Антология мировой философии. Древний Восток

© Харвест, 2001

* * *

Часть I. Древнеегипетская цивилизация

Философская мысль у древних народов, в том числе и у египтян, восходит к мифологическим истокам и оперирует мифологическими представлениями о месте человека в мире. Восхваление Божественной справедливости как основы земных порядков содержится в целом ряде древнеегипетских источников, в частности в «Поучении Птахотепа» и «Книге мертвых». В последней можно увидеть, как в сознании древних египтян личность человека обретает ответственность перед самим собой.

В дидактическом «Поучении Птахотепа» (эпоха Среднего царства), содержащем изречения «житейской мудрости», подчеркивается естественное равенство всех свободных и обосновывается необходимость добродетельного и справедливого поведения; в «Прославлении писцов» утверждается, что произведения письменности увековечивают их авторов.

Из долины Нила дошла до нас древнейшая религиозно-философская поэзия. О сложных представлениях о жизни и смерти свидетельствует «Песнь из дома усопшего царя Антефа, начертанная перед певцов с арфой» (эпоха Среднего царства), автор которой проявляет скептицизм, недостаток благочестия, призывая «праздновать прекрасный день», не думая о смертном часе. В другом тексте – «Похвала смерти» – лишь меланхолически констатируется неотвратимость вечности. О тенденции к монотеизму в древнеегипетской цивилизации говорит знаменитый «Гимн Атону» (XV в. до н. э.), возможно сочиненный самим фараоном-реформатором Эхнатоном, в котором прославляется лучезарная ипостась Бога, дарящего радость всему живому.

Отрывок из «Поучений Птахотепа» и «Похвала смерти» предлагаются в переводе В. Потаповой; «Песнь из дома усопшего царя Антефа, начертанная перед певцом с арфой» и «Прославление писцов» – в переводе А. Ахматовой по книге: Лирика Древнего Египта. M., 1965. Остальные тексты даются в переводе М. Коростовцева по книге: Поэзия и проза Древнего Востока. M., 1973.

Из [ «Поучений Птахотепа»]

1

Ученостью зря не кичись!

Не считай, что один ты всеведущ!

Не только у мудрых —

И неискушенных совета ищи.

Искусство не знает предела.

Разве может художник достигнуть вершин мастерства?

Как изумруд скрыто под спудом разумное слово.

Находишь его между тем у рабыни, что мелет зерно.

2

Если дружбой дорожишь

Ты в дому, куда вступаешь

Как почтенный гость иль брат, —

Обходи с опаской женщин!

Не к добру сближенье с ними,

Раскусить их мудрено.

Тьмы людей пренебрегли

Ради них своею пользой.

Женских тел фаянс прохладный ослепляет, обольщает,

Чтобы тотчас превратиться в пламенеющий сардоникс.

Обладанье ими – краткий сон.

Постиженье их – подобно смерти!

3

Если ты склонен к добру, заведи себе дом.

Как подобает, его госпожу возлюби.

Чрево ее насыщай, одевай ее тело,

Кожу ее умащай благовонным бальзамом,

Сердце ее услаждай, поколе ты жив!

Она – превосходная пашня для своего господина.

«Песнь из дома усопшего царя Антефа, начертанная перед певцом с арфой»

Процветает он, этот добрый властитель,

Прекрасный конец настиг его.

Одни поколения проходят, а другие продолжают существовать

Со времен предков.

Боги, бывшие некогда,

Покоятся в своих пирамидах.

Благородные и славные люди

Тоже погребены в своих пирамидах.

Они строили дома —

Не сохранилось даже место, где они стояли,

Смотри, что случилось с ними.

Я слышал слова Имхотепа и Джедефхора,

Слова, которые все повторяют.

А что с их гробницами?

Стены обрушились,

Не сохранилось даже место, где они стояли,

Словно никогда их и не было.

Никто еще не приходил оттуда,

Чтоб рассказать, что там,

Чтоб поведать, чего им нужно,

И наши сердца успокоить,

Пока мы сами не достигнем места,

Куда они удалились.

А потому утешь свое сердце,

Пусть твое сердце забудет

О приготовленьях к твоему просветленью.

Следуй желаньям сердца,

Пока ты существуешь.

Надуши свою голову миррой,

Облачись в лучшие ткани.

Умасти себя чудеснейшими благовоньями

Из жертв богов.

Умножай свое богатство.

Не давай обессилеть сердцу.

Следуй своим желаньям и себе на благо.

Свершай дела свои на земле

По веленью своего сердца,

Пока к тебе не придет тот день оплакиванья.

Утомленный сердцем не слышит их криков и воплей;

Причитания никого не спасают от могилы.

А потому празднуй прекрасный день

И не изнуряй себя.

Видишь, никто не взял с собой своего достоянья.

Видишь, никто из ушедших не вернулся обратно.

[ «Похвала смерти»]

Благолюбивые духи, Гелиополя девять богов!

Услышьте похвальное слово «Отцу божества».

Был он саном возвышен и безупречен душой.

В городе Вечности он сопричислен к бессмертным богам.

Вы печетесь о судьбах

Посетителей этой гробницы.

Мне песни известны, что издревле взывают со стен усыпальниц,

Бытие восхваляя земное обители вечной в ущерб.

Зачем они сводят на нет славу загробного мира, —

Страны справедливой, блаженной, где страху нет места,

Обители упокоенья, чьим жильцам омерзительны распри,

Где нечего ближних бояться, ибо нету вражды в этом крае?

Наши предки покоятся там со времен мирозданья.

Из тех, что родятся на свет во множестве неисчислимом,

Не осядет в Египте никто:

В городе Вечности всем поголовно приют уготован.

Разве долго продлится пора гостеванья земного?

Время, как сон, промелькнет,

И «добро пожаловать!» – скажут

В полях Заката пришельцу.

[ «Прославление писцов»]

Мудрые писцы

Времен преемников самих богов,

Предрекавшие будущее,

Их имена сохранятся навеки.

Они ушли, завершив свое время,

Позабыты все их близкие.

Они не строили себе пирамид из меди

И надгробий из бронзы.

Не оставили после себя наследников,

Детей, сохранивших их имена.

Но они оставили свое наследство в писаниях,

В поучениях, сделанных ими.

Писания становились их жрецами,

А палетка для письма – их сыном,

Их пирамиды – книги поучений,

Их дитя – тростниковое перо,

Их супруга – поверхность камня,

И большие и малые —

Все их дети,

Потому что писец – их глава.

Построены были двери и дома, но они разрушились,

Жрецы заупокойных служб исчезли,

Их памятники покрылись грязью,

Гробницы их забыты.

Но имена их произносят, читая эти книги,

Написанные, пока они жили,

И память о том, кто написал их, Вечна.

Стань писцом, заключи это в своем сердце,

Чтобы имя твое стало таким же.

Книга лучше расписного надгробья

И прочной стены.

Написанное в книге возводит дома и пирамиды – в сердцах тех,

Кто повторяет имена писцов,

Чтобы на устах была истина.

Человек угасает, тело его становится прахом,

Все близкие его исчезают с земли,

Но писания заставляют вспоминать его

Устами тех, кто передает это в уста других.

Книга нужнее построенного дома,

Лучше гробниц на Западе,

Лучше роскошного дворца,

Лучше памятника в храме.

Есть ли где-нибудь кто-то, подобный Джедефхору?

Есть ли кто-то, подобный Имхотепу?

Нет среди нас такого, как Нефри

И Хетти, первого из всех.

Я напомню тебе имя Птахемджхути

И Хахеперра-сенеба.

Есть ли кто-нибудь, подобный Птахотепу

Или Каресу?

Мудрецы, предрекавшие будущее, —

Вышло так, как говорили их уста.

Это написано в их книгах,

Это существует в виде изречения.

Их наследники – дети разных людей,

Как будто все они – их собственные дети,

Они скрыли свое волшебство от людей,

Но их читают в наставлениях.

Они ушли,

Имена их исчезли вместе с ними,

Но писания заставляют

Вспомнить их.

Из [ «Книги мертвых»]

Глава 125

[ВВЕДЕНИЕ]

Привет тебе, Великий Бог, Владыка Двух Истин!

Я пришел, дабы узреть твою красоту!

Я знаю тебя, я знаю имена сорока двух богов, пребывающих здесь, на Великом Дворе Двух Истин, – они поджидают злодеев и пьют их кровь в день, как предстанут злодеи на суд Уннефера. Вот, я знаю вас, Владыки справедливости! К вам прихожу со справедливостью, ради вас отринул несправедливость.

[ПЕРВАЯ ОПРАВДАТЕЛЬНАЯ РЕЧЬ УМЕРШЕГО]

1 Я не чинил зла людям.

2 Я не нанес ущерба скоту.

3 Я не совершил греха в месте Истины.

4 Я не […]

5 Я не творил дурного.

6 […]

7 Имя мое не коснулось слуха кормчего священной ладьи.

8 Я не кощунствовал.

9 Я не поднимал руку на слабого.

10 Я не делал мерзкого пред богами.

11 Я не угнетал раба пред лицом его господина.

12 Я не был причиною недуга.

13 Я не был причиною слез.

14 Я не убивал.

15 Я не приказывал убивать.

16 Я никому не причинял страданий.

17 Я не истощал припасы в храмах.

18 Я не портил хлебы богов.

19 Я не присваивал хлебы умерших.

20 Я не совершал прелюбодеяния.

21 Я не сквернословил.

22 Я не прибавлял к мере веса и не убавлял от нее.

23 Я не убавлял от аруры.

24 Я не обманывал и на полар-уры.

25 Я не давил на гирю.

26 Я не плутовал с отвесом.

27 Я не отнимал молока от уст детей.

28 Я не сгонял овец и коз с пастбища их.

29 Я не ловил в силки птицу богов.

30 Я не ловил рыбу богов в прудах ее.

31 Я не останавливал воду в пору ее.

32 Я не преграждал путь бегущей воде.

33 Я не гасил жертвенного огня в час его.

34 Я не пропускал дней мясных жертвоприношений.

35 Я не распугивал стада в имениях Бога.

36 Я не чинил препятствий Богу в его выходе.

37 Я чист, я чист, я чист, я чист!

Чистота моя – чистота великого феникса в Гераклеополе, ибо я нос Владыки дыхания, что дарует жизнь всем египтянам в сей день полноты ока Хора в Гелиополе – во второй месяц зимы, в день последний – в присутствии Владыки этой земли.

Да, я зрел полноту ока Хора в Гелиополе!

Не случится со мной ничего дурного в этой стране, на Великом Дворе Двух Истин, ибо я знаю имена сорока двух богов, пребывающих на нем, сопутников Великого Бога.

[ВТОРАЯ ОПРАВДАТЕЛЬНАЯ РЕЧЬ УМЕРШЕГО]

1 О Усех-немтут, являющийся в Гелиополе, я не чинил зла!

2 О Хепет-седежет, являющийся в Хера-ха, я не крал!

3 О Денджи, являющийся в Гермополе, я не завидовал!

4 О Акшут, являющийся в Керерт, я не грабил!

5 О Нехехау, являющийся в Ра-Сетау, я не убивал!

6 О Рути, являющийся на небе, я не убавлял от меры веса!

7 О Иртиемдес, являющийся в Летополе, я не лицемерил!

8 О Неби, являющийся задом, я не святотатствовал!

9 О Сед-кесу, являющийся в Гераклеополе! Я не лгал!

10 О Уди-Несер, являющийся в Мемфисе, я не крал – съестного!

11 О Керти, являющийся на Западе, я не ворчал попусту!

12 О Хеджи-ибеху, являющийся в Фаюме, я ничего не нарушил!

13 О Унем-сенф, являющийся у жертвенного алтаря, я не резал коров и быков, принадлежащих богам!

14 О Унем-бесеку, являющийся в подворье 30-ти, я не захватывал хлеб в колосьях!

15 О Владыка Истины, являющийся в Маати, я не отбирал печеный хлеб!

16 О Тенми, являющийся в Бубасте, я не подслушивал!

17 О Аади, являющийся в Гелиополе! Я не пустословил!

18 О Джуджу, являющийся в Анеджи! Я не ссорился из-за имущества!

19 О Уамти, являющийся в месте суда, я не совершал прелюбодеяния!

20 О Манитеф, являющийся в храме Мина, я не – совершал непристойного!

21 О Хериуру, являющийся в Имад, я не угрожал!

22 О Хеми, являющийся в Туи, я ничего не нарушил!

23 О Шед-Херу, являющийся в Урит, я не гневался!

24 О Нехен, являющийся в Хеха-Джи, я не был глух к правой речи!

25 О Сер-Херу, являющийся в Унси, я не был несносен!

26 О Басти, являющийся в Шетит, я не подавал – знаков в суде!

27 О Херефхаеф, являющийся в Тепхет-Джат, я не мужеложствовал!

28 О Та-Ред, являющийся на заре! Не скрывает ничего мое сердце!

29 О Кенемтче, являющийся во мраке, я не оскорблял другого!

30 О Инхетенеф, являющийся в Саисе, я не был груб – с другим!

31 О Неб-Херу, являющийся в Неджефет, я не был – тороплив в сердце моем!

32 О Серехи, появляющийся в Удженет, я не нарушил…

33 О Неб-Аци, появляющийся в Сиуте, я не был болтлив!

34 О Нефертум, являющийся в Мемфисе, нет на мне – пятна, я не делал худого!

35 О Тем-Сен, являющийся в Бусирксе, я не оскорблял царя!

36 О Иремибеф, являющийся в Чебу, я не плавал в воде!

37 О Хеи, являющийся в Куне, я не шумел!

38 О Уджи-рехит, являющийся в подворье, я не кощунствовал!

39 О Нехеб-Неферт, являющийся в Нефер, я не надменничал!

40 О Нехеб-Хау, являющийся в городе, я не отличал – себя от другого!

41 О Джесер-теп, являющийся в пещере, […]

42 О Инаеф, появляющийся в Югерт, я не оклеветал Бога в городе своем!

[ «Гимн Богу Атону»]

(1) Прославляем Бога по имени его: «Жив бог Ра-Хорахти, ликующий на небосклоне, в имени его имя Шу, – он и есть Атон». Да живет он во веки веков, Атон живой и великий, Владыка всего, что обегает диск солнца, Владыка неба и Владыка земли, Владыка храма Атона в Ахетатоне и слава царя Верхнего и Нижнего Египта, живущего правдою, слава Владыки Обеих Земель Неферхепрура, единственного у Ра, сына Ра, живущего правдою, Владыки венцов Эхнатона, – да продлятся дни его жизни! – слава великой царицы, любимой царем, Владычицы Обеих Земель, Нефернефруитен Нефертити, – да живет она, да будет здрава и молода во веки веков!

(2) Говорит он Эйе: «Ты сияешь прекрасно на склоне неба, диск живой, начало жизни! Ты взошел на восточном склоне неба и всю землю нисполнил своею красотою. Ты прекрасен, велик, светозарен! Ты высоко над всей землею! Лучи твои объемлют все страны, до пределов того, что создано тобою.

(3) Ты Ра, ты достигаешь пределов.

Ты подчиняешь дальние земли сыну, любимому тобою. Ты далек, но лучи твои на земле, ты пред людьми […] твое движение. Ты заходишь на западном склоне неба – и земля во мраке, наподобие застигнутого смертью. Спят люди в домах, и головы их покрыты, и не видит один глаз другого, и похищено имущество их, скрытое под изголовьем их, – а они не ведают.

(4) Лев выходит из своего логова. Змеи жалят людей во мраке, когда приходит ночь и земля погружается в молчание, ибо создавший все опустился на небосклоне своем. Озаряется земля, когда ты восходишь на небосклоне; ты сияешь, как солнечный диск, ты разгоняешь мрак, щедро посылая лучи свои, и Обе Земли просыпаются, ликуя, и поднимаются на ноги. Ты разбудил их – и они омывают тела свои и берут одежду свою.

(5) Руки их протянуты к тебе, они прославляют тебя, когда ты сияешь надо всею землей, и трудятся они, выполняя свои работы. Скот радуется на лугах своих, деревья и травы зеленеют, птицы вылетают из гнезд своих, и крылья их славят твою душу. Все животные прыгают на ногах своих, все крылатое летает на крыльях своих —

(6) все оживают, когда озаришь ты их сияньем своим. Суда плывут на север и на юг, все пути открыты, когда ты сияешь. Рыбы в реке резвятся пред ликом твоим, лучи твои [проникают] в глубь моря, ты созидаешь жемчужину в раковине, ты сотворяешь семя в мужчине, ты даешь жизнь сыну во чреве матери его, ты успокаиваешь дитя – и оно не плачет, – ты питаешь его

(7) во чреве, ты даруешь дыхание тому, что ты сотворил, в миг, когда выходит дитя из чрева […] день своего рождения, ты отверзаешь уста его, ты создаешь все, что потребно ему. Когда птенец в яйце и послышался голос его, ты посылаешь ему дыхание сквозь скорлупу и даешь ему жизнь. Ты назначаешь ему срок разбить яйцо, и вот выходит он из яйца, чтобы подать голос в назначенный тобою срок. И он идет на лапках своих, когда покинет свое яйцо. О, сколь многочисленно творимое тобою и скрытое от мира людей, Бог единственный,

(8) нет другого, кроме тебя! Ты был один – и сотворил землю по желанию сердца твоего, землю с людьми, скотом и всеми животными, которые ступают ногами своими внизу и летают на крыльях своих вверху. Чужеземные страны, Сирия, Куш, Египет – каждому человеку отведено тобою место его. Ты создаешь все, что потребно им. У каждого своя пища, и каждому отмерено время жизни его. Языки людей различаются меж собою, несхожи и образы их, и

(9) цвет кожи их, ибо отличил ты одну страну от другой. Ты создал Нил в преисподней и вывел его на землю по желанию своему, чтобы продлить жизнь людей, – подобно тому как даровал ты им жизнь, сотворив их для себя, о всеобщий Владыка, утомленный трудами своими, Владыка всех земель, восходящий ради них, диск солнца дневного, великий, почитаемый! Все чужеземные, далекие страны созданы тобою и живут милостью твоею, – ведь это ты даровал небесам их Нил, чтобы падал он наземь, —

(10) и вот на горах волны, подобные волнам морским, и они напоят поле каждого в местности его. Как прекрасны предначертания твои, Владыка вечности! Нил на небе – для чужестранцев и для диких животных о четырех ногах, а Нил, выходящий из преисподней, – для Земли Возлюбленной. Лучи твои кормят все пашни: ты восходишь – и они живут и цветут. Ты установил ход времени, чтобы вновь и вновь рождалось сотворенное тобою, – установил

(11) зиму, чтобы охладить пашни свои, жару, чтобы […]. Ты создал далекое небо, чтобы восходить на нем, чтобы видеть все, сотворенное тобой. Ты единственный, ты восходишь в образе своем, Атон живой, сияющий и блестящий, далекий и близкий! Из себя, единого, творишь ты миллионы образов своих. Города и селения, поля и дороги и Река созерцают тебя, каждое око устремлено к тебе, когда ты, диск дневного солнца,

(12) […] Ты в сердце моем, и нет другого, познавшего тебя, кроме сына твоего Неферхепрура, единственного у Ра, ты даешь сыну своему постигнуть предначертания твои и мощь твою. Вся земля во власти твоей десницы, ибо ты создал людей; ты восходишь – и они живут, ты заходишь – и они умирают. Ты время их жизни, они живут в тебе. До самого захода твоего все глаза обращены к красоте твоей. Останавливаются все работы, когда заходишь ты на западе. Когда же восходишь, то велишь процветать […] для царя. Спешат все ноги с тех пор, как ты основал земную твердь. Ты пробуждаешь всех ради сына твоего, исшедшего из плоти твоей, для царя Верхнего и Нижнего Египта, живущего правдою, Владыки Обеих Земель, Неферхепрура, единственного у Ра, сына Ра, живущего правдой, Владыки венцов Эхнатона великого, – да продлятся дни его! – и ради великой царицы, любимой царем, Владычицы Обеих Земель Нефернефруитен Нефертити, – да живет она, да будет молода она во веки веков!».

Часть II. Древние цивилизации Месопотамии (Шумер и Вавилон)

Самым видным памятником шумеро-вавилонской литературы, вошедшим в золотой фонд мировой культуры, является цикл эпических сказаний о герое Гильгамеше, легендарном правителе Урука, и его друге Энкиду.

Первые поэмы о Гильгамеше (их насчитывается пять), созданные древними шумерами, восходят к первой половине III тысячелетия до н. э.

Эпос стал известен благодаря открытию ассирийской библиотеки Ашшурбанипала (669 – ок. 633 до н. э.) в Ниневии, где была найдена наиболее полная его версия – «ниневийская», под названием «“О все видавшем” со слов Синлеке-уннинни, заклинателя».

Эпос о Гильгамеше пронизан философскими раздумьями над проблемами бытия, смерти, добра и зла, пределов человеческих возможностей. В центре его – путешествие героя как история обретения мудрости и морального совершенства.

