Алёна Джуссани
Моя жизнь в ваших руках

© Алёна Джуссани, 2022

Посвящаю эту книгу моим любимым дочкам

Екатерине и Анастасии

Предисловие

Никогда в жизни не могла представить, что когда-нибудь напишу книгу, но, как говорится, от сумы да от тюрьмы и, получается, от писательской стези не зарекайся!

Я могу взять свою книгу в руки, полистать, взвесить на ладони – довольно лёгкая… В отличие от опыта, что я получила, переживая события, которые в ней описаны. Да это просто бетонная плита, что однажды упала на мои плечи! Теперь это тоже моя жизнь, самые горькие её дни. И они в прошлом. Искренне на это надеюсь.

Всё, что вы прочтёте, чистая правда. Изменены только имена людей, которых я упоминаю в своём повествовании. Остальное – время, города, ситуации и поступки людей – я постаралась передать максимально точно. И, полагаю, объективно и правдиво, ведь я добилась восстановления справедливости. Можно сказать, победила, хотя какая уж тут победа, если потеряно несколько лет жизни, а все мои мечты и планы разбиты вдребезги!

Единственная вольность, которую я себе позволяю, – опираюсь на собственную точку зрения. На это я имею полное право, ведь я живой человек, подверженный эмоциям и чувствам, да ещё и попавший в своё время в самую настоящую «мясорубку» европейского правосудия! Да, я тоже была полна иллюзий по поводу принципов справедливости и морали, царящих в одной из самых цивилизованных стран мира, но реальность мгновенно показала, как глубоко я заблуждалась.

Не подумайте, что я какая-то авантюристка, искательница приключений, запутавшаяся в обстоятельствах, которые сама же и накрутила. В то же время я не наивная влюбчивая мечтательница, решившая, что встретила своего принца, и бросившаяся в любовь, как в омут, не раздумывая. Нет, я как раз полная противоположность и первому, и второму типажу. Живу спокойно и тихо, не сижу без работы ни минуты, стараюсь думать головой, сдерживая эмоции.

Что бы ни происходило в моей жизни, и вы найдёте тому множество примеров в каждой главе этой книги, я первым делом думаю: а как это отразится на моих детях? Я просто мать, женщина из обычной семьи, родом с Урала, мечтавшая до всех своих «приключений» только о благополучной комфортной жизни. Здесь ли, в Швейцарии, где сейчас живу, или в России. Поверьте, география тут не самое главное.

Мне казалось, что поступаю правильно, уезжая к малознакомому человеку в чужую страну, а иначе я никуда бы не повезла детей. Только вот всё пошло не так, как я предполагала…

Эту книгу я написала по двум причинам.

Во-первых, я хотела обратиться к женщинам, которые, как и я однажды, решили создать семью далеко от родины, в другой стране, с иными ценностями и менталитетом. Мне хотелось, чтобы они прочли о том, что мне выпало пережить, и ещё раз подумали. Задали себе вопросы, которые не кажутся очевидными, когда мозг затуманен романтическим флёром. А выходить ли замуж за человека, которого ты лишь краткие мгновения видела воочию? А связывать ли свою судьбу с мужчиной, которого отделяют от тебя не только километры, но и мировоззрение, национальность, традиции? Как бы мне хотелось вернуться на несколько лет назад и сказать себе: «Алёна, подумай ещё раз, можно ли верить этому мужчине?!»

А во-вторых, эта книга помогла мне разобраться в случившемся. Всё, что произошло со мной, было настолько неожиданно, невероятно и страшно, что два с половиной года, проведённые мной в тюремной камере, казались просто жутким сном, кошмаром наяву. Долгое время я находилась в состоянии глубокого шока, жёсткой депрессии и, если бы не мысли о моих любимых дочерях, вероятно, просто не вынесла бы происходящего.

…Но так или иначе тучи над моей головой рассеялись, и жизнь вновь вернулась в своё русло. Для меня это странно, ведь я изменилась так, будто с меня содрали кожу и она только-только начала отрастать заново. Земля не остановилась, жизнь по-прежнему течёт. Да, катастрофа случилась только со мной, а все остальные люди занимаются своими делами, как и прежде. И теперь мне надо как-то принять случившееся, разобраться в своих чувствах, эмоциях, а затем начать жизнь заново. Надо сказать, что этот этап оказался тоже по-своему очень трудным. Об этом я рассказала в одной из заключительных глав.

Работа над этой книгой стала терапевтическим, если можно так сказать, этапом на моём пути к нормальной жизни. Волей-неволей мне пришлось вспомнить каждый прожитый миг, начиная со знакомства с будущим мужем, гражданином прекрасной европейской страны, и до самого финала моей истории – того момента, как я обняла детей после освобождения из тюрьмы.

Главу за главой я прокручивала в своей голове плёнку воспоминаний, восстанавливая то, что стало стираться от стресса и времени, переживая заново каждый час, каждый день. Да, это было болезненно, но я не жалею, ведь мне стало немного легче. Такой вот психологический детокс, полезный, как я надеюсь, не только мне, но и другим женщинам, ищущим свою судьбу.

Хочу предупредить заранее, что я не старалась выглядеть лучше, чем есть на самом деле. Во всём, что происходит с человеком, обычно есть и его вина. Я тоже свою не отрицаю. Поэтому прошу: читайте и не судите меня строго!

Автор книги

Глава 1
Та самая ночь

Швейцария,

кантон Тичино,

город Лугано,

дом Сильвио и Алёны

поздний вечер

19 июля 2016 года

Спала я или нет? Вряд ли. Весь день прошёл в тревожном ожидании и ощущении надвигающейся беды. Поздно вечером я заснула, а очнулась от шороха шин подъезжающего автомобиля. Приоткрыв глаза, увидела мелькнувший свет фар, который вскоре погас. Сильвио вернулся? Помедлив пару секунд, я набросила халат и поспешила на первый этаж, чтобы увидеть мужа и узнать, всё ли у него в порядке.

Весь день накануне, до того самого момента, как провалилась в сон, я безуспешно пыталась ему дозвониться, отправила чуть ли не десяток сообщений с вопросами о том, где он, всё ли с ним хорошо и когда он наконец вернётся. Сначала меня беспокоила чисто практическая мысль об ужине: готовить не готовить и к какому времени подавать, чтобы еду не пришлось греть во второй раз? Постепенно, по мере того, как двигались стрелки часов, а Сильвио всё не отвечал на звонки и сообщения, мои мысли становились более мрачными…

* * *

Потом меня часто спрашивали, не предчувствовала ли я что-то ужасное, не возникало ли ощущения надвигающейся беды. Мне нечего ответить. Я не догадывалась и не предполагала, что как раз сейчас, когда я выглядываю в окна, ожидая мужа, он… совершает убийство. Просто волновалась о том, что он задерживается, так же, как и всякая жена волнуется о своём муже, если он не приходит домой вовремя.

Само собой, я тревожилась, ведь Сильвио не имел привычки уходить по вечерам, а в то утро, вернувшись с ночной смены, он вскоре стал куда-то собираться. Сказал, что надо зайти к адвокату, к врачу (тогда я не могла даже предположить, что Сильвио состоял на учёте у психиатра), встретиться со своей бывшей супругой, а потом он уехал на машине. В том, что он общается со своей бывшей, Мари, не было ничего особенного: они прожили вместе много лет, у них двое общих детей. Кроме того, у них накопилось немало денежных вопросов, которые они решали через юриста.

Спрашивать о подробностях не стала – сам расскажет, если сочтёт нужным. Не так давно мы поссорились по этому поводу, и это была чуть ли не первая наша серьёзная ссора. Вспоминать о ней совершенно не хотелось!

До той ночи мы были знакомы с Сильвио меньше года, а прожили вместе не так уж мало – пять месяцев, находясь в законном браке. Как мне казалось, я достаточно изучила характер и привычки своего мужа и знала, чего от него ожидать. Теперь та спокойная уверенность в себе, в нём и в том, что меня окружает стабильный и понятный мир, кажется мне безумием, смешной и жалкой идеей. Если бы я хотя бы на секундочку могла заглянуть в своё будущее, то бежала бы прочь сломя голову! Но людям не дано знать будущего, мы можем только надеяться на хорошее, поступая так или иначе.

И вот в те несколько мгновений, пока я решала, выбраться мне из постели, чтобы узнать, почему Сильвио сегодня задержался допоздна, или перевернуться на другой бок и снова погрузиться в сон, я сделала свой очередной выбор, который полностью перевернул мою жизнь. Прошло несколько лет, и я, бесконечное количество раз перематывая в голове плёнку воспоминаний, снова и снова упираюсь именно в этот самый момент. Я чувствую, что он был ключевым, решающим, главным во всей этой истории. Если бы тогда победило желание уснуть, то я бы так и не узнала, что натворил Сильвио.

Да, может быть, я до сих пор жила бы с убийцей, ни капли не сомневаясь, что пьяная, тонущая в депрессии Мари сама перерезала свои вены, потому что больше не могла справляться с отчаянием, одиночеством и собственными зависимостями. Уверена, что Сильвио смог бы молчать до конца о том, что сделал с матерью своих детей. Возможно, зная, что я ни сном ни духом не подозреваю о страшной тайне, он не видел бы во мне угрозы, а значит не стал бы пить, распускать руки, обижать моих дочерей. Возможно, продолжал бы вести себя так, как в первые месяцы после нашей встречи: окружал вниманием, играл роль любящего мужа и заботливого отчима… Кто знает?

Ясно только одно: в этом случае правда о смерти его первой жены так и осталась бы нераскрытой, а я не пережила бы более чем двухлетний кошмар, выпавший на мою долю.

Как было бы лучше, что хорошо и что правильно? Я не знаю.

Швейцария, кантон Тичино, город Лугано

Но вернёмся назад, в тот момент, когда меня разбудила подъезжавшая к нашему дому машина Сильвио. Подумав немного, я решила встать, чтобы встретить его, и выяснить наконец, почему он задержался и не отвечал на мои звонки. С той самой секунды всё было предрешено, поезд пошёл по рельсам к единственно возможной станции, а моя судьба определена.

В то время мы жили в просторном трёхэтажном доме на двух хозяев – дуплексе. На первом этаже располагалась кухня и гостиная с большим камином, на втором – наша спальня, комната Клары, дочери Сильвио, его старшего ребёнка, и ванная. На третьем – ещё две комнаты: его сына Эннио и моих дочерей Елизаветы и Анны.

Ещё полусонная, я спустилась на первый этаж и увидела, как мой муж входит в дом. Его вид так потряс меня, что я окончательно проснулась.

Сильвио не обладал какой-то выдающейся внешностью: мужчина распространённого здесь европейского типа, среднего роста, худощавый, с острыми, довольно правильными чертами лица и высоким лбом. Он был военным, прежде служил в пограничных войсках, а ныне заведовал оружейным складом кантона, то есть привык чувствовать себя человеком на службе. Возможно, именно поэтому муж соответствующе выглядел: держался прямо, тёмные волосы стриг под ёжик, всегда был чисто выбрит, аккуратен в одежде. Встретишь такого человека в толпе на улице – и не обратишь внимания. Но то, как он выглядел в ту минуту, когда переступил порог дома и наши взгляды встретились, запомнилось мне навсегда. Казалось, его застигли врасплох, на месте преступления – глаза у Сильвио были просто… бешеные от бурлившего в его крови адреналина.

Помимо этого, я заметила, что он был одет совсем не в ту одежду, в которой ушёл из дома. Уже утром накатила жара, поэтому Сильвио отправился на свои встречи в шортах до колен и рубашке с короткими рукавами. Теперь же на нём были вещи, которых прежде я никогда у него не видела: джинсы, куртка и фуражка. Они выглядели совсем не так, как его обычная одежда. С собой у него был незнакомый мне чёрный рюкзак.

А на руке – струйка крови, и этот странный запах… неприятный, чужеродный, будоражащий…

– Что случилось? – спросила я с нарастающим предчувствием беды. – Где ты был?

И тут он произнёс нечто такое, от чего меня сковал ужас:

– Я её убил!

