Лана Ежова
Омут его глаз

Часть 1. Ведьма

Отпирая дверь, я ожидала увидеть, кого угодно: как благодарных селян с кринками сливок и кругами ноздреватого сыра, так и недовольных жрецов с вилами и топорами наперевес. Для одних поселившаяся в ветхой избушке ведьма, то есть я, стала благом, для других – поводом посетовать на засилье нечисти в зачарованном лесу и начать против нее священный поход.

За две недели, что прожила на краю Изумрудного леса, я успела подлечить пять коров, небольшое стадо коз, трех свиней и четверых подростков, отведавших волчьих ягод. Еще удалось спасти молодого дровосека. Он, должна сказать, пришел не сам – я нашла его на окраине леса, когда возвращалась с ярмарки. Молодой мужчина истекал кровью, придавленный деревом, и я не смогла пройти мимо.

Послав Мирочку в деревню с недоброй вестью, что один из местных в лесу при смерти, я сильно рисковала: помощницу мою не любили, опасаясь, что она передавит всю птицу в округе. Но обошлось – староста и крепкие мужики пришли за пострадавшим и со всеми предосторожностями отнесли домой. Оставив мази, травяные сборы матери дровосека, я ушла в лес. Утром за мной послали, попросив еще раз взглянуть на парня. Он шел на поправку – еще бы, я столько силы с перепугу в него влила!..

И вот теперь в мою дверь постучали – быстро, тревожно.

На всякий случай приготовившись к самому страшному, я опешила – на крыльце никого. Пусто. Постучали и сбежали?.. Неужели это дети шалят, проверяя друг друга на смелость?

Ан нет, не туда смотрела – у подножия ступенек примостилось лукошко, полное грибов. И каких!.. И обычные, только гигантские мухоморы, и розовый бородавочник (прыщи и нарывы не вывести даже чарами), черный моховик (смерть от удушья через час), и изжелта-зеленый мрун (крохотный кусочек в колодец – и целой деревни нет). Прелесть!.. Какое щедрое подношение, признак истинного доверия.

Я спрятала довольную улыбку и медленно огляделась, выискивая гонца.

Принесший лукошко волк затаился под пышной калиной.

– Иди сюда, я передам послание для твоего хозяина.

Серый безбоязненно подставил лобастую с умными глазами голову под мои пальцы, позволяя почесать за ушком.

Достав из кармана передника давно заготовленной листик и самописец, я черканула несколько строк: «Весьма признательна за чудесный подарок! Буду счастлива, если посетите мою скромную обитель и отведаете пирогов. С уважением, Светозара».

Сложив листочек дважды, подписала – «Дубраву, хозяину Изумрудного леса».

Погладив волка по жесткой холке, я всунула в клыкастую пасть краешек записки. Удобнее было бы за плетенный из кожаных полосок ошейник, как у моей Мирочки, но такого зверь не носил – местный хозяин не посягал на свободу своих подданных даже в мелочах.

– Можешь идти, лукошко я верну позже.

Тесто я поставила еще в обед, хоть не была твердо уверена, что Дубрав, наконец-то, решит почтить своим визитом. Потратив не слишком много времени на уже подготовленную начинку, я налепила три листа пирогов и поставила в хорошенько протопленную печь.

Теперь можно и собой заняться.

Вымытые вчера на реке волосы я смочила отваром любистка и расчесала до потрескивания. Белое платье из тонкого полотна, вышитое красными и зелеными рунами, почти не натирало тело – то ли настолько замечательно пошито, то ли я привыкла за две недели к подобным нарядам. Однотонный зеленый платок на плечи – не слишком нарядно, но видно, что готовилась к встрече с дорогим гостем. Переплетая высохшие косы, смотрелась в крохотное зеркальце, выискивая в своем облике недостатки. И не зря. Изумрудный лес действовал на принесенные извне чары непредсказуемо, вот и сейчас глоток-другой эликсира мне не помешал бы.