Под влиянием дружбы с Энкиду Гильгамеш решает: «все, что есть злого, уничтожить на свете»; еще один скачок духовного роста героя – его отчаяние при виде смерти, раздумья о смысле жизни и, наконец, высшее проявление мужества – признание собственного поражения в поисках бессмертия, понимание недостижимости этой главной цели странствий, что является и трагической победой эпического персонажа.

Можно сказать, что финал эпоса парадоксален, так как он представляет триумф героя через изображение неудачи; конечный результат – обретенная мудрость.

«Вавилонская теодицея» – условное название аккадской поэмы, написанной в первой половине XI тысячелетия до н. э. вавилонским жрецом – заклинателем Эсагилкиниуббибом. Основная тема поэмы – страдание невинных, проблема, которая являлась одной из центральных в вавилонской литературе.

«Вавилонская теодицея» («теодицея» – «богооправдание») представляет собой диалог между Страдальцем, обличающим царящую в мире несправедливость, и утешающим его Другом, который приводит в ответ традиционные возражения.

Поэма предвосхищает темы библейских Книг Иова и Экклезиаста.

«Песнь о Гильгамеше» печатается в переводе И. Дьяконова по книге: Поэзия и проза Древнего Востока. M., 1973;

«Вавилонская теодицея» – в переводе И. С. Клокова по книге: Хрестоматия по истории Древнего Востока: Учебное пособие в двух частях. Ч. I. Под ред. М. А. Коростовцева, И. С. Кацнельсона, В. И. Кузищина. М., 1980.

«Песнь о Гильгамеше» («“О все видавшем”, Со слов Синлеке-уннинни, заклинателя»)

ТАБЛИЦА I

(Публикуемый перевод следует «ниневийской» версии поэмы (НВ), однако полный текст ее, составляющий в древности около 3-х тысяч стихов, не восстановлен по ряду причин. Все версии сохранились только в отрывках. Переводчик, естественно каждый раз это отмечая, восполнял лакуны НВ по близкой ей «старовавилонской» версии (СВ) – стихи помечены одной звездочкой впереди, и изредка даже по «периферийной», тогда стихи помечены двумя звездочками; если же какой-либо отрывок не сохранился полностью ни в одной версии, но лакуны между сохранившимися кусками невелики, предполагаемое содержание досочинялось переводчиком стихами же, – такие стихи или части стихов выделены в тексте полужирным курсивом. Таким же курсивом набраны стихи и части стихов, которые представляют собой реконструкции разрушенных или неполных мест.)

I 1 О все видавшем до края мира,

О познавшем моря, перешедшем все горы,

О врагов покорившем вместе с другом.

О постигшем премудрость, о все проницавшем

5 Сокровенное видел он, тайное ведал,

Принес нам весть о днях до потопа,

В дальний путь ходил, но устал и смирился,

Рассказ о трудах на камне высек,

Стеною обнес Урук огражденный,

10 Светлый амбар Эа́ ны священной. —

Осмотри стену, чьи венцы, как по нити,

Погляди на вал, что не знает подобья,

Прикоснись к порогам, лежащим издревле,

И вступи в Эану, жилище И́штар, —

15 Даже будущий царь не построит такого, —

Поднимись и пройди по стенам Урука,

Обозри основанье, кирпичи ощупай;

Его кирпичи не обожжены ли

И заложены стены не семью ль мудрецами?

* Велик он более [всех человеков],

(Далее недостает около тридцати стихов.)

II

1 На две трети он Бог, на одну – человек он,

Образ его тела на вид несравненен,

(Далее недостает четырех стихов.)

7 Стену Урука он возносит.

Буйный муж, чья глава, как у тура, подъята,

Чье оружье в бою не имеет равных, —

10 Все его товарищи встают по барабану!

По спальням страшатся мужи Урука:

«Отцу Гильгамеш не оставит сына!

Днем и ночью буйствует плотью:

Гильгамеш ли то, пастырь огражденного Урука,

15 Он ли пастырь сынов Урука,

Мощный, славный, все постигший?

Матери Гильгамеш не оставит девы,

Зачатой героем, суженой мужу!»

Часто их жалобу слыхивали боги,

Боги небес призвали Владыку Урука:

20 «Создал ты буйного сына, чья глава, как у тура подъята,

Чье оружье в бою не имеет равных, —

Все его товарищи встают по барабану,

23 Отцам Гильгамеш сыновей не оставит!

23а Днем и ночью буйствует плотью:

Он ли – пастырь огражденного Урука,

Он ли пастырь сынов Урука,

Мощный, славный, все постигший?

Матери Гильгамеш не оставит девы,

Зачатой героем, суженой мужу!»

Часто их жалобу слыхивал А́ну.

30 Воззвали они к великой Аруру:

30а «Аруру, ты создала Гильгамеша,

31 Теперь создай ему подобье!

31а Когда отвагой с Гильгамешем он сравнится,

Пусть соревнуются, Урук да отдыхает».

33 Аруру, услышав эти речи,

33а Подобье Ану создала в своем сердце,

Умыла Аруру руки,

34а Отщипнула глины, бросила на землю,

35 Слепила Энкиду, создала героя.

35а Порожденье полуночи, воин Нинурты,

36 Шерстью покрыто все его тело,

36а Подобно женщине, волосы носит,

37 Пряди волос как хлеба́ густые;

38 Ни людей, ни мира не ведал,

38а Одеждой одет он, словно Суме́кан.

Вместе с газелями ест он тра́вы,

40 Вместе со зверьми к водопою теснится,

Вместе с тварями сердце радует водою,

Человек – ловец-охотник

Перед водопоем его встречает.

44 Первый день, и второй, и третий

44а Перед водопоем его встречает.

45 Увидел охотник – в лице изменился,

Со скотом своим домой вернулся,

Устрашился, умолк, онемел он,

В груди его – скорбь, его лик затмился,

Тоска проникла в его утробу,

50 Идущему дальним путем стал лицом подобен.

III

1 Охотник уста открыл и молвит, вещает он отцу своему:

«Отец, некий муж, что из гор явился, —

Во всей стране рука его могуча,

Как из камня с небес крепки его руки,

5 Бродит вечно по всем горам он,

Постоянно со зверьем к водопою теснится,

Постоянно шаги направляет к водопою.

Боюсь я его, приближаться не смею!

Я вырою ямы – он их засыплет,

10 Я поставлю ловушки – он их вырвет,

Из рук моих уводит зверье и тварь степную, —

Он мне не дает в степи трудиться!»

Отец его уста открыл и молвит, вещает он охотнику:

«Сын мой, живет Гильгамеш в Уруке,

15 Нет никого его сильнее,

16 Во всей стране рука его могуча,

16а Как из камня с небес, крепки его руки!

Иди, лицо к нему обрати ты,

Ему расскажи о силе человека.

Даст тебе он блудницу – приведи ее с собою:

20 Победит его женщина, как муж могучий!

Когда он поит зверье у водопоя,

Пусть сорвет она одежду, красы свои откроет,

Увидев ее, приблизится к ней он

Покинут его звери, что росли с ним в пустыне!»

25 Совету отца он был послушен,

Охотник отправился к Гильгамешу,

Пустился в путь, стопы обратил к Уруку,

Пред лицом Гильгамеша промолвил слово:

«Некий есть муж, что из гор явился,

30 Во всей стране рука его могуча,

Как из камня с небес, крепки его руки!

Бродит вечно по всем горам он,

Постоянно со зверьем к водопою теснится,

Постоянно шаги направляет к водопою.

35 Боюсь я его, приближаться не смею!

Я вырою ямы – он их засыплет,

Я поставлю ловушки – он их вырвет,

Из рук моих уводит зверье и тварь степную, —

Он мне не дает в степи трудиться!»

40 Гильгамеш ему вещает, охотнику:

«Иди, мой охотник, блудницу Ша́мхат приведи с собою,

Когда он поит зверей у водопоя,

Пусть сорвет она одежду, красы свои откроет, —

Ее увидев, к ней подойдет он —

45 Покинут его звери, что росли с ним в пустыне».

Пошел охотник, блудницу Шамхат увел с собою.

Отправились в путь, пустились в дорогу,

В третий день достигли условленного места.

Охотник и блудница сели в засаду —

Один день, два дня сидят у водопоя.

Приходят звери, пьют у водопоя,

IV

1 Приходят твари, сердце радуют водою,

И он, Энкиду, чья родина – горы,

Вместе с газелями ест он травы,

Вместе со зверьми к водопою теснится,

5 Вместе с тварями сердце радует водою.

Увидала Шамхат дикаря-человека,

Мужа-истребителя из глуби степи:

«Вот он, Шамхат! Раскрой свое лоно,

Свой срам обнажи, красы твои да постигнет!

11 Увидев тебя, к тебе подойдет он —

10 Не смущайся, прими его дыханье,

Распахни одежду, на тебя да ляжет!

Дай ему наслажденье, дело женщин, —

Покинут его звери, что росли с ним в пустыне,

15 К тебе он прильнет желанием страстным».

Раскрыла Шамхат груди, свой срам обнажила,

Не смущалась, приняла его дыханье,

Распахнула одежду, и лег он сверху,

Наслажденье дала ему, дело женщин,

20 И к ней он прильнул желанием страстным.

21 Шесть дней миновало, семь дней миновало —

21a Неустанно Энкиду познавал блудницу,

Когда же насытился лаской,

К зверью своему обратил лицо он

Увидав Энкиду, убежали газели,

25 Степное зверье избегало его тела.

Вскочил Энкиду, – ослабели мышцы,

Остановились ноги, – и ушли его звери.

Смирился Энкиду, – ему, как прежде, не бегать!

Но стал он умней, разуменьем глубже, —

30 Вернулся и сел у ног блудницы,

Блуднице в лицо он смотрит,

И что скажет блудница, – его слушают уши.

Блудница ему вещает, Энкиду:

«Ты красив, Энкиду, ты Богу подобен, —

35 Зачем со зверьем в степи ты бродишь?

Давай введу тебя в Урук огражденный,

К светлому дому, жилищу Ану,

Где Гильгамеш совершенен силой

И, словно тур, кажет мощь свою людям!»

40 Сказала – ему эти речи приятны,

Его мудрое сердце ищет друга.

Энкиду ей вещает, блуднице:

«Давай же, Шамхат, меня приведи ты

К светлому дому святому, жилищу Ану,

45 Где Гильгамеш совершенен силой

И, словно тур, кажет мощь свою людям.

Я его вызову, гордо скажу я,

V

1 Закричу средь Урука: я – могучий,

Я один лишь меняю судьбы,

Кто в степи рожден, – велика его сила!»

«Пойдем, Энкиду, лицо обрати к Уруку, —

5 Где бывает Гильгамеш – я подлинно знаю:

Пойдем же, Энкиду, в Урук огражденный,

Где гордятся люди царственным платьем,

Что ни день, то они справляют праздник,

Где кимвалов и арф раздаются звуки,

10 А блудницы красотою славны:

Сладострастьем полны, – сулят отраду —

Они с ложа ночного великих уводят.

Энкиду, ты не ведаешь жизни, —

Покажу Гильгамеша, что рад стенаньям.

15 Взгляни на него, в лицо погляди ты —

Прекрасен он мужеством, силой мужскою,

Несет сладострастье всё его тело,

Больше тебя он имеет мощи,

Покоя не знает ни днем, ни ночью!

20 Энкиду, укроти твою дерзость:

Гильгамеш – его любит Ша́матш,

Ану, Э́ллиль и Э́а его вразумили.

Прежде чем с гор ты сюда явился,

Гильгамеш среди Урука во сне тебя видел.

25 Встал Гильгамеш и сон толкует,

25а Вещает он своей матери:

«Мать моя, сон я увидел ночью:

Мне явились в нем небесные звезды,

Падал на меня будто камень с неба.

Поднял его – был меня он сильнее,

30 Тряхнул его – стряхнуть не могу я,

Край Урука к нему поднялся,

Против него весь край собрался,

Народ к нему толпою теснится,

Все мужи его окружили,

35 Все товарищи мои целовали ему ноги.

Полюбил я его, как к жене прилепился.

И к ногам твоим его принес я,

Ты же его сравняла со мною».

Мать Гильгамеша мудрая, – все она знает, – вещает она своему господину,

40 Ни́нсун мудрая, – все она знает, – вещает она Гильгамешу

«Тот, что явился, как небесные звезды,

Что упал на тебя, словно камень с неба, —

Ты поднял его – был тебя он сильнее,

Тряхнул его – и стряхнуть не можешь,

47 Полюбил его, как к жене прилепился,

46 И к ногам моим его принес ты,

45 Я же его сравняла с тобою —

VI

1 Сильный придет сотоварищ, спаситель друга,

Во всей стране рука его могуча,

Как из камня с небес, крепки его руки, —

Ты полюбишь его, как к жене прильнешь ты,

5 Он будет другом, тебя не покинет —

Сну твоему таково толкованье».

Гильгамеш ей, матери своей, вещает:

«Мать моя, снова сон я увидел:

В огражденном Уруке топор упал, а кругом толпились:

10 Край Урука к нему поднялся,

11 Против него весь край собрался,

12 Народ к нему толпою теснится, —

14 Полюбил я его, как к жене прилепился,

13 И к ногам твоим его принес я,

15 Ты же его сравняла со мною».

Мать Гильгамеша мудрая, – все она знает, – вещает она своему сыну,

Нинсун мудрая, – все она знает, – вещает она Гильгамешу:

«В том топоре ты видел человека, —

Ты его полюбишь, как к жене прильнешь ты, —

20 Я же его сравняю с тобою —

Сильный, я сказала, придет сотоварищ, спаситель друга,

Во всей стране рука его могуча,

Как из камня с небес, крепки его руки!»

Гильгамеш ей, матери своей, вещает

25 «Если Э́ллиль повелел – да возникнет советчик,

Мне мой друг советчиком да будет,

Я моему другу советчиком да буду!»

Так свои сны истолковал он.

29–30 Рассказала Энкиду Шамхат сны Гильгамеша, – и оба стали любиться.

ТАБЛИЦА II

(В начале таблицы «ниневийской» версии недостает – если не считать маленьких обломков с клинописью – около ста тридцати пяти строк, содержавших эпизод, который в «старовавилонской» версии – так называемой «пенсильванской таблице» – излагается так:)

II. II

17 * «…Энкиду, встань, тебя поведу я

* К храму Эане, жилищу Ану,

* Где Гильгамеш совершенен в деяньях

21 * А ты, как себя, его полюбишь

23 * Встань с земли, с пастушьего ложа

24 * Услыхал ее слово, воспринял речи

25–26 * Женщины совет запал в его сердце

27–28 * Ткань разорвала, одной его одела

29–30 * Тканью второю сама оделась

31–32 * За руку взяв, повела, как ребенка

33–34 * К стану пастушьему, к скотьим загонам

35 * Там вокруг них пастухи собралися

а Шепчут они, на него взирая

б «Муж тот с Гильгамешем сходен обличьем

в Ростом пониже, но костью крепче

г То, верно, Энкиду, порожденье степи

д Во всей стране рука его могуча

е Как из камня с небес, крепки его руки

II. III

1–2 * Молоко звериное сосал он

3 * На хлеб, что пред ним положили

4–5 * Смутившись, он глядит и смотрит

6–7 * Не умел Энкиду питаться хлебом

8–9 * Питью сикеры обучен не был

10–11 * Блудница уста открыла, вещает Энкиду

12–13 * «Ешь хлеб, Энкиду, – то свойственно жизни

14 * Сикеру пей – суждено то миру

15–16 * Досыта хлеба ел Энкиду,

17–18 * Сикеры испил он семь кувшинов.

19 * Взыграла душа его, разгулялась,

20–21 * Его сердце веселилось, лицо сияло.

22–23 * Он ощупал свое волосатое тело,

24–25 * Умастился елеем, уподобился людям,

26–27 * Одеждой оделся, стал похож на мужа.

28–29 * Оружие взял, сражался со львами —

30 * Пастухи покоились ночью.

31–32 * Львов побеждал и волков укрощал он —

33 * Великие пастыри спали:

34–35 * Энкиду – их стража, муж неусыпный,

36–37 * ……………………………………………………………………………..

II

6 Весть принесли в Урук огражденный Гильгамешу:

(Далее в «старовавилонской» версии недостает около пяти-шести стихов.)

IV

9 * Энкиду с блудницей предавался веселью,

10–11 * Поднял взор, человека видит, —

12 * Вещает он блуднице:

13 * «Шамхат, приведи человека!

14–15 * Зачем он пришел? Хочу знать его имя!»

16 * Кликнула блудница человека,

17 * Тот подошел и его увидел.

18–19 * «Куда ты, о муж, поспешаешь? Для чего поход – твой трудный?»

20–21 * Человек уста открыл, вещает Энкиду:

22 * «В брачный покой меня позвали,

23–24 * Но удел людей – подчиненье высшим!

25 * Грузит город кирпичом корзины,

26 * Пропитанье города поручено хохотуньям,

27 * Только царю огражденного Урука

28 * Брачный покой открыт бывает,

29 * Только Гильгамешу, царю огражденного Урука,

30–31 * Брачный покой открыт бывает, —

32 * Обладает он суженой супругой!

33–34 * Так это было; скажу я: так и будет,

35 * Совета богов таково решенье,

36–37 * Обрезая пуповину, так ему судили!»

38–39 * От слов человека лицом побледнел он,

(Недостает около пяти стихов.)

V

7,8 * Впереди идет Энкиду, а Шамхат сзади,

(Далее сохранился отрывок из основной «ниневийской» версии:)

II

35 Вышел Энкиду на улицу огражденного Урука:

36 «Назови хоть тридцать могучих – сражусь я с ними!»

37 В брачный покой преградил дорогу.

38 Край Урука к нему поднялся,

39 Против него весь край собрался,

40 Народ к нему толпою теснится,

41 Мужи вкруг него собралися,

42 Как слабые ребята, целуют ему ноги:

43 «Прекрасный отныне герой нам явился!»

44 Было в ту ночь для Ишхары постелено ложе,

45 Но Гильгамешу, как Бог, явился соперник:

46 В брачный покой Энкиду дверь заградил ногою,

47 Гильгамешу войти он не дал.

48 Схватились в двери брачного покоя,

49 Стали биться на улице, на широкой дороге, —

50 Обрушились сени, стена содрогнулась.

VI

24–25 * Преклонил Гильгамеш на землю колено,

26–27 * Он смирил свой гнев, унял свое сердце.

28–30 * Когда унялось его сердце, Энкиду вещает Гильгамешу:

31–32 * «Одного тебя мать родила такого,

33–34 * Буйволица Ограды, Нинсун!

35 * Над мужами главою ты высоко вознесся,

36–37 * Эллиль над людьми судил тебе царство!»

(Из дальнейшего текста II таблицы в «ниневийской» версии опять сохранились лишь ничтожные отрывки; ясно лишь, что Гильгамеш приводит своего друга к своей матери Нинсун:)

[«………………………………………………………………

……………………………………………………………………]

III

43 Во всей стране рука его могуча,

Как из камня с небес, крепки его руки!

45 Благослови его быть мне братом!»

46–47 Мать Гильгамеша уста открыла, вещает своему господину,

48 Буйволица Нинсун вещает Гильгамешу:

49 «Сын мой, […………………………………………….]

50 Горько [………………………………………………….]»

IV

1 Гильгамеш уста открыл и матери своей вещает:

[«…………………………………………………………..

Подошел он к дверям, вразумил меня мощью,

Горько упрекал он меня за буйство.

5 Не имеет Энкиду ни матери, ни друга,

Распущенные волосы никогда не стриг он,

В степи он рожден, с ним никто не сравнится».

Стоит Энкиду, его слушает речи,

Огорчился, сел и заплакал,

10 Очи его наполнились слезами:

Без дела сидит, пропадает сила.

Обнялись оба друга, сели рядом,

13 За руки взялись, как братья родные.

(Далее содержание может быть восстановлено по III, так называемой «йэльской» таблице «старовавилонской» версии:)

II

32–33 * Гильгамеш наклонил лицо, вещает Энкиду:

34–35 * «Почему твои очи наполнились слезами,

36–37 * Опечалилось сердце, вздыхаешь ты горько?»

38–39 * Энкиду уста открыл, вещает Гильгамешу:

40–41 * «Вопли, друг мой, разрывают мне горло:

42–43 * Без дела сижу, пропадает сила»

44–45 * Гильгамеш уста открыл, вещает Энкиду:

III

1–2 * «Друг мой, далеко есть горы Ливана,

3–4 * Кедровым те горы покрыты лесом,

5 * Живет в том лесу свирепый Хумбаба, —

6 * Давай его вместе убьем мы с тобою,

7 * И все, что есть злого, изгоним из мира!

8–9 * Нарублю я кедра, – поросли им горы, —

10–11 * Вечное имя себе создам я!»

