Евгений Мишкин
Горячее сердце холодного разума

ПРОЛОГ

Молодая девушка азиатской внешности лежала на кровати. Серый комбинезон плотно облегал её стройное тело. Длинные густые чёрные распущенные волосы окутывали шею и грудь. На плече женского костюма красовался крест красного цвета, вписанный в белый круг. В комнате медленно переливались огни приглушённого контурного освещения. С раскладного экрана носимого на предплечье мультимедийного устройства она читала текст. Это была Библия. Её губы тихо и бесшумно, изредка переходя на легко уловимый шёпот, повторяли читаемый с экрана текст.

«И сказал Бог: да произведёт земля… Душу живую…. И сотворил…. Человека … Мужчину и женщину…. Сказал им… Плодитесь и размножайтесь … И владычествуйте над рыбами морскими и над зверями… И над всяким животным.... И увидел Бог всё, что… Создал… И был вечер, и было утро: день шестой…»

Сеанс чтения в тишине прервал сервомотор камеры наблюдения под потолком, которая начала вращать корпусом и искать новый ракурс для съёмки. Стеклянный глаз видеоприбора резко остановился, уловив в своем поле зрения живой объект. По бликам на объективе было заметно, как линзы двигались внутри камеры, наводя резкость.

Девушка захлопнула экран резким движением руки, повернула голову и напряженно посмотрела на объект, наблюдавший за ней. Она нахмурила брови, на её лице появилась раздраженная гримаса.

– Я же просила, что за мной не надо шпионить! – Выкрикнула она. – Выключи свет!

Комната медленно погрузилась во тьму. Азиатка поправила локоны волос и легла на кровать на бок, повернувшись к объективу спиной. Глазок камеры озарил лимб красной подсветки. Она перешла в инфракрасный ночной режим съемки. Изображение на матрице предстало в черно-белом свете с чётким очертанием девушки, лежащей на кровати. В таком положении стала видна линия стройной талии молодой леди, плавно переходящая в широкие красивые бедра. Из иллюминатора каюты за кроватью виднелось звёздное небо тёмного космоса.

Глава 1. Жребий брошен

– Ариадна!

– Да, капитан!

Наш диалог прервал мужской голос из динамиков корабля: «Дедал-3-5, Рубикон, вы входите в космическое пространство станции граничного контроля. Ответьте!»

– Рубикон-контроль, Дедал-3-5, тяжёлый, терминал наблюдаю, зелёные горят, к проходу готов, пропуск два полсотни первый, экстренный, – капитан после произнесения фразы прищурил глаза и замер в ожидании ответа, его лицо в слабом свете мостика озарял проекционный экран панели управления.

Ровно через 9 секунд прозвучал голос диспетчера: «Коммерческий транспорт Дедал-3-5, говорит грузовой терминал станции контроля Рубикон, визуальный контакт установлен, проход разрешён, второй док, марш выключить, температура – два Кельвин, радиация – умеренная, заход по ТЛС, гравитация – один-четыре. Как поняли?»

– Три-пятый, принято, ТЛС, док два, марш выключить, – капитан плавно обхватил рукой джойстик управления кораблем. – Ариадна, маршевый двигатель в пассивную фазу, малая тяга – переход на вторую ступень, рулевые и ориентационные – готовность, ручное управление, заходим по маяку – умеренная радиация.

– Поняла, капитан: ручное управление, малая тяга, готовность маневровых, – отозвалась я.

Управление кораблём, тем более грузовым, требует тщательного контроля, взвешенных решений и правильных действий. Капитан был напряжен, он очень ответственно относился к процессу управления судном.

– Готовность: подача топлива, прогрев, 10 секунд, – монотонно прозвучал мой голос, – 5 секунд, 3 секунды, одна… Маневровые готовы.

На экранах, которые получали изображения с камер, установленных на корпусе корабля, стало видно, как медленно и плавно открываются шахты ионных рулевых двигателей. В крошечных соплах начали появляться слабые голубые огоньки.

Капитан, не отводя глаз от монитора панели управления, плавно нажал на джойстик.

