Лаура Ривьер
АМОНГ АС. Предатель в космосе

Laura Rivière (Author), Théo Berthet (Illustrator)

AMONG US – UN TRAÎTRE DANS L’ESPACE

© 2021, 404 éditions, an imprint of Édi8, Paris, France.

«Among Us» is a InnerSloth LLC registered trademark.

This book is a work of fiction and not an official Among Us product, nor an approved by or associated to InnerSloth LLC.

The other names, characters, places and plots are either imagined by the author, either used fictitiously.

© Чернышова-Орлова Е.О., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Действие 1

Глава 1

Судя по всему, я снова заблудился. Я активирую команду для открытия карты. Не проходит и секунды, как она появляется под забралом моего шлема. Этот корабль – настоящий лабиринт! К тому же очень плохо спроектированный. Планировка странная и совсем не соответствует обычным стандартам корпорации MIRA. Словно они нашли старый космолёт неизвестно где и по-быстрому его починили, чтобы он стал хоть немного на что-то похож и мы могли бы нормально на нём ориентироваться. Серьёзно, вся его структура очень плохо продумана. Кровати, например, расположены в трубах, встроенных в стены коридора между столовой и верхним двигателем. Кто так делает вообще? Кто ставит кровати рядом с грохочущим машинным отделением и запахами столовой? К тому же даже кровати в лазарете кажутся более удобными, чем те капсулы, в которых мы запираемся на восемь часов в сутки. Похоже, архитектор забыл о каютах при составлении плана и в итоге нашёл место там, где мог. Ну, думаю, со временем привыкну.

А пока я прокладываю ещё один бесполезный обходной путь. Пришлось идти в грузовой отсек, и вот я в навигационной рубке. Кстати, тут неожиданно пусто. Мне казалось, что Жанель должна нести здесь вахту во второй половине дня. Выходя, я сталкиваюсь с ней лицом к лицу. Ярко-розовый цвет её комбинезона меня, как всегда, застаёт врасплох, и я невольно пячусь.

– Вальдемар! Ну и напугал же ты меня! Что ты здесь делаешь? Я думала, ты в грузовом отсеке, – выпалила она, вздрогнув.

– Я тоже.

– А? В каком смысле?

– Я тоже планировал оказаться в грузовом отсеке. Я снова заблудился!

Я знаю, что Жанель не нравится моё чувство юмора, но всё же она заставляет себя непринуждённо рассмеяться.

– Ви, прошло три недели, тебе пора уже научиться ориентироваться. Это не может быть твоим вечным оправданием.

С этими словами она подмигивает и отходит от двери, пропуская меня. Я сворачиваю направо. Свериться с картой будет быстрее, чем возвращаться тем же путём. Не успел я пройти и пары метров, как звонкий голос Жанель раздался за моей спиной.

– Э-э, Ви, ты куда? – нервно спрашивает она.

– Я иду через столовую, так проще дойти до грузово…

– Через столовую? Нет, нет… М-м, мне нужно пойти, хм, проверить кое-что в узле связи, давай пойдём вместе.

Что это на неё нашло? Я никогда не видел её такой странной. Если бы она не была лесбиянкой и у неё не было подруги, я бы готов был поклясться, что она со мной заигрывает. Она разговаривает со мной, глядя в сторону, и избегает смотреть мне в глаза.

В любом случае я принимаю её предложение. Я и так потратил слишком много времени, не стоит затягивать ещё больше. Однако я не могу сдержать любопытства и по дороге без стеснения расспрашиваю её:

– Что ты собираешься делать в узле связи?

– Мне нужно загрузить данные, – отвечает Жанель торопливо.

– Всё ещё? Но разве ты не ходила туда сегодня утром?

– Да-да! Но я ещё не закончила. Меня, э-э, прервали.

Звучит не слишком правдоподобно…

– Это всё Ливия! – добавляет она, почти срываясь на крик.

Мы разделяемся, когда подходим к узлу связи. Жанель входит и садится перед экраном, но снаружи невозможно увидеть, действительно ли она что-то загружает. Когда она оборачивается посмотреть, где я, я поспешно отступаю назад, чтобы она не заметила, как я за ней наблюдаю. Я бы хотел немного подождать. Я уверен, что она соврала и выйдет наружу, стоит мне свернуть за угол. Но я уже и так сильно выбился из графика своих задач на день, поэтому ухожу, махнув рукой. Надеюсь, у меня ещё будет возможность пролить свет на это дело.

Перед грузовым отсеком я прохожу мимо Флавия, который стоит, опустив руки, в центре комнаты. Его жёлтый комбинезон в этот раз на удивление чист, а над головой у него всё ещё висит розовый пластмассовый цветок. Когда Флавий видит меня, он вздрагивает. Неужели я такой страшный? Интересно, что он там делает? В основном он ничего не делает! Я уже в третий раз вижу, как он ошивается поблизости. Я знаю, что он новенький. Он только что закончил обучение в штаб-квартире MIRA, и это его первая миссия на корабле. Но всё же мне его поведение кажется странным.

– Ты уже закончил свою работу? – невинно спрашиваю я.

– Конечно. Ну, почти. Мне нужно сделать ещё одно дело… В комнате управления. Я… Я пойду. До встречи, Вальдемар!

– Пожалуйста, зови меня Ви, как все остальные.

– Хорошо. Тогда пока, Ви!

И он уходит, всё так же почти засунув руки в карманы, не прикасаясь ни к чему в комнате. Нет, серьёзно, почему сегодня все такие странные? Сначала Жанель, теперь Флавий… Что с ними не так? Мне придётся поговорить об этом с Док сегодня вечером после смены. Она любит посплетничать, поэтому ей это должно понравиться.

Тем временем я пытаюсь успокоить себя, сосредоточившись на работе. Я почти закончил свои задания на день. Оставил задачу в грузовом отсеке напоследок, потому что она одна из тех, которые я ненавижу больше всего. В первую очередь потому, что это дело занимает много времени, а кроме того, потому, что это ужасно скучно. Мне приходится заправлять двигатели, а я это ненавижу. Бак, как обычно, не чистили. Даже сквозь гидрокостюм я ощущаю, насколько он липкий: не только липкий, но и скользкий!