Достав из сундука розовый флакон, уже привычно выдернула пробку. Бледно-фиолетовый дымок, вылетевший из склянки, показал, что зелье еще годное, и я выпила его до последней капли – чего мелочиться? Если прихорашиваться для правителя местной нечисти, значит так, чтобы он ослеп от моей красоты и не мог связно думать.

Теперь зеркало отображало настоящую ведьму: темные волосы, бледная кожа, густые брови и ресницы, алые, будто измазанные кровью, губы и зеленющие, словно молодая хвоя, глаза. Моя настоящая внешность, к сожалению, не настолько яркая, вот и пришлось использовать чары.

Я готовилась, не зная, придет ли хозяин леса, и была вознаграждена за веру. Что-то стукнуло в стекло – отдернув занавеску, увидела очередной орех, который четко попал по окну. Оригинально меня вызывают!

Записку принесла белочка – огненно-рыжая и безгранично наглая – стоило открыть окно, как она сразу прыгнула на плечо и что-то важно зацокала. Спящая на сундуке Мира высунула нос из пухового платка, чтобы посмотреть, кто нас побеспокоил. Белка увидела мою куницу, своего извечного противника, и, встопорщив шерстку, воинственно заверещала.

– Тихо-тихо, это моя помощница! Она не будет покушаться на твое гайно.

Магически измененная куница фыркнула, подтверждая, что ее не интересуют чужие гнезда с детишками.

Когда вопрос между зверьками прояснился, я развернула послание. Крупный, хорошо читаемый почерк, буквы аккуратные, с легким наклоном вправо.

«Благодарю за приглашение. Пироги люблю. Прибуду на закате».

Четкое и деловитое сообщение, как и сам Дубрав.

– Обожди немного, я скоро.

Улыбаясь приятным мыслям, я метнулась к коробу на печи, откуда достала сушеную грушу и вручила посланнице.

– Спасибо и приходи еще!

Отойдя от подоконника медленно и чинно, с ровной спиной и гордо задранным подбородком, я без спешки закрыла на щеколду дверь, задвинула на всех окнах плотные занавеси. И лишь когда никто не смог бы меня увидеть, принялась молча прыгать по горнице. В иной раз и покричала бы от радости, но сейчас нужно вести себя достойно, как родовитой ведьме.

Да-да-да!.. Я смогла! Я сумела! Сегодня все получится!..

Напрыгавшись, отдышалась и подошла к сундуку у дальней стены. Сдернув пуховый платок, нажала, растопырив пальцы, на три малахитовых камешка одновременно. Когда раздался тихий щелчок, четко произнесла:

– Этим вечером лесной хозяин придет на пироги.

* * *

Готовя праздничный стол, я невольно перебирала в памяти, как янтарные бусы, воспоминания, которые у меня появились за дни, что я провела в зачарованном лесу.

Когда нашла избушку, я едва не расплакалась. Она держалась из последних сил: стропила, на которых стояла, атаковали древоточцы, кровля прохудилась, труба начала обваливаться. Если затопить печь, значит, гарантированно угореть ночью. Хорошо, что сейчас тепло, лето уже вступает в свои права…

О слое пыли и лохмотьях паутины и говорить не стоит – в домике никто не жил десятилетиями.

Припомнив несколько бытовых заклинаний, я изгнала из бревен жуков, выдула пыль и паутину из домика. Отыскав явно древнее ведро из вербы, очистила его заклинанием и отправилась на реку, разделяющую лес на две неровные части. Местами это был очень бурный поток с каменными порогами, но имелись и тихие глубокие заводи. В одной из них я и наплавалась вдоволь. Чтобы набрать воды, решила пройти по течению выше – там могли быть и родники, питающие реку, да и следовало потихоньку знакомиться с местом своего временного обитания.

Не зря отправилась на разведку – небольшой отрезок пути оказался с ловушками: четырьмя быстрыми омутами, которые сколачивали воду, затягивая внутрь веточки, кору и целые бревна. Опасная река, недаром протекала через зачарованный лес.