Такие слова и на русском языке не сразу понятны, ведь очень непросто допустить мысль, что перед тобой стоит убийца, а Сильвио говорил на итальянском. В то время я ещё не владела языком в совершенстве, поэтому сначала подумала, что просто неправильно поняла мужа. Наверное, не расслышала или перепутала слова, поэтому я снова принялась задавать вопросы, смутно надеясь, что вот сейчас всё разъяснится, до меня дойдёт какая-то совершенно простая вещь, жизнь вернётся в прежнее русло.

– Я убил свою бывшую жену, – произнёс Сильвио вполне разборчиво.

И пока смысл его слов доходил до моего сознания, он продолжал говорить, шокируя и пугая всё сильнее и сильнее:

– А если ты кому-нибудь проболтаешься об этом, то я и тебя убью! Не вздумай даже рот открыть и помни о моих словах! – никогда прежде я не слышала, чтобы он говорил со мной таким тоном, с таким выражением лица. Я не просто испугалась, а оцепенела от ужаса.

Тем временем он всё говорил и говорил, угрожая, запугивая, запутывая. Мои мысли метались, ноги подгибались. Наконец я не выдержала и бросилась по лестнице вверх, в спальню, чтобы спрятаться, скрыться, найти защиту. Меня трясло, я плакала и молилась, ещё даже не понимая, о чём именно. Наверное, мне хотелось, чтобы всё происходящее оказалось дурным сном и я проснулась, а кошмар закончился.

Плача, я невольно прислушивалась к происходящему на первом этаже. Судя по доносящимся звукам, Сильвио разжёг камин и с чем-то возился возле него, шурша, передвигая какие-то вещи.

«Может, ему стало холодно?» – подумала я и сама себя одернула – лето было в самом разгаре и даже ночью воздух оставался тёплым.

Потом я услышала, что муж поднимается по лестнице. Моё сердце сжалось: я боялась увидеть его снова, боялась новых угроз. Пугала мысль о том, что если он действительно убил Мари, то и со мной может сделать что угодно, ведь теперь я всё знаю.

Шаги Сильвио приближались к двери, он вот-вот войдёт! Я еле дышала, но он прошёл мимо – в душ.

В ванной зашумела вода, а это означало, что можно безопасно выглянуть наружу. Несмотря на страх, я должна была узнать, что Сильвио делал возле камина. Почти бесшумно добравшись до лестницы, я облокотилась на перила, чтобы заглянуть в гостиную, не спускаясь по ступенькам. С моего места камин был прекрасно виден, в его пламени что-то горело, но что – я не смогла разглядеть, а спускаться вниз и выяснять не стала. Не хотелось, чтобы Сильвио заметил мой интерес к его делам, это могло бы спровоцировать новую порцию угроз или закончиться чем-то похуже…

Вернувшись в спальню, я нырнула в кровать.

Он появился через несколько минут. Заметив, что я не сплю, спокойно распорядился:

– Там на полу в ванной лежат вещи. Ты должна сжечь их завтра в камине!

Он говорил о рубашке и джинсах, в которых пришёл. Через силу я ответила, пытаясь говорить обыденным тоном:

– Да, хорошо.

Я просто не знала, что мне делать, как вести себя, чего ждать. Тогда и в голову не пришло сказать, что я отказываюсь ему помогать, – он пугал меня до обморока!

Муж лёг в постель, я отвернулась от него, пробормотав что-то о головной боли, и притворилась спящей. На самом деле мне не удалось забыться сном до самого рассвета. В отличие от меня Сильвио безмятежно уснул спустя пару минут.

Ночью меня терзали мысли и эмоции самого разного качества – от глубокого удивления и до острого страха. Я задавала себе вопросы: почему он так ведёт себя, что с ним произошло, а может, он просто сошёл с ума? Всё время нашего знакомства, весь период, когда мы были вместе, Сильвио держался ровно и спокойно. Никогда не проявлял даже признаков агрессии, не обижая ни меня, ни моих детей, ни собственных. Я не видела его таким, как в тот вечер, никогда прежде!

Но что если я слишком мало его знаю? Вдруг он совсем не тот человек, за которого себя выдаёт, и мне надо спасать себя и Аню с Лизой? А я одна в чужой стране, с двумя детьми, по сути, без средств. Вернуться в Екатеринбург я тоже не могла: уезжая, я сожгла все мосты! Ни квартиры, ни работы, никаких перспектив. Голова просто разрывалась от мыслей и эмоций: мне было непонятно, как будет вести себя мой муж завтра, послезавтра, через годы, и как я должна держаться с ним?

Я поняла, каким человеком был мой муж, только когда началось судебное разбирательство и знакомые Сильвио стали давать показания. Например, бывший свёкор, отец убитой Мари, сказал, что это очень мстительный человек. Видимо, данное качество его характера уже как-то проявлялось прежде, ведь семья первой жены знала Сильвио на протяжении многих лет.

Уже намного позже мой адвокат упоминал, что говорил со знакомыми этой семьи, и они сообщили много интересных деталей, характеризующих Сильвио не с лучшей стороны. Например, люди рассказали о том, какими были отношения моего мужа и его собственной матери, которая к этому времени уже умерла. Оказывается, она боялась родного сына, хоть и тщательно скрывала это. Ей было уже около восьмидесяти, когда она подружилась с одним пожилым синьором, который заходил к ней в гости на чай-кофе, чтобы поговорить о жизни, поделиться воспоминаниями. Мать Сильвио тщательно следила за тем, чтобы её гостя не застал сын. «Уходи, – говорила она своему другу, если знала, что Сильвио должен зайти в ближайшее время. – Если он тебя увидит, будет плохо!»

Я совершила большую ошибку, связав свою жизнь с человеком, которого так мало знала!

И ещё я поняла, может, в ту же ночь, а может, и позже, одну важную вещь: возвращаясь домой, Сильвио не ожидал меня встретить. По его расчётам, я должна была уже давно спать, и тогда он вошёл бы незамеченным и смог бы скрыть своё преступление. Понадеявшись на это, муж не подготовил разумных объяснений о том, где пропадал и почему не отвечал на мои звонки. Неожиданно увидев меня, он яростно выпалил: «Я её убил!» Похоже, Сильвио был возбуждён тем, что сделал, находился в состоянии аффекта, шока – только так и можно объяснить его неожиданное признание…

…Утром между нами не было никаких разговоров, мы не обсуждали происшедшее накануне и вообще, по сути, не виделись. Ночью мне не спалось – душили ужасные мысли, а забылась я только к утру. Когда Сильвио вставал с постели, проснулась, но ещё до того, как полностью вынырнула из сна, вспомнила всё, что случилось, и осталась лежать в кровати неподвижно, будто бы продолжала спать.

Муж спустился вниз, и мне было хорошо слышно, как он ходит по кухне, хлопает дверцей холодильника, открывает воду, наполняет чайник. Наконец он ушёл, и тогда я встала.

Очень хотелось, чтобы это утро оказалось обычным, таким, как всегда, но чудес не бывает, поэтому я едва смогла взять себя в руки, чтобы выглядеть нормально, не привлекая к себе внимания. Меня продолжали мучить раздумья о том, что делать, как правильно вести себя, как защитить детей. Это было невыносимо, поэтому я решила, что надо немного успокоиться и всё обдумать.

Приняв душ, я поняла, что мне надо помолиться: только тогда я смогу хотя бы внешне производить прежнее впечатление спокойной и разумной замужней женщины, которая думает только об уюте в доме и обеде для семьи. Одевшись, я вышла из дома и направилась в небольшую часовенку неподалёку, куда ходила, когда чувствовала, что мне надо привести в порядок мысли.

По дороге к месту молитвы я думала, наблюдая за окружающими людьми: какие они счастливые, сегодня их жизнь такая, как и вчера, а моя изменилась совершенно!

Наконец я добрела до часовенки. Мне очень нравилось здесь – совсем небольшое строение, где стояло подобие алтаря и куда люди могли прийти, чтобы поставить свечку. Несмотря на то что часовня была католической, а я оставалась в православной вере, мне было приятно туда приходить. Тем более что русских церквей поблизости всё равно не нашлось. Молитва в этой часовенке приносила мир в мою душу.

Глава 2
Жених из Швейцарии

Россия, съёмная квартира

Алёны в Екатеринбурге,

сентябрь 2014 года

Я сидела перед компьютером на кухне и смотрела на фото мужчины, приславшего мне сообщение с предложением познакомиться. Дочки уже спали, домашние дела – готовка, уборка – были завершены. А эти пятнадцать минут перед тем, как уснуть, я проводила на сайте знакомств, где зарегистрировалась всего неделю назад. Обычно я просто «бродила» по сайту, но сегодня меня ждал сюрприз: какой-то мужчина отправил мне послание! Я была взволнована.

Первая мысль, которая пришла в голову в тот момент, когда я увидела его фото: «Надо же, какой простой и обыкновенный!.. Но кто он, из какой страны и на каком языке пишет?» Понять с первого взгляда не удалось.

И ничего странного! С иностранцами я знакомилась впервые, да и общалась прежде только в туристических поездках, то есть далеко не лично. А тут мужчина из-за границы, который ищет серьёзных отношений и пишет мне, как возможной невесте.

Если сойдутся все звёзды, то я могу выйти за него замуж…

* * *

В прежние времена я даже не думала, что буду искать счастья, знакомясь с иностранцами на специальных сайтах, где «женихи» и «невесты» презентовали себя и искали подходящую пару. Да что там на сайте! Я вообще не собиралась замуж за границу. В моей юности это было даже модно: толпы русских девушек ехали в Европу, США, да хоть в Австралию, так как считалось, что там, в мире капитализма, люди живут лучше. Но я такими идеями не болела, просто даже не задумывалась над этим, а в восемнадцать лет уже стала женой парня из родного городка. Там же мы и поселились, в Ивделе, самом северном городе Свердловской области. От него до Екатеринбурга – чуть более пятисот километров.

Особого выбора для молодого человека, который ищет свой путь в жизни, в моём родном городе, в общем-то, и нет. Не всем хочется работать на металлургических производствах, да они почти все уже и закрыты. Молодёжь разъезжается учиться в большие города, а кто-то, как и я, просто строит свою жизнь в родных местах. Как говорится, где родился, там и пригодился.

Городок наш провинциальный, очень маленький, всех жителей около 16 тысяч человек. Есть, конечно, свои достопримечательности: набережная, памятники героям революции и Великой Отечественной войны, несколько храмов, в основном построенных недавно, облагороженные уголки с лавочками и местами отдыха. Но вообще в Ивделе не очень много привлекательных для туристов мест. К нам ездят любители дикой природы, которым нравится неделями бродить по заповедным тропам, снимать на фотоаппарат открывающиеся виды и восхищаться звёздным небом.

И правда, чего у нас в изобилии, так это пейзажей! К нашей северной природе, честно сказать, привыкнуть нельзя: она удивляет и восхищает каждого, сколько бы лет он ни прожил в Ивделе. Это и река с тем же названием, что и город, окружённая каменистыми живописными берегами, и острые скалы, похожие на клыки, утонувшие в густых лесах. Высота некоторых пиков достигает 70 метров, а вся гряда растянулась вдоль реки на добрых 2 километра. Да, масштабы у нас впечатляющие, есть где разгуляться.

Ещё одна «фишка» моего родного города – белые ночи, странные для тех, кто к ним непривычен.

В наших краях стоит аромат хвои – кедров, елей, – Ивдель словно окружён загадочной и временами опасной тайгой. Прямо рядом с городом есть кедровник, и туристы просто хмелеют, прогулявшись по нему и вдохнув наш «фирменный» воздух.

Пока живёшь в Ивделе, особенно и не думаешь о том, какая красота его окружает, а уедешь – и начинаешь вспоминать…

История моего первого брака простая: я влюбилась и вышла замуж за самого замечательного, как тогда казалось, парня. Он был лет на шесть старше, но позже я стала понимать, что был он тогда таким же молодым и горячим, как и я. Вместе нам было очень хорошо, и, поженившись, мы считали, что нам повезло встретить друг друга.