Наши костюмы хороши, они подходят для большинства движений, но перчатки можно было бы улучшить. Они совершенно не подходят для решения определённых задач, особенно этой. Если у вас большие руки, как у меня, то в перчатках невозможно взяться за ручки бака! Приходится ухватиться за него как можно крепче обеими руками, стараясь не дать ему выскользнуть, и осторожно нести таким образом к одному из двух двигателей. В моём случае к нижнему. Но даже если вам удалось всё это проделать, самое сложное ещё впереди: придётся удерживать бак в нужном положении, чтобы вылить содержимое в резервуар и при этом не дать этой липкой штуке выскользнуть у вас из пальцев. В некотором роде, на мой взгляд, это похоже на муки ада.

Я хватаюсь за бак одной рукой снизу, другой сверху и по диагонали. По моему опыту, именно так удаётся держать его максимально крепко. Я подхожу к резервуару и… О нет! Я забыл его открыть. Осторожно ставлю бак на пол, дотрагиваюсь перчаткой до механизма распознавания, и маленький люк открывается. Я снова беру бак, поднимаю его и наклоняю к горлышку, приподнимая нижнюю часть всё выше и выше по мере того, как он опустошается. Мне приходится замереть в таком положении на несколько минут, пока указатель уровня топлива резервуара не достигнет рекомендуемой отметки. Должно быть, мои тяжкие вздохи слышны даже на другом конце резервуара.

Я уже успел наполовину выполнить задачу, когда меня напугал очень неприятный резкий звук. Я вздрогнул и выронил бак – он оказался на полу, в луже топлива.

– Что за…

Какого чёрта? Звук не прекращается и сопровождается световым сигналом. О, я вспомнил. Это сигнал тревоги для экстренных собраний. Это вам не шутки. Думаю, придётся бросить задачу на полпути и продолжить позже. Я уже выполнил несколько заданий, а экстренные собрания, как следует из названия, не являются обычным делом. Поэтому я начинаю паниковать. Что происходит? Мы вот-вот разобьёмся? Я слишком молод, чтобы умирать, мне ещё нет и двадцати! Сердце неистово колотится в груди. Меня не заботит пролившееся топливо, приберу его позже. Я направляюсь в столовую. Именно там расположена аварийная кнопка. Все должны встретиться там, когда её нажали. Для меня это впервые. Но я не уверен, что мне это понравится…

В коридорах столовой я никого не вижу, и это меня удивляет. Они все уже на месте? Я набираю скорость и перехожу на бег. Когда добираюсь до столовой, то обнаруживаю, что дверь закрыта. Я останавливаюсь на несколько секунд перед ней, чтобы перевести дух, а заодно успокоиться. Что ждёт меня за этой дверью?

Я не сразу понял – это вовсе не столовая. В спешке я снова свернул не в тот коридор, и вот я возле узла связи. Конечно, Жанель там уже нет, если она вообще провела там больше пары секунд. Я всё ещё подозреваю, что она мне солгала. Я начинаю обильно потеть под фиолетовым костюмом. Следует поторопиться, если я не хочу умереть здесь в одиночестве! Я активирую сенсорное управление на шлеме, чтобы вывести карту на визор. Проблема в том, что мои перчатки измазаны отработанной смазкой: пальцы скользят по стеклу, оставляя следы топлива. Перед глазами открываются все мои файлы, разумеется, кроме того самого, который мне нужен.

Когда наконец появляется карта, я вздыхаю с облегчением… но, к сожалению, ненадолго. Теперь я знаю, в какую сторону нужно идти, но мой шлем настолько грязный, что я ничего не вижу дальше тридцати сантиметров! Как найти дверь и пробраться по коридорам? Я уже собирался поднять визор, чтобы наконец видеть всё чётко, но в последний момент передумал. Что, если этот сигнал тревоги означает недостаток кислорода на корабле? Или, что ещё хуже, наличие токсичного вещества в воздухе? Было бы слишком глупо погибнуть вот так. Это один из первых уроков, который вы усваиваете в самом начале: в случае опасности или тревоги нельзя поднимать визор, снимать шлем или кислородный баллон. Это основа основ. Я чувствую, как бешено колотится сердце в груди. Уверен, оно вот-вот выпрыгнет, так сильно оно бьётся!

На ощупь, дрожа, я наконец-то нашёл выход. Я иду вдоль левой стены и оказываюсь в грузовом отсеке, остаётся лишь пройти прямо. Совсем просто! Несмотря на плохую видимость, я решаю перейти на бег. Отличная идея! Стоило мне войти в грузовой отсек, как я полетел на пол, неожиданно врезавшись коленом в огромный металлический ящик. Если я выберусь отсюда живым, обязательно напишу служебную записку. Эту комнату надо привести в порядок любой ценой!

Пока я пытаюсь встать, звон разрывает мои барабанные перепонки, а световой сигнал, проникающий сквозь жидкость, капающую на мой шлем, заставляет меня мотать головой. Ради всего святого, остановите это, чтобы я смог выбраться живым! Я по мере сил пробираюсь по коридору, ведущему в столовую. Больше никаких препятствий, я могу бежать – в конце концов, от этого зависит моя жизнь! В то же время я кричу во всю мощь своих лёгких:

– Где вы все? Ау! Есть тут кто-нибудь?

Мой голос одиноко раздаётся в микрофоне. С тех пор как прозвучал сигнал тревоги, я никого не видел. Где они могут быть? Они все уже в безопасности? Может, есть какой-то протокол, о котором я забыл? Неужели я умру здесь, в одиночестве, в заляпанном топливом комбинезоне? Мысленно я готовлюсь прожить свои последние минуты… Что бы сейчас ни случилось, я должен вести себя достойно.

Когда я наконец вхожу в столовую, почти все уже там: Док, Старк-Лиу, Флавий, Джей Си, Жанель и её подружка. Их глаза устремлены на меня, вид у них серьёзный. Что могло произойти?

Глава 2

Я не успел задать им ни единого вопроса. В столовой внезапно гаснет свет. Моё сердце ухнуло в груди. Что это ещё? А я уже думал, что беда миновала! Мне кажется, что жизнь промелькнула перед глазами. Ну, в основном, мои сожаления. Это действительно не лучший день для смерти!

Вокруг меня все чем-то заняты. Я слышу шаги, шум перемещаемых предметов. Внезапно тишину нарушает голос Джей Си, нашего более или менее самопровозглашённого лидера:

– Ви, займись восстановлением электропитания, и побыстрее!