Чем выше поднималась, тем спокойнее, на первый взгляд, становился поток, но коварное течение оставалось быстрым. Я уже присматривала пологий бережок, чтобы набрать воды, как за зарослями лозняка моим глазам предстала новая уютная заводь, притом занятая.

Сидя на плоском камне, один енот-полоскун быстро-быстро перебирал лапками, стирая белую рубашку, второй – зеленые портки.

Поразившись увиденному, я не сразу заметила того, кому принадлежала одежда. К счастью, он не почувствовал мой приход.

Дуб в человеческом облике – первая ассоциация, которая возникла у меня при виде мужчины. Широкоплечий, с мощной грудью и узкой талией, он казался выточенным из камня. Канаты мускулов перекатывались под смуглой кожей. Мужчина плавал, широкими гребками рассекая воду. Разноцветные волосы – черные, красные и белые пряди – намокли, облепили крепкую шею и лицо с резкими чертами.

Каким я представляла себе лесного хозяина? Высшую нечисть, которой подчинялись силы природы и слушались все звери и птицы? В первую очередь он виделся мне полупрозрачным духом, во вторую – замшелым пеньком с корявыми ручками-ножками…

Мужчина же в реке был из плоти и крови и уж точно не напоминал ожившую деревяшку. И если бы не шевелюра, я в жизни бы не подумала, что это тот, ради которого я проникла в лес. Но трехцветные волосы и еноты в роли прачек помогли поверить в невероятное – передо мной беззаботно плескался лесной хозяин или, как его называют люди, леший.

Испугавшись, я попятилась. Не самое лучшее время для знакомства, когда мужчина без штанов.

Увы, судьба решила иначе: я поскользнулась на мокрой глине.

– Боги!.. – вскрикнув, я упала на зад и съехала в темную реку.

Холодная, дико холодная вода!.. Я окунулась в нее с головой и от неожиданности щедро отхлебнула. За кашлем и испугом не совладала с паникой и начала тонуть – у самого берега оказался обрыв. Течение дернуло, потянуло вниз… там же омуты!

Новый крик – и я начала захлебываться. Как ни барахталась, нащупать ногами дно не могла.

Неужели это конец? Я столько сделала, чтобы попасть сюда, тем самым приблизила свою смерть?

Мысли, полные обреченности и паники, пронеслись в голове. А потом меня дернули за плечи, вытаскивая из воды.

Я невольно мешала своему спасителю: кашляла, фыркала, отплевывалась, размахивая руками. Но он, будто не замечая моих трепыханий, вынес на берег.

Опустив в высокую траву, сурово спросил:

– Ты кто? Почему тут топишься?

– Я не… не топилась, – прохрипела я, хотя говорить совсем не хотелось. Ужасно хотелось плакать.

Пришлось через силу объяснять, кто я, что здесь делала, как оказалась в реке.

Хозяин Изумрудного леса, как утверждали слухи, скор на принятие решений: с тем, кто кажется ему подозрительным, опасным для леса, он расправлялся быстро и просто – вышвыривал тайной тропой в ближайшее человеческое поселение. Я плохо переношу порталы, даже боюсь их, а что уж говорить о загадочных тропах мертвых богов и здравствующей ныне нечисти?

– В Изумрудном лесу нет ведьмы, которую вы могли бы обучить на свою помощницу. Меня прислали из ковена.

Ни слова лжи. Но я заикалась, как какая-то малолетняя знахарка, которую несколько недель назад забрали из родного села на обучение в столицу, где находился главный ковен королевства. В общем, вела себя, как пять лет назад, когда меня нашел наставник…

– Я не просил ученицу, – сухо возразил хозяин леса. – Покажи знак.

Дрожащими руками я вытащила из-за ворота платья амулет – простой серебряный кругляш с желтым камнем в центре, вокруг которого выплясывали дикий танец руны, не известные мне, хотя я и любила древние языки. Не представляю, как добыл наставник символ ковена. Возможно, молва не врет, и он, действительно, когда-то был любовником верховной ведьмы? А что, видный мужчина, магически одарен сверх меры, да и внешне привлекателен – недаром девицы ходят за ним косяками и заглядывают в рот. Даже самая сильная ведьма повелась бы на обаятельного, умного красавца.