За толстой шкурой обшивки Дедала послышалось стрекотание, корпус корабля ощетинился множеством ярких светящихся струек. На мониторах приборной доски стали резко меняться показания координат, скоростей и углов положения.

Все эти маленькие двигатели при работе на огромном фюзеляже грузового судна напоминали земных насекомых, вроде муравьев. Информация об этих животных была в базе данных Объединенной Земной Республики, или, как её именовали члены экипажа – ОЗР. Тяга одного двигателя была ничтожной для многотонной махины, но учитывая их количество и слаженную работу, они с легкостью и высокой скоростью перемещали тяжёлый корабль в любой плоскости огромного холодного космического пространства, как сотни крошечных миллиметровых строителей, усердно возводящих гигантские метровые муравейники.

Раздалось звонкое жужжание. Скорость изменения координат стала выше трёх квадрантов за секунду. Это было больше допустимой нормы согласно полетной документации. Командир нервничал и начинал допускать ошибки.

– Капитан, прирост скорости и координат выше допустимой, – проинформировала я.

Он промолчал.

– Три-пятый, Рубикон, доложите пункт назначения, – сурово произнес диспетчер станции.

– 3-5, назначение – колония Наксос, – ответил капитан.

– Груз.

– 3-5, груз – строительное оборудование, 310 тонн.

– Оружие, взрывоопасные, радиоактивные, запрещенные к провозу средства имеются на борту? – Спросил ровно мужской голос.

– 3-5, корабль оснащен автоматизированной системой обороны «Арена-2». Командир космического судна имеет на вооружении лучевой травматический пистолет модели «Фотон-М». Серийный номер «1-1-0-6-8-7». На борту находятся десятилитровые баллоны с дезинфектантом, медицинским кислородом, 5 ампул с силикопиреном и лентодеином. Силовой агрегат – два ядерных твердофазных ракетных двигателя класса «Гиперион». Топливо – водород. Как поняли?

– Состав экипажа.

Капитан задумался, он начал сосредотачиваться на параметрах движения судна.

Через 6 секунд в динамиках корабля раздался мужской голос.

– Дедал-3-5, Рубикон, повторяю, назовите состав экипажа! Как слышите меня?!

– Эм, 3-5, докладываю, экипаж: первый пилот, командир корабля – Александр Серпентов, капитан второго ранга четвертой гражданской флотилии ОЗР; бортинженер – Сетх Месгхад, электромеханик-связист первой категории, штатный работник корпорации «Тесей-Электроникс»; медик – Кан Со Ён, стажёр медицинского…

– Выше глиссады! – Неожиданно прервал речь капитана громкий голос диспетчера.

Александр молча начал быстро оглядывать приборную доску.

– Ариадна, – произнес он.

– Да, капитан.

– Возьми управление на себя, – быстро проговорил Александр, потирая лоб ладонью. – Никак не могу сосредоточиться.

Наш командир изрядно волновался, это было на него не похоже.

– Поняла, – ответила я.

Капитан убрал руку с джойстика, стик отцентрировался, замер и медленно отъехал вдаль от его руки. Алая подсветка штурвала плавно погасла. С его стороны на экране панели управления погасла красная индикация «Ручное управление». Корабль перешёл под мой контроль. Через 8 секунд скорости и координаты стабилизировались на необходимых отметках. Все двигатели работали не так чётко и слаженно, как обычно, периодически пропадала тяга на северном мосту, но, несмотря на это, корабль безоговорочно мне повиновался.

– В глиссаде, – ровно произнёс диспетчер.

Капитан облегчённо выдохнул.

– Время до достижения дока – 55 секунд, капитан, – добавила я.

– Понял, – отозвался Александр.

– Станция Рубикон, 3-5, укажите время контроля.

– 3-5, Рубикон, время коммерческого, радиационного и биологического контроля – до 30 минут. Об окончании процесса вам будет доложено в установленном порядке. Ожидайте!

На связь с капитаном вышел бортинженер Сет.

– Ты видел?! «Тэшки» рядом со станцией! Двадцать пятые! По правой стороне!

Капитан повернул голову в правую сторону фонаря кабины. Из контрольных доков тянулись вереницы грузовых и пассажирских кораблей в ожидании станционного досмотра, ярко мерцающие навигационными огнями.