Электропитание, ну да, смешно сказал. Я не сразу реагирую, а когда наконец начинаю действовать, то тут же натыкаюсь на целую кучу разных вещей, а потом и ударяюсь о стену. Проклятый корабль! Вдалеке смеётся Джей Си:

– Ну, Ви, ты же не новичок, ты знаешь, как работает автоматический предохранитель.

Конечно, я это знаю. Я также знаю, как он выглядит. Но здесь, в темноте, на этом дурацком корабле, я до сих пор не знаю всех его закоулков, и это сильно осложняет мою задачу. Я решил не выходить из себя. Я убеждён, что Джей Си только и ждёт, когда это произойдёт. Глубоко вздохнув, я сосредоточился на своей задаче.

– Он слева от тебя, я полагаю.

Шёпот оказался не таким уж тихим. Это Док, всегда готова прийти на помощь. Я прислушиваюсь к её словам и, наконец, нажимаю на выключатель. Ну вот! Механизм немного тугой, но с некоторым усилием мне наконец удалось передвинуть переключатель. Со звонким щелчком свет снова загорелся. Широкая улыбка расплывается по моему лицу. Я ничуть не горжусь собой.

Когда я поворачиваюсь, все члены команды стоят лицом ко мне вокруг стола. Сквозь испачканный визор шлема я вижу, что многие из них надели нелепые шляпы. За чёрным комбинезоном Джей Си виднеются разноцветные воздушные шары. На скатерти расставлены разные блюда. Что это…

– С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ВИ! – скандируют они хором.

Моё сердце мечется между благодарностью и глубоким раздражением. С одной стороны, я очень рад, что товарищи вспомнили о моём дне рождения и приготовили этот небольшой сюрприз. Однако, с другой стороны, я чувствую, что хочу задушить их всех по очереди и закричать: «И ВСЁ ЭТО РАДИ ЧЕГО?» Прекрасно понимая, что второй вариант грозит мне большими неприятностями, я предпочитаю вести себя спокойно.

– Ух ты… Спасибо. Я не ожидал! – наконец пролепетал я.

Правда в том, что я чувствую себя очень смущённым. Серьёзно, если бы они знали, что творилось у меня в голове… Я был уверен, что инопланетяне захватили корабль или что один из нас сошёл с ума и угрожал всем топором! Ну или ещё чем-то тяжёлым. К счастью, однако, мои дикие теории навсегда останутся спрятанными на задворках моего сознания.

– Видишь, я же говорил тебе, он выглядит не слишком счастливым, – внезапно говорит Джей Си.

– Нет, ну что вы. Это… это очень приятно, правда.

– Правда? – спрашивает Флавий. – Не похоже!

– Но это так, правда. Просто… э…

– Мы тебя напугали, признайся? – бросила Жанель.

– Вовсе нет! – ответил я, слишком быстро, чтобы это могло быть правдой.

– Ну же, ты можешь рассказать нам, Ви. Я видела, что ты был не в себе, когда мы встретились в навигационной рубке.

– Действительно, ты выглядел очень подозрительным, когда увидел меня в грузовом отсеке, – добавляет Флавий.

– Да ладно вам! У меня тут день рождения или суд?

Вот такой я. Стоит меня немного подразнить, и я тут же завожусь. Это, наверное, один из моих самых больших недостатков. Я работаю над ним, но всегда нелегко идти против своей природы.

– Мы должны съесть торт, пока глазурь не растаяла, – перебивает нас Док.

К счастью, моя подруга всегда готова встать на мою защиту. Удивительно, как я умудрился выжить за те несколько лет, когда мы потеряли друг друга из виду. Мне так не хватало человека, на которого можно положиться.

Жанель начинает отрезать куски от огромного торта (мы точно будем есть его ещё несколько дней), в то время как Генри, наш командир в ослепительно-белом комбинезоне, подаёт еду.

Постепенно пульс возвращается к нормальному, стабильному числу ударов. Ради моего блага такая ситуация не должна повторяться часто. Иначе я не уверен, выдержит ли моё маленькое сердце. Очевидно, что по своей природе я слишком тревожно отношусь к сюрпризам и непредвиденным событиям. Я избегаю их по мере возможности. Именно поэтому я решил стать членом экипажа патрульного корабля. Работа спокойная и рутинная. Я живу своей жизнью, выполняю свои задачи и чувствую себя счастливым. Вот так просто. Но, конечно, жизнь в обществе приносит неожиданности, и с этим приходится справляться. Думаю, трудно полностью их избежать. Если только ты не живёшь один, как отшельник, что тоже мне вряд ли подойдёт. Жизнь – это компромисс.

– Прошти. Это была моя идея.

Док сидит рядом со мной с набитым ртом. На время трапезы она подняла визор своего коричневого комбинезона.

Я понимаю, что мой шлем всё ещё грязный и его визор закрыт. Чёртова сигнализация!

– Что? – наконец-то отвечаю я.

– Сюрприз. Извини. Это всё я виновата, я думала, что тебе понравится, – преувеличенно чётко проговаривает она.

– А, да ничего страшного. Всё хорошо, правда, просто…

Я делаю паузу на мгновение. Вздыхаю.

– Просто я совсем отвык от этого.

– О, ты не праздновал с тех пор, как?..

Я киваю в ответ.

– Извини… правда… Если это напомнило тебе о…

– Не волнуйся, Док, честное слово. На самом деле, это было даже приятно. Снова ощутить эти простые радости. И потом, даже в те времена мы редко отмечали праздники. В основном мы их не замечали.

Док кладёт ложку на тарелку и обнимает меня левой рукой. Под шлемом я улыбаюсь, чтобы не расплакаться. Я мог бы не сдерживать слёзы, за моим грязным шлемом никто бы даже не заметил, но у меня всё ещё есть капля достоинства. Док незаметно усиливает хватку. Почему-то мне кажется, что она чувствует себя виноватой. Виноватой в том, что её не было рядом в те годы, которые были такими трудными для меня. Но она не могла знать…

Я помню выражение её лица через несколько дней после нашей бурной встречи на этом корабле, когда я рассказал ей обо всём. Она была так счастлива сообщить мне новости, рассказать о том, чем сегодня занимаются её родители, о своих блестящих исследованиях в биомедицине.