– Что ж, в самом деле, знак ковена, – мрачно произнес мужчина, нависая надо мной угрожающей громадой. – Я должен ведьмам, и лес тебя пропустил. Но мне не нужна помощница, передавать кому-либо знание я не собираюсь.

Его слова в очередной раз подтвердили впечатление, которое сложилось о нем. Сейчас выгонит меня – плакало мое задание…

Стараясь скрыть отчаяние, я посмотрела на трехцветную шевелюру грубияна – нет, не смогу… Слишком далеко, и он настороже, нельзя рисковать впустую.

Не дождавшись каких-либо возражений и просьб, леший хмыкнул:

– А ты молчалива, это хорошо. Что ж, можешь пожить пока в лесу. Надоест – сама уйдешь, я не нарушу слово, данное ведьмам.

А он откровенен, даже и не соображу сейчас, хорошо это или плохо. Впрочем, не гонит – это уже маленькая победа.

– Как зовут тебя, красавица? – насмешливо поинтересовался хозяин леса.

– Светозара, – прошептала я и рискнула: – Простите, а можно узнать ваше имя? Мои покровители не в курсе.

Тонкие губы растянулись в кривой улыбке.

– Лучше и тебе не знать, спать будешь спокойно.

Я медленно поднялась с травы и принялась отжимать подол платья, старательно не глядя на лешего.

– Простите, господин лесной хозяин, я привыкла, что к собеседникам следует обращаться по имени.

Странно, но уговаривать не пришлось – он представился:

– Раз настаиваешь, зови просто – Дубравом.

Интересное имя, идет ему несказанно – мощный, крепкий и прямой, как благословенное древними богами дерево. Жаль только, наверняка, ненастоящее – нечисть не любит раскрывать истинные имена.

– Благодарю за доверие, – поклонилась я в пояс. – Если у вас нет ко мне вопросов, то я пойду. Будьте здравы, Дубрав, пусть в вашем доме и лесу всегда царят спокойствие и удача!

Лишь в избушке я осознала, как была близка к провалу. Хозяин Изумрудного леса мог выгнать меня, но главное – я чуть не утонула, запаниковав, хоть чудесно плавала.

Боги мои, я могла умереть! В неполных двадцать лет умереть!.. Когда до меня дошла эта страшная правда, я заплакала. Я ведь только жить начинаю, нигде не была… Не хочу умирать, не повидав мир!

Куница подбежала и прыгнула на руки, утешая. Остановиться я не могла – уткнулась лицом в мягкую шерстку и рыдала, рыдала, пока не обессилила.

За беспокойством пришел сон – не кошмар, обычный, который приносит отдых.

На следующий день я отправилась в ближайшую деревню, чтобы купить еды, утварь и постельное белье. Даже полуразрушенное жилье стоило обживать в моей ситуации – мало ли, как долго пробуду здесь?

Вернулась после полудня и опешила: не скажу, что избушка преобразилась, просто я сразу обратила внимание, что она стоит веселее, как в тех сказках, где жилище бабы-яги, ожив, сходило с места и задорно вышагивало по лесу. Стропила, на котором держался домик, были самыми обыкновенными, как я вчера убедилась, их даже не заговорили от короедов. Или же защита перестала действовать, когда закончился срок годности.

Теперь же в избушке можно жить спокойно – не рухнет ночью, подточенная жучками. И за все это стоило сказать спасибо лесному хозяину. Он сам не объявился, и слова благодарности я прокричала…

Целых четыре дня я жила спокойно, если не считать селян, которые, прознав о появлении ведьмы, приходили со своими большими и не очень бедами.