12–13 * Энкиду уста открыл, вещает Гильгамешу:

14 * «Ведомо, друг мой, в горах мне было,

15 * Когда бродил со зверьем я вместе:

16 * Рвы там на поприще есть вкруг леса, —

17 * Кто же проникнет в средину леса?

18 * Хумбаба – ураган его голос,

19–20 * Уста его – пламя, смерть – дыханье!

21–22 * Зачем пожелал ты свершать такое?

23–24 * Неравен бой в жилище Хумбабы!»

25–26 * Гильгамеш уста открыл, вещает Энкиду:

27 * «Хочу я подняться на гору кедра,

28 * И в лес Хумбабы войти я желаю,

(Недостает двух-трех стихов.)

33 * Боевой топор я на пояс повешу —

34–35 * Ты иди сзади, я пойду пред тобою!»

36–37 * Энкиду уста открыл, вещает Гильгамешу:

38–39 * «Как же пойдем мы, как в лес мы вступим?

40–41 * Бог Вэр, его хранитель, – он могуч, неусыпен,

42 * А Хумбаба – Шамаш наделил его силой,

43 * А́дду наделил его отвагой,

44 * [………………………]

V

1 Чтоб кедровый лес оберегал он,

Ему вверил Эллиль страхи людские.

Хумбаба – ураган его голос,

Уста его – пламя, смерть – дыханье!

4 Люди молвят – тяжек и путь к тому лесу.

4а Кто же проникнет в середину леса?

5 Чтоб кедровый лес оберегал он,

5а Ему вверил Эллиль страхи людские,

И кто входит в тот лес, того слабость объемлет».

IV

3–4 * Гильгамеш уста открыл, вещает Энкиду:

5 * «Кто, мой друг, вознесся на небо?

6 * Только боги с Солнцем пребудут вечно,

7 * А человек – сочтены его годы,

8 * Что б он ни делал – все ветер!

9 * Ты и сейчас боишься смерти,

10 * Где ж она, сила твоей отваги?

11–12 * Я пойду пред тобою, а ты кричи мне: «Иди, не бойся!»

13 * Если паду я – оставлю имя:

14–15 * «Гильгамеш принял бой со свирепым Хумбабой!»

16 * Но родился в моем доме ребенок, —

17 * К тебе подбежал: «Скажи мне, все ты знаешь:

18 * […………………………… …]

19 * Что совершил мой отец и друг твой?»

20 * Ты ему откроешь мою славную долю!

21 * [……………………………….]

22 * А своими речами ты печалишь мне сердце!

23–24 * Подниму я руку, нарублю я кедра,

25 * Вечное имя себе создам я!

26 * Друг мой, мастерам я дам повинность:

27 * Оружие пусть отольют перед нами».

28 * Повинность мастерам они дали, —

29 * Сели мастера, обсуждают.

30 * Секиры отлили большие, —

31 * Топоры они отлили в три таланта;

32 * Кинжалы отлили большие, —

33 * Лезвия по два таланта,

34 * Тридцать мин выступы по сторонам у лезвий,

35 * Тридцать мин золота – рукоять кинжала —

36 * Гильгамеш и Энкиду несли по десять талантов.

37 * С ворот Урука сняли семь запоров,

38 * Услыхав о том, народ собрался,

39 * Столпился на улице огражденного Урука.

40 * Гильгамеш ему явился,

41–42 * Собранье огражденного Урука перед ним уселось.

43 * Гильгамеш так им молвит:

44 * «Слушайте, старейшины огражденного Урука,

45 * Слушай, народ огражденного Урука,

V

1 * Гильгамеша, что сказал: хочу я видеть,

2 * Того, чье имя опаляет страны.

3 * В кедровом лесу его хочу победить я,

4–5 * Сколь могуч я, отпрыск Урука, мир да услышит!

6 * Подниму я руку, нарублю я кедра,

7 * Вечное имя себе создам я!»

8 * Старейшины огражденного Урука

9 * Гильгамешу отвечают такою речью:

10 * «Ты юн, Гильгамеш, и следуешь сердцу,

11 * Сам ты не ведаешь, что совершаешь!

12 * Мы слыхали – чудовищен образ Хумбабы, —

13 * Кто отразит его оружье?

14 * Рвы там на поприще есть вкруг леса, —

15 * Кто же проникнет в середину леса?

16 * Хумбаба – ураган его голос,

17 * Уста его пламя, смерть – дыханье!

18 * Зачем пожелал ты свершать такое?

19 * Неравен бой в жилище Хумбабы!»

20 * Услыхал Гильгамеш советников слово,

21 * На друга он, смеясь, оглянулся:

22 * «Вот что теперь скажу тебе, друг мой, —

23 * Боюсь я его, страшусь я сильно:

24 * В кедровый лес пойду я с тобою,

25–26 * Чтоб там не бояться – убьем Хумбабу!»

27 * Старейшины Урука вещают Гильгамешу:

28–29 * [«……………………..

30 * …………………………….]

31–32 * Пусть идет с тобой богиня, пусть хранит тебя Бог твой,

33 * Пусть ведет тебя дорогой благополучной,

34 * Пусть возвратит тебя к пристани Урука!»

35 * Перед Шамашем встал Гильгамеш на колени:

36 * «Слово, что сказали старцы, я слышал, —

37 * Я иду, но к Шамашу руки воздел я:

38 * Ныне жизнь моя да сохранится,

39 * Возврати меня к пристани Урука,

40 * Сень твою простри надо мною!»

(В «старовавилонской» версии следует несколько разрушенных стихов, из которых можно предположить, что Шамаш дал двусмысленный ответ на гаданье героев.)

46–47 * Когда услыхал предсказанье – [………..

48 * …………………] он сел и заплакал,

VI

1 * По лицу Гильгамеша побежали слезы.

2 * «Иду я путем, где еще не ходил я,

3 * Дорогой, которую весь край мой не знает.

4 * Если ныне я буду благополучен,

5 * В поход уходя по доброй воле, —

6 * Тебя, о Шамаш, я буду славить,

7 * Твои кумиры посажу на престолы!»

8 * Было положено пред ним снаряженье,

9 * Секиры, кинжалы большие,

10–11 * Лук и колчан – их дали ему в руки.

12–15 * Взял он топор, набил колчан свой,

14 * На плечо надел он лук аншанский,

15 * Кинжал заткнул он себе за пояс, —

16 * Приготовились они к походу.

(Следуют две неясные строки, затем две соответствующие несохранившейся первой строке III таблицы «ниневийской» версии.)

ТАБЛИЦА III

VI

19 * Старейшины его благословляют,

20 * На дорогу Гильгамешу дают советы:

1, 2 «Гильгамеш, на силу ты свою не надейся,

3 Лицом будь спокоен, ударяй же верно;

4 Впереди идущий сотоварища спасает:

5 Кто ведал тропы, сохранил он друга;

Пускай Энкиду идет пред тобою, —

Он знает дорогу к кедровому лесу,

Битвы он видел, бой ему ведом.

Энкиду, береги сотоварища, храни ты друга

10 Через рытвины носи на руках его тело;

Мы в совете тебе царя поручаем,

Как вернешься ты – нам царя поручишь!»

13–14 Гильгамеш уста открыл и молвит, вещает он Энкиду:

15 «Давай, мой друг, пойдем в Эга́льмах

Пред очи Нинсун, царицы великой!

Нинсун мудрая – все она знает, —

Путь разумный нашим стопам установит!»

За руки взялись они друг с другом,

20 Гильгамеш и Энкиду пошли в Эгальмах

Пред очи Нинсун, царицы великой.

Вступил Гильгамеш в покой царицын:

«Я решился, Нинсун, идти походом,

Дальней дорогой, туда, где Хумбаба,

25 В бою неведомом буду сражаться,

Путем неведомым буду ехать.

Пока я хожу и назад не вернулся,

Пока не достигну кедрового леса,

Пока мной не сражен свирепый Хумбаба,

30 И все, что есть злого, не изгнал я из мира, —

Облачись в одеянье, достойное тела,

Кадильницы Шамашу ставь пред собою!»

Эти речи сына ее, Гильгамеша,

Печально слушала Нинсун, царица.

II

1 Вступила Нинсун в свои покои,

Умыла тело мыльным корнем,

Облачилась в одеянья, достойные тела,

Надела ожерелье, достойное груди,

5 Опоясана лентой, увенчана тиарой,

Чистой водой окропила землю,

Взошла по ступеням, поднялась на крышу.

Поднявшись, для Шамаша свершила воскуренье.

Положила мучную жертву и пред Шамашем – воздела руки:

10 «Зачем ты мне дал в сыновья Гильгамеша

10а И вложил ему в грудь беспокойное сердце?

Теперь ты коснулся его, и пойдет он

Дальней дорогой, туда, где Хумбаба,

В бою неведомом будет сражаться,

Путем неведомым будет ехать,

15 Пока он ходит и назад не вернулся,

Пока не достигнет кедрового леса,

Пока не сражен им свирепый Хумбаба

И все, что есть злого, что ты ненавидишь не изгнал он из мира, —

В день, когда ты ему знаменье явишь,

20 Пусть, тебя не страшась, тебе Айа-невеста – напомнит,

Чтобы ты поручал его стражам ночи

В час вечерний, когда на покой ты уходишь!»

(Далее недостает около девяноста строк.)

IV

15 Потушила курильницу, завершила молитву,

Позвала Энкиду и весть сообщила:

«Энкиду могучий, не мною рожденный!

18–19 Я тебя объявила посвященным Гильгамешу

20 Вместе с жрицами и девами, обреченными Богу».

На шею Энкиду талисман надела,

За руки взялись с ним жены Бога,

А дочери Бога его величали.

«Я – Энкиду! В поход Гильгамеш меня взял с собою!»

25 «Энкиду в поход Гильгамеш взял с собою!»

(Недостает двух стихов.)

28 «…Пока он ходит и назад не вернулся,

28а Пока не достигнет кедрового леса. —

Месяц ли пройдет – я с ним буду вместе,

30 Год ли пройдет – я с ними буду вместе!»

(Далее недостает свыше ста тридцати строк.)

ТАБЛИЦА IV

(От этой таблицы во всех версиях сохранились только фрагменты, взаимное расположение которых не вполне ясно.)

……………………………………………………………….

а Через двадцать поприщ отломили ломтик,

б Через тридцать поприщ на привал остановились,

в Пятьдесят прошли они за день поприщ,

г Путь шести недель прошли – на третий день – достигли Евфрата.

д Перед Солнцем вырыли колодец,

е [………………………………..]

ж Поднялся Гильгамеш на гору, поглядел на окрестность

з «Гора, принеси мне сон благоприятный!»

(Следует четыре непонятных строки; повидимому, Энкиду сооружает палатку для Гильгамеша.)

н Гильгамеш подбородком уперся в колено, —

п Сон напал на него, удел человека.

о Среди ночи сон его прекратился,

р Встал, говорит со своим он другом:

с «Друг мой, ты не звал? Отчего я проснулся?

т Друг мой, сон я нынче увидел,

у Сон, что я видел, – весь он страшен:

ф Под обрывом горы стоим мы с тобою,

х Гора упала и нас придавила,

ц Мы [……………………………..]».

ч Кто в степи рожден – ему ведома мудрость.

ш Вещает другу Гильгамешу, ему сон толкует:

щ «Друг мой, твой сон прекрасен, сон этот для нас – драгоценен,

э Друг мой, гора, что ты видел, – не страшна нисколько:

ю Мы схватим Хумбабу, его повалим,

я А труп его бросим на поруганье!

аа Утром от Шамаша мы слово доброе услышим!»

бб Через двадцать поприщ отломили ломтик,

вв Через тридцать поприщ на привал остановились,

гг Пятьдесят прошли они за день поприщ,

дд Путь шести недель прошли – на третий деньдостигли [………………]

ее Перед Солнцем вырыли колодец,

жж [……………………………..]

зз Поднялся Гильгамеш на гору, посмотрел на окрестность:

ии «Гора, принеси мне сон благоприятный!»

[……………………………..]

нн Среди ночи сон его прекратился,

рр Встал, говорит со своим он другом:

сс «Друг мой, ты не звал? Отчего я проснулся?

тт Друг мой, второй я сон увидел:

3 * Земля растрескалась, земля опустела, земля была в смятенье,

4 * Я схватил было тура степного,

5 * От рева его земля раскололась,

5а * От поднятой пыли затмилось небо,

6 * Пред ним я пал на колено;

7 * Но схватил [………………….]

8 * Руку протянул, с земли меня поднял,

9 * Утолил мой голод, водой напоил из меха».

10 * «Бог, мой друг, к которому идем мы,

11 * Он не тур, а тот не враждебен вовсе;

12 * Тур в твоем сне – это Шамаш светлый,

13 * Руку нам в беде подает он;

14 * Тот, кто водою тебя поил из меха, —

1516 * Это почтил тебя твой Бог, Лугальбанда!

17 * Некое свершим мы дело, какого в мире не бывало

a Утром от Шамаша мы слово доброе услышим

b Через двадцать поприщ отломили ломтик

c Через тридцать поприщ на привал остановились

d Пятьдесят прошли они за день поприщ —

e Путь шести недель прошли и достигли горы́ Ливана

f Перед Солнцем вырыли колодец?

[……………………………..]

h Поднялся Гильгамеш на гору, посмотрел на окрестность

i «Гора, принеси мне сон благоприятный

…………………………………………………………………….

III

6 Гильгамеш подбородком уперся в колено —

Сон напал на него, удел человека.

Среди ночи сон его прекратился,

Встал, говорит со своим он другом:

10 «Друг мой, ты не звал? Отчего я проснулся?

Ты меня не тронул? Отчего я вздрогнул?

Не Бог ли прошел? Отчего трепещет мое тело?

Друг мой, третий сон я увидел,

Сон, что я видел, – весь он страшен!

15 Вопияло небо, земля громыхала,

День затих, темнота наступила,

Молния сверкала, полыхало пламя, —

Огонь разгорался, смерть лила ливнем, —

Померкла зарница, погасло пламя.

20 Жар опустился, превратился в пепел —

В степь мы вернемся, – совет нам нужен!»

22 Тут Энкиду сон его понял, вещает Гильгамешу:

(Далее недостает около ста двадцати стихов; сохранились отдельные отрывки, из которых можно заключить, что герои, возможно, отступили, но затем повторили путешествие, во время которого Гильгамеш видел еще три сна.)

(Последний [?] из снов, в котором Гильгамеш видел великана, Энкиду истолковывает так:)

а′ «Друг мой, таково тому сну толкованье:

б Хумбабу, – того, что подобен великану, —

в′ Пока свет не забрезжит, мы его одолеем,

г′ Над ним мы с тобою победу добудем,

д′ На Хумбабу, кого мы ненавидим яро,

е′ Мы наступим ногою победоносно!»

(Однако по каким-то причинам героям нет удачи, и Гильгамеш вновь взывает к богу Шамашу.)

V

38 Перед Шамашем, воином, бегут его слезы:

«Что ты Нинсун в Уруке поведал,

40 Вспомни, приди и услышь нас!»

Гильгамеша, отпрыска огражденного Урука, —

42 Уст его речь услышал Шамаш —

42а Внезапно с неба призыв раздался:

«Поспеши, подступи к нему, чтоб в лес не ушел он,

Не вошел бы в заросли, от вас бы не скрылся!

45 Он еще не надел свои семь одеяний ужасных,

46 Одно он надел, а шесть еще сняты».

46а А они меж собою схватились,

Словно буйные туры бодают друг друга:

Всего раз закричал еще, полный гнева.

Страж лесов закричал из зарослей дальних,

50 Хумбаба, как гром, закричал издалека!

Гильгамеш уста открыл, ему вещает, Энкиду:

VI

1 «Один – лишь один, ничего он не может,

Чужаками мы здесь будем поодиночке:

По круче один не взойдет, а двое – взберутся,

[……………………………]

5 Втрое скрученный канат не скоро порвется,

Два львенка вместе – льва сильнее!»

(Далее недостает около двадцати строк.)

Энкиду уста открыл, ему вещает, Гильгамешу:

23 «Если бы в лес мы с тобою спустились,

25 Ослабеет тело, онемеют мои руки».

Гильгамеш уста открыл, вещает он Энкиду:

«Друг мой, ужели мы будем так жалки?

Столько гор уже перешли мы,

29 Убоимся ли той, что теперь перед нами,

29а Прежде чем мы нарубим кедра?

30 Друг мой, в сраженьях ты сведущ, битвы тебе знакомы,

Натирался ты зельем и смерти не страшишься,

Как большой барабан гремит твой голос!

Пусть сойдет с твоих рук онеменье, пусть покинет слабость твое тело,

35 Возьмемся за руки, пойдем же, друг мой!

36 Пусть загорится твое сердце сраженьем!

36а Забудь о смерти – достигнешь жизни!

Человек осторожный и неустрашимый,

Идя впереди, себя сохранил бы и товарища спас бы, —

Далеко они свое прославили бы имя!»

40 Так достигли они кедрового леса,

Прекратили свои речи и встали оба..

ТАБЛИЦА V

I

1 Остановились у края леса,

Кедров высоту они видят,

Леса глубину они видят,

Где Хумбаба ходит, – шагов не слышно:

5 Дороги проложены, путь удобен.

Видят гору кедра, жилище богов, престол Ирнини.

Пред горою кедры несут свою пышность,

Тень хороша их, полна отрады,

Поросло там терньем, поросло кустами,

10 Кедры растут, растут олеандры.

Лес на целое поприще рвы окружают,

И еще на две трети рвы окружают.

(Далее недостает почти шестидесяти стихов. В сохранившихся отрывках говорится о «выхваченных мечах», «отравленном железе», о том, что Хумбаба [?] «надел» свои ужасные одеянья-лучи [?], и о возможном «проклятье Эллиля». Далее ведет речь Энкиду:)

II

18 Энкиду уста открыл, вещает Гильгамешу:

«Хумбаба […………………….],

20 Один – лишь один, ничего он не может,

Чужаками мы здесь будем поодиночке,

По круче один не взойдет, а двое – взберутся,

[……………………………………………………….]

Втрое скрученный канат не скоро порвется,

25 Два львенка вместе – льва сильнее!»

(Далее до конца таблицы V текст «ниневийской» версии не сохранился; судя по отрывку хеттского перевода эпоса, герои принялись рубить кедры, но были устрашены появлением Хумбабы, однако Шамаш закричал им с неба, чтобы они не боялись, и послал на помощь восемь ветров, с помощью которых герои одолели Хумбабу. Хумбаба стал просить пощады, но Энкиду отсоветовал Гильгамешу щадить его. Помимо того, нужно было еще «убить» по отдельности волшебные «лучи-одеянья» Хумбабы. Дальнейшее известно лишь из «старовавилонской» версии, так называемого «фрагмента Бауэра»:)

9 * Гильгамеш ему вещает, Энкиду:

10 * «Когда подойдем мы убить Хумбабу,

11 * Лучи сиянья в смятенье исчезнут,

12 * Лучи сиянья исчезнут, свет затмится!»

13 * Энкиду ему вещает, Гильгамешу:

14 * «Друг мой, птичку поймай, – не уйдут и цыплята!

15 * Лучи сиянья потом поищем,

16 * Как цыплята в траве, они разбегутся.

17 * Самого срази, – а прислужников позже».

18 * Как услышал Гильгамеш сотоварища слово, —

19 * Боевой топор он поднял рукою,

20 * Выхватил из-за пояса меч свой, —

21 * Гильгамеш поразил его в затылок,

22 * Его друг, Энкиду, его в грудь ударил;

23 * На третьем ударе пал он,

24 * Замерли его буйные члены,

25 * Сразили они наземь стража, Хумбабу, —

26 * На два поприща вокруг застонали кедры:

27–28 * С ним вместе убил Энкиду леса́ и кедры.

29 * Сразил Энкиду стража ле́са,

30 * Чье слово чтили Ливан и Сари́а,

31 * Покой объял высокие горы,

32 * Покой объял лесистые вершины.

33 * Он сразил защитников кедра —

34 * Разбитые лучи Хумбабы.

34а * Когда их всех семерых убил он,

35 * Боевую сеть и кинжал в семь талантов, —

* Груз в восемь талантов, – снял с его тела,

* Жилище Ануннаков тайное открыл он.

* Гильгамеш деревья рубит, Энкиду пни корчует.

* Энкиду ему вещает, Гильгамешу:

* «Друг мой, Гильгамеш! Мы кедр убили, —

* Повесь боевой топор на пояс,

* Возлей пред Шамашем возлиянье, —

* На берег Евфрата доставим кедры»

(Далее до конца таблицы от текста сохранились только ничтожные фрагменты.)

ТАБЛИЦА VI

1 Он умыл свое тело, все оружье блестело,

Со лба на спину власы он закинул,

С грязным он разлучился, чистым он облачился.

Как накинул он плащ и стан подпоясал,

5 Как венчал Гильгамеш себя тиарой, —

На красоту Гильгамеша подняла очи государыня Иштар:

«Давай, Гильгамеш, будь мне супругом,

Зрелость тела в дар подари мне!

