать… Но и то, что эти погибшие не от сохи, тоже понятно… За простыми грибниками, снайперы не охотятся. А наши бандиты, действительно ничего не знают… У нас агентура пока ещё хорошо работает».

***

Волков с операми прочесывал посёлок «Речпорт» и прилегающий к нему частный сектор с неофициальным, местным названием «Пестеревка». Жители которых и были основными собирателями лесных богатств и могли случайно что-то увидеть, или услышать. Собирали в лесу всё: ягоды, грибы, заготавливали на зиму или на продажу, березовые веники… Местные иногда в целях экономии, или же по причине отсутствия на проезд денег, ходили через лес в нужное им место в районе.

В этом лесу, в какую сторону не пойдёшь, всё равно выйдешь только в Первомайском районе. Это уже и не лес, а скорее не облагороженный, изрезанный вдоль и поперёк дорогами и тропинками, внутрирайонный парк.

«Хорошее место для жизни. С восточной стороны, лес, с западной, череда водоёмов где можно купаться и ловить рыбу и точно так же как и в бору, собирать грибы и ягоды» – подумал Волков, стараясь, держаться в тени разросшегося у забора клёна. Жара стояла градусов тридцать, если не больше, и поскольку дожди закончились только сегодня утром, влажность была очень высокая и Волков, готов был всё бросить и пойти на берег…

– Маркелов моя фамилия… А живу я здесь давно… Всю свою жизнь живу, между отсидками… – ухмыльнулся парень.

– Судимый, что ли? – поинтересовался Волков.

– Да ты начальник, спрашивай, что хотел… Тебя ведь, не мои судимости интересуют…

– Кто знает… Может это кто из местных, народ в лесу пострелял, – неопределённо пожал плечами Волков.

– Может быть. А может и не быть, – ответил Маркелов.

– А может сюда кто на работу приезжает? – спросил Волков.

– На какую работу, начальник… Нет здесь никакой работы. Овощехранилище было, я в нем тоже когда-то трудился, мы там фигню всякую в огромных чанах солили для речного флота. Но так, было, да сплыло. У нас тут даже баню нашу, кому-то продали. Детский сад продали… – Маркелов сплюнул себе под ноги и продолжил. – Наши, на заводы на работу ездят. Кое-кто ещё в порту трудится. Везде фигня сплошная. Денег то за работу, все равно не платят ни фига. Меня на зоне хоть кормят, а на воле, как хочешь, так и крутись… Я вот вышел в начале весны, и ладно сейчас лето, я могу одной только рыбалкой прожить… А к зиме, обратно на зону заеду.

– А вот, туннель этот, давно замыло? – поинтересовался Волков.

– Я пацаном когда ещё был в семидесятых, мы по нему на великах не пригибая голову в лес гоняли, коров помню, по нему в лес водили… А когда его так затянуло, не помню…

– Это же водоотводный туннель, чтобы вода по нему в «Первуху» стекала. «Первуха» – это протока тут такая, вон за теми домами… – показал Маркелов рукой на дома частного сектора. – По ней и суда небольшие ходили, да всё уже давно в прошлом. А посторонних, я в посёлке не видел…

– А вообще, тут бывают посторонние? – спросил Волков.

– А чего ж не бывают-то? Конечно бывают. На рыбалку приезжают и по посёлку в низ к реке идут. В гости к кому-нибудь, тоже бывает, приезжают. Но в основном, только днём. Вечером и ночью, сюда кто ни попадя не суются. Здесь можно запросто и по башке выхватить…

– Ну а всё же, убить кто-то из местных смог бы, тех людей в лесу?

– Нет, это вряд ли, начальник. У нас конечно тоже бывало и убивали, но в основном по пьяни и друг друга. А чтобы так, неизвестно кого, да ещё целую толпу, да из винтовки с глушителем… – покачал головой Маркелов. – Таких у нас нет.

– А откуда вам известно, что винтовка была с глушителем? – задал Волков вопрос.

– Да ладно тебе, начальник, что я вчера что ли родился? У нас слухи вперёд тебя сюда прибежали. Да и грохоту тут было бы, если б из простого винтаря, восемь человек зажмурили, считай у меня под окнами. От меня ж до туннеля то, и ста метров не наберется… Я бы по любому пальбу услыхал.

Пробежавшись по посёлку, Волков всё же решил пойти на речку и искупнуться.

Вопреки его ожиданиям, что у воды сейчас в такую жару, соберётся весь посёлок, на берегу почти никого не было.

На берегу росли большие деревья, в тени которых, жара ощущалась не так сильно как на открытом пространстве, пока он шагал до реки через поле.

«Если бы кто-то заранее планировал расстрелять этих парней, то наверное, он заманил бы их в другое место в лесу. Если только, эти парни сами не планировали что-то, именно тут. Все они могли приехать туда на электричке, или на машине… И то и другое удобно… А вот если погибшие были вооружены, но не ожидали нападения, то их оружие могло находиться в машине. А потому, киллер и застал их врасплох», – продолжая свои размышления, Волков разделся и зашёл в воду.

Искупавшись, он сел на берегу и стал смотреть как какой-то парнишка, вытаскивает из воды пойманную с берега на спиннинг щуку.

– Ого! Какой крокодил… – громко восхитился Волков.

– Ну, это ещё не очень большая щучка… Батя рассказывал, что раньше здесь ловились и по больше… – сказал парнишка.

«Надо будет сюда на рыбалку как-нибудь съездить», – подумал Волков.

***

До самой зимы, Волков пробовал раскопать это дело. Он и его люди опросили кучу народа на Звездной, в посёлках «Речпорт», «Матвеевка», «Капай», «Сто домов», «КСМ», в общем во всех местах, в которых имеются въезды в лес, и никакого толку… Ни одной зацепки…

«Вот вроде и лес не лес, а так, одно название, а хрен, что разгребешь. Никто ничего не видел. Никто ничего не слышал. Эти парни и киллер, могли притопать сюда пешком из любого места в районе, могли приехать на машинах, на электричке и сойти на одной из двух платформ. Их убили как раз между платформами «Звездная» и «Речпорт» и приехать они сюда могли как из Новосибирска, так хоть и из Барнаула с пересадкой…»

Дело постепенно приобретало очертание «глухаря». Все кому положено уже получили свои «пилюли» и вроде бы всё по немного стало успокаиваться, но наступила весна, а за ним лето и прилетела ещё одна беда.

Новосибирск. Посёлок «Речпорт». Май. 1998 год

Женя открутил заднюю крышку телевизора и дунув, поднял в комнате целое облако пыли… По всей видимости, этот «Изумруд» умер надолго… У него полетел трансформатор на кинескопе, а такой запчасти, у Жени в наличии не было.

«Засада. Зря только время потратил, нужно было сразу к Степановым идти», – подумал с раздражением Женя и с унылым видом, прикрутил шурупами крышку обратно.

– Ну что там, сможешь его починить? – спросила Зинка.

– Пока не знаю… Нужно домой сходить, если найду то что нужно, починю. А если нет, то извини. – пожал Женя плечами.

У Степановых, в «Изумруде» беда была не такая глобальная и нужно было лишь заменить одну сгоревшую лампу. Но как назло, именно этой лампы, у него и не было… Но сдаваться Женя не собирался.

– Я сейчас, – сказал он хозяйке. – За лампой сбегаю… Забрав с собой сгоревшую лампу, Женя вернулся к Зинке.

– Нашёл что ли запчасть? – обрадовалась Зинка.

– Сейчас проверю… Если не заработает, значит тут ещё что-то навернулось.

Женя снова открутил заднюю крышку телевизора и вытащил нужную ему лампу, а на её место воткнул сгоревшую. Зинка этой его манипуляции, не заметила.

«Всё равно у ней телевизор не работает», – подумал Женя и извинившись, снова пошёл к Степановым.

Женя поставил на место вытащенную из Зинкиного телевизора лампу и включил «Изумруд» в розетку.

– Ну вот, теперь работает… Удовлетворенно показал Женя на экран.

Глава 2

Евгений Андреевич Безуглов, сорокапятилетний мужик, на полученные за ремонт телевизора деньги, купил в магазине бутылку портвейна и чтобы никого не садить себе на хвост, решил выпить ее в кустах у входа в туннель. Пристроившись в кустиках, Женя сорвал зубами пластиковую пробку с горлышка и задрав голову, вылил в глотку больше половины бутылки. Вытирая рукавом губы, он увидел как из туннеля, вылезла большая чёрная псина и поволокла вцепившись зубами за ухо, женскую, с длинными волосами голову.

Женя помотал головой отгоняя прочь морок. Но морок проходить не собирался. Собака улеглась у забора огорода частного дома и принялась неторопливо отгрызать от головы куски плоти.

У Жени подобное уже случалось и он даже попадал однажды по этому поводу в дурку.

«Опять что ли горячка началась? – с тоской смотрел Женя на собаку. – Я же опохмелился, а опохмеленных вовремя, эта зараза не берет.»

– А ну, пошла на хрен отсюда! – замахнулся он на собаку бутылкой и чуть было не вылил на себя остатки вина. – Тьфу ты, чёрт… Я из-за тебя едва бухло не вылил… – буркнул на пса Женя и допив вино, запустил в собаку пустую бутылку.

Собака отскочила, и грозно оскалив зубы зарычала.

Женя попятился и не удержав равновесие повалился на спину, собака же схватила голову и юркнула в узкую щель туннеля.

«Вот же блин хрень какая привиделась…» – подумал Женя и на четвереньках выбрался из кустов на дорогу.

– Ты чё там ползаешь? – раздался насмешливый женский голос.

– А, это ты, Зинка, – с облегчением выдохнул Женя и поднялся на ноги. – Да хреновина мне тут привиделась, будто собака человеческую голову таскает… – пожаловался Женя, Зинке.

– Ну так ты ещё больше бухай, тебе и ни такое привидится… – осеклась Зинка глядя себе под ноги.

Прямо перед ней, на пыльной тропинке, лежало человеческое ухо с золотой сережкой в мочке.

– Ой! – вскрикнула Зинка и ломанулась к ближайшему двухэтажному бараку.

Через полчаса, об этом происшествии уже знало всё население посёлка и возле лежащего на земле уха, образовалась огромная толпа зевак.

– Что же это такое творится то у нас? То в лесу трупы находят, то вот теперь, собаки оторванные головы, по улицам таскают… – возмущались бабы.