Мне исполнилось девятнадцать, когда родилась первая дочь – Елизавета. Мы с мужем были безумно счастливы, и казалось, что так будет всегда. Но спустя несколько лет в муже вдруг словно что-то сломалось… Примерно в то же время, когда родилась вторая дочка – Анечка.

Я была очень замотана и с новорождённой, и со старшей дочкой, а он стал пропадать с какими-то новыми друзьями, начались пьянки-гулянки. Дальше – хуже. Однажды он поднял на меня руку.

После того как муж ударил меня впервые, я была в шоке и даже не поняла, насколько это серьёзно. Мне казалось, что это случайность, помутнение рассудка. Поэтому простила. Но вскоре он снова побил меня, на этот раз сильнее. Однако я не растерялась – дала отпор. Но это разве дело? Понятно, что так не может продолжаться. Хотя бы из-за дочерей – каково им будет расти в семье, где папа бьёт маму?..

Но случился и третий раз. Муж избил меня до такой степени, что я оказалась в больнице. А затем – подала на развод. Сразу и резко. Может быть, как раз потому, что очень любила мужа и понимала, что если начну раздумывать, если буду рядом с ним, то могу снова простить, а потом – ещё и ещё. Тогда моя жизнь и жизнь детей превратится в ад.

Развод дался непросто. Долго-долго я приходила в себя, зализывая душевные раны. Кроме того, тяжело было и в материальном смысле. Помню, например, что Анечке, а она ещё младенцем была, нужно было по литру молока в день, чтобы кормить, готовить кашу. А у меня и на это денег не хватало!

У бывшего мужа я ничего не просила – не позволяла гордость. Надо сказать, он не ожидал, что я вот так, с детьми, развернусь и уйду в одну минуту. Он тоже любил меня и дочерей, переживал, приходил, просил прощения, предлагал снова жить вместе. И его мама, да и моя – все считали, что я поступила необдуманно, не дала последнего шанса, лишила дочерей отца, но я твёрдо решила, что не буду жить с человеком, который трижды причинил мне боль. Мои дочки не должны вырасти с мыслью, что насилие – это нормально.

После развода в Ивделе я продержалась ещё около шести лет, самостоятельно обеспечивая нашу маленькую семью. В основном потому, что мама помогала заботиться о дочерях. Но потом я стала задыхаться в городке, не имея возможности обеспечить Лизе и Ане нормальную жизнь на том уровне, который им требовался. И мне бы не хотелось, чтобы дочери повторили мою судьбу только потому, что не видели в жизни других перспектив, кроме замужества.

Вот так, собрав вещи, мы переехали в Екатеринбург.

В большом городе дела пошли в гору. Возможно, я просто создана для высокого темпа жизни, мне это подходит. Быстро нашла работу в компании, торгующей профессиональной уходовой косметикой, начала зарабатывать неплохие деньги, а вскоре уже могла дать детям нормальную жизнь. Сняла просторную квартиру, отдала Лизу в лицей имени Дягилева, где она не только получала качественное среднее образование, но и развивала свой талант художника. Лиза очень одарена, я не могла не дать ей шанса добиться чего-то большего. Маленькая Анечка ходила в школу, и я следила, чтобы она хорошо училась, нанимала репетиторов, когда было нужно. У девочек было всё необходимое, но один бог знает, какими усилиями мне всё это далось.

Мы были счастливы, но тут я стала замечать, что почти не вижу своих дочек, потому что всё время работаю! Уходила рано, а возвращалась, когда они уже отправлялись спать. Вроде бы я была в курсе дел, обеспечивала их всем необходимым, радовалась успехам, но в чём смысл всего этого, если я практически не вижу, как они растут? Просто поболтать и то не находилось времени!

А тут у Елизаветы начался переходный возраст, она стала бунтовать, как говорят психологи, искать тех, «кто её понимает». Развод родителей для ребёнка – огромное потрясение, поэтому её можно понять. Неважно, что всё случилось, когда она была шестилеткой, последствия пережитого стресса могут проявиться и позже. Особенно когда ребёнок начинает взрослеть и видит, что мир устроен совсем не так, как думалось прежде.

К тому же я замечала, что Лиза тоскует по отцу. Она хорошо помнила его, любила, нуждалась в его поддержке. Если бы он уделял ей хоть немного внимания, возможно, её не потянуло бы общаться с адреналинщиками, которые и сами были просто заброшенными детьми…

Далеко не сразу я узнала о том, что моя хорошая, милая, добрая Лиза подружилась с полными оторвами, ребятами, которые называли себя адреналинщиками. Им, видите ли, мало было тех эмоций, которые они получали в школе и дома, поэтому они откалывали разные номера, чтобы пережить выплеск адреналина. Как этого добиться в условиях большого города? Пригодилось метро. Дети катались между вагонами, забирались на поезда сверху, скакали по рельсам. Другой способ ощутить гиперэмоции – забраться на многоэтажку и походить по парапету. С ужасом я узнала, что однажды с крыши упала и разбилась насмерть девочка-адреналинщица. Много чего творили эти ребята: бегали голыми по городу, придумывали рискованные игры на трассах, забирались везде, где можно почувствовать будоражащие уколы страха, испуг, риск, а в итоге – эйфорию.

Ребята попадались на своих «подвигах» сотрудникам органов, и потом из детской комнаты полиции приходили знакомиться с родителями. Мне это тоже пришлось пережить.

Честно говоря, узнав о том, с какой компашкой связалась Елизавета, я и сама испытала выплеск адреналина. Надо что-то делать! Только когда, если я работаю-работаю-работаю и не вижу своих детей? Мама-одиночка, что поделать?

Есть проблема – её надо решить, а именно: найти спутника жизни, мужчину, который станет мне хорошим мужем. Я хотела, чтобы Елизавета и Анна росли в нормальной семье и видели, что это такое, а позже смогли бы построить собственные семьи по тому образцу, который им показали родители.

Замужем легче воспитывать детей. Нет, я не хотела сваливать свои проблемы на чужого мужчину, а просто надеялась, что два родителя всегда лучше одного. Вполне нормально, что мы оба будем работать, и я уже не стану тянуть буквально всё на своих плечах, появится нужное для воспитания дочек время. Ведь Анна тоже растёт, рано или поздно она достигнет критического возраста, значит, надо её подстраховать, поддержать заранее, чтобы не занесло, как сестру.

К тому времени я уже довольно давно была в разводе и, несмотря на то что три года прожила в большом городе, окружённая толпами людей, личной жизни не имела в принципе. Во-первых, на неё не находилось времени. А во-вторых, очень непросто довериться мужчине после того, что произошло с моим мужем. Может быть, где-то и были эти хорошие представители сильного пола, которые готовы создать со мной семью, но я их просто не видела.

И вот, даже не помню точно, по чьему совету, я обратилась в брачное агентство, которое давало возможность познакомиться в интернете с кандидатами на роль мужа. В моих условиях это было очень удобно, не надо куда-то идти, наряжаться-собираться, думать: а не женат ли этот человек, не жулик ли? Агентство брало на себя все риски, во всяком случае, так заявлялось, а я должна лишь выполнить несколько условий. Во-первых, конечно, заплатить за услуги. Во-вторых, создать свою страничку. И, в-третьих, активно общаться с претендентами.

К этому делу я подошла серьёзно. Обратилась к профессиональному фотографу, он сделал для меня качественные снимки – с хорошим освещением, в нужном ракурсе, в позитивном настроении. Словом, такие, на которых я произвожу хорошее впечатление.

В брачном агентстве мне также объяснили, что я должна начинать общаться с мужчинами уже сейчас. Это поможет набрать нужный опыт, и в будущем я смогу легко налаживать контакты и понимать, подходит мне этот человек или нет. Тем временем, как мне обещали, сотрудники агентства будут искать для меня подходящие варианты.

И вот мне пришло первое сообщение – от какого-то Сильвио.

Если разобраться, то оно не было таким уж случайным. Едва оформив свои странички на сайтах, я по совету специалистов начала изучать ресурсы. Рассматривала фотографии потенциальных «женихов», пытаясь понять, что за люди ищут здесь своё счастье. И когда я заглядывала к ним, система оставляла мои данные: они тоже могли после этого зайти ко мне и посмотреть, кто я такая. Скорее всего, я заглянула и на страничку Сильвио, но даже не запомнила это, а он уже потом нашёл меня.

Открыв сообщение, я увидела текст, написанный на латинице. Прочесть его с ходу не смогла, а пользоваться переводчиком ещё не умела. Уже потом Елизавета покажет мне, где искать этот сервис, как вводить текст, как получать перевод и отправлять собеседнику. А в первый вечер я едва смогла сообразить, на каком языке написал мне тот мужчина.

Слава богу, фильмы с Челентано мы все смотрели и понимаем, что «bongiorno» и «ciao» – это по-итальянски. Смущало только то, что Сильвио жил не в Италии, а в Швейцарии, почему же писал на итальянском? Позже я разобралась и с этим: он из Тичино, а это единственный кантон в Швейцарии, где говорят на языке южного соседа. Но всё это пришло гораздо позже.

Получив первое послание, я ещё не была готова к переписке. Хотелось освоиться, привыкнуть, а уже потом заводить разговоры. Поэтому для начала я просто стала рассматривать фотографии на страничке этого самого таинственного Сильвио. И надо сказать, что они произвели на меня очень приятное впечатление.

Сильвио не заказывал портретов у фотографа, а просто взял свои семейные снимки и разместил на страничке: вот он стоит возле собственного дома, жарит на гриле мясо во дворе. В самой обычной одежде, не пытаясь выглядеть лучше, чем есть, не демонстрируя дорогих авто, яхт, предметов роскоши. Если и была в кадре машина, то рабочая. Если он и показывал какие-то вещи, то сделанные своими руками.

Сильвио любил сниматься с детьми – сыном Эннио, которому было около шестнадцати, и дочерью Кларой – уже почти совсем взрослой девушкой. По их жестам, позам, улыбкам, объятиям я видела, какие хорошие отношения между ними и отцом. Это ведь чувствуется. А ведь что может выглядеть в глазах женщины привлекательнее, чем фото мужчины с его детьми? Словом, к образу Сильвио нельзя было придраться. И, научившись отвечать ему на итальянском, я с удовольствием стала беседовать с ним.

Не могу сказать, чтобы он сразил меня наповал внешностью, глазами, обаянием и так далее. Скорее нет. Но всё остальное, что я узнавала о нём, было крайне располагающим. Например, он гордился тем, что служил своей стране, охранял границу родины. Рассказывал о своих хобби: Сильвио любил работать руками по дереву и металлу. Показывал фото лестницы в своём доме, ведущей с первого на третий этаж. Её он сам сделал из дерева, и получилось очень хорошо! У него была своя мастерская в доме, он с удовольствием показывал её, комментируя всё, что попадало в кадр (к тому времени мы уже общались посредством скайпа). Ещё он разводил кроликов, но тут наши чувства не совпали. Он объяснил, что держит их ради мяса, а я видела хорошеньких зверюшек и жалела их. Сильвио объяснил, что это обычное дело, животных для того и разводят. Это сельское хозяйство, а не баловство!

Конечно же, я поинтересовалась у Сильвио, со многими ли женщинами он переписывается. И он ответил, что только со мной и что я – вторая. До того, как я попала на эти сайты знакомств, он общался только с одной женщиной из Украины. Объяснил так: его тип – это блондинка с голубыми глазами, он обращает внимание только на подобных «невест», и украинка, как и я, имела именно такую внешность. Когда они узнали друг друга ближе, он пригласил её в гости, но подруга по переписке ответила, что лучше будет, если он приедет в Киев. В общем, они не смогли договориться и перестали общаться.

Со временем наше общение становилось всё более приятным и простым. Мы переписывались на сайте около пары недель, а потом перешли в скайп, чтобы видеть друг друга. Сильвио хотел показать мне своих детей, а также увидеть моих.

Первая встреча была забавной, так как мы оба не очень хорошо разбирались в системе связи и всё время куда-то нажимали, что-то путали и зависали. Но Сильвио было проще – справиться с сервисом ему помогала дочь, и только благодаря ей мы всё-таки смогли пообщаться. В целом наши встречи онлайн проходили со сложностями: они говорили между собой на итальянском, а я ничего не понимала. Но в результате мы так много смеялись!