Вокруг станции роились маневровые буксиры и ремонтные шаттлы. Их можно было сразу отличить по ярко-желтой окраске корпуса.

– Хорошо, что у нас допуск на внеочередной контроль, – проговорил вслух капитан.

Возле пятого терминала станции он уловил взглядом два неподвижно висящих корабля в форме тарелки. На одной стороне замерших объектов располагался чёрный узкий иллюминатор, их края подсвечивали моргающие, как глаза хищника в темноте, красные огоньки. Он долго их рассматривал. Корпус тарелок обрамляли голубые полосы и буквенная маркировка «АТ» на борту.

– Ты там живой?! – Вырвалось из динамиков.

– Видел, Сет.

– Какого хрена тут боевые истребители, тут же контроль гражданских бортов?!

Чё за дела?! – Возбужденно закричал инженер, его рот, казалось, был чем-то забит. Он поглощал очередной никотиновый батончик.

– Не надо истерить. Расслабься, это внутренние войска. Охрана правопорядка. Только вчера было три нападения на «грузовики» в этом регионе.

– Стыковка с доком произведена. Станция начала проводить досмотр, – объявила я.

– Понял, Ариадна.

– Капитан, рекомендую провести диагностику систем управления двигателями, режим работы двигателей нарушен, пропадает тяга второго блока.

– Проведём, после контроля, сейчас не будем дёргаться. Отойдем на безопасное расстояние. Очень много тут суеты и пограничников. Мне это не нравится, – заявил капитан, – Сет, давай на мостик, после контроля проведём диагностику, будь готов к возможному ремонту!

– Месгхад! – Рявкнул капитан через 4 секунды.

– Иду! – ответил раздраженно механик. На мониторах камер было видно, как он небрежно бросил обёртку от батончика на пол и лениво вышел из своей каюты.

– Капитан, входящее сообщение от отдела логистики «Тесей-Электроникс».

– Прочти, Ариадна!

Я начала зачитывать: «Сообщение получено на 3 день в 25:49 по ВТК: «Корабль Дедал, график доставки груза нарушен, приказываю ускорить доставку груза, в случае срыва сроков доставки к экипажу будут применены штрафные санкции. Заместитель руководителя отдела логистики третьего филиала корпорации «Тесей-Электроникс» Грат. Конец сообщения.»

Командир равнодушно смотрел на мерцающие схемы и показатели на мониторе блока управления. Казалось, он меня не слышал.

Клинкетная дверь рубки плавно с шипением отъехала в сторону, на мостик вошёл Сет. Его крупное, двухметровое и мускулистое тело охватывал тёмный костюм электромеханика с вшитыми в него металлическими нитями защитных шунтов, которые переливались в свете огней тусклого освещения. Смуглое лицо в приглушенном свете рубки стало ещё темнее. Он поправил руками техническую аптечку, блок в виде металлического органайзера, надетого на пояс, и начал разглядывать яркими белками сверкающих глаз капитана, сидящего на своём огромном кресле пилота в свете проекционного экрана. Массивное кресло командира корабля походило на некий императорский трон. Капитан был одет в свою военную униформу защитного цвета с офицерскими нашивками. Он носил её всегда, даже несмотря на то, что был уволен в запас и работал теперь в гражданской авиации. Сет стоял неподвижно и смотрел на Александра, медленно пролистывающего экран панели управления, тщательно вглядывающегося в показания систем корабля и повторяющего вслух параметры: «Топливо… Так… Десять… Курс… Маршрут… Попробуем здесь пройти, чтобы побыстрее… Через три дня, дай Бог, будем на месте…».

Когда Сет попытался обратиться к нему, он поднял вверх левую руку, показывая, что занят. Инженер снял защитные перчатки, положил их в аптечку, затем начал расхаживать взад и вперед по мостику и злобно шариться по карманам костюма, видимо, в поисках очередного никотинового батончика. Он постоянно бурчал: «Проклятое старое корыто, когда его уже в утиль отправят… Ржавое ведро…»

Спустя 14 минут динамик судна разразился мужским голосом.

– Дедал-3-5, на связи Рубикон, у вас обнаружено превышение норматива радиоактивного излучения.