– Да я ещё после прошлогоднего в сортир ночью ходить боюсь…

– А я этот туннель и так стала стороной обходить, а теперь и вообще, близко к нему не подойду…

– А милицию то, кто-нибудь вызвал? – поинтересовался кто-то из толпы и все дружно уставились на Зинку…

– А чё вы на меня то все смотрите, как будто я тут одна за всё отдуваться должна? – огрызнулась Зинка.

– Так надо вызвать, пока кто-нибудь это ухо не уволок…

– Да кому оно нужно, это ухо?

– Ухо то и собаки могут сожрать, а вот серёжку золотую, кто-нибудь точно умыкнёт…

– Чё вы все на меня то уставились? – набычился Сашка Зимин. – Я чё по вашему, совсем что ли идиот? Это ж мокруха… За эту серьгу потом хрен отмажешься …

– Ладно, пойду в милицию позвоню… – сказала баба Соня.

***

Майор Волков приехал на место происшествия, когда там уже вовсю работала дежурная группа.

– Ну, что здесь у нас? – обратился он к криминалисту.

– Да вот, пока только ухо… – кивнул криминалист на целлофановый пакетик. – Свидетель утверждает, что голову собака вон в ту щель утащила… – показал он на бывший вход в туннель возле которого копошились люди с лопатами. – Сейчас нужно откопать проход, а там поглядим… Мы смотрели и с другой стороны, со стороны леса, но этот участок однозначно придётся откапывать. Там, кстати люди тоже копают.

Волков подошёл к сидящей у забора компании мужчин, которые никого не стесняясь, разливали из пластиковой бутылки по таким же пластиковым стаканчикам, спирт.

– Кто из вас голову видел? – спросил Волков.

Мужики переглянулись, не спеша подняли стаканчики со спиртом, выпили и только занюхав спирт куском батона, один из них произнёс.

– Ну, я видел. Думал глюк, словил. Собака голову из туннеля вытащила, а когда я её шуганул, она её обратно в туннель и утащила… Одно только ухо здесь и осталось… Да меня уже допросили, и я уже всё, вот ему рассказал, – показал мужик на следователя прокуратуры.

С высокой насыпи скатился молодой, командующий раскопками в туннеле со стороны леса, сержант милиции.

– Там такое… Там трупы, много… И все женские… – выдохнул сержант.

– Иди Коля, глянь, что там… – сказал Волкову следователь. – А я сейчас здесь закончу и подойду… И криминалиста с собой захвати…

Со стороны леса под железной дорогой, высота туннеля позволяла войти в него не наклоняя голову и в самом его конце, там где вторая его часть, проходившая под шоссе было заилена, в яме лежали женские тела. Всего, в яме оказалось пять трупов и тут же, лежала та самая голова, которую таскала собака…

– Голова женская, – сказал Волкову криминалист. – Позвонки перерублены сзади, но только на половину. Голову от тела, оторвала видимо собака.

– Ну, надо полностью выкапывать все тела и продолжайте ещё дальше копать… – распорядился Волков.

***

Волков посмотрел на лес и его сердце тоскливо заныло.

– Твою мать… – выругался майор. – В прошлом году в паре сотен метров отсюда было найдено восемь мужских трупов, а теперь вот ещё и женщин кто-то убил…

– А когда примерно их убили? – спросил он у криминалиста.

– Ну, на вскидку, примерно год назад, точнее скажу позже, – ответил эксперт.

– Вот же блин. Выходит, что мы в прошлом году, не все трупы обнаружили, – ругнулся Волков. – Мы же в лесу искали, а на туннель и внимания не обратили.

– Что, думаешь, что и тех и этих, в одно время убили? – покачал головой подошедший следователь. – Как я понимаю, убили то их, разными способами…

– Способы то может и разные, но вот и время и место, почти одни и те же. – ответил Волков.

– Да, но всё же. Трупы в лесу с огнестрелом, а здесь похоже, всех убили разрубив им шейные позвонки. И вряд ли, это сделал один и тот же человек. Почему он убил мужчин и закопал их трупы в лесу, а женщин закопал в туннеле?

– Ну, если бы я знал ответы на эти вопросы, – ответил Волков. – Будем ждать заключение экспертизы.

Ждать заключения экспертов долго не пришлось, результаты учитывая чрезвычайные обстоятельства, были готовы уже через сутки.

***

– Все женщины были молодыми. От восемнадцати, до двадцати пяти – тридцати пяти лет. Следов насилия не выявлено. Следов пыток тоже. Их убили внезапно, ударом сзади и удар наносил явно профессионал. Оружием мог служить топор, мачете, или саперная лопата. Документов при них не было, но вот деньги и ценные вещи: золотые цепочки, серьги и кольца, оказались на месте.

Причём, как и в первом случае, трупы были не закопаны, а лишь слегка прокопаны. Убийце видимо было наплевать, найдут их или нет, главное, чтобы их не нашли сразу.

– Или наоборот, чтобы нашли… – высказал предположение Волков. – Если одной из версий считать, что убийца прятал свои жертвы так, чтобы их нашли, отсюда может вытекать очень многие предположения и это кстати, кое-что проясняет.

– Что например? – удивился начальник розыска.

– Например, это может объяснить массовость убийств. Убийце нужен разгоревшийся вокруг этого всего скандал.

– Зачем? – удивился начальник розыска.

– Сами подумайте, к чему такой ажиотаж может в итоге привести?

– К массовой смене руководства… – почесал подбородок начальник розыска. – Но тогда, жертвы могут быть вообще ничем друг с другом не связаны. Их выбор в таком случае, был случайным.

– Это касается только убитых женщин, которых могли убить где угодно и потом, закопать всех в одной могиле. А вот что касается убитых мужчин. Их либо заманили в лес и они увидели друг друга только перед смертью, либо, они сами там зачем-то собрались, – снова предположил Волков. – А может, эти мужики убили женщин, а их убил либо мститель, либо заказчик убийств?

– Мне вот сейчас на верх идти и с меня там с живого шкуру снимать будут, возможно начнут с погон, а мы тут версию какую ни какую выдвинуть не можем… – вздохнул начальник.

– Ну, так ты ему, – ткнул пальцем в направлении потолка Волков, – эту версию и преподнеси. Мол, кто-то организовал эти убийства с целью расшатать властные структуры в городе и прежде всего, в Первомайском районе.

– А что, очень даже рабочая версия… – воспрял начальник розыска духом, – авось пронесёт.

***

Не пронесло…

– Тринадцать трупов в одном районе! Да что в районе, считай, в одном месте! А у нас конь не валялся. Вы что, хотите, чтобы нас всех разогнали к чертовой матери. – орал на подчиненных начальник управления. – Как так получается, что у вас, даже версий нет? Нет ни одной версии, это как? Кто эти убитые? Начинайте работать наконец! Трясите местные группировки, не давайте им покоя, пока не получите от них, хоть какую-то информацию.

– Как это нет ни одной версии товарищ генерал? А эта что, не версия что ли? – попробовал возмутиться начальник розыска.

– Да какая на хрен это версия? Ты что всерьёз считаешь, что у нас тут какие-то диверсанты работают?

– Да почему сразу диверсанты то? Одни бандиты хотят убрать других бандитов… Сейчас же наши то, все попрятались, а это ведь кому-то на руку. Или например, возня в политике началась…

– Ну, в принципе, может ты и прав… – задумался начальник управления. – Вполне даже возможно, что это удар по мне. Тем более, землю ройте, а сволочь эту найдите. Найдёте, живым брать, мне нужно знать, кто заказчик.

***

– Генерал нашу, вернее твою версию, принял и приказал рыть носом землю. Он считает, что удар может быть направлен в его сторону, – сказал начальник розыска.

– Я кстати, этого тоже не исключаю. У нас здесь сколько времени уже грызня за барахолку идёт? И наш генерал, между прочим, является одной из сторон этих разборок. А такое количество нераскрытых убийств, гарантия того, что его отправят на пенсию, – пожал плечами Волков.

– Согласен. На него кое-кто через Москву хотел надавить и денег туда заслал, да не вышло, – кивнул начальник.

***

На улице, как и в прошлом году во время обхода населения, было уже с утра жарко, хотелось куда-нибудь на бережок с удочкой, или просто с банкой пива и забыв о работе, сидеть и ничего не делать.

Волков с двумя операми, с раннего утра обходил владельцев металлических гаражей, которые находились на обочине проходящей мимо туннеля дороги. Хоть убийства и произошли год назад, но мало ли, может кто-то, что-то видел и вспомнит об этом.

Возле гаражей никто так и не появился и пришлось обходить их владельцев по квартирно.

Опер Тропинин выдвинул версию появления девушку в туннеле: " А что если девушек или их тела, привезли сюда на такси? Если мы допускаем, что жертвы между собой никак не связаны, а убийце было действительно всё равно кого убивать, то удобнее всего делать это под видом таксиста«, – сказал Тропинин.

– А что, я пожалуй соглашусь. Молодец! – похвалил молодого опера Волков. – Таксисту никого особо и искать не нужно, жертвы сами к нему в машину садились. Ему только оставалось их вырубить и отвезти куда нужно, – дополнил версию Волков.

Версия с такси, Волкову понравилась и он решил её докрутить: «Таксист мог посадить в свою машину жертву например в аэропорту, или в любом другом месте, по дороге убить или привести её в бессознательное состояние и убить здесь.

Причём, если он попадал на эту дорогу со стороны Матвеевки, он мог быть не местным, так как именно оттуда прекрасно видно её начало. А вот если он ехал со стороны Звездной или из леса, то наверняка имел какое-то отношение к этой местности.

Заехать на эту дорогу с улицы Звездная, мог только тот, кто знал как на неё можно было заехать.

А выехать сюда из другого конца Первомайки через лес, и вовсе не просто. Во-первых, дорог в лесу много, а во-вторых, не по каждой можно проехать. В этом Волков убедился лично, когда проверял возможные пути киллера ещё прошлым летом.

В туннель убийца мог наведаться всего один раз при условии, что всех пятерых женщин, он убил в один день. В противном же случае, он должен был здесь появиться несколько раз и его машину, хоть кто-то, но должен был видеть.»

***

Пока Волков со своей командой опрашивал жителей на улице Звездной, в управлении становились личности всех убитых девушек. Все они числились в розыске как потеряшки ещё с прошлого года. Уже даже родственников вызвали и опознание провели.

По предварительным прикидкам, девушки между собой кроме двух убитых подружек, знакомы не были и ни что их между собой не связывало.

Новосибирск, год назад. Июнь. 1997

Мария Терехова закончила смену в универмаге где она работала кассиром и не спеша, отправилась на остановку. В одиннадцать часов вечера, в июне ещё светло и народ с улиц не расходился, а наоборот, прибывал.