Затем что-то щёлкнуло внутри меня, когда она спросила: «А что нового у тебя?» У меня? После того как мои родители погибли на задании, меня перебрасывали от дяди к тёте и дальним друзьям. Я выложил ей всё. Выплюнул эту новость ей в лицо, просто так, без вступления. Даже после стольких лет я всё ещё не знаю, как об этом говорить. «Здравствуйте, я сирота с двенадцати лет» – это довольно паршивое начало для любого знакомства. Я не любитель нагнетать обстановку или произносить длинные, запутанные речи. На лице Док был шок. Это было заметно даже за стеклом шлема. Она внезапно замерла, потеряв дар речи. В последний раз, когда мы виделись, я был весёлым маленьким одиннадцатилетним соседом, который сопровождал её повсюду и которого она считала своим младшим братом.

Мои родители… Она хорошо их знала. Я имею в виду, в той мере, в какой можно было хорошо их знать, учитывая их регулярные многочисленные периоды длительного отсутствия. Однако её изумление длилось всего мгновение. Она быстро пришла в себя. Мы вновь стали хорошими друзьями, какими были раньше, как будто ничего не произошло, как будто мы никогда не расставались, как будто не было этих восьми лет.

Атмосфера вдруг стала слишком тяжёлой. Я должен был побыстрее разрядить обстановку.

– Так вы думали, что саботаж корабля и активация аварийной сигнализации были хорошей идеей в качестве сюрприза на день рождения? – интересуюсь я.

Док ослабляет хватку, прежде чем ответить.

– Не совсем. Мне хотелось сделать тебе сюрприз. Я провела небольшой опрос, чтобы узнать, кто готов мне помочь, и нашла несколько хороших единомышленников.

– Флавий и Жанель?

– Среди прочих, да. На самом деле, все были готовы помочь. Но Жанель буквально подняла проект на новый уровень!

– Не могу поверить, что Джей Си позволил вам сделать это.

– Ты же знаешь, что Джей Си не совсем наш командир, верно? Он просто более опытный, вот и всё. По договору у нас равные должности. И демократия сработала: подавляющее большинство захотело устроить сюрприз на день рождения для нашего дорогого Ви!

Я пожимаю плечами. Я понимаю, почему Док сделала всё это для меня, но что заставило других принять участие? Мы ведь почти не знаем друг друга. Большинство из нас знакомы всего три недели. На других кораблях, где я работал, такие совместные мероприятия, такая сплочённость не были обычными.

– Знаешь, я думаю, мы все устали от рутины. Немного активности время от времени не повредит, верно?

Я не помню, чтобы Док проявляла какое-то особенное безрассудство. Напротив, она была дотошной, властной и немного всезнайкой. Отсюда она и получила своё прозвище. Ей не было ещё и одиннадцати лет, когда, не согласившись с учителем по какому-то незначительному вопросу, она проводила эксперимент за экспериментом (мягко говоря, они были сомнительными), чтобы наглядно доказать ему свою правоту. Тогда все в школе стали называть её Док, ссылаясь на докторский тон, который она избрала (и на самом деле даже сейчас частенько к нему прибегала), чтобы высказать своё мнение. Я, будучи маленьким мальчиком, незамедлительно перенял подобную привычку, когда она рассказала мне историю (не без нотки гордости в голосе).

В столовой все сидели с набитыми животами, когда раздался весёлый звон.

– Перерыв окончен! – кричит Джей Си. – Собираемся!

Док встаёт и начинает убирать со стола.

– А я думал, он не наш командир, – прошептал я.

– Нет, но мы договорились об этом. Два часа, а потом мы все возвращаемся к работе. Я имею в виду, что нам тут нужно управлять кораблём. Разве что ты вошёл во вкус вечеринки?

А вот и Док, которую я знаю: правила есть правила!

Глава 3

На следующее утро я просыпаюсь рано, но продолжаю валяться в постели дольше обычного. С предыдущей ночи и неожиданного сюрприза от товарищей в мой день рождения меня терзали образы прошлого. И у них такой горький вкус, что воспоминания о вчерашнем торте не могут их перебить. Кое-как мне удаётся выбраться из каюты, голова и желудок слегка мутные. Я медленно иду к столовой. В это время вокруг не должно быть многолюдно. Если повезёт, моё опоздание останется незамеченным.

Конечно, не для Док. Когда я прихожу в столовую, она сидит за одним из столов, перед подносом с остатками завтрака. Заметив моё приближение, она нервно постукивает пальцами по пластику.

– Это в такое время ты встаёшь?

У Док всегда был пунктик на точном соблюдении правил. Для неё это важное качество, не подлежащее обсуждению, и она не понимает, как можно поддаться искушению и нарушить правила. Лично я считаю, что она впадает в крайности, но ясно, что у Док всё гораздо лучше, чем у меня. Возможно, я не много потеряю, если последую её примеру.

– Извини, у меня не сработал будильник, – сымпровизировал я.

Она отметает мой аргумент взмахом руки и протягивает мне пачку энергетического напитка. Соломинка уже вставлена в него.

– Вот, – говорит она, тыкая соломинкой в мой визор. – Я принесла тебе это из автомата, уже нет времени на настоящий завтрак, выпьешь по дороге.

Не совсем то начало дня, на которое я рассчитывал… Я бы предпочёл посидеть в уголке в уединении, отпустив мысли на волю, наслаждаясь остатками вчерашнего торта, пока окончательно не проснусь. Вместо этого мне приходится пить нечто ужасное на вкус, параллельно выполняя свою работу и стараясь зевать не слишком сильно. Я немного ворчу для вида, но почти безропотно подчиняюсь Док. Если и есть что-то, чему я не готов противостоять утром, так это её нравоучениям. Есть такие поединки, от которых лучше сразу отказаться, если вы хотите сохранить рассудок. Утренние споры с Док – один из них.

– Что тебе надо сделать сегодня утром? – спрашивает она, выводя собственный список дел на визор.

– Загрузить данные здесь и в комнате управления. Откалибровать распределитель зажигания в электрощитовой. Затем несколько задач в районе реактора и комнаты охраны, – отвечаю я, подражая ей.

– Отлично, давай вместе пройдём этот долгий путь!

Её внезапный энтузиазм ярко контрастирует с её предыдущими упрёками. Тем не менее я не собираюсь на это жаловаться. Я соглашаюсь добровольно проследовать за подругой, потягивая отвратительный напиток, который она мне дала.