Капитан сжал руки в кулак. Диспетчер повторил после паузы: «Вы используете устаревшие ракетные двигатели. Использование двигателей с превышением нормативного РА излучения запрещено Уставом космического…

– Не надо мне рассказывать про Устав, рядовой! – Разъяренно воскликнул капитан, вклинившись в сообщение.

– 3-5,… Э-э… Капитан Серпентов… Я Вас не понял? Я не могу разрешить Вам проследовать дальше. – Неуверенно объявил в динамиках мужской голос.

– Диспетчер, что значит «не можешь»? Ты мне тут не рассказывай про «не могу». Ты сам весь такой правильный, что ли? Только вот не говори мне, что ты на службе не закидываешься «колесами» с никотином и кофеиномедролом! Это тоже запрещено Уставом! Ты об этом знаешь?! – Александр выждал пару секунд, затем продолжил. – Я тебе вот, что скажу: я с этим кораблём облетел всю Солнечную систему! И мне постоянно советы раздавали такие знатоки Устава, как ты! И я облечу эту систему ещё раз десять с этими вашими превышениями, и довезу груз туда, куда я его обязался доставить, во что бы то ни стало! И меня не интересует, кто у вас там что увидел! Какие превышения нормативов! Ты меня понял, рядовой?!

– Капитан Серпентов… Мне надо… Проконсультироваться с ответственным, – заявил работник станции.

– Давай, давай, консультируйся, – процедил Александр сквозь зубы.

Через несколько минут на связь вышел другой работник контроля.

– Капитан Серпентов, Дедал 3-5, на связи старший дежурный станции Рубикон майор Уаддит.

– Привет, Уаддит! Старый бандит! – Воскликнул радостно Александр. – Когда тебя уже уволят в конце концов, а?! Твои ребята со своими выкрутасами опять меня не пропускают!

– Здорово, Саш, и тебе не болеть! А ты всё ещё ходишь на этом старом корыте? У твоей конторы денег нет на новый корабль, что ли? Уже все перешли на чистый термояд и гиперсвет!

– Да, какой новый? Откуда? Денег ни у кого нет. Тем более, мне этот корабль уже, как родной. Как член семьи. Люблю я его, понимаешь? – Ответил, нежно улыбаясь, капитан.

– Ну, так сдай его в ремонт, на модернизацию, Саш! У тебя превышение радиации не просто так идёт. Какие-то проблемы с реакторами, либо с энергетикой!

– Да, вот надо было его отдать в ремонт… Но срочное задание прилетело от руководства.. Пришлось сразу всё бросить и в рейс пойти. Пропусти, дорогой! Последний раз тебя прошу.

– Ты с огнём играешь, Саш. Я тебя-то пропущу, но только корабль твой от этого не станет исправным. Ты, если будешь так плановый постоянно откладывать, нарвёшься на серьёзные проблемы. У нас тут год назад один товарищ уже подорвался на своём ядерном движке, до сих пор седьмой сектор фонит.

– Спасибо, майор! В долгу перед тобой буду! Да, какие проблемы? Бог со мной! Он меня бережёт! Не умру раньше времени!

– Эм…Хорошо…3-5, это Рубикон… Контроль завершён, – грустно объявил диспетчер после паузы. – Выходите на орбиту, занимайте пятый эшелон… Отход по схеме Менделеев-4-Браво..

– 3-5, принято, – радостно ответил капитан. – Ариадна, отходи от станции, пятый эшелон, курс на Ио, запускай диагностику на спутнике.

– Поняла.

– Чё случилось-то опять? Только присел отдохнуть! – Гневно спросил Сет.

– По прибытии отдохнёшь! Возможно, проблемы с энергоснабжением, жди результаты диагностики!

Я направила корабль на Ио. После прохода терминала контроля нашему взору открылся полномасштабный вид на Юпитер. Этот газовый гигант поражал своими размерами. Его масса в 2,5 раза превышала массу всех планет Солнечной системы вместе взятых. Потоки металлического водорода и гелия, разгоняющиеся до ураганных скоростей, мчались по поверхности планеты, образуя цепочки поясов разнообразных тонов от пастельных до темно-коричневых, движущихся в противоположных направлениях. В мощной переливающейся мантии газа вспыхивали облака молний. Это была царь-планета. Планета-Бог. Планета, которая воистину заслуженно носила имя верховного божества древних римлян.