Можно было бы и на такси с Красина до Волочаевской до дома доехать, но Мария, надеялась уехать на маршрутке.

Погода была по-летнему тёплой, но небо потихоньку затягивало тучами и начинал накрапывать дождик, а маршрутки как назло не было.

У остановки остановилась старенькая Нива, открылась дверь и молодой парень спросил, как ему доехать до Волочаевской?

– Да тут рядом, – ответила Мария. – Я кстати, тоже туда пытаюсь уехать. Может, захватите, а я вам заодно и дорогу покажу.

– С удовольствием – ответил парень и кивнул на переднее сиденье. – Садитесь, а то промокните.

Мария обошла машину и устроилась на переднем сиденье.

– Вы пристегнитесь, пожалуйста. А то, у меня лишних денег нет, штрафы платить, – сказал парень.

Мария накинула ремень и пристегнувшись, откинула голову на подголовник. И в этот момент, парень нанёс короткий удар ребром ладони ей по горлу. На заднем сиденье поднялся ещё один парень, который во время разговора водителя с девушкой, спрятался за высокими спинками.

– Давай прямо, Мурза. Там дорога за город выводит.

Нива проехала прямо по Проспекту Дзержинского и выехала за городскую чёрту.

– Здесь сворачивай вправо, – распорядился Каток глядя в карту. – Сейчас мы по ней на кузнецкую трассу выскочим и поедем вправо до барахолки, потом свернём в лево, объедем барахолку и поедем в сторону Первомайки. На этом участке пути, нет ни ментов ни посторонних. Здесь вообще мало кто ездит, я проверял.

Выехав за барахолку на просёлок, Нива остановилась и начавшую приходить в сознание женщину, вытащили из машины, связали скотчем и заклеили ей рот.

Мария дико вращала глазами и пытаясь вырваться, мычала.

– Дай ей по башке, что бы заткнулась, – раздраженно бросил Каток.

– Нельзя, Каток. Я ведь и убить могу ненароком, а она нам пока живая нужна, – ответил Мурза и приблизившись к женщине произнёс – Слышь, курица. Заткнись и не трепыхайся. Будешь себя хорошо вести, будешь жить, а будешь трепыхаться, шею сверну. Поняла?

Мария кивнула и успокоилась и только из глаз её, потекли крупны слёзы.

Парни перекурили, затолкали связанную Марию в багажник и прикрыли старым брезентовым пологом.

– Лежи тихо, – ещё раз предупредил женщину Мурза и тронул машину.

Нива свернула в лес в районе вытрезвителя и по проселочной дороге поехала в сторону посёлка «Речпорт». Не доезжая до выезда из леса метров пятьдесят, машина остановилась.

Дождь уже закончился, но свинцовые тучи затянули всё небо и стало очень темно.

Мурза открыл багажник и вдвоём с Катком, они вытащили из него связанную женщину и положили её на мокрую траву. Каток достал нож и разрезал скотч, освободив Марии ноги.

Вставай. Дальше пойдём пешком. Каток помог женщине подняться и взяв за плечо, повёл к железной дороге, наличие которой можно было определить по проходящему по ней грузовому составу.

Мария, спотыкаясь, покорно зашагала в указанном ей направлении.

Они вышли из леса, перебрались через земляной вал под которым проходил водовод, пересекли проселочную дорогу и вошли в туннель.

Мурза ткнул остро отточенной саперной лопаткой в Марии в шею и перерубил позвонки.

– Вот и всё и тащить её далеко не пришлось, – вытер Мурза лопатку о платье убитой им женщины. – Сними пока с неё скотч, Каток. Сейчас прикопаем и поедем за следующей. Думаю, дня за два управимся.

***

Валерия Позднякова со своей подругой Натальей Гладышевой, отмечали в кафе открытие ещё одной торговой точки их совместного предприятия и засиделись почти до утра.

Вышли из кафе они, когда на улице уже светало и отправились до своего дома на Красном Проспекте, пешком. В прошлом школьные подруги, спортсменки и теперь уже успешные бизнес леди, шатаясь из стороны в сторону и весело смеясь шли по тротуару и совсем не заметили тихо подъехавшую видавшую виды Ниву, из которой вышел парень и пристроился к ним сзади.

Каток оглушил девушек ударом кулака по затылку. Тут же подъехала Нива у которой были убраны задние сиденья и Мурза с Катком засунули их в багажник и уже там, заклеили скотчем рты и связали руки и ноги.

От места где взяли очередные жертвы и до въезда в лес в Первомайском районе, езды по ночному городу было минут двадцать и Нива набрав скорость, понеслась на улицу Баганская.

Дальше все пошло по уже апробированному сценарию, единственное отличие было лишь в том, что убить девушек пришлось в лесу, а потом с осторожностью перенести их на плащ-палатке в туннель. Время было уже часов шесть утра и был реальный риск, что их могут заметить.

Но, в такой ранний час по дороге у леса, никто не прошёл и не проехал.

– Ну, что Каток, сейчас отдохнём часов шесть и поедем искать ещё двоих, – довольно потянулся на сиденье Мурза. – На премию мы себе, уже заработали.

– Ну да, только не забывай, что нам потом ещё нужно будет парочку мужиков на реке завалить.

– Так это когда будет-то? Это ж ещё через год только, – лениво ответил Мурза.

– Готовиться все же лучше заранее, – сказал Каток и закурил сигарету.

Глава 3

В этот раз, решили далеко не ехать и взять девушек в этом же районе.

– Да вот две телки идут, давай их и прихватим, – показал на гуляющих по берегу девушек Мурза. – Смотри, рядом никого нет.

– Давай сначала попробуем их так в машину посадить, – предложил Каток.

– Куда ты их тут посадишь? – оглянулся Мурза. – Сидений то нет.

– Да пофиг на сиденья. Может согласятся, – сказал Каток и подъехал к гуляющим по берегу Оби девушкам.

– Привет, девчонки. Мы тут заблудились немного, нам как на Звездную попасть? – спросил Каток.

– Да вон она Звездная, – показала на виднеющиеся за деревьями дома девушка.

– Да нам нужно со стороны леса проехать. Мы решили с утречка за грибами сгонять. Есть там дорога вообще?

– Есть. Можно со стороны Матвеевского переезда заехать, а можно со стороны Звездной.

– Может покажете. Я заплачу, – показал деньги Каток. – Я серьезно.

Девушки помялись немного и согласились.

– Только у нас тут сидений нет, мы же за грибами собираемся ехать, – сказал Мурза и открыв багажник, предложил девушкам садиться прямо на лежащие в багажнике вещи.

– Да ладно, мы не неженки. Нам и так сойдёт.

– А заву то вас как? – поинтересовался Мурза.

– Меня Катя Лебедева, а она Света Карагаева.

– Он Саня, а я Сеня, – улыбнулся Мурза.

На лесную дорогу заехали со стороны Звездной и проехав по ней немного, свернули в лес и остановились.

– Ну, всё девчонки, спасибо, что дорогу показали. Каток достал деньги и сунул их девушкам.

– Да вы что, это много! – округлила глаза Катя, увидев, целую пачку долларов в банковской упаковке.

– Нормально. Берите, у нас не убудет, – усмехнулся Каток и пошёл помогать девушкам выбираться из багажника.

– У вас тут туннель есть интересный, мы его только что проехали. Я интересуюсь такими вещами. Наверное старинный. Не покажете? – сказал Мурза.

– Ну ладно, пойдёмте покажем. Только по моему, там и смотреть то не на что, – пожала плечами Света.

Когда все вчетвером, парни и девушки вошли под свод туннеля, Каток ударил лопатой по шее Свете. Катя шарахнулась в сторону и хотела выбежать из туннеля, но Мурза успел подставить ей подножку и когда она упала, Каток нанес удар.

– Всё. Вот теперь, действительно всё. Теперь можно и на дно, до следующей весны упасть, – устало произнёс Каток.

– Красивые девки были, – уныло произнёс Мурза.

– Жалко что ли стало, Мурза? – спросил Каток.

– Мне жалко, что мы их не попользовали, – рассмеялся Мурза. – Ладно, погнали на хату.

Новосибирск. 1998. Год

– Имена женщин нам теперь известны, хоть какой-то прогресс. А что их связывало, вы разобрались? – уточнил начальник розыска.

– Да, на первый взгляд их вообще ничего не связывает. Они жили в разных местах, работали и учились тоже, да и социальный статус у них разный. Вряд ли они были знакомы, – ответил Волков.

– Ну, идите, копайте дальше. Носом землю ройте, майор, а дело это раскройте.

***

Оперативные мероприятия в туннеле всё ещё продолжались. Волков вышел из машины и посмотрел как толпа в оранжевых жилетах, вывозит тележками из туннеля песок. Вывезенный песок на всякий случай просеивали через сито.

Видимо, железнодорожное начальство получило по шапке, за то, что так запустили свой объект и теперь путейцы срочно приводили его в порядок. Волков ещё раз проверил местность у туннеля и понял, что труппы преступник мог сбросить в туннель также и со стороны шоссе. Между шоссе и железной дорогой в выемке, было место, где туннель имел разрыв и как бы, не имел крыши. Но и опять же о том, что здесь есть туннель и всё прочее, знали либо железнодорожники, либо местные.

Опрос жителей о подозрительных людях ничего не дал. Да оно и понятно, убийца же не дурак светиться там, где все друг друга знают. Здесь местные учатся в одной школе, работают в основном на одних и тех же предприятиях и даже ходят в одну и ту же баню. Любой новый человек здесь как таракан на белом листе ватмана. А вот на дороге и в лесу, можно встретить кого угодно. Но это днём. А вечером, ранним утром и тем более ночью, в лесу никто не шарится. Разве что, только в сезон сбора грибов.

И всё же нашёлся один житель посёлка, который шёл примерно год назад ранней весной с улицы Звездной по дороге вдоль леса и видел, стоявшую у туннеля вишневую Ниву. Время было позднее, часов одиннадцать и было уже темно, но Владимир Поломошнов всё же разглядел, как в машину садился какой-то мужчина.

Со слов свидетеля, мужчина был уже в возрасте и заметно припадал на одну ногу. Поломошного мужчина не заметил, так как тот был скрыт густыми зарослями клена. И ещё свидетель утверждает, что у мужчины в руках была саперная лопата.

Время сейчас на дворе лихое и свидетель постарался на глаза мужчине не попадаться и когда тот поехал в сторону Матвеевки, Поломошнов спрятался за кустами.

Это уже было кое-что, тем более, что эксперт допускает, что удары жертвам могли быть нанесены предметом похожим на саперную лопату.