Мы начинаем рабочий день с первостепенной задачи. Мы по очереди скачиваем данные на компьютере в столовой, чтобы затем загрузить их в компьютер в комнате управления. Это немного скучно, но кажется, это важно для компьютерной безопасности. Если ПК не связаны друг с другом, то в случае атаки легко изолировать инфицированный компьютер и предотвратить распространение вируса. Элементарно. В результате нам приходится выполнять некоторые задачи вручную. Каждый день нам нужно переносить гигабайты файлов с одного компьютера на другой, тратить уйму времени, чтобы избежать гипотетических кибератак со стороны столь же гипотетических хакеров. Однако правила есть правила, и я обещал приложить больше усилий, поэтому, пожалуй, начнём с того, что не будем их критиковать.

Первая загрузка, в столовой, настолько долгая, что я начинаю жалеть о том, что не получил более плотный завтрак. Уверен, у меня было на это время, но я не хотел обидеть Док. После сбора данных мы направились в комнату управления. Она находится рядом, поэтому по пути мы никого не встречаем. Во время второй загрузки, которая кажется мне ещё более медленной, Док прислоняется к приборной панели, а я сижу, уставившись на индикатор прогресса на экране.

– Скажи, Ви, могу я задать тебе, хм-м-м, довольно личный вопрос?

– Давай, – соглашаюсь я, не отводя взгляда от монитора.

– Почему ты решил стать членом команды? Особенно после того, что случилось с твоими родителями.

Я спешу отвернуться, чтобы она не увидела смятения, на несколько мгновений исказившего моё лицо. Когда мне удаётся вернуть самообладание, я поворачиваюсь к ней:

– Я думаю… Я просто хотел знать.

– Что? – спрашивает она.

– Что было такого интересного в этой работе, что они тратили на неё большую часть своего времени. А не проводили его со мной.

– Ох.

Голос Док прерывается, и она не может закончить фразу. Наступает тишина, которую она наконец нарушает.

– И что?

Я приподнимаю бровь, не совсем понимая вопрос.

– Теперь знаешь?

– Бывает, утром я встаю и думаю, какое это счастье – каждый день видеть разные галактики и звёзды на горизонте. А временами, напротив, я чувствую, что эта рутина медленно убивает меня.

– Ты можешь попросить, чтобы тебя назначили не на патрульный корабль, – предлагает Док. – На разведывательный корабль, например.

– Ни за что! Слишком много стресса.

Док громко рассмеялась.

– Ты должен чётко знать, чего хочешь, Ви! Ты не сможешь вырваться из рутины, не променяв её на некоторый стресс. Чем бы ты хотел заниматься в таком случае?

– Не знаю. В штаб-квартире MIRA полно вакансий, которые могли бы быть намного интереснее и при этом не опасны для жизни.

– Например?

– Я… Я… Ладно, это просто идея, я ещё не обдумал её до конца.

– Ну, хорошо.

На этом дискуссия заканчивается, но не потому, что нам больше нечего сказать. В комнату входят Жанель и её подруга Ливия.

– Приве-е-е-е-е-ет! – радостно кричит Жанель.

– Есть данные для загрузки? – спрашивает Док.

– Ага, – отвечает Ливия.

– Вам придётся подождать своей очереди, – предупреждаю я.

За стеклом своего красного шлема Ливия делает недовольное лицо. Жанель, напротив, вполне довольна. Она видит в этом прекрасную возможность поболтать. Одним прыжком она занимает место рядом с Док, а затем переводит взгляд на меня.

– Итак, Ви, оглядываясь назад, что насчёт сюрприза?

– Он вам отлично удался, признаю.

– Ах, я так рада. Ты знаешь, что это была моя идея включить сигнализацию? Свет был импровизацией Джей Си. Но это, конечно, произвело большое впечатление. Док просто хотела, чтобы мы отправили тебе сообщение… Нам пришлось побороться, чтобы сделать всё немного веселее!

– Так уж и боролись, скажешь тоже! – защищается Док (и ей это плохо удаётся).

Честно говоря, меня это не сильно удивило. Я не мог представить, что Док нарушит столько правил, даже в мой день рождения. На самом деле, удивительно, что она согласилась. Думаю, опять «демократия всё решила».

– Это была отличная идея, Жанель, – похвалил я её. – Но ради общего спокойствия, я думаю, в будущем стоит воздержаться от таких мероприятий.

– Не волнуйся. По правде говоря, я уже давно гадала, какой звук издаёт эта сирена… Теперь я знаю!

– Ваша загрузка окончена, – внезапно холодно объявляет Ливия.

Иногда мне трудно понять, как они могли подружиться. Жанель – вечная оптимистка, на её лице всегда широкая улыбка, с ней приятно и легко общаться. С Ливией… всё наоборот. Я не знаю, связано ли это с болезненной застенчивостью или чрезмерной мизантропией, но она явно не из тех, кто много болтает. Не то чтобы я жаловался, я тоже люблю тишину. Но когда она говорит со мной, всегда кажется, что она ругается на меня, и вот это мне не по душе. В конце концов, я предполагаю, что наедине она ведёт себя по-другому.

Мы с Док больше ни о чём не спрашиваем и покидаем комнату управления, отправляясь в электрощитовую. В коридоре мы видим, как Джей Си направляется прямо в столовую. Он идёт быстро и не замечает нас. Проходя через грузовой отсек, мы сталкиваемся с Рэймондом и Алисой Старк-Лиу, он – в оранжевом комбинезоне, она – в голубом. Подобно Жанель и Ливии, эти отец и дочь почти всегда держатся вместе. Мы коротко приветствуем их и продолжаем свой путь.

Когда мы выходим из комнаты, Док энергично качает головой, не произнося ни слова.

– Какая-то проблема? – интересуюсь я.

– Всё эти Старк-Лиу.

– Что не так с ними?

– Как ты думаешь, это нормально, что они берут с собой девочку на каждую миссию?

– Ты преувеличиваешь, она уже не девочка. Ей как минимум 16!

– Ей едва исполнилось 14.

– Я и говорю, что она уже подросток, а не ребёнок, – настаиваю я.

– Я проверила досье, она была с ними практически с рождения. И потом, сколько бы лет ей ни было, это не меняет проблемы. Здесь очень опасно для детей. Нужно постоянно следить за ними, они могут натворить глупостей. Не говоря уже о всей той энергии и внимании, которых Алиса требует от родителей. Можешь себе представить, если бы все так поступали? Это было бы невыносимо!

– Я жалею, что мои родители не брали меня с собой, когда отправлялись на задания.

Док останавливается посреди коридора.