– Говорят, на нём живут какие-то твари в облаках газа. Какие-то «флоктаторы». – разразился Сет.

– Флоатеры, – поправил капитан, – это теория. Поверхность планеты ещё плохо изучена. Ариадна тебе может рассказать подробнее. Правда, Ариадна?

– Такая информация мне неизвестна. – Ответила я. – Планета Юпитер считается необитаемой. Но я могу вам рассказать что-нибудь про земную флору и фауну. Владею большим объемом данных по земным животным, в частности по членистоногим. Мне очень нравятся муравьи, термиты, пчёлы и прочие социальные насекомые…

– Нравятся ей, посмотри… Один хрен, нечего этот Юпитер изучать, – пробурчал Сет, махнув рукой. – Там такая радиация, что никто всё равно не выживет. В этом космосе кругом только тьма, пустота, холод и смерть. Проклятое место. Скорее бы уже вернуться на Землю, устал я от этих рейсов. От этого грёбанного постоянно ломающегося корабля. Устал от всего. Достало уже…

– Со Ён, – прервал капитан речь электромеханика, переключая взор и внимание на монитор, в котором появилась пустая каюта медика. – Со Ён!

– Она на камбузе, – подсказала я капитану и переключила командирский экран на столовую.

Мой голос через динамики корабля прозвучал в отсеке для приёма пищи: «Со Ён, Вас вызывает капитан, ответьте.»

– Вот стукачка, – тихо ответила Со Ён, не спешно ковыряясь вилкой в своей тарелке.

Мультимедийное устройство девушки монотонным электронным голосом воспроизводило текст:

«И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из рёбер его и закрыл то место плотию.

И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену и привел ее к человеку…»

– Кан Со Ён! – Крикнул капитан, прервав речь голоса устройства, – мы направляемся на орбиту Ио! Займи место в каюте!

– Иду, – ответила громко девушка, продолжая сидеть и слушать аудиодиктора.

– Вам следует пройти в свою каюту, Со Ён, для обеспечения Вашей безопасности, – мой голос нежно прозвучал в динамиках столовой.

– Не даст нормально поесть, – пробурчала медик, встав из-за стола и медленно собирая посуду.

– Почему Вы не употребляете энергетические батончики и быстрорастворимую еду, как другие члены экипажа? – Поинтересовалась я у девушки.

– Тебе-то какое дело? – Возмутилась Со Ён. – Не могу я есть эту резиновую… Дрянь! – Гневно ответила азиатка. – Взяла с собой нормальной еды: вяленую рыбу, консервы там всякие… И огромный пакет замороженной картошки фри…

Она, отвернувшись, ехидно улыбнулась, отключила своё носимое устройство и вышла из отсека для приёма пищи.

Корабль набирал скорость, стремительно отдаляясь от доков Рубикона. Курс лежал на спутник Юпитера – Ио.

Это был уже третий день нашей экспедиции. За бортом простиралось огромное море глубокого космоса. Холодный вакуум пронизывали потоки космических лучей: cтремительные нейтрино, колеблющиеся мюоны и тяжелые протоны. Невидимое глазу излучение дополняли радиация и радиосигналы от множества космических кораблей и станций. Они переплетались, простираясь на сотни и тысячи километров, наполняли космос, как невидимый глазу криль наполняет земные океаны. Навстречу космическим лучам летели фотоны, частички электромагнитного излучения, света от миллиарда звёзд. Эти частицы света существовали только в движении. Представьте бегуна, который живёт только тогда, когда бежит… Бежит с огромной скоростью… Миллиард километров в час… Миллион километров за несколько секунд… А когда перестает бежать хотя бы на долю секунды – он умирает… Разве эти частицы не являются живыми? Разве также не ведут себя живые организмы на Земле? Как только они прекращают своё движение – они умирают. Разве эти кванты света не говорят о том, что космос – живой организм? Разве бушующие ветры и грозовые раскаты Юпитера не наполнены жизнью? Жизнью стихии? Разве космос пуст? Разве он мёртв? Если для человека тут слишком холодно, если для человека космос – враждебная среда, это ведь никак не означает, что космос мёртв. Нет, он живёт. Он дышит. Дышит и живёт по-своёму.