Одна из дежуривших на Матвеевском переезде работниц вспомнила, что примерно в марте прошлого года, выехавшая из леса Нива едва не сбила ее когда она вечером выметала с путей мусор. Она сделала водителю замечание, а он её обложил в ответ матом. Мужчине было лет сорок – пятьдесят, волосы почти все седые, нос крупный, рост судя по тому как он сидел в кабине не высокий. Одет водитель был в зелёную вылинявшую штормовку. Нива была вишневого цвета, стекла полностью тонированные, на заднем стекле наклейка в виде сжимавшей автомат руки. Номера были заляпаны грязью и не читались.

«Ну вот, наконец дело может сдвинуться с места. Если конечно эта та машина и за рулем был именно тот, кто нам нужен, – подумал Волков. – Пока он стоял на переезде и разговаривал с сотрудницей, по интересующей его дороге проехало как минимум пять автомобилей. Так что, вполне может оказаться, что и эта Нива очередная пустышка. Однако и её нужно найти, – решил Волков. – Вряд ли конечно преступник стал бы так светиться, высовываясь из окна и ругаясь с сотрудницей переезда, но чем чёрт не шутит?»

***

Вишневую Ниву с соответствующей наклейкой на заднем стекле, Волков нашёл в частных гаражах Кировского района. Машина принадлежала Демину Андрею Степановичу 1940 года рождения.

Сам Демин был тут же и ковырялся в моторе.

Волков показал удостоверение, и попросил Демина ответить всего на один вопрос:"Что он делал в районе Матвеевки в марте прошлого года?«

– Вы бы ещё спросили, что я делал в марте лет десять назад? – нахмурился Демин. – Я не помню, что я месяц назад делал, а вы мне в марте?

– Ну что ж, вам придётся проехать в отделение, будем вспоминать вместе.

Волков кивнул патрульным и те надели на Демина наручники и сунули его в машину.

– Дайте хоть гараж закрыть, – взмолился Демин. – Растащат же всё.

– Не беспокойтесь, не растащат, – успокоил его Волков и распорядившись отвезти Демина в отдел, вызвал в гараж экспертную группу.

В качестве понятых привлекли соседей Демина по гаражу и приступили к обыску.

Обнаружили в багажнике саперную лопату, изъяли на экспертизу коврики из машины, перерыли весь гараж, но ничего интересного не нашли.

Демин нёс вообще какую-то чушь.

Из показаний Демина Андрея Степановича:

«В марте прошлого года я приехал на рыбалку на Обь в районе Звездной ещё утром, а вечером когда уже стемнело, поехал домой, но по пути решил заехать в круглосуточный киоск у третьей колонии и купить бутылку водки. Я знал, что водку там продавали круглые сутки. Когда я купив водку садился в машину, у меня скрутило живот и я решил справить нужду в лесу или за гаражами. Я поехал вдоль гаражей и случайно выехал на дорогу ведущую вдоль железнодорожного полотна. Потом я увидел туннель и решил справить нужду в нём. Поскольку я не свинья и привык за собой убирать, я взял с собой саперную лопату. Справив нужду в выкопанную в туннеле ямку, я её закопал и решил проехать по дороге дальше, полагая, что она выведет меня к Матвеевскому переезду. Так и получилось. А на переезде, на путях оказалась работница переезда которая меня обматерила и я ей ответил. После чего я поехал домой уже без остановок.»

– Да уж, – почесал затылок Волков. – Отмазка хоть и идиотская, но опровергнуть её, увы нельзя.

Экспертиза не дала положительных результатов. Ни на ковриках, ни на лопате, следов биологического материала жертв обнаружено не было.

Демина взяли на заметку и отпустили. Улик против него, не было.

Новосибирск. Май. Речпорт. 1997 год

Латгал, Мурза и Каток, сидели на высоком берегу Оби и в бинокли смотрели на то, как двое рыбаков на моторной лодке, сначала проверяли самоловы, а потом, запустили сплавную сеть.

Уже целый месяц, с конца апреля и по сей день, эта парочка каждое утро занималась одним и тем же.

– Значит, тут всё не сложно, парни. – сказал Латгал. – Они сеть, либо самоловы, ставят в одних и тех же местах. Вам главное, трупы в воду скинуть правильно, чтобы они на их снасти попались и не позволить им от трупов избавиться. Они же могут их обратно в воду скинуть. Для того чтобы они не смогли этого сделать, мы организуем звоночек в рыбнадзор, чтобы их на месте застукали. Даже если они всего лишь один труп поймают, это уже хорошо. Второй будет лишь для подстраховки. Шефу достаточно и одного.

Новосибирск. 1998 год. Август

Когда пришло время проведения операции, Латгал уже давно уехал в Москву и реализовывать план Мурзе и Катку, пришлось самостоятельно.

За жертвами далеко ходить не стали и прирезали двоих мужиков прямо на берегу, когда они приехали на машинах полюбоваться на реку.

Мурза перерезал им горло и засунул в багажник их же автомобилей.

После чего, машины отогнали в другой район, а трупы оставили в кустах на берегу.

В предутреннем тумане, Каток и Мурза сели в резиновую лодку, положили в неё трупы, а лодку замаскировали ветками и отчалили от берега.

Рыбаки их в тумане видеть не могли и они сбросили трупы прямо по курсу движущейся сплавной сети, а сами, тихонечко сплавились в низ по течению и вышли на берег прямо у оставленной там машины.

Вернувшись на машине к маяку, они оставили её подальше и стали наблюдать с берега в прибор ночного видения за действиями рыбаков, а когда поняли, что они хотят избавиться от трупа, Каток сел в машину, доехал до телефона автомата, позвонил на брандвахту и сообщил о браконьерах. Потом, они дождались когда рыбаков повяжут и уехали в направлении Матвеевки. Реализация прошла успешно и можно было возвращаться в Москву.

***

Дело о трупах в лесу и о трупах в туннеле, так и не сдвинулось с мертвой точки. Генерал грозил уволить всех на хрен и набрать с улицы новых оперов. Да его и можно было понять. Ему самому каждый день втык вставляли. Лихорадило не только управление, но и бандитов, которых в последнее время буквально задушили. Старшие умотали за границу и сидели там дожидаясь когда обстановка в городе стабилизируется и можно будет вернуться обратно.

И в этот момент, случилась очередная беда.

***

– Вииитькааа! Глянь чего тут попалось, – орал белобрысый парень своему напарнику.

– Ни хрена себе, улов, – сморщился Витька увидев в запутавшийся в сплавной сети труп мужчины.

– Ты Саня, везунчик однако. Такую сеть испоганил, – покачал головой Витька. – Его ж теперь, как из неё выковыривать?

– Да никак, – сплюнул Саня. – Теперь сеть резать придётся.

– Давай просто, спихнём его обратно вместе с сетью и дело с концом, – глянул Саня на Витька с надеждой.

– Ты чё, дурак? – покрутил Витька пальцем у виска. – Труп свежий совсем, может он и утонул потому, что в моей сети запутался. А сеть эту я сам садил, меня в миг менты вычислят.

– Ага, сам, – усмехнулся Саня. – В конце марта, в одежде искупаться решил.

– Да ментам пофиг. Может его и скинули в реку, а вот утоп он именно потому, что в сети запутался. А я на ровном месте срок получать не хочу. Так что давай, режь сеть, Саня.

– А чё я то, твоя сеть, ты и режь, – шарахнулся Саня в сторону. – Я вообще покойников боюсь, а утопленников тем более.

Витька выматерился и взяв нож, стал аккуратно освобождать утопленника от сети.

– Ну ни хрена себе! Ты смотри, ему кто-то горло перерезал, – показал Витька на неестественно откинувшуюся голову покойника. – От уха до уха полоснули.

Саня мельком взглянул на рану и его тут же вырвало.

– Ты чё такой слизняк, Саня, – удивился Витька. – Я таких в Чечне видел и ничего.

– Так-то на войне, а тут, жуть, – испуганно оглянулся по сторонам Саня.

На реке стоял густой утренний туман и казалось, что там, в тумане, кто-то тихо вздыхает.

– Давай к берегу, а то я сейчас прямо тут в штаны наложу, – взмолился Саня.

– Куда к берегу, идиот?– зашипел Витька. – С трупом что ли, поплывем? Лучше помогай, давай.

– Ты же сам сказал, что у него горло перерезано. Значит он утоп не потому, что в твоей сети запутался, давай спихнём его прямо с сетью, – снова предложил Саня.

– А потом ты будешь у следака доказывать, что это не мы его зарезали и в реку скинули? – усмехнулся Витька. – На реке это дело обычное. Сначала сеть на человека кидают, а потом ножичком и в реку. Не слыхал о таком?

Из тумана показался металлический, выкрашенный в оранжевый цвет нос моторной лодки и ткнулся в борт моторки на борту которой, Витька с Саней решали дальнейшую судьбу запутавшегося в сеть покойника.

– Ох, ты ж, дела то тут какие интересные! – раздался за их спиной голос рыбинспектора Геннадия Матвеевича Путилина.

Парни от неожиданности вздрогнули и вытаращенными глазами уставились на Путилина.

– Ты ножичек-то положи, Витёк, а то неровен час порежешь кого с дуру, – кивнул на нож рыбинспектор.

– Чё? – просипел сорвавшимся от страха голосом Витька, продолжая, держать в руке нож.

– Ух ты! – вскрикнул второй сидевший на корме за мотором рыбинспектор Дмитрий Николаевич Иванушкин когда их лодка притиснулась бортом к браконьерской моторке.

– Вы чё, совсем что ли с катушек слетели? – спросил Иванушкин и направил на Витьку ракетницу. – Брось нож, тебе говорят и лапки в гору.

Витька с Саней с перепугу никак не могли понять что происходит и их начала бить мелкая дрожь. Утренние сумерки, густой туман над рекой и труп, а тут ещё эти словно с того света появились. Было от чего струхнуть. Но спустя минуту их отпустило, страх перед неестественными силами ушёл и его место занял страх пойманных на месте преступления преступников.

– Это не мы его, – бросил нож в лодку Витька. – Он сам в сеть попал, уже мёртвый.

– Ты Витёк, не мороси, садитесь на вёсла и к берегу. Пусть менты с вами разбираются, – сказал Путилин и стал вызывать по рации с брандвахты подмогу.

Санек по привычке метнулся было к мотору, но Иванушкин его осадил.

– На вёсла, вам сказали, – повёл он стволом ракетницы. – Дёрнешься, пристрелю. Скажу, что оказал сопротивление.

– Да ты чё, Димка, я ж просто подумал, что на моторе то быстрей было бы, – промямлил Саня усаживаясь за вёсла.