А на пятый день, гуляя вдоль реки, я увидела за камышами нежно-розовые, красиво подсвеченные закатным солнцем лилии. Корни водяных цветов входят в состав многих косметических зелий, в том числе и для укрепления и быстрого роста волос. Достать сырье легко – главное, хорошо плавать и нырять. А лилии, которые выросли на территории Изумрудного леса, напитаны магией под завязку, то есть настои и мази из их корней будут эффективней раза в три точно.

Ну, как тут устоять?!

Сняв сарафан и лапти, я полезла в воду в одной рубахе. Осока сразу порезала босые ноги, а стоило ступить в воду, как к щиколоткам присосались четыре пиявки. Мне бы понять, что сама судьба подает знаки не лезть, остановиться, отказаться от несвоевременной затеи, но я ведь упряма, да и за азартом толком и не обратила внимания на подобные весточки.

Там, где росли лилии, оказалась яма – я провалилась в нее и от неожиданности чуть не наглоталась воды. К счастью, я все детство и юность росла неподалеку от бурной реки, и сумела совладать со страхом, не позволим ему лишить меня сил.

Нырять я не люблю, но приготовить зелье из этих лилий очень хотелось. Первый заход – я смогла выдернуть всего один корешок. Вынырнула, чуть подплыла ближе к берегу, чтобы ноги коснулись дна, и швырнула свою добычу на траву. Крепенький, толстенький корень прямо-таки искрил от силы – выходит, источник магии совсем рядом.

Подгоняемая жаждой наживы, я вернулась к лилиям. Набрала воздуха побольше, нырнула с твердым намерением выдрать два, а то и три корешка – этого мне хватит надолго.

Темная, всколоченная вода. Шум в ушах. И соблазнительная желание вдохнуть воздуха. Я нащупала два длинных стебля и потянула на себя.

Цветки не поддавались, но я не собиралась отступать. Ничего, еще пару рывков – и желаемое у меня в руках!

Что-то холодное мазнуло по голени – вздрогнув, я выпустила стебли.

Неповоротливо обернулась, но ничего не увидела в мутной воде. Вьюн? Змея? Просто рыба?..

Следующее касание досталось коленкам. А затем их обвило, резко стиснуло – и дернуло вниз.

Я забила руками и закричала. Выпуская воздух, глотая воду – и захлебываясь.

Больше ничего не помню. Вместо воспоминаний – темнота и ужас.

А потом – свет. Крепкие руки и сладкий живительный воздух.

Я кашляла и отплевывалась, пока меня несли на берег.

– Цела? Дышишь сама?.. – встряхнув, требовательно спросил спаситель.

Когда кивнула, он отпустил меня и бросился назад в реку.

Темнота отступила – я осознала, что произошло. Меня чуть не утопили!..

Что за существо напало, и кто меня спас, я не увидела.

Пена грязно-белого цвета… Река бурлила, черный ил чернилами растекся по ее поверхности. Здоровенная змея кольцами взбивала воду – и в этом водовороте крутила мужчину, моего спасителя.

Выберется ли он?.. Или спас меня ценой своей жизни?

Я закусила губу в ожидании исхода поединка. Как-то помочь не могла – не потому что боялась рассекретить себя, просто не знала, как не попасть в человека. Кто же ты, неизвестный смельчак? Откуда у тебя столько отваги, чтобы полезть в воду и отобрать добычу у страшной твари?..

Секунды неумолимо летели, превращаясь в минуты. Человек держался, а вот гигантская змея внезапно обмякла – хотя даже побежденная, она должна еще биться в агонии. Но ее словно что-то заморозило в один миг – кольца расслабились, гадина вытянулась в струну. Еще несколько секунд – и она напоминала потрепанную ленту, которую понесло потоком.

Мой спаситель без спешки, твердым шагом вышел на берег. Его некогда светлая одежда была заляпана грязью и тиной, но по удивительному цвету волос я быстро опознала в нем Дубрава.

Лесной хозяин окинул меня мрачным взглядом и выдал грубо:

– Ну вот, из-за тебя, гостья, пришлось убить последнего грызня. Покусился на человечину – пришлось устранить.