И снова я увидела его родительскую связь с дочерью, их тёплые отношения, взаимопонимание. Позже познакомилась и с сыном. Отцовство очень украшало Сильвио, и я думала, что если бы у Елизаветы в своё время был такой папа, то её не затянуло бы в компанию адреналинщиков. И если Сильвио мне понравился тогда, то только из-за того, каким прекрасным отцом он казался!

Сильвио изначально был настроен на то, чтобы мы как можно скорее начали жить семьёй. Он торопил события, звал скорее в гости, чтобы мы познакомились лично и поскорее определились, будем жить вместе или расстанемся. В этом вопросе я была с ним солидарна: тянуть нет никакого смысла. У меня дети, работа, я не могла много раз ездить в Швейцарию, чтобы мы пригляделись друг к другу. Поездка означала, что в этот период я не буду зарабатывать, а счета за квартиру, ЖКУ, лицей и ткоммуналку сами себя не оплатят. Так и получилось, что мы познакомились в сентябре, а в декабре я уже приехала к Сильвио на рождественские каникулы.

За пару месяцев виртуального общения я узнала о нём всё, что хотела знать. Он ничего не скрывал, как казалось мне, постоянно говорил о своей жизни, детях, работе, хозяйстве. И почти всегда – с улыбкой, открыто и дружелюбно. И только одна тема заставляла его нервничать, раздражаться, потирать руки, ёрзать на сидении, хмуриться. Мари. Его первая жена, мать Клары и Эннио.

Впервые разговор о ней завела именно я. Не из праздного интереса, не из пустого любопытства. Если я собираюсь строить с этим человеком семью, а у него уже была до этого другая, то я вполне имею право знать, почему брак развалился. Я ведь тоже ничего не скрывала и рассказывала о первом муже то, что считала важным.

Едва прочитав мой вопрос, переведённый на итальянский с помощью Google-переводчик, Сильвио помрачнел, но потом начал говорить, постепенно меняясь в лице. Так я узнала, что в разводе была виновата только Мари. По его словам (и я ещё не скоро узнаю, что он лжёт), она была ужасной женщиной! Любила приложиться к бутылке, не отказывалась от наркотиков, а с момента их развода (которого, как выяснилось немного позже, не было) постоянно тянет из него деньги! Сильвио говорил о ней как о чудовище, возможно, рассчитывая, что я пожалею его и встану на его сторону.

В этом он ошибся: пережив собственный развод, я знала, что в таких делах виноваты оба. Всегда неприятно, если о человеке, с которым прожито много лет, говорят плохо. Люди по любви поженились, как-то жили вместе, воспитывали детей, делились радостями и бедами, а тут вдруг – бац! – твоя вторая половина превращается в сущую ведьму…

Как в это можно поверить?

И в то же время я видела своими глазами, что дети остались жить с Сильвио, а не с Мари, а позже даже заметила, что они не очень любят вспоминать о маме. Получалось, что с первой женой Сильвио всё-таки были какие-то проблемы.

Кроме того, я долго оправдывала Сильвио, искренне думая, что их развод с женой случился совсем недавно и поэтому его рана ещё не затянулась. Может, он обижен, полон впечатлений и так далее. Позже всё как-то утрясётся, и он будет относиться к прошлому уже совсем иначе.

В общем, когда Сильвио вспоминал о бывшей супруге и начинал нервничать, я переводила разговор на другие темы.

Как-то незаметно пришёл декабрь, и мы с Сильвио, в основном по его горячему настоянию, решили знакомиться лично. Он сделал официальное приглашение, предложив провести вместе рождественские каникулы, и я согласилась.

Спустя много лет, вспоминая этот период отношений с Сильвио, я задумывалась: может, и правда не следовало спешить? Надо было узнать друг друга лучше, разобраться, кто есть кто… Но могу поклясться чем угодно, что на тот момент и позже, почти до самой ночи убийства Мари, я не замечала никаких нехороших признаков. Всё, что я видела в тот момент, всё, что слышала, чувствовала, осознавала, свидетельствовало только об одном: Сильвио хороший человек. Решение покинуть Россию и создать семью с иностранцем пришло ко мне не в один момент. Я очень серьёзно раздумывала над своим выбором и, если бы услышала хотя бы один тревожный звоночек, ни за что бы не оказалась там, куда попала позже. Ведь я несла ответственность не только за себя, но и за моих дочерей, а это обязывает.

И вот я стала собираться в путешествие. Это был пробный шар, поэтому детей с собой брать не стала. Мало ли что там будет…

Сильвио оплатил авиабилеты для меня в оба конца, прислав мне их в электронном виде. Я не должна была тратить на поездку ни гроша. Это тоже свидетельствовало в его пользу.

Помню, большинство подруг считали, что я вытянула счастливую карту, а вот моя мама изначально относилась ко всей затее с замужеством за границей крайне негативно.

– Куда ты едешь?! – твердила она с укором. – Зачем? Подумай, ведь это чужая страна, там все говорят на другом языке. Они живут совсем иначе и нас не понимают. Этот человек – он тоже чужой, не наш!

В ответ я сказала то, что чувствовала:

– Мама, я больше не могу! Сколько лет я уже одна, мне надо как-то жизнь устраивать. Четвёртый десяток, а семьи нет. И детям необходим отец, нужны нормальные отношения…

Понимая, что я настроена серьёзно, в конце концов мама смирилась.

Я улетела в Швейцарию, немного волнуясь: прежде ездить за рубеж в одиночестве мне ещё не приходилось…

* * *

Швейцария – Франция,

декабрь 2014 года,

Рождественские каникулы

Прежде чем добраться до кантона, в котором жил Сильвио, я должна была прилететь на самолёте в миланский аэропорт Мальпенса. Дело в том, что Тичино граничит с Италией, и самое разумное – прилететь в соседнюю со Швейцарией страну, чтобы сэкономить время и средства. Для нас это звучит странно, но в Европе понятие границ воспринимается не совсем так, как у нас, в России.

Едва я вошла в зал ожидания аэропорта, как сразу увидела Сильвио. Он был точно таким, как на своих фото: скромно одетый, спокойный и даже немного робкий, будто мальчик на первом свидании. В руках он держал букет цветов, а рядом стоял его сын Эннио.

Я подошла к ним, мы поздоровались, смущённо пожали друг другу руки. Наверное, я уже привыкла к тому, как он выглядит, общаясь с ним в скайпе, потому что ничего особенного не ощутила. Было приятно, что он рад меня видеть, и я втайне посмеивалась, замечая, что он просто не знает, с какой стороны ко мне подойти! Так я поняла, что он не разочарован, а даже вдохновлён личным знакомством, но волнуется. Это было приятно. Я понимала, что нравлюсь.

Позже Сильвио признался в отсутствии богатого опыта в отношениях с противоположным полом. Вроде бы Мари была его первой женщиной, и он ей не изменял. Может быть, это было правдой.

Мы ехали до дома Сильвио очень долго, но дорога не утомляла меня. Я смотрела в окна, любуясь городом, пейзажами, удивляясь, какое всё яркое и привлекательное.

Не секрет, что в зимние месяцы пейзажи средней и северной России удручают своей серостью. Низкое небо, сизые тучи, голые деревья. Что Екатеринбург, что Москва – всё выглядит не очень-то весело. И вдруг Средиземноморье со своим синим огромным небом, великолепными видами гор, зеленью травы и деревьев! Казалось, я попала в страну вечной весны, вечного сияния, свежести и сочных красок.

Не меньше, чем природа, меня поразили города и обширные пригороды. На улицах нереально чисто, как будто люди просто не умеют сорить. В памяти невольно возник образ наших населённых пунктов, и сравнение было не в их пользу. А ведь это просто мусор, бумажки, пакеты, обёртки, почему бы их не убирать?

Сильвио спрашивал меня о чём-то, а я не могла отвести глаз от окна. Каждое общественное здание в городе, каждый частный домик приковывали к себе моё внимание. Идеальные пропорции, классическая, но нескучная архитектура, уютные дворики, утопающие в цветах.

Восхищение вызывала не только красота, но и правильность всего, что я видела: разметка на дорогах, знаки, весь уклад местной жизни был очень упорядочен и продуман. Словом, с первого же взгляда Швейцария заворожила меня.

Машина проехала по нескольким чистым и аккуратным туннелям, и некоторые из них оказались довольно длинными. Это мне тоже понравилось – добавляло волнения. Что меня ждёт?

Наконец дорога привела нас в Варенцио – деревушку, где проживал Сильвио. Его дом сразу понравился мне своей солидностью, продуманностью, приятным внешним видом, ухоженным двором, где можно было посидеть с семьёй. Было заметно, что Сильвио заботится о своём жилище, не жалея времени и сил.

Нас встретила Клара, которую я тоже знала благодаря общению в скайпе. Мы вошли в холл с камином. Справа располагалась просторная кухня с красивой мебелью, на заказ изготовленной в Италии. Слева была гостиная – большая комната, куда выходил камин из прихожей. Приличных размеров телевизор, диван, удобный стол, за которым вся семья собиралась во время праздников, – семейное гнездо, где хорошо, тепло, душевно.

Как только мы начали общаться, Эннио и Клара поделились лайфхаком: закачали на мой телефон голосовое приложение, которое переводило русскую речь в итальянскую и наоборот. Так мы «заговорили».

Вскоре приехала мама Сильвио – приятная женщина по имени Лина. Она отнеслась ко мне дружески, и я вздохнула с облегчением. К своему удовольствию, я заметила, что все радовались моему приезду. Наверное, они были убеждены, что им нужна мама, необходима полноценная семья, и если их отец выбрал меня, то всё в порядке. А вот упоминания о Мари сразу изменяли атмосферу – дети не хотели о ней слышать в принципе. И снова я решила, что раз уж Эннио и Клара остались с Сильвио, то он точно хороший человек.

…Сильвио намеревался спать со мной в одной постели, как муж и жена, так как был настроен на то, что мы уже вместе. К такому повороту я не была готова, а потому, когда он пришёл поздно вечером, намереваясь лечь в мою кровать, я сказала через голосовой переводчик, подтверждая каждое слово жестами и мимикой:

– Нет-нет, не сейчас!

Он нерадостно ответил (так же через приложение):

– Ладно, как скажешь, – но вид у него был обиженный.

Прихватив подушку с кровати, «жених» ушёл спать на диван в гостиной.

На следующий день Сильвио увёз меня во французский курортный городок в Эльзасе – Кольмар. С нами поехала Клара со своим парнем Сальваторе. Мы остановились в уютном отеле, где провели три дня, выбираясь на прогулки по городу. На этот раз Сильвио добился своего: мы спали в одной постели, как настоящие супруги. Французской романтике невозможно противостоять!

Город был просто сказочным: дома XVI века, потрясающие средневековые церкви, фонтаны, кварталы ремесленников, кожевенников, рыбаков! Через Кольмар проходят узкие искусственные каналы, а прямо из них вырастают старинные дома в четыре-пять этажей со скошенными крышами. Они покрашены в нежные цвета: лососевый, терракотовый или голубой. На узких каменных улочках почти нет деревьев, но вокруг домов много цветов в ящиках, кадках, подвесных горшках.

К празднику каждый дом был украшен огнями, символами Рождества, сияющими ёлочками, фигурками животных. Как раз в это время в Кольмаре проходила традиционная эльзасская ярмарка. Специально ради этого события в городок приезжают толпы туристов, поэтому на улицах было так много людей, что даже странно: где они все тут разместились? Хотя, конечно, отелей в Кольмаре предостаточно.

Светятся окна кафе и ресторанов, по каналам снуют лодочки, сверкающие новогодними огнями. Вся центральная историческая часть города участвует в ярмарке. Вдоль улиц вытягиваются торговые ряды, а точнее, уютные ларёчки под крышами, и продавцы с приветливой улыбкой предлагают в изобилии самый разный товар: яркие сувениры, угощения, прекрасные местные сорта вин, игрушки, ёлочные украшения, которые больше напоминают произведения искусства.