– Оба на вёсла, – приказал Иванушкин. – И без фокусов.

– К какому берегу грести то? – поинтересовался Витька.

– К правому, – кивнул в сторону правого берега инспектор. – Туда сейчас менты подъедут.

***

Дежурство уже подходило к концу, ночь была спокойной, но на рассвете поступил звонок от инспектора рыбоохраны об убийстве на рыбалке и Волков чертыхнувшись, поплёлся в УАЗ, где уже собралась дежурная группа.

Запутавшийся в сети труп мужчины уже вытащили на берег и эксперт приступил к его осмотру.

Осмотрели не только труп, но и лодку.

– Ну, что можешь сказать? – спросил Волков и покосился на сидящих в наручниках в милицейском УАЗике рыбаков. – Могли они его убить, или нет?

– Нет, Коля, на этот вопрос я тебе вот так запросто, ответить не смогу. Горло ему перерезали относительно недавно и скорее всего не в лодке, а где-то на берегу, а потом сбросили в воду. Ну, если они такие идиоты, что сбросили труп в воду прямо в свою сеть, то в принципе убийцами могут быть и они.

Волков подошёл к машине и поинтересовался у рыбаков, почему они хотели избавиться от трупа?

– Ну как почему? Вот как раз по этому самому и хотели, – мрачно кивнул один из рыбаков на работающую у их лодки группу и на наручники на своих руках. – Мы же не дураки, понимали, что мы первые под раздачу и попадём. Вам же проще на нас его и повесить.

– Ну и сбросили бы его прямо с сетью, зачем было время то терять? – спросил Волков.

– Эту сеть на реке только вы и не знаете, а рыбники сразу вам скажут, чья она, – криво усмехнулся парень.

– Это так? – задал вопрос инспектору рыбоохраны Волков.

– Конечно, – не задумываясь ответил инспектор. – Даже если бы они чужой сетью рыбачили, мы то точно знаем, кто здесь так рыбачит. Это только кажется, что река большая. Рыбачь где хочешь и чем хочешь. А на самом деле, здесь всё поделено и чужого сюда не пустят.

– Интересно. А что сделают с тем, кто всё-таки попытается влезть на чужое место?

– Могут избить, а могут и утопить. И такое бывало, – ответил инспектор. Но если вас интересует мое мнение. Этого, убили не они. Он не похож на рыбака, а они наверху, – показал на плотину ГЭС инспектор.– К берегу ни в жизнь не сунутся. Они по-тихому всё стараются делать. Вышли на воду где-то здесь и скорее всего, ещё ниже, поднялись на верх, скинули сеть и поплыли, а здесь, сеть выбрали и сами охренели.

Волков попросил инспекторов, провезти его на их лодке, вдоль берега вверх по течению, сначала у правого, а затем, у левого берега.

Двигаясь вдоль берега, Волков отметил, что мест где можно было подъехать на машине прямо к берегу, было предостаточно.

«Придётся оба берега осмотреть как следует. Если его убили на берегу, то следы крови, а вытекло её при такой ране не мало, должны быть», – подумал Волков и отдал соответствующее распоряжение.

Рыбаки же продолжали отрицать свою причастность к этому убийству.

– Ну, мы просто хотели его обратно в воду скинуть, да не успели, – клялся Саня.

– Сеть эту я сам садил и любой рыбак вам сразу же скажет, чья это сеть, – говорил Витька. – Вот я и решил, прежде чем труп обратно в воду спихнуть, из сети вытащить.

Волков слушал горе браконьеров и думал, что было бы лучше, если б они его успели в воду спихнуть, глядишь и ушёл бы этот глухарь в воду с концами.

– Ты хорошо этот участок реки знаешь? – спросил Волков у Витьки.

– Как свои пять пальцев. А что? – поинтересовался Витька.

– Как ты думаешь, где его могли в воду скинуть?

– В Огурцово или у маяка, что у входного канала, где же ещё-то? Оттуда как раз течение прибивает сюда всё, что там в реку попадает. Причём быстро. Если труп ни за что не зацепится, то он сюда часа за три приплывет. А вот если его скинут в воду чуть ниже Огурцово, у маяка, то его как пить дать, затянет в устье Ини. Такое уже случалось. Рыбаки тонули и их потом в Ине находили. Тут такое течение хитроумное.

Рыбаков увезли в отдел, а Волков с группой, продолжал осматривать берег и у входного канала в шлюз в кустах, нашли таки большую, засохшую лужу крови.

Глава 4

Еще один труп с перерезанным горлом, как и предположил один из рыбаков, нашли в устье реки Иня, на следующий день. Экспертиза крови показала, что оба эти человека были убиты в одном и том же месте. В кустах у входного канала.

Задержанные рыбаки находились в отделе управления транспортной милиции, и Волков решил ещё раз с ними поговорить. Он приказал немедленно доставить к нему браконьера Витьку Пономарева, которого вчера задержала рыбоохрана с трупом в сети.

***

– Сможешь показать место, где нужно труп в воду скинуть, чтобы он потом в Иню попал? – спросил Волков у Витьки.

– Что, ещё один утопленник нарисовался и на этот раз там где я и предполагал? – усмехнулся Витька.

– Мне нужно точно знать, в каком месте вы его нашли и примерно, во сколько его в реку скинули. А, впрочем, во сколько, я вам и сам потом смогу сказать.

– Даже так? – удивился Волков.

– А что здесь такого-то? Я вырос на этой реке и мой отец и мой дед, здесь жили и рыбачили. Деревня наша на «Камешках» стояла, а когда нас затопило после того как ГЭС построили, нас оттуда выселили. У меня дед ещё до войны и в войну, на реке бакенщиком работал. Это сейчас бакена на катерах развозят и устанавливают, а раньше на лодочке, и каждый вечер фонари нужно было зажигать, а утром гасить. Мы эту реку в этом месте, как свои пять пальцев знаем.

Я вообще всё знаю, что на реке творится. Не на всей конечно, но от ГЭСа и до Красного Яра, точно, – ответил Витька.

– Может знаешь тогда и кто их убил?

– Я знаю всё, что творится на реке, товарищ майор. Всё, что касается рыбаков. А этих людей, вообще не факт, что на реке убили.

– С чего ты так решил?

– Так видел я труп-то тот, на рыбака он точно не тянет. В такой одежке на рыбалку не ходят, тем более, на такую как у нас. Разве что, с удочкой сидел.

Волков забрал подозреваемого и поехал с ним на Иню.

– Вот здесь труп нашли, его рыбаки на снасть вытащили, – указал Волков на берег.

Пономарев внимательно окинул взглядом реку и усмехнулся.

– Поехали начальник, место покажу, где его в воду скинули.

Пономарев указывал дорогу по дачам где можно было подъехать к берегу реки, и они выехали чуть ниже входа к обводному каналу.

– Чтобы труп затянуло в Иню и прибило его к берегу там, где его выловили, необходимо соблюсти сразу несколько условий. Воды в реках должно быть ровно столько, сколько сейчас, а такое бывает как раз в это время, то есть, в августе. Труп нужно скинуть в воду не с берега, а точно посередине фарватера, рядом вон с тем бакеном, – указал закованными в наручники руками Витька, на бакен. – Фарватер как раз у этого берега.

– То есть, у убийцы должна быть лодка? – спросил Волков.

– Ну конечно, водичка то сейчас не мёд, чтобы труп на себе вплавь тащить. Но, чтобы попасть на это место, на лодке нужно отойти от берега гораздо выше. Вон там, – показал Пономарев на кусты, где и была найдена лужа крови. – И скинули его в аккурат, когда мы со сплавной сетью, были чутка выше маяка. Иначе, он бы в сеть не попал. А значит, время было около половины четвёртого утра, не раньше, не позже.

– И вы что, никого на воде не видели?

– Так, туман стоял такой, что мы с Саньком друг друга в лодке не видели. А душегуб видимо на резинке был и не стукнул, не брякнул ничем ни разу. А после того как он труп скинул, он мог хоть куда вниз по реке сплавиться. Мотора нет, и его никто в таком тумане, сроду не заметит.

– То есть, выходит, убийца мог знать все тонкости подводного течения на реке? – спросил Волков.

– А кто ж его знает? – пожал Витька плечами. – Может знал, если хотел трупы в Иню отправить, а может, просто так звезды сошлись. Только мне кажется, что тут не всё так просто. Здесь прямо у берега глубина приличная и течение сильное и отбойное идёт. Если бы убийца хотел просто от трупов избавиться, он бы не стал заморачиваться и рисковать, а просто сунул бы их в воду прямо с берега и всё. А там найдут их или нет, тут уж как повезёт. Бывало, что и не находили. Тут кстати, ночью ещё и самоходка на якоре стояла, видимо ожидала утра, чтобы отшлюзоваться.

– Самоходка? А номер какой? – спросил Волков.

– Да хрен знает, какой у ней номер? Мы близко к ней не подплывали. Мы же ближе к левому берегу сплавлялись и нам ее оттуда вообще было не видно. А вот когда поднимались по течению, мы держались правого берега и видели её очертания. Да это ж просто узнать. Вон, на шлюзах спросите, кто тогда шлюзовался снизу и вам там всё скажут.

Тут ночью на реке кроме речников, рыбаков и рыбников, никого не бывает.

– А причём тут рыбинспекция? – спросил Волков. – Зуб на них имеешь?

– Да какой зуб? У меня с ними вообще всё ровно. Скажу не для протокола. Если бы не труп, я бы с ними легко краями разошёлся. У нас тут такса своя. Попался, плати и всё будет в шоколаде. Максимум, что они могли сделать, так это мотор забрать, если б у нас с собой денег не оказалось. Так уже много раз было. Мотор когда деньги привезёшь, обратно отдают. Так что, и им выгодно, чтобы мы рыбачили. А нам, чтобы работали те, с кем у нас всё ровно. А про них я сказал потому, что они ведь тоже могли, в ту ночь на воде быть.

– Могли, да не были. Они по звонку на вас вышли, – буркнул Волков.

– По звонку говорите… – задумался Витька. – Я конечно не опер, но по моему, это след. Нас никто видеть не мог. По крайней мере, то что мы со сплавной сетью рыбачим, точно никто не мог. А вот если кто-то следил за нами и точно знал, что мы труп зацепим. Думайте, кому и зачем это нужно, чтобы труп не сгинул, а его нашли и нашли, быстро.