– Ви… Прости меня. Я не это имела в виду…

– Уверен, ты именно это и имела в виду! – выкрикнул я.

Я ускоряю шаг. Она делает несколько быстрых шагов, чтобы догнать меня, и хватает меня за руку.

– Ви, прости, я не хотела…

Я с силой высвобождаю руку из её хватки.

– Оставь, я понял.

Я продолжаю идти не оборачиваясь. Она останавливается.

– Я всё-таки пойду и проверю двигатели. Пока, – выдыхаю я.

– До встречи, – бормочет она в ответ.

Глава 4

Через несколько дней после моего дня рождения жизнь на «Скелде» вернулась в нормальное русло. Разница лишь в том, что с тех пор я стараюсь избегать Док. Я до сих пор не могу забыть её замечание. Я всегда считал Док другом, союзником, доверенным лицом… старшей сестрой. Мне было больно узнать, что она полагает, будто детям экипажа не место на кораблях, что они должны оставаться на Полюсе, вдали от своих родителей. Я не узнавал её. Впервые в её обществе я почувствовал себя одиноким.

Тем не менее с тех пор Док очень старается. Она пытается загладить свою вину, я это вижу. Но пока слишком рано для этого, я не могу её простить. Когда вы немного импульсивны, как я, вы быстро выходите из себя и держите обиды крепко запечатанными внутри себя, как некую тайну, то путь к прощению может быть довольно длинным. Впервые Док расплачивается за это, и, я думаю, мы оба страдаем. Полагаю, это значит, что в какой-то мере мы квиты.

Вот о чём я думаю, пока пытаюсь сосредоточиться на запуске щитов. Это был долгий день, и всё, что я хочу, это как можно быстрее закончить свои дела, поесть (кажется, ещё осталось немного торта), лечь в постель и спроецировать хороший фильм на свой визор. Что-то банальное, без заморочек, во время чего я могу полностью отключить мозг. Ах, вот это будет радость! Я только об этом и думаю с самого утра. Когда больше не осталось красного цвета на экране монитора, я вздохнул с облегчением. Что ж, ещё два задания и на сегодня всё.

Я проверяю свои карточки задач ещё раз, чтобы оптимизировать маршрут и запомнить карту. Мне действительно пора выучить её раз и навсегда, я сегодня совершил невероятное количество обходов. Это уже невозможно! Ну, в кои-то веки это не выглядит сложным. У меня осталась одна задача в навигационной рубке и одна в оружейной. Я выполню их в этом порядке, плюс их преимущество в том, что они находятся рядом друг с другом. После этого я окажусь возле столовой. Прекрасно! Я иду по коридору бодрым шагом, довольный тем, что скоро завершу работу. Сегодня я был особенно продуктивен, несмотря на ошибки в выборе маршрута. Это хороший знак. Я смогу…

У-У-У-У-У-У-У-У!

Опять? Как и в прошлый раз, на корабле раздаётся сигнал аварийной тревоги. Я машинально подношу руку к визору шлема – я уже и забыл, насколько ярким было световое оповещение, сопровождающее сирену. Свет ослепляет и дезориентирует меня на несколько секунд. У кого-то сегодня день рождения? Могли хотя бы предупредить меня! Немного раздражённый ситуацией – из-за этого я задержусь и не посмотрю фильм – я вяло пробираюсь к столовой. Прямо до оружейной, затем налево. По дороге я никого не встречаю. Я снова чувствую себя посмешищем и решаю не спешить. Вдруг я слышу за спиной приближающиеся быстрые шаги. Я оборачиваюсь.

Это Док.

– Что происходит? – спрашивает она.

– Я не знаю. Возможно, ещё один день рождения. Твой?

– Я так не думаю, – колеблется она, прежде чем взять себя в руки. – Нет, нет, он будет через четыре месяца.

Мы стоим так несколько секунд, глядя друг на друга. Я задумчиво прищурился. Она смеётся надо мной?

– Может, нам стоит поторопиться? – предлагает Док, явно смущённая моим настойчивым взглядом.

Она берёт на себя инициативу, и я следую за ней, но не без раздражения.

Когда мы приходим в столовую, большинство членов экипажа уже там.

– Чёрт… Жанель… Ты перестаралась! Ты обещала больше так не делать! – задыхаясь, выругался я.

– Но это не я, клянусь! Ну же, скажи им, – обращается она к Ливии.

Та собирается заговорить, но её прерывает Джей Си.

– Все здесь? – холодно спрашивает он.

Все обводят глазами комнату.

– Рэя нет, – замечает Жуйхан.

Джей Си смотрит на неё странным взглядом. Вздохнув, он говорит почти шёпотом:

– Он не придёт, Жуйхан.

Тишина. Все по очереди смотрят на Джей Си и Жуйхан, ничего не говоря. Что ещё за история? Где Рэймонд? Флавий первым нарушает молчание.

– Где он? Мы и ему должны устроить сюрприз?

Все выглядят очень смущёнными. Флавий пожимает плечами и недоумевая смотрит на Джей Си. Остальные начинают понимать. Жуйхан вскрикивает и, притянув к себе дочь, рыдает.

– Ты имеешь в виду… – начинает Док и запинается на полуслове.

Джей Си заканчивает за неё:

– Рэймонд мёртв.

– Ох, – произносит Флавий, прежде чем стыдливо замолчать.

– Ты в этом уверен? – спрашивает Генри.

– Абсолютно.

– Что произошло? – вмешивается Ливия.

– Где он? Где он? ДАЙ МНЕ ЕГО УВИДЕТЬ!

Жуйхан бросилась к Джей Си. Я помогаю Жанель удержать её, мы хватаем её за руки. За стеклом зелёного шлема Жуйхан видны влажные следы под глазами, в которых застыло непонимание и гнев. Внезапным рывком ей удаётся высвободиться из нашей хватки и броситься к ближайшей двери. Но та не открывается.

– Никто отсюда не уходит, – приказывает Джей Си.

– Тогда расскажи нам, что происходит!

Жанель и Флавий пытаются успокоить Жуйхан. Тем временем мой взгляд притягивает маленький голубой комбинезон Алисы. Девушка стоит прямо. С момента объявления она ничего не сказала и не пошевелилась. Док стоит перед ней на коленях, кажется, она с ней разговаривает. Алиса не слушает, она даже не смотрит на неё. У неё затуманенные глаза и отсутствующий взгляд. Я не знаю, где она, возможно, далеко отсюда, и уж точно не с нами. Это чувство мне очень хорошо знакомо. Твой мир внезапно рушится под ногами, и ты ничего не можешь сделать, потому что уже слишком поздно. Поэтому ты ничего и не делаешь, просто стоишь, упершись ногами в землю, наблюдаешь за людьми, мечущимися вокруг, но твои мысли в другом месте.