Что?.. Он сожалеет, что спас меня от монстра?

В глазах потемнело.

– Да как ты смеешь чурбан бесчувственный, сравнивать меня, разумного человека, с каким-то монстром?! – Меня переполняло негодование.

Гнев кипел внутри – я сама себе напоминала котелок, в котором бурлило зелье, притом зелье с опасными ингредиентами, такими, что могут взорвать посуду, да и вообще снести стены лаборатории.

– Сомнительно, что ты разумное существо, – проворчал Дубрав. – Скорее, глупая девчонка, которая поздним вечером полезла в опасное место. Разве у тебя есть мозги? А змей последний в своем роду. Усекла?

Похоже, он не увидел на моем лице сочувствия и ясного понимания ситуации, потому что продолжил отчитывать:

– Он древний, больше таких нет. И мне пришлось его из-за тебя, любопытной дурочки, уничтожить!

За гневом пришла слепая ярость – я забыла обо всем на свете:

– Вы беситесь, потому что он был таким же, как вы! Одиночкой, до которого никому нет дела! Змей был последним, все равно не мог продолжить род, так зачем ему вообще жить?

– Глупая девчонка! – прошипел Дубрав. – Ты вообще понимаешь, о чем говоришь?

– Прекрасно все понимаю, пенек замшелый!

Не дожидаясь ответа, я подхватила сарафан, нацепила лапти и похромала к себе в избушку – нет, я не подвернула ногу, хотя, конечно, она немного болела в том месте, где обвился змей. Просто мокрая нога скользила в не слишком удобной обувке.

Уже в избушке, переодеваюсь в сухую, чистую одежду, я сообразила, как сильно сглупила, наломала дров. Да еще каких!.. Вполне вероятно, что завтра придется уехать из зачарованного леса: я оскорбила его хозяина, обозвала последним в роду и недостойным жизни, ведь он тоже одиночка. Понятно, что я говорила лишь о грызне, но параллель провести и с местным представителем нечисти несложно. Если Дубраву сотни лет, а он не обзавелся парой и семьей, то их у него, скорее всего, и не будет – так утверждают умные книги. Видать, для слишком могущественных существ не находится подходящих спутниц жизни.

А еще чисто по-человечески мне жаль Дубрава: характер у него мерзкий, но сам он привлекательный мужчина, в расцвете магических сил. Если не нашел свою любовь, значит, суженой нет в этом мире, что грустно, ведь попадать в иные измерения удается не всякому сильному магу, что уж говорить о лесной нечисти.

Прав Дубрав: я глупая девчонка и вдобавок хамка… Нужно извиниться!

Выйдя из избушки, я остолбенела – у крыльца стояло ведерко с водой, в котором торчала охапка водяных лилий на длинных ножках. И цветы, и посудина фонили магией. Получается, я могу поддержать лилии в таком состоянии, спешно не переводя их в сырье для зелий? Вот это подарок!

Чувство вины усилилось. Я пришла в чужие владения и сразу набедокурила – лесной хозяин из-за меня отправил на тот свет любимую зверушку. Непорядок. К тому же я забыла о своем задании, упустив отличную возможность для его завершения.

Занеся ведерко с лилиями в избушку, я вышла на крыльцо и тихонько произнесла:

– Как бы я хотела найти проводника к лесному владыке…

Я едва договорить успела – на плечо слетела птаха. Маленькая, серенькая, неприметная, она нежно что-то пискнула и полетела в лес. Я покорно последовала за ней – все-таки прав оказался наставник: за новой ведьмой в зачарованном лесу будут следить и звери, и птицы.

Я долго шла за крылатой проводницей, успела устать, подвернуть ногу и предположить, что весь этот поход и поиски местного хозяина – не что иное, как своеобразное наказание, издевка за мое нахальное поведение. Сам Дубрав может даже не в курсе своеволия птички, которая решила проучить нехорошую, обидевшую любимого хозяина ведьму.

Толком не обдумала неприятную мысль, как за очередными зарослями из молодых елей обнаружилась большая поляна с деревянным домом, примостившимся с краю.