9 Ты лишь будешь мне мужем, я буду женою!

10 Приготовлю для тебя золотую колесницу,

С золотыми колесами, с янтарными рогами,

А впрягут в нее бури – могучих мулов.

Войди в наш дом в благоухании кедра!

Как входить ты в дом наш станешь,

15 И порог и престол да целуют твои ноги,

Да преклонят колени государи, цари и владыки,

Да несут тебе данью дар холмов и равнины,

Твои козы тройней, а овцы двойней да рожают,

Твой вьючный осел пусть догонит мула,

20 Твои кони в колеснице да будут горды в беге,

Под ярмом волы твои да не ведают равных!»

22–23 Гильгамеш уста открыл и молвит, вещает – он государыне Иштар:

«Зачем ты хочешь, чтоб я взял тебя в жены?

25 Я дам тебе платьев, елея для тела,

Я дам тебе мяса в пропитанье и в пищу,

Накормлю тебя хлебом, достойным богини,

Вином напою, достойным царицы,

Твое жилище пышно украшу,

30 Твои амбары зерном засыплю,

Твои кумиры одену в одежды, —

Но в жены себе тебя не возьму я!

Ты – жаровня, что гаснет в холод,

Черная дверь, что не держит ветра и бури,

35 Дворец, обвалившийся на голову герою,

Слон, растоптавший свою попону,

Смола, которой обварен носильщик,

Мех, из которого облит носильщик,

Плита, не сдержавшая каменную стену,

40 Таран, предавший жителей во вражью землю,

Сандалия, жмущая ногу господина!

Какого супруга ты любила вечно,

Какую славу тебе возносят?

Давай перечислю, с кем ты блудила!

45 ……………………………………………………………….

Супругу юности твоей, Думузи,

Из года в год ты судила рыданья.

Птичку-пастушка еще ты любила —

Ты его ударила, крылья сломала;

50 Он живет среди лесов и кричит: «Мои крылья!»

И льва ты любила, совершенного силой, —

Семь и семь ему ты вырыла ловушек.

И коня ты любила, славного в битве, —

Кнут, узду и плеть ты ему судила,

55 Семь поприщ скакать ты ему судила,

Мутное пить ты ему судила,

Его матери, Сили́ли, ты судила рыданья.

И еще ты любила пастуха-козопаса,

Что тебе постоянно носил зольные хлебцы,

60 Каждый день сосунков тебе резал;

Ты его ударила, превратила в волка, —

Гоняют его свои же подпаски,

И собаки его за ляжки кусают.

Ишулла́ ну, садовника отца, ты любила,

65 Что тебе постоянно носил фиников гроздья,

Каждый день тебе стол украшая, —

Подняла ты очи, к нему подошла ты:

«О мой Ишуллану, твоей зрелости вкусим,

И, рукою обнажась, коснись нашего лона!»

70 Ишуллану тебе отвечает:

«Чего ты от меня пожелала?

Чего мать не пекла моя, того не едал я, —

Как же буду есть хлеб прегрешенья и скверны?

Будет ли рогожа мне от стужи укрытьем?»

75 Ты же, услышав эти речи,

Ты его ударила, в паука превратила,

Поселила его среди тяжкой работы, —

Из паутины не вылезть, не спуститься на пол.

И со мной, полюбив, ты так же поступишь!»

80 Как услышала Иштар эти речи,

Иштар разъярилась, поднялась на небо,

Поднявшись, Иштар пред отцом своим, Ану, плачет,

Пред Анту, ее матерью, бегут ее слезы:

«Отец мой, Гильгамеш меня посрамляет,

85 Гильгамеш перечислил мои прегрешенья,

Все мои прегрешенья и все мои скверны».

87–88 Ану уста открыл и молвит, вещает ей, – государыне Иштар:

«Разве не ты оскорбила царя Гильгамеша,

90 Что Гильгамеш перечислил твои прегрешенья,

Все твои прегрешенья и все твои скверны?»

92–93 Иштар уста открыла и молвит, вещает онаотцу своему, Ану:

«Отец, создай Быка мне, чтоб убил Гильгамеша – в его жилище,

95 За обиду Гильгамеш поплатиться должен!

Если же ты Быка не дашь мне —

Поражу я Гильгамеша в его жилище,

Проложу я путь в глубину преисподней,

Подниму я мертвых, чтоб живых пожирали, —

100 Станет меньше тогда живых, чем мертвых!»

101–102 Ану уста открыл и молвит, вещает ей, – государыне Иштар:

«Если от меня ты Быка желаешь,

В краю Урука будут семь лет мякины.

105 Сена для скота должна собрать ты,

Для степного зверья должна травы взрастить ты».

107–108 Иштар уста открыла и молвит, вещает она – отцу своему, Ану:

«Для скота я сена в Уруке скопила,

110 Для степного зверья травы взрастила.

(Далее недостает трех-четырех стихов, где говорилось о небесном Быке.)

117 Как услышал Ану эти речи,

118 Ее он уважил, Быка он создал,

118а [………………………………]

В Урук с небес погнала его Иштар.

120 Когда достиг он улиц Урука,

[………………………………]

Спустился к Евфрату, в семь глотков его выпилрека – река иссякла,

От дыханья Быка разверзлась яма,

Сто мужей Урука в нее свалились.

125 От второго дыханья разверзлась яма.

Двести мужей Урука в нее свалились.

При третьем дыханье стал плеваться на Энкиду:

Прыгнув, Энкиду за рог Быка ухватился,

Бык в лицо ему брызнул слюною,

130 Всей толщей хвоста его ударил.

131–132 Энкиду уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу;

«Друг мой, гордимся мы нашей отвагой,

Что же мы ответим на эту обиду?»

135 «Друг мой, видал я Быка свирепость,

Но силы его для нас не опасны.

Вырву ему сердце, положу перед Шамашем, —

я и ты – Быка убьем мы,

Встану я над его трупом в знак победы,

Наполню рога елеем – подарю Лугальбанде!

140 За толщу хвоста его ухвати ты,

А я между рогами, меж затылком и шеей, – поражу его кинжалом,

[………………………………..]».

Погнал Энкиду, Быка повернул он,

За толщу хвоста его ухватил он,

145 [……………………………….]

А Гильгамеш, как увидел дело храброго героя и верного друга,

Между рогами, меж затылком и шеей быка поразил кинжалом.

Как Быка они убили, ему вырвали сердце, – пред Шамашем положили,

Удалившись, пред Шамашем ниц склонились,

150 Отдыхать уселись оба брата.

Взобралась Иштар на стену огражденного Урука,

В скорби распростерлась, бросила проклятье:

«Горе Гильгамешу! Меня он опозорил, Быка убивши!»

Услыхал Энкиду эти речи Иштар,

155 Вырвал корень Быка, в лицо ей бросил:

156–157 «А с тобой – лишь достать бы, – как с ним бы я сделал,

Кишки его на тебя намотал бы!»

Созвала Иштар любодеиц, блудниц и девок,

160 Корень Быка оплакивать стали,

161–162 А Гильгамеш созвал мастеров всех ремесел, —

Толщину рогов мастера хвалили.

Тридцать мин лазури – их отливка,

165 Толщиною в два пальца их оправа,

Шесть мер елея, что вошло в оба рога,

Подарил для помазанья своему богу Лугальбанде,

А рога прибил у себя над хозяйским ложем.

Они руки свои омыли в Евфрате,

170–171 Обнялись, отправились, едут улицей Урука.

Толпы Урука на них взирают.

173–174 Гильгамеш вещает слово простолюдинкам Урука:

175 «Кто же красив среди героев,

Кто же горд среди мужей?

Гильгамеш красив среди героев,

Энкиду горд среди мужей!»

Бык богинин, кого мы изгнали в гневе,

180 Не достиг на улицах полноты желанья,

[……………………………..]!»

Гильгамеш во дворце устроил веселье,

Заснули герои, лежат на ложе ночи,

Заснул Энкиду – и сон увидел,

185 Поднялся Энкиду и сон толкует:

Вещает своему он другу:

ТАБЛИЦА VII

I

1 «Друг мой, о чем совещаются великие боги?

(О дальнейшем известно лишь по отрывку из «периферийной» версии на хеттском языке:)

2 ** ………………………………………………………………. —

3** Слушай мой сон, что я видел ночью:

45 ** Ану, Эллиль и Шамаш меж собой говорили.

5а ** И Ану Эллилю вещает:

6 ** «Зачем они сразили Быка и Хумбабу?»

7 ** Ану сказал: «Умереть подобает

8 ** Тому, кто у гор похитил кедры!»

9 ** Эллиль промолвил: «Пусть умрет Энкиду,

10 ** Но Гильгамеш умереть не должен!»

** Отвечает Шамаш Эллилю-герою:

12–13 ** «Не твоим ли веленьем убиты Бык и Хумбаба?

13а ** Должен ли ныне Энкиду умереть безвинно?»

14 ** Разгневался Эллиль на Шамаша-героя:

14–16 ** «То-то ежедневно в их товарищах ты ходишь!»

17 ** Слег Энкиду перед Гильгамешем,

18 ** По лицу Гильгамеша побежали слезы:

19 ** «Брат, милый брат! Зачем вместо брата – меня оправдали?»

20–21 ** И еще: «Неужели сидеть мне с призраком, – у могильного входа?

22 ** Никогда не увидеть своими очами любимого брата?»

(Возможно, сюда же относится отрывок «периферийной» версии на аккадском языке, найденный в Мегиддо в Палестине:)

** [……………………………]

2′—3′ ** Энкиду прикоснулся к его руке, говорит Гильгамешу:

4′ ** «Не рубил я кедра, не убивал я Хумбабу.

5′ ** [……………………………..]

6′ ** [……………………………..]

7′ ** В кедровом лесу, где обитают боги,

8′ ** Не убил ни одного я кедра!»

8a′ ** Гильгамеш от голоса его пробудился,

9′ ** И герою так он вещает:

** «Благ этот сон и благоприятен,

** Драгоценен и благ, хотя и труден…»

(Повидимому, сюда же относится отрывок «ниневийской» версии, хотя, возможно, в ней ему предшествовал текст, сильно отличавшийся от приведенной выше «периферийной».

После нескольких сильно разрушенных стихов из речи Энкиду идут такие стихи:)

I

27–28 Энкиду уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу;

«Давай, мой друг, пойдем и Эллиля попросим!»

30 У ухода в храм они остановились,

Деревянную дверь они увидали.

Ибо Эллилю ее подарил Энкиду,

Энкиду уста открыл и молвит, вещает он Гильгамешу:

«Из-за двери деревянной беда случилась!»

..…………………………………………………………….

I

36 Энкиду поднял на дверь свои очи,

С дверью беседует, как с человеком:

«Деревянная дверь, без толка и смысла,

Никакого в ней разумения нету!

40 Для тебя я дерево искал за двадцать поприщ,

Пока не увидел длинного кедра, —

Тому дереву не было равных в мире!

Восемнадцать сажен ты высотою, шесть сажен – ты шириною,

Твой засов, петля и задвижка длиною двенадцать локтей.

45 Изготовил, доставил тебя, в Ни́ппуре украсил

Знал бы я, дверь, что такова будет расплата,

Что благо такое ты принесешь мне, —

Взял бы топор я, порубил бы в щепы,

Связал бы плот – и пустил бы по водам!

(Далее четыре непонятных стиха.)

II

г Ану и Иштар мне того не простили!

д Ныне же, дверь, – зачем я тебя сделал?

е Сам погубил себя благочестивым даром!

ж Пусть бы будущий царь тебя оправил,

ж Пусть бы Бог изготовил твои дверные створки,

и Стер бы мое имя, свое написал бы,

и Сорвал бы мою дверь, а свою поставил!»

к Его слово услышав, сразу жарко заплакал,

л Услыхал Гильгамеш слово друга, Энкиду, – побежали его слезы.

м Гильгамеш уста открыл и молвит, вещает Энкиду:

н «Тебе Бог даровал глубокий разум, мудрые речи —

о Человек ты разумный, – а мыслишь так странно!

п Зачем, мой друг, ты мыслишь так странно?

р Драгоценен твой сон, хоть много в нем страха:

рр Как мушиные крылья, еще трепещут твои губы!

с Много в нем страха, но сон этот дорог:

т Для живого – тосковать – его доля,

у Сон тоску оставляет для живого!

ф А теперь помолюсь я богам великим, —

х Милость взыскуя, обращусь к твоему Богу:

хх Пусть, отец богов, будет милостив Ану,

ц Даже Эллиль да сжалится, смилуется Шамаш, —

ч Златом без счета их украшу кумиры!»

чш Услыхал его Шамаш, воззвал к нему с неба:

ш «Не трать, о царь, на кумиры злата, —

щ Слово, что сказано, Бог не изменит,

э Слово, что сказано, не вернет, не отменит,

ю Жребий, что брошен, не вернет, не отменит, —

я Судьба людская проходит, – ничто не останется в мире!»

аа На веление Шамаша поднял голову Энкиду,

бб Пред Шамашем бегут его слезы:

III

4 «Я молю тебя, Шамаш, из-за судьбы моей враждебной —

4а Об охотнике, ловце-человеке, —

5 Он не дал достичь мне, чего друг мой достигнул,

Пусть охотник не достигнет, чего друзья его достигли!

Пусть будут руки его слабы, прибыток скуден,

8 Пусть его пред тобою уменьшится доля,

8а Пусть зверь в ловушку нейдет, а в щели уходит!

9 Пусть охотник не исполнит желания сердца!»

9а На Шамхат во гневе навел он проклятье:

«Давай, блудница, тебе долю назначу,

Что не кончится на веки вечные в мире;

Прокляну великим проклятьем,

Чтобы скоро то проклятье тебя бы постигло:

14 Пусть ты не устроишь себе до́ма на радость,

14а Пусть ты не полюбишь нагуляной дочки,

15 Пусть не введешь на посиделки девичьи,

Пусть заливают пивом твое прекрасное лоно,

Пусть пьяный заблюет твое платье в праздник,

Пусть он отберет твои красивые бусы,

Пусть горшечник вдогонку тебе глину швыряет,

20 Пусть из светлой доли ничего тебе не будет,

21 Чистое серебро, гордость людей и здоровье

21a Пусть у тебя не водятся в доме,

Пусть будут брать наслажденье от тебя у порогов,

Перекрестки дорог тебе будут жилищем,

Пустыри пускай тебе будут ночевкой,

25 Тень стены обиталищем будет,

Отдыха пусть твои ноги не знают,

По щекам пусть бьют калека и пьяный,

30 Пусть кричит на тебя жена верного мужа,

Пусть не чинит твою кровлю строитель,

В щелях стен пусть поселятся совы пустыни,

Пусть к тебе на пир не сходятся гости,

[……………………………………….]

35 [……………………………………….]

Пусть проход в твое лоно закроется гноем,

Пусть дар будет нищ за раскрытое лоно, —

Ибо чистому мне притворилась ты супругой

И над чистым мною ты обман совершила!»

40 Шамаш услышал уст его слово, —

Внезапно с неба призыв раздался:

«Зачем, Энкиду, блудницу Шамхат ты проклял,

Что кормила тебя хлебом, достойным Бога,

Питьем поила, царя достойным,

45 Тебя великой одеждой одела

И в сотоварищи добрые тебе дала Гильгамеша?

Теперь же Гильгамеш, и друг и брат твой,

Уложит тебя на великом ложе,

На ложе почетном тебя уложит,

50 Поселит тебя слева, в месте покоя;

Государи земли облобызают твои ноги,

Велит он оплакать тебя народу Урука,

Веселым людям скорбный обряд поручит,

А сам после тебя он рубище наденет,

55 Львиной шкурой облачится, бежит в пустыню».

Услыхал Энкиду слово Шамаша-героя, —

У него успокоилось гневное сердце,

Усмирилась разъярённая печень.

«Давай, блудница, я иное назначу:

IV

1 Пусть тебя покинувший к тебе вернется,

Государи, цари и владыки пусть тебя полюбят,

Тебя увидавший пусть тебе изумится,

Герой для тебя пусть встряхнет кудрями,

5 Не задержит тебя страж, а тот пусть пояс развяжет,

Даст стеклянные блестки, лазурь и злато,

Кованые серьги тебе пусть подарит, —

А за то ему ливнем зерно польется;

В храм богов заклинатель пусть тебя приводит,

10 Для тебя пусть покинут мать семерых, супругу!»

В утробу Энкиду боль проникла,

На ложе ночи, где лежал он одиноко.

Все свои скорби он поведал другу:

«Слушай, друг мой! Сон я видел ночью —

15 Вопияло небо, земля отвечала,

Только я стою между ними

Да один человек – лицо его мрачно,

Птице бури он лицом подобен,

Его крылья – орлиные крылья, его когти – орлиные когти,

20 Он за власы схватил, меня одолел он,

Я его ударил – как скакалка, он скачет,

Он меня ударил – исцелил мою рану,

Но, как тур, на меня наступил он,

Сжал, как тисками, все мое тело.

25 «Друг мой, спаси меня!» Не мог спасти ты,

Ты убоялся, не мог сражаться,

Ты лишь [……………………….

……………………………….]

31 Он ко мне прикоснулся, превратил меня в птаху,

Крылья, как птичьи, надел мне на плечи:

Взглянул и увел меня в дом мрака, жилище Иркаллы,

В дом, откуда вошедший никогда не выходит,

35 В путь, по которому не выйти обратно,

В дом, где живущие лишаются света,

Где их пища – прах и еда их – глина,

А одеты, как птицы, – одеждою крыльев,

39 И света не видят, но во тьме обитают,

39а А засовы и двери покрыты пылью!

40 В Доме праха, куда вступил я,

Поглядел я – венцы смиренны:

Я послушал, – венценосцы, что в прежние дни – владели миром,

Ану и Эллилю подносят жареное мясо,

Ставят хлеб печеный, холодную, из меха, – возливают воду.

45 В Доме праха, куда вступил я,

46–47 Живут жрец и служка, живут волхв и одержимый,

Живут священники богов великих,

Живет Эта́ на, живет Суме́кан,

50 Живет Эрешкигаль, земли царица;

Бе́лет-це́ри, дева-писец земли, пред ней на коленях,

Таблицу судеб держит, пред нею читает, —

Подняла лицо, меня увидала:

«Смерть уже взяла того человека!»

(Далее недостает около пятидесяти стихов; Энкиду видел еще сон; рассказ о нем кончается словами:)

VI

1 «…Мы с тобою вместе все труды делили, —

Помни меня, друг мой, не забудь мои деянья!»

Друг его увидел сон необъясненный,

Когда сон он увидел, его иссякла сила.

5 Лежит Энкиду на ложе,

Первый день, второй день, что лежит Энкиду на ложе,

Третий день и четвертый, что лежит Энкиду на ложе,

Пятый, шестой и седьмой, восьмой, девятый и десятый,

…

Стал недуг тяжелей у Энкиду,

10 Одиннадцатый и двенадцатый дни миновались —

На ложе своем приподнялся Энкиду,

Кликнул Гильгамеша, ему вещает:

«Друг мой отныне меня возненавидел, —

Когда в Уруке мы с ним говорили,

15 Я боялся сраженья, а он был мне в помощь

Друг, что в бою спасал, – почему меня покинул?

Я и ты – не равно ли мы смертны?»

(Далее до конца таблицы недостает двадцати пяти – тридцати стихов.)

ТАБЛИЦА VIII

I

1′ Едва занялось сияние утра,

Гильгамеш уста открыл и молвит:

«Энкиду, друг мой, твоя мать антилопа

И онагр, твой отец, тебя породили,

5′ Молоком своим тебя звери взрастили

И скот в степи на пастбищах дальних!

В кедровом лесу стези Энкиду

По тебе да плачут день и ночь неумолчно,

Да плачут старейшины огражденного Урука,

10′ Да плачет руку нам вслед простиравший,

Да плачут уступы гор лесистых,

По которым мы с тобою всходили,

Да рыдает пажить, как мать родная,

15′ Да плачут соком кипарисы и кедры,

Средь которых с тобою мы пробирались,

Да плачут медведи, гиены, барсы и тигры,

Козероги и рыси, львы и туры,

Олени и антилопы, скот и тварь степная,

20′ Да плачет священный Евлей, где мы гордо ходили – по брегу,

Да плачет светлый Евфрат, где мы черпали воду для меха,

Да плачут мужи обширного огражденного Урука,

Да плачут жены, что видали, как Быка мы убили,

Да плачет земледелец доброго града, твое славивший имя,

25′ Да плачет тот, кто, как древними людьми, гордился тобою,

Да плачет тот, кто накормил тебя хлебом,

Да плачет рабыня, что умастила твои ноги,

Да плачет раб, кто вина к устам твоим подал,

30′ Да плачет блудница, тебя умастившая добрым елеем,

Да плачет в брачный покой вступивший,

Обретший супругу твоим добрым советом,

Братья да плачут по тебе, как сестры,

В скорби да рвут власы над тобою!