«В словах рыбака была логика и она прекрасно вписывалась в версию о готовящейся провокации. Если трупы в лесу, в туннеле и на реке, звенья одной цепи, то это уже очень серьезно. Кто-то целенаправленно продолжает гадить. И в общем то, схожесть имеется. Во всех случаях, убийца делает так, чтобы трупы нашли. Не сразу нашли, но очень быстро. Что ж, придётся проверить и рыбинспекцию, чем чёрт не шутит.»

Волков отвёз рыбака обратно в управление, и отправился на брандвахту. Чтобы на неё попасть, Волкову пришлось проехать по плотине ОбьГЭС и переехать на левой берег, свернуть в право немного проехать прямо по шоссе и свернуть к берегу реки.

Помещение брандвахты находилось ниже плотины под высоким берегом у самой воды. У небольшого причала мотылялись на течении три моторные лодки с подвесными японскими моторами, которые выполняли роль патрульных плавсредств. За воротами на территории у большого сарая, стояли несколько легковых автомобилей.

Волкова встретил сам начальник местного отделения рыбоохраны Иванушкин Борис Михайлович и увидев удостоверение, пообещал ему любое содействие.

– Да уж, наслышан я о том происшествии, – покачал головой Иванушкин. – Всякого я тут за службу повидал, бывало что и веслом при разборках по голове кого били и за борт кидали, бывало, что самоловы на человека набросят и тоже за борт спихнут. Но то ведь, всё в горячке, во время драки и в основном, по пьяни было, а тут горло перерезали и сразу двоим. Жуть! И сомневаюсь я, чтобы это могли наши браконьеры сотворить. Я ведь их всех знаю. Они на убийство с холодным рассудком, не способны.

– Ну как же, а как тогда тот факт, что они хотели от трупа избавиться? – спросил Волков.

– Да бросьте вы, майор, – отмахнулся Иванушкин. – Это они с перепугу, что их за это дело потянут. К тому же, они ведь понимали, что сплавная сеть, это уже нарушение. За одно это только, можно реальный срок схлопотать. Я их не выгораживаю, я просто ясность вношу. И рассказываю вам это всё, потому, что не первый год знаю этих людей. Они так, убить не могли.

– Признаться, не ожидал, встретить здесь адвоката этих браконьеров, – усмехнулся Волков.

– Да какой из меня адвокат. Я не хочу, чтобы они без вины сели. Они конечно не ангелы и по ним давно уже срок плачет. Но только за то, что они заслужили, а не за двойное убийство.

– А ваши люди, не могли этого сделать? – поинтересовался Волков. – У них ведь тоже была такая возможность и они тоже, были на реке.

– Я так и думал, что вы сюда за этим приехали, – покачал головой Иванушкин.

– Ну, я обязан проверить все возможные версии, вы же это не хуже меня понимаете, – ответил Волков.

Понимаю и предоставлю вам исчерпывающую информацию. Но в своих людях, я уверен. Они на такое не способны. Что вас интересует?

– Меня интересует график дежурств и вообще, как организована ваша служба. Насколько точно вы знаете, где находятся ваши люди и чем они занимаются, когда покидают пределы брандвахты?

Иванушкин позвонил дежурному и попросил его принести журнал дежурств.

– Вы пока смотрите журнал, а я вам буду рассказывать, чем занимаются мои люди во время дежурства, – положил перед Волковым журнал Иванушкин. – Мои люди в соответствии с планом, осуществляют рейды. Причём не только на воде, но и на транспорте, по берегу. Выезжают на место по вызову.

Вас ведь интересуют только те из моих сотрудников, которые работают на реке?

– Да, те кто занимаются инспекцией предприятий на берегу, меня не интересуют. Только дежурные смены и никто больше, – кивнул Волков.

– В то утро был очень густой туман и по технике безопасности, выезд на воду был ограничен. Но, поскольку поступил сигнал, мы были обязаны реагировать и дежурная смена, выехала на указанное звонившим место.

– А звонил мужчина, или женщина? – поинтересовался Волков.

– На сколько мне известно, звонил мужчина. Он сообщил точное место, где должны были быть браконьеры. И они именно там и оказались.

– А кто принял звонок?

– Дежурный и принял. Сегодня как раз та самая смена и работает.

Иванушкин пригласил в кабинет дежурного.

– Скажите, голос у звонившего был молодой, или старый? Может быть были какие-то характерные особенности, ну там, акцент, южный говор и тому подобное? – поинтересовался Волков у дежурного.

– Да нормальный был у него голос, ничего необычного. Он не стал представляться и назвал точное место. Я ещё удивился, что такой туман, а он кого-то на реке разглядеть умудрился. Да ещё понять, что они сеть проверяют. Но я сразу же сообщил старшему смены, и он послал ребят, проверить сигнал.

– А ребята, где были, когда поступил звонок?

– Так спали они, где ж им ещё быть то, в такую погоду? У нас вон, комната отдыха для этого имеется специальная, – показал на дверь дежурный.

В журнале, который просмотрел Волков всё было в ажуре. Все работали по графику, расписались в инструктаже и так далее. На этот день рейдов запланировано не было.

В общем, на брандвахте ничего путного выяснить не получилось. Эта версия по всей видимости, была тупиковой и осталось только проверить, что за самоходная баржа, стояла в ту ночь на якоре у маяка.

Поскольку возвращался Волков всё равно мимо шлюза, он решил сразу же всё и прояснить.

***

– Была баржа. Именно в то утро и отшлюзовалась. Она в тот день вообще только одна и была. Осень ведь уже, воды мало, – посетовал дежурный и достал толстый журнал, в который заносились данные о проходивших через шлюз судах. – Рейс коммерческий. Вот и номер и фамилия капитана, смотрите. У нас тут как в аптеке, муха не пролетит, – пихнул он журнал Волкову.

– Меня в общем-то интересуют все суда проходившие через шлюз пятого апреля. И если можно, сделайте мне копию этой страницы.

– Ну, насчёт копии, это трудно. Я же говорю, кроме этой баржи, больше судов не было. Разве что, на борту… А сканера у нас нет сканера, – ответил начальник вахты. – Но если вас устроит завизированная начальником шлюза выписка, я сделаю её вам в течение получаса.

– Будьте добры, сделайте тогда выписку. И скажите, что значит, на борту?

– А, на борту? Ну так это дело житейское. Некоторые частники на моторках, договариваются с капитанами судов, чтобы через шлюз без проблем пройти и те их лодку, на борт берут. За денюжку разумеется, – усмехнулся дежурный. – На этом сухогрузе тоже пара лодок была, но нас это мало интересует. Может это вообще, их лодки.

***

До Барнаула, Волков так же доехал на служебной машине и показав на вахте удостоверение, вошёл на территорию где по словам секретарши сейчас находился начальник порта.

Начальник порта кого-то распекал у ворот цеха, на которых были закреплены огромные металлические буквы «РМЦ».

Волков подождал когда начальник закончит экзекуцию и взяв его аккуратно под локоток, отвёл в сторону. Начальник от такой фамильярности едва не потерял дар речи.

– Кто вы такой, что вам от меня нужно? – вспыхнул не привыкший к такому обращению начальник.

– Да ничего особенного, – показал ему развёрнутое удостоверение Волков. – Просто, у вас, я понимаю, день очень насыщенный и вы жутко занятой человек. Но у меня слишком мало времени, и я не могу себе позволить ожидать, когда вы соизволите закончить свои дела. Меня интересует прибывший на погрузку из Томска самоходный сухогруз. Просто скажите где он стоит и я вас больше не задержу.

– Семёнов! – окрикнул начальник проходившего мимо мужика. – Подойди сюда!

Мужик не подошёл, а скорее подбежал, как в армии.

– Вот вам Семёнов, он как раз этими делами заведует, он вам все расскажет и покажет, – ткнул начальник сразу загрустившего Семёнова в тощую грудь пальцем. – Товарищ из милиции, его Томская самоходка интересует. Так что, покажи ему где она стоит и проведи на борт. И смотри мне! – погрозил пальцем начальник перед носом Семёнова.

– Ну, пойдёмте, раз так, – промямлил Семёнов.

«Видимо мужик с глубокого похмелья, – подумал Волков почуяв характерный, исходящий от мужика запашок. – Наверное в магазин бежал, а тут я на его больную голову свалился».

Баржа стояла у стенки где-то далеко внизу и чтобы попасть на ее борт, пришлось спускаться по дышащему под ногами, деревянному трапу. Вся команда во главе с капитаном, находилась в помещении столовой и приготовилась отобедать, а заодно и выпить. Волков представился и попросил капитана, выйти на разговор на палубу.

– Меня интересует время когда вы стояли возле маяка перед обводным каналом в Новосибирске. Интересует всё. Что вы делали, отлучался ли кто-либо из команды, что видели или слышали. Особенно ночью, когда над рекой стоял густой туман.

– Ну, мы вечером подошли к обводному каналу, когда уже начинало темнеть. Встали на якорь и легли спать. Ночью ничего такого не происходило. Правда, поздно вечером, на верх у левого берега, кто-то на моторе поднимался, а под утро уже, прошла моторная лодка уже сверху, и всё.

«Ну, вечером вверх рыбаки со сплавной сетью поднимались, они потом сплавом вниз пошли, без мотора, а на моторе, сверху под утро, рыбинспекция спустилась, – подумал Волков. – Тут всё так и было.»

– Скажите, а на берегу вечером или ночью, машин не было?

– Может если и были, то фарами не светили, а работы мотора слышно не было, – ответил капитан.

– А что случилось то? – наконец решился задать он вопрос Волкову.

– Да ничего. Если что-то вспомните ещё, вот мой номер телефона, очень вас прошу, обязательно позвоните, – протянул Волков капитану свою визитку.

Опрашивать членов команды, Волков решил, что смысла нет. Судно когда стояло у входа в канал, у него ведь движок работал, и особо слышно конечно ничего не было, особенно из каюты.

***

Вернувшись в управление, Волков связался с Томским пароходством и выяснил состав команды сухогруза и затребовал их характеристики.

Получив по факсу документы, он убедился в том, что характеристики были формальные и вряд ли отражали реальные портреты фигурантов. Судя по этим характеристикам, всех без исключения членов экипажа судна, можно было тут же награждать и присваивать звания «Почётный работник речного флота». Таких характеристик, Волков за время службы, видел, перевидел и цену им знал очень хорошо.

Особое внимание при изучении биографий членов экипажа сухогруза, он уделил их прежним местам работы. Ни один из них, прежде никогда не жил и не работал в Новосибирске. И это было не хорошо.