Крики товарищей резко возвращают меня к реальности. Ливия, Генри и Джей Си говорят одновременно. Ничего невозможно понять.

– Замолчите! – Жуйхан властно и спокойно прерывает их.

Она вытерла слёзы, и хотя её глаза всё ещё опухшие, они уже не сияют с прежней яростью.

– Джей Си, расскажи нам всё, что знаешь. Что с ним случилось?

– Я не знаю, что произошло. Одно могу сказать точно – это не несчастный случай.

Он делает паузу на мгновение, а затем продолжает:

– Я… я нашёл его тело. В таком виде… Он не мог сделать это сам. Даже с помощью машины или чего-то подобного. Что бы с ним ни случилось, это было не естественно.

– Что значит «не естественно»? – уточняет Флавий.

– Ты хочешь сказать, что среди нас есть чёртов убийца? – кричит Ливия.

– Я не знаю, Лив! Как только я увидел его… я запаниковал. Я позвал вас всех сюда, потому что таковы правила.

– Правила? – повторяет Флавий.

– Что же говорится в правилах? – спрашиваю я.

Все взгляды направлены на Док.

– Что именно вы хотите узнать? В правилах описано много сценариев смерти во время миссии. Известный вирус, неизвестный, естественная смерть, убийство…

В это время все кивают.

– Ладно. Позвольте мне объяснить.

Док подробно описывает содержание процедурного листа на случай убийства на корабле. Экипаж должен собраться как можно скорее после обнаружения преступления или тела. Члены команды принимают коллективное решение о том, что делать дальше. Как и при всех остальных решениях, у каждого члена команды есть один голос, если предложение ставится на голосование.

– Однако в случае выявления виновного процедура вполне ясна.

– Что это значит? – беспокоится Жанель.

– Убийца… изгоняется.

– Изгоняется?! – восклицает Генри.

– Без дальнейшего суда? – удивляется Флавий.

– Суд – это решение экипажа, – уточняет Док.

– Я не могу поверить, что существует процедура для таких случаев… это так жутко, – с отвращением говорит Флавий.

– Скорее разумно, я бы сказала, – сухо возражает Ливия.

– Так вот что мы собираемся делать! Подозревать друг друга до тех пор, пока кто-то не расколется или мы не решим отправить потенциально невиновного в открытый космос?

– Таковы правила, Жанель, – говорит Док.

– Так может быть, эти правила – полнейшая чушь!

Все поворачиваются ко мне.

– Что? Я согласен с Жанель. Не может быть и речи, что мы станем тянуть жребий…

– Это не жребий, – прервал меня Джей Си.

– Давайте позвоним MIRA! Пусть они сами этим занимаются: судом, расследованием.

– Они не будут этого делать, – выдыхает Джей Си. – Я звонил им, я пытался несколько раз: связь с внешним миром прервалась, никто не отвечает. Мы сами по себе.

– Серьёзно?! Кто, чёрт возьми, придумал эти проклятые правила?!

– Успокойся, Ви, – говорит мне Док. – Нет смысла расстраиваться.

– Где вы все были? – обвинительным тоном спрашивает Ливия.

– Что, прости? – задыхается Генри.

– Вы прекрасно меня слышали. Я хочу знать, где вы все были перед тем, как пришли сюда. Если хотите, я могу начать. Мы с Жанель были в навигационной рубке. Мы весь день были друг у друга на виду. Ваша очередь.

– Я отказываюсь быть частью этого…

– Я была в узле связи, – перебивает Док. – Ви был на щитах.

– Откуда ты знаешь? – рявкнул я.

– Я… я следила за тобой издалека большую часть дня. Я надеялась поговорить с тобой, извиниться.

– Но потом…

Меня снова прерывают, на этот раз Ливия.

– Хорошо. Остальные?

– В грузовом отсеке, – говорит Флавий.

– Алиса, где ты была? Обычно ты с отцом.

– Ливия, ты же не всерьёз! – горячится Жуйхан. – Ты же не станешь подозревать мою дочь в убийстве её отца?

– Я этого не говорила.

– Она провела день со мной, – отрывисто отвечает Жуйхан. – Мы были в электрощитовой, когда зазвучала сирена.

– Хорошо, спасибо. Генри?

– Я был здесь, в столовой. Джей Си может подтвердить, я был здесь, когда он включил сигнализацию.

– Да, да. А я пришёл из медотсека. Там я и нашёл тело.

Наступило короткое молчание.

– Хорошо. Итак, давайте разберёмся, мы с Жанель обеспечиваем алиби друг другу. Док оправдывает Ви, хотя никто не может подтвердить, что она действительно там была. Тот факт, что вы пришли вместе, ничего не доказывает. Жуйхан и Алиса тоже были вместе. Без свидетелей остаются Флавий, Генри и, конечно, Джей Си.

– Ты, должно быть, шутишь, Ливия!

– Я просто следую протоколу, Флавий.

– Зачем Джей Си вызвал нас, если он убил Рэймонда? В чём смысл? – спрашивает Жанель.

– Чтобы выглядеть невиновным, как это сейчас и происходит, – объясняет Ливия.

– Нет, постой. Вы себя слышите? Мы же не будем этого делать! – восклицаю я.

– Это протокол, Ви. У нас нет выбора! – повторяет Ливия. Её глаза обращены к Док.

– Она права… таковы правила, – соглашается та.

Это похоже на удар в спину. Второй за последние дни. Начинает казаться, что для женщины, которую я считал своим другом, это многовато.

– Ну же, Джей Си, скажи что-нибудь! – настаиваю я.

– Она права. Это чрезвычайная ситуация, и в отсутствие новостей от базы MIRA у нас нет выбора: мы должны придерживаться протокола. Мы должны проголосовать. Сейчас.

– Но вы не можете просто выгнать кого-то! – паникует Жанель.

– Мне кажется, ты торопишься с обвинениями в наш адрес. Что ты скрываешь? – внезапно выпаливает Генри в сторону Ливии.

– Клянусь, я ничего не делал, не выгоняйте меня! – рыдает Флавий.