Словно мать и отец в его дальних кочевьях,

35′ Я об Энкиду буду плакать:

36′ Внимайте же мне, мужи, внимайте,

II

1 Внимайте, старейшины огражденного Урука! —

Я об Энкиду, моем друге, плачу,

Словно плакальщица, горько рыдаю:

Мощный топор мой, сильный оплот мой,

5 Верный кинжал мой, надежный щит мой,

Праздничный плащ мой, пышный убор мой, —

Демон злой у меня его отнял!

Младший мой брат, гонитель онагров в степи, – пантер на просторах!

Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров – в степи, пантер на просторах!

10 С кем мы, встретившись вместе, поднимались в горы,

Вместе схвативши, Быка убили, —

Что за сон теперь овладел тобою?

Стал ты темен и меня не слышишь!»

А тот головы поднять не может.

15 Тронул он сердце – оно не бьется.

Закрыл он другу лицо, как невесте,

Сам, как орел, над ним кружит он,

Точно львица, чьи львята – в ловушке,

Мечется грозно взад и вперед он,

20 Словно кудель, раздирает власы он,

Словно скверну, срывает одежду.

Едва занялось сияние утра,

22′ Гильгамеш по стране созывает кличем

Ваятелей, медников, кузнецов, камнерезов.

«Друг мой, сделаю кумир твой,

25′ Какого никто не делал другу:

Друга рост и облик в нем будет явлен,

Подножье из камня, власы – из лазури,

Лицо – из алебастра, из золота – тело.

(Далее недостает около двадцати стихов.)

II

50 + x «…Теперь же я, и друг и брат твой,

Тебя уложил на великом ложе,

III

1 На ложе почетном тебя уложил я,

Поселил тебя слева, в месте покоя,

Государи земли облобызали твои ноги,

Велел оплакать тебя народу Урука,

5 Веселым людям скорбный обряд поручил я,

А сам после друга рубище надел я,

Львиной шкурой облачился, бегу в пустыню!»

8 Едва занялось сияние утра,

(Далее недостает более сотни стихов.)

V

45 Едва занялось сияние утра,

45a Гильгамеш изготовил из глины фигурку,

Вынес стол большой, деревянный,

Сосуд из сердолика наполнил медом,

Сосуд из лазури наполнил маслом,

Стол украсил и для Шамаша вынес.

(До конца таблицы недостает около пятидесяти стихов; содержанием их было гадание Гильгамеша и ответ богов. Вероятно, он был сходен по содержанию с тем, который содержится в «старовавилонской» версии, но не в этом месте, а в той таблице, которая соответствовала позднейшей десятой, – в так называемой «таблице Мейснера». Ниже приводим текст из нее; первые строки представляют собой домысел переводчика.)

Эллиль услышал уст его слово —

Внезапно с неба призыв раздался:

«Издревле, Гильгамеш, назначено людям:

Земледелец пашет землю, урожай собирает,

Пастух и охотник со зверьем обитают,

Табл. X. 2 * Надевают их шкуру, едят их мясо.

* Ты же хочешь, Гильгамеш, чего не бывало,

* С тех пор как мой ветер гонит воды».

* Опечалился Шамаш, к нему явился,

5 * Вещает он Гильгамешу:

* «Гильгамеш, куда ты стремишься?

* Жизни, что ищешь, не найдешь ты!»

* Гильгамеш ему вещает, Шамашу-герою:

10′ * «После того как бродил по свету,

* Разве довольно в земле покоя?

* Видно, проспал я все эти годы!

* Пусть же солнечным светом насытятся очи:

* Пуста темнота, как нужно света!

* Можно ль мертвому видеть сияние Солнца?»

(От этого места в «старовавилонской» версии до конца таблицы еще около двадцати стихов.)

ТАБЛИЦА IX

I

1 Гильгамеш об Энкиду, своем друге,

Горько плачет и бежит в пустыню:

«И я не так ли умру, как Энкиду?

Тоска в утробу мою проникла,

5 Смерти страшусь и бегу в пустыню.

Под власть Утнапишти, сына Убар-Те́ту,

Путь я предпринял, иду поспешно.

Перевалов горных достигнув ночью,

Львов я видал, и бывало мне страшно, —

10 Главу подымая, молюсь я Сину,

И ко всем богам идут мои молитвы:

Как прежде бывало, меня сохраните!»

Ночью он лег, – от сна пробудившись,

Видит, львы резвятся, радуясь жизни.

15 Боевой топор он поднял рукою,

Выхватил из-за пояса меч свой, —

Словно копье, упал между ними,

Ударял, повергал, убивал и рубил он

(Далее недостает около тридцати стихов.)

II

1 Он слыхал о горах, чье имя – Ма́ шу,

Как только к этим горам подошел он,

Что восход и закат стерегут ежедневно,

Наверху металла небес достигают, —

5 Внизу – преисподней их грудь достигает

Люди-скорпионы стерегут их ворота:

Грозен их вид, их взоры – гибель,

Их мерцающий блеск повергает горы —

При восходе и закате Солнца они охраняют Солнце,

10 Как только их Гильгамеш увидел —

Ужас и страх его лицо помрачили.

С духом собрался, направился к ним он;

Человек-скорпион жене своей крикнул:

«Тот, кто подходит к нам, – плоть богов – его тело!»

15 Человеку-скорпиону жена отвечает:

«На две трети он Бог, на одну – человек он!»

Человек-скорпион Гильгамешу крикнул,

Потомку богов вещает слово:

«Почему идешь ты путем далеким,

Какою дорогой меня достиг ты,

Реки переплыл, где трудна переправа?

Зачем ты пришел, хочу узнать я,

23–24 Куда путь твой лежит, хочу узнать я!»

25 Гильгамеш ему вещает, человеку-скорпиону:

«Младший мой брат, гонитель онагров в степи, пантер на просторах,

Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров горных, пантер на просторах,

С кем мы, встретившись вместе, подымались в горы,

Вместе схвативши, Быка убили,

В кедровом лесу погубили Хумбабу,

Друг мой, которого так любил я,

С которым мы все труды делили,

Энкиду, друг мой, которого так любил я,

С которым мы все труды делили, —

Его постигла судьба человека!

Шесть дней миновало, семь ночей миновало,

Пока в его нос не проникли черви.

Устрашился я смерти, не найти мне жизни:

Мысль о герое не дает мне покоя!

Дальней дорогой бегу в пустыне:

Мысль об Энкиду, герое, не дает мне покоя —

Дальним путем скитаюсь по пустыне!

Как же смолчу я, как успокоюсь?

Друг мой любимый стал землею!

Энкиду, друг мой любимый, стал землею!

Так же, как он, и я не лягу ль,

Чтоб не встать во веки веков?

Теперь же, скорпион, тебя я встретил, —

Смерти, что страшусь я, пусть не увижу!

III

1–2 [……………………………………….]

3 К Утнапи́шти, отцу моему, иду я поспешно,

К тому, кто, выжив, в собранье богов был принят – и жизнь обрел в нем:

5 Я спрошу у него о жизни и смерти!»

6–7 Человек-скорпион уста открыл и молвит, – вещает он Гильгамешу:

«Никогда, Гильгамеш, не бывало дороги,

Не ходил никто еще ходом горным:

10 На двенадцать поприщ простирается внутрь он:

Темнота густа, не видно света —

При восходе Солнца закрывают ворота,

При заходе Солнца открывают ворота,

При заходе Солнца опять закрывают ворота.

15 Выводят оттуда только Шамаша боги,

Опаляет живущих он сияньем, —

Ты же – как ты сможешь пройти тем ходом?

Ты войдешь и больше оттуда не выйдешь!»

(Далее недостает более пятидесяти стихов.)

Гильгамеш ему вещает, человеку-скорпиону:

IV

33 «[…………………………..]

В тоске моей плоти, в печали сердца,

И в жар и в стужу, в темноте и во мраке,

35 Во вздохах и плаче, – вперед пойду я!

Теперь открой мне ворота в горы!»

37–38 Человек-скорпион уста открыл и молвит, – вещает он Гильгамешу:

«Иди, Гильгамеш, путем своим трудным,

40 Го́ры Ма́ шу ты да минуешь,

Леса и горы да пройдешь отважно,

Да вернешься обратно благополучно!

Ворота гор для тебя открыты».

Гильгамеш, когда услышал это,

Человеку-скорпиону был послушен,

По дороге Шамаша стопы он направил.

Первое поприще уже прошел он —

V

1 Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.

Второе поприще уже прошел он —

Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.

Третье поприще пройдя, он вспять обратился.

(В следующих недостающих восемнадцати стихах, вероятно, объяснялось, почему Гильгамеш решился вновь предпринять путь сквозь подземелье на краю света.)

С духом собрался, вперед зашагал он.

Четвертое поприще уже прошел он —

Темнота густа, не видно света,

25 Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.

Пятое поприще уже прошел он —

Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.

Шестое поприще уже прошел он —

Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть,

Седьмое поприще пройдя – он прислушался к мраку:

Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.

Восьмое поприще пройдя, – в темноту он крикнул:

Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть.

На девятом поприще холодок он почуял, —

Дыхание ветра его лица коснулось, —

Темнота густа, не видно света,

Ни вперед, ни назад нельзя ему видеть,

42–43 На десятом поприще стал выход близок, —

Но как десять поприщ – поприще это.

45 На одиннадцатом поприще пред рассветом брезжит,

На двенадцатом поприще свет появился,

Поспешил он, рощу из каменьев увидев:

Сердолик плоды приносит,

Гроздьями увешан, на вид приятен.

50 Лазурит растет листвою —

Плодоносит тоже, на вид забавен.

(Далее недостает тридцать четыре стиха. Сохранились отрывки дальнейшего описания волшебного сада.)

VI

35 Гильгамеш, проходя по саду каменьев,

Очи поднял на это чудо.

ТАБЛИЦА X

I

1 Сидури – хозяйка богов, что живет на обрыве у моря, —

Живет она и брагой их угощает:

Ей дали кувшин, ей дали золотую чашу, —

Покрывалом покрыта, незрима людям.

5 Гильгамеш приближается к ее жилищу,

Шкурой одетый, покрытый прахом, —

Плоть богов таится в его теле,

Тоска в утробе его обитает,

Идущему дальним путем он лицом подобен.

10 Хозяйка издали его увидала, —

Своему она сердцу, помыслив, вещает,

Сама с собою совет она держит:

«Наверное, это – убийца буйный,

Кого хорошего тут увидишь?»

15 Увидав его, хозяйка затворила двери, —

Затворила двери, засов заложила.

А он, Гильгамеш, тот стук услышал, —

Поднял лицо и к ней обратился.

Гильгамеш ей вещает, хозяйке

20 «Хозяйка, ты что увидала, зачем затворила двери, —

Затворила двери, засов заложила? —

Ударю я в дверь, разломаю затворы!»

[………………………………………………….

………………………………………………..]

Сидури-хозяйка крикнула Гильгамешу,

Потомку богов вещает слово:

«Почему идешь ты путем далеким,

Какою дорогой меня достиг ты,

Реки переплыл, где трудна переправа?

Зачем ты пришел, хочу узнать я,

Куда путь твой лежит, хочу узнать я!»

Гильгамеш ей вещает, хозяйке Сидури:

«Я – Гильгамеш, убивший стража леса,

a В кедровом лесу погубивший Хумбабу,

б Сразивший Быка, что спустился с неба

в Перебивший львов на перевалах горных

г Хозяйка ему вещает, Гильгамешу

д «Если ты – Гильгамеш, убивший стража леса

е В кедровом лесу погубивший Хумбабу

ж Сразивший Быка, что спустился с неба

з Перебивший львов на перевалах горных

и Почему твои щеки впали, голова поникла

к Печально сердце, лицо увяло

л Тоска в утробе твоей обитает

м Идущему дальним путем ты лицом подобен

н Жара и стужа лицо спалили

о И марева ищешь, бежишь по пустыне?»

Гильгамеш ей вещает, хозяйке:

«Как не впасть моим щекам, голове не поникнуть,

Не быть сердцу печальным, лицу не увянуть,

Тоске в утробу мою не проникнуть,

Идущему дальним путем мне не быть подобным,

Жаре и стуже не спалить чело мне?

Младший мой брат, гонитель онагров в степи,

пантер на просторах,

Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров

в степи, пантер на просторах,

С кем мы, встретившись вместе, поднимались в горы,

Вместе схвативши, Быка убили,

В кедровом лесу погубили Хумбабу,

II

1 Друг мой, которого так любил я, —

1a С которым мы все труды делили, —

2 Энкиду, друг мой, которого так любил я, —

2а С которым мы все труды делили, —

Его постигла судьба человека! —

Шесть дней, семь ночей над ним я плакал, —

5 Не предавая его могиле, —

II

7 * Не встанет ли друг мой в ответ на мой голос? —

II

6 Пока в его нос не проникли черви! —

Устрашился я смерти, не найти мне жизни! —

II

11 * Словно разбойник, брожу в пустыне:

II

8a Слово героя не дает мне покоя —

9 Дальней дорогой бегу в пустыне:

9a Слово Энкиду, героя, не дает мне покоя —

10 Дальним путем скитаюсь в пустыне:

11 Как же смолчу я, как успокоюсь? —

12 Друг мой любимый стал землею! —

12a Энкиду, друг мой любимый, стал землею! —

Так же, как он, и я не лягу ль, —

14 Чтоб не встать во веки веков? —

II

12 * Теперь же, хозяйка, тебя я встретил, —

* Смерти, что страшусь я, пусть не увижу!»

* Хозяйка ему вещает, Гильгамешу:

III

1 * «Гильгамеш! Куда ты стремишься? —

* Жизни, что ищешь, не найдешь ты! —

* Боги, когда создавали человека, —

* Смерть они определили человеку, —

5 * Жизнь в своих руках удержали.

* Ты же, Гильгамеш, насыщай желудок, —

* Днем и ночью да будешь ты весел, —

* Праздник справляй ежедневно, —

* Днем и ночью играй и пляши ты! —

10 * Светлы да будут твои одежды, —

* Волосы чисты, водой омывайся, —

* Гляди, как дитя твою руку держит, —

* Своими объятьями радуй подругу —

14

II

15 Гильгамеш ей вещает, хозяйке:

* Только в этом дело человека!»

«Теперь, хозяйка, – где путь к Утнапишти

17 Каков его признак, – дай его мне ты

17a Дай же ты мне пути того признак:

Если возможно – переправлюсь морем, —

Если нельзя – побегу пустыней

20 Хозяйка ему вещает, Гильгамешу:

«Никогда, Гильгамеш, не бывало переправы, —

И не мог переправиться морем никто, – здесь бывавший издревле

23 Шамаш-герой переправится морем

23a Кроме Шамаша, кто это может? —

Трудна переправа, тяжела дорога

25 Глубоки воды смерти, что ее преграждают.

А что, Гильгамеш, переправившись морем, —

Вод смерти достигнув, – ты будешь делать? —

Есть, Гильгамеш, Уршана́ би, корабельщик Утнапишти, —

У него есть идолы, в лесу он ловит змея

30 Найди его и с ним повидайся

31 Если возможно – с ним переправься

31a Если нельзя, то вспять обратися».

Гильгамеш, как услышал эти речи, —

Боевой топор он поднял рукою, —

34 Выхватил из-за пояса меч свой, —

34a Меж деревьев углубился в заросль, —

35 Словно копье, упал между ними, —

Идолов разбил во внезапном буйстве,

Змея волшебного нашел среди леса,

Удушил его своими руками.

Когда же Гильгамеш насытился буйством,

40 В его груди успокоилась ярость,

Сказал он в своем сердце: «Не найти мне лодки! —

Как одолею воды смерти, —

Как переправлюсь чрез широкое море?»

Гильгамеш удержал свое буйство,

45 Из леса вышел, к Реке спустился.

По водам Уршанаби плыл на лодке, —

Лодку к берегу он направил.

Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби:

VI

8 * «Я – Гильгамеш, таково мое имя, —

* Что пришел из Урука, дома Ану, —

10 * Что бродил по горам путем далеким с восхода Солнца».

III

1 Уршанаби ему вещает, Гильгамешу:

«Почему твои щеки впали, голова поникла, —

Печально сердце, лицо увяло, —

Тоска в утробе твоей обитает, —

5 Идущему дальним путем ты лицом подобен, —

Жара и стужа лицо опалили, —

И марева ищешь, бежишь по пустыне?»

Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби;

«Как не впасть моим щекам, голове не поникнуть, —

10 Не быть сердцу печальным, лицу не увянуть, —

Тоске в утробу мою не проникнуть, —

Идущему дальним путем мне не быть подобным, —

Жаре и стуже не спалить чело мне, —

Не искать мне марева, не бежать по пустыне? —

15 Младший мой брат, гонитель онагров в степи, – пантер на просторах, —

15a Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров – в степи, пантер на просторах, —

С кем мы, встретившись вместе, подымались в горы, —

Вместе схвативши, Быка убили, —

На перевалах горных львов убивали, —

В кедровом лесу погубили Хумбабу, —

20 Друг мой, которого так любил я, —

20a С которым мы все труды делили, —

21 Энкиду, друг мой, которого так любил я, —

21a С которым мы все труды делили, —

Его постигла судьба человека! —

Шесть дней миновало, семь ночей миновало, —

Пока в его нос не проникли черви.

25 Устрашился я смерти, не найти мне жизни, —

Слово героя не дает мне покоя, —

27 Дальней дорогой бегу в пустыне! —

27a Слово Энкиду, героя, не дает мне покоя, —

Дальним путем скитаюсь в пустыне:

Как же смолчу я, как успокоюсь? —

30 Друг мой любимый стал землею, —

30a Энкиду, друг мой любимый, стал землею! —

31 Так же, как он, и я не лягу ль, —

(Ответ Уршанаби пропущен, может быть, по небрежности писца.)

32 Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби:

«Теперь, Уршанаби, – где путь к Утнапишти? —

34 Каков его признак – дай его мне ты! —

34a Дай же ты мне пути того признак:

35 Если возможно – переправлюсь морем, —

35a Если нельзя – побегу пустыней!»

Уршанаби ему вещает, Гильгамешу:

IV

7′ * «Идолы те, Гильгамеш, мне оберегом были, —

8′ * Чтобы я не прикоснулся к водам смерти;

9′ * В ярости твоей ты идолы разрушил, —

10′ * Без тех идолов тебя переправить трудно

Возьми, Гильгамеш, топор в свою руку, —

III

41 Углубися в лес, наруби шестов там, —

41a Сто двадцать шестов по пятнадцати сажен, —

Осмоли, сделай лопасти и мне принеси их».

Гильгамеш, услышав эти речи, —

44 Боевой топор он поднял рукою, —

44a Выхватил из-за пояса меч свой, —

45 Углубился в лес, нарубил шестов там, —

45a Сто двадцать шестов по пятнадцати сажен, —

Осмолил, сделал лопасти, к нему принес их.

Гильгамеш и Уршанаби шагнули в лодку, —

Столкнули лодку на волны и на ней поплыли.

Путь шести недель за три дня совершили, —

50 И вступил Уршанаби в воды смерти.

IV

1 Уршанаби ему вещает, Гильгамешу:

«Отстранись, Гильгамеш, и шест возьми ты,

Во́ды смерти рукою не тронь, берегися! —

Второй, третий и четвертый, Гильгамеш, возьми ты, —

5 Пятый, шестой и седьмой, Гильгамеш, возьми ты, —

Восьмой, девятый и десятый, Гильгамеш, возьми ты, —

Одиннадцатый и двенадцатый, Гильгамеш, возьми ты».

На сто двадцатом кончились шесты у Гильгамеша, —

И развязал он препоясанье чресел, —

10 Скинул Гильгамеш одежду, ее развернул он,

Как парус, ее руками поднял.

Утнапишти издали их увидел, —

Помыслив, сердцу своему вещает,

Сам с собою совет он держит:

15 «Почему это идолы на ладье разбиты, —

И плывет на ней не ее хозяин? —

17 Тот, кто подходит, – не мой человек он, —

17a И справа гляжу я, и слева гляжу я,

Я гляжу на него – и узнать не могу я,

Я гляжу на него – и понять не могу я,

20 Я гляжу на него – и не ведаю, кто он.

(Далее недостает около двадцати стихов.)

IV

42 Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:

«Почему твои щеки впали, голова поникла, —

Печально сердце, лицо увяло, —

45 Тоска в утробе твоей обитает, —

Идущему дальним путем ты лицом подобен, —

Жара и стужа чело опалили, —

И марева ищешь, бежишь по пустыне?»

Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:

50 «Как не впасть моим щекам, голове не поникнуть, —

V

1 Не быть сердцу печальным, лицу не увянуть, —

Тоске в утробу мою не проникнуть, —

Идущему дальним путем мне не быть подобным, —

Жаре и стуже не спалить чело мне, —

5 Не искать мне марева, не бежать по пустыне? —

Младший мой брат, гонитель онагров в степи, – пантер на просторах, —

Энкиду, младший мой брат, гонитель онагров – в степи, пантер на просторах, —

С кем мы, встретившись вместе, поднимались в горы, —

Вместе схвативши, Быка убили, —

10 В кедровом лесу погубили Хумбабу, —

11 На перевалах горных львов убивали, —

12 Друг мой, которого так любил я, —

12a С которым мы все труды делили, —

13 Энкиду, друг мой, которого так любил я, —

13a С которым мы все труды делили, —

14 Его постигла судьба человека! —

14a Дни и ночи над ним я плакал, —

15 Не предавая его могиле, —

15a Пока в его нос не проникли черви.

17 Устрашился я смерти и бегу в пустыне, —

18 Слово героя не дает мне покоя, —

18a Дальней дорогой брожу в пустыне —

19 Слово Энкиду, героя, не дает мне покоя:

20 Как же смолчу я, как успокоюсь? —

21 Друг мой любимый стал землею, —

21a Энкиду, друг мой любимый, стал землею! —

22 Так же, как он, и я не лягу ль, —

22a Чтоб не встать во веки веков?»

23 Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:

24 «Я же, чтоб дойти до дальнего Утнапишти:

24a Чтоб увидеть того, о ком ходит преданье, —

25 Я скитался долго, обошел все страны, —

Я взбирался на трудные горы, —

Через все моря я переправлялся, —

Сладким сном не утолял свои очи, —

29 Мучил себя непрерывным бденьем, —

29a Плоть свою я наполнил тоскою, —

30 Не дойдя до хозяйки богов, сносил я одежду, —

31 Убивал я медведей, гиен, львов, барсов и тигров, —

31a Оленей и серн, скот и тварь степную, —

32 Ел их мясо, их шкурой ублажал свое тело;

33 При виде меня хозяйка заперла двери, —

33a Смолой и киром обмазал шесты я, —

34 Когда плыл на ладье, не тронул воды я, —

35 Да найду я жизнь, которую ищу я!»

Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:

«Почему, Гильгамеш, ты исполнен тоскою? —

Потому ль, что плоть богов и людей в твоем теле, —

Потому ль, что отец и мать тебя создали смертным? —

40 Ты узнал ли, – когда-то для смертного Гильгамеша

Было ль в собранье богов поставлено кресло? —

42 Даны ему, смертному, пределы:

42a Люди – как пахтанье, боги – как масло, —

Человеки и боги – как мякина и пшеница! —

Поспешил ты шкурою, Гильгамеш, облечься,

45 И что царскую перевязь, ее ты носишь,

Потому что – нет у меня для тебя ответа,

Сло́ва совета нет для тебя никакого!

Обрати лицо свое, Гильгамеш, к твоим людям:

Почему их правитель рубище носит

50 [………………………………..]

(Далее недостает около двадцати пяти стихов.)

VI

25 Ярая смерть не щадит человека

26 Разве навеки мы строим домы

26a Разве навеки ставим печати?

Разве навеки делятся братья? —

Разве навеки ненависть в людях?

Разве навеки река несет полые воды

30 Стрекозой навсегда ль обернется личинка? —

Взора, что вынес бы взоры Солнца, —

С давних времен еще не бывало:

Пленный и мертвый друг с другом схожи, —

Не смерти ли образ они являют

35 Человек ли владыка? Когда Эллиль благословит их,

То сбираются Ануннаки, великие боги, —

Ма́ мет, создавшая судьбы, судьбу с ними вместе судит:

Они смерть и жизнь определили

39 Не поведали смертного часа

39a А поведали: жить живому!»

ТАБЛИЦА XI

1 Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:

2 «Гляжу на тебя я, Утнапишти, —

3 Не чуден ты ростом – таков, как и я, ты, —

4 И сам ты не чуден – таков, как и я, ты.

5 Не страшно мне с тобою сразиться;

6 Отдыхая, и ты на спину ложишься, —

7 Скажи, как ты, выжив, в собранье богов был – принят и жизнь обрел в нем?»

8 Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:

9 «Я открою, Гильгамеш, сокровенное слово, —

10 И тайну богов тебе расскажу я.

11 Шури́ппак, город, который ты знаешь, —

12 Что лежит на бреге Евфрата, —

13 Этот город древен, близки к нему боги.

14 Богов великих потоп устроить склонило их сердце.

15–16 Совещались отец их Ану, Эллиль, герой, их советник, —

17–18 Их гонец Нине́рта, их мираб Энне́ги.

19 Светлоокий Эа с ними вместе клялся, —

20 Но хижине он их слово поведал:

21 “Хижина, хижина! Стенка, стенка! —

22 Слушай, хижина! Стенка, запомни! —

23 Шуриппакиец, сын Убар-Туту, —

24 Снеси жилище, построй корабль, —

25 Покинь изобилье, заботься о жизни, —

26 Богатство презри, спасай свою душу! —

27 На свой корабль погрузи все живое.

28 Тот корабль, который ты построишь, —

29 Очертаньем да будет четырехуголен, —

30 Равны да будут ширина с длиною, —

31 Как Океан, покрой его кровлей!”

32 Я понял и вещаю Эа, владыке:

33 “То слово, владыка, что ты мне молвил, —

34 Почтить я должен, все так и исполню.

35 Что ж ответить мне граду – народу и старцам?”

36 Эа уста открыл и молвит, —

37 Мне, рабу своему, он вещает:

38 «А ты такую им речь промолви:

39 “Я знаю, Эллиль меня ненавидит, —

40 Не буду я больше жить в вашем граде, —

41 От почвы Эллиля стопы отвращу я.

42 Спущусь к Океану, к владыке Эа! —

43 А над вами дождь прольет он обильно, —

44 Тайну птиц узнаете, убежища рыбы, —

45 На земле будет всюду богатая жатва, —

46 Утром хлынет ливень, а ночью

47 Хлебный дождь вы узрите воочью”.

48 Едва занялось сияние утра, —

49 По зову моему весь край собрался, —

50 […………] ………[………….]

51 […………..] …………..[……..]

52 Всех мужей я призвал на повинность —

53 Дома́ сносили, разрушали ограду.

54 Ребенок смолу таскает, —

55 Сильный в корзинах снаряженье носит.

56 В пятеро суток заложил я кузов:

57 Треть десятины площадь, борт сто – двадцать локтей высотою, —

58 По сто двадцать локтей края его верха.

59 Заложил я обводы, чертеж начертил я:

60 Шесть в корабле положил я палуб, —

61 На семь частей его разделивши ими, —

62 Его дно разделил на девять отсеков, —

63 Забил в него колки водяные, —

64 Выбрал я руль, уложил снаряженье.

65 Три меры кира в печи расплавил;

66 Три меры смолы туда налил я, —

67 Три меры носильщики натаскали елея:

68 Кроме меры елея, что пошла на промазку, —

69 Две меры елея спрятал кормчий.

70 Для жителей града быков колол я, —

71 Резал овец я ежедневно, —

72 Соком ягод, маслом, сикерой, вином и красным и белым

73 Народ поил, как водой речною, —

74 И они пировали, как в день новогодний.

75 Открыл я благовонья, умастил свои руки.

76 Был готов корабль в час захода Солнца.

77 Сдвигать его стали – он был тяжелым, —

78 Подпирали кольями сверху и снизу, —

79 Погрузился он в воду на две трети.

80 Нагрузил его всем, что имел я, —

81 Нагрузил его всем, что имел серебра я, —

82 Нагрузил его всем, что имел я злата, —

83 Нагрузил его всем, что имел живой я твари, —

84 Поднял на корабль всю семью и род мой, —

85 Скот степной и зверье, всех мастеров я поднял.

86 Время назначил мне Шамаш:

87 “Утром хлынет ливень, а ночью

87a Хлебный дождь ты узришь воочью, —

88 Войди на корабль, засмоли его двери”.

89 Настало назначенное время:

90 Утром хлынул ливень, а ночью

90a Хлебный дождь я увидел воочью.

91 Я взглянул на лицо погоды

92 Страшно глядеть на погоду было.

93 Я вошел на корабль, засмолил его двери —

94 За смоление судна корабельщику

95 Пузур-Аме́рри Чертог я отдал и его богатства.

96 Едва занялось сияние утра, —

97 С основанья небес встала черная туча.

98 А́дду гремит в ее середине, —

99 Ше́ллат и Ха́ ниш идут пред нею, —

100 Идут гонцы, горой и равниной.

101 Э́рагаль вырывает жерди плотины, —

102 Идет Нине́рта, гать прорывает, —

103 Зажгли маяки Ануннаки, —

104 Их сияньем они тревожат землю.

105 Из-за А́дду цепенеет небо, —

106 Что было светлым – во тьму обратилось, —

107 Вся земля раскололась, как чаша.

108 Первый день бушует южный ветер, —

109 Быстро налетел, затопляя горы,

110 Словно войною, настигая землю.

111 Не видит один другого, —

112 И с небес не видать людей.

113 Боги потопа устрашились, —

114 Поднялись, удалились на небо Ану, —

115 Прижались, как псы, растянулись снаружи.

116 Иштар кричит, как в муках родов, —

117 Госпожа богов, чей прекрасен голос:

118 «Пусть бы тот день обратился в глину, —

119 Раз в совете богов я решила злое, —

120 Ка́ к в совете богов я решила злое, —

121 На гибель людей моих войну объявила? —

122 Для того ли рожаю я сама человеков, —

123 Чтоб, как рыбий народ, наполняли море!»

124 Ануннакийские боги с нею плачут, —

125 Боги смирились, пребывают в плаче, —

126 Теснятся друг к другу, пересохли их губы.

127–128 Ходит ветер шесть дней, семь ночей, —

128 Потопом буря покрывает землю.

129 При наступлении дня седьмого

129a Буря с потопом войну прекратили, —

130 Те, что сражались подобно войску.

131 Успокоилось море, утих ураган – потоп прекратился.

132 Я открыл отдушину – свет упал на лицо мне, —

133 Я взглянул на море – тишь настала, —

134 И все человечество стало глиной! —

135 Плоской, как крыша, сделалась равнина.

136 Я пал на колени, сел и плачу, —

137 По лицу моему побежали слезы.

138 Стал высматривать берег в открытом море

139 В двенадцати поприщах поднялся остров.

140 У горы Ни́цир корабль остановился.

141 Гора Ницир корабль удержала, не дает качаться.

142 Один день, два дня гора Ницир держит корабль, – не дает качаться.

143 Три дня, четыре дня гора Ницир держит корабль, – не дает качаться.

144 Пять и шесть дней гора Ницир держит корабль, – не дает качаться.

145 При наступлении дня седьмого

146 Вынес голубя и отпустил я;

147 Отправившись, голубь назад вернулся:

148 Места не нашел, прилетел обратно.

149 Вынес ласточку и отпустил я;

150 Отправившись, ласточка назад вернулась:

151 Места не нашла, прилетела обратно.

152 Вынес во́рона и отпустил я;

153 Ворон же, отправившись, спад воды увидел, —

154 Не вернулся; каркает, ест и гадит.

155 Я вышел, на четыре стороны принес я жертву, —

156 На башне горы совершил воскуренье:

157 Семь и семь поставил курильниц, —

158 В их чашки наломал я мирта, тростника и кедра.

159 Боги почуяли запах, —

160 Боги почуяли добрый запах, —

161 Боги, как мухи, собрались к приносящему жертву;

162 Как только прибыла богиня-матерь, —

163 Подняла она большое ожерелье, —

163а Что Ану изготовил ей на радость:

164 «О боги! У меня на шее лазурный камень, —

164а Как его воистину я не забуду, —

165 Так эти дни я воистину помню, —

165а Во веки веков я их не забуду! —

166 К жертве все боги пусть подходят, —

167 Эллиль к этой жертве пусть не подходит, —

168 Ибо он, не размыслив, потоп устроил

169 И моих человеков обрек истребленью!»

170 Эллиль, как только туда он прибыл, —

171 Увидев корабль, разъярился Эллиль, —

172 Исполнился гневом на богов Игигов:

173 «Какая это душа спаслася? —

173а Ни один человек не должен был выжить!»

174 Нинурта уста открыл и молвит, —

174а Ему вещает, Эллилю, герою:

175 «Кто, как не Эа, замыслы строит, —

176 И Эа ведает всякое дело!»

177 Эа уста открыл и молвит, —

177а Ему вещает, Эллилю, герою:

178 «Ты – герой, мудрец меж богами! —

179 Как же, как, не размыслив, потоп ты устроил.

180 На согрешившего грех возложи ты, —

180а На виноватого вину возложи ты, —

181 Удержись, да не будет погублен, утерпи, – да не будет повержен! —

182 Чем бы потоп тебе делать, —

182а Лучше лев бы явился, людей поубавил! —

183 Чем бы потоп тебе делать, —

183а Лучше волк бы явился, людей поубавил! —

184 Чем бы потоп тебе делать, —

184а Лучше голод настал бы, разорил бы землю! —

185 Чем бы потоп тебе делать, —

185а Лучше мор наслал бы, людей поразил бы! —

186 Я ж не выдал тайны богов великих

187 Многомудрому сон я послал, и тайну богов постиг он.

188 А теперь ему совет посоветуй!»

189 Поднялся Эллиль, взошел на корабль, —

190 Взял меня за руку, вывел наружу, —

191 На колени поставил жену мою рядом, —

192 К нашим лбам прикоснулся, встал между нами, – благословлял нас:

193 «Доселе Утнапишти был человеком, —

194 Отныне ж Утнапишти нам, богам, подобен, —

195 Пусть живет Утнапишти при устье рек, в отдаленье!»

196 Увели меня вдаль, при устье рек поселили.

197 Кто же ныне для тебя богов собрал бы, —

198 Чтоб нашел ты жизнь, которую ищешь? —

199 Вот, шесть дней и семь ночей не поспика!»

200 Только он сел, раскинув ноги, —

201 Сон дохнул на него, как мгла пустыни.

202 Утнапишти ей вещает, своей подруге:

203 «Посмотри на героя, что хочет жизни! —

204 Сон дохнул на него, как мгла пустыни».

205 Подруга его ему вещает, дальнему Утнапишти:

206 «Прикоснись к нему, человек да проснется! —

207 Тем же путем да вернется спокойно, —

208 Через те же ворота да вернется в свою землю!»

209 Утнапишти ей вещает, своей подруге:

210 «Лжив человек! Тебя он обманет:

211 Вот, пеки ему хлеба, клади у изголовья, —

212 И дни, что он спит, на стене помечай-ка».

213 Пекла она хлеба́, клала у изголовья, —

214 И дни, что он спит, на стене отмечала.

215 Первый хлеб его развалился, —

216 Треснул второй, заплесневел третий, —

217 Четвертый – его побелела корка, —

218 Пятый был черствым, шестой был свежим, —

Седьмой – в это время его он коснулся, – и тот пробудился.

219 Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:

220 «Одолел меня сон на одно мгновенье

221 Ты меня коснулся, пробудил сейчас же».

222 Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:

223 «Встань, Гильгамеш, хлеба́ сосчитай-ка, —

224 И дни, что ты спал, тебе будут известны:

225 Первый твой хлеб развалился, —

226 Треснул второй, заплесневел третий, —

226а Четвертый – его побелела корка, —

227 Пятый был черствым, шестой был свежим, —

228 Седьмой – в это время ты пробудился».

229 Гильгамеш ему вещает, дальнему Утнапишти:

230 «Что же делать, Утнапишти, куда пойду я? —

231 Плотью моей овладел Похититель, —

232 В моих покоях смерть обитает, —

233 И куда взор я ни брошу – смерть повсюду!»

234 Утнапишти ему вещает, корабельщику Уршанаби:

235 «Не тебя пусть ждет пристань, перевоз тебя – пусть забудет, —

236 Кто на берег пришел, тот к нему и стремился! —

237 Человек, которого привел ты, – рубище связало – его тело, —

238 Погубили шкуры красоту его членов.

239 Возьми, Уршанаби, отведи его умыться, —

240 Пусть свое платье он добела моет, —

241 Пусть сбросит шкуры – унесет их море.

241а Прекрасным пусть станет его тело, —

242 Новой повязкой главу пусть повяжет, —

243 Облаченье наденет, наготу прикроет.

244 Пока идти он в свой город будет, —

245 Пока не дойдет по своей дороге, —

246 Облаченье не сносится, все будет новым!»

247 Взял его Уршанаби, отвел его умыться, —

248 Добела вымыл он свое платье, —

249 Сбросил шкуры – унесло их море, —

250 Прекрасным стало его тело, —

251 Новой повязкой главу повязал он, —

252 Облаченье надел, наготу прикрыл он.

253 Пока идти он в свой город будет, —

254 Пока не дойдет по своей дороге, —

255 Облаченье не сносится, все будет новым.

256 Гильгамеш с Уршанаби шагнули в лодку,

257 Столкнули лодку на волны и на ней поплыли.

258 Подруга его ему вещает, дальнему Утнапишти:

259 «Гильгамеш ходил, уставал и трудился, —

260 Что ж ты дашь ему, в свою страну да вернется?»

261 А Гильгамеш багор уже поднял, —

262 Лодку к берегу он направил.

263 Утнапишти ему вещает, Гильгамешу:

264 «Гильгамеш, ты ходил, уставал и трудился, —

265 Что ж мне дать тебе, в свою страну да вернешься? —

266 Я открою, Гильгамеш, сокровенное слово, —

267 И тайну цветка тебе расскажу я:

268 Этот цветок – как тёрн на дне моря, —

269 Шипы его, как у розы, твою руку уколют.

270 Если этот цветок твоя рука достанет, —

270а Будешь всегда ты молод».

271 Когда Гильгамеш услышал это, —

271а Открыл он крышку колодца,

272 Привязал к ногам тяжелые камни, —

273 Утянули они его в глубь Океана.

274 Он схватил цветок, уколов свою руку;

275 От ног отрезал тяжелые камни, —

276 Вынесло море его на берег.

277 Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби:

278 «Уршанаби, цветок тот – цветок знаменитый, —

279 Ибо им человек достигает жизни.

280 Принесу его я в Урук огражденный, —

280а Накормлю народ мой, цветок испытаю:

281 Если старый от него человек молодеет, —

282 Я поем от него – возвратится моя юность».

283 Через двадцать поприщ отломили ломтик, —

284 Через тридцать поприщ на привал остановились.

285 Увидал Гильгамеш водоем, чьи холодны воды, —

286 Спустился в него, окунулся в воду.

287 Змея цветочный учуяла запах, —

288 Из норы поднялась, цветок утащила, —

289 Назад возвращаясь, сбросила кожу.

290 Между тем Гильгамеш сидит и плачет, —

291 По щекам его побежали слезы;

292 Обращается к кормчему Уршанаби:

293 «Для кого же, Уршанаби, трудились руки? —

294 Для кого же кровью истекает сердце? —

295 Себе самому не принес я блага, —

296 Доставил благо льву земляному! —

297 За двадцать поприщ теперь уж качает цветок пучина, —

298 Открывая колодец, потерял я орудья, —

299 Нечто нашел я, что мне знаменьем стало: – да отступлю я! —

300 И на берегу я ладью оставил!»

300а Через двадцать поприщ отломили ломтик, —

301 Через тридцать поприщ на привал остановились, —

301а И прибыли они в Урук огражденный.

302 Гильгамеш ему вещает, корабельщику Уршанаби:

303 «Поднимись, Уршанаби, пройди по стенам Урука, —

304 Обозри основанье, кирпичи ощупай

304а Его кирпичи не обожжены ли

305 И заложены стены не семью ль мудрецами?»

…………………………………………………………………………..

«Вавилонская теодицея»

I.

[Страдалец]: Мудрый [… постой, я хочу] сказать тебе, —

[………….. я хочу] поведать тебе, —

[…………..] тебе.

[Слуга твой] страждущий – постоянно хочу прославлять

тебя.

5. [Где мудрец], [что был бы] подобен тебе? —

[Где] ученый, [что] сравнился [б] с тобою? —

Где же советчик? – хочу рассказать [свое] горе:

Конченый [я человек]: настигло [меня] страданье.

Младшим я был [в семье], – и судьбою отец похищен;

10. Мать, [что] меня родила, обратилась к «Стране без – возврата», —

Отец и родительница моя оставили меня без защиты.

11. [Друг]: Друг мой почтенный, что сказал ты – печально.

[Милый] мой, помыслы ты на зло направил, —

Ум твой высокий [рассудку] глупца уподобил.

15. Облик твой светлый мрачным сделал.

[Да], оставляют [нас] наши отцы, – уходят дорогой смерти, —

«Реку Хубур переходят», – [как] говорят издревле.

Видел ведь ты [всех] людей многочисленных вместе:

…первенец слабый, – не … одарил его;

20. Лоснится богач, – кто его осчастливил? —

Служащий Богу – в делах удачлив, —

Чтущий богиню – копит богатства.