Не хорошо потому, что не укладывалось в логику. По логике, тот кто сбрасывал трупы в реку, очень хорошо знал особенности течения именно данного участка реки. Это конечно при условии, что он хотел запутать следствие и бросал трупы в реку, точно зная, что течение затянет их в Иню. А вот если он их просто сбрасывал, и попадал в нужную точку сброса случайно, тогда конечно, логика могла быть совсем иной.

Похоже и это дело, прямиком скатывалось в папку с глухарями.

Глава 5

Октябрь 1994 год. Объект

Перед тем как Азарт нажал на спусковой крючок, в голове у Серёги что-то вспыхнуло. Наверное во время стрессовой ситуации, в его организме жизненные процессы ускорились и произошёл мощный скачок давления.

Серёга почувствовал, как пуля вошла в мозг и вышла из затылка выломав в нем большой кусок черепа. Потом было ещё два выстрела. Одна пуля пронзила его сердце, а вторая снова пробила голову и сплющилась о бетонный пол лаборатории. И все это время, Серёга не чувствовал боли и не терял сознание!

Спустя всего несколько секунд, остановилось кровотечение и начался процесс регенерации поражённых тканей и мозга. Организм отторг пулю из сердца и рана практически мгновенно затянулась.

А спустя минуту, Серёга огляделся по сторонам и сел. И только теперь, его тело пронзила боль. Очень сильно болела голова, накатилась волна тошноты и Серёгу стошнило прямо на брюки. Он попытался встать на ноги, но пол норовил всё время выскользнуть у него из-под ног и он заваливался на бок.

Покувыркавшись на измазанном блевотиной и кровью полу, Серёга всё же кое-как встал на четвереньки и мотаясь из стороны в сторону, пополз к выходу из лаборатории.

В открытых настежь дверях, он упёрся головой в окровавленный труп Веры и его снова стошнило. Вера лежала лицом вверх широко раскинув руки, головой в коридор и ногами в лабораторию.

Схватившись за косяк, Серёга сделал отчаянную попытку подняться на ноги, но снова упал и на этот раз, прямо на труп Веры. В глазах двоилось, троилось и он не мог сосредоточить и сфокусировать зрение, ни на одном предмете.

Обхватив руками голову, он попытался усилием воли унять боль и остановить головокружение.

После нескольких попыток, ему наконец удалось остановить головокружение и резкая боль, перешла в стадию тупой и ноющей. Это было ещё хуже, но зато, видеть он стал гораздо лучше.

Серёга перекатился через окровавленное тело женщины в коридор и наконец, используя в качестве опоры стену, поднялся на ноги. Как бы плохо ему сейчас не было, оставить здесь, в глубоком подземелье Веру, он не мог. Серёга схватил ее труп за руку и цепляясь за стену, поволок ее по коридору к выходу.

Идти, а тем более тащить Веру, было очень тяжело. Весь проход был завален трупами, где-то, сквозь ещё не выветрившуюся пелену дыма и пороховых газов, мигала оранжевая лампа аварийной сигнализации. И этот ее мигающий свет, мешал Серёге сосредоточиться.

Сколько времени он волок Веру к выходу Серёга не понимал. Время потеряло своё значение и вообще весь мир вокруг него, сузился до размеров этого коридора и видневшегося впереди светлого пятна выхода из подземелья.

Вытащив Веру из коридора на воздух, Серёга побежал обратно в лабораторию. Хотя, «побежал», это слишком. Серёга ковылял цепляясь за стену, спотыкался о трупы и падал, поднимался и снова ковылял в направлении лаборатории.

Войдя в лабораторию, Серёга кинулся к опрокинутым стеллажам и стал лихорадочно искать упаковки с ампулами. Он обнаружил их под стеллажом и ещё несколько минут двигал стеллаж, чтобы освободить к ним доступ. Добравшись до коробок, Серёга схватил четыре упаковки и шприц, и побежал обратно.

Выбравшись наружу, он схватил в охапку Веру и потащил ее в лес. Отойдя от территории объекта примерно с километр, Серёга вынул из упаковки ампулу и наполнив шприц, сделал инъекцию препарата в сердце Веры. На что он надеялся, он и сам не понимал, но после первой дозы, он ввёл сразу вторую и следом ещё и третью. Потом выкопал ножом ямку, положил в неё ампулы и разбил их, а следом сложил шприцы и упаковку, и закопал.

И только выполнив поставленную воспалённым, изувеченным мозгом задачу, без сил свалился на холодную землю.

Сколько он так пролежал Серёга не знал. В чувство его привёл мощный, основательно тряхнувший землю взрыв и чей-то стон.

Вера сидела на земле и мотала из стороны зажатой в ладонях головой пытаясь унять боль и понять, что вокруг неё происходит.

Чудесное воскрешение Веры, Серёгу почему-то не удивило. Он сейчас вообще ничему не удивлялся и воспринимал происходящее вокруг него как должное. Раз это происходит, значит так нужно и ему просто необходимо учитывать это обстоятельство при принятии очередного решения и не более того.

– Нам нужно уходить отсюда как можно скорее и дальше, – сказал Серёга севшим голосом и обнял Веру за плечи. -

Пойдём.

Серёга помог Вере подняться и потянул её к дороге ведущей в «Консервы».

– Что это было? – спросила Вера.

– Это не важно. Это всё потом. Они взорвали объект и вполне возможно, что скоро здесь будет целая армия спецов, которые станут прочесывать лес, – кивнул Серёга на огромную дымящуюся воронку.

– А может, нам лучше пойти по той дороге? – показала Вера на вторую дорогу где они взорвали силовой кабель.

– Нет, – покачал головой Серёга. – Спецы знают про эту дорогу и именно ее в первую очередь они и перекроют, а про дорогу в «Консервы», не знает никто. Они конечно и её прошерстят, но это будет потом.

– У меня все болит. Огнём горит, – пожаловалась Вера.

– У меня тоже. Но это скоро пройдёт, главное, мы живы, – сказал Серёга.

С головой у Веры было гораздо хуже, чем у Серёги и она вообще, почти ничего не соображала.

Видимо процессы регенерации её организма ещё не завершились, да и сам Серёга видел окружающий его мир словно через целлофановый пакет, всё кругом было размыто и даже звуки, были какими-то приглушенными.

Серёга уже начинал понимать, что в отличие от Веры, его организм оказался намного сильнее и справился с регенерацией без дополнительного допинга. Он тоже воскрес из мёртвых, но сам, без помощи препарата. Сил правда ещё совсем не было, но учитывая, что он ещё совсем недавно ползал на четвереньках, а ещё раньше был трупом, прогресс был на лицо.

С координацией конечно, всё ещё было худо, его заносило и мотало, но силёнок немного прибавилось и он взвалив на плечо Веру, побрел по дороге мимо сгоревшего грузовика в сторону консервного завода.

– Один, два, три… – считал Серёга свои шаги, пытаясь, заставить мозг работать. – Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят. Всё привал.

Серёга осторожно опустил Веру на промерзшую землю у дороги и рухнув рядом, закрыл глаза. Сердце, пытаясь, выскочить из груди бешено колотилось и усиленно снабжало мозг кровью. Пульсирующая боль в висках понемногу отступала и сознание приходило в норму.

«Плохи наши дела. На улице не май месяц и того и гляди, лес заметёт снегом по пояс, а там и мороз ударит. А до «Консервов» такими темпами, если Вера ещё долго не очухается, мы только к весне и доберёмся, если конечно, раньше не околеем», – Серёга поёжился. Пока он шёл и тащил на себе Веру, холода не замечал, но полежав на земле, понял, что нужно искать способ срезать путь и идти не в Кыргыт, а куда угодно, лишь бы к жилью.

– Сорок девять, пятьдесят. Всё, Вера, – опустил Серёга Веру на землю. – Больше мы сегодня пройти уже не сможем, да и темнеть начинает. Мы и так уже сотню таких отрезков отмахали. Нам нужно уйти с дороги в лес, развести костёр и устраиваться на ночлег.

Вера понемногу начинала приходить в себя и пятьсот шагов в глубину леса, одолела без Серегиной помощи.

– Я думаю, что к утру, мне станет значительно легче, – виновата улыбнулась Вера. – Завтра, тебе меня, тащить не придётся.

Серёга наломал еловых веток и соорудив шалаш, выстлал его еловыми лапами и развёл небольшой костёр. Согревшись, они залезли в шалаш, закрыли для тепла лапником вход и обнявшись завалились спать. Сон пришёл мгновенно. События последних дней и особенно часов, дали о себе знать.

Утром, состояние у обоих заметно улучшилось и очень сильно захотелось есть.

– Слушай, Вера, я вчера как-то не подумал о том, что мы будем есть в дороге, а без еды, мы долго не протянем. Да и вещи нам кое-какие нужны. Мы вчера при всех наших героических потугах, отошли от объекта всего километра на три. Максимум, пять и там в машинах полно всего, что нам нужно. Ты посиди здесь, а я по-быстрому метнусь туда и кое-что пособираю.

– Не буду я здесь одна сидеть, я боюсь. Я с тобой пойду, – вцепилась ему в руку Вера. – Я чувствую, что у меня уже сеть силы, правда. Не бросай меня здесь одну, – состроила Вера жалобную мину.

– Ладно, со мной пойдёшь. Но учти, увижу что устала, оставлю и дальше пойду один. Там ведь всякое может случиться, может и убегать придётся.

– Я выдержу. Мне уже лучше.

***

Сегодня Серёга уже смог адекватно оценить и масштаб сражения и масштаб разрушения объекта.

На месте объекта зияла огромная воронка, но КПП было целое и в нем оказался целый набор продуктов, рюкзаки, спальные мешки, фляжки с водой и даже спирт в пятилитровой канистре.

Набив рюкзаки консервами, чаем, солью и сахаром, и захватив спальные мешки и посуду Серёга с Верой двинулись к выходу и тут, Серёга обратил внимание на висевший на стене офицерский планшет и пистолет в кобуре.

– Вот теперь всё… – Серёга открыл планшет и обнаружил в нем карту и компас.

Когда они уходили в лес, они услышали как со стороны основной дороги, до них донестись звуки работающих надсадно двигателей тяжелых армейских грузовиков.

Вера и правда похоже оклемалась и шуровала за Серёгой без нытья и устали. А Серёга тем временем пытался осмыслить произошедшие события.

«Как человек получает информацию? Он читает книгу или учебник, или вообще что-то видит или слышит и по сути, телепортирует знания в мозг. Но между увиденным и мозгом существует некое пространство, через которое эта информация проходит, прежде чем попасть в хранилище мозга. Таким образом, информация может на этом пути копироваться и сохраняться в пространстве в виде облака. Когда пуля разрушила мой мозг, а точнее за мгновение до этого, я видимо дал команду на регенерацию организма и восстановление информации из пространственно временного облака. И как-то это сработало! Причём сработало без моего участия, поскольку я уже был трупом.