Я без устали бродила по городу, рассматривая старинные здания, которые отражались в тёмной воде каналов, удивлялась аккуратности местных жителей, их уважению к порядку и чистоте. Приятно стоять на мостике и смотреть на всю эту суету, представляя, как жили здесь люди триста, пятьсот лет назад…

На третий день, готовясь к отъезду, я сказала, что пойду в город купить подарки детям, и Сильвио ответил, что он сам всё купит, я должна только выбирать!

Это было не очень удобно, так как я выбрала для Елизаветы шикарную палитру, изумительно сделанную, с необыкновенными красками и кистями. Стоила она добрых 400 франков, поэтому я бы предпочла заплатить за неё из своего кармана. Когда я указала на палитру продавцу, тот надел белые перчатки и достал её из витрины. И вот Сильвио слышит цену, совершенно спокойно, не моргнув глазом, достаёт деньги и хладнокровно расплачивается… Скажу честно: его жест произвёл впечатление!

Позже, когда я услышала о его денежных проблемах, я вспомнила тот день и изумилась. В Кольмаре Сильвио казался мне вполне себе состоятельным мужчиной. Для Анны (она была ещё маленькой) мы купили музыкальную плюшевую игрушку. Платил, конечно, Сильвио.

Кстати сказать, я тоже привезла в Швейцарию подарки из России. Разные угощения, которых они не пробовали, одежду, купленную в модных магазинах, знаменитый наш чёрный, с яркими розами платок для Лины. В общем, много разного и интересного для иностранцев.

…На следующий день мы уже были в Варенцио, где 25 декабря отпраздновали католическое Рождество. В этот день произошло одно из самых романтических событий в моей жизни – Сильвио сделал мне предложение! Даже после всего, что случилось потом, я вспоминаю тот момент с особой теплотой, потому что он обставил всё очень мило.

Иногда мне кажется, что в Сильвио было много хорошего, как и в каждом человеке. Но вместе с этим его раздирали внутренние противоречия, может быть, страсти или какой-то уж очень сильный негатив. Думаю, что со многими людьми происходит нечто подобное, но они борются со своей тёмной стороной, стараются сохранить душу чистой, не причинить вреда окружающим. А вот он не смог или не захотел. Победило зло… Но в тот рождественский день никто не знал о том, к чему приведёт внутренняя борьба. Более того, никто о ней и не догадывался.

Я запомнила момент, когда Сильвио сделал мне предложение, навсегда.

Представьте: к обеду в гостиной был накрыт тот самый большой стол. Праздничные рождественские украшения, красивая посуда, изобилие изысканных блюд и напитков. Комната выглядела торжественно, но уютно, по-семейному, ведь Рождество – это праздник, который надо справлять с близкими. Весь дом наполнили ароматы еды, всех нас охватило предчувствие волшебства, какое-то чудное настроение. На меня весь этот антураж тоже произвёл впечатление, ведь он так напоминал о нашем Новом годе! Я даже взгрустнула, что здесь нет Лизы и Ани, – им бы очень понравилось.

За столом собрались все члены семьи Сильвио, включая его милую маму. Мы подняли бокалы за Рождество, поздравили друг друга с праздником, и вдруг Сильвио достаёт коробочку с кольцом и говорит:

– Выходи за меня замуж!

Я была тронута, обрадована и немного смущена. Вроде бы и так было ясно, что мы с Сильвио понравились друг другу, готовы продолжать наши отношения, но того, что он прямо здесь и сейчас сделает предложение, я не знала.

Разумеется, я согласилась, ощущая себя счастливой невестой, надеясь на лучшее для себя и детей. А то, что он делал мне предложение, будучи женатым, я даже не предполагала!

На следующий день пришло время собираться в дорогу, моё путешествие завершалось.

Вернувшись домой, я просто летала от переполнявших меня надежд.

Сильвио представлялся мне очень подходящим вариантом, он понравился мне, показал себя с лучшей стороны. Я лишь думала, что мало его знаю, но съездить в Швейцарию ещё несколько раз я не могла. Стоило мне прогулять неделю на работе, как в моих финансах сразу же образовалась прореха. Просить денег у Сильвио я не собиралась, это невозможно.

Тут Сильвио возобновил атаку: надо принимать решение и начинать новую жизнь!

«Приезжай с детьми и бумагами для оформления брака! – писал он. – Собирай документы, переводи на итальянский, заверяй апостилем, и мы поженимся! Пусть твои дети ходят в швейцарскую школу, у них будет прекрасное образование, а значит хорошее будущее!»

Он поймал меня на самом больном – проблеме с детьми, и это сработало.

Елизавету, действительно, следовало куда-то увозить. Снова пришла полиция, снова адреналинщики что-то натворили в метро, и она оказалась каким-то боком причастна к этой выходке. Спасибо, что никто на этот раз не пострадал.

Последней каплей стало то, что руководство нашей фирмы объявило о закрытии. Всё, теперь у меня не было работы и источника дохода. Если искать что-то новое, то уйдёт несколько месяцев, и нет гарантии, что я найду то что нужно.

Решение было принято.

В тот же день Сильвио прислал ещё одно сообщение: «Я больше не могу ждать! Давай жить вместе! Приезжай!»

И только мама стояла на своём:

– Не надо тебе уезжать так далеко и увозить туда детей! Зачем тебе всё это?

– Мам, Сильвио хороший человек, – твердила я ей. – Он простой и приятный, он тебе понравится. Поверь, всё будет хорошо!

Глава 3
Первый звонок

Решение было принято – ехать в Швейцарию, чтобы выйти замуж за Сильвио и жить вместе с ним и нашими – моими и его – детьми одной семьёй.

Я была полна надежд!

В то время мне казалось, что всё, что я делаю, правильно, разумно, на пользу Елизавете и Анне, а значит, и мне. Хотелось начать новую жизнь в другой стране, где всё так красиво, разумно обустроено, перспективно для всех нас. Я доверяла Сильвио, который показывал только свои лучшие стороны: хорошего отца, нежадного человека, приятного мужчины. Теперь-то понятно: я видела далеко не всё, он не дал шанса заглянуть вглубь его души, в суть личности.

К большому сожалению, у меня нет дара предвидения или способности читать чужие мысли. Откуда бы мне знать тогда, что Сильвио не тот человек, за которого себя выдаёт? Тем более что прежде, в юности, во взрослой жизни, я не встречала таких людей, как он. Настолько скрытных, обладающих даром манипуляции, готовых на всё ради своей цели.

Единственный случай, после которого можно было бы найти повод для разрыва отношений и отказа от идеи выйти замуж за милого и скромного швейцарца, произошёл немного позже, когда я с дочерьми приехала в чужую страну. Но, услышав первый звоночек, я уже находилась во власти обстоятельств. Ситуация сложилась таким образом, что все мосты были сожжены и вернуться к прежней жизни было крайне сложно. В итоге пришлось убедить себя, что всё в порядке.

И об этом я поведаю дальше.

Сильвио сказал, чтобы я собрала и подготовила все документы для заключения брака и оформления Лизы и Ани в швейцарскую школу. За бумажками пришлось побегать по самым разным учреждениям, но весь пакет был собран к дате нашего отъезда.

Пока я суетилась с подготовкой, думать о том, что ждёт нас на чужбине, времени не находилось. Все вокруг – подруги, знакомые, родственники – твердили, как мне повезло! И объективно, не зная всей ситуации, наблюдая со стороны, как складываются мои отношения с Сильвио, можно согласиться с их мнением.

Представьте: иностранец, житель одной из самых благополучных и процветающих стран мира, предлагает руку, сердце и жизнь как у Христа за пазухой женщине с двумя детьми из России! Многие верили в то, что им руководят только самые искренние чувства и что обещанное им – правда.

Слушая их, я укреплялась во мнении, что поступаю правильно, во благо девочек и самой себя. В то же время моё сознание реагировало только на добрые знамения и положительные примеры. Ведь это правда: многие русские женщины удачно выходят замуж за границей, такое нередко случается, и я искренне считала, что с Сильвио меня ожидает точно такая же судьба.

Против моей затеи выступала только мама. Я не обижалась и понимала её чувства, так как сама растила дочерей. Она волновалась, не хотела, чтобы меня уносило так далеко, да ещё и навсегда. Мама принципиально не верила в идею, что где-то в чужой стране русский человек, а особенно женщина, может чувствовать себя как дома.

– Алёна, ты зря веришь его посулам, это всё не для тебя! Лиза и Аня не могут жить в чужой стране и забыть родной язык, это неправильно! Зачем тебе ехать так далеко? Это не приведёт ни к чему хорошему!

Убеждая её в том, что она ошибается, я иногда ловила себя на мысли: «А что если мама как-то предчувствует будущее? Материнское сердце – это загадка. Я ведь и сама иной раз предвижу нечто нехорошее, а потом оно сбывается!»

Но тут же все сомнения вылетали из моей головы! Меня слишком увлекали перспективы переезда в Швейцарию.

А тут ещё Сильвио! Он регулярно звонил по скайпу и рассказывал, как скучает, как стремится скорее встретиться и «уже просто не может без меня жить»! Надо признаться честно: я не была влюблена в него, но привыкла к мысли, что теперь он и есть мой мужчина. Сильвио всеми силами демонстрировал свою привязанность. Всё, что он говорил и делал в то время, выглядело очень убедительно.

Хорошо помню чувства, охватившие меня в тот момент, когда мы сели в самолёт и он оторвался от взлётной полосы на родной земле, взмывая в небо, увозя нас с детьми в новую жизнь.

Мне казалось, что я оставила за бортом всю свою жизнь: детство, юность, взрослые годы до самого этого момента. Там, внизу, осталась и часть меня, а другая летит из одной точки земного шара в другую. В никуда, в то, чего ещё нет, не свершилось!

Отчасти мне было страшно, но также я продолжала верить, что поступаю правильно. Сильвио – человек хороший, порядочный, и он любит меня. Он сказал накануне, что подготовил комнаты для моих дочерей, с нетерпением ждёт моего приезда и не хочет ничего, кроме как скорее увидеть нас троих!

Я смотрела в иллюминатор, не видя ничего и даже не понимая, почему картинка расплывается перед глазами.

– Мам, ты плачешь? – удивилась Анечка. – Лиза, мама расплакалась!

Старшая дочь обернулась ко мне и, увидев, что моё лицо заливают слёзы, удивилась:

– Мама, ты чего?

– Мне как-то… не по себе. Мы уезжаем, а если что произойдёт, то нам и вернуться некуда, – сказала я, – у нас больше нет жилья, у меня нет работы, да просто чашек-ложек – и то нет! А вдруг…

– Не плачь, – ласково попросила Лиза, но в её глазах уже росла тревога.

Аня смотрела на меня растерянно.

«Что это со мной? – очнулась я. – Так можно напугать детей, а это ни к чему. Не надо им расстраиваться, не нужны лишние переживания в такой момент!»

Лиза осторожно сказала:

– Всё ведь будет хорошо…

– Конечно! – согласилась я и даже смогла улыбнуться. – У нас всё будет замечательно!

И пусть в сердце немного щемило, я старалась думать только о хорошем.

В свой дом Сильвио привёз меня, Лизу и Аню поздним вечером.

Нас встретили Клара и Эннио. Дети познакомились и как-то нашли общий язык – через жесты и улыбки. Хозяева показали Лизе и Ане их комнаты на третьем этаже. Спаленки понравились дочерям с первого же взгляда. Подхватив сумки, довольные дочки побежали наверх обустраиваться и готовиться ко сну.

Приятно было видеть, что Сильвио постарался для своих будущих приёмных детей, со вкусом обставив комнаты мебелью, обеспечив уют. Его отношение к девочкам произвело на меня хорошее впечатление.

Перелёт нас вымотал, поэтому после душа я и дочери уснули в один момент.

Утром я проснулась и поняла, что продолжаю жить по екатеринбургскому времени, то есть опережая местное на добрых четыре часа. А в семь утра здесь никто не вставал с постели, считалось, что ещё слишком рано.