III. [Страдалец]: Друг мой, сердце твое – поток, источник [которого] не иссякает, —

Воды обширного моря, что убыли не имеют.

25. Тебя хочу расспросить: узнай [мое дело],

Взор обрати на мгновенье, выслушай речи.

Сковано тело, нужда [меня мучит],

Успех мой минул, прошла удача, —

Сила ослабла, кончилась прибыль.

30. Тоска и беда затмили мой облик.

Хлеба с полей для еды не хватает, —

Сикеры, живящей людей, недостает для питья мне.

Наступят ли [вновь] дни счастья? – [вот что] знать хочу я.

IV. [Друг]: Уста мои сдержаны …

35. Рассудок твой стройный, точно безумец, ты [спутал

Рассеянным и неразумным сделал ты [поведенье],

Слепому [лик] твой прекрасный ты уподобил.

То, что ты неотступно желаешь, – [получишь].

Прежняя сень по молитве [вернется],

40. Примиренная богиня возвратится по [просьбе];

[Те, кто тебя не] прощали, сжалятся над тобою.

Разумения справедливости ищи постоянно.

Могучий [защитник] да положит милость, —

[Гнев его да смягчится], прощение он да подарит! —

V. [Страдалец]: 45. Склоняюсь, мой друг, пред тобой; мудрость твою принимаю.

[Слушаю] слово речи твоей.

Дикий осел, онагр, что [травой] набивает утробу, —

Внимал толкователю божественных истин? —

50. Свирепый лев, что добрую плоть пожирает, —

Жертву принес, чтоб успокоить гнев богини? —

[Пышный] богач, что имущество приумножает, —

Драгоценного золота отвесил Маме? —

Задержал ли я приношенья? – Богу молился, —

55. Посвящал я жертвы богине, но [не услышано] – мое слово.

VI. [Друг]: Пальма, роскоши древо, мой брат драгоценный, —

Исполнен всей мудрости, золотой самородок.

Ты ведь стоишь на земле, [а] замыслы Бога далече.

Взгляни на красавца онагра в [долине], —

60. Строптивца, что нивы топтал, стрела опрокинет.

Приди, увидь врага стад, льва, о котором – ты вспомнил, —

За преступленья, что лев совершил, ему уготована яма.

Пышного богача, что имущество [в кучи] сгребает, —

Царь на костре сожжет до суждённого [ему] срока.

65. Путями, [что] эти идут, пойти и ты желаешь? —

[Лучше] ищи неизменной благосклонности Бога! —

VII. [Страдалец]: Разум твой – северный ветер, дуновенье приятное людям.

Избранный друг мой, совет твой прекрасен.

Одно [только] слово тебе я добавлю:

70. Дорогой успеха идут те, кто не ищет Бога, —

Ослабли и захирели молившиеся богине.

Сызмальства следовал я воле Божьей, —

Простершись, с молитвой искал богиню.

[Но] я влек ярмо бесприбыльной службы, —

75. Бог положил вместо роскоши бедность;

Дурак впереди меня, урод [меня] выше, —

Плуты вознеслись, а я унижен.

VIII. [Друг]: Воистину, умница [мой], тому, что открыл ты, —

нет подтвержденья! —

Истину ты отвергаешь, предначертанья Бога поносишь! —

80. Не соблюдать ритуалы богов ты возжелал в своем сердце.

Обряды богини истинные [ты презираешь].

Точно средина небес, мысли богов [далеко];

Слово [из] уст богини не разумеют люди.

Верно понять [решенья богов заказано человекам],

85. Замыслы их для людей [недоступны].

86–88.

(От строфы XII сохранились лишь отдельные слова.)

XIII. [Страдалец]: Дом хочу бросить… —

Имущества да не возжелаю… —

135. Жертвы Богу презрю, попру Божьи меры.

Бычка зарежу … пища.

Тропой пойду, вдаль заберусь я;

Запруду открою, пущу наводненье.

Точно вор, по широкой степи скитаться стану.

140. В дом за домом буду входить, утолю голод.

Буду голодным бродить, буду по улицам рыскать.

Точно убогий, внутрь войду… —

Далеко благо… —

XIV. XV. XVI. (Сохранились лишь отдельные фразы.)

177–179. …………………………………………….

XVII. [Страдалец]: 180. Все … обратились люди:

[В жалкое рубище] одет царевич, —

[В роскошный наряд] облачен сын бедняка и голодранца.

Кто солод стерег – золотом [владеет],

Кто [мерой] червонное мерил – [тяжкую ношу] таскает

185. Кто ел [одну] зелень – [пожирает] обед вельможи, —

А сыну почтенного и богатого дикий плод – [пропитанье]!

Рухнул богач; далеко

XVIII, XIX. (Сохранились отдельные слова

XX. [Друг]: Мыслям искусным твоим ты заблудиться позволил.

… изгнал ты мудрость.

Разумное ты презрел, установленное опоганил.

215. [Кто ритуалы свершает] – от тяжких трудов избавлен…

сделался важным…

имя ему ученый

Голову держит высоко, имеет то, что желает

Следуй стезею Бога, храни его обряды.

220. …и на добро положен.

XXI. [Страдалец]: … плута…мошенников всех

Добро себе собирают… —

224–231……………………………….

XXII. [Друг]: 232–234……………………….

235. Что до плута – завидовал ты его процветанью —

Прыть его ног исчезнет скоро! —

Без Бога мошенник владеет богатством, —

Оружье убийцы его настигнет! —

Что твой успех, если Божьей воли не ищешь? —

240. У влачащего Божье ярмо достаток скромный, – [но] верный.

Найди благое дыханье Бога, —

И что за год утратил, восстановишь тотчас.

XXII. [Страдалец]: Вгляделся я в мир – дела [обстоят] подругому:

Демону Бог не закрыл дороги.

245. Отец по каналам волочит лодку, —

[А] сын его взрослый разлегся в постели

Бежит, точно пес, по пути брат старший

Младший счастлив, – погоняет мула

По улице рыщет бродягой наследник

250. Второй сын дает бедняку пропитанье

Что получил я от Бога, которому поклонялся

Пред теми, кто ниже меня, я склоняюсь

Презирают меня [и] босяк, [и] богатый, и гордый

XXIV. [Друг]: Искусный, ученый, знанья обретший

255. Озлоблено сердце твое, [потому и] поносишь Бога

Как средина небес, сердце Бога далеко

Познать его трудно, не поймут [его] люди

Творение рук Аруру все [существа] живые

Отпрыск их первый у всех не ладен

260. Первый теленок мал у коровы

Приплод ее поздний – вдвое больше

Первый ребенок дурачком родится

Второму прозванье – сильный, смелый

Видят, да не поймут Божью премудрость люди

XXV. [Страдалец]: 265. Внемли мне, друг мой, пойми мои мысли.

Сохрани наилучшее слово из речи:

Превозносят дела важного, [хотя] он изведал убийство, —

Унижают малого, что зла не делал.

Утверждают дурного, кому мерзость – [как правда (?)].

270. Гонят праведного, что чтил волю Бога

Наполняют золотом ларец злодея

Выгребают из закромов жалкого пищу

Укрепляют сильного, что с грехом дружен

Губят слабого, немощного топчут

275. И меня, ничтожного, богач настигает

XXVI. [Друг]: Царь богов Нарру, человеков создавший

Зулуммар великий, добывший их глину

Царица, лепившая их, владычица Мама

Кривую речь человечеству дали

280. Наделили его навсегда неправедностью и ложью

Доброе дерзко говорят о богатом:

Царь-де, идет на его стороне богатства.

Малому человеку вредят, точно вору, —

Творят ему мерзость, убить замышляют.

285. Обманом все зло принять заставляют, ибо нет у него

[защиты].

Ужасно ведут к концу, гасят его, как угли.

XXVII. [Страдалец]: Добр ты, друг мой, – увидь [мое] горе.

Приди мне [на помощь], страданья заметь, узнай же! —

[Был] я послушен, учен, богомолен, —

290. [Но] помощи и поддержки [ни на] мгновенье не видел.

Городскую площадь прохожу незаметно;

Тиха моя речь, негромок голос.

Головы не подъемлю, в землю смотрю я:

Точно раб, не молюсь я в собрании равных.

295. Боги, что бросили меня, да подадут [мне] помощь.

Богиня, что [бежала], да возымеет милость.

Пастырь, солнце людей, как Бог, упасет [человеков!]

Часть III. Древнееврейская философская и религиозная мысль

Библия

Библия – собрание древних текстов, канонизированное религиозной традицией иудаизма и христианства. Признаваемая обеими религиями часть Библии, первая по времени создания и бо́льшая по объему, получила у христиан название Ветхий (Старый) Завет, другая часть, прибавленная христианами, называется Новый Завет.

Ветхозаветная часть Библии состоит из ряда книг. Прежде всего это знаменитое Пятикнижие, книги закона, создателем которых считают пророка Моисея. Сюда входят: Бытие, которое рассказывает о сотворении мира и человека; Исход, повествующий о жизни и деятельности законодателя евреев Моисея, и содержащий знаменитые десять заповедей Бога, а также Левит, Числа и Второзаконие. Вслед за Пятикнижием в Библии помещены книги судей и царей израилевых – «исторические», или «писания». Среди них Книга Иова, Книга Притчей Соломоновых, Книга Экклезиаста.

Книга Иова (V–IV вв. до н. э.) рассказывает о страдающем праведнике, чья вера в справедливый Божественный миропорядок вступает в мучительный конфликт с его знанием о несчастьях невинных, порождающим сомнения в существовании Высшей справедливости. Бог через своих посланников сурово осуждает Иова за малодушие и неверие и дает понять, что страдание посылается не как кара, но как средство духовного пробуждения людей.

Соломон, третий царь Израильско-Иудейского государства (ок. 965–928 до н. э.), изображен в ветхозаветных книгах величайшим мудрецом всех времен, который изрек три тысячи притчей и тысячу пять песней и которому было позволено познать «…все сокровенное и явное».

Особое место занимает Книга Экклезиаста (сложена в III в. до н. э.), – книга, столь непохожая на другие части Библии, что ее многие считают ветхозаветной параллелью к произведениям стоиков и эпикурейцев. Миросозерцание ее автора удаляется от библейской традиции, его раздумья проникнуты пессимизмом: богатство, мудрость, труд – все «суета сует», но в конце концов он готов принять жизнь, какой она ему видится. Многие афоризмы Экклезиаста стали пословицами.

Третью группу библейских книг составляют книги пророков, принадлежащие народным проповедникам VIII–V вв. до н. э.: Исайе, Иеремии, Иезекиилю, Даниилу и 12 «малым пророкам», в том числе Иоилю.

В так называемом Плаче Иеремии раскрывается понятие любви, милости («хесед»), открытое пророком прежде всего в самом Боге, но и составляющее глубинное состояние человеческой души, стремление видеть в человеке исключительную ценность.

Книга Пророка Даниила предваряет позднеиудейскую и раннехристианскую апокалиптику, т. е. литературу видений о последних судьбах мира, в которой особенно акцентируется тема эсхатологии. Даниил – праведник и мудрец, который получает от Бога «разумение всякой книги и мудрости» и разумение «всяких видений и снов» как награду за набожность. Его апокалиптические видения в «пророческих» главах книги предсказывают приход мессии; здесь впервые в Библии выражена идея Страшного суда, дается эсхатологическое исчисление срока предстоящего спасения избранных. Мессианские идеи Книги Пророка Даниила оказали глубокое влияние на первоначальное христианство.

Эсхатология является главной темой Книги Пророка Иоиля, в которой развитие истории изображается как движение к мессианскому царству.

В текстах Библии – глубокие раздумья о мироздании и первоосновах бытия, о человеке, моральных и социальных ценностях.

Отрывки из Библии печатаются в каноническом переводе по синодальному изданию.

ИЗ ПЕРВОЙ КНИГИ МОИСЕЕВОЙ

БЫТИЕ

ГЛАВА 1

1 Сотворение неба и земли; 26 сотворение человека.

В начале сотворил Бог небо и землю.

2 Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною; и Дух Божий носился над водою.

3 И сказал Бог: да будет свет. И стал свет.

4 И увидел Бог свет, что он хорош; и отделил Бог свет от тьмы.

5 И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.

6 И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды.

7 И создал Бог твердь; и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.

8 И назвал Бог твердь небом. И был вечер, и было утро: день вторый.

9 И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так.

10 И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо.

11 И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву сеющую семя, дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так.

12 И произвела земля зелень, траву, сеющую семя по роду ее, и дерево, приносящее плод, в котором семя его по роду его. И увидел Бог, что это хорошо.

13 И был вечер, и было утро: день третий.

14 И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной, для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов;

15 И да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю. И стало так.

16 И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звезды;

17 И поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю,

18 И управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо.

19 И был вечер, и было утро: день четвертый.

20 И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной.

21 И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.

22 И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле.

23 И был вечер, и было утро: день пятый.

24 И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так.

25 И создал Бог зверей земных по роду их, и скот по роду его, и всех гадов земных по роду их. И увидел Бог, что это хорошо.

26 И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему; и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

27 И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их.

28 И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле.

29 И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя: вам сие будет в пищу;

30 А всем зверям земным, и всем птицам небесным, и всякому пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так.

31 И увидел Бог все, что́ Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.

ГЛАВА 2

1 Бог благословляет седьмый день; 4 человек в раю Едемском; четыре реки; дерево познания добра и зла. 18 Человек дает названия животным. 21 Создание женщины.

Так совершены небо и земля и все воинство их.

2 И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал.

3 И благословил Бог седьмый день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал.

4 Вот происхождение неба и земли, при сотворении их, в то время, когда Господь Бог создал землю и небо.

5 И всякий полевый кустарник, которого еще не было на земле, и всякую полевую траву, которая еще не росла; ибо Господь Бог не посылал дождя на землю, и не было человека для возделания земли;

6 Но пар поднимался с земли, и орошал все лице земли.

7 И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою.

8 И насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке; и поместил там человека, которого создал.

9 И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла.

10 Из Едема выходила река для орошения рая; и потом разделялась на четыре реки.

11 Имя одной Фисон: она обтекает всю землю Хавила, ту, где золото;

12 И золото той земли хорошее; там бдолах и камень оникс.

13 Имя второй реки Гихон: она обтекает всю землю Куш.

14 Имя третьей реки Хиддекель: она протекает пред Ассириею. Четвертая река Евфрат.

15 И взял Господь Бог человека, и поселил его в саду Едемском, чтобы возделывать его и хранить его.

16 И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть;

17 А от дерева познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрешь.

18 И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему.

19 Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей.

20 И нарек человек имена всем скотам и птицам небесным и всем зверям полевым; но для человека не нашлось помощника, подобного ему.

21 И навел Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из ребр его, и закрыл то место плотию.

22 И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку.

23 И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою: ибо взята от мужа.

24 Потому оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей; и будут одна плоть.

25 И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились.

ИЗ ВТОРОЙ КНИГИ МОИСЕЕВОЙ

ИСХОД

ГЛАВА 20

1 Десять заповедей; 18 Моисей успокаивает народ; 22 закон относительно жертвенников для жертвоприношений без идолопоклонства.

И изрек Бог все слова сии, говоря:

2 Я Господь, Бог твой, который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства.

3 Да не будет у тебя других богов пред лицем Моим.

4 Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли.

5 Не поклоняйся им и не служи им; ибо Я Господь, Бог твой. Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого рода, ненавидящих Меня,

6 И творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои.

7 Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно; ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно.

8 Помни день субботний, чтобы святить его.

9 Шесть дней работай, и делай всякие дела твои;

10 А день седьмый – суббота Господу Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришлец, который в жилищах твоих.

11 Ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них; а в день седьмый почил. Посему благословил Господь день субботний и освятил его.

12 Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе.

13 Не убивай.

14 Не прелюбодействуй.

15 Не кради.

16 Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего.

17 Не желай дома ближнего твоего; не желай жены ближнего твоего, ни раба его, ни рабыни его, ни вола его, ни осла его, ничего, что у ближнего твоего.

18 Весь народ видел громы и пламя, и звук трубный, и гору дымящуюся; и, увидев то, народ отступил, и стал вдали.

19 И сказали Моисею: говори ты с нами, и мы будем слушать; но чтобы не говорил с нами Бог, дабы нам не умереть.

20 И сказал Моисей народу: не бойтесь; Бог пришел, чтобы испытать вас и чтобы страх Его был пред лицем вашим, дабы вы не грешили.

21 И стоял народ вдали; а Моисей вступил во мрак, где Бог.

22 И сказал Господь Моисею: так скажи сынам Израилевым: вы видели, как Я с неба говорил вам.

23 Не делайте предо Мною богов серебряных или богов золотых, не делайте себе.

24 Сделай Мне жертвенник из земли, и приноси на нем всесожжения твои и мирные жертвы твои, овец твоих и волов твоих; на всяком месте, где Я положу память имени Моего, Я прийду к тебе, и благословлю тебя.

25 Если же будешь делать Мне жертвенник из камней, то не сооружай его из тесаных. Ибо, как скоро наложишь на них тесло твое, то осквернишь их.

26 И не всходи по ступеням к жертвеннику Моему, дабы не открылась при нем нагота твоя.

КНИГА ИОВА

ГЛАВА 1

1 Иов, муж справедливый и с большим имением. 6 Сатана: «Разве даром богобоязнен Иов»?

13 Имение Иова потеряно, сыновья умерли. 20 «Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно».

Был человек в земле Уц, имя его Иов, и был человек этот непорочен, справедлив и богобоязнен, и удалялся от зла.

2 И родились у него семь сыновей и три дочери.

3 Имения у него было: семь тысяч мелкого скота, три тысячи верблюдов, пятьсот пар волов и пятьсот ослиц, и весьма много прислуги; и был человек этот знаменитее всех сынов востока.

4 Сыновья его сходились, делая пиры каждый в своем доме в свой день, и посылали и приглашали трех сестер своих есть и пить с ними.

5 Когда круг пиршественных дней совершался, Иов посылал за ними и освящал их, и, вставая рано утром, возносил всесожжения по числу всех их. Ибо говорил Иов: может быть, сыновья мои согрешили, и похулили Бога в сердце своем. Так делал Иов во все такие дни.

6 И был день, когда пришли сыны Божии предстать пред Господа; между ними пришел и сатана.

7 И сказал Господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана Господу, и сказал: я ходил по земле, и обошел ее.

8 И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла.

9 И отвечал сатана Господу, и сказал: разве даром богобоязнен Иов?

10 Не Ты ли кругом оградил его, и дом его, и все, что у него? Дело рук его Ты благословил, и стада его распространяются по земле.

11 Но простри руку Твою, и коснись всего, что у него, – благословит ли он Тебя?

12 И сказал Господь сатане: вот, все, что у него, в руке твоей; только на него не простирай руки твоей. И отошел сатана от лица Господня.

13 И был день, когда сыновья его и дочери его ели и вино пили в доме первородного брата своего.

14 И вот, приходит вестник к Иову, и говорит:

15 Волы орали, и ослицы паслись подле них, как напали Савеяне, и взяли их, а отроков поразили острием меча; и спасся только я один, чтобы возвестить тебе.

16 Еще он говорил, как приходит другой, и сказывает: огонь Божий упал с неба, и опалил овец и отроков, и пожрал их; и спасся только я один, чтобы возвестить тебе.

17 Еще он говорил, как приходит другой, и сказывает: Халдеи расположились тремя отрядами, и бросились на верблюдов, и взяли их, а отроков поразили острием меча; и спасся только я один, чтобы возвестить тебе.

18 Еще этот говорил, приходит другой, и сказывает: сыновья твои и дочери твои ели и вино пили в доме первородного брата своего;

19 И вот, большой ветер пришел от пустыни, и охватил четыре угла дома, и дом упал на отроков, и они умерли; и спасся только я один, чтобы возвестить тебе.

20 Тогда Иов встал, и разодрал верхнюю одежду свою, остриг голову свою, и пал на землю, и поклонился,

21 И сказал: наг я вышел из чрева матери моей, наг и возвращусь. Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно!

22 Во всем этом не согрешил Иов, и не произнес ничего неразумного о Боге.

ГЛАВА 2

1 Второе испытание Иова, проказа: «только душу его сбереги»; 7 «неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать»? 11 трое друзей Иова.

Был день, когда пришли сыны Божии предстать пред Господа; между ними пришел и сатана предстать пред Господа.

2 И сказал Господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана Господу, и сказал: я ходил по земле, и обошел ее.

3 И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла, и доселе тверд в своей непорочности; а ты возбуждал Меня против него, чтобы погубить его безвинно.

4 И отвечал сатана Господу, и сказал: кожа за кожу, а за жизнь свою отдаст человек все, что есть у него;

5 Но простри руку Твою, и коснись кости его и плоти его, – благословит ли он Тебя?

6 И сказал Господь сатане: вот, он в руке твоей, только душу его сбереги.

7 И отошел сатана от лица Господня, и поразил Иова проказою лютою от подошвы ноги его по самое темя его.