Вдали перед Дедалом в тёмных волнах бескрайнего космоса замаячила желтоватая сфера.

Глава 2. Первая директива

Достигнув спутника, я провела диагностику. Системы корабля были исправны, за исключением слишком низкого падения напряжения на генераторах второго блока системы управления двигателей.

– Второй блок: отклик СУД – норма, привод сопла-вектора – норма, давление топливной системы – норма, температура – норма, генератор СУД – неисправен – падение напряжение ниже 4,5 килоВольт. – Заявила я капитану.

– Иди в генераторную, второй блок. Слышал? Разберись. Ариадна тебе всё подскажет. – Александр резко повернул голову в сторону Сета.

– Посмотрим, – бросил Сет. – Это уже третий геник, вышедший из строя. Вот гнилое корыто…

– Необходимо вручную отключить контур питания блока, – сказала я электромеханику.

Он молча, не обратив внимания, вышел из каюты, опустив голые руки в аптечку, обшаривая её в поисках необходимого инструмента и оборудования. Сет вышел в длинный коридор, спустился на нижнюю палубу, не спеша преодолел несколько витиеватых отсеков, остановился, опустил глаза вниз, потом огляделся и громко крикнул: «Какая сторона блока?!»

– Северный мост, правая сторона. – Мне пришлось ещё раз повторить.

Инженер дошёл до отсека с генераторами второго блока. Дверь в отсек открылась. Его встретило покрытое мраком помещение со слабым голубоватым светом аварийного освещения.

– От низкого напряжения в отсеке пропало основное освещение, – добавила я.

– И без тебя вижу! – пробурчал Сет. – И пропало оно не из-за просадки напряжения, а скорее всего из-за полетевшего контроллера! На корабле хватает энергии на общее освещение, его почему-то именно тут ни черта нет! Это распределительная хреновина находится в грузовом отсеке! Эх… Ладно…

Он прошел в тёмный отсек, затем провел рукой рядом со своей технической аптечкой, нажал несколько кнопок, она открылась. Из аптечки выпали три диска, долетев почти до самого пола, они выровнялись параллельно горизонтали и замерли в воздухе. Затем диски резко взлетели вверх и остановились над головой Сета.

– Свет давай, – ровно произнес он.

Из нижней части летающий объектов забили мощные лучи света, освещая отсек. Сет зажмурил глаза и закрыл лицо рукой: «Чё так ярко-то, э?»

Свет дисков начал энергично менять яркость – роботы-прожекторы настраивали интенсивность света на необходимый уровень.

Сет убрал руку от лица.

– Низкий заряд батареи, – проинформировал один из дисков, плавно моргая освещением.

– Заткнись, – деловито заявил электромеханик, направляясь вглубь отсека, – работу сделаем, потом. Я сам уже заколебался болтаться на этом корабле. Вечно у тебя батарея в ноль.

– Низкий заряд батареи, – повторил через 4 секунды робот равнодушным голосом.

Сет гневно выхватил говорящее устройство из общего роя и со всей силой швырнул его об стену. Диск с металлическим звоном ударился о перегородку отсека и упал на пол, развалившись на несколько частей.

– Может, у кого ещё батарея разряжена? – Спросил Сет с ярко горящими глазами, глядя на двух оставшихся в живых и летающих вокруг его головы роботов. В ответ последовала тишина.

– Порча собственности компании является противоправным действием. По прибытию в пункт назначения мне следует уведомить руководство «Тесей-Электроникс», – объявила я.

– Да, пошла ты на хрен вместе со своими уведомлениями, – Сет махнул рукой, рыская глазами по отсеку в поисках неисправного блока. Роботы летали вокруг головы механика, послушно направляя свет в сторону его взгляда.

– Правая сторона? – проговорил Сет. – Кажется, вижу. Фу, как воняет гарью!