Двухэтажное строение – настоящее произведение искусства! Окна со ставнями в узорах, красная черепица, оббитая стальными полосами дверь. Не дворец у лесного хозяина, но монументально и мощно, как и он сам.

Стучать не пришлось – Дубрав вышел сам, стоило мне подойти к крыльцу.

Застала я его не вовремя: он не успел даже переодеться. Мокрые штаны облепили длинные, крепкие ноги, голый торс блестел в капельках хрустальной воды, с могучей шеи свисал вышитый рушник. Леший умывался после реки?..

Даже издали видно, что рельефные мышцы наработаны долгими годами тренировок с мечом или боевым посохом. Косая сажень в плечах, широкая грудь, ноги-столбы. Плоский живот отлит из стали – такого пресса я не видела ни у одного воина, а на боевых магов любоваться довелось часто. Правда, портили вид некрасивые отметины на торсе – наливались чернотой полосы. Водяной змей оставил по себе память, не ушел просто так в сады богов.

– Ох, да вы ранены!

Я бросилась к мужчине, как только осознала, что за мое спасение он расплатился не только смертью грызня.

– Не изволь беспокоиться, красавица.

– Само пройдет? – с иронией предположила я.

– А то! Заживет, как на молодом псе, – похвастался лесной хозяин.

– Я все же взгляну, – настояла я и, не дожидаясь разрешения, приблизилась к мужчине.

– Если ты настаиваешь, красавица, я противиться не буду, – добродушно усмехнулся он.

Подходя к владыке зачарованного леса, нелюдимому и неуловимому, я думала лишь о том, что прикоснусь к самому красивому мужчине в моей жизни.

Нет, я конечно видела парней пригожее – с тонкими аристократическими чертами лица, ухоженных. Но вот тело Дубрава было совершенно – тело воина, который не понаслышке знал, как управляться с боевым оружием. Гладкая кожа, под которой перекатывались стальные мышцы, манила, звала прикоснуться. И я не удержалась от соблазна – потрогала и сразу же отдернула пальцы, сделав вид, что разминаю их перед волшбой – в подтверждение в воздух сорвалось несколько зеленых искорок.

Дубрав все равно хмыкнул, и я почувствовала, как кровь приливает к щекам – все-таки заметил мой интерес.

– А теперь не шевелитесь, даже если будет щекотно.

Коснувшись первого синяка, я проговорил активационное слово заклинания быстрой регенерации – нечисть живуча и тратит меньше времени на восстановление, но помощь никогда и никому не помешает.

Я настроилась на долгую обработку увечий, как вдруг заметила, что в моей помощи нет нужды – следы от удушающих объятий змея на глазах бледнели. Удивительная регенерация, магам о такой можно лишь мечтать.

– Да, вы были правы: я вам не нужна.

– Сбегаешь, красавица? – провокационно спросил Дубрав.

Я не ответила, в самом деле, поспешно отходя от него.

– Ах да! Спасибо за лилии! – крикнула, обернувшись.

Уже дома, за закрытой дверью, выругалась: ай да я!.. Снова упустила удобный момент для выполнения своего задания! И почему? Не страх помешал – засмотрелась на красивого мускулистого мужика! Это же надо?! Я точно не буду рассказывать об этом наставнику – засмеет, обзовет дурой и будет прав.

Дальнейшие дни моего вынужденного пребывания в зачарованном лесу текли спокойной рекой. Лесной хозяин не ограничился присмотром за навязанной ковеном ведьмой – он помогал всем, кто угодил в беду в его владениях. Выводил перепуганных детей из трясины, не позволял волкам задирать коров, сбегавших из деревенского стада. А когда на торговом тракте, проходившем через лес, появилась разбойничья банда, быстро с ними расправился.

Каждый раз, когда мы пересекались с Дубравом, я отмечала, насколько он хорош, как человек… точнее нечисть мужского пола.