Выбравшись из кровати, я поднялась к дочерям. Они тоже не спали, были полны впечатлений от путешествия, но также и проголодались.

– А можно нам чаю?.. – попросила Анечка.

– С бутербродом, – добавила Лиза.

– Можно, но попозже, – ответила я. – Понимаете, мы только приехали и ещё считаемся тут гостями. Будет неудобно, если я начну распоряжаться на кухне, рыться в холодильнике и всё такое. Давайте потерпим немного, а потом поедим вместе со всеми!

Дочки немного скисли, но согласились, что нам следует вести себя деликатно и воспитанно. Всё-таки нас приняли в семью, хорошо отнеслись. Это надо уважать!

Моя политика оказалась правильной. Спустя некоторое время Сильвио, Клара и Эннио наконец-то проснулись. Мы вместе приготовили завтрак, накрыли большой стол в гостиной, разместились по-семейному и поели.

Вот так начиналась моя новая жизнь – рутинно, но приятно, как и ожидалось. И хозяева, и мы пребывали в хорошем настроении, улыбались, строили планы. Надо сказать, что Эннио держался немного прохладно, но в целом дружелюбно, а Клара сразу приняла сводных сестёр и меня как родных.

После завтрака Сильвио повёз нас осматривать окрестности. Сначала мы съездили в Лугано, а потом погуляли в горах, которые окружали нашу деревеньку Варенцио, состоявшую всего из нескольких домов.

Лугано – центр кантона Тичино, город древний, с бурной историей. До XVI века он относился к Италии, что очень заметно по его внешнему виду и архитектуре. Лугано стоит на большом красивом озере, которое носит то же самое название, а рядом высятся горы – Сан-Сальваторе и Бре, это уже предгорья Альп.

Меня, конечно, сразила красота этих мест, чем-то напомнивших родину. У нас вокруг Ивделя ведь тоже вода и скалы, только вот солнца намного меньше. Разглядывая пейзажи вокруг Лугано, я ловила себя на мысли, что природа выглядит дикой, нетронутой, но как это может быть? Люди в этих местах живут уже много столетий, а это озеро и горы просто постоянно заполонены туристами! Но швейцарцы умеют заботиться об экологии, этого у них не отнимешь.

Сильвио рассказывал, что Лугано – центр торговли, туризма и финансов, здесь расположено два университета, а также есть множество достопримечательностей, которые со временем мы увидели.

И снова меня удивила чистота улиц, ухоженность дорог и тротуаров, старинных зданий. Иной раз казалось, что на некоторых улицах остановилось время, потому что они выглядели так, будто дома только что построили, а ведь им уже лет по триста!

Меня очень радовало, что дети приехали сюда, увидели эту красоту, этот уровень жизни, а со временем, как я рассчитывала, станут местными жителями. Хотелось, чтобы они получили достойное образование, нашли хорошую работу. Вот о чём я мечтала в то время.

После прогулки по Лугано мы вернулись в Варенцио, в горы. Прошлись по узким тропинкам в лесу, где лежал пушистый снег. Дети тут же принялись лепить снеговика – чисто по-русски! Потом мы играли в снежки, фотографировались, смеялись, чувствуя себя очень хорошо. Порезвившись в снегу, раскрасневшиеся и радостные, мы вернулись в дом Сильвио, который теперь должны были считать своим домом. А другого у нас и не было!

Снимки нашего первого дня в Швейцарии до сих пор хранятся в моих архивах, иногда я пересматриваю их, размышляя, в какой момент допустила непоправимую ошибку…

Варенцио оказалось очень маленьким селением, здесь даже не было аптеки. В таком месте можно жить, если есть машина, на которой добираются до ближайшего центра цивилизации. Нас это не пугало, мы понимали, что надо приспособиться. Есть интернет, есть все удобства, а вокруг – красота гор. Девочки и я часто ходили гулять по горным тропкам, дышали чудесным чистым воздухом, наслаждаясь видами. «Наверное, – думала я, – это место можно полюбить и прожить здесь всю жизнь!»

Первое время после приезда наибольшую сложность вызывали две вещи: трудности с адаптацией к местному времени и незнание итальянского языка. Поначалу мы с девочками просыпались слишком рано, а вечерами клевали носом. Кроме того, в России мы привыкли завтракать рано, как только проснёмся, чтобы потом собираться и бежать в школу, на работу, по делам, поэтому утренние бдения до завтрака из-за смены часового пояса дети переносили с трудом. В конце концов я уговорила Сильвио разрешить им пить по утрам сок и есть печенье в своей комнате.

– Пусть дети пожуют что-нибудь, когда проснутся, не спускаясь в кухню, – предложила я. – Так будет всем удобнее: они не помешают остальным спать, шурша внизу и бегая по лестнице.

– Конечно-конечно! – согласился Сильвио, хоть я и знала, что он не поощрял еду в спальнях, и добавил осторожно: – Они привыкнут к новому режиму и тогда будут соблюдать порядок.

Теперь пришла моя очередь соглашаться:

– Да, когда всё придёт в норму…

Тут я должна пояснить одну вещь. Может быть, мы и жили в «итальянском» кантоне, но всё-таки в Швейцарии. А швейцарцы в быту придерживаются строгих правил. Такие вещи, как питание, расход электричества, отопление и прочее, у них регламентированы, и порядок никогда не нарушается.

Кстати, в связи с этим возникла ещё одна сложность нашего переходного периода: мы с большим трудом привыкали завтракать, обедать и ужинать строго по часам. В доме Сильвио царил нерушимый порядок: приём пищи три раза, и между ними никаких чаепитий с печеньками, как принято у нас, русских. Утром поели, сразу убрали со стола, вымыли посуду, и никто не заглядывает в холодильник до следующей трапезы. В полдень садились обедать, а потом наводили порядок и забывали о еде до шести вечера. И снова никаких полдников, перекусов и прочего. Как в армии!

Естественно, мои дети стали регулярно жаловаться, что проголодались, и просить поесть в самые неподходящие часы! Мне тоже этот распорядок давался непросто, я всю жизнь ела в то время, когда мне хотелось, а тут такие сложности. Но что касается меня, то я вскоре поняла: есть по часам очень удобно и даже лучше для пищеварения, чем безрежимное поглощение вкусняшек.

Зато для детей я смогла отстоять новое правило: если они начинали чувствовать приближение голода в перерывах между едой, им разрешили перекусывать фруктами.

Вот уж что там было в изобилии! Румяные яблоки, сладкий виноград разных сортов, ароматные цитрусовые потрясающих размеров, арбузы и прочее, прочее, прочее! На рынке я набирала большую корзину даров природы и приносила домой. Постепенно стала замечать, что Сильвио, Клара и Эннио тоже научились получать удовольствие от нашей русской привычки пару раз в день баловаться яблочком. До моей «революции» они даже к столу не покупали пару апельсинов. И это в такой чудесной фруктовой стране!

Незнание языка стало ещё более серьёзным испытанием, ведь следовало привыкать к новой жизни. Взяв на себя домашние обязанности, я готовила еду, а для этого надо покупать продукты. Шла в магазин, и тут начиналось шоу! Как только я ни пыталась объяснить, что мне надо: жестами, мимикой, но добиться успеха удавалось далеко не всегда. Даже не представляла, насколько трудно, не зная языка, объяснить продавцу, что мне нужен уксус или лавровый лист.

Не меньше проблем возникало при покупке вещей. Никак не удавалось объяснить, какой размер мне нужен, какой цвет. Приходилось звать Сильвио, а иначе я просто не могла ничего выбрать.

Легче стало, когда наконец к моему мобильному телефону Сильвио подключил доступ в интернет, и я смогла пользоваться приложением, которое переводило русские фразы на итальянский.

Постепенно я и сама начала запоминать итальянские слова, а помогала в этом непростом деле Клара.

Показывая ложку, я говорила:

– Ложка!

Она отвечала:

– Сucchiaio!

Я пыталась повторить за ней, она смеялась, поправляла, пока мне не удавалось сказать так, как надо.

Елизавета и Анна тоже непросто привыкали к новой «заграничной» жизни. Наверное, всё же легче, чем я, но сначала им пришлось пережить очень непростой период.

Мы приехали в Швейцарию в начале учебного года, поэтому я настаивала, чтобы они пошли учиться. Сильвио сразу же занялся решением этой проблемы, и не прошло недели, как дочери отправились в школу. Первое время они должны были просто сидеть на уроках и привыкать к языку, к занятиям. Мне казалось, что это правильно, учителя в курсе наших трудностей, а поэтому я не очень беспокоилась о том, как будут обстоять дела в школе.

Елизавета и Анна ушли на уроки, а вернулись в слезах, расстроенные, подавленные:

– А мы не можем вернуться домой, в Россию? Мы ничего не понимаем, мы тут как на другой планете!

Пришлось их успокаивать, объяснять, что трудности временные, они привыкнут, и всё будет хорошо.

– Но, мама, – возразила Лиза, – ты не представляешь, какие они дикие, эти дети в местной школе!

– Как это? – опешила я, представив себе орду натуральных дикарей из Африки с копьями и в набедренных повязках.

Аня объяснила:

– Мама, они тычут в нас пальцами! И кричат: «Russi, russi!» – дочь ловко передразнила своих обидчиков.

Старшая дочь добавила:

– Мы там как обезьянки в зоопарке. Как только кончается урок, все выскакивают из кабинетов и бегут за нами толпой по коридорам школы, крича, что мы русские! Странные такие!

– Они правда русских никогда не видели? – На глазах Ани снова появились уже было высохшие слёзы.

– Ничего, – сказала я, – теперь они увидели русских и со временем привыкнут. Это деревня, здесь мало новых людей, а вы – настоящие иностранки из огромного загадочного государства. Пройдёт время, и дети перестанут вести себя так грубо, а потом вы ещё и друзей здесь найдёте!

Дочки с трудом согласились немного потерпеть, а потом принялись учить язык, общаться с местной молодёжью. Постепенно они заметно повеселели и нашли новые интересы.

Помимо всего, меня беспокоило, что я очень завишу от Сильвио. И материально, и в плане общения. Если мне надо было что-то купить, то приходилось ждать, чтобы он отвёз на машине в город, где есть магазины, аптеки, большие рынки и прочее. Немного позже я всё-таки решила транспортную проблему – получила швейцарское водительское удостоверение и села за руль. Оказалось, что сделать это проще, чем ожидалось. Мне пришлось только выучить местные правила дорожного движения и пересдать экзамен, вот и всё!

В тот период я была привязана к Сильвио не только потому, что без него не могла ходить по магазинам. Тогда я действительно думала: как мне повезло – он такой заботливый, хороший. Главное, что принял моих дочерей и старается ради нас. Из благодарности выросло и более тёплое чувство, которое очень поддерживало меня в те сложные месяцы.

Мне было приятно, что любимый человек рядом. Однако я не могла не заметить такой его черты, как скрытность.

Помню как однажды в гостиной мне попался красиво украшенный альбом с фотографиями. Я открыла его и увидела снимки Сильвио в его молодые годы. Странно, что не попалось ни единого кадра, снятого вместе с друзьями, – всегда только он один.

Заметив, что я разглядываю фото, Сильвио недовольно обронил:

– Не надо это смотреть, тут ничего интересного!

Но я всё-таки увидела всё, что хотела. Мне не кажется, что в интересе к жизни будущего мужа есть что-то неприличное, вот почему я пролистала альбом, несмотря на его протесты.

Кроме юношеских фото Сильвио, я увидела серию снимков, сделанных во времена его семейной жизни с Мари. Мне так и не довелось увидеть первую жену моего мужа вживую, поэтому все мои впечатления о ней основаны на фото.

Первые совместные снимки были сделаны, когда Сильвио и Мари познакомились и полюбили друг друга. Они поженились, будучи очень молодыми, обоим едва исполнилось по двадцать лет! Как рассказывал Сильвио, она стала его первой женщиной, а он – её первым мужчиной.

В то время Мари училась в институте, но диплом так и не получила. Потом недолго поработала в полицейском участке секретарём. После рождения детей она прибавила в весе, причём серьёзно – до сотни килограммов!