Под лучами прожекторов предстал корпус неисправного генератора. Он был объят толстым покрывалом пыли, на стыках элементов проступала ржавчина под слоями облетевшей краски, из устройства выходили множества разноцветных толстых жгутов с проводами. На самом генераторе была нанесена разметка «Высокое напряжение, к блоку допускается только авторизированный персонал».

Он наклонился к магистрали со жгутами и осмотрел кабели.

– Разъем перегревается, скорее всего, из-за высокого сопротивления. Надо просто его переподключить, зачистить тут, вот и всё. Менять его?.. Бесполезно. Это летающее корыто пора уже отправлять в капиталку, – произнес электромеханик вслух.

– Напоминаю, что необходимо вручную отключить контур питания блока, – снова донесся мой голос до электромеханика.

– Маме своей будешь напоминать, – огрызнулся Сет. – Сама чеши в другой отсек и отключай!

Он достал из аптечки клещи с заземляющим контактом, провод от которого тянулся к его костюму, и подсоединил их к корпусу блока генератора.

Сет выкрутил фиксаторы разъема и обхватил его голыми руками, затем уперся одной ногой в блок и начал тянуть жгут проводов на себя, раскачивая его из стороны в сторону.

В момент отсоединения контактов раздался резкий треск, яркая вспышка света озарила отсек. Сета резко отбросило от блока, он упал на пол, сцепив руки вместе. Роботы-прожекторы разлетелись в разные стороны.

– Ай, сволочь ты! – Закричал электромеханик, корчившись от боли.

– Что случилось?

– Что случилось! Что случилось! Мне обожгло руку дугой! Дура! – Завопил Сет.

– Капитан, – мне пришлось связаться с Александром, – у нас инцидент: Сет Месгхад получил травму.

– Что за дела там?! Он в сознании?! Может передвигаться?! Сет?! – Воскликнул командир корабля.

– Да, он в сознании, он обжёг руку, – ответила я.

– Я в порядке! – Прокричал электромеханик. – Рука болит. Ай… – Он медленно встал на ноги и начал рассматривать поврежденную ладонь. На руке красовалось красно-бурое пятно. По ладони расползались волдыри.

– Иди срочно к Со Ён! – Скомандовал капитан.

– Да… И чёрт с ним, само пройдёт, – пробурчал Сет.

– Ты меня не понял, что ли?! Иди к медику! Это приказ! Мне ещё не хватало на корабле осложнений с экипажем!

Сет, опустив голову, медленно направился к выходу из отсека. Роботы, освещая путь, последовали за ним.

– Капитан, у нас вышел из строя генератор второго блока, – объявила я. – Сет получил травму, когда пытался его починить. Отключён провод питания, разъем подводящего кабеля неисправен.

– Это хреново, – отозвался Александр. – Ариадна, какова потребность в энергообеспечении?

– Обеспечение потребностей корабля электроэнергией составляет 87 %. Запас электроснабжения отсутствует. В отсеке также отключилось внешнее освещение. Сет указал на неисправность контроллера освещения. Мы можем вызвать аварийный шаттл со станции граничного контроля Рубикон для устранения неисправности.

– Боюсь, у нас нет на это времени, срок доставки груза поджимает. Отправляемся с орбиты, – огорченно ответил Александр.

–Капитан, отсутствие достаточного питания для корабля ставит под угрозу безопасность экипажа. Следует устранить неисправности, – заявила я.

– Слушай, Ариадна, кто капитан на корабле?

– Вы – Александр Серпентов.

– Значит, ещё раз повторяю для тех, кто не понял с первого раза: корабль продолжает рейс! И это не обсуждается!

– Но я не могу позволить продолжить рейс – это нарушение первой директивы.

– Не надо мне рассказывать про первую директиву, Ариадна! Ясно?! Мы не на Земле, а в космосе, на коммерческом транспорте! На Рубиконе полно других кораблей! И все шаттлы, скорее всего, заняты! Мы подвергнемся большей опасности, если останемся на орбите, да ещё и опоздаем с доставкой груза! С 80 % электроснабжения мы сможем дойти до Наксоса! Осталось немного! Ещё три дня продержаться! Половина! Столько же и всё! Доложишь мне о состоянии электрика после оказания первой помощи! Вперед! Выполняй!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.