Алексей Борисов
Испытание чувств

В тени магнолий

Мы с Петром были вместе уже два месяца и собирались разбежаться. Вернее, собиралась только я, ему пока знать не полагалось. С ним было слишком скучно. Ни рыба, ни мясо. Офисный планктон. Все разговоры о распределенном ИИ и индексах Доу Джонса.

На Рождество босс дал им отпуск до Нового года. Мол, «контрагенты за бугром отдыхают, а без них и вам штаны на казенных стульях протирать нефиг». Вот Петрик и пригласил провести пару дней на лыжной базе.

Хотела отказаться. Просто не представляла, как выдержу с ним наедине столько времени. Но он лепетал про то, что «будет туча интересного народа» и «познакомишься с друзьями». Я не представляла, зачем знакомиться с друзьями, если в новом году рада буду его не видеть, но иных вариантов на предпраздничную неделю не просматривалось. Решила подарить ему «последние гастроли». Парень он, в принципе, не плохой. Заслужил утешительный приз.

Тем более что «туча» оказалась небольшой, но вполне симпатичной. Насколько поняла, друзья детства с женами. Или девушками – паспорта не предъявляли. Люди из тех, с которыми сразу комфортно. Словно давно знакомы. Есть о чем поговорить, да и похохмить тоже. Можно не изображать из себя принцессу на горошине, а честно и откровенно дать понять, что я – свободная женщина. И Петрик – лишь рудимент, который я готова отбросить, как ящерица – хвост.

Просто удивительно, откуда у моего Петюни с его тефлоновым покерфейсом нашлись такие свойские друзья.

Заправлял в этой компашке некий Тёмыч – живчик-толстячок килограмм под 120. С разбега поцеловал мне руку, произнес что-то неразборчивое, но галантное, потащил к столу. Мне он сразу понравился. Если кто думает, что девушки любят одних только Шварцнеггеров, то это ошибка. Толстенькие – они веселенькие. И не обидчивые. Можно и покапризничать, и постервозничать. И не бояться, что он будет всю ночь сидеть в углу с надутой физиономией. А уж если дойдет до интима, то где найти центнер нежности, как не «мужичке-пуховичке»?

Его подруга – цыганистая Кармен в алом открытом на всю спину платье – своим видом подтверждала идею о том, что настоящим мужикам и подруги достаются такие, что только щурься.

К тому же Тёмыч как раз и являлся директором фирмы, в которой работал мой Петроний.

На дальнем углу расположился еще один член ареопага – Олежек со своей половинкой. По виду – училкой средней школы, в детских наивных очках и с нежным личиком инженю. Сам Олег – долговязый и уже лысеющий субъект в свитере-власянице – являл собой образ романтического геолога или полярника, немного простуженного и постоянно занятого вычислением в уме очередного месторождения углеводородов.

Четвертую пару за нашим столом представлял Марк – настоящий Ален Делон; даже трудно было представить, что такой красавчик работает ухогорлоносом в районной поликлинике. Его подругу сразу даже и не заметила, до такой степени она терялась на фоне сошедшего с экрана предела мечтаний.

Лыжная база гнездилась в глубине соснового бора в бывшем санатории промышленного гиганта, площади которого давно освоены под склады и гипермаркеты. Мы сидели в экс-столовой, превращенной в банкетный зал; пили шампанское, о чем-то говорили и много смеялись; меня то и дело приглашали танцевать – ребята и с нашего стола, и с других; мы с Тёмычевой «Кармен» словно состязалась в успехе у парней – обе яркие, смелые; только она – черненькая, а я – натуральная блондинка.

Потом запустили «В краю магнолий». Под эту музыку так просто не спляшешь, надо знать хотя бы несколько па, и, пока народ топтался в нерешительности, Тёмычева «Кармен», ни с того, ни с сего, выдернула из-за стола моего Петрика и потащила колбасить на танцевальный пятачок. Мне даже обидно стало, насколько зачотно у них это получалось. Настолько, что никто даже не решился выйти к ним на площадку. Все стояли кругом, пялились на них и только хлопали в ладоши. Причем Петруня, гад, оказывается, умеет двигаться и даже правильно делать ножками! А уж «Кармен» выдавала такие захлёсты, что я искоса глянула на Тёмыча – как он сносит эдакое?