На ранних снимках Мари была худенькой, изящной, невысокой. Симпатичная девушка с тёмными вьющимися волосами до плеч, с красивой улыбкой. И вдруг такие перемены!

Сильвио просил жену сделать операцию по уменьшению желудка, чтобы привести себя в норму, а она не хотела. Наверное, надеялась похудеть самостоятельно, не ложась под нож.

– Тебе надо сбросить вес, – настаивал он и даже угрожал: – А иначе я разведусь с тобой!

Наверное, Мари тоже не хотела быть полной, поэтому всё-таки согласилась оперироваться. И вот как раз после этого она стала прикладываться к бутылке, что впоследствии привело к алкоголизму и многим другим проблемам. Как говорил Сильвио, именно из-за этого они и расстались.

Я не специалист в методах похудения, но слышала от врачей, что резекция желудка может подтолкнуть склонных к алкоголизму людей начать выпивать. Это объясняется примерно таким образом: человек как хотел много есть до операции, так и продолжает хотеть, но теперь не может – желудок стал маленький, и ему плохо от переедания. От этого человек испытывает стресс, а чтобы снять его, принимает алкоголь. Ненадолго его отпускает, но мы все знаем, что выпивка – это замкнутый круг!

В общем, история этих отношений достойна только сожаления…

Но я начинала говорить о скрытности Сильвио и отвлеклась. Да, он мог спокойно умолчать об очень важных вещах, и вскоре я убедилась в этом. Напомню, что мы приехали к нему по туристической визе, которая давала право находиться в Швейцарии три месяца. Всё это время я не спрашивала «А когда мы поженимся?» просто потому, что не сомневалась: это вот-вот случится. Но время шло, а он всё молчал.

Между тем Сильвио сделал предложение и преподнёс кольцо ещё в мой первый приезд к нему на рождественские каникулы. Он сделал это в присутствии мамы и детей. Я была тронута до глубины души и, конечно, согласилась стать его женой!

И вот я тут с детьми, а мой статус не меняется, но, главное, если мы сейчас не поженимся, то нам придётся возвращаться в Россию, а ехать некуда! Нет жилья, работы, вещей, которые я раздала при отъезде. Что я буду делать, как жить, на какие средства? И ладно бы я одна, но дочери?..

И вот, не выдержав игры в молчанку, я сказала Сильвио через голосовой переводчик:

– Если мы не поженимся, то мне придётся уехать! Мы не можем тут нелегально оставаться, я не собираюсь нарушать закон.

– Пока мы не сможем – я женат, – ответил он, невинно потупившись.

В этот момент мне показалось, что мир рухнул! Как это – он женат? Сильвио ясно и чётко объяснял, что состоит в разводе и ждёт меня, чтобы пожениться!

В глазах потемнело, я перестала воспринимать всё, что он хотел объяснить. Повернулась к нему спиной и ушла к Елизавете, чтобы обсудить дальнейшие планы. Для меня было совершенно ясно: это конец.

Я неконфликтный человек, не ссорюсь, не ругаюсь, а ухожу, чтобы подумать, глотнуть воздуха, найти выход, если это возможно. И если мне удаётся собраться с мыслями, то продолжаю разговор. В тот раз, оправившись от шока, я выслушала Сильвио, который пытался представить себя в той абсолютно отвратительной ситуации искренним и порядочным человеком. Выходило у него не очень.

Он клялся:

– Понимаешь, я занимаюсь разводом, но если разведусь, то буду должен жене много денег!

Мне было непонятно, почему развод упирается в деньги! У нас же не так: пришёл в суд, поделил имущество, если это надо, вот и всё. А тут такие сложности. Как я поняла тогда, он собирался продавать свой второй дом, который стоит где-то высоко в горах, там, где находятся горнолыжные трассы. Вырученные за дом деньги должны были пойти на оплату услуг адвоката.

А ещё я услышала, что мне и дочерям придётся временно вернуться в Россию, а потом снова приехать к нему по туристической визе. Но тогда уже точно – для того, чтобы мы поженились. Сильвио клялся, что бумаги на развод вот-вот будут оформлены.

Всё в моей душе протестовало против его предложений, но он умолял, настаивал, просил подумать о детях, которым в Швейцарии будет очень хорошо…

Не сразу и не с лёгким сердцем я приняла случившееся и смирилась.

В глубине души я понимала, что прозвенел первый звоночек: Сильвио обманул меня, а я очень плохо отношусь ко лжи и лжецам.

«Как можно поступить так, если речь идёт о серьёзных планах?! – возмущалась я уже про себя, ведь предложение Сильвио было принято, и теперь обсуждать что-то было поздно. – Зачем же врать? Я приехала из другой страны, рассчитывая начать семейную жизнь, а тут такое… Он мог бы сначала развестись, а потом уже делать предложение. Это же так просто!»

Перемену в планах я не могла скрыть от знакомых и друзей. Они всё ждали известий о свадьбе, а тут такой поворот! К моему удивлению, никто не сказал: «Бросай негодяя и обманщика, возвращайся на родину!» Наоборот, стали убеждать, что «просто мужик влюбился и соврал, чтобы не потерять тебя!» Да я не в своём уме, если капризничаю: он же берёт меня с детьми, всё сделал для меня и для них, обустроил комнаты, в школу отправил!

В общем, я согласилась на план Сильвио. Возник вопрос о деньгах. Сильвио сказал, чтобы я не волновалась, он будет платить за наше проживание до тех пор, пока я не смогу вернуться к нему и стать его женой.

Откуда же я знала, где он будет брать средства на оплату квартиры в Екатеринбурге?! Всё выяснилось намного позже, когда мой адвокат получил все материалы дела и начал изучать их. Так он узнал, а потом рассказал и мне, что часть денег Сильвио просто стащил со счёта своей дочери Клары. У него был доступ к её накоплениям в банке, чем он бессовестно воспользовался.

Неприятно выяснить это, тем более что я просила только минимальную сумму – на оплату квартиры и питание. Устроиться на работу оказалось нереально, а ещё я боялась оставить Елизавету без присмотра. Её недавние приятели-адреналинщики могли возобновить отношения с ней, а это пугало до обморока!

Нам надо было оставаться в России три месяца, чтобы получить новую туристическую визу. Таковы были правила.

Вернувшись в Екатеринбург, я остановилась у подруги, чтобы быстренько подыскать квартиру. Как назло, ничего не находилось, пока наконец не попалась однушка в 20-этажном доме, на пятнадцатом этаже, в том же районе, где мы жили прежде. Мебели, кроме одного дивана, в той квартире не было, из бытовых приборов – стиральная машина и плита.

«Перебьёмся!» – решила я, и мы вселились.

Каждую свою трату я показывала Сильвио, чтобы он не думал, будто я тут шикую за его счёт. Показала и квартиру, чем заставила его сильно поволноваться!

– Такой высокий дом! А там не опасно? Как вы поднимаетесь?..

В Лугано почти нет домов выше пяти этажей, так что ему было странно смотреть, как мы обитаем в высотном здании. Ещё он считал, что у нас вообще страшно жить, поэтому беспокоился:

– Не выходите вечером никуда!

Как будто мы никогда прежде не жили в Екатеринбурге!

За те три месяца моё отношение к Сильвио переменилось. Прежнего полного доверия к такому скромному и милому швейцарцу я больше не ощущала, а видела в нём человека, единожды солгавшего.

Когда мы общались по скайпу, я говорила:

– Мне нужна серьёзность и стабильность. Скажи точно, что происходит: ты разводишься или нет? Ехать нам к тебе или не стоит?..

Тем временем пролетали летние месяцы, у дочек были каникулы. Ближе к сентябрю я стала раздумывать: не получилось бы так, что мы снова поедем в Швейцарию, дети отучатся там три месяца, а потом нам опять придётся возвращаться в Россию. Какое образование они получат, обучаясь таким способом? С этими вещами мне играть не хотелось.

Сильвио убеждал, что всё будет замечательно:

– Нет-нет, теперь точно разведусь! Продал дом в горах, адвокаты работают, оформление развода вот-вот состоится…

– Не обманывай, у меня двое детей, а ты старше меня на десять лет, должен вести себя, как взрослый человек и мужчина. Так нельзя поступать!

– Я соврал в прошлый раз потому, что влюбился, боялся тебя потерять! Да ты ведь не стала бы на меня смотреть, если бы я сразу заявил, что женат. Разве не так? Я просто хотел удержать тебя, а когда занялся разводом, оказалось, что это сложно, дорого… Я не знал, что бракоразводный процесс затянется. Прости меня, приезжай, пожалуйста, я жду!

Незаметно наступил конец августа.

Елизавета, Анна и я снова садились в самолёт. Меня охватило чувство дежавю, только теперь уже не казалось, что всё будет хорошо, а ведь я даже не подозревала, какие горести ждут впереди…

Глава 4
Вторая попытка

Из России в Италию,

конец лета 2015 года

Говорят, произвести первое впечатление во второй раз невозможно, и я с этим согласна, как и с тем, что не стоит возвращаться к тому, кто единожды тебя предал. Однако, как мне кажется, Сильвио ничего подобного в жизни не слышал и поэтому прилагал просто неимоверные усилия, чтобы уговорить меня вернуться к нему после его чудовищной лжи про развод.

Уже сидя рядом с Елизаветой и Анной в самолёте, я продолжала обдумывать, правильно ли поступаю, не принесу ли вреда своим девочкам, не испорчу ли жизнь им и себе самой.

Был такой момент: летом, в ожидании туристической визы, я вдруг передумала возвращаться к Сильвио. Он продолжал звонить, рассказывать, как скучает и как ему плохо без меня, а также повторять бесконечные извинения, но я уже просматривала екатеринбургские газеты в поисках объявлений о работе. Не знаю, что было бы, попадись мне стоящее предложение. Возможно, я устроилась бы на работу и сообщила респектабельному швейцарскому жениху, что все наши отношения в прошлом. Но… в 2015 году работа для меня в Екатеринбурге не нашлась.

Надо сказать, что и в Швейцарии меня не ждали сверхинтересные предложения, но я считала, что должна работать, вносить свою лепту в семейный бюджет, и даже попробовала куда-нибудь устроиться во второй свой приезд.

Когда я сказала Сильвио, что хочу устроиться куда-нибудь, он не обрадовался, но и не стал отговаривать. Объяснил только, что в их местечке устойчивый дефицит рабочих мест, а так как я иностранка и не знаю язык, то смогу устроиться только в отель горничной.

Ближайшая гостиница находилась не в Варенцио, а в местечке повыше, в горах, на небольшом горнолыжном курорте, там, где даже летом лежал снег и были проложены лыжные трассы.

Горничной я стала как раз в туристический сезон, незадолго до рождественских каникул, поэтому и наш отель, и все дома, кафе – всё вокруг было празднично украшено, волшебно красиво!

Мне было невдомёк, что, устраивая меня на работу, Сильвио нарушил закон, так как я находилась в Швейцарии по туристической визе, у меня не было банковского счёта. Заполняя контракт, он вписал номер своей банковской карты и, наверное, внёс не совсем верные данные обо мне.

Вполне типично для моего мужа, а тогда ещё жениха. Вроде бы он страшно гордился своим швейцарским гражданством, работал на кантон, служил в армии, но к законам относился крайне небрежно. Позже я много раз замечала подобные вещи и удивлялась. Считается, что мы, русские, по своей природе склонны обходить строгие правила, но то, что творил европеец Сильвио, выходило за все рамки!

Начав работу, я удивилась тому, как сложно справиться со своими обязанностями, даже такими простыми: после того как гости освободят номер, следовало заменить постельное бельё, полотенца, вымыть раковины, полы и так далее. Проблема, конечно же, заключалась не в этом – всё портило незнание языка. Для каждой операции, будь то мытьё унитаза или протирка зеркала, требовалось особое средство, но я не понимала, что написано на пузырьках! Не могла разобрать ни слова из того, что говорит хозяин отеля или моя напарница, женщина из Португалии. Она много раз повторяла какую-нибудь фразу, пыталась объяснять слова жестами, говорила-говорила-говорила, но от этого легче не становилось! Португалка начинала злиться, выходить из себя, звала на помощь хозяина, и они уже вдвоём толкали передо мной речи, а я только бормотала:

– Извините, не понимаю!