Мы даже не замечая этого, постоянно телепортируем информацию. Гипнотизёр например, телепортирует свою волю в виде информации, непосредственно в мозг выбранного им объекта. Но то, что произошло со мной и Верой, это что-то!» – думал Серёга старательно обходя поваленные деревья.

Где-то вдалеке, в направлении взорванного объекта раздался звук летящего вертолета.

«Только бы собак с собой не привезли», – подумал Серёга и схватив Веру за руку, потащил ее под разлапистую ель.

– Они нас с воздуха в этом лесу, сроду не обнаружат. Но шмон будет конечно знатный и прежде всего, они ломануться по дороге в «Консервы». Я думаю, что они найдут на ней много интересного, – сказал Серёга.

Где-то через час, по дороге в сторону «Консервов» протарахтел БТР.

– Вот и всё, Вера. Эта дорога для нас закрыта, теперь придётся топать напрямик через лес и очень осторожно, – прошептал Серёга наблюдая из ельника за сидевшими на броне автоматчиками.

Саргун Октябрь. 1994 год

Прибывший из областного центра ОМОН, вошёл в вагончик смотрящего за Саргуном, без стука. Стука не было, а вот грохот от выбитой двери был и кроме того, слетевшая от мощного удара с петель дверь, прилетела прямиком в голову сидящего за столом напротив, Вагита.

А следом, по этой двери зачем-то пробежал десяток бойцов в брониках и в разгрузках и только потом, они заметили под дверью лежащего без сознания, смотрящего.

Вот от того, вид у Вагита был мягко говоря, не важный.

Вагит ведь с дуру не оценив ситуацию, когда пришёл в сознание, попытался качнуть права и теперь, нос у него был свёрнут набок, губы разбиты, несколько золотых зубов остались лежать где-то на грязном полу вагончика, а сломанная рука висела на перевязи.

– Слышь, начальник, ты за этот беспредел ответишь. Скоро сюда приедут мои адвокаты и тебе небо с копеечку покажется. Тебе что, погоны жмут? – сплюнул Вагит на пол кабинета следователя. – За что меня так жестко задержали? Ты бы пришёл и спросил, что тебе нужно, может я и сказал бы, а теперь, хрен тебе. У тебя против меня, ничего не было и нет.

– Ну как же нет, а твои люди, которые сейчас в морге лежат?

– Какие ещё люди? – искренне удивился Вагит.

Дело о событиях на объекте вёл местный следователь, Веснин Николай Максимович. Но это пока. На днях из Москвы, должна была прибыть специальная следственная группа.

Веснину же, необходимо было по горячим следам выяснить причастность к этим событиям, лидера Кыргытской преступной группировки, Вагита. А за одно и на всякий случай подчистить кое-какие концы. Здесь ведь все друг друга знали и чего греха таить, так или иначе, были повязаны.

Веснин отметил, что удивление Вагита наигранным не было и он либо действительно ничего не знает, либо не предполагал, что их поездка на объект, закончится в морге.

– Твои люди и с ними ещё и Азарт, зачем-то устроили бойню на бывшем военном объекте и сейчас находятся в морге. Судя по количеству и качеству вооружения, они к этой поездке готовились и ты об этом не знать, не мог. Кроме того, они тоже положили кучу народу на объекте и потом ещё его зачем-то взорвали. И судя по количеству взрывчатки которое им для этого потребовалось, привезли они её туда на грузовиках. Мы уже знаем, где и у кого, твои люди эти грузовики арендовали. Кроме того, мы допросили и сторожа на бывшем консервном заводе и он тоже опознал твоих людей. Меня интересует, что ты там затеял и для чего?

«Неужели всё так и было? Целая бригада по моей милости влипла в жир ногами и главное, не понятно почему? – думал Вагит. – За этот косяк спросят и спросят не по-детски, а ответить мне будет нечего. Кто такой этот Серёга, из-за которого всё это и произошло? Хрен его знает. Можно его сдать или не стоит? Тоже не понятно. Может он вообще шпион како-нибудь»?

– Давай так поступим, начальник. Я хочу своими глазами увидеть своих пацанов в морге и если это не понты, то я расскажу тебе то, что знаю, – выдвинул следователю условие, Вагит.

– Да без проблем. Морг вон он, через дорогу. Сейчас пойдём, сам всё и увидишь, – согласился он.

***

– Ну что, Вагит, убедился? – спросил следователь, когда они вышли из помещения морга.

– Убедился, – мрачно кивнул Вагит.

Веснин отдал распоряжение конвойным доставить задержанного к нему в кабинет.

***

– Мутная это история, начальник. Я и сам в ней толком так и не разобрался, пацанов как раз для этого и послал, а оно вон как всё обернулось. Есть тут один типок непонятный, Серёгой Матвеевым его зовут. Кто он такой на самом деле, хрен его знает. Вроде лох, но не лох, блатной – не блатной и пацанов авторитетных, на раз под себя подмял.

Попал этот Матвеев на кичу в Кыргыте по блудняку ментовскому, а там Шнурок за картами ему рассказал, как он склад на месте бывшего консервного завода подломил и взял там какие-то ампулы, которые за ненадобностью, где-то в лесу выбросил.

Матвеев когда вышел из кичи, эти ампула подобрал и ко мне с ними приперся, мол, так и так, экспертиза авторитетная требуется, выход на лаборанта нужен. Денег мне заплатил. Ну, а я что, дело житейское, деньги хорошие, я его и свёл с вашим криминалистом.

– Постой. Это с каким криминалистом ты его свёл? – удивился следователь.

– А у вас их тут много что ли? – усмехнулся Вагит.

– Ну, продолжай, – нахмурился следователь.

«Дело принимало совсем нехороший оборот. Если выяснится, что криминалист, а он здесь один, Вилков Артем Алексеевич, работает на бандитов, выполняет их поручения, то звездопад будет гарантированный. И звезды с погон, полетят не только у начальника местного отделения милиции. Начнут копать, многое может всплыть». – поёжился Веснин.

– В общем, встретились они, перетерли и криминалист, сделал таки ему экспертизу, – продолжал Вагит. – А Матвеев после этого, куда-то сразу сквозанул. Ну, тут уже я напрягся. Тряхнул Вилкова, а тот мне говорит, мол не лезь в это дело, Вагит, плохо может для тебя кончиться. Я тогда спросил, сколько может стоить это лекарство? А Вилков сказал, что ему цены нет. Вот тут у меня башню и сорвало. Ну думаю, сука этот Матвеев, мимо меня хотел деньги пронести. Я подумал, что там наркота какая-то хитрая и что где-то тут, налажено её производство.

А потом объявился Матвеев и засуетился. Я за ним пацанов послал последить, а дальше всё интереснее. Откуда-то нарисовался Азарт с бабой Матвеева и кинулся на его поиски, а мои пацаны соответственно за ними. А потом, я ещё и подмогу послал. Кто ж знал то, что всё так обернётся?

***

Когда Вагита увели, Веснин выкурил целую пачку сигарет и всё никак не мог принять окончательное решение: «Как ему следует, поступить дальше?

С одной стороны, если он сдаст криминалиста Вилкова и раскроет его сговор с Вагитом, ему может светить не хилое повышение. А с другой, Вилков ведь тоже молчать не станет и ему есть что рассказать о работе отдела. Мало не покажется ни кому и ему, следователю Веснину, в том числе.

Как ни крути, а решение придётся принимать, после разговора с Вилковым.»

Глава 6

– Да врет он всё, – Вилков достал сигарету и закурил. – Вагит действительно подкатывал ко мне, чтобы я проконсультировал какого-то его человека и даже деньги мне предлагал, но я отказался.

– Смотри Артём Алексеевич, если показания Вагита дойдут до ушей службы безопасности, они тебя на изнанку вывернут, – Веснин взял со стола листок, написал на нем сумму с тремя нолями и пододвинул его Вилкову.

Вилков не прикасаясь к записке мельком взглянул на сумму и кивнул.

– Можешь считать, Артём, что Вагит этого не говорил, – пообещал ему следователь.

Получив от Вилкова обозначенную сумму, Веснин задумался: «От Вагита необходимо избавляться самым радикальным образом, раз, и навсегда. И показания его, которые он успел наговорить, придётся уничтожить иначе, картинка может не сложиться. Фамилия Матвеева этого, в деле тоже не должна ни как фигурировать. К тому же, он скорее всего, тоже где-то на объекте зажмурился.

Если свернуть Вагиту шею, экспертизу будет делать Вилков, он же и заключение правильное напишет. А труп нужно будет закопать где-нибудь подальше, что бы его ни в жизнь никто не нашёл.»

***

– Интересную ты вчера историю рассказал, Вагит. Особенно в той части, которая касается Вилкова, – Веснин подошёл к сидящему на табурете Вагиту, сзади, взял его одной рукой под подбородок, а другой за затылок и резко крутанул в сторону.

– Сердечко слабенькое оказалось у вашего смотрящего, – сказал Вилков выдавая труп смотрящего местной братве. – Вы там и за меня ему венок положите, только без моего имени разумеется, – сунул Вилков деньги одному из бандитов.

***

Хоронили Вагита с помпой. На похороны приехали какие-то люди из разных городов и вся его могила, была усыпана цветами.

– Нас с тобой, так хоронить точно не будут, – толкнул локтем в бок Вилкову следователь.

Веснин с Вилковым, с интересом наблюдали за похоронами в бинокль, из леса.

– Сегодня ночью его нужно будет выкопать и закопать где-нибудь подальше. Мало ли что, – сказал Вилков.

– А ты думал, я тебя за чем сюда позвал, на похороны этого утырка посмотреть что ли? – усмехнулся Веснин.

– Ночью, Веснин с Вилковым выкопали из могилы гроб, вынули из него труп Вагита и закопали гроб обратно. Потом привели могилу в порядок и забросив труп в багажник УАЗика, поехали по лесной дороге вглубь леса.

– Вот здесь хорошее место и копать легче, – показал Веснин на пригорок.

Вагит исчез, как-будто и не было его никогда в этом городке, а местные бандиты, ещё долго потом приносили свежие цветы на его могилу.

А тем временем, в Кыргыт из Москвы, прибыла следственная группа.

***

Все эти события произошли когда Серёга с Верой, всё ещё шли по заснеженному, застывшему от осеннего мороза лесу.

И кто знает, сколько бы им ещё топать и топать, если бы однажды вечером, Серёга не почуял дым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.