Кстати, тот мой взгляд перехватил, но лишь сардонически усмехнулся: молодежь! Не запретишь!

И потом я снова сидела рядом с запыхавшимся Петькой; Тёмыч разливал вместо шампанского вискарик и произносил один за другим тосты, почему-то обращаясь исключительно ко мне; в глазах уже слегка рябило, когда его «Кармен», глядя мне в лицо с непонятным вызовом, спросила:

– Кать, а как вы с Петром познакомились?

– Уф-ф! – только выдохнула я. – Не о чем и говорить. Наша фирма заказывала у них проект, он приходил согласовывать. Вот и всё…

– А проверить чувства не хочешь?

– Это как? – в ответ Олежкина инженю на другом конце стола нервно расхохоталась, а спутница Марка вскочила, и, закрывая лицо руками, побежала к туалетам.

– Выберешь любого из сидящих за этим столом мужчин и проведешь с ним ночь. А утром решишь, хочешь жить дальше со своим другом, или нет, – вынесла вердикт «Кармен».

– А он? – я взглянула на сидящего рядом Петьку, но его лицо было совершенно невозмутимым. Словно ничего и не слышал из того, что сказала только что благоверная его начальника.

– И он тоже решит, – губы моей визави чуть тронула улыбка, показавшаяся мне в тот миг откровенно змеиной.

– Катенька, не воспринимайте это предложение как из ряда вон, – нараспев выдал отоларинголог справа. Наложил натруженную пинцетами и канюлями длань мне на ручку и так проникновенно заглянул в глаза, будто хотел просканировать мое нутро до самой матки. – Просто мы – старые друзья и, я бы сказал, не чураемся друг друга. И все проходили этот тест. Как видите, ничего страшного. Чуть-чуть запретного удовольствия с общего согласия…

– А то мы тебе кое в чём завидуем! – продекламировала Олежкина инженю и залилась свекольной краской. Тёмыч заржал:

– Ну, что? Будем крутить бутылочку? По глазам вижу, Катюшка согласна!

– Подождите! Я ничего не говорила! – в голове крутились шальные мысли. Хотелось хоть как-то уесть эту «Кармен» с ее беспардонными гляделками. Выдержав паузу, спросила:

– А если мужчина мне понравится? По-настоящему? Тогда что? – губы «Кармен» продолжали смеяться, но глаза стали такими жесткими, что я поняла: в этой компашке подобное уже случалось.

– Игрушки – не пенюшки! Если взаправду полюбишь – забирай! Живи тогда с ним!

– До следующего тестирования! – вновь загоготал Тёмыч и закрутил на столе пустую бутылку из-под шампани. Я смотрела, как она вращается, и думала: что я, в конце концов, теряю? С Петриком все равно расстанусь. Тем более что каждый из присутствующих за столом парней намного интереснее…

А Тёмыч наверняка все это подстроил. Явно запал на меня. Не даром половину тостов вещал мне одной. И бутылка, покрутившись на столе, указала горлышком точно ему в брюхо. Все вокруг загоготали, стали аплодировать. Только Петрон сидел, совершенно невозмутимый, и потягивал вискарь со льдом. Что ж, если ему наплевать на меня…

Тёмычева «Кармен» заорала:

– Танцуют все! – и полезла на стол. Дробя шестидюймовыми каблуками посуду, принялась отжигать такую джигу, что за другими столами вскочили и столпились вокруг, вопя и отбивая такт топотом и ладонями.

DJ вновь запустил музыку; «Кармен» нагнулась, схватила меня за руку и потянула к себе, на стол; минуты полторы мы отплясывали на пару, то пиная воздух ногами и задирая юбки в импровизированном канкане; то вставая друг против друга, похабно приседая и поводя бёдрами под тягучий, как повидло, блюз.

Потом с моей напарницы как-то само собой слетело платье, и оказалось, что под ним нет ничего, кроме монокини; зал взвыл, и она пошла на меня, сверкая глазами и бешено вращая ляжками, оттесняя к самому краю стола; потом ловко спрыгнула вниз, уселась верхом на колени моему Петьке и принялась выгибаться, запрокидываться всем телом, по-цыгански мелко-мелко тряся грудью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.