Конечно, им очень нравилось, что я стараюсь взять на себя больше работы, проявляю инициативу, не ленюсь и не устраиваю скандалы. Промучившись пару недель, я сказала владельцу отеля, что больше не могу – сначала надо выучить язык, а потом уже работать. Он согласился, всё равно не получалось коммуницировать, и из-за этого стопорилась работа.

И всё-таки я надеялась, что освою язык и со временем смогу найти своё место в Швейцарии.

И если говорить о работе, то тут мне пришла на память ещё одна вещь. Пока я была в Екатеринбурге, Сильвио стал говорить, что ищет для меня работу, а это поможет мне получить рабочую визу. Упомянул, что пытается оформить меня в качестве баданте (то есть прислуги, которая присматривает за пожилым человеком и его домом) для своей матери.

Это было непонятно, он должен развестись, а я – выйти за него замуж. Тогда я получила бы право работать, а специальная рабочая виза мне ни к чему. Впрочем, Сильвио вскоре оставил эту тему.

Всю правду о том, чем он тогда промышлял, я узнала куда позже от следователей полиции в Лугано и своего адвоката. Оказывается, для получения рабочей визы Сильвио пытался подделать мою подпись на документах. Наверняка следователю хотелось убедить всех, что подозреваемая пыталась обмануть швейцарское правительство, но, потребовав принести загранпаспорт, я доказала: в тот момент, когда оформлялась фальшивка, я находилась в России.

Но всё это произойдёт намного позже, а пока я не подозревала, с кем связываю жизнь.

Надо признаться, что моё решение вернуться к Сильвио сильно подогревалось всеми моими друзьями.

– Не будь дурочкой! Тебе так повезло, возвращайся к нему скорее и радуйся! – говорили они.

Я пыталась объяснить, что чувствую себя преданной:

– Как он мог обещать, что мы поженимся, а потом отправить меня назад в Россию, зная, что мне уже негде жить, негде работать?!

– Ну, ошибся человек! Что ты цепляешься ко всему? Он просто влюблён в тебя, это же здорово!

Да и Лиза с Анечкой тоже вдруг стали уговаривать меня вернуться и простить Сильвио. Их не в чем упрекнуть, ведь он очень старался им понравиться, поэтому они считали его хорошим. У них вдруг появился человек, который был им как отец: заботился о них, устраивал шашлыки и пикники, возил по интересным местам в округе, покупал вкусности.

По правде говоря, сейчас я понимаю, что он немного перестарался, из-за чего разладились наши отношения с его собственными детьми. Это самое грустное, что произошло в нашей семье…

Но обо всём по порядку!

* * *

Швейцария,

кантон Тичино,

Варенцио, дом Джуссани,

конец 2015 —

начало 2016 года

В аэропорту на этот раз нас встретил только Сильвио. По его лицу было заметно, как он счастлив оттого, что мы вернулись, и невольно я тоже обрадовалась, увидев его. Хоть моё настроение и не было таким радужным, как в предыдущие приезды, надежда на то, что он выполнит все свои обещания и наша совместная жизнь наладится, ещё жила. А иначе зачем бы я вернулась?

И вот мы снова вошли в тот же дом, узнавая его заново со всеми запахами, скрипами, шорохами… Всё было как прежде, но многое и изменилось. Например, отношение к нам детей Сильвио.

Не сразу стало понятно, почему они вдруг так отдалились, но постепенно я догадалась: они просто ревнуют! Как я и рассказывала раньше, Сильвио уделял мне и дочерям столько внимания, что казалось, будто это мы – его первая, родная семья, а не Эннио и Клара. Например, когда мы собирались ехать в какое-то интересное место, кто-то из его детей должен был остаться дома, так как в машине было всего пять мест, а нас – шестеро.

– Вы же местные, вы уже всё видели! – объяснял Сильвио, но они всё равно дулись.

В итоге Эннио стал вести себя со мной так, будто я в доме просто прислуга. Разучился здороваться, общаться. Просто бросал на пол грязное белье, как бы говоря: «Сама поднимешь и уберёшь!» Это было очень неприятно.

Эннио не был плохим парнем, но его подростковое бунтарство очень затянулось, что испортило всю его последующую жизнь. Сначала у парня была мечта стать врачом, но он плохо учился в школе, провалил поступление в общеобразовательный колледж, а соответственно, потерял шанс поступить в университет. Когда он застрял в школе на второй год, я предлагала, чтобы он позанимался дополнительно с Лизой, которая быстро выучила язык и бодро осваивала учебную программу, но Эннио только рассердился. Вот ещё! Ему будет помогать иностранка?!

Может быть, мой пасынок и сам бы справился со своими проблемами, но слишком любил кататься на скейтборде и играть в PlayStation, которую выпросил у отца. И Клара смотрела на нас уже не так дружелюбно, как прежде. Может, всё бы наладилось, но мы с ней не нашли общий язык по поводу её пса, огромного лохматого ньюфаундленда Лупо. Он был красавцем, умницей, со спокойным характером, чувством собственного достоинства. Юная хозяйка безбожно баловала Лупо: он жил в доме и обычно обретался в комнате Клары, на её кровати.

Перемещаясь по квартире, ньюфаундленд повсюду оставлял клоки своей шерсти. А так как убиралась в доме только я, то вскоре меня стало напрягать, что уже к обеду эта шерсть украшала все углы дома, липла к обуви и носкам детей, оказывалась не только на коврах и покрывалах, но и в постели, а то и во рту. Вообще-то я люблю собак. Мы сами привезли с собой в Швейцарию русского тойтерьера Нюшу, маленькую и гладкошерстную. Поэтому я попыталась решить проблему полюбовно:

– Клара, раз уж Лупо живёт в доме, давай ты будешь пылесосить во второй половине дня? А то он пару раз пройдётся по лестнице – и я начинаю чихать. Договорились?

– Ладно, – согласилась Клара безо всякого энтузиазма.

Её хватило всего на пару уборок…

Раз уж хозяйка собаки не желала поддерживать порядок, я переместила Лупо с его мисками и подстилкой в уютный уголок двора. Стояла тёплая погода, так что я ничем не обидела ньюфаундленда. Кстати, он не возражал против переезда, зато обиделась Клара.

Когда Сильвио вернулся с работы, она рассказала отцу о «творящейся несправедливости», но сначала он выслушал меня, а потом вынес решение:

– Клара, пусть Лупо поживёт во дворе! Алёна убирает весь дом, ей непросто. Смотри, как чисто у нас стало!

Девушка осталась недовольна.

Когда начались дожди, я переместила Лупо со всем его имуществом на закрытую веранду, где пёс не чувствовал себя обездоленным, но Клара считала, что его место в доме. Когда я возразила, она стала в позу, приволокла подушку из своей комнаты и объявила:

– Тогда я тоже буду жить на веранде!

Сильвио снова согласился со мной: Лупо удобно устроен, а шерсти в доме нет.

– Всё в порядке, Клара, – сказал он. – Пусть пёс живёт тут!

На этот раз его дочь разобиделась вдрызг: схватила рюкзак, подняла Лупо, который предпочёл бы спокойно дремать на своём месте, и потащила его прочь, под дождь.

– Я буду жить у мамы! – сообщила она на пороге.

Не знаю, как сложились отношения между Мари, Кларой и Лупо, но не прошло и недели, как девушка и пёс вернулись к нам. А вскоре Клара уехала в Италию к своему парню.

Самое обидное заключалось в том, что потом, когда проходил тот лживый и дутый судебный процесс, на котором меня обвинили во всех грехах, падчерица заявила, что я выжила её из дома!

Непонятно, зачем она это сделала, ведь даже после того, как она уехала, мы общались, переписывались, и я никогда не возражала против её возвращения. Более того, я очень беспокоилась о Кларе. Незадолго до случая с Лупо она провалила экзамены в престижном частном колледже, за который Сильвио заплатил приличные деньги. В государственной бесплатной школе она училась неважно, поэтому отец решил дать ей профессию и перевёл в лицей, где Клара могла бы стать детским психологом, а затем начать работать или поступить в университет. Но она так боялась выступать перед комиссией учителей, что не смогла сдать сессию!

Я предлагала нанять репетиторов, что-то сделать, чтобы не потерять престижный диплом. Мы часто разговаривали с Кларой, обсуждали разные возможности. Увы, но она сдалась и после этого уехала из отцовского дома, надеясь, что в Италии ей будет легче устроить жизнь. А вовсе не потому, что я пыталась избавиться от неё!

Но вернёмся немного назад.

Мы приехали в Швейцарию к началу учебного года, дети пошли в школу, я занималась домом. Сильвио по-прежнему возил меня в магазины, так как я всё ещё не понимала местной речи. Хоть я и жила среди носителей языка, всё равно чувствовала себя глухонемой, не продвигаясь в знании итальянского.

Приехав в прошлый раз, я нашла учительницу итальянского, девушку из Украины, и занималась с ней по скайпу, но из-за отсутствия практики уроки не приносили пользы. Это может показаться странным, но мне просто не с кем было говорить! Утром вся семья разбегалась на работу, в лицеи и так далее, а я оставалась дома и молчала целый день. Со своими детьми я общалась по-русски, Эннио вообще не удостаивал меня вниманием, Клара бросала пару фраз, а Сильвио не был разговорчив по природе. Вот почему он ездил со мной по всем делам.

Однажды во время такой поездки я увидела очень странную вещь…

Мы отправились в супермаркет вдвоём, без детей. Не помню точно, что это был за день, возможно, выходной.

Вдруг Сильвио сказал:

– Мне надо заехать на минуточку в одно место.

Он свернул на другую дорогу, остановился. Потянулся к бардачку, вытащил коробку. Держа её в руке, вышел из машины и направился к незнакомому мне человеку, стоявшему на улице. Они поздоровались, о чём-то быстро переговорили. Мне показалось, что Сильвио и его собеседник не близко знакомы, но я могла и ошибаться. Мой муж протянул ему коробку, а мужчина вручил ему несколько купюр. Затем Сильвио вернулся в машину.

И только тогда я осознала, что было в коробке и что продал Сильвио вот так, прямо на улице какому-то человеку. Это был пистолет! Скорее всего, новый, в фирменной упаковке. Может быть, даже с патронами.

Осознав случившееся, я поняла также, что Сильвио, возможно, нарушил закон, ведь купить оружие в личное пользование было весьма непросто. Но что я могла сказать на это? Сидела ни жива ни мертва и просто старалась взять себя в руки. А ещё лучше – забыть. Ведь я сильно зависела от него, и если сейчас я, например, сообщу в полицию, то очень быстро снова поеду в Россию, где мне негде жить, нет работы или другого источника доходов.

Сказать ему, чтобы он больше не делал такого? Скорее всего, Сильвио просто пропустит мои нотации мимо ушей, а ещё я уверена, что он постарается успокоить меня и соврать что-нибудь, чтобы я просто отстала.

«Лучше ничего не буду спрашивать, его дела меня не касаются!»

И тут на память пришёл один эпизод, связанный с тем, что произошло сейчас.

…Это случилось в мой второй приезд, когда я была уверена, что мы скоро поженимся и заживём семьёй. Немного обжившись, я стала брать на себя кое-какие обязанности по дому, например уборку.

Помню, как наводила порядок в нашей спальне, заглянула в прикроватную тумбочку со стороны Сильвио и… обомлела. В ней лежало штук пять пистолетов! Не могу сказать точно, но, скорее всего, это было огнестрельное оружие, потому что здесь же была коробка с патронами. Думаю, понятно, что прежде я и не видела ничего подобного, только в кино, но я как-то не очень испугалась: женское любопытство оказалось сильнее страха. Осторожно взяв в руки один пистолет, а потом другой, я ощутила, что он тяжелее первого. Рассмотрев его внимательнее, я поняла, что пистолет заряжен.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.