8 И взял он себе черепицу, чтобы скоблить себя ею, и сел в пепел.

9 И сказала ему жена его: ты все еще тверд в непорочности твоей! Похули Бога, и умри.

10 Но он сказал ей: ты говоришь как одна из безумных; неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать? Во всем этом не согрешил Иов устами своими.

11 И услышали трое друзей Иова о всех этих несчастиях, постигших его, и пошли каждый из своего места: Елифаз Феманитянин, Вилдад Савхеянин и Софар Наамитянин, и сошлись, чтоб идти вместе сетовать с ним и утешать его.

12 И, подняв глаза свои издали, они не узнали его; и возвысили голос свой, и зарыдали; и разодрал каждый верхнюю одежду свою, и бросали пыль над головами своими к небу.

13 И сидели с ним на земле семь дней и семь ночей; и никто не говорил ему ни слова, ибо видели, что страдание его весьма велико.

ГЛАВА 3

1 Иов проклял день своего рождения; 13 он жаждет смерти, ибо «там отдыхают истощившиеся в силах».

После того открыл Иов уста свои, и проклял день свой.

2 И начал Иов, и сказал:

3 Погибни день, в который я родился, и ночь, в которую сказано: «зачался человек!»

4 День тот да будет тьмою; да не взыщет его Бог свыше, и да не воссияет над ним свет!

5 Да омрачит его тьма и тень смертная, да обложит его туча, да страшатся его, как палящего зноя!

6 Ночь та, – да обладает ею мрак, да не сочтется она в днях года, да не войдет в число месяцев!

7 О! Ночь та – да будет она безлюдна; да не войдет в нее веселие!

8 Да проклянут ее проклинающие день, способные разбудить Левиафана!

9 Да померкнут звезды рассвета ее: пусть ждет она света, и он не приходит, и да не увидит она ресниц денницы,

10 За то, что не затворила дверей чрева матери моей и не сокрыла горести от очей моих!

11 Для чего не умер я, выходя из утробы, и не скончался, когда вышел из чрева?

12 Зачем приняли меня колена? зачем было мне сосать сосцы?

13 Теперь бы лежал я и почивал; спал бы, и мне было бы покойно,

14 С царями и советниками земли, которые застроивали для себя пустыни,

15 Или с князьями, у которых было золото, и которые наполняли дома свои серебром;

16 Или, как выкидыш сокрытый, я не существовал бы, как младенцы, не увидевшие света.

17 Там беззаконные перестают наводить страх, и там отдыхают истощившиеся в силах.

18 Там узники вместе наслаждаются покоем, и не слышат криков приставника.

19 Малый и великий там равны, и раб свободен от господина своего.

20 На что дан страдальцу свет, и жизнь огорченным душею,

21 Которые ждут смерти, и нет ее, которые вырыли бы ее охотнее, нежели клад,

22 Обрадовались бы до восторга, восхитились бы, что нашли гроб?

23 На что дан свет человеку, которого путь закрыт, и которого Бог окружил мраком?

24 Вздохи мои предупреждают хлеб мой, и стоны мои льются, как вода.

25 Ибо ужасное, чего я ужасался, то и постигло меня; и чего я боялся, то и пришло ко мне.

26 Нет мне мира, нет покоя, нет отрады: постигло несчастие.

ГЛАВА 4

1 Первая речь Елифаза: «погибал ли кто невинный»? 12 видение Елифаза: «человек праведнее ли Бога»? И отвечал Елифаз Феманитянин, и сказал:

2 Если попытаемся мы сказать к тебе слово, – не тяжело ли будет тебе? впрочем кто может возбранить слову!

3 Вот, ты наставлял многих, и опустившиеся руки поддерживал,

4 Падающего восставляли слова твои, и гнущиеся колена ты укреплял.

5 А теперь дошло до тебя, и ты изнемог; коснулось тебя, и ты упал духом.

6 Богобоязненность твоя не должна ли быть твоею надеждою, и непорочность путей твоих – упованием твоим?

7 Вспомни же, погибал ли кто невинный, и где праведные бывали искореняемы?

8 Как я видал, то оравшие нечестие и сеявшие зло пожинают его;

9 От дуновения Божия погибают, и от духа гнева Его исчезают.

10 Рев льва и голос рыкающего умолкает, и зубы скимнов сокрушаются;

11 Могучий лев погибает без добычи, и дети львицы рассеваются.

12 И вот, ко мне тайно принеслось слово, и ухо мое приняло нечто от него.

13 Среди размышлений о ночных видениях, когда сон находит на людей,

14 Объял меня ужас и трепет, и потряс все кости мои.

15 И дух прошел надо мною; дыбом стали волоса на мне.

16 Он стал, – но я не распознал вида его, – только облик был пред глазами моими; тихое веяние, – и я слышу голос:

17 Человек праведнее ли Бога? и муж чище ли Творца своего?

18 Вот, Он и слугам Своим не доверяет; и в ангелах Своих усматривает недостатки,

19 Тем более – в обитающих в храминах из брения, которых основание прах, которые истребляются скорее моли.

20 Между утром и вечером они распадаются; не увидишь, как они вовсе исчезнут.

21 Не погибают ли с ними и достоинства их? Они умирают, не достигши мудрости.

ГЛАВА 5

1 «Человек рождается на страдание»; 8 Елифаз советует Иову предать свое дело Богу. 17 «Наказания Вседержителева не отвергай».

Взывай, если есть отвечающий тебе. И к кому из святых обратишься ты?

2 Так, глупца убивает гневливость, и несмысленного губит раздражительность.

3 Видел я, как глупец укореняется; и тотчас проклял дом его.

4 Дети его далеки от счастия, их будут бить у ворот, и не будет заступника.

5 Жатву его съест голодный, и из-за терна возьмет ее, и жаждущие поглотят имущество его.

6 Так, не из праха выходит горе, и не из земли выростает беда;

7 Но человек рождается на страдание, как искры, чтоб устремляться вверх.

8 Но я к Богу обратился бы, предал бы дело мое Богу,

9 Который творит дела великие и неисследимые, чудные без числа;

10 Дает дождь на лице земли, и посылает воды на лице полей;

11 Униженных поставляет на высоту, и сетующие возносятся во спасение.

12 Он разрушает замыслы коварных, и руки их не довершают предприятия.

13 Он уловляет мудрецов их же лукавством, и совет хитрых становится тщетным:

14 Днем они встречают тьму, и в полдень ходят ощупью, как ночью.

15 Он спасает бедного от меча, от уст их и от руки сильного.

16 И есть несчастному надежда, и неправда затворяет уста свои.

17 Блажен человек, которого вразумляет Бог, и потому наказания Вседержителева не отвергай.

18 Ибо Он причиняет раны, и Сам обвязывает их; Он поражает, и Его же руки врачуют.

19 В шести бедах спасет тебя, и в седьмой не коснется тебя зло.

20 Во время голода избавит тебя от смерти, и на войне – от руки меча.

21 От бича языка укроешь себя, и не убоишься опустошения, когда оно придет.

22 Опустошению и голоду посмеешься, и зверей земли не убоишься;

23 Ибо с камнями полевыми у тебя союз, и звери полевые в мире с тобою.

24 И узнаешь, что шатер твой в безопасности, и будешь смотреть за домом твоим, и не согрешишь.

25 И увидишь, что семя твое многочисленно, и отрасли твои, как трава на земле.

26 Войдешь во гроб в зрелости, как укладываются снопы пшеницы в свое время.

27 Вот что мы дознали; так оно и есть; выслушай это, и заметь для себя.

ГЛАВА 6

1 Иов приписывает свою скорбь своим тяжелым испытаниям; 8 он взывает об облегчении чрез смерть; «медь ли плоть моя»? 14 Выговор друзьям за недостаток сожаления к нему в его страданиях; 24 он просит их указать ему, в чем он согрешил.

И отвечал Иов, и сказал:

2 О, если бы верно взвешены были вопли мои, и вместе с ними положили на весы страдание мое!

3 Оно верно перетянуло бы песок морей! Оттого слова мои неистовы.

4 Ибо стрелы Вседержителя во мне; яд их пьет дух мой; ужасы Божии ополчились против меня.

5 Ревет ли дикий осел на траве? мычит ли бык у месива своего?

6 Едят ли безвкусное без соли, и есть ли вкус в яичном белке?

7 До чего не хотела коснуться душа моя, то составляет отвратительную пищу мою.

8 О, когда бы сбылось желание мое, и чаяние мое исполнил Бог!

9 О, если бы благоволил Бог сокрушить меня, простер руку Свою, и сразил меня!

10 Это было бы еще отрадою мне, и я крепился бы в моей беспощадной болезни, ибо я не отвергся изречений Святого.

11 Что за сила у меня, чтобы надеяться мне? и какой конец, чтобы длить мне жизнь мою?

12 Твердость ли камней твердость моя? и медь ли плоть моя?

13 Есть ли во мне помощь для меня, и есть ли для меня какая опора?

14 К страждущему должно быть сожаление от друга его, если только он не оставил страха к Вседержителю.

15 Но братья мои неверны, как поток, как быстро текущие ручьи.

16 Которые черны от льда, и в которых скрывается снег.

17 Когда становится тепло, они умаляются, а во время жаров исчезают с мест своих.

18 Уклоняют они направление путей своих, заходят в пустыню, и теряются:

19 Смотрят на них дороги Фемайские, надеются на них пути Савейские,

20 Но остаются пристыженными в своей надежде; приходят туда, и от стыда краснеют.

21 Так и вы теперь ничто; увидели страшное, и испугались.

22 Говорил ли я: «дайте мне, или от достатка вашего заплатите за меня;

23 И избавьте меня от руки врага, и от руки мучителей выкупите меня»?

24 Научите меня, и я замолчу; укажите, в чем я погрешил.

25 Как сильны слова правды? Но что доказывают обличения ваши?

26 Вы придумываете речи для обличения? – На ветер пускаете слова ваши.

27 Вы нападаете на сироту, а роете яму другу вашему.

28 Но прошу вас, взгляните на меня; буду ли я говорить ложь пред лицем вашим?

29 Пересмотрите, есть ли неправда? пересмотрите, – правда моя.

30 Есть ли на языке моем неправда? Неужели гортань моя не может различить горечи?

ГЛАВА 7

1 Дни страданий Иова – без надежды в будущем. 11 Вопль к Богу: «Зачем Ты поставил меня противником Себе»?

Не определено ли человеку время на земле, и дни его не то же ли, что дни наемника?

2 Как раб жаждет тени, и как наемник ждет окончания работы своей,

3 Так я получил в удел месяцы суетные, и ночи горестные отчислены мне.

4 Когда ложусь, то говорю: «когда-то встану?» а вечер длится, и я ворочаюсь досыта до самого рассвета.

5 Тело мое одето червями и пыльными струпами; кожа моя лопает и гноится.

6 Дни мои бегут скорее челнока, и кончаются без надежды.

7 Вспомни, что жизнь моя дуновение, что око мое не возвратится видеть доброе.

8 Не увидит меня око видевшего меня; очи Твои на меня, – и нет меня.

9 Редеет облако, и уходит; так нисшедший в преисподнюю не выйдет,

10 Не возвратится более в дом свой, и место его не будет уже знать его.

11 Не буду же я удерживать уст моих; буду говорить в стеснении духа моего; буду жаловаться в горести души моей.

12 Разве я море или морское чудовище, что Ты поставил надо мною стражу?

13 Когда подумаю: «утешит меня постель моя, унесет горесть мою ложе мое»,

14 Ты страшишь меня снами, и видениями пугаешь меня.

15 И душа моя желает лучше прекращения дыхания, лучше смерти, нежели сбережения костей моих.

16 Опротивела мне жизнь. Не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета.

17 Что такое человек, что Ты столько ценишь его и обращаешь на него внимание Твое,

18 Посещаешь его каждое утро, каждое мгновение испытываешь его?

19 Доколе же Ты не оставишь, доколе не отойдешь от меня, доколе не дашь мне проглотить слюну мою?

20 Если я согрешил, то что́ я сделаю Тебе, страж человеков! Зачем Ты поставил меня противником Себе, так что я стал самому себе в тягость?

21 И зачем бы не простить мне греха и не снять с меня беззакония моего? ибо, вот, я лягу в прахе; завтра поищешь меня, и меня нет.

ГЛАВА 8

1 Первая речь Вилдада: «Неужели Бог извращает суд»? 11 «Таковы пути всех забывающих Бога». 20 «Бог не отвергает непорочного».

И отвечал Вилдад Савхеянин, и сказал:

2 Долго ли ты будешь говорить так? – слова уст твоих бурный ветер!

3 Неужели Бог извращает суд, и Вседержитель превращает правду?

4 Если сыновья твои согрешили пред Ним, то Он и предал их в руку беззакония их.

5 Если же ты взыщешь Бога и помолишься Вседержителю,

6 И если ты чист и прав, то Он ныне же встанет над тобою и умиротворит жилище правды твоей.

7 И если вначале у тебя было мало, то впоследствии будет весьма много.

8 Ибо спроси у прежних родов, и вникни в наблюдения отцов их;

9 А мы вчерашние, и ничего не знаем, потому что наши дни на земле тень.

10 Вот, они научат тебя, скажут тебе, и от сердца своего произнесут слова.

11 Поднимается ли тростник без влаги? растет ли камыш без воды?

12 Еще он в свежести своей, и не срезан, а прежде всякой травы засыхает.

13 Таковы пути всех забывающих Бога; и надежда лицемера погибнет;

14 Упование его подсечено, и уверенность его – дом паука.

15 Опрется о дом свой, и не устоит; ухватится за него, и не удержится.

16 Зеленеет он пред солнцем, за сад простираются ветви его;

17 В кучу камней вплетаются корни его, между камнями врезываются.

18 Но когда вырвут его с места его, оно откажется от него: «я не видало тебя!»

19 Вот радость пути его! а из земли вырастают другие.

20 Видишь, Бог не отвергает непорочного, и не поддерживает руки злодеев.

21 Он еще наполнит смехом уста твои, и губы твои радостным восклицанием.

22 Ненавидящие тебя облекутся в стыд, и шатра нечестивых не станет.

ГЛАВА 9

1 Ответ Иова: «Как оправдается человек пред Богом»?

12 «Кто скажет Ему: что Ты делаешь»?

25 «Он не человек, как я» – «нет между нами посредника».

И отвечал Иов, и сказал:

2 Правда! знаю, что так; но как оправдается человек пред Богом?

3 Если захочет вступить в прение с Ним, то не ответит Ему ни на одно из тысячи.

4 Премудр сердцем и могущ силою; кто восставал против Него и оставался в покое?

5 Он передвигает горы, и не узнают их; Он превращает их в гневе Своем;

6 Сдвигает землю с места ее, и столбы ее дрожат;

7 Скажет солнцу, – и не взойдет, и на звезды налагает печать.

8 Он один распростирает небеса, и ходит по высотам моря;

9 Сотворил Ас, Кесиль и Хима и тайники юга;

10 Делает великое, неисследимое и чудное без числа!

11 Вот, Он пройдет предо мною, и не увижу Его; пронесется, и не замечу Его.

12 Возьмет, и кто возбранит Ему? кто скажет Ему: «что Ты делаешь»?

13 Бог не отвратит гнева Своего; пред Ним падут поборники гордыни.

14 Тем более могу ли я отвечать Ему и приискивать себе слова пред Ним?

15 Хотя бы я и прав был, но не буду отвечать, а буду умолять Судию моего.

16 Если бы я воззвал, и Он ответил мне, – я не поверил бы, что голос мой услышал Тот,

17 Кто в вихре разит меня и умножает безвинно мои раны,

18 Не дает мне перевести духа, но пресыщает меня горестями.

19 Если действовать силою, то Он могуществен; если судом, кто сведет меня с Ним?

20 Если я буду оправдываться, то мои же уста обвинят меня; если я невинен, то Он признает меня виновным.

21 Невинен я; не хочу знать души моей, презираю жизнь мою.

22 Все одно; поэтому я сказал, что Он губит и непорочного и виновного.

23 Если этого поражает Он бичем вдруг, то пытке невинных посмеивается.

24 Земля отдана в руки нечестивых; лица судей ее Он закрывает. Если не Он, то кто же?

25 Дни мои быстрее гонца, – бегут, не видят добра;

26 Несутся, как легкие ладьи, как орел стремится на добычу.

27 Если сказать мне: «забуду я жалобы мои, отложу мрачный вид свой, и ободрюсь»;

28 То трепещу всех страданий моих, зная, что Ты не объявишь меня невинным.

29 Если же я виновен, то для чего напрасно томлюсь?

30 Хотя бы я омылся и снежною водою и совершенно очистил руки мои,

31 То и тогда Ты погрузишь меня в грязь, и возгнушаются мною одежды мои.

32 Ибо Он не человек, как я, чтоб я мог отвечать Ему и идти вместе с Ним на суд!

33 Нет между нами посредника, который положил бы руку свою на обоих нас.

34 Да отстранит Он от меня жезл Свой, и страх Его да не ужасает меня;

35 И тогда я буду говорить, и не убоюсь Его; ибо я не таков сам в себе.

ГЛАВА 10

1 «Буду говорить в горести души моей… Ты знаешь, что я не беззаконник». 8 «Твои руки трудились надо мною … и Ты губишь меня». 18 «Отступи от меня, чтобы я немного ободрился, прежде нежели отойду … в страну… смерти».

Опротивела душе моей жизнь моя; предамся печали моей; буду говорить в горести души моей.

2 Скажу Богу: не обвиняй меня; объяви мне, за что Ты со мною борешься?

3 Хорошо ли для Тебя, что Ты угнетаешь, что презираешь дело рук Твоих, а на совет нечестивых посылаешь свет?

4 Разве у Тебя плотские очи, и Ты смотришь, как смотрит человек?

5 Разве дни твои, как дни человека, или лета Твои, как дни мужа,

6 Что Ты ищешь порока во мне и допытываешься греха во мне,

7 Хотя знаешь, что я не беззаконник, и что некому избавить меня от руки Твоей?

8 Твои руки трудились надо Мною, и образовали всего меня кругом, – и Ты губишь меня?

9 Вспомни, что Ты, как глину, обделал меня, и в прах обращаешь меня?

10 Не Ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня,

11 Кожею и плотию одел меня, костями и жилами скрепил меня,

12 Жизнь и милость даровал мне, и попечение Твое хранило дух мой?

13 Но и то скрывал Ты в сердце Своем, – знаю, что это было у Тебя, —

14 Что, если я согрешу. Ты заметишь, и не оставишь греха моего без наказания.

15 Если я виновен, горе мне! если и прав, то не осмелюсь поднять головы моей. Я пресыщен унижением; взгляни на бедствие мое;

16 Оно увеличивается. Ты гонишься за мною, как лев, и снова нападаешь на меня, и чудным являешься во мне.

17 Выводишь новых свидетелей Твоих против меня; усиливаешь гнев Твой на меня; и беды, одни за другими, ополчаются против меня.

18 И зачем Ты вывел меня из чрева? пусть бы я умер, когда еще ничей глаз не видел меня.

19 Пусть бы я, как небывший, из чрева перенесен был во гроб!

20 Не малы ли дни мои? Оставь, отступи от меня, чтобы я немного ободрился,

21 Прежде нежели отойду, – и уже не возвращусь, – в страну тьмы и сени смертной,

22 В страну мрака, каков есть мрак тени смертной, где нет устройства, где темно, как самая тьма.

ГЛАВА 11

1 Первая речь Софара: «Бог для тебя некоторые из беззаконий твоих предал забвению»;

7 Бог неисследим;

13 Софар призывает Иова отвергнуть свой грех; тогда он не будет бояться.

И отвечал Софар Наамитянин, и сказал:

2 Разве на множество слов нельзя дать ответа, и разве человек многоречивый прав?

3 Пустословие твое заставит ли молчать мужей, чтобы ты глумился, и некому было постыдить тебя?

4 Ты сказал: «суждение мое верно, и чист я в очах Твоих».

5 Но, если бы Бог возглаголал и отверз уста Свои к тебе,

6 И открыл тебе тайны премудрости, что тебе вдвое больше следовало бы понести! Итак знай, что Бог для тебя некоторые из беззаконий твоих предал забвению.

7 Можешь ли ты исследованием найти Бога? Можешь ли совершенно постигнуть Вседержителя?

8 Он превыше небес, – что можешь сделать? глубже преисподней, – что можешь узнать?

9 Длиннее земли мера Его и шире моря.

10 Если Он пройдет и заключит кого в оковы, и представит на суд, то кто отклонит Его?

11 Ибо Он знает людей лживых, и видит беззаконие, и оставит ли его без внимания?

12 Но пустой человек мудрствует, хотя человек рождается подобно дикому осленку.

13 Если ты управишь сердце твое, и прострешь к Нему руки твои,

14 И если есть порок в руке твоей, а ты удалишь его, и не дашь беззаконию обитать в шатрах твоих,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.