Изумрудный лес, в котором сто лет назад состоялась великая магическая битва, всегда имел дурную славу. Сколько здесь бесследно пропало людей – не счесть. Да и собравшаяся со всего королевства нечисть шалила – два-три раза в год вылезала к ближайшим селениям. С появлением Дубрава нападения прекратились. Он навел порядок, повывел охочих до человечины тварей.

Вот только он оказался нелюдим и не подпускал к себе никого близко, лишь когда иного выхода не было. А еще ему ставили в вину отказ сотрудничать с магами.

Сегодня же все изменится.

* * *

Когда первые лучи закатного солнца лизнули верхушки деревьев, я вышла на крыльцо. Лесного владыку следовало встречать со всем уважением, и я стояла, облокотившись о перила. Ветер играл с подвесками на моем сдвоенном серебряном браслете: звезды и совы тонко звенели, ударяясь друг о друга. На обереге настоял наставник, заявив, что не пустит в зачарованный лес, если не получу дополнительный шанс выбраться из передряги невредимой.

Когда ждешь чего-то важного, время тянется долго, а то и вовсе кажется застывшим. Чтобы перестать нервничать, я спустилась вниз и принялась плести венок из цветов, которые росли возле избушки. Ромашки, бессмертник, одуванчик, пижма, листья папоротника, дикий лук – в ход шло все. Получилось здорово – красиво, ярко и величественно.

Водрузив его на голову с удовольствием, почему-то почувствовала себя уверенней – в таком венке я словно королевишна лесная!

Приход хозяина леса я почувствовала всей кожей, по которой побежали мурашки, увы, не могу сказать, что страха или холода. Меня тянуло к Дубраву – и это несказанно пугало.

Я подняла голову и ахнула. Из-за пышных зарослей можжевельника вышел бурый медведь. Гигантский зверь, на спине которого восседал Дубрав, степенно вышагивал к моему жилищу.

На какое-то мгновение мне захотелось сбежать и закрыться в избушке. Чутье, которое еще никогда не подводило, вопило, что сегодня произойдет нечто, о чем я пожалею. Не из-за скорого же выполнения задания меня начинает мучить совесть?..

Усилием воли я подавила панику и приветливой улыбкой встретила гостя.

Дубрав спешился и, погладив косолапого по морде, уверенно направился ко мне.

– Здравствуй, Светозара. – Он пытливо всмотрелся в мое лицо.

Я чудом не отвела взгляд, когда поприветствовала в ответ:

– Здравствуй, Дубрав, и добро пожаловать!

Ужин состоял не только с традиционных яств, которыми могла похвастаться любая хозяйка в деревне, я приготовила и особые деликатесы: маринованные пиявки, гадючьи сердечки в меду, соус из белены и белых грибов, жареных ужей. Поставила и свежую мухоморовку, а к ней крохотные чарки. Я не пила, Дубрав не злоупотреблял – лишь пригубил.

Пироги удались на славу – высокие, мягкие, с золотисто-коричневой корочкой. А аромат какой! Топленого молока и особых травок, о которых не всякий человеческий повар знает, я не пожалела.

– Молода ты, Светозара, да хозяйка справная! – искренне похвалил Дубрав – и я мысленно поблагодарила строгую женщину, научившую меня готовить.

Лесной хозяин ел с аппетитом, но без спешки, аккуратные движения сильных пальцев завораживали. Нож, которым он порезал запеченного гуся, удивил рунным рисунком – оружие старше своего хозяина не на одну сотню лет. Нож, которым древние боги запирали иные миры, когда случались Прорывы. А точно ли лесного царька я пригласила в гости?.. А не скрывается ли за маской древнего нелюдя какой-нибудь позабытый, еще более древний бог?..

От этого предположения в животе стало холодно. Я постаралась загнать пугающие мысли подальше, и так сомнения одолевают который день. Правильно ли поступаю, предавая доверие хозяина Изумрудного леса? Муторно, тоскливо на душе, что даже сладкая земляника, которую принес Дубрав на гостинец, отдавала горечью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.