– Голосование открыто, – говорит Док. – У вас есть два варианта: вы можете выдвинуть кого-то или воздержаться.

На наших визорах появляется экран. На нём фотографии всех членов экипажа. Фотография Рэймонда закрашена серым цветом и зачёркнута. Как объяснила Док, мы можем нажать на изображение того из нас, которого считаем виновным, или воздержаться от выбора. Выбор индивидуальный, и мы должны сделать его по своему усмотрению…

Я едва осмеливаюсь прикоснуться к своему шлему, боясь нечаянно задеть что-либо.

– Что будет, если мы все откажемся голосовать? – спрашивает Жанель.

– Никого не выгонят, – отвечает Док.

– Ах, так вот что мы должны сделать! – вскрикивает Жанель.

– И оставить убийцу на воле? – цинично отвечает Ливия.

– Осталось всего пять секунд на голосование!

Я выбираю «Пропустить». Через пять секунд на визоре появляется экран загрузки.

ПОДСЧЁТ РЕЗУЛЬТАТОВ В ПРОЦЕССЕ.

Что же будет дальше?

Глава 5

НИКТО НЕ БЫЛ ВЫБРАН.

Я облегчённо выдыхаю. Подробности голосования – анонимные – появляются на наших экранах. Трое из нас отказались голосовать. Я думаю, это Жанель, я… но кто же третий? Генри и Джей Си получили по два голоса, Флавий – один. Последний голос достался Ливии, которая, как и все мы, удивлена.

– Кто-то голосовал против меня? Почему?

– Смысл анонимного голосования, Лив, в том, что мы не знаем, кто и за кого проголосовал, – говорит Джей Си.

– Ты голосовал против меня, потому что я включила тебя в список подозреваемых, да? Просто маленькая месть? – возражает Ливия.

– Я не говорил, что это был я.

– Но ты и не отрицал этого.

– Мы действительно собираемся играть в эту игру? Стоп, голосование уже закончилось. Не так ли, Док?

– Экипаж принял решение пока ничего не предпринимать. Так что теперь мы можем вернуться к своим обязанностям, – говорит она.

– Значит, мы оставим убийцу на воле? Чего вы ждёте? Чтобы теперь он пришёл за моей дочерью или за мной? У вас нет уважения к моему мужу, никакого уважения!

Ярость Жуйхан снова вырвалась наружу. Вокруг неё собирается небольшая группа, которая пытается её успокоить. Она кричит на своём родном языке, её лицо искажено гневом. Слёзы снова катятся по её щекам. Позади маленькая Алиса остаётся в прострации. Её глаза пусты, она не произнесла ни слова с тех пор, как мы узнали о произошедшем. Может быть, она и есть третья, кто отказался голосовать?

Пока некоторые из нас пытаются помочь Жуйхан, Ливия преследует Джей Си и Док. Она не хочет соглашаться с тем, что дело закрыто. По её мнению, мы не должны расходиться, пока тело преступника не будет дрейфовать в космосе как можно дальше от «Скелда».

– И что будет дальше? Мы продолжим спокойно заниматься своими делами, ожидая, когда нас прикончат? И будем надеяться, что кто-то другой умрёт раньше нас? – вскипает она.

– Мы собираемся провести расследование, – спокойно говорит Джей Си.

– Кто это «мы»?

– Док осмотрит тело. Она сможет рассказать нам, что на самом деле там произошло и от чего погиб Рэймонд. Это, несомненно, даст нам ещё несколько подсказок.

– А что, если Док и есть виновная? – возражает Ливия.

– Я думала, ты меня только что оправдала?

– Не на сто процентов. Насколько я понимаю, вы все подозреваемые. И можете быть уверены, я смогу за себя постоять.

Джей Си качает головой, игнорирует замечание Ливии и прочищает горло:

– Мы с Док изучим тело в медотсеке. Я не хочу, чтобы кто-то был поблизости, ясно? Наши рабочие задачи подождут. А вы пока продолжайте работать. В группах по двое, чтобы каждый был под присмотром.

– Нас девять человек, – замечает Флавий. – Как ты предлагаешь сделать группы по двое?

Джей Си с досадой пожимает плечами.

– Жуйхан и Алиса не смогут вернуться к работе, – говорит Жанель.

– Я останусь с ними на некоторое время, – предлагает Генри. – Приготовлю для них еду, а потом сопровожу их обратно до кроватей.

– Делайте, что хотите, – громко вздыхает Джей Си. – Просто убедитесь, что вы следите друг за другом.

– Не беспокойся об этом, – ухмыльнулась Ливия. – Давай, Жанель, сваливаем отсюда.

Жанель бросает на меня последний беспомощный взгляд, прежде чем последовать за своей подругой. Джей Си и Док уходят в медотсек, и столовая постепенно пустеет. Генри сидит в углу с Жуйхан и Алисой. Он пытается поговорить с ними, успокоить. Так ли хороша эта идея – оставить их наедине с человеком, которого явно выделили как потенциального подозреваемого? Я всегда думал о Генри как о дедушке нашей команды, не слишком опасном, но теперь… я не уверен.

– Ладно. Что ж, думаю, теперь нам придётся объединиться, напарник!

Флавий широко улыбается, протягивая мне руку для рукопожатия. Поскольку я не отвечаю на этот жест, он в конце концов резко убирает руку.

– Как ты думаешь, стоит ли оставлять Генри наедине с двумя Старк-Лиу? – спрашиваю я.

– Ну да. Почему бы и нет? Он милый, наш Генри.

– Что, если он убийца? Напоминаю, у него нет алиби.

– Ах, ты об этом… Хм.

Он делает паузу, постукивая указательным пальцем по нижней части своего шлема на уровне подбородка.

– Ну, если бы я был убийцей – а я хотел бы уточнить, что я им не являюсь – я лишь предполагаю. Думаю, я бы постарался сидеть тихо. То есть, поскольку Генри и так уже под подозрением, с его стороны было бы глупо убивать остальных членов семьи после того, как он сказал всем, что останется с ними, верно?

Я думаю, это имеет смысл.

– Итак, вернёмся к моему новому товарищу по несчастью. Что тебе нужно сделать?

– Хм… навигационная рубка… и задание в оружейной, – объявляю я, проверяя список задач.

– Oк. У меня тоже есть дело в навигационной рубке. Затем в грузовом отсеке, реакторе и верхнем двигателе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.